Всего новостей: 2574290, выбрано 2 за 0.034 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Кравченко Иван в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Кравченко Иван в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Россия. Франция > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 августа 2014 > № 1221010 Иван Кравченко

«Нормандия-Неман»: российский и французский флаги на Монблане во имя памяти (№8-2014)

Кравченко Иван Игоревич

Взаимопонимания, доверия и согласия, которых непросто добиваться на официальном уровне, гораздо легче достичь в ходе открытого, неформального общения, не отягощенного жесткими рамками политических установок. Возможность получать информацию из первых рук, формировать представление о стране в ходе личных контактов с ее представителями позволяет в более широком масштабе выстраивать устойчивую позитивную опору для развития взаимовыгодного межгосударственного сотрудничества. В этом суть народной дипломатии.

В нынешних условиях, когда на Россию оказывается беспрецедентное со времен холодной войны информационное давление, когда правящие круги ряда стран и политически ангажированные СМИ развернули против нас откровенную, неприкрытую информационную войну, значимость народной дипломатии в формировании объективного образа нашего государства за рубежом трудно переоценить.

Не являясь изначально элементом внешней политики, народная дипломатия в большинстве случаев не подвержена воздействию искусственно создаваемых внешних ограничителей, барьеров, санкций и т. д. Затраты на ее осуществление минимальны - со стороны государства достаточно небольшой административной поддержки полезных и потенциально результативных инициатив.

Достойным примером в этом контексте стала экспедиция некоммерческого партнерства «Клуб лидеров по продвижению инициатив бизнеса»1 на высочайшую точку Западной Европы - Монблан, посвященная памяти легендарного французского истребительного авиационного полка «Нормандия-Неман». Молодые российские бизнесмены поставили себе цель напомнить миру о боевом братстве советских и французских летчиков, плечом к плечу сражавшихся против нацистских агрессоров. Как отметил руководитель проекта, председатель Клуба лидеров Артем Аветисян*: (*Артем Давидович Аветисян - директор направления «Новый бизнес» автономной некоммерческой организации «Агентство стратегических инициатив по продвижению новых проектов».)«Эта инициатива неравнодушных к истории и судьбе своей родины предпринимателей призвана доказать, что вклад в развитие добрососедских отношений между странами могут внести не только крупные экономоператоры, но и представители малого и среднего бизнеса».

Идейный «заряд» экспедиции оказался весьма своевременным и востребованным: на фоне явного попустительства и откровенного заигрывания правящих кругов ряда стран с поднимающим голову фашизмом и милитаристским национализмом на Украине чрезвычайно важно показать мировому сообществу исторические примеры, когда весь свободный мир, преодолев разногласия, объединился в борьбе с «коричневой чумой». Особую актуальность данному мероприятию придает и приближающаяся 70-я годовщина Победы в Великой Отечественной войне.

Инициативу активных российских бизнесменов поддержал министр иностранных дел С.В.Лавров. Организационное содействие участникам экспедиции оказывали Аналитический клуб «ЗНАК» Совета молодых дипломатов МИД России, журнал «Международная жизнь» и посольство России во Франции.

В рамках восхождения планировалось установить на вершине Монблана российский и французский государственные флаги в знак вечной памяти героического подвига советского народа и летчиков авиаполка «Нормандия-Неман». Непосредственно с вершины предполагалось провести сеанс радиосвязи с Международной космической станцией (МКС), а также с предпринимателями нового субъекта Российской Федерации - города Севастополя. По итогам, в Париже должен был состояться торжественный прием.

За время восхождения члены Клуба лидеров набрали высоту 2,5 тыс. вертикальных метров, из которых 500 метров пришлось на отвесные заснеженные скалы. Сам штурм Монблана занял более 12 часов. Участники подъема шли с минимальными остановками. По их оценке, для человека, неподготовленного и физически, и психологически, это было на грани возможного. Участники щедро делились с нами своими впечатлениями.

Артем Аветисян:

«Погодные условия были нетипичными для данного времени года в горах. Мы поднимались в середине июля, а вокруг была метель, снег и повышенная опасность схода лавин…

Нам пришлось поменять маршрут на более сложный. У этого нового для нас трека было два непростых участка с определенным риском. Первый называется Gran Couloir (3817 м), или, как его еще называют, «кулуар смерти». Казалось бы, не так уж страшно - нужно пройти пешком несколько десятков метров по тропе, с одной стороны которой обрыв, а с другой - гора уходит вверх. Но там постоянный камнепад. На этом месте, как нам сказали французские инструкторы, гибнет около 15 человек в год… Мы все прошли удачно. По тропе важно не только быстро пробежать, но и не оступиться.

Второй сложный участок назывался «ледяной гребень» - это узкая тропа, шириной от 40 см до 1,5 метра. Длина участка - 150 метров. С одной стороны - отвесная пропасть глубиной километр, с другой - 800 метров. Если закружится голова, пройти будет почти нереально. Мы были разбиты на связки по два-три человека. Если твой товарищ срывается, ты должен прыгать в другую сторону - как противовес, чтобы его не утащило в пропасть».

Айрат Юнусов:

«С самого начала я подходил к экспедиции как к реальному шансу испытать себя, свои силы. Все оказалось намного сложнее, чем я мог предположить. Из-за штормовой погоды пришлось экстренно менять маршрут. Был сильный ветер, очень плохая видимость. При подъеме нужно было преодолеть скальную стену высотой несколько сот метров».

Непростые погодные условия и сложный маршрут не помешали экспедиции выполнить все поставленные задачи, прежде всего провести уникальные сеансы радиосвязи с космонавтами Международной космической станции и предпринимателями Крыма. Впервые в истории восхождений на Монблан радиосигнал шел с такой высоты.

Артем Аветисян:

«Нам удалось связаться с космической станцией, поговорить с нашими космонавтами. Несмотря на непогоду! Видимость в тот день составляла от силы 200 метров, мокрый снег и ледяной ветер. Тем не менее мы продержались в эфире восемь минут. Сама космическая станция находилась от нас на расстоянии 700 км, а слышно было, как будто человек стоит рядом. Космонавты нам сказали, что сверху видно, как вся Европа затянута облаками. Это уникальная ситуация - говорить с космонавтами, используя любительскую радиоаппаратуру, которую мы принесли с собой. Антенну поднимали над головой и руками удерживали от порывов ветра».

Международная космическая станция вышла на связь с Клубом лидеров, когда экспедиция находилась именно на высоте 3400 метров. На борту МКС присутствовали российские члены экипажа - Олег Артемьев, Александр Скворцов, Максим Сураев; два американских астронавта - Стивен Свонсон и Рид Вайзман, а также астронавт Европейского космического агентства (ЕКА) Александр Герст.

Данила Лебедев:

«Антенну, похожую на большую многорогую железную вешалку, поднимали высоко, насколько могли. Затем наводили по компасу. У нас были заранее заданы координаты прохождения орбитальной станции. Треск в эфире, треск… И вдруг четкий голос: «С вами говорит Александр Скворцов. Слышу вас прекрасно». И тут у нас просто эйфория началась! Наш радиосигнал прошел! Была плохая погода, все боялись, что связь вот-вот потеряется. Даже не верили, что у нас получилось - что мы так четко и ясно слышим наших космонавтов. Представьте: у нас было в заданный день «окно» в этой точке всего несколько минут, и потом космонавты улетают. Все! Поймать их из этой точки «на радиорога» уже невозможно!»

Ефим Шаль:

«Меня поразил сеанс радиосвязи с МКС. Я был удивлен, что при помощи мобильного радиооборудования и антенны можно с гор «достучаться до небес». Особенно учитывая, что Международная космическая станция постоянно движется, меняет свой угол, азимут. Слышимость была отличная. Когда удачного штурма вершины тебе желают с орбиты Земли, это пожелание особенно символично. На неудачу после этого мы просто не имели права».

Еще один радиомост соединил Монблан и новый субъект Российской Федерации - Крым. Он также стал первым в истории восхождений на высочайшую точку Европы. Севастополь был выбран неслучайно. Ведь здесь, в этом городе российский изобретатель радио Александр Степанович Попов провел первые испытания морской радиосвязи, положив начало новой науке - радиотехнике. Этим летом исполняется 115 лет со дня проведения научного опыта. Сеанс связи с Севастополем был посвящен 70-летию освобождения Крыма от немецко-фашистских захватчиков.

Алексей Мартынов:

«Севастопольцы в прямом эфире поблагодарили нашу экспедицию за организацию памятного восхождения, совпавшего с празднованием 70-летнего юбилея освобождения Крыма от немецко-фашистских захватчиков. Для того чтобы осуществить наши сеансы радиосвязи, 15 участникам экспедиции помимо собственной ноши пришлось распределить между собой специальное оборудование весом более 20 кг. С этим оборудованием мы несколько раз поднимались на высоту около

3400 метров - как для тестовых выходов в эфир, так и для запланированных».

Во время радиомоста экспедиции Клуба лидеров с Крымом и. о. директора Севастопольского информцентра развития туризма Татьяна Щербакова подчеркнула, что борьба с фашизмом еще не окончена и укрепление международной дружбы является важным аспектом в этом противостоянии.

Приветствие участникам экспедиции Клуба лидеров также передал директор Агентства стратегического развития Севастополя Алексей Чалый. В сеансе радиосвязи Монблан - Крым принимали участие представители органов государственной власти, предпринимательских кругов и СМИ.

15 июля в восемь часов утра экспедиция Клуба лидеров покорила Монблан. На вершине горы на высоте 4810 метров члены клуба развернули флаги России и Франции.

Артем Аветисян:

«Казалось, вершина рядом, вот она - рукой подать. Еще чуть-чуть. Навстречу нам вели японца, которого всего трясло от горной болезни… И тут Данила Лебедев, который немного ушел вперед, оборачивается и говорит: «А впереди таких гребней еще пять!» И я понял, что надо идти, останавливаться нельзя. Решил: буду идти вперед до конца».

Данила Лебедев:

«Последняя перед штурмом вершины хижина - на высоте 3870 метров. Это круглая шайба в несколько этажей, висящая над пропастью на тонких железных балках. Заходишь в нее - и валишься. Народу так много, что занят каждый сантиметр, каждый кусок лавки. Кто-то спит сидя, кто-то лежит на полу. Пульс в спокойном состоянии - 120. Ноги трясутся. Но вид из хижины: ты над облаками!.. Эти ощущения невозможно описать!

Вышли мы в три часа ночи. Я так и не понял - спал или нет. Идешь в темноте с фонариком и видишь только ноги идущих впереди. Были моменты, когда мы карабкались вверх по снежным склонам с помощью ледорубов. Потом снова идешь, выше и выше. И так много часов подряд. Сил уже нет совсем. А мысль одна: как же я обратно полезу?!»

Алексей Бакулин:

«Мне лично и еще одному нашему члену экспедиции французские инструкторы сказали сразу: эти не дойдут. У нас с ними даже конфликт случился из-за этого. Но мы пошли из принципа. Впереди был один участок с отвесными скалами, который все проходят часа за четыре. Нас с товарищем в одной связке французские инструкторы гнали по нему без остановок даже на глоток воды - загоняли, чтобы доказать, что мы не сможем. Мы прошли его за три часа. Смогли. И постоянно на всем пути восхождения французские инструкторы говорили нам: нет, вы не сможете, не взойдете, идите домой! Мы взошли и спустились.

Я понял два важных момента. Первый: нужно идти не останавливаясь, вопреки всему. Ты можешь идти очень медленно, с самой низкой скоростью. Но давать слабину и останавливаться ты не должен. Иначе просто задохнешься. И желательно не менять темпа. Второй момент: хотя нас предупреждали, что горы вытаскивают наружу все плохое, что есть в человеке, все ребята в нашей команде держались молодцом, поддерживали друг друга! Мы прочувствовали, что значит быть в одной связке».

Игорь Диденко:

«Все дни перед восхождением погода была просто отвратительной. И непосредственно перед покорением вершины, как по мановению волшебной палочки, перед нами открылась гора во всем своем великолепии. Штурм вершины начался глубокой ночью. Мы вышли с фонариками, как и десятки других экспедиций, идущих параллельно. Вдруг инструктор нам велел выключить фонарики. Я боялся этого больше всех. Но когда оказался в темноте, внезапно понял весь смысл: перед нами открылось огромное ледяное царство, величественное снежное безмолвие. Луна была настолько яркой, что мы прекрасно все видели. Страхи отошли. Осталось только твердое желание взойти на Монблан и открыть новую страницу своей жизни. Страницу, где друзья рядом, где страхи полностью под контролем.

Я думал, что последний рывок перед вершиной будет самым трудным. И вдруг понял, что сложнейшая задача еще впереди - спуститься вниз. На трясущихся усталых ногах, с чувством эйфории, столь опасным для начинающих альпинистов, снижающим внимательность и приводящим к травмам и увечьям. Поймал себя на мысли, что так бывает и в бизнесе. Чем выше человек поднимается, чем круче высота, тем чаще от успеха кружится голова и тем вероятнее опасность все потерять.

Для нас как команды эта экспедиция была настоящей проверкой на прочность. Никакие постановочные тимбилдинги неспособны сравниться с реальной экспедицией, проходящей в экстремальных условиях. Мы все из разных регионов, со всех концов страны. Вместе прошли сложный путь, чтобы вернуться еще более дружным коллективом лидеров. Для меня лично это и есть лидерство - ответственность за себя, своих родных и друзей, ответственность за предприятие, которым руководишь, и страну, в которой живешь».

Сергей Родимов:

«Меня поразило, как относятся к горам наши инструкторы - профессиональные альпинисты. Они говорят о горах, как о чуде, божестве. Они уверены, что покорить горы нельзя. Как живое существо, горы сами решают, кого пустить в свои пенаты. Горам можно лишь покориться».

Земфира Юнусова:

«В таких экстремальных условиях особенно ярко и наглядно проявляются личные качества всех участников экспедиции. В нашем клубе все оказались лидерами - умеющими достигать личных результатов и при этом способными работать в команде, добиваясь общего результата в тесной связке друг с другом».

По окончании экспедиции делегация Клуба лидеров была приглашена в Париж, где при поддержке посольства России прошел дружеский прием в Ассоциации «Франко-российский диалог», посвященный развитию бизнеса в России. В мероприятии приняли участие, в частности, посол России во Франции Александр Орлов, специальный представитель МИД Франции по развитию отношений с Россией сенатор Жан-Пьер Шевенман, исполнительный президент Ассоциации «Франко-российский диалог» князь Александр Трубецкой.

Встреча была весьма продуктивной, чему во многом способствовал ее неформальный, дружеский и открытый характер. Сквозной темой дискуссий стало развитие инвестиционного климата в России. Участники восхождения рассказали о государственных и частных инициативах по его улучшению и продвижению значимых проектов в сфере малого и среднего предпринимательства, опираясь на примеры развития собственного бизнеса.

Французских коллег интересовали прежде всего инструменты финансирования малого и среднего бизнеса, вопросы долгосрочного планирования на государственном уровне, а также возможности российских инвестиций в зарубежные проекты. Со своей стороны французские участники мероприятия выразили поддержку Российской Федерации в непростой политической ситуации и пожелали ее скорейшего разрешения. Российский посол во Франции Александр Орлов особо отметил инициативу Клуба лидеров и похвалил активную гражданскую позицию российских предпринимателей.

Уже в ближайшее время делегация Ассоциации «Франко-российский диалог» должна приехать в Россию с ответным визитом. Стороны договорились продолжить двусторонние контакты.

Ефим Шаль:

«Очень теплыми были впечатления и от приема в Париже. Французские предприниматели с живым интересом следят за тем, как меняется инвестиционный климат в России. Несмотря на все, что происходит сейчас, они заинтересованы в продолжении и развитии сотрудничества. Это очень ценно. Такие встречи не только налаживают партнерские отношения, они в целом снижают барьеры во взаимопонимании. Кстати, нас пригласили вступить в Общество мушкетеров Арманьяка, что было особенно приятно, ведь мушкетерский девиз «Один за всех, и все за одного» - это и наш девиз по жизни».

Сергей Родимов:

«Мы видели интерес со стороны французской общественности к тому, что в России есть бизнесмены, чья цель не ограничивается зарабатыванием денег, кто неравнодушен к своей стране, ее перспективам и будущему».

В заключение хотелось бы поблагодарить молодых предпринимателей за этот яркий и запоминающийся вклад в развитие российско-французских отношений по линии народной дипломатии, позволяющий в очередной раз напомнить о позитивном настрое общественности России и Франции на взаимовыгодное сотрудничество. Вот такими небольшими шагами постепенно создается прочная сеть контактов, строятся мосты доверия и взаимодействия между людьми, которые преодолевают любые пропасти и барьеры. Подобные мероприятия имеют и позитивный внутриполитический аспект: они развеивают вредоносный миф об эгоцентричности российского частного бизнеса, его замкнутости на собственных интересах и оторванности от государства.

При этом следует отметить, что молодые бизнесмены клуба уделяют внимание сохранению исторической памяти: участвуют в реконструкции Парада на Красной площади 7 ноября 1941 года, восстанавливают самолеты, принимавшие участие в боях Великой Отечественной войны. «Почему мы вспоминали боевое братство наших героев именно на вершине Монблана, в самой высокой точке Европы? - отмечает Артем Аветисян. - Горы - это особое место. Там не просто понимаешь, что твои возможности намного шире, чем тебе представлялось, ты это ощущаешь с каждым шагом. Риск. Преодоление. Команда. Ты в одной связке, и ты отвечаешь не только за свою жизнь, но и за жизнь своего товарища».

Экспедиция Клуба лидеров вернулась еще более сплоченной командой настоящих единомышленников. Останавливаться на достигнутом они не собираются. В ближайших планах - подъем на пик Винсон. Это Антарктида, 1200 км от Южного полюса, Эллсуортские горы. В своей самой высокой точке - 4892 метра. Выше, чем Монблан, на 82 метра.

Это правильный, достойный поддержки настрой. Ведь главный движитель роста, развития и прогресса как отдельной личности, так и в масштабе государства в целом - это прежде всего страсть и воля человека к совершенствованию и покорению новых вершин.

1http://leadersclub.ru/

Россия. Франция > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 августа 2014 > № 1221010 Иван Кравченко


Белоруссия. Казахстан. РФ > Внешэкономсвязи, политика > kursiv.kz, 18 марта 2014 > № 1031915 Иван Кравченко

«Протокол о техрегулировании не может быть приложением к Договору о ЕЭС»

Александр КОНСТАНТИНОВ

На сегодняшний день, помимо Украины и девальвации, создание Евразийского Экономического Союза, – это одна из ключевых тем. О проблемах интеграции, о том, как проходит переговорный процесс, и чего добивается Казахстан, в интервью kursiv.kz рассказал председатель Региональной Палаты Предпринимателей г.Алматы Иван Кравченко.

– Иван Михайлович, чем ближе срок подписания договора о создании ЕЭС тем выше градус дискуссии. На Ваш взгляд как человека, много и успешно работавшего в бизнесе, некоторое время трудившегося в правительстве – насколько это интересно кзахстанскому бизнесу, прежде всего малому и среднему?

– Вы правы, тема создания ЕЭС крайне популярна. Прочитав интервью, которое дал вашему изданию заместитель предправления НПП Рахим Ошакбаев в номере за 6 февраля, я хочу сказать, что полностью разделяю проблемы, поднятые в материале. И целиком поддерживаю главный тезис Рахима Ошакбаева о том, что "бизнес-сообщество Казахстана заинтересованно в экономической интеграции, экономическом союзе".

Бизнес-сообщество не просто заинтересовано - для него это жизненно важно. Без этого у экономики Казахстана не будет движения вперед. Поэтому бизнес активно поддержал это политическое решение Нурсултана Назарбаева.

Вопрос лишь в том, как наиболее выгодно для нашей страны решить задачу, поставленную Президентом. Ответственность за реализацию лежит на Правительстве. Однако у бизнес-сообщества и у его руководства есть своя доля ответственности.

– В чем она выражается?

Эта ответственность заключается в своевременном доведении до Правительства консолидированного мнения бизнеса. Причем это надо делать до того, как решение правительства уже состоялось. В частности в вышеупомянутом интервью поднят вопрос о качестве нормативно-правовой базы будущего Союза. Мне представляется, что это беспокойство обоснованно.

– И почему?

– Надо четко отдавать себе отчет как в минимум в двух вещах. Первое – что Казахстан - страна с экономикой в десять раз меньшей, чем у РФ. По сравнению с нами это слон. А слону в посудной лавке не обязательно быть внимательным и политкорректным к окружающим. Общение с некоторыми российскими чиновниками это доказывает.

По всем показателям наша страна меньше РФ. Поэтому второе и главное – это только нам нужны четкие правила поведения для всех находящихся в посудной лавке. Это только наша проблема. Мы будем наивными, если будем думать, что за нас эту проблему решит кто-то другой.

Соответственно на первый план выходит содержание договора о ЕЭС. Правильно сказано, что проект договора включает в себя слишком многое. Делается попытка одним махом решить всё и вся. С учетом того, что устранять ошибки и совершенствовать нормы, включенные в договор, будет практически невозможно, то для бизнеса это крайне серьезная проблема. Иначе получается известное: хотели как лучше, получится как всегда.

Предложение о том, что сейчас как можно быстрее все подписать, а потом можно не исполнять те соглашения, которые не отвечают изменяющейся экономической ситуации, вообще неприемлемо для бизнеса. Ни один здравомыслящий бизнесмен не будет вкладывать деньги в проект, заранее зная о том, что правила игры могут поменяться. В любой момент и неизвестно, в какую сторону. Это нонсен.

–И каков же выход?

– В экономическом союзе может быть только один подход. Принимать как можно более проработанные документы, своевременно их улучшать и безусловно выполнять достигнутые договоренности. Этого можно добиться лишь в том случае, если все стороны не просто дали согласие, а довольны принятым решением. Реализовать такой подход можно, если не валить всё в кучу. А идти последовательно, от общего к частному.

Сначала подписать договор о создании ЕЭС. Определить в нём сферы, попадающие под действие договора, цели, задачи, структуру органов управления, порядок их создания и финансирования, квоты на руководящие должности, порядок назначения и ротации руководителей и т. д.

Кстати, не забыть создать Евразийский суд, который будет помогать решать возникшие конфликты, а также, при необходимости, комментировать принятые документы. Причем правильно было бы этот суд поселить, например в Алматы. Что касается приложений, то в них отнести все положения об органах управления. Примерно так. Вот в таком виде это и будет с большой буквы договор о создании.

– Но ведь есть же уже экономический суд в Минске?

– Есть. Однако хочу отметить два момента. Первое – это то, что это экономический суд ТС, а мы создаем качественно новое образование – Евразийский экономический союз. И второй важный момент – это то что он находится на территории союзного государства России и Белоруссии. Учитывая статус этого суда, было бы логичным разместить его, скажем так, на нейтральной территории, - в Казахстане. Мы же сейчас новый договор подписываем как с нового листа. А что было до этого – надо забыть и все организационные моменты прописать в новом договоре.

- То есть вы предлагаете начать с нуля?

– Всё с нуля. Да, что-то было создано, но его же теперь надо привязать к Евразийскому Союзу. В этом смысл. И почему он находится в Минске? Между ними, двумя государствами, есть союзный договор…. Вообще, сейчас наблюдается очень нехорошая тенденция. Такое впечатление, что вместо новых документов о создании ЕЭС нам фактически предлагают документы из союзного договора России и Белоруссии. Поскольку президенты установили жесткие сроки, то исполнители просто берут готовые документы. А где их взять? Конечно, из союзного государства. Я считаю, что это неправильно. На мой взгляд, чтобы создать полноценно, а не на бумаге, функционирующий экономический союз, нужно разрабатывать документы именно для экономического союза.

Что же касается частностей, а именно вопросов, регулирующих определенные сферы деятельности, то их поручить исполнительному органу управления ЕЭС. И обязать исполнительный орган принимать нормативные документы в два этапа. Как это делается в Европейском Союзе.

– Например?

– Сначала страны-участницы согласовывают основные принципы, на которых строится принимаемый документ. Потом, после стопроцентного согласия по принципам, вступает в действие процедура разработки и принятия. Чтобы прийти к такой практике, Евросоюзу понадобилось почти 30 лет.

– А что происходит у нас?

– В настоящее время в НПП с участием представителей бизнеса, специалистов из госорганов на регулярной основе проходят видеоконференции, на которых активно обсуждается проект Протокола о техническом регулировании, являющийся приложением к Договору о Евразийском экономическом союзе. Наиболее активные предприниматели шлют в НПП свои предложения и замечания. Но на мой взгляд, данный Протокол, который претендует на установление "порядка технического регулирования", не может быть включен в перечень документов, прилагаемых к Договору о ЕЭС. Ни при каких обстоятельствах.

– Почему?

– Цель техрегулирования - обеспечить постоянный, подчеркиваю, – постоянный рост приемлемого уровня безопасности выпускаемой для потребителей продукции, не создавая при этом, избыточного давления на бизнес.

Для этого государство должно не только постоянно повышать требования по безопасности продукции, но и совершенствовать саму систему технического нормирования (регулирования). Делается это на основе лучшей практики. Собственной или международной. Путем внесения изменений и дополнений в действующие нормативные документы.

Примером может служить деятельность таких международных организаций, как ИСО, МЭК или практика Европейской Комиссии. Эти организации практически ежегодно вносят дополнения и изменения в действующие нормативные документы, а раз в семь - восемь лет переиздают их. Это делается для того, чтобы действующие нормативные требования не тормозили технический прогресс.

Если же мы включим данный Протокол в Договор, который подписывают три президента и ратифицируют три парламента, то не сможем в дальнейшем улучшать этот документ. Понятно, что странам-участницам легче будет поменять конституции своих стран, чем внести поправки в этот Протокол. Именно по этой причине данный Протокол не может быть приложением к Договору о ЕЭС.

– Насколько я знаю, возникает масса вопросов и по содержанию этого документа…

– Давайте плясать от печки. Цель создания единого экономического пространства - свободное движение товаров по общей территории. Для этого необходима общая система технического нормирования. Без этого общее экономическое пространство в принципе не создать. Для создания системы нужен общий системообразующий документ. При этом не так важно, как он будет называться и какова будет процедура его утверждения. Важно, что это будет обязательный для стран-участниц документ, созданный по всем правилам законотворчества. Только в этом случае он сможет заложить основы общей системы технического нормирования.

Действующее сегодня "Соглашение о единых принципах и правилах технического регулирования..." на системообразующий документ претендовать не может. Никаких основополагающих принципов и правил технического нормирования в нём нет. Вся суть Соглашения в том, чтобы узаконить Единый перечень продукции, в отношении которой устанавливаются обязательные требования. Остается загадкой откуда этот "перечень" возник, и на основании каких принципов и правил он формируется. Практический результат действия данного Соглашения - технические барьеры для бизнеса, сверхдоходы для органов по сертификации, безбедная жизнь для разработчиков технических регламентов и дополнительные возможности для недобросовестных таможенников.

– Но вы ведь обсуждаете новый документ?

– К сожалению, предложенный Протокол ничем в лучшую сторону от Соглашения не отличается. По сути он лишь расширяет завоеванное в Соглашении заинтересованными лицами. Но даже не это главное. Для Казахстана здесь важно другое. Нам надо придерживаться европейских принципов создания общего технического нормирования.

– Почему?

– Ну, во-первых, это уже апробированная практика, признанная мировым сообществом. Во-вторых, 10-лет назад мы ратифицировали Соглашение с ЕС о том, что будем этой практике следовать. РФ также это сделала. В-третьих, при вступлении в ВТО наша страна возьмет на себя обязательство привести свое техническое нормирование в соответствии с международными нормами и практикой. Россия, кстати, уже взяла на себя это обязательство. Четвертое. В будущем это помогло бы нам открыть путь в Европу. Если это нам понадобится, конечно. И наконец, пятое. Мне представляется это очень важным. Это исключит возможность нашим более крупным партнерам манипулировать нами. Вот для чего нам нужен общий системообразующий документ, который ни в коем случае не может быть приложением к Договору о создании ЕЭС.

– Сейчас интенсивно идет переговорный процесс по Договору о создании ЕЭС. Вы участвуете в нем?

– Нет. Но пару недель назад руководство Национальной палаты пригласило меня в Астану присутствовать на обсуждении проекта одного из совместных технических регламентов.

"Обрати внимание, какими "убедительными доводами" пользуются российские переговорщики. Независимо от ранга" - сказали мне. От российской стороны старший на переговорах был заместитель руководителя департамента. По моим меркам, не велика шишка. Не прошло и получаса оживленного спора, как вдруг он заявляет: "Я что-то вас не пойму. Вы что, не хотите в Союз?" Я чуть не задохнулся. Ничего себе аргумент! Я ему и ответил: "Послушайте, молодой человек, мы здесь пытаемся сделать качественный документ не только для себя, но и для российского бизнеса. А значит и для российской экономики. Другого пути в Экономический Союз просто нет. Мы-то хотим в союз. А вот Вы такими "железными" аргументами хотите затащить нас неизвестно куда". "Это довольно часто и независимо от уровня переговорщиков", - сказали мне коллеги после окончания встречи. На мой взгляд, у человека, произносящего эту фразу, либо отсутствуют необходимые знания, либо он намеренно преследует другие цели. И то, и другое печально. Значит, не тому доверили. Кроме того, этот аргумент из арсенала политиков. Таковыми в нашем случае являются лидеры наших стран. Они имеют право так говорить. Остальным же не надо мнить себя кем-то. Надо просто вкалывать, чтобы выполнить поручение президентов.

Есть еще одно важное наблюдение. На встрече я спросил у российской стороны, почему на переговорах отсутствует российский бизнес. На что руководитель с казахстанской стороны ответил, что это дело российских коллег. Не стоит вмешиваться, это не наш вопрос.

Как это не наш? Отсутствие на переговорах представителей российского бизнеса – это значительная проблема не только для РФ, но и для Казахстана. Абсолютно ясно, что правительственные чиновники не могут представлять интересы малого и среднего бизнеса, так как МСБ не вхож в правительство. А вхож только крупный, да и то по выбору. Так по всему миру и наши страны здесь не лучше других. В Казахстане крупного бизнеса во многих отраслях нет. Поэтому для Казахстана очень важно, чтобы в переговорном процессе участвовали представители малого и среднего бизнеса РФ. Вместе мы могли бы противостоять чиновникам, явно защищающим интересы крупного либо аффилированного с ними бизнеса. Главное, чтобы МСБ РФ представляли не отдельные предприятия, а общероссийские общественные отраслевые объединения. Чтобы они имели мандат доверия от всей отрасли. Вот с этими людьми, я думаю, мы бы быстрее нашли общий язык.

– Может, как-то по-другому работу надо было строить? Может, сначала надо было бизнесу какую-то общую позицию выработать, а потом уже чиновники бы вступали в дело.

– У чиновников, если они не аффилированы, есть своя позиция. Она государственная: бюджет, интересы потребителей и т.п. Нельзя так говорить, что бизнес соберется, то сразу все станет замечательно. Я не хочу сказать, что только наша позиция правильная. Но надо понимать: то что делается, делается ради бизнеса, а именно бизнес-то отсутствует.

- Получается, что кто-то хочет вас осчастливить, без вас?

Да, примерно так. Я не хочу сказать, что в российской команде переговорщиков люди плохие или мы не доверяем переговорщикам из нашего правительства. Дело тут в другом. Ясно, что в правительство и у нас, и у них ходит только крупный бизнес. Маленький там не достучится. Например, когда мы обсуждали технический регламент по химической промышленности, мы за что боролись? Всё, что производится меньше тонны в год, вообще не должно подпадать под регистрацию. Хотя безусловно должно отвечать условиям безопасности. Нам наши оппоненты возражают: «Вы понимаете у нас такая страна, у нас террор…». Но ведь это из другой песни, зачем путать. Вы на этом предприятии не должны делать взрывчатые вещества, хоть 100 тонн вы делаете, хоть тонну. Это никак не связано. А вы сейчас пытаетесь просто установить дополнительный административный барьер для бизнеса. Маленькие предприятия быстрее перестраиваются. Инновации быстрее внедряют. Предоставьте же им возможность это делать. Мы не сами придумали именно такое количество. В том же Европейском Союзе это тоже 1 тонна. Нам же говорят – нет. Я могу это объяснить только тем, что либо кто-то прямо или косвенно зарабатывает на регистрации, либо есть желание убрать с рынка весь этот мелкий бизнес.

– Вы считаете, что таким образом лоббируется позиция крупного бизнеса?

– Конечно, а по-другому и не может быть. Я не думаю, что человек, который сидел со мной на переговорах – плохой. Так жизнь устроена.И еще: мы должны договориться: на уровне стран мы любим друг друга, но никто не лезет к нам, например, с услугами. Иначе крупная Россия нас просто разотрет. Придут крупные фирмы, и они нас просто раздавят за счёт масштаба. Вот, например, зайдет к нам строительная какая-нибудь московская фирма, она же просто подомнет под себя весь наш рынок.

– И ещё Китай...

В Китай вряд ли. Не пустят. Под любым предлогом не пустят.

– А почему Вы считаете, что именно эти отрасли наше Правительство должно защищать?

– Не только наше, но и любое другое. Сельское хозяйство, пищевка, услуги – это те отрасли которые практически не останавливаются даже в глубочайшие кризисы. Все может остановиться. Эти отрасли - никогда. В годы кризисов это единственный надежный источник пополнения бюджета. Что касается стройки, то с помощью этого инструмента правительства обычно "провоцируют" экономический рост. Проще говоря, используют для выхода из кризиса. Можно и для замедления роста. Например, если повысить налог на уже построенное жилье. В общем, хороший и нужный для правительства инструмент. У каждой страны свой бюджет, свой ВВП и свои проблемы. В данном случае здесь ничего личного. Это просто экономика.

Белоруссия. Казахстан. РФ > Внешэкономсвязи, политика > kursiv.kz, 18 марта 2014 > № 1031915 Иван Кравченко


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter