Всего новостей: 2602776, выбрано 2 за 0.023 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Комиссаров Алексей в отраслях: Приватизация, инвестицииГосбюджет, налоги, ценыЭкологияСМИ, ИТОбразование, наукавсе
Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 9 февраля 2017 > № 2070724 Алексей Комиссаров

Встреча Дмитрия Медведева с директором Фонда развития промышленности Алексеем Комиссаровым.

А.Комиссаров: «За 2015–2016 годы мы проанализировали более 1,5 тыс. заявок, из них 193 были одобрены, 130 уже профинансированы на общую сумму примерно 35 млрд рублей. Общая стоимость этих проектов составляет 143 млрд рублей, включая частные инвестиции. Их реализация позволит создать более 12 тыс. новых рабочих мест».

Из стенограммы:

Д.Медведев: Вы возглавляете Фонд развития промышленности, который во время своего становления прошёл разные этапы. Расскажите, чем сейчас занимается фонд, какой объём ресурсов удалось сконцентрировать и направить на развитие промышленности, во что это всё воплотилось? В какие проекты были вложены деньги, и где Вы видите перспективы развития фонда, по каким направлениям? С учётом того, что основной задачей по известным причинам является содействие импортозамещению в нашей стране за счёт распределения ресурсов на льготных началах по тем предприятиям, которые занимаются развитием производства у себя.

А.Комиссаров: Фонд в новом виде был создан около двух лет назад. Мы предоставляем льготные займы промышленным предприятиям под 5% годовых, что на сегодняшний день достаточно уникальное предложение, на создание новых и модернизацию существующих производств. Спрос оказался очень большой. За 2015–2016 годы мы проанализировали более 1,5 тыс. заявок, из них 193 были одобрены, 130 уже профинансированы на общую сумму примерно 35 млрд рублей. Общая стоимость этих профинансированных проектов составляет 143 млрд рублей, то есть на каждый вложенный рубль мы получаем несколько рублей частных инвестиций, что очень важно. Реализация этих проектов позволит создать более 12 тыс. новых рабочих мест, мы ожидаем более 70 млрд налоговых поступлений в бюджет.

Д.Медведев: Какие это сферы, отрасли?

А.Комиссаров: Отрасли практически все задействованы. На первом месте у нас машиностроение, фармацевтическая промышленность, химия, новые материалы, лёгкая промышленность, металлообработка.

Большинство проектов, практически все, рассчитаны на три-пять лет. 18 проектов запущено. Это производство новых дизельных моторов, новых высококачественных лекарств, которые востребованы на нашем рынке, предприятия лёгкой промышленности, которые производят портьерные ткани и махровые изделия, производство оборудования для нефтегазовой промышленности и многие другие.

У этих проектов очень широкая география – в 43 регионах страны представлены проекты, которые поддержаны фондом. Я хотел бы поблагодарить коллег из регионов, с большинством из руководителей у нас хорошие отношения, взаимодействие. В прошлом году и в этом уже 17 регионов создали свои региональные фонды, которые действуют по модели федерального. Мы помогаем с точки зрения методологии, обучения. Кроме того, мы софинансируем проекты, которые поддержаны такими региональными фондами, в соотношении 70 на 30, где 70% – федеральных денег, 30% – региональных. Здесь особо надо отметить Челябинскую и Ульяновскую области, Республику Татарстан и многие другие, самые активные в этом направлении регионы. В этом году мы ожидаем появления ещё 10 новых региональных фондов, которые, надеюсь, будут активно работать на местах.

У нас хорошо отладилась работа по отбору и экспертизе проектов. Есть независимый экспертный совет, который качественно и тщательно эти проекты отбирает. Коллеги очень много работают. Второй момент – это прозрачность. Очень важно, чтобы любой человек мог узнать, куда пошёл каждый рубль. На нашем сайте можно увидеть, не только на какие проекты пошли деньги, но и на какой стадии находятся эти проекты, как они реализуются, всё ли идёт по графику.

Третий момент – это система мониторинга, которую мы сейчас хорошо наладили. У нас вовремя приходят платежи по тем займам, которые мы выдали, мы следим за календарными сроками, сметами, чтобы не допустить в первую очередь нецелевого расходования средств, чтобы они ушли по адресу.

Мы предлагаем ещё много других сервисов, которые так или иначе связаны с поддержкой промышленности. В первую очередь это консультации по всем тем мерам, которые предлагает государство, Министерство промышленности и торговли. Таких мер много, у нас специальный консультационный центр открыт, очень много обращений по специальным инвестиционным контрактам, по различным субсидиям, по всем направлениям, которые существуют.

Нам удалось наладить очень хорошее взаимодействие с другими институтами развития. Хотел сказать спасибо коллегам из Корпорации по развитию малого и среднего предпринимательства, Российского экспортного центра, Фонда прямых инвестиций. Мы объединяем усилия, у каждого есть своя ниша, но мы смотрим те проекты, которые можно поддержать совместно. Например, те предприятия, чья продукция могла бы поставляться на экспорт.

Д.Медведев: Последнее Ваше замечание очень важное. У нас довольно много сложившихся за последние годы институтов развития. Но они должны действовать не врастопырку, что называется, а давать общий эффект. То, что у вас координация с другими коллегами, то, что вы где-то им какие-то проекты подсказываете, в каких-то проектах они принимают участие в режиме софинансирования, – это всё очень хорошо и важно. Имею в виду необходимость концентрации государственных усилий и ресурсов.

Что касается направлений, всё, что Вы назвали из того, что уже организовано, – это тоже очень важно. Очевидно, что и химия, и фармацевтика – это быстрорастущие отрасли, которые, в отличие от некоторых других, дают очень хорошие темпы роста. Но надо обратить внимание и на те сферы, которые в последние годы у нас развивались медленно или вообще не развивались. Прежде всего я имею в виду станкостроение. Вы уже этим занимаетесь: ряд проектов, связанных со станкостроением, уже в Вашем портфеле. Надо развивать это направление. Мы недавно в Кирове на эту тему говорили. Надеюсь, что Фонд развития промышленности примет участие и в такого рода проектах, потому что это основа развития любой промышленности – производство средств производства.

А.Комиссаров: Это действительно очень важно, у нас даже есть специальная программа по станкостроению, там чуть более льготные условия.

Д.Медведев: Просил бы на это обратить внимание, тем более что мы сейчас немного пересматриваем подходы по другим программам и значительная часть новых проектов должна вестись именно по линии Фонда развития промышленности.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 9 февраля 2017 > № 2070724 Алексей Комиссаров


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > mn.ru, 7 ноября 2011 > № 432628 Алексей Комиссаров

«Нет такой задачи — размазать все тонким слоем. Мы финансируем не любой бизнес»

Какие барьеры стоят на пути предпринимателей, и зачем в столицу приходят западные бизнес-инкубаторы

Наталья Кулакова

В минувшем месяце правительство Москвы одобрило программу по стимулированию экономической активности в столице, рассчитанную до 2016 года. Какая роль в ней отводится малому бизнесу, какие барьеры на пути предпринимателей стоят сегодня и зачем в столицу приходят западные бизнес-инкубаторы, в интервью «МН» рассказал руководитель департамента науки, промышленной политики и предпринимательства города Москвы Алексей КОМИССАРОВ.

— Так что ждет малый бизнес в ближайшую пятилетку?

— Малые предприятия в любом современном мегаполисе вносят серьезный вклад в экономику, и наш город не исключение. Если брать глобальные цели, мы хотим сделать Москву привлекательной для ведения бизнеса, сделать так, чтобы город стал лучшим или одним из лучших в Восточной Европе. Цель грандиозная, но по крайней мере та, к которой нужно стремиться.

— Как оценить привлекательность? По количеству предприятий? Марже, которую они зарабатывают?

— Существуют международные рейтинги по привлекательности различных городов для ведения бизнеса. Чтобы в них попасть, важно не количество предприятий, не их маржа, а восприятие предпринимателями бизнес-среды, то есть насколько им комфортно работать в этом городе. А на это влияет много условий: налоги, аренда, административные барьеры, доступ к финансовым ресурсам, доступ к кадрам и так далее.

— Сейчас мы в рейтинге есть?

— Сейчас мы достаточно плохо выглядим. Даже внутри России. Если посмотреть на рейтинг 11 российских городов-миллионников по индексу условий для развития малого и среднего предпринимательства, Москва здесь лишь на седьмом месте. Если брать регионы — на 17-м месте. Это данные «Опоры России», которая делала оценку за прошлый год.

Здесь учитывается много показателей, на которые и мы смотрим: доступ к капиталу, в том числе заемному, возможность выхода из бизнеса, развитие предпринимательских навыков, подготовка специалистов и так далее. Известны и основные барьеры. Недавно мы провели опрос среди предпринимателей на предмет, как оценивают климат в Москве. Мягко говоря, не очень.

— А сколько в Москве сегодня малых предприятий?

— 390 тыс. Это некие официальные данные. Более точных данных никто не знает. Одна из задач, которая прописана в программе на следующий год, — работа со статистикой и проведение инвентаризации, чтобы понимать, какова ситуация на самом деле. Сегодня органы статистики не делят компании на малый бизнес, средний бизнес, микробизнес. Мы хотим с ними сотрудничать, чтобы они помогли нам, мы помогли им, для того, чтобы получить четкую картину. А пока в общий список попадают и компании-однодневки, и фирмы, которые давно уже не работают, но все еще продолжают в этой базе находиться.

— Я наткнулась в интернете на сайт «Малый бизнес Москвы», который делает ваш департамент. В запросах он фигурирует на первом месте после рекламы. Это ваши программисты постарались?

— Интерес к информации о малом бизнесе огромный. И программистам накручивать посещения нет никакого смысла. Мы столкнулись с тем, что предпринимателям очень сильно не хватает информации. Как по мерам поддержки, которые предлагает Москва, так и вообще по многим вопросам, связанным с малым бизнесом. И решили сделать портал, который бы всю эту информацию объединял. Вернее, портал был. Сейчас его изменили, обновили, сделали, как нам кажется, гораздо более удобным. По отзывам сужу.

— Вернемся к барьерам. Если посмотреть на финансовую помощь столичного правительства в виде субсидий, увидим миллиарды рублей. Но в пересчете на предприятия, получится несколько тысяч рублей на каждое.

— Безусловно, предпринимателям хотелось бы, чтобы денег на поддержку было больше. Да, если разделить количество предлагаемых денег на количество предприятий, получится сумма достаточно смешная. Она ни о чем. Но и нет такой задачи — размазать все тонким слоем. В том числе поэтому были выбраны приоритетные направления, которым оказывается финансовая поддержка. Мы финансируем не любой бизнес.

Если упростить, то в приоритете сейчас начинающие предприниматели, те, кому больше всего нужна поддержка, за исключением торгового бизнеса (почему — скажу дальше). И компании, занимающиеся производством и инновациями. Им сейчас тяжелее всего, это с одной стороны. С другой — город заинтересован в появлении таких компаний. То есть критериев два: заинтересованность города и сложность в получении компаниями доступа к стандартному финансированию.

Торговые компании городу тоже нужны, и малый бизнес в торговле нужен. Во всем мире именно торговля составляет большую долю среди малых компаний. Но торговым компаниям легче получить доступ к финансированию, чем неторговым.

— Вы имеете в виду к коммерческому финансированию?

— Да, безусловно. Например, использовать займы микрофинансовых организаций, которые сейчас вполне в Москве работают.

— Там же сумасшедшие проценты.

— Сумасшедшие. Тем не менее такие организации активно развиваются, а это говорит о том, что есть спрос на такие деньги. И отличие торгового бизнеса от неторгового состоит в том числе в гораздо более быстром сроке окупаемости проектов. В торговле деньги более короткие, и большой процент компенсируется маленьким сроком использования заемных средств. В отличие от каких-то производственных проектов, которым зачастую нужно взять деньги сейчас, а вернуть их можно только через несколько лет. Здесь высокие проценты платить за кредиты просто невозможно, это за гранью разумного.

— С субсидиями понятно. Дальше, аренда. У города есть площади, которые сдаются по льготным ставкам. Но их объем, очевидно, сильно не совпадает с запросами бизнеса.

— Площадей у города много, но реальному малому бизнесу достается немного. И то, что дают, зачастую используется некорректно. Часто права аренды выигрывают посредники. Те, кто лучше владеет ситуаций. Департамент имущества Москвы сейчас активно занимается инвентаризаций площадей и наведением порядка. У них такая же проблема, как и у нас. Только если у нас с неточными данными по количеству предприятий, то у них с собственностью. Но они чуть раньше начали этим заниматься и, надеюсь, скоро будут владеть всей информацией. Наша совместная задача заключается в предложении прозрачных и доступных процедур для реальных предпринимателей. Кстати, в этой области мы полностью поддерживаем торговые компании, небольшие магазины шаговой доступности городу нужны.

— То есть в Москве идет глобальная инвентаризация?

— Да. Это касается всего. Промпредприятий, например. В Москве 209 промышленных зон, которые занимают почти 8 тыс. гектаров. Но что там на самом деле — никто не знает. Многие из этих предприятий фактически уже давно превратились в бизнес-центры, которые сдают помещения в аренду. В таких ситуациях теряет и город, и малый бизнес, и все жители Москвы.

— Презентуя программу стимулирования экономической активности минувшим летом, заместитель мэра Андрей Шаронов говорил, что одна из ее целей — вывести малый бизнес из тени. То есть вы намерены бороться за разумные налоги?

— Мое личное мнение как человека, который много лет отдал бизнесу, в России, в Москве, далеко не самые страшные налоги, не самые большие. Но при этом увеличение сборов с фонда оплаты труда, конечно, очень сильно ударило по бизнесу. И особенно болезненно по малому и среднему.

Большинство налогов федеральные, и Москва, как любой субъект федерации, ничего принципиально нового предложить здесь не может. Но тем не менее некоторые планы в этом направлении есть. Например, по развитию патентной системы, когда предприниматель просто оплачивает стоимость патента и занимается своей деятельностью — больше никаких налогов. Это получается намного дешевле для бизнеса, проще с точки зрения администрирования. Это выгодно для города, для государства, потому что, по крайней мере гипотетически, подразумевает, что больше людей будет заниматься бизнесом «в белую».

— Этого достаточно, чтобы москвичи захотели заниматься своим делом?

— Конечно, нет. В первую очередь надо менять отношение к предпринимателям. Не надо забывать, что у нас 70 с лишним лет предпринимательство фактически было уголовным преступлением. И, конечно, это не могло не отложиться на подсознательном уровне у большей части населения. Пока не изменится отношение к предпринимательству в целом, принципиально не изменится число предпринимателей.

Второе: конечно, у нас есть сложности с горизонтом планирования. Люди привыкли думать о ближайших месяцах, в лучшем случае годе. А по большому счету, когда строишь бизнес, нужно планировать хотя бы на несколько лет. У нас достаточно часто меняются правила игры, и, на мой взгляд, ничего хорошего в этом нет, — сегодня налоги такие, завтра другие. Бизнесу главное, чтобы была стабильность. Чтобы можно было просчитать проект. Это крайне важно. Рисков в бизнесе и так слишком много, и когда к ним добавляются еще и регуляторные — это делает долгосрочное планирование практически невозможным.

Ну и еще нужны образовательные проекты. Начиная с самых простых, краткосрочных, рассказывающих о том, что такое предпринимательство. Мы такие проекты тоже планируем. Причем начиная со школьного уровня.

— Лекции в школе?

— Да, лекции старшеклассникам. Конечно, не в рамках обязательной программы. Кстати, не только лекции. В некоторых школах уже появились бизнес-инкубаторы. Например, в Северном округе Москвы есть школа, в которой благодаря энтузиазму и активности руководителя инкубатора Оксаны Гончаровой созданы не просто отличные проекты, но и выстраивается новая система обучения экономике. Кстати, ребята из этого инкубатора летом привезли из США золотую медаль престижного конкурса школьных проектов.

— А с инкубаторами при правительстве Москвы что сейчас происходит?

— У нас есть несколько подведомственных бизнес-инкубаторов и технопарков, которые непосредственно созданы Москвой и работают в Москве. Есть планы оживить эту структуру. Бизнес-инкубатор — это не помещения, не просто сдача в аренду каких-то квадратных метров, это некая среда, подразумевающая общение, образовательные программы, связи с инвесторами, экспертами и так далее. И сейчас уже мы начали эту работу активизировать.

Второе направление, которым мы хотим заниматься, — привлекать к нам успешные бизнес-инкубаторы — не важно, западные или нет, но частные. Вот в этом месяце Глобальный венчурный альянс привез в Россию, в Москву, один из самых известных в мире стартап-инкубаторов Plug and Play. Инкубатор широко известен благодаря десяткам успешных проектов мирового масштаба, в том числе таким как Google, PayPal, Dropbox. Здесь с нашей стороны была только административная поддержка, ни копейки бюджетных денег не потрачено. И более того, мы никому не хотим оказывать преференций. Сейчас планируем еще как минимум с двумя крупными известными мировыми инкубаторами работать, ведем переговоры для того, чтобы они тоже пришли в Москву.

— Не много?

— Сложный вопрос, потому что если сравнивать с количеством тех же бизнес-инкубаторов в Штатах, то у нас их несопоставимо мало. Я сам являюсь членом Ассоциации бизнес-инкубаторов США, поэтому знаю, что и как там происходит.

Другое дело, что в Москве да и в России мало проектов, которые можно развивать и доводить до нормального рынка, коммерциализировать, которые реально востребованы игроками мирового уровня. Если кто-то знаком с этой московской, назовем ее «инновационной тусовкой», то легко заметить, что на все мероприятия, которые проводят разные структуры, разные инкубаторы, ходят по большому счету одни и те же люди.

При этом идей, умных людей с интересными идеями у нас много. И талантливой молодежи много, и хороших специалистов. Поэтому, возможно, не хватает именно хороших, качественных условий. В том числе организаций, которые как раз будут подтягивать интересные проекты, искать и реально оказывать помощь в том самом инкубировании, в превращении проекта от идеи в реальный стартап и подготовке к выходу на рынок.

— Конкурировать с западными инкубаторами не страшно?

— Конкуренция — это всегда хорошо. У западных инкубаторов свои ниши. Plug amp; Play на сегодня отобрал только пять проектов, а у нас больше сотни резидентов в местных бизнес-инкубаторах. И нельзя сказать, что они плохие. Они по той или иной причине не подходят Plug amp; Play, тем более этот инкубатор отбирает в основном проекты в области информационных технологий. А есть много других направлений, которые также интересны и перспективны. Так что если сложится ситуация, что будет реальная конкуренция, я только буду рад. Пока по большому счету этого нет.

Чиновник с опытом бизнесмена

Алексей Комиссаров окончил Московский автомобильно-дорожный институт, в 2003 году получил степень МВА Kingston University (Великобритания). В 1993 году основал собственный бизнес по компьютерному подбору автомобильной краски. Последний бизнес-проект — Тверской лакокрасочный завод. Построен в 2010 году, объем инвестиций превысил 1 млрд руб. С 2009-го Комиссаров преподает курс «Предпринимательство» в рамках совместной программы МВА Kingston University и Академии народного хозяйства при правительстве РФ. В 2010 году основал бизнес-инкубатор Академии народного хозяйства InCube. С февраля 2011 года работает в правительстве Москвы.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > mn.ru, 7 ноября 2011 > № 432628 Алексей Комиссаров


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter