Всего новостей: 2551265, выбрано 1 за 0.013 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Митрофанов Александр в отраслях: Электроэнергетикавсе
Митрофанов Александр в отраслях: Электроэнергетикавсе
Чехия. Россия > Электроэнергетика > ptel.cz, 18 ноября 2011 > № 436421 Александр Митрофанов

24 октября генеральный директор Государственной российской корпорации по атомной энергии «Росатом» Сергей Кириенко встретился с главными редакторами и ведущими экспертами чешских СМИ на обеде в гостинице Intercontinental.

Комментируя эту встречу, политолог Александр Митрофанов написал, что Кириенко – политик нового поколения, который по уровню своей подготовки и аргументации на голову выше своих чешских коллег.

Сергей Владиленович легко и неожиданно открыто отвечал на вопросы, не замешкавшись даже в тех случаях, когда вопрос был ему наверняка не слишком приятен.

Несмотря на то, что визит Кириенко состоялся за неделю до выдачи тендерного задания участникам тендера на достройку АЭС «Темелин», сам тендер не был главной темой беседы.

Для россиян сейчас крайне важно сотрудничество с чешскими предприятиями, которые работают в области атомного машиностроения, поскольку без их поддержки «Росатому» будет довольно сложно реализовать амбициозную программу по развитию атомной энергетики как в России, так и за рубежом. Объём этой программы Сергей Кириенко оценил в 300 млрд. долл.

Шеф-редактор ПТ Наталья Судленкова была в числе приглашённых на обед с Сергеем Кириенко. Сегодня мы публикуем ответы главы «Росатома» на вопросы чешских журналистов и «ПТ».

Чешско-российский консорциум участвует в тендере на достройку АЭС «Темелин», где его конкурентами выступают компании из США и Франции. Вы не опасаетесь того, что геополитические связи и союзнические обязательства Праги по отношению к Парижу и Вашингтону перевесят стандартные условия тендера?

Скажу откровенно: если решение по выбору проекта достройки АЭС «Темелин» будет приниматься на политическом уровне, то нам придётся тяжело. Тем не менее, я считаю, что у нас есть неплохие шансы победить в этом тандеме.

На что мы рассчитываем? На прагматизм и здравый смысл. Весь вопрос в том, какие аргументы будут существовать на политическом уровне. Если этот аргумент – только геополитическое партнёрство, то мы бы не участвовали в тендере. Если политическое решение строится на национальных интересах страны, то у нас есть хорошие шансы. Нам ничего не гарантировано в этом случае, мы это понимаем. Но у нас есть шансы.

В чём они состоят?

Во-первых, мы точно понимаем, что мы дадим предложение, с технической точки зрения точно не уступающее никаким нашим конкурентам, а с точки зрения безопасности – превосходящее их проекты. Сегодня американцы предлагают реактор, который они не строят в США. Об опыте эксплуатации этого реактора не идёт и речи, а в атомной отрасли безопасность описывается количеством наработанных реакторо-лет.

Мы сегодня с утра говорили с руководством ЧЕЗа и внесли предложение – вы можете посмотреть реактор на всех стадиях жизненного цикла. Такой проект у нас реализован в Китае и отработал там уже 3 года Такие реакторы строятся у нас в Санкт-Петербурге. Срок сдачи – 2014-й год. Такой реактор строится в Калининграде на Балтийской АЭС со сроком сдачи в 2016-м году.

И такие же реакторы заложены в проект сооружения АЭС в Беларуси. Срок их сдачи в эксплуатацию – 2017-2018 г.г. Только что мы подписали контракт на строительстве ещё двух таких блоков в Китае.

Поэтому чешские эксперты могут в нашем случае увидеть готовый блок, блок строящийся, блок монтирующийся и блок, который вводится в эксплуатацию.

Чем предлагаемый российской стороной реактор отличается с точки зрения безопасности? После аварии на АЭС «Фукусима» безопасность – основное требование к любому реактору.

Да, мы вынесли свои уроки из аварии на АЭС «Фукусима» и предусмотрели повышенные меры безопасности. Впрочем, они были и на реакторах, которые уже введены в эксплуатацию, например, в Китае.

Главная мера – двойная защитная оболочка. Наш проект – единственный, который выдерживает падение тяжёлого 400-тонного самолёта. В нашем проекте предусмотрена система пассивного отвода тепла, которое при полном отключении электроэнергии и источников воды обеспечит охлаждение реактора. А это поможет предотвратить расплавление топлива и угрозу неконтролируемой ядерной реакции. Если бы такой реактор был установлена на АЭС «Фукусима», то никаких эксцессов бы не произошло.

Ещё в нашем проекте есть ловушка расплава активной зоны. Это специальное приспособление, в котором собирается топливо в случае аварии реактора. Благодаря этой ловушке расплавленное топливо не попадает за пределы реактора. Такого сочетания мер безопасности нет ни у одного из наших конкурентов.

Чешско-российский консорциум обещает передать чешским предприятиям до 70% от объёма заказа. Но ведь то же самое обещают и конкуренты. Есть ли отличия в этих обещаниях?

Локализация, то есть, размещение заказов в стране, где строится реактор, в Чехии – наше четвёртое преимущество. Мы можем гарантировать, что 70% всех работ будет выполняться чешской стороной. Если быть реалистами, то понятно, что никто из наших конкурентов не даст больше 30%.

Не потому, что мы такие добрые, а они – такие жадные. Это просто вопрос технологической готовности. На протяжении десятилетий мы работали совместно с чешскими предприятиями, создавая атомные электростанции. У нас общая с чешскими заводами технологическая база, схожая подготовка кадров.

Если мы сегодня ведём такие же переговоры о размещении производства, к примеру, на заводах в Индии, то нам надо начинать всё сначала: нам надо обучать соответствующей технологии, а это займёт долгие годы. Чешские заводы могут делать оборудование для АЭС российского дизайна практически немедленно, им даже не нужно проводить перевооружение производства. Они могут начать делать оборудование и комплектацию уже сегодня.

70% локализации – это заказ на 120-125 млрд. крон. Он создаст десятки тысяч рабочих мест. И это – главный аргумент в пользу нашего предложения.

Не секрет, что атомная отрасль во всём мире сталкивается с нехваткой кадров. Вы не опасаетесь такой же проблемы и при строительстве АЭС «Темелин»?

Мы как раз рассчитываем на квалификацию кадров как на ещё одно наше конкурентное преимущество. Тут важны два аспекта. Первый – безопасность. В атомной отрасли очень многое определяется опытом людей: когда люди десятилетиями работали с этой технологией, у них есть уникальный опыт. Переучивать их можно, но очень сложно.

Второй аспект – степень готовности кадров к обучению новым технологиям. Если говорить прямолинейно, то в случае, если Чехия меняет технологию, думаю, что все специалисты старше 45-50 лет становятся просто не нужны. Их вряд ли будут переучивать, поскольку это очень дорого. И возможности для молодёжи тоже не гарантированы. И даже для тех, кто может переучиться, с точки зрения надёжности и безопасности это будет вызов.

В качестве примера приведу венгерскую АЭС «Пакш», на которой установлены ещё советские реакторы ВВЭР-440, аналогичные тем, которые работают на АЭС «Дукованы». Некоторое время назад правительство Венгрии пригласило для вывода из эксплуатации блока французскую компанию. Но закончилось это очень плохо – аварией. Произошло полное разрушение топлива.

Мы потом вместе с венгерскими специалистами проводили уникальную операцию, чтобы устранить последствия этой аварии. И это не потому, что французские специалисты были очень плохими. Просто это – совершенно другая технология. Можно взять, к примеру, автомобили Mercedes и Volvo. Обе машины хорошие, но я не стал бы тормозные колодки с Volvo ставить на Mercedes. Они друг другу не подходят. Так и здесь, в атомной энергетике.

В Чехии это же было, когда Westinghouse тренировался на АЭС «Темелин» с попыткой сделать топливо для реакторов российского дизайна. Дело не в том, что Westinghouse не умеет работать с топливом, он просто с таким типом топлива не работает. Вы знаете, чем это закончилось. Герметичность топлива стала нарушаться, возникли вопросы к безопасности реакторов. В итоге сейчас топливо и на АЭС «Дукованы», и на АЭС «Темелин» поставляет российская корпорация ТВЭЛ.

Чешская сторона настаивает на передаче технологий, чтобы без проблем эксплуатировать и модернизировать новые блоки. Готовы ли к этому россияне?

Да, мы готовы, тем более что в своё время чешские предприятия строили атомные станции советского дизайна. А потом был перерыв. За это время технологические решения немного ушли вперед. Но поскольку у наших и чешских предприятий машиностроительная база общая, то мы можем легко передать эти изменения.

Но чешским предприятиям нет смысла модернизировать производство, если речь идёт только о двух блоках АЭС «Темелин». Готовы ли россияне допустить участие чешских компаний в реализации других проектов?

Мы не только готовы, мы хотим этого. Атомная энергетика – специфичная сфера, где реализация проектов занимает не один год, а десятилетия. Поэтому мы заинтересованы в том, чтобы у нас были долгосрочные контракты с надёжными поставщиками.

У чешских предприятий, которые работают с нашими проектами, есть возможность поставлять оборудование и комплектующие не только на АЭС «Темелин», но и на те станции, которые мы строим по всему миру и в России – от Калининграда до Бангладеш.

Чехия. Россия > Электроэнергетика > ptel.cz, 18 ноября 2011 > № 436421 Александр Митрофанов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter