Всего новостей: 2577827, выбрано 4 за 0.003 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Матвейчев Олег в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Матвейчев Олег в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 15 февраля 2018 > № 2496772 Олег Матвейчев

«Сценарий Трампа» в России. Антиутопия

Олег Матвейчев о возможном сценарии тотальной смены власти в России

Всем нам с недавнего времени знакомо выражение «brexit-эффект» или «Трамп-эффект». Это когда и общество, и СМИ, и элиты абсолютно уверены в победе определенного кандидата и в конкретном волеизъявлении людей, а на утро все просыпается, и оказывается, что волеизъявление было другим.

Нечто похожее испытали в России в 1993 году, когда либеральные силы ждали победы провластных политических партий на выборах в Госдуму. А победил с большим отрывом Владимир Жириновский и его ЛДПР. Тогда на банкете, который был собран по случаю несостоявшейся победы, громко прозвучал возглас «Россия, ты одурела...».

Точно так же кричали демократы США после победы Дональда Трампа. Потому что все были уверены в победе Хиллари Клинтон. Многие из них до сих пор не могут поверить, как такое было возможно. Шок, который все испытали в тот момент, длится уже целый год... Таким же шокирующим было решение Великобритании по выходу из Евросоюза, чего никто не ожидал…

Всё это имеет определенные причины. Социологи часто не могут предсказать результаты выборов, потому что респонденты их обманывают. Действительно, многие оппозиционно настроенные люди, или те, чьи взгляды являются, как им кажется, «непопулярными в массовом сознании» – не склонны их афишировать.

Если все газеты говорят противоположное – люди считают, что их мнение непопулярно. А значит, и молчат как партизаны о своих предпочтениях. А в кабинке для голосования – делают, как хотят.

Другие – по другим причинам голосуют не так, как все думают. Сейчас, например, распространено мнение о «сигнальном голосовании». Человек, который сигнально голосует, рассуждает так: «Я вообще-то поддерживаю власть, но поскольку у меня вчера эвакуировали автомобиль, а сегодня я узнал, что есть яхта у премьер-министра, и мне это не нравится, – я проголосую за другого кандидата. Чтобы дать власти сигнал, что «не всё в порядке». Это сигнальное голосование чревато эффектом «габровской деревни».

Напомню анекдот. Однажды габровцы, жители болгарской деревни, известные своей жадностью, решили отметить совместный праздник – а для этого наполнить бочку ракией. Каждый должен был принести от своего дома по бутылке. Когда же стали разливать ракию из бочки – обнаружилось, что в бочке чистая вода. Каждый посчитал, что «одна бутылка чистой воды не повредит бочке ракии». Благодаря такому поведению может получиться совсем не тот результат, который планируют социологи и элиты.

Сейчас вся страна уверена, что победит Путин. А представим себе такую фантастическую ситуацию, что Путин не победил. Случился «Трамп- эффект», случился «brexit-эффект», случился эффект габровской деревни с сигнальным голосованием. И к власти пришел другой кандидат. Абсолютно неважно при этом – какой это кандидат.

Что произойдет дальше? Погрузимся в антиутопию.

У нас на глазах вот уже год развиваются события после победы Трампа – и можно видеть, что происходит после выборов дальше. Демократы не сдались. Хилари Клинтон, все газеты, общественные организации, конгресс США «кошмарят» Трампа и не дают ему проводить свою политику. Что-то ему делать удается – но там, где демократы у власти, они ему не дают работать. А под демократами – много что. Тем не менее у Трампа есть республиканцы – а это половина штатов в стране, где их губернаторы. И республиканцев — большая часть в Конгрессе. Он все-таки может как-то на них рассчитывать и как-то с «пятого на десятое» свою политику проводит.

Что же будет у нас, если «все проснулись», и Путин обнаружил, что он не президент? В первый момент, конечно, будет шок – но буквально на следующий день все провластные элиты поймут, что ничего страшного-то и не произошло. Всё, что было, то и есть – оно же при нас и осталось.

За Путиным остается в первую очередь правительство, Госдума, где большинство у «Единой России». Кроме того, сама партия «Единая России», которая реально имеет огромные отделения по всей стране, все региональные парламенты и все муниципальные думы и советы. 80 губернаторов – в том числе и такие интересные руководители как Рамзан Кадыров, который считает себя «солдатом Путина». Государственные корпорации, СМИ, которые подчиняются правительству и так далее.

Для того чтобы что-то из этого у нынешней власти отобрать, надо произвести различные действия. Чтобы сделать телеканалы лояльными себе – нужно уволить людей. А чтобы уволить людей (а это акционерное общества, и они подчинены правительству, либо вообще бюджетные учреждения) – нужно уволить председателя правительства.

Уволить – отправить в отставку – председателя правительства можно. Но для этого нужно предложить другого. А его утверждает Госдума. А Дума лояльна Путину. Естественно, нужно предложить компромиссную фигуру, которая не будет в результате своих действий увольнять те же директоров телеканалов, руководителей крупнейших корпораций и многих других. Тогда за него проголосуют. По итогам компромиссной договоренности получится некий условный председатель правительства от нового президента, связанный по рукам и ногам, и ему ничего нельзя будет делать.

А телеканалы будут показывать, что обещания новый президент не выполняет, экономика рухнула... А она в этот момент действительно рухнет... В случае если Путин не переизберется, рухнет и рубль, и фондовый российский рынок. Все мировые рейтинговые агентства напишут, что Россия входит в зону нестабильности, понизят ей рейтинги... Эта неопределенность резко ударит по инвестициям в собственный капитал, по планам развития. Встанут все проекты, потому что бизнесу будет непонятно – а что, собственно, произойдет дальше. Экономика медленно начнет ползти непонятно куда. А телеканалы, политики и Госдума будет за это нового президента критиковать – а он, естественно, будет огрызаться.

Может быть такой сценарий, что новый президент решит распустить Госдуму. Это значит – огромные выборы по всей стране. Вряд ли ЕР, госкорпорации и Путин захотят сдаться и проиграть эти выборы. Начнется гигантская свалка и свара. Какая-то часть губернаторов, наверное, переметнется на сторону избранного президента. Какая-то нет. Какая-то не просто не переметнется, а начнет саботировать исполнение приказаний новоизбранного президента – он их будет отправлять в отставку. А они в нее не будут уходить. Или уходить, но регионы останутся без руководителей тогда, с неподконтрольным парламентами. Двоевластие из столицы масштабируется в регионы.

Или возьмем случай с Кадыровым, «солдатом Путина», который вообще может заявить, что он «отделяется от России» или «не подчиняется Москве». Под этот же шумок национальные республики (типа Татарстана, Якутии, Бурятии, Кавказа) прибегут в Кремль выторговывать себе огромное количество привилегий, в том числе возможность не выплачивались налоги федеральному центру... Налоги федеральному центру не выплачиваются – меньше денег в бюджете, начнутся задержки по выплатам врачам, учителям, госслужащим и т.д. Это гигантская социальная напряженность. Это люди, выходящие на площади, начинающие бастовать и т.д. Запускается масштабный экономический кризис – и все это на фоне гигантских новых выборов!

В довершении всего – международка. Понятно, что сразу же пойдет в разнос ситуация с Китаем: а нужен ли ему такой союзник или нет? Непонятно, что будет с Евразийским союзом, с Белоруссией и Казахстаном: не метнутся ли они в лапы Америки?

Когда у нас будет такая внутренняя разборка, нам будет не до Сирии, и буквально в течение одного-трех месяцев мы потеряем все завоевания в Сирии. Потому что Асада снесут.

Точно так же поступят и с Донбассом, потому что будет как бы не до него: здесь внутренняя российская гигантская война. Понятно, что когда войны идут, напряженность растет — полная дестабилизация и раскол общества, все это неминуемо скажется на экономике. Ни о каких планах «десятилеток» или даже «пятилеток» говорить уже не приходится. Из-за политического кризиса произойдет масштабная экономическая деградация – и страна погружается в 1990-е.

Что и требовалось противникам Путина, и что неизбежно предстоит...

Все, кто когда-то стоял на Майдане, думали, что «уберешь одного Януковича, от одного человека ничего не изменится – и дальше будет только лучше». А здесь – вроде бы «уберешь одного Путина, и ничего страшного не случится». На самом деле, случится. Полная и абсолютная дестабилизация, которая неизвестно когда и чьей победой закончится, и к чему приведет. Но очевидно, что это условные новые «девяностые», в которые погружаться совсем не хочется.

Эксперименты, риски, «сигнальные голосования» и прочее баловство с властью – это абсолютная безответственность, они дорого обходятся. Как дорого обошлись они Украине, украинским гражданам и избирателям, которые сломя голову бежали на все Майданы, сносили собственное государство и думали, что это ничем им не аукнется. Также вот эти игры во время выборов со всякими разными сигнальными голосованиями могут аукнуться тем, кто в эти игры безответственно играет.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 15 февраля 2018 > № 2496772 Олег Матвейчев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 9 февраля 2018 > № 2490956 Олег Матвейчев

Кандидатов по опыту считают

Олег Матвейчев о том, по чему избиратели встречают кандидатов на выборах

«Голосуй, или проиграешь!» — кажется, самый распространенный лозунг в российской выборной истории. Но лозунги лозунгами, а целые штабы, приглашенные эксперты, политтехнологи каждого кандидата корпеют над программами. Программами светлого будущего — куда кандидат заведет электорат. Но вот в чем проблема: никакие программы российские избиратели не любят и не читают.

Конечно, есть какие-то люди, которые с карандашом в руках просматривают программу – но таких вряд ли наберется даже 1% избирателей. Скорее всего, может оказаться ноль-ноль сотых процента на всю Россию. Несущественно!

Голосуют у нас люди не за программы и любят они не программы. А любят они что-то другое. Здесь тоже есть в значительной мере сложность: ведь избиратель разный и нравится ему разное.

Обобщать всегда трудно. Кому-то нравится арбуз, кому-то свиной хрящик. Кому-то — патриот, кому-то — либерал. Тем не менее какие-то общие черты увидеть можно.

Люди у нас ориентируются на самого человека. Оценивают его качества целиком. А вот дальше уже могут проявиться различия. Но в целом эта нацеленность на «качества» очень важна. Важны качества человека, причем в совокупности: и внешность, и манера говорить, и острота мышления, и остроумие, и харизма. Жизненный опыт. Сюда же, к личности, присовокупляются и те дела, которые человек сделал, или наоборот – не сделал. То есть, его некая репутация

Предвыборные заявления, слоганы, которые являются частью программы, тоже входят в качества или свойства человека. Сами по себе программы, сами по себе заявления и слоганы в отрыве от конкретного человека не существуют.

Фразу «давайте всем повысим зарплату» или «уменьшим всем налоги» может сказать любой – и бомж, и мошенник, и депутат. И премьер-министр или президент. Вес словам придает личность, которая их произносит.

Слова — это сосуд, а наполняется этот сосуд разным содержимым. Иногда в нем огонь мерцает, иногда там вода, иногда — вино, а иногда туда и обглоданные кости кидают.

Вот наш типичный великий политик – Владимир Вольфович Жириновский. Старейший персонаж на российском политическом небосклоне. Многие его слова оценивают положительно. Понятно, что он где-то перегибает палку, где-то припускает излишние эмоции. Но все к этому относятся с пониманием: что он артист, что он должен быть провокационным, радикальным. Как говорится: «не перегнешь – не выпрямишь». Поэтому «перегибы» ему прощаются.

Но собственный вес как личности, Жириновский к этим словам не добавляет, он не может наполнить его слова реальным содержанием, реальным весом. Да, все говорит правильно, но сам по себе в сознании россиян — говорун. За ним никогда не было никаких реальных дел. Он всю жизнь сидел в Думе, иногда выступал на митингах. Эмоции преобладают. И он, даже говоря хорошие фразы, никогда их не доведет до какой-то реальности, потому что никогда ему никто их и не даст доводить. И те, кто еще считают Жириновского весомым человеком, те могут за него проголосовать – это небольшая категория населения. Или те, кому нравится непосредственно радикализм.

А Путин таких фраз, как у Жириновского, почти никогда не говорил. Знаменитые «мочить в сортире» или «замучаетесь пыль глотать» и другие резкие выражения бывали — одна раз в несколько лет. В основном его слова более дипломатичны, сглажены…. И в этом смысле, могут даже навевать скуку на какое-то количество россиян. Но весомость и гигантский опыт работы по вытаскиванию всей страны в течение двадцати лет из кризиса девяностых, конечно, придает вес и каждому сказанному слову. Как и сама должность президента.

Слово, которое мы слышим от Путина, реально уже отливается в граните. И даже если он где-то что-то там не выполняет из сказанного, не всё сбывается — ему прощается. Потому что всем очевидно: человек старается, курс выдерживает. И если он не сделал что-то сейчас, то сделает это попозже. Здесь мы видим другой полюс, где личность перевешивает любое слово, которое от нее исходит.

Можем сказать про Собчак. Она расценивалась многими как человек абсолютно невесомый, действительно, медиазвезда какая-то, но уж точно не «государственный муж». Поэтому она в принципе может говорить все, что угодно, в нее порой не верят вот эти самые либералы. Потому что ей не хватает этой серьезности личности. Какой-нибудь условный Касьянов более даже органичен был бы на ее месте. В данном случае все понимают: она в политику играет, все не всерьез.

Или взять того же Титова. Вес, «слово купеческое», весомая должность – всё при нём. Но здесь другая проблема — с его заявлениями. Если вспомнить о том, что любит и принимает большинство, то сказанное Титовым просто не подходит всем избирателям. Он четко выступает по заказу класса предпринимателей, и только часть этих самых предпринимателей (даже не все) может соблазниться. А вот стань Титов не нишевым политиком, а политиком широкого плана, выступающим по международным вопросам и по социальным, то мог бы расширить круг электората.

Теперь возьмете соотношение «слов и веса» у Явлинского – вы тоже обнаружите, что он может часто выдавать очень умные и хорошие фразы, и программу «500 дней» писал и так далее, но ни разу не получилось так, чтобы он где-то взял на себя ответственность за выполнение этих вещей. То есть получается, что вся его история жизни сделала его за годы его политической карьеры не более тяжелым, а более «воздушным», если так можно выразиться.

Ну и наконец, самой большой загадкой оказывается Грудинин, который в принципе выступает с популистской программой. Все, что предложено – это такой боевой листок коммунистов десятилетней давности, некоторые пункты взятые от эсеров. И, в принципе, это могло бы понравится какой-то части людей. Особенно учитывая бОльший радикализм в выражениях, нежели, скажем, может позволить себе иной оппозиционный политик.

И вроде внезапно появился некий реальный субъект с реальным весом. И этот вес — в том, что человек сделал некое дело, а именно «создал социализм в отдельном взятом совхозе» и так далее.

И это резко вызвало к Грудинину мощный интерес. Да и вообще — вызвало бы интерес ко всему, что такой человек говорит. Пусть бы и, например, националистические вещи, или либеральные — неважно.

Но Грудинин стал вести себя не соответственно тому имиджу и статусу, который у него появился. Засуетился с этими бесконечными счетами, хотя можно было с ними разобраться в течение всего декабря да и «упаковать» свой бизнес: мол, не крестьянин какой-то, а крупный землевладелец и арендодатель. Со счетами точно так же: можно было сразу сказать что да, он «человек богатый и сделает богатыми всех остальных». Прохоров же не скрывал. И неплохо набрал на прошлых президентских!

Ставка на «тяжелость» человека с множеством его самых разных качеств – плюс опытом, репутацией, сделанными делами — возникла у российских избирателей не так давно, последние лет 10-15. И эту модель восприятия политика изменил, кажется, один человек – Путин. По нему стали ровнять — насколько политик, губернатор ли, депутат ли похож на Путина. Естественно, не внешне: за политиком должна стоять ответственность и опыт реальных дел.

В 1990-е годы был период самого отчаянного популизма, когда любой жулик, иногда это был в жизни ни гвоздя не забивший человек, иногда и судимый, мог что-то пообещать — какое-нибудь увеличение пенсии или зарплаты — и спокойно избираться.

Сейчас в этом смысле народ стал более мудрым. Сами за себя слова не ручаются. А ручается за них только тот, кто их произносит, та личность, которая за ними стоит.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 9 февраля 2018 > № 2490956 Олег Матвейчев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 1 февраля 2018 > № 2482522 Олег Матвейчев

Есть ли жизнь после выборов

Олег Матвейчев о том, меняются ли внутренние установки кандидатов после выборов

Все сейчас говорят о том, сколько голосов наберет каждый кандидат, как пройдут выборы, какой будет явка и так далее. А я предлагаю заглянуть чуть-чуть подальше и посмотреть, что будет кандидатами после выборов, куда они все денутся.

Выскажу сначала тезис, который потом докажу. Он основан на опыте предшествующих избирательных кампаний и дальнейшей судьбы всех ее участников.

Тезис выглядит так. То, кем будут кандидаты после выборов, зависит от той внутренней установки, которая была у них до выборов.

Допустим, некий кандидат является бизнесменом. Он идет на какие-либо выборы, чтобы получить, например, депутатскую неприкосновенность, или лоббистские возможности, или что-то там себе выторговать… И вот выборы проходят. Если он на них побеждает, то реализует свои планы: начинает продвигать чьи-то интересы (не безвозмездно, разумеется), пользуется своей неприкосновенностью (хотя в определенных случаях может ее лишиться) ну и тому подобное. Если же он выборы проигрывает, то он просто возвращается в свой бизнес и занимается им, как раньше. То есть он остается тем, кем и был, — коммерсантом.

Если кандидат — политик, который собирается посвятить себя публичной карьере, то он, собственно, тоже поступает в соответствие со своими устремлениями. Выиграл выборы – становится публичным политиком. Проиграл – все равно остается публичным политиком, просто оппозиционным. Будет пытать счастья в следующий раз.

Есть, соответственно, и другие типы кандидатов. Но в общем, еще раз повторю, они остаются примерно теми же, кем они и были до выборов. Выборы не меняют человека. Они не могут сделать, из политика бизнесмена, из бизнесмена — политика. Фундаментальные ценности у кандидатов остаются теми же самыми. Именно они, собственно, все и определяют. В том числе результат участия человека в выборах и его дальнейший путь.

Пример. Взять хотя бы Жириновского. Он был всю жизнь публичным политиком – им и остается по сей день. То же самое Зюганов. А вот Прохоров – бизнесмен. Бизнесменом он и остался после выборов. То, что он некоторое время поиграл в политику, ровным счетом в его судьбе ничего не изменило. Для него политика была даже не столько целью что-то получить. Это скорее прихоть или забава олигарха. То есть, «я настолько богатый человек, что могу себе позволить побаловаться и даже пойти в президенты». Выбросить энную сумму денег на это, поиграть в выборы, получить некий уникальный опыт из серии «в жизни нужно попробовать всё», а потом вернуться к своим бизнесменским делам.

Теперь вернемся, собственно, к нашим нынешним кандидатам, которые есть, и поймем, что с ними будет, исходя из того тезиса, про который я говорил.

Вот у нас есть Владимир Владимирович Путин. Он, понятно, всю жизнь был на государственной службе. И он, по всей видимости, и будет на государственной службе всю свою жизнь. Мало кто сомневается в том, что победа у него будет с первого тура. Поэтому, Путин был президентом – президентом и останется. Здесь все просто.

Жириновский останется Жириновским. Другое дело, что он все больше и больше стареет. И в ближайшие несколько лет должен решить проблему преемника в своей партии. Или вообще, даже судьбу своей партии. В том ритме, в каком он сейчас работает, ему уже явно тяжело. Он, действительно, даже не пожилой, а именно старый человек. И вряд ли он примет участие в следующих президентских выборах через шесть лет.

Если бы от Коммунистической партии пошел Зюганов, было бы всё просто. По сути дела, с ним все то же самое, что с Жириновским. Но от КПРФ пошел Грудинин. Некоторые тут говорят о том, что он некая будущая звезда, государственный чиновник и так далее, но это ошибка. Это я могу уверенностью сказать исходя из моего тезиса, развернутого в начале статьи и подтвержденного тридцатилетним опытом наблюдений за избирательными процессами. Грудинин был всю жизнь бизнесменом. Правда, его бизнес не связан с сельским хозяйством, как он хочет это показать. Его бизнес связан с арендой и продажей подмосковной земли, земли сельхозназначения. А если человек всю жизнь этим занимался, собственно, его мысли вокруг этого и крутятся.

Пошел он на президентские выборы… Мало кто знает тот факт, что пошел он на выборы, потому что еще осенью в его ЗАО «Совхоз имени Ленина» началась камеральная проверка. Налоговая инспекция заподозрила господина Грудинина в том, что он недоплачивает налоги.

В частности, земли, за которые он платит налог как за сельхозземли, на самом деле использованы под застройки, сданы в аренду, используются иначе. И на них Грудинин получает некий другой доход, который облагается другими налогами. А он их недоплачивает. Ну и плюс ряд других нарушений был выявлен. Это все могло привести не только к большим штрафам, но и, возможно, даже к уголовным делам вокруг Грудинина. И он поступил, как многие на его месте…

Как Чичваркин или Ходорковский, например. Человек идет на выборы, чтобы потом, когда вот эти налоговые репрессии на него обрушатся, быстро заявить, что это было сделано, потому что он пошел в политику. То есть он является жертвой неких политических санкций. Таким образом, причина и следствие меняются местами. И в реальности истинной его целью является, собственно говоря, вот эта «расторговка», попытка уйти от налоговой ответственности.

Если он наберет некий значительный результат на выборах, он попытается свою лояльность и то, что он вообще сойдет с политической арены, обменять на закрытие всех уголовных дел против себя.

Если же он наберет некий большой результат (ну, скажем процентов 20), он может попытаться, что называется, блефовать и играть в политику дальше. К примеру, пойти на выборы губернаторы Московской области. Именно об этом сейчас в штабе Грудинина и говорят. Выше его амбиции не простираются. Все разговоры о посте в министерстве сельского хозяйства, должности вице-премьера или даже премьера России являются абсолютной фантазией, которая самому Грудинину вовсе не нужна. И вряд ли при любом результате выборов она будет реализована на уровне нашего правительства.

Грудинин будет как раз заниматься «расторговками» вокруг этой своей земли и решать свои налоговые и прочие проблемы. Сумеет их решить – значит останется таким мелькнувшим когда-то на горизонте политическом «колхозником», останется тем же бизнесменом, каким был. Если не сумеет их решить, возможно, что даже дело дойдет до всевозможных судов, а то и до политической эмиграции, когда он по примеру того же Ходорковского, который сейчас отчаянно пиарит Грудинина, будет вынужден уехать из страны и оттуда уже вещать о том, что «страшный Путин его репрессирует» по политическим мотивам.

Следующий кандидат — Ксения Собчак. Понятно, что она всегда была медийной персоной и шоуменшей. Она всегда была там, где много камер, где публика, где хайп какой-то. Она таким образом ловила и поддерживала к себе интерес. На выборах она ведет себя привычным образом:

пытается быть в центре общественного внимания, постоянно быть на гребне волны. Когда выборы пройдут, то она будет искать новые волны и новые поводы, привлечь к себе внимание. То есть она останется той же шоуменшей, что и была.

Дальше самое простое: кандидат Титов. Он и после выборов тем, кем был, — бизнесменом, владельцем «Абрау-Дюрсо». Его выборы тоже никак не изменят. Но в отличие от Грудинина у него нет отчаянного положения, он не стоит перед выбором: оказаться в тюрьме, за границей или идти на выборы губернатора Московской области. Его амбиции сильно широко не простираются.

Явлинский, если пойдет на выборы, останется Явлинским. То есть, опять их проиграет, будет говорить о том, что ему помешали и так далее. Он останется оппозиционным политиком, каковым и был раньше.

Ну и наконец, Бабурин, Сурайкин. После выборов они будут такими же нишевыми политиками, как и до выборов. Бабурин будет будоражить всевозможные маргинальные силы патриотического толка, а Сурайкин — такие же маргинальные левые силы. Выборы тоже не изменят их.

Может для кого-то мои выводы покажутся банальными. Может быть кто-то ждал, что я расскажу о странных перипетиях в будущем кандидатов нынешней избирательной кампании, о причудливых нитях их дальнейшей судьбы… Но, к сожалению, реальность именно такая. И никакая другая. Всё будет вот так вот банально и скучно. Можете через год взять этот текст и проверить меня – насколько я оказался пророком или не оказался.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 1 февраля 2018 > № 2482522 Олег Матвейчев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 25 января 2018 > № 2469057 Олег Матвейчев

Принуждение к выборам

Олег Матвейчев о том, как не «засушить» избирателей

Интрига каждых российских выборов — явка. То и дело тут и там бьют тревогу — а ну как не придут? СМИ подогревают: пишут местами даже истеричные колонки: дескать, там Кремль и другие властные структуры занимаются неким искусственным и административным стимулированием явки, дабы ее поднять на ближайших выборах. И это ужасно, плохо, недемократично, нецивилизованно и так далее, и так далее. Вслед за этими статьями начало возбуждаться общественное мнение. Пошли разговоры о том, что не должно быть и не может быть никакой искусственной явки. Она должна быть только естественной. И в этом вопросе нам бы хотелось разобраться поподробнее.

Во-первых, начнем с самого понятия «естественная явка». Здесь все странно. Естественное — это природное. А в природе никакой явки вообще не бывает. Там и выборов-то нет, только естественный отбор. Вот тут слово «естественный» к месту. А все что происходит в обществе, тем более во время предвыборных кампаний, носит стопроцентно искусственный характер.

Вы можете себе представить, что человек вдруг, повинуясь некому природному импульсу, в определенный день лунного или солнечного цикла вдруг идет в определенное место и там голосует. Такое можно, увидеть, наверное, у лососей в период нереста. Когда у них срабатывает какая-то программа, и они, как сумасшедшие, из моря начинают идти в пресные реки, преодолевая сложные пороги, потом возвращаются на родину, где они были еще икрой, и там тоже как-то мечут икру

Но вот с людьми такого точно не наблюдается. Никаким природным импульсам мы не повинуемся, чтобы, как зомби, встать и пойти на выборы в определенный день и час. Даже страшно такое представить. Как в фильме ужаса.

В любом случае, о дне, времени и месте проведения выборов людей кто-то должен проинформировать. Это, безусловно, могут делать кандидаты на тот или иной пост, попутно агитируя за самих себя. А может ли этим заниматься государство? Вот в чем вопрос. Только спрашивается, с чего бы государство не должно этим заниматься?

У российского государства есть Конституция. И в Конституции прописана система выборов, в том числе первого лица — президента. И выбирать президента в данном случае — это важнейшее право граждан. Государство само по себе вообще существует только для того, чтобы реализовывать и обеспечивать права граждан.

У нас, к сожалению, часто складывается неправильный взгляд на государство, что оно нужно только для удовлетворения каких-то нужд граждан, прежде всего материальных. Но это неверно. Государства всегда возникали и существовали прежде всего для того, чтобы обеспечивать права граждан. В древности (при рабовладельческом или феодальном строе) обеспечивались права не всех граждан, а какой-то привилегированной части общества. Но современные цивилизованные государства обеспечивают или, по крайней мере, декларируют защиту прав всех граждан. И тут не работают феодальные принципы: что государство обеспечивают права только тех, кто хочет быть гражданином и приходит голосовать, а остальные люди государству неинтересны и безразличны.

Это логика государства и политиков феодального типа, скажем так. А если мы говорим об общенародном государстве, то оно всеми силами должно как раз заниматься тем, что побуждать абсолютно всех граждан этого государства к голосованию. Это его прямая обязанность.

В классических либеральных теориях вообще предполагалось, что материальные нужды граждан удовлетворяются самими гражданами в процессе их экономической деятельности. Кто сколько может, столько и зарабатывает. В любом случае это не обязанность государства.

Эту теорию изменили социалисты и коммунисты, которые вменили государству заниматься социальным, пенсионным страхованием населения и так далее. А в классическом либерализме государство в общем-то занимается только идеальными вещами, а именно обеспечением политических прав и свобод своих граждан.

В данном случае самое что ни на есть классическое право и свобода россиян — выбрать своего президента. И в данном случае государство как раз и предпринимает все усилия для того, чтобы обеспечить всем гражданам такое право.

Например, сейчас максимально широко распространяется информация о дне выборов, правилах голосования, правах избирателей. Что в этом плохого? Это, собственно говоря, классическое знакомство гражданина с его правами. Что в этом противоречит либерализму и либеральной теории? Абсолютно ничего.

А если, допустим, какие-то граждане хотят проголосовать, но не могут? Человек тяжело болен, например. И тут как раз первейшая обязанность государства состоит в том, чтобы обеспечить избирательные права этого человека. Прийти к нему домой или в больницу, помочь ему заполнить соответствующее заявление, если он желает проголосовать. Естественно, выносная урна должна быть обеспечена независимыми наблюдателями.

Дальше. Есть люди, которые не могут проголосовать по месту прописки. Живут в другом городе или просто в отъезде. Так уж сложилось, что в России избирательная система привязана к прописке. В некоторых государствах она устроена по-другому, что, кстати, не уберегает ее от разного рода фальсификаций, когда люди голосует по несколько раз по разным доверенностям и уведомлениям.

Но вернемся к России. У нас люди приписаны к определенным избирательным участкам. До этого существовала система открепительных удостоверений, которую много и часто справедливо критиковали. Сейчас, пожалуйста, мы вводим абсолютно западный пример уведомительного порядка голосования.

Например, возьмем классическую Англию. Избиратель там пишет заявление, что собирается проголосовать на определенном участке, потом приходит туда и голосует. Теперь и в России примерно так. Заполнил заявление — проголосовал. Поскольку все в первый раз, государство информирует, а избиркомы — помогают правильно заполнить документы.

Кстати говоря, в некоторых регионах 30% населения живет не по месту своей прописки. И разве эти люди должны лишаться избирательного права? Нет, конечно, не должны.

Наверное, пришло время раскрыть секрет, откуда идут эти разговоры, что стимулирование явки – это плохо, ужасно и так далее. Да потому что определенная часть нашей оппозиционной общественности пытается пропагандировать тезис о том, что низкая явка обозначает низкую легитимность президента. Такая власть – она, собственно, для нас вообще не власть. Но эта позиция входит в полное противоречие с классическими либеральными теориями.

Теперь еще один важный вопрос: а где те границы, за которые государство не должно переступать в стимулировании вот этой самой явки? Такие механизмы есть, и они незаконны. Прежде всего, так называемый административный ресурс, когда людей против воли заставляют идти на выборы. Безусловно, любое принуждение людей к голосованию противозаконно, и об этом неоднократно говорилось на самом высшем уровне.

Чиновники администрации президента на совещаниях — как закрытых, так и открытых — говорили и губернаторам, и вице-губернаторам: мол, принудительных приводов не потерпим. И что руководители перестаравшихся регионов могут лишиться постов, а то и похуже. Вплоть до уголовной ответственности. Региональные начальники это так или иначе усвоили. Последний пример – руководство Ново-Переделкино: вылетели с постов, как только их «застукали». А застукать при нынешних технологиях – плевое дело. Еще негатив — действия некоторых политиков, губернаторов по так называемой «сушке» явки, которая была распространена 5-10 лет назад. Вот эта практика «сушки» была, действительно, совершенно антигосударственной, неправильной, неправовой и принесла негативные эффекты.

В ответ на это появляются PR-способы или пропагандистские способы увеличения явки: за увеличение явки начинают агитировать не власти, а общественные организации. Например, в Москве агитировать за явку взялась Московская федерация профсоюзов. Ничего противозаконного в этом нет. Если власти договорились с общественниками, если это соответствует уставным целям общественной организация, то никто им запретить не в праве. Если, уточню, конечно, речь идет об агитации за явку, а не за конкретного кандидата.

Есть у местных властей и другие вполне законные способы повысить явку. Например, совместить с выборами какой-нибудь референдум по какому-то наболевшему вопросу. И такое совмещение двух поводов дает хороший эффект в смысле явки.

Допустим, есть какие-то деньги в городском или сельском бюджете на благоустройство. И есть несколько способов эти деньги потратить: сделать какой-то сквер, отремонтировать какую-то дорогу, восстановить там какой-нибудь мост или еще что-то такое. И гражданам предлагается самим решить, как лучше распорядиться деньгами. Демократично. Плюс совмещение подобного референдума с президентскими выборами дополнительно увеличит явку. Так что здесь ситуация, как говорится, к пользе для всех. Недовольна только оппозиция, которая вбила себе в голову тезис, что с помощью низкой явки мы подорвем легитимность президента.

Но в этом смысле подрывая легитимность президента (в данном случае не будем говорить про конкретную персону), мы подрываем легитимность и всего государства. То есть, мы по сути дела, подрываем в общем-то основы этого самого государства. Это, как говорится, по принципу: лучшее средство от перхоти – это гильотина.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 25 января 2018 > № 2469057 Олег Матвейчев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter