Всего новостей: 2550431, выбрано 40 за 0.011 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Мантуров Денис в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаТранспортМеталлургия, горнодобычаГосбюджет, налоги, ценыНефть, газ, угольАлкогольСудостроение, машиностроениеХимпромСМИ, ИТАвиапром, автопромОбразование, наукаАрмия, полицияАгропромЛеспромЛегпромМедицинавсе
Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Электроэнергетика > minpromtorg.gov.ru, 29 июня 2018 > № 2663064 Денис Мантуров

Денис Мантуров: нам нужна своя большая газовая турбина, меня не переубедить.

Правительство России в настоящее время работает над мерами стимулирования роста экономики и промышленности, а также реализует масштабную программу импортозамещения. Свои взгляды на проект газовой турбины большой мощности, меры, необходимые "Русалу" для сохранения стабильности после попадания под санкции, необходимый импортерам и экспортерам курс рубля и перспективы макроэкономической повестки по новым майским указам раскрыл в беседе с РИА Новости глава Минпромторга РФ Денис Мантуров. Беседовали Денис Ильюшенков и Дарья Станиславец.

— Россия много лет работает над созданием газовой турбины большой мощности. Целесообразно ли это продолжать, учитывая неудачный опыт последних лет? Стоит ли привлечь к работе "Силовые машины" и их давнего партнера Siemens? На какой объем поддержки может претендовать "Силмаш" и будет ли он работать сам либо же с Ростехом, который давно ведет такой проект?

— В мире всего около 30 тысяч энергетических установок на общий объем вырабатываемой энергии в 1,4 тысячи гигаватт. В России 303 установки на 16,3 гигаватта. При этом энергетика будет в любом случае развиваться.

Если вы обратите внимание на тенденцию в энергетике как отрасли, обеспечивающей энергетическое машиностроение, то с 90-х годов рост использования газотурбинных и парогазовых установок очевиден. Поэтому мы обязательно должны обладать собственными компетенциями в этой части.

Да, не получилось быстро решить с ГТД-110М. Это был первый опыт. Однако нам удалось оттуда извлечь огромную пользу, огромные компетенции, которые вместе с "Силовыми машинами" будем использовать при разработке и доработке гаммы этих силовых установок. У нас есть понимание, как развивается разработка турбин мощностью до 40 МВт. Нас интересуют турбины от 40 до 80 МВт, от 100 до 130 МВт и от 150 до 190 МВт — эти сегменты нам нужно обязательно осваивать, чтобы в будущем никого не спрашивать, когда необходима будет поставка и организация энергетического узла в Крыму или в любой другой точке России.

С такой ситуацией мы столкнулись по морским силовым газотурбинным установкам в Рыбинске. Украинцы просто отрезали сук, на котором сидели, — приняли решение не поставлять установки. С этого года начинается поставка туда уже своих собственных агрегатов. Конечно же, мы действовали не с нуля, у нас уже были наработки. Однако Россия никогда до этого не производила морскую силовую установку.

Когда я еще работал замминистра, была запущена НИОКР, которую довели до демонстратора. С 2008 по 2011 годы — примерно в эти сроки мы получили демонстратор. Без этого бэкграунда, конечно, установка была бы сделана не за четыре года, а за шесть лет.

— То есть установка будет чисто российского производства?

— Абсолютно. У нас есть возможности делать установки и совместно с иностранцами — эти предложения могут рассматриваться параллельно. Но у нас должна быть своя компетенция и своя газовая турбина большой мощности — меня в этом не переубедить. А что касается господдержки, у нас есть разные инструменты — НИОКРы, КИПы, субсидии, целевые субсидии.

— И "Силовые машины" могут рассчитывать на них?

— "Силовые машины" получат их в том случае, если мы с ними до конца сверстаем этот проект. И могу сказать, что совместно с коллегами достаточно быстро двигаемся в этом направлении.

— В какие сроки предполагается его сверстать?

— Я рассчитываю на то, что это можно сделать за три года.

— То есть через три года у нас появится своя турбина большой мощности?

— Да, имея наработки и компетенции "Силовых машин", имея наработки Ростеха в лице ОДК, думаю, удастся выпустить первые образцы оборудования через 3-5 лет.

— Вызывает ли у вас опасения текущее и будущее состояние компании "Русал"? Видите ли вы тревожные сигналы из моногородов, где расположены предприятия компании?

— Мы постоянно мониторим ситуацию в компании. Причем не только в самом "Русале", но и уделяем большое внимание анализу положения дел в моногородах, где присутствует "Русал". На сегодня у нас никаких опасений нет. Ситуация в компании и в моногородах тревоги не вызывает.

— Какие меры по поддержке алюминиевой промышленности уже одобрены? Какие рекомендации в проработке?

— Поддержка алюминиевой промышленности заключается в том, чтобы создавать обрабатывающие производства внутри страны. Других действенных форм на сегодня пока еще никто не придумал. Все остальное — кредит на оборотку, работа с тарифами, обеспечение целевой закупки (что как минимум до октября не требуется) — это временные, точечные меры. Самая главная задача — нам вместе с "Русалом" создать мощные центры по переработке первичного алюминия. Уровень переработки за последние полтора года вырос на 300 тысяч тонн, с 700 до 1 миллиона. Это много при общем объеме производства первичного алюминия в 3,5 миллиона тонн. Нам нужно двигаться, каждый год наращивая объемы переработки на 300-500 тысяч тонн. Сохраняя определенные объемы экспорта, было бы разумно оставлять 50-60% переработанного первичного алюминия в стране.

— К какому году реально достичь таких показателей?

— В настоящее время, в соответствии с поручением правительства, Минпромторгом России совместно с заинтересованными организациями сформирован проект плана мероприятий по развитию алюминиевой промышленности и стимулированию спроса на алюминиевую продукцию высоких переделов на 2018-2023 годы. Документ сложный, системный, требующий согласования и участия многих федеральных органов исполнительной власти.

Успех реализации плана и, соответственно, реальные показатели работы отрасли будут зависеть от эффективности взаимодействия между органами исполнительной власти. Вместе с тем его успешное выполнение создаст мультипликативный эффект для развития многих отраслей промышленности и регионов. Переработка внутри страны 50-60% произведенного алюминия является наиболее оптимальной, при этом достижение этого показателя будет осуществляться по мере реализации плана.

— Президент РФ поставил задачу нарастить несырьевой экспорт до 250 миллиардов долларов к 2024 году. В прошлом году он составил лишь 136 миллиардов. Будут ли новые меры поддержки экспортеров и какие? Поможет ли в этой части создаваемый правительством Фонд развития?

— Мы основываемся в первую очередь на общесистемных мерах, которые выработаны Минпромторгом и Российским экспортным центром. В этом месяце на базе РЭЦ с участием делового сообщества была запущена работа проектной мастерской, которая должна завершиться до конца месяца, по семи направлениям. В результате будет понятно, где необходимо будет приложить дополнительные усилия.

Но предварительное понимание по ряду приоритетных направлений работы уже есть. Во-первых, это внесение изменений в долгосрочные программы развития госкомпаний для того, чтобы заложить в показатели программ увеличение экспортного сегмента. Во-вторых, это акцент на создание послепродажного сервиса: когда мы говорим о комплексном развитии любого из продуктов от разработки до производства, обязательно нужно иметь в виду послепродажное обслуживание. Сегодня это уже неотъемлемый элемент продвижения той техники и продукции, которая была создана и поставлена.

Кроме того, мы будем формировать направление, связанное с созданием индустриальных зон в странах — региональных хабах, где есть потенциал для увеличения объемов не только поставки продукции, но и создания добавленной стоимости. Дополнительно к Египту, с которым уже подписано межправсоглашение о создании российской промышленной зоны, это будут две-три страны в Юго-Восточной Азии, Латинской Америке и Африке. На всех этих континентах необходимо сформировать те центры, которые будут привлекать наших инвесторов, российский бизнес для создания там сборочных производств.

— А по срокам создания это до 2024 года?

— К 2024 году нужно уже показать результат увеличения экспорта, то есть создать условия для этого мы должны сегодня-завтра.

— Основные страны-претенденты для размещения таких зон не изменились — Вьетнам и Мексика?

— Мы пока изучаем этот вопрос. Вьетнам это наш стратегический партнер, с которым у нас ЗСТ, но ее наличие — не единственный критерий для создания таких индустриальных хабов. Кроме того, потребуется время и средства из федерального бюджета, чтобы минимизировать затраты российского бизнеса на начальные расходы, связанные с вхождением при создании сборочных производств.

— Просчитан ли объем предполагаемых вложений государства в этой части?

— Я могу сказать приблизительно о РПЗ в Египте, дальше остается лишь умножить еще на три. Это около 190 миллионов долларов. Средства потребуются поэтапно, не за год или два.

Еще один приоритет — специнвестконтракты должны быть нацелены на то, чтобы производилась продукция преимущественно с экспортным потенциалом. Сейчас Минпромторг находится на пике выхода тех проектов, которые стартовали в рамках импортозамещения в 2014-16 годах. Они также дадут свой эффект прибавки. В проектной мастерской РЭЦ учитываются только те проекты, которые уже находятся в пайплайне, только за счет них мы уже получим прирост экспорта к 2024 году на 25 миллиардов долларов. Но задача — увеличить его до 250 миллиардов долларов. Поэтому все наши инструменты — по НИОКРам, по комплексным инвестпроектам — все будет направлено на стимулирование разработки и производства экспортоориентированной продукции.

— До сих пор не подписаны СПИКи с BMW и Hyundai. В чем причина задержки? Ожидаете ли по-прежнему, что контракты будут подписаны до конца года?

— Во-первых, работа комиссии сегодня крайне перегружена. Это объективно, потому что период раскачки уже пройден. С момента принятия закона о промполитике 2015 год был посвящен законам-спутникам в части корректировки нормативной базы под СПИКи, и, по сути, активная работа по отбору их началась в 2016 году. На сегодняшний день подписано 23 СПИКа. Сейчас у нас уже около 40 заявок. Можем ускорить процесс, но тогда надо менять механизм. Минпромторг изначально заявлял, что это не массовый продукт. Должна быть, условно говоря, золотая сотня, которая даст хорошую прибавку к индустриальному развитию, ВВП, и мы к этому идем.

Обе компании подали заявления на заключение СПИКов. В настоящее время ключевые параметры СПИКов BMW и Hyundai прорабатываются совместно с заинтересованными сторонами, при этом подписание контрактов планируется осуществить до конца 2018 года.

— На последнем заседании правительства было одобрено решение об увеличении НДС до 20% — просчитывали ли вы последствия такого решения для промышленности, каковы они могут быть?

— Увеличение НДС до 20% скажется по-разному на разных отраслях промышленности. Некоторые отрасли, особенно те, которые ориентированы на экспорт, по нашим оценкам, даже выиграют от этого увеличения, поскольку сейчас этот налог им возмещается из федерального бюджета. Например, химическая промышленность. При этом увеличение НДС выступит как дополнительная мотивация для предприятий, чтобы больше экспортировать, потому что при экспорте НДС возвращается. Бизнес получил сигнал, он должен адаптироваться — подготовиться к 1 января 2019 года. С точки зрения администрирования ничего не меняется — было 18%, стало 20%, по некоторым категориям процентная ставка осталась вообще неизменной, например, для детских игрушек и продуктов питания.

— То есть с точки зрения влияния на цены для массовой торговли серьезных последствий не будет?

— Массового негативного влияния мы не предвидим, но во всех чувствительных ситуациях будем разбираться предметно и находить оптимальные варианты. Не исключаю, что рост НДС будет мотивировать бизнес оперативнее обращаться к нам за поддержкой в виде льготных займов, субсидий на НИОКР, субсидий по комплексным инвестпроектам. Если предприниматель хочет инвестировать, если у него есть желание создать продукт или организовать производство, в Минпромторге ему помогут и найдут решение.

— Курс рубля весной и в начале лета снова ослаб из-за санкций, укладывается ли текущий курс в рамки равновесного для отечественных промышленников (экспортеров и импортеров)? Какой курс вы бы назвали приемлемым для промышленности сейчас?

— Если говорить про сегодняшний курс, который сохраняется на уровне 61-63 рубля, в принципе, он взвешенный. И он даже для нас важнее, чем ключевая ставка, потому что у нас есть широкая палитра мер, в том числе и господдержки, которыми мы можем компенсировать кредиты и проекты, где требуется такая мера. Но и в целом сегодня все-таки ключевая ставка не такая высокая, какой была в 2014 году.

— То есть курс взвешенный — и для экспортеров, и для импортеров?

— Да, в принципе, он является компромиссным.

— Каков прогноз по инвестициям в основной капитал по промышленности на этот год?

— В текущем году мы ожидаем рост инвестиций в обрабатывающей промышленности порядка 4% за счет роста капитальных вложений в деревообрабатывающий комплекс, отрасль машиностроения, легкую промышленность и химическое производство. В частности, химпром успешно реализует потенциал импортозамещения: крупные компании отраслевого комплекса предполагают продолжить реализацию инвестиционных проектов, в том числе по выпуску импортозамещающей продукции.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Электроэнергетика > minpromtorg.gov.ru, 29 июня 2018 > № 2663064 Денис Мантуров


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 25 апреля 2018 > № 2584847 Денис Мантуров

Брифинг Дениса Мантурова по завершении заседания.

Из стенограммы:

Вопрос: Денис Валентинович, на заседании Дмитрий Медведев сказал, что планируется среди других вопросов обсудить меры в сфере валютного контроля – по регулированию системы валютного контроля, по запросам, поступившим от компаний-экспортёров. Можете рассказать, что это такое? Что просят экспортёры и есть ли какие-то решения?

Д.Мантуров: Это традиционно вопрос со стороны экспортёров относительно того, чтобы были оптимизированы сроки возврата НДС. Такую работу Минфин на самом деле проводит, и я надеюсь, что здесь будет найден оптимальный механизм – точнее, компромисс между бизнесом и государством с точки зрения ускорения процедур возврата. Основные вопросы, которые сегодня обсуждались в первой части, относительно корректировки паспорта проекта развития несырьевого экспорта – это как раз то, что прозвучало в послании Президента в части увеличения объёмов несырьевого и неэнергетического экспорта за шесть лет практически до 250 млрд долларов (сегодня – немного больше 133 млрд). Основной объём приходится на отрасль Минпромторга, сегодня это около 117 млрд.

Такая серьёзная амбициозная задача потребует усилий, связанных с созданием инструментов поддержки отраслей. Мы больше видим возможности прироста по машиностроению, помимо тех приоритетных отраслей, которые сегодня отражены в проекте, – это автопром, авиапром, сельхозмаш, стройдормаш. Мы видим хороший потенциал по нефтегазовому машиностроению, энергетическому машиностроению, тяжёлому машиностроению и оцениваем объём прироста по этому блоку примерно на 17 млрд долларов.

Второй блок, или второе направление, – это химия. Химия высоких переделов, в том числе и те направления, которые относятся к ведению нашего министерства и к Министерству энергетики. Мы ставим перед собой планку не менее 15 млрд. Это в том числе и пластики, и полимеры, и шины, и продукция минеральных удобрений, и, конечно же, фармацевтика. То есть этот блок – примерно 15 млрд.

И, конечно же, это и металлургия, и лес, лесопромышленный комплекс. Здесь всё будет зависеть от того, как будут реализовываться проекты по строительству целлюлозно-бумажных комбинатов. Мы уже на протяжении нескольких лет с инвесторами, с нашими российскими компаниями прорабатываем строительство таких объектов и в Центральной части России (в частности, Вологда), и в Сибири, в Красноярске два проекта рассматривается, и на территории Дальнего Востока как минимум один, для того чтобы увеличить объёмы переработки леса для увеличения объёмов поставки на экспорт.

И металлургия. Это глубокие переделы, но всё, конечно, зависит от геополитики. Мы рассчитываем как раз на то, что глубокая переработка и цветной металлургии, и чёрной металлургии обеспечат в том числе независимость и увеличение экспортного потенциала.

Основные инструменты поддержки – это компенсация затрат по НИОКР, именно экспортно ориентированным проектам, это субсидии по комплексным инвестиционным проектам, льготные займы Фонда развития промышленности вплоть до снижения процентной ставки до 1% по экспортно ориентированным проектам, где мы планируем поставить планку до 40% производимой продукции, которая должна поставляться на экспорт.

Помимо тех мер поддержки, которые есть сегодня у РЭЦ (Российского экспортного центра), мы рассчитываем на дополнительные объёмы финансирования, в первую очередь по созданию логистических центров, индустриальных зон. Первое, мы планируем в ближайшее время подписать с Египтом соглашение в этой части – по созданию индустриальной зоны. И развитие сервисных центров. Это те направления, которые будут обеспечивать увеличение экспортного потенциала наших производителей для выполнения тех задач, которые поставлены Президентом.

Вопрос: Что касается экспорта металлургии, рассматривается ли сейчас в связи с возникшими проблемами на рынке алюминия вопрос создания госфонда алюминия и какого объёма?

Д.Мантуров: Что такое госфонд? У нас есть Росрезерв, который на регулярной основе у всех производителей и машинотехнической продукции, и других отраслей, включая металлургию, производит соответствующие закупки для закладки в резерв. Это традиционная политика всех государств. Этот инструмент уже существует – вопрос в объёмах, вопрос в номенклатуре.

Вопрос: То есть Росрезерв может увеличить закупки алюминия?

Д.Мантуров: Это постоянный обмен – что-то закупается, а что-то реализуется, то есть это так называемое освежение стратегических запасов Росрезерва.

Вопрос: Обсуждается ли увеличение этих объёмов в сегодняшней ситуации?

Д.Мантуров: На сегодняшний день пока такой задачи не стоит, с учётом того, что продукция «Русала» продолжает отгружаться на экспорт. Если будут возникать соответствующие запросы, мы будем рассматривать их оперативно.

Вопрос: О каком дополнительном финансировании идёт речь, когда вы говорили о средствах на создание индустриальных зон, логистических центров?

Д.Мантуров: Собственно, сегодня и была поставлена Председателем Правительства задача, чтобы мы оперативно рассчитали те потребности, которые необходимо будет заложить на ближайшую трёхлетку и последующий период, для того чтобы выполнить эту задачу.

Вопрос: Предварительно цифры какие-то уже есть?

Д.Мантуров: Предварительно есть, но пока мы должны согласовать с другими органами исполнительной власти в этой части и, самое главное, сверить часы с бизнесом, для того чтобы эти расчёты были максимально приближены к реальности.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 25 апреля 2018 > № 2584847 Денис Мантуров


Россия. Евросоюз. США > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 20 февраля 2018 > № 2511296 Денис Мантуров

Глава Минпромторга о восстановлении промышленности в период санкций.

Министр промышленности и торговли России Денис Мантуров в интервью RNS рассказал о сроках возможного слияния ОАК и «Ростеха», перспективах разработки сверхзвукового самолета, введении программы продпомощи и о том, когда в России может быть легализована торговля алкоголем в интернете.

Денис Валентинович, недавно Минфин США опубликовал «кремлевский доклад», в который попали как представители власти, так и практически все крупные бизнесмены. Известно ли вам о требованиях со стороны иностранных компаний предоставить им дополнительные гарантии — в частности, включать в договоры с российскими компаниями пункт об их расторжении в одностороннем порядке? Какие риски это несет?

Я слышал от наших компаний о том, что от их коллег поступали такие предложения, чтобы захеджироваться условно от каких-то рисков, но как я понимаю, наши компании категорически возражают такой постановке вопроса. Но если это будет касаться всего лишь госкомпаний — такой диспут был, я просто не хочу называть компании и тему, но такой диспут был — мы категорически против, мы с такими партнерами работать просто не будем, кто будет пытаться требовать вставлять такие разделы в договора.

Сейчас много говорится про объединение ОАК и «Ростеха», но «Ростех» под санкциями и многие сегодня опасаются, что вхождение в структуру госкорпорации может навредить крупнейшему российскому проекту МС-21? Какую синергию вы видите от этого объединения? В какие сроки, на ваш взгляд, возможно объединение и правда ли, что объединение ОАК с «Вертолетами России» будет первым этапом?

Для начала ОАК сам под санкциями, поэтому вхождение структуры, которая находится под секторальными санкциями в другую структуру, в данном случае в «Ростех», не будет вносить никакого изменения с точки зрения своей сути. С точки зрения влияния на проект МС-21, то сейчас же работа ведется, ну она и будет в дальнейшем вестись.

Что касается объединения с «Вертолетами России», да, мы прорабатываем такой вариант, но сказать, когда это точно произойдет и в каком формате, сегодня говорить рано. Требуется детальная проработка всех корпоративных, экономических аспектов, но могу сказать однозначно, что касается итогового экономического эффекта от консолидации таких активов, то он очевиден — и по пересечению производственных мощностей, и по пересечению в части закупок и по созданию дополнительных мощностей. Это как раз дает колоссальную синергетическую составляющую.

Другой вопрос, когда это точно произойдет, я не взялся бы за этот прогноз. Это зависит от многих факторов. Если говорить о вхождении, то в этом году это реалистично. А что касается процесса объединения, то он займет более существенные сроки.

Президент России Владимир Путин после просмотра испытательного полета бомбардировщика Ту-160М в ходе общения с его создателями и испытателями предложил подумать над созданием гражданской версии подобных самолетов. Но для создания таких самолетов нужны гарантии от покупателей, так как это все же штучный товар. С кем-то уже ведутся переговоры? Кто, на ваш взгляд, может стать покупателем таких самолетов, в какие сроки они могут быть созданы и какой объем средств на них может быть потрачен?

Это не на базе ТУ-160М, это должна быть совершенно новая машина с техническими и технологическими решениями.

Кто может стать покупателем такого самолета?

В зависимости от того, какой будет облик этой машины. У ОАК действительно есть наработки, которые велись с поддержкой государства и с участием НИЦ Жуковского на базе нашего центрального авиационного института. Что касается финального облика, то тут очень много вариантов, но пока, по крайней мере, наиболее реалистичной выглядит именно версия делового самолета - от 8 до 50 пассажиров. А какая будет конкретно конфигурация, на сегодняшний день пока говорить рано.

По мере продвижения НИИровской части будут в последующем приниматься и решения о финансировании опытно-конструкторских работ, и о потенциальных потребителях. Если мы говорим о деловой авиации, то это бизнес-структуры. Что касается версии, которая будет перевозить 50 пассажиров, то нужно будет исходить из стоимости билета, если это не индивидуальный бизнес-самолет.

Предварительный интерес к таким самолетам от кого-то уже исходил?

Пока нет. Чтобы переговоры велись, нужно понимать сколько такая машина будет стоить и какие будут технические характеристики.

А сколько она может стоить тоже нет понимания?

Нет, конечно. Пока только НИИровские работы ведутся, как минимум, еще потребуется два года для завершения научно-исследовательских направлений и только потом принимать решение, идем мы в ОКР (опытно-конструкторские разработки. - RNS) или нет, так как ОКР — это уже серьезные затраты. Пока это незначительные ресурсы.

Разрабатываются ли в России какие-то проекты по выпуску инновационной гражданской продукции — например, летающие такси, инновационные скоростные поезда по типу проекта Hyperloop др.? Когда их можно ожидать в России?

Всегда инноваторы и предприниматели, которые заинтересованы в развитии высокотехнологичных и, возможно, футуристичных направлений, они всегда есть и будут. Мы будем поддерживать такого рода направления, когда будем понимать о том, где тот или иной образец или сегмент продукции может быть использован. Я верю в то, что рано и ли поздно появятся какие-то прорывные вещи, которые аналогичны тому, что вы назвали. Наши предприниматели также в этом направлении работают.

В январе продажи новых легковых автомобилей в России показали самый большой рост - 31%. Каков ваш прогноз по росту российского авторынка в 2018 году? Есть ли у России шансы стать крупнейшим рынком в Европе по объемам продаж и когда это может произойти?

Россия как автомобильный рынок в Европе по результатам 2017 года заняла пятое место, но если учитывать результаты января, у нас есть оптимизм в целом по результатам этого года. Конечно, хотелось бы, чтобы весь год также был бы продуктивен как январь, но если быть реалистами и исходить из базовых сценариев наших стратегий и прогнозов, мы были бы рады и довольны результатом в параметре 10% по результатам года, в первую очередь, в производстве.

Имея низкую базу предыдущих лет, всегда первый год показывает более значительный результат, потом постепенно это все балансируется и выравнивается. Но мы ставили перед собой целью и задачей выйти на параметр 2,5 млн автомобилей к 2025 году. С учетом того, что у нас созданы мощности в стране по производству 3 млн автомобилей уже, то постепенно двигаясь в этом направлении, мы будем подходить к тем цифрам и параметрам, которые будут нас выводить в лидеры рынков Европы.

Если мы будем двигаться с темпом от 7% до 10% в год, то цель о которой я сказал в 2,5 млн в 2025 году, абсолютно реалистична. Но давать четкий прогноз как это быстро случится и случится ли вообще - это достаточно сложно и зависит от многих факторов. Например, никто не предполагал, что в 2014 году рынок так сильно просядет. Поэтому мы исходим из того, что есть базовый сценарий 7-10% и он будет хорошим для нас результатом, если мы каждый год будем его демонстрировать.

Как идет работа по внедрению электронного ПТС в России? Могут ли быть вновь перенесены сроки запуска проекта, намеченные на июль?

Проходит тестирование, в техническом плане мы точно готовы уже сегодня это вводить, и точно с 1 июля это будет введено. Никаких обсуждений по переносу не ведется.

Нужно ли будет автовладельцу платить деньги за полный доступ к данным своего автомобиля при совершении сделок купли-продажи при использовании электронного ПТС?

При покупке и купле-продаже да, оператор будет взимать плату также, как и сегодня это происходит при осуществлении сделок купли-продажи даже на вторичном рынке. Поэтому в данном случае это не будет обременением для потребителей. Мы заинтересованы в том, чтобы это все было реализуемо и экономически целесообразно для операторов и, с другой стороны, комфортно для потребителей.

На каком этапе согласование законопроекта о легализации продажи алкоголя в интернете? Когда, по оценкам Минпромторга, он будет запущен и с каких напитков начнется эксперимент?

Я не буду давать точный прогноз, когда это произойдет, сегодня это находится на руке Минфина. Мы согласовали законопроект, думаю, что очень оптимистично должны завершить эту работу в ближайшие месяцы. В первую очередь, это касается продажи вина, слабоалкогольных напитков, потом уже речь будет идти и о крепких алкогольных напитках.

Когда по мнению Минпромторга, может быть запущена программа продовольственной помощи населению? Не отказались ли от нее вообще в связи с отсутствием средств на ее реализацию?

Никто от этого не отказался. Что касается сроков, мы очень надеемся, что это произойдет со следующего года.

Объем продукции зарубежного производства на российских прилавках, по данным Росстата, достиг своего исторического минимума. Что в связи с этим делается для повышения качества российской продукции?

Роспотребнадзор, Россельхознадзор, Росстандарт - эти ведомства обеспечивают не только контроль, но и следят за движением продукции на прилавках. Роскачество, как автономная некоммерческая организация, которая была создана по инициативе правительства, проводит большую работу и за последние 2,5 года уже более 170 компаний отмечены знаком качества. Они отвечают повышенным требованиям ГОСТов, получают таким образом продвижение на рынок, возможность увеличения объемов продаж и конечно, это в первую очередь влияет на качество, которое становится лучше.

Это касается не только продуктов питания, но и других видов промышленной продукции. Мы исходим из того, что государство и потребители должны быть совместно заинтересованы в том, чтобы продукция на рынке была качественная, чтобы она и соответствовала ГОСТам.

Если брать исследования последнего года по хлебу, то, по-моему все уже убедились, что у нас нет нарушений по производству хлебной продукции. Были только ряд замечаний и нарушений в части упаковки, что точно не влияет на качество произведенной продукции. Или вот если вспомнить проводимые в 2016 году исследования по рыбной продукции, когда минтай продавался под видом других, более дешевых сортов рыбы – вот повторные исследования показали, что только какие-то штучные нарушения и отклонения сохранились.

И это в основном за счет такой работы. Такие исследования мотивируют торговые сети, производителей, заботиться о качестве, а потребителю постоянно поддерживать интерес к этому – это стимулирует продавать и производить качественную продукцию. Это такая совместная работа общества и государства.

Россия. Евросоюз. США > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 20 февраля 2018 > № 2511296 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 16 февраля 2018 > № 2511362 Денис Мантуров

Денис Мантуров: Остаться в стороне от глобальных процессов нельзя – важно занять место в их авангарде.

Российская промышленность преодолела последствия кризиса 2014–2015 годов. Вместе с тем остается много вопросов, требующих разрешения. Министр промышленности и торговли Российской Федерации Денис Мантуров рассказал о механизмах поддержки инвестиционных проектов, развитии индустриальных парков и о создании принципиально новой системы производства.

Денис Валентинович, если говорить об итогах 2017 года, в каких отраслях российская промышленность показывает наиболее хорошие результаты?

После кризиса 2014–2015 годов промышленность продолжает восстанавливаться. Все отрасли, за исключением незначительного снижения по отдельным позициям в металлургии, показывают хорошую динамику по объемам производства. В частности, высокие темпы с диапазоном от 20 до 30% наблюдаются в транспортном, сельхозмашиностроении и автомобильной промышленности – в отраслях, получивших в последние годы существенные объемы государственной поддержки. В то же время хороший рост демонстрируют станкостроение, тяжелое и энергетическое машиностроение – от 10 до 15%. Мы рассчитываем, что на фоне улучшения инвестиционной активности позитивная динамика в этих секторах продолжится и в 2018 году. Если говорить о такой социально значимой отрасли, как фармацевтика, то здесь можно отметить увеличение объемов производства на 12%. При этом мы добились повышения доли российских препаратов в сегменте жизненно необходимых лекарственных средств до 84% – это максимальный показатель за всю историю измерений. Рост от 4 до 8% показали авиастроение, лесопромышленный комплекс, химическая отрасль и легпром.

Какие меры по поддержке российской промышленности вы могли бы отметить?

Одним из наиболее эффективных инструментов поддержки является Фонд развития промышленности, который финансово обеспечивает проекты путем предоставления займов на их реализацию юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям по ставке 5% годовых. На конкурсной основе можно получить средства на реализацию проектов, направленных на внедрение передовых технологий, создание новых продуктов или организацию импортозамещающих производств. По итогам 2017 года Фондом поддержано 268 проектов на общую сумму 66 млрд руб. Их реализация позволит привлечь в реальный сектор экономики, помимо займов Фонда, 176,4 млрд руб. и создать более 20,5 тыс. рабочих мест. Суммарная выручка новых и модернизированных предприятий, которые будут созданы в рамках уже профинансированных проектов, составит 1558,4 млрд руб., а на логовые отчисления в бюджеты всех уровней – 131,2 млрд руб. Уже сейчас благодаря этой поддержке запущено 35 производств в 26 регионах страны. Еще один востребованный инструмент – механизм специального инвестиционного контракта. Его особенностью является стабилизация действующих условий ведения бизнеса для инвестора, который берет на себя определенные обязательства по созданию и модернизации производства, в том числе социально-экономического характера. К настоящему моменту Минпромторгом подписаны 13 федеральных специальных инвестиционных контрактов. По нашим прогнозам, благодаря работе в рамках СПИК будет создано порядка 5 тыс. новых рабочих мест, а общая сумма привлеченных инвестиций составит не менее 274 млрд руб. При этом объем произведенной продукции превысит 1434 млрд руб., а реализованной – 1934 млрд руб. Всего же сейчас Минпромторг администрирует более 120 мер поддержки отраслей промышленности, направленных на субсидирование комплексных инвестиционных проектов, затрат на НИОКР, развитие инжиниринга, создание индустриальных парков и промышленных технопарков, поддержку промышленных кластеров, экспортной деятельности и т.д.

Как решается проблема низкой производительности труда в России?

Если говорить о промышленности, то в обрабатывающих отраслях по итогам 2016 года показатель производительности труда составил 101,3% – и это выше, чем в целом по экономике. Вместе с тем для решения задач повышения производительности труда в августе 2017 года президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам был утвержден паспорт приоритетной программы «Повышение производительности труда и поддержка занятости». Здесь предусмотрен целый комплекс мер, касающихся, в частности, промышленных предприятий. Так, например, Фондом развития промышленности был разработан и в конце прошлого года утвержден стандарт выдачи займов промышленным предприятиям на повышение производительности труда в размере от 50 до 300 млн руб. на срок до 5 лет по ставке 1% годовых. Средства могут быть потрачены на приобретение промышленного оборудования для технологического перевооружения и модернизации, обучения персонала в целях повышения производительности труда, инжиниринг, разработку или трансфер технологий. Заем будет предоставляться на финансирование проектов, которые позволят увеличить индекс производительности труда по сравнению с базовым годом не менее чем на 5% по итогам первого года реализации и не менее чем 20% по итогам окончания действия срока займа. Одной из основных форм территориального развития промышленности считаются индустриальные парки. При этом треть из них находится на территории четырех регионов: Московской, Ленинградской и Калужской областей, Республики Татарстан.

Есть ли предпосылки для более равномерного развития индустриальных парков на территории России?

Создание новых производств и повышение технологического уровня реального сектора экономики невозможно без наличия в регионах площадок с подготовленной промышленной инфраструктурой. За период с 2012 по 2017 год количество действующих и создаваемых индустриальных парков выросло более чем в 2,5 раза, с 64 до 166. Действительно, первые парк и начали появляться в 2006 году в регионах Центральной России, и на данный момент их концентрация здесь довольно высока. Такая ситуация обусловлена как высоким уровнем конкуренции среди регионов за привлечение инвесторов и открытие новых производств, так и близостью к основным рынкам сбыта и потребления производимой продукции. При этом сейчас происходит постепенное выравнивание географии размещения индустриальных парков. Так, пять лет назад площадки работали в 27 регионах, сейчас же – в 51. Активно начали создаваться площадки в Сибирском федеральном округе (10 парков), Уральском федеральном округе (10 парков), Дальневосточном федеральном округе (3 парка). В восточной части страны одновременно с созданием индустриальных парков начали действовать территории опережающего социально-экономического развития. Сейчас в Дальневосточном федеральном округе функционируют 18 таких территорий, которые отличаются от индустриальных парков более высокой площадью, а так же наличием привлекательного для инвесторов налогового и таможенного режима. Восточные регионы так же обладают высоким потенциалом для создания новых промышленных площадок. Так, средний уровень заполняемости индустриальных парков резидентами в Центральной России в течение последних трех лет не превышает 50–51%, в то время как ана логичный показатель в восточной части страны превышает 70%. Для поддержки создания индустриальных парков в регионах Зауралья Минпромторгом разработан механизм компенсации затрат субъектов Российской Федерации, понесенных на создание инфраструктуры индустриальных парков, за счет налоговых и таможенных платежей резидентов указанных объектов в федеральный бюджет. Механизм предусматривает специальные критерии отбора проектов для регионов с численностью населения менее 500 тыс. человек. В рамках постановления уже поддержаны два индустриальных парка Новосибирской области на общую сумму в размере свыше 420 млн руб. Мы наблюдаем в мире новую промышленную революцию, связанную с развитием цифровых технологий.

Как этот процесс развивается в российской промышленности? Насколько она конкурентоспособна в глобальном плане?

Это не первая промышленная революция. Президент Всемирного экономического форума в Давосе Клаус Шваб считает ее четвертой, и большинство экономистов с ним согласны. Из опыта трех предыдущих революций ясно, что остаться в стороне от глобальных процессов нельзя – наоборот, важно занять достойное место в их авангарде. Собственно, это и является целью утвержденной правительством страны и реализуемой сейчас программы «Цифровая экономика Российской Федерации». Наиболее активны на пути к «цифре» предприятия авиационной, автомобильной, судостроительной, пищевой промышленности, атомной энергетики и ракетно­космического комплекса. Уже сейчас на многих из них создаются цифровые двойники продукции, виртуализируются производственные процессы. Однако цифровая экономика – это не просто станки, оборудованные числовым программным управлением, а принципиально новая система производства. От предприятий полного цикла мы переходим к распределенной модели создания продукции. То есть для выпуска какой ­то детали предприятие может воспользоваться станком, который установлен на другом предприятии, расположенном в другом городе, и сделать это дистанционно. Такие системы уже тестируются. Таким образом, в рамках цифровой кооперации очень сильно изменяются традиционные смежные связи – с 2017 года создается единое цифровое пространство, вбирающее в себя разные отрасли. Это будет евразийская сеть промышленной кооперации, субконтрактации и трансфера технологий – первый этап ее внедрения планируется осуществить в этом году. Конечно, эта сеть интегрируется с промышленными платформами предприятий и торговыми площадками, в том числе международными. И мы уже приступили к локализации международных платформ цифровой кооперации. Инициатива «4.0 RU» – хороший пример конкретных шагов. В рамках программы будет реализовано три пилотных проекта промышленного предприятия нового поколения. Что бы кратко охарактеризовать новизну решений, скажу, что еще на этапе создания цифровой модели продукции можно будет оценить экономику изделия с учетом таких факторов, как серийность и стоимость комплектующих, возможность использования интегрированного подхода в системе производственного оборудования. Можно даже провести виртуальные испытания продукции до изготовления ее физического, натурного образца. А это значит, что затраты на выпуск сложных высокотехнологичных изделий будут существенно меньше, чем сейчас. Цифровизация касается не только создания продукции, но и дальнейших процессов. Сейчас, к примеру, активно развивается система маркировки. В перспективе с ее помощью производители смогут отслеживать товарные потоки и на основании получаемой информации достаточно точно прогнозировать как необходимые объемы производственных запасов и свои логистические затраты, так и спрос на продукцию. Мы понимаем, что происходящая сейчас цифровая трансформация промышленности – это обязательное условие сохранения и повышения конкурентоспособности отечественной продукции на мировом рынке. И наша цель заключается не только в переводе производственных процессов в «цифру» (хотя само по себе это важно), мы стремимся вырастить глобальных лидеров, которые будут поставлять миру цифровые технологии и комплексные решения для производств нового поколения.

Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 16 февраля 2018 > № 2511362 Денис Мантуров


Россия > Внешэкономсвязи, политика. Химпром. СМИ, ИТ > minpromtorg.gov.ru, 16 февраля 2018 > № 2511343 Денис Мантуров

Денис Мантуров рассказал о новейших российских 3D-технологиях.

Ставки для предпринимателей от Фонда развития промышленности могут снизиться уже в ближайший год, российские фирмы разрабатывают новейшие 3D-технологии мирового уровня, а санкции не отражаются на гражданской продукции оборонного комплекса.

Об этом и о многом другом в интервью главному редактору Business FM Илье Копелевичу рассказал министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров на Российском инвестиционном форуме в Сочи.

Денис Валентинович, я лично сейчас два часа следил за тем, как вы общались с 13 молодыми предпринимателями. Слово «молодой» только по отношению к возрасту, потому что я убедился, что они реально очень серьезные промышленныеp…

Денис Мантуров: Инноваторы...

Я бы сказал, капиталисты.

Денис Мантуров: Да.

Там традиционные отрасли, кроме роботов и автопилотов для тракторов. Большая разница с машинами. Ваши главные впечатления? Что они вам сказали, что вы возьмете с собой?

Денис Мантуров: Возьму с собой те поручения, которые сам себе отфиксировал и своим коллегам по министерству и отраслям, чтобы через два месяца — и мы с вами можем сверить часы, мы договорились с ребятами об этом — увидеться 12 апреля в Новосибирске на заседании нашего координационного совета. Поэтому у меня другого просто выбора нет. Я буду обязан это все отработать. И чтобы нам не было мучительно больно и стыдно за эту работу, я уверен, мы придем к каким-то уже первоначальным результатам. Понятно, что за два месяца мы новую отрасль не построим и не изменим всю нормативную базу, например, по инфраструктуре, по электродвижению или не поставим 20 тонн иван-чая на внутренний и на внешний рынок. Предпринимательница меня попросила, значит, помочь ей в продвижении продукции. Любая отрасль находится всегда на стыке не только нашего министерства, но и других ведомств, поэтому нам нужно будет использовать, во-первых, тот ресурс, тот опыт, который есть и у других коллег, у других ведомств, чтобы объединить подходы и выполнить те заветы, которые нам дали молодые ребята.

А как бы вы оценили уровень их проблем? Они рассказывали о проблемах, но этот уровень проблем, на мой взгляд, далеко не кризисный. Это проблемы роста.

Денис Мантуров: Абсолютно. Значит, ни одна из названных проблем, которую обозначили коллеги, не является какой-то космической или нереализуемой, то есть это вопрос всегда в донастройке нормативной базы. Где-то в ручном управлении нужно просто помочь правильно, так сказать, ребят продвинуть в какие-то структуры коммерческие. Да, и здесь ничего нет зазорного, это абсолютно нормально. Мы для этого созданы как ведомство: чтобы иногда и в ручном режиме поработать, и по предложениям коллег, значит, продвинуть в развитие какой-то отрасли. Я могу даже просто пример привести из такого рода встреч. Последняя, например, была в прошлом году летом на... У нас же у каждого члена правительства каждый год обязательно должна быть встреча с гражданами. Она проходит в Доме правительства, специально для этого есть отведенная аудитория. И в течение года собираются заявки, предложения от разных людей, разных направлений, отраслей. Может вообще не из промышленности прийти человек, а просто прийти и сказать: «Вы знаете...» Вот, я помню, в позапрошлом году пришла женщина, у которой ребенок проглотил магнит с игрушки. Чем это закончилось? Внесением изменений в технический регламент, чтобы в игрушках не было размера меньшего, я уже не помню там, чем...

Чтобы не глотал...

Денис Мантуров: Да, чтобы ребенок не проглотил. Или в прошлом году пришла тоже инновационная компания. Я просто запомнил название Zetta. Они пришли с идеей внедрить формат «мотор-колеса», то есть все традиционные электромобили работают на двигателях с приводами, а здесь нет никакого двигателя. На каждом колесе стоит отдельный движок. «Мотор-колесо» — так и называется. Такой формат гораздо получается эффективнее, быстрее, экономичнее, дешевле. Ну это просто как конструктор. И вот буквально недавно я получил очередной доклад своего зама, который курирует это направление, Морозова, о том, что компания уже выиграла конкурс, получила гранты. Сегодня включены во все направления, которые отвечают развитию электродвижения, и сегодняшняя встреча также пройдет, я уверен, эффективно для наших предпринимателей. И не только для них, а для развития нашей экономики.

Нет, ну они-то даже прямые контакты стали устанавливать для того, чтобы маленькие электромоторчики пошли в эти наши знаменитые пермские роботы, которые ездят на них.

Денис Мантуров: Абсолютно. То есть уже межотраслевая такая кооперация, между предприятиями. Вот даже эти 13 человек, я уверен на миллион процентов, пообщавшись сегодня, познакомившись, перезнакомившись сегодня, там молодежь работает гораздо эффективнее — это не наше, так сказать, время, когда мы с телефона, таксофона, так сказать, звонили друг другу. А сейчас это все в смартфоне.

Одна тема все-таки есть общая у многих, хотя они и разные отрасли представляли: они все планируют развиваться, им всем нужны деньги на развитие. Звучало в том числе и то, что Фонд развития промышленности — один из главных инструментов, собственно, Минпромторга. Ставка 5%, которая была льготной год назад, она уже стала практически рыночной. Будут какие-то перемены?

Денис Мантуров: Конечно, будут. Мы уже программы внедряем по ряду направлений, по конверсии в части диверсификации предприятий оборонно-промышленного комплекса. Это программы по комплектующим. В этом году мы запускаем новое направление по интернету вещей (концепция вычислительной сети физических предметов («вещей»), оснащенных встроенными технологиями для взаимодействия друг с другом или с внешней средой. — Business FM), по внедрению новых технологий. Это все под 1% годовых. Внедряем в том числе и формат постепенного увеличения процентной ставки с определенными каникулами, то есть первые несколько лет — это 1-3% годовых, расчет до пяти. Но вы правы абсолютно, 5% сегодня — это гораздо интереснее, чем они получают кредиты. Коллеги назвали процент, который они получают в Сбербанке, там 12% годовых. Это мои очень хорошие друзья и коллеги. Но мы благодаря только субсидии обеспечиваем им эффективный конкурентоспособный кредитный продукт.

Значит, можем сказать, что ставка до какой отметки понизится? И в какой срок?

Денис Мантуров: Вы знаете, я не берусь сказать сейчас, по всем ли программам и за какой период времени, но этот сигнал, как говорится, мы, во-первых, воспринимаем и отработаем оперативно. А во-вторых, как я уже сказал, мы уже начали движение в эту сторону, поэтому снижение ставки до четырех или трех как уже базовой для, скажем так, большего интереса и мотивации предпринимателя. Это точно не за горами, то есть в ближайший год мы будем точно опускать.

Несколько, точнее 2 из 13 предпринимателей, были те, кто занимается именно IT высокого уровня. Уже многим известная пермская компания Promobot, которая делает очень хороших роботов, которые умеют разговаривать, чуть ли не танцевать — огромный функционал.

Денис Мантуров: И даже здоровался с нашим президентом. Третья версия.

Да, я даже вчера сам с ним здоровался и знакомился. Он все это воспринимает и пересказывает. И компания, которая делает, разрабатывает программные комплексы для автопилотирования не машин, а тракторов на сельской местности — это совсем другое, это не по полосам, так сказать, ездить. Совершенно другое направление. Вы откликнулись тем образом...

Денис Мантуров: Кстати, не менее сложное...

Сложнее...

Денис Мантуров: Если не сказать еще сложнее. Абсолютно верно.

Вы откликнулись таким образом, что, собственно, в министерстве возникнет, может быть, новый заместитель, новый департамент, ну, в общем, новое направление, которое будет сейчас заниматься именно проблемами...

Денис Мантуров: Цифровизации...

Цифровизации и теми пока немногими компаниями, которые в действительности, уже Promobot точно, находятся на самых-самых передовых рубежах, потому что эта компания реально экспортирует.

Денис Мантуров: Значит, у нас в конце прошлого года был создан департамент цифровых технологий. Его мы создали целенаправленно для того, чтобы как раз аккумулировать те прорывные технологии, которые есть сегодня или даже только появляются, зарождаются на рынке. И вот таких вот ребят, таких спецов мы будем привлекать к работе по направлению и по системам управления производствами, и по робототехнике, и по тем специальным программам, которые будут разрабатываться под разные отрасли промышленности. Из замминистров я уже определил куратора — это будет Бочаров Олег Евгеньевич. Он у нас год уже работает в качестве заместителя министра. А до этого он возглавлял Министерство промышленности и науки Москвы, поэтому он как раз формировал базу технопарков в Москве. Собственно, мы с ним на этой почве тогда и познакомились и пригласили его в министерство. Он и по образованию именно по этой части, поэтому он сегодня собирает таких молодых инноваторов. И я думаю, что в коллекцию и в компанию уже, так сказать, сформированных идеологов мы обязательно подключим сегодняшних ребят.

Еще одна технологическая новинка, о которой я раньше не слышал. Значит, у нас делается наш новый двигатель под наш самолет МС-21 — ПД-14. И недавно появились сообщения, что он частично будет, а может быть, серьезно изготавливаться в значительной степени методом 3D-печати. Расскажите, кто это делает. Я впервые слышу о том, что для создания авиадвигателя будет использоваться технология 3D-печати. Чья это разработка?

Денис Мантуров: Начнем с того, что в ВИАМ (Всероссийский научно-исследовательский институт авиационных материалов. — Business FM) мы уже сделали газомоторный реактивный мини-двигатель. Он полностью изготовлен на 3D-принтере. Это не массовая технология, но ОДК (Объединенная двигателестроительная корпорация. — Business FM) у нас сегодня в стране является лидером, а изначально «пилотом» и сегодня действительно реальным лидером с точки зрения внедрения порошковых технологий по спеканию и использованию всех тех новинок, которые не просто по импорту закупаются, а разрабатываются вместе со специалистами ОДК. В Объединенную двигателестроительную корпорацию входит и Уфимский моторостроительный завод, и «Сатурн» рыбинский, и «Пермские моторы». Собственно, о чем вы сказали вместе с разработчиками авиадвигателей. Все инженеры, специалисты этих заводов, кто сегодня задействован либо в обратном реинжиниринге, либо в разработке новых двигателей, все вместе с питерским «Политехом», вместе с ВИАМ и другими нашими научно-техническими организациями не только разрабатывают порошки. Причем сегодняшние принтеры российской разработки обладают возможностями использования нескольких порошков одновременно.

Я всегда думал, что все-таки пока 3D-печать использует пластик.

Денис Мантуров: Нет.

Металл-то она лить не может, а все-таки двигатель должен быть вроде бы из металла, поэтому мне совершенно физически непонятно, как это может быть.

Денис Мантуров: Это разные сплавы, это разные порошки разных металлов и это действительно очень такое прорывное направление, которое дает возможность произвести, например, лопатку, и это невозможно обработать на станке. Станок, он так устроен, что он снимает лишнее, да. То есть что такое станок любой обрабатывающий? У него физическое свойство — это снять лишнее, а аддитивный принтер — это, наоборот, нарастить, то есть наращивание либо спекание порошковых материалов. И если мы берем за базу, с чего, собственно начинались представления о 3D-принтинге, то это элементарные сувениры китайского производства, которые, с одной стороны, сложные, но они очень дешевые.

Кстати, и принтеры в основном они делают.

Денис Мантуров: Да, вы правы, но у нас настольных 3D-принтеров именно под полимеры более 2500 произведено было в России в прошлом году. Мало кто об этом знает, но это факт. Это не самое сложное. Это уже отработанная технология. И мы здесь движемся, скажем так, в ногу с другими странами-производителями. Что касается, например, строительного принтера, то впервые, например, в прошлом году в Ярославле произведен был хоть и небольшой дом (по-моему, порядка 300 квадратных метров), но полностью на 3D-принтере. Это сложная конструкция.

На импортном или на российском?

Денис Мантуров: Российский. Единственный в мире строительный 3D-принтер.

Кто у нас производит эти принтеры? Все, что я сейчас слышу, для меня абсолютно ново.

Денис Мантуров: Значит, это как раз ярославская компания, которая и сделала первый дом у себя в регионе, и она единственная, так сказать, у нас сегодня в стране, кто разрабатывает и производит.

И для авиадвигателей, и для их ну, наверное, неполного производства, а там определенные части, их тоже вот эта ярославская компания, да?

Денис Мантуров: Нет, это не ярославская.

Нет? Это ВИАМ?

Денис Мантуров: Это как раз ВИАМ с «Политехом» и ОДК. Это совместный продукт, они штучные. И они разрабатывались и производились именно для пилотной такой отработки технологии, но которая уже позволяет сегодня серийно производить ряд элементов именно двигателя ПД-14.

Это российский патент?

Денис Мантуров: Это российский патент. Это российский продукт, российский порошок.

Он уже существует, да?

Денис Мантуров: Причем мы пошли немножко даже дальше. Что касается порошков, то мы их разработали заранее, раньше, чем стали появляться принтеры, поэтому у нас гамма порошков. Мы в состоянии поставлять и на экспорт на сегодняшний день, поэтому это направление будем развивать и дальше.

В заключение совсем коротко об общих цифрах по промышленности. Ну как бы известный факт, что последний квартал прошлого года показал в промышленности спад. Практически все экспертное сообщество согласилось с тем, что эти цифры — результат сокращения оплаты гособоронзаказа в первую очередь. Министр финансов нам вчера даже про это рассказывал.

Денис Мантуров: Я бы не ставил только снижение гособоронзаказа. На самом деле, это не является ключевым. У нас просто в статистике есть агрегаторы цифр, которые смешаны. Например, в металлургии стоит ядерное топливо, но вот какое отношение ядерное топливо имеет к металлургии?

Надеюсь, что не имеет.

Денис Мантуров: Нет. Вообще никакого отношения не имеет, но так вот международные агрегаторы формируют, так сказать, цифры статистики, поэтому металлургия просела. Хотя большинство предприятий, наоборот, находятся, так сказать, в восстановительном тренде. И я рассчитываю, что у нас это положительная тенденция сохранится до конца года. Я исхожу из того, что в этом году и вот такой достаточно оптимистический результат работы января месяца по обработке.

Санкционный фактор оказал какое-то влияние? Начиная там с конца осени ряд наших оборонных предприятий в первую очередь попали в санкционные списки. Я знаю, что они же не только оборонную продукцию там выпускают, но и гражданскую тоже. С ними стали разрывать контракты. Сейчас «Силовые машины» оказались в санкционном списке.

Денис Мантуров: Никто на внутреннем рынке, естественно, ни с кем ничего не разрывает. Наоборот, те предприятия, которые оказались в санкционном списке, они получают еще и дополнительную поддержку: и административную, и финансовую. Поэтому они точно в беде не останутся. Но и надо сказать, что порядочные и корректные наши зарубежные партнеры, они не отказывались от закупки нашей продукции. Эти контракты сохраняются, поэтому здесь больше, скажем так, разговоров, чем результатов.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Химпром. СМИ, ИТ > minpromtorg.gov.ru, 16 февраля 2018 > № 2511343 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 17 января 2018 > № 2468012 Денис Мантуров

Денис Мантуров: санкции дали нашей промышленности только плюс.

Итоги 2017 года дают повод для оптимизма. О них министр промышленности и торговли России Денис Мантуров рассказал главному редактору «АиФ» Игорю Черняку.

Локомотивы и не только

Игорь Черняк, «АиФ»: Денис Валентинович, в течение 2017 года промышленность у нас устойчиво росла, но в конце года был зафиксирован спад по сравнению с 2016 годом. Что случилось?

Денис Мантуров: Небольшое снижение вызвано факторами, которые не влияют напрямую на общую положительную динамику. К примеру, если мы говорим о производстве вообще, то этот показатель учитывает в том числе производство тепла и электричества. А они производились в меньших объёмах, потому что погода в ноябре 2017 года была существенно теплее, чем в ноябре 2016.

Второй важный фактор — это соглашение стран ОПЕК о снижении добычи нефти. Оно уменьшило показатели нефтянки, плюс по мере снижения добычи нефти снижается и потребность в закупках продукции предприятий машиностроения, ориентированной на отрасль. Всё это также сказывается на общих показателях по промышленности.

Что касается обрабатывающих отраслей, то у нас сохраняется рост и по итогам 2017 года мы рассчитываем увидеть превышение показателей предыдущего года.

Мы считаем большим достижением уверенный рост станкостроения второй год подряд. Уже сейчас 30% потребности предприятий обрабатывающих отраслей промышленности покрывается за счёт российского оборудования.

Денис Мантуров

— Какие отрасли сегодня выполняют роль локомотивов экономики?

— Основные драйверы — химическая промышленность, фармацевтика, транспортное машиностроение, производство колёсных транспортных средств, автомобилестроение. Это те отрасли, которые существенно влияют на показатели в экономике.

Не менее важные процессы происходят и в других сферах, где увеличение, может быть, не столь велико, но тем не менее показательно. Вот, к примеру, станкостроение. Мы считаем большим достижением его уверенный рост второй год подряд. Уже сейчас 30% потребности предприятий обрабатывающих отраслей промышленности покрывается за счёт российского оборудования.

Вообще, за последние десятилетия мировое и, соответственно, российское станкостроение серьёзно изменили свой облик. На многих предприятиях, в том числе атомной промышленности, ракетно-космической отрасли, оборонно-промышленного комплекса, а также других стратегических отраслей промышленности, вместо отдельных фрезерных, токарных и шлифовальных станков используются многокоординатные обрабатывающие центры. Они позволяют делать комплексную механическую обработку 3-мерных заготовок, используя различные инструменты. Конечно, повышается скорость изготовления детали сложной формы, улучшается качество её обработки, снижаются трудозатраты и влияние человеческого фактора. Именно такое высокотехнологичное оборудование сейчас разрабатывают и запускают в производство ведущие российские станкостроители.

Другой пример — предприятия народных художественных промыслов. Тут вообще объёмы исчисляются несколькими миллиардами рублей на всю страну. Но промыслы — наша культура, традиции, а потому для нас это значимая отрасль, и я горжусь тем, что такие производства у нас сохранились. Министерство сейчас старается мотивировать предприятия, чтобы они диверсифицировали производство: помимо высокохудожественных, выпускали и утилитарные изделия, а в дополнение к ручному производству внедряли машинное. На продукции можно помечать, ручная это работа или механическая. Соответственно, и стоимость её будет разная.

Это даст возможность больше зарабатывать — тогда и субсидий потребуется меньше, и сами производители будут заинтересованы в том, чтобы сохранить ручную составляющую, ведь она формирует имидж и поддерживает бренд.

Безусловным чемпионом стал автопром — по итогам 11 месяцев рынок вырос на 12%, а производство — на 21%.

Денис Мантуров

С чемпионами без аутсайдеров

— Какие отрасли можно считать чемпионами?

— Те, где рост от 7 до 15%. Химическая промышленность, конечно. Транспортное машиностроение тоже сработало неплохо — если берём, например, производство грузовых вагонов, то мы уже вышли на объёмы более 50 тыс. за год. А в прошлом году было 37 тыс.

Но безусловным чемпионом стал автопром — по итогам 11 месяцев рынок вырос на 12%, а производство — на 21%. Конечно, по декабрю будет коррекция в виду того, что основные объёмы поставок произошли в октябре-ноябре. Однако всё равно показатели высокие.

— Кстати, в 2017 году много отечественных машин поставили на экспорт, в том числе на Кубу...

— Да, на Кубе они начали работать как такси. Но рост в автопроме касается не только поставок готовых автомобилей, но и компонентов, включая кузова, которые сейчас отправляем на новый для нас рынок — в Алжир. Мы поддерживаем экспортноориентированные продукты. К примеру, в Стратегии развития автопрома один из важнейших показателей — это доля экспортных поставок в общем объёме продаж — она у каждого автопроизводителя должна составлять не менее 20%.

Мы стремимся выйти на рынки Азии, Ближнего Востока, Северной Африки. В Египте рассчитываем иметь свой хаб и сейчас рассматриваем, какой сегмент там интересен — скорее всего, это будут лёгкие грузовые автомобили для коммерческих целей.

— Мы увлеклись чемпионами. Но кто по итогам года стал аутсайдером?

— Вы знаете, аутсайдеров практически нет. Некоторое снижение наблюдалось в металлургии, но и она сейчас находится в фазе восстановления за счёт роста спроса в строительном и транспортном секторах экономики, что увеличивает металлопотребление на внешнем и внутреннем рынках. Кроме того, позиции российских металлургов усилились после того, как в Китае начала действовать госпрограмма по сокращению избыточных мощностей в металлургии и ужесточению экологических норм — там закрылись производства общей мощностью в 120 млн тонн, что снизило мировое предложение стали.

Помимо этого, выросло потребление стали в отечественном машиностроении — благодаря снижению объёмов импорта оборудования и в результате государственной поддержки отрасли.

Российская продукция должна стать узнаваемой за рубежом как образец высокого качества. И мы уделяем значительное внимание этому вопросу, стимулируем участие наших предприятий в крупных международных выставках.

Денис Мантуров

Какими предприятиями прирастаем?

— Денис Валентинович, санкции мешают нашей промышленности развиваться или, наоборот, помогают?

— Та порция санкций, которую мы имели на протяжении последних 3 лет, дала только плюс — как с точки зрения программы импортозамещения, так и востребованности российской продукции на мировом рынке.

К предприятиям машиностроения повернулись лицом крупные игроки в нефтегазовой промышленности, и теперь активно развивается производство российского оборудования для разведки и добычи, в том числе на шельфовых месторождениях. Только в рамках госпрограммы «Развитие судостроения и техники для освоения шельфовых месторождений на 2015-2030 годы» на эти цели в 2016-2019 годах выделено 7 млрд руб. Аналогичный подход мы планируем применить в создании отечественных технологий, оборудования и конструкционных материалов для строительства заводов сжижения природного газа.

Мы увеличили и объёмы поставок на экспорт — этому способствовала девальвация рубля, а также меры государственной поддержки в виде компенсации затрат на логистику, проценты по кредитам, страховки импорт-контрактов и т. д.

Российская продукция должна стать узнаваемой за рубежом как образец высокого качества. И мы уделяем значительное внимание этому вопросу, стимулируем участие наших предприятий в крупных международных выставках. В октябре 2017 года создано Национальное конгресс-бюро — оно объединит ключевые российские компании и регионы в сфере индустрии встреч, которые раньше работали разобщённо и разрозненно. Предприятия смогут наиболее эффективно представлять и продвигать Россию на международных рынках, а значимые международные мероприятия будут проводиться на площадках нашей страны.

— Открываются ли у нас новые предприятия?

— Тенденция по открытию новых предприятий либо модернизации старых продолжается в последние 10 лет. Особенно заметна она в чёрной металлургии: 90% мощностей, заложенных здесь ещё в советское время, были модернизированы. Эта отрасль каждый год выдавала на-гора либо открытие нового цеха, либо запуск нового стана, либо вообще новое производство, причём уже следующего передела.

Кстати, сегодня российский автопром практически на 100% работает на российском листовом прокате, и даже иностранные бренды приобретают его у «Северстали», «Магнитки», других производителей. Это большое достижение, потому как очень непросто шла работа по его сертификации для автопрома — существенно отличались требования иностранных брендов от тех, что были заложены у нас ещё в советское время.

На 1 декабря 2017 года уже 84% из списка жизненно важных лекарств производились в России. В 2018 году мы должны выйти на 90%.

Денис Мантуров

В химпроме за последние годы открылось порядка 40 новых предприятий — это производства минеральных удобрений в Новгородской области и Татарстане, автомобильных шин — в Ульяновске, полимерных изделий — в Ленинградской и Ростовской областях, химических волокон — в Волгоградской области и других регионах.

В фармацевтике также появляются и новые предприятия, и новые цеха, которые выпускают инновационные лекарства. На 1 декабря 2017 года уже 84% из списка жизненно важных лекарств производились в России. В 2018 году мы должны выйти на 90%, и у меня нет никаких сомнений, что этот показатель будет достигнут.

Новые предприятия заработали в медицинской промышленности, активно развиваются производства в области биотехнологий. Выпускаются и лигнин, и аминокислоты, и белки, без чего невозможно развитие ни животноводства, ни пищевой, ни фармпромышленности.

Ещё одно важное событие — в декабре прошлого года запущена линия по выпуску отечественных процессоров для систем кохлеарной имплантации. Этот проект, как мы надеемся, позволит создать центр инновационных разработок, предназначенных для людей с нарушениями слуха.

Современные модернизированные предприятия запущены и в лесопереработке. Здесь с 2008 года реализуются приоритетные инвестпроекты, которым предоставляется льгота 50% от арендной платы за лес. Сейчас таких проектов 140. Благодаря этому снижаются объёмы поставок на экспорт круглого леса и теперь он перерабатывается внутри страны. А на Дальнем Востоке лесные предприятия в последние 3 года получают субсидию, ориентированную на создание производств глубокой переработки.

— Чтобы в Китай отправлять не сырьё, а готовую продукцию?

— Абсолютно верно. Это касается и производства пеллетов, которые на 90% экспортируются за рубеж, и новых видов продукции — например, картонажа или клееного бруса. Мы поддерживаем отрасль, развивая в стране производство мебели и деревянное домостроение: отрабатываем стандарты с Минстроем, отдельно ввели категорию деревянных домов по льготной ипотеке.

За последние 3 года у нас открылись предприятия по производству синтетических тканей, мы стали шить спортивную одежду, в том числе для активного туризма. А производство спецодежды сегодня на 98% отечественное!

Денис Мантуров

Легпром — не только рукавицы

— Как вы это всё в голове удерживаете? Раньше практически на каждую отрасль был свой министр. А теперь у вас одного сколько отраслей?

— 28 отраслей, — с улыбкой отвечает министр. — А лёгкая промышленность?! Мне все говорили: «Занимайся серьёзными отраслями. Зачем тебе легпром?» Но легпром сегодня, если оценивать рынок, — это 2,5 трлн рублей. Неужели мы сами не в состоянии создать производства, которые хотя бы половину этого рынка обеспечат продукцией?

За последние 3 года у нас открылись предприятия по производству синтетических тканей, мы стали шить спортивную одежду, в том числе для активного туризма. А производство спецодежды сегодня на 98% отечественное! Представляете, раньше рукавицы для сталеваров и электриков закупали за рубежом — это же бред! А теперь шьём не только простую спецодежду и спецобувь, но и для работы в условиях Арктики.

Так что легпром даёт уверенный рост. И оказалось, что нужно-то немного: в 2017 году поддержка государства, оказанная отрасли с учётом льготных займов от ФРП, компенсации процентов по кредитам и лизингу, оценивается в 3 млрд руб. А рост — 7%.

Причём, лёгкая промышленность — это не только одежда и обувь. К примеру, утеплитель, который используется для курток, применяется и в строительной индустрии — при изготовлении изоляционных материалов. Это многопрофильная отрасль, которая имеет колоссальный потенциал для дальнейшего роста и импортозамещения.

Остаёмся авиадержавой

— Давайте подробнее поговорим ещё о двух отраслях, которые и для экономики имеют важное значение, и для статуса страны. Начнём с авиастроения. Что делается, чтобы Россия оставалась авиационной державой?

— В 2017 году мы произвели 146 самолётов и 219 вертолётов. Что касается самолётов — это примерно столько же, сколько и в прошлом году, — как гражданских, так и военных. С учётом того, что пик по госпрограмме «Вооружение» уже пройден, мы будем постепенно замещать военную продукцию гражданской. А по вертолётам у нас еть рост по сравнению с 2016 годом — порядка 15%.

Минпромторг участвует в программе развития санитарной авиации. Регионы России получают современные оснащённые специальным оборудованием вертолёты МИ-8 и «Ансаты». В 2018 году в рамках этой программы планируется поставить авиаперевозчикам 31 вертолёт (12 «Ансатов» и 19 — Ми-8). Все они ещё в августе прошлого года запущены в производство и будут оснащены медицинскими модулями.

Вообще, семейство МИ-8 остаётся основной рабочей лошадкой, которая востребована и на российском, и на мировом рынках. Этот вертолёт до сих пор не исчерпал свой потенциал модернизации. Новые рынки находит «Ансат», что позволяет увеличивать объёмы его поставок. Он более компактный, взлётный вес — 3,6 тонны. Очень, кстати, комфортная машина. Я сам на ней периодически летаю.

Кроме того, с регионами прорабатывается вопрос о включении в программу санавиации и самолёта Л-410, производство которого локализовано в Екатеринбурге на Уральском заводе гражданской авиации.

— Такая программа у нас, по-моему, принята впервые...

— Да, впервые, даже в Советском Союзе такого не было. И если посмотреть сводки, например, в Волгоградской области полученные по этой программе 2 вертолёта спасли жизни 200 человек. По итогам 2017 года в целом по стране, думаю, будет не менее 8 тыс. жизней за счёт «золотого часа», как говорят медики, то есть за счёт быстрой доставки пациента в то медучреждение, где ему могут оказать нужную помощь.

Идёт работа над новым самолётом МС-21-300. Пока в нём установлен двигатель PW-1400G (США), но в дальнейшем этот самолёт будет оснащаться отечественным двигателем ПД-14.

Денис Мантуров

— Денис Валентинович, в целом о гражданской авиации расскажите, пожалуйста.

— В гражданской авиации основной самолёт, который поставляется и на российский, и зарубежные рынки, — это «Сухой Суперджет-100». Мы рассчитываем в следующем году сохранить объём выпуска на уровне 30 самолётов. Завершается создание его усовершенствованного варианта, который будет достойным конкурентом самолётам этого класса зарубежных производителей — «Эмбраер» и «Бомбардье».

Идёт работа над новым магистральным самолётом МС-21-300. 28 мая прошлого года он совершил первый полёт. Сейчас проходят лётные сертификационные испытания. Пока в нём установлен двигатель PW-1400G (США), но в дальнейшем этот самолёт будет оснащаться отечественным двигателем ПД-14, который уже прошёл заводские испытания. Вскоре на его базе должно появиться целое семейство авиационных двигателей как для самолётов, так и для тяжёлых вертолётов.

В конструкции МС-21 использованы не имеющие аналогов в мире технологические новинки — например, композитное крыло большого удлинения, выполненное по технологии вакуумной инфузии. Мы рассчитываем, что этот самолёт будет иметь успех — во всяком случае, уже сейчас есть 175 заказов на него. Что немаловажно — для него разработано отечественное бортовое оборудование на основе технологии интегрированной модульной авионики.

Продолжаются работы по созданию регионального самолёта Ил-114-300 дальнемагистрального широкофюзеляжного самолёта Ил-96-400М и подготовке их серийного производства. По поводу первого могу сказать, что авиакомпании, работающие в Пермском, Приморском краях, Архангельской области уже выразили свою заинтересованность в этих самолётах. Ну, а Ил-96-400М создаётся как модификация серийного пассажирского самолёта Ил-96-300 с получением дополнения к сертификату типа. Его цена в серии будет на 14-17% ниже, чем у зарубежных аналогов.

— А что с российско-китайским проектом?

— Это широкофюзеляжный дальнемагистральный самолёт. Уже определено его название: CR929, где «С» и «R» означают «China-Russia». Мы рассчитываем в 1-м полугодии 2018 года определить перечень поставщиков оборудования и комплектующих изделий, а также сформировать окончательный облик этого самолёта. Это необходимо для того, чтобы от аванпроекта перейти уже к следующему этапу опытно-конструкторской работы — утверждению техзадания и эскизному проектированию.

Какие суда бороздят моря и реки?

— На что способно сегодня российское судостроение?

— В судостроении произошёл перелом в сторону развития гражданского сектора — в первую очередь благодаря тому, что была запущена программа, которую кратко называют «квоты под киль». Получая права на вылов биоресурсов, ты должен построить в России и в дальнейшем использовать для этого современное рыболовецкое судно.

И впервые за много лет на судостроительные предприятия пошли рыбопромысловики. Сейчас заказано уже 50 судов, причём это не баркасы, а полноценные средне- и крупнотоннажные суда, среди которых не только траулеры, но и ярусоловы, другие современные типы рыбопромысловых судов. Общий заказ оценивается в сумму 120 млрд руб.

Речное судостроение потихонечку оживает. Онежский судостроительный завод сейчас загружен заказами, а ещё недавно он был в банкротстве. Будем восстанавливать предприятия в Якутии, Ямало-Ненецком округе, Тюмени.

Денис Мантуров

— Где мы их будем строить — на Дальнем Востоке?

— Не только. На Дальнем Востоке много верфей, которые в состоянии производить современные суда. Но у нас работают судостроительные предприятия и в Калининграде, Санкт-Петербурге, Рыбинске, Ярославле. Все они участвуют в этой программе и благодаря ей поднимаются.

Кстати, речное судостроение тоже потихонечку оживает. Онежский судостроительный завод сейчас загружен заказами, а ещё недавно он был в банкротстве. Будем восстанавливать предприятия в Якутии, Ямало-Ненецком округе, Тюмени.

Раньше крупные пассажирские речные суда в нашей стране не строились, потому что по социалистическому разделению труда эта прерогатива была отдана ГДР и Польше, и их круизные корабли по сей день ходят по нашим рекам. Но мы запустили проект PV-300 — новое судно строится в кооперации верфей «Красное Сормово» и «Лотос».

Рассчитываем, что, создав конкурентные условия судовладельцам (ведь навигация длится всего полгода, а нужно окупить затраты и что-то заработать) в виде льготного лизинга, компенсации процентов по кредитам, мы стимулируем их размещать заказы на территории России. Кроме того, в прошлом году ввели «утилизационный грант»: сдаёшь старое судно на металлолом и заказываешь новое — получаешь грант.

В «цифру» — это куда?

— Без аддитивных технологий производство по многим направлениям, очевидно, развиваться не сможет. Как обстоят дела с ними?

— На сегодняшний день в сфере аддитивных технологий высокую динамику показывает сектор строительных принтеров, в котором российский бизнес опережает Европу. В Ярославле недавно представили дом площадью 300 кв. метров, «напечатанный» на 3D-принтере, — первое в Европе жилое строение, изготовленное с помощью аддитивной технологии. За этот год было произведено и поставлено 24 российских строительных 3D-принтера для печати цементом домов и сооружений — как российским заказчикам, так и предприятиям из Казахстана, Молдовы, Дании.

Что касается других видов 3D принтеров, то их за 2017 год российскими компаниями собрано и продано 2 600. Работают они в основном на полимерных материалах. Для ускорения внедрения аддитивных технологий сейчас открываются центры компетенций и прототипирования, которые предоставляют предприятиям 3D оборудование. В прошлом году начали работу 2 таких центра: Инжиниринговый центр прототипирования высокой сложности НИТУ «МИСиС» «КИНЕТИКА» и «Лаборатория аддитивного производства» на базе Сколковского института.

Мы, в отличие от зарубежных коллег, не забыли о кибербезопасности. Привлекаем к этой работе компанию Касперского и других отечественных игроков. Ведь самое страшное — даже не то, что станок извне можно отключить, а то, что можно задать другие, по сравнению, с изначальной программой, параметры.

Денис Мантуров

— Движение к цифровой экономике имеет ли у нас какое-то осознанное направление? Наш выбор — это американский «Интернет вещей», европейская «Индустрия 4.0» или какой-то собственный вариант?

— Вы знаете, мы всегда выбираем свой путь. Конечно же, используем международный опыт. Наверное, ближе мы всё же к немцам — к их «4.0». Наше министерство при реализации глобальной программы цифровой экономики, которая принята правительством России в 2017 году, отвечает за создание цифровых производств, «умных» фабрик, развитие интернет-торговли. В министерстве создан департамент цифровой промышленности.

Но мы, в отличие от наших зарубежных коллег, которые, как в омут с головой, нырнули в цифровую экономику, не забыли о кибербезопасности. Привлекаем к этой работе компанию Касперского и других отечественных игроков, кто движется в этом направлении. Ведь самое страшное — даже не то, что станок извне можно отключить, а то, что можно задать другие, по сравнению, с изначальной программой, параметры. Чуть-чуть поменяли — и получили иные образцы продукции, которые могут быть как просто никчёмными, так и опасными.

— Денис Валентинович, вы не раз упоминали о господдержке производителей — льготном лизинге, компенсации процентов по кредитам, грантам и т. д. Можете ли сказать, что какие-то меры особенно эффективны?

— Думаю, важен сам факт участия государства. Ведь господдержка — это не только деньги. Мы иногда сажаем друг напротив друга потребителей и производителей — и это уже поддержка. Предприятиям часто не деньги нужны, а стабильный заказ. И вот они посидели, пообщались и договорились о заказе на долгосрочной основе.

Так мы, к примеру, сращивали российские предприятия по производству кожи с автопромом. Сегодня «Фольксвагену», «Рено», «Мазда Соллерс», «АвтоВАЗу» поставляется наша кожа — сертифицированная автомобильная. И самолётную кожу начали производить. В советское время у нас её никогда не выпускали. А сегодня S7 уже заказывает для отделки салонов продукцию рязанского кожевенного завода.

То же самое — в нефтегазмаше, где министерство выполняет исключительно координационную роль. Мы должны наладить межотраслевую и межрегиональную координацию. Сейчас внедряем государственную информационную систему «Промышленность» в рамках реализации одного из направлений закона о «Промышленной политике» от 2014 года. Она должна выполнять те полезные функции, которые когда-то обеспечивал Госплан, и думаю, что всем участникам производственных цепочек станет легче.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 17 января 2018 > № 2468012 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > minpromtorg.gov.ru, 18 октября 2017 > № 2368750 Денис Мантуров

Минпромторг опубликовал проект стратегии развития интернет-торговли до 2025 года для обсуждения - интервью Министра Дениса Мантурова.

Порог беспошлинных покупок в иностранных интернет-магазинах будет поэтапно снижен до 200 евро, сообщил в интервью "Российской газете" министр промышленности и торговли Денис Мантуров.

Это одно из предложений Стратегии развития электронной торговли до 2025 года, проект которой Минпромторг опубликовал в среду. Документ также предполагает снятие ограничений на продажу алкоголя и пищевых продуктов через Интернет, введение "цифровой репутации" продавца и покупателя, упрощение сделок в электронном виде, сертификацию электронных торговых площадок (маркетплейсов) и их интеграцию с системами ФТС, ФНС и Российского экспортного центра, выстраивание логистики, которая позволит любому магазину за разумные деньги доставить товар в течение трех суток 90 процентам потребителей в России.

Денис Валентинович, какого объема к 2025 году должна достичь интернет-торговля?

Денис Мантуров: Сейчас этот сегмент, по экспертным оценкам, занимает лишь 3-4 процента от всего объема розничного товарооборота. В западных странах эта доля на порядок выше - 10-20 процентов - это данные по Великобритании, Германии, Китаю, Финляндии, США. Российскому рынку есть куда расти и количественно, и качественно. Учитывая, что это только этап становления, мы планируем достигнуть мировых стандартов к 2025 году.

При этом мы предлагаем и иные критерии оценки достижения заявленных в Стратегии задач. Например, долю розничных магазинов, использующих в продажах интернет-канал, количество продавцов, занятых в сфере электронной торговли, в том числе из малого и среднего бизнеса, и другие.

Догонять другие страны по размерам пошлин на интернет-посылки будем?

Денис Мантуров: В интересах российских участников рынка порог беспошлинного ввоза будет поэтапно снижаться. Так, сейчас в проекте решения Евразийского межправительственного совета зафиксирована норма о снижении порога вдвое с 1 января 2019 года: без уплаты 30 процентов таможенной пошлины можно будет заказать в зарубежных интернет-магазинах товары, стоимость которых в сумме за месяц не превышает 500 евро. Еще через год, с 2020 года, порог беспошлинного ввоза будет снижен до 200 евро. Пока что в России он один из самых высоких в мире - 1000 евро.

При этом необходим поиск разумного взаимовыгодного баланса, который будет учитывать как интересы национальных производителей, так и внешнеторговый рынок. Сейчас электронная торговля становится одним из главных двигателей глобализации мировой экономики. По прогнозам экспертов, платформы электронной коммерции в будущем станут соединять цепочки поставок и потребления вне зависимости от географической привязки, и такая схема станет основным способом ведения международной торговли.

E-commerce угрожает существованию офлайн-игроков?

Денис Мантуров: В условиях цифровизации многие индустрии претерпевают изменения, иначе они попросту потеряют свою конкурентоспособность. Это касается и сферы торговли и услуг. Сейчас наблюдаем позитивную тенденцию: инвесторы вкладывают значительные средства в инновационные стартапы. Пример - робот, с помощью которого можно будет заказывать блюда дистанционно посредством смартфона.

Но это определенно не означает, что наши граждане променяют кафе и рестораны на роботизированную кухню. Разные форматы торговли играют в нашей жизни различные роли. А зачастую и дополняют друг друга, создавая единый и крайне интересный ландшафт. Чем большее количество форматов представлено, тем выше уровень жизни и комфортнее среда.

Что нужно изменить в системе защиты прав клиентов интернет-магазинов?

Денис Мантуров: Нужно отталкиваться от необходимости установления равных требований для торговли офлайн и онлайн. Это относится и к вопросу возврата товаров вне зависимости от способа приобретения: непосредственно от продавца или через Интернет.

Мы готовы поддержать идею бизнес-сообщества о создании на базе Роспотребнадзора "единого окна", куда можно обращаться при возникновении проблем с приобретением в магазине поддельного товара. Это позволит более оперативно обрабатывать жалобы потребителей. В рамках досудебного урегулирования споров сократятся материальные и временные затраты на их разрешение.

Условия возврата товара в интернет-магазин станут такими же, как и при покупках офлайн

Особое внимание при этом необходимо уделить вопросам обеспечения защиты прав российских потребителей иностранных интернет-магазинов. В Стратегии это направление определено как одно из приоритетных.

С кем согласован проект?

Денис Мантуров: Опубликованный проект уже представляет из себя результат совместной работы с Российской ассоциацией электронных коммуникаций, Ассоциацией компаний интернет-торговли, Национальной ассоциацией дистанционной торговли, Ассоциацией электронных торговых площадок. Их представители участвовали в выработке концептуальных векторов развития рынка российского e-commerce в перспективе ближайшего десятилетия, так что документ создан с учетом всех реалий рынка. Впоследствии мы предполагаем сделать его отдельным разделом Стратегии развития торговли в России до 2025 года. Это абсолютно логично, поскольку онлайн-формат - часть общей системы торговых взаимоотношений, и задачи его развития должны решаться системно, вне отрыва от отрасли.

Сейчас проект размещен для широкого общественного обсуждения в Интернете, и мы рассчитываем на оперативную обратную связь как от игроков рынка, так и от граждан.

Какие задачи ставились при разработке стратегии?

Денис Мантуров: Прежде всего мы учитывали специфику формата, которая предусматривает широкое использование цифровых технологий, отсутствие непосредственно контакта между продавцом и покупателем и другие факторы. В этой сфере необходимо создать особые условия для развития, не поместив при этом интернет-торговлю в "тиски" многочисленных норм и запретов. Это важно, поскольку одной из главных причин роста онлайн-продаж стало именно отсутствие чрезмерного регулирования.

Это требует уточнения существующих правовых норм, совершенствования института защиты прав потребителей. Однако никаких новых законов, которые поставили бы онлайн-рынок в тяжелые условия, допустить нельзя. Наиболее верный путь - внесение изменений в законодательство там, где это действительно необходимо, а в отдельных случаях - снятие существующих ограничений. Речь идет в том числе о запретах онлайн-реализации ювелирных изделий, медикаментов, алкоголя.

Минпромторг предлагает рассмотреть зарубежный опыт прямых электронных расчетов между юрлицами без обращения к банковскому счету. Компании смогут рассчитываться платежными картами с применением льготных комиссионных сборов и возможностью выбора валюты расчетов, позволяющей исключить "двойную конвертацию" валют. В мире также получили распространение системы небанковских счетов, которые позволяют снизить затраты на обслуживание платежных операций и гарантируют платежеспособность заказчика.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > minpromtorg.gov.ru, 18 октября 2017 > № 2368750 Денис Мантуров


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 30 августа 2017 > № 2290913 Денис Мантуров

Брифинг Дениса Мантурова по завершении заседания.

Из стенограммы:

Вопрос: Денис Валентинович, сегодня рассматривались, в частности, конкретные меры, как сказал Дмитрий Анатольевич, в рамках проекта по международной кооперации и экспорту по автопрому, авиастроению, сельхозмашиностроению. Утверждены ли эти меры и какие суммы будут направлены на эти отрасли?

Д.Мантуров: Да. Дмитрий Анатольевич поддержал наши инициативы в части разработанных стратегий по поддержке экспорта и международной кооперации по четырём приоритетным направлениям. Естественно, это касается и других отраслей промышленности несырьевого сектора. Мы исходим из того, что тот дефицит, который был при формировании лимита бюджета на следующий год образован, будет компенсирован за счёт внесения в этом году части высвобождаемых средств из проекта «Международная кооперация». Поэтому мы выходим бездефицитно в 2018 году. В общей сложности это направление получает поддержку из бюджета более 30 млрд рублей. Уже расчётным путём подтверждается, что индикаторы, которые были заложены в текущем году, мы перевыполняем. Прогнозы по следующему году также позитивны. Мы видим хорошую динамику по автомобильной промышленности, у нас увеличивается экспорт не только готовых автомобилей, но и автокомпонентов. Мы будем ставить на этом акцент. И это отражено, в частности, в стратегии по поддержке автопрома по экспорту.

Одно из новых направлений – это льготное кредитование физических лиц за рубежом, поскольку есть разница процентных ставок у зарубежных банков. Если взять, например, Lada Vesta, физические лица за рубежом могут получить кредит под 4–5% годовых в валюте. При этом по другим зарубежным маркам кредиты предоставляются под 0,2–0,5%, не более 1%. Поэтому мы будем субсидировать так же, как это происходит у нас в стране. Эта мера по льготному кредитованию хорошо себя зарекомендовала, хотим этим воспользоваться на международных рынках.

И при заключении специальных инвестиционных контрактов с автопроизводителями (в первую очередь это касается международных брендов, автоконцернов) мы будем начислять баллы при увеличении объёмов поставки произведённой в России автомобильной продукции – и готовых автомобилей, и автокомпонентов – для последующего оказания мер государственной поддержки для автоконцернов.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 30 августа 2017 > № 2290913 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 14 августа 2017 > № 2281438 Денис Мантуров

Денис Мантуров: пока работаем не благодаря, а вопреки санкциям, курсу рубля.

Санкции и курс на импортозамещение помогли многим секторам российской экономики, однако против промышленности играет волатильность курса рубля. Хотя государство и оказывает точечную поддержку отраслям, еще многое предстоит сделать, чтобы вывести индустрию на стабильный рост. Какие сферы могут рассчитывать на дополнительные средства из бюджета, о будущем сотрудников "АвтоВАЗа", о проекте "Кортеж" и заказах судоверфи "Звезда" рассказал в интервью РИА Новости министр промышленности и торговли России Денис Мантуров.

- По итогам первого полугодия рост промышленного производства составил 2%, однако рост неоднородный от месяца к месяцу — то ускоряется, то замедляется. Официальный прогноз правительства по промышленности на 2017 год — 2%, выполним ли он? Или, наоборот, излишне консервативен?

— Не вижу смысла пересматривать прогноз. Мы ожидаем восстановления инвестиционного и потребительского спроса, а также расширения несырьевого экспорта. Объективных предпосылок к тому, что они пойдут на убыль, нет. По итогам первого полугодия 2017 года мы уже имеем рост 2%, в обрабатывающих производствах — 1,2%. Лучше всего динамика сейчас в фармпроме, химпроме, автопроме, производстве электрооборудования и легпроме. И у нас есть все основания предполагать, что во втором полугодии эти позитивные тенденции сохранятся. Спрос подтолкнет к росту производство транспортных средств, стройматериалов, товаров длительного пользования.

По прогнозу, благодаря программам импортозамещения и росту инвестиций, обороты в химической и текстильной промышленности вырастут на 4%. Добыча полезных ископаемых отстает — роста ждем менее 2% за год. Но этому есть простое объяснение — спрос в этом секторе на внутреннем и внешнем рынках растет очень медленно. То же самое в лесопромышленном комплексе — здесь высокая конкуренция с изделиями из других материалов, например, из пластика. Кроме того, тенденция перехода на электронные носители информации снижает спрос на бумажную продукцию.

- В конце июня ЕС продлил еще на полгода санкции в отношении России, США ввели новые ограничения. Насколько, по вашему мнению, отечественная промышленность адаптировалась к таким шокам? Есть ли риски и негативные последствия для каких-либо отраслей? В чем они выражаются?

— Я бы сказал, адаптировалась практически полностью. Если оглянуться назад, видно, что санкции особо негативного влияния на промышленность не оказали. Проблемы у нас уже были, просто санкции заставили взглянуть на многие провисающие направления по-новому.

Если раньше что-то можно было откладывать на потом — локализацию, трансфер технологий, поиск финансирования, то в один момент это стало невозможно. Решать проблемы пришлось здесь и сейчас. И нельзя было сказать: давайте сегодня поищем длинные и дешевые деньги, а насчет модернизации производств вы завтра приходите. Пришлось искать новые механизмы финансирования, инструменты поддержки технологического развития. Мне кажется, у нас это получилось. Многие механизмы стимулирования уже сложились и доказали свою эффективность. Не хочу быть голословным, лучше всего это показывают цифры. Так, доля российской сельхозтехники на рынке впервые за 20 лет превысила 50%, а объем производства лекарств с 2009 года увеличился почти втрое. По другим отраслям результаты не менее впечатляющие.

Конечно, сложности есть. Глупо отрицать, что заключать контракты и прорываться на внешние рынки было бы куда проще с поддержкой местных инвесторов. Пока работаем не благодаря, а вопреки — санкциям, курсу рубля. Но объем отечественного экспорта растет, несырьевого в том числе, хотя внешнеполитическая турбулентность и валютная волатильность добавляют головной боли промышленникам. Только на скачущий курс рубля жалуются 80% производителей.

- При каком курсе, на ваш взгляд, интересы импортеров и экспортеров будут защищены и сбалансированы? Зависит ли это от определенных отраслей и как?

- Ранее я уже называл оптимальный курс рубля, и в целом наши прогнозы не изменились. На первый взгляд, интересы экспортеров и импортеров в отношении национальной валюты диаметрально противоположны. Одним нужен низкий курс, другим — высокий. Однако на самом деле обе стороны заинтересованы в одном и том же — в первую очередь в стабильности курса. Инвестиционные проекты в промышленности носят долгосрочный характер. Высокая волатильность курса рубля (свыше 5%) вносит большую неопределенность в процессы планирования, прогнозирования, разработку бизнес-планов на предприятиях и приносит дополнительные убытки. Поэтому долгосрочная стабильность на валютном рынке, без резких скачков — как в сторону укрепления, так и в сторону ослабления — является сейчас главным приоритетом для промышленности.

- В сентябре во Владивостоке пройдет третий Восточный экономический форум. Одним из крупнейших инвестпроектов в регионе является строительство судоверфи "Звезда". Как продвигается проект? Нуждается ли он в какой-либо новой финансовой или инструментальной поддержке со стороны государства? Каков уровень законтрактованности у верфи?

— Верфь строится по графику, уже завершено бетонирование силовых плит тяжелого стапеля и передаточного причала, завершаются земляные работы для устройства подпорной стенки цеха сборки блоков. Продолжается монтаж крановых и судовозных путей, прокладка инженерных коммуникаций. Так, к концу августа кран "Голиаф" грузоподъемностью 1200 тонн будет полностью смонтирован в проектное положение.

Сроки срывать мы не можем, по плану до 2035 года на верфи "Звезда" уже должны быть построены 170 судов и объектов морской техники. Сейчас заключены контракты на строительство четырех многофункциональных судов обеспечения ледового класса и пяти танкеров типа "Афрамакс". Заказы еще на 49 судов находятся в различной степени предконтрактной подготовки.

Мы работаем над тем, чтобы контрактов стало больше, но иногда одного желания мало. Для загрузки верфи и в целом для развития судостроения нужно менять законодательство. Минпромторг совместно с другими ведомствами уже работает над этим. Новации должны закрепить приоритетное право использования российской промышленной продукции при изучении, освоении, транспортировке, переработке и реализации национальной ресурсной базы — углеводородного сырья и биоресурсов. Это необходимо и для обеспечения государственной безопасности.

- Минпромторг ранее прогнозировал рост продаж всех автомобилей в России в 2017 году около 3%, производства — 7%. Не пересматривало ли министерство свой прогноз на 2017 год после результатов первого полугодия?

— С начала 2017 года в автомобильной промышленности наметилась положительная динамика. За январь-июнь авторынок вырос к аналогичному периоду 2016 года на 8,1%, а производство — на 19,5%. Рынок восстанавливается, но мы с осторожностью смотрим на текущую ситуацию. Эта отрасль сильно зависит от валютных курсов и покупательной способности населения. Событий, которые заставили бы нас поменять прогноз, в этом году не произошло.

- Следит ли Минпромторг за ситуацией со снижением численности сотрудников "АвтоВАЗа"?

- Ситуация сложная и требует постоянного внимания. Минпромторг и Минтруд совместно реализуют программу по созданию рабочих мест в Самарской области. Уже подготовлен и вносится на утверждение проект постановления правительства РФ для снижения напряженности на рынке труда региона. Документом предлагается за счет дополнительных мероприятий обеспечить занятость не менее 4000 работников АвтоВАЗа, находящихся под риском увольнения. Это люди, которые не востребованы сейчас на производстве автомобилей. Не менее 2000 работников предприятия пройдут профессиональную подготовку, переподготовку и повысят квалификацию. В 2017 году регион получит на эти цели более 430 миллионов рублей. В области уже создан индустриальный парк "АвтоВАЗ", который позволит организовать до 5 тысяч рабочих мест. В течение 2017 года в структуру нового подразделения будут поэтапно переданы свободные производственные площади и другие активы, а общая площадь парка составит приблизительно 300 тысяч квадратных метров.

Кроме того, организации, принимающие на работу сотрудников "АвтоВАЗа", получат поддержку. В этом году планируется трудоустроить 1367 высвобождаемых работников, переговоры не прекращаются ни на день. К концу 2018 года численность работников "АвтоВАЗа", по замыслу руководства, составит 32 тысячи человек.

Ну и не будем забывать про сам "АвтоВАЗ". Предприятие получает помощь по ряду направлений. Среди них обновление парка, субсидирование автопроизводителям части процентных выплат по инвесткредитам, льготное автокредитование для населения, льготный лизинг, поддержка экспорта готовой продукции. Они оказывают свой эффект. Рост производства "АвтоВАЗа" по итогам первого полугодия 2017 года составил 8,4% к аналогичному периоду 2016 года. Автомобили Lada Vesta, Lada XRAY и Lada Granta находятся в десятке наиболее продаваемых легковых автомобилей в стране. Экспорт предприятия за первое полугодие 2017 года вырос на 76,6% (в страны Евросоюза на 37,3%, а в Германию почти вдвое). Это обеспечивает дополнительную загрузку производственных мощностей.

- В России в качестве одной из основных мер поддержки промышленности применяется механизм специнвестконтракта. Прорабатываются ли еще какие-либо меры поддержки промышленных отраслей? Минпромторг сейчас ведет работу по расширению механизма СПИК на интеллектуальную собственность и на нефтепереработку и нефтегазохимию. О каких конкретно проектах идет речь?

— Специальный инвестиционный контракт является одним из самых актуальных механизмов новой промышленной политики, он логично встраивается в ее систему, гармонично сочетает внешнеэкономические ограничения с новым курсом на импортозамещение и развитием наилучших доступных технологий. Но хорошее может стать еще лучше. Минпромторг прорабатывает изменения в законодательство для модификации механизма СПИК, в частности расширение круга участников СПИК и увеличение предельных сроков действия СПИК (до 20 лет), на основании которых реализуются высокотехнологичные проекты в рамках инвестиционно-технологических партнерств.

Расширить механизм СПИК на отрасли нефтепереработки и нефтегазохимии можно, но координирует эти сферы промышленности Минэнерго России. Только оно может заключить СПИК для реализации инвестпроектов в этих сферах. Однако сначала необходимо определить Минэнерго уполномоченным федеральным органом исполнительной власти на заключение СПИК в нефтепереработке и нефтегазохимии. Это потребует корректировки положения самого Минэнерго. Ведомство, кстати, уже выступило с этой инициативой.

Также сейчас мы работаем над инициативой о развитии инвестиционно-технологических партнерств. На основе предложений бизнеса мы формируем перечень потенциальных инновационно-технологических проектов и крупных начинаний, в которых государство могло бы на условиях СПИК поддержать создание масштабных современных промышленных производств. С бизнес-сообществом мы не прекращаем диалог и готовы дальше адаптировать систему мер поддержки к нуждам предпринимателей.

- Пришел ли Минпромторг к консенсусу с Минэкономразвития по схеме дальнейшего взаимодействия с автопроизводителями после окончания действия соглашения по промсборке?

— Режим промышленной сборки обеспечивал создание комфортных условий иностранным автопроизводителям во время создания сборочного производства в России, выхода на плановый режим производства готовой продукции. Ключевой показатель уровня локализации достигнут и сейчас вектор государственной политики в области автопрома изменился. Теперь он направлен в сторону реализации легитимного, с точки зрения норм ВТО, открытого и публичного механизма углубления локализации производимой продукции. Нам нужно встроить российских поставщиков второго и третьего уровней в глобальные цепочки поставок, привлечь к проектам поставщиков отечественного сырья и материалов.

Для этого будет создан отдельный типовой автомобильный СПИК, который позволит решить основные задачи в области автомобилестроения. Речь об увеличении локализации производства двигателей и коробок переключения передач, комплектующих, субкомпонентов и материалов 2-го и 3-го уровней, расширении перечня технологических и производственных операций, создании сильной локальной базы поставщиков, стимулировании роста объемов экспорта и поддержке инвестиций в НИОКР и новые технологии.

Это позволит нам получить ряд критических технологий и компетенций в приоритетных сферах производства компонентов как для традиционного автомобилестроения, а именно: автоматическая трансмиссия, ДВС, система управления (двигателем, трансмиссией, кузовной электроникой, ABS/ESP, ADAS, TCU), так и для электродвижения (ячейки, батареи, электродвигатели, системы управления), автономного движения (датчики, радары, лидары, ПО), телематических систем (автосервисные онлайн базы данных (Big Data), ПО).

В результате поднимется технологический уровень отечественного автопрома и вырастет экспорт продукции российских заводов на мировой рынок в объеме не менее 20% от совокупного объема производства (сейчас 7%). Это приведет к развитию инфраструктуры проведения научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ, а также обеспечит опережающую подготовку научных и инженерных кадров.

- Инвестиции бюджета в проект "Кортеж" назывались в размере 12,4 миллиарда рублей. Достаточно ли этих средств или потребуются дополнительные инвестиции? Сколько предприятий задействовано в реализации проекта?

— Сейчас пока сложно озвучить какую-либо конечную сумму, поскольку весь проект подразумевает, кроме разработки, финансирование подготовки и освоение производства. Этот вопрос будет решаться совместно с производственными партнерами и привлечением внебюджетного финансирования. Всего в проекте задействовано более 150 предприятий, более половины из них — российские.

- Когда Минпромторг России ожидает массового выпуска в РФ электромобилей?

- Стартовать придется с низкой базы. Количество электромобилей по стране сейчас не превышает тысячи, причем это не только импортные машины. Наши автопроизводители, такие как "КамАЗ", группа "ГАЗ", "Волгабас" разработали и сертифицировали свои образцы электробусов. Сейчас они проводят опытную эксплуатацию на пассажирских маршрутах в Москве, Волгограде и Владимире. В сегменте легкового транспорта "АвтоВАЗ" разработал и запускает в серию модели электромобилей EL-LADA и EL-VESTA, ZETTA (ГК "Автокомпонент") разработан опытный образец электромобилей ZETTA (ELLADA сделано 100 штук, продано 40 штук, ELVESTA получает ОТТС).

Конечно, уровень локализации электронных систем и агрегатов необходимо повышать, поэтому мы рассчитываем при сохранении объемов господдержки автомобильного рынка постепенно увеличивать затраты на новые разработки инновационных комплектующих.

- Минпромторг России в 2017 году прогнозировал рост производства грузовых вагонов в России на 8-10% по сравнению с прошлым годом — до 40-42 тысяч единиц. Не будет ли этот результат лучше с учетом того, что, по данным Росстата, выпуск грузовых вагонов в РФ в январе-июне уже составил 26 тысяч единиц?

— Мы пока не корректируем прогноз и придерживаемся базового сценария развития. Всплеск производства в первом-втором квартале 2017 года обусловлен выполнением заказов, поступивших во втором полугодии 2016 года.

- Вице-премьер РФ Дмитрий Рогозин на МАКСе сообщил, что объем твердых заказов на МС-21 вырос до 205 единиц. Ранее сообщалось о 175 твердых заказах. Какие компании и из каких стран стали новыми заказчиками? Когда новый российский гражданский лайнер МС-21 должен, по прогнозу, получить сертификат типа от Европейского агентства по авиабезопасности (EASA)?

— На МАКС-2017 подписано 40 контрактов и соглашений на МС-21. Речь идет о таких авиакомпаниях, как "Аэрофлот", "ИрАэро", Red Wings. Поставки пойдут на внутренний рынок. Всего сейчас подписано контрактов и соглашений с авиа- и лизинговыми компаниями на 175 воздушных судов МС-21. Получение сертификата типа авиационного регистра РФ запланировано на 2019 год, в 2020 году через процедуру валидации планируется получить сертификат типа EASA. Тогда можно будет говорить и о поставках на зарубежные рынки.

- Как идет реализация программ по поддержке отраслей промышленности в 2017 году? Будет ли Минпромторг по итогам полугодия рассматривать возможности увеличения финансирования программ на текущий год? Если да, то каких отраслей это может коснуться?

- В этом году все государственные программы, связанные с поддержкой промышленности, финансируются по плану. При этом мы как можно более гибко подходим к потребностям отраслей, учитываем и по возможности предупреждаем изменения экономической конъюнктуры, отслеживаем ситуацию на рынках. Например, летняя корректировка бюджета позволила нам перераспределить и направить дополнительные средства в приоритетные сферы. В частности, поддержка автомобилестроения увеличилась с 85 миллиардов до 103 миллиардов рублей. И до конца 2017 года мы ожидаем ее расширения. Со второго полугодия уже были запущены новые адресные программы "Семейный автомобиль", "Первый автомобиль", "Российский тягач", "Российский фермер", "Свое дело", которые создают еще более выгодные условия приобретения транспортных средств. Всего по итогам 2017 года в рамках мер господдержки автопрома планируется продать свыше 732 тысяч транспортных средств.

Кроме средств, изначально заложенных в государственные программы, существенную роль играют ассигнования, предназначенные для дополнительной поддержки отдельных отраслей правительством России. Именно туда пойдет дополнительное финансирование. Сейчас эти меры применяются в транспортном, сельскохозяйственном машиностроении, производстве спецтехники. Всего на меры правительства России будет потрачено примерно 93,8 миллиарда рублей в дополнение к уже утвержденным бюджетным ассигнованиям. Кроме того, сельскохозяйственное машиностроение получит дополнительно еще 13,7 миллиарда рублей за счет госпрограмм Минсельхоза России и правительственных решений. Все вместе позволит дополнительно потратить на поддержку промышленности около 107,5 миллиарда рублей.

- В прошлом году большинство компаний расплатилось по внешним долгам, но существенно нарастило внутренний долг (у банков). Не видите ли вы каких-то рисков как для самих заемщиков, так и для кредиторов? Компании каких секторов наиболее закредитованы? Как с этой ситуацией работает Минпромторг?

- Произошедший размен внешней задолженности на внутреннюю серьезно снижает валютные риски. С другой стороны, уровень ставок, по которым наши компании могли привлекать средства из-за рубежа, был намного ниже, чем в России. Мы уже видим отрицательную динамику кредитования в ряде секторов обрабатывающих производств. Прежде всего речь идет о производителях конечной продукции, например в сфере машиностроения. Помогаем промышленникам через многоканальные инструменты финансирования инвестиций в основной капитал. В частности, Фонд развития промышленности реализует шесть программ финансирования: "Проекты развития", "Проекты консорциумов", "Создание серийных производств станкоинструментальной продукции", "Лизинговые проекты", "Конверсия" и "Комплектующие изделия".

На конец июля 2017 года в фонд поступило 1890 заявок на общую сумму почти 573 миллиарда рублей. Из них одобрено 225 заявок на сумму более 55,9 миллиарда рублей. Общий бюджет инвестиционных проектов превысил 164,6 миллиарда рублей. Запущена региональная сеть фондов развития промышленности. Совместно с ФРП они предоставляют предприятиям займы на реализацию проектов под 5% годовых сроком до пять лет на сумму от 20 до 100 миллионов рублей. Помимо этого, действует СПИК, который стабилизирует условия ведения бизнеса для инвестора. Минпромторгом подписаны уже девять федеральных СПИК. Суммарный объем заявленных инвестиций в промышленность в рамках этих проектов составит не менее 265 миллиардов рублей, объем произведенной продукции превысит триллион рублей, а объем реализованной продукции — полтора триллиона.

Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 14 августа 2017 > № 2281438 Денис Мантуров


Россия. Весь мир. УФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 14 июля 2017 > № 2269307 Денис Мантуров

Денис Мантуров: без промышленности нельзя построить цифровую экономику.

Международная выставка "Иннопром-2017", главная экспортная витрина российской промышленности, завершила свою работу в Екатеринбурге. На ней был продемонстрирован потенциал отечественных предприятий, высокое качество продукции которых удивило многих иностранных и российских участников.

О том, как прошла выставка в этом году, о планах на "Иннопром-2018", о участниках открывающегося вскоре авиасалона МАКС, и о том, насколько быстро восстанавливается после кризиса российская промышленность, в интервью ТАСС рассказал министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров.

– Завершается работа крупнейшей промышленной выставки страны. В этом году партнером России на "Иннопроме" стала Япония. Можно уже подвести предварительные итоги работы выставки?

– Выставка получилась насыщенной мероприятиями. Деловая программа была плотнее и ярче, чем в предыдущие годы. По результатам контактов бизнеса на сегодняшний день уже подписано 55 меморандумов и соглашений о сотрудничестве. В прошлом году, за все дни работы "Иннопрома", было подписано 78 соглашений. А здесь – 55 за неполных два дня. Поэтому я рассчитываю, что этот темп будет сохраняться и в последующие годы.

Сама площадка в следующем году будет увеличена: мы построим отдельный комплекс конгресс-центра на территории ЭКСПО. А павильон, который сегодня выступал в роли такого центра, мы отдадим компаниям для размещения экспонентов. Каждый год и качество, и количество участников растет. Более того: страны, участвующие в выставке, все чаще создают свои большие национальные павильоны. Сегодня это Южная Корея, Италия, Индия, Германия. Я думаю, это хорошая практика, и я надеюсь, что она сохранится в будущем. Мы видим большой интерес иностранных партнеров к "Иннопрому". К нам в этом году приехало много министров, отвечающих за промышленность. Рассчитываем, что и в будущие годы этот тренд сохранится.

– По итогам первого полугодия промышленное производство росло опережающими темпами. В автопроме рост по итогам 2017 года может составить 7%. Не планируете ли вы пересмотреть в положительную сторону прогноз по промышленному производству на год в целом?

– Пока мы не пересматриваем прогноз, сохраняем прогноз с начала года: порядка 1,5- 2% по всей промышленности за год. Почему мы консервативны? Не только лидеры роста, включая упомянутый вами автопром, показывают положительные цифры. Есть отрасли, которые пока не восстановились. В частности, металлургия. Основными драйверами в металлургии являются экспортные поставки и внутренний рынок в лице строительной индустрии. Эти рынки пока начали плавное восстановление. С учетом того, что металлургия является существенным игроком и обеспечивает вклад в ВВП страны, индикаторы в металлургии сильно влияют на общий рост промышленности, и обрабатываюшего сектора в частности. Пока мы не убедимся в том, что металлургия восстановилась, мы будем сохранять прежние прогнозы.

– На этой неделе металлурги будут отмечать свой профессиональный праздник. Какова ситуация в этой важной для российской экономике отрасли?

– Мы входим в пятерку мировых лидеров по производству черных металлов и занимаем второе место по производству алюминия. Металлургия за последние 10 лет существенно обновилась, компании модернизировали свои основные мощности. Кроме того, у нас неплохие перспективы по наращиванию объемов в части глубокой переработки. В первую очередь мы будем ставить акцент на поддержку тех предприятий, которые обеспечивают добавленную стоимость. Речь идет об алюминии. Будут наращиваться перерабатывающие мощности вокруг основных производств первичного металла у "Русал" – на территории Красноярского края, Республики Хакасия и в Волгоградской области. Они и призваны перерабатывать первичный алюминий и производить продукцию для отраслей-потребителей на территории нашей страны.

– Какие именно производства в этой отрасли можно развивать?

– Я приведу пример. Неподалеку от Екатеринбурга находится Каменск-Уральский завод, где налажено производство автокомпонентов. Это одно из самых современных предприятий по производству деталей из алюминия. Компания занимается производством сплавов и проката на основе первичного алюминия.

В рамках правительственной комиссии принималось решение по развитию новых полноценных производств. Это, например, алюминиевые диски. Сегодня основной объем дисков завозится на территорию нашей страны из Китая. Это привело к тому, что мы сейчас прорабатываем вопрос о введении лицензирования на ввоз литых алюминиевых дисков, поскольку они зачастую не соответствуют необходимому уровню безопасности.

Проводились исследования, которые показали, что качество не соответствует уровню безопасности за счет использования в дисках меньшего количества алюминия. Они просто "лопаются" в самый неподходящий момент, а это вопрос безопасности на дорогах. Мы заинтересованы в том, чтобы алюминиевые диски производились в России. Сейчас активно развиваются технологии 3D печати, и для этого необходимо производство целой номенклатуры порошков для принтеров. Мы будем развивать производство алюминиевых порошков вокруг основных алюминиевых гигантов. И таких примеров сопутствующих производств вокруг первичного металлургического продукта много, и мы намерены стимулировать их развитие.

– Практически сразу по окончании "Иннопрома" нас ждет авиасалон МАКС, крупнейшее в стране событие в авиационной отрасли. Кто из гостей посетит авиасалон в этом году? Что будут презентовать на салоне? Привезет ли, в частности, ОАК свой новый самолет МС-21?

– МС-21 на МАКСе не будет представлен ввиду того, что сейчас самолет проходит испытания и сертификационные полеты, и мы не хотим их останавливать. В ближайшее время на лайнер будут устанавливаться тензометрические датчики, этот процесс занимает от месяца до полутора месяцев. Если бы мы пригнали самолет на выставку, мы потеряли бы как минимум две с половиной недели. А мы не хотим терять темпа, которого сейчас достигли. Возможности представить самолет еще будут. Пусть на других, зарубежных салонах, но тем не менее.

Что касается участников выставки, то все основные мировые лидеры уже подтвердили свое участие. Более того – мы уже договорились с японскими коллегами, что мы на МАКСе продолжим диалог, начатый в марте, по налаживанию контактов между авиационными индустриями наших стран. Мы видим возможную синергию от объединения компетенций – и индустриальных, и научно-технических.

– На "Иннопроме" многие дискуссии были посвящены "умному производству" и цифровой экономике. Недавно на совет по стратегическому развитию и приоритетным проектам при президенте рассмотрел программу развития цифровой экономики. Что эта программа будет значить для промышленности?

– Программа цифровой экономики, на мой взгляд, как раз и показала необходимость в современных компонентах. Поэтому Минпромторг принял в ней активное участие. Я делал доклад президенту Владимиру Путину по этой программе в рамках совета по модернизации. Без промышленного сегмента модель развития цифровой экономики, по нашему пониманию, и не сможет реализоваться полноценно.

Беседовали Глеб Брянский и Юния Полякова

Россия. Весь мир. УФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 14 июля 2017 > № 2269307 Денис Мантуров


Индия. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > minpromtorg.gov.ru, 4 июля 2017 > № 2239058 Денис Мантуров

Интервью Дениса Мантурова индийскому изданию The Economic Times.

Министр промышленности и торговли Российской Федерации Денис Мантуров рассказал индийскому финансовому изданию «The Economic Times» о перспективах российско-индийского сотрудничества в области промышленности. Публикуем перевод текста интервью.

Ссылка на оригинальную версию интервью: http://bit.ly/2umyaCF

Как вы оцениваете достижения в российско-индийских взаимоотношениях по итогам Петербургского экономического форума, где вы также присутствовали?

В этом году Индия стала страной-партнёром Петербургского международного экономического форума, а премьер-министр страны господин Нарендра Моди был приглашен в качестве почётного гостя и выступил на пленарном заседании. Этот факт уже говорит о многом. Но, конечно, самым важным итогом SPIEF для Российско-Индийских отношений стала принятая лидерами России и Индии Санкт-Петербургская декларация. В ней, как подчеркнул Владимир Путин, поставлена задача расширить сотрудничество в политической, экономической и гуманитарной сферах. В частности, стимулировать товарооборот, совершенствовать его структуру, а такжерасширять производственную кооперацию между российскими и индийскими предприятиями в разных сферах.

На сегодняшний день российской и индийской сторонами согласован перечень из 19 проектов, предполагающих сотрудничество в области транспортной инфраструктуры, новых технологий в фармацевтике, авиа- и автостроении, алмазно-бриллиантовой отрасли и сельского хозяйства.

На форуме также обсуждалось наше военное сотрудничество. Напомню, что при участии российских специалистов в Индии налажена сборка продукции военного назначения. Совместная разработка и производство современных систем вооружений будут продолжены.

Индия и Россия намерены предпринять целенаправленные усилия по диверсификации своего экономического и инвестиционного партнерства. В стейтменте из Санкт-Петербурга излагаются различные области, в которых Индия и Россия планируют сотрудничать. Какие области, по Вашему мнению, имеют максимальные перспективы для инвестиций России в Индию?

Особо хотел бы выделить авиационную промышленность, развитие железнодорожной инфраструктуры и IT-технологии. В плане авиастроения достаточно перспективной видится поставка в Индию российской гражданской авиатехники, в том числе, самолетов «Сухой Суперджет – 100». К 2029 году парк самолетов, работающих на внутренних индийских линиях, может превысить 250 машин - такая потребность связана с фактическим увеличением пассажиропотока между региональными городами Индии. Мы очень рассчитываем, что планы вашей страны позволят увеличить объемы поставок российских самолетов. Наши «Суперждеты» могут выиграть конкурентную борьбу у Embraer и Bombardier.

Кроме этого, с учетом высокой локализации производства авиадвигателей в Индии, Россия может предложить другой высокотехнологичный проект: производство энергетических установок на основе авиационных газогенераторов. Эта тема совсем недавно обсуждалась в г. Новосибирске на первом заседании Российско-Индийского комитета высокого уровня по научно-технологическому сотрудничеству

Также речь идет о строительстве выделенных грузовых коридоров, модернизации железнодорожных станций, реконструкции и строительства вагоноремонтных депо. Кроме того, мы готовы организовать обучение индийских специалистов в рамках этих проектов, чтобы повысить их квалификацию.

Большие надежды мы связываем и с созданием российско-индийской рабочей группы по разработке комплексных решений по развитию сети железных дорог и метрополитена штата Махараштра.

У российских частных компаний есть не самый лучший опыт сотрудничества с индийскими коллегами из частного сектора. Каковы текущие проблемы для российских инвестиций в Индии?

Препятствием на пути делового сотрудничества становятся и непредвиденные изменения индийского законодательства. Еще одной дискриминационной мерой для российских компаний стал отказ в предоставлении банковских гарантий при заключении договоров по гостендерам. Тем не менее, Россия и Индия ведут переговоры о взаимной защите инвестиций. Предыдущее Соглашение о защите капиталовложений прекратило свое действие в апреле 2017 года.

Какие области имеют максимальные перспективы для инвестиций Индии в Россию?

Мы приглашаем индийских инвесторов поучаствовать в проекте «Алюминиевая долина» в Восточной Сибири. Это будет особая экономическая зона в Красноярском крае.

В середине марта, я был в Ченнаи, где в ходе моих переговоров с Государственным министром торговли и промышленности Республики Индии Нирмалой Ситхараман была достигнута договоренность о создании подгруппы по сотрудничеству в сфере алюминиевой промышленности в рамках действующей Межправительственной комиссии. Сейчас мы ожидаем от индийской стороны ответ на предложения Минпромторга России по тематике и составу участников подгруппы.

Справочно

The Economic Times — индийская ежедневная газета на английском языке. Принадлежит медиаконгломерату Bennett, Coleman & Co. Ltd. Издаётся с 1961 года. Это самая популярная деловая газета в Индии: её разовый тираж составляет 630 000 экземпляров, а читательская аудитория превышает 800 000 человек. The Economic Times одновременно выходит в 11 городах: Мумбаи, Бангалоре, Дели, Ченнаи, Калькутте, Лакхнау, Хайдарабаде, Ахмедабаде, Нагпуре, Чандигархе и Пуне. Штаб-квартира издания расположена в Мумбаи.

Индия. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > minpromtorg.gov.ru, 4 июля 2017 > № 2239058 Денис Мантуров


Россия > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 4 июля 2017 > № 2231480 Денис Мантуров

Денис Мантуров: «Мы полностью заинтересованы в продлении санкций против России!»

Российское промышленное производство выросло за год на 5,6%, показав самый высокий показатель за последние пять лет. Интервью с Денисом Мантуровым, министром промышленности и торговли России.

Бенжамен Кенель(Benjamin Quénelle), Les Echos, Франция

Les Echos: Только что Европа и Россия продлили взаимные санкции. Это хорошая новость для российской промышленности?

Денис Мантуров: Безусловно, санкции оказали негативное влияние на российскую экономику, ограничив доступ к иностранному финансированию. Мы к этому привыкли. Но в то же время санкции способствовали развитию отечественного производства. Честно говоря, мы полностью заинтересованы в их продлении! Благодаря эмбарго на импорт продуктов российский сельскохозяйственный сектор растет на 4-5% в год.

Производство сельскохозяйственной техники увеличилось на 20% по сравнению с 2014 годом. Западные санкции подстегнули рост и других отраслей: машиностроения, химической промышленности, фармакологии, авиационной индустрии. В выигрыше оказалась и сфера производства нефтегазового оборудования: раньше 70% закупок делалось за границей; сейчас эта цифра ниже 50%. Нефтегазовые компании создали альянсы с российскими и зарубежными поставщиками, работающими в России.

— Российское промышленное производство выросло за год на 5,6%. Это признак выхода из рецессии?

— Этот рывок объясняется отчасти климатическими особенностями: весна в этом году была холоднее, чем обычно [поэтому производство газа и угля увеличилось прим. автора]. Но этот рост вписывается в тенденцию к повышению индекса деловой активности (PMI), отмеченную уже три квартала подряд в отношении закупок нового оборудования. Это вполне подтверждает общий подъем, наметившийся после спада. К концу года мы прогнозируем общий рост промышленного производства на 2-3%.

— Несмотря на обещания диверсификации и модернизации, российская экономика по-прежнему также зависит от нефти и сдерживается низкой производительностью…

— За период двух кризисов 2008 и 2015 года мы много сделали для диверсификации нашей экономики. Нефть и другие природные ресурсы раньше представляли собой более половины наших экспортных доходов. Теперь их значение стало ниже 50%.

Производительность остается серьезной проблемой. Когда мы модернизируем отрасли нашей промышленности, повышается производительность, однако при этом снижается занятость. Настоящая дилемма. Поскольку нам нелегко создавать новые рабочие места в новых секторах, чтобы восполнить эти потери. Проблема остаётся и в низкой мобильности рабочей силы. Во Владивостоке, после бума дальневосточной экономики, у нас образовался дефицит кадров, который составляет 7 тысяч и нам никак не удается восполнить эти потери при помощи рабочей силы с запада России.

— Отсутствие доверия к правовой и налоговой политике все еще препятствует развитию малого и среднего бизнеса, еще очень слаборазвитого в России?

— Мы делаем все, чтобы создать благоприятные условия для малого и среднего бизнеса — ключевого сектора для любой развитой страны. В регионах мы создали экономические зоны. Например, мы экспортируем алюминий, но импортируем готовые изделия из алюминия. Абсурд! Через сеть малых и средних предприятий нам необходимо содействовать организации переработки этих изделий на местах. Конечно, это возможно посредством изменений в правовой и налоговой базе, с тем чтобы повысить доверие со стороны предпринимателей. Сегодня уже нет тех страхов, как раньше. Но здесь еще присутствует и вопрос изменений в менталитете. Во Франции на это понадобилось время, а Россия вышла из коммунистической государственной системы всего 27 лет назад.

— За последние три года не был запущен ни один франко-российский проект. Это проблема доверия?

— В России зарегистрировано более 470 французских компаний! Приезжают те, кто верит в Россию и в наш евроазиатский союз. Недавно Sanofi начала экспортировать инсулин, выпускаемый на ее заводе в России (20% продукции), и мы ведем переговоры об открытии еще одной линии.

Мы с удовлетворением отметили недавнюю рекапитализацию и новую стратегию Renault-Nissan на АвтоВАЗе. Мы приветствуем участие французских авиационных компаний в тендерах на наши будущие дальнемагистральные самолеты. Я много контактирую с нашими французскими партнерами на предприятиях и в посольстве. У нас нет проблем с доверием.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 4 июля 2017 > № 2231480 Денис Мантуров


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 3 июля 2017 > № 2231390 Денис Мантуров

Денис Мантуров: "Мы заинтересованы в продлении санкций против России!"

Бенжамен Кенель | Les Echos

Российское промышленное производство в мае было отмечено скачком в 5,6% за год, это самый сильный рост за пять лет. Интервью с российским министром промышленности и торговли Денисом Мантуровым записал журналист французской газеты Les Echos Бенжамен Кенель.

"Разумеется, санкции имели негативные последствия, ограничив доступ для иностранного финансирования. Мы к этому привыкли. Однако санкции также способствовали развитию нашей промышленности. Если честно, то мы даже заинтересованы в их продлении! Российское эмбарго на часть западного импорта позволило достичь годового прироста в 4-5% в нашем агропромышленном секторе", - сказал Мантуров.

Производство сельскохозяйственной техники повысилось на 20% за год начиная с 2014 года. Кроме того, западные санкции стимулировали многие сектора: это машины и оборудование, химия, фармацевтика, авиация, продолжил министр.

Годовой рост промышленного производства на 5,6%, зафиксированный в мае, вписывается в тенденцию к повышению индекса деловой активности (PMI), отмеченную уже три квартала подряд в отношении закупок нового оборудования. Это вполне подтверждает общий подъем, наметившийся после спада. К концу года мы прогнозируем общий рост промышленного производства на 2-3%, уверен Мантуров.

За период двух кризисов 2008 и 2015 года мы много сделали для диверсификации нашей экономики, отметил министр. Нефть и другие природные ресурсы раньше представляли собой более половины наших экспортных доходов. Теперь их значение стало ниже 50%.

Серьезной проблемой остается производительность. Когда мы модернизируем отрасли нашей промышленности, повышается производительность, однако при этом снижается занятость. Настоящая дилемма. Поскольку нам нелегко создавать новые рабочие места в новых секторах, чтобы восполнить эти потери. Одна из проблем - очень слабая мобильность рабочей силы, заявил Мантуров.

Мы делаем все, чтобы создать благоприятные условия для малого и среднего бизнеса - ключевого сектора для любой развитой страны. В регионах мы создали экономические зоны. Например, мы экспортируем алюминий, но импортируем готовые изделия из алюминия. Абсурд! Через сеть малых и средних предприятий нам необходимо содействовать организации переработки этих изделий на местах. Конечно, это возможно посредством изменений в правовой и налоговой базе, с тем чтобы повысить доверие со стороны предпринимателей, объясняет Мантуров.

Более 470 французских предприятий зарегистрировано в России. Приезжают те, кто верит в Россию и в наш евроазиатский союз, утверждает министр.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 3 июля 2017 > № 2231390 Денис Мантуров


Россия. Весь мир. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 6 июня 2017 > № 2205929 Денис Мантуров

Денис Мантуров: «Начинать надо с качества своей продукции».

Интервью Дениса мантурова «Известиям».

В рамках 21-го Петербургского международного экономического форума прошла сессия «Made in Russia. Создание национального бренда России». После ее окончания глава Минпромторга России Денис Мантуров в эксклюзивном интервью «Известиям» рассказал о продвижении отечественных товаров, росте их популярности за рубежом, увеличении объемов несырьевого экспорта и развитии отечественной промышленности.

— Насколько российские товары востребованы за рубежом? Что, кроме ресурсов, мы успешно продаем?

— А что вы называете ресурсами? Если вы ограничиваетесь только углеводородами, то это — не единственные ресурсы нашей страны. У нас есть и металлургическое сырье, и минеральные удобрения — калий, азотные удобрения, фосфатные удобрения. Они тоже занимают существенную долю в нашем экспорте. А помимо сырьевой продукции есть еще и высокотехнологичная составляющая, мы занимаем второе место в мире по объему поставок военно-технической продукции. Наши известные бренды — это «Калашников», «Сухой», «Миг», наши системы «Калибр», которые сегодня работают в Сирии, а также другие образцы вооружения, составляющие определенную долю высокотехнологичной продукции, поставляемой на экспорт.

— Уточните, пожалуйста, какая именно продукция отечественной промышленности продается за рубеж?

— Пока не могу похвастаться, что мы в больших объемах поставляем станки. Но есть определенные специфические модели, где у нас имеются компетенции. Но мы можем говорить о, например, сельхозмашиностроении. Никто такого даже не предполагал, когда мы только начинали активно развивать программу импортозамещения.

Сначала мы занимались развитием новых моделей комбайнов, тракторов. Сегодня мы поставляем их в более чем 30 стран, включая Северную Америку и Западную Европу. Я сам в прошлом году вручал ключи от нашего ростсельмашевского комбайна «Торум» баварским хлеборобам. Поэтому могу сказать — наша продукция там востребована.

— А комбайн еще ездит?

— Ездит. И заказываются дополнительные объемы. У нас есть все возможности для поддержки поставок такой высокотехнологичной продукции на экспорт.

— Можете назвать цифры?

— Пожалуйста. По результатам прошлого года 48% экспорта составил несырьевой. Это говорит о том, что мы слезаем с нефтяной иглы. И рассчитываем, что постепенно будем увеличивать уровень диверсификации нашего экспорта и экономики в целом, будем меньше зависеть от углеводородных ресурсов.

— Какие производства лидируют в экспорте и имеют перспективы в будущем?

— У нас определены четыре основные отрасли — драйверы, на которые мы опираемся в увеличении объемов поставок на экспорт. Это автопром, гражданская авиация (включая и самолеты, и вертолеты), транспортное машиностроение (это и тяговый состав, и вагоны) и сельхозмашиностроение. Но это не значит, что мы ограничиваемся только этими отраслями. По прошлым годам у нас положительная тенденция и по фармацевтике, и по биотехнологическим продуктам. И, надо сказать, что наша фармацевтическая продукция — и дженерикового ряда, и инновационные лекарственные препараты — востребована на международных рынках. Это и Африканский континент, и Латинская Америка, Япония, Китай, Индия. Препараты полного цикла с производством непосредственно в России, по собственным технологиям, сегодня крайне востребованы за рубежом. Невзирая на то, что и Китай, и Индия сегодня являются самыми крупными производителями, например, фармацевтической субстанции.

— А у нас сейчас как раз строятся заводы и лаборатории по ее производству?

— Да. Более того, в рамках реализации нашей стратегии, а впоследствии — и государственной программы «Развитие фармацевтической и медицинской промышленности-2020» мы целенаправленно шли к тому, чтобы развивать собственное производство фармпродукции инновационного ряда. Мы разбили программу на два этапа: с 2011 по 2015 год оказывали поддержку предприятиям в разработке препаратов дженерикового ряда, чтобы быстрее начать производить то, что закупалось у иностранных компаний. А параллельно двигались по инновационным препаратам. И вот начиная с прошлого года уже зарегистрированы отечественные препараты против онкологии — именно инновационного ряда. Скажу больше — это не химический синтез, а моноклональные антитела. Не каждая страна может сказать, что у них есть собственные биотехнологические продукты именно в этом направлении. Только Америка, Япония и несколько стран Западной Европы — те, у кого есть свое производство моноклональных антител. Поэтому здесь мы продвинулись достаточно далеко. А по мере завершения этой программы до 2020 года мы должны выпустить еще более 130 препаратов, провести клинические испытания и получить регистрационные удостоверения.

— А ткани у нас производят?

— Легкая промышленность — огромный сегмент, индустрия. В ней функционируют в основном средние и малые предприятия — швейные, текстильные, производители тканей. Причем эти ткани используются не только при производстве верхней одежды или обуви. Это в первую очередь высокотехнологичные ткани для широкого направления отраслей экономики. Например, для авиации, куда поставляются специальные ткани, производящиеся в России из синтетических волокон. А также геотекстиль — ткань, которая используется в стройиндустрии: при строительстве дорог и домов, в других направлениях.

За последние два года мы довольно далеко продвинулись в обработке натуральной кожи — путем, кстати, ограничения вывоза своих сырых шкур за рубеж. Есть предприятия (например, Рязанский кожевенный завод), которые сегодня имеют самое современное модернизированное производство кожи для автомобильной отрасли, для авиационной, для мебельной.

К слову — в России много брендов, которые называются, к сожалению, по-английски. Это происходило потому, что в советское время был закрыт доступ ко всему иностранному, и мы всегда хотели либо на жвачку поменяться, либо на джинсы. А в 1990-е, чтобы остаться на рынке, российские производители легпрома вынуждены были называться по-иностранному — чтобы думали, что это иностранный производитель. А производство — в Москве на фабрике «Большевичка» или в Псковской области на предприятии «Трувор». Или «Сударь» во Владимирской области. Кстати, недавно мы запустили предприятие в Ингушетии — это фабрика, которая шьет и для российских брендов, и для иностранных.

— А у вас есть костюм российского производства?

— У меня есть и «Сударь», и «Трувор». А еще у меня есть костюм, который мне пошил, например, Патрик Хельман, но ткань — Брянского камвольного комбината (Брянский комбинат шерстяных тканей. — «Известия»). Мы специально взяли отрез, который отдали коллегам в Италию, чтобы они его на микроны разложили и посмотрели — насколько он соответствует зарубежным стандартам и требованиям. В итоге получили подтверждение от производителя, что материал полностью соответствует тем требованиям, которые предъявляются для качественной костюмной ткани.

— А вы их носите?

— Конечно, ношу.

— Как реализуется программа «Made in Russia»?

— Что касается подходов по продвижению российской продукции, то я считаю, чтобы продвигать свою продукцию за рубеж, нужно начинать с качества. Сначала завоевать позиции на своем рынке. Поэтому мы и сформировали такую организацию, как Роскачество. Более 30 млн жителей страны знают об этой организации, об их работе, о результатах их исследований и о «Знаке качества». Если компания получает «Знак качества», это открывает ей возможность увеличить и объемы производства, и увеличить объемы присутствия на рынке. И за это компании бьются — за качество. Поскольку когда мы говорим, что будем проверять и исследовать определенный сегмент продукции, мы абсолютно независимо делаем по всем регионам закупки через Роскачество. Никто не знает, в какой магазин придет эксперт, в каких лабораториях будет проводиться исследование. Только на качественную продукцию мы можем ставить знак «Сделано в России», чтобы наша страна была представлена за рубежом достойно.

Россия. Весь мир. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 6 июня 2017 > № 2205929 Денис Мантуров


Германия. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 4 мая 2017 > № 2181288 Денис Мантуров

Интервью Дениса Мантурова изданию «Die Welt am Sonntag».

Во время посещения выставки Hannowermesse 2017 глава Минпромторга Денис Мантуров дал эксклюзивное интервью немецкому изданию «Die Welt am Sonntag». Публикуем русский перевод беседы.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Господин Мантуров, российской экономике не здоровится. На протяжении ряда лет продолжается сокращение производства, инвестиций, потребительского спроса и валового внутреннего продукта. Скажите, пик падения уже достигнут или начался процесс оздоровления?

Д.В. Мантуров. Развитие нашей экономики в предыдущие годы, без сомнения, характеризовалось отрицательными показателями. Но это изменилось. В прошлом году и в I квартале 2017 года мы отмечаем рост практически во всех отраслях промышленности, прежде всего, в обрабатывающем секторе. Прирост валового внутреннего продукта в этом году прогнозируется на уровне около двух процентов.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Значит ли это, что западные экономические санкции не оказывают никакого воздействия?

Д.В. Мантуров. Нет, конечно, мы ощущаем последствия экономического эмбарго. Бесспорно, для нас стало сложнее получать зарубежные кредиты.

Доступ к западным технологиям также прекратился. Но российская экономика адаптируется к этим внешним ограничениям.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Привлекаете деньги и технологии на других рынках?

Д.В. Мантуров. Кредиты, которые нужны предприятиям, предоставляют российские банки. В рублях. Это работает. Технологии из Европы мы заместили успешно технологиями из тех стран, которые нас не бойкотируют.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». И эти страны могут заместить поставки с Запада?

Д.В. Мантуров. Кроме этого, мы также расширили и нарастили наши собственные компетенции в тех сферах, где это было необходимо.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Вы можете привести конкретный пример?

Д.В. Мантуров. Возьмем, к примеру, сельхозмашиностроение. Если в 2012 году доля российских производителей сельхозтехники на внутреннем рынке составляла 19%, то в прошлом году она достигла 54%.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Но это не высокие технологии.

Д.В. Мантуров. Хорошо, давайте возьмем, другой пример - фармацевтическую промышленность. Этот рынок растет у нас каждый год на 15%. В 2009 году доля наших производителей составляла 17%, сейчас – 30%. Или, к примеру, автомобильная промышленность: более 80% легковых автомобилей, проданных в нашей стране, в прошлом году, полностью произведены или собраны в Российской Федерации.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Тем не менее, отсутствие западных товаров приводит к проблемам в снабжении. Как это влияет на население? В ходе одной моей поездки в Калининград люди там жаловались на то, что некоторые продукты питания стали недоступны по цене…

Д.В. Мантуров. Я не знаю, с кем Вы там говорили. Но, если посмотреть на данные статистики или же просто зайти в любой продовольственный магазин, то Вы увидите, что до 90% импортных продуктов питания замещены и их можно купить по вполне нормальным ценам.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Все так просто? Россия же многие годы по многим товарным позициям зависела от импорта продуктов питания.

Д.В. Мантуров. Вы же сами сказали, что сельское хозяйство - это не высокие технологии. Сейчас у нас по всей стране строятся птицефабрики, животноводческие фермы. Кстати, мы экспортируем продукты питания, к примеру, на Ближний Восток в Китай.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Значит, что Россия может прокормить себя сама, независима?

Д.В. Мантуров. Я этого не говорил. Ещё есть определенные дефициты.

Например, мы продолжаем импортировать часть молочной продукции, говядины, овощей и фруктов: по этим позициям нужно увеличивать темпы производства.

Также мы стремимся к снижению зависимости от зарубежной селекции и генетики. И здесь у нас тоже есть успехи: за три года объем завезенных семян в целом снизился на 9%, в том числе, импорт семян картофеля сократился на 30%, овощей – более чем на 44%.

В животноводстве также нам удалось сократить импорт молочного скота на 40%. Есть, конечно, еще дефицит мальков рыбы на рынке. И экзотические фрукты, такие как ананасы или бананы мы по-прежнему закупаем. Как и Германия (смеется).

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Если Вас послушать, то можно подумать, что эмбарго Запада стало невольным толчком развития для России.

Д.В. Мантуров. Можно и так сказать.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Тем не менее Вы вероятно сегодня здесь потому, чтобы экономические отношения между странами снова нормализировались.

Д.В. Мантуров. Такого рода поездки обычно служат для установления контактов и обмена мнениями с партнерами. Я только что встречался с Федеральным министром экономики и энергетики Германии Бригитте Цюприс, с Премьер-министром земли Нижняя Саксония Штефаном Вайлем, Премьер-министром федеральной земли Мекленбург - Передняя Померания Эрвином Зеллерингом. Для меня важно расчистить дорогу для российских товаров на немецкий и европейские рынки и улучшить предпринимательский климат между нашими странами.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Для этого необходима оттепель в политических отношениях. Вы думаете, что время для этого уже пришло?

Д.В. Мантуров. Оттепель или ледниковый период: экономика должна развиваться и основываться на прагматических подходах. И этот тезис действует также применительно к российско-германским отношениям. Наши экономические отношения не так плохи, как Вы пытаетесь их изобразить. Например, немецкие компании за последние 4 года построили в России 55 новых заводов.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Нельзя скрыть то, что отношения сильно расстроены.

Д.В. Мантуров. Я так не думаю. Эмбарго есть, это факт, но в действительности же контакты между экономоператорами наших стран никогда не прерывались. Есть многочисленные проекты, инициативы и кооперационное сотрудничество на региональном уровне. Некоторые федеральные земли успешно развивают прямые экономические связи с российскими регионами.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Разве жалобы от иностранных инвесторов не поступают? Немецкие предприниматели регулярно сообщают о проблемах, которые затрудняют реализацию бизнеса в России. О правовой незащищенности, бюрократии, невыполнении обязательств, коррупции….

Д.В. Мантуров. Я не вижу проблемы. Когда мы встречаемся с иностранными компаниями, мы не просто сидим вместе и пьем чай. Мы говорим о возможных проблемах и пытаемся их решить.

Но положение не так драматично, как Вы это представляете сейчас. Вчера вечером у меня был деловой ужин с представителями немецких компаний, которые активно работают в России. И я говорю Вам: не было ни одной жалобы о каких-либо трудностях.

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». Актуальные репортажи из России показывают, что протестные настроения россиян усиливаются. Все чаще проходят демонстрации, которые по слухам свидетельствуют о плохой ситуации в экономике. Что Вы делаете, чтобы удовлетворить запросы людей?

Д.В. Мантуров. Я полагаю, что Вы не совсем осведомлены о положении дел в России. Президент России Владимир Путин и Правительство Российской Федерации делают все, чтобы обеспечить экономический подъем в стране. С другой стороны, я сегодня здесь в Германии включил телевизор и увидел кадры протестов в Мюнхене. Я спрашиваю себя: как Вы тут удовлетворяете запросы людей?

«ВЕЛЬТ ам Зоннтаг». В России при Путине массовые протесты – это новинка. У нас же выражение неудовольствия обществом и демонстрации – это часть дискуссионного диалога, публичное волеизъявление граждан, которое является в определенном смысле частью нашей культуры.

Д.В. Мантуров. (смеется). Я не совсем уверен в том, что это лучшая часть Вашей культуры.

Германия. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > minpromtorg.gov.ru, 4 мая 2017 > № 2181288 Денис Мантуров


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 19 апреля 2017 > № 2162242 Денис Мантуров

Интервью Дениса Мантурова газете Комсомольская Правда.

Отечественной продукции на прилавках становится больше. А из-за девальвации рубля многие товары стали активнее продаваться за рубежом. Но проблемы остаются. Поставщики конфликтуют с торговыми сетями, экспортеры зависят от политики Центробанка, а мелкий бизнес страдает от административных барьеров. О том, как поддержать российских производителей и как сделать цены в магазинах ниже, мы поговорили с министром промышленности и торговли Денисом Мантуровым.

"ЛИЦЕНЗИЯ НА АЛКОГОЛЬ ДОЛЖНА БЫТЬ ДЕШЕВЛЕ"

- Денис Валентинович, член Совета Федерации Сергей Лисовский предложил запретить гипермаркетам работать по ночам и по воскресеньям. Мол, это общая европейская практика. И это может помочь малому бизнесу. Вы как к этому относитесь?

- Да, действительно, в Европе, гипермаркеты и магазины не работают по воскресеньям, за исключением небольших торговых точек на АЗС. Но в нашей стране свои особенности рынка. Мы предлагаем делать упор на создание разнообразных торговых форматов, более традиционных для России. Это рынки, ярмарки, мобильная торговля, несетевая розница… У каждого производителя, будь то частный фермер или крупный бизнесмен, должна быть возможность выбора. На мой взгляд, стабильное законодательство – залог успешного развития. То и дело вносить изменения, тем более, всевозможные ограничения – не лучший способ упростить жизнь бизнеса.

- Зачем нужно это самое разнообразие? Чтобы цены ниже были?

- Да, логика проста: чем больше торговых объектов, тем выше конкуренция, ниже цены и шире ассортимент. В то же время, по вкладу в экономику страны торговля занимает одно из лидирующих мест. Только представьте: в отрасли сейчас заняты 16% от общего количества работающих россиян - около 12 млн. человек! Торговля - лидер по количеству рабочих мест. Поэтому так важно создавать условия, при которых она будет развиваться.

- И для этого вы хотите вернуть ларьки и сделать больше ярмарок? Это ведь тоже своего рода европейская практика...

- «Вернуть ларьки» - это слишком узкий, упрощенный взгляд. Посмотрите, что происходит в других странах. В Европе в каждом городе есть свои требования по стилизации точек продаж. Ярмарки для России – старинная, особая традиция. Кстати, исторически они были не только территорией торговли. Вспомните, наши классики в своих произведениях часто упоминали ярмарки как место для общения. Важно, чтобы у нас это были красивые, вписывающиеся в архитектурный ансамбль сооружения, а не кривые палаточные ряды, как раньше.

- А как будете конкретно помогать? Какие барьеры снимать, какие налоги и сборы понижать?

- Прежде всего, мы будем сглаживать административные барьеры. Вот, например, сейчас лицензия на продажу спиртного и для торговой сети, и для одного небольшого магазина стоит одинаково. Но так быть не должно. Смотрите, у нас есть торговые объекты у разных форматов: от маленьких магазинов местного значения до супер- и гипермаркетов. При этом один расположен в селе – другой – в центре мегаполиса. Как здесь можно говорить об одной цене? Мы хотим снизить стоимость лицензии для магазина, сделать ее сопоставимой с его оборотом. Эффект очевиден: если документ можно будет приобрести за адекватные деньги – у нас меньше станут продавать «из-под полы», и рынок станет более легальным. Предлагается установить такие цены: 3500 рублей – для села, 26 000 рублей – для городов и 65 000 рублей – для городов федерального значения, кроме Севастополя.

"ПРОДОВОЛЬСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ МЫ УЖЕ ДОСТИГЛИ"

- Еще популярная тема - про продовольственные карточки или даже талоны. Давно о них слухи ходят. Так будут вводить или нет?

- Вы говорите о программе поддержки потребительского спроса на продовольствие. Потенциально она экономически эффективна и выгодна. Во-первых, для россиян, которые нуждаются в этой помощи: они смогут приобрести те продукты, которые не могут себе позволить сейчас. Во-вторых, для отечественных производителей. Не всех, конечно, а тех, кто готов участвовать и производить продукцию из программного списка: мясо, рыбу, молочные продукты, растительное масло и т.д. К слову, приобрести можно будет многое, кроме алкоголя, сигарет. Программа важная и нужная. Вопрос в том, в какой момент она будет запускаться, и как финансироваться. Мы с Минфином сейчас это обсуждаем и определяемся, по каким критериям будут отбираться социально приоритетные категории граждан.

- Когда планируете запустить? До конца года?

- Запустим до конца года в случае, если придем к единому мнению с коллегами из других ведомств. Но я думаю, что с учетом формирования бюджета, это будет скорее следующий год.

- Отечественных производителей уже неплохо антисанкциями поддержали. За последние несколько лет выросла доля нашей продукции на прилавках - с 64 до 77%. Двигаемся к полной продовольственной безопасности?

- Ну до 100% эта доля точно не дойдет: некоторые продукты питания просто физически невозможно выращивать или производить в России. Но мы стремимся, чтобы наша продукция была максимально представлена в торговых полках. И действительно, по определенным товарам эта доля достигла 95 - 100% Это, например, мясо птицы, хлеб, масло, жиры. Нет никакого смысла импортировать эту продукцию. Во-первых, получается дороже. Во-вторых, сложнее логистика и дольше доставка. Тем более, наша продукция часто и дешевле, и качественнее, и свежее. Другими словами, там, где экономически это имеет смысл, там доля наших производителей будет расти. А если говорить о продовольственной безопасности, я считаю, что мы уже ее достигли.

- Роспотребнадзор недавно заявил, что 1,5% товаров на наших прилавках - это фальсификат. Вроде немного. Но все равно есть риск нарваться на подделку. Как боретесь за качество?

- У нас есть специальный институт - «Роскачество». Он работает почти два года, проводит независимые исследования и по их результатам присваивает «Российский знак качества». За это время было исследовано около 2000 наименований продукции разного вида, и только 80 из них получили «Знак». Производители товаров оценили нововведение. По их словам, продажи товаров получивших «Российский знак качества» выросли на 35%. Это свидетельствует о доверии населения этому «знаку». Кроме того, если в ходе исследований «Роскачество» обнаруживает нарушения обязательных требований безопасности, то сообщает об этом контрольно-надзорным органам - Роспотребнадзору, Росздравнадзору и Россельхознадзору. Результаты исследований «Роскачества» мы ежеквартально обсуждаем на заседаниях госкомиссии по противодействию незаконному обороту промышленной продукции.

- Это вроде не так много - 2000 наименований...

- Да, доля пока невелика. Но тенденция по увеличению и расширению перечня исследуемых товаров будет сохраняться. Так, Госкомиссией по антиконтрафактной деятельности было принято решение совместно с «Роскачеством» расширить список наиболее чувствительной продукцией и товарами массового потребления: алкогольной и спиртосодержащей продукцией, легпромом, автомобильными алюминиевыми колесными дисками. Планируется также провести исследования продовольственных товаров: хлеба, а также водки и пива.

ИМПОРТ ЗАМЕЩАЕМ, НА ЭКСПОРТ ОТПРАВЛЯЕМ

- «АвтоВАЗ» стал активнее поставлять машины в Германию. А тракторы и прочая сельхозтехника экспортируются в Канаду. Неужели не все так плохо в нашей промышленности, раз она пользуется спросом за рубежом? То есть не только импорт замещаем, но и на экспорт отправляем...

- Мы наращиваем поставки нашей продукции последние три года. Эта тенденция сохранится и в будущем. Но здесь мы зависим от многих факторов. В том числе и от курса рубля. Если он будет справедливым и будет делать нашу продукцию конкурентоспособной, то мы сможем закрепиться на западных рынках. А если говорить о повышении спроса…. Скажу так: раз в Европе и США покупают наши товары, значит, продукция качественная. Потому что плохую никто бы не брал.

- А как именно поддерживаете экспортеров?

- Там целый комплекс мер. С этого года появилась компенсация затрат на логистику и сертификацию. А также льготное кредитование. В итоге у нас появляются новые модели, растет качество. Особенно в таких отраслях, как транспорт и энергетика. Здесь у нас есть большие возможности для наращивания объема экспорта высокотехнологичной продукции.

- От кризиса у нас больше всего выиграли две отрасли: сельское хозяйство и легкая промышленность. До кризиса последняя на глазах умирала, не выдерживая конкуренции с Китаем. Какая ситуация сейчас?

- У обывателя взгляд на отрасль сводится к одежде и обуви, сумкам и так далее, но это лишь малая толика. Легпром сейчас – это стратегическая отрасль. Она производит высокотехнологичные «умные» ткани и материалы. Их используют в автопроме, авиации, строительстве, медицине, сельском хозяйстве и т.д. Для производства таких материалов в России есть все ресурсы. Например, нефть, газ и нефте- и газохимия – основа для синтетических химических волокон и нитей. А лес нужен для производства искусственных волокон, таких как вискозная целлюлоза, которая сегодня пользуется в мире большим спросом. Наши предприятия производят мембранные ткани и высокотехнологичные дыщащие ткани с влаго- и ветрозащитными покрытиями, с огнезащитной пропиткой. Примеров много. Мы хотим создать полную цепочку добавленной стоимости в России - в этом наша стратегия. И статистика показывает, что двигаемся в правильном направлении. В 2016 году производство спецодежды выросло на 40%, а технического текстиля, включая нетканые материалы – на 26,6%.

ДЕРЕВО ВМЕСТО БЕТОНА

- Недавно вы заявили, что планируете развивать деревянное домостроение. Что это значит? Не многоэтажки же строить из дерева?

- Многие со скепсисом относятся к строениям на основе дерева, но это устаревший взгляд. Речь идет не о банальном полене, а о сверхсовременных материалах. Сейчас эти технологии применяются в развитых странах. Мировой тренд - это экологичные, энергоэффективные, "умные" дома, вписанные в природный ландшафт. В Финляндии, Швеции, Франции и других странах Европы построены целые микрорайоны многоэтажных жилых домов из строительных материалов на основе древесины. Такое жилье не дешевле, но пользуется популярностью у населения, благодаря своим особым свойствам. Современные технологии обработки позволяют создавать материалы с уникальными строительными свойствами, которые по некоторым параметрам превосходят традиционные. Они более долговечные, пожаробезопасные и сейсмо-устойчивые.

- Пожаробезопасные? Как такое может быть? Это же дерево...

- С точки зрения времени на эвакуацию людей деревянный дом более огнеустойчив, чем железобетонный. В случае пожара стальная конструкция деформируется и разрушается под воздействием температуры, в деревянном же доме огонь за это же время затронет только обстановку и стены. А до самой конструкции если и доберётся, то будет только обугливать ее, не позволяя обрушиться. Сейчас мы работаем с МЧС России. Коллеги пересматривают подходы к проверке пожароопасности деревянных домов как раз с учетом развития технологий деревянного строительства и обработки древесины.

- Плюс экологичность...

- Конечно! Уже сейчас эти конструкции применяются - в отделке. Кроме того, лес - возобновляемый источник сырья. Немногие знают, но наши заводы уже сейчас производят сверхсовременные деревянные материалы, и в 90% случаях они уходят на экспорт, активно покупаются зарубежными компаниями. Этот факт - показатель популярности дерева как строительного материала. Плюс это быстрее и дешевле. Вместе с Минстроем мы сейчас разрабатываем новые стандарты - будем их внедрять в строительстве.

АВТОЛЮБИТЕЛЯМ - НА ЗАМЕТКУ

У машин появится электронный паспорт

- У министерства была инициатива ввести электронный ПТС. Чем он будет отличаться от бумажного. И что это даст?

- Мы с этой инициативой выходили давно. Электронный ПТС даст возможность прослеживать жизнь автомобиля от момента производства и продажи или ввоза на территорию. Здесь будет отражена вся судьба «железного коня» - были ли аварии, как его ремонтировали и где, кто был владельцем и сколько километров проехал.

- То есть, нельзя будет скрутить пробег? Как это будет проверяться?

- Скручивать со временем станет просто бесполезно. Это защита от недобросовестных продавцов, которые фальсифицируют данные по этим авто. Отследить можно будет через данные техосмотров и техобслуживания. Все это будет возможно вносить в электронный ПТС.

- Бумагу не надо будет с собой возить?

- Водитель вообще не должен ни возить ПТС, ни предъявлять, как и бумажный сейчас. При этом не надо путать со свидетельством о регистрации автомобиля – его всегда надо иметь при себе. Вся информация все равно будет в электронном виде, в Системе электронных паспортов. При необходимости инспектор сам проверит паспорт через Систему.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 19 апреля 2017 > № 2162242 Денис Мантуров


Россия. СНГ. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 26 ноября 2016 > № 1998375 Денис Мантуров

Денис Мантуров: проблему контрафакта не решить усилиями только одного государства.

О ключевых вопросах, которые поднимались на прошедшем в ноябре IV Международном форуме «Антиконтрафакт-2016» в Ереване, в интервью МИА «Россия сегодня» рассказал Министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров.

— Насколько проблема контрафакта актуальна для России и других участников ЕАЭС?

— Незаконный оборот товаров — одна из самых острых проблем, она наносит прямой урон интересам наших государств. В России по разным секторам он составляет от 5 до 30%. Приведу пример. Китай в 2015 году экспортировал в Россию товаров легкой промышленности более чем на 10 миллиардов долларов. На российской границе зафиксирована только половина этого объема, то есть разрыв в «зеркальной статистике» — 56%! Только по легкой промышленности в сферу нелегального оборота в год попадает товаров на сумму порядка 5 миллиардов долларов.

Роскачеством опубликованы результаты исследований порядка 1300 товаров из 33 категорий. Выявлено несоответствие заявленной маркировке. Например, в товарах того же легпрома зачастую заявлено 80% натуральных материалов, а по факту мы видим 80-процентную синтетику. Важно заметить, что, как правило, несоответствие товаров по санитарно-гигиеническим показателям — воздухопроницаемости и гигроскопичности — из-за низкого качества исходного сырья, которое ввозится, при этом качество обработки материалов и пошива в стране — на высоком уровне.

У наших коллег похожая ситуация. Это серьезный ущерб для экономики, искажение конкурентной среды, а главное — потенциальный риск для здоровья и жизни граждан. Причем в условиях единого экономического пространства данная проблема может принимать еще большие масштабы.

Многие страны начали понимать, что в условиях глобализации проблема защиты своих национальных рынков от незаконного оборота промышленной продукции не может быть решена только усилиями одного государства. Необходимо выстраивать эффективную систему межгосударственных мер противодействия незаконному обороту.

Но ее нельзя создать просто на уровне рабочего взаимодействия отдельных членов правительства или профильных министерств. Нужно собрать вместе все заинтересованные стороны, дать им возможность общаться напрямую, высказать свою точку зрения на общую проблему. Именно для конструктивного диалога органов власти государств — членов Евразийского экономического союза (ЕАЭС), представителей бизнеса, науки и общественности мы и проводим уже IV Международный форум «Антиконтрафакт». Только в формате всестороннего обсуждения можно выработать единые подходы к пониманию незаконного оборота промышленной продукции и эффективные меры по борьбе с ним.

— Почему для проведения форума был выбран именно Ереван?

— Проведение Международного форума осуществляется в государствах-членах Союза ежегодно, на ротационной основе. Так, первый форум «Антиконтрафакт» прошел в 2012 году в Москве. Второй форум состоялся в Астане, третий — в Минске. В этом году форум приняла гостеприимная Армения. В январе-августе 2016 года товарооборот между Арменией и Россией вырос на 11,6%, достигнув 803,6 миллиона долларов. Несмотря на напряженную внешнеполитическую и экономическую обстановку, Россия остается основным торговым партнером Армении. Растет экспорт армянских товаров в страны — участники ЕАЭС. Я уверен, что атмосфера Еревана — современного города с историей, насчитывающей почти три тысячи лет, благоприятно повлияла на качество принятых на форуме резолюций.

— Какие меры будет предпринимать Россия и другие страны — участники ЕАЭС для борьбы с контрафактом?

— В 2015 году указом Президента России создана государственная комиссия, которая на федеральном уровне координирует деятельность по противодействию незаконному обороту товаров. В регионах аналогичные комиссии возглавляются непосредственно губернаторами.

Всего за год работы госкомиссия подготовила ряд законодательных инициатив по наиболее проблемным в части контрафакта отраслям. Например, сформирована концепция законодательного регулирования по противодействию использованию в авиации «неаутентичных» комплектующих. Разработан упрощенный порядок уничтожения изъятых из незаконного оборота товаров легкой промышленности. Ужесточены меры ответственности за нарушение прав потребителей в сфере интернет-торговли, за несоблюдение требований к качеству моторного топлива. Первоочередные меры по борьбе с контрафактом отражены в проекте Стратегии по противодействию незаконному обороту промышленной продукции в Российской Федерации до 2025 года, которая будет принята до конца этого года.

В декабре планируется представить на рассмотрение главам наших государств Таможенный кодекс ЕАЭС.

Наши партнеры по Евразийскому союзу положительно оценили опыт работы госкомиссии. В Казахстане создана межведомственная комиссия по противодействию незаконному обороту промышленной продукции. Беларусь решает вопрос о создании такой же структуры, и мы уже приняли совместное заявление о взаимодействии в сфере противодействия незаконному обороту продукции. Аналогичный документ мы подписали на полях форума «Антиконтрафакт» с Министром экономического развития и инвестиций Армении Суреном Караяном.

Как видите, мы активно действуем по всем направлениям. Конечно, многое еще предстоит осуществить, но начало положено, и оно, на мой взгляд, вполне успешное.

— В качестве одной из мер борьбы с контрафактной продукцией в России проводится эксперимент по маркировке меховых изделий. Насколько этот проект оправдал себя?

— С августа 2016 года, по данным ФНС России, в системе маркировки меховых изделий уже зарегистрировались около 8 тысяч участников, заказано и изготовлено более 6 миллионов марок на меховые изделия — это в 16 раз больше официальных данных по обороту за 2015 год! А ведь, исходя из имеющейся статистики, объем рынка составлял не более 300 тысяч изделий в год. Как видите, эффективность этой системы очевидна не только экспертам, но и простому обывателю. С 1 января 2017 года начнем эксперимент по добровольной маркировке отдельных видов лекарственных средств. Прорабатывается введение маркировки на товары легкой промышленности, ценные породы древесины, авиакомпоненты.

— Какие цели по борьбе с контрафактом вы ставите на среднесрочную перспективу?

— Темпы интеграционных процессов в ЕАЭС возрастают. Более того, за последнее время активизировались переговоры на высшем уровне о сближении ЕАЭС с АСЕАН и ШОС, а на Петербургском экономическом форуме Президент России предложил создать большое партнерство в Евразии, в которое могли бы войти ЕАЭС, Китай, Индия, Пакистан, Иран и другие государства. Евразийский экономический союз все больше заявляет себя в качестве ядра континентальной интеграции. И нам необходимо в очень сжатые сроки отработать ключевые механизмы взаимодействия, в том числе в части противодействия нелегальному обороту. Потом, по мере роста числа участников, это будет сделать намного сложнее.

Ключевая цель — формирование цивилизованного рынка товаров и услуг в рамках ЕАЭС. И здесь важно усиление роли институтов гражданского общества, применение механизмов общественного контроля по выявлению нелегальной продукции, повышение этики предпринимательской деятельности. Задача — не столько ужесточить наказание за незаконный оборот продукции, а создать такие условия на рынке, при которых ведение нелегальной деятельности станет просто невыгодным.

Совместные усилия стран — участников ЕАЭС должны привести к 2020 году к снижению доли незаконного оборота в ключевых отраслях промышленности до двух раз, по сравнению с 2014 годом.

Россия. СНГ. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 26 ноября 2016 > № 1998375 Денис Мантуров


Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 26 ноября 2016 > № 1982556 Денис Мантуров

Мантуров: проблему контрафакта не решить усилиями только одного государства

О ключевых вопросах, которые поднимались на прошедшем в ноябре IV Международном форуме "Антиконтрафакт-2016" в Ереване, в интервью МИА "Россия сегодня" рассказал министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров.

— Насколько проблема контрафакта актуальна для России и других участников ЕАЭС?

— Незаконный оборот товаров — одна из самых острых проблем, она наносит прямой урон интересам наших государств. В России по разным секторам он составляет от 5 до 30%. Приведу пример. Китай в 2015 году экспортировал в Россию товаров лёгкой промышленности более чем на 10 миллиардов долларов. На Российской границе зафиксирована только половина этого объема, то есть разрыв в "зеркальной статистике" — 56%! Только по легкой промышленности в сферу нелегального оборота в год попадает товаров на сумму порядка 5 миллиардов долларов.

Роскачеством опубликованы результаты исследований порядка 1300 товаров из 33 категорий. Выявлено несоответствие заявленной маркировке. Например, в товарах того же легпрома зачастую заявлено 80% натуральных материалов, а по факту мы видим 80%-ую синтетику. Важно заметить, что, как правило, несоответствия товаров по санитарно-гигиеническим показателям — воздухопроницаемости и гигроскопичности из-за низкого качества исходного сырья, которое ввозится, при этом, качество обработки материалов и пошива в стране — на высоком уровне.

У наших коллег похожая ситуация. Это серьёзный ущерб для экономики, искажение конкурентной среды, а главное — потенциальный риск для здоровья и жизни граждан. Причём в условиях единого экономического пространства данная проблема может принимать ещё большие масштабы.

Многие страны начали понимать, что в условиях глобализации проблема защиты своих национальных рынков от незаконного оборота промышленной продукции не может быть решена только усилиями одного государства. Необходимо выстраивать эффективную систему межгосударственных мер противодействия незаконному обороту.

Но её нельзя создать просто на уровне рабочего взаимодействия отдельных членов правительства или профильных министерств. Нужно собрать вместе все заинтересованные стороны, дать им возможность общаться напрямую, высказать свою точку зрения на общую проблему. Именно для конструктивного диалога органов власти государств — членов Евразийского экономического союза (ЕАЭС), представителей бизнеса, науки и общественности мы и проводим уже IV Международный форум "Антиконтрафакт". Только в формате всестороннего обсуждения можно выработать единые подходы к пониманию незаконного оборота промышленной продукции и эффективные меры по борьбе с ним.

— Какие меры будет предпринимать Россия и другие страны — участники ЕАЭС для борьбы с контрафактом?

— В 2015 году указом президента России создана государственная комиссия, которая на федеральном уровне координирует деятельность по противодействию незаконному обороту товаров. В регионах аналогичные комиссии возглавляются непосредственно губернаторами.

Всего за год работы госкомиссия подготовила ряд законодательных инициатив по наиболее проблемным в части контрафакта отраслям. Например, сформирована концепция законодательного регулирования по противодействию использованию в авиации "неаутентичных" комплектующих. Разработан упрощённый порядок уничтожения изъятых из незаконного оборота товаров лёгкой промышленности. Ужесточены меры ответственности за нарушение прав потребителей в сфере интернет-торговли, за несоблюдение требований к качеству моторного топлива. Первоочередные меры по борьбе с контрафактом отражены в проекте Стратегии по противодействию незаконному обороту промышленной продукции в Российской Федерации до 2025 года, которая будет принята до конца этого года.

В декабре планируется представить на рассмотрение главам наших государств Таможенный кодекс ЕАЭС.

Наши партнёры по Евразийскому союзу положительно оценили опыт работы Госкомиссии. В Казахстане создана Межведомственная комиссия по противодействию незаконному обороту промышленной продукции. Беларусь решает вопрос о создании такой же структуры, и мы уже приняли совместное заявление о взаимодействии в сфере противодействия незаконному обороту продукции. Аналогичный документ мы подписали на полях форума "Антиконтрафакт" с министром экономического развития и инвестиций Армении Суреном Караяном.

Как видите, мы активно действуем по всем направлениям. Конечно, многое ещё предстоит осуществить, но начало положено, и оно, на мой взгляд, вполне успешное.

— В качестве одной из мер борьбы с контрафактной продукцией в России проводится эксперимент по маркировке меховых изделий. Насколько этот проект оправдал себя?

— С августа 2016 года, по данным ФНС России, в системе маркировки меховых изделий уже зарегистрировались около 8 тысяч участников, заказано и изготовлено более 6 миллионов марок на меховые изделия — это в 16 раз больше официальных данных по обороту за 2015 год! А ведь, исходя из имеющейся статистики, объем рынка составлял не более 300 тысяч изделий в год. Как видите, эффективность этой системы очевидна не только экспертам, но и простому обывателю. С 1 января 2017 года начнём эксперимент по добровольной маркировке отдельных видов лекарственных средств. Прорабатывается введение маркировки на товары лёгкой промышленности, ценные породы древесины, авиакомпоненты.

— Какие цели по борьбе с контрафактом Вы ставите на среднесрочную перспективу?

— Темпы интеграционных процессов в ЕАЭС возрастают. Более того, за последнее время активизировались переговоры на высшем уровне о сближении ЕАЭС с АСЕАН и ШОС, а на Петербургском экономическом форуме президент России предложил создать большое партнёрство в Евразии, в которое могли бы войти ЕАЭС, Китай, Индия, Пакистан, Иран и другие государства. Евразийский экономический союз всё больше заявляет себя в качестве ядра континентальной интеграции. И нам необходимо в очень сжатые сроки отработать ключевые механизмы взаимодействия, в том числе в части противодействия нелегальному обороту. Потом, по мере роста числа участников, это будет сделать намного сложнее.

Ключевая цель — формирование цивилизованного рынка товаров и услуг в рамках ЕАЭС. И здесь важно усиление роли институтов гражданского общества, применение механизмов общественного контроля по выявлению нелегальной продукции, повышение этики предпринимательской деятельности. Задача — не столько ужесточить наказание за незаконный оборот продукции, а создать такие условия на рынке, при которых ведением нелегальной деятельности станет просто невыгодным.

Совместные усилия стран — участников ЕАЭС должны привести к 2020 году к снижению доли незаконного оборота в ключевых отраслях промышленности до двух раз, по сравнению с 2014 годом.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 26 ноября 2016 > № 1982556 Денис Мантуров


Армения. СНГ. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 22 ноября 2016 > № 1980023 Денис Мантуров

Денис Мантуров: Прекратить незаконный оборот промпродукции возможно совместными усилиями.

Ежегодно Министерство промышленности и торговли Российской Федерации организует Международный форум «Антиконтрафакт». В этом году мероприятие проходит в Ереване. По этому поводу «Арменпресс» побеседовал с Министром промышленности и торговли Российской Федерации Денисом Валентиновичем Мантуровым. Представляем интервью полностью.

– Ежегодно Министерство промышленности и торговли Российской Федерации организует Международный форум «Антиконтрафакт». В этом году мероприятие пройдет в Ереване. Какие результаты вы ожидаете? Сформированы ли российской стороной решения, которые можно будет реализовать в рамках единого экономического пространства ЕАЭС?

– Главная задача форума заключается в содействии снижения объемов незаконного оборота промышленной продукции и негативных последствий для рынка. Акцент на снижении объемов незаконного оборота сделан неслучайно. На мой взгляд, выстраивая систему противодействия, нужно соблюсти разумный баланс государственного регулирования и развития бизнеса – это не просто. Проведенный нами анализ показал, что жесткая государственная политика, устанавливающая дополнительные требования и ограничения для бизнеса, зачастую является причиной развития незаконного оборота и прекращения деятельности субъектов малого и среднего бизнеса. Вместе с тем недобросовестные участники рынка используют целый комплекс методов, который включает нарушения таможенного и налогового законодательства, прав интеллектуальной собственности, требований технических регламентов. И эти методы постоянно совершенствуются.

Формирование единой политики в решении общих проблем – необходимость, которая возникает сегодня у наших стран. Незаконный оборот товаров – это актуальная проблема, которая наносит серьезный урон нашим государствам. В первую очередь, мы видим в этом потенциальный риск для жизни и здоровья наших граждан. Не говоря уже о существенном ущербе экономике.

С учетом отсутствия границ и свободного движения товара, каждый участник Союза является гарантом защиты этого общего рынка. Поэтому нам нужно выстроить единую систему противодействия, работающую на всем пространстве ЕАЭС. И первым шагом к ее созданию является определение национальных органов, которые будут курировать эту работу в комплексе. В нашей стране эта задача возложена Президентом на Государственную комиссию, а комплекс мер по противодействию контрафакту отражен в проекте Стратегии по противодействию незаконному обороту промышленной продукции в Российской Федерации до 2020 года, которая будет принята в этом году. Мы готовы поделиться нашими наработками с коллегами и вместе подумать о подготовке аналогичного программного документа в рамках ЕАЭС и формировании наднациональной системы учета данных по незаконному обороту.

Еще одним важным условием сокращения нелегальной продукции является применение на всей территории ЕАЭС единых технических регламентов и межнациональных стандартов. За последние два года при непосредственном участии ЕЭК мы ощутимо продвинулись в этом направлении, и сейчас действуют 35 регламентов, оценку соответствия которым в наших странах в совокупности осуществляют больше 1 тыс. органов сертификации и почти 2,5 тыс. испытательных лабораторий.

В качестве позитивного примера хотел бы рассказать про запуск пилотного проекта по маркировке меховых изделий, благодаря которому мы смогли увидеть реальные масштабы рынка, его структуру, особенности бизнес-процессов. В итоге мы получили уникальный аналитический инструмент, который позволит принимать более эффективные решения по развитию отрасли. С учетом того, что пилотный проект – это проект всего Евразийского союза, мы ждем его полноценного запуска во всех государствах-членах ЕАЭС.

Первые результаты реализации этого проекта на территории России показали его эффективность, поэтому с 1 января 2017 года будет запущен добровольный эксперимент по маркировке отдельных видов лекарственных средств. Кроме того, уже сейчас прорабатывается введение маркировки на авиакомпоненты, ценные породы древесины, товары легкой промышленности.

Хотел бы отметить, что на Евразийском межправительственном совете был утвержден итоговый проект Таможенного кодекса ЕАЭС, который учитывает интересы бизнеса и позволит вести более прозрачную и эффективную политику на границе Союза.

Также совет ЕАЭС обратил внимание на необходимость перехода к общему регулированию рынка лекарственных средств. Важный вопрос, решение которого позволит упростить борьбу с незаконным оборотом, оптимизировать производство. Это, безусловно, положительно скажется на потребительском климате.

Мы видим, что круг обсуждаемых тем становится все шире, и, я надеюсь, по результатам работы форума будут сформированы актуальные решения, которые можно будет реализовать в рамках единого экономического пространства ЕАЭС. Полученные в ходе работы секций, круглых столов, дискуссии резолюции будут направлены во все страны Евразийского союза.

– Насколько нам известно, в рамках вашей рабочей поездки планируется встреча с министрами Евразийской комиссии.

– Да, такая встреча запланирована, она пройдет с участием сразу трех министров Евразийского экономического союза, в компетенцию которых входят вопросы промышленности, торговли, экономики и финансовой политики. Очевидно, что защищать национальные рынки от незаконного оборота промышленной продукции возможно только совместными усилиями всех стран ЕАЭС, и координирующую роль, конечно, должна взять на себя Евразийская экономическая комиссия.

Хочу отметить, что наш Союз является мостом между Европой и Азией, а также единым рынком с более чем 182-миллионным платежеспособным населением. Совокупный ВВП наших стран почти 3 трлн долларов США, а территория занимает 1/6 часть суши.

С министрами ЕЭК мы планируем обсудить развитие промышленного сотрудничества и механизмы создания условий для увеличения промышленного производства и взаимных поставок, вопросы поддержки экспорта. Уверен, что эти усилия позволят более эффективно использовать потенциал общего рынка, в том числе в сегменте государственных закупок, и достичь синергетического эффекта.

К примеру, буквально накануне форума мы провели совместную коллегию с руководством Министерства промышленности Республики Беларусь и Евразийского экономического союза.

В итоге мы наметили реализацию совместных проектов развития станкостроительной отрасли в рамках Союзного государства и обсудили пути расширения взаимовыгодного сотрудничества между станкостроительными предприятиями Российской Федерации и Республики Беларусь.

Также мы договорились о проведении на площадке Минпромторга России практических консультаций о выработке согласованных позиций по снятию ограничений во взаимных поставках и реализации совместных проектов импортозамещения, в том числе в области сельскохозяйственного машиностроения.

Что касается наших армянских коллег, хочу отметить, что есть планы создания платформы, на которой предприятия России и Армении могут находить и выстраивать совместные проекты. Одной из таких площадок может стать наша главная международная промышленная выставка «Иннопром».

– Как на сегодняшний день вы оцениваете состояние двусторонних торгово-экономических отношений и межрегионального сотрудничества России и Армении?

– Армению и Россию связывают многие десятилетия союзнического партнерства. Хотел бы отметить, что Россия в страновой структуре товарооборота Республики Армения занимает первое место. Несмотря на системное снижение объемов взаимной торговли в 2015 и 2016 годах практически по всем странам, с Республикой Армения в 2016 году улучшение ситуации видим пока незначительное, однако обозначен положительный вектор.

Особо хотел бы отметить важность развития сотрудничества на региональном уровне. В составе российской делегации принимают участие губернаторы ряда областей, например Ульяновской области, Ставропольского края. В рамках рабочей поездки планируется подписание плана мероприятий на 2016-2018 годы к Соглашению между правительством Ульяновской области и администрацией Ширакского марза о торгово-экономическом, научно-техническом, социальном и культурном сотрудничестве. Я хотел бы подчеркнуть, что укрепление и развитие региональных связей, в том числе на уровне малых и средних предприятий, – одна из главных наших задач.

И сегодня мы очень рады отметить, что наши взгляды на сотрудничество наших стран, как дипломаты говорят, очень близки либо совпадают. Но это совпадение взглядов подкрепляется конкретной работой, работой на техническом уровне. Мы находимся в постоянном контакте и консультируемся по вопросам государственного и регионального масштаба. Поскольку мы считаем друг друга близкими союзниками, то, конечно, всегда прислушиваемся к партнерам, имея в виду интересы друг друга.

Армения. СНГ. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 22 ноября 2016 > № 1980023 Денис Мантуров


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 2 ноября 2016 > № 1962489 Денис Мантуров

Интервью Дениса Мантурова информационному агентству «Синьхуа».

Министр промышленности и торговли Российской Федерации Денис Мантуров в интервью агентству «Синьхуа» рассказал о результатах посещения Китайской международной промышленной ярмарки СIIF-2016, оценил перспективы российско-китайского сотрудничества, обозначил его направления и назвал основные сферы взаимодействия двух стран. Особое внимание министр уделил развитию партнерских отношений в авиационной сфере, в частности при создании широкофюзеляжного дальнемагистрального самолета и перспективного гражданского тяжелого вертолета.

– Господин Мантуров, возглавляемая вами делегация посетила Китайскую международную промышленную ярмарку СIIF-2016, где Россия выступает в статусе страны-партнера. Можно ли считать ваш визит ответным на участие партнеров из Китая в Российско-Китайской выставке «Экспо», которая прошла в Екатеринбурге в июле этого года? И ограничивается ли официальный визит посещением промышленной ярмарки в Шанхае?

– В этом году китайской стороной, впервые за 18 лет проведения главной китайской промышленной выставки, учрежден статус страны-партнера, который был присвоен России. Отличительной чертой Шанхайской ярмарки являются экспозиции по самым разным направлениям, среди которых промышленная автоматизация, энергетика, металлообработка, станкостроение, робототехника. Надеемся, что и российская экспозиция вызовет интерес и будет по достоинству оценена участниками и гостями. Наша экспозиция, а также участие российских представителей в деловой программе ярмарки станут хорошим подтверждением тому, что Россия богата не только полезными ископаемыми, но и обладает значительным промышленным потенциалом, который может быть в полной мере реализован в широкой кооперации с китайскими партнерами.

Хотел бы еще раз поблагодарить китайских друзей за предоставление нашей стране этого почетного статуса. Рассматриваем этот жест как еще одно яркое подтверждение общепризнанного авторитета ярмарки в ряду важных событий в сфере промышленности и инноваций, которое позволит придать дополнительный импульс развитию торгово-экономических промышленных и инвестиционных связей между нашими странами.

Сотрудничество России и Китая динамично развивается. Китай с 2010 года занимает первое место среди торговых партнеров России. Наше взаимодействие затрагивает такие важные сферы, как авиастроение, радиоэлектроника, фармацевтическая и химическая промышленность, судостроение, транспортное машиностроение и металлургия. Мы придаем особое значение поступательному развитию полноформатных двусторонних отношений по всем направлениям. Данный визит в Китай наполнен рядом встреч, которые продолжают вектор развития нашего хорошего и продуктивного партнерства.

Это проявляется и в нашей работе на форуме по развитию индустрии инноваций и новых технологий (IEID). В 2014 году мы встречались с Министром промышленности и информатизации Китайской Народной Республики Мяо Вэем и договорились провести первое заседание подкомиссии.

Мы планируем посетить город Чжухай, ознакомиться с экспозицией Международного аэрокосмического салона и выставки аэропортового оборудования Airshow China-2016. Кроме того, проведем переговоры с руководством компаний Aviation Industry Corporation of China (AVIC), Avicopter Со. Ltd, China Aircraft Engine Group (CAEG), Commercial Aircraft Corporation of China, Ltd. (COMAC).

В Гуньи у нас будет возможность принять участие в торжественной церемонии запуска второй очереди высокотехнологичного завода группы «Ви Холдинг» по производству холодного проката в индустриальном алюминиевом комплексе «Юйлянь».

– Как на сегодняшний день вы оцениваете перспективы торгово-экономического сотрудничества России и Китая?

– Хочу отметить, что наши страны связывают многие десятилетия дружбы и единения. Сегодня нам общими усилиями необходимо стремиться к тому, чтобы расширять сотрудничество на благо народов двух стран. В 2016 году товарооборот России и Китая приблизился к отметке 90 млрд долларов. Перед нами стоит амбициозная задача увеличить этот показатель до 200 млрд долларов к 2020 году. Цель стоит непростая, и для ее достижения необходимо искать новые точки роста торгово-экономического сотрудничества, поддерживать и развивать кооперацию в ключевых секторах, в том числе промышленном.

– Как продвигается сотрудничество с китайскими партнерами в вопросе привлечения инвестиций в российскую экономику?

– Китайские инвестиции в экономику России показывают положительную динамику. Так, на 2,9%, по сравнению с прошлым годом, увеличен объем накопленных китайских прямых инвестиций в экономику России. На конец первого полугодия он составил 8 963,0 млн долларов. За этот же период объем поступивших китайских прямых инвестиций в экономику России показал 346,0 млн долларов, что на 4,8% больше по сравнению с 2015 годом. Для успешного продвижения сотрудничества нами разработан ряд инструментов и инициатив.

Существенная поддержка со стороны Правительства Российской Федерации оказывается программе по созданию на территории России индустриальных парков. На сегодняшний день уже создано 75 таких промышленных зон, еще 90 находятся в процессе строительства и 104 – на стадии проектирования. В рамках государственной программы «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» нами выработана система инструментов и механизмов государственной поддержки этой формы промышленной кооперации. Ассоциация индустриальных парков в рамках реализации плана мероприятий по продвижению за рубежом потенциала локализации производств иностранных компаний в России приступила к подготовке бизнес-миссии регионов России в Китайскую Народную Республику, которая состоится в декабре 2016 года. Основной целью бизнес-миссии является привлечение китайских инвесторов для размещения производств в российских индустриальных парках и особых экономических зонах. Безусловно, мы приглашаем китайских партнеров к взаимной работе в данном формате.

Укрепление партнерства с Китаем является важной частью нашей работы по промышленному развитию в том числе Дальнего Востока. Мы создаем там максимально свободные и комфортные условия для размещения капиталов и производств. Кроме того, потенциальные инвесторы получают уникальную возможность для работы на российском рынке и выгодный плацдарм для прямого выхода на емкий растущий рынок Азиатско-Тихоокеанского региона.

Речь идет, прежде всего, о территориях опережающего развития на Дальнем Востоке с целым комплексом налоговых и иных преференций. Уже есть примеры хороших китайских инвестиций.

Также мы предлагаем партнерам воспользоваться нашим новым инструментом промышленной политики – специальным инвестиционным контрактом. По данному контракту его участник берет на себя определенные обязательства по созданию на территории России высокотехнологичных производств с конкретными показателями по объемам реализации и локализации. Российская Федерация, в свою очередь, гарантирует инвестору стабильность ведения бизнеса и отраслевые преференции. Должен отметить, что у наших стран имеется большое количество нереализованных возможностей. Нам необходимо максимально задействовать имеющийся потенциал, создавать благоприятные условия для наращивания объемов взаимной торговли и инвестиций и расширять контакты по линии государственных, научных и деловых кругов. Участие в подобных мероприятиях призвано привлечь внимание к высокотехнологичным проектам двух стран, расширить взаимовыгодные деловые контакты.

– В каких отраслях промышленности России и Китая развернуто сотрудничество и каких результатов удалось достичь? Чего ждет Россия от сотрудничества с Китаем в сфере промышленности?

– Мы придаем особое значение развитию двусторонних отношений между Россией и Китаем в области промышленности. В настоящее время сотрудничество с Китайской Народной Республикой ведется по большому количеству направлений. Нашими странами проводится активная работа по увеличению товарооборота. Взаимодействие затрагивает такие сферы, как авиастроение, радиоэлектроника, фармацевтическая, химическая промышленности, судостроение, транспортное машиностроение, цветная и черная металлургия.

Ключевыми проектами между нашими странами являются программы совместного создания широкофюзеляжного дальнемагистрального самолета (ШФДМС) и разработки перспективного гражданского тяжелого вертолета.

По обоим проектам в июне 2016 года в присутствии глав России и Китая состоялось подписание межправительственных соглашений, к которым мы последовательно шли.

Что касается ШФДМС, то на сегодняшний день российская и китайская компании отработали основные параметры проекта самолета, определили перечень ключевых технологий, провели необходимые маркетинговые исследования, выработали предварительную бизнес-модель, обсудили варианты применяемых стандартов и сертификационных процедур, а также договорились о создании совместного предприятия. В конце этого года планируется завершить этап определения технической концепции машины и перейти к разработке эскизного проекта.

«Вертолеты России» совместно с китайскими партнерами согласовали объем работ по тяжелому вертолету. Сейчас стороны обсуждают детали контракта, который, мы надеемся, они в скором времени подпишут.

Немаловажным является и сотрудничество с китайской стороной по проекту SSJ 100. На данном этапе наши усилия в Китае сфокусированы на переговорах с авиакомпаниями, заинтересованными в обновлении или расширении парка региональных лайнеров. Вопросы подготовки лизинговых предложений также прорабатываются на перспективу под потенциальных заказчиков. Продолжается процесс сертификации. В рамках AirShow China 2016 планируется провести ряд встреч с китайскими партнерами. Безусловно, важным направлением нашей совместной работы является сотрудничество в области цветной и черной металлургии. В частности, весьма перспективной выглядит идея участия китайских стратегических и финансовых партнеров в развитии проекта «Алюминиевая долина» в Восточной Сибири. Концепция проекта предполагает создание эффективных мощностей по производству продуктов высоких переделов с использованием алюминия для авиации и аэрокосмических производств, автомобильной промышленности, машиностроения, строительства и других отраслей.

Другой перспективной темой нашего планового сотрудничества является фармацевтическая промышленность. В области фармацевтики и медицинской техники налажен диалог не только между нашими министерствами, но и отраслевыми ассоциациями. В рамках рабочей группы по сырьевым материалам, в которую также входит фармацевтическая тематика, мы сможем уделять более пристальное внимание таким вопросам, как взаимодействие в сфере совместных разработок лекарственных средств и трансфер технологий, продвижение российских разработок на китайский рынок, регулирование в области обеспечения качества, вопросы поставок материалов и оборудования для производства лекарственных средств, сотрудничество в области ядерной медицины и радиофармпрепаратов, а также защиты интеллектуальной собственности.

Касательно нашего сотрудничества в области химической промышленности хотел бы отметить, что Китай является крупнейшим партнером России во внешней торговле химическими товарами. В товарной структуре экспорта российской химической продукции в Китай лидирующие позиции традиционно занимают минеральные удобрения. Благодаря механизму взаимодействия перед нашими странами открываются новые возможности в данной сфере. Это лишь ключевые направления нашей промышленной кооперации, и если подытожить, то работа такой площадки, как подкомиссия по сотрудничеству в области промышленности, позволит нам структурировать деятельность по наиболее важным направлениям сотрудничества в области промышленности, будет способствовать закреплению персональной ответственности руководителей за продвижение двусторонних проектов в приоритетных областях.

– Какое значение имеет инициатива строительства «Великого пояса Шелкового пути» для укрепления торгового и промышленного сотрудничества между Китаем и Россией? Есть ли у Министерства промышленности и торговли Российской Федерации планы или предложения по сотрудничеству с Китаем в рамках сопряжения с «Экономическим поясом Шелкового пути»?

– Россия высоко оценивает инициативу Китая по проекту «Экономический пояс Шелкового пути». Фактически речь идет о новых подходах во взаимодействии стран Евразийского экономического союза и Китая, реализации крупных инфраструктурных проектов, упрощении торговых правил, а также укреплении кооперации по линии различных финансовых институтов. Уверен, «Экономический пояс Шелкового пути» и Евразийский экономический союз будут гармонично дополнять друг друга. Соприкосновение этих знаменательных проектов означает выход на новый уровень партнерства и, по сути, подразумевает создание общего экономического пространства на континенте. Эффективная координация форматов взаимодействия будет способствовать установлению более тесного партнерства между Москвой и Пекином. Дополнительную динамику развитию двустороннего торгово-экономического сотрудничества придаст переход на взаиморасчеты в национальных валютах и создание зоны свободной торговли.

Также в рамках реализации проекта «Экономического пояса Шелкового пути» мы предусматриваем возможности сопряжения ресурсов российского энергетического сектора с планами китайской стороны по реализации данного проекта.

Как я уже упоминал, активно ведет свою деятельность на территории Китая компания «Ви Холдинг». Совокупные инвестиции компании в экономику Китая по состоянию на октябрь 2016 года превышают 3,4 млрд долларов и на сегодняшний день являются крупнейшей частной российской инвестицией в экономику Китая. Реализации данного проекта уделяется большое внимание со стороны глав государств и правительств наших стран. Уверен, уже в ближайшее время мы сможем наблюдать высокие результаты работы нашего совместного проекта.

– В рамках соглашения о стратегическом сотрудничестве между ОАО «Россети» и Государственной электросетевой корпорацией Китая, подписанного 20 мая 2014 года в присутствии Владимира Путина и Си Цзиньпина, проводится работа по созданию совместного предприятия ОАО «Россети» и ГЭК Китая. Расскажите поподробнее о том, каким образом сейчас продвигается взаимодействие по этому вопросу?

– Сотрудничество ОАО «Россети» и ГЭК Китая в рамках совместного предприятия для реализации проектов по модернизации, строительству и дальнейшей эксплуатации объектов электросетевого комплекса поспособствует изучению передового опыта и внедрению современных технологий в России, а также модернизации объектов электроэнергетики с использованием внетарифных источников финансирования.

С целью проработки вопросов совместного предприятия создана российско-китайская рабочая группа, основными задачами которой являются разработка концепции создания СП, его организационной структуры, определение перечня совместных проектов для реализации, а также разработка механизмов финансирования деятельности совместного предприятия. На встрече Президента Российской Федерации Владимира Путина с председателем Китайской Народной Республики господином Си Цзиньпином было подписано Соглашение о создании совместного предприятия для реализации проектов в электросетевом комплексе между ОАО «Россети» и ГЭК Китая. В настоящее время разрабатывается перечень инвестиционных проектов, планируемых к реализации в рамках создаваемого СП, а также пакет уставных документов, необходимых для его создания.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 2 ноября 2016 > № 1962489 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 27 сентября 2016 > № 1909643 Денис Мантуров

Брифинг Дениса Мантурова по окончании заседания президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Из стенограммы:

Д.Мантуров: Сегодня обсуждалась программа поддержки экспорта на период до 2025 года с учётом системы проектного управления. Мы подготовили проект, связанный с международной кооперацией, поддержкой экспорта. Приоритизировали четыре отрасли, по которым мы видим потенциал роста. В частности, это сельхозмашиностроение, автопром как одна из крупных отраслей, транспортное машиностроение и авиация гражданская, включая самолёты и вертолёты, естественно, это не исключает возможности поддержки предприятий радиоэлектронной промышленности. Это и нефтегазовое машиностроение, энергетическое и ряд других перспективных отраслей.

Мы сконцентрируем наибольшее внимание и ресурсы на тех четырёх отраслях, которые мы выделили, для того чтобы показать максимальную эффективность и кратное увеличение объёмов в этих отраслях.

Это и традиционные экспортные субсидии. По ним будут меняться правила, которые позволят иметь более длительный срок обеспечения ресурсами – на весь срок кредитных соглашений. Поскольку сегодня есть изменения в постановление Правительства, также придётся корректировать бюджетное законодательство, чем сейчас активно занимается Министерство финансов. Таким образом, мы должны сверстать и синхронизировать эти нормативные документы.

Намечен ряд других мер государственной поддержки, включая предэкспортное финансирование и международное страхование по экспортным кредитам. В совокупности мы сможем реализовать те индикаторы, которые заложены в программе. По приоритетным отраслям – это ежегодный рост до 17%, а в целом по несырьевому экспорту – 6–7%.

Вопрос: Каковы цифры в росте экспорта на автомобильном рынке? Есть спрос на наши автомобили?

Д.Мантуров: Конечно, есть спрос на наши автомобили. Мы исходим из того, что к 2018 году мы можем вдвое увеличить объёмы экспорта по сравнению с сегодняшними прогнозами экспорта на 2016 год. И не менее 300 тыс. автомобилей к 2025 году – такой консервативный сценарий. Но у нас есть более амбициозные планы, всё будет зависеть от возможностей бюджета. С учётом бюджетной эффективности этих мер поддержки мы рассчитываем, что у нас с Министерством финансов сложится взаимопонимание и будут обеспечены дополнительные средства поддержки. Таким образом, мы сможем выйти на более амбициозные цифры, в частности по автопрому, к 2025 году.

Вопрос: Какое финансирование предполагается на программу поддержки экспорта в ближайшие годы и учтены ли эти цифры в проекте бюджета на трёхлетку?

Д.Мантуров: Что касается учёта в бюджете на ближайшую трёхлетку, мы подали соответствующую заявку. Мы работаем с Министерством финансов, и всё зависит от финальных цифр бюджета. Что касается абсолютных цифр, то это около 100 млрд на ближайшие три года именно на поддержку экспорта.

Вопрос: Будет ли поддержка автопрома продлена на следующий год и какие меры планируются?

Д.Мантуров: Пока окончательных решений не принято. Мы понимаем, что какие-то меры поддержки точно потребуются, но они будут сильно дифференцированными и разбиты по секторам автопрома в зависимости от итогов этого года. Собственно, и решения будут приниматься в конце этого года.

Вопрос: Когда будет принято решение по концерну «Тракторные заводы» и будут ли концерну выделены деньги из бюджета?

Д.Мантуров: Концерну деньги из бюджета напрямую не планируется выделять. Планируется принять решение в целом по конструкции концерна «Тракторные заводы»: либо сохраняем сегодняшнюю структуру, либо выделяем оттуда военную составляющую. Окончательное решение на этот счёт пока не принималось.

Вопрос: Обсуждается ли в рамках бюджетного процесса пересмотр и утверждение программ поддержки промышленности? На какую сумму вы рассчитываете?

Д.Мантуров: Что касается электронного бюджета и заявок, которые мы подавали, это доступно всем для ознакомления. Снижения по мерам поддержки отраслей промышленности не предвидится с учётом планируемого трёхлетнего бюджета. Мы исходим из сохранения параметров примерно 2016 года.

Вопрос: Вы сказали, что меры поддержки автопрома в следующем году будут сильно дифференцированы. Какие параметры будут оцениваться, чтобы определить, какие сектора получат, а какие не получат поддержку?

Д.Мантуров: Тем секторам автопрома, которые сегодня наращивают положительную динамику, в следующем году мы будем снижать объёмы поддержки. Будем делать программы – например, «Первый автомобиль» или «Автомобиль для села», то есть программы, которые будут ориентированы на определённые группы потребителей и секторы автопрома. Это имелось в виду.

Вопрос: По объёму производства автомобилей на этот год вы меняете свой прогноз? Каков прогноз на будущее?

Д.Мантуров: Мы не меняем прогноз по этому году. В целом рынок будет меньше 2015 года примерно на 10%. Что касается следующего года, мы исходим из стабилизации производства. И в последующем, с 2018 года, рассчитываем на постепенный рост.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 27 сентября 2016 > № 1909643 Денис Мантуров


Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 4 сентября 2016 > № 1883016 Денис Мантуров

Денис Мантуров: наша задача – увеличить приток на Дальний Восток новых рабочих мест.

О том, как проводится новая экономическая политика для Дальнего Востока, в рамках Восточного экономического форума главный редактор Business FM Илья Копелевич побеседовал с главой Министерства промышленности и торговли Денисом Мантуровым.

– Денис Валентинович, год прошел после объявления и введения в действие, как мы это называли, новой экономической политики для Дальнего Востока. С точки зрения промышленных проектов о каких результатах за этот год можно говорить?

– Во-первых, традиционно с момента вступления в силу каких-либо решений или организации мер поддержки есть определенная инерция. Если применительно к Дальнему Востоку, период с момента решения и имплементации тех мер поддержки, которые были приняты, на мой взгляд, я даже вряд ли примеры приведу, насколько быстро все претворяется в жизнь. Потому что регион действительно очень интересный, с точки зрения инвесторов как зарубежных, так и российских. Да, может быть, кого-то смущают вопросы, связанные с логистикой из европейской части России на Дальний Восток или наоборот. Но я приведу пример, когда время транспортировки морем произведенной продукции из Японии до Западной Европы занимает три месяца. А сколько занимает из Владивостока до Западной Европы времени по железной дороге?

– Значительно короче.

– Сколько? Хорошо, не мучайтесь. Две недели в среднем. Это при сегодняшнем состоянии тех маршрутов, которые традиционно используются. Если оптимизировать и улучшить качество, добавить дополнительные мощности, то можно еще оптимизировать и сроки доставки продукции. Это колоссальная разница, и это вызывает дополнительный интерес. Мы буквально вчера с одной японской компанией на эту тему говорили. То есть они серьезно об этом задумались, поскольку, во-первых, замораживаются оборотные средства на несколько месяцев; во-вторых, теряются на транспортировке не только оборотные средства, но и возможность оперативно реагировать на запросы рынка. Этот вопрос сегодня крайне актуален, и вчерашнее подписание специального инвестиционного контракта с Mazda Corporation лишний раз подчеркивает, что коллеги думают и считают деньги, подписав этот контракт, будут развивать дополнительные мощности на «Соллерсе» во Владивостоке по производству 50 тыс. автомобильных двигателей для своих производств за рубежом. То есть они определили точкой и центром компетенции производства определенной модификации двигателей Владивосток для дальнейшей отгрузки на свои производства.

– Я помню, что об этом заводе, об этом контракте с «Маздой» говорили и год назад. И в этом году это все-таки все равно событие?

– Первый старт этого производства, и не только с «Маздой», изначально это было с другими производителями – с SsangYong, с Toyota, у «Соллерса» начался 4,5 года назад. За это время много воды утекло, много изменений и в экономике в том числе произошло, много разных решений, в том числе со стороны государства, по мерам поддержки этого проекта было реализовано и реализовывается за счет компенсации затрат на логистику по транспортировке по железной дороге до европейской части России. Но принятие такого кардинального решения – это основной интерес по созданию таких производств, экспортоориентированных, принят был только окончательно вчера, и он формализован и займет недолгое время для имплементации. То есть общий объем инвестиций, уже вложенных Mazda, – 2,5 млрд рублей, еще где-то около 3 млрд будет дополнительно вложено.

– В рамках форума был подписан меморандум, я назову две организации, назначение коих и функции мне мало известны: это японское Агентство по новым видам энергии и по технологическому развитию, в особенности по новым видам энергии. О чем это и что это с точки зрения нашей промышленной политики?

– Агентство NEDO, японское агентство, занимается не только вопросами развития новых форм энергии или альтернативных видов энергетики. Как раз на моей встрече с президентом этого агентства в феврале этого года, когда я был в Токио в рамках проведения бизнес-миссии, мы вышли на понимание о более глобальном сотрудничестве. Основная тема нашей встречи была связана с проектом по уничтожению, точнее утилизации, твердых бытовых отходов, сжиганию по технологии японской в Бурятии. Это был основной предмет встречи, мы даже по таймингу предполагали, что это дежурная встреча займет 15–20 минут, а заняла она полтора часа, потому что мы начали обсуждать разные форматы сотрудничества. Я просто изначально не предполагал, что мы выйдем на такое полномасштабное, полноформатное сотрудничество. Мы недавно по решению президента и правительства создали Агентство по технологическому развитию, которое и подписало сейчас соглашение о трансфере технологий в тех отраслях, областях промышленности, где у нас в России есть интерес. Это и станкостроение, и робототехника, поэтому энергетика – это интересно, одна из отраслей, но не единственная, где у нас есть перспектива развития.

– В целом мы знаем, что впервые в таком формате происходит российско-японская встреча с участием первых лиц. Известно, что после майской поездки в Сочи премьер-министра Абэ был дан ряд поручений по поводу интенсификации экономических связей с Японией. За эти месяцы что-то изменилось принципиально или то, о чем мы говорим сейчас, – это все-таки еще результат до майского, чисто предпринимательского процесса?

– Мы с коллегами работаем быстро, и с момента принятия решения в феврале этого года и подписания соответствующих документов по созданию, например, подкомиссии по промышленности между Министерством экономики, промышленности и торговли Японии, после встречи лидеров наших стран в мае и проведенной уже подкомиссии 1 августа мы видим не только нарастающий интерес со стороны российского и японского бизнеса, но мы уже передали ответ на те восемь направлений, о которых говорилось на встрече президента Путина и премьер-министра Абэ, мы уже направили конкретный перечень проектов в тех отраслях экономики, за которые отвечает наше ведомство. В том числе то, что наши агентства подписали соглашения, – это одно из содержательных наполнений по реализации этих направлений развития отраслей экономики.

– Ключевой вопрос все-таки не только технологии японские, но и инвестиции, поскольку мы нуждаемся в капитале. Известно, что американские, в особенности американские, санкции большое воздействие имеют и на японские банки, без них не обойтись. Многие обратили внимание вчера на слова главы JBIC, который демонстративно сказал, обращаясь к другим коллегам из японского финансового сектора, что вот «мы подписываем соглашение с Фондом развития Дальнего Востока», мы знаем, что, как «дочка» ВЭБа, это подсанкционная тоже наша структура. Что касается инвестирования японского, какие-то принципиальные сдвиги происходят после майской встречи, возможно, после этой очень яркой совместной сессии здесь, во Владивостоке, где участвовал премьер-министр Японии?

– Я думаю, что та динамика, которая сложилась по этому году, она будет сохраняться и в будущем. И те инструменты финансово-инвестиционного характера, которые обсуждались в начале и середине этого года, и то, что было объявлено JBIC вчера, это даст дополнительный импульс и для японского бизнеса по реализации тех проектов, в которых коллеги заинтересованы. Начиная от аграрного сектора и заканчивая высокотехнологичным в области медицины, станкостроения, робототехники, фармацевтики и машиностроительных проектов. Я думаю, что другие финансовые учреждения Японии будут также активно принимать решения, как JBIC, будут вкладывать свои средства в новые проекты.

– Здесь на вашем стенде большое место уделено новым лесопромышленным предприятиям. Расскажите об этом. Это важная составляющая здесь, на Дальнем Востоке?

– Конечно, да. Поскольку огромная территория занята именно лесом и это один из восполняемых ресурсов в отличие от углеводородов. Что касается развития именно этой отрасли на Дальнем Востоке, за последние три года было реализовано беспрецедентное решение по предоставлению отдельной субсидии для лесопромышленных проектов, связанных с глубокой переработкой леса, чтобы экспортировать продукцию не в виде круглого леса, а уже с высокой добавленной стоимостью. И те новые проекты, которые сегодня рассматриваются нашим министерством на предмет углубленной переработки, вплоть до создания целлюлозно-бумажных химических комбинатов в области лесопереработки, а также развития программы деревянного домостроения, мы специально сейчас прорабатываем механизмы по мотивации населения к приобретению именно деревянных домов, включая льготные ипотеки и т.д. Поэтому эта отрасль заслуживает огромного внимания, и мы будем предпринимать все усилия, чтобы эта отрасль на Дальнем Востоке развивалась.

– Если в целом охватить промышленную политику в отношении Дальнего Востока, мы прекрасно знаем, что тут уделяется большое внимание судостроению, завод «Звезда», но там скорее «Роснефть», есть завод «Звездочка», который под санкции попал, в общем, судостроение.

– «Звездочка» находится на севере.

– На севере, в Архангельске.

– Здесь «Звезда», а там «Звездочка».

– Из общеизвестного мы сейчас говорили о лесе, естественно, нефтехимия, газохимия – тут большие проекты у «СИБУРа» и некоторых других компаний, но еще авиационный кластер. Какие там перспективы? И в Комсомольске-на-Амуре завод, к счастью, даже все эти трудные предыдущие годы работал нормально, потому что выпускал военные самолеты, которые были востребованы? Что сейчас, этот завод будет расти, надстраиваться, увеличиваться, что там будет происходить?

– В Комсомольске-на-Амуре авиационный завод сегодня уже диверсифицировал свою продукцию с учетом политики и стратегии развития Объединенной авиастроительной корпорации, в состав которой входит это предприятие. С учетом налаженного производства «Сухого Суперджета» основной акцент сейчас, наверное, будет ставиться на создании сопутствующих производств, таких как аутсорсинг, для обеспечения комплектации в первую очередь именно гражданского авиастроения, что будет формировать добавленную стоимость именно в Комсомольске-на-Амуре. Этот город формирует практически 50% промышленного объема производства всего Хабаровского края, поэтому мы исходим из того, что у предприятия есть перспективы и по военной составляющей, это самолет пятого поколения, который испытан и будет поставляться в ближайшее время в серийных объемах нашей Российской армии, и по гражданскому авиастроению с учетом увеличения объемов производства «Сухого Суперджета».

– МС-21.

– МС-21 – это Иркутск и другие предприятия.

– Вы сказали, что тут будет развиваться на аутсорсинге производство комплектующих для авиационной промышленности. Можно несколько вопросов уже за рамками? Один общий вопрос еще по промышленной политике здесь. В рамках тех проектов, которые ваше министерство курирует, есть ли какие-то целевые по времени ориентиры? Сколько новых рабочих мест должно быть создано, примерно с какой зарплатой и насколько должен вырасти объем продукции, который будет выпускаться в рамках таких поддержанных министерством и государством промышленных проектов?

– Если вы задаете общий вопрос, то у нас есть отраслевые стратегии практически по всем основным отраслям промышленности. Естественно, одним из индикаторов успешности реализации этих стратегий является создание высокопроизводительных, высокотехнологичных рабочих мест. Поэтому Дальний Восток является одной из составляющих, и в тех отраслях, тех направлениях, которые будут развиваться здесь, естественно, для нас основным или одним из основных аспектов является создание новых высокотехнологичных, производительных рабочих мест на Дальнем Востоке, чтобы не то что снизить, потому что тенденция по снижению миграции, уже и президент сегодня сказал, уменьшилась в 3,5 раза за эти полгода с Дальнего Востока, но наша задача – обеспечить создание новых производств, которые переломят ситуацию. Не то что снизить отток из Дальнего Востока, наоборот, увеличить приток на Дальний Восток новых рабочих мест.

– Здесь же сейчас будет очень много стройки. По крайней мере, «СИБУР» строит и т.д. Здесь вообще кадры найдутся, чтобы это строительство проводить?

– Вы знаете, я думаю, что первое время тенденция сохранится по привлечению сторонней рабочей силы, так, как это было в советское время.

– В наше время здесь, во Владивостоке, тоже новые объекты строили гастарбайтеры, как известно.

– Да, конечно. Но что касается, например, того же самого комплекса «Звезда», в общей сложности будет создано 7 тыс. постоянных рабочих мест. Для этого необходимо создать бытовые и социальные условия, будет строиться отдельный микрорайон с хорошими, достойными бытовыми и социальными условиями, чтобы было интересно и выгодно ехать и жить, и работать на этих предприятиях.

– Две темы очень коротко, которые как проблемные называют предприниматели: это, и президент об этом говорил, тарифы на электроэнергию и таможня здесь работает не так, как в западной части России. Что можно сказать, когда с этим удастся справиться?

– С этим удается справляться уже сегодня, поскольку даже вчера на встрече с президентом и бизнес-сообществом отмечалось, что происходят резкие изменения в сторону улучшения работы административных аспектов, включая таможню. Но нет пределов совершенству, поэтому в этом направлении будут еще происходить изменения в лучшую сторону, мы на это рассчитываем.

Россия. ДФО > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 4 сентября 2016 > № 1883016 Денис Мантуров


Россия. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 31 августа 2016 > № 1883020 Денис Мантуров

Денис Мантуров: интерес к ВЭФ год от года будет расти.

Восточный экономический форум мы рассматриваем прежде всего как коммуникационную площадку для обсуждения путей развития не только Дальнего Востока России, но и всего Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР). Значимость форума подчеркивает решение Президента России провести здесь ряд встреч с лидерами стран региона. Партнерство с ними очень важно в контексте повышения внешнеторгового оборота и сотрудничества в области промышленных и информационных технологий.

Придание ВЭФ статуса ежегодного мероприятия – это признак того, что площадка привлекает внимание как внутри страны, так и наших коллег из стран АТР. Уверен, что интерес год от года будет расти и его участники выработают эффективные решения, направленные на рост инвестиционной привлекательности Дальнего Востока и дальнейшую его интеграцию в экономику стран региона.

Минпромторг России примет активное участие в целом ряде мероприятий форума, отмечая таким образом особую важность темы промышленного подъема ДФО. Я, со своей стороны, буду участвовать в обсуждении вопросов реализации стратегии промышленного развития региона, которые планируется рассмотреть на сессии «Производственные кластеры на Дальнем Востоке: точки сборки». Речь пойдет о точках роста в ДФО, реализации мер для создания современных промышленных предприятий на территориях опережающего развития, перспективах экспортных поставок продукции промышленных кластеров региона в страны АТР и привлечении прямых инвестиций.

Россия. Азия. ДФО > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 31 августа 2016 > № 1883020 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 16 августа 2016 > № 1882861 Денис Мантуров

Денис Мантуров: «Нет задачи вслепую заместить все и вся».

После присоединения Крыма к России, последовавших за этим санкций и девальвации рубля отечественной промышленности пришлось учиться существовать в условиях импортозамещения. Импортная продукция и зарубежные технологии во многом теперь недоступны, приходится создавать свои новые компетенции или вспоминать старые, до этого вытеснявшиеся иностранными конкурентами. О том, что получилось создать за два санкционных года, в каких отраслях импортозамещение нужно, а где без него можно обойтись, и о том, как Россия сама может стать экспортером промышленной продукции, «Коммерсанту» рассказал Министр промышленности и торговли России Денис Мантуров.

— Расскажите, пожалуйста, о реализации стратегии импортозамещения по итогам 2015 года. В каких отраслях ее удалось реализовать, и получили ли мы на выходе какую-либо продукцию, которая в полной мере заместила бы импорт?

— Давайте отделим программу импортозамещения, а точнее отраслевые планы, которые были утверждены в прошлом году, от политики импортозамещения, которая проходила красной нитью через все программы и стратегии начиная еще с 2004 года. С учетом того, что в отраслевых планах представлена продукция, не имеющая аналогов, и ее нужно разрабатывать «с нуля», наиболее ощутимая отдача от реализуемых проектов будет в 2017–2018 годах. Тем не менее в совокупности с позитивным влиянием девальвации в ряде отраслей уже удалось превзойти целевые показатели 2015 года по снижению доли импорта. В тяжелом машиностроении (7%), фармацевтике (7%) и автопроме (4%) она сократилась в диапазоне 4–7% и более чем на 10% в транспортном (12%) и сельхозмашиностроении (12,5%), а также в строительно-дорожной технике (15,5%). Замещение по остальным секторам промышленности — на уровне плана или чуть лучше. А если говорить собственно о политике импортозамещения, то примеров отраслей, где она реализуется, очень много, от фармацевтики до авиапрома, не говоря про судостроение и автопром.

Когда мы, например, затрагиваем автопром, то 90% реализуемых на российском рынке автомобилей производятся на территории нашей страны — с тем или иным уровнем локализации. Что касается планов, которые были утверждены в прошлом году, мы запустили в работу порядка 900 проектов. И в этом году будет дополнительно дан старт еще более чем 400, в следующем — оставшимся, которые были отражены и зафиксированы в плане импортозамещения.

По прошлому году финансовые средства, которые были направлены из бюджета на эти проекты, составили 53 млрд руб. непосредственно из бюджета плюс 20 млрд руб. из Фонда развития промышленности, то есть общий объем инвестиций в реализацию этих проектов достиг 560 млрд руб.: это и бюджетные источники, и кредиты, и собственные средства предприятий.

Надо сказать, что все те индикаторы, все те задачи, которые мы ставили перед собой и предприятиями, которые декларировали свои намерения их реализовывать, были выполнены. И мы рассчитываем на то, что эта тенденция сохранится в будущем. И вот что меня убеждает в этом. Помимо финансовой поддержки мы оказываем предприятиям еще и нефинансовую поддержку за счет административных и регуляторных механизмов. Я имею в виду меры стимулирования, особенно через закон о стандартизации, который принят и вступает в силу. Мы сейчас это будем активно применять с учетом внесения изменений в ФЗ-44, который регламентирует госзакупки.

— Цифры, которые вы назвали,— это итоги 2015 года. Можете обозначить задачи и объемы инвестиций на 2016 год?

— Из бюджета мы запланировали направить на программу импортозамещения 70 млрд руб., в том числе финансирование из Фонда развития промышленности, который докапитализировали еще на 20 млрд руб. Сегодня все проекты, которые проходят через фонд, направлены так или иначе на цели импортозамещения. Если вернуться в прошлое, когда только формировалась концепция создания фонда, его основная цель состояла в финансировании проектов, направленных на импортозамещение и внедрение наилучших доступных технологий.

— Во второй половине 2014 года был заявлен план: 90% импорта, который у нас сейчас есть в станкопроме, сократится до 40% к 2025 году. Прошло два года, 90% остались, а станкостроители жалуются, что, хотя поддержка есть и сумма очень большая, делят ее на очень небольшие доли между всеми, что неэффективно. Почему так происходит?

— На сегодняшний день доля импорта сократилась ниже 80%, и мы видим, что больше половины предприятий вошли в активную фазу. Дальше всего продвинулась, по моему мнению, группа «Стан», которая последние три года консолидировала активы и скупала предприятия. Параллельно мы содействовали компании в разработке новых модификаций, моделей станков, обрабатывающих центров, и сегодня мы являемся свидетелями роста производства и спроса на нашу станкостроительную продукцию. Так, количество произведенных и реализованных «Станом» обрабатывающих центров возросло почти в 1,5 раза, что составило более 3,3 млрд руб. в денежном выражении. Выпущены пятиосевые фрезерные обрабатывающие центры с токарной функцией с размером стола до 2 м, токарно-фрезерные обрабатывающие центры и новая линейка высокоточных пятиосевых многофункциональных обрабатывающих центров портального типа с размером стола до 1,25 м.

— А если рассмотреть ситуацию в целом?

— Если брать статистику в целом, то по металлорежущим станкам за прошлый год рост составил хоть и немного, но 5% в количественном выражении. Если до этого мы видели тенденцию к снижению объемов производства, то в 2015 году наступил переломный момент за счет того, что сработали инструменты поддержки, которые реализовывались в предыдущие четыре года. Программа, которая реализовывалась еще в формате ФЦП, была нацелена на развитие технологического оборудования основных фондов: созданы новые модели станков, комплектующих, модули инженерного программного обеспечения и, конечно же, более технологичные обрабатывающие центры, рост по которым в прошлом году составил 60% в натуральном выражении (с 347 до 542 шт.). Глобально сейчас растет спрос на обрабатывающие центры. Мы движемся в этом тренде: те наработки, которые сегодня формируются, в основном нацелены как раз на такое оборудование. При этом мы не забываем и про модернизацию станков, в которой у нас есть компетенции. В первую очередь речь идет о Коломенском заводе тяжелых станков, а также о Краснодарском заводе им. Седина, где по сей день сохранились компетенции с советских времен и есть потребность в поставке продукции не только на внутренний рынок, но и на экспорт. Но невозможно заниматься всеми видами продукции: мы все-таки должны исходить из того, что имеет более массовый спрос. В эту нишу мы и направляем средства и ориентируем наши предприятия.

— Есть ли прогресс в привлечении иностранных инвесторов и развитии локализованного производства?

— Такие примеры есть. DMG Mori в Ульяновске построил завод и перевел сюда выпуск целой линейки станков, которые не будут теперь производиться в Европе, а именно: универсальные токарные и фрезерные станки, обрабатывающие центры серии Ecoline. Но самое главное, о чем мы договорились с компанией, заключая специнвестконтракт (СПИК), это основание инжинирингового центра: наши российские разработчики будут участвовать в создании технологического оборудования на базе технологий, которые привносит немецко-японский концерн.

— Институт СПИК в некотором смысле рушит сложившиеся правила игры. Так, на рынке сельхозтехники всегда были четкие правила — господдержка в обмен на достигнутый уровень локализации производства. Теперь же производитель сельхозтехники Claas, который собирается инвестировать 750 млн руб. и не в самое ближайшее время, будет получателем господдержки, превышающей инвестиции?

— Немного не так. Компания Claas уже вложила в предприятие €140 млн и планирует вложить еще 750 млн руб. Исходя из этой суммы, мы и подписали СПИК. Инвестиции в 750 млн руб. — нижняя планка, и мы готовы подписывать такие контракты при отсутствии или низком уровне конкуренции на рынке или при нехватке компетенций в этих направлениях. В случае с Claas ситуация следующая: в России есть крупный производитель комбайнов «Ростсельмаш». Мы заинтересованы в получении новых компетенций от Claas и создании второго мощного игрока для формирования здоровой конкуренции на российском рынке. Если к нам придет еще один зарубежный производитель комбайнов, будет сложно поддержать новую инициативу, потому что внутреннего рынка, даже с учетом перспектив роста, достаточно только для двух крупных участников. Иначе демпинг, вызванный перепроизводством, остановит развитие отрасли.

— Если говорить об аналогичных проектах в автопроме, то многие участники рынка недоумевают, зачем на фоне недозагрузки мощностей в 40% договариваться с Daimler о строительстве еще одного автозавода?

— Все зависит от сегмента рынка. План Daimler относится к премиальному сегменту, который в РФ пока формируется за счет импорта.

— Но при невысоких продажах проблематично организовать локализацию — поставщикам компонентов интересен более крупный масштаб производства?

— Вряд ли Daimler будет совершать необдуманные поступки, они мыслят стратегически. Они долго выбирали площадку, наконец определились с ней, и сегодня мы находимся в активной фазе обсуждения условий СПИКа. Компания идет по серьезному формату инвестиций и созданию высокого уровня локализации.

— Будет построен завод двигателей?

— Завод двигателей в рамках СПИКа они строить не планировали. Но они будут соответствовать требованиям по постановлению правительства №719 об условиях и требованиях к российскому производителю. Насколько мне известно, они хотят даже закрывать производства каких-то моделей за рубежом и переносить их выпуск в Россию.

— А как СПИКи будут коррелировать с текущими льготными режимами в автопроме — «старой» и «новой» промсборками? Получаются неоднородные условия для разных игроков.

— Соглашения по первому этапу промсборки завершаются у кого-то в этом году, у кого-то в следующем. Второй этап промсборки, соответственно, завершается на рубеже 2020 года. СПИКи не станут массовым инструментом реализации инвестиций, мы будем подходить очень взвешенно и, я бы даже сказал, штучно.

— В таком случае, если ситуация с премиальным Mercedes понятна, то в чем смысл СПИКа с концерном Hyundai-Kia, выпускающим массовый сегмент?

— Я могу комментировать только после того, как получу заявку для рассмотрения на межведомственной комиссии. В настоящее время мы ведем только консультации по параметрам возможного проекта.

— А что происходит с «Автотором» по истечении таможенных льгот в рамках ОЭЗ в Калининграде? Как чувствуют себя те, кто ведет там сборку (Hyundai, Kia, BMW)?

— Работают. Они рассматривают возможность подачи заявки на заключение СПИКа с более глубоким уровнем локализации тех моделей, которые сегодня у них на конвейере.

— Вы не волнуетесь, что с «Автотора» могут уйти производители вслед за General Motors?

— Я не могу исключить никакие варианты. Могу сказать лишь, что мы никому специально не создаем преград. Если компания готова реализовывать с государством согласованный путь развития, всегда найдем решения для нее, потому что мы заинтересованы в этом сегменте автопрома. Это серьезный мультипликатор: чем выше уровень локализации, тем больше добавленная стоимость для экономики. Поэтому мы всегда готовы идти по отношению к автопрому на максимальный компромисс.

— Можете ли назвать ключевые тезисы, на которых будет основана обновленная стратегия автопрома, которая должна появиться к осени? За счет чего будет выживать отрасль, переживающая падение третий год подряд?

— Главный ориентир — на глубокую локализацию через создание производств комплектующих в России для того, чтобы хеджировать риски волатильности (рубля.— “Ъ”). Хотя в последний год наша валюта достаточно стабильна, но тем не менее.

— А как вы рассчитываете это осуществить при таких небольших объемах производства?

— В прошлом году у нас было продано 1,6 млн машин — это достаточно большой объем, который позволяет поставщикам рассчитывать на достойное место на рынке.

— Тем не менее они пока не очень рвутся в Россию.

— Я с вами не соглашусь — некоторые автоконцерны пришли на наш рынок быстрее, чем за ними стали подтягиваться их комплектаторы. В то же время ряд производств компонентов, которые живут вместе с рынком и быстро локализовались, показывают рост (объем производства комплектующих для автомобилей за первое полугодие 2016 года в денежном выражении вырос на 9,7%, до 151 млрд руб.). Но мы хотим увеличить уровень присутствия автокомпонентщиков на российском рынке и готовы создавать для них дополнительные условия — в том числе и через СПИКи.

— Насколько реально с учетом себестоимости производство автокомпонентов на экспорт?

— Это один из стимулов для производителей организовывать у нас в стране выпуск в секторе машиностроения в целом. Сегодня мы конкурентны с точки зрения условий, от коммунальных расходов до заработной платы. Экспорт машин в целом — это второе стратегическое направление. Цель — повысить его долю с 7,7% до 25% к 2025 году. Будем создавать для этого все условия. И третье — конечно же, нахождение оптимального баланса мощностей для того, чтобы компании были заинтересованы не просто в сохранении производств, а в дальнейшем их наращивании, для того чтобы удовлетворять спрос нашего рынка и экспорта. Вот эти направления мы будем в октябре вносить в правительство.

— Если вернуться к импортозамещению, в каких сегментах у нас сохраняется провал, который надо закрыть?

— Вернусь к изначальному тезису: нужно разделить в целом подходы к импортозамещению. Мы же не ставим перед собой задачу заместить все. Иначе у нас было бы не 1730 проектов, а гораздо больше. Мы нацелены на импортозамещение в тех отраслях, где от этого заметен экономический эффект и где продукция не просто заточена на российский рынок или на рынок ЕАЭС, а имеет существенный экспортный потенциал. Именно такие проекты мы будем поддерживать в 20 отраслях, где сформирован план импортозамещения.

Второй аспект — это вопросы национальной безопасности. Мы исходим из того, что вне зависимости от политической конъюнктуры мы должны обеспечивать себя производством тех компонентов, той продукцией, которая сегодня закупается или закупалась на Украине. Поскольку у нас, по сути, остается полтора года, за это время мы закроем последний сегмент, в котором имели зависимость,— в части газотурбинного морского двигателя. Дальше то же самое по странам НАТО, где ввели определенные ограничения по поставке. Это тоже чувствительный аспект.

Итак, есть две составляющие: первое — это экономический эффект как позитивный стимул, второе — национальная безопасность. Есть сегменты на стыке между ними, где есть узкие места, например, оборудование для работы на шельфе. Конечно, эту проблему можно решать путем поставки оборудования из тех стран, которые не вводили для нас ограничения, но это будет не то оборудование, в котором есть необходимость. Но с учетом того, что в целом шельфовые проекты несколько смещаются вправо (по срокам.— “Ъ”) в свете экономической ситуации, по производству этого оборудования мы пошли путем создания собственной компетенции и из госпрограммы развития гражданской морской техники выделили отдельный сегмент, который заточен именно на оборудование для работы на шельфе. Это не только суда — это все, начиная от фланцев и заканчивая ПО. По этому направлению, во-первых, мы уже заложили почти 2 млрд руб. на эти два года, во-вторых, мы также ориентируем проекты Фонда развития промышленности под нефтегазовое оборудование.

— Вопрос с газовой турбиной большой мощности для электростанций уже считается решенным?

— Если говорить о ГТД-110, которая разрабатывалась и производилась на НПО «Сатурн» и находится сейчас в опытной эксплуатации, мы подключили к этому вопросу абсолютно все институты, привлекли всю компетенцию в этой области. Я не буду сейчас брать на себя обязательства, говоря точные сроки, называя этот год или следующий. Но думаю, что в ближайшее время мы выйдем на стабильную работу этих газовых турбин, для того чтобы не было нареканий и мы бы могли дальше запускать серию, поставляя не только в опытную эксплуатацию, но и потребителям — не только в России, но и за рубежом. Я просто подтверждаю, что мы не сняли вопрос с повестки дня и из отраслевой стратегии, рассчитываем, что это будет только началом. 110 МВт — первая ступень, дальше можно двигаться в сторону 130 МВт и 150 МВт.

— Альтернативных программ не предвидится?

— В таких отраслях это бессмысленно по одной только причине: это штучная продукция и гигантские затраты на НИОКР.

— Рассуждая об импортозамещении, вы говорили о том, что приоритетными являются отрасли, напрямую связанные с национальной безопасностью. А в авиации у нас есть прорывные успехи?

— Импортозамещение для нас действительно важно с точки зрения достижения технологической независимости по ключевым сегментам оборонно-промышленного комплекса. Но это далеко не единственная задача. Если говорить в приложении ко всем отраслям, то здесь цель перекликается с тем, о чем вы сказали — нужно стремиться к созданию собственных продуктов, по ценовым и качественным характеристикам не уступающих иностранным аналогам. Именно на это ориентированы 20 отраслевых планов импортозамещения, сформированные в прошлом году.

Я уже не раз говорил: нет задачи вслепую заместить все и вся. Вы упомянули авиапром, это очень хороший пример того, насколько размыты границы производства высокотехнологичной продукции. Главная задача в гражданском авиапроме — создавать конкурентоспособные на мировом рынке самолеты и вертолеты, привлекательные и для России, и для зарубежных авиакомпаний. Иначе производство воздушных судов не имеет шансов на рентабельность. Сегодня ни одна авиационная держава не обходится без очень глубокой интеграции в международную кооперацию. Технологические и финансовые риски авиационных программ настолько велики, что производители вынуждены искать партнеров по всему миру.

И Россия, нужно сказать, один из таких надежных партнеров. У нас успешно работают инжиниринговые центры Airbus и Boeing, созданы СП по обработке титановых изделий, производятся отдельные компоненты. Точно так же мы готовы взаимодействовать в обратном направлении, развивая собственное производство. Могу сказать, что ряд российских поставщиков сильно прибавили и в технологиях, и в качестве. В частности, они выражают намерение производить комплектующие для SSJ 100. Для них участие в кооперации по нашему ближнемагистральному самолету — возможность доказать свою конкурентоспособность и стать частью международных проектов.

Что касается самого SSJ 100, то в текущем году мы продолжим продвигать его на традиционные и новые для нас рынки: в СНГ, Китай, Европу, Латинскую Америку, страны Азии. Имеются перспективы в Африке. Сейчас изучаем возможность поставок в Иран. А контрактом с ирландской CityJet мы «прорубили окно в Европу»: она приобретет в лизинг 15 SSJ 100 с опционом еще на 16 самолетов.

Хотя более четко обозначить возможности в гражданской авиации сможет МС-21, доля российских комплектующих в котором в целом будет больше, чем в SSJ 100. Все ключевые компетенции будут российскими — это разработка и производство самолета, системная интеграция, а двигатель для МС-21 будет определять заказчик, на выбор будет предлагаться как российская, так и американская установка. Российский двигатель ПД-14 сейчас в стадии интенсивных испытаний.

— Какие реальные темпы производства SSJ 100 запланированы на 2016–2017 годы, и каким российским и зарубежным заказчикам этот самолет будет реально поставлен в этом году?

— В 2016 году планируется произвести 26 новых воздушных судов, еще четыре будут подготовлены и переданы заказчикам в рамках ремаркетинга. До конца года SSJ 100 будет поставлен «Аэрофлоту», «Ямалу», (мексиканской.— “Ъ”) Interjet и CityJet. Продолжится работа по поставке SSJ 100 Государственной транспортной лизинговой компании в рамках контракта, который был подписан на МАКСе в 2015 году. Недавно заключенная CityJet сделка позволит продемонстрировать SSJ 100 ведущим европейским авиакомпаниям, так как одно из основных направлений деятельности CityJet — это сублизинг (на условиях «мокрого» лизинга) парка крупным перевозчикам ЕС.

— Как продвигаются договоренности по возможным поставкам и участии в производстве SSJ 100 с китайцами и иранцами?

— Для SSJ 100 Иран и Китай являются перспективными рынками, рассматриваются различные варианты работы на них. Интерес к Ирану объясняется тем, что в республике проживает 78,5 млн человек, действует свыше 50 аэропортов, а средний возраст самолетов — более 20 лет из-за экономических санкций против страны, отмененных только в январе. Впрочем, для поставок в Иран SSJ 100 как самолета, имеющего различные комплектующие от международных поставщиков, нужно еще пройти различные юридические экспертизы и согласования.

Обеспечить продвижение SSJ 100 можно, также наладив сотрудничество с Китаем, Индией и странами Ближнего Востока. Процесс сертификации SSJ 100 в Китае и взаимодействие с китайскими авиационными властями продолжаются. Потребность китайских перевозчиков в новых региональных самолетах в ближайшие 15–20 лет — около 1300 единиц, и SSJ 100 претендует на 10% этого рынка.

— Какие именно импортозамещающие проекты реализованы в сфере радиоэлектроники? Как при этом повысилась эффективность — удалось добиться экономии ресурсов, создать новые рабочие места?

— Таких проектов достаточно много. Отмечу лишь часть из них, которые мы считаем наиболее прорывными. К примеру, российские разработчики создали мультипротокольный маршрутизатор, не уступающий аналогу, производимому американскими Cisco Systems и Juniper Networks. Есть у нас неплохие достижения в сегментах оборудования систем широкополосного беспроводного доступа, пакетной передачи голоса, инфраструктуры построения технологической линии микроэлектронных производств. Могу сказать, что только в рамках данных проектов до стадии опытного производства и реализации малой серии изделий доведено свыше 10 технологий мирового уровня, создано около 100 рабочих мест. Наверное, это не так много, но совсем недавно у нас вовсе не было поводов для гордости в гражданской радиоэлектронике.

Если брать отдельно микроэлектронику, то здесь мы рассчитываем на существенный рост компетенций наших производителей благодаря участию в масштабном проекте по выпуску платежных карт «Мир». До конца 2018 года планируется выпустить свыше 35 млн таких карт, оснащенных чипами российского производства. Важно, что весь этот объем наши производители способны потянуть самостоятельно.

Мы прорабатываем и ряд других подобных проектов, суммарная выручка от которых к 2022 году может составить более 105 млрд руб. Например, выпуск электронных документов: паспортно-визовых документов нового поколения для нужд МВД России и персональной карты — электронного жетона военнослужащего для Минобороны и МЧС.

Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 16 августа 2016 > № 1882861 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 29 января 2016 > № 1635437 Денис Мантуров

Денис Мантуров: мы ориентируемся на экспорт высокотехнологичной продукции.

В конце 2015 года Россия резко активизировала контакты с Ираном в преддверии снятия международных санкций с этой страны. Одним из первых чиновников экономического блока российского правительства, посетивших Иран на фоне разговоров о снятии санкций, стал министр промышленности и торговли России Денис Мантуров. О том, как развиваются российско-иранские отношения после того, как начался процесс снятия санкций, какие новые проекты обсуждают Иран и Россия, какие страны в этом году посетит министр и как Минпромторг защищает свои программы на фоне сокращения бюджета, Денис Мантуров рассказал в интервью ТАСС.

– В конце 2015 года вы были с бизнес-миссией в Иране, где достигли предварительных договоренностей по ряду контрактов между российскими промышленными предприятиями и иранской стороной. Сейчас с Ирана сняты основные ограничительные экономические санкции. Рассчитываете ли вы на дальнейшее расширение сотрудничества?

– Никаких предпосылок к отмене наших договоренностей с Ираном сейчас нет. Мы, разумеется, рассчитывали на отмену санкций в отношении Иранской Республики. При этом основная цель нашей поездки заключалась в налаживании двухстороннего сотрудничества, которое развивалось бы даже в том случае, если бы санкции в отношении Ирана сохранились на неопределенный срок. Сейчас мы ориентируемся на развитие торговли между странами в части поставок из Ирана основной сельскохозяйственной продукции. Что касается России – мы делаем основной упор на поставку высокотехнологичной продукции – это прежде всего самолеты. Мы рассчитываем на поставку авиалайнеров SSJ 100. Также мы надеемся на возможное участие иранской авиастроительной инфраструктуры в производстве компонентов для нашего самолета МС-21 с последующей покупкой этого лайнера. Продолжаются переговоры по другим гражданским секторам промышленности – в частности, автомобилестроение, энергомашиностроение.

– Есть ли договоренности между Ираном и ЕАЭС в части создания ЗСТ?

– В феврале 2014 года Иран обратился в адрес Евразийской экономической комиссии с просьбой о создании зоны свободной торговли с государствами – членами ЕАЭС. По итогам проработки данного предложения в прошлом году было принято решение о создании совместной исследовательской группы по изучению целесообразности заключения такого соглашения. Итогом работы группы станет доклад, на основании которого будет приниматься решение о целесообразности заключения соглашения о свободной торговле с Ираном. В то же время хотел бы отметить, что решение о формировании зоны свободной торговли с какой-либо страной принимается консенсусом и зависит от мнений всех государств-членов ЕАЭС. Минпромторг России всегда принимает активное участие в таких вопросах, активно отстаивая интересы российской промышленности на зарубежных рынках.

– С какими странами в текущем году вы намерены развивать бизнес-диалог, каких еще видите потенциальных партнеров и рынки сбыта?

– Мы будем развивать практику рабочих поездок, бизнес-миссий и развития международного сотрудничества. В этом году мы продолжим работу со странами Юго-Восточной Азии, в частности, с Индонезией, Таиландом и Малайзией. В конце февраля – начале марта этого года должна состояться бизнес-миссия в Японию. Еще одна цель на этот год – принять участие в промышленной выставке в Зимбабве и совместить этот визит с проведением там заседания межправительственной комиссии. Возможно, мы посетим в рамках одной поездки еще несколько соседствующих с Зимбабве африканских стран. Мы также продолжим развивать наши контакты с европейскими странами, и это неполный перечень – планов на год достаточно много.

– В правительстве продолжают обсуждать вопрос секвестра бюджета: по словам министра финансов Антона Силуанова, при цене на нефть 25 долларов за баррель выпадающие доходы составят 3 трлн рублей, и секвестировать расходную часть на 10% будет недостаточно. Ожидаете ли вы, что придется пересматривать структуру бюджета и какой она является в представлении Минпромторга? Можно ли дальше сокращать расходную часть по государственным программам под кураторством вашего министерства?

– Хочу обратить ваше внимание на то, что в настоящее время проводится не секвестр, а оптимизация бюджета. Правительство проводило подобную работу и в предыдущие годы. Что касается дальнейших изменений параметров бюджета и статей, касающихся нашего ведомства, мы такие сценарии пока не обсуждали. Но внутри ведомства мы всегда занимаемся приоритизацией тех направлений и отраслей промышленности, в которых мы видим точки роста и развития.

В любом случае мы будем акцентировать свое внимание на тех отраслях и секторах промышленности, которые будут давать максимальный мультипликативный эффект – не по текущему и даже не по следующему году, а в среднесрочной и долгосрочной перспективе. Естественно, сейчас это потребует инвестиций со стороны государства, в том числе финансовых, чтобы обеспечить бюджетные поступления на будущие периоды. В частности, при подготовке стратегии развития промышленности на период до 2030 года мы смотрим, как обеспечивать налоговые поступления в 2019–2020 годах.

– Прогнозируете ли вы глубокий кризис в сфере производства нефтедобывающего и нефтеперерабатывающего оборудования в связи с низкими ценами на нефть и риском заморозки нефтяных проектов?

– В предыдущие годы огромный объем закупаемой продукции приходился на зарубежных поставщиков. Сейчас мы совместно с Минэнерго, нефтегазовыми компаниями и машиностроительным блоком реализуем планы по импортозамещению. Главным ориентиром для компаний является переориентация на отечественных поставщиков – следовательно, у нас не должно быть опасений за состояние индустрии нефтегазового оборудования.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 29 января 2016 > № 1635437 Денис Мантуров


Германия. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 8 ноября 2015 > № 1550212 Денис Мантуров

Денис Мантуров: «Я вижу в санкциях не только вызов, но и большой шанс».

Министр промышленности и торговли Российской Федерации Денис Мантуров дал интервью известному немецкому изданию Der Spiegel. Глава Минпромторга рассказал о влиянии санкций, импортозамещении и путях преодоления кризиса доверия между Россией и Западом.

– Денис Валентинович, как западные санкции сказываются на российской экономике?

– Санкции вредят обеим сторонам, служат причиной дискомфорта и дискриминируют ту сторону, в отношении которой принимаются. Я не думаю, что западным странам нравится уничтожать, например, яблоки, потому что теперь они не могут продавать свои фрукты в Россию. Я только что вернулся с Евразийского экономического форума в Вероне. И там на санкции жаловался не я, а итальянские предприниматели. Для меня очевидно, что санкции не могут продолжаться вечно – тем более что они в определенном смысле идут вразрез с международным правом, и введены они были не Советом Безопасности ООН и не Всемирной торговой организацией (ВТО).

– Причиной введения санкций стала аннексия Крыма – нарушение международного права!

– Любые политические проблемы не могут решаться посредством карательных экономических мер. Хочу лишь заметить: для нас здесь речь идет не об «аннексии», а о воссоединении. Однако, будучи министром промышленности, я вижу в санкциях не только вызов, но и большой шанс. Еще недавно мы импортировали 96% станкостроительного оборудования. Но ведь это же нонсенс, когда такая крупная индустриальная держава, как Россия, настолько зависит от заграницы. Теперь растет спрос на наше собственное оборудование.

– В каких отраслях?

– В разных. Например, наши нефтегазовые компании покупают все больше российской техники. Для меня как министра промышленности это отрадно.

– Можно подумать, что вы даже благодарны Западу за санкции...

– Повторяю – в санкциях нет и не может быть ничего хорошего ни для стран, которые их вводят, ни для тех, против кого они направлены. Тем не менее для российской промышленности и сельского хозяйства они имеют позитивный эффект. Хотя, с другой стороны, в результате финансовых санкций, ограничивающих доступ к кредитам зарубежных банков, мы имеем определенные сложности...

– ...что в долгосрочной перспективе ведет к изоляции.

– Россию невозможно изолировать, для этого она слишком интегрирована в мировую экономику. К сожалению, многим компаниям на Западе посылают сигнал: не ходите в Россию, потеряйте свой рынок. И сегодня мы более тесно сотрудничаем со странами БРИКС, с Китаем, Индией, Бразилией и Южной Африкой. На их долю приходится 30% мирового валового продукта. Россия не хочет и не будет самоизолироваться. Это было бы абсурдом. Мы будем по-прежнему покупать лучшие технологии, какие мы только можем найти на мировом рынке. Например, буквально сегодня я встречался с израильской компанией, которая планирует наладить у нас производство режущего инструмента.

– Не боитесь, что снижение реальных доходов населения в текущем году примерно на 10% выльется в социальные протесты?

– Во всех странах экономика развивается циклически. Долгое время наша экономика динамично росла, сейчас она проходит через низшую точку. Все нормализуется. И тем не менее, россиянам живется неплохо. Один из показателей – обеспеченность собственным жильем большинства семей в России.

– Не все с этим согласны. Так, американское рейтинговое агентство Moody's в августе негативно оценило российскую политику импортозамещения.

– Я рекомендую экспертам из Moody's приехать к нам, в Россию, чтобы получить более объективную картину, я найду время для общения с ними. Как министр промышленности, я считаю своей задачей развивать российскую экономику, а не просто поддерживать ее на плаву. Поэтому еще до начала санкций мы начали принимать меры по импортозамещению. Так, мы много инвестируем в сельскохозяйственное машиностроение и сегодня производим зерноуборочные комбайны, соответствующие мировому уровню, которые продаем даже в Америку!

– В ответ на санкции Запада Россия ввела собственные санкции, отказавшись от импорта сельскохозяйственной продукции из государств ЕС. Почему вы наказываете собственный народ, который теперь не может покупать итальянские сыры, польские яблоки, немецкие колбасы?

– Зайдите в наши магазины – ассортимент продуктов огромен! За короткое время нам удалось создать, например, мощную индустрию птицеводства. Дело вкуса, но вот я люблю мясо индейки – оно здоровое и нежирное – и ем прекрасную ветчину из нее российского производства. И, возможно, наш потребитель не может сейчас купить колбасу какого-то конкретного производителя из Германии, но при этом у нас есть аналогичная колбасная продукция, производящаяся в России, и в том числе по немецким рецептам.

– Главное, сократилась покупательная способность населения. Цены резко выросли.

– Но только на импортную продукцию. И я спрошу вас: почему?

– Потому что ваше импортное эмбарго действует как протекционистская мера, и конкуренция отсутствует.

– Нет. Потому что рубль упал к доллару и евро за полтора года больше чем на 30%. Это помогает нашему экспорту, который только в области машиностроения вырос на 7%. Но есть продукция, которую мы вынуждены закупать за рубежом. Например, апельсины, которые, в силу климатических условий, не выращиваются в России, мы покупаем в других странах и по более высоким ценам.

– Если все так хорошо, тогда почему в текущем году российская экономика сокращается примерно на 4%?

– Потому что мы сильно зависим от экспорта нефти и газа. Богатые природные ресурсы и накопленные валютные резервы создают, с одной стороны, некую «подушку безопасности», которая сегодня смягчает падение, но, с другой стороны, мы слишком долго на ней почивали.

– Есть и другие факторы, в силу которых Россия во многом не исчерпывает собственный потенциал: коррупция и «дефицит» правового государства.

– Вы знаете, за последние несколько лет ситуация во многом изменилась. Например, в международном рейтинге Всемирного банка Doing Business мы со 120-го места в 2010 году – между Коста-Рикой и Бангладеш – поднялись сегодня на 51-е. И мы не намерены этим довольствоваться, ситуация будет улучшаться.

– Сотрудничество в области экономики может послужить путем к преодолению глубокого кризиса доверия между Россией и Западом?

– Определенно да. Концерн Siemens остается в России вот уже 150 лет – он был и при царях, и при коммунистах. Но когда немецкое правительство говорит главе Siemens, что на российский экономический форум в Санкт-Петербург ему лучше не ехать, то это огорчает и выглядит странно.

– В последние годы доля государства в российской экономике неуклонно росла. По-вашему, это правильный путь?

– Знаете, государству не следует контролировать производственные активы на постоянной основе. Но мне известно по собственному опыту, что порой его помощь необходима. В 90-е годы вертолетостроение находилось в плачевном состоянии. Появилось слишком много инвесторов, отрасль была полностью разобщена. Сегодня она консолидирована и открыта для инвестиций. И другой пример: недавно мы продали 50% нашего концерна «Калашников» частным инвесторам. Только представьте себе – «Калашников», гордость нашего стрелкового оружия!

– Издержки, связанные с аннексией Крыма, а также с помощью пророссийским сепаратистам на востоке Украины, а теперь и с интервенцией в Сирии, колоссальны. Россия может себе их позволить?

– Вы снова пытаетесь вывести меня на тонкий лед политики....

– Отнюдь, мы говорим о деньгах, которых недостает для инвестиций.

– Президент Владимир Путин и правительство премьер-министра Дмитрия Медведева делают все, чтобы помочь нашей промышленности. Автопром без государственных субсидий потерял бы не 25%, а все 50% объема производства. Мы продолжаем инвестировать и в самолетостроение. К слову, «Суперджет» – это не только российский проект, но и европейский. 50% комплектующих поставляются из Европы. И мы ожидаем, что наступит момент, когда и европейские компании начнут покупать у нас самолеты.

– Стремительное наращивание расходов на оборону на протяжении последних лет тормозит экономический рост?

– Отнюдь. Оборонная промышленность – это двигатель прогресса. По всему миру в «оборонке» находят применение лучшие достижения фундаментальной науки.

– Но разве Советский Союз прекратил свое существование отчасти не потому, что производил слишком много хороших танков и боевых самолетов, но не делал приличных телевизоров?

– Не беспокойтесь: мы не повторим допущенных тогда ошибок. У наших граждан должны быть и есть сегодня хорошие телевизоры, автомобили и холодильники, в том числе отечественного производства. А вы знали, что производитель кухонной техники Bork был основан российскими разработчиками? А что это такое, знаете? (вытаскивает из кармана пиджака смартфон с двуглавым орлом на обратной стороне).

– YotaPhone российского производителя, который, правда, на прошлой неделе был куплен одной гонконгской компанией.

– Да, часть инвесторов – это гонконгские фирмы. И – да, YotaPhone собирают в Китае, так же, как и Apple iPhone. Но в следующем году откроется сборочный завод YotaPhone в России.

– Как и Bork, создатели которого зарегистрировали свою фирму в Германии, многие лучшие российские инженеры уезжают искать счастье за границу.

– Так было в 90-е годы. Тогда из России выехала целая армия, сотни тысяч специалистов. Сегодня они возвращаются назад, получив ценный опыт, а европейские компании, инвестировавшие в Россию, по-прежнему продолжают работать в нашей стране.

– Германия долгое время была любимым торговым партнером России...

– ...и Германия останется им.

Германия. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 8 ноября 2015 > № 1550212 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 3 октября 2015 > № 1507918 Дмитрий Медведев, Денис Мантуров

Заседание Правительственной комиссии по импортозамещению.

Стенограмма:

Д.Медведев: У нас продолжается работа и в рамках форума, и параллельно мы проводим с вами заседание комиссии по импортозамещению. В этом зале мы с вами уже как-то общались, это было ровно год назад, причём, на мой взгляд, довольно продуктивно, потому что обсуждали самые разные вопросы, которые касаются региональной политики.

По результатам того общения, как я помню, было дано много важных поручений. Надеюсь, что сегодня будет то же самое, но с учётом того, что у нас не просто встреча с руководителями регионов, а встреча, посвящённая импортозамещению, то есть заседание нашей комиссии, большой Правительственной комиссии, мы пригласили губернаторов, для того чтобы вы смогли рассказать о своих ощущениях по тем направлениям импортозамещения, которые возможны у вас, которыми вы занимаетесь, что вы считаете более перспективным, менее перспективным. Вот, собственно, об этом мы сегодня поговорим и также рассмотрим план заседания комиссии по импортозамещению на следующий год.

Сейчас утверждены около 40 региональных планов по импортозамещению. По оценке экспертов (это Аналитический центр при Правительстве), конечно, они далеко не все синхронизированы с планами федеральных министерств, и это совсем неправильно. Я хотел бы, чтобы коллеги из всех ключевых ведомств (это прежде всего Минпромторг, Минсельхоз, Минэкономразвития) оказали помощь регионам при подготовке и реализации ими планов по импортозамещению. Надо обмениваться информацией о содержании региональных планов и о конкретных инвестиционных проектах и, конечно, информировать о существующих государственных возможностях поддержки предприятий, которые не всегда обладают полными данными. Мы с вами как-то привыкли, что мы вроде какие-то решения приняли, будь то федеральный уровень или региональный уровень, и все о них знают. Ничего подобного! Как показывает опыт, абсолютное большинство даже тех, кто заинтересован в получении информации по импортозамещению и по другим вопросам экономической деятельности, этими знаниями не обладает. Поэтому наша задача ещё – качественно эту информацию донести.

На федеральном и региональном уровне за последний год создано немало механизмов поддержки промышленности. Уже сегодня регионы ими пользуются, субсидируются и процентные ставки по кредитам, и лизинговые платежи, предоставляются государственные гарантии и налоговые льготы, снижаются ставки арендной платы.

В этой сфере важно также обмениваться наиболее удачными практиками, тиражировать лучшие образцы – чем, собственно, вчера мы и занимались в рамках различных дискуссий на площадках форума, когда обсуждали и рейтинги, и региональные практики. Сегодня эта работа может быть продолжена.

Одна из задач – переход к системе одного окна, о котором промышленные предприятия всегда говорили и в котором можно получить необходимую информацию. Создан консультационный центр на базе Фонда развития промышленности, тоже информация сегодня на эту тему будет.

Ещё один способ поддержки – создание промышленной инфраструктуры, развитие специализированных площадок, на которых инвесторы могут организовывать производство. Есть неплохие примеры локализации таких площадок, это и Калининградская, и Калужская, и Ленинградская области. Нам эту работу нужно и дальше вести, систематизировать её, поддерживать наиболее эффективные институты.

Развивалось и законодательство о промышленной деятельности. Есть известный закон «О промышленной политике», приняты также поправки в закон «О закупках товаров, работ и услуг для государственных нужд отдельными видами юридических лиц». Эти поправки позволяют регулировать вопросы закупок госкомпаний, с тем чтобы они приобрели преимущественно российскую продукцию. Сегодня мы также обсудим, какие ещё действия возможны в данном направлении, в том числе по совершенствованию правового поля.

Добавлю также, что наша цель, конечно, не заключается в возведении искусственных барьеров в торговле. Я вчера об этом говорил с большой трибуны. Задача в другом, в том, чтобы на территории России появились современные высокотехнологичные предприятия, как промышленные, так и сельскохозяйственные, чтобы их продукция была востребована не только на российском, но и по возможности на зарубежных рынках. Для этого нужна эффективная система продвижения несырьевого экспорта. В июне принят закон о создании на базе Внешэкономбанка Российского экспортного центра, который также в режиме одного окна будет помогать предприятиям осваивать новые рынки.

Давайте приступим к обсуждению названных тем. Что я просил бы делать? Сначала предлагаю послушать выступление Министра промышленности Дениса Валентиновича Мантурова. Потом я хотел бы, чтобы несколько слов сказал Министр сельского хозяйства, потому что у нас всё-таки импортозамещение касается не только промышленности. А потом уже перейдём к обсуждению с руководителями регионов. Пожалуйста, Денис Валентинович.

Д.Мантуров: Уважаемые главы регионов! Уважаемые коллеги!

Позвольте мне напомнить всем участникам, что в этом году, в начале года, Минпромторгом по поручению Председателя Правительства было утверждено 20 отраслевых планов импортозамещения, в которые вошло более 2,5 тыс. позиций, технологических направлений. Каждый план ведёт профильная межведомственная рабочая группа, в состав которой включены все заинтересованные стороны. Эти группы, по сути, являются платформой для взаимодействия производителей и потребителей импортозамещающей продукции. Самое активное участие в подготовке и реализации планов принимают регионы, с которыми у нас выстроены очень тесные взаимоотношения. Сейчас с субъектами Федерации мы заключили уже 65 соглашений о сотрудничестве. До конца года рассчитываем подписать остальные.

Эти соглашения предусмотрены законом о промышленной политике и направлены на расширение взаимодействия по всем ключевым направлениям, включая процедуру согласования с нашим министерством кандидатур руководителей региональных ведомств, отвечающих за промышленность.

Нельзя сказать, что все регионы сначала с энтузиазмом восприняли эту новацию. Но мы видим, как шаг за шагом сложилось понимание полезности такой координации. Например, такие регионы, как Москва и Московская область, даже специально изменили своё законодательство с целью реализации этой нормы.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 3 октября 2015 > № 1507918 Дмитрий Медведев, Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 5 августа 2015 > № 1453042 Денис Мантуров

Денис Мантуров: «Мы впервые опередили США с точки зрения производительности труда».

Cтимулируя программу импортозамещения, государство не преследует цель полностью уйти от импортных закупок. Главное – создать определенные компетенции в России, сообщил в интервью «Ведомостям» министр промышленности и торговли России Денис Мантуров. «Определенный участок производственной цепочки, которого раньше не было, но который важен, должен формироваться у нас в стране. Любые санкции – это плохо, но они дали российским производителям дополнительные возможности, их нельзя упустить. Для рывка национальной промышленности создан практически уникальный шанс. При таком курсе рубля мы впервые опередили США с точки зрения производительности труда», – цитирует министра газета.

– Премьер Дмитрий Медведев поручал до 1 июля найти решения, которые помогли бы реализовать программу импортозамещения. Минпромторг определил, какую именно импортную продукцию нужно заместить в каждой из стратегических отраслей? Что именно нужно для этого сделать, вы уже придумали?

– Я бы разделил тему импортозамещения на две составляющие. Мы не вчера начали работать в этом направлении. Еще с 2007–2008 гг., когда не было государственных программ, в плановом порядке реализовывались отраслевые стратегии и целевые программы. Мы с 2012 г. реализуем промышленную политику исходя из того, что в нашей стране должна формироваться добавленная стоимость произведенной продукции.

Поставленные правительством задачи по активизации импортозамещения и формирования отраслевых планов выполнены полностью и в срок. Механизмы – это отраслевые программы господдержки, направленные на повышение конкурентоспособности. Заложены разные форматы поддержки – и субсидиарные, и регулятивные (правительство уже начало ограничивать закупки иностранной промышленной продукции, чтобы защитить производителей России и Евразийского экономического союза). Есть также межотраслевые субсидии: это поддержка НИОКР, компенсация затрат по процентам и кредитам, [взятым] на создание образца и запуск в производство, на модернизацию. И, конечно же, один из наиболее востребованных сейчас инструментов – это Фонд развития промышленности. В него направлено более 1060 заявок. У каждого, кто направил заявку, есть свой личный кабинет, где можно отслеживать, как движется его проект: проходит ли он экспертную оценку или находится на рассмотрении наблюдательного совета. Система максимально прозрачна. При этом мы не ставим задачу заместить все. Есть приоритеты. Основной приоритет – это стратегические направления и отрасли, от которых зависит национальная безопасность, а также связанные с социальными аспектами, и товары, рассчитанные на длительный срок использования.

– В чем была проблема с созданием российских образцов нефтегазового оборудования, газовозов и проч. – всего того, чего, как выяснилось сейчас, остро не хватает?

– Производственная составляющая всегда формируется под спрос. Если мы говорим о нефтегазовом машиностроении, то за последние пять лет наши предприятия сильно продвинулись. То, что произошел разворот наших нефтегазовых компаний, которые нуждаются в этом оборудовании, в сторону нашей промышленности, дает нам четкий сигнал: мы не зря вкладывали средства в разработку, модернизацию и создание новых мощностей. Обеспечение дополнительной потребности наших нефтегазовых компаний в необходимой номенклатуре у нас займет около 2–3 лет. И даже по тем направлениям, где планы самих компаний смещаются по субъективным причинам (например, по освоению шельфа Арктики), мы временно можем обеспечить поставками возникающий спрос, в том числе по крупнотоннажному судостроению. Часть потребностей могут быть покрыты существующими верфями: Балтийский завод, завод в Выборге в кооперации с финскими верфями, а также «Красное Сормово», и «Янтарь», и «Северная верфь». Что касается газовозов и более крупных судов, то сейчас реализуется проект на Дальнем Востоке – «Звезда», который должен выдать первую продукцию к концу 2018 г. с учетом потребностей, которые есть у «Роснефти» и «Газпрома». Таким образом, по мере реализации программ по освоению Арктики мы будем успевать запускать необходимые судостроительные мощности. Дополнительные мощности будут формироваться на северо-западном направлении: модернизация «Северной верфи», строительство там сухого дока. Эта работа тоже должна быть завершена к концу 2018 г. И потом будут обеспечиваться заказы с двух сторон – с Дальнего Востока и Северо-Запада. В этом году мы переориентировали госпрограмму судостроения под задачи производства судового оборудования, огромное количество которого мы закупаем за рубежом. Поэтому нужно обеспечить это производство на территории нашей страны, чтобы сверстать это с планами производства самих судов.

– Вы сказали, что производство определяется спросом. То есть до сих пор оборудование производилось в недостаточном количестве и не такого качества, как импортное, потому что от компаний-потребителей не было необходимого спроса именно на российское оборудование?

– Во-первых, наши нефтегазовые компании достаточно большой объем формировали на зарубежных верфях. И только сейчас стали более активно размещать заказы на российских верфях. Во-вторых, раньше объем производства самих судов был минимальный, поэтому под такой объем не было выгодно производить судовое оборудование. Сейчас же мы объединили планы – и заказы от наших компаний, и возможности наших верфей. Машиностроительные предприятия, которые заинтересованы в производстве этого судостроительного оборудования, подтягиваются под эти заказы. Таким образом, мы синхронизировали и спрос, и предложение.

– Спрос синхронизирован за счет строгих рекомендаций нефтегазовым компаниям заказывать суда в России?

– Этот процесс, наверное, параллельный. Мы с нефтегазовыми компаниями ведем активную работу и мотивируем, чтобы они закупали у российских производителей. С другой стороны, сами компании поняли в определенный момент, что кто-то что-то может не поставить. Поэтому лучше работать и заранее формировать объем заказов у российских предприятий, чтобы всегда быть гарантированно обеспеченным в поставке того, что тебе нужно.

– Но «Звезда» еще даже не построена! Она вообще ничего еще не может гарантировать. «Новатэку», например, проще заказать газовозы на западной верфи, чем дожидаться, когда будет достроена «Звезда».

– У «Новатэка» проект разбит на этапы. Поэтому под первый этап действительно невозможно было успеть [обеспечить им поставки необходимого оборудования], поскольку не были готовы мощности. Что касается сегодняшней ситуации на «Звезде», то в 2016 г. будет начата резка металла в блоке корпусных производств, и после получения спускового устройства в 2018 г. первый изготовленный заказ должен сойти со «Звезды». Соответственно, к 2018 г. будет готов пакет заказов, которые формируются сейчас «Газпромом», «Новатэком» и в первую очередь «Роснефтью», которой принадлежит основной пакет акций «Звезды».

– А будет у компаний выбор: если они не захотят размещать заказы на «Звезде», они смогут так поступить?

– Это уже вопрос экономической целесообразности. Естественно, «Звезда» должна давать более конкурентные условия для того, чтобы не было сомнений и соблазна заказать что-то на зарубежных рынках. Мы должны обеспечить качество, сроки сдачи и те технические требования, которые будут предъявляться. Если мы полностью будем удовлетворять заказчика, то какая логика и целесообразность закупать за рубежом?

– Есть какая-то особая программа по производству оборудования для добычи сланцевой нефти и разработке технологий?

– Я неспроста обозначил программу судостроения для освоения шельфа. Потому что очень сложно порой делить нефтегазовое оборудование, оборудование для освоения шельфа и для освоения на земле, в том числе под задачи [добычи] сланцевого газа или труднодоступных полезных ископаемых. Поэтому мы предусмотрели определенный объем средств и мероприятий по реализации плана импортозамещения нефтегазового оборудования в этой программе судостроения.

– Уже понятно, кто будет производить нефтегазовое оборудование? ОМЗ, ТМК?

– Есть традиционные игроки на этом рынке, и они заинтересованы в участии в этой программе, в получении заказов. Появляются и новые игроки. Не так давно, например, компания «Конар» в Челябинске с «Транснефтью» подписали соглашение о производстве магистральных насосов по перекачке нефти. Они сделали с итальянцами СП в Челябинске. И на базе старого предприятия будут делать крупнотоннажное стальное литье для того, чтобы производить полностью в Челябинске эти насосы. Это как пример. Абсолютно новое производство. Раньше во Владимирской области, в Гусь-Хрустальном они производили насосы меньшего размера также для наших нефтяных компаний, в том числе для той же самой «Транснефти». Много других примеров инновационных небольших компаний, которые делают решения по IT-продукту для нефтегазового сектора. У нас в этом направлении был достаточно серьезный пробел. То есть не только железо должно производиться, но и программное обеспечение. Много игроков появляется, они рассчитывают на нашу поддержку, и если это инновационный продукт, востребованный рынком, то мы будем заинтересованы в его производстве, оказании поддержки через субсидии, льготные займы, льготное финансирование, проектное финансирование.

– Ростех, который теперь участвует в огромном числе программ по импортозамещению, каким-то образом будет участвовать в производстве нефтегазового оборудования?

– Ростех в этом также участвует. У Ростеха очень много машиностроительных компаний, в первую очередь в секторе ОПК, которые в том числе на своих мощностях производили и будут производить оборудование для гражданских направлений, в том числе в нефтегазовом секторе.

– То есть это не будет СП, какое создал Ростех с Россетями, которое будет распределять заказы на оборудование?

– По нефтегазовому оборудованию такого консолидированного заказа с Ростехом на сегодняшний день нет. Они будут наряду с другими производителями участвовать в работе нашей межведомственной рабочей группы. В эту рабочую группу входят почти все потребители нефтегазового оборудования, почти все компании, которые заняты в углеводородном секторе. Каждый участник этой группы отвечает за определенный сектор [заказов] и является, по сути, модератором. Так, например, один из руководителей «Газпрома» модерирует сектор оборудования по трудноизвлекаемым полезным ископаемым. Представитель «Лукойла» отвечает за насосы. Представитель «Сургутнефтегаза» – за оборудование по еще одному направлению добычи углеводородов. Мы специально сделали такое распределение, чтобы компании сами формировали заказ и привлекали коллег, чтобы унифицировать оборудование и выходить на формирование единого национального стандарта. То есть эта работа идет в рамках в том числе нового закона о стандартизации.

– Можно будет, например, купить импортное оборудование, если оно отличается от стандарта?

– В каждой стране есть свои особенности, в первую очередь климатические. Поэтому нужно всегда учитывать, что и в нашей стране могут и должны быть свои стандарты, которым должна соответствовать продукция зарубежных производителей. В июле вышло постановление правительства, которое формирует требование к продукции, аналоги которой не производились в России. Это, по сути, наше видение программы импортозамещения с точки зрения того, какие производственные операции должны осуществляться в нашей стране и какие компетенции должны формироваться в нашей стране по определенной номенклатуре и определенным образцам промышленной продукции. Многие – в том числе первыми, наверное, иностранцы – ждали этого постановления, поскольку все боялись, что основное требование будет предъявляться именно по той стоимости, которая формируется на месте. Мы много времени провели в дискуссиях с российскими ассоциациями производителей оборудования, с иностранными производителями и пришли к следующему компромиссу: в работе с зарубежными партнерами мы будем ставить акцент на формировании у российских производителей необходимых компетенций. Это могут быть совместные проекты – я уже привел пример по магистральным насосам. При этом у самих иностранных компаний может быть заказано необходимое оборудование, но оно должно отвечать тем стандартам и требованиям, которые будут предъявляться нашими нефтегазовыми компаниями. Они будут консолидировать заказ и таким образом унифицировать требования. Таким образом, мы будем увеличивать серийность на предприятиях-производителях, снижать себестоимость, обеспечивать конкурентность цен.

– То есть, по сути, для компаний это не просто социальная нагрузка – они формируют для себя пул подрядчиков, у которых впоследствии смогут что-то заказывать – оборудование и проч.?

– Да, и это выгодно самим компаниям. Ранее поставщикам российской продукции, особенно компаниям, которые только начинают работать на этом рынке, было очень сложно на него пробиться. Теперь требования к поставщикам – российским и иностранным – будут унифицироваться. Это существенно упростит работу на этом рынке. А импортеры должны быть теперь не просто импортерами, они должны создавать добавленную стоимость в нашей стране, чтобы добиться получения заказа. Иначе просто теряется весь смысл программы импортозамещения, если они не будут соответствовать этим требованиям.

Да, сейчас есть востребованная продукция, которая не производится в нашей стране. Значит, она будет закупаться у иностранного производителя, но при этом с определенными условиями, как это делается в цивилизованных странах. Например, в Индии ты не можешь поставить вообще ни одного образца промышленной продукции – особенно по госзакупкам, – если не создал либо собственное производство, либо совместное производство существенной части этой продукции в стране.

Поэтому хочешь отвечать этим требованиям – создавай добавленную стоимость. Это нормальный, цивилизованный путь – мы не отсекаем, не говорим: «Мы не будем у вас больше ничего покупать». Мы говорим: «Мы готовы у вас приобретать, но с условием, что вы через определенный период времени будете соответствовать требованиям и создадите в России производство или совместные производства». Последнее зависит уже от желания и стратегии самих компаний – кто-то не хочет партнерства, кто-то хочет иметь тут свое производство. Пожалуйста, нет проблем! Если они будут соответствовать тем критериям, которые мы сейчас сформировали, значит, это российский производитель.

Взять, к примеру, другую отрасль – фармацевтику. При госзакупках возможно подписание в том числе и специальных инвестиционных контрактов. Постановления по ним тоже вышли. И сейчас компании-производители понимают правила, по которым будут формироваться требования к ним. Я привел этот как пример, потому что это важный сектор, социально направленный. И иностранные производители готовы инвестировать. Например, компания «Санофи» готова реализовывать продукцию, дальше инвестировать, но они хотят понимать правила игры: будет ли приобретаться у них их продукция. Мы готовы смириться, по сути, с тем, что это монопоставщик данной продукции, при условии, что он инвестирует. А инвестиции – это что? Это дополнительные рабочие места, дополнительные налоги и укрепление национальной безопасности, потому что этот продукт целиком и полностью будет производиться у нас в стране и никто не сможет отказать нам в его поставках. Вот это конкретный пример того, какие приоритеты мы ставим в части национальной безопасности.

Важно понимать: если взять в совокупности все наши инициативы, это положительно влияет на инвестиционный климат в стране. Понятные, цивилизованные, четко определенные правила работы – это мотивация для инвесторов вкладывать средства. И ясные механизмы – это и специальные инвестиционные контракты, и перечень требований, которые мы будем предъявлять к ранее не производившейся в России продукции. По сути, создан такой критерий русскости. Это очень емкое и понятное определение. Мы формируем требования, чтобы производимый товар был русским.

– То есть алгоритм такой: есть описание правил действий на конкретном рынке, которым должен следовать любой импортер, который хочет работать в России? И среди этих правил главное – инвестиции в Россию?

– Главное – это инвестиции и создание определенных компетенций в России. Это значит, что определенный участок производственной цепочки, которого раньше не было, но который важен – будь то комплектующие или что-то другое, – должен формироваться у нас в стране.

– Для того чтобы это произошло, то, что производится в России, должно быть более конкурентоспособным по сравнению с тем, что импортируется. В противном случае импорт нужно запретить. Это либо пошлина, либо иные ограничения...

– Это уже произошло в легкой промышленности, в широком перечне машиностроительной продукции – наложен запрет на поставки ряда автомобилей при закупках для государственных и муниципальных нужд. Сейчас 90% реализуемых на отечественном рынке автомобилей производятся в России. Мы понимали, что мы не создаем никому дискомфорт, нет никакой дискриминации. Если какая-то коммерческая компания хочет купить определенный автомобиль, который не производится в России, пожалуйста – платите пошлину и покупайте. А государственная компания или какое-то государственное ведомство должно рассчитывать именно на те автомобили, которые сегодня производятся в России, – и премиум-класса, и эконом-класса. Палитра автомобилей очень широкая, вопрос лишь в уровне локализации. Он сейчас от 30 до 90% в зависимости от сегмента и модели.

– Не кажется ли вам, что такой подход может затормозить развитие компетенций в каждой из отраслей?

– Абсолютно нет. Наоборот. Это мотивирует создание компетенций.

– Для тех, кто хочет прийти и инвестировать, это дополнительный риск.

– Это и риск, и гарантия. Когда мы говорим про специальный инвестиционный контракт, то каждая из сторон берет на себя и обязательства, и риски. То есть если подписывает контракт Российская Федерация, то мы берем на себя обязательство не менять условия ведения бизнеса. В течение 10 лет исполнения этого специального инвестиционного контракта Российская Федерация обязуется не повышать налоги и не ухудшать таким образом качество реализации этого инвестиционного проекта. Субъект Российской Федерации, который тоже является стороной и участником этого инвестиционного контракта (и имеет свои налоги), также обеспечивает гарантии – возможное снижение налога на прибыль, обнуление налога на имущество (это, кстати, касается и федеральной части), предоставление на льготных основаниях земли для строительства или реализации какого-то инвестиционного проекта и проч. Этот контракт предусматривает и предоставление субсидий, и гарантии, что Российская Федерация будет приобретать этот продукт в течение определенного времени, если инвестор выполнит условие по локализации. По-моему, это шикарная мотивация! Мы обеспечиваем спрос, обеспечиваем заказ, гарантируем сроки закупки продукции. Инвестор должен рассчитать свои силы и решить, готов он идти на эти условия или не готов. Если готов, значит, он должен будет инвестировать, обеспечить объем производства, качество продукции, обеспечить создание рабочих мест и обеспечить уровень локализации по тем центрам компетенции, по которым он взялся реализовывать этот проект.

По-моему, очень честные условия. Если бы я был бизнесменом (смеется), то для меня это был бы просто шикарный challenge – прийти на рынок и обеспечить, по сути, гарантии своих инвестиций. Это такой хороший, продуманный со стороны государства инструмент мотивации инвестора приходить на российский рынок в разные секторы.

– Специальные инвестконтракты вы планируете заключать только с новыми игроками или также с существующими, имеющими производство в России?

– Конечно, и с существующими тоже, если у них есть планы расширения, модернизации производства для выпуска новых продуктов.

– Можно ли рассматривать специальные инвестконтракты как аналог соглашений о промышленной сборке, которые ранее заключались с производителями автомобилей и автокомпонентов? По ним компании получили льготы на ввоз компонентов в обмен на обязательства по увеличению локализации и мощностей.

– Абсолютно верно, это является предтечей специальных инвестиционных контрактов. Мы убедились в эффективности режима промышленной сборки в автопроме и пошли по пути расширения перечня отраслей. Специальные инвестконтракты могут быть использованы не только в машиностроении, но и, например, в сельхозпереработке для стимулирования развития локального производства.

– Вы ведете переговоры о заключении спецконтрактов с кем-то из автоконцернов?

– В производстве автомобилей такой потребности пока нет – все мейджоры имеют соглашения о промсборке, которые будут действовать вплоть до 2020 г. Но специальные инвестконтракты могут заинтересовать производителей автокомпонентов, которые в свое время не успели подписать соглашения о промсборке или, к примеру, рассматривают возможность прихода на наш рынок.

– Возможность строительства заводов в России рассматривают и автоконцерны. Например, Daimler – компания изучает площадки в России для выпуска легковых автомобилей.

– Daimler очень долго решается (улыбается). Все зависит от компании, но у Daimler и сейчас есть возможность использовать режим промышленной сборки за счет партнерской программы: они являются акционерами КАМАЗа, имеющего соглашение о промсборке.

– Легковые автомобили Daimler на КАМАЗе – это сложно представить...

– Насколько я понимаю, Набережные Челны рассматривались компанией Daimler в качестве одной из возможных площадок наряду с Москвой, Московской областью, Санкт-Петербургом.

– Российский автомобильный рынок продолжает сокращаться. Чтобы простимулировать спрос и поддержать местные автозаводы, правительство сейчас использует целый комплекс мер поддержки рынка и отрасли – госпрограммы обновления парка, автолизинга, автокредитования, прямых госзакупок машин и проч. Какой будет господдержка авторынка и автопрома во втором полугодии?

– Мы ожидаем доведения следующего (уже третьего по счету) транша в 5 млрд руб. к тем 10 млрд и 5 млрд руб., которые были использованы [по программе обновления парка] в первом полугодии 2015 г. Таким образом, это будет всего 20 млрд руб. на программу поддержки спроса. Также предварительно принято решение о выделении еще 1 млрд руб. по 640-му постановлению – это субсидии на компенсацию процентов по инвестиционным программам. С учетом того, что процентные ставки были подняты, компании не вписывались в параметры проектов, которые они начинали еще в 2009–2011 гг. Поэтому мы пошли им навстречу, пока процентные ставки высоки. И еще 1 млрд руб. по предварительному решению будет дополнительно выделен в 2015 г. на программу льготного автолизинга – итого на нее будет потрачено из бюджета 3,5 млрд руб. Это те объемы поддержки спроса, на которые мы рассчитываем в ближайшие месяцы, исходя из предварительных решений, принятых антикризисной комиссией.

– 5 млрд на целое полугодие на программу обновления парка – не мало ли?

– Будем внимательно следить за ситуацией, для того чтобы оперативно принимать какие-то дальнейшие решения.

Программа обновления парка, программа льготного лизинга и программа льготного автокредитования – ключевые элементы системы стимулирования спроса, реализуемой Минпромторгом. Плановый показатель реализации по этим трем программам в 2015 г. – 372 000 автомобилей.

Бюджетная эффективность данных программ составляет 1,65: только НДС и акцизов будет собрано в бюджет в этом году в размере 52 млрд руб. Если говорить о статистике, то уже продано 274 895 машин в рамках данных мер господдержки, из них 192 830 автомобилей – по программе обновления парка, 103 500 шт. – по программе льготного автокредитования и около 11 000 – по программе льготного лизинга.

– Почему решили не увеличивать в этом году размер поддержки по программе покупки автотехники федеральными органами власти? В первом полугодии на эти цели было выделено 10 млрд руб. Ранее вы говорили, что на такую же сумму рассчитываете и во втором полугодии.

– Процесс закупки таков, что, даже если выделить средства в октябре, они не будут до конца освоены. К тому же по автобусам у нас за первое полугодие рост: по продажам – 12,5%, по производству – 3,7%. Часть стоков перешла по продажам на второе полугодие, в том числе за счет поддержки по программе закупки газомоторной техники (а она будет реализована полностью в этом году). Ожидается продолжение роста: мы поддерживали закупку федеральными органами власти только автобусов, грузовиков и LCV, и те конкурсы, которые сейчас прошли и контракты по которым подписаны или подписываются, – это все уходит на второе полугодие. Добавлять средства на покупку федеральными органами власти я не вижу никакой целесообразности. А вот еще 5 млрд руб. на поддержку спроса – это важный дополнительный стимул. Надеюсь, этих мер поддержки будет достаточно.

– Как вы считаете, нужно помогать «Мечелу»?

– Я считаю, нужно помогать всем крупным компаниям, а «Мечел» – крупная компания, которая имеет много предприятий, и там работает много людей. И мы должны понимать все перспективы развития этой компании, понимать, что будет происходить с рабочими местами. Поэтому мы в активном контакте с менеджментом, собственником компании, банками-кредиторами: ВТБ, Газпромбанком. При нашем модераторстве удалось достичь решения о реструктуризации [задолженности перед ВТБ и Газпромбанком]. И я очень рассчитываю, что Сбербанк тоже придет к таким взвешенным решениям. Но это зависит и от собственников компании, чтобы итоговое решение было выгодно как компании, так и кредиторам. Мы будем и дальше помогать сторонам выйти на взаимовыгодный компромисс.

– Как же фактор морального вреда? Если изначально бизнес понимает, что позиция государства – помогать крупным компаниям, потому что это рабочие места, социальная напряженность, электоральный цикл и т. д., то бизнесмены будут брать на себя гораздо больший риск, чем они взяли бы, если бы понимали, что отвечать за последствия будут только они и никто другой.

– А что такое моральный вред? Я такого термина не слышал по отношению к бизнес-проектам (смеется).

– Об этом много говорилось во время кризиса 2008 г., когда обанкротился Lehman Brothers. Суть в том, что поддержка компаний или банков в итоге оборачивается проблемой – никто не верит в реальность последствий. Что называется – too big to fall. Отказ спасать Lehman Brothers должен был стать уроком для остальных.

– Я как раз и говорю: мы стараемся отмодерировать переговоры так, чтобы было комфортно и кредиторам, и собственнику. Мы не можем никакое решение принимать ни за тех, ни за другого. С одной стороны, это были их решения и их риск. Нас интересует прогнозируемость решений и дальнейших действий. Как государство, мы больше мониторим ситуацию. Но мы точно не собираемся подменять решениями государства те решения, которые принимались сторонами.

– Вы не подталкиваете банки к тому, чтобы договориться?

– Это, к сожалению, очень сложно сделать. Потому что каждый из банков, принимая решение о выдаче кредитов, брал на себя коммерческие риски, формировал необходимые резервы и сегодня их имеет. Другой вопрос – мы должны понимать и прогнозировать ситуацию. Нас волнует это в большей степени.

– Санкции, по вашей оценке, больше принесут вреда или пользы для российской промышленности?

– Точно больше пользы. Потому что те секторы нашей экономики, которые потребляют промышленную продукцию, повернулись к нашей промышленности лицом и стали формировать заказы. Это очевидный плюс. С точки зрения получения недостающих технологий и компетенций – это определенный вызов нашим инженерам и нашей науке, с которыми они справятся. В итоге мы по целому ряду направлений получим образцы продукции, которые раньше у нас в стране не производились, а теперь будут.

– Вам не кажется, что это все-таки ситуация идеального шторма: непомерные ставки по кредитам, абсолютно закрытые внешние рынки, где можно было кредиты взять подешевле, и слабый рубль, который не позволяет импортировать технологии?

– Плюсов больше. Да, закрылись внешние рынки для заимствований. Дешевые ресурсы в валюте сегодня недоступны для машиностроительных компаний. Однако у компаний, ориентированных на экспорт, как были зарубежные кредиты, так они и остаются. А для машиностроения, я думаю, сейчас и в будущем деньги нужно брать только в рублях, потому что они должны рассчитывать на внутренний рынок, который рублевый, а на внешний рынок поставлять свою конкурентную продукцию и получать дополнительную прибыль за счет валютной выручки. Нужно также учитывать, что сегодня при таком рубле мы впервые опередили США с точки зрения производительности труда. Это плюс. Теперь важно не проворонить открывшиеся возможности – успеть создать новые производства, продукты, сформировать задел на будущее по сохранению конкурентоспособности, чтобы не просто импортозамещаться, а чтобы импортоопережаться. Но создавать продукцию только под внутренний рынок – это абсурд, невозможно брать на себя такие риски. Мы должны создавать такую продукцию, которая закроет и потребность внутреннего рынка и откроет нам рынки внешние. Посмотрите: находясь под санкциями, мы уже увеличили экспорт по автомобилям на 20–30%. Мы должны воспользоваться открывшимися возможностями.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 5 августа 2015 > № 1453042 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 25 декабря 2014 > № 1266069 Денис Мантуров

Денис Мантуров: дело не только в курсе доллара и рубля – мы еще и патриоты.

Российская промышленность должна не просто замещать импортные товары, а работать на опережение, создать продукты, которые встанут в один ряд с лидерами мирового рынка, говорит министр промышленности Денис Мантуров. О новых разработках, патриотизме российских сотрудников западных компаний и о том, как можно обойти санкции, он рассказал в интервью ТАСС на борту самолета Sukhoi Superjet в административно-деловой модификации, которую российская делегация продемонстрировала потенциальным клиентам в Индии и Бахрейне.

– Как вы оцениваете результаты усилий по импортозамещению, которые предпринимались в последние месяцы?

– Программы по импортозамещению реализуются не в последние месяцы, просто сейчас они попали в информационное поле в силу известных событий. Но если вы обратите внимание на продукты, образцы промышленной продукции, которые сейчас выводятся на рынок, что является элементом импортозамещения, то увидите, что это просто невозможно сделать за несколько месяцев. Государственные программы, которые реализуются в течение двух с половиной лет, нацелены в первую очередь на создание локального продукта, что также является импортозамещением.

Но мы занимаемся не просто замещением импорта, мы стараемся создавать продукт с элементами опережения, поскольку просто догонять – это не самоцель. А создавать продукты, которые были бы конкурентны по своим характеристикам, лучше по отношению к зарубежным коллегам. Вот тогда мы достигаем цели. Поскольку если мы сегодня будем создавать продукцию, которая станет прямым аналогом поставляемой сегодня по импорту в Россию, то это, конечно, хорошо, но это лишь промежуточное, временное решение. Наша цель не догонять и не только идти в ногу, но и продвигаться вперед.

– Можете назвать какие-то примеры продуктов, которые через какое-то время появятся на рынке и которые могли бы стать в одном ряду с лидерами рынка, например с Apple?

– Вы берете для примера такие сегменты, в которых даже в советское время у нас не было ни технологий, ни компетенций. Давайте посмотрим на те отрасли промышленности, где у нас были достаточно уверенные позиции, в первую очередь это сегменты, связанные с обеспечением добычи углеводородов. Очень традиционный и достаточно логичный для нас сектор промышленности, где мы просто обязаны иметь конкурентоспособную продукцию.

У нас есть собственное сырье, и как раз здесь мы видим возможности для российских компаний с учетом определенных ограничений от западных производителей в части запрета на поставку технологий. Здесь открываются возможности для нашего производителя. И у нас большое количество разработок, которые требуют скорейшей коммерциализации. Многие из них лежат на полке, и наша задача достать их с этой условной полки и успешно коммерциализировать.

– Чьи это разработки?

– Разработки разных компаний. В основном в области судостроения, а также технологии разработки углеводородов и, соответственно, переработки и доставки. Все это неразрывно связано с морской техникой, и здесь тоже могут быть корректировки с учетом того, что это оборудование может быть использовано как на шельфе, так и на суше. В этом случае мы получим мультипликативный эффект.

Предприятиям, которые традиционно работают на производство техники и оборудования для эксплуатации скважин, по транспортировке газа и нефти исключительно на земле, мы дадим второе дыхание за счет трансфера технологий для шельфовых проектов. В связи с этим мы хотим несколько скорректировать государственную программу «Развитие судостроения на 2013–2030 годы», предусмотрев дополнительные мероприятия в направлении создания техники для освоения шельфовых месторождений.

– А о каких компаниях идет речь? Кто бы мог принять участие в этой программе?

– На самом деле большое количество компаний, в первую очередь производители отрасли нефтегазового машиностроения. Буквально несколько месяцев назад мы были во Владимирской области, в Гусь-Хрустальном. Там есть завод «Гусар», который специализируется на выпуске трубопроводной арматуры для нефтегазовой промышленности, и его продукция успешно используется на трубопроводах, предназначенных для транспортировки нефти, нефтепродуктов, природного газа, а также различных агрессивных сред, воды и водяного пара.

У «Гусара» есть деловой партнер – компания «Конар», которая производит опоры трубопроводов, фланцы, задвижки и прокладки, которые до этого приобретались полностью по импорту. «Конар» организовал на базе старого обанкротившегося завода в Челябинске совместное российско-итальянское предприятие, взял по более или менее комфортным ставкам кредит в ВТБ, и сегодня там работает сталелитейное производство, позволяющее получать свои крупногабаритные отливки из высококачественных углеродистых и нержавеющих марок стали, а не закупать импортные.

И сегодня «Конар» стал участником соглашения в числе нескольких других компаний, в том числе иностранных, с «Транснефтью» по организации полного цикла производства насосного оборудования на территории России в Челябинске. И это лишь один из примеров. Несмотря на то что правительства западных стран ввели определенные ограничения, бизнес все равно находит пути для сотрудничества и развития.

Российская промышленность должна быть абсолютно конкурентоспособной независимо от экономической ситуации. И сегодня при низком курсе рубля особенно актуальной становится помощь в коммерциализации наших российских разработок, в том числе с использованием зарубежных технологий и с участием иностранных партнеров.

– То есть западные предприятия нефтегазового машиностроения…

– …будут приходить и локализовывать свое производство и продукцию в России.

– И это позволит обойти санкции?

– Конечно.

Санкции санкциями, а бизнес все равно идет туда, где есть спрос

– Есть западные производители, которые готовы это делать?

– Да, уже есть. И продолжая тему импортозамещения, то же самое происходит в станкостроении. Немецко-японская компания DMG Mori Seiki строит в Ульяновске огромный завод по производству станков. Это говорит о том, что санкции санкциями, а бизнес все равно идет туда, где есть спрос на продукцию. Они создают инжиниринговый центр с привлечением наших специалистов и заинтересованы в разработке интеллектуальной собственности и возможности поставлять разработанные и произведенные в России станки еще и в третьи страны.

– То есть в режиме санкций продавать нельзя, а локализовывать производство можно?

– Локализовывать производство, по мнению правительств западных стран, тоже, наверное, нельзя, но что делать бизнесу в такой ситуации? Кто им компенсирует их потери? Правительство не компенсировало даже те выпадающие доходы и прибыли сельхозтоваропроизводителям западных компаний, на которые мы наложили санкции. Поэтому люди все вовремя поняли, и сегодня они заинтересованы в сотрудничестве. Мы поддерживаем эти связи.

– Производство нефтегазового оборудования для вас является одним из приоритетов из-за того, что России нужно поддерживать объемы добычи нефти, а для этого мы должны идти в Арктику?

– Знаете, сколько в компании Shlumberger работает российских людей? 14 тысяч. У нас много людей работают на иностранные компании в России и за рубежом. Они заинтересованы вернуться в страну и работать на нашу российскую промышленность.

И в этом заметную роль играет элемент патриотизма. В западных странах пока не понимают до конца психологию русских. Дело ведь не только в курсе доллара и рубля – мы еще и патриоты своей страны. Речь не идет о безрассудном ура-патриотизме, который затмевает здравый смысл и рациональные подходы к делу. По-моему, быть патриотом своей Родины – это, помимо прочего, значит искать и находить верные пути для взаимовыгодной кооперации с партнерами, создавать для этого правильные условия, всегда учитывая моральные и социальные аспекты, а также выгоду, которую несет это сотрудничество.

– В производстве нефтегазового машиностроения должен появиться национальный чемпион, крупная корпорация?

– Мы как раз были противниками, чтобы это был кто-то один. Нужно дать возможность частным компаниям скооперироваться и объединиться в нефтегазосервисные компании. И такая возможность и тенденция уже складывается. Это будет минимум пять-шесть компаний.

– Потенциальные клиенты – крупные нефтегазовые компании, часто жалуются на отечественное качество. Каким образом будете гарантировать качество?

– У того же завода в Гусь-Хрустальном, который я упоминал, трехлетний контракт с «Транснефтью», и их полностью устраивает и качество, и цена, и сроки. То же самое касается любых других компаний. Это и предприятие «Волгограднефтемаш», входящее в группу компаний «Стройгазмонтаж», это компания «Римера», которая имеет в разных регионах страны производственные площадки. Это и УВЗ «Нефтегазсервис» – «дочка» Уралвагонзавода, которая специализируется как раз на производстве и в том числе адаптации западных образцов промышленной продукции. Дело в том, что, если не будет конкурентоспособной цены, не будет конкурентоспособного продукта, соответственно, мы сами себя загоним в тупик. Поэтому здесь должны быть и цены конкурентные, и качество, и сроки поставки, и объемы.

– Участие наших новых партнеров из стран Азии, Юго-Восточной Азии, Индии, Персидского залива в этом проекте возможно в какой-то форме?

– Конечно, возможно. Мы не ограничиваем участие каких-либо стран, даже американские компании могут принимать участие. Сегодня по Boeing имеем совместное предприятие в Титановой долине в Свердловске. На это никто не налагал никаких санкций. Кроме того, сотрудничество в этой части очень выгодно и американским коллегам: 80% российского титана используется в производстве практически каждого Boeing. Это касается и Airbus, и Embraer.

– И все-таки продуктов в каких отраслях, кроме нефтегазового машиностроения, еще стоит ждать?

– Кроме этого, станки, машиностроение и фармацевтика. Причем последний сегмент, наверное, самый быстрорастущий, поскольку мы заложили очень хороший фундамент для того, чтобы не только развивались российские компании, но и локализовались иностранные, создавались новые лекарственные препараты и замещали импортную продукцию.

Я уже приводил в пример препарат ритуксимаб, который до этого приобретался только в рамках импортных поставок. Если сравнивать контракт Минздрава прошлого года и этого, то в 2013 году это было 8,9 млрд руб., в этом году – 5,9 млрд руб. То есть экономия 3 млрд руб.

Препарат вывела на рынок компания «Биокад», которая четыре года назад получила первую государственную субсидию на разработку этого лекарственного средства, вложив собственные деньги в создание мощностей по производству биотехнологических субстанций.

Как в рамках государственной поддержки, так и компаниями самостоятельно на рынок в ближайшие несколько лет будут выведены отечественные аналоги большинства лекарств из перечня жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов.

К концу 2014 года мы планируем достичь доли отечественных лекарственных препаратов на рынке в денежном выражении в 27%. Хочу заметить, что в натуральном выражении российские лекарственные препараты занимают 65%.

– А вы на законодательном уровне планируете определить, что такое российский продукт?

– По каждому сектору промышленности есть определенные требования, но невозможно фармацевтику, например, впрямую сравнивать с автопромом. Везде есть свои специфика и особенности. Хотя в большинстве секторов промышленности все равно есть какая-то схожая тенденция, чтобы локализация производства была на уровне не менее 50%. Где-то это в объемах, где-то в деньгах. Если мы говорим о фармацевтике, то это в первую очередь касается субстанций. Если мы говорим об автопроме, то говорим о добавленной стоимости, двигателях, о том, что является наиболее дорогостоящей составляющей в производстве, – о трансмиссии.

– Обязательные объемы государственных закупок вы планируете включать в локализационные соглашения?

– Что касается фармацевтики и медицинской техники, это как раз один из примеров, где мы сейчас отрабатываем пилоты решения о многолетних контрактах, как это было сделано Министерством обороны несколько лет назад по закупке нашей промышленной продукции.

Это дает возможность предприятиям планировать свои мощности, свои закупки, где-то оптимизировать, где-то наращивать мощности, обновлять основные фонды.

То же самое, например, и по фармацевтике и медицинской технике. Мы можем трансформировать опыт Минобороны при закупках Минздрава и субъектов Российской Федерации, поскольку сегодня по большому числу номенклатуры наших фармацевтических препаратов и медицинских изделий закупки отданы на откуп нашим субъектам.

И мы проводим такой диалог с регионами, чтобы сначала на уровне федерации, а потом на уровне субъектов внедрять многолетние контракты. Это даст стимул предприятиям промышленности максимально локализовывать и, соответственно, быстрее наращивать объемы производства.

– Включение отечественной продукции в государственные программы закупок станет частью многолетних контрактов?

– Скорее, многолетние контракты будут их элементом, потому что по разным государственным закупкам мы формируем разные механизмы.

Это будет целый комплекс мер поддержки, где-то прямой запрет, где-то нравоучения и рекомендации.

– На каком горизонте вы этот комплекс мер хотите выстроить? Это будет касаться всех подведомственных министерству секторов или только фармацевтики и медицинской техники?

– Нет, это касается всех секторов экономики. Это один мощный инструмент развития нашей промышленности. Я думаю, что если мы сохраним такую тенденцию, такой инструментарий на протяжении ближайших трех лет и не поменяем правила игры со стороны государства, то мы увидим просто колоссальный эффект в масштабах промышленности нашей страны.

– Продукцию с Украины, которая шла в том числе и для военно-промышленного комплекса, и для гражданской индустрии, с момента начала событий удалось заместить?

– Во-первых, начиная с 2008 года мы системно занимались этим вопросом. Сегодня у нас есть четкое понимание, что мы за два с половиной – максимум три года полностью заместим закупки комплектующих с Украины.

И если брать, например, вертолетные двигатели, то начиная с прошлого года все вертолетные двигатели для поставки Министерству обороны производятся на заводе имени Климова в Санкт-Петербурге.

Но при этом у нас есть гражданские поставки, есть поставки на экспорт. Здесь у нас нет никаких ограничений, и те объемы, которые требуются для вертолетчиков, закрываются нашими, я считаю, друзьями и партнерами с Украины – это предприятие «Мотор Сич».

Они как поставляли, так и поставляют эту продукцию, и никаких ограничений на сегодняшний день не вводилось в этой части, поскольку, как я уже сказал, Министерство обороны на военных заказах мы обеспечиваем с помощью производства завода имени Климова, а для гражданских секторов, для заказов за рубеж мы используем сегодня пока еще украинские.

Чтобы их заместить, требуется время, и мы на самом деле не хотим обезвоживать производство компании «Мотор Сич», потому что они традиционно годами, десятилетиями с нами очень дисциплинированно сотрудничали. Мы будем продолжать сотрудничество по разным модификациям. У нас же не только Ми-17, есть и Ми-26 на современных вертолетах, есть и гражданские самолеты Бе-200, которые используют двигатели Д-436, ряд других модификаций, в том числе вспомогательные силовые установки, которые поставляются с Украины для разных типов авиационной техники.

Что касается николаевского завода «Зоря»–«Машпроект», здесь у Украины достаточно странная позиция. Они наложили запрет на поставки для Министерства обороны России. То есть они просто ограничили собственное предприятие, которому продукцию девать, кроме как на поставки в Россию, просто некуда. Логика как минимум странная.

Мы с 2008 года системно занимались разработкой на «Сатурне» аналогичной по мощности продукции, но с лучшими характеристиками, и мы ведь не занимались импортозамещением. То есть мы сначала разработали новую модификацию, аналогичную газотурбинным установкам, которые мы закупали раньше у «Зоря»–«Машпроекта». Мы получили опытный образец еще в прошлом году, еще до всей этой ситуации с Украиной. И мы бы это сделали в любом случае. Просто сейчас мы сдвигаем сроки внедрения в производство, и через 2,5 года у нас будет суперсовременная продукция собственного производства на заводе «Сатурн».

Программа импортозамещения во многих случаях подразумевает замещение ряда узлов и деталей, что позволяет перейти на новую элементную базу.

Например, по вертолету Ми-26 есть технический проект по замене двигателя Д-136 на ПД-12, который проектируется на базе газогенератора двигателя пятого поколения. Применение современных технологий позволит улучшить характеристики по тяговооруженности, снижению удельного веса, увеличению ресурса в 2-2,5 раза.

Мы закупаем у Украины еще с советских времен менее значимые комплектующие и материалы: насосы, арматуру, трубопроводы. Замена этого на осваиваемые сейчас отечественные аналоги позволит улучшить и такую давно производимую продукцию, как двигатели РД-33, АЛ-31 и другие. То есть это не только замещение, это качественный рост.

В этом году мы опережаем график импортозамещения, и уже из общего объема образцов комплектующих, которые нам требуются, по 14 образцам мы уже завершили импортозамещение. Идем с небольшим опережением.

– Какие качественные и количественные цели у программы по импортозамещению?

– По каждой отрасли промышленности у нас есть конкретные индикаторы, которые мы должны достичь к определенному сроку. Мы говорим о 2020 годе. У нас стоит задача выйти на уровень присутствия на рынке собственных производителей в промышленности не менее 40%. То же самое у нас есть по каждому сегменту промышленности: например, по фармацевтике выйти на уровень обеспеченности рынка отечественной фармацевтической продукцией к 2020 году на 50%. Но при этом по жизненно важным лекарственным препаратам (ЖНВЛП) – на 90%. И я совершенно убежден, что мы эти индикаторы исполним, потому что уже сегодня мы идем с опережением.

То же самое по всем остальным отраслям промышленности. Есть четкие индикаторы, которые отражены в программе импортозамещения, утвержденной правительством, и уже в первом квартале должны быть переутверждены отраслевые подпрограммы с учетом изменения позиций, согласованных объемов производства, внедрения и локализации.

– Когда говорится про развитие промышленности и импортозамещение, то обычно говорят и про инструменты государственной поддержки. Следующий год ожидается достаточно жестким для бюджета. Как вы планируете совместить цели по государственной поддержке с возможными сокращениями расходов?

– Мы должны выстроить приоритеты по тем отраслям промышленности, которые в первую очередь ориентированы на программу импортозамещения. И обеспечить механизмы стимулирования, которые бы компенсировали негативные тенденции, которые складываются в мировой и российской экономике. Особенно это касается высокой процентной ставки по кредитам.

Поэтому мы будем переориентировать какие-то инструменты поддержки, в том числе внося коррективы в госпрограммы, в федерально-целевые программы, внепрограммные инструменты так, чтобы обеспечить сохранение тенденций и динамику наращивания объемов производства, модернизацию существующих производств в разных секторах промышленности, чтобы не снизить темп.

В частности, в Фонде развития промышленности мы совершенно точно сохраним процентную ставку, которую мы озвучили, и мы не изменим эти условия на 2015 год – это 5% годовых. То есть это останется льготным займом. Фонд будет осуществлять добанковское финансирование, поэтому в этом отношении фонд не является конкурентом банков. Основной целью Фонда развития промышленности станет финансовое обеспечение проектов, направленных на создание, завершение разработки и внедрение в производство новой высокотехнологичной конкурентоспособной промышленной продукции, в том числе направленной на импортозамещение и на разработку финансово-экономического, технико-экономического, проектно-инженерного и других видов анализа, экспертиз и обоснований, необходимых для дальнейшей реализации производственно-технологических проектов с привлечением банковского кредитования и средств частных инвесторов.

Мы не хотим создавать конкуренцию для коммерческих банков, эти займы ориентированы на обеспечение завершения опытно-конструкторских работ, обеспечение проектно-изыскательских работ, подготовку проектно-сметной документации и модернизацию существующих предприятий в части основных фондов.

Так же по запуску новых производств. Но когда мы говорим о запуске новых производств, мы должны за счет льготных займов дойти до стадии, на которой коммерческие банки уже без риска будут предоставлять кредиты по более льготным кредитным ставкам, что в том числе вместе с нашими субсидиями даст возможность продолжить коммерческий проект.

– Когда вы ожидаете первые сделки в Фонде развития промышленности?

– Проекты уже сейчас рассматриваются.

– Что рассматриваете?

– Несколько проектов, в том числе, кстати, в нефтегазовом секторе. Первые проекты, первые заявки уже стали поступать, и мы рассчитываем на то, что с учетом того, что уже на этой неделе первый взнос в размере около 20 млрд руб. поступает в Фонд развития промышленности, в первом квартале 2015 года мы до конца года должны будем принять решение по финансированию этих проектов.

– В проблемных секторах, в металлургии, например, вы разрабатываете новые меры поддержки?

– Если говорить о металлургии, то этот сектор промышленности сегодня как раз более или менее восстановился в объемах. Он, конечно, еще не вернулся к ценам 2007 года, но надо все-таки сказать, что 2007 год был переоценен. Поэтому объемы и цена должны быть всегда соразмерны друг к другу. Я думаю, что та положительная тенденция, которая сегодня сложилась в секторе черной металлургии, в частности, будет продолжать развиваться, поскольку заказы есть.

Была крупная стройка для Олимпиады. Она прошла. Сейчас набирают объемы и темпы новые строительные проекты, такие как подготовка к чемпионату мира по футболу. Будут появляться новые стройки, которые будут стимулировать развитие промышленности, металлообработки и металлургии.

К тому же это экспортно ориентированная отрасль, она также чутко реагирует на рынок и меняет номенклатуру, которая сегодня востребована на рынках. За последние десять лет эта отрасль очень сильно обновилась, были сделаны самые масштабные инвестиции, поэтому наши металлургические компании очень конкурентны на зарубежных рынках и чувствуют себя достаточно уверенно.

– Если смотреть на структуру отраслей, которые вы регулируете, в них заметна концентрация крупных государственных игроков. Вас эта структура устраивает? Или вы бы хотели ее поменять в сторону большей децентрализации – например, с помощью приватизации?

– Во-первых, что касается приватизации, наверное, когда-то наступит такой момент, когда мы увидим сильных игроков, заинтересованных в том, чтобы приобретать активы и акции наших предприятий. Особенно оборонно-промышленного комплекса, который заинтересован в инвестициях.

Мы сегодня готовим разные программы, которые должны, конечно же, пройти рассмотрение и утверждение на уровне правительства и президента, для того чтобы принять окончательные форматы привлечения инвестиций в этот сектор.

Мы видим перспективу развития среднего и малого бизнеса в секторе промышленности, особенно с учетом таких механизмов, как индустриальные парки. Это одна из таких площадок, где, как в инкубаторе, должны создаваться новые предприятия. У нас есть инструменты по поддержке индустриальных парков. В рамках закона о промышленной политике закладываются новые инструменты налогового характера.

Если говорить о крупном бизнесе, то опять же, возвращаясь к Фонду развития промышленности, крупный бизнес будет обеспечиваться льготными займами, в первую очередь по внедрению наилучших доступных технологий. Это был, собственно, один из консенсусов, к которому пришли наше ведомство и Минприроды, когда принималось решение о внесении изменения в экологическое законодательство, согласно которому наши предприятия должны отвечать новым экологическим стандартам.

В общей сложности на эти цели потребуется в ближайшие пять лет не менее 1 трлн руб. инвестиций, чтобы эти предприятия, которые будут получать новые технологии, смогли бы адаптироваться к тем стандартам, которые к ним будут применяться.

Для того чтобы привлекать такие средства, мы должны обеспечить комфортный переход для предприятий за счет займов для тех же научно-исследовательских разработок, чтобы потом уже передать это коммерческим банкам, институтам развития, потому что фонд, конечно же, не рассчитан на финансирование крупных проектов.

– Что вы считаете основным источником капитала для промышленности?

– Абсолютно все инструменты. Это и кредиты, и облигационные займы. Я думаю, что нынешняя нестабильная ситуация в экономике продлится недолго. К этому времени наши компании как раз подготовят новые проекты и появятся финансовые инструменты для их реализации.

Для чего мы сегодня летаем за рубеж? Для того чтобы привлекать иностранных инвесторов. Нас всегда сопровождает Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ), поскольку практически во всех странах Юго-Восточной Азии, Ближнего Востока, Азии РФПИ уже сформировал совместные фонды, и это один из источников, причем очень мощный дополнительный финансовый рычаг, который мы получаем за счет привлечения новых партнеров. В Бахрейне, например, коллеги договорились о том, что местный суверенный фонд будет софинансировать практически все проекты РФПИ на 5%. Это серьезная подпитка. И мы эти деньги получили не от Запада, мы эти средства получаем от наших друзей с Ближнего Востока.

– Ваше министерство регулирует сектор розничной торговли. Сейчас идут разговоры про неизбежное повышение цен. Что будете делать?

– Во-первых, Минсельхоз сейчас активно стимулирует создание новых производств для того, чтобы обеспечить потребность наших потребителей в продукции по доступным ценам. Такие инструменты заложены в госпрограммы Минсельхоза. Второе: мы системно работаем с торговыми сетями и другими форматами торговли, в том числе нестационарной торговли, которую мы поддерживаем и будем активно поддерживать дальше.

Это ярмарочная деятельность и нестационарные рынки. Могу сказать, что если мы создадим правильные условия для доступа на внутренний рынок нашим сельхозтоваропроизводителям, то мы таким образом обеспечим конкретные цены на поставки конкретной продукции.

Если и товаропроизводители, и товаропроводящие сети будут нарушать тот благотворный режим, который сегодня сформирован, мы располагаем достаточно сильными инструментами воздействия за счет тех законодательных мер по заморозке цен на продукцию, где наблюдается рост свыше 30% в конкретно взятом регионе страны.

Такие примеры уже были: мы рассказывали и предупреждали коллег, и как-то все выравнивалось. Но если предупреждения не сработают, то мы просто применим законодательные меры, потому что на это у нас есть полное право. Мы будем формировать систему стимулирования и сдерживания.

Начиная с 8 августа мы ведем еженедельный мониторинг цен по всем регионам, и картина по всем направлениям и форматам торговли у нас есть абсолютно ясная.

– С ценниками в условных единицах что будете делать, если увидите?

– Я пока не видел этого. Если увижу, то будут приняты соответствующие меры – сначала рекомендательного характера, с последующими выводами. Уверяю вас, мы найдем решения, которые исключат такого рода манипуляции в торговых сетях.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 25 декабря 2014 > № 1266069 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 17 ноября 2014 > № 1233446 Денис Мантуров

Денис Мантуров: Промышленность – синоним будущего.

На пороге XXI века мир подошел к окончательному осознанию основных факторов, определяющих «пределы роста», – это экономический спад, антропогенный пресс и ресурсный голод. Два последних не представляют существенной угрозы для нас, так как резерв неосвоенных территорий, так же как и природных богатств, у России поистине огромен. Это дает определенные преимущества по сравнению с другими странами, в том числе и ведущими экономическими державами, которым приходится бороться за ресурсы и передел рынков.

В этом соперничестве критическим для всего мира может стать период 2020–2030 гг., который аналитики называют временем «стратегических шоков». И дело не только в предсказанных экономистом Николаем Кондратьевым пиковых значениях новых финансово-экономических кризисов. Ускорение и усложнение научно-технологического прогресса достигнет такой силы, что многие аналитики предрекают уже в 30-х годах появление эффекта «технологической сингулярности», когда суть происходящих изменений перестанет быть доступной для понимания.

В оборонной промышленности и ряде других направлений позиции России в мире очень сильны. Мы занимаем 1-е место в самом высокотехнологичном секторе – боевой авиации. Экспортный портфель заказов субъектов ВТС достиг рекордной цифры – 49,1 млрд долларов, 44% из них – заказы на авиационную технику. При этом объем экспорта военной техники по итогам 2013 года составил 15,7 млрд долларов. Сейчас проводится масштабная модернизация производственных мощностей в ОПК.

Успехи в развитии ОПК позитивно сказываются и на связанных с ним отраслях. Но в целом по гражданским секторам промышленности у нас наибольший, нереализованный пока, инновационный потенциал. В первую очередь речь идет именно о производственной, а не научно-технической составляющей. Что касается последней, за предыдущие 5 лет инвестиции государства в фундаментальные и прикладные исследования удвоились. А за десятилетие они выросли более чем в 10 раз. Благодаря этому удалось сформировать значительный задел новых разработок в таких отраслях, как станкостроение, тяжелое и сельхозмашиностроение, судостроение и гражданская авиация, фармацевтика и медицина. Минпромторг провел ревизию созданных по всем отраслям результатов интеллектуальной деятельности, правами на которую обладает государство, открыв для отечественного бизнеса возможность безвозмездного их использования.

Россия должна состояться и в новых высокотехнологичных рынках и сегментах, которые только начинают развиваться и сформируют основу будущего мировой промышленности. Мы уже разработали и приступили к реализации стратегических и программных документов в таких перспективных отраслях, как биотехнологии, композиты, редкие и редкоземельные металлы, фотоника. Наша страна также не может игнорировать и другие сектора, которые окажут существенное влияние на эффективность производственных процессов и выпуск принципиально новых видов продукции. Речь идет о робототехнике во всех сферах ее применения и аддитивных технологиях, которые мы только начали прорабатывать по перспективным направлениям развития и необходимым мерам государственной поддержки.

Однако узкоотраслевые механизмы стимулирования не могут обеспечить адекватный эффект в условиях структурных проблем, которые существуют в нашей экономике и, соответственно, в промышленности. Многие российские компании не готовы обеспечить инновационные изменения и внедрение новых разработок по ряду объективных причин. В их числе – устаревшее производственное оборудование, закредитованность и тяжелые условия привлечения инвестиций в модернизацию или создание новых мощностей, отсутствие современной производственной инфраструктуры для развития бизнеса и возможностей запуска в серию новых продуктов.

Именно на преодоление этих системообразующих изъянов и создание новых фундаментальных основ роста нацелена новая промышленная политика.

В мировой практике стимулирования промышленного роста все возможные рецепты уже известны, опробованы и оценены с точки зрения результативности. Мы также не претендуем на звание «изобретателей велосипеда» и в качестве приоритетов новой промышленной политики определили вполне тривиальные, общепризнанные направления.

Это поддержка прорывных научных разработок и новаций, обеспечивающих опережающее развитие технологического потенциала; выстраивание и гармонизация кооперационных связей между наукой и бизнесом; создание стабильных условий и среды максимального благоприятствования для устойчивого развития промышленности.

Исходя из нынешней структуры российской экономики, ее потенциала и мировой конъюнктуры, в ближайшие 5-10 лет наиболее адекватной стратегией развития является интегрированная индустриализация.

Это диктует необходимость развивать не только сектора промышленности, работающие на традиционно сильные в нашей стране сферы экономики, – аграрный, сырьевой и оборонный, но и другие отрасли, которые составят основу будущей инновационной промышленности мира. Начиная с самых наукоемких сегментов традиционных отраслей (всех ключевых направлений машиностроения) и вплоть до ключевых прорывных технологий и, соответственно, новых рынков.

В рамках государственного управления необходимо обеспечить плотное взаимодействие, концентрацию ресурсов и регуляторных возможностей всех уровней власти – федеральной, региональной и муниципалитетов – для индустриального развития территорий на всей протяженности нашей страны.

Фактически заново требуется создать сектор, выполняющий функции прикладной науки, которая станет связующим звеном между бизнесом и высокоразвитой сферой фундаментальных исследований. Параллельно придется менять традиционные установки отечественного бизнеса, не готового инвестировать в новые разработки.

Значительным трансформациям должна подвергнуться экономическая жизнь страны – от кардинальных изменений в инвестиционном климате и повышения привлекательности промышленности как объекта вложений до новых подходов в налоговой политике в отношении новых производств.

Сама производственная сфера нуждается в серьезном реформировании, где глобальную модернизацию должна пережить промышленная инфраструктура за счет появления новых промплощадок, бизнес-инкубаторов, индустриальных парков, промышленных кластеров. При этом существующие предприятия должны получить возможность более активно развивать и наращивать свои мощности.

Все это должно привести к позитивным социальным сдвигам – прежде всего повышению занятости на местах, увеличению поступлений в бюджеты всех уровней и улучшению качества жизни населения. Но эти же изменения потребуют и реформирования подходов в системе создания человеческого капитала, подготовки и переподготовки квалифицированных кадров.

Столь широкий круг задач потребовал вовлечения в процесс разработки концепции промышленной политики максимально широкого круга участников. В их число вошли представители всех уровней власти и заинтересованных ведомств, научного и бизнес-сообщества, руководители профессиональных и общественных объединений, известные аналитики и эксперты.

В разработке концепции промышленной политики принимали участие представители всех уровней власти и ведомств, научного и бизнес-сообщества, руководители профессиональных и общественных объединений, аналитики и эксперты. Получившийся в итоге законопроект «О промышленной политике в РФ» был поддержан в регионах, одобрен на заседании правительства и принят в первом чтении Госдумой. Он систематизирует существующие и предлагает новые механизмы стимулирования производственной деятельности, определяет полномочия госорганов и местного самоуправления при реализации промышленной политики.

Новый законопроект систематизирует существующие и предлагает новые механизмы стимулирования производственной деятельности, определяет полномочия государственных органов и органов местного самоуправления при реализации промышленной политики.

В нынешних условиях нарастающей международной напряженности есть соблазн скатиться до рассуждений «не до жиру». Мы с этим не согласны в корне. Именно сейчас внутренний рынок избавляется от пиетета ко всему западному, потребители начинают понимать, что наша промышленность может предложить конкурентоспособную продукцию. Решая текущие задачи по импортозамещению, мы способны вернуть себе наш рынок навсегда.

Это как раз то «окно возможностей», которое мы можем и должны использовать. Все ресурсы: сырьевые, интеллектуальные и финансовые – для индустриального рывка у нас есть. Но самое главное, что у нас есть воля для претворения этих замыслов в жизнь, так же как мы не раз доказывали всему миру, что можем «и догнать, и перегнать». В этом и состоит наше понимание «безальтернативности» дальнейшего развития нашей страны и возвращения ей статуса технологической сверхдержавы.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 17 ноября 2014 > № 1233446 Денис Мантуров


Китай. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 10 ноября 2014 > № 1224131 Денис Мантуров

Денис Мантуров рассказал о развитии торгово-экономического сотрудничества со странами АТР.

В Пекине с 10 по 11 ноября 2014 года проходит саммит АТЭС. Он станет ключевым событием для делового сообщества Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), позволит расширить сотрудничество с ведущими компаниями. В преддверии саммита министр промышленности и торговли России Денис Мантуров рассказал о развитии торгово-экономического сотрудничества со странами АТР в интервью Московскому бюро Китайского информационного агентства (China News Service).

– Денис Валентинович, в октябре вы с рабочим визитом посетили Индонезию. Каковы итоги этой поездки? Какие у Минпромторга дальнейшие планы в направлении сотрудничества со странами Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), в частности с Китаем?

– За последние годы Россия начала переход на качественно новый этап торгово-экономических отношений со странами АТР. В области промышленности партнерство осуществляется преимущественно по таким направлениям, как гражданское авиастроение, автомобилестроение, машиностроение и металлургия. Но это в полной мере не раскрывает имеющегося потенциала сотрудничества. В перспективе важно расширить взаимодействие в легкой, химической и фармацевтической отраслях промышленности.

Состоявшийся в сентябре 2014 года в Сингапуре деловой форум доказал готовность наших азиатских партнеров к сотрудничеству в областях сельского хозяйства и транспорта. Идут переговоры по углублению интеграции с Индией, мы рассчитываем к 2015 году увеличить торгово-экономический оборот с этой страной до 20 млрд долларов. Во Вьетнаме планируется наше участие в поставках вертолетной техники и создание на базе СП Helitecho многофункционального регионального сервисного центра при участии компании «Вертолеты России», входящей в Госкорпорацию Ростех.

По итогам визита в Индонезию в октябре 2014 года мы планируем более чем в полтора раза увеличить объем торгово-экономического оборота между нашими странами – до 5 млрд долларов к 2016 году. Заявленная цифра может быть еще выше за счет реализации инвестиционных проектов в области нефтедобычи, фармацевтики, металлургии, машиностроения, транспорта, авиапрома как в Индонезии, так и в России. Приоритетной является реализация крупных совместных проектов в Индонезии – сооружение при участии ОК «РУСАЛ» и инвестиционно-промышленной группы VI Holding бокситно-глиноземных производств на Западном Калимантане, строительство ферроникелевого комплекса на Сулавеси с использованием уникальных российских технологических разработок, обеспечивающих высокоэффективные экономические результаты, и запуск производства автомобилей КАМАЗ.

Если говорить о российско-китайских отношениях, то перед нашими странами стоит амбициозная задача – довести товарооборот к 2015 году до показателя в 100 млрд долларов, а к 2020 году – до 200 млрд долларов. Вообще, это серьезный вызов для наших экономик. Задача поставлена непростая, и для ее достижения необходимо не только поддерживать и развивать кооперацию в традиционных секторах, но и искать новые точки роста торгово-экономического сотрудничества.

– В рамках саммита АТЭС-2014 пройдет пятая встреча глав КНР и РФ в этом году. Каково, по вашему мнению, значение этой встречи? Какие двусторонние соглашения в сфере промышленности и торговли, а также в других экономических областях могут быть подписаны в ходе визита Владимира Путина в Китай?

– Это стратегически важная встреча, где мы будем отрабатывать ранее намеченные проекты и предварительно согласованные намерения. Вообще, нормативно-правовая база по линии промышленности в целом у нас выстроена. Еще в декабре 2012 года с Министерством коммерции КНР был подписан меморандум о взаимопонимании, предусматривающий, в частности, совместные шаги по совершенствованию структуры двусторонней торговли путем увеличения доли инновационной и высокотехнологичной продукции, а также привлечение к участию в выставочно-ярмарочных мероприятиях на территории двух стран заинтересованных предприятий и соответствующих отраслевых ассоциаций. Сейчас в рамках межправкомиссии скоординирована работа по авиационной и лесопромышленной сферам и прорабатывается вопрос создания рабочей группы по сотрудничеству в области алюминиевой промышленности.

Напомню, что во время 19-й регулярной встречи глав правительств России и Китая 13 октября 2014 года было подписано свыше 30 соглашений, большая часть из которых требовала тщательной доработки и согласования деталей. Были подписаны меморандумы о взаимопонимании между Федеральным космическим агентством и Комиссией по китайской спутниковой навигационной системе о сотрудничестве в области глобальных навигационных систем.

Тогда же стороны заключили ряд соглашений: о сотрудничестве между Госкорпорацией Ростех и Китайской корпорацией аэрокосмической науки и техники; о стратегическом партнерстве ФГУП НИИ «Восход» и Inspur Group Cp., Ltd в сфере IT-безопасности.

Также был заключен рамочный контракт между «Сибирским лесом» и China CAMC Engineering о реализации инвестиционного проекта по строительству лесохимического комплекса.

– Насколько нам известно, вы тоже будете в составе российской делегации на саммите АТЭС-2014. У вас запланированы рабочие встречи с руководителями китайских профильных министерств и ведомств? Если да, то с кем и по какому кругу вопросов?

– Помимо участия в рабочих встречах президента Владимира Путина с председателем КНР Си Цзиньпином у меня в графике стоит рабочий завтрак с министром промышленности и информатизации Китая Мяо Вэем. В этом мероприятии будут участвовать главы и представители ряда ведущих российских компаний. Речь будет идти о совместных проектах с участием этих российских компаний.

– В рамках сотрудничества Китая и России реализуется ряд крупномасштабных проектов в различных областях промышленного производства. Как продвигается работа по ним? Планируются ли новые совместные проекты и если да, то какие?

– Промышленную кооперацию можно по праву считать локомотивом российско-китайского взаимодействия. В настоящий момент действительно активно ведется работа по ряду совместных проектов, охватывающих несколько базовых отраслей промышленности.

Самой актуальной темой промышленного взаимодействия в авиапроме является создание нового высокотехнологичного продукта – широкофюзеляжного дальнемагистрального гражданского самолета (ШФДМС). Мы не раз обсуждали этот проект, и сегодня можно с удовлетворением констатировать, что работа идет по плану. В июне этого года досрочно завершен исследовательский этап сотрудничества, и участники программы приступили к выполнению второго этапа – разработке аванпроекта. В сентябре 2014 года ОАК и КОМАК окончательно доработали и передали на рассмотрение в Минпромторг и китайской стороне бизнес-концепцию данного проекта. Рассчитываем, что окончательно доработанная бизнес-концепция проекта позволит принять решение о полномасштабном запуске программы.

Продолжается обсуждение проекта совместной разработки перспективного тяжелого гражданского вертолета. Взаимодействие по нему осуществляется между «Вертолетами России» и китайской вертолетной компанией Avicopter. В сентябре во время визита в Россию председателя совета директоров компании AVIC господина Линь Цзомина и исполнительного вице-президента Ли Фанюна стороны договорились о стратегическом партнерстве.

Углубляется сотрудничество России и Китая в области судостроения. Так, Крыловский государственный научный центр в январе 2013 года заключил контракт с Китайской международной компанией по судостроению и морской технике на разработку концептуального проекта крупнотоннажного танкера арктического плавания грузоподъемностью 110 тыс. т. Танкер предназначен для вывоза сырой нефти из порта Мурманска по Северному морскому пути в период летне-осенней навигации в восточные порты Китая.

В области машиностроения было подписано соглашение между НПК «Уралвагонзавод», «ВТБ Лизинг» и китайской компанией Honghua Group Limited. Сотрудничество предполагает производство тяжелых буровых установок эшелонного типа на территории России, а также подразумевает локализацию до 100% металлонесущих конструкций и до 50% компонентной базы на территории нашей страны.

В области автомобильной промышленности подписано соглашение о реализации проекта строительства завода по производству автомобилей Great Wall на территории Тульской области. Китайская компания планирует инвестировать в проект до 18 млрд рублей.

«Группа ГАЗ» сотрудничает с автомобильными компаниями КНР в области производства комплектующих для легких коммерческих автомобилей, организации дистрибуции легковых автомобилей, совместного производства дорожного грузовика FAW. Стороны уже договорились проработать дополнительные возможности по повышению степени локализации проекта, изучить возможность применения узлов и агрегатов FAW в продуктах «Группы ГАЗ».

В области металлургии стоит отметить активный диалог в алюминиевой промышленности ОК «РУСАЛ» и китайских предприятий. Кроме того, с China Aluminium Corporation Limited (CHALCO) обсуждается возможность достройки Тайшетского алюминиевого завода.

В 2015 году VI Holding планирует завершить строительство и полностью ввести в строй завод в провинции Хэнань по производству горяче- и холоднокатаного проката из алюминиевых сплавов мощностью соответственно 600 тыс. и 400 тыс. тонн в год, используемого для дальнейшего выпуска специализированной продукции. Объем инвестиций в проект составляет 1 млрд долларов.

Корпорация ВСМПО-АВИСМА, входящая в Госкорпорацию Ростех, более десяти лет сотрудничает с разными китайскими корпорациями, поставляя титановые биллеты для производства штамповок под самолетостроительные программы корпорации Airbus, титановые полуфабрикаты и штамповки по программе дальнемагистрального самолета С-919 и регионального самолета ARJ-21, титановые сварные трубы для строительства электростанций, включая атомные.

Китай является крупнейшим партнером России по внешней торговле химическими товарами. В 2014 году «Уралкалий» заключил контракт с консорциумом покупателей во главе с China National Agricultural Means of Production Group Corporation (CNAMPGC), по условиям которого в КНР будет поставлено 700 тыс. тонн хлористого калия.

Сотрудничество в области фармацевтической промышленности реализуют ОАО «Биомед им. И.И. Мечникова» (дочерняя структура «Фармстандарт») и китайская компания «Валвакс Биотехнолоджи Ко. Лтд.». Проект предполагает трансфер в Россию технологии производства поливалентной вакцины для профилактики пневмококковой инфекции.

– Для общемировой экономики сейчас характерен фактор неопределенности. В этой связи что может стать двигателем экономического и промышленно-торгового сотрудничества России и Китая?

– Основные трудности лежат в плоскости зависимости наших экономик от внешних конъюнктурных факторов. Снизить и преодолеть эту зависимость можно, только следуя одному из главных трендов экономической политики развитых стран последних лет – реиндустриализации. Сырьевые и виртуальные экономические модели более не способны создать решающих конкурентных преимуществ. Экономическая политика должна быть ориентирована прежде всего на развитие реального сектора.

Китай имеет огромную производственную базу по многим отраслям, и мы открыты новым идеям, включая создание совместных предприятий на территории России и трансфер технологий. Мы, в свою очередь, реализуем ряд мероприятий по поддержке и развитию промышленности, в том числе субсидирование части затрат по кредитам на закупки сырья и материалов, на техперевооружение, на НИОКР.

Мы будем осуществлять эти шаги в рамках подписанного с Министерством промышленности и информатизации КНР межведомственного меморандума об укреплении сотрудничества в области промышленности. Документ предусматривает укрепление взаимодействия по приоритетным направлениям промышленной кооперации.

Особую важность в этом вопросе приобретает проведение операций по обмену валютами для экспортных расчетов в рублях и юанях. В этом заинтересованы и китайские инвесторы, и российские бизнесмены.

В качестве двигателя развития российско-китайского взаимодействия в области промышленности рассматриваем кооперацию в выставочной сфере. Так, Китай выступит официальным партнером 6-й Международной промышленной выставки «ИННОПРОМ-2015», которая пройдет в период с 8 по 11 июля 2015 года в Екатеринбурге при поддержке Минпромторга России.

Благодаря достигнутому соглашению о партнерстве на «ИННОПРОМе-2015» планируется провести под единым брендом сразу пять тематических выставок: машиностроение, энергоэффективность, технологии для городов, оптика и лазеры и индустриальная автоматизация.

Полагаю, это станет серьезным стимулом для китайских производителей, которые заинтересованы в освоении российского рынка и локализации производства на территории нашей страны.

Китай. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 10 ноября 2014 > № 1224131 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 9 октября 2014 > № 1197192 Денис Мантуров

Денис Мантуров: Ценовая ситуация на рынке пока не дает повода для жестких ограничительных мер.

В случае резкого скачка цен власть может воспользоваться правом их временной заморозки на социально значимые продукты. Об этом и многом другом в интервью «Российской газете» рассказал глава Минпромторга Денис Мантуров.

Но до сих пор даже в условиях санкций рынок не дал повода применять такие жесткие репрессивные меры. Для открытия новых производств «дешевые» деньги можно будет получить в создаваемом Фонде развития промышленности с льготными процентными ставками. Аппетиты торговых сетей ограничил специальный корпоративный Кодекс добросовестности. Особые меры поддержки разработаны для поддержки малых торговых точек.

– Денис Валентинович, на совещании у премьер-министра вы выступали с докладом «О мониторинге цен на продукты питания». Положа руку на сердце, Правительству удается сдерживать цены? Каким образом? И нужно ли вообще на них влиять?

– Мониторинг необходим не для сдерживания, а для получения объективной информации, которая помогает принимать последующие стратегические решения. Если говорить о сегодняшней ситуации, то цены на разные продукты питания где-то растут, где-то снижаются.

Например, на овощи-фрукты, благодаря сезонности, по многим позициям произошло снижение. За исключением, может быть, огурцов, но в данном случае специалисты говорят о неурожае.

– Не знаю, простите, где у них неурожай, я все лето на огурцах просидел, и вполне нормальный урожай у меня был. Поэтому они вам что-то странное рассказывают. А что они про репчатый лук говорят, который подорожал на 30 процентов каким-то образом?

– Мы все-таки занимаемся не сельским хозяйством, а внутренней торговлей, и пытаемся анализировать причины и первопричины. Поэтому, когда по каким-то позициям, в данном случае по огурцам, был резкий скачок, это нас подтолкнуло к более детальному анализу. Мы пришли к выводу, что был неурожай и отчасти несвоевременные поставки из-за рубежа. Цены на мясо, например, с 8 августа повысились в зависимости от региона только на 2,5-4,7 процента.

– Я часто отовариваюсь в крупном супермаркете одной из сетей. В начале августа лимоны были по 80 рублей за кг, правда, еще испанские, а в конце того же месяца, из ЮАР – уже по 160. Я не призываю к нормированию или регулированию цен, потому что еще помню пустые прилавки. Но что в этой ситуации вы вообще можете сделать, способны ли помочь или просто наблюдаете?

– Цены на цитрусовые всегда зависят от сезона. Обычно самый активный период поставок лимонов приходится на конец сентября – октябрь. В этом году в Аргентине был неурожай, а лимоны из Турции мы еще не начали получать в больших объемах – цена, естественно, ощутимо повысилась. Давайте посмотрим, что будет дальше происходить со стоимостью лимонов на прилавках. Думаю, что по аналогии с прошлым годом она опустится в Москве до 79-109 рублей за кг.

– Ваш прогноз обнадеживает, но поскольку устриц мы больше не увидим, цена лимона меня уже не так волнует. Шучу, конечно.

– А я с вами совершенно серьезно не соглашусь. Знаете почему? Я не ханжа и не могу сказать, что являюсь специалистом по морепродуктам, но, честно говоря, не ощутил пока никакого дефицита. Мы едим морепродукты и в Москве, и в Краснодарском крае. Например, прекрасные устрицы выращивают в предместьях Анапы, в Утрише. Еще мы добываем и выращиваем устрицы на Дальнем Востоке. Честно говоря, раньше я вообще не понимал, как их можно есть. Я в детстве прожил четыре года в Индии и иногда видел, как люди ели устриц в Мадрасе: стоили они там сущие копейки. Помню, однажды попробовал и решил, что есть это просто невозможно. Понимание, наверное, приходит уже с возрастом.

– Хорошо. Возвращаясь к моему первому вопросу: какие меры вы можете предпринимать, если результаты мониторинга оказываются, скажем мягко, неудовлетворительными?

– Если данные мониторинга указывают на кардинальные изменения цен (например, рост превысил 30 процентов) по тем сорока наименованиям жизненно важных продуктов, которые мы отслеживаем, то это повод задуматься о принятии экстренных мер по стабилизации цен. На самом деле, у нас существует огромное количество рычагов административного характера: и законодательных, и на уровне постановлений Правительства Российской Федерации. Так, например, в законе о торговле есть статья, предоставляющая право Правительству замораживать на 90 дней цену по конкретному жизненно важному продукту.

– Да, может быть, 90 дней лучше, чем навсегда, но вот я ставлю себя на место торговцев. Допустим, я решил нажиться, задрал цену на 30 процентов. Вы меня поправили, и на 90 дней я цену ограничиваю. Если у меня скоропортящиеся овощи, то я «попал». А если у меня картошка или мясо? Я уберу товар на 90 дней, а народ пойдет менять власть за пустые прилавки.

– Мне описанная ситуация кажется надуманной. В действительности сознательные поставщики у нас в большинстве.

– Помните, что Маркс писал? За сколько процентов прибыли бизнес родную мать может продать?

– Знаете, я являюсь завкафедрой социальных технологий соцфака МГУ и вчера как раз знакомился с материалом о Марксе и ряде других экономистов-социологов. Только там шла речь немного о другом – про производительные силы. Так вот, во времена Маркса представление о производительности труда заводило в тупик рабочего, поскольку он панически боялся показать своему работодателю, что может быть более эффективным. Он считал, что если будет работать быстрее и лучше, то его попросту сократят, потому что вместо трех простых рабочих нанимателю будет достаточно двух эффективных. Естественно, никто из рабочего класса никогда не задумывался о том, что производительность труда увеличила бы объемы производства и принесла бы больше прибыли собственнику.

– Меня больше всего поразило, что в «Капитале» Маркс 150 лет назад точно предсказал тот вид социализма, который существует в Германии сегодня.

– С этим я соглашусь. Таких экономистов очень мало, которые занимались предсказаниями. В основном, каждый писал про свое время, но не давал прогнозов на будущее. А возвращаясь к вашим опасениям о пустых прилавках, замечу, что пока мы не прибегали к жестким управленческим решениям и не использовали имеющиеся репрессивные инструменты. Да и не хотим, если честно. Напротив, за последние два года мы помогли производителям выстроить с основными торговыми сетями, которые входят в отраслевую ассоциацию АКОРТ, на мой взгляд, очень конструктивные отношения.

В том числе за счет введения таких современных экономических инструментов, как Кодекс добросовестных практик. Этот документ уже признали все отраслевые союзы и ассоциации производителей и потребителей, что позволяет им большинство проблем между собой решать без участия государства. Да, мы можем оказывать какие-то консультативные услуги, давать советы, рекомендации, но партнеры сами друг с другом договариваются.

И надо отдать должное эффективности такого прямого взаимодействия. За последние полтора года нареканий к торговым сетям стало значительно меньше. Тем не менее Минпромторг разработал меры поддержки малых форматов торговли, которые нашли отражение в Стратегии развития торговли до 2020 года. Этот документ уже получил одобрение Правительства и с учетом всех поправок и пожеланий должен быть подписан уже в этом году.

– У нас долго шли споры о целесообразности вступления в ВТО. Скажите, если бы мы не были членами ВТО, сегодня нам было бы проще бороться с последствиями санкций или, наоборот, сложнее?

– Провокационный вопрос. Вступать в ВТО точно нужно было, и нет никакого сомнения, что мы поступили правильно. И было бы вообще идеально, если бы это случилось еще 19 лет назад, когда мы только начали переговоры по данному вопросу. Ведь чем дальше это событие оттягивалось, тем хуже условия нам предлагали. Но условия, которые мы в конце концов приняли, все равно дали нам возможность проводить промышленную политику таким образом, чтобы основные, базовые отрасли промышленности гарантированно не пострадали от свободной конкуренции. При этом мы заранее предвидели, что нам по ряду позиций нужно будет менять условия, и сразу оговорили это. Благодаря этому 10 июля 2014 года в секретариат ВТО было направлено заявление о том, что мы резервируем за собой право, начиная с января 2015 года, вступать в переговоры по изменению таможенно-тарифной политики.

Причем по каким-то позициям мы говорим, что уже сегодня имеем возможность повысить тариф до уровня связывания. Мы на это и раньше имели право, но не пользовались. Зато по другим позициям, наоборот, можем снизить таможенные пошлины, скажем, на комплектующие и сопутствующие материалы. И, поскольку это очень кропотливый труд, мы уже сейчас приступили к диалогу с отраслевыми объединениями, чтобы успеть сформировать переговорную позицию к январю.

– Я правильно вас понимаю, что вхождение в ВТО не связывает Минпромторгу руки настолько, что ведомство не сможет регулировать экономические процессы по своему усмотрению? Определенная степень свободы у вас остается?

– Абсолютно верно. К тому же нам никто не ограничивал госзакупки, а это огромный объем средств, направляемых в экономику. Т.е. мы благодаря регулированию госзакупок можем создавать серьезные преференции для российского производителя. Важно, что все это укладывается в рамки ВТО. Мы не учли сразу, когда вступали, какие-то нюансы, а поскольку было муторно и сложно пересматривать параметры по штучным позициям, мы просто не стали настаивать. А сейчас считаем, что настало время произвести необходимые точечные настройки.

– Недавно состоялось первое слушание закона «О промышленной политике». А зачем он вообще нужен? Не проще сохранить полную свободу, что хочу, то и произвожу, полностью открытый рынок?

– Даже в Китае, если вы, как инвестор, хотите прийти и построить металлургический завод, вам запретят, просто не дадут построить. Потому что в Китае есть отраслевые балансы, и они ведут эти отраслевые балансы.

– А в Германии?

– В Германии, с учетом уже сложившейся свободной рыночной экономики, предприниматель давно идет в тренде, который, опять же, формирует правительство, но без запретов.

– Вот я вас и поймал. Значит, существует две полярные модели: свободный рынок и плановая экономика. Китайцам, как я понимаю, удается лавировать, сочетая плановую экономику и свободный рынок.

– Условно свободный.

– К чему это приведет, посмотрим через несколько лет, потому что у них наблюдается пугающее замедление темпов роста ВВП. Что такое свободный рынок, мы наблюдаем на протяжении уже 100 лет в Западной Европе, Америке и т.д. У меня есть ощущение, что последние полтора-два года в России возникла какая-то ностальгия по советским временам. И, когда я слышу: «промышленная политика», я немножко пугаюсь – не начнете ли вы мне опять запрещать строить металлургические заводы, открывать рыбные хозяйства, планируя за меня мою деятельность? И так уже предпринимательскую инициативу задавили, а вы еще и политику под это подводите?

– Все инструменты, которые заложены в закон «О промышленной политике», не в ограничении, а в создании возможностей. Этот документ создает единую правовую базу, которая четко определяет правила, принципы и механизмы государственного стимулирования развития промышленности. Вот лишь некоторые новеллы этого закона: специальные инвестконтракты; налоговые льготы и преференции для новых комплексных проектов; механизм возвратного финансирования долгосрочных займов на конкурентоспособных условиях; новые принципы субсидирования НИОКР, предусматривающие обязательства со стороны бизнеса по выпуску определенных объемов продукции с использованием полученных результатов интеллектуальной деятельности; создание Государственной информационной системы промышленности для контроля за состоянием промпроизводства и выстраивания системы отраслевых балансов.

Закон тесно связан с уже принятой подпрограммой по индустриальным паркам, и сейчас активно обсуждается проект постановления Правительства о компенсации субъектам Федерации затрат на создание инфраструктуры таких парков через возмещение части федеральных налогов, уплаченных резидентами. Реалии таковы, что сегодня у наших предприятий просто нет возможности обновлять основные фонды. Потому что рентабельность настолько низкая, что у компаний не остается прибыли, чтобы модернизировать и развивать свое производство.

– Просто все облагается налогом, и только потом, после обложения налогами, остатки идут на научные изыскания, на новое оборудование...

– Почему? У нас сегодня есть возможность не облагать налогом НИОКР.

– А новые станки?

– А если вы берете новые станки, то, соответственно, вы не платите налог на имущество, у вас ускорена амортизация. Поэтому самое главное препятствие сегодня не налоги, а доступность финансового капитала. У нас предприятия не в состоянии кредитоваться по нормальным процентным ставкам.

– А разве закон «О промышленной политике» может заставить банки давать кредиты по низким ставкам?

– Он не должен заставлять, но может предоставлять возможность. И Федеральным законом «О промышленной политике» предусмотрено создание Фонда развития промышленности. Банки боятся выдавать кредиты в отсутствие проектно-сметной документации по проекту и завершенной опытно-конструкторской работы (ОКР). Фонд же будет финансировать предприятия по льготным процентным ставкам (инфляция минус 1 процент или не выше уровня инфляции) как раз на завершение ОКР и проектно-изыскательских работ. И потом, когда предприятие обратится в банк с полным комплектом готовой документации, тот, естественно, особенно под государственные гарантии, уже с большей охотой выдаст кредит по минимальной процентной ставке. Поэтому мы считаем, фонд будет очень серьезным вспомогательным инструментом для предпринимательства. Сейчас уже начинается наполнение его средствами. Как минимум 16 млрд рублей будет внесено до конца года. И это только одна из мер господдержки.

– А другая?

– Я называл ее раньше – это специальные инвестиционные контракты. До 2025 года они будут подписываться между федеральной властью, исполнительной властью субъектов РФ и инвестором. Согласно этим контрактам инвестор берет на себя обязательства социального порядка и производства определенных объемов продукции, а государство гарантирует неизменность условий ведения бизнеса для инвестора, в том числе налоговых ставок, цен на землю и т.п.

– Это очень важно. У нас полно моногородов, ориентированных на тяжелое машиностроение, средмаш, тяжмаш, которые никогда не производили ничего для потребительского рынка. Этот механизм, про который вы говорите, может позволить переориентировать моногорода на производство, ориентированное на потребительский рынок?

– Про моногорода – это отдельная тема, которая имеет свои проблемы и свои решения. Я знаю это не понаслышке, т.к. в 2009 году на тот момент председателем Правительства Владимиром Путиным я был назначен руководителем комиссии по Пикалево. Запомнил этот проект на всю жизнь. Представляете, рядом в Тихвине, всего в 14 км, строился завод транспортного машиностроения по производству вагонов. Мы были готовы за государственный счет переучить и подготовить специалистов других профессий в Пикалево и при отсутствии пробок возить их автобусами в Тихвин, но столкнулись с тем, что люди, жившие в Пикалево, нигде, кроме своего родного города, работать не хотели. А это уже вопросы мобильности и ментальности, с ними ничего не сделаешь.

– У меня сейчас большинство друзей привозят из-за границы, вы удивитесь, не экзотические фрукты, не сувениры, не золото и серебро, а лекарства. Потому что по разным данным, официально публикуемым, публично доступным, в наших аптеках продается от 30 до 80 процентов фальсификата. Ладно, когда это фальсифицированная валерьянка, но может быть фальсифицированный антибиотик, а еще хуже – химиотерапия для онкобольных. В массовом порядке – это катастрофа для человеческих жизней. Неужели вы не можете придумать способ идентификации фальсификата? Какой-нибудь чип? Сертификат соответствия, как мы с вами понимаем, – это полная ерунда.

– Сразу оговорюсь, что Минпромторг аптеки не контролирует и не курирует – это все в ведении Минздрава. Если вам интересно, я выскажу свое частное мнение. На мой взгляд, должен быть более жесткий лабораторный контроль как при поставках, так и при закупках любых лекарственных препаратов. То есть на уровне производственной линии Минпромторг знает, как ужесточить контроль, и делает это ежегодно. Более того, с 1 января 2014 года мы живем по стандарту GMP (Good Manufacturing Practice – «надлежащая производственная практика») – это такая система норм, правил и указаний в отношении производства. У нас есть соответствующий инспекторат, который имеет возможность проверять и лицензировать предприятия, соответствующие этому стандарту. А вот что касается поставок, особенно импортных, тут, мне кажется, нужна отдельная лаборатория, через которую необходимо пропускать все препараты перед тем, как они попадают на прилавок.

– Я живу в Малаховке и по традиции в воскресенье езжу на рынок. Недавно в обычном ларьке, где продают колбасы и сыры, вижу паштет из гусиной печени. Спрашиваю, простите, это что, фуа-гра? В ответ полное непонимание. Попросил сертификат. Точно, фуа-гра. После запрета на фуа-гра появляется вкуснейшая, великолепная российская фуа-гра на малаховском рынке. Страна парадоксов.

– Думаю, дальше вы спросите меня о санкциях: хорошо это или плохо? Вообще всегда плохо, если кто-то кого-то пытается в чем-то ограничить. Но для нас, россиян, порой это даже на пользу. Мне кажется, что иногда нас просто необходимо как-то встряхнуть, поставить в экстремальные обстоятельства. Вот Правительство уже несколько лет призывает сограждан покупать товары российских производителей, но призывам народ не слишком доверяет. А зря! Вы себе не представляете, какое количество вкусных качественных продуктов выпускается нашими соотечественниками здесь, в России. В Геленджике мне запомнилась встреча с одним предпринимателем. В Москве он был успешным, состоятельным человеком, но продал столичный бизнес, уехал в Краснодарский край с семьей и организовал там свое хозяйство. Производит вино и сырные деликатесы. Я попробовал все сорта его сыра – и средний, и премиум-сегмент. Я, опять же, не великий ценитель сыров, но сравнить было интересно. И, честно говоря, не отличил я вкус его сыров от иностранной продукции в наших магазинах. То же самое можно сказать и про краснодарские вина.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 9 октября 2014 > № 1197192 Денис Мантуров


Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 2 октября 2014 > № 1187466 Денис Мантуров

Брифинг Дениса Мантурова по завершении заседания Правительства.

Стенограмма:

Вопрос: РИА «Новости». Скажите, пожалуйста, был ли принят проект стратегии, и о каких-то основных положениях можете рассказать?

Д. Мантуров: Да, конечно. На заседании Правительства было принято решение доработать проект стратегии с учетом предложений ведомств, которые сейчас поступают, и в том числе экспертов Правительства. В целом стратегия одобрена, и Правительством принято решение до конца года принять эту стратегию.

Что касается основных направлений этого документа, то в первую очередь это касается формирования форматов, а точнее, многоформатной торговли в первую очередь. Чтобы развивалась малая торговля, мы вводим новый параметр, связанный с мобильной торговлей, поскольку раньше такое понятие просто отсутствовало в законодательной базе. И мобильная торговля дает также еще дополнительный эффект по другим отраслям экономики. В первую очередь это касается дополнительной потребности по коммерческому транспорту, производства специальных кузовов для такой торговли, поэтому достаточно позитивно отреагировали эксперты, Правительство и вообще потребительское сообщество в части развития многоформатного уровня торговли.

Также мы сейчас уже внесли в Правительство изменения в проект закона, связанные с перенесением срока по сельскохозяйственным рынкам, которые должны были быть переведены в закрытые помещения. Мы такое решение смещаем до 1 января 2020 года, то есть дается субъектам такое право.

И много других направлений, которые будут в рамках стратегии отработаны также дальше, и потом уже будут отображены в нормативно-правовой базе.

Вопрос: ИТАР-ТАСС. Скажите, пожалуйста, в чем отличие от прежней стратегии, от прежних ее разработок? Потому что ранее упор делался на создание современных форм торговли, самообслуживание и так далее, теперь речь идет об упоре на малые формы торговли. С чем это связано и какое место в стратегии уделено сфере импортозамещения?

Д. Мантуров: Что касается предыдущих направлений развития торговли, в первую очередь это было связано с тем, чтобы развивались торговые сети. На сегодняшний день мы можем констатировать, что эта задача уже выполнена и торговые сети присутствуют во всех регионах страны.

Сейчас как раз задача состоит в том, чтобы при формировании программ развития торговли в регионах обязательно учитывались разные направления торговли. Если мы сравниваем, условно говоря, с Европой, другими развитыми странами, это как минимум пять-шесть форматов торговли в городе. У нас, к сожалению, ограничивается двумя, максимум тремя форматами. Что касается сельской местности или малых городов, ситуация еще хуже, поэтому мы рассчитываем на то, что первый этап реализации нашей предыдущей стратегии реализован, и мы переходим уже к следующему этапу, по многоформатному уровню развития торговли.

Что касается импортозамещения. Если вы считаете, что стратегия является каким-то ответом на западные санкции, то, как вы понимаете, за такой короткий промежуток времени мы не в состоянии были разработать столь масштабный документ. Эта работа велась давно, и сейчас мы были готовы к тому, чтобы уже озвучивать основные направления этой стратегии.

Вопрос: Вы можете пояснить, с чем связано замечание Игоря Шувалова по уплате налогов торговыми сетями?

Д. Мантуров: Что касается уровня налоговых отчислений, то это подтвердил и министр финансов: никаких претензий к торговым сетям нет. И на сегодняшний день эти, наверное, надуманные претензии были уже сняты. Я считаю, что Игорь Иванович (И. Шувалов) просто лишний раз таким образом подчеркнул, что к торговым сетям никаких претензий в этой части нет.

Вопрос: В стратегии делается некий упор на многоформатную торговлю, в том числе на мелкую. Не означает ли это некоего ужесточения регулирования крупных сетевых ретейлеров? Может быть пересмотрен порог доминирования 25%? Не обсуждаются ли такие нюансы?

Д. Мантуров: Мы сегодня говорим о том, что при согласовании строительства крупных торговых центров обязательно либо муниципалитет, либо субъект Российской Федерации должен учитывать требования, связанные с обеспечением торговыми площадями в рамках создания многоформатной торговли нашего населения. Я могу привести пример. В Берлине обеспеченность торговыми площадями составляет 1,5 тыс. кв. м на человека. В Москве, даже при том нормативе, который существует в размере 706 кв. м, этот норматив перевыполняется: уровень – 820–830 кв. м на человека.

Но при этом, если вы строите один крупный торговый центр, скажем, в малом городе и можете выполнить этот норматив или перевыполнить, мы должны учитывать все-таки общую матрицу, чтобы при строительстве крупного центра обязательно были построены также и развитые малые формы торговли, для того чтобы...

Вопрос: Нормативы по разным форматам?

Д. Мантуров: Обязательно будут нормативы по разным форматам, и это должно быть отражено в KPI руководителя субъекта Федерации.

Вопрос: «Интерфакс». Два вопроса. Первый: вчера ряд СМИ сообщил о том, что стратегией предусматривается введение продуктовых карточек. Не могли бы вы пояснить, действительно ли это так и что именно имеется в виду? И второй вопрос, не связанный с сегодняшним заседанием, об идущей сейчас программе обновления автопарка: в каком она состоянии, успеваете ли вы уложиться в 170 тыс.?

Д. Мантуров: Я даже не знаю, как лучше ответить: либо – какой богатый русский язык, либо – какой некачественный перевод иностранного термина food stamps или bank foods?

Мы говорим сегодня о картах. У вас же есть кредитная карта? Это же не продуктовый талон и не продуктовая карточка. Это кредитная карта, которой вы рассчитываетесь в продуктовых магазинах.

А мы говорим о том, что определенным слоям населения имеет смысл держать социальные карты, которые уже во многих субъектах Российской Федерации существуют – либо в виде эксперимента, либо уже в виде постоянно действующей программы (в частности, в Москве), либо речь идет о выдаче специальных карт, скажем, для школьников, – для получения возможности списывать с этих карт оплату детского питания… То есть очень много разных вариантов использования. Собственно, примеры того – практически во всех странах мира, которые используют такой формат.

Мы говорим о повышении качества питания определенных слоев населения, которые, к сожалению, сегодня не имеют возможности купить свежие фрукты, овощи или охлажденное мясо животного происхождения. Поэтому мы как раз за то, чтобы определенные слои населения имели такую возможность. Все зависит от возможностей региона, от уровня обеспеченности населения в этом регионе. Соответственно, уже социальные службы должны определять тот параметр, тот уровень обеспеченности продуктами питания слоев населения, о которых идет речь. Вот, насколько смог, я ответил на первую часть вашего вопроса.

Вторая – это по реализации программы стимулирования спроса на автомобили. На сегодняшний день продано уже более 23 тыс. автомобилей разных категорий. Причем за последнюю неделю продано ровно в два раза больше, чем за предыдущие три. То есть динамика движется четко по экспоненте, и мы исходим из того, что, думаю, можно было бы даже больше 170 тыс. продать по этой программе. Поэтому у нас сомнений по эффективности реализации этой программы нет никаких.

Вопрос: Вопрос по поводу сегодняшнего выступления Игоря Артемьева. Он сказал о том, что малым предприятиям требуется поддержка в строительстве логистических центров. Хотелось бы уточнить, будут ли строиться подобные распределительные центры, в которых мелкие оптовые предприятия могут закупать продукцию местных фермеров? Готово ли государство к поддержке подобных проектов и каким образом они могут поддерживаться?

Д. Мантуров: Форматы поддержки могут быть разные. Министерство сельского хозяйства вышло с предложением по обеспечению строительства таких логистических центров в разных регионах страны начиная с 2015 года. Поэтому это скорее вопрос больше к ним, но мы со своей стороны это направление всячески поддерживаем и считаем, что это как раз обеспечивает возможность поставки продуктов питания, которые производятся индивидуальными хозяйствами, фермерскими хозяйствами, производителями, которые не в состоянии своевременно обеспечить ее в объемах и по стандартам, предъявляемым торговыми сетями. Поэтому как раз за счет строительства таких логистических центров… Такая практика есть и в других странах мира – во Франции, Испании. Более того, они там создавались с государственным участием, поэтому мы это будем всячески поддерживать.

Вопрос: После того как Украина приняла закон о санкциях в отношении России, прекратились ли поставки вертолетных двигателей?

Д. Мантуров: Нет, поставки вертолетных двигателей не прекратились, поскольку они все идут по гражданским контрактам.

Вопрос: Артемьев упомянул, что многие малые формы торговли прекратили свое существование после того, как была запрещена продажа алкоголя. Рассматривается ли вопрос о том, чтобы вернуть им алкоголь и как-то их поддержать?

Д. Мантуров: Такое предложение поступило от руководителя ФАС. Поэтому мы, естественно, его должны будем всячески обсудить с экспертами и предпринимательским сообществом, чтобы при каком-то возможном формулировании и в стратегии, и в последующих нормативных актах, в программе развития торговли отразить.

Вопрос: То есть они официально уже предложили, не просто сегодня упомянули?

Д. Мантуров: Пока это было упомянуто Артемьевым на заседании Правительства. Если это будет сформулировано в виде официального предложения, мы это оперативно рассмотрим и, думаю, найдем совместное решение.

Спасибо.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 2 октября 2014 > № 1187466 Денис Мантуров


Россия. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 25 мая 2014 > № 1084872 Денис Мантуров

Денис Мантуров: российская промышленность от санкций не пострадала.

Во время Петербургского международного экономического форума глава Минпромторга Денис Мантуров дал интервью телеканалу «Россия 24». Министр рассказал о модернизации и кредитовании промышленных предприятий, импортозамещении, а также экологических требованиях к производству.

Большая часть выступления Владимира Путина была посвящена промышленности. Начнем с модернизации. Каким образом и в каких отраслях в первую очередь будет производиться модернизация нашей промышленности?

Действительно, президент очень подробно остановился на тематиках, связанных с поддержкой и развитием промышленности. Основной проблемой для наших предприятий сегодня является ограничение доступа к финансовым ресурсам. Это в первую очередь связано с достаточно высокими процентными ставками, которые сегодня есть на рынке. С учетом того уровня рентабельности, который не превышает 10% по машиностроительным предприятиям и ряду других отраслей, невозможно привлекать кредиты под те проценты, которые сегодня есть на рынке.

Поэтому президент сегодня говорил о создании Фонда развития промышленности, который, в свою очередь, должен обеспечивать предоставление кредитов предприятиям для последующей модернизации. Это в первую очередь нацелено на модернизацию тех предприятий, которые ориентированы на использование наилучших доступных технологий, которые соответствуют экологическим стандартам.

Расскажите подробнее про этот фонд, который, как я понимаю, будете создавать вы совместно с Внешэкономбанком. Откуда будет браться финансирование, на каких условиях будут выбираться проекты и промышленные предприятия и когда он вообще заработает?

Мы рассчитываем на то, что он начнет функционировать со следующего года. До конца года мы должны сформировать эту структуру, причем существует пока несколько вариантов: как отдельно созданная финансовая структура, так и на базе существующего института развития, например, Внешэкономбанка, поскольку банк обладает достаточно развитой структурой, имеет опыт предоставления кредитов для промышленных предприятий, имеет штат и потребует меньших временных затрат на создание этой структуры.

Что касается финансирования, то первые три года потребуется дополнительное финансирование из бюджета – как минимум 30 млрд рублей с последующим наполнением фонда за счет существующих госпрограмм, в которых заложены, но еще не распределены средства до 2025 года.

Владимир Путин говорил, что за так называемые грязные технологии будет взиматься повышенный налог. Сколько нашим предприятиям потребуется времени, чтобы они модернизировали свои производства до соответствия экологическим стандартам и современным требованиям?

Долгое время обсуждались меры обеспечения и ужесточения экологических требований, которые не принимались ни правительством, ни Государственной думой. Это происходило оттого, что не было механизма адаптации предприятий и переходного периода. Мы нашли решение с Министерством природных ресурсов, сейчас согласованы меры и мероприятия, в рамках которых были прописаны конкретные инструменты и сроки адаптации наших предприятий до 2025 года.

Основным критерием выделения средств из фонда или кредитных ресурсов будет являться модернизация основных фондов и мощностей для выхода на экологические стандарты. Если предприятие не обеспечит в назначенные сроки переход на требования, им будут предъявляться штрафы.

Будет ли проводиться мониторинг, какие из предприятий переходят на новые требования, а какие нет?

Сформирован совет, который будет заниматься мониторингом мер внедрения наилучших доступных технологий, с учетом комплекса мер, принятых правительством. Это в том числе справочники, которые будут разрабатываться Минпромторгом вместе с бизнес-сообществами, – на них будут ориентироваться наши предприятия.

Владимир Путин говорил, что сейчас нужно идти к системе импортозамещения. Интересно, какие отрасли сейчас в первую очередь способны обеспечить импортозамещение?

Тема, связанная с импортозамещением, заложена практически во все без исключения государственные программы, которые принимались. Изначально это было заложено и в стратегии развития практически всех отраслей, которые находятся в зоне внимания нашего министерства.

Сегодня эта тема актуальна, чтобы дать дополнительный стимул к росту нашей промышленности. Мы наблюдаем за темпами импортозамещения в разных отраслях, в том числе фармацевтике, автомобильной промышленности. Конечно, мы не можем развивать ни одну из отраслей без собственной отрасли станкостроения. Она сегодня развивается, потому что долгое время находилась в слабом состоянии.

Начиная с 2010 года мы стали реализовывать мероприятия, связанные с разработкой станков и нового оборудования. Предприятия начинают серийное производство образцов, которые будут поставляться на предприятия обрабатывающего сектора промышленности. За счет тяжелого и энергетического машиностроения, радиоэлектроники отрасли будут развиваться. Сектор оборонно-промышленного комплекса в первую очередь нацелен на обеспечение национальной безопасности.

Какие здесь возможны сроки импортозамещения?

У нас есть дорожная карта, эту тему мы обсуждали у президента на прошлой неделе. Поставлены конкретные сроки – в течение двух с половиной – трех лет по критическим позициям запустить производство в России. Это не значит, что мы завершим кооперационные связи с нашими зарубежными коллегами, которые складывались на протяжении многих лет, по тем направлениям, где мы зависим с точки зрения как минимум объема производства. Мы не ставим задачу полностью обеспечить импортозамещение. Будем сохранять кооперацию с зарубежными странами и партнерами по тем направлениям, где вопросы, связанные с национальной безопасностью, не стоят на первом месте.

Я думаю, что еще будут сохранены связи с иностранными партнерами в автомобилестроении, потому что практически все комплектующие для автомобилей – импортного производства. Чтобы там перейти на импортозамещение, понадобится не один десяток лет.

Как я уже сказал, мы не ставим задачу полностью уйти от импортных поставок комплектующих, в том числе в автопроме, но на протяжении последних лет предприятия, которые пришли в Россию с серьезными намерениями локализовать свою продукцию, за собой привлекают и своих комплектаторов. Поэтому у нас индустрия промышленной комплектации очень интенсивно развивается.

Предприятия должны вовремя ориентироваться на спрос и перенастраивать производство под покупателя. Автокомплектующие будут производиться на нашем рынке, и будет обеспечиваться комплекс мероприятий по тем контрактам, которые были подписаны с Министерством экономического развития начиная с 2009 года. До 2020 года они должны быть реализованы и процентный уровень локализации должен достичь 70% в целом по группе компаний, которые подписали эти контракты.

Если говорить о сотрудничестве с иностранными партнерами из-за санкций со стороны Запада, есть ли у вас показатели, как это отразилось на нашей промышленности, на нашем производстве?

На сегодняшний день это никак не отразилось с точки зрения объемов производства. Санкции больше носят политический, нежели экономический окрас, поэтому предприятия, которые обеспечивают и осуществляют кооперацию с российскими партнерами, выполняют те объемы, которые были изначально заявлены. На форуме присутствуют бизнес-лидеры крупнейших мировых компаний, и все встречи, которые были запланированы, мы провели. Компании подтверждают намерения поддерживать наши бизнес-отношения.

Россия. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 25 мая 2014 > № 1084872 Денис Мантуров


Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 7 февраля 2014 > № 1022813 Денис Мантуров

Денис Мантуров: "Знак качества" поможет российской продукции конкурировать с товарами иностранного производства.

Изображение "Знак качества" должно символизировать дополнительные - сверх базовых стандартов - свойства товаров, которыми должна обладать российская продукция, чтобы конкурировать и выигрывать у товаров из-за рубежа. Об этом сообщил Министр промышленности и торговли Российской Федерации Денис Мантуров на церемонии награждения финалистов творческого конкурса на разработку изображения "знака качества", которым будут отмечаться лучшие отечественные товары.

Победителем конкурса стал Дмитрий Мордвинцев - арт-директор студии "Акопов дизайн". Его работа - изображение кириллической буквы К, вписанной в пятиугольник.

Конкурс на разработку изображения знака качества был объявлен в ноябре прошлого года. Всего поступило более 500 работ, конкурсной комиссией во главе с Министром промышленности и торговли Российской Федерации Денисом Мантуровым были отобраны 10 финалистов.

"Что касается самих критериев отбора товаров на которых будет размещен знак, это как раз процесс, который сейчас находится на стадии разработки, и там участвует достаточно широкий круг экспертов, ассоциаций, индустриальных производителей, для того чтобы этот знак был действительно знаком, который определяет повышенное качество продукции", - подчеркнул министр.

Денис Мантуров отметил, что в процессе отбора товаров, которые будут обозначаться новым "знаком качества", будут участвовать не только эксперты, но и рядовые потребители. Помимо товаров, новым знаком, как предполагается, в будущем будут обозначаться также и наиболее качественные услуги.

По словам главы Минпромторга России маркировка "знаком качества" никак не повлияет на цену товаров, а также не потребует от производителей дополнительных затрат.

Первая продукция, снабженная маркировкой качества, по мнению Дениса Мантурова , может появиться уже до конца текущего года.

Перед началом торжественной церемонии награждения финалистов конкурса Денис Мантуров ответил на вопросы журналистов.

Самый первый вопрос, в чем принципиальное отличие этого знака качества? Будут ли потребители участвовать в процесс присвоения знака качества продукции?

Д.В. Мантуров: Во-первых это будет знак, который определяет повышенное качество продукции, производимой российскими предприятиями. Для нас очень важно использовать этот знак качества, наделяя его особыми отличительными чертами. Это не просто подмена наших сегодняшних, уже существующих знаков и российских стандартов, ГОСТов - это дополнительное повышенное качество, дополнительные свойства товаров, которыми должна обладать российская продукция для того, чтобы быть конкурентоспособной и стараться во многом выигрывать у наших зарубежных коллег. Сейчас мы находимся в процессе выработки решений и системы качества, чтобы она имела обратную связь с потребителями. Для того, чтобы при присваивании знака качества образцам продукции, в этом процессе участвовали не только эксперты, но и сами потребители для того, чтобы это было максимально объективно.

А на цену это повлияет?

Д.В. Мантуров: На цену это никак не может повлиять. Это не покупка чего-то и не потребует дополнительных затрат от производителя. Система будет выстроена таким образом, чтобы это никак не повлияло на стоимость продукции.

Денис Валентинович, Интерфакс. Сегодня будет выбран окончательный победитель – а когда можно будет на практике увидеть этот знак на первом товаре?

Д.В.Мантуров: Как только будет завершена работа по формированию самой системы, и предприятия будут готовы маркировать свою продукцию этим знаком после процедуры отбора по всем критериям, которые будут разработаны. Я думаю, что до конца этого года.

Денис Валентинович, какая гарантия защиты этого знака от подделки? Как я, как потребитель, могу проверить, что этот товар действительно маркировали?

Д.В.Мантуров: Хороший вопрос. А как вы сегодня проверяете подлинность товара, который вы приобретаете в магазине или через другие системы продажи?

Например, можно мобильным телефоном просканировать штрих-код?

Д.В.Мантуров: Я думаю, что мы создадим такую систему, чтобы потребитель мог использовать существующие наработанные возможности и опыт, в том числе, программ в смартфонах через штрих-коды. Аналогичная мобильная программа будет создана для мобильных устройств, для того, чтобы потребитель мог быть уверен на 100%, что этот знак качества присвоен именно тому образцу продукции, который соответствует всем свойствам и заданным требованиям.

Первый товар, который будет претендовать на знак качества, будет продовольственный или непродовольственный?

Д.В.Мантуров: Мы не ставим для себя никаких жестких условий, какой это будет товар. Как я уже сказал, мы работаем с ассоциациями всех производителей легкой промышленности, в том числе в продовольственной сфере, для того, чтобы никого не обидеть и создать условия, равные для всех.

Как этот знак коррелируется с действующими Госстандартами? Это дополнение?

Д.В.Мантуров: Это дополнение к существующим стандартам, которые сегодня применяются на добровольной основе. Эксперты будут отбирать, а потребители будут высказывать свои оценки относительно продукции, которая будет получать этот знак качества. Это только в дополнение к уже существующим критериям и системе стандартизации.

А будет ли ставиться этот знак качества на продукцию западных компаний, которые выпускают продукцию в России?

Д.В.Мантуров: Почему нет? Все, что производится на территории Российской Федерации - это российское. Иностранный владелец этого завода или российский, продукция локализована в России или аутентична и появилась в России - мы не делаем никакой разницы. Если это продается на территории России и произведено в России, и производитель заявляется на то, чтобы получить права размещать знак качества на своей продукции после прохождения всех процедур, он будет обладать возможностью размещать этот знак. В том числе, это может использоваться и на предоставляемых услугах.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 7 февраля 2014 > № 1022813 Денис Мантуров


Германия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 9 апреля 2013 > № 795074 Денис Мантуров

Денис Мантуров: "Показатели российско-германского торгово-экономического сотрудничества говорят сами за себя"

Источник: "Франкфуртер Альгемайне Цайтунг"

В рам­ках учас­тия Рос­сии в ка­чест­ве стра­ны-парт­не­ра в меж­ду­на­род­ной про­мыш­лен­ной выс­тав­ке-яр­мар­ке «Ган­но­вер Мес­се 2013» опуб­ли­ко­ва­на статья гла­вы Минп­ром­тор­га Рос­сии Де­ни­са Ман­ту­ро­ва в не­мец­кой га­зе­те «Франк­фур­тер Аль­ге­май­не Цай­тунг».

До сих пор некоторые публикации иностранной прессы о России не обходятся без упоминания образа российских бизнесменов начала 1990-х, представляемых при этом в качестве супер богатых, коррумпированных, связанных с криминалом и спасаемых от краха честными налогоплательщиками.

Но такие стереотипы уже давно не соответствуют действительности. За последние 15 лет нам удалось сделать огромный рывок вперед, значительно увеличить ВВП, ощутимо поднять уровень жизни наших граждан. К примеру - российский ВВП на душу населения в настоящее время является одним из самых высоких среди всех стран БРИКС. Этот явный прогресс положительно сказывается и на динамике нашего двустороннего сотрудничества. Достаточно взглянуть на показатели российско-германского товарооборота - в прошлом году он достиг внушительной цифры – почти 74 млрд. долл. США. И это в то время, когда многие европейские рынки стоят на месте.

Не секрет, что определенная часть таких показателей основана на поставках в Европу российских энергоносителей. Но одновременно мы уже многое сделали для улучшения инвестиционного климата в России, повышения экспортной привлекательности продукции нашей промышленности. Так, российский рынок автомобилей в этом году станет самым большим в Европе, догнав немецкий. Многие немецкие автомобильные компании уже производят автомобили в России, и мы быстро увеличиваем объем поставок и повышаем наши производственные стандарты. Уверен - масштабное развитие этого важного рынка будет выгодно как для России, так и для Германии.

Другими не менее важными и перспективными направлениями являются станкостроение и композиты. Мы заинтересованы в использовании опыта наших германских партнеров в этих сферах для развития технологической базы новой российской промышленности.

Еще один рынок, который также дает множество возможностей для иностранных, в том числе германских, инвесторов, - это здравоохранение. Стабильная демографическая ситуация делает Россию привлекательной для локализации производства ведущих мировых фармацевтических и медицинских компаний.

Также в России состоятся три важнейших спортивных мероприятий – Всемирная летняя Универсиада в Казани в этом году, Зимние Олимпийские игры в Сочи в 2014 и Чемпионат мира по футболу в 2018 г. Вне всякого сомнения - эти события дадут стимул к развитию туризма и сферы услуг в России.

Мы рассчитываем на расширение участия наших германских партнеров в реализации этих и других инвестиционных проектов. И Ганновер Мессе - хорошая площадка для обсуждения новых точек нашего взаимодействия. Уверен - ее достойным дополнением может стать проведение в Екатеринбурге в 2020 году Всемирной универсальной выставки ЭКСПО.

В основе российско-германских отношений лежит принцип взаимодополнения. Мы приглашаем немецких инвесторов и создаем для них комфортные условия для ведения бизнеса. В течение ближайших пяти лет Россия должна войти в топ 20 стран международного рейтинга Doing Business. Одновременно мы обладаем уникальным интеллектуальным и промышленным потенциалом, грамотное использование которого способно еще не раз увеличить показатели нашего торгово-экономического и инвестиционного взаимодействия.

Важно, что уже сейчас иностранные, в том числе и иностранные, инвесторы отмечают разницу. Недавнее исследование, проведенное Немецко-российской Торговой палатой, показало, что половина немецких компаний, активно работающих в России, считают, что инвестиционный климат в стране за последний год улучшился. Кроме того, более 80 процентов компаний настроены оптимистично по поводу перспектив и этого года.

И, тем не менее, в Германии есть люди, которые хотели бы сосредоточиться на других темах, а не только на наших торгово-экономических отношениях. Например, они обеспокоены тем, что Россия может никогда не пойти по «западному пути». Но позвольте мне быть честным и прагматичным - эти беспокойства не находят отражения в многочисленных переговорах, которые состоялись у меня с немецкими бизнесменами, имеющими исключительно положительный опыт делового общения в России. И они также отсутствуют у тех наших граждан, которые свои трудом добились определенного, а зачастую и заметного, успеха в течение последнего десятилетия.

Нуждается ли Россия в улучшениях до сих пор? Безусловно. Ни одна страна никогда не будет «готовой», «идеальной», «завершенной». Но давайте не будем закрывать глаза на видимый прогресс, к которому немецкие и российские компании уже привели граждан обеих стран. Ганноверская ярмарка, на которой Россия является партнером в этом году, является прекрасным доказательством этого успеха.

Германия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 9 апреля 2013 > № 795074 Денис Мантуров


Германия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 8 апреля 2013 > № 795095 Денис Мантуров

Денис Мантуров ответил на вопросы журналистов

Глава Минпромторга России Денис Мантуров, принимающий участие в мероприятиях выставки-ярмарки Ганновер Мессе 2013 ответил на вопросы журналистов

Вопрос: Каковы итоги первого дня работы выставки и российского участия. Есть что-нибудь такое, что вас поразило?

Д.В. Мантуров: Я бы, наверное, начал с того, что мы показываем нашим германским партнерам и в целом мировой индустрии, какие есть у нас достижения и какие образцы техники мы привезли, и соответственно, предполагаем, что они будут интересны не только для российского потребителя, но и в первую очередь, для международных рынков. Мы сейчас с вами находимся напротив одного такого инновационного решения, - это совместный проект «Уралвагонзавода» и «Бомбардье».

Мы сегодня на российско-германском бизнес-саммите говорили о том, что неинтересно копировать технологии и трансформировать эти технологии из страны в страну. Интересно совместно создавать эти технологии. Так вот это конкретный пример того, что создается совместно. Это не копия, это самостоятельная разработка. Сейчас активно разрабатываются технологии композиционных материалов, которые используются в авиационных конструкциях, мостовых переходах, они в 20 раз легче традиционных металлических конструкций, в 5 раз легче стальных конструкций, они долговечны, практичны, не требуют капитальных ежегодных ремонтов. Считаю, это инновационное решение, которое можно и нужно предлагать на международные рынки и, конечно же, мы это используем активно сейчас уже в России при создании своей инфраструктуры.

Вопрос: Какие шаги необходимы совершить России чтобы преодолеть ресурсную зависимость и стать в свою очередь поставщиком технологий?

Д.В. Мантуров: Для этого нужно поддерживать развитие технологий, для этого нужно создавать эти технологии, мотивировать всячески разными форматами не только денежными путями, но и в том числе административными вещами, в части, например, внедрения новых стандартов. Стандарт является двигателем нашей промышленности, да и в целом в мире. Поэтому это один из инструментов продвижения тех продуктов, тех образцов промышленной продукции, которые будут создаваться, производятся и, естественно, они должны иметь абсолютно инновационную составляющую для того, чтобы определять это стандартом, - как рекомендательную либо обязательную к использованию.

Вопрос: Что касается стандартов: идет дискуссия, что слишком высокие стандарты не годятся для предприятий, которые только перешли на инновационное развитие?

Д.В.Мантуров: Не соглашусь. Дело в том, что любой новый стандарт, он, естественно, делает определенную отсечку того, что производится сегодня, для того, чтобы мотивировать к развитию. Если мы говорим о тех предприятиях, которые не занимаются ни модернизацией, соответственно не вкладывают средства в разработку новых технологических решений, новых продуктов, мы не можем за уши тянуть каждое предприятие. Поэтому это некий такой мотивационный стимул. Но всегда дается переходный период. Если мы внедряем какой-то стандарт, он наступает не с завтрашнего дня, но если мы говорим, например, о стандартах на производство новых лекарственных препаратов, новой медицинской техники, вступает в силу закон с 1 января, 2014 года. Объявлено это было, в 2011 году, - 3 года достаточный период для того, чтобы компании могли адаптироваться. Тот, кто заинтересован, - внедрить все современные решения на свои производства и быть готовым к 1 января 2014 года. А мы соответственно, должны обеспечить для этого необходимые инспектораты, которые будут проверять, оценивать предприятия на их пригодность к новым стандартам. Это касается всех направлений индустрии, это просто как пример.

Вопрос: А вы завтра на предприятия «Фольксвагена» поедете и на немецкие верфи. Что вы планируете там посмотреть?

Д.В.Мантуров: Надо коллег немецких спросить - что они хотят показать на "Фольксвагене" и естественно на верфях. Завтра посмотрим. Готов и смогу с вами поделиться впечатлениями и соответственно - поговорить с вами конкретно и о "Фольксвагене", и верфях. Но что касается того направления, которое сегодня разрабатывается немецкими коллегами и соответственно нашим институтом Крылова. Это создание Арктического центра проектирования и испытание новых технологических решений в области освоения Арктики, это ледокольный флот. У нас сохранились и крепнут технологии и компетенции по ледокольному флоту, по освоению Арктических просторов и естественно, мы готовы масштабировать свои технологии за счет участия иностранных партнеров. В частности, немецкие, финские верфи, которые принимают в этой программе участие.

Вопрос: Вы завтра побываете еще на выставке?

Д.В.Мантуров: Завтра, да.

Вопрос: Что планируете посмотреть?

Д.В.Мантуров: Мне интересно самому посмотреть новые решения, в части композиционных материалов и в современных решениях, ну и объявленную вчера госпожой Меркель так называемую программу цифровой индустриализацией – 4.0. Будет интересно ознакомиться с этими технологиями для того, чтобы использовать опыт коллег, в том числе и применяя это в России.

Германия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 8 апреля 2013 > № 795095 Денис Мантуров


Германия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 8 апреля 2013 > № 795094 Денис Мантуров

Российско-германский деловой форум

На Ганновер Мессе 2013 открылся Российско-германский деловой форум.

С приветствием к участникам Форума обратился Глава Минпромторга России Денис Мантуров.

В своем выступлении он, в частности, сказал:

«Уважаемый господин Рёслер (Филипп Рёслер, Министр экономики Германии), уважаемый господин Кордес (Эккхард Кордес, Председатель Восточного комитета германской экономики), участники Российско-Германского делового форума «Германия и Россия: открытые рынки для торговли и инвестиций»!

Дамы и господа!

Для меня большая честь приветствовать от имени официальной российской делегации столь авторитетную аудиторию.

Сегодня первый день работы ведущей мировой промышленной выставки, репутация которой подтверждена годами успешной деятельности. Ганновер Мессе-2013 - это более 6 тысяч компаний-участников из 60 стран – цифры, достойные лидера.

Этот год – особенный для российского участия. Наша страна уже второй раз становится страной-партнером Ганноверской ярмарки.

Только что завершилось открытие российской экспозиции с участием Президента Российской Федерации Владимира Путина и канцлера Германии Ангелы Меркель. Дан старт обширной деловой программе.

Статус страны-партнера – это большая честь и серьезная ответственность. Первый раз Россия принимала участие в ярмарке в таком почетном формате 8 лет назад. За это время многое изменилось как в России, так и в Европе. Неизменным, на наш взгляд, остается обоюдное стремление двигаться навстречу друг другу, обмениваться опытом, учиться друг у друга, сближать позиции и находить компромиссы.

Сегодня в Ганновере представлены 170 российских компаний. Это абсолютный рекорд за всю историю участия России в Ярмарке, а также наглядное подтверждение тому, что российские компании отчетливо видят себя частью европейской и мировой экономики.

Традиционно в Ганноверской ярмарке принимают участие компании, которые, каждая в своем направлении, являются флагманами российской экономики – Газпром, Роснефть, Силовые машины, «Российские железные дороги», Ростехнологии, Роснано, Уралвагонзавод, ведущие научно-исследовательские центры.

В этом году наметился новый тренд, который может в перспективе существенно повлиять на структуру наших торгово-экономических отношений с немецкими партнерами: более половины российских компаний-участников Ганновер Мессе-2013 – это представители малого и среднего бизнеса. Это важная и знаковая тенденция, думаю, немецкие коллеги поймут, что я имею в виду: в Германии около 60% ВВП формируется малыми и средними предприятиями. В России их доля в производстве пока не велика, но тот факт, что их руководители считают важным приехать в Ганновер и продвигать свою продукцию на высококонкурентных европейских рынках, не может не внушать оптимизм.

Уверен, что многие российские инновационные компании ждет успех в Европе. В Ганновер они привезли свои новейшие разработки, уникальные технологии и материалы.

Интересы российского бизнеса неразрывно связаны с нашими европейскими и, конечно, немецкими партнерами. Поэтому отнюдь не случаен и выбор темы российского участия – Глобальная промышленность.

Сегодня на бизнес-саммите и в рамках последующей деловой программы мы хотим поговорить об общей стратегии, общих целях и задачах, познакомить партнеров с нашими основными приоритетами промышленного развития и ключевыми подходами к их реализации.

Из событий недавнего прошлого, которые будут в существенной степени определять новый формат российско-германских отношений, мне хотелось бы выделить присоединение России к ВТО. Это несомненно шаг к повышению открытости российской экономики и гармоничной интеграции в мировую экономическую систему.

На этом пути для России открываются как широкие возможности, так и возникают новые серьезные вызовы. Перед нами стоит комплексная задача дальнейшей диверсификации своей экономики, снижения зависимости от сырьевого сектора, модернизации и инновационного развития отраслей промышленности, сохранения исторически сложившихся и развития новых компетенций. Эта цель недостижима без широкой международной кооперации.

Германия является ключевым европейским партнером России, оплотом стабильности в Европе, третий год подряд демонстрирующим положительные темпы роста, несмотря на сложную ситуацию в еврозоне.

Объем взаимной торговли, за исключением кризисного 2009 года, неуклонно растет. Как вчера упомянул Президент Российской Федерации, в 2012 г. товарооборот составил 74 млрд. долл. И нам вполне по силам довести эту цифру до 100 млрд. долл.

Развитие российско-германского торгово-экономического сотрудничества характеризуется высокой степенью межотраслевого взаимодействия.

Важными предпосылками для этого, на наш взгляд, является имеющийся в России платежеспособный спрос на высокотехнологичное оборудование, а также государственная политика, нацеленная на структурную модернизацию экономики.

В 2012 году в российской промышленности был зафиксирован общий рост промышленного производства 2,6%. В обрабатывающих отраслях эта цифра составила 4%.

Для поддержания и наращивания темпов роста необходимо, среди прочего, работать над формированием современной технологической базы, развитием компетенций, имеющих межотраслевое значение. Поэтому нами сформулированы новые подходы к развитию при государственной поддержке станкостроения, инжиниринга, новых материалов, включая композитные. Активно осваиваем такое актуальное направление, как редкоземельные металлы. И здесь мы видим серьезный потенциал для развития взаимодействия с германскими партнерами.

В настоящее время основным инструментом реализации промышленной политики являются государственные программы развития отраслей промышленности.

Четыре из них нацелены на развитие отдельных отраслей – авиастроение, судостроение, радиоэлектронная промышленность, медицина и фармацевтика. Пятая программа – «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» – комплексная, направлена на сбалансированное развитие целого ряда отраслей и направлений, в том числе и тех, которые я уже упомянул.

Это документы абсолютно прозрачны и размещены в сети «Интернет». Они базируются на отраслевых стратегиях и рассчитаны на долгосрочную перспективу – до 2020, 2025 и 2030 годов. Они предусматривают бюджетное и внебюджетное финансирование, при этом определяют ожидаемые в каждом году результаты, что позволяет проводить оценку эффективности их реализации.

В совокупности данные госпрограммы детализируют промышленную политику, которую намерено проводить Правительство Российской Федерации и Минпромторг России в ближайшие годы, в том числе с учетом необходимой адаптации к условиям ВТО. Запланированные к реализации мероприятия позволят сформировать инновационный потенциал в отраслях российской промышленности, повысить темпы роста объемов и качества произведенной продукции, а также будут способствовать созданию современной научно-технической и производственно-технологической базы.

Еще раз подчеркну – успешная реализация поставленных задач неразрывно связана с привлечением иностранного капитала, освоением передового зарубежного опыта и лучших практик. Здесь мы конечно же открыты для взаимовыгодного сотрудничества с Германией – нашим стратегическим партнером.

Германские предприятия образуют в России самое большое деловое сообщество. С момента предыдущего участия России в качестве страны-партнера на Ганноверской промышленной ярмарке в 2005 году их число, по данным Российско-Германской внешнеторговой палаты, увеличилось на 2,5 тыс. и составляет 6,1 тыс. компаний. Географическое присутствие в настоящее время охватывает практически все субъекты Российской Федерации.

Россия заинтересована в стабильном партнерстве не только в области коммерческих поставок, но и в качественном повышении уровня реализуемых в промышленном секторе инвестиционных проектов, а также налаживании широкомасштабной производственной и научно-технической кооперации между хозяйствующими субъектами обеих стран.

И у нас уже есть положительные примеры высокотехнологичного сотрудничества в целом ряде отраслей, в том числе в станкостроении, автомобилестроении, транспортном машиностроении, электротехнической отрасли, фармацевтической и химической промышленности.

Уверен, что в рамках насыщенной деловой программы Ганновер Мессе-2013 представители российского и германского бизнеса смогут детально обсудить новые возможности для сотрудничества, что, в свою очередь, даст старт новым, амбициозным совместным проектам как на территории России, так и Германии.

Благодарю за внимание!»

Германия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 8 апреля 2013 > № 795094 Денис Мантуров


ОАЭ. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 18 февраля 2013 > № 767627 Денис Мантуров

Денис Мантуров об итогах заседания Межправительственной Российско-Эмиратской комиссии по торговому, экономическому и техническому сотрудничеству.

Отвечая на вопросы журналистов Денис Мантуров, в частности, сказал:

"Только что завершились действительно конструктивные и самое главное – продуктивные переговоры по вопросам российско-эмиратского торгово-экономического взаимодействия.

Они начались вчера – на Международной выставке по оборонным технологиям «Айдекс-2013», где у меня состоялась встреча с наследным принцем Абу-Даби, заместителем Верховного главнокомандующего вооруженными силами ОАЭ шейхом Мухаммедом Аль Нахайяном, продолжились на заседаниях экспертных групп Межправкомиссии и завершились сегодня - на пленарном заседании Межправительственной Российско-Эмиратской комиссии по торговому, экономическому и техническому сотрудничеству.

По экспертным оценкам по итогам прошлого года двусторонний товарооборот вплотную приблизится к отметке 1,5 млрд. долл. США.

Тем не менее, мы считаем – и это наше общее мнение – что такой показатель – даже с учетом положительной динамики последних двух лет - не соответствует серьезному потенциалу нашего взаимодействия.

В этой связи мы предметно рассмотрели вопросы дальнейшего наращивания двустороннего товарообмена, в том числе – за счет сотрудничества в рамках ВТО, реализации совместных проектов в различных секторах экономики, а также учреждения совместных предприятий на территории двух стран.

Прежде всего – в области энергетики. Ведущие российские компании подтвердили готовность наращивать сотрудничество с эмиратскими партнерами в сфере геологоразведки и добычи углеводородов, создания и модернизации соответствующей инфраструктуры на территории Объединенных Арабских Эмиратов, а также поставок специализированного нефте- и газового оборудования..

Уже имеющийся положительный опыт двустороннего взаимодействия в этой сфере, например - работа ОАО "Стройтрансгаз", - будет также способствовать наращиванию сотрудничества на этом направлении.

Другой перспективной составляющей российско-эмиратского энергетического сотрудничества являются совместные проекты по использованию атома в мирных целях

Дальнейшему наращиванию сотрудничества на этом направлении будет, безусловно, способствовать Меморандум между правительствами наших стран о сотрудничестве в области использования атомной энергии мирных целях.

Серьезный потенциал – у нашего взаимодействия в промышленной сфере. Мы рассматриваем возможность совместного осуществления крупных инвестиционных проектов в ОАЭ и в третьих странах, а также по инфраструктурной модернизации городов России.

Также эмиратская сторона изучит предложения российских компаний о расширении экспортных поставок металлопродукции и труб на рынок ОАЭ, а также промышленного оборудования различного назначения.

У нас есть все возможности для наращивания сотрудничества в области сервисного обслуживания и поставок гражданской вертолетной техники. Этому способствует уже накопленный положительный опыт взаимодействия между ОАО «Вертолеты России» и эмиратскими сервисными компаниями.

Помимо этого мы представили нашим эмиратским партнерам предложения по поставкам воздушных судов, входящих в модельный ряд «ОАК» и возможному созданию на территории ОАЭ базы для их технического обслуживания и ремонта.

Еще один важный элемент – автомобильная промышленность. Поддерживаем стремление ОАО «КАМАЗ», уже имеющего свое представительство в ОАЭ, к дальнейшему расширению дилерской сети, созданию сервисных центров, диверсификации поставляемого в ОАЭ модельного ряда и его дальнейшей адаптации к местным условиям.

Успешной реализации всех этих проектов должно способствовать расширение нашего взаимодействия в инвестиционной сфере.

Серьезные инвестиционные ресурсы ОАЭ в сочетании, например, с российским технологиями, могут стать эффективным инструментом реализации крупных совместных проектов, в том числе – и в третьих странах.

Эту тему мы сегодня подробно обсудили на отдельной встрече с министром внешней торговли ОАЭ госпожой Лубной Аль Касими.

Важное значение для расширения нашего взаимодействия имеет межрегиональное сотрудничество наших стран.

Хотел бы поблагодарить принимающих участие в работе Комиссии Президента Республики Татарстан Рустама Нургалиевича Минниханова за ряд интересных предложений и инициатив по расширению этой составляющей нашего взаимодействия.

Дальнейшей активизации нашего торгового и инвестиционного сотрудничества будет способстствовать работа по совершенствованию нормативноправовой базы.

Важным результатом этой работы стала ратификация в декабре 2012 года Соглашения о поощрении и взаимной защите капиталовложений.

В ходе нынешнего заседания Комиссии мы провели полную сверку всех находящихся в работе документов. Без этого – дальнейшее движение вперед невозможно.

Мы договорились также о продолжении регулярного диалога по всему спектру вопросов повестки дня. В том числе – в рамках 11-й сессии Российско-Арабского делового совета, который пройдет 30 мая – 1 июня в Санкт-Петербурге, а также Третьей международной выставке «Арабия-Экспо».

Еще одной хорошей площадкой для обсуждения наших совместных проектов является XVII Петербургский международный экономический форум, который состоится 20-22 июня в Санкт-Петербурге.

За последние несколько лет Форум стал одним из знаковых событий, местом для выявления и обсуждения ключевых проблем мировой политики и экономики. Сегодня мы передали нашим эмиратским партнерам приглашение принять участие в его работе.

Это лишь часть тем, которые были затронуты в ходе нашей работы.

Убежден, что ее итоги – хороший ориентир для развития торгово-экономического сотрудничества между Россией и Эмиратами на перспективу. Прочная основа для практической реализации проектов двустороннего сотрудничества.

В заключение хотел бы еще раз поблагодарить всех эмиратских коллег, в особенности – своего коллегу господина Нахайяна за совместную работу.

Также, пользуясь случаем, пригласить сегодня всех участников заседания Комиссии на торжественный концерт, приуроченный к заседанию Комиссии. В нем примут участие артисты Императорского Михайловского театра и Государственного ансамбля «Вайнах». Надеюсь, что такие мероприятия станут доброй традицией проведения заседаний нашей межправкомиссии".

ОАЭ. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 18 февраля 2013 > № 767627 Денис Мантуров


Куба. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 3 ноября 2012 > № 728082 Денис Мантуров

Д.В. МАНТУРОВ ОТВЕТИЛ НА ВОПРОСЫ КОРРЕСПОНДЕНТА КУБИНСКОГО ИНФОРМАЦИОННОГО АГЕНТСТВА "ПРЕНСА ЛАТИНА"

Накануне визита в Республику Куба Д.В.Мантуров дал интервью агентству "Пренса Латина"

- Господин Министр, что Вы ожидаете от Вашего предстоящего визита в Гавану?

- Основная цель моего визита – проведение совместно с моим кубинским коллегой по Комиссии, Заместителем Председателя Совета Министров Кубы Рикардо Кабрисасом 10-го юбилейного заседания Российско-Кубинской Межправительственной комиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству. Оно пройдет 5 ноября с.г. в Гаване.

Хотел бы отметить, что назначение в июле этого года председателем российской части Комиссии – одновременно большая честь и ответственность для меня.

Главная задача предстоящего заседания – обсуждение конкретных проектов, работа над которыми будет способствовать реализации всего комплекса договоренностей, достигнутых по итогам переговоров Президента Российской Федерации В.В.Путина и Председателя Государственного Совета и Совета Министров Республики Куба Рауля Кастро, которые состоялись в июле этого года в Москве.

Тогда же – в июле этого года - мы провели весьма конструктивную встречу с господином Кабрисасом, на которой вместе определили основные векторы нашей совместной работы.

В результате в достаточно сжатые сроки российскими ведомствами совместно с кубинскими партнерами проведена серьезная подготовительная работа к предстоящему заседанию. Сформирована представительная российская делегация с широким участием деловых кругов, определена насыщенная повестка дня. Очевидно, что за три года, прошедшие с момента предыдущего заседания Комиссии в январе 2009 года, у обеих сторон накопилось множество идей и инициатив по практическому наполнению нашего торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества.

О серьезном взаимном интересе к активизации двустороннего диалога на площадке Межправкомиссии свидетельствует и состоявшийся 17 сентября с.г. под эгидой Торгово-промышленной палаты Российской Федерации бизнес-форум «Куба и российские регионы», в котором приняла участие президент Торговой палаты Республики Куба Эстрелья Мадригал.

У меня с госпожой Мадригал состоялась теплая встреча, в рамках которой мы обсудили широкий спектр вопросов по торгово-экономической тематике.

Контакты представителей делового сообщества и регионов России и Кубы продолжатся и в рамках моего визита в Гавану. Помимо площадки Межправкомиссии, Россия широко представлена на ХХХ Гаванской Международной ярмарке, которая стартует в Гаване 4 ноября. Также к заседанию Комиссии приурочено очередное, 5-е по счету заседание Делового Совета «Россия – Куба», запланированное на 6 ноября.

Уверен, проведенная за несколько месяцев наша совместная работа, а также предстоящие мероприятия уже в ближайшее время дадут хорошие практические результаты. Тем более, что с обеих сторон имеется огромное желание развивать российско-кубинские торгово-экономические связи, выводить их на качественно новый уровень.

К решению этой задачи нас обязывает и торжественная юбилейная окраска мероприятий, которые нам предстоит провести - X заседание Межправкомиссии, ХХХ гаванская ярмарка, V заседание Делового совета.

- Как Вы охарактеризуете нынешний этап российско-кубинских отношений?

- Россия имеет особые, привилегированные отношения с Кубой. Наши страны связывают давняя дружба и традиционное взаимопонимание. Мы рассматриваем Республику Куба в качестве ключевого партнера в регионе. Мы хорошо знаем друг друга и ответственно подходим к оценке своих возможностей и обязательствам.

Наши народы близки между собой в культурном и социально-экономическом отношениях. Достаточно вспомнить, что в советские годы множество кубинских граждан приезжали в нашу страну для обучения в ВУЗах. Кубинцы полюбили Россию, и эта любовь была и остается взаимной. Поэтому до сих пор на Кубе можно встретить немало людей, знающих русский язык и увлеченных российской культурой.

Между нашими странами поддерживается активный и доверительный политический диалог, в том числе на высшем уровне. Напомню - Куба стала первой латиноамериканской страной, которую посетил Президент Российской Федерации В.В.Путин в 2000 году. Двусторонне сотрудничество по самому широкому спектру направлений регламентируют более 60 документов.

В последнее время отмечаем развитие взаимодействия в культурной, гуманитарной и образовательной сферах, активизировались туристические обмены. Десятки тысяч россиян ежегодно посещают Кубу, и число наших туристов растет с каждым годом. В прошлом году их количество выросло еще на 20 тысяч человек и достигло 78 тысяч. Уверен – эта цифра будет расти и в дальнейшем. Развиваются связи в области физкультуры и спорта. Например - между национальными федерациями бейсбола, бокса, художественной и спортивной гимнастики, шахматными школами.

- Как вы оцениваете торгово-экономическое сотрудничество между Россией и Кубой? Какие, на Ваш взгляд, перспективы его развития?

- Высокий уровень политического диалога между нашими странами должен подкрепляться взаимовыгодными проектами и инициативами в торгово-экономической плоскости. Отмечу, что здесь у нас есть огромные резервы и возможности - с учетом богатейшего опыта сотрудничества в прежние годы. Пока, к общему сожалению, объём российско-кубинского торгового оборота не соответствует желаемому уровню и потенциалу обеих сторон. В 2011 г. он составил лишь 224,7 млн. долл. При этом надо признать, что в настоящее время мы наблюдаем определенную позитивную динамику - за первые семь месяцев текущего года этот показатель вырос на 17,5% по сравнению с аналогичным периодом 2011 года. Очевидна необходимость активной совместной работы на этом направлении. И здесь - значимую роль играет деятельность Межправкомиссии, работа Делового Совета.

Говоря о перспективах развития торгово-экономических отношений между нашими странами, отмечу, что мы возлагаем большие надежды на успешную реализацию крупных инвестиционных проектов, осуществляемых на Кубе ОАО «Зарубежнефть» и ОАО «Газпром нефть».

Наиболее крупные потенциальные ниши для российского экспорта связаны с реализуемыми на Кубе программами модернизации транспортной отрасли, восстановления стабильной работы энергосистемы страны, а также с участием российских компаний в осуществлении инвестиционных проектов в туристическом секторе, нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности.

Значительные дивиденды для наших стран сулит развитие сотрудничества в таких областях, как авиационная, автомобильная, фармацевтическая и судостроительная промышленность. Значительный потенциал сотрудничества отмечается в электроэнергетике, транспортной сфере, в сегменте связи и телекоммуникаций, биофармацевтике и высоких технологиях. Это, подчеркну, те сферы, в которых мы можем реально продвинуться уже в ближайшее время.

Другим перспективным направлением сотрудничества может стать автомобилестроение. У нас уже есть хороший опыт поставок на Кубу российской продукции ведущих российских производителей – КАМАЗа, Группы ГАЗ, Авто ВАЗа. К примеру, на Кубе работают около 100 тысяч автомобилей производства Волжского автозавода. Российские компании заинтересованы в продолжении и наращивании своего присутствия на Кубе.

- Планируются ли в ходе Вашего визита подписание межправительственных соглашений?

- Укрепление договорно-правовой базы отношений – важный сегмент работы по расширению сотрудничества во всех областях. Поэтому, действительно, «на полях» заседания Межправкомиссии запланировано подписание ряда важных совместных документов.

Речь, в частности, идет о межправительственном Соглашении о взаимной административной помощи в целях обеспечения надлежащего соблюдения таможенного законодательства и предотвращения, расследования и пресечения таможенных правонарушений и межведомственном Соглашении по линии Министерств транспорта наших стран о взаимном признании дипломов членов экипажей морских судов.

Кроме того, идет подготовка к подписанию и ряда коммерческих соглашений.

- Вы уже упомянули о том, что Россия примет участие в юбилейная 30-й юбилейной Гаванской промышленной ярмарке (FIHAV-2012). Не могли бы Вы подробнее рассказать о российской экспозиции?

- Рассматриваем Международную Гаванскую ярмарку как одно из наиболее значимых выставочно-ярмарочных мероприятий региона. За 30 лет она превратилась в авторитетную площадку со своими богатыми традициями, которая привлекает участников со всего мира. Российская Федерация всегда придавала большое значение участию в этом мероприятии.

В этом году национальная экспозиция Российской Федерации займет площадь около 1 600 кв.м. Наша страна представлена внушительным блоком российских компаний и организаций, известных своей качественной продукцией далеко за рубежами России. Это - ГК «Ростехнологии», УК «Объединенная двигателестроительная корпорация», ОАО «Вертолеты России», ОАО «Зарубежнефть», ОАО «НПК «Уралвагонзавод» и многие другие. В общей сложности в российском павильоне будут размещены более 40 российских предприятий и организаций.

Отдельной экспозицией будет представлена наша столица. Тема этой экспозиции - «Москва – мегаполис инноваций и перспектив». Кроме того, деловой программой предусмотрено проведение экономической конференции «Москва – Куба: потенциал партнерства и сотрудничества» и ряда круглых столов и презентаций.

Хотел бы отметить активное участие в ярмарке Республики Башкортостан, на стенде которой будет широко представлена продукция и технологии консорциума «UFAOIL», а также образовательные, научные и проектные институты.

Федеральное медико-биологическое агентство Российской Федерации представит 8 научно-исследовательских, медицинских, экспериментально-производственных, лечебных и фармацевтических организаций и предприятий.

Уверен - результатом такого представительного участия российских компаний станет рождение новых совместных инициатив и подписание взаимовыгодных контрактов.

Пользуясь случаем, хотел бы пригласить представителей деловых кругов Кубы, всех кубинцев посетить российский павильон.

- Благодарю Вас, уважаемый господин Министр, за интервью. Что бы Вы хотели пожелать кубинскому народу?

- Благополучия и процветания!

Куба. Россия > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 3 ноября 2012 > № 728082 Денис Мантуров


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter