Всего новостей: 2553919, выбрано 3 за 0.009 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Аганбегян Абел в отраслях: Госбюджет, налоги, ценыОбразование, наукавсе
Аганбегян Абел в отраслях: Госбюджет, налоги, ценыОбразование, наукавсе
Россия > Образование, наука > ras.ru, 20 октября 2017 > № 2360338 Абел Аганбегян

Академик Аганбегян: кризис в России длится четверть века

Выдающийся российский экономист поделился оценками переживаемого страной периода с участниками научных чтений памяти Т.И. Заславской.

Академик Абел Гезевич Аганбегян вспомнил знаменитый «Новосибирский манифест» 1983 года, как окрестили доклад Т.И. Заславской на семинаре по социально-экономическому развитию СССР. В нем был обоснован тезис об отставании производственных отношений в СССР от уровня и назревших потребностей развития производительных сил, что выражалось в неадекватной системе управления с чрезмерной централизацией и подавлением творческих начинаний, в отсталости социальной сферы, негативных тенденциях социального поведения.

«В новой России, — подчеркивал А. Аганбегян, — мы переживаем аналогичный период, когда темпы развития экономики сокращаются, как в период брежневского застоя, необходимые структурные реформы не проводятся и во многом мы сами погрузились в трясину стагнации и рецессии 2013—2017 годов».

Россия по сравнению с советским временем отступила по уровню экономического развития на 45-е место среди стран мира, по индексу социального развития — на 70-е место, по ожидаемой продолжительности жизни — на 90-е место. До минимума снизилась доля инвестиций в основной капитал в валовом внутреннем продукте до 17 % в сравнении с 20 % в развитых странах и 30—35 % — в развивающихся странах. А доля сферы «экономика знаний» (НИОКР, образование, информационные и биотехнологии и здравоохранение) — главная составляющая человеческого капитала — сократилась до 13 % в год в сравнении с 35 % в развитых странах и 15—20 % в развивающихся странах. Поэтому в последние десять лет экономика России увеличивается по 1 % в год, в развитых странах — по 1,5 %, а в развивающихся странах — по 4—5 %.

Лучше всего у нас пока, к счастью, обстоит дело с образованием, хотя мы пятимся назад из-за отставания в финансировании — Россия занимает в мире 33-е место.

«А самое сильное отставание у нас в здравоохранении, — считает экономист, — хотя страна сделала определенный рывок в росте средней продолжительности жизни». Сегодня она составляет в РФ 72 года, тогда как в США — 79, Великобритании и Франции — 82, в Японии — 83 года (мировой рекорд держит Монако, где СПЖ достигла 89,5 лет). Но продолжительность здоровой жизни у россиян меньше — 61,2 года и, соответственно, 97-е место.

В других международных рейтингах Россия отступила с более-менее средних позиций в конец списка. «Наиболее высокие места Россия занимает по уровню образования, валовому продукту на душу населения (уровню экономического развития), по среднему доходу, младенческой смертности, уровню жизни в целом — в составе первых 50—60 стран в ранжире. Места 70—90, то есть в середине, у России по индексу социального развития, социальному неравенству, условиям жизни пенсионеров, обеспеченности комфортным жильем. Нижние места (100—150) наша страна занимает по уровню экономической свободы, безопасности, продолжительности жизни, эффективности здравоохранения», — обобщил А.Г. Аганбегян.

По жилищной обеспеченности Россия балансирует около 80-го места с 16-ю квадратными метрами комфортного жилья на душу населения, при этом понятие комфорта сводится к внутриквартирному туалету и холодной воде — но у 23 % россиян нет и этого. «Сегодня десятки миллионов людей в стране живут, учатся и работают без элементарных удобств», — констатировал Абел Аганбегян. Не менее остра и проблема заработка: до 70 % трудоспособного населения РФ получает доход ниже среднего — да, последний выглядит неплохо, около 30 000 рублей в месяц, но именно выглядит: усредненная цифра порождена выросшим в кризисный период неравенством. В России разрыв в доходах между богатейшими десятью процентами граждан и десятью же процентами самых бедных составляет 15,7 раз, тогда как в странах ЕЭС 6—8, а в Японии 5 раз. Пять миллионов россиян получают минимальную зарплату в 7 800 рублей, тогда как прожиточный минимум достиг 11 000: на этот разрыв недавно обратил внимание глава государства. «Основные бедные в России — трудоустроенные люди, занятые полный рабочий день, — резюмировал А.Г. Аганбегян. — Ни в одной другой стране такого нет».

«Если мы хотим развиваться, — отметил академик, — то есть единственный путь, путь перехода к форсированным инвестициям — в основной и человеческий капитал. При таком условии Россия сможет уже к 2025 году существенно продвинуться вперед. Но чтобы это сделать, нужны коренные преобразования в системе управления, в финансово-банковской и социальной сферах». Абел Аганбегян считает, что ряд стратегических решений на федеральном уровне может быть принят до 2018 года в связи с выборами президента РФ. При этом он назвал предложения главы Центра стратегических разработок Алексея Леонидовича Кудрина и главы Столыпинского клуба Бориса Юрьевича Титова «довольно радикальными», а проекты Минэкономразвития РФ, которые публикуются, — «невнятными».

«В одном я твердо уверен, — заключил академик А. Аганбегян, — это в огромных возможностях нашей страны. Какую бы область человеческой деятельности вы ни взяли, в любой найдете и организации, и людей, которые работают на самом высоком уровне».

Подготовил Андрей Соболевский, Наука в Сибири

Россия > Образование, наука > ras.ru, 20 октября 2017 > № 2360338 Абел Аганбегян


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука. СМИ, ИТ > forbes.ru, 4 сентября 2017 > № 2296157 Абел Аганбегян

Как подстегнуть ВВП: ставка на «умную экономику» ускорит рост

Абел Аганбегян

Академик РАН, завкафедрой РАНХиГС

Сколько нужно инвестиций в образование и информтехнологии, чтобы разогнать экономику даже в условиях санкций

В развитых странах «экономика знаний» доминирует в формировании ВВП: она на 60-70% определяет социально-экономический рост. Благодаря большому мультипликативному эффекту, «экономика знаний» стимулирует развитие других отраслей.

Инвестиции в основной капитал, которые раньше выступали главным источником экономического роста, в развитых странах отошли на второй план. Исследования в США показывают: образование сильнее всего влиет на темпы социально-экономического развития, вклад информационно-коммуникационных технологий также растет. Наряду с наукой (НИОКР), биотехнологиями и здравоохранением эти направления и формируют «экономику знаний».

Отличие — не в пользу России

В развитых странах доля «экономики знаний» в ВВП составляет 25-30%, а доля промышленности – 20%, в России — 11% и 27%, соответственно.

То есть главной составляющей валового продукта у них является «экономика знаний», у нас – промышленность.

В советское время показатели у нашей страны были другие: на НИОКР приходилось 3% ВВП, образование – 5%, здравоохранение – 6%, информационно-коммуникационные технологии – 2%. Итого – 16%, что примерно соответствовало уровню развитых стран.  По развитию науки и образования мы занимали передовые места, но отставали по части здравоохранения и информационно-коммуникационным технологиям. В ходе десятилетнего подъёма в 1999-2008 годы эта сфера достигла почти 15%, а в кризис 2009 года и в период стагнации и рецессии 2013 и 2016 годов она снова существенно сократилась.

Доля отраслей в структуре ВВП, %

Страны G7

(США, Япония, Германия, Великобритания, Франция, Италия и  Канада)

Россия

НИОКР

2,6

1,1

Образование

6

3,5

Информационно-коммуникационные технологии

8

2,5

Биотехнологии и здравоохранение

13

4

ИТОГО

30

11

Новые стимулы

Темп социально-экономического развития стран в наибольшей мере зависит от двух источников: от размера инвестиций в основной капитал и доли «экономики знаний» в ВВП.

В России главным источником экономического роста являются инвестиции в основной капитал, и такая ситуация сохранится  в ближайшем будущем, поскольку перед страной стоят принципиально иные задачи, чем перед развитыми странами: нам нужно технологически обновить производство, в разы увеличить высокотехнологические отрасли, удвоить и даже утроить жилищное строительство, создать современную транспортно-логистическую инфраструктуру, перейдя к массовому строительству двусторонних автострад и скоростных железных дорог.

Сами по себе инвестиции в основной капитал, без органической взаимосвязи с вложениями в «экономику знаний», не дадут должного эффекта. Они должны стать вторым по значимости локомотивом экономики.

Доля инвестиций в основной капитал в России в  2016 году составила 17%, а доля «экономики знаний» – 11%. При сохранении этого соотношения в перспективе нас ожидает нулевой рост экономики и социальной сферы. В развитых странах, в среднем, доля инвестиций составляет 20%, а доля экономики знаний – 25-30%, чему соответствует рост экономики в 1,5-2%. Развивающиеся страны растут по 5-6% в год, так как доля инвестиций в основной капитал составляет 30-35%, а доля вложений в «экономику знаний» – около 15%.

Заметим, что рост ВВП в развитых и развивающихся странах имеет качественное отличие. В развитых странах наибольший прирост получает не промышленность (исключение – высокотехнологичная промышленность), а высокоинтеллектуальные услуги: образовательные, информационные, научные, медицинские, туристические. В развивающихся странах за счет инвестиций развивается прежде всего промышленность, в том числе и традиционные отрасли: улучшается сельское хозяйство, растёт объем строительства.

Если мы хотим к 2020 году выйти на ежегодные темпы роста ВВП в 3-4%, к 2025 – в 4-5% и к 2030 – в 5-6%, то России надо перейти к форсированному увеличению инвестиций в основной капитал и «экономику знаний» по 8-10% в год, доведя долю инвестиций в ВВП до 22% и 15% соответственно, до 27% и 25% – к 2025 году и до 33% и 30% – к 2030 году.

При этом роль «экономики знаний» будет увеличиваться по мере ее развития. При 10% росте вложений в эту сферу до 2020 года развитие этой сферы ускорит наш ежегодный рост на 1,5%, к 2025 году – уже на 2,5%, к 2030году – на 3,5%. 

Деньги есть!

Я считаю, что этот сценарий может быть реализован даже в условиях санкций при ориентации на внутренние резервы. Мы можем использовать российские банковские активы, составляющие около 80 трлн. рублей. Из них только 1 трлн. рублей банки вкладывают в кредиты в основной капитал и меньше 1 млрд. рублей – в кредитование образования. Эти показатели могут быть постепенно увеличены в 3-5 раз. На эти же цели можно использовать (также в виде долгосрочных кредитов) $100 млрд. из $420 млрд международных резервов России. 

Больше инвестиций можно взять и с предприятий, если освободить их прибыль (в части такого использования) от налогов и перейти к ускоренной амортизации.

У России - невысокий уровень госдолга: 10-12%. Международный стандарт безопасности для этого показателя составляет 60% ВВП. Поэтому мы вполне могли бы за 10-15 лет нарастить долг за счёт займов государства до 30-40% ВВП (а это может дать дополнительно $400-500 млрд).

Есть и другие источники для инвестиций: в их числе - приватизация примерно трети госсобственности, которая сегодня используется только для коммерческих целей, а не для выполнения государственных задач.

При гарантиях государства можно построить систему облигационных займов для населения для льготного улучшения (по сниженным ценам) жилищных условий, покупки современных автомобилей, обустройства инфраструктурой приусадебных участков. Эти облигационные займы можно использовать для развития соответствующих отраслей.

Стимулы для роста

Для эффективного использования дополнительных инвестиций в основной капитал и вложений в человеческий капитал нужно создать благоприятные условия.

Во-первых, по мере снижения инфляции до 4% в 2017-2018 гг. и до 3% в 2019-2020 гг.  предстоит снизить ключевую ставку ЦБ сначала до 5-6%, а затем – до 4%, и вдвое сократить ссудный процент по кредитам, которые выступают главным средством финансирования экономического роста.

Во-вторых, нужно стимулировать инвестирование технологического обновления и развитие высокотехнологичных отраслей за счет предоставления налоговых каникул под эти цели. Кроме того, следует в массовом порядке предоставлять беззалоговые кредиты на основе проектного финансирования и др., об этом говорит и Стратегия Роста, разработанная Столыпинским клубом.

В-третьих, нужны институциональные преобразования, чтобы снять барьеры для социально-экономического роста: требуется сокращать сферы огосударствления экономики, расширять полномочия регионов, снижать монополизацию рынка и формировать фонды «длинных» денег.

Системный подход

Нам предстоит многогранная работа по изысканию разных источников для инвестиций. Но без системного регулирования существует риск разнонаправленных действий. Единый комплексный план, который президент Владимир Путин поручил разработать Минэкономразвития, должен содержать директивы для госпредприятий и госбанков, федерального и региональных бюджетов. Все они должны действовать в одном направлении для обеспечения общего социально-экономического роста страны.  

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука. СМИ, ИТ > forbes.ru, 4 сентября 2017 > № 2296157 Абел Аганбегян


Россия > Образование, наука > ras.ru, 20 июля 2017 > № 2250348 Абел Аганбегян

НАВСТРЕЧУ ВЫБОРАМ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

А.Г. Аганбегян

(Заметки старейшего члена Академии наук)

Абел Гезевич Аганбегян был избран членом-корреспондентом Академии наук в 1964 г., а Действительным членом Академии – в 1974 г. Является Иностранным членом академии ряда зарубежных стран и Почетным доктором наук многих университетов. 25 лет он работал в Сибирском отделении Академии наук СССР, являясь директором Института экономики и членом Президиума Сибирского отделения Академии наук. Вернувшись в Москву, он возглавил КЕПС при Президиуме АН СССР. Был избран академиком-секретарем Отделения экономики и членом Президиума АН. 13 лет он возглавлял Академию народного хозяйства при Совете Министров СССР (при Правительстве РФ). В настоящее работает в той же Академии заведующим кафедрой и является научным руководителем программы DBA (Doctor business administration) для топ-менеджеров. Является Почетным президентом Мировой экономической ассоциации.

Мне пришлось работать с шестью Президентами нашей Академии наук и двумя – исполняющими обязанности Президента. Великими среди них считаю – М.В. Келдыша и А.П. Александрова. К таким выдающимся людям я бы отнёс и М.А. Лаврентьева – основателя и Председателя Сибирского отделения Академии наук. Отличным Президентом в трудное время был мой друг – Г.И. Марчук. Очень хотелось бы, чтобы новый Президент Российской академии наук напоминал этих руководителей.

Что мы ждём от нового Президента РАН?

Прежде всего, крупных прорывных достижений в науке и их использование на практике, что вернёт Академии наук её роль, значимость и авторитет в научном мире и российском обществе.

На этом пути я выделил бы три ключевые задачи.

Во-первых, разработать Стратегию научных достижений и их использование в социально-экономическом развитии России на период 2020-2025-2030 гг.

В институтах, которые возглавляются членами нашей Академии, много значимых заделов по ключевым направлениям развития науки и технологии: надо их оценить и принять программу действий для получения выдающихся научных результатов, создания новых материалов, технологий, изделий и услуг. Для этого надо сконцентрировать средства, нацелить всех на получение конкретных конечных результатов, ежегодно отслеживать успехи по каждой разработке и выполнение намеченных проектов. Это должна быть Стратегия именно академических организаций, составленная учёными на предельно конкретном уровне, выполнение которых внесёт весомый вклад в осуществление различных научно-практических программ, принятых Правительством России.

Для примера я выделил три крупных направления (проекта):

а) Достижения в развитии цифровой экономики и инновационной технологии. Учитывая высокий уровень развития математики в России, включая её прикладную часть, следовало бы сделать акцент на новые разработки программного обеспечения по наиболее значимым направлениям нашего развития. Это должно сочетаться с прорывными достижениями в области супер-компьютеров, прежде всего, квантовых. Надо в разы увеличить исследования по развитию ИТ-технологий и их использование на практике. Выбрать, например, 50 значимых объектов, где внедрить комплексную информатизацию. Академия наук могла бы создать систему математических школ для технических и других специалистов, нуждающихся в этих знаниях, школ программирования высшего уровня, чтобы в них обучались тысячи специалистов – это весомо бы сказалось на результатах работы других отраслей, где будут использованы методы цифровой экономики и информационной технологии. Академия могла бы создать так же целый ряд коммерческих компаний в этой сфере, работающих под научным руководством учёных-специалистов.

Почему Индия в короткий срок, имея более слабую математическую базу, чем Россия, вышла на 2-ое место в мире после США по оффшорному программированию и оказанию интернет-услуг, объём которых достиг 108 млрд долл. по экспорту и 30 млрд – для внутренних целей? Вслед Индии почти вплотную идёт Китай. А мы гордимся 7 млрд экспорта математических программ, плетясь в конце крупных держав по развитию ИТ-технологий.

б) Достижения в борьбе с главной патологией XXI века – онкологией. Здесь тоже в нашей Академии есть немало серьёзных заделов: надо сконцентрироваться и добиться на первом этапе – продления жизни онкологических больных на 5-10 лет (до уровня развитых стран), а затем – сокращения смертности вдвое. Академия наук могла бы разработать «Золотой стандарт» диспансеризации для выявления рака при соответствующем приборном обеспечении и добиться массовой диспансеризации населения России по группам населения, имеющих наибольший риск этих заболеваний. Если удастся хотя бы в 1,5 раза выявлять эту патологию на 1-ой и 2-ой стадиях, то смертность можно сократить здесь на 30-40%, а затраты на лечение – в 1,5-2 раза. Одновременно мы ждём достижений в открытии более эффективных лекарств, эффективной терапии, лучшего использования лучевой терапии, новых методов лечения. По линии академических организаций можно было бы наладить массовую переподготовку и повышение квалификации врачей-онкологов со стажировкой в научно-клинических организациях Академии наук.

в) Освоение гиперскорости в космической технике и сверхзвуковой скорости в авиации, что позволит создать космические шаттлы и сверхзвуковую авиацию в гражданском самолётостроении, вернув себе здесь лидирующее место в мире. Заделы, как известно, здесь колоссальные и в разработке соответствующих материалов, и в области двигателей, и в навигационной технике.

Уверен, что, если мобилизовать активную часть Академии, сначала на оценку наших заделов, а затем – на разработку программы действий по доведению этих заделов до научно-практических результатов, будут выявлены и другие значимые направления. Но, чтобы сконцентрировать силы и средства, этих направлений не должно быть больше 4-5.

Во-вторых, хотелось бы, чтобы новый Президент Академии наук осознал основополагающую роль для будущего развития России органической интеграции науки и образования. Хорошо, что многие члены Академии по совместительству ведут занятия в университетах, иногда руководят кафедрами, но делают это, они, как правило, в одиночку или небольшими группами, не используя всю мощь академической науки, представленную в институтах. Новый Президент РАН мог бы выступить инициатором крупных, принципиально новых акций по реальной интеграции науки и образования. Академия наук могла бы организовать в новой части Москвы или Подмосковье университетский городок, вокруг создаваемого Центрального Федерального многопрофильного университета Академии наук. В основном кампусе университета бакалавры в течение 2-3 лет могли бы получать общее фундаментальное образование, а затем переводиться в специализированные колледжи, расположенные при научно-технических центрах Подмосковья: центра научной химии в Черноголовке, центра научной биологии – в Пущино, физических центрах – в Дубне, Троицке, Обнинске, центра электроники – в Зеленограде, центра космических разработок – в Королеве и др. В этих центрах сосредоточены лучшие научно-технические кадры нашей страны. Каждый студент на старшем курсе бакалавриата и в магистратуре мог бы получить научно-технического руководителя и заниматься не просто обучением под его руководством, но и проходить стажировку в соответствующем институте или технической организации. И руководитель, и студент при этом будут получать определенное вознаграждение за свою работу. Главное, что студент получит не только знания, но и приобретёт навыки, умение и опыт работы. В Академии надо осуществить лозунг, предложенный в своё время М.А. Лаврентьевым: «Нет учёного без учеников». При этих колледжах могут быть созданы специализированные лицеи по физике, химии, биологии и др. наукам, институты повышения квалификации учителей соответствующего профиля, специалистов в этой области и т.д. Эти колледжи вместе с исследовательскими институтами могли бы более предметно заняться коммерциализацией научных разработок, постепенно окружив себя зоной внедрения, и т.д. Это университет мог бы стать принципиально новым университетом, вобравшим в себя всё лучшее в мировой практике. Крайне важно, чтобы там развивалось дистанционное обучение высшего качества для периферии России, отбирая талантливую молодёжь для дальнейшего обучения. На базе этого опыта можно было бы модернизировать Новосибирский государственный университет, сделав его университетом Сибирского отделения. Статус академических университетов могли бы получить университеты – Томска, Иркутска и других городов, где есть крупные научные центры.

В-третьих, институтам Академии наук надо научиться зарабатывать внебюджетные деньги. Финансирование институтов Академии наук совершенно недостаточно, ибо оно состоит, главным образом, из бюджетных средств, которые в России крайне ограничены из-за низких налогов на доходы населения и огромных расходов государства на пенсионное обеспечение, здравоохранение, коммунальные платежи и т.д. Выход один – институтам академического профиля надо научиться зарабатывать деньги, как это происходит во всех других странах. В России из всего финансирования НИОКР на бизнес приходится ¼ часть, а в США и Китае, наоборот, – 75-80% всех средств на НИОКР даёт бизнес. Что касается академических институтов, то они вообще зарабатывают мизер, хотя могли бы «грести деньги лопатами». Надо поставить задачу – за 3 года довести внебюджетные доходы Академии до половины от их общего объёма. В основном за счёт выполнения контрактов с бизнес-структурами и за счёт экспортной выручки. У Академии есть несколько институтов, которые подают этот пример. Я 20 лет в Сибирском Отделении занимался вопросами стимулирования разработок, дающие внебюджетные средства. Дело в том, что Сибирское отделение финансировалось в советское время не из богатого бюджета СССР, как другая часть Академии наук, а из более скудного бюджета РСФСР, и при дороговизне строительства в Сибири и наличия районных коэффициентов – нам средств явно не хватало, и приходилось много зарабатывать. Особенно много средств зарабатывал Институт ядерной физики, продавая промышленные ускорители в Россию и за рубеж, и Институт катализа, который наладил производство дефицитных катализаторов. В институтах Академии наук много прикладных подразделений, есть конструкторские бюро, опытные производства, необходимая инфраструктура. От обнищавшей науки трудно ожидать серьёзных достижений.

Я, к сожалению, лично не знаком с выдвигаемыми кандидатами в Президенты Академии наук. Знакомлюсь с ними, читая их интервью и программные выступления, изучаю достижения институтов, возглавляемых ими.

Те направления будущего развития Академии, о которых я говорю, ближе всего, мне кажется, из всех кандидатов к Евгению Николаевичу Каблову, который возглавляет ВИАМ, и к Геннадию Яковлевичу Красникову, возглавляющему НИИМЭ и «Микрон». Они имеют опыт разработки и осуществления конкретных стратегических планов в своей области, обновили состав научных работников при взаимодействии с ведущими университетами физико-технического профиля, имеют большой опыт доведения научных достижений до практического использования, коммерциализации научно-технических достижений, их организации зарабатывают в год миллиарды внебюджетных средств. Если они могли бы всё это повторить и умножить в Академии наук, – было бы замечательно. При этом я, естественно, ничего против не имею и других кандидатов.

Очень надеюсь на возрождение Академии наук с новым Президентом.

Россия > Образование, наука > ras.ru, 20 июля 2017 > № 2250348 Абел Аганбегян


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter