Всего новостей: 2574407, выбрано 3 за 0.008 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Волкова Ольга в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценыСМИ, ИТОбразование, наукаАрмия, полициявсе
Ангола > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 17 ноября 2017 > № 2436147 Ольга Волкова

Новый курс: дочь бывшего президента Анголы лишилась должности в госкомпании Sonangol

Ольга Волкова

Редактор Forbes Woman

Вступив в должность в сентябре 2017 года, новый президент Анголы Жуан Лоренсу взял курс на борьбу с коррупцией. В среду 15 ноября волна перестановок во главе государственных ведомств и компаний захлестнула и семью бывшего президента страны Жозе Эдуарду душ Сантуша

Президент Анголы Жуан Лоренсу 15 ноября 2017 года уволил руководство государственной нефтяной компании Sonangol, сообщил Bloomberg. В том числе своего поста председателя совета директоров второго по величине нефтепроизводителя на континенте лишилась Изабель душ Сантуш, дочь бывшего президента Анголы Жозе Эдуарду душ Сантуша, который провел у руля страны почти 40 лет – и лишь в этом году объявил, что не будет переизбираться вновь (впрочем, он получил место в Совете республики, которое гарантирует ему неприкосновенность). Изабель душ Сантуш он поставил во главе Sonangol в 2016 году. До нее эту должность занимал Карлос Сатурнино, который сейчас по решению нового президента вернулся на этот пост.

Душ Сантуш родилась в Баку: ее отец познакомился с ее матерью Татьяной Кукановой, будучи студентом Азербайджанского института нефти и химии. Сегодня 44-летняя дочь бвшего президента – самая богатая женщина Африки и участница списка Forbes самых влиятельных женщин мира 2017 года. В последний она вошла в качестве частного инвестора, по состоянию на 16 ноября 2017 года ее состояние оценивается в $3,5 млрд. По информации Forbes, отец переписал на нее доли в нескольких ангольских компаниях: ее активы в стране включают 25% в Unitel, самом крупной мобильном операторе страны, и 42% в банке Banco BIC. Помимо активов на территории Анголы у дочери бывшего президента есть целый список активов в Португалии: доля в 6% в нефтегазовой компании Galp Energia, 19% в Banco BPI, четвертом по величине активов банке государства, и контрольный пакет в телевизионной и телекоммуникационной компании Nos SGPS. В 2015 году четверо членов Европарламента выступали с призывами начать расследование легальности португальских инвестиций душ Сантуш.

После объявления о перестановках в Sonangol Министерство социальных коммуникаций страны выпустило заявление о том, что правительство также потребовало, чтобы государственная телевизионная компания разорвала контракты с двумя детьми Изабель душ Сантуш, которые управляют телеканалами.

Бывший министр обороны Анголы Жуан Лоренсу вступил в должность президента в сентябре 2017 года. Он изначально заявлял о намерении бороться с коррупцией и монополиями в стране, где семья бывшего президента фактически контролирует отдельные секторы экономики. При этом, по данным Всемирного банка, треть населения Анголы (а это 27 млн человек) живут менее чем на $2 в день. По версии Transparency International страна последние три года входила в список двадцати самых коррумпированных государств.

С момента принятия на себя правления Лоренсу сменил глав Центрального банка и алмазодобывающей компании Endiama и советы директоров всех трех государственных медиакомпаний. Объявленные в среду перестановки, впрочем, первый случай, когда решения нового президента касаются непосредственных членов семьи Жозе Эдуарду душ Сантуша.

Брат душ Сантуш Жозе Филомену душ Сантуш пока сохраняет свой пост: он с 2013 возглавляет суверенный фонд Анголы размером в $5 млрд.

Ангола > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 17 ноября 2017 > № 2436147 Ольга Волкова


Новая Зеландия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 20 октября 2017 > № 2436551 Ольга Волкова

Стремительный взлет: как Джасинда Ардерн стала лидером партии, а затем и премьер-министром Новой Зеландии

Ольга Волкова

Редактор Forbes Woman

Правительство новой Зеландии возглавит Джасинда Ардерн. Она лишь несколько месяцев назад оказалась лидером Лейбористской партии, а теперь ей предстоит участвовать в формировании мажоритарной коалиции в парламенте. Молниеносный рост популярности политика даже породил в прессе термин «Джасиндамания»

По результатам всеобщих выборов в Новой Зеландии, которые состоялись 23 сентября 2017 года, Национальная партия получила 44,4% голосов, Лейбористская партия – 36%, 7,2% голосов ушли к Первой партии (New Zealand First, NZF), еще 6,3% — к Партии зеленых. Это означало, что ни одна партия не получила большинства в правительстве, и решающим становилось то, с кем готова вступить в коалицию NZF: правительство в Новой Зеландии формирует партия с большинством в Палате представителей (основной законодательный орган страны, в него входят 120 членов).

В четверг 19 октября 2017 года в прямом телеэфире лидер NZF Уинстон Петерс объявил, что его партия готова создать коалицию с лейбористами. Последних с 1 августа 2017 года возглавила Джасинда Ардерн. 37-летний политик, таким образом, стала самым молодым премьер-министром в истории страны после Эдварда Стаффорда, который выиграл выборы в далеком 1856 году, и самой молодой женщиной на этом посту (до нее женщины занимали его дважды).

Для большинства в парламенте коалиции понадобятся еще хотя бы 8 членов Партии зеленых, и, по словам их лидера Джеймса Шоу, последние готовы поддержать лейбористов и NZF, хоть и не вступая официально в коалицию.

Лидер Национальной партии Билл Инглиш, соперник Ардерн на выборах, бывший министр финансов страны и премьер-министр с 2016 года, признал поражение, но подчеркнул, что с 44,4% голосов и 56 местами в парламенте его партия станет крайне сильной оппозицией. Правительство Национальной партии, которая выигрывала выборы в 2008, 2011 и 2014 годах, может похвастаться стабильными макроэкономическими показателями последних лет: экономика Новой Зеландии была одной из самых быстрорастущих среди развитых стран — в 2016 году ВВП вырос на 3,9% (данные Всемирного банка), а в 2017-2018 году, по прогнозу ОЭСР, показатель составит около 3% в год.

Настоящая мания

Ардерн родилась в Гамильтоне, затем ее семья переехала в Мурупара и Морринсвиль , где ее отец работал офицером полиции. В 2001 году она получила диплом бакалавра в области политических коммуникаций в Университете Вайкато, затем работала исследователем в штабах членов новозеландского парламента Фила Гоффа и Хелен Кларк, в 2006 году — в штабе премьер-министра Великобритании Тони Блэра (сегодня, впрочем, Ардерн предпочитает подчеркивать, что пошла на это работу от безысходности). Также она возглавляла Международный союз молодых социалистов (International Union of Socialist Youth).

До Ардерн лидером лейбористов был Эндрю Литтл, но он внезапно подал в отставку за два месяца до всеобщих выборов, и Ардерн, которая до этого занимала позицию его заместителя, оказалась самым молодым лидером партии в ее истории. «Я, безусловно, молодой кандидат для партии, но команда работала вместе со мной девять лет, они в меня верят, и я совершенно убеждена, что готова для этой должности», — прокомментировала тогда она.

Смена лидера последовала за тремя опросами общественного мнения подряд, которые показали самый низкий уровень поддержки лейбористов с 1995 года – в районе 23-24%. Уже через месяц эта цифра выросла до 43% — десятилетнего рекорда. За первые 10 дней после того, как Ардерн возглавила партию, лейбористы получили около $500 000 дополнительных пожертвований на избирательную кампанию, 3 500 волонтеров подписались на то, чтобы в этой кампании участвовать. Журналисты для обозначения резкого роста популярности партии из-за харизматичного нового лидера ввели в оборот термин «Джасиндамания».

В прошлом лейбористскую партию возглавляла только одна женщина – бывший премьер-министр Хелен Кларк. Впрочем, несмотря на популярность самой Ардерн и пример ее предшественницы, во время избирательной кампании политику пришлось столкнуться с серией сексистских вопросов в духе: сможет ли она управлять страной, если, например, у нее появятся дети.

Выборы этого года вызвали значительный ажиотаж: возможностью раннего голосования воспользовались в два раза больше людей, чем в 2014 году - порядка 800 000 человек (всего на выборы пришли 2,6 млн человек – против 2,4 млн на прошлых выборах, свидетельствуют официальные данные).

Проблемы и программы

В парламент страны Ардерн впервые прошла по партийному списку в 2008 году. Тогда, произнося перед парламентом свою первую речь, она подчеркивала необходимость борьбы с бедностью, которую видела своими глазами, когда росла Морринсвиле. И сегодня Ардерн – сторонник государства всеобщего благосостояния, она уверена, что эта система – сеть социальной защиты для граждан, которые не могут сами себя обеспечивать.

Одним из основных предвыборных обещаний Национальной партии, включенных в майский проект бюджета, было сокращение налогов – в особенности для высокодоходных групп граждан. Лейбористы, в свою очередь, обещали сокращение налогов отменить и ввести вместо него адресные вычеты для льготных категорий граждан, граждан с детьми и тех, кто из-за своего уровня дохода подпадает под действие Working for Families – программы распределению налоговых субсидий. Ардерн утверждала, что 70% новозеландских семей в случае принятия лейбористского проекта окажутся в плюсе. Представители Национальной партии возражали, что проект лейбористов означал лишение «трудолюбивых» новозеландцев $2 млрд.

Ардерн, впрочем, подчеркивает, что у трех основных партий в правительстве, несмотря на разногласия, достаточно общего, и приводит в качестве приоритетов проблемы доступного жилья, ограничения иностранного владения недвижимостью, возможность переноса порта Окланда, вопрос Транс-Тихоокеанского партнерства.

Уровень владения недвижимостью в Новой Зеландии достиг в этом году отметки минимума за период с 1951 года, а цены за последние три года выросли на 34%, приводит цифры The Guardian. Лейбористы во время избирательной кампании обещали построить 100 000 доступных домов.

«Джасинда Ардерн вела кампанию с прогрессивной повесткой, которая подразумевала сокращение социального разрыва — в том числе за счет защиты прав работников и расширения доступности жилья. Одной из главных мер был запрет на покупку недвижимости иностранными офшорами, и вообще разумное ограничение эмиграции», — рассказывает руководитель программы «Россия в Азиатско-Тихоокеанском регионе» Московского Центра Карнеги Александр Габуев (он познакомился с Арден в 2012 году на трехнедельной лидерской программе в США). Эти пункты программы совпадали у лейбористов и NZF, подчеркивает он, кроме того, обе партии выступают за пересмотр условий участия Новой Зеландии в соглашении по Транс-Тихоокеанскому партнерству, которое, правда, не было ратифицировано из-за выхода США из соглашения после победы Трампа. «NZF не нравится вероятное увеличение потока мигрантов, иностранного капитала и потеря части суверенитета из-за механизма разрешения споров с инвесторами в ТТП, лейбористы отстаивают интересы профсоюзов», — объясняет Габуев. Пока ТТП находится «в коме», так что изменение условий соглашения — вплоть до выхода из него — будет реализовать гораздо проще, чем если бы оно уже вступило в силу и было ратифицировано, подчеркивает эксперт.

«Судя по заявлениям Петерса, ему сейчас оказалась близка и социальная платформа лейбористов — ориентация на инвестиции в человеческий капитал, расширение доступности образования, меры по сокращению бедности», — резюмирует он сравнение программ участников коалиции. Третий ее участник – зеленые, в первую очередь ориентируются на экологическую повестку, и тут с двумя другими партиями противоречий тоже нет.

Для Ардерн главное — именно сокращение бедности, особенно бедности среди детей. Это стержень ее программы и основа ее взглядов на протяжении по меньшей мере десяти лет, говорит Габуев: «Недаром, когда она еще не была главой партии, в случае победы лейбористов она хотела быть именно министром по вопросам детства».

Новая Зеландия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 20 октября 2017 > № 2436551 Ольга Волкова


Великобритания > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 18 сентября 2017 > № 2314486 Ольга Волкова

Расставание на удачу: как англичанка Аиша Вардаг построила бракоразводную империю

Ольга Волкова

Редактор Forbes Woman

Рожденная в Оксфорде и окончившая Кембридж Аиша Вардаг зарабатывает деньги на чужих разводах. Благодаря кому процветает ее бизнес в Лондоне и на Ближнем Востоке?

Год 2000-й выдался не самым удачным для финансового юриста британской компании Linklaters Аиши Вардаг. Она разводилась с отцом двух ее сыновей. Чтобы снизить издержки на адвокатов, Вардаг много работала над разводом сама. Когда процесс наконец подошел к концу, представлявший Вардаг в суде Рэймонд Тут, старший партнер фирмы Sears Tooth Solicitors (он, кстати, позже был советником Ирины Абрамович во время ее развода с олигархом), пригласил Аишу на ужин и предложил ей работу.

С тех пор Вардаг переквалифицировалась из финансового юриста в специалиста по семейному праву, ушла из компании Тута, основала собственную и заслужила прозвище «дива разводов» вместе с самым высоким прайсом за час работы. Forbes Woman расспросил Вардаг о ее конкурентных преимуществах, особенностях британского семейного права и о том, какую часть совместно нажитого имущества может получить при разводе домохозяйка.

Vardags: начало

Через несколько лет после развода Вардаг родила третьего ребенка, дочь, и решила оставить карьеру практикующего юриста, чтобы преподавать семейное право в Лондонском университете королевы Марии. Правда, к концу второго учебного года стало ясно, что заработной платы преподавателя, пусть и в престижном вузе (входит в 50 лучших европейских университетов по версии Times Higher Education), на все нужды человека с тремя детьми хватает с трудом. Нужно было, чтобы работа приносила финансовую стабильность или хотя бы позволяла спокойно выплачивать ипотеку и оставляла возможность заботиться о детях.

Свою фирму Вардаг создала в 2005 году в единственной свободной комнате собственного дома: она постаралась максимально строго ее обставить, сделав похожей на офис. Наняла ассистента, и довольно долго штат ее конторы двумя сотрудниками и ограничивался. Вардаг проводила всю юридическую работу и даже успевала искать новых клиентов, на сон оставалось 3–4 часа в сутки. «Было тяжело, — признается она, — но это был очень захватывающий период».

С первой клиенткой Вардаг познакомилась еще до регистрации своей фирмы, на родительской викторине в школе сыновей. Женщина рассказала о бракоразводном процессе и пожаловалась на своего представителя. Вардаг дала ей несколько советов, а позже стала ее адвокатом. Дело рассматривалось в Высоком суде Лондона и стало, по словам Вардаг, хорошим стартом для привлечения следующих клиентов.

Опыт работы финансовым юристом стал конкурентным преимуществом Вардаг в области семейного права. «В Сити ты работаешь очень быстро, сидишь в офисе допоздна, — рассказывает Вардаг в интервью Forbes Woman. — Ты всегда фокусируешься на положительном исходе, добиваешься нужного результата, даже если дело сложное. Ты готов к длительным переговорам и хочешь прийти к соглашению, а не бросить другой стороне: «Увидимся в суде!» Сарафанное радио до сих пор приносит значительную долю клиентской базы Вардаг, хотя сегодня на привлечение клиентов работает и громкая репутация Vardags.

Ну и дела

История развода немецкой наследницы £100-миллионного состояния Катрин Радмахер и бывшего банкира Николя Гарантино в 2009–2010 годах была во всех британских газетах. Согласно брачному соглашению, которое супруги подписали в 1998 году в Германии, в случае семейной неудачи Гарантино не претендовал на состояние жены. Через 10 лет он, однако, передумал: со времени заключения договора Гарантино отказался от работы в банке, перешел на позицию исследователя в Оксфорде и полагал, что брачное соглашение справедливым уже считать нельзя.

Для Вардаг этот процесс стал звездным. Верховный суд Великобритании признал брачный договор решающим фактором в деле. Вардаг рассказывает, что это стало победой не только для немецкой наследницы.

Дело в том, что в отличие от других стран подобные решения не были в Великобритании стандартной практикой. Зачастую в таких делах на женщин смотрели как на слабые создания, которые при малейшей возможности вступить в брак теряют способность трезво мыслить и готовы подписать что угодно — так что нельзя требовать от них исполнения заключенных договоров. «Сегодня женщины требуют равных прав, свобод, возможностей, так что логично ожидать и равных обязательств», — рассуждает Вардаг. Наконец, это просто история о том, что пары должны иметь возможность делать самостоятельный выбор без вмешательства судей.

Дива разводов

Свое звучное прозвище Вардаг получила с легкой руки авторов журнала Easy Living. На вопрос о хобби адвокат рассказала, как занималась оперным пением. Статья вышла под заголовком «Дива разводов», и прозвище прижилось. «Знаете, мне оно нравится: в нем есть ощущение яркости, превосходства в своей профессии, а еще требовательности и твердости», — говорит юрист.

Вардаг сложно не назвать яркой. Это, вероятно, одна из причин, по которым ее так любит пресса. Первое время, рассказывает она, ее привлекали в качестве эксперта, чтобы комментировать известные бракоразводные процессы. В эфире многие коллеги Вардаг ведут себя слишком «юридически». Она же в свое время редактировала студенческую газету в Кембриджском университете, играла в студенческом театре — для любого телеканала она идеальный спикер.

В 2015 году Vardags впервые вошла в рейтинг 100 самых быстрорастущих компаний Fast Track 100 от Sunday Times, став там единственной юридической фирмой. Среднегодовой рост продаж компании Вардаг эксперты оценили в 63% (46-я строчка рейтинга), объем продаж за 2015 финансовый год — в £6,5 млн. Для сравнения: по данным исследовательской компании IBISWorld, с 2011 по 2016 год рынок услуг семейных юристов ежегодно рос всего на 0,1%.

При этом число разводов в Великобритании в последние 10 лет стабильно снижается: по данным Национальной статистической службы Великобритании, в 2005 году (когда Вардаг только начинала свою практику) в Англии и Уэльсе было зарегистрировано более 141 000 разводов, в 2010 году — около 120 000, в 2015-м — уже 101 000 случаев расторжения брака.

Сегодня, на 13-м году существования, в Vardags порядка 75 сотрудников и пять офисов в Великобритании. Основательница компании говорит, что бизнес стабильно растет, выручка этого года, по ее прогнозам, превысит £12 млн.

Большая часть выручки Vardags пока приходится на бракоразводные процессы. Однако многие ее клиенты — владельцы бизнеса, и им необходим широкий спектр юридических услуг. В 2016 году в фирме появились департаменты, отвечающие за трасты, завещания, уголовно-правовую защиту и арбитражные споры. Пока это небольшая доля бизнеса, говорит Вардаг, но она активно развивается.

Прочно заняв позицию лидера по разводам на родине, основательница Vardags переключила свое внимание на Ближний Восток. Подразделения компании там пока нет, но в регионе есть состоятельные клиенты.

«Дива разводов» ведет дела только самых богатых клиентов: час ее работы сейчас стоит £795, поэтому ее участие в процессах, где речь не идет о больших состояниях, не очень оправданно. Британские газеты называют Вардаг самым дорогим юристом по разводам. Тем не менее она все еще выступает консультантом по многим делам, даже если сама их не ведет, — одновременно таких может быть 30 или даже 40.

Поддержать женщин

То, как Вардаг запустила бизнес, воспитывая троих детей, повлияло на политику ее компании: «Мы говорим сотрудникам, которые ухаживают за маленькими детьми: «Выходи, как только сможешь: на полдня или на один день в неделю». Так они постепенно возвращаются в рабочий процесс, не делая выбора между семьей и работой». Сотрудникам высшего звена Vardags оплачивает услуги по уходу за детьми в то время, когда они на работе. Получается, что юристы, несмотря на рождение детей, могут сохранять за собой самые сложные дела, не терять в профессиональной узнаваемости и карьерном росте.

Среди 17 позиций уровня директоров Vardags девять занимают женщины. Вардаг говорит, что не верит в разницу в способностях мужчин и женщин и сотрудников компания нанимает исключительно на основании их профессиональных качеств. Впрочем, в некоторых отношениях женщины-адвокаты действительно пользуются популярностью: клиентки, проходящие через бракоразводный процесс, часто чувствуют себя раненными мужчинами и их избегают; мужчинам же, в свою очередь, иногда кажется, что будет легче, если жесткие заявления от их лица сделает женщина.

Грустная пьеса

Своих клиентов Вардаг готовит к «серии битв» и «долгой кампании». «Нужно сохранять холодный рассудок. Клиенты часто стремятся к драматичным поступкам, но из-за них они хуже выглядят в суде», — объясняет она.

Вардаг сравнивает бракоразводный процесс с пьесой в трех актах: в первом проходит слушание по организационным вопросам, во втором стороны пытаются прийти к соглашению — в большинстве случаев на этом этапе процесс удается завершить, в третьем акте драма достигает кульминации: стороны идут в суд и представляют доказательства.

Иногда люди судятся из-за безумных вещей: кофеварки или зеркала, которое, если его снять со стены, оставит пустоту, и на нее будет больно смотреть. Они готовы к изнуряющим разбирательствам из-за домашних животных. Однажды пара так долго судилась из-за кролика, что он за это время умер — и воевать было уже не из-за чего.

Драться люди готовы, конечно, из-за детей. Вторым номером идут деньги, но, уточняет Вардаг, нужно понимать, что речь не идет о жадности: для многих это момент, когда они могут обеспечить себе и детям определенный уровень жизни и получить компенсацию за свой вклад в брак, даже если он не удался.

В 2017 году после нескольких лет судебных тяжб английский суд назначил компенсацию в £64 млн бывшей «Мисс Малайзия», 70-летней Полин Чай, интересы которой представляла Вардаг. После 43 лет совместной жизни и имея 5 общих детей, Чай разводилась с 78-летним Кху Кай Пенгом, владельцем контрольного пакета сети магазинов Laura Ashley. В 2015 году Пенг вошел в список 50 самых богатых людей Малайзии по версии Forbes с оценкой состояния в $300 млн. Судебные издержки пары составили £6 млн. Дело было важным не только из-за впечатляющих сумм, объясняет Вардаг: суд оценил вклад супругов как одинаковый, то есть уравнял «домохозяйку» с «кормильцем». Хотя принцип равенства в таких случаях был установлен еще в 2000 году, многие предпринимали попытки его ослабить.

Отвечая на вопрос Forbes Woman о русских клиентах, Вардаг говорит о стабильном спросе на услуги ее фирмы со стороны россиян, в том числе очень состоятельных. Адвокат объясняет это как устоявшейся репутацией фирмы, так и тем, что в свое время, еще будучи представителем Linklaters, она работала в Москве (юрист даже родила здесь второго сына) и немного говорит по-русски. Имена клиентов Вардаг не раскрыла.

Права и договоры

Хотя бизнес Вардаг процветает благодаря бракоразводным процессам, она активно пропагандирует брачные соглашения. Адвокат и сама заключила такой договор с нынешним мужем Стивеном Бенсом. Он тоже работает в Vardags, где возглавляет подразделение финансовых расследований. «Очень многие браки заканчиваются разводом — 40%. Это не какая-то отдаленная возможность, а довольно высокая вероятность, — рассуждает Вардаг. — Как покупка страховки: вы, конечно, надеетесь, что ваш дом не сгорит, но хотите быть защищены на случай, если это все-таки произойдет».

Кроме того, по мнению Вардаг, в британском законодательстве должна появиться норма о разводе «без вины». В этой стране до сих пор нельзя просто взять и развестись по обоюдному согласию: нужно ждать два года или доказывать вину одного из супругов. «Отношения заканчиваются. Иногда никто не виноват, иногда все виноваты. Что необходимо, так это обойтись без излишней враждебности, которая вредит супругам и их детям», — говорит адвокат. Пока такой закон не принимается — по словам Вардаг, потому, что лишь только какая-то политическая партия заикнется о введении новой нормы, оппоненты немедленно клеймят ее как «антисемейную». /

Великобритания > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 18 сентября 2017 > № 2314486 Ольга Волкова


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter