Всего новостей: 2553973, выбрано 3 за 0.046 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Мигранян Андраник в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаСМИ, ИТвсе
Мигранян Андраник в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаСМИ, ИТвсе
США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 1 февраля 2017 > № 2057887 Андраник Мигранян

Чего Россия ждет от администрации Трампа

Новый Венский конгресс может укрепить позиции руководства США, позволив ему разделить ответственность за мировой порядок

Андраник Мигранян (Andranik Migranyan), The National Interest, США

Если победа Трампа действительно является началом новой парадигмы во внутренней и, главным образом, внешней политике, а также началом перехода от глобализма к национализму, то нам стоит ожидать серьезных перемен во внешней политике США. Это может открыть новые возможности для налаживания российско-американских отношений.

А) Если Трамп действительно пересмотрит отношение США к НАТО, сочтя его пережитком холодной войны, а также к Европе в целом, это, возможно, позволит Москве и Вашингтону помешать странам Балтии и Польше впредь создавать трения, отравлять российско-американские отношения и втягивать США в конфликт с Москвой под ложным предлогом российской угрозы. В этом случае политики Вашингтона, вероятно, перестанут воспринимать Россию как врага, которого необходимо сдерживать посредством непрекращающегося укрепления НАТО и полной мобилизации американских и европейских сил.

Отношения между Вашингтоном и Москвой могут стать более прагматичными, то есть такими, какие Вашингтон поддерживает с государствами Евросоюза. Это повлечет за собой формирование преимущественно двусторонних отношений в противовес нынешним отношениям, которые являются многосторонними, основанными на существующих альянсах и носящими антироссийский характер благодаря усилиям отдельных европейских стран. В таких новых условиях Россия в случае необходимости сможет предоставить ряду восточноевропейских стран гарантии безопасности и сохранения территориальной целостности, если им недостаточно той защиты, на которую они могут рассчитывать в соответствии со Статьей 5 устава НАТО. Таким образом, Россия сможет ясно продемонстрировать, что она не является врагом Запада и не намеревается нападать на страны Балтии или Польшу, где сразу после начала украинского кризиса и возвращения Крыма России начались истеричные споры на эту тему. Для нормализации отношений Москвы и Вашингтона необходимо, чтобы США признали особое значение Украины для России.

Б) Россия не проводила экспансионистскую кампанию против Украины, хотя, с точки зрения Запада, это является неоспоримым фактом, который обусловил введение целой системы санкций против отдельных россиян и некоторых секторов российской экономики. В рамках новой парадигмы администрации Трампа придется отказаться от такой политики и со временем снять санкции, если она стремится к нормализации отношений с Россией. В этом случае внешнеполитической команде Трампа придется согласиться с тем, что экспансией на Украину занималась не Россия, а Запад, который поспособствовал государственному перевороту, в результате чего законно избранный президент Украины был вынужден покинуть страну. Россия просто отреагировала на действия Запада, который попытался превратить Украину в антироссийское государство внутри НАТО. Россия не могла этого допустить, поскольку Украина имеет экзистенциальное значение для России.

Москва вместе с администрацией Трампа вполне могут следовать следующей программе действий. Во-первых, нужно снять с повестки вопрос Крыма, признав его частью территории России. Во-вторых, Украина должна в своей конституции закрепить за собой статус нейтрального государства, а правительство в Киеве должно провести децентрализацию власти, в том числе выполнить условия Минского соглашения касательно статуса Донецкой и Луганской народных республик. Наконец, Москва и Вашингтон должны дать письменные гарантии территориальной целостности Украины и положить начало экономическому восстановлению этой страны. В то же время было бы крайне желательно, чтобы администрация Трампа каким-нибудь образом продемонстрировала, что США положат конец своей конфронтационной политике расширения НАТО путем принятия бывших советских республик в члены этого военного альянса. Эти шаги будут способствовать отмене американских и европейских санкций, которые были введены против России в связи с украинским кризисом.

Обычно сторонники расширения НАТО на восток и принятия в члены этой военной организации Украины, Грузии и других бывших советских республик ссылаются на то, что эти страны являются независимыми и суверенными и поэтому имеют право вступать в любые альянсы по своему усмотрению. Но наша общая история доказывает ошибочность этого аргумента. В 1962 году Куба имела полное право разместить советские ядерные ракеты на своей территории. Однако у администрации Кеннеди было иное мнение на этот счет, и ее совершенно не волновали права Кубы. США поставили мир на грань ядерной войны, чтобы заставить СССР убрать ракеты с Кубы. Этот пример показывает, что, хотя Украина имеет право вступить в НАТО, Россия, считающая этот альянс экзистенциальной угрозой своей безопасности, имеет право препятствовать этому.

В) Что касается ситуации в Сирии, Ираке и на Ближнем Востоке в целом, события могут развиваться следующим образом. Если в американской внешнеполитической парадигме произойдут реальные перемены, наши страны смогут отказаться от политики антагонизма, которая берет свое начало в эпохе холодной войны и сохраняется до сих пор и в рамках которой победа одного автоматически воспринимается как поражение другого. В этом случае США и Россия смогут отказаться от конкуренции и соперничества, которые обернулись катастрофой для Москвы, Вашингтона и всего региона, и начать налаживать отношения истинного и глубокого сотрудничества между армиями и разведками США и России в рамках общей борьбы с терроризмом. Учитывая укрепление отношений России с Ираном, Турцией, Ираком, Израилем и Египтом, можно сделать вывод, что США и Россия вместе с их партнерами и союзниками могли бы разделить сферы ответственности в борьбе против «Исламского государства» (террористическая организация, запрещенная на территории РФ — прим. ред.) и в стабилизации ситуации на Ближнем Востоке в целом.

Г) Улучшение отношений Москвы и Вашингтона может оказать существенное влияние на отношения США, России и Китая. Политика трех американских президентов — Клинтона, Буша и Обамы — подтолкнула Россию в объятья Китая, что долгое время тревожило многих американских экспертов. По мнению этих же самых экспертов, улучшение отношений между Россией и США при администрации Трампа окажет положительное влияние на отношения России с Западом в целом и существенно снизит зависимость России от Китая. В российско-китайских отношениях сохранится близость и доверие, однако в условиях улучшения отношений между Москвой и Вашингтоном они станут более сбалансированными. В результате у России появится больше возможностей для маневров в отношениях как с Вашингтоном, так и с Пекином.

Д) Такой новый подход вполне может принести немалую пользу всей системе международных отношений в еще одной сфере внешней политики. В настоящее время некоторые политики и аналитики в Европе считают, что США должны продолжить исполнять роль «мирового жандарма». По их мнению, в противном случае в международной системе возникнут беспорядок и хаос. Однако эта точка зрения не соответствует реалиям современного мира. Исполнять роль жандарма, который сдерживает одни страны, наказывает другие и награждает третьи, больше не является разумной политикой, даже для такого богатого государства, как США. Эта роль требует огромных затрат и почти ничего не дает взамен. Будучи бизнесменом, Трамп хорошо это понимает: в отличие от профессиональных политиков, он умеет считать деньги. Чтобы поддерживать мир и стабильность, нам нужно несколько «жандармов», которые не будут соперничать друг с другом, а будут сотрудничать, делить ответственность и, если хотите, управлять своими сферами влияния ради поддержания безопасности во всем мире. Венский конгресс, Ялтинская конференция и Потсдамская конференция доказывают, что мир вступает в длительные периоды стабильности и предсказуемости только тогда, когда несколько стран делят между собой сферы влияния и ответственности.

Е) Разумеется, президент Трамп столкнется с рядом препятствий в процессе реализации такой политики.

1) Собственные взгляды Трампа и взгляды его команды на новое место США в мире, а также их понимание места России в мире пока остаются неясными.

2) Некоторые республиканцы и демократы Конгресса могут выступить против такой политики. Сегодня в США неоконсерваторы и либеральные интервенционисты сформировали политический альянс, чтобы противостоять подобным сдвигам в политике США.

3) Такие перемены встретят сопротивление в определенных кругах в Западной Европе, а также в Польше и странах Балтии.

Наконец, сейчас довольно трудно сказать, как далеко готов зайти Трамп в переосмыслении политики США в соответствии с их новыми возможностями. Если он будет действовать твердо и последовательно, американский истеблишмент по большей части не станет его поддерживать, но американский народ, вероятнее всего, поддержит его. Это дает нам некоторую надежду на то, что Трамп сможет во многом реализовать свои взгляды на внешнюю и внутреннюю политику. Это будет означать фактическое завершение холодной войны с Россией и отказ от развязывания новых холодный войн с Китаем и другими развивающимися державами. Это также поможет закрепить лидерство Америки — не путем подавления, доминирования и наказания, а посредством сотрудничества с другими странами и распределения обязанностей между несколькими сильными «жандармами».

Андраник Мигранян — ведущий политический эксперт Центра общественных и политических программ Московского государственного университета и профессор Московского института международных отношений.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 1 февраля 2017 > № 2057887 Андраник Мигранян


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 24 февраля 2014 > № 1015329 Андраник Мигранян

ПУТИН - ЭТО РОССИЙСКИЙ РЕЙГАН (" THE NATIONAL INTEREST ", США )

Андраник Мигранян (Andranik Migranyan)

Является ли Владимир Путин "маленьким напыщенным Муссолини"? Является ли "Украина, возможно, последним эпизодом холодной войны"? Вот некоторые оценки, сформулированные Джорджем Уиллом (George F. Will) в его последней колонке. Их можно оценить как наиболее яростные нападки на Москву, однако они вряд ли являются оригинальными.

Вот почему настало время констатировать очевидное: Запад и особенно американские средства массовой информации никогда не стремились объективно освещать происходящие в России события после развала СССР. СМИ также не пытались представить беспристрастный анализ мотивов российской внутренней и вешней политики.

Возьмем самый последний пример - Олимпиаду в Сочи. Западные средства массовой информации беспрерывно занимались смакованием целого ряда проблем, больших и малых. Среди них были и неизбежные ужасы потенциальных терактов как в Сочи, так и в других частях России; угроза судебного преследования в отношении жителей России нетрадиционной ориентации, а также туристов и иностранных спортсменов из числа представителей ЛГБТ - сообщества; полная дезорганизация российского правительства в вопросах строительства инфраструктуры этих Игр; бесконечные разговоры о чудовищной коррупции и растрате миллиардов долларов в процессе строительства; иллюзорные угрозы России в адрес своих соседей, рожденные в головах представителей западных средств массовой информации и "экспертов", а также мнимые антизападные демарши российских дипломатов.

Следует ли удивляться тому, что россияне после этого начали смотреть на Запад со значительной долей недоверия? К сожалению, даже без Олимпийских игр россияне, а также граждане многих других стран в последние несколько лет были склонны с недоверием относиться к иностранным СМИ. Удивляться тут нечему. В течение длительного периода иностранные средства массовой информации пытались демонизировать образ Путина и не были готовы признать, что он и его страна способны создать нечто грандиозное, нечто великолепное, нечто, захватывающее воображение и россиян, и иностранцев. Отчаянно стремясь лишить российского президента Владимира Путина его триумфа, они пытались представить Россию в самых мрачных красках.

Однако россияне не воспринимали атаки со стороны средств массовой информации как нападки на Путина. Они, скорее, видели в них нападки на свою страну. Парадокс в том, что в своей антироссийской, антипутинской и антиолимпийской кампании западные средства массовой информации на самом деле способствовали триумфу Путина, поскольку россияне в целом стали рассматривать американские средства массовой информации и американскую пропаганду как эквивалент советской пропаганды времен Агитпропа Михаила Суслова (главный идеолог Коммунистической партии при Брежневе), которая представляла Америку в карикатурном виде - как страну, где линчуют чернокожих, как страну массовой безработицы, как страну бездомных и голода, которая готова рухнуть в любой момент под тяжестью неразрешенных социальных и экономических проблем и обеспечить тем самым победу людям, объединенным под марксистско-ленинскими лозунгами и действующим под руководством Коммунистической партии США.

К сожалению, этот процесс совершил свой полный оборот и вернулся к исходной точке. Российское общество в своем отношении к средствам массовой информации Соединенных Штатов прошло путь от полного восхищения и безусловного доверия до полного недоверия и отторжения. Однако без понимания того, что происходит в стране, являющейся одним из ключевых глобальных игроков, будет невозможно разрешить основные международные проблемы и конфликты и будет бесполезно формулировать цельную и адекватную политику в отношении России.

Даже некоторые западные журналисты на Олимпиаде начали писать о том, что обычные россияне почувствовали себя оскорбленными, узнав о том, как представляют Россию и сочинские Игры западные средства массовой информации, а также о том, как Запад комментирует происходящие в стране события.

С середины 2000-х годов российское руководство, элита и общество в основном преодолели комплекс неполноценности 1990-х годов, почувствовали большую уверенность и самодостаточность, а также переключили свое внимание с тех, кто любит или ненавидит их страну, на тех, кто понимает их и их политику. Сегодня Путин может легко повторить слова Рональда Рейгана, сказанные им в разгар иранского кризиса, когда он участвовал в президентской гонке. Рейган сказал, что ему нет дела до тех, кто любит или ненавидит Америку, но он заставит их ее уважать.

Самый удивительный факт относительно освещения деятельности Владимира Путина состоит не в том, что она негативно воспринимается американскими неоконами и либеральными интервенционистами, ожидающими от руководства любой страны на планете подчинения американскому диктату. Идеологи и стратеги в этих политических кругах оценивают политические режимы в любой точке земного шара по стандартам, устанавливаемым Вашингтоном. Поэтому любое проявление независимости со стороны иностранных режимов воспринимается как враждебный акт по отношению к демократии и прогрессу, как нарушение международных норм цивилизованного мира, устанавливаемых самой этой кликой, тогда как лидеры тех стран, которые осмеливаются противоречить Вашингтону, изображаются как политики, игнорирующие истинные интересы и цели своего народа, при том что, разумеется, только неоконам и интервенционистам в Вашингтоне известно, в чем именно они состоят.

Удивительной представляется реакция большого количества консервативных фигур на недавно опубликованную статью Стивена Коэна (Stephen F. Cohen) в еженедельнике Nation под названием "Ложь о России" (Distorting Russia). Коэн отметил наличие настоящего "цунами" искажений относительно Путина и России, а также то обстоятельство, что американские СМИ являются "более конформистскими и вряд ли менее идеологичными", чем во времена холодной войны. Чарльз Краутхаммер (Charles Krauthammer), имеющий весьма туманное представление о том, что происходит в современной России, заявил, что Коэн является апологетом России. Если мы, по его мнению, можем понять, почему в прошлом сторонники левацких взглядов были вынуждены защищать и оправдывать Советский Союз, поскольку он воплощал собой альтернативу западному капитализму, то сегодня просто невозможно понять, почему леваки должны защищать Путина, особенно если учитывать тот факт, что, по мнению Краутхаммера, российский президент ни во что не верит, создал режим личной власти и управляет диктатурой.

Если и существует политик в мире, который не боится высказывать свое уважительное отношение к религии, традициям, традиционным и семейным ценностям, политик, который открыто призывает к защите традиционных европейских нравов и предупреждает об опасном распространении нетрадиционных ценностей, укрепляющих свои позиции и остающихся вне критики со стороны политически корректных европейских и американских политиков, то это Путин, и этот простой факт Патрик Бьюкенен (Patrick Buchanan), питомец администрации Никсона и Рейгана, признал и приветствовал. Не случайно Путина уважают сотрудники администрации, работавшие с Никсоном и Рейганом, в том числе республиканец Дана Рорабахер (Dana Rohrabacher).

Много лет назад я с удовольствием прочитал книгу "Мудрость государственного управления" (Statecraft as Soulcraft), написанную известным американским интеллектуалом Джорджем Уиллом, которой считает себя консерватором в традиции Берка (Burke). Если судить по его многочисленным публичным заявлениям, то Путин также является консерватором в традиции Берка. Не вдаваясь в подробности сочинения Берка под названием "Размышления о Французской революции (Reflections on the Revolution In France), я только хочу сказать, что Путин проявляет огромную заботу о государстве и защищает его от слабости, как же как Берк советует это делать правителю - относиться к хрупкости государства как к слабости своего собственного отца. Путин также понимает, что общество и государство представляют собой живой организм, а не механизм, который можно подстроить для того, чтобы он соответствовали схемам, выдуманным мечтателями, и поэтому российский президент осторожно относится к социальным и политическим реформам.

Кроме того, Путин не может позволить себе забыть о том, что в прошлом столетии половинчатые реформы привели к развалу государства в России, и это стало причиной бесчисленных жертв и потерь. Российский лидер вместо получения поддержки со стороны консервативных кругов постоянно становится объектом несправедливой критики. Билл О'Рейли (Bill O'Reilly) и его коллега Деннис Миллер (Dennis Miller) с телеканала Fox News временами даже пытаются высмеивать Путина и путинскую Россию, не имея понятия об обсуждаемом предмете и совершенно не зная страны, которой руководит Путин; они обладают столь же ограниченными знаниями о России, как и сенатор Джон Маккейн (John McCain), который все еще считает, что газета "Правда" является главным органом российского правительства. Не случайно Краутхаммер по-прежнему верит в то, что Путин отменил губернаторские выборы, тогда как десятки новых губернаторов избираются на основании нового закона в различных регионах Российской Федерации. Кроме того, люди подобные О'Рейли и Краутхаммеру совершенно не понимают того, что происходит на Украине и какую политику проводит там Россия, но, нем не менее, они пытаются представить все происходящее в Киеве как происки России и называют законно избранное руководство Украины российской марионеткой. Главный парадокс состоит в том, что американские консервативные критики России даже не осознают, что механически воспроизводят настроения представителей радикальной либеральной оппозиции, которые, по сути, являются маргинальными фигурами.

У меня такое впечатление, что консервативные круги в Америке переживают серьезный кризис. Десятилетие за десятилетием они в ментальном отношении продолжают оставаться в эпохе холодной войны и не могут избавиться от стереотипов и клише, на основании которых они вполне комфортно сформировали свои мировоззренческие установки. Консерваторы умышленно не замечали того, что происходило во время смещения Мурси и Мубарака, а теперь они поддерживают государственный переворот на Украине - они должны сначала вынуть бревно из своих собственных глаз, как сказано в Библии, прежде чем учить Россию демократии. Более того, они не способны согласиться с тем, что Путин по духу и по мысли является одним из них.

Каковы же причины затянувшейся враждебности в отношении России?

Во-первых, этим политикам и комментаторам сложно привыкнуть к мысли о том, что после победы в холодной войне и де факто ликвидации России в 1990-х годах, Россия неожиданно вновь стала важным фактором в мировой политике, тогда как российский лидер - сильный, уверенный и харизматичный - требует заслуженного места для своей страны на мировой арене, а также уважения для себя в международных кругах; а еще он действует напористо и, как правило, оказывается в конечно итоге правым. Так было, когда он вместе с немцами и французами заявил о своей оппозиции в отношении американской агрессии в Ираке. Сегодня ни для кого не секрет, что Ливия также была грубой ошибкой, совершенной американской администрацией. Путин занял твердую позицию и выступил против незаконной смены режима по всему миру, когда никто не знает, какой режим придет на смену старому, и российский руководитель продолжает сохранять такую же позицию в вопросе о Сирии.

Во-вторых, действия российского руководства не устраивают значительную часть вашингтонского истеблишмента, сформированного в 1990-е годы и воспитанного на идеях американского одностороннего глобального доминирования. Этой части истеблишмента сложно смириться с тем, что кто-то может стоять на их пути к подобному доминированию.

В-третьих, той же части истеблишмента неприятно соглашаться со знаменитым утверждением Лорда Эктона (Lord Acton) о том, что власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. Они не осознают, что это выражение справедливо не только внутри страны, но также и на международном уровне. Вот почему в тот момент, когда Россия выступает против Соединенных Штатов на международной арене, она часто делает это не в пику Америке, а пытается на основе доброй воли предотвратить грубейшие ошибки своих партнеров, которых за последние 20 лет было предостаточно. Соединенные Штаты, как заметил Дмитрий Саймс (Dimitri Simes), страдают от "комплекса продвижения демократии" (democracy-promotion complex), который так же вреден и опасен для американской внешней политики, как и военно-промышленный комплекс, о чем, как известно, предупреждал еще Эйзерхауэр. Новые реальности требуют новых подходов, которые, в свою очередь, нуждаются в парадигматических изменениях мировоззренческого характера в Америке и в остальном мире, и далеко не все в Вашингтоне готовы это сделать, идет ли речь о представителях аналитических, политических или журналистских кругов. Отсутствие подобного рода парадигматичных изменений является серьезным препятствием для объективной и трезвой оценки того, что происходит в мире и особенно в России.

Вместо этого американские консерваторы должны признать, что Путин является таким же "великим коммуникатором", каким был Рейган; российский президент - смелый лидер и визионер, имеющий непосредственную связь с народом и обладающий способностью просто объяснять сложные вопросы внутренней и внешней политики. Именно это является причиной его постоянных высоких рейтингов и высокого уровня доверия по отношению к нему со стороны электората. Путин харизматичен, силен, независим, уверен в себе, решителен и эффективен, и он продемонстрировал все эти качества с помощью своих действий, а не слов. Он наглядно продемонстрировал их во внутренней и особенно во внешней политике. Он проявил их в своей оппозиции в отношении интервенций в Ираке и в Ливии. Он спас президента Обаму от такого же фиаско в Сирии. Кроме этого, Путин выразил свое отношение к арабской весне, а также был конструктивен в своих действиях при решении проблемы, связанной с иранской ядерной программой. Этот список можно продолжать до бесконечности.

В конце 1990-х годов Уильям Сэфайр (William Safire) в своей колонке в газете New York Times, обращаясь к Мадлен Олбрайт и Евгению Примакову, сказал: "Не стесняйтесь сказать, что вы евреи". Я хотел бы обратиться к О'Рейли, Краухаммеру, сенатору Маккейну, Деннису Миллеру и другим. Я хотел бы обратиться к ним, перефразирую слова Сэфайра: "Джентльмены, не бойтесь сказать, что вы любите Путина, что вы мечтаете о таком лидере в Соединенных Штатах". Я уверен, что это позволит вам избавиться от той тяжелой психологической раздвоенности, в которой вы находитесь. Это облегчит ваш невроз, и вы перестанете отравлять атмосферу российско-американских отношений.

Андраник Мигранян - директор Института демократии и сотрудничества

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 24 февраля 2014 > № 1015329 Андраник Мигранян


США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 октября 2013 > № 925188 Андраник Мигранян

МИФ ОБ АМЕРИКАНСКОЙ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОСТИ (" THE NATIONAL INTEREST ", США )

Андраник Мигранян

Когда распался Советский Союз, Америка взошла на небосводе как блистательная сверхдержава. Она была похожа на страну, решившую все свои проблемы. Ей завидовал весь мир. На горизонте замаячил конец истории. Но сейчас все уже не так. История вернулась, чтобы отомстить. Сегодня, после десяти лет разрушительных войн, единственное, что осталось достойного, это воспоминания.

Американцы только начинают осознавать свои трудности. Пожалуй, в этом нет ничего удивительного. Они издавна привыкли к представлению о себе как об исключительной нации. Но справедливости ради надо сказать, что американская вера в собственную исключительность не является исключительной. Напротив. На протяжении истории многие страны и народы верили, что являются исключительными. В это верили древние греки, называвшие всех остальных варварами. В это верили римляне, покорившие мир и считавшие себя богами. В более поздней истории у нас были англосаксы, построившие Британскую империю, которая по своим размерам превзошла все прежние империи. Россия тоже близко знакома с идеей собственной исключительности. Достаточно вспомнить игумена Филофея Псковского, который говорил о праве Москвы называться третьим Римом, и мы получим четвертую такую страну. Идея русской исключительности нашла еще более сильное отражение в марксистско-ленинской идеологии, когда Москва создала денационализированную идеологическую империю, призванную освободить человечество от тирании капитализма, считая, что у этой империи есть историческая миссия - принести всему миру счастье через всемирную победу социализма, а затем и коммунизма. Эта идеология утверждала, что все люди мира получат не равенство возможностей, а равенство результата. Как правило, все эти идеи об исключительности основывались на фундаменте идеологии и мифов.

Мифов и идеологических позывов немало и в американской истории. Уникальность этой страны, ее оторванность от остального мира, а также беспрецедентные возможности для развития и процветания создали миф о США как о земле обетованной, которая дает своему народу безграничное пространство для развития, личной свободы, предпринимательства и благосостояния. Американский народ, гласит это миф, обладает и пользуется мандатом на мировое лидерство, правом просвещать остальной мир и распространять ценности и институты демократии. На определенных этапах, когда страны и народы переживают период прогресса, они начинают верить в собственные мифы, поскольку кажется, что сама судьба ведет их вперед, а действительность подтверждает их претензии на исключительность и особое место в мире. В этом смысле исключительность США как часть американской мечты издавна находит свое подтверждение, проявляющееся в дальнейшем развитии американского общества и государства.

Одна из главных идей американской мечты и американской исключительности - это мысль о свободе тех земель, в которые прибыли и которые заселили свободные люди, а также о силе их честного труда и протестантской морали, благодаря которым они достигли огромных результатов в работе, принеся процветание себе и остальным. В самом центре американской мечты и американской исключительности лежит основополагающее представление о том, что люди обладают неограниченными возможностями для продвижения по социальной лестнице независимо от национального происхождения, положения в обществе, религии и прочих связей от рождения. Причиной тому - общество, дающее им безграничные возможности для экономического, социального, культурного и прочего развития и продвижения.

Еще одна, очень важная черта американской исключительности - это уверенность американцев в том, что у них самая лучшая конституция, созданная одним росчерком пера благодаря гениальности отцов-основателей, которых многие считают легендарными полубогами. Есть также вера в то, что американское общество едва ли не бесклассовое. Это общество успешно побороло бедность и создало справедливые отношения между классами и социальными группами.

Но проблемы наступают тогда, когда эти идеализированные мифы сталкиваются с мрачной реальностью. Вспомним Советский Союз. Россияне прекрасно помнят, что чем хуже становилась в СССР экономическая ситуация, и чем больше ослабевали наши позиции на мировой арене, тем громче, интенсивнее и даже злее престарелое кремлевское руководство твердило заклинания о своей исключительности, об освободительной миссии Советского Союза, об исторической значимости марксистской идеологии и о неизбежной победе социализма и коммунизма во всем мире. Я считаю, что когда Владимир Путин написал в своей статье в New York Times об опасностях вынашивания идеи исключительности среди американцев, он говорил с точки зрения человека, чья страна уже пережила крушение таких иллюзий. Это очень опасно, когда политики и общество не замечают момент, в который разрыв между идеологией и реальностью превращается в глубокую пропасть. В нашем случае неспособность увидеть действительность привела к распаду Советского Союза. И если я правильно понимаю Путина, он призывает американцев не повторять наши ошибки. Вот почему, как мне кажется, многие американские политики, аналитики и журналисты обиделись на президента Путина вместо того, чтобы поблагодарить его за дружеский совет. Путин не порочил Америку, он предостерегал ее. И по целому ряду причин его обеспокоенность является вполне оправданной.

Во первых, насколько верно то, что подавляющее большинство американцев верит в индивидуализм, рассчитывает исключительно на свой собственный труд и созидательную энергию, обеспечивающие процветание им самим и их семьям, а также обществу в целом? Мы видим, в какой мере такой индивидуализм сохранился в американском обществе. Происходящее сегодня очень сильно отличается от былых времен с их минималистской государственной властью, когда в основе всего лежали личные усилия большинства американцев. Как отметил во время своей президентской кампании 2012 года Митт Ромни, 47% американцев не платят подоходный налог, однако считают, что правительство должно помогать им со здравоохранением, питанием (предоставляя талоны), оплачивать им жилье, а также оказывать содействие в целом ряде других областей, так как они сами не в состоянии позаботиться о себе и о своих семьях, и во многом зависят от государства. Согласно некоторым оценкам, таких людей еще больше - 49%, но сюда входят те, кто полагается на государство из-за своего преклонного возраста, имея социальную и медицинскую страховку. Даже самые скромные оценки указывают на то, что число лиц, находящихся на иждивении у государства, составляет 35%. Многие консервативные аналитики и политики считают, что это уже привело к утрате американцами их образа жизни, превратив США в социалистическую страну сродни государствам Северной и Западной Европы, а также сделав Америку "государством-нянькой", которое обеспечивает средствами к существованию все большее количество своих граждан.

Следующее важное представление, лежащее в основе американской исключительности и американской мечты, это идея о неограниченной вертикальной мобильности. Реальность и здесь далека от представлений. Среди развитых стран США по показателям вертикальной мобильности находятся в нижней части рейтинга, в то время как бесперебойная работа социального прогресса издавна подкармливает миф об американской исключительности. Американский автор Эдвард Люттвак (Edward Luttwak) недавно написал статью в "Известиях", где он либо по наивности, либо в надежде на то, что в России никто ничего не знает о происходящем в США, указал на восхождение сенатора Менендеса, чьи родители были бедными кубинскими эмигрантами. Менендес со своей весьма сомнительной репутацией это, пожалуй, не лучший пример меритократии, и очень жаль, что Люттвак не нашел пример получше. Один из моих американских коллег, ранее работавший высокопоставленным руководителем в президентской администрации, как-то раз язвительно заметил, что случай с Менендесом вряд ли можно назвать доказательством исключительности, поскольку сегодня в США любой дурак может стать сенатором. Справедливости ради надо сказать, что это происходит не только в США - сегодня практически любой и в любой стране может стать депутатом парламента. По данным исследовательского центра Pew, в последние несколько десятилетий все больше наблюдается такая тенденция, когда классовая и социальная принадлежность родителей оказывает влияние на перспективы детей (доходы и образование родителей в США в большей степени указывают на принадлежность к социальному классу, чем в Канаде, а также в странах Северной и Западной Европы). Иными словами, мы наблюдаем ослабление социальной мобильности, хотя миф о ней по-прежнему живет и здравствует, постоянно и бессмысленно повторяемый политиками, аналитиками и журналистами.

Еще один известный миф - о почти бесклассовом характере американского общества. С 1970-х годов средний класс в стране не только не увеличивается, но даже уменьшается. Несмотря на постоянную борьбу с бедностью, ее показатели не только не снижаются, но и растут с 1960-х годов, когда у власти находился Линдон Джонсон. Последние данные указывают на то, что в 21-м веке ряды бедноты в американском обществе пополнились на 15 миллионов человек. В то же время, впервые в американской истории пресловутый один процент богатых получает 19,35% совокупного семейного дохода. Это показывает, насколько быстро усиливается социальное расслоение. Неслучайно во время последней президентской кампании демократы утверждали, что республиканцы представляют "один процент" американских миллионеров и миллиардеров, а Демократическая партия представляет остальные 99 процентов, которые постоянно проигрывают от свободного рынка и нуждаются в государственной помощи.

Есть еще одно обстоятельство, указывающее на то, что американская исключительность находится в глубоком кризисе. Оно заключается в следующем. Когда-то многие страны пытались копировать американскую политическую систему и завистливо читали конституцию США, которая так долго сохраняется в целости. Но сейчас становится все более очевидно, что эта написанная в 18-м веке конституция постепенно устаревает. Государство становится все более недееспособным. Правительство прекратило свою деятельность - и до сих пор не возобновило ее. На горизонте замаячил государственный дефолт по долгам, и сейчас кажется, что он на расстоянии всего нескольких дней, угрожая как американской, так и мировой экономике. Проблема заключается в том, что система разделения властей и принцип сдержек и противовесов, предписанные конституцией 18-го века, сегодня осложняет ситуацию, наряду с некоторыми другими обстоятельствами, и создает такой механизм власти, который не может функционировать в меняющемся политическом климате без контроля одной партии над обеими палатами конгресса, а также без наличия супербольшинства из шестидесяти и более сенаторов, и однопартийного контроля над Белым домом, чтобы он мог принимать серьезные решения. В противном случае любое решение будет блокироваться чрезмерной системой сдержек и противовесов.

А теперь следует сказать еще одно заключительное слово об американской исключительности. Мировой экономический кризис 2008-2009 годов показал, что у экономики США меньше рычагов влияния на кризис и механизмов его преодоления, чем у китайской экономики. Как мы уже говорили, политическая система продемонстрировала свою крайнюю недееспособность в принятии решений. В области международных отношений единственная в мире сверхдержава после 11 сентября приняла целую серию важнейших решений, которые привели к продолжительной и мучительной войне в Ираке и Афганистане, негативно отразившись не только на США, но и на этом регионе.

Решения администрации Обамы по Ливии, Египту и Сирии также не отличались особой мудростью. Соединенные Штаты покинули Ирак, не добившись там своих целей, то есть, не оставив после себя демократию или порядок и стабильность иного рода. Там даже нет дружественного к США правительства. А теперь США уходят из Афганистана, создавая неясные последствия для будущего этой страны. Вместе с Францией, Италией и другими странами Америка осуществила вмешательство в Ливии, уничтожив там государственную власть. Никто сегодня понятия не имеет, что там будет дальше. Вашингтон в растерянности, не зная, что делать с Египтом, который не без его помощи был серьезно дестабилизирован. Соединенные Штаты погрязли в проблемах в отношении Ирана, Сирии, а также в трясине других сложных ситуаций. Таким образом, по поводу глобальной роли Вашингтона мы можем недвусмысленно сказать, что американским политикам пора очнуться и осознать тот факт, что эпоха, в которой стратеги из США считали себя вправе управлять миром, подошла к концу. Началась новая эра, в которой США должны договариваться с партнерами и союзниками, должны учиться принимать во внимание их интересы, а также создавать коалиции для решения неотложных проблем, которые невозможно решить в одиночку даже такой сильной и влиятельное стране как Соединенные Штаты. Америка остается выдающимся экономическим центром влияния, несмотря на колоссальный государственный долг и острые социальные проблемы. Расходы на оборону во всех ведущих государствах не в состоянии достичь американского уровня, и тем не менее, США, похоже, идут по нисходящей траектории. Страна во все возрастающей степени утрачивает элементы своей исключительности как внутри, так и на международной арене. Однако она продолжает культивировать представления о собственной исключительности в американской мифологии и идеологии, и об этом повседневно твердят политики вместе с аналитиками из лагеря неоконов.

Вот почему, друзья, последний абзац из статьи Путина в New York Times вызвал такую яростную реакцию у американского истэблишмента. Хотя Путин не сказал в открытую, что король-то голый, он намекнул, что тот не очень хорошо понимает, какой у него гардероб. Когда я обсуждал этот вопрос с одним моим американским другом, который является ученым, он очень метко подметил, что король пока не совсем голый, однако он не замечает, что одежды с него сваливаются одна за другой.

Андраник Мигранян - директор нью-йоркского представительства Института демократии и сотрудничества. Он профессор кафедры политологии Московского государственного института международных отношений, бывший член Общественной палаты, бывший член Президентского совета.

США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 октября 2013 > № 925188 Андраник Мигранян


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter