Всего новостей: 2552684, выбрано 3 за 0.026 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Азимов Анвар в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаМиграция, виза, туризмвсе
Россия. Хорватия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 3 июля 2018 > № 2665071 Анвар Азимов

Я готовлю новую встречу вашего президента и Путина

Радмила Ковачевич (Radmila Kovačević), Večernji list, Хорватия

Известно, что послы взвешивают каждое слово и говорят о высокой политике, межгосударственных отношениях, официальной позиции. Посол Российской Федерации Анвар Азимов отошел от этого стереотипа из-за одного человека — легенды хорватского отельного дела Анджелко Леко.

Večernji list: Шокировала ли Вас его смерть? Вы были хорошими друзьями?

Анвар Азимов: Да, но я хочу поблагодарить газету «Вечерни лист» за то, что она дала мне возможность дать это интервью и рассказать об этом. Мы были очень хорошими, близкими друзьями. Господин Леко был великим человеком и, как Вы сказали, легендой отельного дела. У него был врожденный талант к бизнесу. Он был очень умным и трудолюбивым человеком, который начал с нуля и создал отельную империю. При этом он был скромным человеком и держался в тени, любил помогать друзьям. Когда я приехал в Загреб, то не мог найти резиденцию, и, наверное, я был единственным гостем «Вестина», который прожил в отеле четыре месяца вместе со всей семьей. И в конце мне едва удалось уговорить его взять мою оплату за проживание. Интересно, что уже на второй день я познакомился со Степаном Месичем, а на следующий день — с Миланом Бандичем (мэр Загреба — прим. ред.). Вскоре они вошли в круг наших общих приятелей.

— Как Вы познакомились с господином Леко?

— В первый день, когда я приехал в Хорватию, он ожидал меня у входа в отель «Вестин», поприветствовал меня и пригласил на завтрак. Он тут же сказал мне: «Господин посол, Вы знаете, как я люблю Россию, и как благодарен, что многие российские туристы останавливаются в моем отеле, поэтому я с радостью помогу Вам, чем смогу, однако политикой я не занимаюсь». От политики он держался в стороне, но тем не менее, насколько я могу судить, он знал политическую арену лучше многих политиков. Правда, свои собственные политические симпатии он держал при себе…

— Его политические предпочтения оставались загадкой для хорватской общественности. Может, Вам удалось узнать, к кому он был ближе: к Социал-демократической партии Хорватии или к Хорватскому демократическому содружеству?

— Он был большим патриотом и очень поддерживал антифашизм. Он не был коммунистом, но говорил, что некоторые коммунистические идеи ему близки. Не мне пересказывать, что он думал, но мне кажется, что у него были симпатии среди хорватских политиков. Однако — я повторюсь — он всегда подчеркивал, что вне политики. У него не было политических амбиций, и, поверьте, у него были все признаки и черты настоящего государственника. Хорватия не понимает, что потеряла с его кончиной. Жаль, что он никогда не направлял свои способности на государственные дела. В моих мемуарах он займет важное место.

— Что же на самом деле сблизило дипломата из большой России и отельера из маленькой Хорватии?

— Русская и хорватская душа нашли друг друга. Он видел во мне уважаемого дипломата, который хочет развивать российско-хорватскую дружбу, а я уважал его за то, что он не только занимался своим бизнесом, но и заботился о благе общества. Он был рад тому, что Хорватия вошла в Европейский Союз, но считал, что немаловажно развивать отношения и с Россией. Я открою вам один секрет. Три года назад он был готов продать свои отели одному крупному российскому бизнесмену. Этого не произошло только потому, что счета этого россиянина из-за антироссийских санкций заблокировали.

— Какой была ваша дружба?

— Леко, Бандич и я почти каждую неделю ходили на обед в «Шератон». Между нами троими была особенная связь, вроде братской. Хотя Леко никогда в жизни не напивался, каждая наша встреча начиналась с горькой полынной настойки со льдом и лимоном. Обязательно была и водка, а также красная и черная икра, за которую отвечал я, потому что эти двое обожали русскую икру. Он знал, как меня заманить: «Господи посол, нужно приехать в „Шератон"». А я говорил, что нет времени, тогда он отвечал: «Нужно».

— Возможно, он высоко ценил какого-нибудь политика?

— Он говорил, что его любимый политик — Путин, с которым он познакомился, когда тот приезжал в Загреб в далеком 2005 году. Среди россиян у него был еще один большой друг — мэр Санкт-Петербурга Георгий Полтавченко. После чемпионата мира по футболу Леко собирался поехать в Санкт-Петербург и Москву, но, к сожалению, его планам не суждено было сбыться.

— Какой была роль Бандича в вашей компании?

— Бандич уважал Леко, как отца. Он остановился именно у него, когда приехал из Герцеговины, но я никогда не слышал, чтобы они говорили о работе в моем присутствии. Вообще, мэр Загреба является главным локомотивом в улучшении отношений между Хорватией и Россией. Вскоре он планирует поехать в Москву на встречу с московским мэром. Речь пойдет о том, что в Москве появится Загребская площадь и памятник Юрию Крижаничу, который уже на стадии завершения. Благодаря Бандичу в Загребе появилось три бюста русских деятелей: Есенина, Пушкина и Гагарина. А знаете ли Вы, что в Санкт-Петербурге есть Загребский бульвар?

— Нет, но вот Вы точно знаете, что в Загребе больше нет Площади маршала Тито?

— Это было первое и единственное разногласие между мной и Бандичем. Я считаю, что Тито — часть хорватской истории, а к истории должно относиться с уважением. Но кто знает, возможно, когда-нибудь все вернется на свои места. Бандич все понимает, но, находясь в определенных обстоятельствах, не может чего-то сделать, однако рано или поздно он примет правильное решение.

— Как в Ваш круг вошел Месич?

— Я видел его нечасто, но на мой день рождения, который приходится на 22 ноября, как и у Бандича, он всегда присутствовал среди гостей в моем доме. Мы приятели, а в России высоко оценивают тот вклад, который Месич (экс-президент Хорватии — прим. ред.) внес в развитие российско-хорватских отношений. Основу заложил Туджман, на могилу которого я возложил цветы в первый же день по прибытию в Хорватию. Я не хочу хвастаться, но этого не сделал ни один ваш стратегический партнер. Для меня это был жест уважения к первому президенту и народу Хорватии. С Месичем мы часто беседуем о политических вопросах, и я могу сказать: все, что он прогнозировал, осуществилось. Люди вроде Леко, Бандича и Месича — известные фигуры, и я думаю, что Хорватия может ими гордиться.

— Знаете ли Вы, что против мэра Загреба Милана Бандича подано два иска?

— Послушайте, мы с ним сблизились. Мы как братья, и я по-братски за него переживаю, но я не вмешиваюсь в его дела. Единственное, что я могу сказать: его способности превосходят позицию, которую он сейчас занимает. Он уже перерос пост мэра. Всем тем, что он сделал для Загреба, он заслужил памятник, и я уверен, что впереди у него большое будущее. Если, не дай бог, ситуация будет развиваться иначе, я всегда окажу ему поддержку. Я не бросаю друзей, и нужно хорошо знать Милана Бандича. Может, порой так не кажется, но его работа всегда направлена на всеобщее благо.

— В последние дни из-за чемпионата мира по футболу внимание всего мира приковано к вашей родной стране. Вы сами заядлый футбольный болельщик?

— О да. Я сам был профессиональным футболистом. Почти четыре года я играл на позиции Модрича в одной команде в Ташкенте. В то время мой отец был председателем правительства Узбекистана. Однажды он пришел ко мне и сказал: «У меня три сына. Двое с умом выбрали свое дело, а третий — футболист». Он попросил меня заняться дипломатией, и вот — я третье поколение в семье, которое посвятило себя этому делу. Я надеюсь, что кто-нибудь из моих шестерых детей продолжит традицию. Я смотрю футбол и счастлив, что чемпионат проходит без проблем. Многие говорят, что никогда не видели такого гостеприимства, хорошей организации и атмосферы, как сейчас в России. Что касается футбола, то я единственный посол, который приходит в фан-зону на Площади Бана Елачича, когда играет Хорватия. Я сижу на ВИП-трибуне и удивляюсь, что вокруг нет ни хорватских политиков, ни министров, ни других послов.

— Коллеги из спортивной рубрики рассказали мне, что не исключено, что в четвертьфинале сыграют Россия и Хорватия. За кого тогда Вы будете болеть?

— Во-первых, я думаю, что Хорватия победит Данию со счетом 1:0. На этот матч в Нижнем Новгороде собирается поехать и кто-то из вашего государственного руководства. Хорватские и российские болельщики встретятся на одном поле, если Россия победит Испанию. На этом чемпионате хорватская сборная играет лучше российской, но исход непредсказуем. Если все-таки матч будет, то он даст прекрасную возможность вновь встретиться вашему президенту с президентом Путиным. Я сейчас над этим работаю. Во время прошлого визита Колинда Грабар-Китарович произвела на российского президента прекрасное впечатление. Во время переговоров в Сочи, которые продолжались почти пять часов, она активно и разумно отстаивала хорватские интересы, и между ними была заметна взаимная симпатия.

— Эмоции вашего президента трудно распознать…

— Он живет активной жизнью, и на нем лежит большой груз, но для России он — дар, который сделал ее великой державой. Он одним из первых поздравил Хорватию с Днем независимости и высоко оценивает усилия вашего президента, направленные на прямой диалог между ЕС и Россией.

— Кто же является фаворитом России на Балканах — Хорватия или Сербия?

— Сербия — наш стратегический и ближайший партнер на Балканах. Отношения с Хорватией, к сожалению, долгое время были не в лучшем состоянии — вплоть до 2016 года. Конечно, Россия заинтересована в хороших отношениях как с Хорватией, так и с Сербией. Кстати, скажу, что соседние государства даже завидуют Хорватии, поскольку вот уже несколько лет величайшие звезды русской балетной школы выступают в Хорватском национальном театре, а со своей уникальной выставкой в Хорватию едет Эрмитаж…

— Могут ли жители Загреба надеяться на еще одну подобную культурную сенсацию из России в скором времени?

— После Эрмитажа я хотел бы привести выставку Пушкинского музея, который является одним из двух крупнейших московских музеев. Будут и очередные балетные и театральные гастроли. В будущем года балетная труппа Хорватского национального театра приедет в Россию с гастролями. Я должен повторить, что активный культурный обмен — во многом заслуга мэра Бандича.

— Многие хорваты едут сейчас на чемпионат мира по футболу в Россию, но еще больше россиян приедет в этом году на море к нам. Однако в Турцию едет больше — миллионы. Что хорватская туристическая отрасль должна сделать, чтобы привлечь российских туристов?

— Хорватию посещают сотни тысяч россиян, и в ближайшее время приедет около 200 тысяч российских туристов. Некоторых не устраивает визовый режим, и поэтому они выбирают безвизовые страны. Кроме того, наши туристы любят систему «все включено», а этого в Хорватии как раз нет. Вообще, российские туристы нередко тратят намного больше, чем другие гости Хорватии, живут в пятизвездочных отелях, и если не будет виз, то в Хорватию приедут все триста тысяч. Я ожидаю, что возобновится диалог между Брюсселем и Москвой об отмене виз. Евросоюз был готов к этому до событий на Украине. Я оптимист и думаю, что санкции снимут, возможно, в 2020 году. Кстати, наши туристы очень довольны вашим гостеприимством, кухней, винами и считают, что лучше страны для отдыха нет.

— Вы уже хорошо узнали наше побережье?

— Я два раза отдыхал в Млини. Анджелко говорил мне, что останавливаться я должен только в его отелях. Я очень люблю Опатию, и мне нравится также Сплит и Ровинь. Я постараюсь, чтобы в Опатии, после Исидоры Дункан, появился памятник Сергею Есенину. Они вместе приезжали в Опатию…

— Где Вы будете отдыхать?

— Я еду в Москву на регулярный летний съезд послов, а потом, как настоящий патриот, поеду в Крым.

— О компании «Агрокор» лучше не спрашивать, или Вы передумали?

— Нет.

— О визите президента Путина в Хорватию тоже не спрашивать?

— Мне жаль, что Леко не дожил до этого. Мы говорили о том, что если этот визит состоится, Путин остановится в его «Шератоне» или «Вестине». Когда это произойдет? Когда мы наполним наши отношения качественным содержанием. Я думаю, что этому поспособствует и чемпионат мира по футболу.

Россия. Хорватия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 3 июля 2018 > № 2665071 Анвар Азимов


Россия. Хорватия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 мая 2017 > № 2220933 Анвар Азимов

Россия и Хорватия - 25 лет дипломатических отношений

Анвар Азимов, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Хорватии

Анализ истории российской политики в отношении южнославянских народов в России, как правило, упрощенно сводится к рассмотрению российско-сербских взаимоотношений, зачастую незаслуженно оставляя за скобками словенцев, хорватов, македонцев и других. Вместе с тем все эти народы в равной степени всегда стремились к установлению близких отношений с нами, использованию российского авторитета и влияния в борьбе за свои интересы, в том числе, правда, и друг с другом. На протяжении столетий развивались контакты, происходило взаимное переплетение культур.

Хорваты здесь не исключение. В XV веке благодаря переводам хорватского монаха Вениамина впервые в истории России все книги Священного Писания были собраны в единую Библию на славянском языке. В XVII веке взгляды известного хорватского ученого и богослова Юрайя Крижанича способствовали развитию философии и панславизма в России - он стал первым, кто положил начало процессу освобождения у нас философии от церковного влияния. В XVIII столетии не без участия опытных хорватских мореплавателей, которых императрица Екатерина II набирала в Дубровнике и Которе, был сформирован мощный российский флот.

Лидеры национального движения хорватов в XIX веке - Йосип Юрай Штроссмайер, Франьо Рачки и Анте Старчевич - свои надежды в деле обретения независимости от Габсбургской монархии возлагали на Россию и Францию. В годы Первой мировой войны среди военнопленных австро-венгерских войск хорваты активно переходили на сторону российской армии, а после революции добровольно присоединялись к белогвардейскому движению. После Октябрьской революции 1917 года белая эмиграция внесла неоценимый вклад в развитие науки, образования и культуры Хорватии. Отношения между нашими народами укрепила совместная борьба с фашизмом в 1941-1945 годах. В годы Великой Отечественной войны более 6 тыс. военнослужащих Красной армии погибли на хорватской земле. После Второй мировой войны Хорватия стала ведущей республикой социалистической Югославии в развитии экономических связей с РСФСР.

25 мая 2017 года мы отмечаем 25-летие установления дипотношений между нашими странами. Эти четверть века российско-хорватского взаимодействия, по сути, стали зеркальным отражением всех взлетов и падений, сопровождавших отношения России и Запада в целом - со своими балканскими особенностями и в том числе сохраняющимся по сей день дружественным настроем к нам обычных граждан.

Как и в отношениях с Западом, начало 1990-х годов было периодом «медового месяца» в российско-хорватских делах. Для этого уже имелся подходящий фундамент: на излете своей карьеры М.С.Горбачев в октябре 1991 года, используя авторитет СССР, не допустил бомбардировки Загреба силами ЮНА. Москва, в отличие от американцев и европейцев, стала единственной, кто тогда отозвался на просьбу хорватов и предотвратил серьезные разрушения и жертвы среди мирного населения.

Тогда же советское руководство попыталось примирить лидеров республик Сербии и Хорватии - С.Милошевича и Ф.Туджмана, пригласив их в конце октября 1991 года в Москву. Однако распад СССР и последовавшие за этим события не позволили России продолжить усилия по предотвращению конфликтов в Югославии. Инициатива в этом вопросе перешла к странам Запада. Балканских войн, ставших самыми кровопролитными в истории современной Европы, избежать не удалось.

Визит хорватского Президента Ф.Туджмана в Москву в октябре 1991 года знаменателен также установлением его добрых связей с Б.Н.Ельциным, который (понятно, что в силу прежде всего своих личных внутриполитических амбиций) всецело поддержал тогда самоопределение хорватов. Эти связи позднее весьма пригодились Загребу. Москва, несмотря на критику со стороны российских СМИ, одной из первых признала независимость Хорватии, в ходе конфликта 1991-1995 годов прервала воздушную блокаду Загреба, содействовала скорейшему завершению военного противостояния как дипломатическими усилиями, так и участием в миротворческих силах ООН.

Выстраивание сотрудничества с Россией имело свои выгоды для хорватского руководства и после окончания конфликта. По воспоминаниям посла Хорватии в России Х.Бишчевича, в ходе своего визита в Москву в 1998 году хорватский Президент Ф.Туджман жаловался, что даже не все его советники понимают важность развития контактов с Москвой для ускорения сближения Загреба с ЕС и НАТО. На Балканах всегда бытовало мнение, что усилия Запада по вытеснению России из региона следует использовать в своих целях.

Нашу заинтересованность в сотрудничестве хорваты поддерживали заявлениями о готовности покупать российское вооружение, выстраивать сотрудничество в нефтегазовой сфере - в том числе в строительстве ответвления нефтепровода «Дружба» до адриатического побережья («Дружба - Адрия»), что позволило бы создать дополнительный экспортный маршрут транспортировки нефти на мировые рынки, включая североамериканский. За прошедшие 25 лет Россия инвестировала в Хорватию свыше 400 млн. долларов (в десять раз больше, чем, к примеру, США). Развитию хорватской экономики в значительной степени способствовал банковский капитал из России - на расширение одного только «Агрокора» российские Сбербанк и ВТБ выдали кредитов более чем на 1,5 млрд. долларов. На судовых верфях Риеки, Пулы, Сплита и Трогира с 1993 года для России было построено около полсотни кораблей на сумму почти 1,5 млрд. долларов.

Расширение НАТО на Восток, «цветные революции» и политика «Восточного партнерства» в ближнем зарубежье, грузинский и украинский кризисы регулярно повышали градус напряженности в отношениях России и Запада. Это неизбежно сказывалось на тенденциях в российско-хорватском взаимодействии. Загреб, сделав задачу вступления в ЕС и НАТО национальным стратегическим приоритетом, был вынужден синхронизировать свою внешнюю политику с Брюсселем.

В результате начались сбои - прежде всего в сфере экономического взаимодействия. Хорватия отозвала свое согласие на подписанное в 2002 году соглашение по реализации проекта «Дружба - Адрия» и достигнутые в 2010 году в Москве договоренности о строительстве на хорватской территории ответвления газопровода «Южный поток». Российским компаниям отказали в приобретении хорватского нефтяного концерна «ИНА» и прав на разработку нефтяных концессий. Экспорт Хорватии в Россию сокращался по мере сближения Загреба с ЕС: часть хорватских поставщиков перенаправила свои товары через Сербию, сохраняющую с Россией соглашение о беспошлинной торговле по ряду торговых наименований.

Постепенно сошли на нет политические контакты на высшем уровне. Весьма показательно, что с 2010 года не состоялось ни одного пленарного заседания двусторонней Межправкомиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству. Накануне присоединения к ЕС Хорватия была вынуждена отменить упрощенный визовый режим для россиян.

Под давлением НАТО практически полностью оказалось свернуто военно-техническое сотрудничество. Хорватия стала первым членом альянса, от которого потребовали полного отказа от российского вооружения. На Варшавском саммите НАТО Загреб вынудили взять на себя обязательства по направлению военнослужащих в состав натовского контингента в Литве в 2017 году.

Следование в русле политики Запада в отношении России в 2000-х годах обернулось серьезным ущербом прежде всего для самого Загреба. После присоединения Хорватии (как члена ЕС) к антироссийским санкциям и введения нами ответных мер практически полностью прекратился хорватский экспорт сельхозпродукции в Россию. По этой причине, а также в результате падения цен на углеводороды, составляющие более 90% товарообмена, объем товарооборота упал до 800 млн. долларов (в 2000-х гг. он составлял порядка 2 млрд. долл. в год). После введения виз в разы сократилось число туристов из России.

Предприятие «ИНА», которым интересовались российские инвесторы, приобрела венгерская компания «МОЛ» - ее действия сегодня вынуждают правительство Хорватии изыскивать возможности для выкупа хорватского концерна обратно. Покупатели прав на нефтяную концессию, которую не дали приобрести «Газпромнефти», долгое время отказываются подписывать соглашение с правительством и уже вряд ли его подпишут. Проект «Набукко», на который рассчитывали хорваты, отказавшись от «Южного потока», благополучно «умер», а его альтернатива - «Южный газовый коридор» (Трансадриатический, Ионическо-Адриатический и Трансанатолийский газопроводы) много лет находится в проектной стадии. Долгие годы Загреб также не может найти средства на сомнительный с точки зрения окупаемости проект строительства СПГ-терминала на острове Крк. Об упущенной выгоде от транзита российской нефти по нефтепроводу «Дружба - Адрия» и нечего говорить.

При этом десятилетия доминирования ЕС в экономической сфере Хорватии не предотвратили промышленного спада, закрытия крупных производств (особенно тех, что были в состоянии конкурировать с есовским бизнесом), падения уровня жизни населения, глобальную утечку рабочей силы в страны Евросоюза.

Здесь вполне уместно вспомнить слова Юрайя Крижанича, который с горечью замечал в XVII веке, что «европейцы из всех христианских народов славян почитают варварами, и нет конца и края обидам, кои причиняют нам, славянам, иные народы».

Практически не пострадала лишь сфера культуры, не связанная с политикой. Только за последний год в Загребе установлены памятники Ю.А.Гагарину, А.С.Пушкину, С.А.Есенину. Начиная с 2016 года нам удалось поставить на регулярную основу проведение в Загребе Дней Санкт-Петербурга, с 2018-го - Дней Москвы. А это значит - организацию гала-концертов звезд российского балета, гастролей многочисленных музыкальных и театральных коллективов, музейных выставок из двух столиц, которые всегда с восторгом принимаются хорватской публикой.

К 25-му юбилею дипотношений Россия и Хорватия подошли, имея за плечами самый обширный опыт - от дружбы и сотрудничества до охлаждения контактов и даже недружелюбных к нам выпадов. Легко можем сравнить пользу и ущерб от каждого из пережитых периодов для интересов наших стран, наших граждан. На уровне двусторонних отношений мы убедились, к чему приводит натовская политика создания новых разделительных линий в Европе, какой ущерб наносит использование Евросоюзом инструментов недобросовестной экономической борьбы с конкурентами. Нашим партнерам остается лишь сделать правильные выводы.

Уверен, что трезвый расчет, следование национальным экономическим интересам, ревностное восприятие более успешного взаимодействия с Россией хорватских соседей, часть из которых - тоже члены ЕС и НАТО, в конечном счете приведут к возобновлению нормального взаимовыгодного двустороннего сотрудничества.

Россия к этому всегда готова. В отличие от других стран мы по праву считаемся великой державой не потому, что способны контролировать других и навязывать им свои нормы и подходы, а благодаря способности приносить благо во имя общей безопасности и экономического процветания.

Россия. Хорватия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 мая 2017 > № 2220933 Анвар Азимов


Россия. Евросоюз > Миграция, виза, туризм > interaffairs.ru, 29 ноября 2011 > № 568158 Анвар Азимов

Россия готова к безвизовому взаимодействию с Евросоюзом

Интервью Посла по особым поручениям министерства иностранных дел РФ Анвара Азимова журналу «Международная жизнь».

В преддверии саммита «Россия - ЕС» в Брюсселе, на котором планируется прояснить вопрос об отмене визового режима между гражданами Российской Федерации и стран Евросоюза, Посол по особым поручениям Министерства иностранных дел РФ Анвар Азимов в интервью журналу «Международная жизнь» отметил особое значение безвизового диалога в системе приоритетов между Россией и ЕС.

«Международная жизнь»: Анвар Сарварович, в чём стороны видят главную задачу при решении вопроса об отмене виз?

А.С.Азимов: Основная задача - переход к безвизовому режиму на основе выработки соответствующего соглашения об отмене визовых требований для краткосрочных поездок граждан Российской Федерации и Евросоюза.

На саммите «Россия–ЕС» в Ростове-на-Дону (31 мая – 1 июня 2010 года) российская сторона передала партнёрам проект такого соглашения. Однако Евросоюз оказался не готов обсуждать эту инициативу, сославшись на отсутствие у стран-членов ЕС политического единства по вопросу отмены виз с Россией.

Партнёры в ответ предложили выработать прежде перечень совместных шагов для создания необходимых технических условий по введению безвизового режима. И хотя Россия была готова к более радикальным шагам в интересах начала предметного диалога, мы согласились на обсуждение и согласование проекта перечня «Совместных шагов» по четырём тематическим блокам: «защищённость документов, включая биометрию, незаконная миграция, в том числе реадмиссия, общественный порядок, безопасность и правовое сотрудничество, а также внешние сношения».

В результате проделанной большой работы переговорщиками к концу 2011 года был согласован весомый документ, который явился продуктом сложного компромисса.

«Международная жизнь»: И во многом пришлось идти на компромисс?

А.С.Азимов: В документе на основе принципов взаимности и равноправия были учтены мнения как российских компетентных ведомств, так и предложения ЕС, отражающие мнения 27 стран-членов этой организации. До последнего момента открытым оставался неурегулированный вопрос, не относящийся непосредственно к перечню совместных шагов и практических мер, а именно - последовательность действий после реализации положений документа.

В итоге и по данному политическому вопросу был достигнут компромисс, предусматривающий запуск переговоров по заключению соглашения об отмене безвизовых требований для взаимных краткосрочных поездок граждан России и Евросоюза после имплементации перечня «Совместных шагов».

«Международная жизнь»: Вы не единожды уточнили, что безвизовые требования относятся к определённым и немногочисленным категориям граждан, тем, кто по долгу службы или в силу обстоятельств особенно заинтересован в безвизовом режиме. А по другим направлениям идёт работа по безвизовому диалогу?

А.С.Азимов: Следует иметь в виду и другой параллельный вектор сотрудничества России и ЕС в визовой сфере.

Ведётся активная работа по модернизации ныне действующего соглашения между нами об упрощении выдачи виз. Новый документ будет демонстрировать стремление России и Евросоюза к максимально возможному облегчению визовых формальностей для поездок своих граждан, включая распространение практики выдачи многократных виз сроком действия до пяти лет, увеличение перечня лиц, освобождаемых от уплаты визовых сборов, установление режима безвизового въезда для членов экипажей гражданских морских и воздушных судов.

Ведём также дело к отмене визовых требований не только к владельцам дипломатических и служебных паспортов, но также и к другим категориям граждан.

В позитиве рассматриваем также продвижение в вопросе о распространении режима местного приграничного передвижения на жителей всей Калининградской области и соразмерных по площади районов Польши.

«Международная жизнь»: Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров на недавнем брифинге в Москве обнадёжил возможностью подписания документов о безвизовом режиме на предстоящем в декабре саммите Россия-ЕС в Брюсселе. Однако, судя по тому, что вы сказали, работа на этом направлении будет продолжаться.

А.С.Азимов: В результате проводимой обеими сторонами активной работы просматривается перспектива конечной цели – установления безвизового режима для краткосрочных поездок граждан России и Евросоюза. Как быстро мы подойдём к этой цели, во многом зависит, прежде всего, от политической воли государств-участников ЕС.

У России таких проблем нет, и мы однозначно готовы подойти к этому историческому рубежу, призванному перевести наши взаимоотношения стратегического партнёрства на качественно иной уровень.

Спасибо!

Россия. Евросоюз > Миграция, виза, туризм > interaffairs.ru, 29 ноября 2011 > № 568158 Анвар Азимов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter