Всего новостей: 2602783, выбрано 7 за 0.335 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Гудков Дмитрий в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценыСМИ, ИТОбразование, наукавсе
Россия > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 15 марта 2018 > № 2531114 Дмитрий Гудков

Полишинель раскрывает секрет

Дмитрий Гудков

Что случилось?

Дмитрий Гудков и Ксения Собчак создают политическую партию. Об этом Гудков впервые рассказывает в комментарии «Снобу»

Да, теперь у нас — и у вас — есть своя партия. Мы с Ксенией Собчак пока условно называем ее «Партия перемен» (к лучшему), но это не самое главное. Главное сейчас — объяснить причины и следствия. Зачем нам (вам) это нужно, что будет дальше и чем сердце успокоится.

Давайте по пунктам.

1. О регистрации партии. Мы делаем ее на базе «Гражданской инициативы» Андрея Нечаева. Почему не с нуля? Потому что у ГИ есть лицензия. А новой оппозиционной партии в современной России эту самую лицензию получить нереально. У меня все эти дни крутится в голове аналогия с царской Россией (можно подумать, у нас другая). Тогда Некрасов, лишенный «Современника», выкупил новый журнал — «Отечественные записки». Не основал новый, а именно взял уже существующий, потому что у него была лицензия. Новый же журнал опять-таки было зарегистрировать невозможно.

2. Почему именно на базе «Гражданской инициативы»? Так сложилось естественным образом. С Андреем Нечаевым мы сотрудничали еще на региональных кампаниях 2015 года, а сейчас он решил «дать дорогу молодым», использовав свой политический ресурс. Мой друг Дмитрий Некрасов (тоже Некрасов. Совпадение? Не думаю!) входит в совет ГИ и, предварительно, будет главой исполкома обновленной партии. Наконец, Ксению в президенты выдвинула именно эта партия. Все эти события происходили одно за другим, так что мое участие в новой партии в последнее время стало их естественным развитием.

3. При этом сама партия будет переформатирована и ее существование наполнится новым смыслом — пока это обещание, за его воплощением вы сами сможете следить в ближайшее время. Но ключевое — это не про вождей, а про всех нас. Довольно уже «национальных лидеров».

4. Почему не «Яблоко»? Я постоянно говорю о том, что хотел бы объединения оппозиции. Но с Григорием Явлинским у меня (вернее, у него) не получается поговорить с октября. Сигналы приходят достаточно ясные, чтобы я не питал иллюзий: на равных коалиция «Дмитрий Гудков — “Яблоко”» невозможна. Внутрипартийных интриг же мне хватило еще в «Справедливой России»: повторять этот опыт я не собираюсь. (Кто пропустил — наши взаимоотношения с «Яблоком» я описывал в телеграме.) Это не отменяет того очевидного факта, что мы стоим на сходных позициях и что две партии — наша и «Яблоко» — смогут работать вместе, добиваясь ключевых целей: прекращения войн, ухода Путина, снятия санкций и так далее.

5. Почему Собчак? Ксению я знаю еще с 2011 года, с Болотной. Она отличный политический журналист(-ка), успешный предприниматель(-ница) и не изменяла своим взглядам за эти годы. Конечно, к президентским выборам можно относиться по-разному (мы все понимаем их опереточность в нынешних условиях), но то, как она использовала их, взламывая эту систему изнутри, одна ее поездка в Чечню стоит многого. Да и мужское плечо Ксении в политике не помешает — назвать окружающих ее «кандидатов в президенты» типа Жириновского мужчинами у меня не получается. Наконец, мы оба — представители одного, пока еще молодого поколения. И не хотим, чтобы оно так и состарилось, глядя на дряхлеющего диктатора.

Мы не собираемся быть «конструктивной оппозицией»: ее время, если и было, давно прошло. Мы — антипутинская партия. И вы знаете, что эта партия никуда не пропадет, как это случилось с проектами Михаила Прохорова. Я уже доказал, что не намерен сдаваться — но для борьбы нужны новые, более сильные инструменты. А то, кто на каких баррикадах стоял в 93 году (возможно, 1793-и), пусть обсуждает «думская оппозиция».

Конечно, мы не ограничимся лозунгами «накрасим губы трупу», то есть «проведем скромные экономические реформы в авторитарной стране». Наша задача — изменить ее кардинально, чтобы здесь стало можно свободно дышать — а без этого никакая экономика невозможна.

Отвечу и еще на один вопрос: почему мы объявляем о партии именно сейчас, за три дня до выборов. Потому что пользуемся медийным моментом. Сейчас даже Первый канал не сможет об этом промолчать, выборы, хоть и опереточные, но приковывают внимание к политике. Так что здесь — политический расчет.

И наконец, главное.

Мы ждем в партии всех тех, кто разделяет демократические взгляды. Мы не хотим повторять ошибки прежних объединений, выступая «оппозиционным пылесосом». Мы ищем людей именно наших взглядов — и поможем им стать политиками на основе нашего «убера». Сейчас пройдут выборы мэра Москвы (на которых я надеюсь стать объединенным кандидатом), потом в Питере — муниципальные выборы и выборы губернатора, затем — Мосгордума и Госдума (не говоря о региональных кампаниях в ближайшие годы). Все это время мы будем искать и поддерживать новых людей — вас, которые хотят изменить страну к лучшему. Не к Сталину, не к «России для русских», а к открытости миру и свободе.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 15 марта 2018 > № 2531114 Дмитрий Гудков


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 20 февраля 2018 > № 2505267 Дмитрий Гудков

Дмитрий Гудков: "Российские элиты не хотят конфликта с Западом"

Игнасио Ортега | La Vanguardia

"Среди российской элиты существует консенсус о том, что нельзя вступать в конфликт с Западом и развязывать войну санкций. Нужно отменить эмбарго и быть частью мировой экономики", - сказал во вторник российский оппозиционер Дмитрий Гудков в интервью информагентству EFE, которое публикует La Vanguardia. Журналист Игнасио Ортега отмечает: "Гудков предостерегает: в случае, если Путин будет переизбран на президентских выборах 18 марта, "следующие 6 лет будут бурными", и уже существует "явный раскол в элите, хотя он пока не обнажился".

"Результаты президентских выборов покажут, как россияне смотрят на победу Путина: как на легитимное сохранение власти или как на фарс, который подорвет доверие к политической системе. Полагаю, что второй вариант возобладает", - предположил Гудков.

"Соответственно, он считает, что Путину придется покинуть Кремль, поскольку элиты стареют, а в российском обществе все больше востребованы перемены", - пишет издание.

"Переходный политический период в России будет неспешным, но мы оказались в точке невозврата. Россияне хотят перемен, но Путин не ассоциируется с переменами. Людям страшно, так как они думают, что это будут перемены к худшему, но реформ они хотят. И в какой-то момент эта жажда конвертируется в политизированную массу", - сказал Гудков.

"Он напоминает, что "все" новые политические лидеры "находятся в рядах оппозиции" - от Алексея Навального до Ксении Собчак или Ильи Яшина", - говорится в статье.

По словам автора, Гудков считает позитивным выдвижение Собчак на президентских выборах, так как она может стать "соединительным звеном" между элитой и молодежью. Он отрицает, что кандидатура Собчак - это кремлевский проект, направленный на дискредитацию оппозиции.

Гудков считает, что первой целью оппозиции должны быть выборы мэра Москвы. Даже если оппозиция наберет лишь 20% голосов, Гудков предлагает создать партию, чтобы на выборах 2021 года пройти в Думу.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 20 февраля 2018 > № 2505267 Дмитрий Гудков


Россия. ПФО > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 2 февраля 2018 > № 2488129 Дмитрий Гудков

Не живите в лесу, не войте по-волчьи

Дмитрий Гудков

Бывшего губернатора Кировской области Никиту Белых приговорили к восьми годам колонии строгого режима по обвинению в коррупции. Бывший депутат Госдумы Дмитрий Гудков считает, что сотрудничество с властью постороннего для системы человека по-другому закончиться не могло

Никита Белых — живой человек. От нас хотят, чтобы мы думали и говорили о нем в прошедшем времени — был живым, потому что восемь лет колонии для больного… Но он — живой. И живым был всегда: когда я однажды написал в твиттере, что приехал в Киров, то сразу получил там же приглашение: «Заходи». Мелочь, но показательная.

Или женитьба в тюрьме: мне трудно представить, чтобы за Сечиным или Бортниковым женщины пошли в тюрьму. Мертвецы во власти первым делом избавляются от живых, хоть чем-то выделяющихся на общем пыльном сером фоне. Пишешь стихи (пусть даже плохие), придумываешь необычные музеи, просто общаешься с людьми не в кабинете, а в Сети — и ты уже кандидат на вылет. А не понял — на срок. Или на смерть.

Я не хочу говорить сейчас об экономике, о тонкостях регионального управления: на фоне практически смертельного приговора эти рассуждения неуместны. Уверен, найдутся те, кого не остановит пушкинское «милость к падшим призывал», но пусть это будет на их совести. Можно быть самым незаметным человеком (а уж незаметным Белых не назовешь), но такой страшный политический приговор превращает в мученика. Или в борца. И все эти примеры мы знаем, знает их любой, даже совсем не интересующийся политикой россиянин.

Не нужно надеяться, что волки скушают друг друга до полного исчезновения: чего-чего, а их в тамбовских лесах нашей необъятной родины всегда водилось в избытке

Но: нельзя играть с шулерами. Нельзя играть с дьяволом в кости. Нельзя становиться в один ряд с этой властью. Потому что вариантов конца — а он неизбежно настает — только два: или ты сам становишься шулером, или шулером они объявляют тебя.

И конечно, сейчас доедают чужих. Тех, кто пытался притвориться, мимикрировать. Тех, кто хотел что-то изменить, съели уже давно. Наступает пятый срок — время внутривидовой борьбы, острых клыков и длинных когтей.

Помните? «Вдруг оба генерала взглянули друг на друга: в глазах их светился зловещий огонь, зубы стучали, из груди вылетало глухое рычание. Они начали медленно подползать друг к другу и в одно мгновение ока остервенились. Полетели клочья, раздался визг и оханье; генерал, который был учителем каллиграфии, откусил у своего товарища орден и немедленно проглотил».

Салтыков-Щедрин ничуть не хуже Оруэлла.

Только не нужно надеяться, что волки скушают друг друга до полного исчезновения: чего-чего, а их в тамбовских лесах нашей необъятной родины всегда водилось в избытке. Указать волкам их место сможем только мы сами. Главное — не пытаться, живя с ними, выть по-волчьи.

И дай бог, чтобы все неправосудно осужденные смогли дождаться новых времен.

Россия. ПФО > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 2 февраля 2018 > № 2488129 Дмитрий Гудков


Россия > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 26 января 2018 > № 2472756 Дмитрий Гудков

Это не борьба с Путиным, это борьба с прошлым

Дмитрий Гудков

Отличительный признак геронтократа — не его возраст и не возраст его окружения. Просто он живет в прошлом, и ему кажется, что мир одряхлел вместе с ним. В этом состоит сейчас любой громкий конфликт нашем в обществе: геронтократия борется с молодостью

На момент безвременной кончины Леониду Ильичу Брежневу было всего 75 лет. Это не мешает всему миру говорить о советской геронтократии, хотя, казалось бы, в современном мире для многих политиков это вовсе не возраст. Тем не менее обидное слово приклеилось к развитому социализму, да и нам пора освежить в памяти его значение.

Геронтократия — это вовсе не возраст, не власть пенсионеров. Человек может быть сколь угодно пожилым, но иметь ясный ум, «интересоваться интересным» и жить с таким размахом, что позавидуют многие молодые. Мы же имеем дело с состоянием души, когда ты еще в самом расцвете сил (65 лет, к примеру, не возраст), вполне спортивен, рукопожатием, как сообщает твой пресс-секретарь, ломаешь руку — но при этом родился, вырос и умер в безнадежно ушедшем прошлом. Тебе уютно году в 83-м, и ты знать не желаешь, что мир с тех пор не раз и не два перелистнул календарь.

Помните, как молодой и прогрессивный лидер купился на развод с американским видео, выданным ему за «наших в Сирии»? Это видео ему показывали с чужого телефона и из чужих же рук — потому что своего нет. Не обучен. Не хочет. В 83-м никаких смартфонов не было: даже обычный кнопочный, а не дисковый телефон уже казался футуризмом, что уж говорить о тогдашних ЭВМ размером со шкаф.

Впрочем, пусть бы наша геронтократия жила в своем уютном вчера. Но проблема в том, что она не только геронто-, но и -кратия. То есть, захватив в стране власть, она пытается отправить во вчера и нас: там ей все понятно, в отличие от сегодняшнего дня.

Продлеваются полномочия главы КС Валерия Зорькина — а ему ведь 74 года, и вместо Конституции он давно уже думает о душе, на полном серьезе сообщает миру, что близок конец света

Не удержусь от цитаты: «Молодежи в отделе Вечной Молодости не было, и эти старики, страдающие тысячелетним склерозом, постоянно забывали гасить за собой свет. Впрочем, я подозреваю, что дело здесь было не только в склерозе. Многие из них до сих пор боялись, что их ударит током. Они все еще называли электричку чугункой». Казалось бы, когда написан «Понедельник начинается в субботу» — а актуальности совсем не потерял.

Посмотрите, что происходит: продлеваются полномочия главы КС Валерия Зорькина — а ему ведь 74 года, и вместо Конституции он давно уже думает о душе, на полном серьезе сообщает миру, что приходят последние времена и в целом близок конец света. Перед Апокалипсисом трепещет и пожизненный Патриарх (он-то ни в какую отставку не уйдет, не чета западным коллегам): призывает сплотиться и не допустить второго пришествия Христа.

Это отличительный признак геронтократа: он живет в прошлом, и ему кажется, что мир одряхлел вместе с ним. Государство — это он, отсюда и вся эта придонная религиозная муть, поднявшаяся в последние годы, и рассуждения о морали с нравственностью. Вон, в Думе который год пытаются протащить закон о нравственной цензуре на телевидении и в кино. А знаете почему? Потому что Ларошфуко уже все написал: «Cтарики потому так любят давать хорошие советы, что уже не способны подавать дурные примеры». Впрочем, французский острослов сам добавил уточнение: «Старые безумцы еще безумнее молодых». Так что «хорошими» их советы можно назвать лишь с их же точки зрения.

Их первая реакция на любое проявление жизни — запрет. Неважно чего, лишь бы остановить изменения, наступающее будущее, эту страшную, вторгшуюся в их жизнь чугунку

Каждый год царствия этих геронтократов лишь усиливает опустынивание страны. Политика, экономика, общественная жизнь — все покрывается сыплющимся из них песком. «Стабильность», она же смерть — их слово. А внешнеполитическая горячка — ностальгия по старым годам, когда страна в едином порыве боролась за Луиса Корвалана и читала гневные отповеди «Правды» американским империалистам. Ведь неслучайно риторика нынешнего МИДа — калька с советской.

Конечно, нынешние политические пенсионеры не могут выстроить свое прошлое заново: время, как и фарш, невозможно провернуть назад. Но вот затормозить, подморозить они стараются изо всех сил. Отсюда и первая реакция на любое проявление жизни — запрет. Неважно чего, лишь бы остановить изменения, наступающее будущее, эту страшную, вторгшуюся в их жизнь чугунку.

Поэтому их так оскорбляет та же «Смерть Сталина» — предвестник их ухода, хотя сами они давно уже мертвы, несмотря порой на сравнительно юный возраст. Отсюда и возрождение охранки, пусть ее даже перебрендировали под Центр «Э» (управление МВД по противодействию экстремизму. — Прим. ред.), и попытки до смерти зарегулировать все, от НКО до криптовалют. Геронтократам не нужно идти вперед: для этого нет ни сил, ни желания. Даже (я не оскорблю сейчас чувства верующих?) победобесие последних лет проистекает отсюда же: гордятся прошлым те, у кого нет будущего, остальным не до того.

Но даже если геронтократы пытаются что-то делать, то безнадежно отстают уже на старте. Знаете, у Хейердала было очень точное наблюдение: в XIX веке расстояния между делениями на часах были больше. Метафору, конечно, не нужно понимать буквально, но она прекрасно передает ощущение времени: раньше все можно было делать не торопясь, а сейчас важна каждая минута.

Любое промедление становится катастрофическим на фоне темпов современного мира. Но даже это понять «правители» не способны, пока им не принесут распечатку

И пока Россия десятилетиями разрабатывает какую-нибудь «Ангару», Маск за несколько лет разворачивает полноценную космическую программу. Пока Медведеву год за годом дарят один и тот же перелицованный китайский телефон («Это наш русский айфон!»), у настоящих айфонов сменилось уже 10 поколений. Пока некоторые члены кооператива «Озеро» почивают на отжатых трубах, в США тянут из земли сланцевую нефть. И так во всем. Ведь даже если у нас во власти и появляется «политическая молодежь», то вся она назначена «старшими товарищами», тщательно отобрана ими по идеологической близости к 1983 году. Отсюда, например, постоянные попытки Минкомсвязи с его подававшим надежды «юным» министром запретить интернет. Вслед за разделением властей исчезло и разделение возрастов.

Любое промедление становится катастрофическим на фоне темпов современного мира. Но даже это понять «правители» не способны, пока им не принесут распечатку.

Кстати, о распечатках. Один знакомый депутат недавно на полном серьезе не понимал, адрес какой «телеграммы» я ему пытаюсь дать: ее же отправляют с почты, о чем вообще речь? Недавно он только-только освоил электронную почту — я не стал расстраивать его объяснением, что и она по нынешним сверхскоростным временам уже становится уходящей натурой.

А ведь именно эти люди пытаются регулировать интернет, ищут «образ будущего», повернувшись лицом в свое уютное прошлое — туда, где и Ленин такой молодой, и юный Октябрь впереди.

А вывод у меня сегодня очень простой. Мы боремся уже не с конкретным Путиным (хотя он, конечно, и олицетворение всей этой свалки истории, куда нас занесло). Мы боремся с прошлым. И практически любой громкий конфликт в обществе сводится сейчас к этому: прошлое против будущего, геронтократия против молодости. Впрочем, у нас есть главный союзник — время. Вот только ждать оно не любит и может просто-напросто уйти.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 26 января 2018 > № 2472756 Дмитрий Гудков


Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 12 января 2018 > № 2461543 Дмитрий Гудков

Восемнадцать плюс. Почему государство хочет думать за граждан

Дмитрий Гудков

Государственная дума приняла в первом чтении законопроект, который позволит признавать физических лиц СМИ и иностранными агентами. Таковыми могут признать граждан, распространяющих информацию для неограниченного круга лиц — в первую очередь под этим определением подразумеваются блогеры. Депутат Госдумы VI (предыдущего) созыва Дмитрий Гудков — о том, откуда берутся такие законопроекты

«Из всех плодов наилучшие приносит хорошее воспитание»

(Козьма Прутков)

Вот это глупое требование Петра Толстого, чтобы мы «маркировали информационную продукцию иностранных агентов в соцсетях», — оно же не только глупое, не только злое, но показательное. Просто вспомним широкий контекст.

За последние годы как-то взяло и стало нормой, что в рекламе звучит «ноль плюс», книги «восемнадцать плюс» продаются в пленке, а фильмы выходят «для шестнадцати и старше». Мы сначала смеялись, а потом привыкли.

Или те же СМИ с их заунывным ИГИЛом, который строжайше запрещен в Российской Федерации: речекряк — а въелся в мозг.

Что нужно, чтобы люди доверяли ярлыку? Их нужно отучить думать самостоятельно. Мир — черно-белый. А где тут черное, где тут белое — нам напишут на табличке

Не забудем и о прочих ярлыках, щедро раздаваемых государством: вот сейчас, например, Минздрав на полном серьезе собирается помечать полезные продукты зеленым цветом, а вредные — красным. Тьма примеров, таких, о которых мы раньше, в «лихие 90-е», и подумать не могли.

Жили как-то своим умом, без оглядки на дядю, на чиновника, читали на свой страх, смотрели на свой риск, ели что ни попадя, ездили куда захотим, если, конечно, денег хватало. А потом настала стабильность — и все, шалишь, государство подумало за тебя, сынок.

Отсюда и все эти иностранные агенты: государство ведь не просто хочет унизить условный «Мемориал», не просто его закрыть — ему еще нужно убедить нас, что там сидят страшные-страшные засланцы. А для этого на них нужно повесить ярлык. Но с ярлыком напрямую связано и наше к нему доверие.

А что нужно, чтобы люди доверяли ярлыку? Их нужно отучить думать самостоятельно. Мир — черно-белый. А где тут черное, где тут белое — нам напишут на табличке.

Хотя каждому любителю бульварной литературы известно, что даже у серого как минимум 50 оттенков. Но у нас все четко, не надо вот этих полутонов, вы это прекратите.

Самое неприятное, что поколение, выросшее при Путине, под знаком этих ярлыков, всерьез им верит. Когда живешь в окружении сплошных табличек «сюда нельзя, никуда нельзя», начинаешь их читать, и кажется, что мир на самом деле такой, как там написано. Пятнадцатилетние подростки всерьез спрашивают в магазине: «А мне можно купить эту книгу, ведь она “16+”?»

Нам, детям 90-х, повезло, что не нашлось патриархов или цензоров, которые бы объясняли, что куда и как: они тогда отвлеклись на борьбу за место под солнцем

И они далеко не из худших, просто критическое мышление, прививка недоверия (ничуть не менее важная, чем от какого-нибудь полиомиелита) не была им сделана, а у людей в большинстве случаев критичность в организме сама не вырабатывается. Это нам, детям 90-х, повезло, что не нашлось патриархов или цензоров, которые бы объясняли, что куда и как: они тогда отвлеклись на борьбу за место под солнцем. А потом укоренились, выросли, мы их проморгали, и стало поздно.

Так что далеко не случаен Петр Толстой. С глупой инициативой, но не случайной.

Не менее закономерна и спикер верхней палаты «парламента» (пора уже, наконец, брать его в кавычки), по чьему доносу отправили на переплавку, то есть перепроверку учебник истории. Там вот эти, очкастые, не так написали про Крым. Он, оказывается, не в родную гавань отправился, а поплыл в другую сторону от украинской революции. Вот! Революция! Слово сказано — страшное слово!

Запретить, не допустить. Смешно? Конечно, смешно. Но это для нас. А Валентина Ивановна понимает все лучше и зрит в самый корень. «Революция» — она ведь такой же ярлык, как и «иностранный агент». И нельзя, ни в коем случае нельзя, чтобы где-то поблизости он висел. Потому что уж на это нового поколения хватит — перевесить при случае. Символическое, почти магическое мышление вполне себе работает.

Требования вымарать здесь, отцензурировать там — все на благо детей, все ради них, цветов жизни

И я ведь помню, как все начиналось: первые, еще конца 90-х, робкие вскрики о нравственности. Требования вымарать здесь, отцензурировать там — все на благо детей, все ради них, цветов жизни. И первые блокировки интернета — тоже им на пользу. Блокировки эти ведь такое же магическое действие. Обходятся в два счета, но ведь обойти нужно еще захотеть. А человек, с младых ногтей привыкший верить ярлыкам, увидит знак «кирпич» — и не пойдет.

Просто за деревьями не видно леса, а за кирпичами, развешанными там и тут, не видно, что нас загоняют за флажки, на единственную предусмотренную дорогу. В ее конце ловчие ямы, но лучше не смотреть: написано ведь «стабильность» — значит, стабильность.

И вы, кстати, напрасно можете подумать, как все это ловко и незаметно было сделано: ничего нового не произошло. Вспомним классику русской бюрократии, вдохновенного Козьму Пруткова: «Если на клетке слона прочтешь надпись “буйвол” — не верь глазам своим». Он ведь все знал, все предрек. И трактат «О введении единомыслия в России» — это по нему сейчас строят наше великое будущее, правда, разительно похожее на прошлое, но тут опять же вопрос таблички.

Мы сами не заметили, как нас развернули назад. Адам с Евой склеили целлулоидное яблоко, предъявили его на входе в пыльный советский рай, примотали колючей проволокой обратно на яблоньку и как о страшном сне забыли думать о каком-то там различении добра и зла.

Начальству виднее.

Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > snob.ru, 12 января 2018 > № 2461543 Дмитрий Гудков


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 3 февраля 2016 > № 1641145 Дмитрий Гудков

Интервью с оппозиционным российским депутатом

Единственный оппозиционный депутат в Госдуме предупреждает, что Путин «столь же популярен, как и Горбачев незадолго до своей отставки».

Хавьер Колас (Xavier Colás), El Mundo, Испания

Депутат Госдумы Дмитрий Гудков борется в одиночку. После его исключения из партии «Справедливая Россия» он представляет в Госдуме единственную реально оппозиционную силу. Главными вопросами, на которые он обращает внимание, это Сирия, Украина, отсутствие реформ, а также развития авторитарных тенденций в стране.

El Mundo: Что изменилось в России, когда год назад убили оппозиционного лидера Бориса Немцова?

Дмитрий Гудков: Тот день изменил атмосферу в нашей стране. Сейчас мы уже другая страна. Монополия власти, которой обладало государство, не была использована. Я знаю, что убийство было совершено не по приказу Путина, он был очень возмущен, когда узнал о случившемся. Я также знаю, что российские правоохранительные органы, в том числе ФСБ, действительно стараются раскрыть это преступление. Но пока им это сделать не удалось, поскольку они столкнулись с противодействием влиятельной группы лиц. Так разрушается монополия власти. И это опасно не только для оппозиции, но и для правящего класса тоже. Вчера убили Немцова, а завтра могут убить кого-нибудь из руководства. Потому что при дележе пирога кому-то обязательно кусок не достается: можно потерять бизнес, а, возможно, и саму жизнь. Расследование вовсе не застопорилось, завтра все может возобновиться.

- Кто мешает ходу расследования?

- Приближенные чеченского лидера Рамзана Кадырова. Я знаю, что по этому вопросу решения не принято, и идут споры по поводу того вести ли расследование до конца или нет. Многие представители власти заинтересованы в том, чтобы найти убийцу. Кадыров и его окружение ведут свою кампанию и выступают с обвинениями в адрес оппозиции. И это признак того, что у него возникли проблемы с Путиным. Их отношения охладились после убийства Немцова. Кадыров пытается заявить о своей преданности Путину и показать свою власть остальному руководству, поскольку у него возникли проблемы с органами правопорядка. Решения еще не принято, но его могут ввести в состав российского правительства, чтобы таким образом ослабить его влияние в Чечне.

- Существует еще одна острая проблема: как России выйти из кризиса?

— Невозможно проводить экономические реформы без политических. Необходимо улучшить условия для ведения бизнеса, обеспечить юридическую защиту собственности.

- Эти задачи наконец-то поставили?

— Не то чтобы среди руководства существовала разница во взглядах по этому вопросу, но мне известно, что значительное число депутатов от «Единой России» не поддерживают эту политику.

- Какую роль сейчас играет бывший министр финансов Алексей Кудрин?

— Кудрин очень близок к Путину и продолжает обладать немалым влиянием. У него есть выход на президента. Я знаю, что он пытается убедить Путина провести экономические реформы, и Путин к нему прислушивается. Но у него немало противников. В руководстве идет борьба между либералами и силовиками.

- Своевременно ли Путин решил изменить курс?

— Нынешний кризис только начинается и он более острый, чем в 1998 году. Сейчас речь идет о прошлом, а не о будущем: наша экономика зависит от нефти и газа. В 1998 году были возможности развития рынков, но сейчас это невозможно без политических и экономических реформ. Если Путин и его люди примут решение провести реформы и пойти на переговоры с оппозицией, то появится возможность изменить ситуацию. В противном случае единственной альтернативой станет диктатура.

- Но рейтинг популярности Путина по-прежнему выше, чем у кого-либо.

— Сам Путин не очень верит в этот рейтинг. В 1988 году рейтинг Горбачева составлял 56%. А в 1989 году, когда до распада СССР оставался всего год, его популярность равнялась 52%. При опросах одна четверть населения не говорит правду, потому что боится. Думаю, что в действительности Путин пользуется сейчас такой же поддержкой населения, как Горбачев в 80-е годы.

- Будет ли Путин выставлять свою кандидатуру?

— Да. И наверняка выиграет. Своим высоким рейтингом он обязан в том числе пропаганде и цензуре. По мнению одного из экспертов «Левада-Центра», Путина активно поддерживают 10-15% населения, а еще 10-15% активно выступают против проводимого им курса. Остальные его не поддерживают, но одобряют. Сейчас идет сражение между тем, что говорит холодильник и тем, что вещают по телевизору. Мы знаем, что исторически в России в спорах всегда побеждает холодильник.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 3 февраля 2016 > № 1641145 Дмитрий Гудков


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 27 ноября 2015 > № 1564995 Дмитрий Гудков

Последний российский реформатор: человек из "поколения нулевых", который говорит правду в путинском парламенте

Анна Немцова | The Daily Beast

По-видимому, 35-летний Дмитрий Гудков - единственный независимый политик, который остался в российском парламенте, пишет в The Daily Beast журналистка Анна Немцова.

"Его мнения - храбрые и твердые, красноречивые, но крайне непопулярные. Гудков называет вмешательство России на Украине и в Сирии позорными авантюрами, он также говорит, что поправки к законам разрушительно подействуют на российскую экономику, особенно на зарубежные инвестиции, которые в нынешнем году уже упали на 12%", - отмечает автор.

"Ни один инвестор не приедет в эту страну, не уважающую международные законы и конвенции, - сказал Гудков в интервью журналу на прошлой неделе. - Россия на пороге глубокого кризиса. 24 ракеты, запущенные с Каспия по Сирии, стоили миллионы долларов, что эквивалентно годовому бюджету провинциального российского города".

Гудков настроен оптимистично, отмечает автор. "Собственно, в стенах парламента у меня немало сторонников, которые осознают последствия для будущего России и беспокоятся, - сказал Гудков в интервью. - Есть еще несколько депутатов, которые уважают меня, разделяют мои либеральные взгляды, даже в "Единой России"; и, хотя никому из них не хочется высказывать свои взгляды публично, каждый настоящий либерал в России трудится над проталкиванием реформ внутри государственной системы".

Немцова замечает: возражения против официальной линии Кремля опасны, особенно после убийства Бориса Немцова. Кроме того, "паршивых овец" осуждают, объявляя плохими патриотами, "предателями" или "изменниками".

"Гудков уверяет, что подлинные предатели - это коррумпированные чиновники, которые воруют у российского народа миллиарды в форме взяток и откатов, а также разрабатывают законы, которые вредят инвестиционному климату в России", - пишет издание. Гудков сурово критикует и расследует коррупцию, отмечает автор.

Гудков знает, что скажет Путину, если представится шанс. "Я объяснил бы, что необходимы реформы, что молодое поколение России думает, что нам следует быть вместе с ЕС, что для привлечения инвестиций следует создавать институты и что у него, Путина, есть исторический шанс радикально реформировать Россию - новый лидер никогда не осмелится так рискнуть", - говорит он.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 27 ноября 2015 > № 1564995 Дмитрий Гудков


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter