Всего новостей: 2555789, выбрано 3 за 0.005 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Волков Михаил в отраслях: ТранспортФинансы, банкивсе
Волков Михаил в отраслях: ТранспортФинансы, банкивсе
Россия > Финансы, банки. Транспорт. СМИ, ИТ > bfm.ru, 2 марта 2017 > № 2109328 Михаил Волков

Страховой рынок России: есть ли поводы для оптимизма?

Как действует электронное ОСАГО, почему законопроект о возмещении ущерба в натуральной форме может так и не заработать, рассказал глава «Ингосстраха» Михаил Волков

Генеральный директор компании «Ингосстрах» Михаил Волков рассказал об итогах 2016 года и прогнозах на 2017-й.

Михаил Юрьевич, мы с вами беседуем довольно часто, и каждый раз, когда я прошу сделать какой-то прогноз, вас сложно обвинить в излишнем оптимизме. Вот начало 2017 года, изменилось ли что-либо?

Михаил Волков: Будем последовательными, оптимизма не прибавилось, несмотря на то, что «Ингосстрах» 2016 год закончил очень хорошо, большого оптимизма, если смотреть вперед, у нас нет. Несколько слов про 2016 год. «Ингосстрах» продолжает наращивать свою финансовую устойчивость. То, что мы получили порядка 14 млрд рублей прибыли за прошлый год, привело к тому, что за последние три года мы удвоили свои чистые активы, а это один из самых важных показателей для страховой компании. Наши клиенты могут нам доверять, мы совершенно точно ответим по всем нашим обязательствам. К вопросу о будущем. Конечно, мы больше всего следим за тем, что происходит в сфере ОСАГО. Рынок ОСАГО стал определяющим не только в розничных линиях бизнеса, но и в целом для всего страхового рынка. И те надежды и опасения, которые связаны с ОСАГО, во много определяют дальнейшее развитие. По 2016 году, к сожалению, мы уже получили очень большой убыток в этом виде страхования. Сейчас, в момент обсуждения законопроекта, многие говорят: ну в целом же рынок прибыльный. Я, честно говоря, не очень понимаю, откуда рынок может быть прибыльным при условии того, что у нас показатели лучше, чем в среднем по рынку, мы несем убытки, а рынок я уже сейчас оцениваю как глубоко убыточный.

Самый простой вопрос, который приходит на ум. Я часто слышу, когда люди возмущаются, они говорят: если страховым компаниям не выгодно заниматься ОСАГО, уйдите с этого рынка. Зачем вы там остаетесь, если все так плохо?

Михаил Волков: Дело в том, что ОСАГО носит определенную социальную составляющую сейчас. Наверное, представить себе, что весь рынок уйдет, неправильно. Надо говорить о том, что нужно изменить, чтобы эту ситуацию исправить. И, конечно, все наши надежды были связаны с новыми поправками к законодательству по переходу на натуральное возмещение, что привело бы к тому, что мы убираем из нашей экосистемы недобросовестных посредников, автоюристов, антистраховщиков. Мы понимаем, что натуральная форма возмещения отчасти привела бы к росту убыточности, потому что мы стали бы выплачивать возмещение без учета износа, но мы бы убрали все то неестественное, что в этой системе происходит.

На каком этапе сейчас обсуждение этого законопроекта, как скоро он может быть принят, как вы оцениваете шансы того, что он вступит в силу?

Михаил Волков: Мы ожидали, что этот законопроект вступит в силу с 1 марта, сейчас очевидно, что это невозможно. По плану этот вопрос вынесен на заседание Госдумы на 10 марта. Проблема в том, что, как и в прошлые разы, ситуация, на мой взгляд, сейчас выходит из-под контроля, потому что огромное количество поправок, и благую идею засыпают всякими разными изменениями, которые непредсказуемы, их нельзя просчитать. По нашему однозначному ощущению, в сумме своей, если закон примут в том виде, в котором сейчас эти поправки обсуждаются, это будет иметь негативный эффект для страховой отрасли. И тогда да, действительно, может быть, многие уже задумаются о том, чтобы сдавать лицензии.

Эти поправки вносят отдельные депутаты, кто делают, по вашим оценкам, закон хуже? Советуются ли с вами парламентарии?

Михаил Волков: Вы знаете, вносят разные группы людей, не буду сейчас перечислять. Но эти поправки аккумулировались, по крайней мере, на сегодняшний день в какой-то документ, плохо читаемый, много поправок, которые противоречат друг другу. С нами, как нам казалось, логично было бы консультироваться. РСА принимает участие в этих обсуждениях, но наш голос далеко не всегда слышен. И те предостережения, которые мы на этих обсуждениях озвучиваем, их не всегда, к сожалению, слышно.

Что касается серьезных изменений, которые уже вступили в силу, это я говорю об электронном ОСАГО, можно сейчас уже подводить какой-то промежуточный итог? Как стартовала эта программа по обязательному предоставлению электронных полисов ОСАГО, что видит рынок?

Михаил Волков: Большинство страховых компаний организовали такую услугу у себя на сайтах. Конечно, как только происходят такие существенные изменения, там много шероховатостей, много из того, что нужно додумать, доделать, докрутить, но то, что стартовало, точно стартовало. И по той отчетности, которую мы ежедневно получаем, уже на сегодняшний день электронных полисов всего по рынку продано больше, чем за целый 2016 год. Другое дело, что не может нас не пугать — большинство этих полисов продается именно в тех самых «токсичных» регионах, где убыточность, по нашим цифрам, а я еще раз подчеркну, у нас положение лучше, чем в среднем по рынку, ситуация сильно зашкаливает за 100% убыточности. Есть регионы, где и 150%, и 160% убыточности. В общем, ситуацию пока что делает только хуже.

Что касается остальных видов страхования, какие итоги 2016 года и перспективы на 2017 по рынку и по компании «Ингосстрах», в частности?

Михаил Волков: С гордостью могу сказать, что все виды бизнеса у нас были прибыльными за 2016 год.

Кроме ОСАГО.

Михаил Волков: Правильно, кроме ОСАГО. Медицина вышла в небольшой, но плюс. Мы растем в этом сегменте чуть медленнее рынка, что меня пока что беспокоит. Но я надеюсь, что в 2017 году мы выйдем на нормальные темпы и будем расти хотя бы вместе с рынком. Это всегда проще делать, когда у тебя уже хороший старт прибыльного бизнеса. По корпоративу больших изменений я не вижу. Действительно, экономика находится не в самом лучшем состоянии, всегда говорил о том, что страхование является производной от макроэкономики: что у нас в макроэкономике — то же самое происходит в страховании. Мы делаем очень много интересных проектов не только в розничном, но и в корпоративном страховании. Надеемся, что получим определенные конкурентные преимущества, тут, скорее, будет конкурентная борьба между лидерами рынка. Розница — тут, наверное, та же самая ситуация. Рынок КАСКО снижается вместе с продажами автомобилей, пока что тенденция не переломлена. За январь и февраль машин продается меньше, чем в 2016 году. И все ожидания, что спрос на новые автомобили восстановится, пока что не оправдал себя. «Ингосстрах» продал в 2016 году авто-КАСКО чуть больше, чем в 2015-м. Там новые продукты, продукты с франшизы продолжают все больше превалировать, и конкурентная борьба за хороших клиентов обостряется, это нормальная рыночная ситуация, которая в итоге приводит к правильному, справедливому тарифу для всех наших клиентов.

Иван Медведев

Россия > Финансы, банки. Транспорт. СМИ, ИТ > bfm.ru, 2 марта 2017 > № 2109328 Михаил Волков


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Транспорт > bfm.ru, 14 ноября 2016 > № 1986406 Михаил Волков

Глава «Ингосстраха»: «Будущее страховых услуг — в цифровых технологиях»

«Причем «цифра» — это не самоцель, а это комфорт для нашего клиента», — уточнил генеральный директор компании Михаил Волков в интервью Business FM

Генеральный директор страховой компании «Ингосстрах» Михаил Волков в интервью обозревателю Business FM Ивану Медведеву рассказал о преодолении кризиса, успехах компании на рынке и будущем автострахования — электронных полисах ОСАГО и ценах на КАСКО.

Недавно стали известны поправки, которые Минфин разработал к закону об ОСАГО. Там предлагается штрафовать страховщиков за просрочки в выплатах и много чего другого. Как вам кажется, какие из этих поправок здравые, какие могут только помешать рынку, и насколько вероятно вообще их принятие?

Михаил Волков: На мой взгляд, самое важное — это стабильность работающей системы. Мы все время вспоминаем 2013 год, когда система находилась в состоянии кризиса, и мы с большим трудом совместными усилиями вытащили ОСАГО из этого кризиса. Очень большую роль сыграл Центральный банк. Сейчас мои самые большие опасения в том, что будут приниматься какие-то поправки, которые приведут к дальнейшей дестабилизации системы, которые не просчитаны и непонятно к чему приведут, потому что многие из тех идей — а кроме как идеями я это не могу назвать — плохо предсказуемы и имеют плохо просчитываемые результаты. В нашей совместной работе Российского союза автостраховщиков (РСА) с Центральным банком, как мне кажется, мы друг друга слышим, и если предполагаются какие-то изменения, то примерно понятно, на что они направлены и к чему приведут. Последние несколько вбросов пугают именно своей непросчитываемостью.

На каком мы сейчас положении в целом по рынку страхования в России по итогам девяти месяцев 2016 года, и с какими показателями к концу года идет «Ингосстрах»?

Михаил Волков: «Ингосстрах» продолжает развиваться. Мы всегда говорили об ожидаемой консолидации рынка. Мы на своем примере видим, что клиенты продолжают обращаться в стабильные и надежные компании. По МСФО (Международные стандарты финансовой отчетности — Business FM) мы за девять месяцев выросли на 25% — это для нас очень хороший показатель при условии, что рынок такими темпами, конечно же, не растет. Мы продолжаем оставаться одной из самых финансово устойчивых компаний на рынке. Наши собственные средства по результатам девяти месяцев приблизились к 50 млрд — это один из лучших показателей на рынке. Для клиентов страховой компании финансовая устойчивость — это, наверное, один из самых важных показателей.

За счет чего вы растете? Что тянет вниз, а что является драйвером роста?

Михаил Волков: Как раз в розничном страховании, как раз в ОСАГО мы растем быстрее всего. Мы это делали осознанно. Если бы мы были абсолютно вольны в своем выборе, мы бы росли в ОСАГО немножко по-другому и акцентировали свое внимание на тех регионах, которые нам более интересны, более стабильны, и не стали бы расти теми темпами, которыми мы вынуждены расти в убыточных регионах. Это некая социальная ответственность. Мы ожидаем, что по году группа соберет порядка 100 млрд рублей — это просто круглая красивая цифра. Мы с этой цифрой, скорее всего, будем третьими по объему на рынке. Позиция на рынке — это не самоцель, но она отражает нашу значимость, и та цифра, которую я называл — 50 млрд рублей собственных средств, это цифра, которая подтверждает нашу надежность для наших клиентов.

А что происходит с ДМС (дополнительное медицинское страхование — Business FM)?

Михаил Волков: В ДМС все более или менее стабильно. Мы прирастаем не очень быстро. Надо отметить, что те кризисные явления, которые очень жестко ударили по прошлому-позапрошлому годам, сейчас более или менее выравниваются. Те, кто хотел отказаться от ДМС, уже отказались. Те, кто ДМС оставил, отрегулировали свои бюджеты. Нет взрывного роста, но и падения тоже нет. К нам возвращается ряд ключевых клиентов, которые уходили на более дешевые предложения, может быть, не всегда очень профессиональных наших конкурентов. Есть ряд клиентов, которые к нам возвращаются, это всегда приятно.

Если вернуться к ОСАГО, в этом году, можно сказать прямо, была паника, когда заговорили о том, что будут введены новые полисы. Что-то изменилось, или все прошло так, что никто и не заметил?

Михаил Волков: Волноваться должны были по этому поводу мошенники, которые изготавливали поддельные полисы. Для честного гражданина нет абсолютно никакого повода волноваться. Это была техническая процедура. Наверное, принципиальным образом ситуация может измениться, когда будет введен электронный полис ОСАГО, а это планируется сделать с 1 января. Но мы, конечно же, возвращаясь к вопросу законодательных инициатив, увязываем это с изменениями законодательства и считаем, что правильным для рынка будет введение натуральной формы возмещения, причем по выбору страховщика. Дата запуска этого законопроекта должна совпадать — и вроде бы Центральный банк с нами здесь согласен — с введением электронного полиса ОСАГО. Если это будет синхронизировано, то будет хорошо. На сегодняшний день мы не продаем электронные полисы в чистом виде — можно заказать, и вам доставят на какой-то адрес. Но когда это будет введено в обязательном виде, мы тоже будем оказывать такую услугу. Мы продолжаем очень активную работу над актуализацией нашей стратегии, и в рамках новой версии стратегии очень много внимания уделяется, конечно, цифровым технологиям. Мы видим, что будущее и финансовых, и страховых услуг — в «цифре», причем «цифра» — это не самоцель, а это комфорт для нашего клиента.

С точки зрения применения на практике, если клиент, допустим, согласился с тем, что электронный полис — это хорошо, у него нет вопросов, то у конкретного сотрудника ГИБДД эти вопросы смогут возникнуть.

Михаил Волков: Именно поэтому мы и не бежим впереди паровоза и не запускаем электронные полисы ОСАГО в добровольном виде сейчас, потому что мы понимаем, что есть проблемы технического плана и, к сожалению, возможность для мошеннических действий, и для клиентов тоже потенциально могут быть технические сбои. Но я надеюсь, что к тому моменту, когда все-таки будет принято окончательное решение запустить — мы надеемся на поддержку Центрального банка и РСА — эти проблемы будут максимально решены, насколько это возможно.

Чего ждать от следующего года тем немногим, кто еще страхует машины по КАСКО? Цены будут расти, падать, оставаться на том же уровне?

Михаил Волков: Мы лидеры этого рынка. Наши клиенты продолжают страховаться по КАСКО. Наверное, сам продукт видоизменился. Если раньше мы не знали, как придумать, как продать клиенту франшизу, то теперь клиенты ее просят сами, потому что, в общем-то, это дешевле. Сейчас у нас намного более удобные модульные продукты: можно страховать или не страховать колеса, страховать или не страховать окна и так далее. Клиент сам выбирает тот объем риска, который хочет застраховать. Нельзя говорить, что цена повышается или понижается. Мы работаем над тем, чтобы запустить индивидуальный тариф для каждого клиента в соответствии с его риск-профилем. Поэтому, скорее, цена будет зависеть от того, как вы водите машину, какой у вас риск-профиль, но если говорить в среднем по больнице, сейчас тарифы немного будут снижаться.

Иван Медведев

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Транспорт > bfm.ru, 14 ноября 2016 > № 1986406 Михаил Волков


Египет. Россия > Транспорт. Финансы, банки > bfm.ru, 12 ноября 2015 > № 1555840 Михаил Волков

Глава «Ингосстраха»: Причина катастрофы A321 не повлияет на выплаты

Глава страховой компании «Ингосстрах» Михаил Волков рассказал о процедуре выдачи страховых выплат семьям погибших в катастрофе над Синайским полуостровом, о спекуляциях и о том, как выяснение причины катастрофы может отразиться на сумме выплат

Страховка Airbus А321 компании «Когалымавиа» покрывала все риски, в том числе возможность теракта. Родственники погибших уже получают первые выплаты. Риск по КАСКО был перестрахован на международном рынке. Тем не менее сама авиакатастрофа может оказаться сложнейшим страховым случаем в российской истории, заявил в интервью обозревателю Business FM Ивану Медведеву генеральный директор компании «Ингосстрах» Михаил Волков.

Как сейчас обстоят дела с выплатами?

Михаил Волков: Во-первых, мы выражаем свои соболезнования всем родственникам погибших. Мы несем полную ответственность перед родственниками, с ними ведется постоянная работа. У нас в первый же день, как только мы узнали об этой трагедии, был создан штаб, в который входят сотрудники и головного офиса, и сотрудники петербургского офиса. Мы полностью всем все выплачиваем. К сожалению, ведется масса достаточно негативных обсуждений, где нас в чем-то обвиняют — в затягивании, в бюрократизации. Данный страховой случай очень сложный. У погибших потенциально может быть несколько родственников, несколько выгодоприобретателей. Выгодоприобретатель — это термин по законодательству. На сегодняшний день мы пользуемся 67-ФЗ — обязательное страхование гражданской ответственности перевозчика за причинение вреда жизни, здоровью и имуществу пассажиров (ОСГОПП). Мы не имеем права платить быстрее, чем можем по закону, мы не имеем права платить без документов. В 67-ФЗ очень четко сформулировано, какие документы мы должны получить от родственников погибших, и те временные рамки, в которых мы это должны делать.

Сколько этих документов? Появлялись различные цифры, вплоть до 17 документов в каждом случае. Какой порядок обращения в страховую компанию «Ингосстрах», сколько нужно документов с собой иметь?

Михаил Волков: Никакого обязательного списка из 17 документов нет и не было. Список из трех документов, плюс один из нескольких, и действительно был дан перечень этих нескольких документов. Как я уже говорил, каждая ситуация абсолютно индивидуальна: для кого-то нужно свидетельство о рождении, кому-то нужна справка 2-НДФЛ, кому-то нужно свидетельство о браке и так далее. Каждый родственник погибшего сегодня знает, что ему нужно предоставить в компанию. На сегодняшний день мы приняли решение платить 100 тысяч рублей с опережением графика. Мы прекрасно понимаем, что семьям погибших потенциально нужны расходы на какие-то немедленные нужды. На сегодня мы уже получили 200 заявлений на выплату этих 100 тысяч рублей, которые идут по упрощенной процедуре. По сути мы платим первому обратившемуся родственнику, не дожидаясь, когда все выгодоприобретатели к нам обратятся. Из них 160 родственников уже получили выплаты по 100 тысяч рублей. На сегодняшний день к нам уже поступило 27 заявлений на выплату 2 млн рублей.

Это тот максимум, который положен?

Михаил Волков: Это сумма по 67-ФЗ, сколько мы должны платить по ОСГОПП. С этими родственниками также ведется работа, они знают, какие документы им нужно принести.

Какой максимальный срок закон отводит на получение компенсаций?

Михаил Волков: По 67-ФЗ у нас 30 дней на сбор этих заявлений и дальше 30 дней на выплату. Мы делаем все возможное, чтобы делать выплаты максимально быстрыми. Проблема, специфика ситуации, которая связана с конкретно этим страховым случаем, заключается в том, что есть целые семьи погибших, когда очень сложно определить, кто будет выгодоприобретателем. И есть большое количество случаев, когда выгодоприобретателей несколько, и мы не можем заплатить первому, потому что их потенциально может быть несколько, а мы о них просто на сегодняшний день не знаем. Если бы у нас был список и мы бы совершенно точно знали, кому нужно заплатить, мы бы это сделали прямо завтра. Именно поэтому мы сейчас связываемся с различными ведомствами и службами с просьбой оказать максимальную помощь, чтобы мы сами собрали списки выгодоприобретателей, родственников погибших, и смогли определить, кому нужно платить. В тех ситуациях, когда мы с уверенностью всех претендентов на эту выплату, мы им будем платить максимально быстро, ничего не затягивая. Еще раз хочу подчеркнуть, что родственники погибших это все знают. Все спекуляции, которые сейчас происходят в СМИ, на мой взгляд, подогреваются не теми, кто мог бы предъявлять претензии, а юристами, посредниками, которые пытаются на этом заработать.

Имеет ли значение для компании «Ингосстрах» причина катастрофы — был ли это теракт, какая-то поломка или результат халатности и некачественного обслуживания самолета?

Михаил Волков: Для нас, конечно, это имеет значение, но это никаким образом не скажется на тех выплатах, которые мы будем совершать. Определенная специфика зависит и от того, какая причина будет названа Межведомственной комиссией. Это наше внутреннее урегулирование, но для клиента разницы никакой нет: мы в любом случае — а случай имеет все признаки страхового — будем нести ответственность в полном объеме.

Если выяснится, что самолет развалился в воздухе из-за того, что его не должным образом обслуживала сама компания, даже в этом случае компания получит деньги от «Ингосстраха»?

Михаил Волков: Это вопрос, который касается непосредственно нас с компанией — эксплуатантом этого транспортного средства. Если будут найдены виновные или еще что-то, могут будут регрессы, но в любом случае гибель самого самолета — к сожалению, достаточно стандартный страховой случай. Есть международная практика по этому вопросу, мы его будем урегулировать в соответствии с тем договором, который у нас заключен с компанией Metrojet.

Вопрос по поводу перестрахования этого риска. Конкретно этот борт и ответственность перед третьими лицами — это все было на балансе «Ингосстраха», или большая часть была перестрахована?

Михаил Волков: Наверное, это не самый важный вопрос для тех, кто получает эти выплаты. Выплаты будут сделаны в любом случае, а это больше нас касается — как это перестраховано и как финансовый результат скажется на нашей деятельности. Большая часть этого риска перестрахована на международных западных рынках, перестрахована абсолютно профессионально, поэтому тут проблем мы пока что не предвидим.

Иван Медведев

Египет. Россия > Транспорт. Финансы, банки > bfm.ru, 12 ноября 2015 > № 1555840 Михаил Волков


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter