Всего новостей: 2555791, выбрано 2 за 0.012 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Раманаускас Алекс в отраслях: Рыбавсе
Раманаускас Алекс в отраслях: Рыбавсе
Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 10 июля 2018 > № 2668196 Алекс Раманаускас

Держим курс на развитие глубокой переработки.

Камчатская компания «Витязь-Авто» в рамках программы инвестиционных квот в мае заключила с Росрыболовством договор о получении долей под строительство современного завода на западном побережье. Основной упор планируется сделать на глубокую переработку биоресурсов. Подробнее о проекте, о том, какие вопросы сегодня волнуют рыбопромышленников региона, в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» рассказал генеральный директор «Витязь-Авто», президент Ассоциации рыбопромышленных организаций западного побережья Камчатки Алекс Раманаускас.

– Алекс Эдмундович, подготовка к лососевой путине традиционно обсуждалась на весеннем заседании Дальневосточного научно-промыслового совета. На этот раз ДВНПС собрался 19 апреля в Петропавловске-Камчатском. Впервые были одобрены стратегии промысла тихоокеанских лососей для дальневосточных регионов. Как вы оцениваете ситуацию с регулированием добычи, с работой комиссии по анадромным?

– В целом наблюдается более концептуальный подход в организации лососевого промысла как со стороны Федерального агентства по рыболовству, так и со стороны министерства рыбного хозяйства нашего края. Первый раз, как вы уже отметили, приняты стратегии на путину, в них определены основные правила игры как для рыбопромышленников, так и для регуляторов отрасли. Еще до начала сезона понятны прогнозируемые подходы лосося, планируемые сроки промысла. Ситуация, таким образом, стала более прозрачной для пользователей водных биоресурсов. Принципы организации путины закреплены определенным документом, и нам есть от чего отталкиваться. Естественно, все решения затем принимает региональная комиссия по анадромным, сроки промысла могут корректироваться исходя из реальных подходов рыбы. Установочное заседание комиссии прошло 17 мая.

Ряд вопросов, конечно, до конца не решен. Это в какой-то степени неурегулированность на законодательном уровне, в какой-то – пробелы во взаимодействии между ведомствами. Но в целом, я думаю, мы будем готовы к путине.

– Прогнозы по вылову, конечно, хорошие. Стартовый объем для края по всем видам тихоокеанских лососей – под 300 тыс. тонн, по западному побережью – более 188 тыс. тонн.

– Думаю, если эти прогнозы оправдаются, будет неплохо. Камчатка в целом, на мой взгляд, готова к путине. Не отстает и наше предприятие. Конечно, хотелось бы сработать на промысле максимально эффективно.

Отмечу, что на ДВНПС заместитель председателя правительства – министр рыбного хозяйства Камчатского края Владимир Галицын поднял вопрос промысла лососей на Северных Курилах. Для нас, рыбопромышленников западного побережья Камчатки, это больная тема. Накануне заседания совета мы собирали подписи под обращением, в котором ассоциации Камчатского края просят Росрыболовство вмешаться в ситуацию.

Заместитель руководителя федерального агентства Петр Савчук подтвердил, что ведомство готово сыграть координирующую роль в работе над соглашением между нашим регионом и Сахалинской областью.

Для нас очень важно, чтобы были понятные правила игры, чтобы рыбопромышленники Сахалинской области цивилизованно работали на промысле транзитных лососей, которые идут на нерест к берегам Камчатского края. Исходя из того, что вопросы не урегулированы, получается, что большая часть этой рыбы вылавливается где-то без учета, где-то сверх установленных объемов. Нас, безусловно, такое положение дел не устраивает.

Пользователи Северных Курил, применяя ставные сети, теряют их, и по факту такие орудия лова превращаются в дрифтерные. Умышленно или неумышленно это происходит – момент тонкий. Доказательства здесь найти тяжело, в том числе и пограничным органам.

К сожалению, соглашения до сих пор нет. Вопрос промысла тихоокеанских лососей на Северных Курилах обсуждался на совещании, которое проводил 14 июня на Камчатке зампред Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Сергей Митин. Во встрече участвовали сенаторы, члены краевого Законодательного собрания, представители правительства региона, предприятий и отраслевых объединений, науки, Росрыболовства. В итоге федеральному агентству рекомендовали инициировать заключение соглашения между правительствами Сахалинской области и Камчатского края для сохранения лососевых запасов.

– То есть между Сахалинской областью и Камчатским краем нужно соглашение по осуществлению промысла на Северных Курилах – как это было ранее?

– Соглашение, контроль и цивилизованный подход сахалинских властей и сахалинских пользователей к добыче лосося. Ведь неосторожное обращение с ресурсом может негативно повлиять на его воспроизводство. Вообще проблем можно было бы избежать, если получилось бы решить вопрос с запретом сетей.

– Хочется отметить, что о Камчатском крае говорят как о регионе, где профессиональное сообщество умеет консолидированно решать вопросы с организацией промысла.

– На мой взгляд, ассоциации нашего региона уже созрели для того, чтобы решать вопросы, связанные с объединением интересов пользователей, в том числе в сохранении ресурса. Помогать в проведении научно-исследовательских работ. Наука попросила нас предоставить плавсредства для учета ската молоди. Федерального финансирования исследований, скорее всего, недостаточно, поэтому перед рыбопромышленниками встает вопрос о поддержке науки, чтобы иметь объективное представление о ситуации с подходами, о результатах промысла, о состоянии запасов. Мы в этом заинтересованы и готовы помогать в проведении исследований – например авиаучетных работ.

Также мы стремимся объединить пользователей для содействия рыбоохране. Территория Камчатского края, в частности западного побережья, очень обширна, и с учетом будущих подходов рыбы, будущей путины вопросы сохранения ресурса в приоритете. Положительный результат дает привлечение внештатных инспекторов. Позитивность такой практики оценили в том числе и пользователи.

В целом закрепление рыбопромысловых участков за предприятиями на длительный срок позволило повысить сознательность рыбаков. Они понимают, что на них лежит ответственность за сохранение и изучение ресурса.

Надо отдать должное краевому министерству рыбного хозяйства: оно сделало процесс организации промысла прозрачным и понятным для пользователей. И самое главное – при принятии решений есть обратная связь. Мы уверены: если освоение рекомендованного вылова приближается к 100%, регуляторы, комиссия вовремя примут меры к тому, чтобы – при необходимых на то основаниях – объем был увеличен. Положительный результат демонстрирует и бассейновый принцип организации путины.

– Хотелось бы остановиться на теме применения при промысле лосося ставных сетей. Минсельхоз внес изменения в правила рыболовства: в отдельных районах предусматривался их запрет, в других – регламентация использования. Как вы оцениваете эти поправки?

– Да, предусмотрен запрет в Камчатско-Курильской подзоне и в Западно-Камчатской подзоне южнее 54 градуса северной широты. Логичнее, на наш взгляд, было бы ввести запрет на применение ставных сетей до 56 градуса, так как только выше не получается устанавливать невода из-за сильных течений.

Тем не менее, думаю, всегда нужно с чего-то начинать. Предстоящая путина считается урожайной, полагаю, сетной промысел не будет эффективнее добычи ставными неводами и сильно не повлияет на ситуацию. Но в преддверии будущих лет хотелось бы, чтобы опыт с запретом принес положительный результат. И хотя бы в Камчатско-Курильской подзоне удалось сохранить ценные виды рыб. Потому что бесконтрольный промысел жаберными сетями бьет в первую очередь по запасам кижуча, кеты, нерки. Отраслевая наука проанализировала уловы сетных орудий промысла, в том числе оценила качественный состав. Выяснилось, что изымаются как раз те виды лососей, о которых я сказал. Мое мнение – это свидетельствует о том, что происходит порча улова, которая нередко приводит и к сокрытию, либо орудия лова работают выборочно. И то, и другое неприемлемо. Так что рассчитываем на изменения.

– Ключевое событие для отрасли в этом году – перезакрепление долей квот на 15 лет. Здесь возникают вопросы у «Витязь-Авто»?

– Мы готовились к этому событию, провели инвентаризацию договоров, подготовили нужные документы. Думаем, что заключение договоров на новый срок пройдет цивилизованно, без ущемляющих пользователей моментов. Пока особых рисков не видим. Вроде бы все понятно. Все опасались ухода от исторического принципа – к счастью, этого не произошло. Если такой подход сохранится, на мой взгляд, все будет нормально.

Кроме того, «Витязь-Авто» участвует в программе инвестиционных квот. Мы решили строить береговое предприятие, которое относится к объекту инвестиций типа «М», – завод большой мощности под доли квот минтая и сельди.

– Это масштабный проект, насколько я понимаю?

– Да, речь идет о создании завода в селе Устьевое – крупнейшего предприятия для Соболевского района. В сутки планируется производить 100 тонн филейной продукции. Также собираемся организовать выпуск рыбной муки и рыбьего жира – то есть это будет максимально безотходное производство. Сырьем будет не только белорыбица, но и лосось – уже установлена линия по его переработке. Заказано создание очистных сооружений. Собираемся построить завод по последнему слову техники.

– А сколько рабочих мест планируется создать за счет открытия нового предприятия?

– Думаю, при полном цикле производства – лососевые и белорыбица – будет задействовано более 300 человек. Наш проект – это не только инвестиции, но и социальная роль. В районе появятся дополнительные рабочие места. Предполагаем развивать инфраструктуру.

Как и предусматривается законодательством в рамках программы инвестиционных квот, это будет новый завод. Первый пуск – по лососевым видам – планируем уже в эту путину. А к сентябрю хотим ввести в эксплуатацию линию по производству белорыбицы и мукомольной продукции.

В целом планируется производство филейной продукции, фарша, стейков, муки, жира и всего спектра продукции по лососевым.

– Высокотехнологичное производство и продукция с высокой добавленной стоимостью?

– Да. Нынешняя концепция развития рыбной отрасли предусматривает, что преференции в рамках изменений Налогового кодекса получат предприятия, выпускающие продукцию с высокой добавленной стоимостью. И в принципе это правильная политика государства, обеспечивающая и увеличение числа рабочих мест, и налоговые поступления, и рост валового внутреннего продукта. По возможности мы следуем этому курсу. Рассчитываем с годами увеличить линейку выпускаемой продукции.

– С кадрами проблем не возникнет при запуске такого предприятия?

– Аналогичное производство у нас уже налажено в Озерновском. Часть работников этого завода поможет подготовить кадры для нового предприятия. Так что опыт эксплуатации оборудования подобного рода у нас уже есть.

Хотя отмечу: кадровый голод в отрасли – основная проблема, и ее нужно решать. В советское время были структуры, которые позволяли человеку, работавшему в отрасли, в короткие сроки получить «корочку», например, моториста. Сейчас система подготовки заточена прежде всего на высшее профессиональное образование. Установленных государством требований к кадрам стало больше, между тем сложно найти людей для работы на маломерном флоте, нужны рабочие профессии.

– Резонансная тема – переход на электронную ветеринарную сертификацию. Какие вопросы здесь возникают?

– Конечно, мы готовимся к электронной ветсертификации: пытаемся в тестовом режиме использовать систему «Меркурий», корректно отражать движение сырца и готовой продукции, обучаем специалистов.

Но этот опыт и обсуждения на различных площадках показали, что у предприятий возникает ряд проблем. Хотя надо отдать должное сотрудникам Россельхознадзора, региональному агентству по ветеринарии: они решают вопросы, дают разъяснения.

– Власти связывают с электронной ветсертификацией большие планы по пресечению незаконной транспортировки рыбы и морепродуктов.

– Да, и это положительный результат, который призвана принести электронная ветеринарная сертификация, – тотальный контроль государства за оборотом уловов водных биоресурсов и рыбопродукции. При таких условиях торговля браконьерской рыбой будет невозможна.

– Если говорить о планах, то, помимо строительства завода под инвестиционные квоты, в каких еще направлениях двигается компания?

– В рамках общей стратегии развития отрасли мы нацелены на развитие глубокой переработки, на увеличение объемов производства, расширение ассортимента, увеличение числа рабочих мест. Наше производство отвечает мировым стандартам – мы будем стремиться осваивать новые международные рынки.

В рамках ассоциации мы ведем работу по привлечению кадров в отрасль, чтобы заинтересовать молодежь, чтобы труд в рыбохозяйственном комплексе был почетным. Участвуем во всевозможных конкурсах, акциях, проводимых на различных площадках. Стараемся выпускать информационные материалы о работе в рыбном хозяйстве. Сейчас ведем с нашей «мореходкой» переговоры о сотрудничестве. Мы заинтересованы, чтобы рыбная отрасль на Камчатке развивалась.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 10 июля 2018 > № 2668196 Алекс Раманаускас


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 27 сентября 2017 > № 2325787 Алекс Раманаускас

Наша позиция по сетям – желание работать на перспективу.

Алекс РАМАНАУСКАС, Президент Ассоциации рыбопромышленных организаций западного побережья Камчатки.

По вопросу использования жаберных сетей на Камчатке уже высказывались публично и рыбаки, и федеральные, и региональные власти, и конечно же, наука. Тема непростая, обсуждается долгое время.

Недавно в интернете появился фильм о необходимости запретить жаберные сети при промысле лосося на полуострове. Подробнее о поднятых вопросах c корреспондентом Fishnews побеседовал один из героев съемки – президент Ассоциации рыбопромышленных организаций западного побережья Камчатки Алекс Раманаускас.

– По вопросу запрета жаберных сетей на Камчатке есть разные точки зрения. Какова ваша позиция, как руководителя ассоциации?

– Проблема использования жаберных сетей существует, и она не решена. Раньше это были факультативные орудия лова, например, на тот случай, если вдруг сорвало невод. Но теперь сети становятся основными орудиями промысла. Некоторые умельцы даже автоматизируют процесс, умудряются осуществлять переборку с использованием различных хребтинно-выборочных комплексов. При этом уловистость с каждым годом повышается. Если раньше с одного участка добывали 100-150 тонн, то сейчас в «нерыбный» год берут и 200-250 тонн. Мы прекрасно понимаем, что если мыслить категориями будущего, то нельзя так расточительно и необдуманно выбирать ресурс.

Если вспомнить ситуацию десятилетней давности, количество неводов на западном побережье было в разы меньше! И то, в «нерыбный» год люди не задействовали в промысле все закрепленные за ними участки, ведь установка невода затратна. Сетной промысел достаточно «бюджетный», поэтому любой рыбопромышленник может использовать все имеющиеся РПУ. А их сейчас 240-250 по всей Западной Камчатке. Представляете, какая нагрузка на ресурс?

Кроме того, есть практика, когда рыбопромысловый участок сдается в аренду. И тот, кто получает РПУ таким образом, старается выжать из него по максимуму. Для этого выставляется как можно больше сетей. И все, через этот участок рыба просто-напросто не проходит.

Еще один момент – сеть рыба не замечает. Не расценивает ее как препятствие. А сетное полотно невода видно. Лосось видит преграду, начинает ее обходить – попадает в ловушку. Но кижуч, например, следует, минуя ее. А теперь, с более массовым распространением сетного промысла, популяция кеты и кижуча – это установили авиаучеты – на западном побережье подорвана. Горбуша в «нерыбный» год тоже становится уязвимой. В нынешнюю путину ей повезло с погодой: рыба прошла по полной воде, ее не удалось взять ни в море, ни в реке.

Если говорить об экономической составляющей, то здесь можно выделить два момента. Первое – использовать сеть гораздо дешевле, нежели ставной невод. Рыбопромышленник не относится к ее потере как к событию. Отсюда возникает проблема брошенных орудий лова, угроза безопасности мореплавания.

Второй момент – практически вся выловленная рыба со следами объячеивания и отправляется в производство вторым сортом. Это сказывается на цене в широком масштабе.

– А если запрещать сети, то использовать территориальный принцип?

– В некоторых районах использовать на промысле ставные невода невозможно. Например, район выше реки Ичи по западному побережью. Очень сильные приливно-отливные течения, стенка невода будет постоянно провисать. Там, конечно, однозначно надо оставлять альтернативу.

Но есть районы, где возможно использование других орудий лова. Предложение в таких районах оставить сети, регламентировав их использование, считаю, не обеспечит должного эффекта. Отследить количество сетей, их размер, расположение по всему западному побережью – однозначно проблема. Правоприменители столкнутся с вопросом, как доказать нарушение. Нерадивые пользователи в ответ на претензии к взаимному расположению сетей будут говорить, что орудие лова снесло течением.

А сейчас вообще никакого регламента нет, сети выставляются в сплошные линии. Разве лосось может пройти через такое препятствие?

– То есть, по вашему мнению, правила нужно устанавливать по территориальному принципу? В некоторых районах полностью запрещать сетной лов? Вы считаете, такая модель сработает?

– Если в основу брать территориальный принцип, то в некоторых районах промысел ставными неводами, как я уже говорил, невозможен. Там, конечно, запрещать сети нельзя, иначе рыбак будет поставлен в невозможные для него условия, не сможет вообще взять улова. Другое дело – районы, где со ставных неводов перешли на сети.

КамчатНИРО может провести инвентаризацию участков и сказать: вот тут можно ловить неводом, а вот здесь нельзя. И исходя из этого уже будет приниматься решение. А просто ограничениями – по размеру сетей, их количеству, взаимному расположению – порядка не навести. Все равно будут злоупотребления. И опять же, если пользователь сам не будет использовать сети, то будет сдавать участок в аренду, а арендатор будет стремиться извлечь максимальную выгоду.

– Есть мнение, что в основе выступлений против жаберных сетей – конкурентная борьба.

– Здесь позиции разделились по принципу перспектив дальнейшей работы. Для тех, кто связывает свою судьбу с добычей и переработкой в ближайшие года-два, а также тех, кто берет участок в аренду, сети с их минимальной себестоимостью – это благо. Для тех, кто собирается продавать предприятие, они тоже выгодны: можно показать хорошую статистику по уловам и тем самым повысить привлекательность в глазах покупателей. Но для тех, кому небезразлично будущее ресурса через пять-десять лет, сети – зло. Может быть, наша дискуссия и выглядит как конкуренция, но в ее основе – желание работать дальше.

Маргарита КРЮЧКОВА, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 27 сентября 2017 > № 2325787 Алекс Раманаускас


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter