Всего новостей: 2577977, выбрано 2 за 0.001 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Машкенов Мурат в отраслях: Госбюджет, налоги, ценывсе
Машкенов Мурат в отраслях: Госбюджет, налоги, ценывсе
Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 6 июля 2017 > № 2232624 Мурат Машкенов

Как наладить полноценное социальное партнерство?

Автор: Кенже ТАТИЛЯ

Сфера социального партнерства у нас всегда оставалась вне поля зрения широкой общественности. А между тем, именно она является фундаментом стабильности любого государства. О том, как обстоит с этим у нас, мы беседуем с генеральным секретарем Казахстанской конфедерации труда Муратом Машкеновым.

Гарантированный минимум

– Как вы оцениваете сегодняшнее состояние дел в сфере трудовых отношений в нашей стране?

– Если отвечать коротко, то как весьма сложные и трудно прогнозируемые. В том смысле, что правовые механизмы, заложенные в ныне существующем Трудовом кодексе (ТК) РК, и сложившаяся система взаимоотношений по их регулированию, плохо между собой стыкуются и слабо увязаны друг с другом. Поясню на примере. Согласно действующему законодательству, основные механизмы регулирования трудовых отношений и в целом сам процесс осуществляются на самом низовом уровне (на предприятиях, в организациях, учреждениях) посредством заключения коллективных договоров между наемными работниками в лице их представителей (приоритет здесь отдается профсоюзам), с одной стороны, и работодателем, с другой.

С введением, начиная с 1 января 2016 года, ныне действующего ТК государство заложило принципиально новую модель формирования системы взаимоотношений между субъектами трудового процесса – речь идет об установлении размеров заработной платы и материальных стимулов, механизмах обеспечения безопасных условий труда и т.д. В то же время государство сегодня фактически выступает лишь гарантом сохранения минимумов в размерах оплаты труда и социальных пособий, продолжительности отпусков, предоставления возможностей работникам и работодателям для выполнения каких-то общественно значимых функций и т.д.

По сути, этим права работников и ограничиваются. А влиять на трудовой процесс они не могут, поскольку у них отсутствуют соответствующие рычаги и механизмы.

Односторонние приоритеты

– Значит, опасения по поводу одностороннего характера Трудового кодекса (в том смысле, что он защищает интересы работодателей), которые неоднократно высказывались в ходе предварительного обсуждения, в том числе и со стороны представителей профсоюзов, подтвердились?

– Да. К примеру, если раньше в трудовом законодательстве было 18 оснований для увольнения работников, то теперь их уже 25. Сегодня у работодателей реально больше прав в плане регулирования трудовых отношений. Упрощены процедуры, связанные с изменениями условий труда, перемещениями, увольнениями работников, в том числе по таким основаниям, как сокращение численности штатов, ликвидация предприятий и организаций. Если раньше профсоюзные организации уведомлялись за два месяца до начала процесса сокращения численности штатов, то теперь этот срок составляет всего один месяц, а при снижении объемов производства – и вовсе лишь 15 рабочих дней. Если раньше работодатель, прежде чем кого-либо уволить, обязательно должен был обосновать все причины, по которым он это делает, то сегодня эта процедура даже не прописана. Фактически теперь у него развязаны руки, и он может спокойно уволить работника, который просто стал ему неугодным. Такой подход снижает уровень государственных социальных гарантий для людей наемного труда и создает профсоюзам массу проблем при защите их прав.

– Как новый Трудовой кодекс отразился на механизмах начисления заработной платы? Как соотносятся в этом плане права работодателей и работников? Это как-то сказывается на социальном самочувствии людей наемного труда?

– Здесь тоже приоритет отдается работодателям. У них есть только одно препятствие — они не имеют права платить ниже установленного государством минимального размера заработной платы.

В остальном же работодатель получил массу возможностей устанавливать свои правила игры, начиная с размера оплаты труда. А в условиях дефицита рабочих мест выбор у наемного работника, как правило, невелик, и он не может выдвигать какие-то свои условия при заключении трудового договора. Ему остается надеяться разве что на «доброго барина».

Более того, хотя закон обязывает при трудоустройстве заключать письменный трудовой договор в двух экземплярах (один из которых должен оставаться у работника), на практике эта норма часто не соблюдается. А многие и вовсе работают без трудовых договоров, при этом теряя возможность правовой защиты своих законных интересов в случае их нарушения. Работодателям же такое положение вещей только на руку.

Буксующий кодекс

– Но из этого можно сделать и другой грустный вывод – о правовом нигилизме, который сохраняется в массовом сознании…

– Абсолютно с вами согласен. Часть проблемы кроется и в этом тоже. Но, кроме того, правовой нигилизм является порождением проблем, существующих в самом механизме регулирования трудовых отношений в нашей стране. Например, многие работодатели в своем негласном стремлении уйти от налогообложения выплачивают «серую» зарплату. Им выгодно иметь работников, с которыми не заключены правильно оформленные трудовые договоры, которые в случае нарушения их прав не смогут обратиться в суд и от которых в любой момент можно легко избавиться.

– А не присутствует ли в этом и доля вины государства, которое фактически самоустранилось от процесса трудовых отношений, отдав его на откуп, прежде всего, работодателям?

– Я отношу себя к людям, стремящимся мыслить современными категориями. Но при этом я все-таки убежден: чрезмерная либерализация трудовых отношений была преждевременной. Получается так, что не только установление государственных минимумов по оплате труда, но и норм труда мы сегодня не можем предложить работодателям и работникам. Мы уже говорили о том, что государство переложило свои проблемы и свою ответственность в сфере регулирования трудовых отношений на работодателя и работника. Но сама по себе эта связка сегодня не в состоянии быть полноценным регулятором. Причины банальны. Сейчас у работника зачастую нет защитника в лице сильных и имеющих достаточные полномочия профсоюзов. Не секрет, что сегодня охват профсоюзным движением очень маленький. Думаю, что даже в Алматы он не превышает цифры в 30%. Хотя в промышленно развитых регионах этот показатель может доходить и до 70-80%. Но в целом по стране он все же низок. И это одна из причин того, почему новый Трудовой кодекс явно буксует.

Правила игры в… беспредел

– Получается какой-то замкнутый круг. С одной стороны, принят закон, который не вполне адекватно отражает существующие трудовые отношения. А с другой, юридическая безграмотность основной массы наемных работников не может не приводить к тем коллизиям, которые квалифицируются как нарушение норм трудового законодательства. Что делать?

– У нас все перевернуто с ног на голову. Система взаимоотношений в рамках социального партнерства должна регулироваться не снизу вверх, а как раз таки наоборот — сверху вниз. Чтобы работодатель установил достойный уровень оплаты труда (а он руководствуется законом о бюджете), необходимо обсуждение ее минимального размера социальными партнерами по трудовым взаимоотношениям. Но этого не происходит. Почему? А потому, что у нас МЗП устанавливается парламентом по остаточному принципу, исходя из возможностей бюджета.

Возникает вопрос: а откуда вообще берется размер прожиточного минимума, который сегодня соответствует минимальному размеру заработной платы? На основании каких расчетов его выводят? Давайте посмотрим, каков сегодня уровень инфляции, затрагивающей и продовольственную корзину, и жилищно-коммунальные услуги, – мы увидим перманентный рост всех цен и тарифов. Маленький пример из дня сегодняшнего: уже в открытую обсуждается вопрос о повышении стоимости проезда в общественном транспорте Алматы до 120-150 (!) тенге в случае оплаты наличными. Это же не лезет ни в какие ворота! И так каждый раз, когда начинается повышение размеров социальных выплат работникам бюджетной сферы. Сразу начинает действовать механизм «пожирания» всех этих надбавок через рост тарифов. Между тем, каждая семья имеет еще массу других расходов, которые остаются вне поля зрения официальной статистики, а значит, не учитываются при расчетах показателей прожиточного минимума и МЗП.

Получается, что цифры социальных минимумов утверждаются парламентариями непонятно по какому принципу, без учета мнений социальных партнеров (работодателей и работников) и без их участия. Все это выглядит, по меньшей мере, странно. Полное торжество остаточного принципа. Времена новые, а подходы к социальной сфере остались старые.

Поэтому если мы, профсоюзы, наши партнеры в лице объединений работодателей и само государство не научимся правильно рассчитывать размеры прожиточного минимума и минимальной заработной платы, то никогда не наведем порядок внизу. Ведь, по сути, мы навязываем работодателям такие правила игры, которые позволяют им творить беспредел. Можно ли после этого рассчитывать на то, что работники будут удовлетворены своей зарплатой?

– Сегодня права на труд нет, но есть свобода выбора труда. А право на достойную зарплату есть?

– По логике, да. А на практике – нет.

Никакой революции и никакого патернализма...

– Что нужно делать? Менять природу трудовых отношений? Законы, которые их регулируют? Или что-то еще?..

– Необходимо менять всю систему трудовых отношений.

– Это же не призыв к революции?..

– Нет, конечно. Надо менять принципы партнерства трех сторон: во-первых, государства в лице его уполномоченных органов, во-вторых, профсоюзов, и, в-третьих, работодателей. И двигаться надо всем вместе в одном направлении. Пока же это парт­нерство больше смахивает на действия персонажей из известной басни Крылова про лебедя, рака и щуку.

К этому следует добавить несовершенство законодательной базы.

– А ваши апелляции к государству – дескать, приди и вмешайся – не попахивают банальным патернализмом?

– Извините, но вы передергиваете. Я сторонник демократизации процесса трудовых отношений. Я всегда говорил, говорю и буду говорить, что профсоюзы как важнейший институт общества должны присутствовать в представительных органах всех уровней. Почему в парламенте есть депутаты от Ассамблеи народа Казахстана, а от профсоюзов никого нет? Или, например, приняли закон об общественных советах, и теперь на конкурсной основе в них может быть включен любой, но только не профсоюзные активисты. Я никого никому не хочу противопоставлять, но это нонсенс.

Если профсоюзы сегодня отлучены от принятия решений государственного уровня, то о каком социальном партнерстве можно вести речь? Поэтому я и предлагаю реанимировать его, но уже на совершенно новой основе. Для этого необходимы несколько важных шагов.

Первый. Нужно пересмотреть базовые принципы расчетов государственных минимумов.

Второй. Сфера трудовых отношений, говоря образно, выглядит как улица с односторонним движением, когда государство через уполномоченные органы диктует свою волю другим участникам процесса социального партнерства. Работодатели не возражают, поскольку им такая ситуация выгодна: чем меньше социальных гарантий, тем меньше у них проблем. Но это неумный подход, поскольку чреват крайне негативными последствиями.

Третий. Профсоюзы сегодня выключены из системы координат трудового законодательства, а также из системы представительных (парламент, маслихаты) и уполномоченных (правительство, отраслевые министерства, акиматы) органов. Их мнение, а они отражают точку зрения многотысячных трудовых коллективов, никогда и никем не учитывается при принятии решений, затрагивающих интересы государства и общества. И если даже представителей профсоюзов куда-то приглашают, то больше для приличия и формального соблюдения норм международного права. В этом плане наша конфедерация только приветствует намерение Министерства труда и социальной защиты населения наладить цивилизованный диалог по многим аспектам социально-трудовых отношений.

Наши членские организации выдвигают требования, касающиеся увеличения прожиточного минимума, отмены базового должностного оклада работников бюджетной сферы, индексации доходов. Однако решений до сих пор нет. Почему? Да по той же банальной причине: профсоюзы не стали полноценным участником социального партнерства. И не станут до тех пор, пока не обретут реальные юридические права. Гарантии, закрепленные законами, надежнее любого «Генерального соглашения по социальному партнерству», так как они дают реальные юридические права, а не декларируемые намерения сторон трудовых отношений.

***

Информация к размышлению:

Законом о государственном бюджете на 2017 год статьей 7 установлены с 1 января 2017 года:

1) минимальный размер заработной платы (МЗП) — 24 459 тенге;

2) размер государственной базовой пенсионной выплаты — 12 802 тенге;

3) минимальный размер пенсии — 28 148 тенге;

4) месячный расчетный показатель (МРП) для исчисления пособий и иных социальных выплат, а также применения штрафных санкций, налогов и других платежей в соответствии с законодательством РК — 2 269 тенге;

5) величина прожиточного минимума для исчисления размеров базовых социальных выплат — 24 459 тенге;

Статьей 8 установлено, что средства, направленные на пенсионные выплаты по возрасту и пенсионные выплаты за выслугу лет, предусмотрены с учетом повышения их размеров с 1 января 2017 года на девять процентов.

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 6 июля 2017 > № 2232624 Мурат Машкенов


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 14 августа 2015 > № 1457692 Мурат Машкенов

Проект нового Трудового кодекса вызывает у профсоюзов серьезные вопросы

Закон тревоги нашей

Автор : Кенже Татиля

Пока рядовые граждане находятся в отпусках, в недрах государственного аппарата форсированными темпами готовится проект нового Трудового кодекса. Философия и акценты этого документа вызывают глубокую озабоченность представителей отечественных профсоюзов. Свое мнение по этому поводу мы попросили высказать генерального секретаря Казахстанской конфедерации труда Мурата Машкенова.

О противо­-положности подходов

– Мурат Рахматуллович, каково ваше общее впечатление от ситуации вокруг проекта нового Трудового кодекса?

– Его концепция разработана правительством во исполнение поручений президента и обусловлена программой «100 конкретных шагов современного государства для всех», предложенной Н.Назарбаевым. Шаг №83 в ней предусматривает либерализацию трудовых отношений и принятие нового Трудового кодекса.

Вместе с тем я хотел бы напомнить о другом не менее важном документе – «20 шагов к Обществу всеобщего труда», где были обозначены конкретные направления по формированию гармоничных отношений в сфере труда между наемными работниками и работодателями. Особо была подчеркнута необходимость соблюдения принципов социальной справедливости. И сегодня меня настораживает несоответствие, я бы даже сказал, диаметральная противоположность подходов, содержащихся в двух названных документах.

По существу. Трудовой кодекс – это «Трудовая конституция» для всех наемных работников. Уточню: если в профессио­нальных союзах состоят менее 30% работающего населения от 5 миллионов наемных работников, то Трудовой кодекс затрагивает интересы всех, кого мы относим к экономически активной части населения, а это восемь миллионов казахстанцев.

Еще один момент, на котором хотелось бы заострить внимание: статья 1 Конституции РК, где приоритетом объявлен гражданин с его правами и свободами. Следовательно, в соответствии с ней трудовые отношения и предыдущее поручение о строительстве «Общества всеобщего труда» должны выстраиваться сбалансированно и гармонично. Поэтому у меня возник вопрос: «Можно ли оставить без внимания данную концепцию, если уже сейчас простые граждане и наши коллеги в устной и письменной форме заявляют о своей озабоченности ее содержанием?».

В чем это проявляется в первую очередь? После провозглашения постулата о необходимости гармонизации отношений работодателя с наемным работником мы получаем документ, в котором говорится о приоритете интересов работодателя, а не наемных работников.

Чтобы не быть голословным, проиллюстрирую на конкретных примерах. В ныне действующем Трудовом кодексе есть положение, дающее представителям работника право осуществлять общественный контроль за соблюдением трудового законодательства РК – пункт 12 статья 4. Так вот, он просто-напросто исчез (!) из проекта нового Трудового кодекса. По сути, понятие «общественный контроль» снято. Почему?..

Далее, когда начинаешь анализировать саму концепцию, подходы, связанные с приоритетом интересов работодателя над правами работников, то видишь, что у работодателя расширяются права для увольнения работников по тем основаниям, которые ранее мы никогда не наблюдали. Например, в статью 50 проекта ТК (бывшая ст. 54) заложены такие ранее неведомые нам основания, как «ухудшение экономического состояния организации, повлекшее снижение объема производства работ и услуг». С точки зрения простого человека это может быть не совсем понятно. Но если я сейчас вам процитирую другие основания: «сокращение численности штата работников» или «ликвидация предприятия», то опять встает вопрос: на каких основаниях это происходит? Но, в принципе, на него можно сразу ответить: «Именно на основаниях ухудшения экономического положения организации». Что означает в данном случае это положение, мы можем рассматривать только с одной стороны. Если работодатель неправильно спланировал свою деятельность, не смог организовать как следует производство, то он, терпя по этой причине убытки, может уволить работников.

– То есть если работодатель просчитался в вопросах стратегии и тактики своей хозяйственной деятельности, то крайним оказывается…

– …наемный работник. Почему я привожу пример, касающийся так называемых «дополнительных оснований»? Если в прежней редакции ст. 54 их было 19, то теперь стало 26. И эти дополнительные основания, такие как «экономическое ухудшение положения трудящихся», равно как и «ликвидация предприятия» или «сокращение численности штата», теперь еще дополняются такими положениями, как «отсутствие работника по неизвестным причинам в течение месяца», «нарушения условия о не конкуренции, предусмотренной трудовым договором». Это новые основания. К этому надо добавить, что сохранились прежние положения, такие как «отсутствие работника на работе без уважительной причины в течение 3-х и более часов». То есть те положения и основания, которые ранее давали работодателю возможность уволить, не только сохранились, но и еще усилились (дополнились) новыми основаниями.

Кроме того, остались следующие положения: «увольнение работников за неоднократное нарушение трудовой дисциплины», «увольнение работников в случае болезни сроком более двух месяцев», которые не попадают под «список». Это я затронул только одну статью – 50-ю.

И знаете, чем еще вызвана наша серьезная озабоченность? Дело в том, что авторы данного документа ссылаются на концепции регулирования трудовых отношений, имеющиеся в других странах. Есть англо-саксонская модель, которая относится по характеристикам к либеральной; есть европейская – более жесткая. Но на сегодняшний день ассоциации и сравнения отечественного опыта с англо-саксонской ли, европейской ли моделью не совсем уместны.

Во-первых, наши работники наемного труда разобщены. Во-вторых, ситуация внутри Казахстана и степень нашей культуры понимания единства и солидарности (даже в профсоюзном движении) совершенно различные. Чтобы достичь европейского уровня, нам потребуется не один десяток лет. На сегодня уровень не только культуры вообще, но и трудовой культуры у наших работников на порядок ниже. А если говорить с точки зрения правовой грамотности, то еще ниже.

Это не гармония, а дисгармония

– А может быть, именно такой подход будет способствовать повышению уровня трудовой и правовой культуры людей наемного труда? Учиться же надо на передовом опыте.

– Гипотетически предположить такое развитие событий я тоже могу. И я догадываюсь, что такой подход мог бы подстегнуть наших работников и те же тред-юнионы к более активным действиям, для того чтобы оживить свою работу. С одной стороны, это правильно. Но я практик. И, ссылаясь на опыт работы, скажу так: сегодня наши работодатели не выполняют даже элементарных требований по составлению трудового договора. Не говоря уже об его исполнении. Ни один государственный инспектор Министерства здравоохранения и соцразвития как уполномоченного органа не сможет отрицать тот факт, что выявленные случаи отсутствия трудовых договоров имеют массовый характер.

Очень важно сейчас, обсуждая концепцию, дать понять ее авторам, правительству, что сделанный в ней акцент в пользу интересов работодателя является в корне неправильным. Более того, это может нанести вред. Если, например, события, связанные с конфликтами в Жанаозене в 2011 году, подтолкнули к пониманию необходимости либерализации взаимоотношений работников и работодателей, то теперь, с принятием проекта ТК в его нынешнем виде, мы можем получить обострение ситуации и даже эскалацию трудовых конфликтов.

Я уже процитировал 50-ю статью. Хочу коснуться и некоторых других. К примеру, раньше согласно статье 29 (раздел «Срок трудового договора») предусматривались льготы для молодых специалистов, которые впервые пришли на работу после окончания учебных заведений. Закон обязывал работодателя заключать с ним трудовой договор на определенный срок, не менее 2-х лет. Более того, они трудоустраивались без прохождения испытательного срока. А теперь у молодых специалистов не будет никаких преференций. Для них тоже будет устанавливаться «испытательный срок», и они могут быть уволены в любой момент.

Другой аспект, существенный для лиц пожилого возраста, точнее предпенсионного. Согласно старой редакции закона (статья 56 ТК) лица, достигшие 55-летнего возраста и выше, не могли быть уволены до достижения пенсионного возраста. В проекте нового закона такого положения уже нет. Для чего и в чьих интересах это делается? Можно догадываться, что, скорее всего, в интересах работодателя. Причем что интересно. Аргументация разработчиков Концепции исходит из того, что «работодателю необходимо дать возможность гибко регулировать трудовой процесс». Работодателю дается возможность безболезненно, без формальных процедур формировать штаты и реагировать на них.

Как известно, в своем обращении, которое касалось строительства «Общества всеобщего труда», Н.Назарбаев подчеркнул необходимость достижения гармоничного сочетания интересов работодателей и наемных работников. Но о какой гармонии идет речь, если расширился список оснований на увольнение, если уничтожены преференции для молодых специалистов и лиц предпенсионного возраста? О какой гармонии можно говорить после ликвидации общественного контроля за соблюдением трудового законодательства?

Более того, сегодня очень болезненным стал следующий момент. В вопросах контроля трудового законодательства, равно как и охраны и безопасности труда, мы всегда настаивали на предоставлении расширенных прав нашим общественным инспекторам. А в проекте нового ТК их практически подменяют институтом технических инспекторов: они входят в состав неких «производственных советов по охране труда», в которых вместе с нашими работниками состоят и инженеры по безопасности труда, назначаемые работодателем. Я согласен со многими моими коллегами, считающими, что, по сути, это профанация. Слияние профсоюзных инспекторов с инженерами по безопасности в некий совет приведет к формированию еще одной структуры, фактически подотчетной и подконтрольной работодателю. Я считаю, что интересы наемных работников, выражаемые представителями профсоюзов, должны быть выделены отдельной строкой. Их полномочия необходимо усилить, им должны быть предоставлены такие же правовые возможности, как и государственному инспектору, как и инспектору по охране и безопасности труда.

Либерализация – не улица с односторонним движением

– Как, на ваш взгляд, в концепции нового Трудового кодекса отражена роль государства в системе трудовых отношений? А то получается, как будто есть лишь два субъекта – сам работодатель и работник наемного труда. А где государство и его роль?

– Само слово «либерализация» (трудовых или иных отношений) означает по существу уменьшение доли участия государства в управлении теми или иными процессами. Следовательно, ваш предварительный вывод подтверждается идеологией концепции и уже первыми намётками самого проекта.

В чем это выражается? По сути, упраздняется понятие установления межотраслевого стандарта в размерах оплаты труда. Идеология остается банально простой: государство устанавливает минимальный размер заработной платы при утверждении государственного бюджета на текущий финансовый год, и предприятиям через коллективный договор предоставляется право самим устанавливать реальные минимумы и фактические выплаты заработной платы работникам на местах. То есть влияние государства на регулирование размеров зарплаты в этом плане уходит.

Государство сохранило за собой только право на методику установления размеров оплаты труда, среднемесячной заработной платы для работников госслужб и акционерных обществ казенных предприятий с государственным участием. А частные организации, физические лица, создающие малый и средний бизнес, будут сами регулировать эти вопросы. Это, в принципе, было бы хорошо, если бы мы могли гарантировать законопослушание и желание работодателей идти навстречу работникам при заключении договора. Но у нас сегодня процент заключения коллективных договоров очень низкий. Например, если в Восточно-Казахстанской области охват коллективными договорами составляет до 80-90%, то в южных регионах он не дотягивает даже до 10%. Вы понимаете, о чем идет речь? Если коллективного договорного регулирования нет, а с ним нет и профсоюзов, то кто будет заключать договор?

Более того, я хочу заострить внимание на еще одном моменте. Новый проект дает работодателю право при подписании коллективного договора самому устанавливать перечень актов, которые требуют согласования с работниками. Спрашивается: вы найдете работодателя, который бы захотел постоянно согласовывать свою деятельность с представителями работников? Зачем это ему нужно?

– То есть работодатель никогда добровольно не согласится на расширение общественного контроля на своей территории?

– Абсолютно верно! Это еще раз говорит в пользу того, что сама концепция и придание большей самостоятельности работодателю – вещь пока преждевременная. К демократизации, либерализации трудовых отношений, несомненно, надо двигаться. Но по мере эффективного налаживания в целом всей системы социального партнерства.

– Говоря другими словами, вы считаете, что либерализация системы трудовых отношений не может быть улицей с односторонним движением, когда всё только в пользу работодателя?

– Да. И если, как призывает Нурсултан Абишевич, трудовые отношения станут сбалансированными, тогда и общество само по себе будет сбалансированным. И, соответственно, уровень социальной напряженности станет снижаться. А теперь посмотрите: если мы сейчас оставим без внимания эту концепцию, то в каком виде она будет внесена в парламент? И какой она получится в окончательном варианте? Ведь именно от этого в перспективе может зависеть и уровень социальной стабильности в обществе.

Законотворчество без профсоюзов

– Складывается ощущение, что здесь та же история, что и в случае с принятием Закона о профсоюзах. Скажите, а представители профсоюзов каким-то образом (прямым или косвенным) привлекались к работе над этой концепцией?

– Нет, не привлекались.

– А можно ли из этого сделать вывод, что и сам проект Трудового кодекса, который разрабатывается (или уже разработан), пройдет без участия отечественных профсоюзов?

– Да. История принятия Закона о профсоюзах – яркий тому пример. Она показала, что сегодня не только в обществе, но и у парламентариев очень смутное представление о социальном партнерстве, о профсоюзах. Меня очень беспокоит такая разбалансированность в этих вопросах.

Было бы целесообразно до принятия самого проекта закона приостановить рассмотрение концепции. Также от имени членов своего профсоюза хотел бы высказать пожелание о необходимости публикации этого документа для широкого ознакомления. Впрочем, как и подготовленного варианта проекта Трудового кодекса. Чтобы была возможность его широкого общественного обсуждения.

Только при таком подходе «Трудовая конституция» сможет заработать. Ведь у нас (я не устаю это повторять) общество никогда не обижается на строгость. Но оно всегда болезненно реагирует на несправедливость. Почему именно сейчас, когда в разгаре период отпусков, такими форсированными темпами стремятся рассмотреть и де-факто уже разработанную кем-то концепцию, и проект закона, который, на наш взгляд, сегодня еще сыроват?..

Торчащие уши… НПП

– И все же кто разрабатывал новые документы без участия профсоюзов? Они готовились в недрах Министерства здравоохранения и социальной защиты?

– Да. Как мне кажется, здесь чувствуется рука Национальной палаты предпринимателей. Если мы внимательно прочитаем проект, то отдельные моменты, касающиеся охраны и обеспечения безопасности труда, которые требуют, согласно нормативным документам, согласования с НПП, указывают на истинных авторов. Прямо-таки торчат уши Национальной палаты! Меня вот что удивляет. Почему в этом случае мы, профсоюзы, не участвуем в таком же порядке, как равноценные партнеры НПП? Почему с нами не согласовывают, как это положено?

– Тем более что есть концепция социального партнерства…

– …изначально предполагающая равенство сторон. Более того, хочу еще раз официально заявить, что, по моему глубокому убеждению, пришло время поставить вопрос о необходимости введения в составе администрации президента РК должности омбудсмена по вопросам наемных работников. Создать Палату представителей наемных работников не получится, так как мы не можем игнорировать положение 87 Конвенции МОТ, но ввести должность омбудсмена по правам наемных работников можно и даже нужно. Чтобы хоть кто-то мог заявлять о нарушениях в этой сфере.

Крайне важно, чтобы голос профсоюзов был учтен в процессе подготовки модели нового закона или последующих изменениях в системе трудовых отношений. В противном случае профсоюзы рано или поздно придут к пониманию необходимости создания собственной политической партии и участия в политическом процессе.

Недавно я услышал мнение политологов, что в Казахстане подспудно вызревает ситуация, когда возможно появление каких-то радикальных общественных организаций. Зачем это провоцировать? Мы никогда не выступали с позиций крайних подходов к регулированию трудовых отношений, потому что знаем, чем это чревато. И поэтому мы говорим: «Если вы хотите стабильной социальной атмосферы, то, будьте добры, решайте с нами возникающие вопросы как положено».

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 14 августа 2015 > № 1457692 Мурат Машкенов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter