Всего новостей: 2555048, выбрано 19 за 0.006 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Фомин Александр в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаАрмия, полицияРыбавсе
Фомин Александр в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаАрмия, полицияРыбавсе
Россия > Рыба > fishnews.ru, 22 ноября 2016 > № 1992520 Александр Фомин

Береговые заводы – под «охлажденку»

В проектах подзаконных актов частично учтены замечания, озвученные рыбацким сообществом. Оставшиеся расхождения во многом связаны с выделением инвестквот под строительство рыбоперерабатывающих заводов, считает президент ВАРПЭ Александр Фомин.

Комментируя итоги заседания рабочей группы в Совете Федерации, президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) Александр Фомин обратил внимание, что обилие версий проектов постановлений приводит к тому, что рыбаки начинают путаться в нормативных актах. «Непонятно, какие из них нужно рассматривать, потому что к тем, которые доработаны и вывешены, нельзя разместить замечания, а те, которые проходят обсуждение, как было заявлено, не поддерживаются Росрыболовством», – заявил он корреспонденту Fishnews.

Причем обнародованные версии проектов могут быть не последними. На рабочей группе замглавы Минвостокразвития Александр Крутиков предупредил, что на днях в правительстве запланировано совещание с участием вице-премьеров Аркадия Дворковича и Юрия Трутнева, где будут обсуждаться принципы и подходы к распределению инвестквот и куда, возможно, будут приглашены и рыбаки.

«Надеемся, что это совещание состоится и будут найдены компромиссные решения между позициями Минвостокразвития и Росрыболовства, потому что и у той, и у другой стороны есть положительные моменты, которые стоит использовать, – отметил Александр Фомин. – В любом случае акты находятся в достаточно высокой степени готовности. Существенно учтены замечания, которые давались раньше. Вместе с тем по принципиальным вопросам еще остались расхождения, особенно по заводам, которые будут строиться в рамках применения инвестиционных квот».

Он подчеркнул консолидированную позицию рыбаков в этом вопросе. «Все участники высказались, что это должны быть новые заводы, никаких реконструкций. Это должны быть заводы, построенные на прибрежных территориях, причем приоритет должен быть отдан переработке свежего и охлажденного сырья, то есть прибрежному рыболовству, конечно, в тех регионах, где это возможно», – сообщил президент ВАРПЭ.

По его словам, такой вариант экономически обоснован – «сырец стоит дешевле, чем замороженная рыба» – и приведет к повышению качества выпускаемой продукции. «Перерабатывать замороженную рыбу – это тупиковый путь. Китай уже сворачивается в этом плане, мы просто не сможем с ними конкурировать, – уверен Александр Фомин. – Нужно выбирать опыт развитых стран, которые перерабатывают именно парную рыбу».

ВАРПЭ разделяет озвученную на заседании рабочей группы оценку РСПП возможных потерь для прибрежного рыболовства, а значит и для приморских территорий, после 2019 г., если не появится заводов, куда можно сдавать уловы в свежем и охлажденном виде. «Сегодня нет никаких стимулов, для того чтобы заниматься прибрежным рыболовством. Даже коэффициент 1,2 не компенсирует тех барьеров и проблем, которые мешают развитию этого направления», – подытожил Александр Фомин. Он выразил надежду, что по результатам заседания будут подготовлены рекомендации для правительства, которые будут учтены при дальнейшей доработке актов.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 22 ноября 2016 > № 1992520 Александр Фомин


Россия. Весь мир > Рыба > fishnews.ru, 30 июня 2016 > № 1865265 Александр Фомин

ВАРПЭ проанализировала барьеры в отрасли.

На июньском заседании коллегий Минвостокразвития и Генпрокуратуры обсуждали вопросы рыбной отрасли. Одной из основных тем стали избыточные административные барьеры. После заседания президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров Александр Фомин передал в Генпрокуратуру анализ ситуации. ВАРПЭ обобщила информацию о наиболее актуальных проблемах и предложила пути их решения. В материале для Fishnews руководитель объединения рассказал о результатах анализа.

Административные барьеры в рыбном хозяйстве обсуждаются регулярно, однако часто проблемы не удается решить в течение многих лет. Именно устранение избыточного контроля и надзора отечественные рыбопромышленники считают важнейшей и первоочередной из возможных государственных мер по поддержке отрасли.

По оценкам экспертов профессионального сообщества, из-за существующих административных препон российские рыбаки ежегодно недополучают миллиарды рублей прибыли, а розничная цена рыбы и рыбопродукции увеличивается ориентировочно на 15-20%. Таким образом, проблемы отражаются не только на представителях бизнеса, но и на всем населении страны.

Сейчас излишнее административное давление отчетливо наблюдается в сферах пограничной деятельности, ветеринарного и таможенного контроля, а также работе Росрыболовства.

В области пограничной деятельности

1. Требование о прохождении морских контрольных пунктов (точек) при входе судов рыбопромыслового флота в исключительную экономзону РФ и выходе из нее.

Система контрольных пунктов (точек) и порядок их прохождения регламентированы приказом ФСБ России и Росрыболовства от 15 февраля 2010 года № 56/91. При этом не учитывается, что требование о прохождении морских контрольных пунктов утратило актуальность с принятием нормы об обязательной доставке всего улова для оформления в российские порты.

Следить за ситуацией позволяют технические средства контроля, устанавливаемые на судах, внедряется электронный промысловый журнал. В связи с этим предлагаем рассмотреть вопрос, чтобы требование о прохождении морских контрольных пунктов действовало только для иностранных судов. Нужно внедрить принцип абсолютной достоверности данных отраслевой системы мониторинга, внести изменения в приказ № 56/91.

2. Целый ряд проблем в работе маломерного флота. Причина – требования, установленные приказом ФСБ России от 15 октября 2012 года № 515 «Об утверждении Правил пограничного режима».

Это запрет на нахождение и промысел в 12-мильной зоне для маломерных судов, которые не оснащены ТСК, в темное время суток; необходимость не позднее чем за 4 часа уведомлять пограничный орган о планируемом выходе судов и средств из пунктов базирования. Судам и средствам без судового билета разрешено находиться в светлое время суток на удалении до 2 миль от берега.

В результате хозяйствующие субъекты несут неоправданные финансовые потери и производственные издержки. Только затраты на оснащение маломерного судна (средства) приборами ТСК исчисляются суммами от 2000 до 25 000 долларов, притом что стоимость маломерного судна составляет порядка 20 000 - 50 000 долларов.

Мы уверены: необходимо вести изменения в правила, утвержденные приказом ФСБ России от 15 октября 2012 года № 515. Нужно предусмотреть в этом документе принцип: получение пограничными органами информации о местонахождении маломерного судна любыми доступными современными методами. При необходимости разработать порядок оснащения маломерных судов техническими средствами и определить их виды.

3. Запрет прохода Первым Курильским проливом для судов, в отношении которых осуществлен пограничный контроль (суда с «закрытой границей»).

В прошлом году начали действовать изменения закона о госгранице, но это не решило проблем прохода через Первый Курильский пролив. Суда рыбопромыслового флота, отправляющиеся на промысел из Охотского моря в Берингово (или из Берингова в Охотское), не имеют права транзитного прохода через этот пролив, так как при этом потребуется пересекать границу. Капитаны вынуждены следовать Четвертым Курильским проливом, ширина которого более 24 морских миль. При этом происходит потеря промыслового времени (до 20 часов) и увеличиваются затраты. Логичных причин для барьера нет.

Наша позиция – нужно дополнить статью 9 закона о государственной границе новой частью: «Российские суда, в отношении которых осуществлен пограничный контроль, могут пересекать Государственную границу Российской Федерации без прохождения пограничного, таможенного и иных видов контроля, при непрерывном и быстром следовании проливами, ширина которых не превышает 24 морских миль, не заходя во внутренние морские воды либо не становясь на рейде или у портового сооружения за пределами внутренних морских вод РФ, при условии выполнения требований к оснащению судов техническими средствами контроля, обеспечивающими постоянную автоматическую передачу информации о местоположении судна, и (или) другими техническими средствами контроля местоположения судна и при условии передачи в пограничные органы данных о местоположении таких судов. Указанным судам при следовании проливами запрещается остановка и стоянка на якоре, за исключением случаев, когда это вызвано необходимостью спасания людей и судов или другими чрезвычайными обстоятельствами, о которых капитан судна незамедлительно информирует пограничные органы».

4. Обязательное присутствие наблюдателей пограничного органа при перегрузе готовой продукции и сырья на транспортные суда в ИЭЗ РФ.

Эта норма также возникла тогда, когда не было обязанности доставлять всю продукцию в отечественные порты для осуществления контрольных функций. Кроме того, не было требования оформлять всю продукцию в ветеринарном отношении, не осуществлялся переход на электронный судовой и производственный журнал; не работала система ТСК; не осуществлялась выдача сертификатов происхождения продукции.

При этом при выгрузке в порту для дальнейшего продвижения по территории России или при оформлении экспорта, опять же, обязательно должен быть представитель контролирующего органа.

Присутствие наблюдателя при перегрузе – явно избыточная функция, затратная как для производителей продукции, так и для ФСБ России.

Сопоставление данных различных форм контроля неизбежно выявит места, где будет всплывать или исчезать «неучтенка», что позволит сформировать нормально работающую систему оценки риска – стимул для добросовестных предприятий.

В связи с этим предлагаем исключить часть 5 статьи 12.4 федерального закона об исключительной экономической зоне РФ. При этом нужно обеспечить принцип абсолютной достоверности данных ОСМ, внедрение электронного промыслового журнала, при необходимости – рассмотреть вопрос об установке на судах рыбопромыслового флота дополнительных средств видеоконтроля за производственными операциями.

5. Практика принятия должностными лицами погранорганов решения о доставлении (конвоировании) судов в порты при выявлении на них нарушений законодательства о рыболовстве и сохранении ВБР.

Базовое основание для того, чтобы должностное лицо пограничного органа приняло решение о доставлении (конвоировании) судна в порт, это невозможность составления протокола на месте выявления административного правонарушения. При этом в отношении судна такое доставление может быть применено на основании обнаружения факта ведения незаконной деятельности. Но широта формулировки «осуществление незаконной деятельности» позволяет отправить судно в порт при выявлении практически любого нарушения, связанного с несоблюдением правил добычи водных биоресурсов. Анализ практики показывает, что, как правило, такое решение принимается, если невозможно на месте обнаружения нарушения установить его предмет – определить объем находящейся на судне рыбопродукции – и нужно проводить полную выгрузку в условиях порта. Между тем снятие судна и его последующее доставление в порт РФ за правонарушения, фактически не имеющие отношения к введению именно незаконного промысла, ведет к потерям производственного времени, материальным издержкам, угрозам неосвоения квот, подрыву деловой репутации предприятия.

На наш взгляд, нужно ввести нормы, дифференцирующие условия применения доставки морского судна и орудий лова при выявлении в районах промысла нарушений правил рыболовства. Для этого необходимы изменения административного кодекса: внести в пункт 8 части 1 статьи 27.1 КоАП дополнение, касающееся ее неприменения при нарушении по статьям 7.11, 8.16 и 8.17; в части 1 статьи 27.1 установить случаи, при которых может осуществляться доставление судна и орудий совершения административного правонарушения в порт РФ. При этом нужно руководствоваться базовыми запретами, закрепленными в бассейновых правилах рыболовства: запрет на ведение промысла в неразрешенное время, в неразрешенном месте, без разрешения, неразрешенных объектов, неразрешенными орудиями. Именно эти запреты наполняют содержанием понятие «незаконный промысел», что в полной мере соответствует требованиям международного плана по борьбе с браконьерством.

6. Обязанность незамедлительного информирования пограничного органа об изменении условий пересечения госграницы РФ.

По Правилам, утвержденным постановлением Правительства РФ от 27 августа 2014 года № 863, возлагается обязанность незамедлительно информировать пограничный орган с использованием телефонной, факсимильной связи либо посредством электронной почты об изменениях планов пересечения государственной границы Российской Федерации. При этом сейчас отсутствуют критерии соответствия требованию «незамедлительности». Это создает предпосылки для привлечения капитана к административной или уголовной ответственности. Между тем невозможность незамедлительного информирования может быть обусловлена не зависящими от капитана причинами – выходом из строя средств связи и т.п.

Предлагаем внести изменения в Правила, заменив слово «незамедлительно» словосочетанием «как только это станет возможным».

В сфере таможенного контроля

1. Процедура совершения таможенных операций в отношении тароупаковочных материалов, используемых на судах рыбопромыслового флота для продукции из водных биоресурсов.

В 2014 году Федеральная таможенная служба РФ приняла решение о том, что тароупаковка не может быть отнесена к категории припасов и, как следствие, регулироваться в упрощенном порядке в соответствии с главой 50 Таможенного кодекса Таможенного союза.

На этом основании Камчатская таможня стала отказывать в оформлении таких материалов (мешки, картонные коробки, обвязочные ленты и т. п.), задекларированных в качестве припасов, и требует оформить тароупаковку под таможенную процедуру экспорта или под таможенную процедуру реэкспорта. Более того, за этим последовало возбуждение административных дел в отношении рыбодобывающих предприятий.

Свою позицию таможенный орган объясняет тем, что декларируемые тароупаковочные материалы, согласно подпункту 23 пункта 1 статьи 4 ТК ТС, не соответствует понятию припасов.

Вместе с тем таможенное законодательство Таможенного союза и международные конвенции в области таможенного регулирования содержат практически идентичные понятия (термины) отнесения тароупаковочных материалов к припасам (должны находиться на транспортном средстве, обеспечивать свое целевое предназначение и целевое использование для обеспечения эксплуатации конкретного транспортного средства). При этом не предусматривается ограничений в отношении товаров (за исключением запасных частей и оборудования), в том числе в отношении тароупаковочных материалов, которые в случае потребления их на транспортном средстве в процессе его эксплуатации, не могут быть отнесены к категории припасов, регулируемых главой 50 ТК ТС.

Кроме того, по рассматриваемым вопросам уже сформировалась судебная практика, результаты которой также игнорируются ФТС. При этом совершения таможенных операций в отношении тароупаковки регулируются письмами ДВТУ и Федеральной таможенной службы, что противоречит Правилам подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации.

В этой ситуации рыбохозяйственные предприятия также получают более высокий коэффициент в «системе оценки рисков». В результате – более длительные процедуры таможенного оформления. При этом и сама система оценки рисков в данном случае и в ряде других моментов превращается в дополнительный административный барьер, поскольку квалификация заявителей для таможенного оформления зависит от того, какой уровень в системе будет присвоен таможенным органом не просто отдельному заявителю, а отрасли в целом.

Считаем необходимым в соответствии с требованиями таможенного законодательства Таможенного союза и международных конвенций в области таможенного регулирования издать акт Евразийской экономической комиссии, признающий используемую рыбопромысловыми судами тароупаковку судовыми припасами.

2. Вопрос с оформлением продукции, произведенной на судах при осуществлении рыболовства за пределами исключительной экономзоны РФ.

Результатом противоположных подходов ФТС и руководителей рыбодобывающих предприятий к толкованию и применению законодательства в этой сфере послужило возбуждение таможенными органами двух уголовных дел в отношении должностных лиц группы компаний «Доброфлот».

Такие ситуации могут серьезно сказаться на желании бизнеса осуществлять промысел в Мировом океане. А ведь это направление развития рыбной отрасли заявлено на государственном уровне как приоритетное.

3. Взимание таможенных пошлин при ремонте судна на зарубежных верфях.

Если в отношении капитального ремонта никаких претензий к таможне предъявлено быть не может, то в отношении некоторых вспомогательных услуг из группы технического обслуживания желание получать пошлины выглядит необоснованным, поскольку эти работы не приводят к увеличению балансовой стоимости судна. Оно не становится дороже, но госорган намерен взимать пошлину и опять создает ухудшение в системе оценки рисков и новый административный барьер.

В сфере ветеринарного контроля

Среди всех административных барьеров серьезнее всего тормозит продвижение рыбопродукции, особенно на внутреннем рынке, ветеринарно-санитарный контроль. Его современная практика принципиально отличается как от бывшей в СССР и России до 2007 года, так и от существующей в основных рыбодобывающих странах – Норвегии, США, Японии.

Как мы уже неоднократно подчеркивали, объективная необходимость для тотального ветеринарного контроля отсутствует. За все годы существования этой системы в мороженой продукции не выявлено опасных для человека и животных болезней. Водные биоресурсы, которые добывают российские рыбаки в разрешенных морских районах, при надлежащем приготовлении конечным потребителем заведомо безопасны и не требуют ветеринарно-санитарного контроля. Безопасность потребителя нужно обеспечить выборочным контролем в звене розничной торговли.

Проводимый на платной основе ветеринарно-санитарный контроль влечет не только неоправданные расходы производителей и удорожание продукции, но и препятствует поступлению отечественной продукции на российский рынок и решению проблемы импортозамещения.

В прошлом году был принят федеральный закон «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «О ветеринарии» и отдельные законодательные акты РФ». В процессе подготовки этого нормативно-правового акта учитывались также предложения рыбацкого сообщества. Закон предусмотрел оформление ветеринарно-сопроводительных документов на безвозмездной основе, организацию мониторинга ветеринарной безопасности районов добычи ВБР, оформление ветеринарно-сопроводительных документов из благополучных районов вылова без лабораторных исследований, утверждение порядка назначения лабораторных исследований уловов водных биоресурсов и произведенной из них продукции в целях оформления ВСД, установление перечня оснований для проведения лабораторных исследований, возможность проведения лабораторных исследований аккредитованными в национальной системе лабораториями и испытательными центрами (ранее такие исследования осуществлялись только подведомственными Россельхознадзору организациями), возможность оформления ветеринарных сопроводительных документов на уловы ВБР уполномоченными лицами организаций-производителей товаров, том числе капитанами судов. Однако до настоящего времени законодательные нормы не реализованы в полном объеме.

Ситуация в сфере ветеринарного контроля рассматривалась на октябрьском заседании президиума Госсовета. По итогам президент Владимир Путин поручил правительству обеспечить внесение в законодательство РФ изменений, предусматривающих осуществление ветеринарного надзора исключительно в районах добычи водных биоресурсов. Срок был поставлен до 15 февраля 2016 года. Выступаем за то, чтобы кардинально решить проблему административных барьеров в области ветконтроля уловов и продукции из ВБР и обеспечить безусловное выполнение поручения главы государства.

В сфере деятельности Росрыболовства

1. Процедура выдачи разрешения на вылов и требование о наличии подлинника промыслового билета на борту судна.

Отсутствие на борту разрешения считается грубым нарушением правил рыболовства и служит основанием для привлечения к административной ответственности. На практике необходимость оперативной доставки оригинала документа на судно приводит к дополнительным издержкам для судовладельца, потерям промыслового времени.

Кроме того, 10 апреля вступил в силу приказ Минсельхоза от 24 декабря 2015 года № 660, утверждающий административный регламент Росрыболовства по выдаче, приостановлению действия и аннулированию разрешений на добычу. Определен срок рассмотрения заявлений хозяйствующих субъектов об оформлении промысловых билетов – до 15 рабочих дней. Это также оборачивается потерями промыслового времени, особенно в условиях скоротечной лососевой путины.

Предлагаем оформление и выдачу разрешений на вылов осуществлять в электронном виде с использованием электронной подписи. В этих целях Росрыболовству активизировать работы по созданию подсистемы «Разрешения» отраслевой системы мониторинга. Также считаем необходимым внести изменения в приказ Минсельхоза России от 24 декабря 2015 года № 660, сократив сроки рассмотрения заявлений о выдаче разрешений до 3 суток.

2. Решение Росрыболовства об изменении перечня спутниковых систем, допускаемых к использованию в качестве технических средств контроля судов рыбопромыслового флота.

Зимой Росрыболовство сообщило судовладельцам о необходимости замены до 31 марта 2016 года радиомаяков системы «Аргос», используемых в качестве технических средств контроля, на станции системы «Инмарсат».

Отраслевое сообщество сразу же заявило о том, что выполнение этого решения приведет к негативным последствиям для государства и отрасли – увеличению бюджетных затрат, невыполнению Российской Федерацией международных обязательств в области рыболовства, остановке работы значительной части добывающего флота, серьезным финансовым обременениям для рыбаков, необратимым потерям промыслового времени.

Так, расчеты, проведенные ВАРПЭ на основании данных специализированных организаций, оказывающих на территории России услуги по реализации и монтажу станций системы «Инмарсат», показали, что затраты на замену оборудования на одном судне составят, в зависимости от типа судна и региона, от 4200 долларов до 11 000 долларов. Для крупнотоннажного судна, оснащаемого двумя комплектами ТСК, расходы удваиваются. В масштабах всей отрасли переоснащение рыболовных судов новыми средствами повлечет за собой разовые расходы свыше 5 млн. долларов.

В результате удалось добиться, чтобы переходный период для замены был продлен до 1 июля 2016 года (несмотря на это, уже в мае отдельные должностные лица Погрануправления ФСБ России по Сахалинской области пытались воспрепятствовать выходу на промысел рыболовных судов, оснащенных ТСК системы «Аргос»).

Одновременно с этим Минсельхоз и Росрыболовство подготовили новую редакцию приказа, определяющего Порядок оснащения судов техническими средствами контроля и их виды.

Анализ технических характеристик и параметров предложенных Росрыболовством видов ТСК – систем «Инмарсат», «Гонец», АИС – свидетельствует о том, что все они позволяют членам экипажа фальсифицировать данные системы мониторинга, т.е. искусственно задавать любую траекторию движения судна.

Есть веские основания полагать, что вместо решения проблемы использования иностранных средств для контроля позиционирования российских судов и перехода на отечественную спутниковую систему «Гонец» Росрыболовство фактически вынуждает рыбаков к переходу с одной зарубежной системы на другие иностранные системы. Это воспринимается отраслевым сообществом крайне отрицательно.

Предлагаем дополнительно изучить проблему необходимости переоснащения российских судов рыбопромыслового флота ТСК на уровне заинтересованных министерств и ведомств, подготовить план перехода отраслевой системы мониторинга рыболовства и связи на использование отечественной спутниковой системы персональной спутниковой связи и передачи данных «Гонец», позволяющей осуществлять гарантированный мониторинг позиционирования судов.

Александр Фомин, президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ)

Россия. Весь мир > Рыба > fishnews.ru, 30 июня 2016 > № 1865265 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 22 октября 2015 > № 1527586 Александр Фомин

Александр Фомин: Увеличивать налоги и рассчитывать на инвестиции нелогично

Если убрать ЕСХН и повысить ставки сбора за пользование водными биоресурсами, бизнес станет терять порядка 10-11 млрд. рублей в виде дополнительной налоговой нагрузки, и притока инвестиций в отрасль не будет, отмечает президент ВАРПЭ Александр Фомин.

Напомним, заседание президиума Госсовета РФ по вопросам развития рыбохозяйственного комплекса прошло в Москве 19 октября. Большинство докладчиков выступило с критикой в адрес сложившихся правил игры в рыбной отрасли, предложив серьезно изменить принцип распределения квот, увязав его с инвестициями в основные фонды и развитием смежных отраслей.

«Понятен настрой главы государства, поскольку в материалах, которые ему готовили, старательно вынесены на поверхность все недостатки, кое-где приукрашенные, кое-где выхваченные из контекста, без анализа и реального масштаба этих проблем. Собственно, уже настрой президента во вступительной речи задал лейтмотив Госсовета», - отметил президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) Александр Фомин в статье для Fishnews. Он добавил, что негативные моменты, о которых говорилось, – это не система, а скорее исключения, но в будущем они могут быть использованы против динамичного развития отрасли.

«Что касается инициативы по увеличению ставок сбора за пользование ВБР, то посыл понятен – слава богу, что не трогают градообразующие предприятия. Но в целом это будет очень жесткая мера, особенно для малого и среднего бизнеса. В других странах таких сборов нет. Соответственно, мы потеряем конкурентоспособность как на внешнем рынке, так и на внутреннем, потому что импортеры не платят такую ставку, а значит смогут предложить свою продукцию дешевле», - заявил глава крупнейшего отраслевого объединения.

По его словам, понятно и предложение стимулировать льготной ставкой экспорт продукции глубокой переработки, сомнения вызывает только востребованность такой продукции за рубежом. «Видимо, бизнесу придется как-то приспосабливаться. Скорее всего, объемы экспорта будут увеличиваться, потому что компании предпочтут иметь твердую валюту за счет поставок рыбы в непереработанном виде, даже оплачивая полный сбор, чем заниматься внутренним рынком», - считает Александр Фомин.

Он обратил внимание, что стимулировать таким образом производство продукции глубокой переработки для внутреннего рынка по меньшей мере странно, так как это противоречит лозунгу «Доступная рыба». «Получается, если ты поставляешь филе на внутренний рынок, то платишь 15% ставки сбора, а если просто мороженую разделанную рыбу – то 100%. Но для большей части населения нашей страны покупать рыбное филе неподъемно. И, разумеется, если поднять ставку на мороженую рыбу, вслед поднимется и ее розничная цена, - отметил президент ВАРПЭ. - Конечно, рыбаки не смогут бесконечно поднимать цену, иначе у них сократится сбыт. С какого-то момента предприятия упрутся в потолок, и тогда начнет падать их прибыль».

По расчетам ассоциации, если убрать ЕСХН и увеличить ставки сбора за пользование ВБР, получается, что государство изымает у бизнеса порядка 10-11 млрд. рублей – в виде дополнительной налоговой нагрузки. Эта сумма сопоставима с сальдированным финансовым результатом всей отрасли. «Поэтому особого притока инвестиций ждать неоткуда. С одной стороны, мы говорим об инвестициях, а с другой – увеличиваем налоговую нагрузку. Соответственно, маловероятно, что декларируемые цели и задачи можно будет выполнить такими методами», - резюмировал Александр Фомин.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 22 октября 2015 > № 1527586 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 24 августа 2015 > № 1472526 Александр Фомин

Идеологов появилось много, а позиция у всех одна – иждивенческая!

Александр ФОМИН, Президент ВАРПЭ

Осенью в Москве должно состояться заседание президиума Госсовета по вопросу развития рыбохозяйственного комплекса России. Событие для отрасли не новое, но значимое и ответственное. Первый Госсовет определил политику государства в рыбной отрасли на десятилетие вперед, задал вектор движения, поставил перед отраслевым сообществом глобальные цели и задачи. К будущему совету каждый регион готовит свои предложения, ожидая, что именно они найдут поддержку у главы государства и лягут в основу модернизированной нормативной базы, которая заложит новый фундамент для будущего развития рыбного хозяйства страны. О том, как проходит подготовка и чего ждут от этого заседания рыбаки, в интервью Fishnews рассказал президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) Александр Фомин.

– Вы занимались подготовкой первого Госсовета, занимаетесь подготовкой и к текущему. Видите ли вы какие-то принципиальные отличия в работе, которые могут сказаться на решениях?

– Первый Госсовет состоялся в 2007 году, когда Министерство сельского хозяйства возглавлял Алексей Гордеев. Это было время, когда ФЗ-166 «О рыболовстве» только начал работать (закон был принят в 2004 году). Поэтому мы были нацелены на то, чтобы совершенствовать нормативную базу, искать эффективные механизмы управления. Рыбацкое сообщество, желая получить более широкий горизонт планирования, выступало за «длинные» квоты. Среди других не менее важных вопросов рассматривали и обязательную доставку уловов и продукции из водных биоресурсов на таможенную территорию России как меру борьбы с браконьерством, один из способов повысить прозрачность деятельности рыбаков, вывести их из тени. Тогда это все казалось неподъемным. Но, подчеркну, все были настроены на решение глобальных задач, а потому выступали по всем вопросам единым фронтом, даже если внедрение некоторых мер (например, та же доставка на берег) вели к уменьшению доходности бизнеса.

Работа по подготовке Госсовета заняла полтора года. Материалы к Госсовету готовились губернатором Сахалинской области Иваном Малаховым и на площадке аппарата правительства области. Он же возглавлял рабочую группу по подготовке доклада. На заключительном этапе, за 3 месяца до проведения заседания, этим занимался министр сельского хозяйства Алексей Гордеев. Он лично проводил совещания и встречи, советовался и обсуждал с рыбацким сообществом стратегически принципиальные вопросы – это оценка доступной сырьевой базы и увеличение финансирования ресурсных исследований, рациональное и долгосрочное использование ресурсов, оперативное регулирование добычи анадромных видов рыб, борьба с браконьерством, оборот квот и т.д.

Основным докладчиком на Госсовете был сам министр. В своем докладе он изложил базовые концептуальные моменты по изменению нормативной базы и программных документов по развитию рыболовства. Содокладчиком выступал Андрей Крайний, который накануне возглавил Росрыболовство, он дополнил доклад министра практическим содержанием. Эта была очень серьезная совместная работа. Отмечу, что «репетиция» Госсовета проводилась три раза! Первый раз мы собрались на площадке в Мурманске, затем – в Минсельхозе, и буквально за 1-1,5 месяца до Госсовета было проведено заседание Правительственной комиссии по агропромышленному и рыбохозяйственному комплексам с одноименной повесткой дня. Вся организационная работа по выработке стратегических решений была возложена на рыбного профессионала - заместителя министра сельского хозяйства Владимира Измайлова. Активное участие в этой работе принимали руководители смежных министерств и ведомств, губернаторы приморских регионов, руководители отраслевых ассоциаций и рыбохозяйственных предприятий. Таким образом, к самому Госсовету доклад уже был согласован и никаких принципиальных возражений по нему не было. Оставалось лишь принять системные решения на высшем уровне и дать соответствующие поручения по их исполнению.

Конечно, после такой ответственной подготовки, тщательной и детальной проработки самых разных позиций и мнений, Госсовет прошел успешно. Никаких принципиальных разногласий, как, например, сегодня, не было: и рыбаки, и все заинтересованные ведомства, и региональные администрации выступили в одном ключе, их решения были выверены и согласованы. И, естественно, когда консолидированную позицию доложили президенту Владимиру Путину, она нашла поддержку по большинству вопросов. По итогам заседания вышел перечень поручений Президента. А в дальнейшем они были отражены в законодательстве.

Но и после Госсовета работа не остановилась. На площадке правительства вопросы рыбного хозяйства стал курировать первый заместитель председателя Правительства Виктор Зубков. И он поставил в постоянный график работу по реализации закона, по сути держа на контроле выполнение всех поручений, принятие постановлений и приказов в ручном режиме. Росрыболовство, возглавляемое в тот момент Андреем Крайним, действовало активно и плодотворно. Целенаправленная работа быстро принесла положительный результат. Буквально в течение полугода все нормативные акты для реализации закона были приняты. Были внесены коррективы в программные документы отрасли. Откорректирована Концепция развития рыбного хозяйства, приняты Стратегия развития до 2020 года, федеральная целевая программа с объемом бюджетного финансирования 32 млрд. рублей. Были приняты механизмы экономического стимулирования развития бизнеса, снижены ставки сбора за пользование водными биоресурсами, для предприятий до 300 человек стал возможен переход на уплату ЕСХН, начали субсидироваться процентные ставки по кредитам, выдаваемым на модернизацию флота и перерабатывающих производств.

Но наряду с внедрением этих стимулов для отрасли были установлены целевые индикаторы развития, предусматривающие прогрессивное увеличение объемов вылова и производства рыбопродукции. Например, вылов необходимо было увеличить с 3,88 млн. тонн в 2009 году до 4,1 млн. тонн в 2012 году.

Эти меры господдержки вместе с решением принципиального вопроса по закреплению квот на 10 лет, а рыбопромысловых участков – на 20 лет стали мощнейшим толчком развития отрасли. Показатели ФЦП были не только выполнены, но и перевыполнены. За пять лет рыбаки нарастили объемы добычи почти на 1 млн. тонн. Объем валовой добавленной стоимости увеличился в 2 раза. Сальдированный финансовый результат деятельности предприятий (прибыль минус убыток), объем инвестиций в основной капитал выросли в 2,5 раза. Вдвое увеличилась рентабельность работы предприятий. Среднемесячная заработная плата выросла в два раза.

Рост производственных и экономических показателей деятельности предприятий на практике подтвердил правильность принятых государственных решений по долгосрочному закреплению квот добычи (вылова) водных биоресурсов.

Однако в связи с изменением состава правительства у рыбной отрасли просто не стало такого локомотива, такого защитника, как Виктор Алексеевич, и через какое-то время мы почувствовали, что сдаем позиции. А в 2014 году это проявилось особенно остро. На фоне нашего ослабления проявили силу смежные отрасли. Сегодня подготовкой идеологии развития отрасли занимается множество рабочих групп. При этом каждый регион и каждое ведомство пытается как-то модернизировать закон, найти новые рычаги для управления отраслью, предлагает свое видение и свои решения. И весь этот нестройный хор будет представлен на заседание президиума Госсовета. Боюсь, что в итоге у нас будет больше вопросов, чем ответов.

– Но по-прежнему есть принципиальные вопросы, ради решения которых стоило бы скоординировать усилия?

– Конечно. Больше всего вопросов к модернизации «исторического принципа» как основополагающего в законе о рыболовстве. Повторюсь, проблема в том, что позиции совершено разные. ФСБ, например, считает, что рыбаки кроме ловли рыбы должны еще и флот строить, и переработкой заниматься, и рынок внутренний насыщать. Поэтому их предложение заключается в том, чтобы наделять промышленников квотами в зависимости от тех обязательств, какие они на себя возьмут. Они допускают, что квоты могут быть закреплены на длительный срок, но пропорционально обременению. При его отсутствии право на вылов должно закрепляться на минимальный срок – 5 лет. Министерство по развитию Дальнего Востока предлагает установить 10-летнее право на вылов, но с условием инвестирования в отрасль. Причем вне зависимости от направления – от строительства флота до развития береговой инфраструктуры и социальной поддержки. Однако неясно, как такие условия можно отразить в договоре, как оцифровать эти инвестиции и что делать предприятиям, которые в течение предыдущего периода уже осуществили необходимые инвестиции. Им не нужны лишние заводы и пароходы. Федеральная антимонопольная служба, соответственно, продолжает настаивать на том, что «исторический принцип» привел лишь к ограничению конкуренции, произошла передача права на вылов: многих предприятий, которые изначально получили квоты, уже нет (они были поглощены, реорганизованы, ликвидированы). Поэтому она выступает за «пересмотр» прав на вылов. Излишки же предлагают реализовать на аукционах.

И наконец, позицию Федерального агентства по рыболовству вообще сложно комментировать. «Вводные» постоянно меняются. Из последних «новшеств» – квоты господдержки, квоты под береговую переработку, идея создания контроля над перечнем предприятий, куда будет поставляться рыба.

Мы пытаемся найти с ведомством точки соприкосновения, но в условиях такой разноголосицы это непросто.

Обратите внимание, что все ведомства хотят поучаствовать в процессе распределения ресурса. Это преподносится как способ повышения эффективности использования водных биоресурсов. Вместе с тем уже ясно, что мы вышли на стабильные показатели вылова традиционно добываемых рентабельных объектов в объеме 4,2-4,3 млн. тонн. Можно, конечно, говорить о глубине переработки, увеличении производства филе, но нужно смотреть экономику – сегодня производство филе минтая менее выгодно, чем потрошеные тушки, а это, соответственно, снижение прибыли и налогов. Мы что, хотим получить меньше налогов? Вторая составляющая этого вопроса – это доступность рыбы, я не уверен, что в нынешней экономической ситуации, в условиях снижения внутреннего спроса и покупательной способности населения необходимо стимулировать увеличение глубины переработки, тем самым увеличивая стоимость продукции. То же и с «прибрежкой», Росрыболовство ищет пути стимулирования именно береговой переработки. При этом в расчет не берутся показатели экономической эффективности работы таких предприятий. Сегодня затраты на переработку рыбы на берегу вдвое выше, чем в море. Для того чтобы сделать эту продукцию конкурентоспособной, необходимо снижать затраты, в том числе путем ликвидации административных барьеров, и убрать 70 проверяющих организаций, необходимо снижение налогов, тарифов и пр. Никакими квотами этот вопрос не решить. В противном случае это все отражается на цене рыбы. Простой пример, береговое филе трески с «агамовских» заводов вдвое дороже филе морской заморозки и сегодня стоит 450-500 рублей за 400 г. А ведь это продукция эффективной компании. Мы что хотим простимулировать, чтобы такой продукции стало больше? Я не уверен, что Росрыболовство просчитало все последствия, и в первую очередь социальные, предлагаемых новаций.

Если уж говорить о повышении эффективности использования сырьевой базы, то почему не говорить о введении в промысел имеющихся резервов? Сегодня, по данным науки, не используется около 1 млн. тонн малоценных объектов в собственной экономической зоне и более 1 млн. тонн за ее пределами. И это действительно свободная ниша, для освоения которой нужен и новый флот, и новые технологии, и много чего еще. Вот где поле для деятельности Росрыболовства и смежных ведомств, но это никого не интересует, хочется переделить то, что и так уже эффективно используется.

При всем этом мало кого из ведомств интересуют проблемные вопросы повседневной жизни рыбаков: например, вопрос с избыточными административными барьерами и многочисленными контролерами в отрасли не решается годами.

– Однако предлагаемые новации идут вразрез с политикой государства по насыщению внутреннего рынка недорогой и качественной рыбопродукцией отечественного производства. Ведь если мы говорим об аукционах, то предполагаем высшую цену за лот. Если о «принудительных», не просчитанных рынком инвестициях, то мы предполагаем, что они также отразятся на себестоимости продукции.

– Да, это определенно снизит доступность рыбы. А опыт аукционов у нас уже был в начале 2000-х. И он отрицательный. Аукционы вновь создадут возможность зайти в отрасль иностранному капиталу, и мы опять попадем в кабалу. Вспомните, в 2001-2003 годах цена на рыбу в воде превышала стоимость продукции. В итоге покупка лота стала просто путевкой на выход в море. Чтобы оправдать вложения, рыбак будет вынужден либо продавать рыбу дороже, либо ловить ее больше, то есть браконьерить. В начале 2000-х так и было. Сегодня же, как бы хорошо ни работали наши правоохранительные органы, никаких сил не хватит, чтобы контролировать все акватории и следить за каждым выловленным хвостом.

– Насколько я знаю, у участников рынка тоже есть свои предложения по «модернизации» системы управления?

– Бизнес довольно активно включился в процесс. Однако если говорить о тех рыбаках, которые действительно занимаются промыслом, то каждый понимает, что заявления из серии: «дайте мне квоты, и я все сделаю» – это не более чем лозунг, это фейк! Среди реформаторов мы видим судостроителей, которые не знают, как привести рыбака на несуществующие верфи; переработчиков – например, в Мурманске, – которые рыбу не ловят, но очень хотят получить ее дешевле, рассчитывая на высокую маржу.

Вот «Русская рыбопромышленная компания», например, предлагает выделить дополнительные квоты тем, кто построит суда на российских верфях. Сегодня у них уже есть более 200 тыс. тонн собственных квот, и непонятно, что мешает им уже сегодня строить флот в России. Однако если эта инициатива пройдет – значит, что остальные предприятия лишатся 20% квот со всеми вытекающими отсюда последствиями – сокращение производства и персонала, снижение нагрузки на каждое судно и, соответственно, разбалансировка существующей экономической модели ведения бизнеса на каждом предприятии.

Инициаторы передела квот – это не сами рыбаки, а люди, работающие в смежных отраслях, каждый из которых пытается решить интересы своего бизнеса. Реальных рыбаков среди таких реформаторов немного, в основном это те, у кого не хватает квот для рентабельной работы. В свою очередь, рыбодобывающие компании прекрасно понимают, что пирог один на всех. И если кому-то добавят квоты – это значит, что у других их для начала отнимут. Поэтому рыбацкое сообщество категорически отрицательно относится к вопросу перераспределения ресурсов.

– Сейчас в игру включились и субъекты...

– Введение санкцией показало, что у нас есть проблемы с насыщением внутреннего рынка отечественной рыбопродукцией. С одной стороны, каждому понятно, что если объем нашего вылова – 4,5 млн. тонн – поделить на все население РФ, то мы получим больше 30 кг на человека. Плюс здесь не учтена рыба, выловленная рыбаками-любителями. Там тоже объемы немаленькие. Однако осенью прошлого года произошел скачок цен на рыбопродукцию. Вопрос в том числе адресовали и губернаторам прибрежных регионов: где рыба и почему она продается по такой цене? Поэтому губернаторы пытаются сейчас получить действенные рычаги управления прибрежным рыболовством. Отдельные регионы озвучивают, что намерены управлять только переработкой (держать на контроле объемы, ассортимент в зависимости от районов и объектов вылова для насыщения внутреннего регионального рынка), другие хотят участвовать непосредственно в распределении ресурсов.

– Возможно ли все позиции учесть?!

– Мы частично поддерживаем региональные предложения, но с тем условием, что долевой «исторический принцип» должен быть сохранен. Мы понимаем, что прибрежные квоты – это все-таки обязательства по поставкам продукции на территорию того субъекта, где они были выделены и выловлены. Более того, важно определить, в каких конкретно объемах и где должны облавливаться ВБР. Сейчас установлен принцип пропорции промышленной и прибрежной квоты и соотношение квот между субъектами. Думаю, это и должно стать основой для дальнейшей работы.

– Но есть ли, хотя бы гипотетически, понимание того, как все должно быть?

– Это сложный вопрос. Если до этого государством все-таки были определены ясные правила игры и очевидная цель – нам заявили, что мы работаем в условиях рыночной экономики и, соответственно, должны стимулировать экспорт, получать максимальные доходы, давать бизнесу развиваться, то сейчас никакой задачи, цели или правил нет. Благодаря рыночным механизмам были запущены и реализованы долгосрочное закрепление квот, доставка уловов на берег. Теперь же подход меняется. Начинаются элементы отхода от рыночной экономики. Нам предлагают планировать вылов и реализацию на внутреннем рынке. Отмечу, сегодня бизнес сам несет все риски. Работает с тем, что востребовано на рынке. И за все ошибки отвечает своим кошельком. Сейчас государство, точнее, чиновники, пытаются предлагать другие условия, пытаются регулировать рыночную экономику. Хорошо. Только кто в этом случае возьмет на себя ответственность, возможные убытки? Мы готовы работать над вопросом увеличения поставок на внутренний рынок. Но здесь возникает множество вопросов – сроки и места поставки, оплата стоимости товара. Как эти вопросы будут решены? Давайте выстроим, просчитаем эту схему вместе. Пока же мы видим только давление и отсутствие всякого желания со стороны государственных служащих брать на себя ответственность и отвечать за возможные промахи. А риски очень велики. Мы стараемся не отвергать то, что предлагают чиновники, а пытаемся донести мысль, что данные предложения нереализуемы по вполне естественным причинам.

Так что ответить на ваш вопрос можно так: сегодня у органов государственной власти нет единой согласованной позиции как должно быть, не говоря уже о том как это сделать. Каждое ведомство и каждый чиновник предлагает свои решения. Подготовка заседания президиума Госсовета выявило это в полной мере.

Сегодня очевиден кризис в управлении отраслью. Рыбаки работают в довольно сложных условиях. Они за свои деньги модернизируют флот, выстраивают производства. И при этом каждый год осваивают установленные объемы добычи, платят налоги. Продолжают платить сборы за водные биоресурсы, что сразу ставит их в заведомо неконкурентную позицию с иностранными рыбаками, потому что такого сбора в развитых странах нет. Они платят зарплату, сохраняют людей на приграничных отдаленных территориях. Они знают свою работу и делают ее хорошо. Хотя показателями их работы отчитывается чиновники. Вы посмотрите СМИ! Каждую неделю Росрыболовство бравурно рапортует о достигнутых показателях вылова и их превышением над прошлогодним уровнем. Но возникает вопрос, а что вы, собственно, сделали для их достижения? За исключением определения ОДУ и выдачи разрешений на промысел в начале года, остальная работа направлена на расшатывание стабильных условий труда рыбаков. И это создает определенную нервозность. Как у руководителей и владельцев бизнеса, так и у простых рыбаков, работающих в этих компаниях. А каждый рыбак содержит семью, родителей и обеспечивает их социальное благополучие.

По сути, есть две модели. Либо рыночная, либо планово-административная. Но в таком случае последняя должна учитывать абсолютно все факторы и риски. Боюсь, что в нынешней ситуации и при нынешней системе управления и кадрового обеспечения отрасли эту модель выстроить невозможно.

Безусловно, можно национализировать все ресурсы и отдать их в руки одной государственной компании, и у нас уже имеется положительный советский опыт. Только не стоит забывать, что Минрыбхоз на килограмм произведенной продукции давал рубль дотаций. За счет каких средств это может быть сделано сейчас?

Сегодня мы хотим от государства только одного – поставьте нам глобальную цель, которая сплотит рыбаков. Я уверен, что каждый будет работать для ее достижения. Сейчас же в постановке задач неразбериха. Что лучше – стимулирование экспорта путем двукратного снижениях таможенных пошлин или насыщение внутреннего рынка, прибыльная судовая переработка или убыточная береговая, доступная рыба для населения или получение добавленной стоимости путем глубокой переработки, «исторический принцип» или аукционы, инвестиции в развитие производства или повышение налоговых платежей в бюджет, свободный рынок или планово-административная экономика, – с этими вопросами Росрыболовству необходимо определиться. То, что предлагается сейчас – «квоты под киль» и «сблокированные квоты под переработку»,– это давно забытые коррупциогенные схемы распределения ресурсов, не оправдавшие себя на практике.

Проработки системных решений развития отрасли пока не просматривается. Все крутится вокруг различных подходов передела квот и выкачивания средств у бизнеса. Идеологов появилось много, но позиция у всех одна – иждивенческая.

Ксения ПИСАРЕВА, Fishnews

Россия > Рыба > fishnews.ru, 24 августа 2015 > № 1472526 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 20 августа 2015 > № 1464550 Александр Фомин

Александр Фомин: Доклад к заседанию президиума Госсовета односторонне излагает позицию Росрыболовства

В нынешней редакции проект доклада к заседанию президиума Госсовета не может быть основой для выработки решений по развитию рыбного хозяйства, считает президент ВАРПЭ Александр Фомин. Он предложил главам отраслевых объединений провести всероссийское совещание для подготовки консолидированной позиции.

Напомним, что заседание президиума Государственного совета по рыбному хозяйству – важнейшее для отрасли мероприятие, которое определит стратегию дальнейшей деятельности рыбодобывающих организаций страны, – запланировано на ноябрь 2015 г. Для подготовки проекта доклада к заседанию была создана рабочая группа.

«Вместе с тем на сегодняшний день не только не сформированы единые подходы, но и выявились диаметральные расхождения позиций по ключевым вопросам развития отрасли, в том числе по наиболее острому для рыбаков вопросу доступа к ресурсам», - подчеркнул президент Всероссийской ассоциации рыбопромышленников Александр Фомин в письме руководителям рыбохозяйственных ассоциаций.

Как сообщает корреспондент Fishnews, глава ВАРПЭ напомнил, что Росрыболовство предлагает провести модернизацию «исторического принципа» распределения лимитов. В частности, введением так называемых «квот господдержки», увеличивающего коэффициента в отношении квот для прибрежного рыболовства, обязанности доставлять уловы и продукцию «прибрежки» на береговые перерабатывающие заводы, включенные в специальный перечень.

Соответствующий законопроект размещен на государственном портале regulation.gov.ru и в настоящее время проходит процедуру общественного обсуждения.

«Несмотря на неприятие указанных положений законопроекта рыбодобывающими организациями, Общественным советом при Росрыболовстве, а также губернаторами прибрежных субъектов Российской Федерации, они по-прежнему «продавливаются» руководством Федерального агентства по рыболовству и отражены в проекте доклада к заседанию Госсовета», - констатирует Александр Фомин.

По его мнению, выводы и рекомендации доклада никоим образом не вытекают из содержания и анализа документа. «Доклад односторонне излагает позицию руководства Росрыболовства и по этим причинам не может быть основой для рассмотрения и выработки соответствующих решений на таком ответственном мероприятии, как президиум Госсовета», - подчеркнул президент ВАРПЭ.

Глава отраслевого объединения предложил провести в начале октября всероссийское координационное совещание руководителей рыбохозяйственных союзов для подготовки консолидированной позиции отраслевого сообщества к заседанию президиума Госсовета.

Александр Фомин попросил коллег направить в адрес ВАРПЭ предложения к повестке дня, а также материалы для включения в проект решения (резолюции) координационного совещания.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 20 августа 2015 > № 1464550 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 14 августа 2015 > № 1460822 Александр Фомин

Александр Фомин: В настоящее время очевиден кризис управления отраслью

Предложения и замечания по проекту доклада к заседанию президиума Госсовета направил президент ВАРПЭ, член рабочей группы по подготовке мероприятия Александр Фомин. Он отметил, что многоступенчатая система, отсутствие четкого разграничения полномочий между органами власти снижают эффективность госуправления рыбным хозяйством.

Напомним, что важнейшее для отрасли мероприятие – заседание президиума Государственного совета – запланировано на осень 2015 г. Рабочая группа готовит проект доклада к заседанию. Президент ВАРПЭ Александр Фомин направил руководителю рабочей группы, главе Сахалинской области Олегу Кожемяко свои замечания и предложения по документу.

Руководитель всероссийской ассоциации отмечает, что тема государственной политики в области рыболовства и аквакультуры в докладе по существу не раскрыта и ошибочно ограничена лишь вопросами законодательного и нормативно-правового обеспечения отрасли. «На самом деле реализация государственной политики осуществляется с использованием широкого комплекса мер, включая организационно-управленческие, нормативно-правовые, финансово-экономические и социальные аспекты. Отказ от анализа реализации этих мер существенно снижает постановку «диагноза» текущего состояния отрасли и исключает возможность подготовки комплексных решений по ее дальнейшему развитию», - считает президент ВАРПЭ.

Как сообщает корреспондент Fishnews, Александр Фомин предложил дополнить раздел по госполитике аналитическими материалами, отражающими:

- существующую систему управления отраслью на федеральном и региональном уровнях, в том числе разграничение полномочий между федеральными органами и органами исполнительной власти субъектов РФ в управлении рыбным хозяйством;

- реализацию государственной программы развития рыбохозяйственного комплекса;

- роль отрасли в решении социальных вопросов жителей прибрежных регионов и населения страны в целом.

Президент ВАРПЭ также считает необходимым раскрыть организационную структуру управления рыбным хозяйством. «В настоящее время очевиден кризис управления отраслью. Многоступенчатая система управления, отсутствие четкого разграничения полномочий между федеральными и региональными органами исполнительной власти, размытость ответственности органов исполнительной власти в сферах регулирования производства и реализации рыбопродукции, дублирование контрольно-надзорных функций в сфере оборота и контроля качества рыбопродукции приводят к низкой эффективности государственного управления рыбным хозяйством в целом. В результате многочисленные поручения президента и Правительства РФ систематически не исполняются. Все это тормозит развитие отрасли», - озвучил проблему член рабочей группы. Он добавил, что нужно отразить в проекте доклада существующее положение дел и дать предложения по решению проблемных вопросов.

Поднята и тема подготовки обоснований общего допустимого улова. «Вывод о том, что исключение из законодательства Российской Федерации необходимости проведения общественных слушаний Материалов ОДУ в муниципальных образованиях позволит сократить срок подготовки таких Материалов ОДУ до направления на Государственную экологическую экспертизу, упростить процедуру утверждения общего допустимого улова и внесения в него изменений, а также сократить расходы из бюджета Российской Федерации», крайне волюнтаристский и отвергается общественностью», - прокомментировал Александр Фомин. По его мнению, предложенный подход существенно снизит прозрачность определения объемов ОДУ и создаст коррупционные риски. «Замечу, что в настоящее время рыбопромышленники отстранены от обсуждения результатов работы отраслевых НИИ по оценке состояния запасов и определению прогнозов добычи», - добавил руководитель объединения.

Важнейший вопрос – механизмы распределения квот на промысел. Подраздел, посвященный совершенствованию исторического принципа, должен отражать все многообразие мнений различных федеральных ведомств, органов исполнительной власти регионов и рыбодобывающих организаций, уверен Александр Фомин. «В указанном подразделе изложена позиция Росрыболовства, которая не поддерживается рыбохозяйственными организациями в части предлагаемых подходов по стимулированию отечественного судостроения и развития береговой переработки в увязке с выделением дополнительных объемов квот. А подраздел «Оборот долей квот вылова водных биоресурсов», также подготовленный отраслевым ведомством, вообще не содержит ничего, относящегося к заявленной теме», - обратил внимание руководитель ВАРПЭ.

Он подчеркнул, что «меры, направленные на повышение эффективности рыбохозяйственного комплекса», изложенные в проекте доклада, уже не раз подвергались многочисленным замечаниям и членов рабочей группы, и представителей Администрации президента на состоявшихся заседаниях. В предлагаемых мерах не отражены предложения регионов в части расширения их полномочий в сфере управления отраслью, отметил Александр Фомин. «По прежнему «продавливаются» не поддерживаемые рыбохозяйственными организациями способы стимулирования отечественного судостроения и береговой переработки путем перераспределения квот. На эти обстоятельства указывали 18 членов рабочей группы, направивших коллективное письмо в адрес ее руководителя. Однако доводы не услышаны авторами проекта доклада. Проведена лишь дополнительная работа по «размыванию» ранее описанных прямых формулировок и попытке сокрытия разрабатываемых Росрыболовством законодательных инициатив», - рассказал руководитель объединения.

Он также напомнил, что подготовленный Росрыболовством проект изменений в базовый отраслевой закон «О рыболовстве...», несмотря на обращения рыбодобывающих организаций о нецелесообразности его подготовки до принятия решений президиума Госсовета, в настоящее время проходит процедуру обсуждения на сайте regulation.gov.ru. «Кстати сказать, реакция на документ, судя по отзывам на этом портале, крайне негативная», - добавил президент ВАРПЭ.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 14 августа 2015 > № 1460822 Александр Фомин


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 13 мая 2015 > № 1367304 Александр Фомин

Вопрос с контрольными точками – один из самых актуальных

На заседании ДВНПС в конце апреля Ассоциация «Ярусный промысел» выдвинула предложения по решению проблем, связанных с прохождением контрольных пунктов (точек) для российских судов, занимающихся рыболовством. Члены Дальневосточного научно-промыслового совета поддержали инициативы по оптимизации системы. В частности, установить дополнительные контрольные пункты для пересечения внешней границы исключительной экономзоны РФ восточнее Курил при промысле сайры, ставриды и кальмара. А также определить временной интервал заблаговременности оповещения о прохождении контрольной точки для российских рыбопромысловых судов 8 часов (сейчас – сутки). Реализация этих предложений позволит рыбакам сэкономить промысловое время и сократить затраты, уверен президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров Александр Фомин. ВАРПЭ активно участвует в решении вопроса. Объединение наладило сотрудничество рыбацкой общественности с Пограничной службой ФСБ России в рамках совместной рабочей группы. На ближайшем заседании вновь планируется обсудить тему контрольных точек, рассказал Fishnews руководитель ассоциации:

– Вопрос с прохождением контрольных пунктов очень актуален и касается не только промысла сайры, но и в целом осуществления рыболовства, когда необходимо пересекать границу исключительной экономической зоны РФ.

Тему подняли сахалинские добытчики сайры. Эта рыба очень подвижна, быстро меняет свое положение, и необходимость пройти контрольную точку создает неудобства для флота, заставляет терять промысловое время, отражается на финансовых результатах работы.

Вопрос рассматривался в этом году в ВАРПЭ на заседании рабочей группы Погранслужбы ФСБ России и представителей рыбопромышленных объединений. Мы предлагали пограничному ведомству два варианта. Первый – вообще отменить контрольные пункты для российских судов, ведь если говорить о Дальнем Востоке, то здесь из всех районов промысла рыба доставляется в отечественные порты и в любом случае проходит пограничный контроль.

На тот моменты представители ПС ФСБ России не поддержали такой жесткий вариант – ухода от системы контрольных пунктов. В пограничном ведомстве приводили аргумент о том, что это единственная возможность контроля судов, которые теоретически, действуя в обход закона, могут не доставлять сайру в отечественные порты.

Также был предложен вариант увеличения количества контрольных пунктов. Представители ПС ФСБ России пообещали проработать этот вопрос конкретно по сайре – до начала путины (сейчас уже подписана Временная система контрольных точек для сайрового промысла).

Выступление на заседании Дальневосточного научно-промыслового совета стало логичным продолжением обсуждения. Мы поддерживаем выдвинутые инициативы и участвовали в их подготовке. В частности, выступаем за увеличение количества контрольных пунктов, за сокращение временного интервала заблаговременности оповещения о прохождении точки для российских рыбопромысловых судов.

Но также мы будем продолжать работу по принципиальному решению вопроса – добиваться отмены контрольных пунктов для отечественного флота. Точки вводились постановлением Правительства РФ, предусматривающим внедрение системы мониторинга рыболовства. Но это было еще до того, как в федеральном законе о рыболовстве предусмотрели требование об обязательной доставке уловов в российские порты.

Поэтому мы предлагаем решить проблему. Причем так, чтобы и не ослабить пограничный контроль, и облегчить работу отечественных рыбаков. Рассчитываем продолжить обсуждение темы на заседании совместной с представителями ПС ФСБ России рабочей группы в июне этого года.

Александр Фомин, президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 13 мая 2015 > № 1367304 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 25 марта 2015 > № 1326261 Александр Фомин

Куда заведет отрасль «битва за треску»?

Александр ФОМИН, Президент ВАРПЭ

Смущает, что руководство Федерального агентства по рыболовству делает серьезнейшие заявления о том, что не исключает возможности введения экспортных пошлин, но при этом непонятно, проводился ли анализ и каким образом повлияет такая мера на снижение цен на рыбу.

На наш взгляд, на ситуацию с ценами повлияли два основных фактора. Первый – это сокращение поставок сырья из-за введения продуктового эмбарго. Отдельные позиции по рыбе стали дефицитом, такие как семга, форель, креветки и ряд других объектов. Со временем нашлись пути замещения, но из-за увеличения транспортного плеча по той же семге цена поднялась.

Второй причиной удорожания стало резкое падение курса рубля, подхлестнувшее цены. Фактически покупательная способность населения снизилась в два раза. Без решения этих проблем и без попытки проанализировать всю цепочку ценообразования на рыбу, разговоры о введении экспортных пошлин звучат просто как шантаж рыбаков.

Пока сложно сказать, как отразится введение экспортных пошлин на ситуации на рынке. Во-первых, нет ясности, о какой рыбопродукции идет речь. Например, мойва, цена на которую сейчас выросла до 60 рублей за килограмм, полностью реализуется на внутреннем рынке. Какие пошлины ни вводи, дешевле эта рыба не станет. То же самое можно сказать о полутора миллионах тонн рыбной продукции, которая продается внутри страны.

Значит, подешеветь должна продукция, которая сейчас поставляется на экспорт. Хорошо, давайте проанализируем, какие позиции у нас вывозятся за рубеж. Сразу в глаза бросается минтай, это основная статья экспорта. Введем мы на него пошлины, что дальше? Если экспортная пошлина будет небольшая – до 10% – и экономика предприятий позволит сохранять рентабельность, они все равно будут продавать рыбу за рубеж, потому что на внутреннем рынке такой объем не нужен. Если пошлина будет выше, по сути заградительной, возможно, разово цена на рыбу упадет, поскольку хранить ее будет негде. Но на следующий год рыбаки хорошо подумают, а стоит ли им вообще ловить минтай.

Сейчас за рубеж реализуется чуть больше полутора миллионов тонн в год. Если закрыть экспорт, порядка 20% этого объема самые предприимчивые рыбаки смогут протолкнуть на внутренний рынок. Куда девать остальное? Значит, никто не будет ловить эту рыбу. По моим оценкам, вылов просядет как минимум на четверть.

Еще один важный момент. Мы прекрасно помним те времена с середины 1990-х годов и вплоть до принятия закона о рыболовстве, когда официальный вылов составлял 3 млн. тонн, но при этом объемы экспорта были колоссальные. Фактически нынешний уровень вылова достигнут во многом благодаря тому, что эти объемы были выведены из тени. Сейчас они учитываются в официальной статистике, с них платятся налоги и сборы в бюджет. Любые необоснованные управленческие меры, в том числе заградительные пошлины, подталкивают предприятия назад к теневой экономике, когда проще «договориться» с контролирующими чиновниками, чем действовать в рамках закона. Очень бы не хотелось бы возврата к таким порядкам.

Последние годы некоторые мурманские переработчики на разных площадках регулярно пытаются уговорить государство надавить на рыбаков, заставив их снизить отпускные цены. Глава Росрыболовства Илья Шестаков уже открыто заявил, что решение о введении экспортных пошлин будет приниматься в зависимости от результатов «переговоров между рыбопромышленниками и переработчиками в Мурманской области».

При этом никто не задается вопросом, почему в Мурманске замороженная обезглавленная треска у рыбака стоит 160-180 рублей, а магазинах филе той же трески в красивой упаковке одной известной компании продается по 570 рублей за 400 граммов, то есть по 1425 рублей за килограмм. Для сравнения московская цена на аналогичный товар составляет около 400 рублей (или 1000 рублей за килограмм). Конечно, в процессе производства филе переработчик несет определенные затраты, уменьшается выход продукции, пусть даже она дорожает в два раза – до 350-400 рублей. Но в магазине-то мы видим ценник в три-четыре раза выше!

С другой стороны, мы не совсем понимаем, с кем договариваться, потому что рыбаки на 80% являются и переработчиками, производят конечный продукт и продают свою рыбу по 160-180 рублей, но в торговых сетях ее почему-то не видно. Зато прилавки московских магазинов завалены мороженым филе трески от 1000 рублей и выше.

На наш взгляд, здесь просматривается конфликт интересов и откровенный лоббизм Росрыболовства в пользу нескольких компаний. Более того, удивляет, что руководитель отрасли защищает не интересы производителей, стоящих в начале цепочки продвижения рыбопродукции, а в большей степени – ее конечных звеньев в лице отдельных переработчиков и ретейла.

Александр Фомин, президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров

Россия > Рыба > fishnews.ru, 25 марта 2015 > № 1326261 Александр Фомин


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 13 января 2015 > № 1272226 Александр Фомин

Минус один барьер

Введение уведомительного порядка пересечения границы – серьезный шаг со стороны органов власти по устранению необоснованных административных барьеров для рыбаков, считает президент ВАРПЭ Александр Фомин.

С 11 января вступил в силу федеральный закон от 31 декабря 2014 г. № 504 «О внесении изменений в статью 9 Закона РФ «О Государственной границе Российской Федерации» и статью 6 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию». Поправки должны облегчить работу рыбопромыслового флота и снять ряд проблем, связанных с прежним разрешительным порядком пересечения границы. Теперь рыбаки наряду с прочими судами торгового флота смогут пересекать границу в уведомительном порядке.

«Думаю, что по линии Пограничной службы у нас много вопросов разрешится автоматически. Это и каботажное плавание, это транспортировка и доставка рыбы, это технологические перемещения судов для слива льяльных вод. Заметно сократятся потери времени на переходы, допустим из Охотского моря в Берингово и обратно, ведь при следовании Первым Курильским проливом суда будут экономить около суток производственного времени, не считая затрат на топливо. Поэтому, безусловно, мы этот закон воспринимаем позитивно», – прокомментировал ситуацию Fishnews президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) Александр Фомин.

Он отметил, что в ассоциации будут внимательно следить за внесением изменений в постановление Правительства, устанавливающее порядок пересечения границы, чтобы исключить возникновение новых административных барьеров. «Позиция, которую озвучили пограничники на совещании в Росрыболовстве в конце года, нас в принципе устраивает. Это такая же система, какая действует для других судов торгового мореплавания, и рыбаки будут под нее подстраиваться», – уточнил руководитель ассоциации.

Как сообщили в центре общественных связей Росрыболовства, в настоящее время федеральным агентством и Пограничной службой принят Временный порядок уведомления пограничных органов о намерении пересечь Государственную границу РФ судами рыбопромыслового флота, имеющими право на неоднократное пересечение Государственной границы Российской Федерации без прохождения пограничного, таможенного и иных видов контроля, и передачи в пограничные органы данных об их местоположении.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 13 января 2015 > № 1272226 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 8 декабря 2014 > № 1242996 Александр Фомин

Александр Фомин: Хотелось бы, чтобы послание президента выполнялось без искажения

В послании президента Федеральному Собранию прозвучали актуальные проблемы и конкретные пути их решения, считают в ВАРПЭ. Главное, чтобы озвученные вопросы были урегулированы и не в искаженном виде, отметил руководитель ассоциации Александр Фомин.

Напомним, Владимир Путин выступил с очередным посланием Федеральному Собранию 4 декабря. В новом докладе представители рыбацкой общественности увидели много положительных для отрасли сигналов.

«Прежде всего, речь идет о стабильности законодательства и сформированных в настоящее время правил работы отрасли, – прокомментировал Fishnews выступление главы государства руководитель Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров Александр Фомин. – Нам импонирует тезис о прекращении бесконечного совершенствования законодательства и появления инициатив – это мы хорошо прочувствовали на себе за последний год, когда предлагались совершенно новые идеи, зачастую плохо проработанные, которые раньше не обсуждались и которые противоречили поручениям президента».

Рыбаки оценили перспективу налоговых каникул

Другой важный шаг, по мнению представителя отраслевой общественности, – это фиксация уплат по разным видам налогов. «Мы надеемся, что частью этого процесса станет отзыв с процедуры общественного обсуждения законопроекта по повышению ставок сбора за пользование ВБР, т.к. это тоже один из видов налоговых платежей», - отметил президент ВАРПЭ.

Интересна с точки зрения создания и развития новых предприятий инициатива по введению для них налоговых послаблений и каникул, полагает Александр Фомин. По его мнению, это может стимулировать развитие такого перспективного направлении, как аквакультура. «Дело в том, что, как правило, рыбоводством занимаются малые предприятия и облегченный налоговый старт на начальном этапе может стать для них существенным подспорьем», – пояснил руководитель объединения.

Положительно оценивают в ВАРПЭ и подход главы государства к импортозамещению. В ассоциации надеются, что в рамках реализации этого решения продукция российских рыбаков будет занимать прилавки отечественных магазинов. «Сегодня, к сожалению, особенно в центральной части страны, мы не можем пробиться на прилавки торговых сетей, потому что они заняты импортом, – посетовал собеседник Fishnews. – Надеемся, что Правительство отреагирует на эти поручения и все-таки создаст реальную программу импортозамещения. Мы со своей стороны готовы предложить высококачественную продукцию в тех объемах, которые необходимы нашему населению».

Контроль контролю рознь

Ключевой тезис послания президента, по словам Александра Фомина, - это деятельность надзорных органов. «Административные барьеры становятся настоящим кошмаром для работы рыбаков, и в первую очередь это касается ветеринарии. Мы пытаемся решить эту проблему в части продукции, которая сейчас на Дальнем Востоке подлежит тотальному контролю. Хотелось бы, чтобы эта система наконец была выстроена и Правительство не отнесло этот подход на счет узкого круга мероприятий – таких, как сокращение графика проверок предприятий. Потому что в данном случае мы имеем дело не с проверкой предприятия, а с проверками каждой партии продукции», – указал на проблему президент ВАРПЭ. «По большому счету, если сегодня не трогать закон о рыболовстве и устранить излишнюю опеку со стороны контрольно-надзорных органов, рыбная отрасль уже вздохнет спокойно и продолжит свое развитие», – добавил он.

Важный экспорт

Кроме того, Владимир Путин обратил особое внимание на стимулирование несырьевого экспорта, что для рыбной отрасли также является актуальным вопросом. «Рыбная отрасль – одна из немногих, которые, хотя и работают на сырье, никакого сырья не экспортируют. Все уловы подвергаются переработке на судах: рыба как минимум замораживается, из нее производится определенный продукт. Либо это продукт, который сразу попадает в розницу, либо он подготовлен для последующего удовлетворения вкусовых пристрастий потребителей», - отметил Александр Фомин.

Руководитель всероссийской ассоциации выразил надежду, что этот вопрос также будет отражен в действиях Правительства и будут приняты меры по стимулированию экспорта в части рыбопродукции. «Это очень интересно, поскольку многие наши предприятия за последние годы произвели переоборудование судов, перерабатывающих заводов на берегу, выпускают продукцию высокой степени переработки, в частности филе, консервы и т.д. Если государство будет нам помогать сохранять свои рынки сбыта за рубежом, конечно, это позволит бизнесу увереннее смотреть в будущее, – выразил отношение рыбацкой общественности к данному вопросу Александр Фомин. – Более того, с поддержкой государства мы могли бы рассчитывать не только на сохранение уже завоеванных рынков, но и на поиск новых ниш в странах, где наша продукция пока еще малоизвестна».

В целом руководитель ВАРПЭ отметил взвешенность и четкость экономической части президентского послания. «Единственное, хотелось бы, чтобы в процессе проработки Правительством и ведомствами эти вопросы были действительно решены, потому что на практике, к сожалению, бывает так, что поручения президента не всегда исполняются или исполняются в искаженном виде», – обратил внимание Александр Фомин.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 8 декабря 2014 > № 1242996 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 10 ноября 2014 > № 1219728 Александр Фомин

Предложениям по «прибрежке» нужен серьезный анализ

Росрыболовство доработало и передало в Минсельхоз законопроект «О внесении изменений в ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биоресурсов». Предложено увеличить до 25 лет срок, на который за пользователями закрепляются доли квот на вылов; повысить порог обязательного освоения квот для сохранения права на промысел с 50% до 70% за два года; изменить регулирование прибрежного рыболовства и т.д. Вынесенные на обсуждение поправки Fishnews прокомментировал президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров Александр Фомин.

По поводу двух вводимых обременений – как мы говорим «два по семьдесят» – комментировать особо нечего. Большинство предприятий согласились с этими дополнительными барьерами с учетом определенных оговорок в части исключения форс-мажорных обстоятельств и возможности использования арендованных судов в рамках холдинговых компаний.

Но есть вопросы к предлагаемым новациям по прибрежному рыболовству. Мнения рыбопромышленников по этому вопросу далеко не однозначны. С одной стороны, по-видимому, Росрыболовство пытается выработать новые подходы к осуществлению прибрежного рыболовства, но они до конца нам непонятны. Год назад были внесены поправки в закон, разрешившие производить рыбопродукцию и перегружать ее в море с последующей доставкой на берег. По предложениям губернаторов прибрежных субъектов Правительством определены перечни видов ВБР, подлежащих доставке в необработанном виде на береговые рыбоперерабатывающие предприятия. Это способствовало росту эффективности использования прибрежных ресурсов и повышению качества рыбопродукции, производимой при осуществлении прибрежного рыболовства.

Осталась одна проблема – возможность доставки переработанной рыбопродукции, произведенной на судах, в любой порт России. Из-за неоднозначной трактовки контролирующими органами понятий «уловы» и «произведенная рыбопродукция» рыбаки вынуждены везти готовую для реализации продукцию в места, определенные органами исполнительной власти субъектов Федерации, или платить сотни тысяч рублей штрафа, если сразу отвезти ее во Владивосток, где есть железная дорога и где рыбу можно отправить в центральную часть страны. То есть если ты в рамках прибрежной квоты получил ресурс в Восточно-Сахалинской подзоне, произвел из него филе минтая, сначала ты обязан привезти его в Корсаков, оформить, затем снова погрузить на судно и везти в порты, имеющие железнодорожное сообщение.

Иногда доходит до анекдотических ситуаций, когда судно приходит в порт, перегружает продукцию из одного трюма в другой (с касанием причала) и затем уходит на Владивосток. На этом простом примере: сроки доставки рыбопродукции до конечного потребителя увеличиваются до 2-3 недель, а рыбопродукция дорожает на 5-7 рублей с каждого килограмма в зависимости от удаленности района промысла от Владивостока. Это действительно проблема, которую нужно срочно решать. Но пока этого не происходит, и мы втянуты в дискуссию о том, каким должно быть прибрежное рыболовство с 1 января 2019 года.

Каким быть прибрежному рыболовству в будущем, тоже не совсем понятно. Законопроект содержит ряд противоречий. По-прежнему неясна цель прибрежного рыболовства. Видимо, предпринимаются попытки решения ряда задач – таких, как доставка свежей рыбы, развитие береговой инфраструктуры, береговая переработка уловов, развитие отечественного маломерного судостроения и т.д. Но все эти вопросы в конечном итоге сводятся к распределению квот. Эти задачи невозможно решить таким образом, должны быть экономические стимулы для развития берега. Например, у Китая или Южной Кореи нет никаких квот для российских рыбаков, но львиная доля отечественной рыбопродукции поставляется в порты этих стран.

Кроме того, новым законопроектом закладывается два серьезных конфликта. С одной стороны, рыбаки, с другой – исполнительная власть в прибрежных регионах. Рыбак получает возможность с 2019 года отказаться от прибрежных квот и перевести свою долю в промышленное рыболовство. Легко предположить, что все так и сделают, ведь при промышленном рыболовстве ты сам определяешь, что делать со своими уловами и произведенной из них продукцией. Что в этом случае будет с прибрежными квотами? По логике они должны исчезнуть. Как быть в этом случае с их выделением в приоритетном порядке по представлению губернатора? Хорошо бы смоделировать эту ситуацию и понять, как это будет работать.

Второй конфликт – это возможность осуществления промышленного рыболовства в территориальном море. Это достаточно больная тема. Все-таки территориальное море – это предмет совместного ведения федеральной власти и прибрежного субъекта. Не думаю, что региональные власти спокойно отнесутся к ситуации, когда биоресурсы территориального моря вверенного им субъекта РФ будут осваиваться предприятиями, не зарегистрированными на территории этого субъекта.

Безусловно, эту часть законопроекта необходимо серьезно анализировать и обсуждать с участием рыбохозяйственных организаций и руководства регионов. Такое обсуждение Минсельхоз России планирует провести 17 ноября на заседании межведомственной рабочей группы по совершенствованию законодательства под председательством первого заместителя министра Игоря Манылова. Будем готовиться, чтобы донести нашу позицию по данному вопросу.

Александр ФОМИН, президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров

Россия > Рыба > fishnews.ru, 10 ноября 2014 > № 1219728 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 25 сентября 2014 > № 1183503 Александр Фомин

Приказ Минсельхоза № 462 нужно серьезно пересмотреть

Александр ФОМИН, Президент ВАРПЭ

В приказ Министерства сельского хозяйства от 13 октября 2008 г. № 462 «Об утверждении Правил ветеринарно-санитарной экспертизы морских рыб и икры» предложено внести изменения: предусмотреть обязанность уполномоченного должностного лица по требованию владельца рыбопродукции предоставлять письменное обоснование отправки товара на дополнительные лабораторные исследования. Но такое дополнение не поможет в устранении избыточных административных барьеров. Сам приказ нуждается в коренной переработке.

Как указано в сводном отчете о проведении оценки регулирующего воздействия проекта приказа, основанием для его разработки является исполнение поручений Президента РФ от 22 декабря 2013 г. № Пр-3009 и от 3 июня 2014 г. № Пр-1253 о мерах по совершенствованию системы ветеринарного контроля в части снижения административных барьеров в рыбной отрасли. Эта проблема, действительно, актуальна. Существующая система предполагает тотальный контроль рыбопродукции без учета существующих рисков в части ее ветеринарной безопасности. Как следует из сводного отчета, цель предлагаемого регулирования заключается в устранении проведения необоснованных лабораторных исследований при осуществлении ветеринарно-санитарной экспертизы водных биоресурсов, добытых в безопасных районах промысла, а также в устранении избыточных административных барьеров в рыбной отрасли. Предложено ввести обязанность должностного лица, направившего морскую рыбу или икру на дополнительные лабораторные исследования, предоставлять письменное обоснование принятого решения, которое может быть обжаловано в установленном порядке.

Но этот путь не соотносится с решением проблемы. Даже если не вносить эту норму в приказ, владелец продукции вправе обжаловать решение о направлении на исследования в установленном порядке вплоть до суда. Однако доказать свою правоту он не сможет из-за отсутствия правил и регламента принятия решения о направлении рыбопродукции на дополнительные лабораторные исследования.

В целях обеспечения санитарной безопасности при ведении международной торговли водными животными (земноводными, ракообразными, рыбой и моллюсками) и продуктами из них Международным эпизоотическим бюро (членом которой является и Россия) разработаны международные стандарты, отраженные в Ветеринарно-санитарном кодексе водных животных. Он рекомендует компетентным органам опираться в своих санитарных мерах при импорте на международные стандарты, указания и рекомендации МЭБ. Меры против возбудителей болезней должны базироваться на научной оценке потенциальных рисков для здоровья. Кодексом принято, что в случае если продукция подвергнута тепловой переработке (в том числе замораживанию), риски заноса болезней исключены. Компетентные органы иностранных государств не проводят ветеринарно-санитарную экспертизу и лабораторные исследования рыбопродукции, подвергнутой термической обработке, поскольку такая обработка исключает риски заноса болезней. Большая часть отечественной рыбопродукции выпускается в мороженом виде, что делает невозможным сохранение возбудителей болезней водных животных. Потенциальные риски распространяются на узкий сегмент рынка – это живая или охлажденная рыба. А значит, не имеют смысла лабораторные исследования каждой партии выпускаемой рыбопродукции. За многолетнюю практику осуществления ветеринарного контроля не отмечено случаев выявления возбудителей болезней в мороженой рыбной продукции.

Эти обстоятельства и рекомендации кодекса должны быть учтены в приказе Минсельхоза. Лабораторный контроль должен проводиться только в отношении живых и охлажденных водных животных.

Правовой акт, в который предложено внести изменения, затрагивает деятельность около 6 тыс. предприятий, осуществляющих промысел рыбы в море и ее переработку путем разделки и замораживания – а это более 90% всего вылова и производства рыбопродукции. Обязательность лабораторных исследований при осуществлении ветеринарно-санитарной экспертизы в отношении такой продукции приводит к увеличению сроков оформления от 3 до 12 дней (а это потери производственного времени) и росту финансовых затрат, связанных с лабораторными анализами, а также косвенных затрат, связанных с простоем флота, арендой холодильных мощностей для хранения товара и др. Суммарные затраты только по Дальневосточному бассейну составляют около 3,5 млрд. рублей.

Формулировка пункта 3 правил ветеринарно-санитарной экспертизы: «в случае возникновения сомнения в безопасности рыбы или икры» - слишком неконкретна и расплывчата, что позволяет ее трактовать в пользу должностного лица. Органолептические признаки безопасности рыбопродукции также далеки от конкретики. Субъективные показатели невозможно оспорить и тем более доказать в суде. Но даже если решение должностного лица начать оспаривать «в установленном порядке», это потребует гораздо большего времени, чем сроки лабораторных исследований. На практике никто с этим связываться не будет – проще дать взятку для ускорения процесса.

Отсутствие четкого порядка действий должностного лица при принятии решения о проведении лабораторных исследований в отношении морских рыб и икры сохраняет коррупциогенность этой сферы государственного контроля и надзора.

И внесение дополнительной нормы о возможности представления письменного обоснования решения, принятого должностным лицом о направлении морской рыбы и икры на дополнительные лабораторные исследования, никак не защищает рыбаков.

Александр Фомин, президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров

Россия > Рыба > fishnews.ru, 25 сентября 2014 > № 1183503 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 29 июля 2014 > № 1134750 Александр Фомин

Маски сняты

Новый приказ Минсельхоза, регламентирующий оформление ветеринарно-сопроводительных документов в электронном виде, позволяет сделать вывод, что министерство и Россельхознадзор в большей степени заботят интересы не российских потребителей, а зарубежных. Иначе чем объяснить тотальный контроль за продукцией отечественных производителей, в том числе предназначенной для экспорта, и формальный – за импортом?

Минсельхозу с третьей попытки удалось зарегистрировать в Минюсте приказ от 17 июля 2014 года № 281 «Об утверждении Правил организации работы по оформлению ветеринарных сопроводительных документов и Порядка оформления ВСД в электронном виде». Документ достаточно объемный, но я хотел бы выделить наиболее важные для рыбаков вопросы.

Первое. Приказом установлено, что ветеринарно-санитарному контролю подлежат все подконтрольные товары, вошедшие в единый перечень, утвержденный решением Комиссии Таможенного союза по кодам ТН ВЭД. Этот перечень включает абсолютно всю рыбопродукцию: начиная от живой рыбы и заканчивая консервами, а значит, речь идет о тотальном контроле.

Второе. Оформление ветеринарных сопроводительных документов требуется осуществлять практически при любом действии с товаром, включая производство, перемещение и смену собственника.

Третье. Порядок проведения сертификации не прописан, но определен нормативный срок выдачи сертификата – один рабочий день. С одной стороны, хорошо, что установлена четкая продолжительность процедуры. С другой – проблема до конца не решена, поскольку есть уточнение «при отсутствии необходимости проведения лабораторных исследований». Если же лабораторные исследования потребуются, то ветеринарные сопроводительные документы должны быть оформлены в течение одного рабочего дня по их завершению. Практика показывает, что в зависимости от вида исследований этот процесс может занять от трех до десяти дней.

В каких случаях проводятся лабораторные исследования, а в каких нет, в приказе не регламентируется. Решение о направлении товара на лабораторные исследования принимается должностным лицом, которое осуществляет контроль. Единственная формулировка, которая якобы должна успокоить рыбаков, сводится к тому, что по требованию заявителя должностное лицо обязано «представить письменное обоснование принятого решения», почему данная партия направлена на лабораторные исследования. Но мы прекрасно понимаем, что объяснения могут быть любыми и никаких последствий за собой не повлекут. Фактически в документе оставлена явная лазейка для коррупционных проявлений, поскольку отсутствие четкого регламента действий должностного лица – прямая дорога к взяточничеству.

Четвертое. Заслуживают внимания особые положения приказа, касающиеся контроля экспортной продукции. Ранее в отношении экспорта система работала в соответствии с постановлением Правительства – срок оформления документов не должен был превышать три часа, причем ветеринары из этой цепочки были исключены. Теперь в приказе конкретно указано, что при отправке на экспорт подконтрольных товаров сертификат оформляется теруправлениями Россельхознадзора на основании двух документов.

Во-первых, это сведения об эпизоотической ситуации в месте происхождения/отгрузки товаров. Формально можно сказать, что это контроль в районах промысла, но с юридической точки зрения, его совершенно необязательно проводить, достаточно проконтролировать эпизоотическую ситуацию в месте отгрузки, то есть в порту.

Во-вторых, это лабораторные исследования, проведенные в аккредитованных на эти цели лабораториях. Фактически это свидетельствует о том, что лабораторные исследования в случае экспорта становятся обязательными. Соответственно ни о каком сроке в три часа речи быть не может.

Это резко контрастирует с позицией в отношении импортной продукции. Никаких специальных указаний по импорту нет, поэтому его контроль осуществляется в общем порядке, когда решение о проведении лабораторных исследованиях принимается на уровне должностного лица.

Из этого можно сделать вывод, что Минсельхоз и Россельхознадзор гораздо больше заинтересованы в том, чтобы иностранцы получали качественную продукцию. Напротив, мер по усилению контроля за импортной продукцией, которая как раз зачастую поставляется ненадлежащего качества, мы не увидели.

Пятое. Руководство Россельхознадзора нередко пыталось создать впечатление, что административные барьеры создают не сотрудники федерального ведомства, а ветеринарные службы в субъектах Российской Федерации. Но из приведенных в приложении к приказу форм сертификатов совершенно ясно, что в сертификате по форме 2 для перемещения товаров по территории России, несмотря на то что он выдается ветеринарным врачом субъекта, присутствует информация о данных лабораторных исследований, проведенных в аккредитованных лабораториях. А эти лаборатории находятся в подчинении Россельхознадзора, который соответственно полностью контролирует ситуацию. В данном случае перекладывать вину на ветеринарные службы субъектов Российской Федерации совершенно некорректно.

В целом ничего конструктивного в новом приказе мы не увидели. Поручения Президента по отмене ветеринарно-сопроводительных документов и внедрению системы оценки и управления рисками не выполнены, Минсельхоз и Россельхознадзор вновь сделали все по-своему. Мы же для себя делаем вывод, что маски наконец сняты. У рыбной отрасли уже полгода как появился руководитель, который какое-то время вникал в работу, и сейчас, похоже, окончательно освоился. Последние события, в числе которых скандальное распределение ресурсов в зоне Марокко, в результате которого экипажи четырех судов остались без работы, а также выход приказа Минсельхоза в редакции, не учитывающей мнение рыбаков, показывают, что его мало волнуют интересы рыбодобывающих и рыбоперерабатывающих предприятий, которые он в силу служебного положения, казалось бы, должен отстаивать. Считаю, что испытательный срок у руководителя отрасли завершен, кредит доверия исчерпан, будем активизировать работу по защите прав и интересов российских рыбаков.

Александр Фомин, президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ)

Россия > Рыба > fishnews.ru, 29 июля 2014 > № 1134750 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 25 июня 2014 > № 1107132 Александр Фомин

Сейчас не время для разногласий.

На наших глазах продолжается структурная и содержательная перестройка руководства отраслью. В то же время не утихают дискуссии по поводу основ функционирования рыбохозяйственного комплекса. Можно сказать, что, несмотря на показатели роста, которые демонстрирует отрасль, сейчас не самый простой и спокойный период. То есть идет интенсивный поиск ответов к задачам, сформированным в виде поручений Президента РФ Владимира Путина. Ответов, которые устроили бы и руководство страны, и бизнес, который будет в конечном итоге эти задачи решать. О миссии Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров в период перенастройки отрасли главному редактору газеты «Fishnews Дайджест» Елене Филатовой рассказал президент ВАРПЭ Александр Фомин.

– Александр Владимирович, у всероссийской ассоциации готовы консолидированные ответы на поручения главы государства?

– Безусловно, ВАРПЭ готова решать задачи, поставленные главой государства, но их решение зависит не только от рыбодобывающих организаций. Согласитесь, развитие отечественного судостроения, развитие перерабатывающей, транспортной и логистической инфраструктуры, способствующих насыщению внутреннего рынка рыбопродукцией, мало зависит от рыбаков. В данном случае должны быть комплексные решения развития смежных отраслей, но пока вместо этих решений обсуждаются возможные обременения рыбодобывающих предприятий путем изменения существующих правил доступа к ресурсу. Конструктивного продвижения в развитии рыбного хозяйства пока не происходит, но полученные сигналы о возможном изменении правил игры после 2018 года уже привели к снижению инвестиций в основной капитал на 23%.

Часть поручений снимается с контроля, появляются новые. Но становится очевидным, что, несмотря на напряженную работу чиновников различных ведомств, проблемы в отрасли не исчезли, а скорее, наоборот, разрослись. И нас сегодня волнуют многие вопросы, которые условно можно разделить на два блока.

Первый – это право доступа к ресурсу. Рыбаки своей работой доказали, что особых преференций от государства им не нужно, но для них крайне необходимы прозрачные и стабильные правила. С закреплением квот на 10 лет сделан колоссальный скачок в отрасли. В результате верного государственного решения бизнес без принуждения начал развивать производство, модернизировать суда, вкладывать средства в обновление основных фондов, в развитие береговой переработки. Ведь сколько построили по побережью Дальнего Востока самых современных цехов с новейшим оборудованием – на Камчатке, на Сахалине и Курилах! Причем, подчеркну, это без каких-то бюджетных вливаний от государства. Имеющиеся льготы по уплате ЕСХН коснулись далеко не всех. Льготу рыбакам по снижению ставки сбора за пользование биоресурсом мы также не воспринимаем как преференцию, поскольку постоянно растущие цены на топливо эту выгоду давно уже нивелировали. Напротив, это уже никакая не льгота, а обременение. Нигде в развитых странах сборы за пользование ВБР не взимаются вообще, а у нас взимаются. Разумеется, все это отражается на себестоимости продукции, и таким образом мы теряем конкурентоспособность товара на внешнем и внутреннем рынках. Народная рыба – селедка – облагается сбором, который платят наши рыбаки, а норвежцы, везущие к нам сельдь, от этого сбора избавлены.

– Однако выдвигается предложение о пересмотре ставок сбора за пользование ВБР в сторону их увеличения. Это будет хорошим подарком зарубежным конкурентам, особенно в условиях членства России в ВТО.

– Безусловно, предприятия это очень беспокоит. Как тогда конкурировать на внешних рынках? Да и на внутреннем рынке пока еще нас спасают импортные пошлины, но в ближайшие годы они будут обнулены. Ясно, что в этом случае импортеры будут иметь экономические преимущества, поскольку они не имеют финансовых обременений в виде платы за пользование ВБР. Поэтому мы и поднимаем вопрос об отмене налоговых сборов за пользование водными биоресурсами.

– А второй блок проблем?

– Это административные барьеры. Когда у отрасли было самостоятельное ведомство с выходом на Правительство и мощное покровительство в лице куратора – первого заместителя председателя Правительства Виктора Зубкова, все эти вопросы решались. Его авторитет и лоббистские возможности сдерживали аппетиты контролирующих органов. Как только произошло размывание центра принимаемых решений, а отрасль в очередной раз перешла в управление Минсельхоза, у которого кроме рыбы своих проблем достаточно, контролеры активизировались.

Приведу пример, касающийся Россельхознадзора. Особенности ветеринарного контроля в отношении рыбопродукции подробно были рассмотрены на заседании межведомственной рабочей группы на площадке Контрольного управления администрации Президента. Даны поручения Президента по наведению порядка в этой сфере и устранению необоснованных избыточных барьеров. Пока результата нет. Еще несколько лет назад невозможно было представить, что конкретное поручение Президента РФ не будет выполнено, что реакцией будет откровенный саботаж. К счастью, пока с контроля поручения не сняты, и мы будем продолжать активно отстаивать точку зрения рыбаков об исключении такого контроля.

– Вы имеете в виду Поручение Владимира Путина, данное на совещании в Мурманске 17 апреля 2010 года по поводу передачи от Россельхознадзора функций по осуществлению ветеринарного контроля в области обеспечения качества и безопасности уловов водных биоресурсов и рыбопродукции Росрыболовству и Роспотребнадзору?

– Не только. Давно назрела необходимость комплексного анализа сложившейся в стране системы контроля с тем, чтобы перейти, наконец, от тотального давления к работе с учетом возможных рисков. В рыбной отрасли это можно сделать, поскольку ни одного случая обнаружения опасных заболеваний в районах морского промысла зафиксировано не было. Но пока нам предлагают поменять лишь форму ветеринарного документа – с бумажного на электронный, – а каких-либо серьезных шагов к лучшему мы не видим.

К проблеме ветеринарного контроля добавились трения с пограничными органами. Дело дошло до массовой остановки промысла. На совещании, которое провел на Дальнем Востоке глава Росрыболовства Илья Шестаков, эту тему поднимали. На совещании под председательством Дмитрия Медведева в Магадане опять были даны поручения проблему с пограничниками решить. ВАРПЭ направила в Минсельхоз и Росрыболовство предложения по изменению законодательства, позволяющие решить имеющиеся проблемы по линии пограничного контроля рыбаков. Понимая, что изменение законодательства – это длительный процесс, мы обратились к руководству погранслужбы письменно и устно с предложением создать рабочую группу, в рамках которой можно обсудить все разногласия и принять временные решения еще до принятия законодательных поправок. Ведь раньше не было этих проблем. Законодательство никак не менялось уже многие годы, но за последний год со стороны пограничных органов началось наступление по всем фронтам. Будь то пересечение границы, доставка продукции на берег, транспортировка рыбопродукции, выход из терморя для слива льяльных вод – все нестыковки законодательства решаются путем составления протокола об административном нарушении и наложением штрафа. Обстановка в регионах, особенно на Дальнем Востоке, накаляется – ведь идет «красная» путина.

Я больше всего опасаюсь, что предприятия сдадутся и начнут решать проблемы с контролирующими органами за рамками закона. А если рыбаки начнут платить взятки, то мы просто угробим свои ресурсы, поскольку для покрытия расходов придется браконьерить.

– И тогда вновь начнется этап в истории отрасли, который уже проходили.

– Да, это действительно не исключено. И такие сигналы уже есть. Ведь не случайно на последнем аукционе по продаже освободившихся долей квот крабов на Дальнем Востоке конечная цена покупки биоресурсов в воде многократно превышала стоимость цен на продукцию из них. Мы уже проходили это в начале 2000-х, после чего запасы крабов были подорваны и в ряде рыбопромысловых районов был введен запрет.

– А какова позиция ВАРПЭ по проблемам развития береговой переработки?

– Планы по развитию береговой переработки должны быть продуманы, экономически обоснованы и привязаны к региональным особенностям. Отечественный вылов в основном осуществляется в удаленных районах промысла, из которых доставить рыбу в свежем виде для последующей переработки на берегу невозможно без потери ее качества. Почему СССР стал лидером в рыболовстве? Потому что раньше других понял, что нужно создавать эффективный флот, который может все уловы переработать на судах до стадии конечной продукции. Это более эффективно с экономической точки зрения.

С другой стороны, есть, например, такие объекты, как тихоокеанские лососи, уловы которых можно и нужно перерабатывать на берегу, изготавливая продукцию высочайшего качества. И в последние годы действительно построено и успешно функционирует много суперсовременных заводов по переработке лососей.

– Но это обычно связывают с решением социальных задач для населения прибрежных поселков.

– Тогда это нужно делать совсем по-другому. Не Москве же это направление регулировать! Здесь не должно быть кампанейщины. Вообще тему развития береговой переработки нужно поручить регионам. Решения в этой части должны приниматься на местах с учетом экономических факторов, оказывающих определяющее влияние в развитии этого вида деятельности.

Суть прибрежного рыболовства изначально была искажена. Идея его заключалась в том, чтобы пойманную рыбу доставлять на берег в свежем виде для продажи или переработки. Причем «для продажи» было бы предпочтительнее, потому что с точки зрения питания она гораздо полезнее, чем переработанная. Идея была благая, но реализация подкачала.

Искусственно введенные ограничения двенадцатимильной зоной создали проблему для освоения запасов водных биоресурсов, имеющихся в терморе, но удаленных от мест сдачи уловов. Кроме того, рыба не признает пространственных ограничений – для нее границ не существует. Если она уходит из прибрежной зоны, то ее ведь тоже нужно ловить. Постепенно были приняты решения по возможности осуществления прибрежного рыболовства и в исключительной экономической зоне РФ. В прошлом году, наконец, приняты решения об осуществлении переработки уловов на судах с последующей доставкой на территорию страны. Кроме того, если помните, вначале квоты выделялись субъекту Федерации, и в администрации субъекта самостоятельно решали, кому их давать. И понятно, что квот нужно было как можно больше, чтобы раздать компаниям, приближенным к руководству. Сначала квот не хватало, потом перерабатывающих мощностей не стало хватать, затем понадобилось пересекать 12-мильную зону, затем возникла необходимость морозить и перегружать рыбопродукцию. И этот хвост исторических проблем требует концептуальных решений, которых пока нет. А это действительно непростой вопрос, который бизнесу необходимо решать совместно с Росрыболовством.

Необходимо все проанализировать, разложив аргументы «за» и «против», просчитать их с учетом объектов промысла, особенностей регионов и так далее. Принятие административных непродуманных решений ни к чему хорошему не приведет. Мы наломаем дров и просто потеряем время, которого у нас не так много отпущено для того, чтобы сделать отрасль конкурентоспособной.

Все же, положа руку на сердце, необходимо отметить, что за последние годы рыбодобывающая отрасль сделала колоссальный шаг вперед. Мы научились рационально управлять ресурсами, практически победили браконьерство и сделали отрасль экономически эффективной, что было утрачено после развала СССР. Не хотелось бы эти достижения потерять и топтаться на месте.

– Топтание на месте прекратится только тогда, когда, наконец, будет обнародован некий государственный документ, в котором четко зафиксируется: как будут распределяться квоты после 2018 года и на какой срок. А до этого времени на разные лады будут звучать вариации на тему модернизации «исторического принципа». Хотя исторический принцип либо есть, либо это уже что-то совсем иное.

– Модернизировать его невозможно, потому что суть исторического принципа в том, что ты получишь в дальнейшем столько, сколько выловил биоресурсов в среднем за предыдущие девять лет. Ключевые слова здесь «выловил биоресурсов». Если их убрать, то что взамен? «Построил фабрик, заводов, пароходов»? Тогда уж лучше «космических кораблей». Неважно, что рыба здесь ни при чем. Но очевидно, что введение новых критериев – это не модернизация, а изменение принципа.

– Например, Минвостокразвития считает, что принцип нужно связать с обоюдными обязательствами рыбаков и государства. Со стороны рыбаков – береговая переработка и модернизация флота. Со стороны государства – создание необходимой инфраструктуры, сокращение административных барьеров и меры государственной поддержки.

– Для реализации идеи развития береговой переработки нужно от общих лозунгов перейти к анализу деталей промысловой деятельности применительно к каждому объекту добычи.

Если речь идет о рыболовстве на промысловых участках, то здесь нет вопросов. И эта схема уже работает. При распределении рыбопромысловых участков в качестве одного из критериев его закрепления учитывались перерабатывающие мощности претендентов.

При судовом промысле переработка уловов осуществляется на судах, и в большинстве случаев нет необходимости производить дополнительную переработку на берегу. Но в отношении отдельных видов рыбопродукции действительно производится вторичная обработка на берегу. Например, мороженая сельдь. После ее доставки на берег она перемещается по всей стране, и в местах потребления ее разделывают и засаливают для последующей реализации в рознице. Какие в данном случае обязательства можно возложить на рыбаков, ведь они не имеют к этой переработке никакого отношения?

Теперь что касается модернизация флота – тема действительно важная, поскольку от состояния флота зависит успешность ведения бизнеса, и предприятия в этом заинтересованы больше, чем государство. Другой вопрос в том, что построить новое судно сегодня не каждому под силу – это не просто дорого, а очень дорого. Можно придумывать любые обременения в целях строительства новых судов на российских верфях, но какими бы обременения ни были, новые суда бесплатно никто не построит, тем более что и опыт строительства рыбопромыслового флота отсутствует. Без создания сегмента рыбопромыслового судостроения, а также создания действенных финансовых механизмов эту задачу не решить, с какими бы обременениями право на вылов ни связывалось.

Теперь об обязательствах государства по развитию инфраструктуры, снятию административных барьеров и мерам государственной поддержки рыбаков. Вы знаете, что в последние годы рыбаки увеличили вылов на четверть и довели его до 4,3 млн. тонн. В силу своих финансовых возможностей модернизировали флот и береговые перерабатывающие мощности. А что сделало государство? Инфраструктура не создана, административные барьеры выросли, мер государственной поддержки мы пока не имеем.

– А как это вообще можно связать – квоты рыбакам и береговую переработку?

– Это можно связать только в части рыболовства на рыбопромысловых участках, и это уже связано.

В других случаях в условиях рыночной экономики это связать нельзя. Мы это уже проходили, помните корпорацию-министерство Минрыбхоз России, которое решало практически все вопросы рыбного хозяйства, в том числе по береговой переработке? Экономически это субсидировалось из общего котла доходов отрасли. Как только эта система управления была изменена, береговая переработка сохранилась лишь там, где это экономически выгодно или без этого невозможно. В эти годы я работал в Магадане. С одной стороны, было жалко смотреть, как на наших глазах были заброшены береговые заводы, которые ежегодно производили десятки тысяч тонн соленой охотской сельди в бочках. Но они оказались экономически убыточными, да и качество продукции было не очень. Так что теоретически это все возможно связать при переходе на административные методы управления экономикой. Но я не думаю, что это правильное направление развития отрасли.

– Получается странная картина. «Русское море» в результате скандала с подконтрольными зарубежному бизнесу компаниями пришло в добычу и стало обладателем существенного пакета квот. Но пока нет информации, что им удалось совершить революцию и показать всем остальным, как надо работать. Существует распространенное заблуждение, что заниматься освоением квот достаточно просто.

– Это – побочный эффект громогласных заявлений о том, что рыба – возобновляемый ресурс, нефть завтра кончится, а рыба будет всегда и что даже в кризис отрасль демонстрирует успехи. О том, что ловить можно практически бесплатно, а продал – получил прибыль. Но мало кто знает, что рыбалка – это очень сложный и рискованный вид бизнеса.

Почему прежние управленцы, которым достались рыболовные компании после приватизации, практически все давно отошли от дел? Потому что не смогли перестроиться, ведь сейчас работать гораздо сложнее. Сейчас по-настоящему мощных и успешных предприятий – единицы, и возглавляют их управленцы нового поколения. У них получается развивать бизнес. А когда у кого-то получается, со стороны может показаться, что все просто – были бы квоты.

Да, «Русское море» купило несколько компаний и получило лидерство в объеме добычи минтая – но пока ничего не слышно о результатах решения задач по строительству нового флота, развитию береговой переработки, по увеличению поставок рыбопродукции на внутренний рынок. С другой стороны, и времени прошло не так много – все еще впереди.

– На совещании, которое провел в Магадане председатель Правительства Дмитрий Медведев, тоже говорили о квотах и административных барьерах.

– С одной стороны, оно прошло очень конструктивно. Всем дали слово, выслушали внимательно. С другой стороны, результативная часть некоторых положений нас настораживает.

Выступавший на совещании вице-премьер Аркадий Дворкович, говоря об инвестициях и развитии, подчеркнул, что все изменения в закон необходимо принять уже в этом году. Чтобы люди понимали, как квоты будут закреплены и на сколько лет. Это обнадеживает. Он затронул только одну тему, которую нужно увязать с этим вопросом, – существование «рантье», и предложил освободить отрасль от «рантье» путем наделения квотами только собственников судов.

Это сложная и многогранная тема, которая не имеет решения без четкого понимания, кто такие «рантье». При предварительном анализе Росрыболовства в список потенциальных «рантье» включены около 360 организаций, осваивающих ресурсы только на арендованных судах. Общий объем добычи этими организациями составляет около 470 тыс. тонн. С одной стороны, цифра внушительная, но даже поверхностный анализ говорит о необходимости более детального изучения ситуации. В частности, ряд предприятий по состоянию на текущее время уже ликвидирован или реорганизован, кроме того, не учтены случаи работы предприятий, входящих в холдинговые структуры. Есть и чисто практические моменты отдельных видов промысла, которые невозможно решить без использования механизма аренды судов. Например, ряд предприятий имеет небольшие квоты, и отправлять каждому из них собственное судно в удаленные районы промысла нерентабельно. Поэтому и оформляется несколько договоров аренды на одно судно, отправляемое на промысел. Все это законные схемы, и, если их запретить, ресурс просто не будет осваиваться. Поэтому здесь нужен более детальный анализ. Мы сейчас занимаемся этой работой совместно с Росрыболовством и, надеюсь, найдем правильные решения по предотвращению теневой торговли квотами под видом аренды судов.

– Но если ввести оборот квот, то «рантье» исчезнут сами по себе. Ведь они существуют в качестве банка лимитов, в который рыбаки приходят за покупкой того, чего не хватает. Если будет возможность свободно покупать квоты на рынке, использовать их в качестве залога при кредитных операциях (что тоже очень важно), то и проблема исчезнет.

– Согласен, но это сложный вопрос, который обсуждается много лет. Несмотря на то что во многих странах это общепринятая практика, мы пока не можем решить эту проблему. ФАС совершенно жестко подходит к тому, что квоты – это государственный ресурс, который не может иметь свободное хождение на рынке, и другие ведомства их решительно в этом поддерживают. С другой стороны, понятно, что если что-то запрещать, то явление перемещается в сферу теневого оборота. Так и появились рантье.

– Компанию с квотами продать можно, а квоты продать нельзя. Где тут логика?

– Продажа компаний – это и есть оборот квот. Да, это сложная и трудоемкая схема оптимизации бизнеса в соответствии с действующим гражданским законодательством, за счет которой происходит переход квот к более эффективным пользователям. Если бы был разрешен свободный оборот квот, эти процессы были бы ускорены и никаких тем о рантье мы бы уже не обсуждали. Я думаю, что ничего страшного в свободном обороте квот нет, надо только отработать систему регистрации и со сделки платить налог.

Но психология чиновников пока к этому не готова, так что будем продолжать бороться с «рантье».

– А все-таки, Александр Владимирович, как ВАРПЭ при столь разных интересах ее членов удается создать консолидированное мнение?

– Это действительно непросто, поскольку мы объединяем предприятия разных бассейнов, а с учетом специфики рыболовства на бассейнах условия работы предприятий сильно отличаются. Тем не менее по принципиальным вопросам рыболовства задачи, как правило, общие. Так и консолидируемся.

– Какое направление работы ВАРПЭ считаете наиболее перспективным?

– Помимо уже озвученных вопросов, касающихся создания благоприятных условий для отечественного рыболовства, которым мы посвятили большую часть времени интервью, приоритетным направлением работы является насыщение внутреннего рынка нашей рыбопродукцией. Это амбициозная задача, которая может дать толчок развитию и нашей отрасли, и других смежных отраслей. Но это комплексная задача, которую мы не можем решить без помощи государства. Возьмем самый массовый объект промысла – минтай. До сих пор бытует мнение, что минтай – рыба для кошек. Но ведь это не так, мы не дорожим тем, что имеем. Из-за отсутствия внутреннего спроса свою дикую рыбу мы экспортируем, а взамен импортируем рыбопродукцию из лососей, тилапии, пангасиуса, выращенных посредством аквакультуры. Нужно менять культуру потребления, объяснять населению преимущества нашей дикой рыбы, замечательной во всех отношениях, более полезной многих других белковых продуктов и в качестве детского, и в качестве диетического питания. Тут уместны различные формы просвещения и рекламы.

– Может, стоит присмотреться к тому, как это делают норвежцы, которые продвигают на наш рынок семгу и форель. Ведь они в пропагандистских целях используют конкурсы, дегустации и прочие мероприятия, привлекающие внимание публики к продукту.

– В принципе, у нас действительно есть конкурентное преимущество. Рыба наших северных, чистых морей – это единственный продукт питания, который сегодня остался в первозданном виде таким, каким его создала природа. Необходимо эту информацию доносить до потребителя, и здесь все средства хороши. Нужно просто этим специально заниматься. Кроме того, нужно стимулировать госзакупки для детских садов, школ, институтов, военных и прочих учреждений. Таким образом можно будет увеличить емкость внутреннего рынка сразу на 1,2 млн. тонн (в пересчете на сырец). Если на то будет политическая воля, конечно.

– Причем государственному бюджету это принесет только дополнительные доходы.

– Согласен. Необходимо и с торговлей рыбопродукцией разбираться.

Я приведу пример, касающийся одной сахалинской компании – не буду называть ее, чтобы не обвинили в рекламировании. Ее руководство несколько лет назад приняло решение в Подмосковье построить предприятие, на котором собственную рыбопродукцию готовят к розничной продаже: делают порции филе минтая, удобные для каждой хозяйки, и упаковывают. Качество – высочайшее, но в магазины они с этой продукцией попасть не могут, поскольку в рознице после торговых накруток она будет недоступна массовому потребителю. Поэтому продукцией они сами вынуждены торговать, что называется, «с колес», под заказ, небольшими партиями с доставкой на дом. И ее с удовольствием заказывают и в Росрыболовстве, и в других министерствах и ведомствах, и в Правительстве, и в администрации Президента. Но что мешает сделать эту и другую продукцию доступной для всех? Это серьезнейший вопрос, которым надо заниматься. Необходимо все же регулировать торговые наценки в оптово-розничной торговле.

А следующим за увеличением спроса этапом должна быть работа по расширению товаропроводящих каналов. Надо, соответственно, заниматься инфраструктурой, формировать планы по каждому субъекту Федерации, определив потребности и направления доставки. Причем в привязке к сезонности и срокам. Сопоставить потребности и возможности хранения, обработки. Минсельхоз и Росрыболовство сейчас занимаются этой работой и готовят соответствующий комплекс мер по насыщению внутреннего рынка. Несмотря на сложность реализации данной задачи, думаю, совместными усилиями мы начнем ее решать.

– Разве государство этим будет заниматься? Это не его задача.

– Задача государства – спроектировать эту схему и придумать, как можно простимулировать ее реализацию. Устранение государства от этих вопросов приводит к ежегодному увеличению импорта рыбопродукции.

Доктриной Продовольственной безопасности предусматривается соотношение отечественной и иностранной продукции как 80% к 20%. Но на самом деле это соотношение сегодня составляет 53 на 47%. Однако если такая задача поставлена, мы готовы совместно ее решать и привезти 80% рыбопродукции на внутренний рынок. А следующий за рыбаками в цепочке поставок кто? Оптовая торговля. Разве нельзя ей определить ориентиры на закупку 80% продукции у российских рыбаков и 20% у иностранных? Дайте поручение проработать этот вопрос. Но нет, у импортеров очень мощное лобби. В Москве вообще засилье импорта в отличие от рыбодобывающих регионов. Сейчас еще исхитрились выдавать его за отечественную продукцию: сырье из Норвегии, засоленное или расфасованное на территории России, превращается таким нехитрым способом в российскую рыбу. Такие вопросы, безусловно, заслуживают пристального внимания.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 25 июня 2014 > № 1107132 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 14 апреля 2014 > № 1051766 Александр Фомин

Электронную сертификацию надо встраивать в оптимизированную систему

Александр ФОМИН, Президент ВАРПЭ

Будущее в сфере оформления продукции из водных биоресурсов Россельхознадзор видит во внедрении выдачи ветеринарно-сопроводительных документов в электронном виде. Использование современных технологий можно только приветствовать, но электронная сертификация – лишь один из элементов системы ветеринарного контроля, и прежде всего нужно позаботиться о том, чтобы эта система была понятной, прозрачной и направленной на достижение конечного результата. Такую точку зрения высказал в интервью Fishnews президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) Александр Фомин.

– Александр Владимирович, хотелось бы обсудить с вами такой нашумевший вопрос, как электронная ветеринарная сертификация. Профильное ведомство – Россельхознадзор – активно высказывается на эту тему. В частности, недавно заместитель руководителя федеральной службы Николай Власов заявил, что определенная часть рыбацкого сообщества выступает резко против электронной сертификации.

– На мой взгляд, то, что говорит Николай Анатольевич, – это некая подмена понятий.

Электронная сертификация - лишь инструмент, который является маленьким винтиком общей системы ветеринарного контроля. Сама система ветконтроля в отношении уловов и рыбопродукции должна быть установлена законом, поскольку оказывает ограничивающее влияние на деятельность хозяйствующих субъектов Российской Федерации. Но сегодня в законе о ветеринарии не прописана система ветеринарного контроля рыбы и рыбопродукции. Россельхознадзор применяет простой подход: рыба – это животное, а следовательно, она должна подлежать ветконтролю. В настоящее время готовятся технический регламент Таможенного союза «О безопасности рыбной продукции» и новая редакция федерального закона «О ветеринарии», в которых Минсельхозом и Россельхознадзором буквально проталкиваются положения, предусматривающие тотальный ветеринарный контроль рыбы и морепродуктов. Собственно, такой подход уже отработан на примере Приморского края и Сахалинской области.

В прошлом году мы теряли на оформлении рыбопродукции от 3 до 12 дней, а денежные затраты составили свыше 3 млрд. рублей – согласитесь, средства существенные. И это результаты действия административного барьера, созданного только одним территориальным управлением Россельхознадзора – по Приморскому краю и Сахалинской области. В других регионах, к счастью, такого пока нет, но если техрегламент и закон о ветеринарии в предложенной редакции будут приняты, это станет неизбежным.

Поэтому мы поставили вопрос о том, чтобы убрать сплошной ветеринарный контроль в отношении уловов и рыбопродукции. Весь мир выстраивает систему контроля с учетом анализа существующих рисков. В нашем случае этого не происходит. Например, замороженная продукция из морской рыбы даже теоретически не может таить в себе опасных для человека болезней. Соответственно, если риска не существует, то государство не имеет права вводить дополнительные обременения для бизнеса.

Существующая система ветеринарного контроля и надзора в отношении уловов и рыбопродукции детально обсуждалась в конце прошлого года на заседании межведомственной рабочей группы, созданной в соответствии с поручением Президента РФ Владимира Путина. Рабочая группа констатировала, что барьеры действительно существуют и нужно отстроить вообще всю систему ветеринарного контроля рыбопродукции, сделать эту систему нормальной и прозрачной. При этом вопросы рассматривались гораздо шире: как добиться того, чтобы исключить продажу некачественных рыбных товаров в розничной торговле – ведь главная задача именно в этом. Более того, на некачественную продукцию, которая реализуется в магазинах, как правило, имеется ветеринарно-сопроводительный документ.

Были даны соответствующие поручения по комплексному решению вопросов ветеринарного контроля рыбопродукции, в том числе с учетом анализа рисков. Но вместо этого Россельхознадзор говорит: сделаем электронную сертификацию и все будет в порядке. Мы не против использования электронных технологий оформления сопроводительных документов, но какой смысл обсуждать конкретные инструменты системы ветеринарного контроля в отношении рыбы и рыбопродукции при отсутствии самой системы? Телега оказалась впереди лошади. Система контроля законодательно не создана, но нас уже обвиняют, что мы против конкретных механизмов ее реализации. Считаю, что здесь государственные решения должны быть комплексными и последовательными. К сожалению, пока их нет.

Глава государства Владимир Путин в декабре дал поручения в сфере ветеринарного контроля в рыбной отрасли, срок исполнения истек 1 апреля 2014 года. В итоге выстроенной системы нет, но есть бесконечные разговоры о необходимости электронной сертификации уловов и недобросовестных рыбодобывающих предприятиях-браконьерах, которые блокируют это нововведение. При этом тема все дальше уводится от прямых задач ветеринаров в части предотвращения заноса на территорию России заразных болезней, общих для человека и животных.

– Вы говорите, что бизнес-сообщество ставит вопрос о том, чтобы убрать тотальный ветеринарный контроль за морской дикой рыбой. То есть, на ваш взгляд, необходима система оценки и управления рисками?

– Да, система оценки и управления рисками должна быть четко определена. Если говорить о рыбе, выращиваемой в аквакультуре, риски действительно существуют. Например, запустил больную рыбу к здоровой – вся рыба заразилась и погибла. Нужно контролировать? Безусловно, и мы двумя руками за то, чтобы такой контроль осуществлялся. Список возможных болезней определен Ветеринарно-санитарным кодексом водных животных Международного эпизоотического бюро (его членом является и Россия), а также приказом Министерства сельского хозяйства РФ от 9 марта 2011 г. № 62.

Но подчеркну, что, во-первых, все перечисленные в этих документах болезни рыб не представляют угрозы для человека. Во-вторых, указанные болезни являются опасными только для живых рыб, выращиваемых в пресноводной аквакультуре, в случае их заражения.

Переработанная мороженая рыбопродукция даже теоретически не может представлять эпизоотическую опасность ни для рыб, выращиваемых в аквакультуре, ни для человека, потребляющего этот продукт.

Таким образом, выполнение задач по охране территории Российской Федерации от заноса заразных болезней рыб не требует тотального контроля уловов водных биоресурсов и продукции из них. Нет смысла бороться с тем, чего не может существовать в принципе.

Поэтому, безусловно, подходы по контролю живой аквакультурной рыбы и замороженной продукции морского промысла должны быть разные. В отношении продукции морского промысла (а это более 90% от общего объема добычи) достаточно в рамках мониторинга районов работы российских рыбаков заранее, еще до начала лова, подтверждать безопасность добываемой рыбы. В дальнейшем контроле до стадии розничной реализации нет необходимости. Не отмечено в существующей практике случаев выбраковки, например, рыбопродукции из минтая по ветеринарным причинам.

Давайте обратимся к истории. До 1959 года вообще не было какого-либо ветконтроля в отношении рыбы и рыбопродукции. С 1959 по 2007 год стали проводить ветеринарно-санитарную экспертизу в отношении свежей и охлажденной пресноводной рыбы, реализуемой на рынках. А с 2008 года приказами Минсельхоза России уже была установлена необходимость проведения ветеринарно-санитарной экспертизы в отношении любой рыбы и рыбопродукции. Благо пока эти требования исполняются не во всех регионах. Но, как я сказал выше, приморские и сахалинские предприятия уже успели оценить последствия имеющихся правил как с точки зрения потерь производственного времени, так и с финансовой стороны.

Для ветеринаров такая ситуация, видимо, действительно удобна – это вам не лечить сельскохозяйственных животных. Кто-то документы проверяет, кто-то продукцию осматривает, кто-то пробы отбирает, кто-то лабораторные исследования проводит – все при деле. А главное – никаких рисков, поскольку минтай не болеет болезнями человека и продукция из него после замораживания безопасна для потребления. Но все это в конечном итоге приводит к ограничению поставок рыбопродукции на внутренний рынок, увеличению ее себестоимости и конечной цены при реализации.

– Вы говорите, что не возражаете против выдачи ветеринарно-сопроводительных документов в электронном виде. Между тем СМИ транслируют мнение управления Россельхознадзора по Приморскому краю и Сахалинской области о том, что Ассоциация добытчиков минтая и ВАРПЭ выступают за сохранение «бумажной» сертификации – вот такая была формулировка.

– Если говорить в отношении ВАРПЭ – не помню, чтобы я или кто-то из наших членов выступал за сохранение «бумажной» сертификации. Мы выступаем против ветсертификации переработанной пищевой рыбопродукции - это дополнительный торговый барьер для бизнеса. Действительно, есть случаи, когда страны-импортеры, которые покупают российскую продукцию, сознательно вводят такие барьеры, в том числе и для ограничения собственного рынка, – например ЕС. С этим приходится считаться и оформлять требуемые документы. Но совершенно непонятно, когда такие ограничения вводятся в любых других случаях и в первую очередь в отношении продукции, поставляемой на внутренний рынок.

Хоть бумажная, хоть электронная сертификация в отношении переработанной рыбопродукции – это ведомственные интересы, не установленные законодательством Российской Федерации и противоречащие международным требованиям, в частности положениям Ветеринарно-санитарного кодекса водных животных. Удивляет, что Россельхознадзор отвлекает внимание от поручения Президента по снятию излишних барьеров для рыбаков и выстраиванию эффективной системы ветеринарного контроля с учетом оценки и управления рисками и сводит все к разговорам: электронная тотальная сертификация рыбопродукции лучше, чем бумажная тотальная сертификация. По моему мнению, не лучше. Давайте посмотрим весь порядок ветеринарного контроля, все документы и то, в какую систему будет встраиваться электронная сертификация и как она будет работать. Когда появятся нормативные акты, направленные на исполнение поручений главы государства, возможен предметный разговор. Пока говорить не о чем. Тем более что поручение по оптимизации ветеринарного контроля в рыбной отрасли не снято с контроля Администрации Президента и установлен новый срок его исполнения – 20 мая 2014 года. И хотя за последние шесть лет Президентом и Правительством было дано более 10 поручений по этим вопросам, мы надеемся, что в этот раз Минсельхозу и Россельхознадзору все же придется минимизировать созданные административные барьеры.

– То есть пока сложно согласиться с тем, что электронная сертификация станет некой панацеей, как об этом говорит Россельхознадзор?

– Сама электронная сертификация с точки зрения удобства заполнения и получения разрешений – да, наверное, это будет удобно. Но оформление сопроводительных документов – это только часть системы, и ее нужно нормальным образом выстроить.

А здесь больше вопросов, чем ответов. Россельхознадзор почему-то увязывает электронную сертификацию не с предотвращением заноса заразных болезней на территорию страны, а с вопросами контроля прослеживаемости продукции и законности происхождения, к которым это ведомство никакого отношения не имеет.

При реализации в рознице любая продукция сопровождается сведениями, когда она была произведена, каким предприятием, из какого сырья. Какая еще нужна прослеживаемость, нам непонятно.

– У нас каждое, наверное, ведомство стремится получить как можно больше полномочий.

– А заканчивается это чем? Коррупцией! Я приводил цифры затрат для наших предприятий. А ведь есть еще неофициальные поборы. Кстати, по поводу того что ветеринарные власти предотвращают сбыт продукции ННН-промысла. На самом деле все с точностью до наоборот: именно с помощью ветеринарно-сопроводительных документов легализуется, например, браконьерская красная икра на Дальнем Востоке.

Нынешняя система ветеринарного контроля – и мы подробно ее разбирали в рамках межведомственной рабочей группы – это клубок, который образуют ветслужбы субъектов РФ и Россельхознадзор. Поэтому мы и просим: пропишите всю систему контроля в законе о ветеринарии, чтобы было понятно, насколько обоснован этот контроль, как он осуществляется и где чьи полномочия. Ведь, по сути, идет дублирование, которое обходится в сумасшедшие деньги для государства. Но если человек отравился некачественной продукцией, отвечать за это будет производитель и никакие ветеринарные сертификаты не помогут.

– Но товар в магазинах – это, насколько я понимаю, компетенция Роспотребнадзора.

– Понятно. Но у Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека иной подход. И весь мир работает по такому принципу: ответственность за качество и безопасность товара лежит в первую очередь на самом производителе.

– Николай Власов в своем интервью эту тему также затронул. Он предложил вспомнить, кто за последнее время реально на Дальнем Востоке ответил за некачественную продукцию. Никто, а ведь такой товар есть, отметил заместитель руководителя Россельхознадзора.

– Есть, я согласен, особенно в части импортируемой рыбопродукции. И надо чаще проверять торговлю. Устраивать показательное уничтожение некачественных продуктов и лишать торговые предприятия возможности осуществления этой деятельности. Риски потерять бизнес в случае недобросовестной работы будут большие, и ситуация изменится по всей цепочке – от вылова до реализации в рознице.

Александр ИВАНОВ, Fishnews

Россия > Рыба > fishnews.ru, 14 апреля 2014 > № 1051766 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 9 июля 2013 > № 956425 Александр Фомин

Перспективное филе

Анализ сложившейся практики переработки уловов указывает на то, что увеличение степени переработки на российских судах актуально в отношении минтая, трески и пикши, отмечает президент ВАРПЭ Александр Фомин.

Рассматривать возможности увеличения глубины переработки рыбопродукции в увязке с вопросом возложения дополнительных обременений на рыбодобывающие предприятия важно не только применительно к видам водных биоресурсов, но и с учетом особенностей промысла – прибрежного или промышленного. На это в своей статье, опубликованной на сайте «Открытая отрасль», обращает внимание президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров Александр Фомин.

Так, в случае с «прибрежкой» важно помнить, что идеология этого вида рыболовства заключается в минимальной обработке рыбы на судах и последующей доставке уловов на берег для дальнейшей переработки и реализации. Переработкой могут заниматься либо сами рыбодобывающие организации (на собственных мощностях), либо перерабатывающие предприятия, которым рыбаки реализуют свои уловы. Возможны и смешанные варианты. Но в любом случае такое разделение не позволяет государству устанавливать для пользователей какие-либо обязательства по увеличению глубины переработки, поскольку будут ущемлены права одной из сторон, отмечает глава ассоциации.

Не позволяют обязать предприятия, осуществляющие прибрежное рыболовство, самостоятельно заниматься переработкой своих уловов и рамки действующего законодательства – здесь уже будут затронуты гражданские права пользователей.

«Таким образом, навязывание рыбодобывающим организациям дополнительных видов деятельности, а также возможные ограничения реализации уловов рыбодобывающим предприятиям противоречит гражданскому законодательству», – подчеркивает Александр Фомин.

Другое дело – промышленное рыболовство. Здесь из-за удаленности районов промысла переработку уловов необходимо осуществлять непосредственно на рыбопромысловых судах. Поэтому и вопрос увеличения глубины переработки следует рассматривать применительно к судовой переработке уловов, указывает автор статьи.

Анализ сложившейся практики переработки наиболее массовых объектов промысла (а это около 10 видов водных биоресурсов), по словам президента ВАРПЭ, свидетельствует о том, что увеличение степени разделки на сегодняшний день возможно по сути лишь в отношении минтая, трески и пикши. «Видимо, в отношении этих видов рыб рыбодобывающие предприятия и подвергаются критике о низкой степени переработки и реализации так называемого сырца», – добавляет он.

К тому же стоит учитывать, что производство филе трески и пикши на Северном бассейне ежегодно увеличивается, поскольку растет спрос на эту продукцию на европейском и на внутреннем рынках. В итоге остается лишь один недооцененный объект – это минтай. «Объемы производства филе минтая невелики и составляют около 30 тыс. тонн (это около 100 тыс. тонн в пересчете на сырец, то есть менее 7% от общего вылова минтая), и резервы увеличения глубины переработки до филе действительно велики», – обращает внимание Александр Фомин.

Вместе с тем представитель отраслевой общественности указывает на то, что в такой ситуации отечественный минтай оказался под давлением рынка: в России эта рыба остается среди маловостребованных морепродуктов и спрос на нее слишком мал – менее 25% от общего вылова минтая. Вот и получается, что условия рыбопромышленникам диктует иностранный покупатель – Китай и Южная Корея, куда экспортируется около 1,1 млн. тонн сырца. «Увеличить спрос корейского населения на филе минтая взамен экспортируемых в настоящее время тушек минтая – задача не из легких и мало зависит от российских добывающих организаций, – констатирует глава всероссийской ассоциации. – Китай в отличие от Республики Корея не экспортирует филе минтая, а закупает тушки минтая. Большая часть этой продукции поступает на переработку и разделывается до филе, вторично замораживается и экспортируется в другие страны (в основном страны Европы)».

Сложно конкурировать с дешевым ручным трудом китайских переработчиков, однако филе минтая первичной заморозки, производимое в море на российских судах, имеет неоспоримое конкурентное преимущество в плане качества. И здесь, по словам Александра Фомина, действительно скрыты большие резервы для отечественных рыбодобывающих предприятий: «Необходимо увеличивать объемы производства филе минтая и поэтапно сокращать его поставки в Китай для вторичной переработки. В случае сокращения объемов филе минтая китайского производства дефицит будет покрываться за счет российского филе судовой переработки», – делает вывод автор статьи.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 9 июля 2013 > № 956425 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 5 июля 2013 > № 956508 Александр Фомин

До «углубления» переработки необходимо изучить спрос и риски

Рассматривая вопрос об увеличении степени переработки рыбопродукции, необходимо учитывать потребительский спрос. В противном случае продукция может оказаться невостребованной на рынке, что грозит серьезными финансовыми рисками, обращает внимание президент ВАРПЭ Александр Фомин.

В соответствии с поручениями главы государства Правительству необходимо определить приоритетные направления развития рыбной отрасли, в том числе касающиеся обеспечения производства рыбной продукции с глубокой степенью переработки и развития перерабатывающих мощностей. Однако, отмечают эксперты отрасли, при реализации этих поручений необходимо учитывать и объективные факторы, которые по тем или иным причинам ограничивают «углубление» рыбопереработки. Чтобы в итоге стремление к совершенствованию производства не обернулось убытками для товаропроизводителя.

Так, президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров Александр Фомин предлагает прежде всего внимательно изучить такие факторы, как потребительский спрос и покупательская способность населения, финансово-экономические, а также технические и технологические ограничения (на судах), которые препятствуют увеличению глубины рыбопереработки.

«Изменение ассортимента производимой рыбопродукции без учета фактора потребительского спроса может привести к негативным последствиям. Рыбопродукция может оказаться невостребованной потребителем», - отмечает в своей статье, опубликованной на сайте «Открытая отрасль», глава ВАРПЭ. Дополнительным фактором, влияющим на потребительский спрос, является покупательная способность населения. Увеличение глубины переработки приводит к повышению затрат на единицу продукции и, соответственно, к увеличению стоимости и цены реализации рыбопродукции. Вместе с тем не каждый россиянин может себе позволить покупать рыбопродукцию с повышенной добавленной стоимостью, например рыбное филе.

Кроме того, увеличение глубины переработки рыбопродукции предполагает увеличение затрат на ее производство. «Вряд ли речь идет об увеличении глубины переработки любой ценой без учета экономической выгоды производителя такой продукции», - уточняет эксперт.

Формальный подход к решению задачи по увеличению глубины переработки может привести к негативным последствиям: «В условиях рыночной экономики бизнес самостоятельно определяет ассортимент выпускаемой продукции и несет все риски по производству и реализации рыбопродукции этого ассортимента», – напоминает Александр Фомин. Государство же ставит вопрос об обязательствах рыбоперерабатывающих предприятий в части увеличения глубины переработки рыбопродукции, в связи с этим возникает ряд вопросов:

– Кто будет регулировать и контролировать ассортимент выпускаемой рыбопродукции и что это будет стоить для бюджета? Кто будет нести финансовые риски в случае падения спроса и снижения цены на рыбопродукцию глубокой степени переработки? И кто компенсирует рыбодобывающим компаниям финансовые убытки в результате исполнения обязательств, прописанных государством в договорах о закреплении квот? – акцентирует на важных моментах президент всероссийской ассоциации.

«Речь должна вестись об обоюдных обязательствах для бизнеса и для государства по решению этой важнейшей задачи – увеличению комплексной переработки сырья и получению максимального дохода с единицы выловленного сырья, – развивает идею автор статьи. – С учетом того, что сегодня вряд ли стоит рассчитывать на взятие государством каких-либо обязательств по регулированию ассортимента выпускаемой продукции, страхованию рисков и последующей компенсации финансовых убытков, оптимальным выходом из этой ситуации является создание стимулирующих механизмов по увеличению глубины переработки рыбопродукции и получению добавленной стоимости от ее переработки».

В этом случае, полагает Александр Фомин, бизнес будет по-прежнему нести все риски, связанные с реализацией производимой продукции, и, если это станет экономически выгодно, самостоятельно решит вопросы, связанные с увеличением производства продукции высокой степени переработки, например мороженого рыбного филе.

В качестве возможных стимулирующих мер, по мнению представителя отраслевой общественности, можно рассматривать различные варианты налоговых послаблений (освобождение от таможенных пошлин, от уплаты налоговых сборов за пользование водными биоресурсами и др.). «Если будет государственная воля по решению этого вопроса, то на основе тщательных экономических расчетов можно создать условия, стимулирующие бизнес к развитию переработки», - считает президент ВАРПЭ.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 5 июля 2013 > № 956508 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 4 июля 2013 > № 956530 Александр Фомин

Александр Фомин: Закон об аквакультуре – важный этап для развития отрасли

Многолетняя эпопея завершена: глава государства подписал закон об аквакультуре. Это важный этап для развития отрасли, который послужит стимулом к расширению масштабов рыбоводства в России и увеличению объемов производства рыбы для населения, считает президент ВАРПЭ Александр Фомин.

2 июля глава государства Владимир Путин подписал ФЗ № 148 «Об аквакультуре (рыбоводстве) и о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ». Специалисты считают принятие закона знаковым событием для рыбохозяйственного комплекса страны.

Однако надо понимать: чтобы закон заработал, необходимо принять 20 правовых актов, обращает внимание президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров Александр Фомин.

Время на принятие подзаконных актов есть, поскольку положения закона в части аквакультуры вступают в силу с 1 января 2014 г., однако эти документы непростые и нужно приложить все усилия, чтобы они были готовы вовремя, добавил собеседник Fishnews.

Закон также включает положения, регулирующие прибрежное рыболовство: предусматривается возможность перегрузки уловов и производства на судах продукции из водных биоресурсов при осуществлении «прибрежки». Районы добычи и виды водных биоресурсов, в отношении которых будут разрешены перегрузка и производство продукции на судах, будут определены Правительством по представлению органов госвласти прибрежных регионов. «Точка в этом вопросе, конечно, не поставлена, потому что закон не прямого действия, но, во всяком случае, он дал механизм решения этой проблемы на уровне правительства, – комментирует руководитель ВАРПЭ. – Губернаторы прибрежных регионов получили сигнал задуматься о развитии береговой переработки, чтобы увязывать всю политику экономического развития региона с этой нормой – планировать квоты, загрузку береговых предприятий и т. д.».

В то же время государство понимает, что сырьевую базу надо использовать эффективно, и оставляет возможность перегружать уловы и производить продукцию на судах при прибрежном рыболовстве в тех районах, где инфраструктура пока не развита и нет возможности береговой переработки, обратил внимание Александр Фомин.

Срок вступления в силу нормы по «прибрежке» – через 10 дней с момента официальной публикации закона. «Так что можно сказать, отсчет пошел. Проект соответствующего постановления в Минсельхозе готов», – рассказал президент ассоциации. В понедельник 1 июля было проведено совещание с участием представителей субъектов Федерации. До конца недели в министерстве ждут взвешенных предложений от руководства прибрежных регионов.

«На самом деле это очень важная работа, потому что регионы сильно отличаются по своим объектам промысла, по видам деятельности. Для кого-то это будет легко, для кого-то сложнее, но в ближайшее время эта работа должна быть завершена. Проект постановления будет внесен в правительство, которое примет окончательное решение», – отметил руководитель ВАРПЭ.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 4 июля 2013 > № 956530 Александр Фомин


Россия > Рыба > fishnews.ru, 3 июля 2013 > № 956523 Александр Фомин

Есть ли смысл углублять судовую рыбопереработку?

Основу судовой переработки составляет производство замороженной рыбопродукции, и вряд ли эту схему стоит принципиально менять. Речь может идти лишь об увеличении степени разделки рыбы перед заморозкой и переработке отходов, полагает президент ВАРПЭ Александр Фомин.

В мировой практике общепризнано, что наиболее ценной и востребованной на потребительском рынке является именно свежая продукция, в том числе живые и свежие рыба, крабы, креветки, моллюски и т. д. Причем затраты на сохранение и доставку такой продукции превышают затраты, необходимые для ее обработки. Поэтому и цена на ту же импортную охлажденную форель и семгу, которая пользуется спросом на российском рынке, в расчете на сырец существенно выше, чем, например, на замороженную или соленую продукцию из этих же видов рыб.

В то же время, применительно к отечественному рыболовству, не стоит рассчитывать на широкомасштабное распространение ассортимента охлажденных видов рыб, поскольку основной промысел водных биоресурсов осуществляется на судах в удаленных районах, отмечает в своей статье, опубликованной на сайте «Открытая отрасль», президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров Александр Фомин. Это обстоятельство вносит свои коррективы и требует, как минимум, замораживания рыбопродукции для увеличения сроков хранения и расширения сроков ее реализации, обращает внимание представитель отрасли.

Как правило, процессу замораживания рыбопродукции на судах предшествует ее разделка. Чаще всего это обезглавливание и потрошение (для рыбы), варка (для ракообразных), в меньшей степени – производство филе.

«Результатом судовой переработки рыбопродукции является производство полуфабрикатов в виде замороженных тушек или замороженного филе, полностью готового для последующей реализации. В рознице осуществляется лишь их порционное деление и упаковка,– описывает стандартную схему судовой рыбопереработки руководитель ассоциации. – Окончательное приготовление (обработка) рыбы осуществляется непосредственно перед употреблением путем тепловой переработки (жарка, варка). Ракообразные, как правило, реализуются в готовом виде, и после размораживания они готовы к употреблению».

Наиболее близким к традиционному пониманию «глубокой переработки» можно отнести еще один способ переработки рыбопродукции, осуществляемый на судах, – консервирование. Однако, обращает внимание Александр Фомин, объемы производства такой продукции невелики, что связано с ограниченным спросом на нее на рынке, а также с малой численностью флота, способного производить консервированную рыбопродукцию.

«Таким образом, в настоящее время основу производства рыбопродукции при судовом промысле составляет производство замороженной рыбопродукции разной степени разделки. Вряд ли эту схему стоит принципиально изменять. Речь может идти лишь об увеличении степени разделки рыбы перед заморозкой, а также о переработке отходов, получаемых после разделки рыбы», – делает вывод президент ВАРПЭ.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 3 июля 2013 > № 956523 Александр Фомин


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter