Всего новостей: 2606896, выбрано 2 за 1.416 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Панфилова Елена в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаТранспортГосбюджет, налоги, ценыСМИ, ИТвсе
Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июня 2013 > № 841960 Елена Панфилова

ГЛАВА РОССИЙСКОГО TRANSPARENCY: В РОССИИ ПОЯВИЛСЯ НИЗОВОЙ ГРАЖДАНСКИЙ АКТИВИЗМ (" ЗЕРКАЛО НЕДЕЛИ ", УКРАИНА )

Андрей МАРУСОВ

Придя к власти, Виктор Янукович и Партия регионов объявили борьбу с коррупцией одним из своих ключевых приоритетов. Однако "борьба" вылилась лишь в принятие необходимых законодательных актов (да и то, под давлением ЕС и общественных организаций) да несколько уголовных дел с явными признаками политического преследования.

Между тем, в России, на которую ритуально ссылаются регионалы, уже второй год полыхают громкие коррупционные разоблачения. Чем они являются - проявлением реальной борьбы с коррупцией или межклановыми разборками? Чтобы разобраться в ситуации, ZN.UA обратился к Елене ПАНФИЛОВОЙ, главе Transparency International Россия, являющейся ведущей общественной организацией России в сфере борьбы с коррупцией. Важным предметом разговора оказались и темы, на первый взгляд, не связанные с коррупцией: травля общественных организаций как "иностранных агентов", состояние гражданского общества...

- Елена Анатольевна, в России второй год подряд происходят коррупционные разоблачения на самом высоком политическом уровне. Их фигурантами становятся министры, депутаты Госдумы, видные бизнесмены (дело "Оборонсервиса", Сколково, ГЛОНАСС, зимняя Олимпиада 2014 г. и т.д.). Что это: реальная антикоррупционная борьба или ее имитация?

-Чтобы ответить на Ваш вопрос, необходимо вспомнить, каким образом развивалась в России политика борьбы с коррупцией в последние годы.

При самом разном отношении к Дмитрию Медведеву надо отдать ему должное. В 2008 г. впервые в истории Российской Федерации была создана законодательная база как системная основа для борьбы с коррупцией. В декабре 2008-го был принят закон о мерах по противодействию коррупции. Впервые появляется законодательное определение коррупции. И принимается целый ряд законов, соответствующих в целом антикоррупционной Конвенции ООН.

До 2011-2012 гг. постепенно нарастает антикоррупционная кампания. При этом она отнюдь не сразу стала выливаться в действия или дела против конкретных чиновников-коррупционеров. Внизу, на нижнем уровне госуправления, этот процесс, может, и пошел чуть бодрее, однако вряд ли это можно было назвать системной антикоррупционной деятельностью.

Причем до поры до времени не получалось запускать дела даже там, где сложились устойчивые коррупционные группы. О них открыто говорили даже представители высших эшелонов власти. Например, мы помним знаменитую беседу г-на Чуйченко, главы контрольного управления президента, с Дмитрием Медведевым в 2010 г. Тогда было объявлено, что на закупках томографов было украдено до триллиона рублей!

Однако системной "войны" с выявленными нарушениями не последовало. Да, были возбуждены какие-то уголовные дела, но они потом вяло рассосались.

Стало складываться впечатление, что борьба с коррупцией так и останется вялотекущим процессом. С пустыми декларациями, принятием каких-то законов, заявлениями о коррупции в госзакупках и т.п. На нижнем уровне будут потихоньку подчищать, а наверху будут происходить поимки лишь отдельных, откровенно зазевавшихся "оборотней".

До поры до времени казалось, что Владимир Путин, вновь ставший президентом, вполне комфортно себя чувствует в рамках такого подхода. Но в декабре 2011-го вдруг обнаружилось, что в этой ситуации его что-то задевает. Появилась целая серия больших коррупционных историй, связанных с энергетическими компаниями. В связи с выявленными массовыми завышениями тарифов для ЖКХ были уволены руководители ряда таких компаний.

Потом выстреливают истории с "Оборонсервисом", вообще оборонкой, сельским хозяйством, потом с ГЛОНАСС, Сколково и, наконец, с зимней Олимпиадой 2014 г.

Если присмотреться к происходящему, то мы понимаем: нынешний президент обнаружил, что коррупция полезла в его приоритетные сферы. Как и у любого президента, у него есть свои приоритеты.

Во-первых, это бюджетники. Избиратель должен быть накормлен, напоен и счастлив.

Во-вторых, это оборонка. Человек с ружьем тоже должен быть накормлен.

И, наконец, в-третьих, это большие национальные проекты имиджевого характера.

Выяснилось, что за время вялотекущей антикоррупционной кампании коррумпированные чиновники, как говорит молодежь, "рамсы попутали" и обнаглели. Если нас не наказывают, то можно еще откусить! И еще откусить, и еще... Они потеряли инстинкт самосохранения и стали откусывать там, где им не было велено. А именно - в указанных приоритетных сферах.

Как результат, высшая власть решила ударить по рукам, потому что все это чревато потерей стабильности.

- То есть эти приоритетные сферы президент Путин и все высшее руководство России воспринимают как столбы, на которых и держится внутренняя стабильность?

- Да, так оно и есть. И, в принципе, не только в России, но и в других странах. Просто у нас это проявляется в гипертрофированной форме.

- Однако во многих СМИ звучит гипотеза, что эти антикоррупционные разоблачения - лишь отображение некой межклановой борьбы на высших уровнях российской власти...

- А вот это нормально и ожидаемо. Потому что во всех странах мира коррупционные разоблачения по хорошо известному закону электоральных циклов всегда используются в политической и межэлитной борьбе. Что в США перед выборами демократы и республиканцы начинают кидаться коррупционной грязью, что в любой другой стране.

Только вот во многих странах реально работает политическая конкуренция и действует верховенство права. И коррупция жестко ограничивается этими рамками. А у нас, в России, и у вас, в Украине, борьба с коррупцией превращается в perpetuum mobile. По сути, от коррупции никуда никому не деться. Но она должна быть ограничена институтами, которые у нас с вами пока еще не выросли.

А когда открывается окошечко возможностей, то все элиты начинают борьбу. Причем, необязательно только элиты. Много абсолютно разных групп интересов пытаются протиснуться в открывшееся окно.

- Насколько мне известно, в России многие общественные организации активно занимаются борьбой с коррупцией. Та же история с томографами - это заслуга общественников. Одновременно многие прагматичные чиновники относятся к ним так: хорошо, мы будем их терпеть, потому что они нам выгодны, в конце концов. Почему тогда в России был принят закон об иностранных агентах, а сейчас идет кампания травли практически всего общественного сектора?

- Это связано с тем, что российская власть впервые в своей жизни увидела сто тысяч людей на Болотной площади. Они видели столько людей в 1991-м, но тогда они не были при власти. У многих же людей во властной верхушке России отсутствует вера в свободу воли человека. Они не могут себе представить, что эти люди пришли туда сами, им никто не платил, и никто их не организовывал.

Кто мог их организовать? Политической оппозиции у нас нет. Масс-медиа у нас - серединка на половинку. Кто остается? Некоммерческие организации! Соответственно, кого нужно обвинять во всех этих ужасных и, на самом деле, весьма треволнительных для власти месяцах - с декабря 2011-го по май 2012-го? Конечно, общественные организации!

Именно поэтому "под раздачу" сейчас попали и общественные "мозговые центры", и академические институты, и социологические компании... Эта травля развязана не только против нас - организаций, которые занимаются гражданским контролем. Тут и экологи, и благотворительные организации, все на свете...

Власть решила, что стабильность подрывают общественные организации, якобы стимулируя общественный протест и выводя народ на улицы. Власть решила, что это мы. Но это не мы. Это люди проснулись!

И проснулись для власти весьма печальным образом. Я могу спрогнозировать ситуацию, что даже если все НКО в стране будут закрыты или сами закроются, на улицу по-прежнему будет выходить много людей! И тогда картинка мира нашей власти совсем распадется.

Нас всех позакрывают, но у людей-то стремление к низовому, повседневному гражданскому активизму никуда не денется. Оно уже существует, и это - данность. Эта ситуация возникла в 2010 г., когда по стране бушевали лесные пожары. Их никто не тушил. И люди сами поехали их тушить. А потом все больше людей стало вовлекаться в решение самых разных социальных проблем на местах. А потом пошли контролировать муниципальные закупки и наблюдать за выборами. И так постепенно у нас вырос этот самый низовой гражданский активизм. Как ты его запихнешь обратно? Ты не сможешь этого сделать, даже если закроешь все зарегистрированные в стране общественные организации.

Люди вкусили гражданственности. Не в пафосном, а в хорошем смысле этого слова. Это желание и умение делать собственными силами какие-то важные вещи на низовом уровне. Власть может решить эту проблему, закатав страну в очередной ГУЛАГ. Не общественные организации, а всех людей вообще. Или научиться с этим жить. Эту дилемму нашей власти и придется решать в ближайшее время.

- В этой связи, что, по вашему мнению, означает отставка Владислава Суркова, которого называют то "серым кардиналом", то основным политтехнологом Кремля, то сторонником "либерального" курса Д.Медведева?

- Я давно и категорически отказываюсь вглядываться в этот "магический кристалл" политтехнологических ухищрений. Считаю, что абсолютно иррелевантно гадать, кого и зачем отставили, куда отставили и т.д. Для тех больших явлений, о которых мы говорим, - это неважно. Совершенно неважно! Это, так сказать, розочки на торте. Снимешь их - торт все равно останется.

Политтехнологии, которые мы знаем с конца 90-х, и которые построили российское общество в начале нулевых, не имеют никакого отношения к общественным и экономическим процессам, происходящим сегодня в стране.

Конечно, мы можем погадать на кофейной гуще, прикинуть влиятельность тех или иных групп, но что это нам даст? Ничего. Понятно, что будущее - совсем за другими именами. Причем, необязательно хорошими именами.

Политтехнологический подход с макиавеллиевскими "разводками" и сложносочиненными конструкциями уходит. Если уже не ушел. Потому что люди сегодня живут другими реалиями. Понятно, что мы говорим где-то о 10% активных граждан. Но этого вполне достаточно. Потому что и 10% активных граждан в правильном смысле этого слова - это очень много. А кроме того, у тех, кто заразился этим крайне полезным вирусом "гражданственности", есть друзья, родные, коллеги.

Я это чувствую по своей жизни. Ты ведь все равно общаешься с теми же родителями детей, которые учатся в школе с твоим ребенком. И даже если вы категорически не согласны в идеологии, это все равно оказывает влияние. В моем окружении есть люди абсолютно противоположных идеологий. Демократы, либералы, коммунисты, ура-патриоты, государственники. Но у всех этих людей есть общее ощущение, что нужно что-то делать с ситуацией в стране...

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июня 2013 > № 841960 Елена Панфилова


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 21 марта 2013 > № 783564 Елена Панфилова

ЕЛЕНА ПАНФИЛОВА: В РОССИИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛИ ПОКА НЕ ВИДЯТ РЕЗУЛЬТАТОВ БОРЬБЫ С КОРРУПЦИЕЙ ( РУССКАЯ СЛУЖБА RFI , ФРАНЦИЯ )

Елена Габриелян

Во вторник 19 марта в Москве стартовал Саммит России и СНГ по антикоррупции. Это уже 5-ый по счету саммит, организованный Американским Институтом Конференций. Как в России действует антикоррупционное законодательство и каким образом оно влияет на деятельность бизнес-структур в интервью RFI рассказала Елена Панфилова, директор Transparency International Россия. (Transparency International - неправительственная международная организация по борьбе с коррупцией и исследованию уровня коррупции по всему миру).

RFI: Елена Анатольевна, какое значение в борьбе с коррупцией имеет подобного рода саммит?

Елена Панфилова: Это очень хорошая традиция. На этом саммите собираются практики в области противодействия коррупции, оценивают законодательные рамки борьбы с коррупцией и опыт правоприменения в странах СНГ. Именно практическая направленность саммита мне представляется крайне важной, потому что, с одной стороны, на саммите представлены эксперты и руководство крупнейших международных организаций, которые создают международное рамочное законодательство, такое как конвенция OESR, конвенция Совета Европы, а с другой стороны, люди, которые в тех или иных параметрах применяют это законодательство на практике. По-моему, это крайне важно - время от времени сводить этих людей вместе.

- Как последние изменения в антикорупционном законодательстве в России отразились на деятельности предпринимателей?

- Знаете, пока они не очень сильно отразились. Они отражаются время от времени, но, поскольку законодательство, касающееся бизнеса, совсем юное и антикоррупционное в той части, которая была изменена в связи с присоединением России к конвенции экономического сотрудничества и развития по противодействию коррупции. Соответственно, практики обширной пока еще нет, но постепенно она начинает нарабатываться. Вот как раз наш председатель Следственного комитета России буквально на днях говорил о необходимости применить в России такой нормы, которая содержится в конвенции, которую Россия ратифицировала, "уголовная ответственность юридических лиц".

Долгие годы это было камнем преткновения в России: у нас существует административная ответственность юридических лиц за коррупцию, за взяточничество, уголовной ответственности не было. Но вот сейчас постепенно начинают нащупывать подходы. И тогда, если такое будет принято, это скажется на жизни и деятельности бизнеса очень серьезно. И, конечно, возникает вопрос, будет ли такое законодательство применяться некоррупционно, потому что мы знаем по опыту, что ужесточение законодательства в тех странах, где наличествует, в том числе, коррупция в правоохранительной сфере, судебной сфере, зачастую антикоррупционное законодательство начинает бить не по тем целям, по которым надо бы.

- Согласно последнему докладу Transparency International по индексу восприятия коррупции Россия в 2011 году заняла 143 место из 178 стран, в 2010 году - 154, а в прошлом году - 133. Свидетельствует ли это об эффективности антикоррупционных мер?

- В связи с изменением методологии подсчета индекса восприятия коррупции, я думаю, не стоит сравнивать 2011 с 2012 годом, потому что все это показывает общую картину. Действительно, сравнивать сканы внутри одного индекса имеет смысл, а между годами ничего мы особо полезного для нас не увидим. Более того, индекс восприятия коррупции, который дает понять общее ощущение изменений, но мы видим, что в каких-то сферах в России коррупция начинает еще больше расцветать, к сожалению, по-прежнему выявляется очень много коррупционных проявлений в сферах госзаказа, госзакупок, в деятельности государственных компаний (об этом даже на самом верху начинают говорить). А с другой стороны, мы видим, что в отдельных маленьких секторах управления, ближе к низовому уровню, может быть, где-то что-то начинает снижаться. Коррупционные проявления, например, в отдельных сферах, связанных с выдачей документов, паспортов.

Говорить о том, что законодательство, даже самое прекрасное, недавно принятое, вдруг начнет само собой резко улучшать ситуацию с коррупцией, наверное, не имеет смысла, но какие-то попытки, в первую очередь не столько власти, сколько общества, делают. И мне кажется, что говорить о прорывах, об улучшении ситуации не приходится, но то, что это стало серьезным вопросом обсуждения в рамках общественной повестки дня, в рамках бизнес сообщества, это, безусловно, так.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 21 марта 2013 > № 783564 Елена Панфилова


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter