Всего новостей: 2577977, выбрано 2 за 0.076 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Иноземцев Владислав в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаТранспортМеталлургия, горнодобычаГосбюджет, налоги, ценыМиграция, виза, туризмНефть, газ, угольФинансы, банкиХимпромСМИ, ИТНедвижимость, строительствоОбразование, наукаАрмия, полицияАгропромМедицинавсе
Россия > Транспорт. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 30 июня 2017 > № 2227159 Владислав Иноземцев

Нерешительная приватизация. Активы РЖД должны быть проданы, чтобы начать конкурировать за потребителей

Владислав Иноземцев

Директор «Центра исследований постиндустриального общества»

Приватизация железнодорожных активов давно назрела. В сравнении с показателями соответствующих компаний в Европе российские железные дороги выглядят ужасающе, а железнодорожный тариф на контейнерные перевозки «конкурентен» только там, где у железнодорожников нет альтернативы

Почти полгода тому назад распространилась информация о том, что Федеральная антимонопольная служба подготовила проект президентского указа о снижении доли государства в экономике (выросшей за 10 лет в два раза и уверенно превысившей 70%). Отмечалось, что, ФАС предлагает запретить госкомпаниям покупать новые активы и начать распродавать имющиеся — причём даже профильные. Услышав о такой инициативе, сложно не вспомнить про единственную из пяти крупнейших по объёму выручки российских корпораций, которая до сих остаётся «девственно» государственной и не затронута приватизацией даже в малейшей степени — про ОАО «РЖД». За последние десять лет компания продемонстрировала все прелести государственного управления: увеличила активы в 4,1 раза, до 5,06 трлн рублей, умеренно повысила грузооборот — на 37% до 2,955 трлн ткм, и резко сократила чистую прибыль с 114,4 млрд рублей в 2005 г. до 318 млн(!) в 2015-м. Капитализацию компании оценить невозможно — но как раз к 2017 г. её бывший глава В.Якунин мечтал (размышляя в 2012-м) довести её до $129 млрд, что сделало бы РЖД самой дорогой транспортной компанией в мире.

Но сказки сказками, а потенциал компании остаётся высоким — и тем более странно, что государство не намерено, судя по всему, выводить её на рынок. Первые разговоры о приватизации РЖД начались ещё в 2005-м, потом активизировались в 2012-м (тогда «Росимущество» планировало продать 5% её акций не позднее 2015-го и ещё 20% — не позднее 2017 г.), однако ничего не сдвинулось с места. Запущенная взамен некая паллиативная схема предполагала вывод части активов РЖД на дочерние структуры (так в 2006 г. появился «Трансконтейнер», в 2007-м — Первая грузовая компания, в 2010-м — Федеральная пассажирская компания, и ряд других), которые после этого предлагались бы к продаже, причём недёшево (продажа 75% минус 2 акции ПГК в 2011 г. принесла монополии 125,5 млрд. рублей [$4,27 млрд. на момент совершения сделки, или 40% от цены недавней продажи пакета «Роснефти»]). Однако затем и такой опосредованный процесс разгосударствления прекратился — хотя и по сей день внимание инвесторов к железнодорожным активам остаётся высоким.

Последнее подчёркивается интересом, который проявляют потенциальные покупатели к «Трансконтейнеру» — «дочке» железнодорожной монополии, которая контролируется ей через «прокладки»: «Объединённую транспортно-логистическую компанию» (контролирует 50% + 2 акции оператора) (созданную РЖД совместно с «Казахстан Темир Жолы» и Белорусской железной дорогой в 2014 г. и контролируемую российскими железнодорожниками на 99,83%) и Пенсионный фонд «Благосостояние» (владеет 24,5%), соучередителем в котором также является ОАО «РЖД» (принадлежащий на хх% РЖД, а на хх% — подконтрольному РЖД ТрансКредитбанку). Идея о приватизации оператора появилась ещё в 2012 г. на волне разговоров о вхождении частных инвесторов в капитал РЖД. Тогда вице-премьер И.Шувалов настаивал на продаже актива в частные руки, но В.Якунин, апеллируя к популярной в те годы идее большого евразийского транзита, смог пролоббировать передачу почти половины акций упоминавшейся ОТЛК. В сегодняшней ситуации, когда контейнерные перевозки на Казахстан стремительно сокращаются, а с Белоруссией то и дело вспыхивают экономические войны, это решение не выглядит идеальным, но тогда ни Минэкономики, ни Белый Дом не смогли на него повлиять. Однако тот же И.Шувалов не только заявлял, что приватизация «Трансконтейнера» может состояться уже в этом году, но и установил срок подачи предложений по приватизации компании, который истекает на этой неделе, 29 июня. И это несмотря на то, что начальство РЖД заявило о своих сомнениях в полезности этой идеи, а глава ФАС И.Артемьев (тот самый, который, как выясняется, выступает активным сторонником разгосударствления) отметил, что такой шаг, если будет предпринят, может стать «трагической ошибкой», так как «частная монополия, если она будет образована, окажется во сто крат хуже, чем государственная».

Пока в РЖД идёт сложная организационная и интеллекуальная работа в направлении определения стратегии развития «Трансконтейнера»: считается, что можно продать весь контрольный пакет оператора, находящийся на балансе ОТЛК; сохранить всё как есть; разделить бизнес компании на терминальный и контейнерный; и, наконец (весьма в духе времени) выкупить не принадлежащие сейчас РЖД пакеты у «Благосостояния» и независимого акционера, компании FescoFESCO (контролируется Группой «Сумма»). Пока железнодорожники размышляют, капитализация компании в долларовом выражении снижается — если в 2011 г. 25% её акций оценивались в 10,7 млрд. рублей ($1,46 млрд.), то сегодня оценка всего актива не превышает 50,7 млрд. рублей ($854 млн.) (что равнозначно падению на 41,5% при том что индекс РТС снизился за этот период на 21%). Однако, повторю, решения пока не принято, хотя известно, что долю РЖД готовы выкупить как нынешний миноритарий FescoFESCO, так и Первая грузовая компания, и даже (действуя с учётом интересов иностранных инвесторов) Российской фонд прямых инвестиций. Стоит ли в нынешних условиях продавать активы РЖД и чем вызвана нерешительность руководства как монополии, так и государства в этом вопросе?

На мой взгляд, приватизация железнодорожных активов давно назрела. В сравнении с показателями соответствующих компаний в Европе российские железные дороги выглядят ужасающе. При сопоставимых с европейскими тарифах выручка на одного занятого (в 2015 г. 1,51 трлн. рублей при 809 тыс. работников) оказалась в 7,7 раза ниже, чем в Deutsche Bahn (Є40,5 млрд. при 190 тыс. работников) и в 4,5 раза ниже, чем в SNCF (Є31,4 млрд. при 260 тыс. работников) (согласно официальным отчётам компаний за 2015 г). При этом в грузовых перевозках РЖД делает упор на уголь, нефть, руду, удобрения, песок, щебень и цемент, а также металлургическую продукцию низких уровней передела (эти товары в 2010 году обеспечили 74,7% погрузки в компании).

Доля контейнерных перевозок в России остаётся одной из самых низких среди развитых стран: около 5% (против 18% в США и 14% — в Европе). Рынок пытается развиваться (рост контейнерного сегмента в железнодорожных перевозках в России в 2016 г. опередил общий рост объёмов грузоперевозок в системе РЖД более чем в 15 раз), но ему мешают опережающий рост тарифов и конкуренция со стороны операторов автомобильных перевозок.

Эти два фактора тесно связаны: сегодня железнодорожный тариф на контейнерные перевозки (который, заметим, только что вырос на 10% при формальной индексации тарифов РЖД в 2017 г. на 4%) «конкурентен» фактически только там, где у железнодорожников нет альтернативы — на маршруте с Дальнего Востока в европейскую часть страны. На любом отрезке пути в 1500 км и меньше везти контейнер на большегрузном автомобиле выгоднее (по совокупности факторов стоимости и транзитного времени), чем по железной дороге. Фактически сейчас РЖД «признало поражение» на коротких дистанциях и продолжает пользоваться своим монопольным положением на «восточном полигоне». Рост тарифа приводит к тому, что самый перспективный (и современный) сегмент железнодорожного рынка в России искусственно сдерживается в своём развитии (доля контейнерного сегмента в железнодорожных перевозках всей контейнеризируемой продукции составляет около 2%) (о том, что мы упускаем возможность воспользоваться трансконтинентальным транзитом, я и не говорю — китайцы давно забыли о том, что им рассказывали в Москве в конце 2000-х годов о его перспективах).

Показатели «Трансконтейнера» ухудшаются с того самого времени, как в правительстве впервые заговорили о его приватизации — с 2012 г. По официальной отчётности оператора, с 2012 г. снижаются рентабельность, а также доли компании и в контейнерных перевозках по сети российских железных дорог (с 47,4% в 2013 г. до 43,6% в 2016 г.) и в перевалке грузов на контейнерных терминалах (с 24,1% до 21,1%). Особенно заметно ухудшение ситуации в международных перевозках, где усиливаются позиции шиппинговых компаний, ведущих активную экспансию в направлении приобретения или наращивания железнодорожных активов. Но, повторю, решения о дальнейших шагах в направлении ни судьбы отдельных «дочек» РЖД, ни разгосударствления всей монополии так и нет.

На мой взгляд, оптимальная схема организации российских железных дорог выглядит так, как и любой другой инфраструктурной монополии: она должна владеть самими железнодорожными путями и тем, что обеспечивает движение: от системы электроснабжения до вокзалов. Вагоны, локомотивы, ремонтные службы, склады и терминалы — все эти активы давно должны быть проданы, оптимизированы и начать активно конкурировать за потребителей своих услуг, в том числе и с другими видами транспорта. Только в этом случае железная дорога сможет получать от смежников доходы, которые позволят сосредоточиться на расширении сети, прокладке высокоскоростных магистралей, дальнейшей электрификации дорог, и т.д. Перевозчики сами определятся, выгодно ли им возить с понижающими тарифными коэффициентами уголь и руду — или выгоднее (в том числе и для всей экономики) развивать их переработку не в Китае или Японии, а на российской территории, а вывозить готовую продукцию. В этом случае и контейнерные перевозки — как наиболее передовые и доходные — станут развиваться более быстрыми темпами, так как выгоднее станет работать на увеличение объёмов, а не только цен. Если же реальные шаги в сфере приватизации будут рассматриваться как потенциальные «трагические ошибки», ведущей государственной монополии для того чтобы казаться современной, придётся и далее уповать на услуги имиджмейкеров (за которые, кстати, в ближайшие три года компания намерена заплатить 930 млн рублей ...

Россия > Транспорт. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 30 июня 2017 > № 2227159 Владислав Иноземцев


Россия > Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 2 марта 2017 > № 2093209 Владислав Иноземцев

Своевременная инициатива. Особенности национальных бизнес-акселераторов

Владислав Иноземцев

Директор «Центра исследований постиндустриального общества»

В чем специфика индустрии стартапов на территории бывшего Советского Союза

В этом году, богатом на разнообразные юбилеи, без особой помпы будет, вероятно, отмечено и 40-летие с того момента, как в журнале BusinessWeek впервые появилось хорошо известное сегодня всем предпринимателям слово «стартап», обозначавшее компанию, создаваемую практически «с нуля» в быстроразвивающихся высокотехнологичных отраслях, главную ценность которой составляла интеллектуальная собственность её основателей.

С тех пор в мире появились десятки миллионов новых фирм, многие из которых стали лидерами в своих отраслях: информатике и биотехнологиях, компютерном моделировании и дизайне, финансовых услугах и в развитии экологичных производств. Уже в середине 2000-х годов журнал The Economist констатировал, что 75% рыночной оценки публичных компаний США обусловлено принадлежащей им интеллектуальной собственностью (см.: «A Market for Ideas»/ The Economist, 2005, October 22, p. 3), и эта доля продолжает расти. Ежегодно в мире проводятся более ста крупных состязаний и конкурсов, направленных на выявление перспективных идей, способных открыть новые направления бизнеса в казавшихся уже известными сферах. При этом сегодня возникает целая новая отрасль, известная как startup accelerators, которых в мире насчитывается более полутора сотен. Оценка наиболее известных из них — таких как AngelPad, MuckerLab или Techstars — приводит к мысли о том, что сегодня фокус их внимания заметно смещён в сторону «виртуальной» экономики, развивающейся вокруг информации, способов её передачи, накопления и обработки.

На территории бывшего Советского Союза индустрия стартапов развивается намного медленнее и имеет собственную специфику. Инвесторами в большинстве случаев выступают государства или государственные структуры, что существенно снижает гибкость в принятии решений. Спрос на новые технологии объективно ограничен скромными запросами промышленности на технологические решения. Видя такие перспективы, многие инноваторы сразу смотрят на глобальный рынок как на место для своей «раскрутки»: прекрасным примером является основанная в Минске в 1998 г. компания Wargaming, которая с середины 2000-х годов стала известна своими компьютерными играми, и прежде всего — одной из самых коммерчески успешных в мире World of Tanks, которая вывела её в тройку лидеров в своей отрасли. Большинство менее, но всё же успешных стартапов приобретаются вместе с командами их создателей крупными IT-компаниями и развиваются далее в качестве их подразделений. При этом в России значительная часть «бизнес-ангелов», готовых инвестировать в новые технологии и разработки, всё равно ориентирована на интернет-отрасль.

В то же время в наших партнёрах по Евразийскому Союзу амбиции пока скромнее, но, возможно, результаты окажутся даже значимее. В Казахстане, например, известные в республике предприниматели и меценаты Кенес Ракишев и Вячеслав Ким (первый является председателем совета директоров Казкоммерцбанка, а второй — председателем совета директоров Kaspi Bank) уже в четвёртый раз проводят конкурс «Построй свой бизнес», ориентированный на выявление проектов, требующих новых технологий, но при этом в большинстве своём реализуемых в промышленности или аграрной сфере (как принято говорить в России, в «реальном секторе экономики»). Оператором конкурса выступает благотворительный фонд «Саби», стремящийся помогать людям, которые готовы помочь себе сами, направив свои усилия для развития собственного дела.

Конечно, на фоне миллиардных вложений в российское «Сколково» или инвестиций крупнейших глобальных венчурных фондов 200 млн. тенге, которые казахстанские предприниматели уже потратили на своё начинание, не выглядят огромной суммой. Однако стоит присмотреться к финалистам Конкурса-2017, чтобы понять: даже относительно небольшие вложения могут принести впечатляющие результаты, если участники надлежащим образом мотивированы и реально связывают своё будущее с новым бизнесом. В этом году Акбар Тумабеков предлагает наладить производство оборудования для наложения хирургических швов в полости рта; коллектив авторов выступает с заявкой на производство коллагеновых мембран из животного сырья для скорейшего заживления ран и ожогов; Масалим Еркебулан готов заняться выпуском устройства, могущего стать альтернативой компьютерным «мышкам»; несколько участников подали заявки в сфере обучающих игр для детей; почти половина финалистов стремятся развивать экологически чистые аграрные производства и народные промыслы.

В прошлые годы победителями устраиваемого Кенесом Ракишевым и Вячеславом Кимом конкурса становились самые разнообразные проекты — от новых технологий утилизации автомобильных покрышек с получением инновационного материала для покрытия беговых дорожек и теннисных кортов до коммерциализации технологии производства традиционного казахского напитка коже. Сегодня в Казахстане работают 23 предприятия, созданные лауреатами прошедших конкурсов.

В России схожий по сути процесс организован существенно иначе. Каждый год на региональном и федеральном уровне проводится конкурс «Молодой предприниматель России» — однако, с одной стороны, он ориентирован на уже действующих бизнесменов (участниками могут быть граждане, которые уже развивают собственное дело: индивидуальные предприниматели или (со)учредители юридических лиц); и, с другой стороны, победителям в нескольких номинациях вручаются небольшие (до 100 тыс. рублей) и гарантируется освещение их деятельности в федеральных и региональных средствах массовой информации. Организаторами конкурса выступают государственные структуры: Министерство образования и науки и Федеральное агентство по делам молодёжи. Стартапы больше привлекают внимание специалистов из Фонда Сколково (Russian Startup Tour) и Высшей школы экономики (вручает премию «Стартап года»): в обоих случаях победители могут воспользоваться консультациями ведущих специалистов и встретиться с потенциальными инвесторами, а также получить приглашения на международные стартап конференции — однако в условиях продолжающегося в стране кризиса интерес к этим программам значительно упал.

Конечно, ни в Казахстане, ни в России работа с новыми компаниями и технологиями не дошла до того уровня, когда возникают те же самые startup accelerators — но, вероятно, можно найти и другие достаточно креативные решения. Не претендуя на единственно верное мнение, я бы высказал мысль о том, что России, да и всем постсоветским странам необходима единая площадка новых коммерциалиризуемых технологий — своего рода технологическая биржа, в рамках которой могла производиться экспертная оценка проектов, подписка на их финансирование и развитие, обмен мнениями между инвесторами и инноваторами, и, в конечном счёте, запуск проекта. Функционировать эта структура могла бы за счёт отчислений роялти от успешных проектов или (в качестве альтернативы) от полученной миноритарной доли в них. На мой взгляд, это было бы намного полезнее раздачи дипломов и освещения в прессе успехов (зачастую надуманных) молодых предпринимателей за государственный счёт.

А пока такой отлаженной системы не создано, можно только ещё раз порадоваться той своевременной инициативе, которую организовал для поддержки предпринимателей казахстанский благотворительный фонд «Саби» и пожелать успехов финалистам текущего конкурса и — неизвестным ещё пока — победителям раунда 2016-2017 годов.

Россия > Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 2 марта 2017 > № 2093209 Владислав Иноземцев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter