Всего новостей: 2577977, выбрано 60 за 0.008 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Новак Александр в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаТранспортГосбюджет, налоги, ценыНефть, газ, угольЭкологияЭлектроэнергетикавсе
Россия > Госбюджет, налоги, цены. Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 21 июня 2018 > № 2649175 Дмитрий Козак, Александр Новак

Брифинг Дмитрия Козака и Александра Новака по завершении заседания.

Из стенограммы:

Д.Козак: Вопросы, которые многократно обсуждались с отраслевым сообществом, с федеральными органами исполнительной власти и вчера у Президента Российской Федерации, сегодня их рассмотрение завершилось утверждением Правительством проектов федеральных законов, которые устанавливают условия завершения налогового манёвра.

Ещё раз напомню, что мы поэтапно, в течение шести лет, заменяем по 5% в год экспортную пошлину на нефть повышением налога на добычу полезных ископаемых. Для того чтобы демпфировать влияние этого манёвра на внутренний рынок нефтепродуктов, предусмотрено предоставление отрицательного акциза компаниям, которые осуществляют модернизацию нефтеперерабатывающих производств, берут на себя обязательство (кто не успел в предыдущий период завершить модернизацию) в течение трёх лет модернизировать производство. Это также относится к компаниям, которые попали под внешние ограничительные меры, принятые Соединёнными Штатами и Европейским союзом.

Кроме того, в случае если мировые цены будут очень высокими, и стимул у нефтяных компаний к повышению оптовых цен на нефть или у нефтеперерабатывающих производств – на нефтепродукты будет настолько высок, что компенсирующий, демпфирующий отрицательный акциз не сработает, предусмотрено право Правительства в форс-мажорных обстоятельствах, с тем чтобы не допустить галопирующий рост цен на моторное топливо, на временной основе вводить экспортные пошлины на нефтепродукты и на нефть. Это механизм, который, на наш взгляд, позволит нефтяной отрасли комфортно себя чувствовать и гарантирует, что мы сможем с помощью экономических мер регулировать изменение цен на моторное топливо на внутреннем рынке.

Очень важный момент. Мы неоднократно – и это связано не только с налоговым манёвром, но и с ситуацией на рынке нефтепродуктов – проговаривали все эти вопросы с представителями отрасли, с крупнейшими компаниями. Это очень важный момент, связанный со стабильностью государственного регулирования деятельности нефтяных компаний. И важно закрепить на ближайшие как минимум шесть лет стабильные условия работы для нефтяной отрасли, для нефтяников. Это огромный сектор нашей экономики, самый конкурентоспособный, инвестиционный цикл которого один из самых длинных. Важно иметь предсказуемые условия деятельности в этом бизнесе, предсказуемость прежде всего со стороны государства. Нефтяники приводили примеры, когда изменения за последние годы, прежде всего фискального законодательства, фискальных условий, измеряются десятками раз. Это недопустимо. Нам необходимо, чтобы государство так же, как во всех других отраслях, было прозрачно, предсказуемо и мы бесконечно не меняли бы эти условия. Это связано прежде всего с тем, что у компаний есть длинные кредитные линии, есть кредиты, которые выданы под конкретные бизнес-проекты, под конкретные бизнес-планы, и в случае, если мы производим радикальные неожиданные изменения, возникают просто дефолты по этим кредитам. Мы не можем тоже этого допустить.

Поэтому договорились зафиксировать в законодательстве не только эти условия, о которых я уже сказал, но и форс-мажор, когда это допускается. Форс-мажор в законе – это резкое повышение мировых цен на нефть, которые не позволяли сдержать внутренние цены на нефтепродукты. Это единственное основание для того, чтобы мы изменили фискальную нагрузку. Никакие дополнительные потребности бюджета, как это обычно бывает, ни решение каких-то социально-экономических задач, которые у нас возникают (а идей таких много, идей всегда больше, чем денег, денег хочется собрать больше), не являются основанием для изменения фискальных условий деятельности компаний.

А.Новак: Дмитрий Николаевич подробно сейчас уже изложил основные параметры налогового манёвра. Я, может быть, добавил бы только то, что в рамках механизма отрицательного акциза планируется дополнительная составляющая, которая будет учитывать логистическое отставание (географическое) нефтеперерабатывающих заводов, для того чтобы выравнять или приблизить экономические условия удалённых от рынков сбыта нефтеперерабатывающих заводов по сравнению с теми, которые находятся вблизи рынков сбыта или возле портов. Это тоже один из результатов разработки проекта закона, согласования его с Министерством финансов. И эта составляющая будет учтена.

В целом хотел бы добавить, что основной целью является более эффективное распределение таможенной субсидии, которая сегодня предоставляется в виде экспортной пошлины (и дифференциация её относительно нефти и нефтепродуктов), на стимулирование модернизации нефтеперерабатывающих заводов, на стимулирование целевого достижения рынка нефтепродуктов, то есть производства качественных автомобильных бензинов, дизельного топлива для потребителей в первую очередь в Российской Федерации – конечно, с возможностью экспорта продуктов на мировые рынки и конкурентоспособности наших предприятий на мировых рынках.

Также одной из целей является обнуление экспортной пошлины, чтобы к моменту введения единых рынков нефти и нефтепродуктов в Евразийском экономическом союзе (с 1 января 2025 года) у нас были единые, равные условия функционирования рынков нефти и нефтепродуктов внутри Евразийского экономического союза.

Вопрос: Учитывается ли при одновременном повышении НДПИ в рамках завершения налогового манёвра то повышение НДПИ, которое было предпринято в 2016–2017 годах?

Д.Козак: Учитывается повышение НДПИ, сохраняется до 2021 года.

Вопрос: А после 2021 года?

Д.Козак: После 2021 года закон этот вопрос не регулирует. Просто не продлевается дальше 2021 года в соответствии с этим законом.

Что касается дифференциации отрицательного акциза в зависимости от удалённости от внешних рынков сбыта, то этот вопрос в проработке, окончательного решения не принято. И сегодня рано говорить о том, какие заводы получат этот повышающий коэффициент, а какие нет. Ещё решение не принято. В протоколе заседания Правительства предусмотрено, что этот коридор – от 1 до 1,6. Повышающий логистический коэффициент будет варьироваться в пределах от 1 до 1,6. География этого повышения пока не определена. Ачинский завод точно попадает.

Вопрос: И Ангарский тоже попадает?

Д.Козак: Это пока предварительно, требует ещё обсуждения. Границы ценовых зон, зон доступности к портам ещё не определены. Мы договорились, и есть решение Правительства: ко второму чтению окончательно этот механизм применения дифференцированного отрицательного акциза разработать и внести в закон.

Вопрос: А что будет у нас с акцизами на нефтепродукты с 2019 года? И если будет плавающая ставка, то какая? Или если будет плавное повышение, то какое?.

Д.Козак: С 1 января с учётом отрицательного акциза размеры акцизов, которые были запланированы в 2018 году, будут восстановлены. То есть снижение акцизов, которое мы предусмотрели в настоящее время в качестве реакции на ситуацию на рынке нефтепродуктов, действует до 31 декабря 2018 года.

А.Новак: Они как бы считаются в соответствии с тем законом, который уже был принят ранее. И эти ставки будут действовать в соответствии с законом. А снижение действительно касалось только 2018 года.

Вопрос: Я правильно понимаю, что с 1 января 2019 года у нас акцизы на нефтепродукты повышаются реально в разы – с текущих 8 тыс. рублей за тонну по бензину повышаются до 12 тыс. рублей? Не потребует ли это новых очередных экстраординарных мер со стороны Правительства?

Д.Козак: Не потребует, потому что это всё компенсируется отрицательным акцизом на нефть.

Вопрос: Вы сейчас сказали про отрицательный акциз. Назывался плавающий акциз, отрицательный акциз, возвратный акциз. Это всё одни и те же определения? У нас сейчас будет действовать только один отрицательный акциз? Или предполагаются какие-то дополнительные меры поддержки в виде плавающего акциза?

Д.Козак: Два отрицательных акциза.

А.Новак: Планируется отрицательный акциз, который компенсирует отмену экспортной пошлины и увеличение НДПИ для того, чтобы компании сохранили свою налоговую нагрузку на уровне до начала налогового манёвра.

И второй – демпфирующий отрицательный акциз, он может либо применяться, либо не применяться в зависимости от ценовой конъюнктуры на мировых рынках, в зависимости от экспортной альтернативы. И предусматривается, что он может быть как положительным, так и отрицательным. По сути своей, этот дополнительный демпфирующий акциз коррелирует стоимость барреля, или тонны, нефти для нефтеперерабатывающего завода, чтобы она не сильно отличалась как в сторону повышения, так и в сторону понижения, что в свою очередь стабилизирует ситуацию с переработкой на нефтеперерабатывающих заводах и с входящей стоимостью нефти. Причём ко второму чтению в Госдуме будут дополнительные настройки, касающиеся механизма определения дополнительного демпфирующего отрицательного акциза. Более детально эти настройки мы доработаем ко второму чтению.

Вопрос: Форс-мажором может являться только экстренный рост цен на нефть? От какой планки в законопроекте начинается тот самый экстренный рост? От каких цен на нефть мы отталкиваемся?

Д.Козак: Эта планка является плавающей. Сегодня в действующем законе предусмотрено: в случае если в течение одного квартала мировые цены растут более чем на 20%. Тогда это форс-мажор, экспортный нетбэк становится очень существенным. Мы вынуждены будем применять этот механизм на временной основе до тех пор, пока ситуация этого требует. При этом он будет гибким. Мы договорились, что размер этой пошлины будет всегда обсуждаться с отраслевым сообществом. Он будет гибким, для того чтобы нивелировать стимулы к продаже нефти и нефтепродуктов на мировых рынках.

А.Новак: Я хотел бы обратить внимание (дополнительно к тому, что сказал Дмитрий Николаевич), что это право и возможность. Необязательно, что автоматически будут введены экспортные пошлины. Мы будем в Правительстве рассматривать и исходить из ситуации на рынках, из текущей ситуации, которая будет складываться как на внутреннем рынке, так и на внешних рынках.

Д.Козак: Можно привести пример сегодняшней ситуации, когда, несмотря на то что продолжает действовать диспаритет экспортных и внутренних цен, договорённости, которые достигнуты с нефтяными компаниями, не выполняются, хотя у Правительства в ближайшее время появится право на повышение экспортной пошлины. Но исходя из ситуации на рынке сегодня оснований для применения этого механизма нет. Однако наличие угрозы стимулирует к тому, чтобы нефтяные компании выдерживали этот паритет.

Вопрос: Вопрос касается вчерашнего совещания у Президента. Правильно ли мы поняли, что было предложение Президента, чтобы обязать нефтяников направлять часть нефти для НПЗ для последующей переработки и поставки на внутренний рынок? Или это неправильно?

Д.Козак: Не было ни поручения, ни предложения. Был вопрос, рассматривалось ли в Правительстве предложение о том, чтобы ввести обязанность нефтяных компаний поставлять на внутренний рынок нефть по определённым квотам. Рассматривалось, обсуждалось. Пока в настоящее время положительного решения по этому предложению не принято. Это вопрос и ответ.

А.Новак: Разрешите добавить. Здесь речь идёт и о том, что в настоящее время, как вы знаете, у нас равный доступ всех компаний имеется к экспорту нефти. Поскольку нефть экспортируется от добываемого объёма примерно в размере 44%, на сегодняшний день этот механизм регулируется возможностями нашей нефтетранспортной системы. И такое право есть у Министерства энергетики Российской Федерации – ежеквартально утверждать графики транспортировки нефти на экспорт. По сути дела, тем самым мы уже регулируем возможности экспорта. Соответственно, остальная добываемая нефть идёт на внутреннюю переработку на нефтеперерабатывающих заводах. Это первое.

Второе: во многих лицензионных соглашениях о разработке недр, особенно в последнее время, при конкурсах одно из условий, которое прописывается, это поставки в первую очередь для обеспечения потребности внутреннего рынка.

Д.Козак: Эти административные меры, это административное, по существу, регулирование рынка, мы обсуждали эти вопросы, – чрезвычайно сложный механизм администрирования, с огромными возможностями его обхода. И поэтому мы пришли к выводу о том, что те экономические инструменты, которые предусмотрены и в настоящее время, в качестве реакции на ту ситуацию, которая сложилась, и в рамках завершения налогового манёвра, – они необходимы, достаточны для того, чтобы Правительство могло оперативно реагировать на складывающуюся ситуацию.

Вопрос: Сегодня глава «Роснефти» Игорь Иванович Сечин сказал, что три причины подорожания бензина в стране – девальвация рубля, подорожание нефти и непривлекательность переработки нефти. Разве бизнес не должен тратиться на сдерживание цен в рознице? И согласны ли Вы с Игорем Ивановичем Сечиным?

Д.Козак: Что касается причин, то с Игорем Ивановичем мы согласны, это действительно так. Демпфирующий отрицательный акциз будет вводиться исходя из этих трёх критериев, потому что диспаритет возникает как раз в связи с мировыми ценами на нефть и курсом рубля. Этот диспаритет высчитывается прежде всего в рублях. С этими причинами мы согласны.

Что касается непривлекательности переработки – это связанные вещи. Непривлекательность связана с тем, что высокие мировые цены на нефть, высокие оптовые цены на нефть и выгоднее сегодня поставлять нефть на экспорт. Конечно, согласен.

Что касается размера акциза, мы договорились. Размер акциза, который будет увеличиваться, тоже является составной частью этого диспаритета, который будет учитываться при предоставлении отрицательного акциза. Здесь проблема соотношения положительного и отрицательного акциза лежит в плоскости бюджетного законодательства. Акциз – это ненефтегазовые доходы, которые поступают и могут использоваться на расходы. Отрицательный демпфирующий акциз – это акциз, который предоставляется исключительно за счёт нефтегазовых доходов, которые зачисляются в резервы Правительства Российской Федерации. И это не приводит к сокращению расходов федерального бюджета на решение социальных задач, на развитие инфраструктуры и так далее.

Вопрос: А какой будет эффект для бюджета в итоге от этого манёвра? Предполагаются ли там какие-то дополнительные доходы или выпадающие?

Д.Козак: 1,3–1,6 трлн рублей в течение шести лет. Это дополнительные доходы федерального бюджета.

Вопрос: Можно ещё уточнить: какой объём должны на нефтепереработку отправлять НПЗ? 10% была цифра.

Д.Козак: Такой квоты в настоящее время нет. Этим законопроектом это не вводится. Это договорённость, которая касается текущего года, с нефтяными компаниями. Они должны направлять на внутренний рынок не менее 20%. Мы договорились, что для целей биржевой торговли не менее 10%.

А.Новак: Я так понял, вопрос был связан скорее всего с тем, в каком случае получат отрицательный акциз наши заводы нефтеперерабатывающие на сырую нефть. Правильно: это в случае, если не менее 10% автомобильных бензинов производят данные заводы.

Вопрос: А акцизы получат заводы? Или нефтекомпании по давальческой схеме?

Д.Козак: Заводы.

Вопрос: Получается, компании, которые поставляют нефть на переработку и потом получают нефтепродукты, не получают возвратного акциза?

А.Новак: Получают нефтеперерабатывающие заводы, с тем чтобы демпфировать рост цены на нефть входящую.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 21 июня 2018 > № 2649175 Дмитрий Козак, Александр Новак


Россия. Евросоюз. США. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 24 мая 2018 > № 2683716 Александр Новак

Интервью Александра Новака главному редактору радиостанции "Эхо Москвы" Алексею Венедиктову на ПМЭФ-2018.

Автор: Венедиктов Алексей

в гостях: Александр Новак Министр энергетики РФ

А.Венедиктов - Ну что, здравствуйте, новый старый министр? Я не знаю, поздравлять, наверное, нужно. И, наверное, вас нужно поздравить с тем, что в начале вашей очередной каденции начала резко расти цена на нефть, что принесет в бюджет, наверное, много денег, и социальные проблемы будут решены. Или это кажется временным?

А.Новак - Поживем - увидим. Я не являюсь прогнозистом, как говорится, тех цен, которые будут на нефть. Но, вы знаете, что наш бюджет сбалансирован при цене на нефть 40 долларов, причем это цена не Brent, это цена Urals. Сегодня мы имеем Urals порядка 75-77 долларов, поэтому, конечно, ситуация гораздо лучше, чем планировалось. Это позволяет нам формировать резервы, формировать возможности для будущих возможных изменений конъюнктуры цен на мировых рынках, то есть стабилизировать ситуацию. В то же время формировать доходы, которые обеспечивают исполнение бюджета.

А.Венедиктов - Александр, а это рукотворный рост?

А.Новак - Нельзя говорить о рукотворном, иначе сразу антимонопольные органы появятся здесь, даже в нашей студии.

А.Венедиктов - Не надо. Я могу сказать, я же не понимаю.

А.Новак - Конечно, какая-то часть есть тех решений и даже, мне кажется, значительная часть, которые были приняты по совместным действиям стран ОПЕК и не ОПЕК. И если бы, допустим, своевременно мы не договорились с 24 странами, которые приняли решение на время сократить объемы добычи и не наращивать на рынке предложение, конечно, ситуация была бы сегодня хуже, на мой взгляд. Мы бы еще жили в условиях низких цен и кризиса, поскольку в период, вы знаете, 14-го, 15-го года все пытались наращивать и сохранять свою долю на рынке, тем самым теряя в цене на нефть, теряя в доходах бюджетов тех стран, которые являются экспортерами, производителями нефти. И это, конечно, негативно влияло в целом на инвестиции в отрасли.

Конечно, с точки зрения цикличности мы бы все равно пришли к какому-то моменту, когда в результате низких цен инвестиции бы в отрасль сократились, и мы бы получили дефицит, который поднял бы цену.

А.Венедиктов - Это мы такие умные, что мы решили прервать этот круг?

А.Новак - Знаете, как-то так сложилось. Вы помните, переговоры в 2016-м году в январе и в апреле в Дохе, когда первые переговоры были, тогда страны не нашли консенсус, хотя были близки к этому. Я думаю, что это общее понимание стран-экспортеров рынка, что нужно действовать совместно. Если раньше только, допустим, ОПЕК реализовывала такие совместные действия - страны, которые входят в ОПЕК, это 13 стран - сегодня все понимают, что без участия других стран, крупнейших производителей таких, как Россия, как Мексика или тот же Азербайджан, невозможно, поскольку рынок очень изменился, и на сегодняшний день один ОПЕК уже не может регулировать.

А.Венедиктов - Прошу прощения. Может быть, принять их в ОПЕК, может запустить процедуру расширения ОПЕК? А то, получается, здесь, значит, есть организация, которая договаривается, а потом она не договаривается с отдельными игроками. Это было бы правильным, или это было бы неправильным, как вам кажется сегодня?

А.Новак - Я не могу говорить за ОПЕК. Это организация, которая существует уже достаточно давно, еще с 60-х годов и имеет свою историю, свои взаимоотношения...

А.Венедиктов - Как вам кажется, правильным было бы?

А.Новак - Сегодня, мне кажется, инструменты, которые были использованы при подписании соглашения в конце 2016 года, вот они полтора года работают, все исполняют, причем исполняют соглашение на сто процентов и выше, чего не было в истории ОПЕК никогда. И это говорит о том, что даже этот инструмент, он, получается, более эффективный, чем предыдущие инструменты. Вот, кстати, мы сегодня находимся в обсуждении, в дискуссии. По окончании действия соглашения о сохранении формата взаимодействия между странами, которые сейчас вместе работают на рынке.

А.Новак: Мы, конечно, не должны ориентироваться на то, как скажут США

А.Венедиктов - Все равно получается какая-то конференция.

А.Новак - Много разных вариантов. Я не хотел бы их анонсировать.

А.Венедиктов - Почему?

А.Новак - Потому что, мне кажется, нужно сначала обсудить с коллегами, выработать вариант с тем, чтобы не предвещать события. Но мы находимся в стадии обсуждения. В июне месяце, когда будет очередная встреча с нашими коллегами, министерская встреча, мы будем более подробно обсуждать. Возможно, тогда и озвучим.

Но, как вариант, допустим, это сохранение действующего формата отношений без квот, но при необходимости, допустим, если нужно будет принимать какие-то решения о балансировке рынка, эти встречи могут заканчиваться тем, что мы будем принимать такие решения, как в декабре 16-го года.

А.Венедиктов - Вот если говорить о позиции России, поскольку вы не можете говорить за коллег, вы сторонник просто - ну, слово "просто" неправильное, но вы понимаете - пролонгации ситуации, или что нужно изменить в этой ситуации? Вот в июне вы на чем будете настаивать?

А.Новак - Вы имеете в виду то, что касается этого года?

А.Венедиктов - Конечно, да. Вы сами анонсировали июньскую встречу.

А.Новак - На июньской встрече, я думаю, наверняка мы будем стопроцентно обсуждать текущую ситуацию на рынке. Будет ли рынок к тому времени уже окончательно сбалансирован, мы будем смотреть прогноз на ближайшие несколько месяцев до конца года. И если мы посчитаем, что, действительно, уже рынок сбалансирован и есть необходимость немножко смягчить позицию, то такая возможность будет и мы сможем принять соответствующее решение.

А.Венедиктов - Смягчить позицию - это значит...

А.Новак - Смягчить - это значит увеличить добычу или снизить те квоты - вот миллион 800 тысяч баррелей в сутки, которые были расписаны по всем странам, снизить, допустим, на какой-то уровень поэтапно, мягко для того, чтобы не нарушить хрупкий баланс, который сегодня мы, так или иначе, уже отмечаем.

А.Венедиктов - А несколько, если мы говорим о нерукотворном повышении цены или рукотворном - не имеет значения, - насколько иранский кризис или выход американцев из системы договора, он повлиял уже и может повлиять, если это случится через 180 дней? Насколько вы учитываете все это, и насколько это реально влияет?

А.Новак - В вашем вопросе уже практически ответ есть, поскольку однозначно рынок однозначно и очень резко реагирует на такие заявление, касающиеся особенно стран-экспортеров. И заявление США о выходе из ядерной сделке - конечно, это означает, что есть неопределенность относительно добычи нефти в Иране и предложения ее на рынке. И фундаментально, конечно, все участники рынка реагируют и закладывают в цену определенное количество доли цены. На мой взгляд, от 5 до 7 долларов сегодня в цене - это риски, которые были заложены в части ситуации в Иране.

А.Венедиктов - Но это не так много, да, Александр? С учетом того, что мы планировали 40, у нас - 75 в среднем.

А.Новак - Согласен, что не так много, потому что все-таки в большей степени играет фундаментальный фактор. Я могу сказать цифру: если на начало 18-го года избытки нефти в странах ОЭР (Организация экономического сотрудничества) были где-то 340 миллионов баррелей, то на сегодня день впервые в апреле месяце мы получили полное исчезновение этих излишков и даже уже вышли в дефицит в 20 миллионов баррелей относительно среднего пятилетнего значения. Это означает, что мы достигли фактически той цели, которая была с точки зрения остатков на рынке относительно средних пятилетних.

Тем не менее, мы сейчас видим, что резко уменьшилась добыча в Венесуэле из-за кризиса, который там происходит. Собственно, на 1,5 миллиона баррелей там уменьшилась добыча. Нужно посмотреть, как эта ситуация будет развиваться. И, возможно, это один из факторов, который повлиял на сокращение баланса и остатков и на то, что цена выше той, которую мы прогнозировали.

А.Венедиктов - Значит ли это, что в этом смысле России ничего не угрожает? Имею в виду, что, несмотря на внешние кризисы, которые поднимают цену на нефть и некоторые политические и мировые заявления - нам же выгодно увеличение цены на нефть в каком-то периоде? - может быть, эти кризисы мы сами должны создавать?

А.Новак - Если говорить о каком-то сиюминутном факторе, моменте, - в моменте, конечно, выгодно иметь более высокую цену. Но отрасль нефтяная отличается тем, что она очень капиталоемкая, и разработка месторождений, транспортировка, переработка нефти - это огромные многомиллиардные инвестиции, которые окупаются не в течение одного года, а окупаются в течение 7-10 лет. И поэтому отрасль заинтересована не в высоких ценах моментных, а в более долгосрочных стабильных ценах на нефть, когда можно было бы планировать свои инвестиции, привлекать кредитные ресурсы под проекты, возвращать их. И в меньшей волатильности отрасль заинтересована.

А.Новак: Нельзя говорить о рукотворном росте, иначе сразу антимонопольные органы появятся здесь

Именно в этих целях и была реализована сделка в конце 16-го года, которая на сегодняшний день продолжается с тем, чтобы эту волатильность между низкими ценами и высокими снизить.

Поэтому я не могу сказать, что мы на сегодняшний день заинтересованы в повышении цен до 100 долларов или до 140, как это было в 2008 году, потому что это сиюминутно приведет к тому, что будут добывать нефть все при таких ценах, и это приведет к существенному падению цен. Нам важна и для бюджета и для инвестиционной деятельности компаний стабильность. Поэтому сегодня мы хотим именно достичь такой ситуации, и это была бы наша основная цель.

А.Венедиктов - А вы могли бы пояснить нашим слушателям. Мы внимательно наблюдали за приключениями "Башнефти", я имею этих китайско-катарских приключений. Можно ли понять, в чем выгода государства во всей этой истории? Не компании "Башнефть" в данном случае, не китайцев. Что приобрело государство в результате этого или вы что-то ждете? Не собираюсь вас сталкивать с Игорем Ивановичем Сечиным. Вы представляете государство, а не компанию, поэтому у меня и вопрос в этом: что в конце хотелось бы получить? Или уже все государство получило?

А.Новак - Если вы говорите о приватизации "Башнефти" и одновременно речь шла о приватизации пакета "Роснефти".

А.Венедиктов - Да-да, я имею в виду всю цепочку, конечно.

А.Новак - Речь шла о получении, во-первых, дополнительных доходов в бюджет, которые поступили дополнительно в бюджет от реализации пакета "Роснефти". И это частично приватизация при сохранении контрольного пакета государством в компании. Это дополнительный бюджет, это дополнительные инвесторы. Это дополнительное корпоративное повышение эффективности управления с учетом привлечения новых независимых директоров.

С точки зрения работы консолидации совместно "Башнефтью", это все-таки было направлено на мультипликативный эффект, связанный с повышением эффективности от объединения деятельности и повышения эффективности как добычи, так и нефтепереработки. А также возможности реализации, то есть трейдинга нефтепродуктов, поскольку появляется больше возможности оптимизации этих процессов.

А.Венедиктов - Цель понятна, а результат?..

А.Новак - Результат? Могу сказать, что в бюджет поступили все деньги, которые были запланированы.

А.Венедиктов - В этом смысле вы довольны, а все остальное - дело компаний.

А.Новак - На сегодняшний день это коммерческие компании, которые реализуют своею деятельность, показывают прибыль своим акционерам и, собственно, повышают эффективность, и самое главное - обеспечивают потребителей качественными нефтепродуктами 5-го класса, высокоэокологичного. Кстати, компания "Роснефть" на сегодняшний день является ведущей на рынке, с точки зрения обеспечения нефтепродуктами.

А.Венедиктов - Долги не беспокоят в нефтяных компаниях, накапливающиеся и увеличивающиеся? Государство будет по ним отвечать каким-либо образом? Мы видим, как государство иногда вынуждено по дольщикам отвечать, извините за сравнение. Долги растут. Это обременение?

А.Новак - Долги - это следствие принимаемой политики, финансово-экономической политики, бюджета, финансового плана компаний, которые очень подробно рассматриваются на различных комитетах, куда входят как представители государства, так и независимые директора. А также рассматриваются, в конечном итоге, на совете директоров, который принимает соответствующее решение. И, на мой взгляд, мы здесь не видим никакой критичной ситуации. Компания имеет высокую EBITDA, и другие компании. И обеспечены эти долги соответствующей выручкой. Безусловно, акционеры это видят. Может быть, по сумме это высокие цифры. Конечно, нужно смотреть относительно общей выручки, относительно прибыли, которую зарабатывает компания.

А.Венедиктов - Не критично, с вашей точки зрения пока?

А.Новак: Мы на сегодняшний день заинтересованы в повышении цен до 100 долларов или до 140

А.Новак - В принципе это вообще не критично. Но если посмотреть другие отрасли, сегодня практически все компании на мировых рынках реализуют новые проекты за счет заимствования денег на рынке. Деньги на рынке становятся дешевле даже у нас, в России с учетом снижения инфляции на рекордный уровень по прошлому году. Заимствование на финансово-экономических рынках становится значительно дешевле.

Если брать, допустим, такие рынки, как США или Европу, заимствования вообще близки к нулю. Ни один проект там не реализуется за счет свободных денежных средств. Это те средства, которые дают банки, это те средства, которые ложатся в долг, но которые потом возвращаются за счет доходов от реализации продукции.

А.Венедиктов - Я уловил, что нет беспокойства на сегодняшний день. В этой связи, смотрите, реально осталась одна частная компания - я не по формальным признакам - "Лукойл". И начали говорить о том, что государство должно зайти в "Лукойл". Есть такие планы?

А.Новак - Нет, таких планов нет. По крайней мере, они к нам в министерство не поступали, и я о таких планах не знаю. Компания "Лукойл" тоже достаточно эффективная компания, которая сегодня реализует масштабные, крупные инвестиционные проекты; модернизировала свои нефтеперерабатывающие заводы, готова вкладывать в другие проекты, в том числе, в переработку, в нефтегазохимию. И вы знаете много проектов, которые реализованы сейчас на шельфе Каспийского моря. Это в целом отдельный кластер. И, мне кажется, что компания конкурентоспособна не только на российском рынке, но и на мировых рынках.

А.Венедиктов - В этой связи про мировые рынки. Про российские нефтяные пока компании. Сейчас мы с нефтью закончим. У нас еще газ впереди, еще атомная энергия. У меня все-таки вопрос про участие российских компаний государственных и полугосударственных на внешнем рынке. Растет доля... Как государство помогает? Падает доля участия, открываются возможности, закрываются возможности даже с учетом санкций или с учетом ливийского контракта, иракского контракт - вы как министр видите в целом картину, и хотелось бы понять: российские компании - там.

А.Новак - Что касается внешнеэкономических, развития торгово-экономических отношений и реализации проектов на рынков других стран, мы, безусловно, поддерживаем. Наши компании являются глобальными, одними из самых крупнейших в мире. Такие компании как "Роснефть", "Лукойл", "Газпром нефть". Есть потенциал реализации проектов в других странах.

И в первую очередь это направлено не только на получение дополнительных доходов, инвестиций, но и на использование российских технологий, использование российского оборудования. Это косвенным образом положительно очень влияет на заказ для наших отечественных предприятий машиностроения, производства технологического оборудования. Обмен опытом, потому что обычно компании участвуют не сами, а участвуют с другими мейджерами мировыми, и это обмен компетенциями и возможность, в том числе, реализации этих компетенций потом на проектах, реализуемых в России.

А.Венедиктов - Компетенции не померишь, а доли рынка померишь.

А.Новак - Действительно, и доля рынка тоже, наверное, имеет значение, потому что от объемов добычи в целом зависит, в том числе, капитализация компании, и оценка участниками рынка стоимости акций, поэтому, я думаю, что это, действительно, один из факторов.

А.Венедиктов - Растет доля, или санкции их прижали?

А.Новак - На мой взгляд, последние годы сейчас наша доля рынка остается стабильной. Несмотря на то, что мы не наращиваем добычу в течение полутора лет в Российской Федерации, тем не менее, наши компании реализуют проекты и в других странах, таких, как, допустим, Ирак, Вьетнам. Вот сейчас идут переговоры, в том числе, и по Ирану, по новым проектам, которые могут быть реализованы. Поэтому здесь, несмотря на то, что это тоже участники сделки ОПЕК и не ОПЕК, тем не менее, это привлекательные истории для того, чтобы вкладывать инвестиции в эти страны.

А.Венедиктов - Александр, вы сказали про Иран. Известно - еще раз вернусь, - что американцы собираются выйти из договора. И мой вопрос: как это может отразиться на российских компаниях, которые будут работать в Иране? Вы вообще решили, так сказать, не обращать внимания на это - что они угрожают санкциями тем, кто будет работать в Иране?

А.Новак - Безусловно, не обращать внимание невозможно. Все-таки нефтяной рынок глобальный. Многое будет зависеть от окончательных решений по этому вопросу. Сейчас не до конца понятно, на самом деле. Есть 180 дней, которые даны для того, чтобы принять окончательные решения. Если вспомнить предыдущие санкции, то мы вспомним, что США европейским странам, некоторым азиатско-тихоокеанским странам не запрещали импортировать иранскую нефть, и не вводили санкции в отношении этих стран, устанавливая определенные квоты.

Мы, конечно, не должны ориентироваться на то, как скажут США. У нас в этом смысле свои взаимоотношения, и мы имеем давние дружеские отношение и торговые экономические, и в области толливно-энергетического комплекса. И мы продолжали работать даже тогда, когда санкции были и в предыдущий, жесткий период. Нужно будет изучить все юридические аспекты принимаемых решений. Как мы видим сейчас, европейские страны достаточно негативно относятся к тому, что было принято о выходе из договора по ядерной сделке США. Нужно будет, в том числе, дождаться окончательно европейцев.

Что касается нашей позиции, я думаю, что наши компании оценят эту ситуацию, но в целом мы настроены на то, чтобы продолжать сотрудничество.

А.Венедиктов - Знаете, когда я смотрел на пресс-конференцию Владимира Путина и канцлера Германии Меркель - как раз вопрос зашел о "Северном потоке-2" - телевидение вас показывало, если не ошибаюсь. Вы были очень удовлетворены. Чем? После переговоров.

А.Новак - Во-первых, я не знаю, какое у меня было выражение лица...

А.Венедиктов - Расслабленное. Умильное.

А.Новак - Мне кажется, были, действительно, очень важные переговоры с точки зрения разных проектов. И один из проектов, который обсуждался, - это реализация проекта по строительству второй очереди "Северного потока". Это важный проект для Европы. И в нем заинтересованы европейские компании, европейские потребители, поскольку потребление газа в Европе продолжает расти. Импорт газа будет продолжать расти.

А.Новак: Весь объем, который сегодня есть по украинскому маршруту, вряд ли сохранится

Мы видим, что есть стран, у которых падает собственная добыча, в том числе, это Голландия, другие страны. В Норвегии есть проблемы. В общем, мы видим, что этот рынок будет расширяться. И, конечно, реализация таких крупных инфраструктурных проектов абсолютно коммерческая, которая позволяет инвесторам "Газпром" вместе с европейскими компаниями - Shell, Uniper, OMV и другие - реализовывать этот проект.

В рамках переговоров обсуждались возможности, при которых наши коллеги будут более активно поддерживать реализацию совместного проекта.

А.Венедиктов - Немцы, да?

А.Новак - Да. Немцы заинтересованы, они поддерживают. Видим, что в данном случае превалирует экономических подход, а не политический, поскольку Европа заинтересована в надежных поставках в течение длительного времени наиболее экологичного вида топлива для европейцев. Поэтому мы считаем, что сейчас, в данным момент проект реализуется в соответствии с утвержденным планом, с утвержденной дорожной картой. Получены необходимые разрешения, в том числе, и от Финляндии и от Германии. Германия дала разрешение на прокладку в свой исключительной экономической законе, а также уже на строительство по территории Германии, где выходит на сухопутную часть подводных газопровод, и там уже ведутся соответствующие в рамках разрешения работы по подготовке строительства. Поэтому будем и дальше реализовывать этот проект вместе с нашими европейскими партнерами.

А.Венедиктов - В этой связи, насколько все-таки этот проект такой политический, а не экономический? Украина. Как бы вся эта история, ненадежность Украины, надежность Украины? Госпожа Меркель об этом говорила?

А.Новак - Для нас это чисто экономический проект. Я могу привести очень много аргументов в этой части.

А.Венедиктов - Ну вот, например.

А.Новак - Например, этот газопровод, ресурсной базой для которого является полуостров Ямал, фактически Бованенковское месторождение - продолжительность этого газопровода для доставки его конечному потребителю почти на 2 тысячи километров короче. Используются самые современные технологии по строительству газопровода, с высоким давлением, с самыми современными технологиями, что позволяет удешевить, во-первых, снизить потери, увеличить скорость подачи. И это дает возможность практически в два раза иметь себестоимость доставки газа для конечных потребителей европейских. И за счет расстояний и за счет новых технологий. Поэтому сегодня он, конечно, выгоден. Это как построить новый дом...

А.Венедиктов - Но бросить ли старый?

А.Новак - Вы знаете. Наша позиция заключается в том, что можно использовать и старый маршрут, но для этого должны быть экономические условия владельцами этой газотранспортной системы предоставлены не хуже, чем сегодня есть альтернатива и есть конкурентные возможности для доставки газа. Поэтому мы хотим получить от наших партнеров украинских предложения по технико-экономическому образованию. Ждем от них. И, в принципе, мы никогда не отказывались от этого маршрута. Это экономический вопрос в первую очередь.

А.Венедиктов - Последний вопрос, может быть. Вот заполнение "Северный поток" и украинский маршрут насколько возрастает или он остается прежним, как до "Северных потоков"? Это переброс со старого маршрута в обход Украины или это добавление?

А.Новак - Нет, здесь надо в совокупности рассматривать, потому что у нас же еще реализуется проект "Турецкий поток". Там часть газа, которая ранее проходила через Украину, Молдавию, Румынию и Болгарию, на сегодняшний день будет поставляться уже напрямую турецким потребителям и напрямую европейским потребителям, что тоже более эффективно, поскольку также используются современные технологии.

Поэтому если смотреть в совокупности, конечно, весь объем, который сегодня есть по украинскому маршруту, вряд ли сохранится. Но нужно смотреть в перспективе. И мы видим, что в перспективе рост потребление газа в Европе и увеличение объема мы видим, что в период до 2035 года порядка 100 миллиардов кубических метров газа дополнительно Европа будет импортировать в год. Это означает, что часть, безусловно, этого объема - это то, в рамках чего может увеличить объемы поставок и Российская Федерация и "Газпром". Мы видим свою конкурентоспособность. И тогда уже нужно будет, конечно, считать. И, может быть, существующих газопроводов не хватит, нужно будет еще больше развивать инфраструктуру.

А.Венедиктов - Запугали. Александр Новак, я напомню, что он свежепереназначенный министр правительства России. И в следующий раз мы с вами обязательно поговорим о ядерной энергетике и о нашей любимой теме с вами - альтернативных источниках энергии. Или это все замерзло сейчас в России? Нефть поднялась, газ - ура! Все, и не надо заниматься.

А.Новак - Наоборот, очень интересные тенденции происходят и в России в рамках развития возобновляемых источников энергии. И очень интересно было бы, действительно, поговорить на эту тему, поскольку и в мире происходят изменения. Мы, кстати, могу в заключении сказать, если эту тему затронули, подготовили проект закона, в котором мы создадим нормативную базу для возможности развития микрогенерации до 15 киловатт-часов. То есть это означает, если по-простому говорить, каждый домовладелец, домохозяйство будет иметь возможность иметь солнечную панель и производить для себя электроэнергию и иметь возможность продавать ее в сеть. То есть, в принципе, о чем говорили очень долго, такой проект закона сейчас подготовлен и будем это развивать. Так же будем развивать зарядную структуру для электромобилей и многое-многое другое, касающееся улучшение качества для потребителей и для каждого человека.

А.Венедиктов - Серия один закончилась, будем ждать серию два в ближайшее время. Спасибо!

А.Новак - Спасибо большое за приглашение!

Ссылка на интервью: https://echo.msk.ru/programs/beseda/2208480-echo/

Россия. Евросоюз. США. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 24 мая 2018 > № 2683716 Александр Новак


Турция. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > minenergo.gov.ru, 2 апреля 2018 > № 2557442 Александр Новак

Александр Новак: «По итогам января 2018 года торговый оборот между Россией и Турцией вырос к прошлому году ещё на 60%».

Интервью Министра энергетики России Александра Новака агентству «Анадолу».

Владимир Путин примет участие в работе российско-турецкого Совета сотрудничества высшего уровня, который пройдет в ближайшие дни в Турции. Как сопредседатель российско-турецкой межправительственной комиссии, скажите, какова будет основная повестка дня этой встречи? Можно ли ожидать новых договоренностей между нашими странами?

Совет сотрудничества высшего уровня - это орган, который является важным с точки зрения принятия решений о развитии взаимодействия между двумя странами в области торгово-экономических отношений, по реализации крупных проектов. Планируется подведение итогов работы за 2017 год, будут определены основные направления на текущий год и среднесрочную перспективу. По итогам прошлого года можно отметить позитивную динамику по торгово-экономическому сотрудничеству. В частности, торговый оборот вырос на более чем 40%, и, хотя мы ещё не вышли на целевые показатели, которые обозначили лидеры наших стран, тем не менее, быстро двигаемся к этому. По итогам января 2018 года торговый оборот вырос к прошлому году ещё на 60%, это хороший показатель, потому что идёт снятие ограничений, либерализация торговли по всем направлениям, увеличивается экспорт, импорт товаров. Безусловно, важным является реализация таких крупных знаковых проектов как строительство атомной электростанции Аккую, строительство подводного газопровода по дну Чёрного моря в Турецкую республику и транзит этого газа. Мы уделяем особое внимание реализации именно этих крупных проектов.

Товарооборот между Турцией и Россией неуклонно растет с момента нормализации отношений между нашими странами. Однако все еще существуют некоторые барьеры, особенно в торговле помидорами. Расскажите, пожалуйста, что мы можем ожидать в этой области в ближайшем будущем? Снимет ли Россия все ограничения на турецкую продукцию?

У нас много сфер взаимоотношений-это и промышленность, и транспорт, и связь. Сельское хозяйство, безусловно, одно из ключевых направлений развития. По нему сняты практически все ограничения - осталось несколько позиций, которые все ещё требуют дополнительных решений. В частности, мы ожидаем принятия нашими турецкими партнёрами решения о разрешении поставок мяса говядины, птицы, баранины в Турецкую республику, два российских предприятия уже прошли соответствующую проверку, ожидаем принятия по ним решения. В свою очередь, 5 марта нами было принято решение о полной либерализации и снятии всех ограничений на поставку баклажанов, гранатов, тыквы и другой плодоовощной продукции.

Что касается объема поставок - из 50 тысяч тонн сейчас выбрано 11,5 тысяч тонн. По мере окончания проверок Россельхознадзора постепенно увеличивается количество предприятий, которые имеют право поставлять продукцию в Российскую Федерацию. Мы заинтересованы, чтобы это были очень качественные продукты, и эта работа идёт, в ближайшее время будет ещё ряд предприятий проверен.

Ожидается также, что наши президенты примут участие в церемонии закладки первого бетона для АЭС "Аккую". Также было объявлено, что некоторые турецкие партнеры проекта решили отказаться. Что вы можете сказать об этом решении и перспективах проекта в целом?

Строительство первой атомной электростанции в Турецкой республике - это знаковый проект, знаковые инвестиции. Будет возведено 4 блока по 1200 мегаватт, первый блок планируется сдать в эксплуатацию в 2023 году, к столетию со дня образования Турецкой республики. Конечно, это задает серьёзный темп строительства станции с учетом необходимости исполнения всех нормативов по безопасности, строительству и так далее.

Сейчас мы двигаемся в соответствии с графиком, мы благодарны турецким партнёрам, которые придали этому проекту статус «стратегических инвестиций», это решение было принято буквально на днях путём внесения изменений в законодательство Турецкой республики. Теперь наша компания ожидает получение разрешения на строительство, есть подтверждение, что такое разрешение будет получено, что даст возможность начать строительство и заливку первого фундамента, первого бетона для строительства станции. Надеемся, что это произойдет уже в ближайшее время. Ещё раз хочу подчеркнуть, что проект реализуется в соответствии с межправсоглашением, инвестор в лице российского Росатома имеет возможность продать до 49% акций этого проекта, то есть привлечь инвесторов, сейчас такая работа проводится. Мы заинтересованы, чтобы, в первую очередь, это были турецкие инвесторы, которые бы принимали участие в строительстве и последующем эксплуатации этой станции. Идут достаточно интенсивные переговоры с турецкими компаниями, и будем надеяться на положительный результат.

"Турецкий поток" - еще один мегапроект, который важен для отношений между Россией и Турцией. Проект продолжается полным ходом. Однако, для второй линии проекта, несколько гарантий необходимы от Европы. Есть ли какие-то подвижки в переговорах с Европой по проекту?

Это действительно очень важно для того, чтобы строилась вторая нитка сухопутного участка, и обеспечивался транзит газа в страны Юго-восточной Европы. Мы сегодня видим заинтересованность стран юго-восточной Европы в строительстве подобной инфраструктуры, рассматривается несколько маршрутов поставок газа через Италию, Грецию, а также Болгарию, Сербию, Венгрию, Австрию. Коммерческие переговоры с покупателями газа ведет Газпром, Министерство энергетики принимает в них участие. Мы также в контакте с Еврокомиссией, поэтому, думаю, что будет выбран наиболее эффективный вариант поставок газа.

С нашей точки зрения, идёт нормальный переговорный процесс, мы считаем, что необходимо действовать в рамках Европейского законодательства, в рамках тех законов и той нормативной базы, которые никоим образом не ущемляют интересы как производителей и поставщиков, так и потребителей.

Еще один важный вопрос - визовый режим для граждан Турции. Это была тема обсуждения между нашими министрами иностранных дел 2 недели назад. Когда мы увидим прогресс в отношении визового режима для турецких граждан?

Безусловно, мы поддерживаем постепенное снятие визовых ограничений в части служебных паспортов, выступаем за упрощение процедуры получения виз для предпринимателей, водителей большегрузных автомобилей, перевозящих грузы из Турции в Россию и из России в Турцию. Наши предложения были переданы турецким партнёрам, ожидаем решения.

Турция. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > minenergo.gov.ru, 2 апреля 2018 > № 2557442 Александр Новак


Россия > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > kremlin.ru, 29 марта 2018 > № 2550919 Александр Новак

Встреча с Министром энергетики Александром Новаком.

Александр Новак информировал Президента об итогах работы Министерства энергетики за 2017 год.

В.Путин: Поговорим об итогах работы Министерства.

А.Новак: Если позволите, доложу по итогам работы в 2017 году, Владимир Владимирович.

В первую очередь я хотел бы сказать, что все отрасли топливно-энергетического комплекса в прошлом году отработали стабильно и достигли даже лучших показателей, чем в предыдущие годы; и технико-экономические производственные показатели, и качественные показатели, в первую очередь по энергобезопасности нашего внутреннего рынка, [обеспеченности] энергоресурсами – такими как электроэнергия, газ, нефтепродукты, нефть на переработку. Несмотря на сложные внешние вызовы, незаконные санкции, сложности с финансированием, мы видели, что у нас и в 2017 году был рост инвестиций. Общий объём инвестиций составил 3,5 триллиона рублей во все отрасли топливно-энергетического комплекса, что почти на 10 процентов больше, чем в предыдущие годы.

В.Путин: В год, да?

А.Новак: Да, в год. И отрасли топливно-энергетического комплекса уверенно держат лидирующее положение на мировых рынках. Российская Федерация является страной номер один в мире по добыче нефти, по экспорту газа. Второе место занимаем мы по добыче газа в мире и третье место по экспорту угля. То есть действительно очень важную роль играем с точки зрения поставок энергоресурсов и обеспечения энергобезопасности, баланса спроса и предложения на всех рынках.

Что касается производственных показателей, я отметил бы в первую очередь очень высокий объём добычи газа в прошлом году – 691 миллиард кубических метров газа был добыт. И это действительно рекордный показатель, самый лучший за последние 17 лет. Почти 50 миллиардов кубических метров газа было добавлено в объёмы добычи. И рекордные показатели по экспорту – 224 миллиарда кубов было экспортировано по различным направлениям, в том числе это СПГ, и трубопроводный транспорт в Европу, новые маршруты, которые сегодня строятся.

Если брать нефтяную отрасль, объёмы добычи нефти составили 546,8 миллиона тонн. Это всего на 0,1 процента меньше, чем в 2016 году. В первую очередь это связано, конечно же, с исполнением соглашения между странами ОПЕК и не ОПЕК в целях балансировки рынка и стабилизации положения на мировых рынках.

Тем не менее я хотел бы отметить, Владимир Владимирович, что это решение, которое было и Вами поддержано, действительно сыграло позитивную роль не только в балансировке рынка, но и в дополнительных поступлениях валютной выручки в Российскую Федерацию.

По итогам 2017 года в результате более высоких цен, чем в 2016 году, а они были выше почти на 11 долларов и составили в среднем 54,7 доллара за баррель нефти, бюджет Российской Федерации получил дополнительно порядка 1 триллиона 200 миллиардов рублей, компании получили около 500 миллиардов рублей. Общая экспортная выручка была выше примерно на 31 миллиард долларов именно по нефти и по газу в результате более высоких цен. Это позитивно повлияло в том числе и на инвестиционные программы, на стабилизацию положения наших компаний и бюджетную составляющую.

Если говорить об угольной отрасли, общий объём добычи составил 409 миллионов тонн. Это тоже рекордный уровень в Российской Федерации за все годы. Мы на такие показатели планировали выйти к 2020 году в соответствии со стратегией. Здесь, конечно же, важно, что мы не только удовлетворяем внутренние потребности и обеспечиваем внутреннее потребление, но и обеспечиваем более высокий уровень поставок на экспорт. Хотя в целом в мире потребление угля не растёт, и сегодня достаточно низкие темпы роста потребления, российский уголь является конкурентоспособным. Те новые маршруты, которые сегодня открылись, особенно Азиатско-Тихоокеанский регион, позволяют нам конкурировать и поставлять в Южную Корею; в Японию увеличились объёмы; в Китайскую Народную Республику наконец-то мы согласовали, там были проблемы, связанные с технологическими проверками Китайской Народной Республикой качества нашего угля, тем не менее эти вопросы были решены и уголь идёт в этом направлении.

Я хотел бы сказать, что в прошлом году в результате тех инвестиций, о которых я сказал, было введено в эксплуатацию 55 месторождений в нефтяной отрасли. Ключевые из них – такие, как Эргинский кластер в Ханты-Мансийском автономном округе с запасами 258 миллионов тонн, это новое месторождение в Красноярском крае Лодочное группы Ванкорских месторождений, это Тазовское месторождение в Ямало-Ненецком автономном округе. Это, действительно, говорит о том, что отрасль продолжает инвестировать и развиваться.

В газовой отрасли Вами была запущена в эксплуатацию первая очередь завода «Ямал-СПГ». Это вообще новая веха в развитии газовой отрасли России. В консорциуме с китайскими партнёрами, с французскими партнёрами первая очередь общей мощностью 5,5 миллиона тонн – это начало в целом развития кластера в Ямало-Ненецком автономном округе на Гыданском полуострове.

В соответствии с Вашим поручением мы сейчас разрабатываем программу развития производства сжиженного природного газа, которая позволит нам в этом районе реализовать задачу по выходу на объёмы добычи и сжижения газа до 100 миллиардов кубических метров газа. И сегодня, если Россия занимает порядка 5 процентов на мировых рынках СПГ, мы планируем выйти на уровень от 15 до 20 процентов. Это действительно самая развивающаяся ниша, которая будет в перспективе как экологически чистое топливо. Более высокими темпами будет расти спрос на это топливо.

Я бы хотел также сказать, что и в электроэнергетике у нас было введено 3,9 гигаватта мощностей в прошлом году, Якутская ГРЭС-2 была запущена.

Мы продолжили программу по строительству и вложению инвестиций в возобновляемые источники энергии. Если за три предыдущих года до 2017 года было введено всего 130 мегаватт мощностей возобновляемых источников энергии, то только в 2017 году уже было 135 мегаватт. Важно, что появилась уже первая ветровая станция в Ульяновской области. Она была введена в эксплуатацию в декабре прошлого года, мощностью 35 мегаватт. Это тоже начало большой программы по строительству ветровых станций. В эту отрасль пришли такие крупные инвесторы, как «Росатом», «Фортум», «Энел», то есть иностранные инвесторы, заинтересованные. Самое главное, что программа строительства возобновляемых источников энергии в первую очередь направлена на создание компетенций в Российской Федерации по производству соответствующего оборудования.

Вместе с Министерством промышленности и торговли мы определили, Правительство определило, процент локализации, и мы должны выйти на уровень локализации не менее 65 процентов. Сегодня уже в Новочебоксарске открыт совершенно новый завод, российский, по производству солнечных панелей по нашим российским технологиям, которые были изобретены нашими академиками Российской академии наук. Эти технологии входят в тройку мировых технологий по коэффициенту полезного действия и в целом по эффективности (гетероструктурные технологии возобновляемых источников энергии). Первая станция на Алтае уже была введена со 100-процентной локализацией из наших составляющих, наших российских компонентов.

Владимир Владимирович, я также хотел бы сказать, что успешно в прошлом году реализовывалась программа по развитию транспортной инфраструктуры в Российской Федерации в области топливно-энергетического комплекса. Было введено 2 тысячи километров газопроводов, 1225 километров магистральных нефтепроводов, и такие ключевые из них, как Бованенково – Ухта общей протяжённостью 1260 километров.

Продолжилась реализация наших крупных инфраструктурных проектов «Сила Сибири», «Турецкий поток». Это наши два ключевых проекта, которые направлены на диверсификацию поставок наших энергоносителей. В том числе и в будущем это «Северный поток – 2», который будет реализован в консорциуме с европейскими компаниями.

Если говорить о нефтяной отрасли, важный момент был – это ввод двух нефтепроводов, Куюмба – Тайшет и Заполярье – Пурпе, который соединил месторождения севера Красноярского края и Ямало-Ненецкого автономного округа с нашей общей нефтетранспортной системой. Это позволило нам также обеспечить соединение этих месторождений и поставку этих энергоресурсов как в западном направлении, так и в восточном направлении. Было закончено расширение нефтепровода Сковородино – Мохэ, который реализуется в соответствии с соглашением с нашими китайскими партнёрами. И общая мощность этого нефтепровода составила уже 30 миллионов тонн нефти в год.

Конечно, я должен сказать и не только о производственных показателях. На мой взгляд, важной составляющей развития топливно-энергетического комплекса является, безусловно, улучшение качественных показателей работы, повышение эффективности работы. Здесь, если коротко сказать по отраслям, я хотел бы отметить, что продолжилась газификация и развитие инфраструктуры в газовой отрасли. Мы вышли на показатель уже 68,3 процента.

В нефтяной отрасли продолжилась модернизация нефтеперерабатывающих заводов, было введено восемь установок, и общая глубина переработки повысилась уже до 81,3 процента.

В.Путин: Там по некоторым компаниям есть ещё над чем работать. Нужно на это обратить внимание.

А.Новак: Да, Владимир Владимирович, на самом деле у нас не очень простая ситуация с нефтепереработкой с точки зрения того, что вот это значительное падение цен в рамках налогового манёвра, который был принят в 2014 году, сегодня, действительно, снизило стимулы для привлечения инвестиций.

Если раньше в год инвестиции составляли примерно 250 миллиардов, именно в нефтепереработку, то сегодня этот уровень снизился до 150 миллиардов. Мы сейчас разрабатываем меры поддержки по Вашему поручению по обращениям компаний, которые позволят стимулировать нефтепереработку.

Ещё осталось модернизировать 49 установок. Уже суммарно 78 модернизировано, и мы вышли на хорошие показатели. 2017 год стал первым годом, когда мы полностью обеспечили внутренний рынок нефтепродуктами (бензин и дизтопливо) пятого класса в полном объёме.

Сегодня весь внутренний рынок обеспечивается самым высокоэкологичным классом нефтепродуктов как для потребителей и населения, так и для промышленных потребителей.

Я хотел бы сказать, очень важно, что в электроэнергетике продолжается системная работа, направленная на повышение эффективности отрасли, консолидируется большое количество территориальных сетевых организаций.

С точки зрения повышения эффективности мы видим сокращение потерь примерно на 2 процента, за последние пять лет мы вышли на уровень 10 процентов. Мы продолжаем работать над тем, чтобы снижать показатели аварийности в рамках прохождения осенне-зимнего периода. И здесь тоже хорошие показатели: в генерации мы снизили [аварийность] только по прошлому году (в 2017 году) на 3,5 процента, а в сетевом комплексе – почти на 5,3 процента. И это тоже важно.

Очень важный показатель, на мой взгляд, – это подключение к инфраструктуре. Это относится в первую очередь к населению, к малому и среднему бизнесу, особенно подключение, касающееся потребителей до 15 киловатт и до 150 киловатт. Большая работа была проведена в течение нескольких лет. И на сегодняшний день Россия занимает 10-е место в мире по упрощённой процедуре подключения к электроэнергетической инфраструктуре.

В.Путин: Вот мы говорили о поставщиках и о денежных потоках, которые там фигурируют. Говорили о необходимости принятия соответствующих решений, которые бы упорядочили этот процесс.

А.Новак: Владимир Владимирович, Ваше поручение, касающееся более прозрачного прохождения денежных потоков, тоже исполнено. В 2015 году был принят специальный федеральный закон (307-й федеральный закон), который ужесточил требования к сбытовым компаниям, установил требования обеспечения гарантий для потребителей, которые потребляют энергоресурсы. По Вашему поручению уже введено в эксплуатацию 200 расчётно-кассовых центров и обеспечивается банковское сопровождение.

В.Путин: Как на практике это функционирует – работает это?

А.Новак: Конечно, Владимир Владимирович. Основные показатели, которыми мы можем оперировать, – это уровень собираемости платежей. На сегодняшний день мы вышли на показатель 99,2 процента. То есть взаиморасчёты идут, и средства контролируются, при этом обеспечивается контроль не только через РКЦ и через работу гарантирующих поставщиков с «Советом рынка», все финансовые показатели отслеживаются, происходит полный мониторинг.

Кроме этого по Вашему поручению уже принят закон в конце прошлого года о лицензировании энергосбытовой деятельности. Сейчас разрабатывается нормативная база, и в течение этого года будет проведена соответствующая работа по лицензированию энергосбытовых компаний. То есть все компании пройдут через эту процедуру.

В.Путин: И мы говорили о новых технологиях в электроэнергетике.

А.Новак: Владимир Владимирович, в Вашем Послании прозвучали, безусловно, важные посылы, касающиеся внедрения современных технологий в электроэнергетике и в других отраслях топливно-энергетического комплекса. Мы этой работой занимаемся и поставили задачу реализовать в наших отраслях самые современные технологии. Для этого у нас есть такие инструменты, как совет по модернизации. В рамках национальной технологической инициативы приняты 20 национальных проектов, я сейчас о них скажу, во всех отраслях, это ключевые проекты. Внедряются цифровые технологии, технологии искусственного интеллекта. И сегодня мы подготовили такую программу вместе с нашими компаниями, с тем чтобы систематизировать эту работу, потому что каждая компания пытается заниматься самостоятельно этой работой.

Но мы уже, тем не менее, не в начале пути, хочу сказать, что цифровые технологии внедряются при разработке месторождений. Компания «Газпромнефть», например, в Ханты-Мансийском автономном округе уже реализовала такую технологию, уже полностью оцифровано месторождение, так называемое «умное месторождение», в рамках которого искусственный интеллект тоже принимает решения о наиболее качественном извлечении нефти, разработке месторождения, повышении коэффициента извлечения. Оцифровываются нефтеперерабатывающие заводы, на сегодняшний день мы это видим, внедряются современные цифровые технологии в нефтегазохимии, компания «СИБУР» недавно представляла.

Это важно, конечно, и в электроэнергетике, это речь идёт о Smart Grid, об умных сетях, о цифровых подстанциях. Первая цифровая подстанция уже была введена в эксплуатацию в Красноярском крае, в городе Красноярске. И она позволила снизить затраты примерно на 30 процентов по отношению к обычным подстанциям. Это, конечно, будущее, это те технологии, которые будут сегодня внедряться активно, нужно помогать компаниям создавать единую платформу, стандарты, необходимую нормативную базу. И мы этим на сегодняшний день занимаемся с нашими компаниями.

Кроме этого у нас реализуется большая программа по импортозамещению и внедряются самые современные технологии в рамках этого. В частности, например, реализована программа по разработке технологий, разработке Баженовской свиты. Это залежи, которые есть в Западной Сибири. Общие залежи по запасам составляют около 2,5 миллиарда тонн, и это очень большая цифра. Если сравнить, в Западной Сибири за период с 50-х годов всего было добыто 12 миллиардов тонн, то есть мы можем получить второе рождение Западной Сибири. И для этого сейчас уже компания «Газпромнефть» совместно с нашими промышленными предприятиями, с научными организациями, при содействии Министерства энергетики, Министерства промышленности разработало такую технологию. В этом году, в 2018 году, будет запущен соответствующий полигон вместе с другими компаниями, которые будут участвовать в реализации этого проекта.

Внедряются роторные управляемые системы – это современные системы для бурения скважин вместе с телеметрическими данными. И здесь тоже наши технологии.

Сейчас одно из важных направлений – это так называемые флоты гидроразрыва пласта, которые всё более и более активно используются сегодня при разработке нефтяных и газовых месторождений. В России на сегодняшний день, к сожалению, нет таких технологий, и создана только опытная промышленная установка, флот. На сегодняшний день мы занимаемся вместе с компаниями и нашими предприятиями, с тем чтобы создать ещё две, которые будут эксплуатироваться в качестве экспериментальных. Наша задача – к 2020 году заменить до 80 процентов импортных технологий. Это вполне возможно, и уже есть такие разработки, сейчас мы их будем внедрять.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > kremlin.ru, 29 марта 2018 > № 2550919 Александр Новак


Украина. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > oilru.com, 7 марта 2018 > № 2544471 Александр Новак

Новак: контракт с "Нафтогазом" убыточен.

Министр энергетики РФ Александр Новак рассказал о текущих проектах и планах по развитию сотрудничества между Россией и Ираном, а также назвал причины расторжения контракта с "Нафтогазом" со стороны "Газпрома".

6 марта в Москве прошло заседание российско-иранской комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству. Глава Минэнерго РФ отметил основные направления двустороннего сотрудничества в эксклюзивном интервью корреспонденту телеканала "Россия 24" Александре Суворовой.

В интервью также были обозначены причины расторжения газового контракта с "Нафтогазом" со стороны "Газпрома". Александр Новак отметил, что решение Стокгольмского арбитражного суда было "асимметричным", с игнорированием реальных условий контракта и попыткой привязать к нему "сложное экономическое положение Украины".

Министр выразил уверенность в том, что судебные разбирательства, подобные текущему между "Газпромом" и "Нафтогазом", показывают необходимость ускорить строительство других газопроводов, в частности "Турецкого потока" и "Северного потока-2".

– Здравствуйте, Александр Валентинович! Первый вопрос по поводу межправкомиссии: какие главные проекты можно выделить сегодня между двумя странами в энергетике, транспорте, промышленности?

– На заседании межправкомиссии мы определили основные направления в сотрудничестве, которые в дальнейшем будут развиваться. В энергетике это совместная разработка нашими компаниями с иранской нефтегазовой компанией месторождений нефти и газа. Это строительство газопровода по поставке газа из Ирана в Индию. Это возможные своповые поставки нефти и газа на север Ирана. В электроэнергетике это общий интеграционный процесс по объединению энергетических систем России, Азербайджана и Ирана. Это также строительство теплоэлектростанций, две ТЭС уже строятся. В транспортной отрасли говорили о развитии маршрута и развитии транспортного коридора между Россией, Азербайджаном и Ираном. Это дополнительная возможность по поставкам товаров из Азиатско-Тихоокеанского региона в Европу через Иран и Россию. Это будущее очень хорошее развитие нашего сотрудничества. В промышленности – поставки самолетов, поставки нашей техники, вагонов, создание совместных предприятий.

– Если говорить про поставки техники, есть ли у вас какие-либо цифры по данным поставкам?

– Конечно, есть. Сегодня, например, уже обсуждали поставки вагонов: уже 1200 вагонов поставлено, и еще в течение 2018 года будет поставлено порядка 3 тысяч вагонов будет поставлено. Также шла речь о дополнительных поставках "КамАЗов", "УАЗов", автобусов. Говорили о возможности приобретения иранскими партнерами самолетов Sukhoi Superjet 100, наметили план, по которому этот вопрос можно реализовать.

– Вопрос по теме, которая не касается сегодняшнего заседания межправкомиссии, – текущая ситуация с Украиной. Мы уже знаем решение Стокгольмского арбитража и позицию и "Нафтогаза", и "Газпрома". Как вы можете прокомментировать текущую ситуацию?

– Во-первых, мы четко понимаем, что Стокгольмский арбитраж принял асимметричное решение относительно двух разбирательств: на поставку газа и на транзит через Украину. В одном случае он не принял во внимание условия, которые прописаны в контракте, связанные с требованием "бери или плати" определенных объемов. В другом случае насчитал "Газпрому" штрафные санкции за те условия, которые не были прописаны в контракте, мотивируя это тем, что украинская экономика понесла экономический ущерб.

Таким образом, суд, по сути дела, решил, чтобы за счет "Газпрома" субсидировать украинскую экономику. Естественно, это привело к тому, что такие контракты в этих условиях становятся экономически нецелесообразными, и "Газпром" принимает правильное решение о том, чтобы начать процедуру расторжения этих контрактов.

В свою очередь это не приведет, естественно, к тому, что газ не будет поставляться европейским потребителям. Напротив, на сегодняшний день реализуются исторически самые большие объемы поставок европейским потребителям в условиях сегодняшних температур, и "Газпром" еще раз подтверждает себя как надежный поставщик газа на протяжении уже 50 лет. Единственная компания, которая имеет возможности сегодня при необходимости очень нарастить объемы поставок газа в Европу, – что, в принципе, и происходит.

Еще очень важным, на мой взгляд, является то, что такое решение суда подтверждает необходимость скорейшей реализации проектов по развитию инфраструктуры: по развитию альтернативных газопроводов, в том числе "Турецкий поток", "Северный поток-2", для того чтобы снизить транзитные риски и обеспечить конкуренцию как по поставкам газа, так и для себестоимости для конечных потребителей.

– То есть вы считаете, что на реализацию этих проектов текущая ситуация никак не повлияет? И, наоборот, может придать им какой-то импульс?

– Сейчас будут реализованы юридические процедуры по расторжению действующих контрактов, которые действуют до конца 2019 года. Сколько времени это займет, зависит от судебных процедур. Второе – будут продолжать реализовываться те проекты, которые есть. На мой взгляд, их нужно ускорять, и, наоборот, снизить те риски, которые сегодня есть.

– Вы уже общались по телефону с представителем ЕС по текущей ситуации. Есть ли в планах встреча в трехстороннем формате между Россией, Украиной и ЕС?

– Таких планов нет, все вопросы касательно судебного разбирательства решаются между компаниями "Газпром" и "Нафтогазом" через существующие правовые нормы и юридические нормы или арбитражные суды. Кстати, "Газпромом" принято решение о подаче апелляции на решения, которые были приняты Стокгольмским арбитражным судом. То есть эти процедуры будут продолжаться.

Украина. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > oilru.com, 7 марта 2018 > № 2544471 Александр Новак


США. Евросоюз. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Электроэнергетика > oilru.com, 13 февраля 2018 > № 2509302 Александр Новак

Александр Новак: американские коллеги рубят сук, на котором сидят.

Глава Минэнерго Александр Новак в интервью "Интерфаксу" рассказал о своем отношении к новой санкционной волне со стороны США, вариантах выхода из соглашения ОПЕК+, взаимоотношениях с Еврокомиссией по "Северному потоку-2" и основным проблемам электроэнергетики.

- В январе ваш заместитель Андрей Черезов попал в американский санкционный список, вскоре после этого вы и сами были включены в "кремлевский доклад". Как вы относитесь к новой санкционной волне со стороны США?

- Мы считаем, что этот шаг, так же, как и внесение в санкционный список моих сотрудников, наносит значительный урон нашему сотрудничеству, в том числе в энергетической сфере. Кстати, по поводу санкций мы так и не получили никаких разъяснений, уверены, что это решение не имеет под собой никаких законных оснований.

- Вы по-прежнему оптимистично настроены на восстановление в будущем Энергодиалога с США? Остается ли в силе ваше предложение американскому министру энергетики посетить "Ямал СПГ"?

- Мы уверены, что не следует создавать проблем, которые могли бы помешать развитию сотрудничества двух стран. Американские компании давно работают на российском рынке. В их числе, General Electric - в энергетической отрасли, ExxonMobil участвует в проекте "Сахалин-1", это сотрудничество могло бы быть шире. Но вместо этого американские коллеги, по сути, рубят сук, на котором сидят. Никто не будет отрицать, что российские проекты не только масштабны, но и привлекательны с точки зрения вложения инвестиций. И, несмотря ни на какие санкции, по итогам прошлого года мы впервые увидели дополнительный рост объема инвестиций на 10%. Приток был, в основном, за счет инвесторов из АТР и Ближнего Востока. Я уверен, что сотрудничество в энергетике в будущем будет расширяться, во всяком случае, господин Перри с интересом отнесся к возможности приехать на Ямал, рассчитываем, что удастся пообщаться и в рамках ПМЭФ.

- Сделка ОПЕК+ об ограничении добычи нефти будет действовать два года. Вы предполагали, что ее действие продлится так долго? Чем это вызвано? Как переживет ли российская нефтяная отрасль двухлетнее ограничение добычи?

- Принимая декларацию о сотрудничестве в рамках ОПЕК+, мы не ставили своей целью ограничить добычу нефти на какой-то определенный срок, к примеру, на полгода, год или два. Нашей задачей было убрать излишки нефти с рынка.

На текущий момент мы видим, что эта цель достигнута на две трети. Не исключено, что целевое сокращение мировых запасов нефти может произойти до конца 2018 года. Все будет зависеть от ситуации на рынке, от того, как быстро он будет балансироваться. И как только мы выйдем на плановые показатели по объемам мировых запасов нефти, как только поймем, что цель достигнута, мы все вместе соберемся и выработаем механизм дальнейших действий.

Подобный сценарий все поддерживают. Мы обсуждали этот вопрос в Вене, где собрались министры 30 стран: 24 стран-участниц соглашения и шести приглашенных, а также в Омане на министерской мониторинговой встрече, где участвовали министры девяти стран.

- Если к середине года будет понимание, что мировые запасы нефти уже достигли или максимально близки к среднему пятилетнему уровню, то будет ли сразу запущен механизм плавного выхода из сделки ОПЕК+? Прорабатываются ли механизмы такого выхода? Есть ли понимание, в какой момент всем странам участницам соглашения надо собраться и дать старт выходу?

- На текущий момент говорить об этом сложно, поскольку есть разные оценки, когда рынку удастся найти баланс спроса и предложения. В частности, секретариат ОПЕК и технический комитет по мониторингу выполнения соглашения на последней встрече в Омане представили нам прогноз, согласно которому рынок сбалансируется в третьем-четвертом квартале текущего года. Но, повторюсь, много будет зависеть от цен, сокращения остатков нефти, поведения участников рынка и так далее, поэтому балансировка может наступить чуть раньше, или чуть позже.

Конечно, мы должны совместно выработать и согласовать механизм выхода. Он должен быть плавным, позволяющим избежать резкого наращивания объемов добычи, которое может привести к превышению предложения над спросом. Скорее всего, выход из сделки займет несколько месяцев. Более точно просчитать период плавного наращивания добычи можно будет непосредственно в момент принятия решения о выходе из соглашения. Это может занять три, четыре, пять месяцев – а может быть, наоборот, всего два.

Кроме того, мы должны изучить вопрос, какие из стран могут приступить к наращиванию добычи, а в каких странах производство падает по естественным причинам, как, например, в Мексике или Венесуэле.

- Как повлияло на российское присутствие на мировом рынке нефти участие в соглашении о сокращении добычи? Как к этому отнеслись покупатели российской нефти, где и как увеличилась доля, а где уменьшилась?

- Наша доля осталась примерно на том же уровне, что и до соглашения ОПЕК+. Объемы поставок определены средне- и долгосрочными договорами, поэтому никаких проблем не возникало.

- Закрывая тему ОПЕК и ограничений добычи, не могу не спросить: вы много раз говорили о том, что сотрудничество между ОПЕК и Россией в том или ином варианте будет продолжено после выхода из сделки. Обсуждается ли вариант формализовать эти взаимоотношения, подписав меморандум, создав специальный комитет и так далее?

- Полноформатного обсуждения этой темы не было, были лишь отдельные предложения. Мы можем продолжать наше сотрудничество в формате некого Форума стран, который будет собираться раз в квартал или раз в полгода для того, чтобы обсуждать текущую ситуацию на рынках, проблемы нефтяной отрасли и так далее. Но более конкретно мы об этом пока не думали.

- Давайте перейдем к проблемам развития нефтегазового сектора в России. Нужны ли дополнительные меры поддержки российской нефтяной отрасли в текущих условиях?

- На мой взгляд, стоит подумать о дополнительном стимулировании модернизации нефтепереработки. Несмотря на то, что вслед за ростом цен на нефть улучшилась ситуация и в нефтеперерабатывающей отрасли, маржа НПЗ остается очень низкой, и далеко не все российские заводы завершили процесс модернизации. Ряд инвестиционных проектов, реализуемых в рамках четырехсторонних соглашений, был отложен на более поздний срок. Вместе с Минфином мы готовим предложения о дополнительном стимулировании инвестиций в модернизацию нефтеперерабатывающей отрасли. В марте консолидированная позиция будет представлена председателю правительства. Основные вопросы обсуждения - введение системы отрицательных акцизов на нефть, налоговых каникул по акцизам. Важно также определить, какие НПЗ и на каких условиях смогут претендовать на государственную поддержку. Сейчас идет процесс согласований и выработки единой позиции.

- Как будите решать вопрос с тем, что Минфин жестко увязывает предоставление налоговых стимулов для нефтепереработки с обнулением экспортной пошлины на нефть и повышением НДПИ? Какой компромисс возможен?

- Мы считаем, что увязывать меры поддержки нефтепереработки с обнулением экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты - очень рискованный шаг, который может непредсказуемо ухудшить ситуацию в отрасли как в отношении рентабельности переработки, так и роста цен на внутреннем рынке. С нашей точки зрения, целесообразно рассматривать вопрос об обнулении экспортных пошлин в контексте и в увязке со сроками формирования единого рынка ЕАЭС. В период 2018-2023 годов будет введен ряд новых установок вторичной переработки, что важно для надежного топливообеспечения отечественного рынка и рынков стран ЕАЭС автобензином и дизельным топливом высокого экологического стандарта. Дальнейшая модернизация уменьшит риски, связанные с отменой пошлин на нефть и нефтепродукты, но при этом все равно потребуется серьезная совместная работа с Минфином по формированию компенсационных механизмов для НПЗ и потребителей.

- В качестве еще одной меры поддержки нефтяной отрасли предлагалось в свое время предоставление налоговых льгот крупным, но уже обводненным месторождениям. Минфин нашел подходящую схему только для Самотлорского месторождения "Роснефти". Минэнерго говорило, что будет продолжать работать в этом направлении. Актуален ли еще вопрос о предоставлении налоговых льгот для обводненных месторождений?

- В России много обводненных месторождений с очень высокой себестоимостью добычи. Действующая налоговая система не позволяет дифференцированно подходить к разным по сложности и состоянию запасам месторождений.

Еще в прошлом году меры поддержки обводненных месторождений были разработаны, но их не поддержало министерство финансов. По расчетам Минфина, введение этих мер приведет к потерям бюджета в краткосрочной перспективе. Но, на наш взгляд, нужно анализировать ситуацию в долгосрочной перспективе, тогда выгоды будут более очевидны. Поэтому мы продолжаем работать в этом направлении.

- Поднимался ли на уровне Минэнерго вопрос об отсрочке запуска таких месторождений, как Юрубчено-Тохомское и Русское из-за сделки ОПЕК+? Что делать с тем, что в планах "Транснефти" по заполнению новых Заполярье-Пурпе (11,1 млн тонн) и Куюмба-Тайшет (2,9 млн тонн) на этот год, отсрочка не учитывается?

- Вопрос об отсрочке запуска этих месторождений на уровне Минэнерго России не поднимался. Месторождения будут запущены в соответствии с лицензионными обязательствами компаний.

- Как Минэнерго относится к идее о переносе платы акцизов на топливо с НПЗ на АЗС, которая снова активно обсуждается в отрасли? Поступали ли в Минэнерго подобные предложения от "Роснефти"?

- Подобная система взимания акцизов плохо администрируется, что может обернуться снижением уровня собираемости налогов. Сейчас этот вопрос находится в стадии дополнительной проработки.

- Согласны ли вы с оценкой ФАС о том, что топливный рынок в России стабилизировался, и темпы роста цен не превысят темпы инфляции в этом году?

- У нас достаточно высокая конкуренция на топливном рынке. Так что с учетом текущей конъюнктуры рынка и накопленных запасов топлива, у нас нет оснований говорить, что розничные цены будут расти выше инфляции. Мы солидарны с ФАС в этом вопросе.

- В текущем году наступает крайний срок принятия решения о монетизации газа "Сахалин-1". Как идут переговоры с "Сахалином-2" по вопросу использования газа "Сахалин-1" для третьей очереди СПГ-завода? Отложен ли проект строительства Дальневосточного СПГ? Готов ли "Газпром" поставлять газ на ВНХК?

- Существует принципиальная договоренность между "Сахалин-1" и "Сахалин-2" о продаже газа "Сахалин-1" на "Сахалин-2", сейчас идут коммерческие переговоры.

- Но переговоры между операторами этих проектов идут много лет...

- Все предшествующие годы у них не было принципиальной договоренности, на сегодняшний день они достигнуты, поэтому идет процесс согласования деталей соглашения.

- То есть я правильно понимаю, что поставки газа на III очередь становятся первоочередными, а проект строительства "Дальневосточного СПГ" отложен...

- Это коммерческий проект. Компании не предоставляли уведомлений в Минэнерго о том, что этот проект отложен.

- Соответственно, газ "Газпрома" пойдет на проект "Роснефти" ВНХК?

- Если "Сахалин-1" и "Сахалин-2" придут к соглашению относительно продажи газа, то да, газ "Газпрома" пойдет на ВНХК.

- "Газпром" откладывает реализацию СПГ–проектов (Балтийский СПГ, 3-я очередь "Сахалина-2", Владивостокский СПГ). Не упустит ли он возможность занять нишу на этом рынке? Не настораживает ли это Минэнерго?

- Реализация этих проектов предусмотрена нашей Энергетической стратегией до 2035 года. В целом, мы не видим рисков отказа от этих проектов и рассчитываем, что они будут реализованы.

- ФАС считает, что указ о Национальном плане по развитию конкуренции является сигналом Минэнерго ускорить работу по увеличению объемов продаж газа на бирже. Есть ли объективная необходимость в этом?

- В целом, мы считаем, что биржевая торговля газом должна развиваться, активно поддерживаем эту инициативу. Доля продаваемого на бирже газа увеличивается каждый год. В основном, это происходит за счет "Газпрома", а не за счет независимых производителей газа, поскольку у независимых существуют долгосрочные контракты на поставку и свободных объемов мало. Так что к этому вопросу надо подходить взвешенно и наращивать объемы продаж постепенно.

- До марта ведомства должны представить консолидированную позицию по механизму модернизации объектов электроэнергетики. Какие ключевые предложения Минэнерго и поддерживаете ли вы идею Минэкономразвития о внедрения механизма инфраструктурной ипотеки для модернизации?

- У нас нет возражений по поводу внедрения механизма инфраструктурной ипотеки. Это хороший инструмент, который позволит привлечь инвестиции в различные отрасли.

Что касается так называемого механизма "ДПМ-штрих" (механизм поддержки модернизации энергомощностей - ИФ), мы предлагаем, что в модернизацию пойдет до 40 ГВт - это верхняя планка. При этом необходимо вводить ограничения по ежегодному объему вводимых мощностей. Еще одна задача - равномерно распределить нагрузку пиковых выплат по инвестконтрактам. Оборудование должно отработать свой парковый ресурс более чем на 125%, но при этом у него должна быть высокая тепловая нагрузка.

Мы установили ряд критериев, которым должен соответствовать инвестор. Претендент, который приходит на конкурс, берет на себя обязательство, что ресурс станции будет продлен еще на 15-20 лет. При этом ему необходимо уложиться в определенную сумму, ограниченную price-cap, за счет которой будет осуществлена замена и установка оборудования.

Модернизация - это, по сути, замена крупных узлов станций - турбины, генератора, котла-утилизатора. Поскольку у тепловых станций линейка оборудования достаточно широкая, то наиболее простой путь - сформировать техническое задание и просчитать стоимость необходимого оборудования.

Вообще, пока мы в самом начале довольно сложного процесса: он затрагивает не только производителей, но и потребителей. Но все наши законодательные инициативы проходят серьезные обсуждения.

- Уточню про так называемый "ДПМ инфраструктурной ипотеки". Вы с Минэкономразвития сейчас это обсуждаете? Это предложение будет в итоговой консолидированной позиции или пока не ясно?

- Будет выработана общая позиция с Минэкономразвития, на данный момент идет процесс согласования. Как ни назови - "ДПМ-штрих" или "инфраструктурный проект" - главное, чтобы у нас появились инструменты и механизмы для модернизации теплоэлектростанций.

- Есть ряд вопросов, которые до сих пор не понятны. Например, какие объекты модернизировать в рамках программы – ТЭС, или ГЭС тоже?

- Это будет касаться только тепловых электростанций в ценовых зонах. Рассматривается также возможность включения в программу модернизации объектов тепловой генерации Дальнего Востока (находятся под управлением "РусГидро" - ИФ).

- Если говорить об объеме средств, который высвобождается после завершения программы ДПМ, кто в принципе может претендовать на эти средства? То есть мы говорим только о модернизации тепловой генерации или возможно, что в эти средства войдет еще что-то, может быть, ВИЭ?

- По мнению Минэнерго России, эти средства необходимо направить на модернизацию именно тепловых электростанций, осуществляющих основные поставки электроэнергии и участвующих в регулировании и резервировании. Другие программы поддержки, в том числе ВИЭ и гидроэнергетики, прорабатываются параллельно.

- По ВИЭ в 2024 году заканчивается текущая программа поддержки строительства 6 ГВт подобных мощностей (объекты вводятся по ДПМ ВИЭ). Будет ли новый аналогичный механизм или какой-то уже другой механизм поддержки? Или же эти проекты должны существовать без поддержки?

- В 2024 году заканчивается не программа поддержки, а программа ввода в эксплуатацию, после этого выплаты будут идти еще 10-15 лет. Поэтому по мере снижения выплат появятся финансовые источники для поддержки.

Пока рано говорить о том, будет ли сохранен такой же механизм на период после 2024 года. В целом, мы нацелены на внедрение рыночных механизмов строительства солнечных и ветровых электростанций, станций на основе других возобновляемых источников энергии. Если встанет вопрос о мерах государственной поддержки, мы должны будем все очень тщательно взвесить.

Сейчас идет серьезное удешевление себестоимости капитальных вложений, текущей эксплуатации, выработки киловатт-часа, кроме того, нужно будет просчитать экономику проектов. У нас помимо механизма ДПМ, который сейчас используется на федеральном уровне для привлечения инвестиций в ВИЭ, есть варианты поддержки проектов на региональном уровне, в том числе за счет субсидирования тарифа. Этот вопрос нужно рассматривать в комплексе.

- "Россети" сейчас активно продвигают идею о внедрении долгосрочных тарифных соглашений в сетевом комплексе. Когда планируется завершить работу над соответствующим законопроектом? Этот вопрос уже обсуждается несколько лет...

- Мы как министерство выступаем "за" и являемся инициаторами таких долгосрочных соглашений между субъектами РФ и инфраструктурными компаниями. Соответствующий проект закона разработан министерством и внесен в правительство. Надеемся, что он пройдет согласование и будет внесен в Госдуму.

- В дискуссиях о долгосрочных решениях "Россети" увязывали тарифы со своей дивидендной политикой, аргументируя это тем, что компании сложно выплачивать дивиденды в текущем тарифном меню. Возможно ли включение в тариф на передачу электроэнергии некой дивидендной составляющей по аналогии с тарифами инфраструктурных компаний в других отраслях, или это не обсуждается?

- Практика, когда дивиденды от прибыли сразу закладываются в тариф в качестве расходов компании и не учитываются при реализации инвестиционной программы или других расходов, существует. К сожалению, в сетевом комплексе пока такие решения не были приняты.

- Все-таки такая идея обсуждается, чтобы некая дивидендная составляющая была в тариф введена?

- Эта тема не закрыта, и мы постоянно ее обсуждаем с нашими коллегами из других федеральных органов власти, но пока не пришли к единому пониманию вопроса.

- По "Россетям" также до сих пор не понятно, когда и каким образом компания может получить сетевые активы в Крыму, и будет ли это вообще сделано? Можете пояснить, есть какой-то дедлайн? Как сейчас проходят дискуссии по этому вопросу?

- Сейчас мы работаем над тем, чтобы объединить активы, которые входят в ГУП "Крымэнерго", и активы, которые были построены в рамках обеспечения энергоснабжения Крымского полуострова - это энергомост, линии электропередачи высокого напряжения, подстанции. Целевая задача - все это объединить под единым управлением, в рамках одного акционерного общества. Пока на уровне правительства окончательных решений не принято.

- По соседнему региону - по Тамани - также есть вопрос. Правительство поручало до 1 апреля провести отбор мощности новых генерирующих объектов. Можете сузить временные рамки, когда конкретно он пройдет?

- Ожидается, что итоги конкурса будут подведены не ранее конца марта 2018 года (срок окончания приема заявок 28 марта 2018 года). Эти сроки устанавливались для привлечения максимального количества участников отбора, так как потенциальным инвесторам необходимо предоставить достаточное количество времени для оценки экономической эффективности проекта и формирования ценовых заявок для участия в конкурсе.

- В прошлом году заработала надбавка на оптовом рынке для выравнивания тарифов Дальнего Востока со среднероссийским уровнем. И уже тогда, когда вводили надбавку, обсуждалась возможность ее продления или ее изменения в части включения в тариф инвестсоставляющей для реализации проектов "РусГидро" . В ближайшей перспективе возможны подобные изменения?

- Нет, сначала нужно посмотреть, как работают принятые ранее решения. Только после мониторинга и анализа можно будет говорить о продлении, включении инвестиционной составляющей. Сейчас, как вы знаете, инвестиционная составляющая не включена. Никаких инициатив, по крайней мере, с нашей стороны, по этому поводу нет, мы считаем, что пока недостаточно данных для анализа.

- Перейдем к международным отношениям. Россия начала диалог с Саудовской Аравией относительно возможных поставок СПГ. Кроме России организовать поставки СПГ в Саудовскую Аравию стремятся и США, которые уже подписали соответствующий меморандум. Как вы считаете, возможно ли в случае достижения договоренностей сосуществование России и США на рынке Саудовской Аравии? Какой объем СПГ готова закупать страна и в какие сроки? Предлагает ли Саудовская Аравия сотрудничество в строительстве регазификационных терминалов, прокладке газопроводов, в том числе на территорию сопредельных стран? Приглашаются ли российские компании к участию в проектах на территории Саудовской Аравии?

- Сейчас активно идут коммерческие переговоры с Saudi Aramco по всем основным направлениям нефтегазового сотрудничества. Посмотрим, какие будут в конечно итоге достигнуты договоренности. На сегодняшний день есть много желающих поставлять в Саудовскую Аравию СПГ, но в стране нет даже регазификационного терминала по приему сжиженного газа. Переговоры по участию в проекте строительства такого терминала тоже идут, но о деталях пока говорить рано.

- Что Минэнерго ждет от встречи с еврокомиссаром по энергетике Марошем Шефчовичем в марте? ЕС подготовил законопроект, по которому входящие на территорию Евросоюза газопроводы из других стран попадают под действие законодательства ЕС. Понятно, что в отношении "Северного потока-2" Еврокомиссиия добьется своего (мы помним по опыту "Южного потока"). Как можно решить проблему с намерением ЕК распространить регулирование третьего энергопакета на "Северный поток-2"? Продавать газ на бирже в Петербурге? Пустить в него газ независимых поставщиков на условиях комиссии?

- На встрече с господином Шефчовичем в Давосе мы обсудили все основные вопросы нашего сотрудничества. Самый сложный из них касается "Северного потока-2". По этому вопросу у нас с коллегами из Еврокомиссии принципиально разные позиции: российская сторона считает, что это коммерческий проект, Еврокомиссия хочет дополнительно его регулировать. Сначала предлагалось сделать это через механизм мандата на ведение переговоров, теперь предлагают включить морские проекты в юрисдикцию Третьего энергопроекта. Мы считаем, что существующее европейское законодательство не требует никаких изменений, "Северный поток-2" может и должен быть реализован, как и другие подобные проекты. Все попытки дополнительного регулирования направлены лишь на то, чтобы не допустить строительства "Северного потока-2" и увеличения поставок российского газа в Европу.

В марте мы хотим встретиться для того, чтобы сверить часы по всем основным вопросам, в том числе по БРЭЛЛ, решению Стокгольмского арбитражного суда между "Газпромом" и "Нафтогазом Украины", поставкам и транзиту газа через Украину.

- До конца 2018 года у нас действует пауза по контракту на закупку газа в Туркмении. Туркмения ставит вопрос о желании поставлять газ в Европу через газопровод Средняя Азия-Центр (САЦ). Каким вам сейчас видится потенциальное сотрудничество с Туркменией? Возможно, рассматриваются какие-то своповые сделки с вовлечением Ирана?

- Туркмения нацелена поставлять газ в Европу через САЦ. Но как будет развиваться ситуация после прекращения действия моратория в конце 2018 года, будет ли он продлен или начнутся поставки газа, пока сложно сказать.

- Россия и Иран обсуждают поставки российского газа на север Ирана через Азербайджан. Какова экономика этой схемы? Своп или денежный расчет? Происхождение этого газа? Рентабельность поставок? Может ли это быть газ ЛУКОЙЛа с Хвалынского месторождения?

- Нашим компаниям интересно поставлять газ на север Ирана и получать газ на юге в виде СПГ или по планируемому газопроводу в Индию через Пакистан. Но конкретных решений между "Газпромом", Азербайджаном и Ираном пока нет.

Теги: Александр Новак

США. Евросоюз. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Электроэнергетика > oilru.com, 13 февраля 2018 > № 2509302 Александр Новак


США. Евросоюз. Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 12 февраля 2018 > № 2494476 Александр Новак

Александр Новак: «Цель соглашения об ограничении добычи ОПЕК+ выполнена на две трети».

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью ИА «Интерфакс» рассказал о ходе реализации и вариантах выхода из соглашения ОПЕК+, взаимоотношениях с Еврокомиссией по "Северному потоку-2", инвестиционной привлекательности российского ТЭК, развитии нефтегазовой отрасли и основных задачах в электроэнергетике.

Сотрудничество с США могло быть шире, но американские коллеги рубят сук, на котором сидят - Новак.

Глава Минэнерго Александр Новак в интервью "Интерфаксу" рассказал о своем отношении к новой санкционной волне со стороны США, вариантах выхода из соглашения ОПЕК+, взаимоотношениях с Еврокомиссией по "Северному потоку-2" и основным проблемам электроэнергетики.

- В январе ваш заместитель Андрей Черезов попал в американский санкционный список, вскоре после этого вы и сами были включены в "кремлевский доклад". Как вы относитесь к новой санкционной волне со стороны США?

- Мы считаем, что этот шаг, также как и внесение в санкционный список моих сотрудников, наносит значительный урон нашему сотрудничеству, в том числе в энергетической сфере. Кстати, по поводу санкций мы так и не получили никаких разъяснений, уверены, что это решение не имеет под собой никаких законных оснований.

- Вы по-прежнему оптимистично настроены на восстановление в будущем Энергодиалога с США? Остается ли в силе ваше предложение американскому министру энергетики посетить "Ямал СПГ"?

- Мы уверены, что не следует создавать проблем, которые могли бы помешать развитию сотрудничества двух стран. Американские компании давно работают на российском рынке. В их числе, General Electric - в энергетической отрасли, ExxonMobil участвует в проекте "Сахалин-1", это сотрудничество могло бы быть шире. Но вместо этого американские коллеги, по сути, рубят сук, на котором сидят. Никто не будет отрицать, что российские проекты не только масштабны, но и привлекательны с точки зрения вложения инвестиций. И, несмотря ни на какие санкции, по итогам прошлого года мы впервые увидели дополнительный рост объема инвестиций на 10%. Приток был, в основном, за счет инвесторов из АТР и Ближнего Востока. Я уверен, что сотрудничество в энергетике в будущем будет расширяться, во всяком случае, господин Перри с интересом отнесся к возможности приехать на Ямал, рассчитываем, что удастся пообщаться и в рамках ПМЭФ.

- Сделка ОПЕК+ об ограничении добычи нефти будет действовать два года. Вы предполагали, что ее действие продлится так долго? Чем это вызвано? Переживет ли российская нефтяная отрасль двухлетнее ограничение добычи?

- Принимая декларацию о сотрудничестве в рамках ОПЕК+, мы не ставили своей целью ограничить добычу нефти на какой-то определенный срок, к примеру, на полгода, год или два. Нашей задачей было убрать излишки нефти с рынка.

На текущий момент мы видим, что эта цель достигнута на две трети. Не исключено, что целевое сокращение мировых запасов нефти может произойти до конца 2018 года. Все будет зависеть от ситуации на рынке, от того, как быстро он будет балансироваться. И как только мы выйдем на плановые показатели по объемам мировых запасов нефти, как только поймем, что цель достигнута, мы все вместе соберемся и выработаем механизм дальнейших действий.

Подобный сценарий все поддерживают. Мы обсуждали этот вопрос в Вене, где собрались министры 30 стран: 24 стран-участниц соглашения и шести приглашенных, а также в Омане на министерской мониторинговой встрече, где участвовали министры девяти стран.

- Если к середине года будет понимание, что мировые запасы нефти уже достигли или максимально близки к среднему пятилетнему уровню, то будет ли сразу запущен механизм плавного выхода из сделки ОПЕК+? Прорабатываются ли механизмы такого выхода? Есть ли понимание, в какой момент всем странам участницам соглашения надо собраться и дать старт выходу?

- На текущий момент говорить об этом сложно, поскольку есть разные оценки, когда рынку удастся найти баланс спроса и предложения. В частности, секретариат ОПЕК и технический комитет по мониторингу выполнения соглашения на последней встрече в Омане представили нам прогноз, согласно которому рынок сбалансируется в третьем-четвертом квартале текущего года. Но, повторюсь, много будет зависеть от цен, сокращения остатков нефти, поведения участников рынка и так далее, поэтому балансировка может наступить чуть раньше, или чуть позже.

Конечно, мы должны совместно выработать и согласовать механизм выхода. Он должен быть плавным, позволяющим избежать резкого наращивания объемов добычи, которое может привести к превышению предложения над спросом. Скорее всего, выход из сделки займет несколько месяцев. Более точно просчитать период плавного наращивания добычи можно будет непосредственно в момент принятия решения о выходе из соглашения. Это может занять три, четыре, пять месяцев - а может быть, наоборот, всего два.

Кроме того, мы должны изучить вопрос, какие из стран могут приступить к наращиванию добычи, а в каких странах производство падает по естественным причинам, как, например, в Мексике или Венесуэле.

- Как повлияло на российское присутствие на мировом рынке нефти участие в соглашении о сокращении добычи? Как к этому отнеслись покупатели российской нефти, где и как увеличилась доля, а где уменьшилась?

- Наша доля осталась примерно на том же уровне, что и до соглашения ОПЕК+. Объемы поставок определены средне- и долгосрочными договорами, поэтому никаких проблем не возникало.

- Закрывая тему ОПЕК и ограничений добычи, не могу не спросить: вы много раз говорили о том, что сотрудничество между ОПЕК и Россией в том или ином варианте будет продолжено после выхода из сделки. Обсуждается ли вариант формализовать эти взаимоотношения, подписав меморандум, создав специальный комитет и так далее?

- Полноформатного обсуждения этой темы не было, были лишь отдельные предложения. Мы можем продолжать наше сотрудничество в формате некого Форума стран, который будет собираться раз в квартал или раз в полгода для того, чтобы обсуждать текущую ситуацию на рынках, проблемы нефтяной отрасли и так далее. Но более конкретно мы об этом пока не думали.

- Давайте перейдем к проблемам развития нефтегазового сектора в России. Нужны ли дополнительные меры поддержки российской нефтяной отрасли в текущих условиях?

- На мой взгляд, стоит подумать о дополнительном стимулировании модернизации нефтепереработки. Несмотря на то, что вслед за ростом цен на нефть улучшилась ситуация и в нефтеперерабатывающей отрасли, маржа НПЗ остается очень низкой, и далеко не все российские заводы завершили процесс модернизации. Ряд инвестиционных проектов, реализуемых в рамках четырехсторонних соглашений, был отложен на более поздний срок. Вместе с Минфином мы готовим предложения о дополнительном стимулировании инвестиций в модернизацию нефтеперерабатывающей отрасли. В марте консолидированная позиция будет представлена председателю правительства. Основные вопросы обсуждения - введение системы отрицательных акцизов на нефть, налоговых каникул по акцизам. Важно также определить, какие НПЗ и на каких условиях смогут претендовать на государственную поддержку. Сейчас идет процесс согласований и выработки единой позиции.

- Как будете решать вопрос с тем, что Минфин жестко увязывает предоставление налоговых стимулов для нефтепереработки с обнулением экспортной пошлины на нефть и повышением НДПИ? Какой компромисс возможен?

- Мы считаем, что увязывать меры поддержки нефтепереработки с обнулением экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты - очень рискованный шаг, который может непредсказуемо ухудшить ситуацию в отрасли как в отношении рентабельности переработки, так и роста цен на внутреннем рынке. С нашей точки зрения, целесообразно рассматривать вопрос об обнулении экспортных пошлин в контексте и в увязке со сроками формирования единого рынка ЕАЭС. В период 2018-2023 годов будет введен ряд новых установок вторичной переработки, что важно для надежного топливообеспечения отечественного рынка и рынков стран ЕАЭС автобензином и дизельным топливом высокого экологического стандарта. Дальнейшая модернизация уменьшит риски, связанные с отменой пошлин на нефть и нефтепродукты, но при этом все равно потребуется серьезная совместная работа с Минфином по формированию компенсационных механизмов для НПЗ и потребителей.

- В качестве еще одной меры поддержки нефтяной отрасли предлагалось в свое время предоставление налоговых льгот крупным, но уже обводненным месторождениям. Минфин нашел подходящую схему только для Самотлорского месторождения "Роснефти" (MOEX: ROSN). Минэнерго говорило, что будет продолжать работать в этом направлении. Актуален ли еще вопрос о предоставлении налоговых льгот для обводненных месторождений?

- В России много обводненных месторождений с очень высокой себестоимостью добычи. Действующая налоговая система не позволяет дифференцированно подходить к разным по сложности и состоянию запасам месторождений.

Еще в прошлом году меры поддержки обводненных месторождений были разработаны, но их не поддержало министерство финансов. По расчетам Минфина, введение этих мер приведет к потерям бюджета в краткосрочной перспективе. Но, на наш взгляд, нужно анализировать ситуацию в долгосрочной перспективе, тогда выгоды будут более очевидны. Поэтому мы продолжаем работать в этом направлении.

- Поднимался ли на уровне Минэнерго вопрос об отсрочке запуска таких месторождений, как Юрубчено-Тохомское и Русское из-за сделки ОПЕК+? Что делать с тем, что в планах "Транснефти" (MOEX: TRNF) по заполнению новых нефтепроводов Заполярье-Пурпе (11,1 млн тонн) и Куюмба-Тайшет (2,9 млн тонн) на этот год, отсрочка не учитывается?

- Вопрос об отсрочке запуска этих месторождений на уровне Минэнерго России не поднимался. Месторождения будут запущены в соответствии с лицензионными обязательствами компаний.

- Как Минэнерго относится к идее о переносе платы акцизов на топливо с НПЗ на АЗС, которая снова активно обсуждается в отрасли? Поступали ли в Минэнерго подобные предложения от "Роснефти"?

- Подобная система взимания акцизов плохо администрируется, что может обернуться снижением уровня собираемости налогов. Сейчас этот вопрос находится в стадии дополнительной проработки.

- Согласны ли вы с оценкой ФАС о том, что топливный рынок в России стабилизировался, и темпы роста цен не превысят темпы инфляции в этом году?

- У нас достаточно высокая конкуренция на топливном рынке. Так что с учетом текущей конъюнктуры рынка и накопленных запасов топлива, у нас нет оснований говорить, что розничные цены будут расти выше инфляции. Мы солидарны с ФАС в этом вопросе.

- В текущем году наступает крайний срок принятия решения о монетизации газа "Сахалина-1". Как идут переговоры с "Сахалином-2" по вопросу использования газа "Сахалина-1" для третьей очереди СПГ-завода? Отложен ли проект строительства Дальневосточного СПГ? Готов ли "Газпром" (MOEX: GAZP) поставлять газ на ВНХК?

- Существует принципиальная договоренность между "Сахалин-1" и "Сахалин-2" о продаже газа "Сахалин-1" на "Сахалин-2", сейчас идут коммерческие переговоры.

- Но переговоры между операторами этих проектов идут много лет...

- Все предшествующие годы у них не было принципиальной договоренности, на сегодняшний день они достигнуты, поэтому идет процесс согласования деталей соглашения.

- То есть я правильно понимаю, что поставки газа на III очередь становятся первоочередными, а проект строительства "Дальневосточного СПГ" отложен...

- Это коммерческий проект. Компании не предоставляли уведомлений в Минэнерго о том, что этот проект отложен.

- Соответственно, газ "Газпрома" пойдет на проект "Роснефти" ВНХК?

- Если "Сахалин-1" и "Сахалин-2" придут к соглашению относительно продажи газа, то да, газ "Газпрома" пойдет на ВНХК.

- "Газпром" откладывает реализацию СПГ-проектов (Балтийский СПГ, 3-я очередь "Сахалина-2", Владивостокский СПГ). Не упустит ли он возможность занять нишу на этом рынке? Не настораживает ли это Минэнерго?

- Реализация этих проектов предусмотрена нашей Энергетической стратегией до 2035 года. В целом, мы не видим рисков отказа от этих проектов и рассчитываем, что они будут реализованы.

- ФАС считает, что указ о Национальном плане по развитию конкуренции является сигналом Минэнерго ускорить работу по увеличению объемов продаж газа на бирже. Есть ли объективная необходимость в этом?

- В целом, мы считаем, что биржевая торговля газом должна развиваться, активно поддерживаем эту инициативу. Доля продаваемого на бирже газа увеличивается каждый год. В основном, это происходит за счет "Газпрома", а не за счет независимых производителей газа, поскольку у независимых существуют долгосрочные контракты на поставку и свободных объемов мало. Так что к этому вопросу надо подходить взвешенно и наращивать объемы продаж постепенно.

- До марта ведомства должны представить консолидированную позицию по механизму модернизации объектов электроэнергетики. Какие ключевые предложения Минэнерго и поддерживаете ли вы идею Минэкономразвития о внедрения механизма инфраструктурной ипотеки для модернизации?

- У нас нет возражений по поводу внедрения механизма инфраструктурной ипотеки. Это хороший инструмент, который позволит привлечь инвестиции в различные отрасли.

Что касается так называемого механизма "ДПМ-штрих" (механизм поддержки модернизации энергомощностей - ИФ), мы предлагаем, что в модернизацию пойдет до 40 ГВт - это верхняя планка. При этом необходимо вводить ограничения по ежегодному объему вводимых мощностей. Еще одна задача - равномерно распределить нагрузку пиковых выплат по инвестконтрактам. Оборудование должно отработать свой парковый ресурс более чем на 125%, но при этом у него должна быть высокая тепловая нагрузка.

Мы установили ряд критериев, которым должен соответствовать инвестор. Претендент, который приходит на конкурс, берет на себя обязательство, что ресурс станции будет продлен еще на 15-20 лет. При этом ему необходимо уложиться в определенную сумму, ограниченную price-cap, за счет которой будет осуществлена замена и установка оборудования.

Модернизация - это, по сути, замена крупных узлов станций - турбины, генератора, котла-утилизатора. Поскольку у тепловых станций линейка оборудования достаточно широкая, то наиболее простой путь - сформировать техническое задание и просчитать стоимость необходимого оборудования.

Вообще, пока мы в самом начале довольно сложного процесса: он затрагивает не только производителей, но и потребителей. Но все наши законодательные инициативы проходят серьезные обсуждения.

- Уточню про так называемый "ДПМ инфраструктурной ипотеки". Вы с Минэкономразвития сейчас это обсуждаете? Это предложение будет в итоговой консолидированной позиции или пока не ясно?

- Будет выработана общая позиция с Минэкономразвития, на данный момент идет процесс согласования. Как ни назови - "ДПМ-штрих" или "инфраструктурный проект" - главное, чтобы у нас появились инструменты и механизмы для модернизации теплоэлектростанций.

- Есть ряд вопросов, которые до сих пор не понятны. Например, какие объекты модернизировать в рамках программы - ТЭС или ГЭС тоже?

- Это будет касаться только тепловых электростанций в ценовых зонах. Рассматривается также возможность включения в программу модернизации объектов тепловой генерации Дальнего Востока (находятся под управлением "РусГидро" - ИФ).

- Если говорить об объеме средств, который высвобождается после завершения программы ДПМ, кто в принципе может претендовать на эти средства? То есть мы говорим только о модернизации тепловой генерации или возможно, что в эти средства войдет еще что-то, может быть, ВИЭ?

- По мнению Минэнерго России, эти средства необходимо направить на модернизацию именно тепловых электростанций, осуществляющих основные поставки электроэнергии и участвующих в регулировании и резервировании. Другие программы поддержки, в том числе ВИЭ и гидроэнергетики, прорабатываются параллельно.

- По ВИЭ в 2024 году заканчивается текущая программа поддержки строительства 6 ГВт подобных мощностей (объекты вводятся по ДПМ ВИЭ - ИФ). Будет ли новый аналогичный механизм или какой-то уже другой механизм поддержки? Или же эти проекты должны существовать без поддержки?

- В 2024 году заканчивается не программа поддержки, а программа ввода в эксплуатацию, после этого выплаты будут идти еще 10-15 лет. Поэтому по мере снижения выплат появятся финансовые источники для поддержки.

Пока рано говорить о том, будет ли сохранен такой же механизм на период после 2024 года. В целом, мы нацелены на внедрение рыночных механизмов строительства солнечных и ветровых электростанций, станций на основе других возобновляемых источников энергии. Если встанет вопрос о мерах государственной поддержки, мы должны будем все очень тщательно взвесить.

Сейчас идет серьезное удешевление себестоимости капитальных вложений, текущей эксплуатации, выработки киловатт-часа, кроме того, нужно будет просчитать экономику проектов. У нас помимо механизма ДПМ, который сейчас используется на федеральном уровне для привлечения инвестиций в ВИЭ, есть варианты поддержки проектов на региональном уровне, в том числе за счет субсидирования тарифа. Этот вопрос нужно рассматривать в комплексе.

- "Россети" (MOEX: RSTI) сейчас активно продвигают идею о внедрении долгосрочных тарифных соглашений в сетевом комплексе. Когда планируется завершить работу над соответствующим законопроектом? Этот вопрос уже обсуждается несколько лет...

- Мы как министерство выступаем "за" и являемся инициаторами таких долгосрочных соглашений между субъектами РФ и инфраструктурными компаниями. Соответствующий проект закона разработан министерством и внесен в правительство. Надеемся, что он пройдет согласование и будет внесен в Госдуму.

- В дискуссиях о долгосрочных решениях "Россети" увязывали тарифы со своей дивидендной политикой, аргументируя это тем, что компании сложно выплачивать дивиденды в текущем тарифном меню. Возможно ли включение в тариф на передачу электроэнергии некой дивидендной составляющей по аналогии с тарифами инфраструктурных компаний в других отраслях или это не обсуждается?

- Практика, когда дивиденды от прибыли сразу закладываются в тариф в качестве расходов компании и не учитываются при реализации инвестиционной программы или других расходов, существует. К сожалению, в сетевом комплексе пока такие решения не были приняты.

- Все-таки такая идея обсуждается, чтобы некая дивидендная составляющая была в тариф введена?

- Эта тема не закрыта, и мы постоянно ее обсуждаем с нашими коллегами из других федеральных органов власти, но пока не пришли к единому пониманию вопроса.

- По "Россетям" также до сих пор не понятно, когда и каким образом компания может получить сетевые активы в Крыму, и будет ли это вообще сделано? Можете пояснить, есть какой-то дедлайн? Как сейчас проходят дискуссии по этому вопросу?

- Сейчас мы работаем над тем, чтобы объединить активы, которые входят в ГУП "Крымэнерго", и активы, которые были построены в рамках обеспечения энергоснабжения Крымского полуострова - это энергомост, линии электропередачи высокого напряжения, подстанции. Целевая задача - все это объединить под единым управлением, в рамках одного акционерного общества. Пока на уровне правительства окончательных решений не принято.

- По соседнему региону - по Тамани - также есть вопрос. Правительство поручало до 1 апреля провести отбор мощности новых генерирующих объектов. Можете сузить временные рамки, когда конкретно он пройдет?

- Ожидается, что итоги конкурса будут подведены не ранее конца марта 2018 года (срок окончания приема заявок 28 марта 2018 года). Эти сроки устанавливались для привлечения максимального количества участников отбора, так как потенциальным инвесторам необходимо предоставить достаточное количество времени для оценки экономической эффективности проекта и формирования ценовых заявок для участия в конкурсе.

- В прошлом году заработала надбавка на оптовом рынке для выравнивания тарифов Дальнего Востока со среднероссийским уровнем. И уже тогда, когда вводили надбавку, обсуждалась возможность ее продления или ее изменения в части включения в тариф инвестсоставляющей для реализации проектов "РусГидро" (MOEX: HYDR). В ближайшей перспективе возможны подобные изменения?

- Нет, сначала нужно посмотреть, как работают принятые ранее решения. Только после мониторинга и анализа можно будет говорить о продлении, включении инвестиционной составляющей. Сейчас, как вы знаете, инвестиционная составляющая не включена. Никаких инициатив, по крайней мере, с нашей стороны, по этому поводу нет, мы считаем, что пока недостаточно данных для анализа.

- Перейдем к международным отношениям. Россия начала диалог с Саудовской Аравией относительно возможных поставок СПГ. Кроме России организовать поставки СПГ в Саудовскую Аравию стремятся и США, которые уже подписали соответствующий меморандум. Как вы считаете, возможно ли в случае достижения договоренностей сосуществование России и США на рынке Саудовской Аравии? Какой объем СПГ готова закупать страна и в какие сроки? Предлагает ли Саудовская Аравия сотрудничество в строительстве регазификационных терминалов, прокладке газопроводов, в том числе на территорию сопредельных стран? Приглашаются ли российские компании к участию в проектах на территории Саудовской Аравии?

- Сейчас активно идут коммерческие переговоры с Saudi Aramco по всем основным направлениям нефтегазового сотрудничества. Посмотрим, какие будут в конечно итоге достигнуты договоренности. На сегодняшний день есть много желающих поставлять в Саудовскую Аравию СПГ, но в стране нет даже регазификационного терминала по приему сжиженного газа. Переговоры по участию в проекте строительства такого терминала тоже идут, но о деталях пока говорить рано.

- Что Минэнерго ждет от встречи с еврокомиссаром по энергетике Марошем Шефчовичем в марте? ЕС подготовил законопроект, по которому входящие на территорию Евросоюза газопроводы из других стран подпадают под действие законодательства ЕС. Понятно, что в отношении "Северного потока-2" Еврокомиссиия добьется своего (мы помним по опыту "Южного потока"). Как можно решить проблему с намерением ЕК распространить регулирование третьего энергопакета на "Северный поток-2"? Продавать газ на бирже в Петербурге? Пустить в него газ независимых поставщиков на условиях комиссии?

- На встрече с господином Шефчовичем в Давосе мы обсудили все основные вопросы нашего сотрудничества. Самый сложный из них касается "Северного потока-2". По этому вопросу у нас с коллегами из Еврокомиссии принципиально разные позиции: российская сторона считает, что это коммерческий проект, Еврокомиссия хочет дополнительно его регулировать. Сначала предлагалось сделать это через механизм мандата на ведение переговоров, теперь предлагают включить морские проекты в юрисдикцию Третьего энергопроекта. Мы считаем, что существующее европейское законодательство не требует никаких изменений, "Северный поток-2" может и должен быть реализован, как и другие подобные проекты. Все попытки дополнительного регулирования направлены лишь на то, чтобы не допустить строительства "Северного потока-2" и увеличения поставок российского газа в Европу.

В марте мы хотим встретиться для того, чтобы сверить часы по всем основным вопросам, в том числе по БРЭЛЛ, решению Стокгольмского арбитражного суда между "Газпромом" и "Нафтогазом Украины", поставкам и транзиту газа через Украину.

- До конца 2018 года у нас действует пауза по контракту на закупку газа в Туркмении. Туркмения ставит вопрос о желании поставлять газ в Европу через газопровод Средняя Азия-Центр (САЦ). Каким вам сейчас видится потенциальное сотрудничество с Туркменией? Возможно, рассматриваются какие-то своповые сделки с вовлечением Ирана?

- Туркмения нацелена поставлять газ в Европу через САЦ. Но как будет развиваться ситуация после прекращения действия моратория в конце 2018 года, будет ли он продлен или начнутся поставки газа, пока сложно сказать.

- Россия и Иран обсуждают поставки российского газа на север Ирана через Азербайджан. Какова экономика этой схемы? Своп или денежный расчет? Происхождение этого газа? Рентабельность поставок? Может ли это быть газ ЛУКОЙЛа с Хвалынского месторождения?

- Нашим компаниям интересно поставлять газ на север Ирана и получать газ на юге в виде СПГ или по планируемому газопроводу в Индию через Пакистан. Но конкретных решений между "Газпромом", Азербайджаном и Ираном пока нет.

Беседовали Анна Горшкова, Полина Строганова.

США. Евросоюз. Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 12 февраля 2018 > № 2494476 Александр Новак


Россия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 24 января 2018 > № 2469228 Александр Новак

Александр Новак прогнозирует падение цен на нефть в 2018 году

Андрей Злобин

редактор Forbes.ru

Глава российской делегации в Давосе вице-премьер Аркадий Дворкович назвал Александра Новака человеком, который приносит серьезную часть дохода России

Глава российского министерства энергетики Александр Новак призывает не опасаться конкуренции со стороны сланцевого газа, добываемого в США, и не преувеличивать значение поставок в Бостон из России сжиженного природного газа.

Соответствующие заявления министр сделал в среду, 24 января, на Всемирном экономическом форуме в Давосе.

В тот же день глава российской делегации вице-премьер Аркадий Дворкович, курирующий в российском правительстве топливно-энергетический комплекс, назвал Новака лучшим профильным министром на планете. «Наш самый лучший министр энергетики в мире», — цитирует его слова ТАСС. Представляя Новака на панельной сессии форума Дворкович отметил, что «этот человек приносит серьезную часть дохода Российской Федерации».

Конкуренция сланцевой нефти

«Я нисколько не боюсь сланцев, потому что они не решат всех проблем и не закроют всех потребностей мира в энергоресурсах», — заявил в своем выступлении на сессии в Давосе Новак. Он признал, что в краткосрочной перспективе сланцевая нефть покрывает не вес прирост потребления, а только его часть.

«Поэтому нам нужно будет продолжать заниматься добычей традиционных месторождений», — заявил глава Минэнергетики России.

Он рассказал, что ежегодно выбывает почти 4% добычи на действующих месторождениях, и поэтому необходимы инвестиции, чтобы компенсировать еще эту добычу. В ближайшие 20 лет, по словам Новака, нам понадобиться на 20 млн баррелей в сутки увеличить добычу, чтобы возместить выпадающую добычу, и еще на 10 млн баррелей нарастить добычу за счет того, что спрос будет расти.

«Итого за 20 лет нужно 30 млн баррелей в сутки добавить, сегодня нужны инвестиции на этот объем, в ближайшее время. Поэтому никакой сланец этого не сможет», — заключил Новак (цитата по «Интерфаксу»).

По прогнозам Международного энергетического агентства (МЭА), в ближайшие годы может произойти «взрывной рост» добычи сланцевой нефти в США — до 10,4 млн баррелей в сутки. В этом случае добыча нефти в США превысит добычу в Саудовской Аравии и сравниться с уровнем добычи в России.

Российский СПГ в Бостоне

«Эйфории или каких-то особых чувств, что российский газ сегодня должен быть поставлен в Бостон, нет», — заявил в Давосе Новак, комментируя поставки первой партии сжиженного природного газа с завода «Ямал СПГ» в США. По словам министра энергетики России, поставленный в США газ - не российский газ, так как российский газ был продан. «Молекулы российские, но фактически это собственность покупателей российского газа. Это говорит о том, что рынок СПГ глобальный», — отметил Новак (цитата по РИА Новости).

Новак отметил, что сегодня конкуренция полностью управляет рынком СПГ и поэтому если где-то на спотовом рынке резко вырастает цена, то танкер перенаправляется туда. «Ради Бога, поставили в Бостон, так поставили», — заявил министр.

В начале января 2017 года стало известно, что впервые партия газа с завода «Ямал СПГ» будет поставлена в США. Сжиженный природный газ с российского завода был куплен французской Engie и первоначально прибыл в британский порт Isle of Grain. Но затем газ был перегружен на СПГ-танкер Gaselys и отправлен в порт Эверет под Бостоном (штат Массачусетс). Ожидается, что уже в ближайшие дни он прибудет в американский порт.

«Ямал СПГ» — крупнейший инвестиционный проект в России, в который на конец 2016 года было привлечено внешнее финансирование в объеме $19 млрд. Участниками проекта являются «Новатэк» (50,1%), французская Total (20%) и китайские инвесторы — нефтяная корпорация CNPC и Фонд Шелкового пути (29,9%).

Крупнейшие акционеры «Новатэка» — российские миллиардеры Леонид Михельсон F 1 (24,8%) и Геннадий Тимченко F 4 (23,5%), а также французская Total (16,3%) и российский «Газпром» (10%).

Цены на нефть

«Те цены, которые сегодня, на мой взгляд, достаточно объективно отражают фундаментальные факторы и ситуацию на рынке», — заявил в Давосе Новак. В среду, 24 января, стоимость мартовских фьючерсов на нефть марки Brent составляла $69,83 за баррель, а мартовских фьючерсов на нефть марки WTI — $64,45 за баррель.

Министр энергетики России отметил, что цены на углеводороды вряд ли вернутся на уровень трехлетней давности.

Новак назвал цену на нефть в $60 за баррель в 2018 году хорошим прогнозом. «На мой взгляд, сегодня это такой достаточно хороший прогноз, оптимистичный, повышенный по отношению к тому, что было год назад», — заявил российский министр. Он отметил, что в 2018 году цены будут снижаться и установятся на уровне $45-55 за баррель. Однако сегодня, по его словам, «оптимизма добавилось побольше».

Россия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 24 января 2018 > № 2469228 Александр Новак


Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > neftegaz.ru, 11 января 2018 > № 2685770 Александр Новак

А. Новак: Россия станет одним из мировых лидеров по поставкам СПГ.

Развитие производства СПГ обеспечит рост газового экспорта и ряд положительных эффектов для экономии страны.

На энергетическом рынке происходят существенные трансформации, появляются новые технологии, что в итоге приводит к изменению энергобаланса. В частности, за последние 10 лет добыча газа в мире выросла на 20% -- до 580 млрд м3, его доля в энергобалансе расширилась с 21 до 22%. При этом мировая торговля газом за тот же период увеличилась на 42%, или на 313 млрд м3.

Ключевым изменением этого периода стал рост рынка сжиженного природного газа (СПГ) - более чем на 59%, что почти в три раза превышает темпы увеличения торговли трубопроводным газом. Общие мощности по регазификации в мире достигли 840 млн т в год, из них за последние 10 лет введено более 400 млн т. Эти процессы связаны с удешевлением и совершенствованием технологий сжижения и транспортировки, что привело к расширению количества стран-потребителей газа с 8 до 35.

Развитие рынка СПГ открывает новое окно возможностей для России, позволяет максимально эффективно использовать ее мощный ресурсный потенциал и иные конкурентные преимущества. Одновременно обеспечивается целый ряд мультипликативных эффектов для российской экономики, в том числе связанных с развитием Северного морского пути.

АЛЕКСАНДР НОВАК

Министр энергетики Российской Федерации

«Россия поступательно войдет в число мировых лидеров по поставкам СПГ»

В настоящее время эксперты сходятся во мнении, что рост спроса на энергию продолжится по мере развития мировой экономики. При этом доля газа в глобальном энергобалансе к 2035 г увеличится как минимум до 24%. Его потребление вырастет с 3,5 млрд м3 в 2016 г до 4,8 млрд м3 в 2035-м (то есть на 1,3 млрд м3, или на 37%). Среднегодовые темпы расширения спроса на газ составят около 1,8%, а динамика торговли этим энергоресурсом - 2,6% в год. Это намного более быстрый рост, чем у остальных видов углеводородного топлива.

На пороге СПГ-бума

По нашим оценкам, собственная добыча газа в основных странах-потребителях не сможет покрыть весь прирост спроса на него. Это, в свою очередь, приведет к развитию мировой торговли газом - к 2035 г она вырастет более чем на 600 млрд м3 в год, или на 60%.

Основными драйверами увеличения спроса будут Азиатско-Тихоокеанский регион, США и Ближний Восток. Этому будут способствовать и опережающий рост экономики в этих регионах, и общемировая экологическая повестка, стимулирующая переход на газ.

Потребление газа в период с 2016 по 2035 годы в Европе изменится не столь существенно - на 12%, с 465 до 523 млрд м3. Зато в Китае оно увеличится, рост потребления составит 213% -с 178 до 558 млрд м3 (213%), в Индии - 169%, с 48,5 до 130 млрд м3 .

Наиболее активно развивающимся сегментом торговли будет поставка природного газа в сжиженном состоянии (СПГ). Из 630 млрд м3 прироста мировой торговли около 430 млрд м3придется на СПГ и 200 млрд м3 - на трубопроводный газ. Доля СПГ в международной торговле вырастет с 34% (346 млрд м3) в 2016 г до 47% (787 млрд м3) к 2035 г.

Как уже отмечалось, основной прирост потребления природного газа сосредоточен в странах Азиатско-Тихоокеанского региона. Но доступ к ним посредством газопроводов затруднен, в то время как СПГ представляет собой экономически эффективный способ доставки газа в удаленные регионы. Трубопроводный газ целесообразно поставлять на расстояния до 4 тыс. км, и если речь идет о более протяженном маршруте транспортировки -- зачастую, преимущество у СПГ. Поэтому именно АТР будет обеспечивать основной прирост глобальной торговли сжиженным газом.

Мировой спрос на СПГ в период 2016-2035 годов вырастет на 121%, с 250 до 551 млн т (то есть на 301 млн т). В том числе в Азии - на 198 млн т (со 178 до 376 млн т, доля в росте - 66%), в Европе - на 51 млн т (с 41 до 92 млн т, доля - 17%), в Латинской Америке - на 21,5 млн т (c 12 до 33 млн т, доля - 7%).

Объемы СПГ, производимые на уже действующих мощностях, к 2035 г сократятся, в основном из-за истощения ресурсной базы. Зато новые мощности, основная часть которых будет введена в период до 2024 года, обеспечат прирост примерно на 126 млн т. В том числе проекты в Северной Америке - на 56 млн т, в Австралии - на 32 млн т, в России - на 11 млн т.

При этом мощности по сжижению, которые уже строятся или по которым приняты окончательные инвестиционные решения, покроют потребности в газе только до 2024 года. А затем появится окно возможностей, которое к 2035 г достигает 200 млн т.

Российская ниша

Уже реализуемые и перспективные проекты на территории России могут занять до 66 млн т из упомянутой ниши. В их перечень входят «Арктик СПГ», «Балтийский СПГ», расширение «Сахалина-2», «Печора СПГ» и другие. Из оставшейся ниши в 134 млн т мы могли бы заполнить еще как минимум 40 млн т. Для этого у нас есть вся необходимая ресурсная база.

Наибольшие запасы газа сконцентрированы в Ямало-Ненецком автономном округе. По данным Минприроды, в этом регионе они достигают 38,5 трлн м3 по категории АВС1+С2. Этого достаточно и для обеспечения трубопроводных поставок газа в долгосрочной перспективе, и для развития СПГ-мощностей. Согласно оценкам, как минимум 7,7 трлн м3 могут быть эффективно использованы для производства сжиженного газа в связи с территориальной близостью месторождений к существующим или перспективным проектами. Это означает, что не только ныне действующие, но и все потенциальные СПГ-мощности будут полностью обеспечены запасами.

Необходимо особо подчеркнуть, что трубопроводный газ и СПГ, экспортируемые из России, будут лишь дополнять друг друга, а не конкурировать между собой. И на традиционных рынках нашего трубопроводного газа, и там, куда мы будем его поставлять в ближайшее время (в частности, в Китай), он останется наиболее конкурентоспособным источником энергии. И, соответственно, будет наращивать свою долю рынка.

Однако конкуренция за дополнительную нишу на рынке будет очень жесткой. Заявленные планы по приросту мировых мощностей СПГ после 2025 года достаточно высоки - более 300 млн т. А количество возможных или откровенно спекулятивных проектов еще больше, хотя инвестиционных решений по существенной их части пока не принято. В этой связи нам нужно приложить все усилия, чтобы первыми занять данную нишу. Это закроет рынок для менее конкурентоспособных проектов и даст России возможность максимально эффективно использовать свой ресурсный потенциал.

Все проекты по производству СПГ, заявленные российскими компаниями, имеют экономические показатели, позволяющие оценивать их в качестве наиболее конкурентоспособных в мире. Они характеризуются низкой себестоимостью добычи и привлекательной логистикой. В текущих условиях ямальский СПГ будет как минимум на 2,5-3/млн долл США БТЕ (британских тепловых единиц) дешевле американского в Европе и существенно дешевле австралийского.

Такого преимущества удалось достичь благодаря тому, что в 2010 г был принят комплексный план по развитию производства СПГ на полуостровах Ямал и Гыдан. Это позволило создать необходимую инфраструктуру и начать добычу на новых месторождениях. Схожих показателей конкурентоспособности мы рассчитываем достичь и в рамках наших перспективных проектов.

Реализация всего потенциала сегмента СПГ даст нам возможность расширить долю на рынке СПГ с нынешних 4-5% до 15-20%. Это означает увеличение экспорта газа более чем на 100 млрд м3 в год, даже без учета роста трубопроводных поставок. Таким образом, Россия станет одним из мировых лидеров по поставкам СПГ.

Многие иностранные компании уже заявили о своей заинтересованности в участии в СПГ-проектах в России. Мы видим потенциал для привлечения партнеров в акционерный капитал, а также перспективы инвестирования со стороны зарубежных финансовых и энергетических корпораций.

Мультипликативные эффекты

Воплощение в жизнь данной стратегии даст большой мультипликативный эффект для экономики России. Разработка упомянутых газовых ресурсов может обеспечить до 2035 года около 8 трлн рублей инвестиций, более 3 трлн рублей налогов, свыше 7 трлн рублей заказов для российских предприятий и научных учреждений, создание высокотехнологичных рабочих мест. Дополнительный рост ВВП составит до 1,5%, экспорт в страны АТР, Африку и Латинскую Америку увеличится на 30 млрд долл США.

Но на перспективы СПГ-сегмента надо смотреть шире. Не менее важным эффектом от его роста, особенно в Арктической зоне, является ускоренное развитие Северного морского пути (СМП) - важнейшей во всех отношениях транспортной артерии. Сегодня СМП позволяет сократить путь из Азии в Европу для энергоносителей и других товаров примерно на треть. Увеличение производства СПГ в Арктическом регионе даже до 50 млн т в год - это уже десятки кораблей, обеспечивающих постоянное движение по новому мировому «хайвею», делающих реальным переход на круглогодичный режим работы этого маршрута. Грузооборот по СМП к 2035 г вырастет более чем в 10 раз.

В связи с высокой перспективностью СПГ-рынка, а главное, учитывая наличие у нас мощного ресурсного потенциала и конкурентного преимущества, необходимо принять все возможные меры для ускорения развития сегмента СПГ. В частности, требуется:

- провести корректировку стратегических документов планирования, предусмотрев в них определение приоритетных направлений государственной политики и этапность развития СПГ-индустрии в целях выхода России в число мировых лидеров по производству и экспорту сжиженного газа в среднесрочной перспективе;

- реализовать первоочередные меры по локализации на территории Российской Федерации производства критически важного оборудования для сжижения газа и строительства судов-газовозов;

- усовершенствовать систему нормативно-правового и нормативно-технического регулирования, учитывая особенности отношений в сфере производства, транспортировки, хранения и использования СПГ;

- обеспечить приоритетность развития Северного морского пути как эффективной альтернативы иным транспортным артериям, в том числе за счет опережающего роста грузооборота, связанного с развитием СПГ-индустрии в Арктическом регионе.

Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > neftegaz.ru, 11 января 2018 > № 2685770 Александр Новак


Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 11 января 2018 > № 2467905 Александр Новак

Александр Новак: «Россия станет одним из мировых лидеров по поставкам сжиженного природного газа».

Авторская колонка министра энергетики РФ Александра Новака в журнале "Нефтегазовая вертикаль"

ОКНО ВОЗМОЖНОСТЕЙ ДЛЯ РОССИИ

Развитие производства СПГ обеспечит рост газового экспорта и ряд положительных эффектов для экономии страны.

На энергетическом рынке происходят существенные трансформации, появляются новые технологии, что в итоге приводит к изменению энергобаланса. В частности, за последние 10 лет добыча газа в мире выросла на 20% - на 580 млрд м3, его доля в энергобалансе расширилась с 21 до 22%. При этом мировая торговля газом за тот же период увеличилась на 42%, или на 313 млрд м3.

Ключевым изменением этого периода стал рост рынка сжиженного природного газа (СПГ) – более чем на 59%, что почти в три раза превышает темпы увеличения торговли трубопроводным газом. Общие мощности по регазификации в мире достигли 840 млн тонн в год, из них за последние 10 лет введено более 400 млн тонн. Эти процессы связаны с удешевлением и совершенствованием технологий сжижения и транспортировки, что привело к расширению количества стран-потребителей газа с 8 до 35.

Развитие рынка СПГ открывает новое окно возможностей для России, позволяет максимально эффективно использовать ее мощный ресурсный потенциал и иные конкурентные преимущества. Одновременно обеспечивается целый ряд мультипликативных эффектов для российской экономики, в том числе связанных с развитием Северного морского пути.

В настоящее время эксперты сходятся во мнении, что рост спроса на энергию продолжится по мере развития мировой экономики. При этом доля газа в глобальном энергобалансе к 2035 году увеличится как минимум до 24%. Его потребление вырастет с 3,5 трлн м3 в 2016 году до 4,8 трлн м3 в 2035-м (то есть на 1,3 трлн м3, или на 37%). Среднегодовые темпы расширения спроса на газ составят около 1,8%, а динамика торговли этим энергоресурсом – 2,6% в год. Это намного более быстрый рост, чем у остальных видов углеводородного топлива.

На пороге СПГ-бума

По нашим оценкам, собственная добыча газа в основных странах-потребителях не сможет покрыть весь прирост спроса на него. Это, в свою очередь, приведет к развитию мировой торговли газом – к 2035 году она вырастет более чем на 600 млрд м3 в год, или на 60%.

Основными драйверами увеличения спроса будут Азиатско-Тихоокеанский регион, США и Ближний Восток. Этому будут способствовать и опережающий рост экономики в этих регионах, и общемировая экологическая повестка, стимулирующая переход на газ.

Потребление газа в период с 2016 по 2035 годы в Европе изменится не столь существенно – на 12%, с 465 до 523 млрд м3. Зато в Китае потребление увеличится на 213% - с 178 до 558 млрд м3 , в Индии – на 169%, с 48,5 до 130 млрд м3 .

Наиболее активно развивающимся сегментом торговли будет поставка природного газа в сжиженном состоянии (СПГ). Из 630 млрд м3 прироста мировой торговли около 430 млрд м3 придется на СПГ и 200 млрд м3 – на трубопроводный газ. По данным Аналитического центра ТЭК Минэнерго РФ, доля СПГ в международной торговле вырастет с 34% (357 млрд м3) в 2016 году до 47% (787 млрд м3) к 2035 году.

Как уже отмечалось, основной прирост потребления природного газа происходит за счет стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Но доступ к ним посредством газопроводов затруднен, в то время как СПГ представляет собой экономически эффективный способ доставки газа в удаленные регионы. Трубопроводный газ целесообразно поставлять на расстояния до 4 тыс. км, а если речь идет о более протяженном маршруте транспортировки -- зачастую, преимущество у СПГ. Поэтому именно АТР будет обеспечивать основной прирост глобальной торговли сжиженным газом.

Мировой спрос на СПГ в период 2016–2035 годов вырастет на 121%, с 250 до 551 млн тонн (то есть на 301 млн тонн). В том числе в Азии – на 198 млн тонн (со 178 до 376 млн тонн, доля в росте – 66%), в Европе – на 51 млн тонн (с 41 до 92 млн тонн, доля – 17%), в Латинской Америке – на 21,5 млн тонн (c 12 до 33 млн тонн, доля – 7%).

Объемы СПГ, производимые на уже действующих мощностях, к 2035 году сократятся, в основном из-за истощения ресурсной базы. Зато новые мощности, основная часть которых будет введена в период до 2024 года, обеспечат прирост примерно на 126 млн тонн. В том числе проекты в Северной Америке – на 56 млн тонн, в Австралии – на 32 млн тонн, в России – на 11 млн тонн.

При этом мощности по сжижению, которые уже строятся или по которым приняты окончательные инвестиционные решения, покроют потребности в газе только до 2024 года. А затем появится окно возможностей, которое к 2035 году достигает 200 млн тонн.

Российская ниша

Уже реализуемые и перспективные проекты на территории России могут занять до 66 млн тонн из упомянутой ниши. В их перечень входят «Арктик СПГ», «Балтийский СПГ», расширение «Сахалина-2», «Печора СПГ» и другие. Из оставшейся ниши в 134 млн тонн мы могли бы заполнить еще как минимум 40 млн тонн. Для этого у нас есть вся необходимая ресурсная база.

Наибольшие запасы газа сконцентрированы в Ямало-Ненецком автономном округе. По данным Минприроды, в этом регионе они достигают 38,5 трлн м3 по категории АВС1+С2. Этого достаточно и для обеспечения трубопроводных поставок газа в долгосрочной перспективе, и для развития СПГ-мощностей. Согласно оценкам, как минимум 7,7 трлн м3 могут быть эффективно использованы для производства сжиженного газа в связи с территориальной близостью месторождений к существующим или перспективным проектами. Это означает, что не только ныне действующие, но и все потенциальные СПГ-мощности будут полностью обеспечены запасами.

Необходимо особо подчеркнуть, что трубопроводный газ и СПГ, экспортируемые из России, будут лишь дополнять друг друга, а не конкурировать между собой. И на традиционных рынках нашего трубопроводного газа, и там, куда мы будем его поставлять в ближайшее время (в частности, в Китай), он останется наиболее конкурентоспособным источником энергии. И, соответственно, будет наращивать свою долю рынка.

Однако конкуренция за дополнительную нишу на рынке будет очень жесткой. Заявленные планы по приросту мировых мощностей СПГ после 2025 года достаточно высоки – более 300 млн тонн. А количество возможных или откровенно спекулятивных проектов еще больше, хотя инвестиционных решений по существенной их части пока не принято. В этой связи нам нужно приложить все усилия, чтобы первыми занять данную нишу. Это закроет рынок для менее конкурентоспособных проектов и даст России возможность максимально эффективно использовать свой ресурсный потенциал.

Все проекты по производству СПГ, заявленные российскими компаниями, имеют экономические показатели, позволяющие оценивать их в качестве наиболее конкурентоспособных в мире. Они характеризуются низкой себестоимостью добычи и привлекательной логистикой. В текущих условиях ямальский СПГ будет как минимум на $2,5–3/млн БТЕ (британских тепловых единиц) дешевле американского в Европе и существенно дешевле австралийского.

Такого преимущества удалось достичь благодаря тому, что в 2010 году был принят комплексный план по развитию производства СПГ на полуостровах Ямал и Гыдан. Это позволило создать необходимую инфраструктуру и начать добычу на новых месторождениях. Схожих показателей конкурентоспособности мы рассчитываем достичь и в рамках наших перспективных проектов.

Реализация всего потенциала сегмента СПГ даст нам возможность расширить долю на рынке СПГ с нынешних 4–5% до 15–20%. Это означает увеличение экспорта газа более чем на 100 млрд м3 в год, даже без учета роста трубопроводных поставок. Таким образом, Россия станет одним из мировых лидеров по поставкам СПГ.

Многие иностранные компании уже заявили о своей заинтересованности в участии в СПГ-проектах в России. Мы видим потенциал для привлечения партнеров в акционерный капитал, а также перспективы инвестирования со стороны зарубежных финансовых и энергетических корпораций.

Мультипликативные эффекты

Воплощение в жизнь данной стратегии даст большой мультипликативный эффект для экономики России. Разработка упомянутых газовых ресурсов может обеспечить до 2035 года около 8 трлн рублей инвестиций, более 3 трлн рублей налогов, свыше 7 трлн рублей заказов для российских предприятий и научных учреждений, создание высокотехнологичных рабочих мест. Дополнительный рост ВВП составит до 1,5%, экспорт в страны АТР, Африку и Латинскую Америку увеличится на $30 млрд.

Но на перспективы СПГ-сегмента надо смотреть шире. Не менее важным эффектом от его роста, особенно в Арктической зоне, является ускоренное развитие Северного морского пути (СМП) – важнейшей во всех отношениях транспортной артерии. Сегодня СМП позволяет сократить путь из Азии в Европу для энергоносителей и других товаров примерно на треть. Увеличение производства СПГ в Арктическом регионе даже до 50 млн тонн в год – это уже десятки кораблей, обеспечивающих постоянное движение по новому мировому «хайвею», делающих реальным переход на круглогодичный режим работы этого маршрута. Грузооборот по СМП к 2035 году вырастет более чем в 10 раз.

В связи с высокой перспективностью СПГ-рынка, а главное, учитывая наличие у нас мощного ресурсного потенциала и конкурентного преимущества, необходимо принять все возможные меры для ускорения развития сегмента СПГ. В частности, требуется:

провести корректировку стратегических документов планирования, предусмотрев в них определение приоритетных направлений государственной политики и этапность развития СПГ-индустрии в целях выхода России в число мировых лидеров по производству и экспорту сжиженного газа в среднесрочной перспективе;

реализовать первоочередные меры по локализации на территории Российской Федерации производства критически важного оборудования для сжижения газа и строительства судов-газовозов;

усовершенствовать систему нормативно-правового и нормативно-технического регулирования, учитывая особенности отношений в сфере производства, транспортировки, хранения и использования СПГ;

обеспечить приоритетность развития Северного морского пути как эффективной альтернативы иным транспортным артериям, в том числе за счет опережающего роста грузооборота, связанного с развитием СПГ-индустрии в Арктическом регионе.

Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 11 января 2018 > № 2467905 Александр Новак


Турция. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > minenergo.gov.ru, 23 октября 2017 > № 2368102 Александр Новак

Интервью Министра Александра Новака турецкому агентству "Анадолу".

Каковы основные итоги заседания?

Наши консультации прошли на очень высоком уровне, мы конструктивно обсудили и текущее состояние сотрудничества между нашими странами, и перспективные проекты. Также на заседании прозвучали вопросы, которые требуют дополнительного решения. В их числе - отмена ограничений в торговле, чтобы дать возможность бизнесу осуществлять свою деятельность, активизировать инвестиционные процессы. Я, в принципе, очень доволен тем, как идет процесс. На сегодняшний день торговый оборот между нашими странами вырос на 30% по сравнению с прошлым годом. Тем не менее, этот показатель пока остаётся значительно меньше, чем мог бы быть. Задача, которую поставили лидеры наших стран - увеличить торговый оборот до 100 миллиардов долларов в год. Конечно, мы должны способствовать достижению этой цели, предпринимая все необходимые действия.

Мы рады, что наш российский Фонд прямых инвестиций и турецкий суверенный фонд договорились о создании совместного инвестиционного фонда общим объемом 1 млрд долларов. Эти средства будут направлены на реализацию совместных проектов. Хочу отметить сотрудничество на межбанковском уровне по развитию использования расчетов в рублях и турецкой лире. В области энергетики мы реализуем два крупных проекта - Турецкий поток и атомная электростанция Аккую. По ним подписаны международные правсоглашения, которые требуют внимания для того, чтобы все вопросы решались в установленные сроки. Я уверен, что все эти проекты будут реализованы в существующие сроки.

Мы говорили о сельском хозяйстве, это одна из тем, которая, безусловно, всех волнует. В частности, речь шла о снятии барьеров, в том числе, по поставкам томатов в РФ, и сегодня можно сказать, что такое решение подготовлено и идёт окончательное согласование постановления правительства, которое, надеемся, в ближайшее время будет принято. Конечно, скорость принятия этого решения будет зависеть, в том числе, от вопросов снятия бюрократических барьеров, которые турецкая сторона вела относительно поставок сельскохозяйственной продукции. Речь идёт о счетах-фактурах, которые, в соответствии с принятым решением, надо заверять в Консульстве. Мы считаем, что необходимо двигаться в направлении снятия всех барьеров, наши аграрные ведомства взаимодействуют между собой, соответствующие консультации будут продолжены. Также на встрече обсуждались вопросы транспорта, промышленности, инвестиций, развития туризма между нашими странами, то есть весь спектр взаимоотношений. Я думаю, что сегодняшнее заседание Комиссии даст дополнительный импульс для решения проблем и увеличения торгового оборота между нашими странами.

В последнее время сельское хозяйство было одной из самых популярных тем для обсуждения между Россией и Турцией. Как известно, Россия со своей стороны хотела бы экспортировать в Турцию мясо. Какие детали Вы могли бы сообщить в части данной сферы?

Наши предприятия заинтересованы поставлять продукцию в Турецкую республику, речь идёт о говядине и мясе птицы, утки. Сейчас идёт совместная работа наших министерств сельского хозяйства, а также контролирующих надзорных органов по сертификации соответствующей продукции. Состоялась инспекция турецких коллег на трёх российских предприятиях, в настоящий момент этот отчёт изучается. И мы надеемся, что в ближайшее время турецкая сторона выдаст разрешения для поставок российского мяса.

Также энергетика – очень важная тема для наших стран. Мы знаем, что Россия хотела гарантии от Европы для строительства второй нитки Турецкого потока, получила ли она эти гарантии? Поскольку известно, что уже почти 400 километров второй нитки уже построено.

Действительно, всего по двум ниткам на сегодня уложено более 370 км. В ближайшее время должен быть согласован и подписан протокол по строительству сухопутного транзитного участка, определен его маршрут для того, чтобы успеть в соответствии с оговорёнными межправсоглашением сроками - это декабрь 2019 года - закончить соответствующие работы. «Газпром» подписал Дорожные карты с профильными министерствами Болгарии, Сербии и Венгрии по развитию национальных газотранспортных систем в соответствии с заявками «Газпром экспорта». Но также сохраняется вариант поставок в направлении Греции и дальше через планируемый газопровод Poseidon на рынок Италии.

Есть ли решение по предоставлению скидки по поставкам российского газа?

Переговоры по скидке идут, главным образом, между российским Газпромом и турецким Botas, вы знаете что стороны находятся ещё в суде. Я могу сказать, что тема о скидке возникла ещё до падения цен на нефть, на газ. Цены, которые сегодня складываются, абсолютно конкурентоспособны, они соответствуют рынку. И вопрос о формировании цены на поставляемый газ - это вопрос взаимных договорённостей между двумя коммерческими компаниями, поэтому мы будем ожидать результатов переговоров. Надеемся, стороны придут к взаимному согласию.

Не так давно три турецкие компании стали партнерами Аккую. Как продвигается работа с вашими турецкими партнерами?

Действительно, для реализации этого проекта привлечены турецкие инвесторы. На наш взгляд, это очень хороший сигнал, что проект будет реализовываться российскими компаниями совместно с турецкими партнёрами. На сегодняшний день реализация проекта идёт по плану, получено большинство необходимых согласований и разрешений, ожидаем получения уже окончательной лицензии на строительство, и с этого момента начнётся укладка первого бетона. На днях турецкие партнеры выдали временное разрешение на строительство. Идут работы по планировке территории и землеустроительные работы, идёт проектирование, осуществляется заказ необходимого оборудования. Все мероприятия реализуются в соответствии с графиком.

Кроме энергетики, какие сферы могут быть интересны России для инвестирования?

Конечно, наше сотрудничество не ограничивается только энергетикой, у нас очень много взаимных инвестиций в такие сферы как промышленность, производство оборудования, деревообработка, транспорт, связь. Мы охватываем в нашем сотрудничестве почти все сферы деятельности. Например, турецкие инвесторы вложили в Татарстане 2 млрд долларов в создание более 10 предприятий в различных сферах. В Турции есть металлургические предприятия, в которые были вложены средства российских инвесторов, например, предприятия по сборке автомобилей Газель. Кроме этого у нас есть инвестиции в финансовой сфере, в своё время Сбербанк приобрёл турецкий Демиз Банк. На заседании межправкомиссии говорилось о развитии сотрудничества в космической промышленности и возможности участия российских компаний в тендере на производство спутников. Это тоже одно из направлений сотрудничества.

Можете ли Вы сообщить детали работы Совместного российско-турецкого инвестиционного фонда?

Решение было принято в марте этого года, сейчас идёт юридическая процедура оформления данного фонда. Недавно я в Москве встречался с советником президента Эрдогана, он является членом Наблюдательного совета Турецкого суверенного фонда, мы подробно обсуждали, в том числе и сотрудничество в области инвестиций, создание совместного фонда с нашим российским фондом прямых инвестиций. Мы уверены, что в ближайшее время он заработает.

Как решаются вопросы визового режима?

Мы считаем, что эта сфера постепенно должна быть либерализована. Мы положительно оцениваем введение безвизового режима для граждан Турции. В МИД России уже переданы предложения по введению безвизового режима для владельцев служебных паспортов и водителей большегрузных транспортных средств. Мы оптимистично настроены по поводу решения этого вопроса.

Турция. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > minenergo.gov.ru, 23 октября 2017 > № 2368102 Александр Новак


США. Евросоюз. Саудовская Аравия. ОПЕК. РФ > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 9 октября 2017 > № 2471803 Александр Новак

Новак: до 2035-го Европа почти вдвое увеличит импорт газа, и значительная часть этого роста придется на Россию

По данным Минэнерго США, до 2035-го ЕС будет буквально находиться в газовой зависимости от России. О перспективах газовой отрасли глава Минэнерго РФ рассказал в интервью Business FM

Легко ли договориться с ОПЕК? Несколько тысяч человек собирались на прошлой неделе на московском форуме «Российская энергетическая неделя». Темами форума стали перспективы развития энергетики, но, поскольку она очень тесно сплетается с политикой, политические вопросы тоже поднимались.

О том, как шли переговоры по сделке ОПЕК, нацеленной на поддержание уровня мировых цен на углеводороды и о перспективах ее продления министр энергетики России Александр Новак рассказал главному редактору Business FM Илье Копелевичу.

Мы с вами разговариваем по итогам первой Российской энергетической недели. Было много важных событий, но все-таки самое главное, я думаю, то, что она параллельно шла с государственным визитом короля Саудовской Аравии, второй энергетической державы в мире после нас — ну, Америка, естественно, на другом берегу находится... Мы знаем, что цены на нефть у нас сейчас относительно стабильны, выше наших прогнозов, знаем о том, что в действительности сработала сделка с ОПЕК. Ключевым в этом была договоренность, достигнутая при вашем участии, — я имею в виду, конечно, то, что, как мы знаем, именно вам удалось добиться компромисса между Саудовской Аравией и Ираном. Остается ли вот эта посредническая роль России и ваша лично актуальной сейчас, остается ли эта договоренность между Саудовской Аравией и Ираном стабильной на предстоящий период?

Александр Новак: Что касается сделки, во-первых, я хочу сказать, на нее мы выходили долго и, в принципе, изначально, когда мы собирались еще в 2014 году, когда цены начали падать, все стороны согласились: пока не требуется никаких совместных действий, рынок должен сам все сбалансировать. Но, к сожалению, кризис затянулся, и мы видели падение цен — почти больше чем в два раза, снижение инвестиций в отрасль, затем цены упали до 27 долларов в январе 2016 года... это, конечно, многие страны немного всколыхнуло для того, чтобы вернуться к вопросу обсуждения совместных действий и координации на рынках, то есть снижения тех излишков, которые сложились на тот период. Безусловно, эта позиция обсуждалась в правительстве Российской Федерации, с президентом, во многом благодаря его усилиям и переговорам с руководителями стран, в том числе и с Саудовской Аравией, и с Ираном, были достигнуты договоренности. Мы со многими странами проводили переговоры на уровне министров, чтобы уже детально и по цифрам обсуждать, что можно сделать, какие обязательства взять на себя странам, чтобы, с одной стороны, сбалансировать рынок, с другой стороны, это несильно ухудшило положение отрасли, поскольку все-таки кому-то легко, например, сокращать добычу, а кому-то нужно реально снижать бурение и уменьшать инвестиционные программы. Поэтому переговоры были непростые, но в целом хочу сказать, что ключевую роль играли две стороны — Россия и Саудовская Аравия как крупнейшие производители нефти в мире. Примерно 11 млн баррелей в сутки добывает Саудовская Аравия, Российская Федерация — чуть больше, мы первое место занимаем. Очень сложные переговоры были, когда пост министра Саудовской Аравии занимал аль-Наими, и вы помните первые попытки — это февраль и апрель 2016 года, когда в Дохе собирались (представители) 18 стран...

Собрались и разъехались.

Александр Новак: Да, хотя были почти готовы к соглашению, но в тот момент свою позицию поменяла Саудовская Аравия, в том числе из-за того, что не смогли договориться с Ираном.

Причем даже, может быть, не по количеству баррелей, а по формулировкам — как оно будет выглядеть, кто сделал первый шаг навстречу. Было буквально вот это камнем преткновения.

Александр Новак: Мы продолжили работу летом, и, мне кажется, позитивным очень было то, что со стороны Саудовской Аравии был уже другой переговорщик, новый руководитель министерства энергетики — аль-Фалех, который активно включился в эту работу. Проводили переговоры, безусловно, и с другими странами, но ключевое событие — наша договоренность в сентябре прошлого года между Саудовской Аравией и Россией, мы подписали соглашение о совместных действиях на рынке, о координации деятельности и сотрудничестве в области энергетики по развитию совместных проектов как в России, так и в Саудовской Аравии. Этот момент стал ключевым, переломным, потому что мы консолидированно начали работать со странами, не входящими в ОПЕК. Какие-то переговоры мы проводили и с государствами, входящими в ОПЕК, например, с Ираном, и мне кажется, вся работа была нацелена на то, чтобы достичь результата и договориться по сделке с тем, чтобы снять излишки с рынка.

Сейчас, я думаю, что эта новость должна была обсуждаться и здесь в кулуарах, две ключевые американские газеты написали о том, что 12-го числа президент США Дональд Трамп заявит о разрыве соглашения с Ираном... Это может затронуть и нефтяной рынок тоже?

Александр Новак: Конечно, если соглашения будут разорваны и будут какие-то жесткие меры, такие, как были до снятия санкций с Ирана, это очень, на мой взгляд, будет влиять на рынки...

Но, скорее, в сторону повышения цен?

Александр Новак: Все будет зависеть от того, какие решения могут быть. Если это станции, касающиеся нефти и ограничений по торговле нефтью со стороны Ирана, это одна ситуация. Если это другие какие-то санкции, если вообще не будет санкций — другая. Поэтому рынок будет, конечно, реагировать на такие вещи, Иран — одна из стран, которые добывают очень большое количество нефти, является поставщиком нефти на мировые рынки. Сегодня они добывают 3,8 млн баррелей в сутки. Мы помним, когда были введены санкции, объемы добычи снижались значительно — меньше 3 млн Иран добывал во время санкций. Поэтому для рынка это, конечно, существенные объемы.

Всю конструкцию, которую удалось сложить прошлым летом между Саудовской Аравией, Ираном, другими членами ОПЕК и не ОПЕК, вот этот политический риск способен разрушить или нет?

Александр Новак: Я не думаю, что сейчас, когда прошло уже восемь месяцев...

Не начнут ли под таким прессом страны действовать самостоятельно, пренебрегая договоренностями?

Александр Новак: Я могу высказать только свою личную точку зрения — на мой взгляд, вряд ли, наверное, это приведет к разрушению соглашения. Мы имеем пример ситуации на Ближнем Востоке, связанной с Катаром. Катар — участник сделки, и он продолжает выполнять свои обязательства по сокращению добычи, мы встречаемся, министр, когда был здесь, на Российской энергетической неделе, проводилась министерская встреча форума стран — экспортеров газа, мы обсуждали в том числе вопросы, касающиеся нефти, сотрудничества в этой области. Здесь в данном случае ничего не поменялось, поэтому я надеюсь, что мы до конца доведем сделку, рынок будет сбалансирован, и, в принципе, перейдем уже на нормальные рыночные рельсы.

А саудовский министр с катарским здесь на одной площадке встречались или нет?

Александр Новак: Мне это неизвестно.

Общей не было такой сессии, вы не видели такого?

Александр Новак: Я не видел, поэтому не могу вам сейчас ответить на этот вопрос точно.

Возвращаясь все-таки к этому соглашению ОПЕК+. Вообще говоря, год назад аналитики — что российские, что, в общем-то, уважаемые иностранные аналитики — сообщали долгое время: ОПЕК не способна договориться и выполнять договоренности даже внутри себя, поэтому не сильно верили в возможность заключения такой широкой сделки, которая причем была бы выполняема. Выполняется ли она? И она ли обеспечивает тот уровень цен, который сложился сейчас, или на это влияют другие факторы?

Александр Новак: Вы знаете, действительно, что касается ОПЕК, они очень давно принимали какое-то решение по балансировке рынка. И, конечно, был некий скептицизм по поводу того, смогут ли они договориться между собой. Но мне кажется, то, что в эту сделку были привлечены страны, не входящие в ОПЕК, сыграло именно свою консолидирующую роль, потому что впервые такая ситуация, когда не только страны ОПЕК, но и не входящие в нее договорились о совместных действиях.

Именно это было ключевым фактором, чтобы и они тоже выполняли, да?

Александр Новак: И мы видим сейчас, с точки зрения исполнения соглашения, впервые, может быть, за всю историю ОПЕК — несколько десятилетий, что они выполняют на 100% свои обязательства. Раньше таких никогда не было показателей. Обычно был уровень исполнения гораздо меньше, а сегодня мы видим, что страны ОПЕК суммарно выполняют свои обязательства на 100%.

Именно это поддерживает стабильный уровень цен?

Александр Новак: Я думаю, это общая приверженность к исполнению соглашений, потому что страны не ОПЕК тоже суммарно его выполняют. Кстати, за август впервые страны не ОПЕК консолидировано исполняли соглашение даже больше, чем страны, входящие в ОПЕК. 116% был уровень исполнения странами, не входящими в ОПЕК, а ОПЕК исполнил на 98%. У нас очень хороший механизм был выработан мониторинга ситуации. Ежемесячно проходит встреча технического комитета, министерская встреча проходит раз в два месяца, на которой обсуждаются вопросы исполнения соглашений. Там несколько стран, входящих в ОПЕК и несколько стран, не входящих в нее. Россия является сопредседателем этой группы, и мы участвуем в обсуждении и мониторинге ситуации. В случае если мы видим какие-то отклонения от исполнения соглашений, мы указываем соответствующим странам, мы рекомендуем выйти на стопроцентное исполнение. И, в общем-то, такой механизм получился хорошим, поскольку есть некая надстройка, координирующий орган, и те страны, которые, допустим, отклоняются от показателей, которые перед ними стоят, я думаю, что им самим, наверное, не очень комфортно быть в отстающих, они стараются все время подтягиваться, если вдруг происходят какие-то отклонения. Поскольку в ОПЕК такой настройки не было мониторинговой, там есть только секретариат ОПЕК. Сейчас министры контролируют, собираясь один раз в два месяца.

А не ведет ли это нас все-таки к созданию новой организации, которая, по крайней мере, без формального провозглашения показала свою эффективность за этот год?

Александр Новак: Мы не видим в этом целесообразности. Мы считаем, что вообще такие соглашения не должны носить какой-то постоянный характер. Сейчас просто мы вошли в такое соглашение, сделку, исходя из целесообразности и необходимости приближения момента восстановления рынка, который бы в любом случае произошел рыночным путем. За счет низких цен инвестиции упали, и, в общем-то, за счет снижения добычи в перспективе мы бы получили дефицит сырья и сильный рост цен. Но никто в этом не заинтересован, при условии такой волатильности. Мы наоборот хотели сгладить провал, который сейчас произошел на рынке с 2014 по 2016 годы. И все действия наши на сегодняшний день подтверждают, что было правильное решение принято. Результаты таковы, что цены восстановились до приемлемого уровня, инвестиции вернулись в отрасль, волатильность снизилась. За последний год мы видим, что цены примерно колеблются в диапазоне от 47 до 57 долларов за баррель, а в принципе, могли бы быть от 20 до 100 и выше. И такая волатильность, конечно, никому не нужна.

Теперь очень много повсюду говорят о новой энергетике: солнце, ветре. Греф с Чубайсом даже очень ожесточенно когда-то спорили на этот счет. Сейчас я слышал — Герман Греф тоже поверил в то, что ветер в России есть, не только в карманах... Если говорить, в целом, о мировых трендах, будет ли расти доля энергии, получаемой из возобновляемых источников, как это называется, по сравнению с традиционными — нефтью, газом, углем?

Александр Новак: Мне кажется, уже этот вопрос не стоит. Допустим, все участники Российско-энергетического международного форума, обсуждая эти вопросы, даже не говорили о том, что возобновляемые источники энергии не будут развиваться. Мне кажется, уже все свыклись с этой мыслью, потому что, действительно, в мире активно развивается производство энергии солнечной, ветровой энергии. Это стало уже данностью и фактом. Вопрос только, как быстро это будет развиваться, с какой скоростью. И вот здесь могут быть разные оценки, например.

Ну, ведь и потребление энергетических ресурсов тоже растет, поэтому не о количестве говорим, а о доле. Вот как мы смотрим на перспективу ближайших десяти лет?

Александр Новак: В своем выступлении президент очень четко ответил на этот вопрос два дня назад на пленарной сессии в рамках российско-энергетической недели, где было сказано о том, что доля возобновляемых источников энергии в мире вырастет в производстве электроэнергии с 7% до 20% до 2035 года. Уже будет пятая часть электроэнергии в мире производиться из солнца и ветра. На мой взгляд, это направление будет развиваться, и оно будет расти достаточно быстро во многом благодаря научно-техническому прогрессу и снижению себестоимости производства электроэнергии. Уже на сегодня производство электроэнергии солнца очень близко и конкурентоспособно по отношению к выработке электроэнергии с традиционных источников энергии. Конечно, этот проект еще субсидируется многими странами. Но, тем не менее, пройдет какой-то период и, я думаю, что в среднесрочной перспективе конкуренция уже будет. Вопрос другой — нам, конечно, необходимо в том числе решение научного характера, технологического по решению вопроса накопления энергии. И тогда еще больше будет импульс для производства энергии из возобновляемых источников энергии. Пока, к сожалению, нет больших накопителей, которые могли бы хранить достаточно большой объем энергии и при этом иметь возможность достаточно быстро выдавать ее в систему. Над этим работают многие ученые всех стран, то есть большого количества стран. На мой взгляд, такая технология в любом случае будет найдена. Поэтому это будет новый дополнительный импульс для развития возобновляемых источников энергии.

Относительно дешевый газ, нефть и уголь в России не препятствуют ли развитию этого направления у нас? Ну, пусть не солнечной, но ветровой энергетики.

Александр Новак: Конечно.

У нас же есть экспортная пошлина, и внутренняя цена все равно ниже. Мы не в одинаковой находимся среде с остальным миром.

Александр Новак: Мы понимаем, безусловно, что в нашей системе, учитывая наличие дешевых природных ресурсов — нефти, газа, угля, сегодня солнечная энергетика и ветровая еще менее конкурентоспособна по сравнению с традиционными источниками. Мы выбираем и балансируем, когда принимаем решение о развитии и поддержке возобновляемых источников энергии, потому что нам нужно учитывать интересы потребителей. Если мы будем производить энергию из дорогих источников, нам нужно будет субсидировать. Субсидировать или из бюджета, или за счет роста тарифов для потребителей, что, в принципе, не очень хорошо воспринимается со стороны потребителей промышленных и так далее.

Не хорошо. Промышленному потребителю совершенно все равно, из какого источника получена энергия. Ему неприятно, если вдруг из своего кармана ему надо оплачивать. Задача государственной политики...

Александр Новак: На данном этапе мы выработали стратегию. Основная доля выработки электроэнергии у нас сегодня происходит из традиционных источников. Плюс у нас атомная генерация порядка 17% в балансе занимает, и порядка 18% — гидрогенерация. То есть 35% не относится к углеводородам. Оставшиеся 65%, из них порядка 1% — это возобновляемые источники энергии и 64% — это уголь и газ. Из нефти мы не делаем электроэнергию, поскольку это уже совершенно не актуально. Так вот наша стратегия заключается в том, чтобы сейчас стимулировать производство возобновляемых источников энергии на базе того, чтобы сформировать заказ для промышленности и позволить инвестировать в производство необходимого оборудования, то есть солнечных фотоэлементов, либо продукции для выработки ветровой энергии. Данный заказ посчитали вместе с министерством промышленности, участниками рынка, теми же потребителями. Это составляет 6 тысяч мегаватт на период до 2024 года. Учитывая, что наш общий баланс, установленная мощность на сегодняшний день где-то 250 тысяч мегаватт. Посчитать можно легко, что это примерно 2-3% от общей установленной мощности. И мы сегодня уже обеспечили стимулирование производства такого оборудования по механизму возврата инвестиций, по аналогии, как со строительством новых электростанций, так называемые договора предоставления мощности, которые позволяют инвесторам вкладывать с гарантированным доходом от строительства соответствующих электростанций на солнце или на ветре. И уже эта программа работает. Она была принята в 2014 году. На сегодня мы ввели в эксплуатацию — уже по состоянию на 1 января 2017 года — 130 мегаватт солнечных электростанций. В этом году еще 120 мегаватт будет введено. Всего где-то 1 600 мегаватт общей мощности на период до 2024 года. По ветру несколько у нас медленнее идет процесс, но, тем не менее, мы вышли уже тоже на показатели. В этом году будут первые ветровые станции введены. Мы разыграли в 2017-м большой конкурс, в котором участвовала и компания «Ростатом», и Русгидро. И они готовы на сегодняшний день заниматься производством оборудования для ветрогенерации, поэтому рассчитываем, что эта программа тоже будет выполнена в сроки и позволит нам быть в технологической цепочке наряду с ведущими мировыми державами, кто занимается этими вопросами.

Министерство энергетики США буквально неделю назад — я видел доклад, — несмотря на развитие вот всех этих прекрасных вещей, сформулировало, что все равно Европейский союз до, по-моему, 2035 года будет находиться в газовой зависимости от России. Я совсем коротко сформулирую вопрос. Понятно, что у нас определенная сейчас развилка есть, определенные сложности с нашими потоками: северным и турецким. Не решенный вопрос с транспортировкой газа через территорию Украины, но, тем не менее, вопрос конкретный. Вот, например, Порошенко некоторое время назад заявил, что было бы хорошо, если бы европейские компании покупали газ на границе России и Украины. Насколько я помню, Россия давно этого хотела, чтобы это было сферой ответственности уже европейских газовых компаний. Но как он через Украину пройдет? Мы бы к этой идее как отнеслись и реалистична ли она?

Александр Новак: Ну, во-первых, что касается европейского рынка, я бы не сказал, что мы занимаем какое-то сегодня доминирующее положение. Мы одни из тех, кто поставляет.

35% или даже 37%.

Александр Новак: Колеблется наша доля от общего потребления газа...

Это почти монополия по понятиям антимонопольной политики.

Александр Новак: 25-30% в зависимости от температурного режима, холодная зима или теплая. Сейчас мы больше поставляем, чем в прошлом году. Значительно «Газпром» больше поставляет, потому что из-за холодной зимы были выработаны запасы из подземных газовых хранилищ в Европе, и поэтому сейчас идет заполнение ПГХ. В будущем мы видим большую конкуренцию на этом рынке. Мы видим, что будет расти импорт газа в Европу, несмотря на то, что Европа активно занимается возобновляемыми источниками энергии, тем не менее, газ является низкоуглеродным сырьем, достаточно дешевым, эффективным для выработки электроэнергии. И он позволяет обеспечивать покрытие пиковых потреблений, когда все включают свои устройства потребления — промышленные предприятия, население. Собственно, газ — это очень хороший такой источник для выработки электроэнергии. Мы видим, что в Европе, в любом случае, несмотря на то, что темпы роста экономики не такие, как в среднем по миру или как в Китае, или в Индии, тем не менее, потребление газа будет расти. В период до 2035 года оценки составляют от 70 до 100 млрд кубических метров газа. Кроме того, собственная добыча снижается, и мы уже видим, что в этом году снижается добыча в Европе, и в перспективе где-то на 50 млрд будет снижение. Поэтому дополнительный рынок в Европе — в перспективе до 2035 года — это примерно от 100 до 150 млрд кубических метров газа.

Примерно, кстати, в два раза рост по сравнению с тем, что мы сейчас туда поставляем.

Александр Новак: Сегодня Европа потребляет порядка 450 млрд.

А наших 170 млрд, по-моему, да?

Александр Новак: Здесь нужно разделять европейский рынок на страны, входящие, например, в СНГ, и страны, не входящие в СНГ, чисто европейский рынок. Но суммарно мы поставляем порядка 200 млрд кубических метров газа на экспорт.

В перспективе до 2035 года мы практически вдвое можем увеличить поставки газа в Европу? Вопрос все-таки, как будет решена проблема транспортировки этого газа.

Александр Новак: Я не думаю, что мы полностью займем эту нишу дополнительную, потому что рынок, еще раз повторяю, конкурентоспособный. И есть возможности поставки сжиженного природного газа. Вопрос будет в конкуренции — кто сможет предложить наиболее надежный и дешевый продукт для потребителя. Ну, конечно, на сегодняшний день мы достаточно конкурентоспособны и видим, что дополнительные объемы газа в Европу, в основном, идут за счет увеличения поставок из России. И в перспективе, конечно, мы будем стараться эту нишу держать и быть конкурентными.

Украинский маршрут и конкурентное заявление Порошенко, хорошо бы, чтобы европейские энергетические компании покупали на границе России и Украины — это реалистично?

Александр Новак: Знаете, мне кажется, что здесь, в первую очередь, должны договариваться между собой непосредственно поставщики газа и потребители газа. И как будет наиболее выгодно обеим сторонам. Точка сдачи — это вопрос коммерческий. Она может быть в любом месте.

Он политизированный. Без участия государства мы знаем, что практически каждый год на уровне российского правительства с вашим участием, в том числе и Еврокомиссии, решаются эти вопросы.

Александр Новак: Мне кажется, его во многом политизируют те, кто хочет этого. Я, например, считаю, что на политические заявления относительно того, что нельзя строить «Северный поток-2» или «Турецкий поток», или до этого «Южный поток». Те политические заявления, которые звучат со стороны отдельных представителей Еврокомиссии, они совершенно идут не на пользу тем же европейским странам, потому что новые маршруты, которые планируется реализовать, позволяют снизить себестоимость транспортировки в два раза, сократить плечо доставки тоже почти на две тысячи километров и обеспечить через современную транспортную трубопроводную систему надежно потребителей европейским газом. Это чисто коммерческий вопрос между компаниями, которые готовы поставить газ. Есть компании, которые готовы купить и обеспечить распределение этого ресурса между потребителями. Поэтому это абсолютно коммерческие вопросы, которые должны решаться именно таким путем.

Как вы думаете, если бы, например, мы все-таки, хотя я знаю, что этот вопрос сегодня не актуальный, но, если бы трубой у нас владела одна компания, а газ в трубу из России поставляли разные компании, мы бы ослабили противодействие со стороны Европейского союза строительство вот этих потоков?

Александр Новак: Еще раз.

Ну, вот, если бы мы, грубо говоря, отвечали требованиям Третьего энергопакета, чтобы потоком владела одна компания, трубой, а поставщиками газа были разные компании.

Александр Новак: Сегодня мы полностью соответствуем требованиям европейского законодательства. И реализация проекта «Северный поток-2» и «Северный поток-1» полностью соответствует европейскому законодательству.

Я знаю, но противодействие там оказывается, они экстраполируют свои нормы с суши Европейского союза уже на морской участок. Это все равно политический аргумент.

Александр Новак: Политический аргумент, но при этом есть юридическое заключение тех же юристов Еврокомиссии о том, что требования Третьего энергопакета не могут распространяться на морскую часть, потому что это не территория Евросоюза. Придумываются просто различные варианты, которые не позволили бы реализовать этот проект. Мы считаем, что существующее законодательство, которое уже есть в Евросоюзе, полностью позволяет реализовать этот проект на коммерческой основе.

Я подытожу. С «потоками» пока сложно разобраться, потому что ситуация находится в динамике, в том числе политической, не вполне все зависит от экономических ведомств. К 2019 году, когда закончится наш контракт с Украиной, мы исключаем, что мы будем продолжать по этому маршруту транспортировать газ, или это тоже опция, которая будет наряду с «Северным потоком», вторым «Северным потоком» и «Турецким потоком» находиться на столе в наших коммерческих контрактах с европейскими компаниями?

Александр Новак: Я не исключаю, что какой-то объем останется. У нас позиция в этом смысле уже была публично озвучена, она не скрывается. Если будут предложены условия конкурентные и по цене, и по надежности поставок газа по маршрутам, которые сегодня используются, то наша компания «Газпром» готова вести переговоры с владельцами газотранспортной инфраструктуры Украины. Вопрос в том, что в любом случае независимо ни от чего, на наш взгляд, должны быть альтернативные возможности поставки в Европу. Это создает конкуренцию, которая позволяет повышать эффективность, снижать издержки, в том числе и для европейских потребителей, и не должно быть монопольного положения по поставкам газа через одну газотранспортную инфраструктуру. Пожалуйста, есть конкуренция, предлагайте хорошие условия, модернизируйте свою газотранспортную систему, чтобы она была действительно надежной, эффективной, и я не думаю, что могут быть какие-то проблемы в этом смысле.

На «Российской энергетической неделе» обсуждались перспективы освоения арктического шельфа, развития альтернативной энергетики, экономии энергии и повышения эффективности добычи нефти и газа. Форум посетил президент России Владимир Путин.

Илья Копелевич

США. Евросоюз. Саудовская Аравия. ОПЕК. РФ > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 9 октября 2017 > № 2471803 Александр Новак


Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 9 октября 2017 > № 2344213 Александр Новак

Интервью Александра Новака радиостанции Business FM.

Новак: до 2035-го Европа почти вдвое увеличит экспорт газа, и значительная часть этого роста придется на Россию.

По данным Минэнерго США, до 2035-го ЕС будет буквально находиться в газовой зависимости от России. О перспективах газовой отрасли глава Минэнерго РФ рассказал в интервью Business FM

Легко ли договориться с ОПЕК? Несколько тысяч человек собирались на прошлой неделе на московском форуме «Российская энергетическая неделя». Темами форума стали перспективы развития энергетики, но, поскольку она очень тесно сплетается с политикой, политические вопросы тоже поднимались.

О том, как шли переговоры по сделке ОПЕК, нацеленной на поддержание уровня мировых цен на углеводороды и о перспективах ее продления министр энергетики России Александр Новак рассказал главному редактору Business FM Илье Копелевичу.

Мы с вами разговариваем по итогам первой Российской энергетической недели. Было много важных событий, но все-таки самое главное, я думаю, то, что она параллельно шла с государственным визитом короля Саудовской Аравии, второй энергетической державы в мире после нас — ну, Америка, естественно, на другом берегу находится... Мы знаем, что цены на нефть у нас сейчас относительно стабильны, выше наших прогнозов, знаем о том, что в действительности сработала сделка с ОПЕК. Ключевым в этом была договоренность, достигнутая при вашем участии, — я имею в виду, конечно, то, что, как мы знаем, именно вам удалось добиться компромисса между Саудовской Аравией и Ираном. Остается ли вот эта посредническая роль России и ваша лично актуальной сейчас, остается ли эта договоренность между Саудовской Аравией и Ираном стабильной на предстоящий период?

Александр Новак: Что касается сделки, во-первых, на нее мы выходили долго и, в принципе, изначально, когда мы собирались еще в 2014 году, когда цены начали падать, все стороны согласились: пока не требуется никаких совместных действий, рынок должен сам все сбалансировать. Но, к сожалению, кризис затянулся, и мы видели падение цен — больше, чем в два раза, снижение инвестиций в отрасль, затем цены упали до 27 долларов в январе 2016 года... Это, конечно, всколыхнуло многие страны, чтобы вернуться к вопросу обсуждения совместных действий и координации на рынках, то есть снижения тех излишков, которые сложились на тот период. Безусловно, эта позиция обсуждалась в Правительстве Российской Федерации, с президентом, во многом благодаря его усилиям и переговорам с руководителями стран, в том числе и с Саудовской Аравией, и с Ираном, были достигнуты договоренности. Мы проводили переговоры со многими странами на уровне министров, чтобы уже детально и по цифрам обсуждать, что можно сделать, какие обязательства взять на себя странам, чтобы, с одной стороны, сбалансировать рынок, с другой стороны, это несильно ухудшило положение отрасли, поскольку все-таки кому-то легко, например, сокращать добычу, а кому-то нужно реально снижать бурение и уменьшать инвестиционные программы. Поэтому переговоры были непростые, но в целом хочу сказать, что ключевую роль играли две стороны — Россия и Саудовская Аравия как крупнейшие производители нефти в мире. Примерно 11 млн баррелей в сутки добывает Саудовская Аравия, Российская Федерация — чуть больше, мы занимаем первое место. Очень сложные переговоры были, когда пост министра Саудовской Аравии занимал аль-Наими, и вы помните первые попытки — это февраль и апрель 2016 года, когда в Дохе собирались (представители) 18 стран...

Собрались и разъехались.

Александр Новак: Да, хотя были почти готовы к соглашению, но в тот момент свою позицию поменяла Саудовская Аравия, в том числе из-за того, что не удалось договориться с Ираном.

Причем даже, может быть, не по количеству баррелей, а по формулировкам — как оно будет выглядеть, кто сделал первый шаг навстречу. Именно это стало камнем преткновения.

Александр Новак: Мы продолжили работу летом, и, мне кажется, очень позитивным было то, что со стороны Саудовской Аравии был уже другой переговорщик, новый руководитель министерства энергетики — аль-Фалех, который активно включился в эту работу. Проводили переговоры, безусловно, и с другими странами, но ключевое событие — наша договоренность в сентябре прошлого года между Саудовской Аравией и Россией, мы подписали соглашение о совместных действиях на рынке, о координации деятельности и сотрудничестве в области энергетики по развитию совместных проектов как в России, так и в Саудовской Аравии. Этот момент стал ключевым, переломным, потому что мы консолидированно начали работать со странами, не входящими в ОПЕК. Какие-то переговоры мы проводили и с государствами, входящими в ОПЕК, например, с Ираном, и мне кажется, вся работа была нацелена на то, чтобы достичь результата и договориться по сделке с тем, чтобы снять излишки с рынка.

Сейчас, я думаю, что эта новость должна была обсуждаться и здесь в кулуарах, две ключевые американские газеты написали о том, что 12-го числа президент США Дональд Трамп заявит о разрыве соглашения с Ираном... Это может затронуть и нефтяной рынок тоже?

Александр Новак: Конечно, если соглашения будут разорваны и будут какие-то жесткие меры, такие, как были до снятия санкций с Ирана, это очень, на мой взгляд, будет влиять на рынки...

Но, скорее, в сторону повышения цен?

Александр Новак: Все будет зависеть от того, какие решения могут быть. Если это санкции, касающиеся нефти и ограничений по торговле нефтью со стороны Ирана, это одна ситуация. Если это какие-то другие санкции, или их вообще не будет — другая. Поэтому рынок будет, конечно, реагировать на такие вещи, Иран — одна из стран, которые добывают очень большое количество нефти, является поставщиком нефти на мировые рынки. Сегодня они добывают 3,8 млн баррелей в сутки. Мы помним, когда были введены санкции, объемы добычи снизились значительно — меньше 3 млн Иран добывал во время санкций. Поэтому для рынка это, конечно, существенные объемы.

Всю конструкцию, которую удалось сложить прошлым летом между Саудовской Аравией, Ираном, другими членами ОПЕК и не ОПЕК, вот этот политический риск способен разрушить или нет?

Александр Новак: Я не думаю, что сейчас, когда прошло уже восемь месяцев...

Не начнут ли под таким прессом страны действовать самостоятельно, пренебрегая договоренностями?

Александр Новак: Я могу высказать только свою личную точку зрения — на мой взгляд, вряд ли, наверное, это приведет к разрушению соглашения. Мы имеем пример ситуации на Ближнем Востоке, связанной с Катаром. Катар — участник сделки, и он продолжает выполнять свои обязательства по сокращению добычи, мы встречаемся, в частности, министр участвовал в Российской энергетической неделе - проводилась министерская встреча форума стран — экспортеров газа, мы обсуждали, в том числе, вопросы, касающиеся нефти, сотрудничества в этой области. В данном вопросе ничего не поменялось, поэтому я надеюсь, что мы до конца доведем сделку, рынок будет сбалансирован, и, в принципе, перейдем уже на нормальные рыночные рельсы.

А саудовский министр с катарским здесь на одной площадке встречались или нет?

Александр Новак: Мне это неизвестно.

Возвращаясь все-таки к этому соглашению ОПЕК+. Вообще говоря, год назад аналитики — что российские, что, в общем-то, уважаемые иностранные аналитики — сообщали долгое время: ОПЕК не способна договориться и выполнять договоренности даже внутри себя, поэтому не сильно верили в возможность заключения такой широкой сделки, которая, причем, была бы выполняема. Выполняется ли она? И она ли обеспечивает тот уровень цен, который сложился сейчас, или на это влияют другие факторы?

Александр Новак: Вы знаете, действительно, что касается ОПЕК, они очень давно принимали какое-то решение по балансировке рынка. И, конечно, был некий скептицизм по поводу того, смогут ли они договориться между собой. Но мне кажется, то, что в эту сделку были привлечены страны, не входящие в ОПЕК, сыграло свою консолидирующую роль, впервые сложилась такая ситуация, когда не только страны ОПЕК, но и не входящие в нее договорились о совместных действиях.

Именно это было ключевым фактором, чтобы и они тоже выполняли, да?

Александр Новак: С точки зрения исполнения соглашения сейчас мы видим, может быть, впервые за всю историю ОПЕК — несколько десятилетий, что обязательства выполняются на 100%. Раньше никогда таких показателей не было. Обычно был уровень исполнения гораздо меньше, а сегодня мы видим, что страны ОПЕК суммарно выполняют свои обязательства на 100%.

Именно это поддерживает стабильный уровень цен?

Александр Новак: Я думаю, это общая приверженность к исполнению соглашений, потому что страны не ОПЕК тоже суммарно его выполняют. Кстати, за август впервые страны не ОПЕК консолидировано исполняли соглашение даже больше, чем страны, входящие в ОПЕК. 116% был уровень исполнения странами, не входящими в ОПЕК, а ОПЕК исполнил на 98%. У нас был выработан очень хороший механизм мониторинга ситуации. Ежемесячно проходит встреча технического комитета, министерская встреча проходит раз в два месяца, на которой обсуждаются вопросы исполнения соглашений. Участвуют несколько стран, входящих в ОПЕК, и несколько стран, не входящих в нее. Россия является сопредседателем этой группы, и мы участвуем в обсуждении и мониторинге ситуации. В случае, если мы видим какие-то отклонения от исполнения соглашений, мы указываем соответствующим странам, мы рекомендуем выйти на стопроцентное исполнение. Механизм получился хороший, поскольку есть некая надстройка, координирующий орган, и те страны, которые, допустим, отклоняются от показателей, которые перед ними стоят, я думаю, им самим не очень комфортно быть в числе отстающих. Они стараются подтягиваться, если вдруг происходят какие-то отклонения. В ОПЕК такой мониторинговой настройки не было, там есть только секретариат ОПЕК. Сейчас министры осуществляют контроль, собираясь один раз в два месяца.

А не ведет ли это нас все-таки к созданию новой организации, которая, по крайней мере, без формального провозглашения показала свою эффективность за этот год?

Александр Новак: Мы не видим в этом целесообразности. Мы считаем, что вообще такие соглашения не должны носить какой-то постоянный характер. Сейчас мы вошли в такое соглашение, сделку, исходя из целесообразности и необходимости приближения момента восстановления рынка, который бы в любом случае произошел рыночным путем. За счет низких цен инвестиции упали, и, в общем-то, за счет снижения добычи в перспективе мы бы получили дефицит сырья и сильный рост цен. Но никто в этом не заинтересован при условии такой волатильности. Мы наоборот хотели сгладить провал, который произошел на рынке с 2014 по 2016 годы. И все наши действия на сегодняшний день подтверждают, что решение было принято правильное. Результаты таковы, что цены восстановились до приемлемого уровня, инвестиции вернулись в отрасль, волатильность снизилась. За последний год цены примерно колеблются в диапазоне от 47 до 57 долларов за баррель, а в принципе, могли бы быть от 20 до 100 и выше. И такая волатильность, конечно, никому не нужна.

Теперь очень много повсюду говорят о новой энергетике: солнце, ветре. Греф с Чубайсом даже очень ожесточенно когда-то спорили на этот счет. Сейчас я слышал — Герман Греф тоже поверил в то, что ветер в России есть не только в карманах... Если говорить в целом о мировых трендах, будет ли расти доля энергии, получаемой из возобновляемых источников, как это называется, по сравнению с традиционными — нефтью, газом, углем?

Александр Новак: Мне кажется, этот вопрос уже не стоит. Все участники Российской энергетической недели, обсуждая эти вопросы, даже не говорили о том, что возобновляемые источники энергии не будут развиваться. Мне кажется, уже все свыклись с этой мыслью, потому что, действительно, в мире активно развивается производство солнечной, ветровой энергии. Это стало уже данностью. Вопрос только, как быстро это будет развиваться, с какой скоростью. И вот здесь могут быть разные оценки.

Ну, ведь и потребление энергетических ресурсов тоже растет, поэтому не о количестве говорим, а о доле. Вот как мы смотрим на перспективу ближайших десяти лет?

Александр Новак: В своем выступлении президент очень четко ответил на этот вопрос два дня назад на пленарной сессии в рамках Российской энергетической недели, где было сказано о том, что доля возобновляемых источников энергии в мире вырастет в производстве электроэнергии с 7% до 20% до 2035 года. Таким образом, уже пятая часть электроэнергии в мире будет производиться из солнца и ветра. На мой взгляд, это направление будет развиваться, и оно будет расти достаточно быстро во многом благодаря научно-техническому прогрессу и снижению себестоимости производства электроэнергии. В настоящий момент производство электроэнергии солнца очень близко и конкурентоспособно по отношению к выработке электроэнергии с использованием традиционных источников энергии. Конечно, многими странами этот проект еще субсидируется. Но, тем не менее, пройдет какой-то период и, я думаю, что в среднесрочной перспективе конкуренция уже будет. Вопрос другой — нам, конечно, необходимы, в том числе, решения технологического характера по вопросу накопления энергии. И тогда появится еще больший импульс для производства энергии из возобновляемых источников энергии. Пока, к сожалению, нет больших накопителей, которые могли бы хранить достаточно большой объем энергии и при этом иметь возможность достаточно быстро выдавать ее в систему. Над решением этой проблемы работают многие ученые из большого количества стран. На мой взгляд, такая технология в любом случае будет найдена. Поэтому это будет новый дополнительный импульс для развития возобновляемых источников энергии.

Относительно дешевый газ, нефть и уголь в России не препятствуют ли развитию этого направления у нас? Ну, пусть не солнечной, но ветровой энергетики.

Александр Новак: Конечно.

У нас же есть экспортная пошлина, и внутренняя цена все равно ниже. Мы не в одинаковой находимся среде с остальным миром.

Александр Новак: Мы понимаем, безусловно, что в нашей системе, учитывая наличие дешевых природных ресурсов — нефти, газа, угля, сегодня солнечная энергетика и ветровая еще менее конкурентоспособна по сравнению с традиционными источниками. Мы выбираем и балансируем, когда принимаем решение о развитии и поддержке возобновляемых источников энергии, потому что нам нужно учитывать интересы потребителей. Если мы будем производить энергию из дорогих источников, появится необходимость субсидировать или из бюджета, или за счет роста тарифов для потребителей, что, в принципе, не очень хорошо воспринимается со стороны промышленных потребителей и так далее.

Не хорошо. Промышленному потребителю совершенно все равно, из какого источника получена энергия. Ему неприятно, если вдруг из своего кармана ему надо оплачивать. Задача государственной политики...

Александр Новак: На данном этапе мы выработали стратегию. Основная доля выработки электроэнергии у нас сегодня происходит из традиционных источников. Плюс, порядка 17% в балансе занимает атомная генерация, и порядка 18% — гидрогенерация. То есть 35% не относится к углеводородам. Из оставшихся 65% порядка 1% — это возобновляемые источники энергии и 64% — это уголь и газ. Из нефти мы не делаем электроэнергию, поскольку это уже совершенно не актуально. Так вот наша стратегия заключается в том, чтобы стимулировать производство возобновляемых источников энергии на базе того, чтобы сформировать заказ для промышленности и позволить инвестировать в производство необходимого оборудования, то есть солнечных фотоэлементов, либо продукции для выработки ветровой энергии. Данный заказ мы просчитали вместе с министерством промышленности, участниками рынка, теми же потребителями - 6 тысяч мегаватт на период до 2024 года. Учитывая, что наш общий баланс, установленная мощность на сегодняшний день где-то 250 тысяч мегаватт, посчитать можно легко - это примерно 2-3% от общей установленной мощности. Сегодня мы уже обеспечили стимулирование производства такого оборудования по механизму возврата инвестиций, по аналогии со строительством новых электростанций, так называемые договора предоставления мощности, которые позволяют инвесторам вкладывать с гарантированным доходом от строительства соответствующих электростанций на солнце или на ветре. И эта программа уже работает. Она была принята в 2014 году. На сегодня мы ввели в эксплуатацию — уже по состоянию на 1 января 2017 года — 130 мегаватт солнечных электростанций. В этом году еще 120 мегаватт будет введено. Всего где-то 1 600 мегаватт общей мощности на период до 2024 года. По ветру процесс идет несколько медленнее, но, тем не менее, мы тоже уже вышли на показатели. В этом году будут введены первые ветровые станции. Мы разыграли в 2017-м большой конкурс, в котором участвовала и компания «Ростатом», и Русгидро. И на сегодняшний день они готовы заниматься производством оборудования для ветрогенерации, поэтому рассчитываем, что эта программа тоже будет выполнена в сроки и позволит нам быть в технологической цепочке наряду с ведущими мировыми державами, занимающимися этими вопросами.

Министерство энергетики США буквально неделю назад — я видел доклад, — несмотря на развитие вот всех этих прекрасных вещей, сформулировало, что все равно Европейский союз до, по-моему, 2035 года будет находиться в газовой зависимости от России. Я совсем коротко сформулирую вопрос. Понятно, что у нас определенная сейчас развилка есть, определенные сложности с нашими потоками: северным и турецким. Не решенный вопрос с транспортировкой газа через территорию Украины, но, тем не менее, вопрос конкретный. Вот, например, Порошенко некоторое время назад заявил, что было бы хорошо, если бы европейские компании покупали газ на границе России и Украины. Насколько я помню, Россия давно этого хотела, чтобы это было сферой ответственности уже европейских газовых компаний. Но как он через Украину пройдет? Мы бы к этой идее как отнеслись и реалистична ли она?

Александр Новак: Ну, во-первых, что касается европейского рынка, я бы не сказал, что мы сегодня занимаем какое-то доминирующее положение. Мы одни из тех, кто поставляет.

35% или даже 37%.

Александр Новак: Колеблется наша доля от общего потребления газа...

Это почти монополия по понятиям антимонопольной политики.

Александр Новак: 25-30% в зависимости от температурного режима, холодная зима или теплая. Сейчас «Газпром» поставляем значительно больше, чем в прошлом году. Поставки увеличились, потому что из-за холодной зимы были выработаны запасы из подземных газовых хранилищ в Европе, и поэтому сейчас идет заполнение ПГХ. В будущем мы видим большую конкуренцию на этом рынке. Мы видим, что будет расти импорт газа в Европу, несмотря на то, что Европа активно занимается возобновляемыми источниками энергии, тем не менее, газ является низкоуглеродным сырьем, достаточно дешевым, эффективным для выработки электроэнергии. И он позволяет обеспечивать покрытие пиковых потреблений, когда все включают свои устройства потребления — промышленные предприятия, население. Собственно, газ — это очень хороший источник для выработки электроэнергии. Мы видим, что в Европе, в любом случае, несмотря на то, что темпы роста экономики не такие, как в среднем по миру или как в Китае, или в Индии, тем не менее, потребление газа будет расти. В период до 2035 года оценки составляют от 70 до 100 млрд кубических метров газа. Кроме того, снижается собственная добыча, и мы уже видим, что в этом году снижается добыча в Европе, и в перспективе где-то на 50 млрд будет снижение. Поэтому дополнительный рынок в Европе — в перспективе до 2035 года — это примерно от 100 до 150 млрд кубических метров газа.

Примерно, кстати, в два раза рост по сравнению с тем, что мы сейчас туда поставляем.

Александр Новак: Сегодня Европа потребляет порядка 450 млрд.

А наших 170 млрд, по-моему, да?

Александр Новак: Здесь нужно разделять европейский рынок на страны, входящие, например, в СНГ, и страны, не входящие в СНГ, чисто европейский рынок. Но суммарно мы поставляем порядка 200 млрд кубических метров газа на экспорт.

В перспективе до 2035 года мы практически вдвое можем увеличить поставки газа в Европу? Вопрос все-таки, как будет решена проблема транспортировки этого газа.

Александр Новак: Я не думаю, что мы полностью займем эту дополнительную нишу, потому что рынок, еще раз повторяю, конкурентоспособный. И есть возможности поставки сжиженного природного газа. Вопрос будет в конкуренции — кто сможет предложить наиболее надежный и дешевый продукт для потребителя. Конечно, на сегодняшний день мы достаточно конкурентоспособны и видим, что дополнительные объемы газа в Европу, в основном, идут за счет увеличения поставок из России. И в перспективе, мы будем стараться эту нишу держать и быть конкурентными.

Украинский маршрут и конкурентное заявление Порошенко, хорошо бы, чтобы европейские энергетические компании покупали на границе России и Украины — это реалистично?

Александр Новак: Знаете, мне кажется, что здесь, в первую очередь, должны договариваться между собой непосредственно поставщики и потребители газа. Должно быть наиболее выгодно обеим сторонам. Точка сдачи — это вопрос коммерческий. Она может быть в любом месте.

Он политизированный. Без участия государства мы знаем, что практически каждый год на уровне российского правительства с вашим участием, в том числе и Еврокомиссии, решаются эти вопросы.

Александр Новак: Мне кажется, его во многом политизируют те, кто хочет этого. Я, например, считаю, что на политические заявления относительно того, что нельзя строить «Северный поток-2» или «Турецкий поток», или до этого «Южный поток», которые звучат со стороны отдельных представителей Еврокомиссии, совершенно идут не на пользу тем же европейским странам. Новые маршруты, которые планируется реализовать, позволяют снизить себестоимость транспортировки в два раза, сократить плечо доставки тоже почти на две тысячи километров и надежно обеспечить потребителей европейским газом через современную транспортную трубопроводную систему. Это чисто коммерческий вопрос между компаниями, которые готовы поставить газ. Есть компании, которые готовы купить и обеспечить распределение этого ресурса между потребителями. Поэтому это абсолютно коммерческие вопросы, которые должны решаться именно таким путем.

Как вы думаете, если бы, например, мы все-таки, хотя я знаю, что этот вопрос сегодня не актуальный, но, если бы трубой у нас владела одна компания, а газ в трубу из России поставляли разные компании, мы бы ослабили противодействие со стороны Европейского союза строительство вот этих потоков?

Александр Новак: Еще раз.

Ну, вот, если бы мы, грубо говоря, отвечали требованиям Третьего энергопакета, чтобы потоком владела одна компания, трубой, а поставщиками газа были разные компании.

Александр Новак: Работа ведется в соответствии с требованиям европейского законодательства. И реализация проекта «Северный поток-2», и «Северный поток-1» полностью соответствует европейскому законодательству.

Я знаю, но противодействие там оказывается, они экстраполируют свои нормы с суши Европейского союза уже на морской участок. Это все равно политический аргумент.

Александр Новак: Политический аргумент, но при этом есть заключение тех же юристов Еврокомиссии о том, что требования Третьего энергопакета не могут распространяться на морскую часть, потому что это не территория Евросоюза. Просто придумываются различные варианты, которые бы не позволили реализовать этот проект. Мы считаем, что существующее законодательство, которое уже есть в Евросоюзе, полностью позволяет реализовать этот проект.

Я подытожу. С «потоками» пока сложно разобраться, потому что ситуация находится в динамике, в том числе политической, не вполне все зависит от экономических ведомств. К 2019 году, когда закончится наш контракт с Украиной, мы исключаем, что мы будем продолжать по этому маршруту транспортировать газ, или это тоже опция, которая будет наряду с «Северным потоком», вторым «Северным потоком» и «Турецким потоком» находиться на столе в наших коммерческих контрактах с европейскими компаниями?

Александр Новак: Я не исключаю, что какой-то объем останется. Мы уже публично озвучили свою позицию, она не скрывается. Если будут предложены конкурентные условия и по цене, и по надежности поставок газа по маршрутам, которые сегодня используются, то наша компания «Газпром» готова вести переговоры с владельцами газотранспортной инфраструктуры Украины. Вопрос в том, что в любом случае независимо ни от чего, на наш взгляд, должны быть альтернативные возможности поставок в Европу. Это создает конкуренцию, которая позволяет повышать эффективность, снижать издержки, в том числе и для европейских потребителей. Не должно быть монопольного положения по поставкам газа через одну газотранспортную инфраструктуру. Пожалуйста, есть конкуренция, предлагайте хорошие условия, модернизируйте свою газотранспортную систему, чтобы она была действительно надежной, эффективной, и я не думаю, что могут быть какие-то проблемы в этом смысле.

На «Российской энергетической неделе» обсуждались перспективы освоения арктического шельфа, развития альтернативной энергетики, экономии энергии и повышения эффективности добычи нефти и газа. Форум посетил президент России Владимир Путин.

Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 9 октября 2017 > № 2344213 Александр Новак


Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 9 октября 2017 > № 2343280 Александр Новак

Новак: до 2035-го Европа почти вдвое увеличит экспорт газа, и значительная часть этого роста придется на Россию

По данным Минэнерго США, до 2035-го ЕС будет буквально находиться в газовой зависимости от России. О перспективах газовой отрасли глава Минэнерго РФ рассказал в интервью Business FM

Легко ли договориться с ОПЕК? Несколько тысяч человек собирались на прошлой неделе на московском форуме «Российская энергетическая неделя». Темами форума стали перспективы развития энергетики, но, поскольку она очень тесно сплетается с политикой, политические вопросы тоже поднимались.

О том, как шли переговоры по сделке ОПЕК, нацеленной на поддержание уровня мировых цен на углеводороды и о перспективах ее продления министр энергетики России Александр Новак рассказал главному редакторуBusiness FM Илье Копелевичу.

Мы с вами разговариваем по итогам первой Российской энергетической недели. Было много важных событий, но все-таки самое главное, я думаю, то, что она параллельно шла с государственным визитом короля Саудовской Аравии, второй энергетической державы в мире после нас — ну, Америка, естественно, на другом берегу находится... Мы знаем, что цены на нефть у нас сейчас относительно стабильны, выше наших прогнозов, знаем о том, что в действительности сработала сделка с ОПЕК. Ключевым в этом была договоренность, достигнутая при вашем участии, — я имею в виду, конечно, то, что, как мы знаем, именно вам удалось добиться компромисса между Саудовской Аравией и Ираном. Остается ли вот эта посредническая роль России и ваша лично актуальной сейчас, остается ли эта договоренность между Саудовской Аравией и Ираном стабильной на предстоящий период?

Александр Новак: Что касается сделки, во-первых, я хочу сказать, на нее мы выходили долго и, в принципе, изначально, когда мы собирались еще в 2014 году, когда цены начали падать, все стороны согласились: пока не требуется никаких совместных действий, рынок должен сам все сбалансировать. Но, к сожалению, кризис затянулся, и мы видели падение цен — почти больше чем в два раза, снижение инвестиций в отрасль, затем цены упали до 27 долларов в январе 2016 года... это, конечно, многие страны немного всколыхнуло для того, чтобы вернуться к вопросу обсуждения совместных действий и координации на рынках, то есть снижения тех излишков, которые сложились на тот период. Безусловно, эта позиция обсуждалась в правительстве Российской Федерации, с президентом, во многом благодаря его усилиям и переговорам с руководителями стран, в том числе и с Саудовской Аравией, и с Ираном, были достигнуты договоренности. Мы со многими странами проводили переговоры на уровне министров, чтобы уже детально и по цифрам обсуждать, что можно сделать, какие обязательства взять на себя странам, чтобы, с одной стороны, сбалансировать рынок, с другой стороны, это несильно ухудшило положение отрасли, поскольку все-таки кому-то легко, например, сокращать добычу, а кому-то нужно реально снижать бурение и уменьшать инвестиционные программы. Поэтому переговоры были непростые, но в целом хочу сказать, что ключевую роль играли две стороны — Россия и Саудовская Аравия как крупнейшие производители нефти в мире. Примерно 11 млн баррелей в сутки добывает Саудовская Аравия, Российская Федерация — чуть больше, мы первое место занимаем. Очень сложные переговоры были, когда пост министра Саудовской Аравии занимал аль-Наими, и вы помните первые попытки — это февраль и апрель 2016 года, когда в Дохе собирались (представители) 18 стран...

Собрались и разъехались.

Александр Новак: Да, хотя были почти готовы к соглашению, но в тот момент свою позицию поменяла Саудовская Аравия, в том числе из-за того, что не смогли договориться с Ираном.

Причем даже, может быть, не по количеству баррелей, а по формулировкам — как оно будет выглядеть, кто сделал первый шаг навстречу. Было буквально вот это камнем преткновения.

Александр Новак: Мы продолжили работу летом, и, мне кажется, позитивным очень было то, что со стороны Саудовской Аравии был уже другой переговорщик, новый руководитель министерства энергетики — аль-Фалех, который активно включился в эту работу. Проводили переговоры, безусловно, и с другими странами, но ключевое событие — наша договоренность в сентябре прошлого года между Саудовской Аравией и Россией, мы подписали соглашение о совместных действиях на рынке, о координации деятельности и сотрудничестве в области энергетики по развитию совместных проектов как в России, так и в Саудовской Аравии. Этот момент стал ключевым, переломным, потому что мы консолидированно начали работать со странами, не входящими в ОПЕК. Какие-то переговоры мы проводили и с государствами, входящими в ОПЕК, например, с Ираном, и мне кажется, вся работа была нацелена на то, чтобы достичь результата и договориться по сделке с тем, чтобы снять излишки с рынка.

Сейчас, я думаю, что эта новость должна была обсуждаться и здесь в кулуарах, две ключевые американские газеты написали о том, что 12-го числа президент США Дональд Трамп заявит о разрыве соглашения с Ираном... Это может затронуть и нефтяной рынок тоже?

Александр Новак: Конечно, если соглашения будут разорваны и будут какие-то жесткие меры, такие, как были до снятия санкций с Ирана, это очень, на мой взгляд, будет влиять на рынки...

Но, скорее, в сторону повышения цен?

Александр Новак: Все будет зависеть от того, какие решения могут быть. Если это станции, касающиеся нефти и ограничений по торговле нефтью со стороны Ирана, это одна ситуация. Если это другие какие-то санкции, если вообще не будет санкций — другая. Поэтому рынок будет, конечно, реагировать на такие вещи, Иран — одна из стран, которые добывают очень большое количество нефти, является поставщиком нефти на мировые рынки. Сегодня они добывают 3,8 млн баррелей в сутки. Мы помним, когда были введены санкции, объемы добычи снижались значительно — меньше 3 млн Иран добывал во время санкций. Поэтому для рынка это, конечно, существенные объемы.

Всю конструкцию, которую удалось сложить прошлым летом между Саудовской Аравией, Ираном, другими членами ОПЕК и не ОПЕК, вот этот политический риск способен разрушить или нет?

Александр Новак: Я не думаю, что сейчас, когда прошло уже восемь месяцев...

Не начнут ли под таким прессом страны действовать самостоятельно, пренебрегая договоренностями?

Александр Новак: Я могу высказать только свою личную точку зрения — на мой взгляд, вряд ли, наверное, это приведет к разрушению соглашения. Мы имеем пример ситуации на Ближнем Востоке, связанной с Катаром. Катар — участник сделки, и он продолжает выполнять свои обязательства по сокращению добычи, мы встречаемся, министр, когда был здесь, на Российской энергетической неделе, проводилась министерская встреча форума стран — экспортеров газа, мы обсуждали в том числе вопросы, касающиеся нефти, сотрудничества в этой области. Здесь в данном случае ничего не поменялось, поэтому я надеюсь, что мы до конца доведем сделку, рынок будет сбалансирован, и, в принципе, перейдем уже на нормальные рыночные рельсы.

А саудовский министр с катарским здесь на одной площадке встречались или нет?

Александр Новак: Мне это неизвестно.

Общей не было такой сессии, вы не видели такого?

Александр Новак: Я не видел, поэтому не могу вам сейчас ответить на этот вопрос точно.

Возвращаясь все-таки к этому соглашению ОПЕК+. Вообще говоря, год назад аналитики — что российские, что, в общем-то, уважаемые иностранные аналитики — сообщали долгое время: ОПЕК не способна договориться и выполнять договоренности даже внутри себя, поэтому не сильно верили в возможность заключения такой широкой сделки, которая причем была бы выполняема. Выполняется ли она? И она ли обеспечивает тот уровень цен, который сложился сейчас, или на это влияют другие факторы?

Александр Новак: Вы знаете, действительно, что касается ОПЕК, они очень давно принимали какое-то решение по балансировке рынка. И, конечно, был некий скептицизм по поводу того, смогут ли они договориться между собой. Но мне кажется, то, что в эту сделку были привлечены страны, не входящие в ОПЕК, сыграло именно свою консолидирующую роль, потому что впервые такая ситуация, когда не только страны ОПЕК, но и не входящие в нее договорились о совместных действиях.

Именно это было ключевым фактором, чтобы и они тоже выполняли, да?

Александр Новак: И мы видим сейчас, с точки зрения исполнения соглашения, впервые, может быть, за всю историю ОПЕК — несколько десятилетий, что они выполняют на 100% свои обязательства. Раньше таких никогда не было показателей. Обычно был уровень исполнения гораздо меньше, а сегодня мы видим, что страны ОПЕК суммарно выполняют свои обязательства на 100%.

Именно это поддерживает стабильный уровень цен?

Александр Новак: Я думаю, это общая приверженность к исполнению соглашений, потому что страны не ОПЕК тоже суммарно его выполняют. Кстати, за август впервые страны не ОПЕК консолидировано исполняли соглашение даже больше, чем страны, входящие в ОПЕК. 116% был уровень исполнения странами, не входящими в ОПЕК, а ОПЕК исполнил на 98%. У нас очень хороший механизм был выработан мониторинга ситуации. Ежемесячно проходит встреча технического комитета, министерская встреча проходит раз в два месяца, на которой обсуждаются вопросы исполнения соглашений. Там несколько стран, входящих в ОПЕК и несколько стран, не входящих в нее. Россия является сопредседателем этой группы, и мы участвуем в обсуждении и мониторинге ситуации. В случае если мы видим какие-то отклонения от исполнения соглашений, мы указываем соответствующим странам, мы рекомендуем выйти на стопроцентное исполнение. И, в общем-то, такой механизм получился хорошим, поскольку есть некая надстройка, координирующий орган, и те страны, которые, допустим, отклоняются от показателей, которые перед ними стоят, я думаю, что им самим, наверное, не очень комфортно быть в отстающих, они стараются все время подтягиваться, если вдруг происходят какие-то отклонения. Поскольку в ОПЕК такой настройки не было мониторинговой, там есть только секретариат ОПЕК. Сейчас министры контролируют, собираясь один раз в два месяца.

А не ведет ли это нас все-таки к созданию новой организации, которая, по крайней мере, без формального провозглашения показала свою эффективность за этот год?

Александр Новак: Мы не видим в этом целесообразности. Мы считаем, что вообще такие соглашения не должны носить какой-то постоянный характер. Сейчас просто мы вошли в такое соглашение, сделку, исходя из целесообразности и необходимости приближения момента восстановления рынка, который бы в любом случае произошел рыночным путем. За счет низких цен инвестиции упали, и, в общем-то, за счет снижения добычи в перспективе мы бы получили дефицит сырья и сильный рост цен. Но никто в этом не заинтересован, при условии такой волатильности. Мы наоборот хотели сгладить провал, который сейчас произошел на рынке с 2014 по 2016 годы. И все действия наши на сегодняшний день подтверждают, что было правильное решение принято. Результаты таковы, что цены восстановились до приемлемого уровня, инвестиции вернулись в отрасль, волатильность снизилась. За последний год мы видим, что цены примерно колеблются в диапазоне от 47 до 57 долларов за баррель, а в принципе, могли бы быть от 20 до 100 и выше. И такая волатильность, конечно, никому не нужна.

Теперь очень много повсюду говорят о новой энергетике: солнце, ветре. Греф с Чубайсом даже очень ожесточенно когда-то спорили на этот счет. Сейчас я слышал — Герман Греф тоже поверил в то, что ветер в России есть, не только в карманах... Если говорить, в целом, о мировых трендах, будет ли расти доля энергии, получаемой из возобновляемых источников, как это называется, по сравнению с традиционными — нефтью, газом, углем?

Александр Новак: Мне кажется, уже этот вопрос не стоит. Допустим, все участники Российско-энергетического международного форума, обсуждая эти вопросы, даже не говорили о том, что возобновляемые источники энергии не будут развиваться. Мне кажется, уже все свыклись с этой мыслью, потому что, действительно, в мире активно развивается производство энергии солнечной, ветровой энергии. Это стало уже данностью и фактом. Вопрос только, как быстро это будет развиваться, с какой скоростью. И вот здесь могут быть разные оценки, например.

Ну, ведь и потребление энергетических ресурсов тоже растет, поэтому не о количестве говорим, а о доле. Вот как мы смотрим на перспективу ближайших десяти лет?

Александр Новак: В своем выступлении президент очень четко ответил на этот вопрос два дня назад на пленарной сессии в рамках российско-энергетической недели, где было сказано о том, что доля возобновляемых источников энергии в мире вырастет в производстве электроэнергии с 7% до 20% до 2035 года. Уже будет пятая часть электроэнергии в мире производиться из солнца и ветра. На мой взгляд, это направление будет развиваться, и оно будет расти достаточно быстро во многом благодаря научно-техническому прогрессу и снижению себестоимости производства электроэнергии. Уже на сегодня производство электроэнергии солнца очень близко и конкурентоспособно по отношению к выработке электроэнергии с традиционных источников энергии. Конечно, этот проект еще субсидируется многими странами. Но, тем не менее, пройдет какой-то период и, я думаю, что в среднесрочной перспективе конкуренция уже будет. Вопрос другой — нам, конечно, необходимо в том числе решение научного характера, технологического по решению вопроса накопления энергии. И тогда еще больше будет импульс для производства энергии из возобновляемых источников энергии. Пока, к сожалению, нет больших накопителей, которые могли бы хранить достаточно большой объем энергии и при этом иметь возможность достаточно быстро выдавать ее в систему. Над этим работают многие ученые всех стран, то есть большого количества стран. На мой взгляд, такая технология в любом случае будет найдена. Поэтому это будет новый дополнительный импульс для развития возобновляемых источников энергии.

Относительно дешевый газ, нефть и уголь в России не препятствуют ли развитию этого направления у нас? Ну, пусть не солнечной, но ветровой энергетики.

Александр Новак: Конечно.

У нас же есть экспортная пошлина, и внутренняя цена все равно ниже. Мы не в одинаковой находимся среде с остальным миром.

Александр Новак: Мы понимаем, безусловно, что в нашей системе, учитывая наличие дешевых природных ресурсов — нефти, газа, угля, сегодня солнечная энергетика и ветровая еще менее конкурентоспособна по сравнению с традиционными источниками. Мы выбираем и балансируем, когда принимаем решение о развитии и поддержке возобновляемых источников энергии, потому что нам нужно учитывать интересы потребителей. Если мы будем производить энергию из дорогих источников, нам нужно будет субсидировать. Субсидировать или из бюджета, или за счет роста тарифов для потребителей, что, в принципе, не очень хорошо воспринимается со стороны потребителей промышленных и так далее.

Не хорошо. Промышленному потребителю совершенно все равно, из какого источника получена энергия. Ему неприятно, если вдруг из своего кармана ему надо оплачивать. Задача государственной политики...

Александр Новак: На данном этапе мы выработали стратегию. Основная доля выработки электроэнергии у нас сегодня происходит из традиционных источников. Плюс у нас атомная генерация порядка 17% в балансе занимает, и порядка 18% — гидрогенерация. То есть 35% не относится к углеводородам. Оставшиеся 65%, из них порядка 1% — это возобновляемые источники энергии и 64% — это уголь и газ. Из нефти мы не делаем электроэнергию, поскольку это уже совершенно не актуально. Так вот наша стратегия заключается в том, чтобы сейчас стимулировать производство возобновляемых источников энергии на базе того, чтобы сформировать заказ для промышленности и позволить инвестировать в производство необходимого оборудования, то есть солнечных фотоэлементов, либо продукции для выработки ветровой энергии. Данный заказ посчитали вместе с министерством промышленности, участниками рынка, теми же потребителями. Это составляет 6 тысяч мегаватт на период до 2024 года. Учитывая, что наш общий баланс, установленная мощность на сегодняшний день где-то 250 тысяч мегаватт. Посчитать можно легко, что это примерно 2-3% от общей установленной мощности. И мы сегодня уже обеспечили стимулирование производства такого оборудования по механизму возврата инвестиций, по аналогии, как со строительством новых электростанций, так называемые договора предоставления мощности, которые позволяют инвесторам вкладывать с гарантированным доходом от строительства соответствующих электростанций на солнце или на ветре. И уже эта программа работает. Она была принята в 2014 году. На сегодня мы ввели в эксплуатацию — уже по состоянию на 1 января 2017 года — 130 мегаватт солнечных электростанций. В этом году еще 120 мегаватт будет введено. Всего где-то 1 600 мегаватт общей мощности на период до 2024 года. По ветру несколько у нас медленнее идет процесс, но, тем не менее, мы вышли уже тоже на показатели. В этом году будут первые ветровые станции введены. Мы разыграли в 2017-м большой конкурс, в котором участвовала и компания «Ростатом», и Русгидро. И они готовы на сегодняшний день заниматься производством оборудования для ветрогенерации, поэтому рассчитываем, что эта программа тоже будет выполнена в сроки и позволит нам быть в технологической цепочке наряду с ведущими мировыми державами, кто занимается этими вопросами.

Министерство энергетики США буквально неделю назад — я видел доклад, — несмотря на развитие вот всех этих прекрасных вещей, сформулировало, что все равно Европейский союз до, по-моему, 2035 года будет находиться в газовой зависимости от России. Я совсем коротко сформулирую вопрос. Понятно, что у нас определенная сейчас развилка есть, определенные сложности с нашими потоками: северным и турецким. Не решенный вопрос с транспортировкой газа через территорию Украины, но, тем не менее, вопрос конкретный. Вот, например, Порошенко некоторое время назад заявил, что было бы хорошо, если бы европейские компании покупали газ на границе России и Украины. Насколько я помню, Россия давно этого хотела, чтобы это было сферой ответственности уже европейских газовых компаний. Но как он через Украину пройдет? Мы бы к этой идее как отнеслись и реалистична ли она?

Александр Новак: Ну, во-первых, что касается европейского рынка, я бы не сказал, что мы занимаем какое-то сегодня доминирующее положение. Мы одни из тех, кто поставляет.

35% или даже 37%.

Александр Новак: Колеблется наша доля от общего потребления газа...

Это почти монополия по понятиям антимонопольной политики.

Александр Новак: 25-30% в зависимости от температурного режима, холодная зима или теплая. Сейчас мы больше поставляем, чем в прошлом году. Значительно «Газпром» больше поставляет, потому что из-за холодной зимы были выработаны запасы из подземных газовых хранилищ в Европе, и поэтому сейчас идет заполнение ПГХ. В будущем мы видим большую конкуренцию на этом рынке. Мы видим, что будет расти импорт газа в Европу, несмотря на то, что Европа активно занимается возобновляемыми источниками энергии, тем не менее, газ является низкоуглеродным сырьем, достаточно дешевым, эффективным для выработки электроэнергии. И он позволяет обеспечивать покрытие пиковых потреблений, когда все включают свои устройства потребления — промышленные предприятия, население. Собственно, газ — это очень хороший такой источник для выработки электроэнергии. Мы видим, что в Европе, в любом случае, несмотря на то, что темпы роста экономики не такие, как в среднем по миру или как в Китае, или в Индии, тем не менее, потребление газа будет расти. В период до 2035 года оценки составляют от 70 до 100 млрд кубических метров газа. Кроме того, собственная добыча снижается, и мы уже видим, что в этом году снижается добыча в Европе, и в перспективе где-то на 50 млрд будет снижение. Поэтому дополнительный рынок в Европе — в перспективе до 2035 года — это примерно от 100 до 150 млрд кубических метров газа.

Примерно, кстати, в два раза рост по сравнению с тем, что мы сейчас туда поставляем.

Александр Новак: Сегодня Европа потребляет порядка 450 млрд.

А наших 170 млрд, по-моему, да?

Александр Новак: Здесь нужно разделять европейский рынок на страны, входящие, например, в СНГ, и страны, не входящие в СНГ, чисто европейский рынок. Но суммарно мы поставляем порядка 200 млрд кубических метров газа на экспорт.

В перспективе до 2035 года мы практически вдвое можем увеличить поставки газа в Европу? Вопрос все-таки, как будет решена проблема транспортировки этого газа.

Александр Новак: Я не думаю, что мы полностью займем эту нишу дополнительную, потому что рынок, еще раз повторяю, конкурентоспособный. И есть возможности поставки сжиженного природного газа. Вопрос будет в конкуренции — кто сможет предложить наиболее надежный и дешевый продукт для потребителя. Ну, конечно, на сегодняшний день мы достаточно конкурентоспособны и видим, что дополнительные объемы газа в Европу, в основном, идут за счет увеличения поставок из России. И в перспективе, конечно, мы будем стараться эту нишу держать и быть конкурентными.

Украинский маршрут и конкурентное заявление Порошенко, хорошо бы, чтобы европейские энергетические компании покупали на границе России и Украины — это реалистично?

Александр Новак: Знаете, мне кажется, что здесь, в первую очередь, должны договариваться между собой непосредственно поставщики газа и потребители газа. И как будет наиболее выгодно обеим сторонам. Точка сдачи — это вопрос коммерческий. Она может быть в любом месте.

Он политизированный. Без участия государства мы знаем, что практически каждый год на уровне российского правительства с вашим участием, в том числе и Еврокомиссии, решаются эти вопросы.

Александр Новак: Мне кажется, его во многом политизируют те, кто хочет этого. Я, например, считаю, что на политические заявления относительно того, что нельзя строить «Северный поток-2» или «Турецкий поток», или до этого «Южный поток». Те политические заявления, которые звучат со стороны отдельных представителей Еврокомиссии, они совершенно идут не на пользу тем же европейским странам, потому что новые маршруты, которые планируется реализовать, позволяют снизить себестоимость транспортировки в два раза, сократить плечо доставки тоже почти на две тысячи километров и обеспечить через современную транспортную трубопроводную систему надежно потребителей европейским газом. Это чисто коммерческий вопрос между компаниями, которые готовы поставить газ. Есть компании, которые готовы купить и обеспечить распределение этого ресурса между потребителями. Поэтому это абсолютно коммерческие вопросы, которые должны решаться именно таким путем.

Как вы думаете, если бы, например, мы все-таки, хотя я знаю, что этот вопрос сегодня не актуальный, но, если бы трубой у нас владела одна компания, а газ в трубу из России поставляли разные компании, мы бы ослабили противодействие со стороны Европейского союза строительство вот этих потоков?

Александр Новак: Еще раз.

Ну, вот, если бы мы, грубо говоря, отвечали требованиям Третьего энергопакета, чтобы потоком владела одна компания, трубой, а поставщиками газа были разные компании.

Александр Новак: Сегодня мы полностью соответствуем требованиям европейского законодательства. И реализация проекта «Северный поток-2» и «Северный поток-1» полностью соответствует европейскому законодательству.

Я знаю, но противодействие там оказывается, они экстраполируют свои нормы с суши Европейского союза уже на морской участок. Это все равно политический аргумент.

Александр Новак: Политический аргумент, но при этом есть юридическое заключение тех же юристов Еврокомиссии о том, что требования Третьего энергопакета не могут распространяться на морскую часть, потому что это не территория Евросоюза. Придумываются просто различные варианты, которые не позволили бы реализовать этот проект. Мы считаем, что существующее законодательство, которое уже есть в Евросоюзе, полностью позволяет реализовать этот проект на коммерческой основе.

Я подытожу. С «потоками» пока сложно разобраться, потому что ситуация находится в динамике, в том числе политической, не вполне все зависит от экономических ведомств. К 2019 году, когда закончится наш контракт с Украиной, мы исключаем, что мы будем продолжать по этому маршруту транспортировать газ, или это тоже опция, которая будет наряду с «Северным потоком», вторым «Северным потоком» и «Турецким потоком» находиться на столе в наших коммерческих контрактах с европейскими компаниями?

Александр Новак: Я не исключаю, что какой-то объем останется. У нас позиция в этом смысле уже была публично озвучена, она не скрывается. Если будут предложены условия конкурентные и по цене, и по надежности поставок газа по маршрутам, которые сегодня используются, то наша компания «Газпром» готова вести переговоры с владельцами газотранспортной инфраструктуры Украины. Вопрос в том, что в любом случае независимо ни от чего, на наш взгляд, должны быть альтернативные возможности поставки в Европу. Это создает конкуренцию, которая позволяет повышать эффективность, снижать издержки, в том числе и для европейских потребителей, и не должно быть монопольного положения по поставкам газа через одну газотранспортную инфраструктуру. Пожалуйста, есть конкуренция, предлагайте хорошие условия, модернизируйте свою газотранспортную систему, чтобы она была действительно надежной, эффективной, и я не думаю, что могут быть какие-то проблемы в этом смысле.

На «Российской энергетической неделе» обсуждались перспективы освоения арктического шельфа, развития альтернативной энергетики, экономии энергии и повышения эффективности добычи нефти и газа. Форум посетил президент России Владимир Путин.

Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 9 октября 2017 > № 2343280 Александр Новак


Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 7 октября 2017 > № 2472956 Александр Новак

Новак: впервые страны ОПЕК выполняют свои обязательства по сокращению добычи нефти на 100%

Ключевую роль в этом сыграло то, что к соглашению «ОПЕК+» привлечены страны, не входящие в организацию

ОПЕК плюс не станет новой организацией, потому что ограничения на добычу — явление непостоянное. Об этом министр энергетики Александр Новак рассказал в интервью главному редактору Business FM Илье Копелевичу.

Александр Новак: Конечно, был некий скептицизм по поводу того, смогут ли они договориться между собой. Но мне кажется, то, что в эту сделку были привлечены страны, не входящие в ОПЕК, сыграло свою именно консолидирующую роль. Впервые произошла такая ситуация, когда не только страны, входящие в ОПЕК, договорились о совместных действиях. И сейчас впервые, может быть, за всю историю ОПЕК, а это несколько десятилетий, они выполняют на 100% свои обязательства. Раньше таких показателей никогда не было. Обычно был уровень исполнения гораздо меньше.

Именно это поддерживает уровень цен стабильный?

Александр Новак: Я думаю, общая приверженность исполнению соглашений, потому что страны не-ОПЕК их тоже суммарно выполняют. Кстати, за август месяц 116% был уровень исполнения странами, не входящими в ОПЕК, а ОПЕК исполнила на 98%. У нас очень хороший механизм был выработан мониторинга ситуации. Ежемесячно проходит встреча технического комитета, министерская встреча проходит раз в два месяца, на которой обсуждаются вопросы исполнения соглашений. Туда входят несколько стран, входящих в ОПЕК, и несколько стран, не входящих в ОПЕК. Россия является сопредседателем этой группы, и мы участвуем в обсуждении и мониторинге ситуации. Если мы видим какие-то отклонения от исполнения соглашений, мы указываем соответствующим странам, рекомендуем выйти на стопроцентное исполнение. В общем-то, механизм получился хорошим, поскольку есть некая надстройка, координирующий орган, и те страны, которые отклоняются от показателей, я думаю, им самим, наверное, не очень комфортно быть в отстающих, стараются подтягиваться.

А не ведет ли это нас все-таки к созданию новой организации, которая, по крайней мере без формального провозглашения, показала свою эффективность за этот год?

Александр Новак: Мы не видим в этом целесообразности. Мы считаем, что вообще такие соглашения не должны носить постоянный характер. Сейчас мы вошли в такое соглашение, исходя из целесообразности и необходимости приближения момента восстановления рынка, который бы в любом случае произошел. За счет низких цен инвестиции упали, и за счет снижения добычи в перспективе мы бы получили дефицит сырья и сильный рост цен. Но никто в этом не заинтересован, в такой волатильности. Мы, наоборот, хотели сгладить провал, который сейчас произошел на рынке с 2014 года по 2016-й. И все действия наши на сегодняшний день подтверждают, что было принято правильное решение. Результаты таковы, что цены восстановились до приемлемого уровня, инвестиции вернулись в отрасль, волатильность снизилась. За последний год мы видим, что цены примерно колеблются в диапазоне от 47 до 57 долларов за баррель. А в принципе, могли бы быть от 20 до 100 и выше. И такая волатильность, конечно, никому не нужна.

Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 7 октября 2017 > № 2472956 Александр Новак


Россия. Весь мир > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 4 октября 2017 > № 2338930 Александр Новак

Интервью Александра Новака информационному агентству ТАСС.

Александр Новак: энергетика не может быть замкнута сама на себе.

Какие российские проекты в сфере энергетики интересны инвесторам, как развивается сотрудничество в этом направлении со странами Ближнего Востока и в чем похожи Россия и Саудовская Аравия рассказал ТАСС министр энергетики РФ Александр Новак на полях международного энергофорума "Российская энергетическая неделя".

— Александр Валентинович, на моей памяти "Российская энергетическая неделя" — это первое в нашей стране мероприятие такого масштаба в области ТЭК. Из-за чего сейчас к нам такой сильный интерес? Что изменилось в России и что поменялось в отношении к нашей стране со стороны партнеров в сфере энергетики?

— Здесь нет ничего удивительного. Россия играет ведущую роль в энергетической отрасли: мы являемся первыми по объему добычи нефти, вторыми - по производству и первыми по экспорту газа, занимаем третье место по экспорту угля и считаемся лидерами в атомной отрасли. Согласитесь, что было бы неправильно не использовать наши преимущества: богатые ресурсы, научные достижения, технологии, развивать наши взаимоотношения с другими странами.

— Я правильно понимаю, что основная цель "Российской энергетической недели" — в развитии международного сотрудничества, кооперации по энергетическим вопросам?

— Нам нужно реализовывать международные проекты и сотрудничать с другими странами. Это одна из основных целей, ведь энергетика не может быть замкнута сама на себе. Для ее развития нужна кооперация, обмен опытом с другими игроками на этом рынке. Если мы зациклимся на себе, то есть риск потерять лидерские позиции. Поэтому для нас важно иметь площадку для обсуждения, обмена мнениями, опытом. Все это может придать импульс и стать стимулом развития различных проектов в энергетической отрасли. Мы нацелены на то, чтобы "Российская энергетическая неделя" стала одной из ведущих дискуссионных площадок.

— Рассчитываете ли потеснить и развить успех Мирового энергетического конгресса и CERAWeek в Хьюстоне?

— Пока рано об этом говорить, но мы рассчитываем на постоянный характер проведения форума и на поступательный рост его значения для энергетики.

— Какой эффект вы ожидаете? Здесь речь идет только о подержании имиджа России как энергетического лидера или еще о получении прибыли для российской энергетической отрасли?

— Безусловно, результатом должно стать достижение конкретных договоренностей между компаниями, бизнесом, продвижение наших идей, формирование трендов и, конечно же, привлечение инвестиций в нашу страну в совместные энергетические проекты. Вы правы, это одна из ключевых целей.

— Если говорить об инвестициях, то ощущаете ли вы рост интереса к нашей стране, к проектам? Как в дальнейшем будет развиваться ситуация?

— Я вижу большой интерес инвесторов стран Азиатско-Тихоокеанского региона, Европы и Ближнего востока.

Перспектив много — нужно просто находить точки взаимного роста. Что касается будущего, то тут все будет зависеть от нашей открытости, умения создать привлекательные условия, от наших экономических показателей. Сейчас у России низкая инфляция, высокие темпы роста ВВП. Все это создает хорошие возможности.

В качестве примера скажу, что недавно в Россию приезжал господин Патрик Пуянне (глава Total – прим. ТАСС), который с собой привез пул инвесторов и аналитиков из различных международных банков и компаний. Они изучили наш рынок, тренды, как развивается экономика. В итоге, Россия стала им понятнее и интереснее с точки зрения бизнеса.

— Новые санкции США их не пугают?

— Относительно санкций трудно сказать что-то определенное. Мы находимся в некотором ожидании, так как не понятно, как они (санкции США – прим. ТАСС) будут работать.

— Раньше инвесторы интересовались, в основном, участием в добычных проектах. Изменилось ли что-либо за последние годы? Наблюдается ли смещение в сторону нефтехимии и возобновляемых источников энергии?

— Добыча как была, так и остается привлекательной для инвесторов. Но вы правы, предположив, что будущее нефтегазовой отрасли постепенно смещается в сторону нефтегазохимии и переработанной продукции — акцент будет делаться именно на этом направлении. Уже сейчас основной интерес инвесторов представляют проекты Тобольской и Амурский нефтехимические комбинаты "Сибура", Амурский газоперерабатывающий завод "Газпрома" и завод по производству метанола в Находке.

Точки роста с Саудовской Аравией

— За последние годы мы стали свидетелями интенсивного развития сотрудничества между Россией и Саудовской Аравией. За счет чего это произошло? Действительно ли основной причиной стало соглашение ОПЕК+, фундамент которой был заложен год назад в Китае совместным заявлением России и Саудовской Аравии?

— Я хотел бы подчеркнуть, что наше сотрудничество не ограничивается соглашением ОПЕК+.

Да, благодаря ему мы стали больше общаться между собой, но продолжение нашего взаимодействия не зависит от продления сделки. Это не связанные между собой вещи. Кроме ОПЕК у нас есть межправительственная комиссия по торгово-экономическому сотрудничеству. С министром Саудовской Аравии Халедом аль-Фалехом мы также выстраиваем двухсторонние отношения по энергетике. В частности, он уже приезжал в Россию со своими коллегами из Saudi Aramco, а мы в свою очередь летали к ним большой делегацией, смотрели их объекты.

Более того, господин аль-Фалех уже несколько раз был в Москве, Санкт-Петербурге. У него уже были проведены переговоры с порядка десятью ведущими российскими энергетическими компаниям, с которыми у них уже есть определенные наработки, проекты, планы по сотрудничеству.

— На ваш взгляд, что же объединяет Россию и Саудовской Аравией? За счет чего стало возможно это сближение?

— У нас очень много общих интересов, особенно в энергетической сфере. Мы с ними просто похожи, особенно с точки зрения наших мощностей и компетенций в области нефти. Можем найти точки роста.

— Ранее вы говорили о совместной торговле нефтью с Саудовской Аравией. Как это может выглядеть? Это трейдинг или какие-то другие формы?

— Мы как министерство не занимаемся покупкой и продажей нефти. Но наши компании, в том числе "Роснефть", на переговорах с Saudi Aramco, обсуждали такие возможные варианты сотрудничества (трейдинг - прим. ред). Где-то это своп, где-то поставка саудовской нефти на заводы, на которые "Роснефть" поставляет. Это все коммерческие вопросы, которые между собой более детально обсуждают компании. Мы же просто говорим о том, что в этом плане есть взаимный интерес.

— А "Лукойл" обсуждает с Saudi Aramco какое-то сотрудничество?

— "Лукойл" обсуждает, в том числе вопрос трейдинга нефти, как и "Роснефть".

— В чем цель нашей кооперации в нефтяном трейдинге?

— Это скорее оптимизация логистики, взаимных поставок. Можно же в этом плане значительно сократить транспортную составляющую: саудиты, например, везут туда, где наша нефть ближе, а мы, наоборот, – в Азиатско-Тихоокеанский регион. Это все можно свопами делать.

— Здесь рисков нет? Ведь качество нефти очень разное и себестоимость очень разная…

— Я в этом плане доверяю специалистам тех компаний, которые договариваются между собой.

Российский нефтесервис в Саудовской Аравии

— По поводу интереса саудитов к компании Eurasia Drilling. Правильно ли мы понимаем, что речь идет о том, что РФПИ, Saudi Aramco и PIF ведут переговоры о вхождении в EDC, и параллельно речь идет создании СП между Aramco и EDC?

— Сейчас обсуждается вопрос инвестирования и участия EDC в нефтесервисе в Саудовской Аравии и участии в этих инвестициях РФПИ, Saudi Aramco и суверенного фонда Саудовской Аравии.

— А речь идет о том, что EDC будет работать в самой Саудовской Аравии?

— Да. Это тоже обсуждается.

— Идет ли речь также о производителях оборудования и других нефтесервисных компаниях? Потому что на выставке "Иннопром" в Екатеринбурге, где у Saudi Aramco был огромный стенд, они говорили, что ведут переговоры с целым рядом российских компаний? И чем вызван интерес саудитов к российским нефтесервисным услугам и оборудованию?

— Я думаю, что это связано с тем, что у нас есть технологии добычи, геологоразведки и сервиса, которые интересны нашим коллегам.

Сейчас они пользуются в основном услугами международных компаний, таких как Schlumberger, Halliburton, Weatherford. Поэтому чем больше игроков на рынке, тем более очевиден экономический эффект для потребителей этих услуг. Там же (на рынке Саудовской Аравии - прим.ред) присутствуют и китайцы.

— Какую долю рынка Саудовской Аравии мы рассчитываем таким образом занять?

— Доля будет зависеть от конкуренции. Было несколько компаний, с которыми встречались наши саудовские коллеги, когда они приезжали в Москву и Санкт-Петербург (в июне 2017 года - прим. ред). Они в принципе рассматривают работу с несколькими (нефтесервисными - прим. ред.) компаниями.

— Мы знаем, что планируется в ближайшее время подписание дорожной карты Сотрудничества между Россией и СА. Какие крупные проекты из ТЭК войдут в дорожную карту?

— Это дорожная карта развития сотрудничества в целом между нашими странами, в ней порядка десяти ответственных министерств по разным направлениям. Она касается не столько энергетики, а в целом по всем направлениям. Но по нашей части (энергетике - прим.ред) войдут все проекты, которые мы сейчас обсуждаем.

— Сейчас у нас товарооборот с Саудовской Аравией порядка $430 млн. С учетом потенциала отношений с королевством, на какие обороты мы можем выйти?

— Думаю, что на несколько миллиардов долларов можем выйти. Но это торговый оборот. А что касается инвестиций, они могут быть гораздо больше. У нас есть значительный потенциал развития в области сельского хозяйства, в частности, наших поставок в Саудовскую Аравию. Например, мяса халяльного. Но для этого нужно, чтобы были инвестиции в соответствующее производство. Это тоже сейчас обсуждается.

— Выход на несколько миллиардов товарооборота — это какая перспектива?

— Думаю, за несколько лет можно выйти.

— Еще вопрос по поводу инвестиций. Как распределятся доли в российско-саудовском фонде для инвестиций в энергетику?

— Саудовская сторона выделяет миллиард (долларов - прим.ред) на энергетические проекты.

— То сближение, которое сейчас происходит с Саудовской Аравией, не несет ли оно в себе риски для наших отношений с Ираном и Катаром, учитывая сложную ситуацию на Ближнем Востоке?

— Я возглавляю межправкомиссии и с Ираном, и с Катаром. Наша задача развивать сотрудничество между нашими странами.

Иранская нефть за российские товары

— Иранский министр нефти Бижан Намдар Зангане приедет на энергонеделю?

— Планировал, да.

— Наша готовность закупать иранскую нефть в объеме 100 тыс. баррелей в сутки в рамках программы "Нефть в обмен на товары", она поможет российским компаниям рассчитывать на какие-то преференции при участии в тендере на иранские месторождения? В чем для России выгода от этой программы?

— Нет, это не связано между собой (реализация программы и тендеры на месторождения – прим. ред.). "Нефть в обмен на товары" – это механизм развития нашего торгового оборота, потому что выручка от реализации этой нефти в основном должна идти на покупку российских товаров и услуг.

— Куда она будет направляться? На переработку или реэкспорт?

— Заранее это сказать невозможно, потому что в каждом случае покупатели на эту нефть будут находиться отдельно. В основном (будет направляться - прим. ред.) на переработку в те страны, которые эту нефть покупают. Выручка, которую Иран получает, пойдет на покупку наших товаров и услуг. То есть эта сделка поможет увеличить торговый оборот между нашими странами.

— Какие это могут быть товары?

— Это промышленные товары, оборудование, технологии - все по перечню товаров, согласованному в нашем меморандуме.

— По срокам подписания этого меморандума есть уже какая-то ясность?

- Уже выходим на определенные первые сделки, сейчас дорабатывается механизм взаиморасчетов.

Россия. Весь мир > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 4 октября 2017 > № 2338930 Александр Новак


Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 3 октября 2017 > № 2335197 Александр Новак

Интервью Александра Новака журналу "Нефтегазовая вертикаль".

АЛЕКСАНДР НОВАК: МЫ ВИДИМ ПОСТЕПЕННОЕ СОКРАЩЕНИЕ МИРОВЫХ ЗАПАСОВ НЕФТИ.

Министр энергетики Александр НОВАК в интервью журналу «Нефтегазовая Вертикаль» подвел итоги выполнения сделки стран ОПЕК и не-ОПЕК по сокращению добычи и рассказал о дальнейших перспективах ее реализации.

НГВ: Прошел год с момента первых договоренностей о сокращении добычи странами ОПЕК и не-ОПЕК. Что участники сделки ожидали получить, заключая соглашение, и всего ли из этого удалось добиться?

А.Новак: Основной задачей соглашения стран ОПЕК и не-ОПЕК о сокращении добычи нефти было ускорение балансировки спроса и предложения на нефтяном рынке, нарушенной за последние несколько лет. Этой цели мы еще не добились окончательно, но уверенно движемся к ее достижению. Уже можно однозначно сказать, что по результатам прошедших восьми месяцев рынок находится в намного более здоровом состоянии, чем это было до сделки. Мы видим постепенное сокращение мировых запасов нефти. Если на начало года запасы нефти в мире превышали средние значения за пять лет на 338 млн баррелей, то на текущий момент этот показатель снизился до 170 млн баррелей. В отрасль возвращаются инвестиции нефтяных компаний. До начала сделки мы наблюдали резкое сокращение инвестиций примерно на $500 млрд за 2,5 года, сейчас идет возврат этих средств.

Кроме того, наблюдается беспрецедентное исполнение этого соглашения. За первое полугодие 2017 года выполнение сделки достигло 98%, то есть максимально близко, насколько это возможно, к 100%. Россия и другие страны, не входящие в ОПЕК, впервые участвуют в таком соглашении, поэтому для нас очень важно было полностью выполнить свои обязательства. Что касается стран ОПЕК, то их исполнение соглашения также беспрецедентно высоко. Такого высокого исполнения взятых на себя обязательств раньше не было.

НГВ: Устраивает ли участников рынка текущая цена на нефть и нет ли разочарования, что план достижения к концу года $60 за баррель пока не выполнен?

А.Новак: Мы не ставили перед собой задачи по достижению конкретных цен. Другое дело, мы прогнозировали, что цена на нефть может быть в коридоре от $50 до $60 за баррель. Так и получилось. Если брать в среднем цены на нефть марки Brent за первое полугодие 2017 года, то они достигли $51,8 за баррель, что примерно на 30% выше, чем цены в первом полугодии 2016 года. Получается, что за год цены выросли примерно на $15–20. При этом на рынке заметно снизилась волатильность. Конечно, в отдельные месяцы, например в июне, цены опускались ниже $50 за баррель, но таких резких скачков и падений до $27 за баррель, как это случилось в январе 2016 года, уже давно не было. Мы продлили действие соглашения до 1 апреля 2018 года как раз для того, чтобы постепенно достичь балансировки рынка.

НГВ: Одной из сложностей для стран ОПЕК+ стала сланцевая добычи нефти в США, которая выросла вместе с усилиями по стабилизации рынка. Насколько объективно сланцевая добыча нефти негативно влияет на работу по стабилизации рынка?

А.Новак: Мне часто задают вопрос, не привела ли сделка по сокращению добычи нефти странами ОПЕК и не-ОПЕК к возрождению сланцевой добычи нефти в США. Я могу откровенно сказать, что когда мы только обсуждали со странами ОПЕК вопрос подписания соглашения, мы понимали, что цены на нефть станут более предсказуемыми и справедливыми, инвестиции вернутся в нефтяной сектор в целом, и в том числе в сланцевую добычу. Так что скачок сланцевой добычи, последовавший после заключения соглашения, не стал неожиданностью. Она бы все равно начала возрождаться. Просто на фоне договоренностей стран ОПЕК и не-ОПЕК это произошло чуть быстрее. В любом случае положительный эффект от сделки стран ОПЕК и не-ОПЕК для стабилизации рынка все равно больше, чем влияние восстановления сланцевой добычи. В последние несколько месяцев мы видим, что темпы роста сланцевой добычи в США стабилизировались, а спрос на нефть в этой стране продолжает расти более высокими темпами, чем прогнозировалось в начале года. Такую же ситуацию мы наблюдаем в мире: спрос на нефть растет быстрее, чем ожидалось. В этом году он на 1,4 млн баррелей выше, чем в 2016-м.

Кроме того, нужно анализировать баланс спроса и предложения в мире в целом. Доля стран, участвующих в сделке, этот показатель составляет лишь примерно 55% от общемировой нефтедобычи. Есть страны, которые не вошли в соглашение с ОПЕК, но их собственная добыча нефти при таких ценах снижается. Это и Норвегия, и Китай, и другие страны.

Сокращение добычи нефти – это не постоянный процесс. Когда рынок сбалансируется, запасы нефти будут снижены до уровня среднего пятилетнего значения, и мы снова будем жить в условиях рыночной конкуренции. Но факт наличия у нас реально работающего инструмента по балансировке говорит о том, что у нефтедобывающих стран есть возможность проходить периоды кризиса быстрее и менее болезненно.

НГВ: Одним из главных рисков реализации соглашения стало 100%-е выполнение планов по сокращению. Каков сейчас процент исполнения, каким может быть алгоритм решений по странам, не выполняющим соглашение, – Ираку, Венесуэле, Казахстану, Эквадору, Алжиру?

А.Новак: Мы считаем, что это внутреннее дело ОПЕК разобраться, кто выполняет условия сделки, а кто нет. Мы видим, что ОПЕК в целом исполняет свои обязательства на 98–100%, и это нас устраивает. С другой стороны, в рамках работы мониторингового комитета мы призываем все страны, участвующие в процессе, максимально соответствовать требованиям соглашения.

Сделка носит добровольный характер, она не предполагает ни штрафных санкций, ни других наказаний. Но те страны, которые взялись исполнять соглашение о сокращении, несут некие обязательства по его исполнению перед другими участниками сделки. Это имидж самих стран, личный имидж министров, подписавших соглашение. Я думаю, министрам стран-нарушителей соглашения как-то не очень удобно смотреть в глаза тем, кто полностью исполняет свои обязательства. Доверие участников сделки друг к другу может быть фундаментом для будущей кооперации и развития отношений.

НГВ: Будете ли вы работать с отдельными странами на уровне мониторингового комитета? Что делать с Ираком, не выполняющим условия сделки в принципе, с Эквадором, который, по данным МЭА, хочет покинуть соглашение, с Казахстаном, запустившим крупнейший нефтегазовый проект по освоению Кашаганского месторождения? Рассматривается ли вопрос о предоставлении этим странам скидок в соглашении?

А.Новак: Соглашением не предусмотрено никаких скидок ни для кого. Мы считаем, что этого нельзя делать, так как это может расшатать сделку, привести к снижению ее эффективности. Кстати, следует отметить, что в разных странах имеют место разные ситуации с исполнением обязательств: кто-то не выполняет от месяца к месяцу, а кто-то в один месяц выполнил, в другой – нет. Надо смотреть нарастающим итогом.

НГВ: МЭА, например, регулярно пишет, что Россия не полностью выполняет условия соглашения?

А.Новак: Мы считаем, что МЭА использует очень упрощенный подход к оценке добычи, потому что переводит данные из тонн в баррели по единому коэффициенту. Нефть в России на разных месторождениях имеет разный химический состав, разную плотность и т.д. Мы переводим из тонн в баррели с учетом особенностей каждого месторождения и даем более объективную картину, с которой соглашаются и ОПЕК, и мониторинговый комитет.

НГВ: Предлагать изменить методику мониторинга добычи мы пока не будем?

А.Новак: Нет. Участниками сделки был выработан единый подход к мониторингу, он и остается. Но мониторинговый комитет может принимать во внимание данные каждой страны.

НГВ: Что делать с Ливией и Нигерией? С одной стороны, страны ОПЕК говорят, что их добыча нестабильна, с другой – они ее постоянно наращивают. Например, Нигерия вплотную подобралась к квоте в 1,8 млн баррелей в сутки. Стоит ли ее включать в квоты ОПЕК?

А.Новак: Ливия и Нигерия, действительно, суммарно восстановили добычу нефти к октябрю прошлого года примерно на 500 тыс. баррелей в сутки. В рамках сделки им как членам ОПЕК не было установлено верхнего лимита добычи, чтобы компенсировать разрушение нефтяной промышленности после военных конфликтов. Но здесь важно понимать дальнейшие перспективы. Министр нефти Нигерии на заседании мониторингового комитета пообещал, что Нигерия присоединится к усилиям ОПЕК, как только обеспечит стабильный уровень добычи. Мы ожидаем, что и Ливия в итоге присоединится к выполнению сделки. По данным на август, Нигерия уже вышла на заявленный по квоте объем производства в 1,8 млн баррелей в сутки.

НГВ: Саудовская Аравия и Катар регулярно поднимают вопрос о необходимости мониторинга экспорта нефти. В последнее время Саудовская Аравия предложила поднять вопрос о сокращении не только добычи, но и экспорта. Как Россия смотрит на это?

А.Новак: Мы, в принципе, поддерживаем предложение о мониторинге экспорта. Чем больше показателей мы анализируем, тем более понятной и прозрачной будет картина нефтяного рынка. Можно мониторить экспорт нефти и нефтепродуктов, объемы запасов и потребления нефти внутри стран-участниц сделки. Другими словами, можно и нужно отслеживать всю цепочку продвижения нефти. Россия к этому готова, у нас есть все необходимые данные. Если и другие страны готовы предоставлять такую информацию в мониторинговый комитет, это позволит нам иметь больше информации и понимания ситуации.

НГВ: Есть ли техническая возможность объективно мониторить экспорт нефти на внешние рынки?

А.Новак: У мировых энергетических агентств есть определенные методики, хотя, конечно, полной и объективной информации по этому направлению меньше, чем при анализе добычи, поскольку есть много способов экспорта нефти: танкерами, по нефтепроводам и так далее.

НГВ: Как мы относимся к предложению Саудовской Аравии о сокращении не только добычи нефти, но и экспорта нефти?

А.Новак: Нас это не сильно волнует. Понятно, что при сокращении добычи нефти снижаются либо остатки нефти, либо экспорт. Если заводы меньше перерабатывают нефти, значит, они меньше производят нефтепродуктов, значит, мы меньше экспортируем топлива. Поэтому, когда поднимается вопрос о сокращении экспорта, то надо иметь в виду как экспорт нефти, так и экспорт нефтепродуктов. Потребление нефтепродуктов в России в этом году не изменилось по сравнению с прошлым годом. А экспорт нефти и нефтепродуктов по результатам первого полугодия оказался ниже показателя аналогичного периода прошлого года.

НГВ: То есть Россия может вполне безболезненно пойти на предложение Саудовской Аравии о сокращении экспорта нефти?

А.Новак: По экспорту нефти к нам со стороны участников сделки никаких вопросов нет. Так же как нет и предложений по изменению системы оценки исполнения соглашения.

НГВ: Обсуждается ли предложение о большем сокращении добычи нефти примерно на 1% для более быстрой балансировки рынка?

А.Новак: Официально такие предложения не озвучивались. Но это и понятно. Сейчас говорить о каких-то дополнительных сокращениях, наверное, нет необходимости. Сначала необходимо добиться 100%-го исполнения соглашения всеми участниками.

НГВ: Какие бонусы принесла сделка бюджету России и нефтяным компаниям, была ли сделка по сокращению добычи удачной идеей для компаний?

А.Новак: Сделка принесла дополнительные доходы бюджету от повышения цен на нефть минимум от 700 млрд до 1 трлн рублей. Компании также выиграли от данной сделки за счет повышения цен на нефть примерно на 30% от начала 2016 года. Конечно, эффект от сделки для компаний меньше, чем для бюджета за счет укрепления рубля и прогрессивной шкалы налогообложения, зависящей от цен на нефть. Тем не менее, поверьте, компании не в убытке.

НГВ: То есть, если возникнет необходимость, компании будут готовы пойти на дальнейшее продление сделки?

А.Новак: Мы ведем постоянную дискуссию с нашими компаниями по этому вопросу. Но пока конкретных предложений не обсуждаем. До 1 апреля еще далеко, и сейчас обсуждать вопросы нового продления сделки нет необходимости. Эта тема больше интересует журналистов, чем участников рынка. Ни среди министров, ни среди нефтяных компаний не говорят о том, надо ли продлевать сделку после 1 апреля, потому что мы не знаем, что будет происходить в четвертом и в первом квартале.

Единственное, о чем мы говорим, что у нас такая возможность есть, а стоит или не стоит ею воспользоваться – будет понятно позже.

НГВ: Какой объем добычи нефти в России ожидается в целом по году?

А.Новак: В целом у нас будет примерно уровень прошлого года, может даже на полмиллиона тонн меньше, чем в 2016 году. То есть, если в прошлом году мы добыли 547,5 млн тонн, то в этом году – примерно 547 млн тонн.

НГВ: Планируется ли рост добычи в основном добывающем регионе России – в ХМАО в 2017 и 2018 годах?

А.Новак: В прошлом году впервые мы увидели в Западной Сибири вместо падения стабилизацию добычи. Однако во многом это было за счет введения новых месторождений на севере, на Ямале. В Ханты-Мансийском автономном округе пока продолжается снижение производства нефти. Но в последнее время в ХМАО было выдано несколько лицензий на крупные месторождения, такие как Гавриковское и Эргинское. Кроме того, мы рассчитываем на активизацию разработки новых трудноизвлекаемых залежей баженовской свиты. Например, «Газпром нефть» работает над проектом по внедрению новых технологий и оборудования для такой нефти, позволяющих в будущем наладить ее добычу в промышленных масштабах. Мы даже включили проект «Бажен» в число национальных технологических инициатив.

НГВ: Пока «Газпром нефть» единственная вертикально интегрированная компания, участвующая в этом проекте, или к ней присоединяются другие?

А.Новак: В начале сентября у нас было совещание в Ханты-Мансийске, на котором глава «Газпром нефти» Александр Дюков представил результаты работы по проекту «Бажен» и предложил институтам и нефтесервисным компаниям войти в состав консорциума по освоению баженовской свиты. Мы поддержали этот проект, и, думаю, в ближайшее время будет такой консорциум создаваться.

НГВ: Другим новым проектом в нефтедобыче может стать освоение территорий в районе Хатанги. Сейчас «Роснефть» и ЛУКОЙЛ бурят в районе первые скважины. Поднимают ли компании вопрос о необходимости подготовки специальных государственных программ для развития этого региона, с тем чтобы строить там железные дороги, порт, протягивать сети и так далее?

А.Новак: Север Красноярского края, в частности район Хатанги, достаточно перспективный, но пока там идет процесс бурения разведочных скважин. Для подготовки подобных государственных программ необходимо понимать, о каких извлекаемых запасах идет речь и какие имеются возможности добычи и транспортировки нефти. Например, на шельфе Арктики промышленная добыча нефти идет только по одному проекту – освоение Приразломного месторождения. Это проект, осуществляющийся с одной платформы и не потребовавший строительства железных дорог, сетей и так далее.

НГВ: А если говорить об освоении российского шельфа в целом, есть ли ощущение, что этот процесс откладывается на более далекую и неопределенную перспективу, в том числе, из-за большего интереса к развитию добычи сланцевой нефти в России?

А.Новак: Учитывая, что сейчас цены гораздо ниже, чем три-четыре года назад, когда компании активно готовили планы по освоению шельфа, то не удивительно, что они стараются направлять основной объем денежных ресурсов в более дешевые и быстроокупаемые проекты. Шельф для России – стратегический запас, поэтому проекты по его освоению в любом случае постепенно будут развиваться.

НГВ: В проекте Энергостратегии отмечается, что к 2035 году добыча на шельфе может превысить 80 млн тонн. Но пока это кажется нереалистичным...

А.Новак: В России, несмотря ни на что, добыча нефти на шельфе увеличивается достаточно быстрыми темпами – за счет проектов в Охотском море, в Печорском море на Приразломном месторождении и так далее. В прошлом году добыча на шельфе составила порядка 23 млн тонн, в этом году объем производства вырастет уже на 13% – до 26 млн тонн. Поэтому мы не будем пока менять Энергостратегию в этом направлении.

НГВ: США недавно приняли новый закон о санкциях в отношении России. Как он повлияет на работу по российским проектам, может ли пострадать «Северный поток-2» или другие проекты?

А.Новак: Новый закон США о санкциях в отношении России достаточно сложный, требующий глубокого анализа и разъяснений. Сейчас нужно дождаться официальных разъяснений со стороны властей США об особенностях применения данного закона. Проекты продолжают реализовываться, и никаких изменений не происходит.

НГВ: Тем не менее глава ОMV (одного из участников финансирования проекта) отмечал, что «Северный поток-2» может испытывать сложности с привлечением средств и что нынешняя схема финансирования будет пересмотрена…

А.Новак: Новый закон широкого спектра действий, поэтому палитра рисков большая. С другой стороны, в части инфраструктурных проектов, проектов по строительству трубопроводов новый закон содержит размытые формулировки, позволяющие президенту США применять санкции при условии координации с европейскими партнерами.

НГВ: Могут ли санкции сказаться на конкурентоспособности проекта «Северный поток-2»?

А.Новак: «Северный поток-2» более чем конкурентоспособный. Доставка газа по нему на 2 тыс. км короче, чем с использованием действующей инфраструктуры. Себестоимость поставки газа по «Северному потоку-2» дешевле, чем по действующей системе, в 1,6–2 раза. Импорт газа в Европу, как ожидается, будет только расти, как в связи с сокращением собственной добычи, так и в связи с постепенным ростом спроса. Потенциал роста европейского рынка оценивается в 100 млрд кубометров газа, которые мы можем поставить. Поэтому мы не боимся конкуренции.

НГВ: Еврокомиссар по энергетике Марош Шефчович начал процедуру получения мандата на ведение переговоров по «Северному потоку-2». Есть ли в этом какой-то риск для России?

А.Новак: Наша позиция простая – никакого дополнительного мандата на переговоры по этому проекту не нужно. «Северный поток-2» полностью соответствует действующему европейскому законодательству. Это коммерческий проект, который реализуют между собой коммерческие компании. Морской участок «Северного потока-2» не подпадает под действие Третьего энергического пакета по аналогии с маршрутом «Северный поток-1» и другими маршрутами, такими как транспорт газа в Европу из Алжира. А что касается сухопутного участка, то он будет соответствовать всем требованиям европейского законодательства.

НГВ: Возвращаясь на российский рынок. В апреле этого года на коллегии Минэнерго вы признали, что нефтеперерабатывающая отрасль России переживает не лучшие времена и многие НПЗ работают на грани рентабельности. Нужны ли меры стимулирования работы НПЗ и если да, то какие?

А.Новак: Во-первых, в нефтеперерабатывающей отрасли уже много лет идет реконструкция и модернизация нефтеперерабатывающих заводов с повышением глубины переработки, с выходом на более качественные и экологически более чистые продукты, со снижением выпуска мазута. На текущий момент из 130 установок реконструировано и отремонтировано более 50%, а это требует значительных инвестиций. Во-вторых, в России существует разница между экспортной пошлиной на нефть и экспортной пошлиной на нефтепродукты. Эта разница, по сути, и есть тот объем субсидий, который выделяется, чтобы поддерживать нефтепереработку. Разница между пошлинами постепенно сокращается, поэтому и объем субсидий уменьшается.

Со стороны Минэнерго считаем, что сокращение экспортной пошлины на нефть и нефтепродукты должно проходить постепенно, по мере завершения модернизации нефтеперерабатывающих заводов. Полное обнуление пошлины и полное прекращение субсидирования нефтеперерабатывающей отрасли должно произойти уже после 2022 года, а не в ближайшие год-два, как предлагал Минфин.

Нефтеперерабатывающая отрасль на сегодня находится в гораздо лучшем состоянии, чем при ценах на нефть в $30–40 за баррель.

НГВ: Каким образом можно заинтересовать белорусских партнеров в транспортировке нефтепродукты с использованием российской инфраструктуры? Насколько это большие объемы и стоят ли они введения специальных тарифов?

А.Новак: Предложения о том, каким образом российская портовая и железнодорожная инфраструктура может быть использована при поставках нефтепродуктов из Белоруссии, подготовлены и отправлены в правительство. Мы их также обсуждаем с белорусскими партнерами. Это коммерческий вопрос компаний.

НГВ: Вы недавно провели встречу с министром нефти Венесуэлы Эулохио дель Пино. Какие вопросы обсуждались и предлагал ли ваш коллега из Венесуэлы увеличить порог сокращения добычи?

А.Новак: Мы обсуждали тему взаимоотношения ОПЕК и не-ОПЕК, тему сотрудничества в энергетической сфере. С предложением об увеличении порога сокращения, как я уже говорил, никто официально не выходил.

НГВ: Какие проекты вы обсуждаете с Саудовской Аравией вне сделки с ОПЕК?

А.Новак: Мы наметили более 30 различных проектов, которые подробно обсуждали в рамках визита министра энергетики Саудовской Аравии Халида аль-Фалиха в Санкт-Петербург. Среди них – участие российских сервисных компаний в проектах освоения месторождений на территории Саудовской Аравии, проект по созданию совместного научно-исследовательского центра, проекты по совместному трейдингу нефти и СПГ. Министр встречался с руководством всех ведущих российских добывающих и нефтесервисных компаний. Сейчас идет обсуждение конкретных совместных проектов на корпоративном уровне. Мы уже разработали дорожную карту по этим проектам и на очередном заседании рабочей группы планируем ее подписать.

НГВ: Украина хорошо прошла зимний период 2016–2017 годов без российского газа. Какие перспективы у Украины на прохождение предстоящей зимы, как долго страна сможет обходиться без российского газа?

А.Новак: Сейчас идет более активный процесс закачки газа в подземные газохранилища Украины.

НГВ: То есть проблем с Украиной у нас в этом году не будет?

А.Новак: Пока об этом говорить рано, многое будет зависеть от погоды.

Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 3 октября 2017 > № 2335197 Александр Новак


Германия. Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 28 сентября 2017 > № 2328735

Сегодняшняя Европа просто труслива?

Эдуард Штайнер (Eduard Steiner), Die Welt, Германия

Он ездит по всему миру, чтобы совместно с крупнейшими государствами, занимающимися добычей нефти, повлиять на ее цены. Он стремится к диалогу с ЕС, чтобы спасти новый газопровод из России в Германию («Северный поток — 2»). Он является членом наблюдательных советов таких российских гигантов как Газпром или Росатом. Теперь министр энергетики Александр Новак выделил время для беседы об ОПЕК, Украине, о страхе американцев перед конкуренцией и о Герхарде Шрёдере.

DIE WELT: Примерно десять лет тому назад российская газета «Ведомости» писала по поводу конфликтов из-за газа, что в Европе уже можно пугать детей концерном Газпром. В настоящее время государственный нефтяной концерн Роснефть все больше выходит на первый план, к тому же Герхард Шрёдер выставил там свою кандидатуру в наблюдательный совет. Будут ли детей в Европе вскоре пугать Роснефтью?

Александр Новак: Если у кого-то наблюдаются тревожные расстройства, то они могут выглядеть по-разному и возникать в самых различных ситуациях. Газпром и Роснефть являются зарегистрированными на бирже предприятиями с иностранными акционерами. Оба концерна конкурентоспособны, поскольку себестоимость при добыче — низкая. Лишь тот, кто опасается конкуренции, может распространять мифы о запугивании детей.

— Бывший канцлер Германии Герхард Шрёдер хочет выставить свою кандидатуру в наблюдательный совет Роснефти. Считаете ли Вы, что западная реакция на это сообщение является истеричной?

— На мой взгляд, кандидатура Шрёдера является весьма значимым событием и положительно повлияет на рынок. Человек с таким большим опытом в делах управления концерном будет принимать участие в управлении одним из крупнейших мировых концернов. Кроме того, Шрёдер выступает за последовательное восстановление и развитие отношений между Россией и Европой и соответственно между Россией и Германией. Ведь это является положительным примером.

— В чем будут состоять его функции?

— У него будут такие же функции, как у каждого члена совета директоров (совет директоров является контрольным органом, который в отличие от немецкого контрольного совета имеет более широкие полномочия — прим. ред). А если его назначат руководителем, то он и будет руководить этим органом.

— Нужда в нем связана с его политическими контактами в Европе или же решающим является тот факт, что он дружен с президентом России Владимиром Путиным?

— Главным фактором является большой опыт Шрёдера и его профессиональное ноу-хау. Шрёдер будет независимым членом директората. Он может пригласить на фирму специалистов, которые привнесут дополнительный опыт в корпоративное управление.

— А что поимели бы от этого Европа или Германия?

— Рост доверия и больше прозрачности, чтобы не пугать детей. Когда такие личности приходят на фирму, то это означает также, что это предприятие будет более открытым и понятным.

— Вы же сами являетесь членом советов директоров сразу нескольких крупных российских концернов. Скажите, что могут иностранные советники вообще дать российским предприятиям?

— Во-первых, это независимые эксперты, которые дают при принятии решений свои важные оценки. Это означает, что эти решения принимаются открыто. И они повышают уровень корпоративного управления.

— ЕС планирует выдать комиссару по Энергетическому союзу Марошу Шефчовичу мандат на переговоры о строительстве газопровода «Северный поток»…

— … насколько мне известно, это еще изучается, а решение не принято.

— Говорят, что будто не так-то просто договориться сейчас о Вашей встрече с ним.

— Оперативно мы можем это всегда устроить. Следует сказать: проект «Северный поток — 2» осуществляется коммерческими предприятиями. Инвесторами являются европейские фирмы и Газпром. Все регулируется европейскими законами. Мы не понимаем, для чего с юридической точки зрения нужен теперь мандат.

— Однако если мандат будет все же выдан, что тогда?

— Это было бы беспримерно. Таких прецедентов нет. И не ясно, куда может привести в будущем такой прецедент. Что, если одно предприятие собирается строить нефтеперерабатывающий завод? Нужен ли ему тогда мандат ЕС? Или промышленное предприятие. Здесь принципиально непонятно, что все это означает.

— Судя по первым оценкам, ЕС мог бы быть нацелен на компромисс, а именно на то, чтобы Газпром не принимал участия в оперативном менеджменте этого трубопровода. Проще говоря, чтобы третий энергетический пакет ЕС, который подразумевает разделение между производителями газа и предприятиями, эксплуатирующими трубопроводы, был распространен на «Северный поток — 2». Может ли потребоваться компромисс?

— При строительстве этого трубопровода мы полностью придерживаемся действующих законов. Ведь для пути по морю не предписан никакой третий энергетический пакет, поскольку это не является территорией ЕС. На сухопутном маршруте выполняются все требования энергетического пакета. Ну послушайте, ведь это инвесторы, фирмы, которые принимают участие, они просто хотят, чтобы их инвестиции оправдали себя.

— Была бы Россия готова к компромиссу?

— Сначала поясните нам, что это за компромисс, а потом поговорим о том, готовы мы к нему или нет.

— Ведь теперь со стороны Запада добавилось еще и то, что США новыми санкциями хотят воспрепятствовать реализации «Северного потока — 2». Участвующие стороны уже думают о новых возможностях финансирования, чтобы спасти проект. Какая схема финансирования была бы приемлема?

— Это дело предприятий.

— Но этот проект важен для России также и в стратегическом плане.

— Да, мы поддерживаем его осуществление. И мы думаем, что он привлекателен в экономическом отношении, о чем свидетельствует также эффективность эксплуатации «Северного потока — 1». Короткий путь к потребителю — и себестоимость вполовину ниже. Непонятно, что вдруг какие-то третьи государства запрещают то, что выгодно для Европы. Мы думаем, что эти меры по воспрепятствованию служат в первую очередь для того, чтобы не допустить конкурентов. Они направлены не против России, а против Европы, которая теряет свой суверенитет и возможность выбора при осуществлении энергетических проектов. Здесь уничтожаются все рыночные принципы. Сжиженный газ из США в настоящее время на 70% дороже, чем газ по трубопроводу.

— Россия сама сейчас начинает экспортировать сжиженный газ.

— Но мы готовы к конкуренции. Мы же не говорим, чтобы в нашу пользу блокировали какие-либо поставки.

— По поводу нефти: альянс из ОПЕК и десяти стран, не входящих в ОПЕК, по-видимому, безупречно выполняет свои обещания от ноября о снижении объема добычи и тем самым стабилизации цен. Остается большим вопросом, как будет действовать этот альянс после истечения срока договоренности в конце марта. Ведь в ноябре этот вопрос будет предположительно обсуждаться. Саудовская Аравия и Ирак выступают за его продление. А Россия — нет. Вы исключаете дальнейшее участие?

— Если оно будет целесообразным, то мы изучим этот вопрос.

— Что означает "целесообразно"?

— Целесообразно означает, что к 1 апреля рынок, возможно, не будет окончательно сбалансирован. Если будет существовать такой прогноз, мы изучим вопрос о том, должны ли мы продлевать действие этого соглашения. Сейчас этого еще нельзя сказать. Мы не знаем, какой будет рыночная ситуация. Просто существует слишком много обстоятельств, и требуется качественный прогноз. Возможность продлить срок действия соглашения существует. Мы ее не исключаем.

— Означает ли это, что Россия не выступает категорически против?

— А мы этого никогда и не говорили.

— Если истечет срок сокращения объема производства, то это может привести к шоку с новым обвалом цен.

— Это соглашение должно быть закончено в период растущего спроса. А ведь это наступает в летний период. Если спрос вырастет, то все последствия, вытекающие из существующей договоренности, действовать не будут.

— То есть, этот сценарий стал возможным? В конечном счете все прогнозы указывают на рост спроса в 2018 году.

— Мы видим, что в этом году спрос растет быстрее, чем это первоначально прогнозировалось. Вместо дополнительных 1,2 миллиона баррелей теперь спрос оценивается в дополнительных 1,4 миллиона баррелей.

— Вы сказали по поводу растущих цен на нефть, что этот альянс стран-производителей нефти показал свою эффективность в результате сокращения объема производства, в чем ведь долгое время сомневались. Однако нужно быть честным и сказать, что и спрос также вырос, что в США бушевали ураганы и так далее. Таким образом существует много причин. Как Вы оцениваете долю сокращения объема производства?

— Оно сыграло ключевую роль, потому что это привело к спокойствию и доверию на рынке. Сегодня спрос превышает предложение уже на один миллион баррелей в сутки. Складские запасы превышают средний показатель за пять лет лишь на 170 миллионов баррелей — половину того, что было прежде.

— Но как только цена повысится, добыча в США вновь вырастет и уничтожит этот эффект.

— Когда 10 декабря 2016 года мы впервые договорились о сокращении добычи, мы учитывали рост добычи в США. Он действительно имел место, однако за прошедшие месяцы не был существенно увеличен. Для этого не хватает потенциала. Мы в очередной раз увидели, что аналитики ошиблись. Мы спокойно будем продолжать мониторинг. В любом случае сокращение размера добычи имеет больше преимуществ, чем недостатков.

Германия. Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 28 сентября 2017 > № 2328735


Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 27 сентября 2017 > № 2330346 Александр Новак

Интервью Александра Новака австрийской газете Die Presse.

- Альянс из членов ОПЕК и десяти стран, не входящих в ОПЕК, очевидно, четко выполняет обещание по сокращению добычи нефти. С целью дальнейшего поддержания цен теперь увеличено давление на Ливию и Нигерию, чтобы эти две страны также ограничили добычу. Но не идет ли тут речь о «мелочи»? Что может дать их присоединение к соглашению?

- Ливия и Нигерия наряду с другими странами в ноябре участвовали в переговорах, но для них не было введено лимитов на добычу. После достижения договоренностей обе страны увеличили производство нефти на 500 тысяч баррелей. Мы считаем, что им следовало бы зафиксировать добычу и удерживать ее на определенном уровне, по меньшей мере, до истечения соглашения (в конце марта 2018 года). Министр энергетики Нигерии подтвердил нам, что при достижении показателя в 1,8 миллиона баррелей в день «нажмет на тормоз». Надо сказать, что ситуация с добычей в этих странах непростая. Так, в Ливии в августе добывалось почти на 100 тысяч баррелей меньше, чем в июле.

- Независимо от этого большой вопрос состоит в том, как «расширенная ОПЕК» будет действовать после истечения соглашения в конце марта. В ноябре, предположительно, состоятся соответствующие консультации. Саудовская Аравия или, к примеру, Ирак, выступают за его пролонгацию. Россия не выступает за это. Вы исключаете дальнейшее участие в этом соглашении?

- В случае необходимости мы обдумаем данный вопрос.

- Что значит «в случае необходимости»?

- Это значит, что, возможно, до 1 апреля на рынке не будет достигнут баланс. В этом случае речь может идти о продлении, но пока мы не знаем, какова будет ситуация на рынке. Существует слишком много обстоятельств, и нужен качественный прогноз. Опция по продлению соглашения есть, и мы ее не исключаем.

- То есть Россия не настроена категорически против?

- Мы никогда этого не говорили. Наша главная цель – сбалансировать ситуацию на рынке.

- Когда истечет срок ограничения добычи нефти, на рынке могла бы сложится «шоковая» ситуация, и цена могла бы вновь обвалиться.

- Если заканчивать соглашение, то лучше в период растущего спроса, обычно он приходится на лето. Когда спрос вырастет, всем следовало бы постепенно выйти из соглашения.

- То есть этот сценарий стал вероятным? Ведь согласно прогнозам, в 2018 году ожидается рост спроса.

- Мы видим, что в этом году рост спроса превышает изначальные прогнозы. Вместо 1,2 миллиона баррелей рост составляет 1,4 миллиона.

- Вы говорили ввиду роста цен на нефть, что альянс стран-производителей, ограничив добычу, продемонстрировал свою эффективность, в которой многие долго сомневались. Но надо честно сказать, что и спрос на нефть тоже вырос, что в США бушевали ураганы и т.д. То есть причин было сразу множество. Насколько высоко вы оцениваете долю ограничения добычи в росте цен?

- Оно сыграло ключевую роль. Это успокоило рынок, вернуло участникам уверенность. Сегодня спрос превышает предложение уже на миллион баррелей в день. При этом уровень запасов нефти в хранилищах превышает средний пятилетний показатель всего на 170 миллионов баррелей – это вдвое меньше, чем было ранее.

- Как только цены вырастут, в США возобновится добыча, и весь эффект сойдет на нет. Аналитики Commerzbank уже сравнили эту ситуацию с игрой в «кошки-мышки», точнее с игрой одной «кошки» сразу с многими «мышами». Но последних, похоже, слишком много, и они слишком быстры.

- Когда мы 10 декабря впервые договорились о сокращении добычи, мы сразу учли растущую добычу в США. И этот рост действительно отмечался, но в последние месяцы оставался не слишком значительным, для этого просто не хватает потенциала. Мы продолжим «мониторить» ситуацию. У сокращения добычи в любом случае больше преимуществ, чем недостатков.

- Около десяти лет назад российская газета «Ведомости», глядя на газовые конфликты, писала, что в Европе «Газпромом» уже можно пугать детей. Сейчас на авансцену все больше выходит государственная нефтяная компания «Роснефть», тем более что на место в ее совете директоров претендует Герхард Шрёдер. Не будут ли в Европе скоро пугать детей «Роснефтью»?

- У всех есть свои страхи, они могут проявляться в разных ситуациях. «Газпром» и «Роснефть» - компании, акции которых торгуются на бирже и в число акционеров которых входят иностранцы. И если уж мы заговорили о страхах, то давайте также упомянем иностранные концерны. «Газпром» и «Роснефть» - конкурентоспособны, имеют низкую себестоимость добычи, эффективны. А придумывать сказки о «детских страхах» могут лишь те, кто боится конкуренции.

- Вы можете назвать реакцию Запада на то, что Шрёдер претендует на попадание в наблюдательный совет «Роснефти», истеричной?

- Мне кажется, что тот факт, что Шрёдер может войти в совет директоров, является важным событием, причем положительным для рынка. Человек с таким большим опытом будет участвовать в управлении одним из крупнейших концернов в мире. Кроме того, Шрёдер последовательно выступает за восстановление и развитие отношений между Россией и Европой, в частности, между Россией и Германией. Это также позитивный факт.

- Каковы при этом будут его функции?

- Они будут такими же, как у любого другого члена совета директоров. А если его выберут председателем, то он, соответственно, будет руководить советом.

- Он нужен из-за его политических контактов в Европе, или решающую роль играет его дружба с Путиным?

- Решающим фактором является его большой опыт работы в государственных структурах и компаниях и профессионализм. Шрёдер будет независимым членом совета директоров, он может привлечь в компанию специалистов, имеющих, в свою очередь, большой опыт корпоративного управления.

- И что с этого получили бы Европа или Германия?

- Рост доверия и бОльшую транспарентность, чтобы «детей не пугать». Когда в компанию приходят такие люди, это значит, что она становится более открытой.

- Вы сами входите в советы директоров сразу нескольких российских концернов. Скажите, чем иностранные члены, в принципе, могут помочь российским компаниям?

- Во-первых, это независимые эксперты, дающие важные оценки в процессе принятия решений. Это значит, что решения принимаются открыто. А еще они повышают уровень корпоративного управления.

- ЕС планирует предоставить комиссару по энергетике Марошу Шефчовичу мандат на переговоры о расширении «Северного потока»…

- Насколько я знаю, этот вопрос еще только прорабатывается, решение не принято.

- Во всяком случае, планируется, что вы встретитесь с ним в октябре. Такой план действительно есть?

- Мы надеемся, что он приедет на Российскую энергетическую неделю в начале октября. Если его рабочий план позволит, то мы встретимся. Пока соответствующего подтверждения не было. Но мы его пригласили.

Есть вопросы, по которым мы имеем различные мнения. Что касается расширения газовой инфраструктуры, то действующих законов вполне достаточно. Так что зачем нужен мандат на переговоры? Кого с кем? Проект «Северный поток-2» реализуется коммерческими компаниями. Инвестиции берут на себя европейские предприятия и «Газпром». Все регулируется европейскими законами. Мы, с юридической точки зрения, не понимаем, зачем нужен этот мандат.

- Но если мандат все же будет выдан, что тогда?

- Это было бы беспрецедентно. И не ясно, куда привел бы такой прецедент в будущем. Что, если компания захочет построить нефтеперерабатывающий завод? Ей тогда тоже понадобится мандат ЕС? Все это принципиальные вопросы.

- Согласно первым оценкам, ЕС может стремиться к компромиссу. А именно, что «Газпром» не будет участвовать в оперативном управлении трубопровода. Проще говоря, что Третий энергетический пакет ЕС, который предписывает разделение производителей газа от операторов трубопровода, будет распространен на «Северный поток 2». Понадобится ли компромисс?

- При строительстве трубопровода мы полностью придерживаемся положений действующего законодательства. Для морского участка нет предписаний Третьего энергетического пакета, потому что это не территория ЕС, а на сухопутном участке выполняются все требования энергетического пакета. Инвесторы, компании, которые участвуют в проекте, просто хотят, чтобы их инвестиции окупились.

- Россия была бы готова к компромиссу?

- Давайте разъясним, что такое компромисс, и тогда будем говорить о том, готовы мы к этому или нет. При реализации проекта мы не выходим за рамки действующего законодательства.

- Сейчас со стороны Запада добавляется еще и то, что США введением новых санкции хотят не допустить реализации «Северного потока 2». Участники уже думают о новых возможностях финансирования, чтобы спасти проект. Какая финансовая схема была бы возможной?

- Это дело компаний.

- Но проект стратегически важен для России.

- Мы поддерживаем его реализацию, считаем, что с экономической точки зрения, как и «Северный поток 1», он привлекателен. Короткий путь до потребителя, вдвое ниже себестоимость. Непонятно, почему внезапно какие-то третьи страны запрещают то, что выгодно для Европы. Мы считаем, что меры по ограничению, в первую очередь, препятствуют конкуренции. Они направлены не против России, а против Европы, которая теряет свою независимость и возможность выбора в энергетических проектах. По сути, ликвидируются все рыночные принципы: американский СПГ в настоящее время на 70 процентов дороже, чем трубопроводный газ.

- Россия сама начинает как раз экспортировать СПГ.

- Но мы готовы к конкуренции. Мы не пытаемся заблокировать какие-то поставки.

- 50 лет назад Германия и Россия реализовали договор о газовых трубопроводах и запустили энергетическое сотрудничество, хотя Америка активно протестовала. Сегодняшняя Европа трусливая?

- Европейские страны должны быть заинтересованы в том, чтобы защищать свой суверенитет и принимать самостоятельные решения по реализации коммерческих инвестиционных проектов на своей территории.

- США совсем не скрывают, что для них речь идет о собственном экспорте СПГ. Ожидания очень большие. Сколько, по Вашему мнению, Америка сможет поставить в течение следующих десяти лет?

- Это будет зависеть от конъюнктуры, рыночной стоимости, собственных возможностей. В настоящий момент американский СПГ в ЕС не конкурентоспособен. Конечно, если дело дойдет до того, что любые газовые поставки в ЕС – не только из России, но и из Алжира или Катара – будут запрещаться, тогда Европа будет покупать газ по цене вдвое выше в США. Все должна определять конкуренция.

- В июне Вы сказали, что в конце 2019 года истекающий транзитный договор с Украиной не будет продлеваться. Между тем, кажется, позиция смягчилась. Он будет продлен?

- Это будет зависеть от переговоров между «Газпромом» и украинским «Нафтогазом». Пока что переговоры не ведутся.

- По чьей вине?

- Если есть какие-то интересные коммерческие предложения, «Газпром» готов к переговорам.

- Мяч на поле Украины, которая же хочет транзита?

- Мы видим, что появляются предложения удвоить стоимость транзита. Зачем? Это неприемлемо.

- Украинский президент Петр Порошенко предлагает, чтобы европейцы брали российский газ больше не на западной границе Украины, а на восточной. Что Вы думаете об этом?

- Мы считаем это нецелесообразным.

- Украина обратилась в Арбитражный суд и хочет конфисковать имущество «Газпрома», потому что «Газпром» нанес ущерб стране использованием украинской транзитной сети. Какова Ваша реакция?

- Мы написали письмо в Еврокомиссию о том, что наши опасения относительно действий со стороны Украины и «Нафтогаза» оказались оправданными. Еврокомиссия и г-н Шефчович заверяли нас в том, что рисков нет. В действительности же они есть.

- И ЕС ответил?

- Да. Очень расплывчато.

Беседовал Эдуард Штайнер.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 27 сентября 2017 > № 2330346 Александр Новак


Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 27 августа 2017 > № 2285865 Александр Новак

Александр Новак в авторской колонке для АиФ подвел итоги сразу нескольких юбилеев в области добычи угля.

70 лет и три века

В этом году мы отмечаем 295 лет с начала добычи угля в России. За почти три века своего существования отрасль продемонстрировала значительное развитие. Наиболее знаковые в современной истории изменения в отрасли произошли за последние 25 лет.

С началом реформ 1992 года стартовал период системных шагов по преобразованию угольной промышленности в конкурентоспособный сектор ТЭК. В девяностые годы мы осуществили переход на применение рыночных цен на уголь, оптимизировали структуру шахтного и карьерного фонда, ликвидировали убыточные организации, в первую очередь из эксплуатации выводились шахты с опасными условиями труда и высоким травматизмом. Всего за 25 лет структурных преобразований в отрасли закрыто 203 неперспективных угледобывающих предприятия. В 2000-е годы была завершена приватизация рентабельных производств в угольной отрасли и прекращено дотирование убыточных предприятий.

В результате проведённых реформ угольная промышленность России стала первой и единственной отраслью ТЭК, полностью представленной частным капиталом. В 2016 году созданная Минэнерго России комиссия выделила перечень шахт с высоким риском аварийности и разработала план мероприятий по снижению уровня опасности. Таким образом, в группе с высокими рисками возникновения аварий из 20 шахт должно остаться только четыре.

Угольная промышленность России вносит значительный вклад в экономику страны и диверсификацию её энергетического баланса. Сегодня уголь в энергобалансе РФ составляет более 14% и является третьим по значению энергоресурсом. Вопреки неблагоприятной экономической конъюнктуре последних лет, восстановились и устойчиво растут объёмы добычи (385,7 млн т в 2016 г. против 257,9 млн т в 2000 г., то есть в 1,5 раза), обогащения угля (187,6 млн т в 2016 г. против 84,8 млн т в 2000 г., в 2,2 раза), а также экспорта (171,4 млн т в 2016 г. против 37,5 млн т в 2000 г., в 4,5 раза). Сформировалась долговременная тенденция снижения травматизма со смертельным исходом (в 2016 г. в 3 раза ниже уровня 2000 г.).

Россия играет заметную роль в обеспечении мировых потребностей в этом полезном ископаемом. Отечественный уголь стабильно экспортируется в 75 стран мира. За 7 месяцев 2017 года прирост экспорта по отношению к соответствующему периоду прошлого года уже достиг 13 млн тонн. По нашим прогнозам, в 2017 году, в год семидесятилетия празднования Дня шахтёра, российская угольная отрасль продолжит демонстрировать положительную динамику и как минимум сохранит показатели по объёмам добычи и экспорта угля: шестое и третье место в мире соответственно.

Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 27 августа 2017 > № 2285865 Александр Новак


США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 6 июня 2017 > № 2205446 Александр Новак

Александр Новак: «Если бы мы хотели побороть сланцевую нефть, нам бы не понадобилось соглашение».

Министр энергетики Российской Федерации в интервью телеканалу CNN рассказал о сотрудничестве с АТР и добыче сланцевой нефти в США.

По словам Александра Новака, Европа по-прежнему остается ключевым партнером для России, однако темпы роста европейской экономики не такие высокие, как в странах АТР, которые представляют собой очень привлекательный рынок. «Мы имеем возможность взаимодействовать со странами и компаниями азиатско-тихоокеанского региона и будем развивать наше сотрудничество в сфере энергетики», - сообщил глава Минэнерго России.

Министр особо подчеркнул заинтересованность России в расширении взаимодействия с Индией в сфере поставок энергоресурсов: «Индия для нас является стратегическим партнером. Мы уже начали поставлять туда нефть, ведем переговоры по прокладке газопровода».

Комментируя рост добычи сланцевой нефти в США, глава российского энергетического ведомства отметил, что он не был сюрпризом для стран, участвующих в соглашении по сокращению нефтедобычи: «Мы с самого начала понимали, что при любой цене выше 27 долл./барр., которая установилась в январе 2016 года, инвестиции в сланцевую нефть будут возвращаться. Мы знали, что эффективность сделки не будет стопроцентной с учетом возрождения сланца».

При этом Министр заметил, что сланцевую добычу нельзя рассматривать отдельно, необходим комплексный подход к ситуации: «Есть целый ряд стран, в которых уровень добычи снижается, и это компенсирует рост добычи сланцевой нефти».

Александр Новак подчеркнул, что целью стран, участвующих в сделке, не является борьба со сланцевыми производителями: «Если бы мы хотели побороть сланцевую нефть, нам бы не понадобилось соглашение, достаточно было бы продолжать наращивать объемы добычи, сохраняя цены на низком уровне».

США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 6 июня 2017 > № 2205446 Александр Новак


Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 2 июня 2017 > № 2197757 Александр Новак

Интервью Министра Александра Новака РИА Новости.

Александр Новак: второй раз договориться о снижении добычи нефти было легче.

Беседовали Дмитрий Сокуренко и Дарья Станиславец

Нефтедобывающие страны на прошлой неделе продлили соглашение о сокращении добычи нефти еще на девять месяцев. Как проходили переговоры, почему рынки отреагировали на это решение снижением, о международных проектах в ТЭК, а также чего ждать российским нефтяникам в сфере налогообложения и господдержки, рассказал в интервью РИА Новости в рамках Петербургского международного экономического форума министр энергетики РФ Александр Новак.

— На прошлой неделе в Вене нефтедобывающими странами для стабилизации ситуации на рынке было принято решение о продлении соглашения о сокращении добычи нефти еще на 9 месяцев. Вместе с тем рынок отреагировал снижением цены на нефть. Чем вызвана такая реакция и насколько она долгосрочна, по вашему мнению?

— Во-первых, колебания возможны, это рынок. Цена находится в пределах диапазона 50 и 60 долларов, который, на наш взгляд, является обоснованным. Если бы сделки не было, вы увидели бы совсем другое падение цены. По оценкам экспертов, она бы обвалилась ниже 30 долларов. Поэтому то, что она держится на уровне 50 и выше, это уже плюс.

Второе — в преддверии сделки отмечался достаточно серьезный рост по цене, то есть рынок уже, в принципе, заложил в цену принятие решения. Обычно по окончании оформления сделки многие участники рынка, спекулянты закрывают свои позиции, продают фьючерсы, и это тоже один из факторов (повлиявших на снижение цены — ред).

На мой взгляд, в ближайшей перспективе цены будут восстанавливаться до тех же уровней, на это повлияет ряд фундаментальных факторов: продолжается снижение остатков, есть уверенность в том, что в течение девяти месяцев на рынок ежедневно не будет поступать 1,7 миллиона баррелей. Поэтому не вижу никакой трагедии в колебаниях цены в приемлемом диапазоне, в этом плане все соответствует прогнозам.

— Вы и ваши коллеги-министры в Вене заявили о возможности принятия в ноябре новых решений по Венскому соглашению, как о его продлении, так и о завершении в более ранний срок. На какие целевые показатели Россия будет ориентироваться при определении своей позиции по данному вопросу? Когда планируется определить эту позицию?

— Мы наделили мониторинговый министерский комитет дополнительными полномочиями. Если раньше он только отслеживал исполнение соглашения, то сейчас комитету предоставлены полномочия по подготовке предложений для последующего обсуждения на министерской встрече. Комитет будет собираться каждые два месяца, вырабатывать предложения, исходя из текущей ситуации на рынке. Это будет некая консолидированная позиция.

Министерская встреча состоится в ноябре, не исключено, что на ней не будет принято никаких решений — посмотрим на ситуацию. Сегодня нельзя сказать, будет ли продлеваться соглашение. У нас такая опция всегда есть, создан хороший инструмент взаимодействия стран ОПЕК и не-ОПЕК, и мы уверены, что мы всегда сможем принять совместное решение.

Дважды уже был такой прецедент (достижение договоренности о сокращении добычи нефти — ред). Второй раз договариваться было гораздо легче, все консолидированно решили, что нужно пройти зимний период. Если бы говорили про шесть месяцев, то сразу возник бы вопрос, поскольку зимой спрос падает, избыток нефти очень негативно влияет на ситуацию на рынке, происходит разбалансировка. Поэтому мы договорились, что наиболее оптимальным вариантом будет девять месяцев. Пройдем "яму", а в летний период спрос растет и самое рациональное, если к тому времени остатки снизятся до пятилетнего среднего значения. По мере роста спроса можно плавно наращивать и восстанавливать сокращенные объемы добычи. Не все страны смогут это сделать, поэтому не думаю, что все 1,7 миллиона одновременно выйдут на рынок, это будет управляемый процесс, об этом мы будем договариваться.

— В случае если в ноябре какие-то страны заявят о сокращении обязательств, готова ли Россия компенсировать это своей квотой, увеличив ее свыше 300 тысяч баррелей в сутки?

— Эту тему даже не обсуждали, потому что исходим из того, что все страны должны исполнять свои обязательства в полном объеме в соответствии с соглашением. На момент продления страны ОПЕК и не-ОПЕК выполнили договоренности на 102%. Это очень высокий уровень. Думаю, задача каждого — выполнение обязательств.

— Казахстан уже заявил о возможности пересмотра его обязательств по Венскому соглашению на встрече в ноябре. Вы, когда встречались с коллегой из Казахстана, затрагивали этот вопрос?

— Мы встречались, обсуждали ситуацию, считаем, что у них есть желание и приверженность к исполнению обязательств по цифрам. И они будут стараться это делать. Если увидим какие-то отклонения от графика, всегда есть возможность обсудить этот вопрос на министерском комитете, как мы делали до этого. Но главный посыл — и это подтвердили министры — все должны исполнять свои обязательства.

— Вы отметили, что нефтедобывающие страны уже обсуждают механизм плавного выхода в будущем из соглашения по сокращению добычи, но пока говорить о нем рано. Между тем есть ли у Минэнерго РФ уже какая-то своя оценка того, каким должен быть такой механизм, чтобы процесс оказался безболезненным для российских компаний?

— Наши компании участвуют в сокращении добычи добровольно, потому что считают, что это действительно им выгодно. Сократить на 2,5% объемы добычи, иметь более стабильную ситуацию (на рынке — ред) и более высокую цену выгоднее с точки зрения инвестиций и прогнозируемости, снижения волатильности, которая бы очень негативно повлияла на их планы.

Технологически у всех разная ситуация: кто-то закрывает нерентабельные скважины на старых месторождениях, кто-то на больший период становится на ремонт — делают то, что планировали на более поздние сроки, кто-то придерживает, снижает дебит на хороших месторождениях. Мы даже не пытаемся вмешиваться в этот процесс, для нас важен конечный показатель. Исходя из технологических особенностей, у каждой компании своя ситуация по восстановлению добычи. Сейчас я не готов прогнозировать, как это будет происходить. Кто-то может это быстро сделать, кто-то будет постепенно наращивать. Времени еще много, давайте подождем.

— Минэнерго намерено понизить свой прогноз по добыче нефти в РФ на 2017 год на 4 миллиона тонн — до 547 миллионов тонн в связи с продлением Венского соглашения. А каковы прогнозы в отношении экспорта в текущем году? И каковы оценки министерства по добыче и экспорту нефти на 2018 год?

— Мы считаем, что скорректируется общий прогноз (добычи нефти — ред,) до 547 — 547,5 миллиона тонн. Это на 2-1,5 миллиона тонн меньше, чем мы прогнозировали (было 549 миллионов тон). В 2018 году, в зависимости от условий работы отрасли, планируется добыча в размере 547 — 551 миллиона тонн. А по экспорту предварительно в 2017 году — 257 миллионов тонн, в 2018 году — 260,7 миллиона тонн.

— Обсуждается ли сейчас вопрос либерализации экспорта газа в РФ? Могут быть разработаны пилотные проекты по либерализации экспорта газа?

— Сейчас этот вопрос так активно не стоит, сегодня большое внимание уделено упорядочению взаимоотношений с точки зрения равного доступа к инфраструктуре, стоимости транспортировки и совершенствование методологической базы, касающейся тарифообразования по транспортировке (так называемая методика ФАС), вопросы доступа к подземным газовым хранилищам и так далее. На данном этапе эти вопросы не менее актуальны, чем либерализация. Это довольно серьезное и сложное решение, пока по нему нет окончательных вариантов.

— Роснефть некоторое время назад предлагала через Газпромэкспорт с трейдером BP продать определенный объем газа, просила дать им разрешение на продажу. Эта история получила какое-то развитие? Возможна ли выдача Роснефти такого разрешения или пока вопрос отложен?

— Вопрос находится в стадии проработки и обсуждения, по нему есть разные позиции, окончательного решения нет.

— Если обратиться к международной повестке. В настоящее время Россия ожидает получения разрешения от Турции на вторую нитку "Турецкого потока". Есть ли уже покупатели на этот газ? Получило ли Минэнерго от ЕС гарантии по покупке газа Газпрома?

— В настоящее время этот вопрос прорабатывается, мы ожидаем реакции от наших европейских партнеров, которые заинтересованы в этом, в том числе это Греция, Италия. Необходимо также получить соответствующее согласие Еврокомиссии. Это задачи, которые должны решать заинтересованные в получении этого газа европейские партнеры. В принципе, мы понимаем потребителей, но инфраструктура должна строиться на условиях гарантии того, что она будет использоваться.

— Гарантии от ЕС должны быть как-то юридически оформлены и закреплены?

— Форматы в этом случае могут быть определены, если возникнет такое желание. У нас запланирована встреча с господином Шефчовичем (вице-президент ЕК по энергодиалогу — ред) в Астане в июне месяце на полях ЭКСПО, мы обсудим этот вопрос.

— Будете ли обсуждать вопрос поставок российского газа на Украину? И актуален ли он?

— Он всегда в повестке, в основном его инициирует либо украинская сторона, либо Евросоюз и Еврокомиссия. Поэтому, если этот вопрос возникнет, мы готовы его обсуждать. На сегодняшний день, в соответствии с действующим контрактом, Газпром будет поставлять столько газа, сколько будет предоплачено.

— Украина не выходила с запросом дополнительных консультаций в последнее время?

— В последнее время обращений в наше министерство не было.

— Получило ли Минэнерго РФ ответ от господина Шефчовича по антимонопольному штрафу Украины Газпрому? Вы раньше обращались к нему с письмом, в котором говорили о незаконности наложения Украиной антимонопольного штрафа. Удовлетворены ли вы ответом?

— Да, мы получили ответ. Господин Шефчович в своем письме написал, что у него есть гарантии со стороны Украины, что никаких действий по взысканию штрафа и наложению ареста на имущество не будет. Мы были не удовлетворены таким ответом, потому что это не юридические гарантии, словесные, что, в принципе, и проявилось в том, что буквально недавно украинский суд возбудил исполнительное производство по этому поводу.

— Этот факт вы будете обсуждать с Шефчовичем во время встречи в Астане?

— Конечно. Мало того, мы хотим получить ответ опять же на все эти вопросы, потому что такое решение Украины снижает энергобезопасность. На наш взгляд, это абсолютно незаконно, решение принято украинским судом в интересах украинского Нафтогаза, даже не международным судом. Обвинение Газпрома в антимонопольном положении по транзиту газа, если владельцем трубы на сегодняшний день является Украина, Нафтогаз, абсолютно абсурдно. Поэтому здесь, скорее, можно говорить о монопольном положении украинского Нафтогаза, чем наоборот.

— Какую позицию вы заявите на встрече с господином Шефчовичем?

— Наша позиция — решение суда незаконно и должно быть отменено. Политически мотивированное решение судебных органов характеризует украинскую сторону как непредсказуемого партнера и ненадежного транзитера газа в Европу, говорит о неудовлетворительной ситуации с защитой инвестиций на Украине.

— Планируете ли вы в рамках Петербургского экономического форума встречаться с коллегами из Ирана? Приедет ли министр связи Ирана Махмуд Ваэзи?

— Я постараюсь провести максимальное количество запланированных встреч, особенно с коллегами-министрами энергетики, которых мы приглашали. Господина Ваэзи мы приглашали. Если он будет в Петербурге, мы обязательно встретимся.

— Вы планируете проведение двусторонней встречи? Или же заседание межправкомиссии России и Ирана?

— Да, двустороннюю, в формате цейтнота, который превалирует на ПМЭФ, когда в день по 10-15 встреч, плюс еще пленарные сессии. Очень сложно проводить большие мероприятия поэтому на форуме мы будем принимать участие в пленарных сессиях, в содержательных дискуссиях и в двусторонних встречах.

— Россия рассматривает возможность своповых поставок газа в Иран через Азербайджан. Идет ли сейчас обсуждение своповых поставок? В каком объеме, когда могут начаться?

— Это вопрос комплексный, затрагивает интересы нескольких стран. Нужно изучить существующие технические возможности как на территории Азербайджана, так и на территории Ирана. Экономика проекта также должна быть тщательно рассчитана. Поэтому, что касается окончательных решений, пока рано говорить о конкретных сроках и объемах.

- Приедут ли ваши коллеги из Японии? Планируете ли встречи?

— Подтвердил свое участие министр экономики Хиросигэ Сэко.

— Получили ли вы ответ от Японии по работе с Газпром нефтью на арктическом шельфе?

— Если речь идет о моем письме, направленном в июле 2016 года моему японскому коллеге, то оно носило информационный характер о возможностях компании ПАО "Газпром нефть" и ее заинтересованности в привлечении японских компаний к реализации шельфовых проектов в Арктике, а также о проведении переговоров с японскими партнерами. Насколько мне известно, соответствующая работа на корпоративном уровне ведется. Надеемся, что наши компании найдут точки соприкосновения в этом вопросе.

— На какой стадии сейчас проект азиатского энергокольца?

— По энергокольцу у нас идет диалог с каждой из стран. Надо понимать, что энергокольцо — это в первую очередь перетоки, а не синхронная работа. Соответственно, речь идет о двустороннем сотрудничестве. Мы обсуждаем этот вопрос на регулярной основе. Создана рабочая группа, которая на уровне компаний ведет переговоры с Китаем, Монголией, Японией. У Монголии есть конкретные предложения по строительству линии передач, наши специалисты сейчас будут изучать технико-экономическое обоснование этого проекта, чтобы говорить не только про стройки и конкретную физику, но и просчитать экономику проекта.

— Продлено ли СРП по Сахалину-1? (контракт был заключен в 1996 году на 20 лет)

— Нет, сейчас нет окончательных решений по продлению. Есть запрос со стороны оператора — ExxonMobil, идет обсуждение в правительстве. Пока окончательного решения нет.

— К какому варианту монетизации газа Сахалин-1 склоняется Минэнерго — Дальневосточный СПГ, поставки в Китай или продажа "Сахалин энерджи"?

— Нас, в принципе, устраивает любой вариант, потому что государство в любом случае получит с монетизации газа доходы с проекта СРП. Именно поэтому все три варианта коммерческие. Мы готовы поддержать любой вариант договоренностей компании с контрагентами.

— Давайте вернемся к повестке ПМЭФ. Министр энергетики Саудовской Аравии Халид аль-Фалих принял приглашение участвовать в форуме. Вы наверняка тоже будете с ним встречаться. Какие конкретные проекты планируете обсудить на полях форума?

— Мы с господином аль-Фалихом в постоянном контакте, часто встречаемся. Помимо наших взаимных действий по ОПЕК, у нас есть интерес по развитию наших совместных проектов при участии российских компаний, в том числе в нефтесервисе для Saudi Aramco. Это и организация совместного исследовательского центра, кооперация в области технологии сжижения природного газа, строительство морской техники для перевозки СПГ и так далее. У господина аль-Фалиха будет много встреч с руководителями российских компаний, с рядом министров. И, безусловно, будем встречаться. Надеюсь также показать ему наши новые проекты.

— Сейчас планируется IPO Saudi Aramco. Россия, компании РФ могут принять в нем участие?

— Да, действительно, разговоры об этих планах Королевства Саудовской Аравии активно ведутся. Условия, цена вопроса пока неизвестны. После того, как будут официально объявлены условия приватизации этой крупнейшей компании, наши инвесторы могут подумать и о возможном участии в этом процессе.

— Позвольте вопрос по китайским проектам. Когда стоит ожидать подписание коммерческого контракта по западному маршруту поставок российского газа в КНР?

— Переговоры ведутся, еще не закончены. Надеемся, что скоро выйдут на завершающую фазу.

— Если вернуться к российской повестке дня. На какой стадии сейчас находится законопроект о новой системе налогообложения в нефтяной отрасли? Какие-то уже удалось найти общие позиции, точки соприкосновения?

— У нас разногласий нет. Мы по законопроекту с Минфином, в принципе, согласовали все. И насколько я знаю, Минфин внес законопроект для рассмотрения в правительстве Российской Федерации.

— Возможно ли предоставление льгот для Самотлора?

— Вы знаете позицию министерства энергетики, мы поддерживаем льготы для истощенных, обводненных месторождений. Окончательного решения пока нет, правительство еще рассматривает этот вопрос.

— Решение по Самотлору будет совмещено с принятием новой системы налогообложения? По вашему мнению, стоит это увязывать или нет?

— Это не увязано между собой. И то и другое нужно делать. Чем быстрее, тем лучше для отрасли, для дальнейшего развития, поддержки действующих месторождений, сохранения тех же рабочих мест и так далее.

— Возможна ли корректировка акциза на бензины и на дизтопливо в 2018 году в связи с ростом цен на нефть? И если это возможно, то, примерно, в каких пределах?

— Будем обсуждать новую политику, посмотрим, дополнительно проанализируем ситуацию. Сейчас конкретных предложений по этому поводу не поступало.

— Какие есть предложения по росту НДПИ на газ для Газпрома в следующем году?

— У нас нет таких предложений. Мы за стабильную налоговую политику.

— Технопромэкспорт уведомил ли Минэнерго о переносе сроков ввода в эксплуатацию электростанций в Крыму? Когда компания планирует ввод?

— Мы рассчитываем, что первые два блока будут ведены уже в 2018 году. Ближе к началу 2018 года.

— В мае Минэнерго планировало объявить конкурс на строительство электростанции в Тамани и малой генерации в Крыму…

— Да, в июне будут объявлены конкурсы.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 2 июня 2017 > № 2197757 Александр Новак


Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 31 мая 2017 > № 2197447 Александр Новак

Брифинг Александра Новака и Мохаммеда Баркиндо по завершении встречи.

Из стенограммы:

А.Новак: Мы очень активно сейчас взаимодействуем с ОПЕК. Во-первых, это связано с нашими совместными действиями со странами ОПЕК по стабилизации ситуации на рынках. Здесь ключевую роль играет генеральный секретариат ОПЕК, сама организация и лично господин Баркиндо, который сегодня находится в Москве и только что встречался с Председателем Правительства, чтобы ещё раз подтвердить поддержку нашим совместным действиям.

Второй формат, в котором мы взаимодействуем, – это энергодиалог между Россией и секретариатом ОПЕК. Работу такого формата мы возобновили в 2012 году. Он очень полезный, поскольку позволяет нам обмениваться опытом, информацией, совместными исследованиями и делать оценку текущей ситуации и прогнозы на будущее по ситуации на нефтяных рынках. Кроме этого мы ведём совместные работы, исследования по разным направлениям, темам, более узконаправленные, но влияющие на ситуацию на рынке, например: ситуация со сланцевой нефтью и её влияние на мировые рынки, исследования в области развития нефтепереработки, исследование роста возобновляемых источников энергии и влияния на ситуацию, связанную с будущим нефти, и другие. Это очень интересное и важное взаимодействие.

После соглашения о сделке, которая сегодня реализуется, когда закончится её действие и рынок войдёт в равновесие, мы, безусловно, будем продолжать работать и взаимодействовать с ОПЕК. В организацию входят страны-экспортёры. Мы также страна, которая является экспортёром углеводородов, и нам важно обмениваться интересующими нас вопросами, темами и делать совместные прогнозы.

Вопрос: Звучали слова «институализация отношений». Будет ли создан какой-то орган, может быть, комитет?..

А.Новак: Мы сейчас над этим работаем вместе с нашими странами. Это площадка, на которой консолидировались страны ОПЕК и не входящие в ОПЕК, она могла бы продолжать свою работу и по окончании действия соглашения по сокращению добычи. Мы думаем, в каком формате это будет. Не комитет в узком составе, а, может быть, это будет министерская встреча, которая будет проходить один или два раза в год в более широком составе, включая страны ОПЕК и не входящие в ОПЕК. Мы поручили такие предложения подготовить. На очередном заседании мониторингового комитета мы услышим эти предложения, с тем чтобы обсудить их на министерской встрече, которая состоится в ноябре.

Вопрос (как переведено): Господин Баркиндо, означает ли это, что страны, которые не участвуют в сделке, примут участие в диалоге со странами ОПЕК и странами, не входящими в картель? Будут ли страны, которые в настоящее время не снижают нефтедобычу, привлечены к такому обмену мнениями?

М.Баркиндо: Да, те самые 24 страны, которые сейчас связаны подписанной Декларацией о сотрудничестве, те, кто твёрдо намерен выполнять то, о чём договорились. Как видите, выполнение соглашения пока идёт неплохо. За время работы Министерского мониторингового комитета (ММК) мы создали новые структуры, которым оказывает помощь Совместный технический комитет (СТК). Он проводит встречи ежемесячно, а Министерский мониторинговый комитет – раз в два месяца. Все отчёты ММК и СТК подтверждают высокий уровень выполнения обязательств странами − участниками соглашения. Это существенно повлияло на рынок. В настоящее время обязательства полностью выполняются. Как только что сказал министр Александр Новак, кооперация и сотрудничество между нами, ОПЕК, и не входящими в эту организацию странами будет продолжаться и после выполнения соглашения. Помимо приведения рынка в равновесие мы в настоящее время рассматриваем возможность институализации этого партнёрства между ОПЕК и не входящими в неё нефтедобывающими странами на постоянной основе.

Вопрос: То есть, если срок действия соглашения истекает в марте, продолжат ли Совместный комитет министров по мониторингу сокращения добычи нефти и Совместный технический комитет работу над отчетами или эти механизмы сотрудничества прекратят свое существование вместе со сделкой?

М.Баркиндо: Эта работа продолжается, мы обсуждали это во время встреч на заседаниях ОПЕК и 25-го числа на министерском заседании стран ОПЕК и стран, не входящих в эту организацию. Секретариат работает с различными комитетами − Советом экономической комиссии ОПЕК, Советом директоров ОПЕК, СТК и Техническим комитетом стран ОПЕК и не входящих в неё стран − над созданием эффективной системы, которая обеспечит это взаимодействие и сотрудничество на постоянной основе, поскольку мы считаем, что это сотрудничество отвечает интересам не только производителей, но и потребителей, и, следовательно, всей мировой экономики. Если хотите, мы закладываем фундамент католического брака. Мы уверены, что этот брак не завершится разводом. И мы только что получили благословение его превосходительства премьер-министра Медведева, который поддерживает то, что сделано на сегодня, и призывает нас продолжить работу для достижения этих долгосрочных отношений.

Вопрос: Господин Баркиндо, поднимался ли в ходе вашей сегодняшней встречи вопрос о вступлении России в ОПЕК?

М.Баркиндо: Мы весьма удовлетворены уровнем и качеством существующего взаимодействия с Российской Федерацией. Как сказал господин Новак, сегодня состоялась шестая встреча на высоком уровне Энергетического диалога Россия − ОПЕК. Энергетический диалог, начатый давно, 11−12 лет назад, постепенно терял своё значение. Господину Новаку удалось вернуть этот диалог к жизни. С 2012 года он регулярно принимает участие в его работе и стал одним из его лидеров. Сегодня у нас был очень плодотворный день, шестой, и мы договорились о проведении последующих технических заседаний с Россией. Мне кажется, благодаря его умелому руководству ОПЕК и Россия открыли новую главу взаимовыгодных отношений. И это отвечает не только интересам ОПЕК и России – с его помощью мы смогли привлечь к подписанию этой Декларации о сотрудничестве ещё 10 стран. Поэтому его деятельность отвечает интересам всех. Однако решение вступить в ОПЕК – это суверенное решение, и я не вправе обсуждать его или отвечать на Ваш вопрос.

Вопрос: Александр Валентинович, вопрос по Саудовской Аравии. Вы сказали, что в Иране российские нефтекомпании работают вместе с компаниями Саудовской Аравии по совместным проектам. Можете перечислить их или сообщить какие-то детали?

А.Новак: У нас было подписано соглашение между нашими министерствами – Министерством энергетики Российской Федерации и Саудовской Аравии – о развитии сотрудничества в области энергетики. В развитие этого соглашения у нас создана рабочая группа, куда входят представители министерств, компаний, и они регулярно проводят свои встречи, для того чтобы найти точки развития, совместные направления сотрудничества. Их достаточно много, мы определили порядка 30 направлений. Речь идёт и об участии в добычных проектах, разведке, реализации проектов по развитию нефтегазохимии, по возобновляемым источникам энергии, технологии сжиженного природного газа. Нефтесервис, участие российской компании в Саудовской Аравии и саудовских в России – сейчас идёт диалог по этому поводу. Вы знаете, здесь, в Москве два дня находился Министр энергетики Саудовской Аравии, он встречался с руководством наших компаний, господин аль-Фалих. Я думаю, что более конкретные проекты по данным направлениям, которые я озвучивал, мы сможем назвать после того, как компании между собой проработают все вопросы, касающиеся этих проектов.

Вопрос: Скажите, а установили уже дату следующего мониторинга?

А.Новак. Мы с господином Баркиндо обсуждали сегодня возможность проведения с 22 по 24 июля. Я думаю, что мы согласуем со всеми участниками мониторингового комитета.

Вопрос: Господин Баркиндо, присоединятся ли международные компании к соглашению ОПЕК, то есть не только страны, но и компании?

М.Баркиндо: Мы не можем исключать никакие варианты в среднесрочной и долгосрочной перспективе, в зависимости от формата взаимодействия и сотрудничества, над которым мы сейчас работаем. В данный момент при разработке этого формата мы рассматриваем все сценарии. Пока рано говорить, каким он будет.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 31 мая 2017 > № 2197447 Александр Новак


Австрия. Россия. Арктика > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 27 марта 2017 > № 2128626 Александр Новак

Интервью Александра Новака RT.

«Арктика — стратегический потенциал России»: Александр Новак дал эксклюзивное интервью RT.

Говорить о целесообразности продления соглашения нефтедобывающих стран по сокращению добычи нефти пока рано, однако степень его реализации сейчас удовлетворяет все заинтересованные стороны. Об этом в эксклюзивном интервью RT по итогам министерской встречи в Кувейте мониторингового комитета по сокращению добычи нефти рассказал министр энергетики России Александр Новак. Помимо этого Новак затронул вопрос нереализованного из-за санкций потенциала сотрудничества с США и объяснил, почему Москва считает Арктику стратегически важным регионом.

— Каковы перспективы продления действия соглашения ОПЕК и стран вне ОПЕК по сокращению добычи нефти на второе полугодие 2017 года? Какие есть для этого препятствия?

— Мы сегодня в рамках второго заседания министерского мониторингового комитета, который был создан 10 декабря прошлого года в целях наблюдения за исполнением договора о сотрудничестве между странами ОПЕК и не-ОПЕК, уделили этому вопросу особое внимание. Многих интересует сегодня, будет ли соглашение между ОПЕК и не-ОПЕК продлеваться по истечении 6 месяцев его действия, то есть после 1 июля 2017 года.

Первое, что я хочу сказать: у нас такая возможность предусмотрена самим соглашением. Есть отдельный пункт, в котором говорится, что оно может быть продлено на срок до 6 месяцев. Второе: сегодня ещё конец марта. Мы ещё не перешагнули экватор. Обмен мнениями, который состоялся среди министров, и предложение, которое прозвучало, — означают возможность всем странам изучить этот вопрос до следующей министерской встречи; дать поручения секретариату ОПЕК с тем, чтобы секретариат провёл дополнительный анализ ситуации на рынке, которая будет складываться с января по апрель; дать прогнозы исполнения в мае, в июне и на второе полугодие. Это большой объём аналитической информации, который должен быть подготовлен, проанализирован и представлен на следующем заседании. Мы в рамках мониторингового комитета рассмотрим эту информацию и дадим рекомендации для других стран, которые являются членами (ОПЕК. — RT) и подписали это соглашение 10 декабря.

Поэтому сегодня преждевременно говорить о целесообразности продления соглашения. Такая возможность есть, но для принятия решения нам требуются дополнительное время и дополнительный анализ — в первую очередь ситуации, которая будет складываться на рынках.

— Как оценивается соблюдение странами ОПЕК соглашения по сокращению добычи за январь и февраль 2017 года?

— Это был основной вопрос, который сегодня рассматривался в мониторинговом комитете. Конечно, для этого и создавался комитет. Мы посчитали и, обменявшись мнениями, признали, что соглашение выполняется на высоком уровне, полностью соответствует духу, который закладывался в рамках подписанного договора о сотрудничестве. Уровень соответствия на сегодняшний день за февраль месяц составил 94% от целевого показателя. Это на 8% больше, чем цифры, которые были в январе. При этом мы отметили, что для успешной реализации договора и достижения целей по балансировке рынка очень важно, чтобы все, кто участвует в этом соглашении, исполняли в полном объёме свои целевые показатели и соответствовали на 100% цифрам, которые были указаны в соглашении от 10 декабря 2016 года. В сегодняшнем документе, который мы подписали, даны рекомендации всем выйти на стопроцентный уровень. Считаем, это главное, что необходимо в ближайшее время реализовать в рамках исполнения нашего соглашения.

— Как сокращение добычи сказывается на российских компаниях?

— Каждая компания выбирает собственную стратегию достижения целевых показателей. Вы знаете, что крупные компании в Российской Федерации участвуют на добровольной основе. Цифры достигаются прямо пропорционально объёмам добычи. То есть каждая компания участвует. Мы видим, что в целом, если оценивать в комплексе ситуацию, связанную с балансировкой рынка, со снижением волатильности цены, с возможностью инвестировать в новые проекты, мы видим положительные эффекты для наших компаний.

— По подсчётам экспертов, за время действия соглашения о снижении добычи нефти российский бюджет дополнительно получил примерно $8—9 млрд. Как вы оцениваете экономический эффект от роста нефтяных цен на фоне сокращения добычи?

— Мы видим в целом положительный эффект, и не только для нефтяных компаний, но и для бюджета, как правильно отмечают эксперты. Мы оценивали ранее: если цены будут держаться на уровне, который сегодня складывается в диапазоне $50—60, то дополнительный эффект для бюджета может составить в год до 1,5 трлн рублей. Это действительно позитивно. Многое зависит от текущей ситуации на рынке, от волатильности, от текущего курса рубля по отношению к доллару, поэтому, думаю, те оценочные показатели, которые сегодня дают эксперты, во многом могут быть взяты за основу.

— Ранее вы заявляли, что пока вопрос вступления России в ОПЕК не рассматривается. Как вы видите дальнейшее взаимодействие с ОПЕК? Какую позицию и почему сейчас выгодно занять России?

— Мы действительно не рассматриваем формат присоединения к ОПЕК. Россия никогда не была членом ОПЕК, хотя и является крупнейшей добывающей страной в мире. Тем не менее у нас выстроены очень конструктивные отношения с ОПЕК. В плане взаимодействия в рамках энергодиалога ежегодно мы встречаемся с нашими коллегами из ОПЕК, с секретариатом, проводим встречи для обсуждения ситуации на рынках, прогнозов, которые готовит как секретариат ОПЕК, так и российские институты. Мы обмениваемся мнениями, вырабатываем рекомендации, и это происходит каждый год: один раз в Вене, один раз в Москве.

У нас определён перечень вопросов, которые будут обсуждаться, готовятся аналитические материалы. Но сотрудничество с ОПЕК у нас не ограничивается только взаимодействием с секретариатом. Мы практически с каждой из стран, входящих в организацию, взаимодействуем в двустороннем формате: и с Саудовской Аравией, и с Катаром, и с Ираном, с Венесуэлой, с Алжиром. Это сотрудничество развивается на двусторонней основе в целях реализации совместных энергетических проектов во всех отраслях: и в нефтегазовой сфере, и в других. Обмен технологиями, возможности создания совместных предприятий. Я провёл двусторонние встречи в Кувейте и с министром Алжира, и с министром энергетики Венесуэлы, и с министром Кувейта. Мы нашли много общих дополнительных точек соприкосновения и развития, которые на взаимной основе, учитывая обоюдный интерес, позволяют нам развивать наше сотрудничество в энергетике.

— Ранее вы говорили о большом потенциале развития сотрудничества между Россией и США. Какие конкретно шаги и в каких отраслях планируют совершать для этого стороны?

— Я думаю, что у нас большой нереализованный потенциал по сотрудничеству наших энергетических компаний. Как вы знаете, на сегодняшний день в России присутствует компания Exxon Mobil, она участвует в реализации проектов. Ключевой из них — проект «Сахалин-1» на шельфе Охотского моря вместе с другими иностранными компаниями и «Роснефтью». Это успешный проект, и таких проектов могло быть больше, если бы не известная ситуация с санкциями, которые были введены относительно участия американских компаний в разработке шельфовых проектов в России, в разработке трудноизвлекаемых запасов нефти. Но эти санкции вводили не мы — вводили наши американские коллеги.

— В конце января министр коммерции и инвестиций Саудовской Аравии Маджид аль-Кассаби заявил, что Россия и Саудовская Аравия наметили «дорожную карту» по взаимным инвестициям в энергетической сфере. Как сейчас развивается этот вопрос?

— Действительно, на ПМЭФ мы подписали меморандум между Министерством энергетики Российской Федерации и Министерством нефти Саудовской Аравии о сотрудничестве в области энергетики и реализации совместных проектов. В прошлом году у нас большая делегация посетила Саудовскую Аравию, я летал совместно с представителями российских нефтегазовых компаний. Мы посетили объекты энергетики в Саудовской Аравии и создали дополнительную рабочую группу, которая сегодня занимается подготовкой конкретных проектов, в которых могли бы участвовать российские компании и компании из Саудовской Аравии. Речь идёт о нефтегазовых проектах, развитии проектов нефтегазохимии, производстве оборудования нефтегазохимической промышленности и о многом другом.

— Сейчас на шельфе Арктики ведётся нефтедобыча только на «Приразломной» (Ненецкий автономный округ, компания «Газпром нефть»). Планируется ли разработка новых месторождений в среднесрочной и долгосрочной перспективах? Какие компании (российские и зарубежные) проявляют наибольший интерес к участию в проектах на российском шельфе Арктики?

— Я бы хотел отметить, что Арктика для нас — стратегический потенциал. Там на сегодняшний день огромные запасы углеводородов, которые оцениваются миллиардами тонн нефти и десятками триллионов кубических метров газа. Арктика на сегодняшний день — это не только шельф, но и сухопутная часть. Её освоение идёт полным ходом. Я могу сказать, что за прошлый год в Арктике было добыто почти 90 млн тонн нефти, что составляет около 17% от общего объёма нефти, добытой в России. Если говорить о добыче газа, то это ещё более высокие цифры. Сегодня основные центры добычи газа — это Ямало-Ненецкий автономный округ, это Ненецкий автономный округ. В прошлом году в России было добыто порядка 500 млрд кубических метров газа в Арктике. Это около 80% от общих объёмов. Конечно, это стратегический ресурс. Мы последовательно занимаемся развитием Арктики и шельфа. В перспективе в этом году планируется ввод в эксплуатацию завода по сжижению природного газа «Ямал СПГ». Первая очередь — 5,5 млн тонн. У нас много проектов, которые были реализованы в последнее время: ввод в эксплуатацию Бованенковского нефтегазового месторождения, другие месторождения, которые осваивают такие компании, как «Роснефть» и ЛУКОЙЛ.

Что касается шельфа, то с учётом сегодняшней ситуации, связанной со снижением мировых цен на углеводороды, активность, которую мы наблюдали несколько лет назад, до 2014 года, сегодня гораздо ниже. Тем не менее у нас на сегодняшний день там около 19 открытых месторождений. Это говорит о том, что в будущем, при улучшении конъюнктуры, мы, безусловно, рассматриваем в рамках нашей стратегии развития энергетики более активное исследование, бурение, ввод в эксплуатацию месторождений. Ещё раз хочу повторить: Арктика — это будущее нашей нефтедобычи и газодобычи.

— Каков ваш прогноз цен на нефть до конца 2017 года на фоне последних встреч и достигнутых договорённостей?

— Во-первых, в рамках мониторингового комитета мы не обсуждаем цены. Мы обсуждаем вопросы, касающиеся балансировки рынка и исполнения соглашений по объёмам добычи, потому что цены формируются на рынке исходя из множества факторов. Это зависит от рыночной конъюнктуры, от баланса спроса и предложения. В целом могу сказать, что диапазон, который я ранее называл (что в 2017 году средняя цена на Brent будет в диапазоне от $50 до $60), я пока не меняю. Мы говорим о средней цене. Конечно, она может иметь колебания. Тем не менее эти показатели, которые мы и ранее прогнозировали, на мой взгляд, на сегодняшний день могут быть взяты для моих оценок за основу.

Австрия. Россия. Арктика > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 27 марта 2017 > № 2128626 Александр Новак


Кувейт. Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 26 марта 2017 > № 2128629 Александр Новак

Александр Новак дал интервью кувейтской газете «Ас-Сияса».

- Российская Федерация сыграла значимую роль в достижении так называемых «венских соглашений», которые привели к снижению добычи нефти в странах-членах ОПЕК и государствах, не входящих в картель. Считаете ли Вы, что указанные соглашения были единственным способом удержать падение цен на нефть, негативно повлиявшее на доходы стран-производителей «черного золота»?

- Прежде всего, хотелось бы отметить, что за последние год-полтора наше сотрудничество с ОПЕК в рамках совместных усилий по стабилизации рынка нефти вышло на беспрецедентно высокий уровень.

На протяжении переговорного процесса мы активно взаимодействовали со всеми его участниками и с удовлетворением наблюдали все возрастающую солидарность между ними. У нас сложились прекрасные доверительные отношения со странами Ближнего Востока, которые позволили нам открыть для себя, в том числе, новые возможности для двустороннего сотрудничества.

Что касается «венских договоренностей», то принятие ОПЕК и ключевыми не входящими в ОПЕК производителями нефти Декларации о сотрудничестве от 10 декабря 2016 г. стало историческим по своему значению шагом, открывающим новую веху в развитии всего глобального нефтяного рынка.

На протяжении прошлого года мы стали свидетелями все возрастающей солидарности стран ОПЕК и не-ОПЕК, на которую смогли опереться ведущие производители нефти в своем решении содействовать обеспечению рыночного баланса.

Вместе мы впервые создали эффективный механизм координации действий по стабилизации ситуации на мировых рынках. Важно, что мы стали доверять друг другу больше, и это не менее значимый результат наших усилий, чем стоимость барреля. Еще год назад мало, кто верил в успех нашего начинания, а сегодня положительный эффект, оказанный на рынок, очевиден для всех.

Одним из основных итогов кооперация я считаю стабилизацию нефтяного рынка – волатильность снизилась, инвестиционная активность возобновляется, этого невозможно было бы достичь без тесной кооперации ответственных производителей.

- Ожидаете ли Вы, что исполнение соглашений приведет к повышению нефтяных котировок и, соответственно, позволит компенсировать потери? Какая цена была бы подходящей, комфортной для России в следующих месяцах?

- Как известно, договоренности по скоординированному сокращению добычи оказали значительный положительный эффект на ценовую конъюнктуру.

Достигнутые договоренности позволили стабилизировать мировые нефтяные рынки. После успешного подписания соглашения о сокращении добычи нефти от октябрьского уровня 30 ноября 2016 г. между членами ОПЕК, а также 11 странами, не входящими в организацию экспортеров, цена на нефть Brent достигла 50 долл./барр., а к концу года составила около 55 долл./барр. и сохранялась в этом диапазоне на протяжении трех месяцев.

Цена устанавливается рынком и является его отражением. Сегодня все участники видят намного более здоровое состояние мирового нефтяного рынка, от чего выигрывают как производители, так и потребители.

- Согласно данным агентства «Рейтер», в январе и феврале т.г. добыча нефти РФ снизилась только на треть от той доли сокращения нефтедобычи, которую Россия на себя взяла. Насколько корректны приведенные данные, и, если они верны, что помешало России в полной мере выполнить взятые на себя обязательства? Ожидаете ли Вы, что исполнение обязательств РФ в полном объеме может произойти в ближайшие недели?

- Россия взяла на себя более половины из объема сокращения добычи, отведенного на долю стран, не входящих в ОПЕК (300 тыс. барр. в сутки из 558 тыс. барр. в сутки).

Следует отметить, что страны, не входящие в ОПЕК, имеют совершенно другую структуру нефтяного сектора, не обладают опытом скоординированных действий, имеют большое количество независимых компаний с утверждёнными инвестпрограммами компаний. Все эти факторы учитывались при корректировке добычных планов.

При присоединении к сделке для России был изначально оговорен особый порядок корректировки добычи – мы осуществляем ее поэтапно, в несколько шагов, с достижением целевого показателя к апрелю-маю 2017 г. В настоящее время Россия сокращает объемы добычи опережающими темпами по сравнению со взятыми на себя обязательствами и установленным графиком добровольной корректировки.

Россия полностью привержена «Декларации о кооперации» и в ближайшее время выйдет на оговоренные уровни добычи.

- На какие механизмы опирается мониторинговый комитет для гарантии исполнения «венских соглашений»? Имеется ли постоянная координация между членами комиссии, которую возглавляет Кувейт?

- Отслеживание выполнения венских соглашений основывается на тесном взаимодействии между членами мониторингового комитета и Секретариатом ОПЕК. Осуществляется постоянная координация и обмен информацией.

Не вдаваясь в излишние детали, поясню, что в ходе первого заседания Мониторингового комитета, состоявшегося 22 января 2017 г. в Вене, было принято решение о создании Технического комитета в составе экспертов 5 стран-членов Мониторингового комитета, а также Саудовской Аравии и Секретариата ОПЕК. Этот комитет собирается на ежемесячной основе и оказывает содействие Секретариату ОПЕК в подготовке доклада о текущей ситуации с исполнением соглашений, который не позднее 17 числа каждого месяца предоставляется министрам стран-участниц.

В целях информирования участников рынка о ходе выполнения договоренностей Мониторинговый комитет на ежемесячной основе выпускает совместный пресс-релиз, а также проводит регулярные встречи на министерском уровне, вторая из которых пройдет 25-26 марта т. г. в Кувейте, очередная состоится 24-25 мая т. г. в Вене в преддверие Конференции ОПЕК.

- Как Вы считаете, ОПЕК стремится только к стабилизации цен, как об этом неоднократно говорилось в официальных заявлениях картеля, или же речь идет о необходимости достижения какой-то определенной цены через сотрудничество государств ОПЕК и не ОПЕК под руководством РФ?

- Страны-участницы «венских соглашений» никогда не ставили и не могут ставить целью договоренностей достижение какого-либо ценового показателя, удержание цены в рамках определенного коридора.

Цена на нефть определяется действием рыночных сил и соотношением фундаментальными факторами, такими как соотношение спроса и предложения и объем запасов.

Задачей соглашений является ускорение стабилизации рынка нефти, нормализация уровня мировых коммерческих запасов нефти, т.е. Их возврат к 5-ти летнему среднему уровню, устранение неоправданных перекосов на нем, отчасти вызванных активностью спекулянтов. Все участники рынка заинтересованы в справедливых и предсказуемых условиях на рынке. В противном случае может быть подорван инвестиционный цикл, что создаст риски для бесперебойного снабжения рынка нефтью уже в среднесрочной перспективе.

- Вы неоднократно заявляли, что РФ не боится конкуренции со стороны сланцевой нефти. Однако как только цена на «черное золото» преодолевает отметку в 50 долл. за баррель, наблюдается еженедельный рост количества нефтяных платформ для добычи сланцев. Это вызывает опасения производителей традиционной нефти. Как Вы относитесь к данному вопросу? Как это может повлиять на добычу нефти в РФ?

- Сланцевая добыча в США в текущем году действительно демонстрирует высокие темпы роста – прогноз увеличения добычи в 2017 г. составляет 0,3-0,5 млн. барр. в сутки, а число активных буровых с мая прошлого года увеличилось более чем в 2 раза. Во многом это связано с возросшей эффективностью сланцевых производителей.

В то же время, рост добычи в отдельно взятой стране должен восприниматься лишь как один из факторов, влияющих на рыночный баланс. При этом необходимо также учитывать естественное падение добычи в других странах, таких как Китай. Ключевым факторов влияния на нефтяной рынок также является темп роста спроса. Мы прогнозируем, что потребление в текущем году вырастет не менее чем на 1,2-1,3 млн. барр. в сутки. При комплексном анализе ситуации получается, что рост сланцевой добычи в рамках растущего спроса и прочих факторов является лишь одним из компонентов общей картины.

Российская нефтяная отрасль чувствует себя уверенно и не боится конкуренции со стороны сланцевиков. Себестоимость разработки нефтяных месторождений в России – одна из самых низких в мире. Это уровень, с которым могут сравниться только государства Персидского залива.

- Возможно ли продлить «венские соглашения» еще на 6 месяцев? Или на сегодняшний день об этом преждевременно говорить?

- На сегодняшний день об этом преждевременно говорить. Определяющим фактором будет являться рыночная конъюнктура, баланс спроса и предложения, состояние коммерческих запасов, а также эффективность текущего соглашения. Поэтому к этой теме целесообразно вернуться в мае с.г., когда состоится заседание Министерского Мониторингового комитета, на котором планируется тщательно проанализировать состояние рынка, лишь после этого можно будет принять решение о дальнейших шагах.

- Считаете ли Вы энергетическое сотрудничество РФ со странами ССАГПЗ на сегодня ограниченным, если не принимать во внимание «венские соглашения»? Могут ли несколько достигнутых ранее договоренностей об использовании российских нефтегазовых технологий в Кувейте стать базой для расширения сотрудничества с остальными государствами ССАГПЗ? Есть ли у Вас какие-то конкретные идеи, как поддержать и активизировать такое сотрудничество?

- Потенциал энергетического сотрудничества между Россией и странами ССАГПЗ, действительно, не реализован полностью.

В то же время те соглашения, к которым мы вместе пришли в Вене, показывают, что мы способны договариваться и вырабатывать совместные решения по самым острым вопросам в интересах наших стран. Считаю, что этот успешный опыт может и должен быть экстраполирован на другие возможные области нашего сотрудничества.

Россия – это глобальная энергетическая держава, и у нас, конечно, есть, что предложить нашим арабским партнерам. Мы знаем о традиционных проблемах и вызовах, с которыми сегодня сталкивается энергетический комплекс стран ССАГПЗ, особенно, в области нефтедобычи. Это и проблемы разработки месторождений с тяжелой нефтью, и работа в скважинах с аномально высокими давлениями и температурами, и контроль качества тех работ, которые традиционно выполняют западные подрядчики. Яркий пример – ГРП, который является одним из наиболее распространенных способов увеличения нефтеотдачи в этом регионе. В большинстве случаев именно американские компании выполняют работы по ГРП. И эти же компании проводят конечный контроль качества. В таких условиях сложно говорить об объективности получаемых результатов.

Россия могла бы предложить свои уникальные технологии, тем более, что соответствующий опыт работы в этом регионе имеется. Так, с 2014 г. по н.в. в Кувейте активно работают несколько российских нефтесервисных компаний, продвигающих на кувейтский рынок передовые российские технологии в области нефтегазового сервиса. В 2015 – 2016 гг. в сотрудничестве с кувейтскими нефтесервисными компаниями GOFSCO и Eastern United Petroleum Services российскими подрядчиками были проведены ок. 20 работ с использованием технологий Электрического дивергентного каротажа (ЭДК) и Магнитно-импульсного дефектоскопа (МИД) на скважинах Кувейтской нефтяной компании (КОС). Все работы были признаны успешными, о результатах некоторых из них кувейтской стороной было доложено в международное Общество инженеров нефтяной промышленности (SPE). Работы с российскими технологиями продолжаются в Кувейте по н.в.

В этой связи в качестве одного из наиболее перспективных возможных проектов сотрудничества РФ и стран ССАГПЗ представляется создание совместных производств нефтегазового оборудования и научно-исследовательских институтов. Реализация данной идеи позволит найти решения актуальным проблемам нефтяной промышленности как Кувейта, так и других стран ССАГПЗ. С нашей стороны готовы предложить отдельную структуру – интегратора российских технологий и знаний в области нефтедобычи, имеющую доступ к ведущим российским исследовательским центрам и институтам по инновациям. Предлагаем нашим арабским друзьям начать совместную реализацию данного проекта.

- После Вашей последней встречи с министром нефти Кувейта Вы выступали с заявлениями о возможности российско-кувейтского сотрудничества в строительстве АЭС в Кувейте. Есть ли на сегодня какая-то конкретика по данному вопросу? Могут ли российские технологии в атомной области решить ряд технических сложностей, с которыми сталкивается Кувейт, в частности проблема охлаждения реакторов.

- Сооружение АЭС - длительный проект. Для его реализации стране нужно иметь долгосрочную программу развития атомной энергетики, которая охватывает многие области: от подготовки кадров и развития нормативно-правовой базы, до подбора площадки для сооружения АЭС и выбора модели реализации атомного проекта. Но самое важное - выбрать стратегического партнера, который обеспечит содействие стране в реализации атомного проекта на всем его жизненном цикле: от планирования до непосредственно сооружения и эксплуатации АЭС. Россия, как мировой лидер в атомной энергетике, имеет обширный опыт такой совместной работы с зарубежными странами (сейчас мы реализуем проекты сооружения 34 энергоблоков в 12 странах мира) и готова выступить партнером для Кувейта. Мы сделали первый шаг - подписали в 2010 г. Меморандум о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии. Следующий шаг - подписание рамочного МПС, которое определит области дальнейшего взаимодействия двух стран в АЭ. Рассчитываем, что такой документ будет в ближайшем будущем подписан между Россией и Кувейтом.

- Около двух лет назад Вы заявляли, что Россия готова предоставить необходимую помощь Саудовской Аравии в вопросе ее ядерной программы, к которой так стремится Эр-Рияд. На какой стадии сегодня находятся переговоры по данному вопросу? Сотрудничает ли РФ в ядерной области для мирных целей с другими государствами Персидского залива?

- Даже богатые нефтью страны обращаются к атомной энергетике. И Саудовская Аравия - яркий пример такого продуманного и стратегического подхода, а Россия готова оказать ей содействие на этом пути.

В июне 2015 года было подписано рамочное российско-саудовское Межправсоглашение о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии. Данное соглашение создало основу для сотрудничества между РФ и КСА по широкому спектру направлений, в том числе по проектированию, сооружению, эксплуатации и выводу из эксплуатации энергетических и исследовательских ядерных реакторов, опреснительных установок, радиационных технологий и ядерной медицины, подготовки кадров и т.д. Для обсуждения потенциальных направлений сотрудничества и возможностей реализации совместных проектов в области атомной энергетики, в том числе проекта сооружения АЭС по российским технологиям, был создан Совместный Координационный Комитет.

Надо отметить, что сегодня регион Ближнего Востока и Северной Африки это один из локомотивов развития мирового рынка атомной энергетики. В регионе колоссальный потенциал рынка как в энергетической сфере, так и в смежных областях, в их числе опреснение морской воды, ядерная медицина, изотопы, исследовательские реакторы, системы безопасности и т.д.

У Росатома давняя и успешная история сотрудничества со странами Ближнего Востока и Северной Африки в атомной отрасли, которое ведет начало с 60-х гг прошлого века. В целом ряде стран, таких как Египет, Ливия, Ирак в это время по нашим технологиям были сооружены первые в регионе небольшие исследовательские реакторы мощностью до 5 МВт, на базе которых отрабатывались шаги этих стран в развитии будущей мирной атомной программы с точки зрения развития ядерных технологий, подготовки кадров, материаловедения, изотопной продукции для промышленных нужд, ядерной медицины… Часть атомных специалистов из этих стран прошли в то время советскую научную и исследовательскую школы.

Сегодня мы по-прежнему тесно взаимодействуем со странами региона. Существенная доля нашего зарубежного портфеля заказов приходится именно на этот регион. Здесь мы реализуем проекты по сооружению АЭС в Египте, Иордании, Турции, Иране. Также нами подписаны межправительственные соглашения о сотрудничестве в области мирного атома с Саудовской Аравией, Алжиром, Тунисом. С ОАЭ мы ведем проекты в области ядерного топливного цикла. По результатам тендера, проведенного в 2011-12 годах, с двумя дочерними предприятиями Росатома – TENEX и Uranium One – были заключены договоры на поставку обогащенной урановой продукции и природного урана соответственно для первой в этой стране АЭС.

- Недавно шли разговоры о планах РФ по осуществлению проекта строительства египетской АЭС Эль-Дабаа и предоставлению крупного кредита под данный проект. Продвигается ли работа по данному вопросу или есть что-то, что тормозит ее начало? Над какими ядерными проектами в области мирного использования чистой энергии сотрудничает Россия со странами ССАГПЗ?

- В ноябре 2015 г. было подписано межправительственное соглашение между Россией и Египтом о сотрудничестве в сооружении и эксплуатации АЭС «Эль Дабаа», в соответствии с которым ведется работа над подписанием контрактов на сооружение четырех блоков общей мощностью 4800 мегаватт.

Рассчитываем, что полный пакет контрактов должен быть подписан в ближайшее время. Работа по реализации проекта идет полным ходом, например, 37 египетских студентов учится в российских вузах по атомным специальностям. Также идет активное взаимодействие регулирующих органов наших стран, что является принципиально важным для успешного строительства и последующей безопасной эксплуатации АЭС «Эль Дабаа».

- Как сильно повлиял отскок цен на нефть на курс российского рубля и дефицит бюджета? Считаете ли Вы, что достижение цен на нефть, при которых балансируется российский бюджет, требует координации со странами ОПЕК, на долю которых приходится значительная доля нефтедобычи?

- Россия привержена созданию внутри страны максимально предсказуемых рыночных условий. Политика плавающего курса позволила нам сгладить часть внешних макроэкономических шоков и создать прочную основу для дальнейшего эконмического роста. В 2017 году мы рассчитываем вернуться к экономическому росту в 1,5%-2%, несмотря на снижение цен практически в два раза по сравнению с 2011-2014 годами.

Конечно, отскок цен в 2016 году привел к некоторому укреплению курса рубля и исполнению бюджета в первые 2 месяца 2017 года с меньшим дефицитом, чем планировалось, – мы закладывали в бюджет цену в $40. Крайне важно понимать, что благодаря своевременным усилиям правительства, выбранной монетарной и фискальной политике нам удалось обеспечить стабильность в экономике и при такой цене на нефть. Таким образом, рост цены не является самоцелью – это рыночный процесс. Но при спекулятивном падении цен мы видим более глубокие фундаментальные риски для мировой энергетики, разбалансировку рынка, это и является тем вызовом, который требует скоординированного ответа ответственных производителей нефти.

- Как Вы видите будущее сотрудничества РФ и Кувейта в нефтяной сфере? Есть ли какие-то определенные проекты, которые изучаются российской и кувейтской стороной?

- В настоящее время российские компании не участвуют в реализации проектов в области разведки и добычи нефти на территории Кувейта.

В то же время ПАО «ЛУКОЙЛ» готово рассмотреть предложения кувейтской стороны по участию в таких проектах. Кроме того,

ПАО «Газпром нефть» заинтересованно в привлечении кувейтских инвестиций в проекты нефтедобычи на территории России. Мы также видим большой нереализованный потенциал для сотрудничества в области нефтесервиса и ВИЭ.

- На какой стадии сейчас находятся совместные проекты по разработке между РФ и странами Каспийского моря? Какие планы в отношении «Северного потока»? Планирует ли Россия его расширять?

- Российской Федерацией совместно с Азербайджаном, Казахстаном, Туркменистаном разрабатывается ряд проектов (в том числе шельфовых, в которых принимают участие компании как прикаспийских государств, так и других зарубежных государств. Наиболее успешным совместным проектом на сегодняшний день является разработка месторождения «Шах-Дениз» (Азербайджан).

Российские компании ПАО «Газпром», ПАО «НК «Роснефть», ПАО «ЛУКОЙЛ» принимают активное участие в разработке проектов «Хвалынское», «Центральная», «Курмангазы» (Казахстан) и в Туркменистане.

Тем не менее, при реализации совместных проектов, мы сталкиваемся с некоторыми сложностями. Например, правовой статус Каспийского моря все еще не определен, отсутствуют общие юридически закрепленные правила по освоению недр и природных ресурсов Каспийского моря. При этом все прикаспийские государства активно ведут работу в этом направлении.

Решение вопросов по статусу Каспийского моря будет способствовать ускорению реализации проектов.

Что касается проекта «Северный поток», то на текущем этапе ведется работа по его расширению. Строительство «Северного потока 2» осуществляется единолично ПАО «Газпром», проект предусматривает строительство двух ниток морского газопровода суммарной производительностью 55 млрд куб. м из России в Германию по дну Балтийского моря. Мы исходим из того, что обе нитки будут введены в эксплуатацию до конца 2019 года. На данном этапе все потенциальные участники проекта подтвердили сохранение заинтересованности в «Северном потоке 2».

Проект будет реализован, основываясь на успешном опыте проекта «Северный поток» как безопасной и надежной инфраструктуры.

- В свете последних открытий значительного количества нефти и газа в Средиземном море российские компании стремятся получить долю в добыче и транспорте УВ в этом регионе. Какие здесь предлагаются проекты? Начали ли российские компании реализацию каких-либо конкретных проектов в акватории Средиземного моря?

- Российские компании постоянно анализируют возможности для экономически обоснованного и целесообразного расширения географии своего присутствия. Это, безусловно, также относится к новым нефтегазовым провинциям. Мы регулярно получаем от наших средиземноморских партнеров информацию о проводимых тендерах на разведку и добычу углеводородов в этом регионе. Наши компании, такие как Роснефть и Лукойл, уже давно присутствуют в средиземноморском сегменте нефтепереработки и имеют хороший рабочий контакт со странами региона.

Одной из последних крупных сделок является приобретение Роснефтью доли в газовом месторождении Зохр, идет анализ перспективы участия в прочих проектах в регионе.

Однако надо понимать, что при принятии решений российские компании всегда, в первую очередь, оценивают экономику проекта.

- В мае 2016 г. Вы объявили о том, что РФ получила официальную просьбу от Сирии участвовать в проектах нефтедобычи и развития инфраструктуры страны. Позволяет ли осуществить указанные проекты сегодняшняя ситуация, связанная с безопасностью в САР? Какие конкретные проекты могут связать Россию и Сирию на данном направлении? Останутся ли данные договоренности в силе в случае, если в руководстве Сирии произойдут изменения?

- Мы на постоянной основе поддерживаем тесный и доверительный диалог с сирийскими партнерами по вопросам возможного участия российских компаний в реализации как новых, так и реконструкции/модернизации действующих нефтегазовых проектов на территории Сирии. В рамках нашей последней встречи с Министром нефти и природных ресурсов Сирии Али Ганемом (8 декабря 2016 г.) мы предметно обсуждали участие ряда крупных российских компаний в проектах разведки и добычи нефти и газа на территории Арабской Республики с акцентом на обеспечение безопасности их деятельности там. Действительно, как Вам известно, в настоящее время военно-политическая ситуация в Сирии остается напряженной. Вместе с тем, Россия продолжает прикладывать усилия для скорейшего политического урегулирования конфликта в Сирии, создания дополнительных возможностей борьбы с находящимися там террористическими группировками. Убежден, что в случае вхождения российских компаний в нефтегазовые проекты на территории Сирии их сотрудникам будет обеспечен должный уровень комфортного пребывания в стране.

Кувейт. Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 26 марта 2017 > № 2128629 Александр Новак


Австрия. США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > oilru.com, 9 марта 2017 > № 2120595 Александр Новак

Новак: соглашение с ОПЕК стабилизировало рынок.

О работе российской делегации на нефтегазовой конференции CERAWeek, проведенных деловых встречах, перспективах развития отрасли и энергетических рынков рассказал в интервью Александр Новак, глава Минэнерго России.

- Александр Валентинович, каковы ваши ощущения от конференции CERAWeek и в целом от того, как вас принимает Америка. Вы чувствуете желание Запада как-то налаживать отношения с Россией в энергетической сфере?

- Конференция CERAWeek , которая проходит ежегодно в марте в Хьюстоне, является одной из крупнейших в мире нефтегазовых конференций, куда слетаются со всего мира представители бизнеса, представители министерств, властей различных стран, для того чтобы обсудить текущую ситуацию в нефтегазовом секторе и в электроэнергетике, а также в целом в энергетике. В конференции принимают участие около 3,5 тысяч человек.

Работает российская делегация, которая в этом году достаточно представительная, прилетело много руководителей компаний. Представители наших компаний встречаются со своими коллегами, с бизнесменами, осуждают текущую ситуацию на рынках.

Основная задача - это возможность представить инвестиционный потенциал России, налаживание сотрудничества с партнерами.

- Есть ли интерес к России, к нашим компаниям. Вы встречались с представителями крупнейших американских инвест-фондов и рассказывали им про инвест-климат в России. Проявили ли они заинтересованность?

- Одна из встреч была действительно с крупнейшими американскими инвесторами. Были представители руководства этих компаний. Это такие фонды как OPFIS, Fidelity , Сapital это крупнейшие фонды мира. Мы встречались для того, чтобы рассказать о нашем инвестиционном потенциале, бизнес-климате.

Со стороны инвест-фондов мы увидели большой интерес к России. Могу сказать, что и сегодня мы в России имеем иностранные инвестиции, иностранных инвесторов в нефтегазовом секторе, порядка 25% добычи нефти в стране относится именно к иностранному капиталу, который участвует как в акциях, так и в составе других возможностей инвестирования. Поэтому встреча с инвесторами носила позитивный характер. Надеемся, что это получит свое дальнейшее развитие, и дополнительные инвестиции придут в Россию.

- Вы еще перед поездкой в США говорили о том, что здесь не будет затрагиваться вопрос того, чтобы подключать Америку к соглашению о сокращении добычи нефти, для того чтобы поддерживать цены на хорошем уровне, ещё сейчас на рекордном уровне находятся запасы нефти в США. На неофициальной встрече с главой ОПЕК, который здесь тоже присутствует. В принципе, американские нефтяники дали понять, что такой тактики они будут придерживаться и дальше. В таком случае, какую тактику надо выбрать другим странам экспортерам, входящим в картель, не входящим в картель?

- Соглашение, которое действует в течение полугода, носит срочный характер, имеется, конечно, возможность продлить данное соглашение, тем не менее, мы считаем, что сегодня рано говорить об этом, такая возможность есть, но принимать решение можно будет и оценивать ситуацию, рассматривать этот вопрос примерно в апреле – мае месяце, когда мы проживем несколько месяцев.

- Как вы считаете, это было бы резонно продлить до конца 17-го года?

- В настоящее время точно сказать невозможно, и об этом можно будет судить только по истечении определённого времени действия соглашения. Когда мы будем понимать, как рынок сбалансировался, какие объемы добычи в мире, какой баланс спроса и предложения, что происходит не только в странах экспортёров, которые принимают участие в соглашении, но и странах крупных добывающих, таких как Соединенные Штаты Америки, Китай, Норвегия, тех, кто не вошел добровольно в соглашение, хотя такая возможность есть. Вот что касается участия американских добывающих компаний. Мы хотим сказать, соглашение носит добровольный характер.

- Вы встречались с министром энергетики Саудовской Аравии, наверняка вы затрагивали тоже этот вопрос. Вообще, в целом, о чем говорили, о чем договорились?

- Действительно, мы встретились отдельно с министром энергетики Саудовской Аравии Аль- Фалехом, это была традиционная встреча. Мы регулярно встречаемся для того, чтобы обсудить вопросы касающиеся текущей ситуации на рынках, исполнения соглашения, в первую очередь странами ОПЕК и странами не входящими в ОПЕК, в том числе, мы обсудили перспективы и возможности налаживания сотрудничества между нашими странами в энергетике, и реализацию совместных проектов в нефтегазовой отрасли как в офстриме так и в даунстриме и в переработке.

Поэтому будем и дальше продолжать взаимодействие, наша очередная встреча состоится в марте месяце в Кувейте, когда мы будем проводить министерскую встречу для анализа исполнения соглашения за февраль месяц.

- Накануне, на своей пресс-конференции вы говорили про то, как Россия исполняет свои обязательства по этому соглашению. Сказали, что сейчас сокращение добычи происходит на 150 тысяч баррелей, в марте будет сокращение на 200, и к апрелю уже выйдем на показатели 300 тысяч баррелей в сутки. Как вообще это отражается на наших компаниях, все ли выполняют свои обязательства, и как выполняют свои обязательства другие страны?

- Мы действительно планомерно двигаемся к цели по снижению добычи в 300 тысяч баррелей, и могу сказать, что в январе – феврале месяце шли даже несколько с опережением графика, который изначально планировали наши компании. И это позитивно, это, в целом воспринимается рынком хорошо, потому что общее снижение довольно высокое исполнение соглашения, еще предстоит оценить результаты исполнения соглашения за февраль месяц, тем не менее уже можно сказать, что мы видим позитивный эффект от реализации соглашения. Рынок сбалансировался, меньше волатильность, цены более-менее стабильные. И в общем-то мы видим, что инвестиции возвращаются в отрасль. Поэтому, на самом деле, наши компании исполняют свою часть в соответствии с взятыми на себя обязательствами.

- Минэнерго России следит как друге страны, которые заключают соглашения, выполняют взятые на себя обязательства?

- Безусловно, создан инструмент для того, чтобы поводить оценку исполнения соглашения другими странами. Сейчас четко есть понимание за январь месяц поскольку данные появляются к концу следующего месяца. Февраль повторяю, оценивать ситуацию, но в целом, есть страны, которые перевыполняют соглашение. Мы оцениваем в комплексе общий объем снижения добычи, который действительно сейчас позитивно влияет на балансировку рынка.

- В каких потенциальных проектах могут начать сотрудничать западные и российские компании в настоящее время?

- Поскольку и Россия, и Соединённые Штаты Америки это две крупные державы, которые являются в том числе, лидерами по добыче газа, США занимают первое место по добыче газа Россия второе, с точки добычи нефти, США сегодня находятся на третьем месте. Поэтому здесь огромный план совместных проектов, которые могут реализовываться как в добыче в разработке месторождений, так и в переработке. В том числе, проекты, касаются нефтегазовой переработки, а нефть и сервис, много совместных технологий, которые могут и дальше разрабатываться, что, в принципе, должно дать пользу для сектора, повышения производительности труда снижения себестоимости в этих производствах. Здесь, мне кажется, по всем направлениям есть перспектива сотрудничества.

- О чем шла речь, о чем договорились с еврокомиссаром по энергетике Марошем Шефчовичем?

- Действительно, мы провели переговоры, в том числе, и с заместителем еврокомиссара, еврокомиссии господином Марошем Шефчовичем.

Вопросы, которые мы обсуждали, касались в том числе, прохождения зимнего периода и надежного транзита газа через Украину для европейских потребителей, необходимости закачки газа в летний период, механизмы контроля этой ситуации, оказания поддержки со стороны еврокомиссии нашим украинским партнёрам.

Обсуждали, безусловно, развитие инфраструктурных проектов – «Северный поток», «Турецкий поток», обсуждали газопровод «ОПАЛ» и ту ситуацию, которая сегодня складывается с судом по данному проекту.

Потом мы обсудили вопросы синхронной работы нашей северо-западной части единой энергетической системы с Литвой, Латвией, Эстонией. Мы договорились продолжить работу, и подготовить соглашение, которое бы этот процесс отрегулировало с точки зрения сроков и механизма выхода этих стран из системы Интер РАО.

- А по поводу украинской ситуации, о чем договорились?

- Мы просто обменялись мнениями о текущей ситуации, и договорились, что и дальше будем вместе работать с тем, чтобы обеспечивать надежный транзит газа через Украину.

Австрия. США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > oilru.com, 9 марта 2017 > № 2120595 Александр Новак


Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 3 марта 2017 > № 2110530 Александр Новак

Александр Новак в интервью ИА «Рейтер» рассказал о ситуации на рынке нефти и налогообложении нефтяной отрасли.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью ИА «Рейтер» рассказал о планах России по уровню добычи нефти в 2017 году, реформе налогообложения нефтяной отрасли и поделился прогнозами цен на нефть.

По словам Александра Новака, Россия планирует нарастить добычу нефти по итогам 2017 года до 548-551 миллионов тонн, если действие глобального пакта Организации нефтеэкспортеров (ОПЕК) и стран вне ОПЕК не будет продлено.

Министр подчеркнул, что если страны, не входящие в ОПЕК, не смогут исполнять свои обязательства по сокращению, Россия не будет брать на себя их долю.

«Каждая страна отвечает за свою собственную добычу. В частности, нефтяные компании России добровольно определили свои планы по добыче на 2017 год, и мы можем отвечать только за свои цифры», - сказал Александр Новак.

Что касается возможности продления пакта, то, по словам главы Минэнерго России, если ситуация с мировыми коммерческими запасами потребует продления инициативы, то такая возможность предусмотрена в рамках меморандума о кооперации.

При этом Александр Новак прогнозирует стоимость эталонной корзины Brent в 2017 году на уровне $55-60 за баррель, тогда как Urals будет торговаться с дисконтом в $2-3 за баррель к североморскому эталону.

Министр считает нецелесообразным в ближайшие несколько лет обнулять экспортную пошлину на нефть, поскольку, по его мнению, это затормозит модернизацию российских НПЗ.

«Мы считаем, что раньше 2021 года это опасно делать, потому что предприятия должны завершить модернизацию НПЗ. Если с 2019 года это сделать, то весь инвестиционный процесс остановится и субсидии не помогут», полагает Министр.

Глава Минэнерго России выразил надежду, что схема нового налогообложения нефтяной отрасли с применением налога на дополнительный доход заработает с 2018 года.

«У нас были разногласия (с Минфином) по некоторым позициям, сейчас все согласовано. По новым месторождениям предусмотрен срок, в течение которого компания принимает решение оставаться на старой методике, или переходить на НДД. По действующим месторождениям мы договорились снизить планку выработанности до 10 процентов, а раньше было 20 процентов. Объем пилотных проектов может быть меньше установленного лимита в 15 миллионов тонн и будет зависеть от количества заявок», - заключил глава Минэнерго России.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 3 марта 2017 > № 2110530 Александр Новак


Украина. Белоруссия. Россия. Арктика > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 3 марта 2017 > № 2110529 Александр Новак

Александр Новак: в Арктике сосредоточено 60% извлекаемых ресурсов углеводородов в России.

Александр Новак дал интервью журналистам РБК, в котором рассказал о международных отношениях в сфере ТЭК, сланцевом буме и ресурсах Арктики.

Министр энергетики Александр Новак в интервью РБК на инвестиционном форуме в Сочи заявил, что не боится нового сланцевого бума и что России крайне важно выполнить свои обязательства по сокращению нефтедобычи

— Глава «Газпрома» Алексей Миллер тревожится относительно надежности транзита российского газа по территории Украины. Насколько эти тревоги обоснованны?

— Министерство энергетики России также разделяет эти опасения. Они связаны с несколькими факторами, в их числе — низкие температуры в зимний период. Кроме того, Украина не заполнила свои подземные хранилища газа (ПХГ) в достаточном объеме. На начало отопительного сезона запасы природного газа в ПХГ составляли 14,5 млрд куб. м — это достаточно низкий уровень при среднем показателе около 17–19 млрд куб. м. Если же холода продолжатся и для обеспечения внутренних потребителей потребуются большие объемы газа, есть риск, что текущих запасов в ПХГ (8,4 млрд куб. м газа, что на 1,4 млрд меньше уровня аналогичного периода прежних лет) будет недостаточно, и это вызывает обеспокоенность. Украинским коллегам придется либо сокращать объемы потребления газа, либо использовать транзитный газ.

— Но ведь зима на исходе. Насколько остра сейчас эта проблема?

— Обычно отбор газа из ПХГ заканчивается в первой декаде апреля, март — месяц еще достаточно холодный. Мы направляли нашим украинским партнерам из Еврокомиссии предложения о том, как урегулировать этот вопрос. Но трехсторонние переговоры в конце прошлого года закончились ничем, поскольку украинская сторона потребовала изменений в действующий контракт между «Газпромом» и «Нафтогазом». Это в любом случае неприемлемо: контракт действует до конца 2019 года, и, на мой взгляд, внесение дополнительных изменений в контракт не требуется, все отрегулировано действующими положениями. «Нафтогаз» может получить столько газа, сколько будет оплачено.

— Есть у нас сейчас конфликт и с другим соседом, Белоруссией. Там, насколько я понимаю, ситуация тоже далека от разрешения. Как вы оцениваете диалог с Белоруссией по газу и по нефти?

— Переговоры идут на уровне вице-премьеров, продвигаются очень сложно. Безусловно, Минэнерго участвует, поскольку вопрос напрямую затрагивает наши компетенции. В прошлом году белорусская сторона в одностороннем порядке прекратила оплачивать газ в соответствии с формулой контракта, трактуя по-своему соответствующие положения. На сегодняшний день рассматриваются различные варианты, но пока окончательного решения не выработано, надеюсь, в ближайшее время разногласия будут урегулированы.

— Правда ли, что Белоруссия хочет покупать газ по внутрироссийским ценам? Насколько это приемлемо для России?

— В настоящее время белорусская сторона хочет покупать газ по равнодоходным ценам, считая их среднеевропейскими за вычетом экспортной пошлины.

— Получается, что это российская цена.

— Почти. Российская цена несколько ниже с учетом того, что в последнее время курс рубля снизился по отношению к тому уровню, на каком он был до 2014 года. Но основным условием реализации компромиссных договоренностей является полное погашение задолженности за 2016 год и первые месяцы этого года.

— Сколько задолжали уже?

— По расчетам «Газпрома» и по нашим данным, это цифра порядка $550 млн.

— В России тоже есть внутренние конфликты. Конфликт между «Роснефтью» и «Транснефтью». Можно ли говорить о том, что он сейчас исчерпан? И в принципе претензии «Роснефти» относительно требований по изменению норматива учета потерь насколько оправданны?

— «Роснефть» и «Транснефть» достигли договоренности и подписали соответствующий контракт о транспортировке нефти на 2017 год на одинаковых для всех компаний условиях. Минэнерго ожидает предоставления от «Транснефти» отредактированных обоснований технологических потерь нефти при транспортировке магистральным трубопроводом по тарифным участкам в целях утверждения нормативов. Отмечу, что проблема потерь в транспортной системе «Транснефти» решается из года в год модернизацией оборудования, и за последние три года нормативы потерь, которые устанавливает Минэнерго, были снижены в три раза. Мы и далее будем стремиться, чтобы компании несли меньшие издержки, связанные с транспортировкой нефти.

— Нельзя не вспомнить про сделку с Организацией стран — экспортеров нефти — ОПЕК. Прошло уже два месяца, насколько выполняется это соглашение?

— Соглашение начало действовать с 1 января. В конце февраля состоялось заседание мониторинговой группы (технического совета). На нем присутствовали представители пяти стран: три страны со стороны ОПЕК, две — не ОПЕК. Специалисты подвели итоги; в целом в январе достигнут большой прогресс в исполнении соглашения, и это положительно влияет на рынок. Цена на нефть стабилизировалась на уровне $55, и мы видим, что возвращается инвестиционный процесс, что также позитивно. Есть некая предсказуемость для компаний, для инвесторов, большее доверие к рынку. Мы считаем, что важно выйти на стопроцентное исполнение соглашения; надеемся, что в ближайшие месяцы это будет реализовано.

— Цена на нефть уже превысила $55 за баррель, при этом добыча по сланцевой технологии дешевеет. Не боитесь возвращения сланцевого бума?

— Не надо бояться сланцевой нефти, это свершившийся факт, и сланцевую нефть будут добывать. Это один из ресурсов для удовлетворения растущего спроса. В этом году спрос на нефть может быть даже чуть выше, чем прогнозировали эксперты, — на уровне 1,3–1,5 млн барр. в сутки (по февральскому прогнозу Международного энергетического агентства, спрос на нефть в 2017 году может вырасти на 1,4 млн барр. в сутки. — РБК). И этот спрос в любом случае нужно будет покрывать и в будущем. И если темпы роста добычи сланцевой нефти соответствуют темпам роста спроса, то в этом нет ничего страшного, главное, что игроки достаточно конкурентны, и те, у кого будет меньше издержек по добыче сланцевой нефти, и будут конкурировать между собой. Основная задача на сегодняшний день — достичь баланса спроса и предложения. В целом я считаю, что и традиционная добыча нефти, и добыча глубоководной сланцевой нефти — все это источники, которые обеспечивают потребности экономики.

— А перспективы Арктики, например, вы как видите?

— Арктика — это наш стратегический ресурс в будущем, в этом регионе сосредоточено порядка 260 млрд т условного топлива, или 60% извлекаемых ресурсов углеводородов в России. Арктика делится, как известно, на шельф и материковую часть. Сейчас идет активное развитие Ямало-Ненецкого автономного округа, где вводятся новые месторождения. Одно из них — Южно-Тамбейское месторождение, которое будет источником сжижения газа.

— Для НОВАТЭКа.

— Да, это новатэковский проект. Во втором полугодии этого года планируется ввести первую линию завода СПГ (завод по сжижению природного газа) мощностью 5,5 млн т. В целом за последние годы было введено много месторождений, в их числе Восточно-Мессояхское, Сузунское, Ярудейское. Это большой ресурс нашей будущей добычи, который обеспечит как внутренние потребности страны, так и экспортный потенциал.

— Вы назвали в основном проекты НОВАТЭКа.

— Я назвал и Восточно-Мессояхское «Газпромнефти», Сузунское. «Роснефти» принадлежит Среднеботуобинское месторождение, у ЛУКОЙЛа в ЯНАО запустилось Пякяхинское месторождение.

— Я к тому, что НОВАТЭКу явно там тесно и не хватает этих месторождений, и в конце прошлого года Леонид Михельсон обратился к президенту Владимиру Путину с таким неожиданным предложением: передать НОВАТЭКу часть месторождений на Ямале, которые принадлежат «Газпрому», в обмен на долю в НОВАТЭКе или просто продать. Насколько я знаю, вам было поручено проработать этот вопрос, эту сделку между НОВАТЭКом и «Газпромом». Как вы относитесь к такой схеме?

— Действительно, есть такое коммерческое предложение, мы прорабатываем этот вопрос вместе с компаниями «Газпром» и НОВАТЭК. В первую очередь об условиях этой сделки должны договориться между собой две коммерческие компании. С точки зрения стратегии развития добывающих мощностей нефтяной и газовой отраслей есть возможность эффективно использовать месторождения, которые находятся на Ямальском полуострове. В частности, в этом районе уже подготовлена необходимая инфраструктура под проект «Ямал СПГ». Но, повторю, все будет зависеть от конкретных коммерческих договоренностей компаний.

Украина. Белоруссия. Россия. Арктика > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 3 марта 2017 > № 2110529 Александр Новак


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Недвижимость, строительство. Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 1 февраля 2017 > № 2057934 Михаил Мень, Александр Новак

Совещание с членами Правительства.

Владимир Путин провёл очередное совещание с членами Правительства. Участники встречи обсудили пути дальнейшего развития казначейского сопровождения бюджетных расходов и ситуацию в сфере долевого строительства, а также ряд других текущих вопросов.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами поговорим сегодня об итогах работы и дальнейшем развитии казначейского сопровождения бюджетных расходов. Но перед этим хотел бы несколько слов услышать по поводу тех решений, которые были приняты совсем недавно. И один из этих вопросов очень чувствительный, если не сказать болезненный, для многих наших граждан: речь идёт о долевом строительстве. Мы знаем, сколько в этой сфере возникало проблем и обоснованных нареканий в связи с тем, что государство недостаточно последовательно осуществляло контроль за этой сферой деятельности. Но были приняты дополнительные решения, и с начала 2017 года значительно меняются правила игры для застройщиков, привлекающих средства граждан для строительства.

Просил бы Михаила Александровича Меня подробнее об этом рассказать, остановиться на этом. Пожалуйста.

М.Мень: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Во исполнение Ваших поручений по итогам Государственного совета, на котором разбирался вопрос стратегии строительного комплекса, Правительством принят ряд мер. В целях повышения защиты прав граждан – участников долевого строительства многоквартирных домов внесены изменения в законодательство об участии в долевом строительстве, которые вступили в силу с 1 января 2017 года.

Одним из ключевых аспектов нововведений стало установление требований к финансовой обеспеченности застройщиков, а именно к уставному капиталу, в зависимости от площади возводимого жилья. То есть сегодня контрольные органы в субъектах Российской Федерации, чьи функции расширены, смотрят, и без их заключения о соответствии застройщика требованиям нового закона такой застройщик не может зарегистрировать договор долевого участия – значит, не может привлекать средства граждан.

В данной законодательной инициативе сделана также важная вещь в части повышения информационной открытости застройщиков, которые привлекают средства граждан: установлены обязательные требования к составу и достоверности раскрываемой информации. Помимо этого законом урегулированы механизмы банковского проектного финансирования строительства с открытием счетов и эскроу для размещения средств участников долевого строительства.

Во исполнение Ваших поручений по итогам Госсовета внесены также изменения в законодательство и приняты подзаконные акты для создания и начала деятельности государственного компенсационного фонда. Наполнение данного фонда будет производиться за счёт обязательных отчислений застройщиков в размере одного процента от цены договора долевого участия в строительстве. И в случае возникновения ситуации с банкротством застройщика фонд будет либо завершать строительство проблемного дома, либо возмещать потери участникам строительства.

Для обеспечения полноценной деятельности данного государственного фонда и установления единого механизма защиты прав дольщиков исключительно через компенсационный фонд долевого строительства Правительством подготовлены дополнительные поправки ещё в ряд законодательных актов, которые в ближайшее время поступят в Государственную Думу. Надеюсь, что наши коллеги в парламенте их рассмотрят и примут в первоочередном порядке. Просим Вашей поддержки. Фонд с первого числа начал функционировать.

Спасибо.

В.Путин: И в этой связи второй вопрос.

У нас по сравнению с 2015–2016 годом рост ипотечных кредитов вырос примерно на 30 процентов, а всего с 2005 по 2016 год более шести миллионов граждан страны воспользовались этим видом финансовой услуги и улучшили свои жилищные условия с помощью ипотеки. Что предполагается сделать для дальнейшего наращивания этого процесса?

И.Шувалов: Спасибо, Владимир Владимирович.

Правительство работает по теме ипотеки, имея в виду контрольные цифры, которые были установлены Указом Президента от 7 мая 2012 года, и по этим контрольным цифрам мы должны добиваться выдачи ипотечных кредитов нашим гражданам не менее 815 тысяч кредитов в год. У нас были хорошие успехи в 2014 году: таких ипотечных кредитов выдано свыше миллиона. Затем мы переживали сложное время в 2015 году. И Правительство Вам тогда докладывало, и Вы поддерживали, – мы включили программу в рамки антикризисного плана по субсидированию процентных ставок при выдаче ипотечных кредитов при покупке нового жилья, в новостройках.

Программа оказалась достаточно эффективной, многие даже считают, что это одна из самых эффективных мер антикризисного плана. По нашим обязательствам мы в целом пока считаем, что мы не потратим больше 17 миллиардов рублей, а жилья приобретено в новостройках около 25 миллионов квадратных метров.

Достаточно серьёзная стабилизация на финансовом рынке при той низкой инфляции, которую мы имеем по итогам 2016 года, и Правительство приняло решение, что продолжать мы эту программу не будем, потому что сейчас коммерческие банки предлагают уже ипотечные ставки от 12 и ниже процентов, а в рамках антикризисного плана мы как раз добивались того, чтобы для заёмщика ставка была не больше 12 процентов. А когда мы принимали это решение о субсидировании, в этот период времени банки предлагали по 15, до 20 процентов годовых. Было практически невозможно предлагать такой продукт на рынке.

Так что эта программа свою задачу выполнила, мы её сейчас уже не продлеваем. Надеемся, что в течение 2017 года вместе с понижением и ключевой ставки процентные ставки Сбербанка, ВТБ 24 и других коммерческих банков будут снижаться, и ипотека будет доступнее для наших граждан.

По итогам 2016 года, как Вы сказали, у нас действительно рост портфеля, и мы имеем контрольную цифру, которую сейчас нам подтверждают органы статистики, 862 тысячи ипотечных кредитов, которые в 2016 году заключены. Надеемся, что в 2017 году мы выйдем на цифры свыше одного миллиона. В этом согласны и АИЖК [Агентство по ипотечному жилищному кредитованию], наш единственный государственный институт развития жилищного рынка, и Краткая справка Банк России (Центробанк) Банк России.

АИЖК работает с Банком России плотно: больше того, мы сделали так, что, несмотря на то, что у этой организации нет банковской лицензии, мы на Совете по финансовой стабильности приняли решение о том, что Банк России будет специальным образом наблюдать за деятельностью АИЖК, и это позволит добиваться большей стабильности его работы и большей надёжности и прозрачности.

Больше того, АИЖК вместе с Центральным банком провели специальную работу – это, кстати, одно из поручений, которое было Вами дано по итогам Государственного совета, посвящённого теме жилья, Владимир Владимирович, – и в отношении ипотечных бумаг, которые выпускают специальные агенты (специальный агент как раз Агентство по ипотечному жилищному кредитованию), Банком России применяется специальное регулирование.

Это позволяет коммерческим банкам высвобождать ликвидность, теперь требования не такие жёсткие, как раньше, при выдаче ипотечных кредитов, и резервирование значительно более льготное. И это позволяет банкам активнее заниматься сейчас поиском заёмщиков, работать с подрядными организациями. И теперь АИЖК через своего агента по простой процедуре приобретает портфель ипотечных кредитов, выдавая коммерческому банку соответствующую облигацию.

Эта облигация впервые выпущена в конце прошлого года. Мы посмотрели, как инвесторы к ней относятся: пользуется спросом среди зарубежных и иностранных инвесторов. Думаем, что в этом году такой бумаги будет выпущено АИЖК в объёме около 50 миллиардов рублей. Если рынок позволит (мы не хотим, чтобы рынок чувствовал какой-то перегрев или какую-то нестабильность), если будет потребность, то АИЖК будет в состоянии выпускать бумагу в большем объёме.

Владимир Владимирович, кстати, хотел бы, если возможно, обратить внимание: буквально на днях прошла информация, что по ипотечному портфелю в Российской Федерации растёт просрочка задолженности, – это неправда, не соответствует действительности (особенно вчера эта информация активно обсуждалась средствами массовой информации).

У нас был пик или наибольший процент неуплаты вовремя причитающихся платежей в мае 2016 года. С тех пор до настоящего момента эта цифра снижается. Поэтому нет никакой озабоченности в целом по портфелю просрочки. От всего совокупного объёма ипотечных кредитов это не больше 2,8 процента в настоящий момент.

Это такой процент и такой уровень, который считается достаточно стабильным, по стандартам стран ОЭСР; поэтому никакого опасения на рынке нет. Мы внимательно следим и хотим, чтобы на рынке ипотеки не создавалось никаких «пузырей». У нас сейчас ситуация достаточно прозрачная и стабильная.

Если говорить про задачи на ближайшее время, то наряду с этим спросом, который будет, конечно же, обслуживаться коммерческими банками, и ипотечных кредитов будет выдаваться больше, наша важная задача, не менее важная, чем само ипотечное кредитование, – обеспечить поставку жилья на рынок.

Мы видим, что та первоначальная задача по предложению на рынке земли, которая была через Фонд РЖС предоставлена, который работал предыдущие годы, в основном выполнена, и все близлежащие к муниципальным образованиям земли, особенно раньше это были земли сельхозпредприятий или академии наук, вовлечены в оборот, на этих землях строится много жилья.

Сейчас на этом этапе, особенно после принятия специального законодательства об освоении промышленных зон, необходимо в городах, в крупных городах, там, где высокий спрос на жильё, и там, где это индустриальное жильё, заниматься освоением участков; где уже морально устаревшее жильё, изношенное жильё – заниматься реконструкцией этих микрорайонов.

Такой опыт в мире есть, он активно применяется. И вовлекать земли промышленных зон, и создавать там соответствующую коммерческую жилую недвижимость – это сейчас такая наша задача, которую мы проводим вместе с Министерством и с единым институтом развития, АИЖК.

Что касается контрольных цифр, Михаил Александрович это не затронул, – нас беспокоило то, что по статистике ввод жилья в 2016 году сократился по отношению к 2015-му, хотя 2015-й год был очень сложным, но 2015-й был самый высокий: это свыше 85 миллионов квадратных метров. Нас предупреждали эксперты, что мы закончим 2016 год с сокращёнными цифрами.

Для нас было важно, что индустриального жилья на рынке предоставлено больше, то есть предложение росло. И многоквартирных домов построено больше, и квартир продано больше, а частного жилья стало меньше. И это сокращение порядка пяти миллионов, мы ещё контрольных окончательных цифр не знаем (Росстат чуть позже нам их предоставит), обусловлено тем, по справке Министерства строительства, что основные вводы в предыдущий период частного сектора – это в том числе вклад дачной амнистии. И этот фактор снижается, и поэтому у нас общий ввод сокращается.

И мы постараемся в рамках этого первого полугодия иметь новую статистику по работе для того, чтобы отделять, где промышленным способом и коммерческим способом жильё продаётся через ипотечные кредиты и другие инструменты. И там, где частный сектор, чтобы считать, что наша ответственность, в первую очередь, – это индустриальное коммерческое жильё, которое должно в большом объёме поставляться на рынок, не взвинчивая цены, поскольку ипотечное кредитование будет соответствующим образом реагировать. Такая ситуация.

В.Путин: Спасибо.

Хорошо известно, что сегодняшняя цена на нефть связана с планом по сокращению объёмов добычи нефти. Александр Валентинович [Новак], как реализуется этот план сокращения?

А.Новак: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

10 декабря достигнуто соглашение между 24 странами – ведущими производителями нефти – по договорённости о стабилизации ситуации на рынке нефти и необходимости с 1 января приступить к сокращению добычи суммарно примерно 1,8 миллиона баррелей в сутки, из которых 1,2 миллиона баррелей в сутки – это страны, входящие в ОПЕК (13 стран), и 11 стран, не входящие в ОПЕК, – 558 тысяч баррелей в сутки. Россия также добровольно принимает участие в этом с потенциалом снижения до 300 тысяч баррелей в сутки.

Соглашение действует в течение первого полугодия, и мы договорились создать мониторинговый комитет на уровне министров, который впервые собрался 22 января в Вене для того, чтобы обсудить два момента: первое, это механизм мониторинга исполнения соглашения между странами и, второе, безусловно, это ситуацию, связанную с исполнением соглашения уже в январе.

Что касается мониторинга, мы договорились, что в этот комитет войдёт пять стран, министров. Это две страны, не входящие в ОПЕК, – Российская Федерация и Оман. И три страны, входящие в ОПЕК, – Кувейт, Алжир и Венесуэла.

Для мониторинга, мы договорились, будет создан технический комитет, который будет на ежемесячной основе на базе секретариата ОПЕК собирать информацию по добыче стран, входящих в соглашение, и передавать эту информацию всем странам, которые участвуют в этом соглашении. И два раза в месяц будет собираться мониторинговый комитет на уровне министров для того, чтобы также подводить итоги.

До окончания действия соглашения пройдёт ещё две встречи. Данные, которые будут использоваться по добыче, – это данные ведущих аналитических агентств: «Платс», «Аргус», «КЕРА», Международное энергетическое агентство. В целом, мы отмечали на этой встрече, несмотря на то, что ещё нет статистических данных за январь, что все страны подошли полностью с серьёзными намерениями по реализации этого соглашения, большинство приступило к исполнению соглашения. На основе предварительных данных мы видим, что сокращение добычи в январе составило примерно 1,4 миллиона баррелей в сутки, некоторые страны сократили больше, чем планировалось, идут с опережающим графиком.

По итогам января добыча России сократилась на 117 тысяч баррелей в сутки, что тоже более чем в два раза больше, чем первоначальные планы компаний, которые мы собирали от наших компаний. Участие наших компаний носит добровольной характер в этой сделке.

Мы отметили, что эффективность договорённостей и принятых решений уже видна, поскольку мы отметили стабилизацию цены на уровне 55 долларов за баррель. По оценкам ведущих аналитических агентств, цена находится намного ближе к справедливой цене, примерно на 10–15 баррелей выше, чем она была бы без сделки.

В.Путин: 10–15 долларов?

А.Новак: Да, 10–15 долларов за баррель.

Мы также видим снижение спекулятивного давления на цены, потому что в начале года, когда цены опускались достаточно низко, количество ставок трейдера на понижение цен на нефть было рекордным. Сейчас ситуация стабильна.

Мы видим также снижение волатильности цен. За январь месяц статистика показывает, что колебания цен были в диапазоне примерно 5 долларов относительно средней, 55 долларов. Можно говорить также о постепенном восстановлении инвестиционной привлекательности отрасли, и в этом году впервые за последние три года все участники рынка ожидают увеличения инвестиций в отрасль, что позволит в будущем избежать обвала добычи.

В целом надо сказать, что встреча в Вене показала, что все страны настроены на исполнение соглашения, это отвечает как интересам производителей, так и интересам потребителей. И ребалансировка рынка, на наш взгляд, при условии полного соблюдения действий соглашения в течение первого полугодия позволит к середине 2017 года достичь остатков на уровне средних за пять лет по нефти. Это и есть тот результат, та цель, которая в принципе достигается, для того, чтобы сбалансировать и стабилизировать рынок нефти.

В.Путин: Этот объём, условно лишний объём, на рынке, когда он будет исчерпан – где-то к середине года, по Вашему мнению?

А.Новак: К середине 2017 года. Это 300 миллионов баррелей, которые сейчас выше многолетних средних остатков нефти на складах.

В.Путин: Никаких проблем у наших компаний не возникает?

А.Новак: Наши компании исполняют соглашение, и это носит добровольный характер, поскольку это действительно выгодно как для компаний, так и в целом для бюджета. Те дополнительные доходы, которые получают сегодня, из них примерно 70 процентов получает бюджет.

В.Путин: Хорошо. Спасибо.

1 февраля выдан первый паспорт болельщика для того, чтобы можно было посещать игры чемпионата мира по футболу в 2018 году. Как эта работа организована, как она будет дальше развиваться?

Пожалуйста, Николай Анатольевич [Никифоров].

Н.Никифоров: Уважаемый Владимир Владимирович!

Действительно, сегодня в Москве мы выдали первый паспорт болельщика. Проход на стадион как Кубка конфедераций 2017 года, так и чемпионата мира 2018 года будет осуществляться по этим двум документам: и билету, и паспорту болельщика. Чтобы оформить паспорт болельщика, нужно зарегистрироваться на специальном сайте www.fan-id.ru. Это могут сделать и российские болельщики, и наши зарубежные гости.

Более того, данная регистрация позволяет получить тот самый безвизовый въезд в Россию согласно нашей правительственной гарантии, которую мы давали при организации чемпионата мира. Этот документ электронный, плюс это отметка в соответствующей базе данных.

Главная идея заключается в том, чтобы сделать посещение мероприятия максимально безопасным и одновременно удобным и комфортным. То есть это исключает какую-то необходимость проведения чрезвычайных дополнительных проверок уже на этапе физического прохода болельщиков на сам стадион. Поэтому мы рекомендуем всем тем, кто уже приобрёл билет или планирует посещать соответствующие матчи, заранее пройти эту процедуру.

Открыты центры выдачи паспортов болельщиков в четырёх городах Кубка конфедераций. Напомню, это Москва, Санкт-Петербург, Казань и Сочи. Все они работают, во всех сегодня уже выдаются эти паспорта. Речь идёт уже о тысячах соответствующих заявлений. Думаем, что чем ближе мы будем приближаться к лету, тем больше таких заявок будет обработано.

Это российская технология. Мы использовали нечто подобное на Олимпийских играх в Сочи, соответственно планируем использовать и в 2018 году. Наверное, на универсиаде 2019 года тоже не обойдётся без такого стандарта.

Вообще, мы считаем, что это должно стать неким стандартным решением по обеспечению безопасности, удобства и комфорта. Какое место в целом занимает данный паспорт болельщика в общей концепции организации, думаю, лучше бы рассказал Виталий Леонтьевич Мутко.

В.Путин: Пожалуйста, Виталий Леонтьевич.

В.Мутко: Уважаемый Владимир Владимирович! Николай Анатольевич уже сказал, главное событие – такой важный этап подготовки к чемпионату мира, к Кубку конфедераций. Только хотел добавить, что это один из элементов концепции безопасности, безусловно, которую Вы утвердили, позволит нам сегодня усилить меры безопасности и создать более комфортную среду.

И немножко это ещё элемент дополнительных сервисов, которые мы сделаем для тех граждан, кто приезжает из-за рубежа и российских болельщиков: это и безвизовый въезд, это и возможность по этому паспорту болельщика бесплатного проезда внутри городов проведения чемпионата мира, и посещение матчей в других городах при наличии такого билета.

Поэтому в целом надеемся, что сейчас в информационном плане все возможности есть. У каждого болельщика вне зависимости от места проживания есть возможность заполнить, получить подтверждение, и «Почта России» доставит ему такой паспорт. Поэтому в целом мы считаем, что эта работа началась.

Сегодня мы предполагаем, что на Кубок конфедераций будет продано в районе 700 тысяч билетов. На сегодняшний день заявок более 100 тысяч. И уже около 10 тысяч получают паспорт болельщика. Будет комфортно, удобно. Мы продумаем всю ситуацию и логистику. Если нужно будет, такие центры будут установлены возле стадионов – если кто-то или потеряет, или забудет. Так что все условия будут созданы.

Владимир Владимирович, у нас уже совсем немножко времени осталось до Кубка конфедераций. В целом подготовка идёт на хорошем уровне, и 17 июня состоится первый матч в Санкт-Петербурге, уже открытие Кубка конфедераций.

В.Путин: Кто играть там будет?

В.Мутко: Россия – Новая Зеландия.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Недвижимость, строительство. Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 1 февраля 2017 > № 2057934 Михаил Мень, Александр Новак


Австрия. Германия. Россия > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 13 декабря 2016 > № 2014601 Александр Новак

Александр Новак в интервью газетам Die Welt и Die Presse рассказал о подробностях соглашения с ОПЕК.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью немецкой газете Die Welt и австрийской Die Presse рассказал о ходе подготовки к подписанию соглашения стран ОПЕК и не ОПЕК о сокращении добычи нефти, а также о влиянии достигнутых договорённостей на мировой нефтяной рынок.

Цена на нефть: «И тогда все поняли, что нам пора действовать»

В субботу страны ОПЕК и еще одиннадцать других государств договорились снизить добычу, чтобы стабилизировать цены на нефть. О том, как это получилось, рассказал министр энергетики РФ Александр Новак.

- Почему достигнутое в субботу соглашение одиннадцати стран, не входящих в ОПЕК, о сокращении добычи рассматривается как историческое?

- Никогда ранее еще не было такого, чтобы страны ОПЕК и одиннадцать стран вне картеля скоординировали свои действия на рынке.

- За несколько часов до достижения соглашения Вы сказали: «Мы должны прийти к соглашению». Почему?

- Есть две причины. Во-первых, это сегодня важно для рынка и ожиданий, которые были с этим связаны. Поскольку предшествовавшее соглашение стран ОПЕК о сокращении добычи, достигнутое в конце ноября, было в значительной степени нацелено и на потенциальное соглашение стран, не входящих в картель. То есть если бы мы в субботу не достигли соглашения, то и соглашение стран ОПЕК провалилось бы.

- Но соглашение стран ОПЕК уже было подкреплено подписями…

- Да, но с оговоркой, что свой вклад внесут и страны вне картеля. То есть если бы мы не достигли соглашения, внезапно мы бы вновь столкнулись с ситуацией, которая была в апреле 2016 года в Дохе, когда соглашение провалилось. По всем оценкам экспертов, цена на нефть снова значительно бы снизилось, а спекулятивный фактор вновь оказал бы сильное влияние на ценообразование.

- То есть одной причиной было поддержание сделки ОПЕК. А вторая причина?

- Вопрос доверия. Мы условились с партнерами как в ОПЕК, так и за его пределами, что мы будем координировать действия. Если бы мы не достигли соглашения, вплоть до подписей, то доверие бы пропало, и в ближайшем будущем его невозможно было бы восстановить.

- Россия, будучи страной, не входящей в ОПЕК, в 2001 году впервые заключила соглашение с ОПЕК о сокращении добычи и затем – как это часто бывает со странами ОПЕК – не придерживалась его. Откуда существует уверенность, что сейчас все будет иначе?

- Во-первых, все, как в рамках картеля, так и за его пределами, заинтересованы в быстрых изменениях на рынке, потому что мы находимся в тяжелейшем кризисе нашей отрасли. В 2001 году ситуация была совсем другой, и падение цен было вызвано падением спроса после ряда событий. Тогда спрос восстановился относительно быстро.

- Но что все придерживаются соглашения – этого для причины еще не достаточно.

- Есть еще и другие причины. Так, образовались особые личные, доверительные, отношения с Саудовской Аравией и другими странами.

- Тем не менее, отсутствуют санкции на тот случай, если кто-то не будет придерживаться соглашения.

- Это так. Но есть определенное моральные обязательства и политические отношения. И еще есть вопрос доверия в будущем к принятию решений и сказанных слов. Каждый, кто подвергает сделку рискам, нарушая ее, ухудшает ситуацию и для себя тоже.

- Какой момент в ходе переговоров был для Вас самым тяжелым?

- Вернуться к переговорам, после того как встреча в Дохе в апреле выявила обоюдное недоверие. В июле мы начали интенсивно общаться друг с другом. Этому способствовало еще и то, что в Саудовской Аравии мой коллега Халед Аль-Фалех был назначен новым министром нефти. Кроме того, существовала поддержка на политическом уровне со стороны руководства многих стран. Без этой поддержки мы бы вряд ли смогли достичь соглашения.

- За счет участия России в сокращении добычи и за счет ее посреднической роли между странами ОПЕК кажется, что ваша страна на Ближнем Востоке действительно приобрела больше влияния. Правильное ли это впечатление?

- Россия – крупный игрок на нефтяном рынке.

- Россия и раньше им была.

- Зная, что ОПЕК сегодня не в состоянии в одиночку восстановить нефтяной рынок, необходимо, чтобы в таких сделках участвовали страны вне картеля.

- Но ОПЕК, по всей видимости, необходимы посредники, чтобы между собой прийти к соглашению.

- Мы вели переговоры как со странами ОПЕК, так и со странами вне картеля. И я надеюсь, что наше участие здесь помогло достичь консенсуса.

- Владимир Путин сыграл важную роль для достижения договоренности?

- Президент Путин сыграл ключевую роль при достижении договоренности. Он поддержал решение по сокращению добычи российскими компаниями. В конечном итоге, его отношения с главами государств, принимающих основные решения, помогли нам согласовать позиции и достичь договоренности.

- Тем не менее, вам пришлось 29 ноября, в ночь накануне сделки, звонить саудовскому министру нефтяной промышленности. Это имело определяющее значение?

- У нас было очень много телефонных переговоров, в том числе рано утром и поздно вечером. Саудовская Аравия в значительной мере взяла на себя роль координатора в ОПЕК. Должен сказать, что Саудовская Аравия заняла очень умную и прагматичную позицию и сыграла очень важную роль.

- А что же Саудовская Аравия хотела услышать от вас по телефону? Что вы действительно будете участвовать в сокращении добычи?

- Да, это тоже.

- На Россию придется половина всего сокращения добычи странами, не участвующими в ОПЕК, а именно 300 тысяч баррелей в день. Когда вы достигнете этого показателя?

- До конца первого квартала мы достигнем сокращения на 200 тысяч, затем ускоренными темпами сократим до 300 тысяч. И этот уровень мы будем удерживать до конца июня.

- А почему не сразу на 300 тысяч?

- Это никогда не было целью, потому что есть технические ограничения. В настоящее время мы бурим много новых скважин, и для завершения бурения большей части из них нужно 20-25 дней. Часть этих скважин будет введена в эксплуатацию только в январе, а это значит, что необходимо время, чтобы пересмотреть процессы.

- Какой эффект будет иметь нынешняя сделка для нефтяных цен?

- Все уже заранее увидели, какой эффект имели для рынка одни лишь слухи о возможности сделки.

- Поэтому все стороны усиленно распространяли эти слухи. Эта сделка была призвана просто подтвердить эти слухи?

- Видите ли, слухи в преддверии подписания договора о том, что сделка могла бы не состояться, обвалили цены на нефть на 7-8 долларов до 45-46 долларов. А если бы сделка не состоялась, то и до уровня ниже 40 долларов. Это мы говорили еще летом. Летом спокойствия на рынке удалось достигнуть лишь потому, что в Канаде бушевали пожары, а в Ираке, Ливии и Нигерии добыча сократилась из-за внутренних проблем. А с началом осени объемы вновь вернулись на рынок. И тогда все поняли, что нам пора действовать.

Австрия. Германия. Россия > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 13 декабря 2016 > № 2014601 Александр Новак


Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 30 ноября 2016 > № 1998090 Александр Новак

Заявление Александра Новака о координации действий по стабилизации рынка нефти со странами входящими и не входящими в ОПЕК.

Россия приветствует достижение ОПЕК соглашения об ограничении добычи нефти в первом полугодии 2017 года на уровне 32.5 млн. баррелей в сутки, что эквивалентно снижению добычи на 1.2 млн. баррелей в сутки.

Это очень важный шаг для мировой нефтяной индустрии, направленный на восстановление здорового баланса спроса и предложения, а также поддержания инвестиционной привлекательности отрасли в долгосрочной перспективе.

Россия, будучи ответственным участником рынка, готова присоединиться к соглашению по стабилизации ситуации на нефтяных рынках.

По итогам активных переговоров, длившихся последние несколько месяцев с ключевыми странами, входящими и не входящими в ОПЕК, Россия поэтапно снизит добычу в первом полугодии 2017 года в объеме до 300 тыс. баррелей в сутки в сжатые сроки, исходя из своих технических возможностей.

Наши переговоры со странами не входящими в ОПЕК также позволяют нам рассчитывать на присоединение ряда стран к соглашению с общим вкладом в ограничение добычи примерно в объеме до 300 тысяч баррелей в сутки.

Добровольное ограничение добычи со стороны России увязывается с соблюдением ОПЕК уровня добычи 32.5 млн. баррелей в сутки, с поправкой на Индонезию, а также максимального участием стран не входящих в ОПЕК.

Таким образом, общий вклад участников сделки в усилия по стабилизации рынка существенно превышает уровень перепроизводства нефти в мире и позволяет ускорить процесс ребалансировки.

Мы с оптимизмом смотрим на развитие достигнутых договоренностей и считаем сегодняшнее соглашение исторически важным событием.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 30 ноября 2016 > № 1998090 Александр Новак


Турция. Россия > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 9 октября 2016 > № 1934938 Александр Новак

Александр Новак дал интервью турецкой газете "Хюриетт".

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак накануне визита Президента Российской Федерации Владимира Путина в Турецкую Ресублику дал интервью газете «Хюрриет». Публикуется полный текст интервью.

- Г-н Новак, по известным причинам прошедший год нельзя назвать успешным с точки зрения отношений двух стран. Но жизнь не стоит на месте, и процесс нормализации отношений между нашими странами набирает обороты. В связи с этим мы наблюдаем выход на первый план вопросов, связанных с реализацией энергетических проектов – в первую очередь, газопровода «Турецкий поток» и АЭС «Аккую». Не могли бы Вы рассказать подробнее о переговорах, которые были проведены Вами за последние три месяца в рамках процесса нормализации отношений?

- Турция является для нас близким соседом, важным и давним партнером, отношениям с которым мы придаем большое значение. К сожалению, у нас за последний год ввиду известных событий ситуация изменилась не в самую лучшую сторону, например, если в 2014-м году у нас объём торговли достиг 32 млрд долларов, то в 2015-м году он составил всего 23 млрд. За первые 8 месяцев 2016 года в сравнении с аналогичным периодом прошлого года объемы торговли уменьшились еще на 40%. Конечно, есть и другие негативные тенденции, например, значительное падение цен на энергоносители на мировых рынках. Но я могу сказать, что ключевую роль за прошедший год сыграло именно физическое сокращение объемов торговли. В связи с этим, в настоящее время мы должны сконцентрироваться на поэтапном восстановлении наших взаимоотношений по всем сферам деятельности.

Конечно, в наших отношениях ключевое место занимает энергетика. Турция на сегодняшний день является вторым крупнейшим потребителем российского природного газа - ежегодно закупает у нас 27-30 миллиардов кубометров газа. С учетом интенсивного развития турецкой экономики мы прогнозируем и рост потребления энергоресурсов. Поэтому те проекты, которые вы упомянули - «Турецкий поток» и АЭС «Аккую» - являются ключевыми, их осуществление придаст импульс развитию двусторонних отношений.

По «Турецкому потоку». Как известно, Меморандум между ПАО «Газпром» и Боташ по данному проекту был подписан еще в декабре 2014 года.

В настоящее время после перерыва вновь возобновлены и активно ведутся переговоры. Финальной точкой этого процесса станет подписание межправительственного соглашения между российской и турецкой сторонами. Проект предусматривает сооружение 2-х ниток газопровода на территории Турции. По первой из них в Турцию ежегодно будет поставляться 15,75 миллиардов кубометров газа. По второй нитке газопровода поставки будут осуществляться в страны юго-восточной Европы в том же объеме порядка 15,75 миллиардов кубометров. Для выработки окончательного варианта соглашения Министерство энергетики РФ и энергетическое ведомство Турецкой Республики сформировали рабочую группу, в рамках которой ведутся все переговоры. В результате многочисленных встреч нам удалось вплотную приблизиться к подписанию соглашения. Параллельно турецкая сторона работает по получению разрешений, необходимых для реализации проекта.

Что касается ситуации по строительству АЭС «Аккую», которое осуществляется в рамках подписанного в 2010 году межправсоглашения. Это совместный стратегический масштабный проект с объемом капиталовложений в 20 миллиардов долларов.

Проект реализуется по модели «строй-владей-эксплуатируй» и предусматривает строительство и ввод в эксплуатацию четырех энергоблоков с реакторами суммарной мощностью 4,8 ГВт. в провинции Мерсин. Все необходимые средства будут привлечены Госкорпорацией «Росатом», которая является мажоритарным акционером будущей АЭС.

Мы приветствуем принципиальное решение, озвученное на встрече Президентов наших стран 9 августа с.г. о присвоении проектной компании «Аккую» статуса «стратегического инвестора». Ожидаем, что этот шаг значительно повысит привлекательность проекта для потенциальных инвесторов, в т.ч. из Турции.

Сдача первого блока АЭС должна состояться не позднее чем через 7 лет после выдачи Турецкой Республикой всех разрешительных документов на строительство атомной электростанции. Запланировано, что блоки будут вводиться в эксплуатацию последовательно с интервалами в один год. Сегодня проектная компания Аккую Нуклеар находится на этапе лицензирования и выполнения подготовительных работ на площадке сооружения АЭС.

В рамках проекта открываются значительные возможности для турецких поставщиков. По предварительным оценкам, турецкая сторона сможет выполнить порядка 35-40% от всех работ по сооружению АЭС «Аккую».

Активно развивается сотрудничество по подготовке турецкого персонала для будущей АЭС. В настоящий момент обучение в российских ВУЗах за счет российского бюджета проходят более 260 турецких студентов.

- Насколько велика вероятность того, что во время вашего с президентов Путиным визита в Стамбул будет подписано окончательное соглашение по «Турецкому потоку»?

- Проект межправсоглашения находится в высокой степени готовности. Конечно, мы прилагаем все усилия, чтобы за оставшееся время провести все необходимые процедуры, как в России, так и в Турции, с тем чтобы это соглашение было подписано в ближайшее время. Думаю, что такая возможность есть.

- До кризиса в отношениях, основным препятствием перед реализацией проекта «Турецкий поток» являлось требование Турции о снижении цены на газ, и противоречивая позиция ЕС. Сейчас ЕС оказался на периферии, поскольку Россия и Турцияпреобразовали проект в систему двух ниток трубопровода. Удалось ли достичь соглашения о 10%-й скидке на газ?

- Вопрос цены на газ связан с содержанием торговых соглашений между хозяйствующими субъектами наших государств. Вопрос скидки, о котором Вы говорите, рассматривался в начале 2015 года. Сейчас переговоры о цене на газ возобновлены, надеюсь, стороны придут к единой позиции.

Реальность на сегодняшний день такова. Турецкая компания BOTAŞ вынесла вопрос о цене на газ на рассмотрение Международного арбитражного суда. Первое заседание по этому делу состоится в 2017 году. Не исключено, что до этого момента российскому «Газпром Экспорту» и турецкой BOTAŞ удастся разрешить разногласия, связанные с ценой на газ. Здесь есть еще один нюанс. «Газпром Экспорт» продает газ не только BOTAŞ, но и частным турецким поставщикам. Следовательно, вопрос ценообразования является довольно сложным. Поэтому необходимо найти выход из положения, принимая во внимание все факторы, используя комплексный подход.

- Обеспокоила ли Вас возможность того, что в какой-то момент Турция может переориентироваться с российского на израильский природный газ?

- Турция ежегодно потребляет около 50 миллиардов кубометров газа. Из них 57% закупается у России. Турция также импортирует газ из ряда других стран, таких как Алжир, Катар, Иран, Азербайджан. То есть, Турция является газовым рынком с высоким уровнем конкуренции и большими перспективами роста. По прогнозам наших экспертов, в 2030 году объемы ежегодного потребления природного газа в Турции могут составить 70 млрд куб.м. Для того, чтобы Турция начала закупать газ у Израиля, в первую очередь необходимо подготовить соответствующую инфраструктуру. Кроме того, встает вопрос о том, насколько Израиль сможет обеспечить потребности Турции в природном газе. Россия готова к конкуренции, в том числе ценовой, не только с Израилем, но и с любыми другими поставщиками.

- Для вас Турция - это лишь хороший торговый партнёр, или же Москва рассматривает её и как стратегического партнёра?

- Конечно, мы рассматриваем взаимоотношения с нашими турецкими партнёрами и в стратегическом направлении. Ещё раз повторюсь, что это близкий наш сосед, и мы заинтересованы не только в поставках газа как сырья, но и в создании перерабатывающих производств, создании совместных предприятий по выработке электроэнергии, развитии газохимии и по другим направлениям. Это касается и электроэнергетики, и угольной отрасли. Я как сопредседатель межправкомиссии с российской стороны заинтересован не только в развитии отношений в энергетике, но и фактически во всех отраслях экономики, в социальной сфере. Мы выстраиваем наши отношения по всем направлениям на долгосрочной основе.

- В последние месяцы Турция повысила уровень закупки сырой нефти из России. Как вы это оцениваете, положительно?

- Да, мы видим положительную динамику. Сейчас по итогам семи месяцев объёмы поставок нефти из России увеличились на 27% и превысили миллион тонн. Это ещё раз подчёркивает, что, во-первых, турецкая экономика сегодня развивается и потребляет больше энергоресурсов, а Россия как надёжный партнёр может поставлять не только нефть, но и нефтепродукты. Мы заинтересованы, не только в поставках энергоресурсов, но и в создании предприятий по их переработке, что позволит создать дополнительные рабочие места, увеличит объем налоговых поступлений.

- Г-н Новак, мы видим, что Турция и Россия находятся внутри кипящего котла. С одной стороны находится сирийский конфликт, а с другой стороны – иракская проблема, которая неизвестно чем может обернуться. Наш регион находиться на очень запутанном и опасном повороте. Если принимать это всё во внимание, чтобы вы хотели сказать читателям газеты «Хюрриет» и турецкому народу в целом?

- Как глава Минэнерго России, я хотел бы прежде всего отметить, что сотрудничество наших стран в области ТЭК (в газовой, атомной, электроэнергетической сферах) не только представляет интерес с точки зрения инвестиций и развития торгово-экономических отношений двух стран. В первую очередь, оно способствует реализации в Турции седьмой цели в области устойчивого развития ООН, которая заключается в обеспечении доступа людей к недорогой и чистой энергии. Диверсификация энергобаланса за счет строительства атомной генерации, увеличение в нем доли газа (самого экологичного на сегодняшний день углеводородного топлива) будет укреплять энергетическую безопасность Турции и способствовать сохранению ее уникальной природы, которую так ценят, в том числе и россияне.

Как председатель российской части МПК также отмечу, что Российская Федерация готова развивать сотрудничество с Турцией в сфере промышленности, строительства, транспорта, сельского хозяйства, туризма, здравоохранения, охраны окружающей среды и рационального природопользования, телекоммуникаций. Мы надеемся, что после возобновления полномасштабного диалога между двумя странами будут успешно реализованы все приостановленные ранее проекты и рассчитываем на поддержку совместных двухсторонних инициатив турецким народом.

Турция. Россия > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 9 октября 2016 > № 1934938 Александр Новак


Алжир. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 29 сентября 2016 > № 1934935 Александр Новак

Александр Новак прокомментировал итоги неформальной встречи стран ОПЕК.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак прокомментировал итоги неформальной встречи стран ОПЕК, прошедшей накануне в Алжире.

«В рамках неформальных консультаций было принято очень важное решение. Впервые за последние несколько лет страны сблизились в своих позициях и, по сути, вернулись к регулированию добычи на мировых нефтяных рынках, что стало действительно позитивным сигналом», – отметил Александр Новак.

По мнению Александра Новака, достижению договоренности во многом способствовало существенное сближение позиций Саудовской Аравии и Ирана. «Мы видим, что Саудовская Аравия и Иран стали более гибкими при обсуждении параметров, с помощью которых ОПЕК планирует достичь целевых показателей по добыче, озвученных вчера», – пояснил Министр.

«Ситуация на рынке в дальнейшем будет во многом зависеть и от фундаментальных факторов – это баланс спроса и предложения – и от ситуации в отдельных странах. Тем не менее, решения, которые были приняты вчера, позволят снизить волатильность цен и участие спекулятивного фактора – уже сегодня мы видим, что котировки отреагировали довольно позитивно», – подчеркнул Александр Новак.

«Конечно, есть еще ряд деталей, которые страны-участницы ОПЕК должны доработать в течение октября-ноября – итоговые предложения и будут рассмотрены странами, не входящими в ОПЕК, в том числе Россией», – добавил глава Минэнерго. Александр Новак сообщил, что в течение ближайших двух месяцев будут вестись активные консультации с партнерами из ОПЕК.

Говоря о возможности присоединения России к соглашению о регулировании добычи, Министр отметил, что ранее в переговорах с участием России рассматривались механизмы, предусматривающие «заморозку» добычи нефти на достигнутом уровне, а не ее сокращение.

«Инструменты влияния на добычу могут быть разные, поэтому мы будем рассматривать окончательные предложения. Все будет зависеть и от макроэкономической ситуации и от планов компаний, но мы ориентируемся на сохранение объемов добычи на достигнутом уровне», – рассказал Александр Новак.

«Российская нефтяная отрасль адаптировалась к любым ценам, которые были на рынке в течение этого года. Безусловно, важно иметь цены, которые позволяли бы инвестировать в разработку новых месторождений, чтобы избежать рисков резкого изменения ситуации в сторону дефицита предложения. Цена в пределах 50-60 долларов комфортна и будет удовлетворять одновременно интересы производителей и интересы стран-потребителей», – продолжил глава Минэнерго России.

«Что касается сроков ограничения добычи, то сейчас также рассматриваются различные опции. Если бы решение принималось в начале года, целесообразен был бы более длинный срок – до одного года. Сейчас могут оказаться оптимальными варианты ограничения на срок около полугода, плюс-минус несколько месяцев», – заметил Министр.

Алжир. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 29 сентября 2016 > № 1934935 Александр Новак


Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > globalaffairs.ru, 13 сентября 2016 > № 1892001 Александр Новак

Старые цели, новые задачи

Основные направления международного сотрудничества России в сфере энергетики

Александр Новак – министр энергетики Российской Федерации.

Резюме: С учетом ускорения развития новых технологий и потенциального ограничения цен на энергоресурсы борьба за рынки будет обостряться. Основными задачами остаются привлечение инвестиций, технологий и человеческого капитала в российский ТЭК.

Международное энергетическое сотрудничество – одно из ключевых направлений деятельности Российской Федерации. Оно помогает не только развивать взаимовыгодные торговые связи, но и обеспечивать энергетическую безопасность страны и ее партнеров. В процессе реализации международных проектов укрепляются позиции российских компаний на интересующих нас рынках, происходит совершенствование важных для экономики компетенций, повышается общий уровень конкурентоспособности российского ТЭКа.

Кроме того, международное энергетическое сотрудничество способствует решению актуальных задач внешней экономической политики:

созданию на территории Евразийского экономического союза общих энергетических рынков;

формированию на европейском пространстве правовых и политических условий для бесперебойного транзита российских энергоресурсов;

развитию транспортной инфраструктуры, снижающей транзитные риски и обеспечивающей конкурентоспособность российских энергоносителей;

повышению эффективности экономической интеграции со странами АТР и увеличению поставок энергоресурсов на растущие азиатские рынки;

продвижению российских интересов при подготовке итоговых документов многосторонних мероприятий высокого уровня.

Эти задачи определяют общую проблематику и преемственность внешней энергетической политики России. Но в условиях текущих трансформаций и неопределенности на рынках мы сталкиваемся с новыми вызовами и вопросами, на которые необходимо отвечать своевременно и эффективно. В данной статье речь как раз и пойдет о нашем взгляде и реакции на наиболее актуальные вызовы для мировой энергетической отрасли.

В поисках рыночного равновесия

Главный вызов связан с тем, что меняются базовые механизмы и условия формирования устойчивого равновесия на энергетических рынках, это вызвано переинвестированием в отрасли в период высоких цен на нефть, а также взрывным развитием технологий. Конкуренция на всех направлениях резко обострилась, цены на энергоносители рухнули. Снизилась инвестиционная активность и нарушилась долгосрочные отношения потребителей и производителей. Острая конкуренция повышает роль новейших технологий, способных в перспективе снижать себестоимость производства энергоресурсов. Это расширяет практику применения краткосрочных финансовых инструментов и манипулирования ими. В условиях неопределенности на рынок стремятся выйти новые игроки, которые в борьбе за рыночные ниши прибегают к демпингу, а при наличии политических рычагов – к прямому давлению на потребителя. В краткосрочной перспективе подобное привело мировой рынок к перепроизводству энергоресурсов и снижению роли производителей, а в среднесрочной – может вызвать серьезный дефицит энергоресурсов в связи с теперь уже имеющимся недоинвестированием отрасли.

Новое рыночное равновесие все равно наступит – вопрос в том, как при этом изменится положение России на наиболее важных рынках. Для нас это вопрос важнейший, ведь ТЭК продолжает играть ключевую роль в российской экономике (в 2015 г. доля ТЭК в ВВП составила 27%). Да и в мировой экономике рынки энергоресурсов еще долго будут сохранять значение: по актуальному прогнозу Международного энергетического агентства и нашим расчетам, в ближайшие 20–30 лет мир останется «углеводородным», а спрос на нефть и газ продолжит расти, хоть и не такими темпами, как в прошлые десятилетия.

Но прежде чем ответить на вопрос, как будут меняться позиции российского ТЭК в мировой энергетике, нужно понять, в каких условиях ему предстоит развиваться.

Среди долгосрочных трендов, на наш взгляд, важнейшими являются:

Сохранение ведущих позиций углеводородов на рынках энергоресурсов в ближайшие десятилетия. Их доля в мировом энергобалансе снизится за счет распространения и удешевления технологий возобновляемых источников энергии (ВИЭ), но в количественном отношении потребление углеводородов продолжит расти. Этому способствует автомобилизация развивающихся стран, где машины с двигателями внутреннего сгорания за счет дешевизны еще долго будут популярнее электромобилей, и электрификация новых регионов: в мире до сих пор не имеют доступа к электроэнергии 1,5 млрд человек.

Технологический прогресс в добыче традиционных углеводородов, делающий рентабельными ранее экономически непривлекательные запасы. Вовлечение новых месторождений позволит странам – нынешним импортерам максимально наращивать добычу.

Растущий избыток перерабатывающих мощностей (доля загруженных мощностей переработки нефти в мире составляет 85%, в Европе – 80%). Перерабатывающие предприятия начинают перемещаться ближе к потребителю – в том числе в страны Юго-Восточной Азии. Глубина переработки и качество нефтепродуктов будут играть все большую роль в мировой торговле.

Растущая доступность СПГ. За последние 15 лет СПГ удвоил долю на рынке (с 18 до 36%), а в ближайшие десять лет может опередить по объему продаж трубопроводный газ. Очевидно, что это приведет к диверсификации поставщиков на ключевых рынках – в Китае и Европе – и повысит конкуренцию на мировом рынке газа, в том числе для российских производителей.

Возможность появления очередного «черного лебедя» на рынке технологических инноваций. Многие страны работают над совершенствованием технологий накопления энергии, добычи трудноизвлекаемых запасов, таких как метан-гидраты, над новыми видами двигателей – например, водородными. Эти прорывные технологии могут полностью изменить конфигурацию мировой энергетики.

В краткосрочной перспективе рынки ТЭК также останутся под давлением. Так, на нефтяном рынке продолжается одно из самых затяжных падений цен. Оно связано с перепроизводством нефти вследствие технологического прогресса и переинвестирования в период высоких цен, с ожиданием замедления темпов роста мировой экономики и постепенным укреплением доллара.

В среднесрочной перспективе цена на нефть будет регулироваться себестоимостью добычи «замыкающих объемов». Сейчас это сланцевая нефть, потолок цены которой находится в диапазоне 50–60 долларов. В дальнейшем технологический прогресс может удешевить добычу сланцевой нефти, и замыкающими станут более дорогие запасы на глубоководном шельфе или битуминозных песках. Тем не менее вопрос о потенциале тех или иных видов месторождений и себестоимости их добычи открыт.

На рынках природного газа также наблюдается избыток предложения. Темпы роста спроса были ниже, чем ожидалось, а добыча показала высокую устойчивость к низким ценам на нефть и сам газ.

Аналогичные процессы мы отмечаем и на мировом угольном рынке, где удешевление производства и ВИЭ обвалили цены.

Растет конкуренция в электроэнергетике, в том числе атомной, где широко применяются политический лоббизм, ограничения на доступ к финансовым рынкам и искусственные преференции в пользу ВИЭ.

Таким образом, для энергетики, как и для всей глобальной экономики, характерно обострение конкуренции, причем ситуация только усугубляется, а конкурировать нам приходится с производителями, обладающими преимуществами в доступе к финансовым ресурсам и технологиям.

Россия и конкурентоспособность

Несмотря на объективно сложное положение на международных рынках, Россия сегодня – один из наиболее конкурентоспособных производителей углеводородов в мире, что определяется как себестоимостью основных экспортных товаров, так и географическим положением и применяемыми технологиями.

Это хорошо видно на примере наших нефтегазовых компаний, которые, в отличие от многих конкурентов, продолжают зарабатывать деньги в сегменте добычи и при этом наращивают ее – что, кстати, объясняет сохраняющийся интерес международных инвесторов.

В прошлом году Россия удержала лидерство по поставкам газа на мировые рынки (20%) и вернула первое место по поставкам жидких углеводородов – нефти (12%) и нефтепродуктов (9%). Проект Энергетической стратегии России до 2035 г. предусматривает дальнейшее развитие по целому ряду направлений – в частности:

Россия останется в числе лидеров по добыче и экспорту нефти, газа и конденсата. Добыча нефти сохранится на уровне не ниже 525 млн тонн. В структуре добычи произойдет увеличение доли трудноизвлекаемых ресурсов, шельфовых и арктических запасов, увеличится КИН (коэффициент извлечения нефти) на действующих месторождениях. Такие изменения потребуют широкого внедрения новых технологий добычи, развития сервиса и процессов импортозамещения.

Продолжится модернизация нефте- и газопереработки, а также нефте- и газохимии с целью увеличения глубины переработки (увеличение глубины нефтепереработки – с 72 до 90% с производством моторного топлива высших экологических классов) и выхода на внешние рынки с новыми группами товаров.

Трубопроводная инфраструктура будет развиваться в целях диверсификации регионов поставки. В первую очередь – нефтепровод ВСТО и газопроводы «Сила Сибири», «Северный поток-2», «Южный/Турецкий поток». Произойдет существенный рост поставок в восточном направлении при сохранении в среднем уровня поставок в направлении на запад (в том числе увеличение в два раза продажи нефти и нефтепродуктов на рынках АТР). В экспорте газа, включая СПГ, доля АТР вырастет почти на порядок. Мы ожидаем пятикратного увеличения производства СПГ к 2035 г., что позволит России нарастить долю в мировой торговле СПГ примерно до 15 процентов.

Энергостратегия подразумевает снижение энергоемкости экономики к 2035 г. в 1,6 раза. Среди необходимых мер в данном направлении – сокращение удельных расходов топлива на выработку электроэнергии и расхода энергии на нужды объектов ТЭК. Не последнюю роль должны играть и возобновляемые источники энергии. Сектор ВИЭ будет развиваться для формирования научных и промышленных компетенций в этой важной сфере. К 2035 г. установленная мощность возобновляемой энергетики составит 7–9 ГВт, а производство электроэнергии на электростанциях ВИЭ вырастет в 10 раз.

Неизбежна структурная трансформация энергетического сектора – увеличится доля инвестиций в инновации, модернизацию производства, создание высокопроизводительных рабочих мест, повышение экономической и энергетической эффективности. Предусматривается изменение соотношения государственного регулирования и механизма рыночной конкуренции в пользу последней, что опять-таки повысит эффективность и качество функционирования энергетики.

Научно-технологическое развитие ТЭК и импортозамещение даст России возможность экспортировать не только топливо и энергию, но и энергетические услуги и технологии. Уже сейчас российские компании работают во всех регионах мира (45 стран), участвуя в проектах по добыче и переработке энергоресурсов, строительстве объектов генерации и инфраструктуры, поставках энергетического оборудования.

Помимо этого Россия на протяжении многих лет является одним из мировых лидеров в экспорте технологий ядерной энергетики, у нас выдающиеся навыки в строительстве ГЭС и ТЭЦ, отечественные разработки в области солнечной энергетики вполне конкурентоспособны. В частности, большой интерес представляют отечественные технологии высокоэффективных гетероструктурных солнечных элементов каскадного типа с КПД более 40 процентов.

Расширяются поставки энергетического оборудования, в том числе турбин. Российские компании участвуют в строительстве всех видов энергетической инфраструктуры, реализуются проекты по подготовке кадров для энергетики разных стран. Все эти направления мы планируем развивать и в будущем.

Наличие опыта, знаний и технологических заделов – важное преимущество. Но в условиях перечисленных вызовов монетизировать его на международных энергетических рынках можно только скоординированными усилиями различных ведомств, дипломатических структур, межправкомиссий и представительств российских энергетических компаний.

Приоритеты энергосотрудничества

Каковы приоритетные формы энергетического сотрудничества на современном этапе? Прежде всего необходимо вовлекать иностранных партнеров во все звенья производственной цепочки – от добычи и транспортировки энергоресурсов до их глубокой переработки, генерации электроэнергии, а также маркетинга (например, сбыт через розничные сети АЗС или трейдинговые операции), в том числе на рынках третьих стран. Аналогичный подход должен быть и к российским компаниям за рубежом – участвовать не только в поставках энергоресурсов, но и в их переработке, маркетинге, реализации конечным потребителям и в создании инфраструктуры. Интенсивнее применять обмен активами на основе принципа зеркальности для расширения присутствия на интересующих нас рынках.

Будет все больше применяться практика заключения своповых контрактов на поставку СПГ и нефти. Однако либерализация торговли СПГ не означает отказа от политики единого экспортного канала для трубопроводного газа.

В интересах развития и привлечения инвестиций необходимо увеличивать процент локализации в России наукоемкого высокотехнологического производства и услуг в сфере энергетики. Одно из важных направлений – увеличение экспорта энергетических технологий и компетенций, реализация совместных проектов с ведущими компаниями в третьих странах.

Главными принципами двустороннего и многостороннего энергетического сотрудничества являются последовательность развития взаимовыгодных партнерских отношений в данной сфере, индивидуальный подход в сочетании с защитой наших базовых интересов. Кратко остановимся на позиционировании проводимой политики по ряду основных направлений.

В рамках многостороннего сотрудничества мы ориентируемся на продолжение и укрепление взаимодействия с различными организациями – в частности такими, как ОПЕК, Форум стран – экспортеров газа (ФСЭГ), АСЕАН. Много общих интересов у нас со странами БРИКС, потенциал взаимодействия с ними огромен. У нас во многом схожие экономические проблемы, в частности зависимость от импорта высоких технологий. Мы предлагаем существенно углубить экономическую кооперацию, создавая совместные НИОКР и продвигая высокотехнологичную продукцию ТЭК. Хорошие перспективы сотрудничества имеются в рамках Энергоклуба ШОС (включая, например, продвижение проекта «Шелковый путь»). На евразийском направлении ключевой задачей остается формирование общих энергетических рынков, включая решение вопросов ценообразования на ресурсы и транзит.

Политика против рынка

Несмотря на санкции и растущую политизированность отношений, Евросоюз является ключевым партнером. Мы, со своей стороны, готовы к восстановлению взаимодействия, которое было нарушено политикой ЕС и США последних двух лет – естественно, на основе равноправия, невмешательства во внутренние дела и уважения взаимных интересов. Три года назад была подписана Дорожная карта энергетического сотрудничества России и Евросоюза до 2050 г., нацеленная на создание панъевропейского энергетического пространства – но никаких сдвигов не происходит. Более того, практически заморожен энергодиалог Россия–ЕС. Налицо стремление европейских партнеров политизировать сотрудничество.

Приведу несколько примеров. До сих пор не удалось решить проблемы с использованием газопровода ОПАЛ. Под давлением Еврокомиссии свернут проект «Южный поток», ряд стран, прежде всего Польша и страны Прибалтики, развернули кампанию против сооружения «Северного потока-2». В то же время мы видим активную поддержку Брюсселем и Вашингтоном конкурирующих проектов вроде Трансадриатического или Транскаспийского газопровода. Польше, Хорватии, Греции и прибалтийским странам активно навязывают проекты приемных СПГ-терминалов для поставок американского природного газа, который заведомо проигрывает ценовую конкуренцию российскому «голубому топливу». К слову – уже построенные СПГ-терминалы в Европе загружены только на 30%, что лишний раз доказывает их экономическую нецелесообразность.

Еще один пример. С лета 2013 г. на неопределенное время фактически заморожены переговоры о Соглашении о совместной работе Единой энергетической системы России, Белоруссии, Латвии, Литвы и Эстонии в синхронном режиме. А ведь эта тема крайне важна для гарантий энергетической безопасности северо-запада нашей страны – в Калининградской области (до 40% пропускной способности между энергосистемами центра и северо-запада России обеспечивается сетями прибалтийских стран). В этой ситуации нам приходится думать об обеспечении автономного энергоснабжения Калининградской области.

Тем не менее мы не видим каких-то значимых барьеров (включая так называемый Третий энергопакет) на пути к полномасштабному восстановлению и развитию энергетического сотрудничества – если за основу взять рыночные принципы, а не политизированные соображения. Именно таким рыночным, коммерческим проектом является газопровод «Северный поток-2», осуществление которого тормозится именно политиками.

Опубликованный Еврокомиссией в начале года очередной пакет документов относительно энергобезопасности направлен на дальнейшую централизацию полномочий в области энергетики на уровне ЕК. В случае принятия документов она получит возможность администрировать договорные отношения в сфере поставок энергоресурсов, исходя из принципа «надежности поставок» в соответствующем государстве-члене, регионе или Евросоюзе в целом. При этом не установлены критерии для оценки воздействия договоров на надежность поставок газа в пределах ЕС, а также не определены последствия такой оценки. Очевидно, что подобный подход сложно назвать рыночным, а с учетом последних событий он ожидаемо может носить антироссийский характер.

К числу антирыночных и антироссийских шагов Евросоюза относятся и попытки принудить «Газпром» к изменению условий контрактов на поставку газа, включая перенос точек сдачи, отказ от условия «бери или плати» и т.д. Сюда следует отнести и планы ввести обязательное согласование с ЕК любых энергетических соглашений, включая юридически не обязывающие документы (декларации, меморандумы и т.д.) между странами Евросоюза и третьими странами еще до их подписания.

Тем не менее возможностей для развития энергетического сотрудничества с ЕС много: нужно ориентироваться на развитие прямых контактов по «незамороженным» направлениям, в том числе на региональном уровне, и работать над созданием более благоприятных условий кооперации в будущем.

Позитивное влияние на отношения с Евросоюзом может оказать конструктивное взаимодействие с нашими партнерами по ФСЭГ – по вопросам баланса экологии и энергетики, популяризации природного газа как экологичного и доступного вида топлива. Большой потенциал у совместных экспертных площадок, совместных научно-исследовательских работ и проектов.

Все большее значение приобретает сотрудничество со странами АТР и Азии. Ключевые партнеры – Китай, Япония, Вьетнам, Индия и Республика Корея. Эти государства заинтересованы в расширении поставок российских энергоресурсов, поскольку стремятся снизить зависимость от углеводородов с нестабильного Ближнего Востока.

Рынки Китая и Индии – самые быстрорастущие в мире, и расширение присутствия на них российских компаний – одна из основных задач. Взаимодействие показывает, насколько всеобъемлющим может быть это сотрудничество – помимо роста поставок нефти по ВСТО, соглашений по продаже СПГ в Китай и Индию, инвесторы из обеих стран проявляют высокий интерес к проектам в России (Ванкор, ВНХК, Верхнечонск, Ямал СПГ) и дают доступ к проектам на своей территории (Essar в Индии, Тяньцзинь НПЗ в Китае). Отмечен большой интерес и к некоторым российским технологиям. Китайские и другие партнеры готовы действовать без оглядки на американские санкции. Яркий пример – выделение многомиллиардного финансирования для проекта «Ямал СПГ» и прокладка подводного кабеля из Тамани в Крым.

Ближний Восток – еще одно ключевое направление. Богатые нефтью страны – Иран, Ирак и другие – представляют большой интерес для российских энергетических компаний, в том числе для участия в восстановлении и развитии инфраструктуры добычи и переработки нефти и газа. Мы видим очень высокий потенциал взаимодействия со всеми государствами региона. При этом перед странами Персидского залива стоят задачи, во многом схожие с нашими, – диверсификация экономики, импортозамещение. Если правильно координировать усилия, это не только перспективный рынок для российской промышленности, но и потенциальные возможности укрепления связей на годы вперед.

Энергетика – один из важных аспектов сотрудничества и с государствами Африки и Латинской Америки, где российские компании участвуют не только в разработке ресурсов, но и в создании электросетевой инфраструктуры и систем генерации электроэнергии.

* * *

В каком бы направлении ни развивалось энергетическое сотрудничество, основными задачами остаются привлечение инвестиций, технологий и человеческого капитала в российский ТЭК. С учетом ускорения развития новых технологий и потенциального ограничения цен на энергоресурсы борьба за энергетические рынки будет обостряться. Необходимо эффективно пользоваться нашими преимуществами, чтобы оказать максимально позитивное влияние на развитие российской энергетики и экономики в целом.

Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > globalaffairs.ru, 13 сентября 2016 > № 1892001 Александр Новак


Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > minenergo.gov.ru, 8 сентября 2016 > № 1891742 Александр Новак

Александр Новак дал интервью информационному агентству "ТАСС".

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью информационному агентству "ТАСС" подвел итоги обсуждения вопросов энергетической повестки Восточного экономического форума, рассказал о ключевых проектах ТЭК на Дальнем Востоке и дал оценку текущей ситуации на мировом рынке нефти.

— Александр Валентинович, переговоры с представителями Японии стали одними из самых ярких на Восточном экономическом форуме, какие моменты вы могли бы выделить?

— Действительно, на форуме была представлена большая делегация из Японии, что связано с визитом премьер-министра господина Абэ. Мы обсуждали большое количество проектов, в том числе уже реализованные "Сахалин-1" и "Сахалин-2", а также вели переговоры по поставкам нефти (возможному увеличению поставок нефти — прим. ред.) и нефтепродуктов, угля и сжиженного природного газа (СПГ — прим. ред.) в Японию.

Японская сторона представила программу по восьми направлениям развития наших двухсторонних отношений и определила министра, который будет заниматься взаимодействием с Российской Федерацией. Мы также знаем, что был составлен перечень 50 совместных новых проектов, причем не только по энергетике, но и по другим отраслям.

— Какими проектами в сфере энергетики интересуется японская сторона?

— Планы по расширению сотрудничества с Японией есть почти по всем направлениям ТЭК. Если говорить о сотрудничестве в газовой сфере, это увеличение поставок СПГ в Японию, возможность участия компаний и банков этой страны в возведении второй очереди "Ямал СПГ" (речь идет о проекте завода по сжижению природного газа "Арктик СПГ-2" на полуострове Гыдан — прим. ред.). В ходе переговоров представители японской стороны также отметили, что очень довольны итогами своего участия в "Сахалине-2" и проявляют интерес к финансированию и строительству третьей очереди СПГ-завода "Сахалин-2". Кроме того, они также хотели бы расширить поставки углеводородов с сахалинских проектов.

— Обсуждали ли вы проект строительства энергомоста из России в Японию?

— Наши коллеги подтвердили свою заинтересованность, более того, они отметили, что готовы внести изменения в свое законодательство, так как на данный момент в Японии существует запрет на импорт электроэнергии.

Отмечу, что проект строительства энергомоста сместился в практическую плоскость: на данный момент идет разработка технико-экономического обоснования, которое будет завершено уже в этом году. Проект предполагает три этапа. Первый — это передача мощности в объеме до 200 МВт, но в будущем этот показатель может превысить 2 ГВт.

По электроэнергетике также были подписаны соглашения с "Русгидро" по участию японских компаний в развитии возобновляемых источников энергии: солнечной, ветряной генерации, геотермальных станций на Камчатке и в Хабаровском крае, и в создании необходимого для "Русгидро" оборудования на территории Российской Федерации.

По линии "Газпрома" — соглашение о бункеровке судов с компанией Mitsui, "Роснефти" — с компанией Marubeni о производстве компонентов для добычи нефти на территории России с участием российских компаний. По линии Росатома также есть большой перечень предложений по развитию сотрудничества, подготовлен комплекс мер, который будет обсуждаться в рамках нашего взаимодействия.

В целом мы видим активную позицию японских партнеров, наших компаний. Япония для нас важный партнер, с которым мы будем развивать наше сотрудничество.

— На ваш взгляд, корректно ли будет сказать, что у России с Японией начался новый этап взаимодействия?

— Да, безусловно.

— В связи с этим новым этапом обсуждался ли вопрос участия японских компаний в приватизации российских нефтяных компаний?

— Нет, этот вопрос напрямую не обсуждался. Но мы знаем, что интерес есть, японские компании также могут на общих основаниях участвовать в приватизации, если их удовлетворят условия.

Дальний, но перспективный Восток

— Во время форума ливни в Приморье затопили несколько тысяч домов, в этой связи считаете ли вы, что "Русгидро" нужно вернуться к реализации проекта строительства противопаводковых гидроэлектростанций для предотвращения затопления на Дальнем Востоке?

— Эти проекты обсуждаются, речь идет о строительстве четырех гидроэлектростанций. Это довольно капиталоемкие процессы, нам нужно понимать их экономику, сроки возврата инвестиций и куда пойдет электроэнергия от выработки. В любом случае у "Русгидро" есть такие планы. Я знаю, что они обсуждают эти проекты с китайскими партнерами, ищут финансирование, но конкретных решений пока нет.

— Как идет подготовка к отопительному сезону? Есть ли проблемные регионы?

— Министерство энергетики отвечает за мониторинг подготовки к отопительному сезону крупных теплоэлектростанций мощностью свыше 25 МВт. Мы проводим совещания с представителями компаний и субъектами Федерации, мониторим ход ремонтных работ, которые должны быть выполнены летом.

Отмечу, что подготовка объектов электроэнергетики к осенне-зимнему периоду (ОЗП) — важнейший комплекс мероприятий в годовом цикле работ. Это связано с необходимостью работы объектов электроэнергетики в режиме повышенных нагрузок, в сложных погодных условиях — при низких температурах, при повышенном уровне осадков, образовании льда и т. п. При этом особенно критичными становятся требования к бесперебойности тепло- и электроснабжения.

Сейчас подготовка идет полным ходом, на прошлой неделе в Уральском федеральном округе прошло совещание, на очереди все остальные округа. Обычно этот процесс завершается до 15 октября, затем на всероссийском совещании мы подводим итоги подготовки к ОЗП.

Что касается проблемных регионов — была ситуация с Воркутой, но на данный момент выработан план-график подготовки, мы понимаем, какова там ситуация. Внес свои коррективы в процесс подготовки к ОЗП тайфун "Лайонрок", бушевавший на территории Приморского края, вызвавший отключения в электрических сетях 35–220 кВ и массовые аварийные отключения в распределительных сетях 6–10 кВ.

На сегодняшний день ситуация находится под контролем, аварийные бригады в круглосуточном режиме осуществляют восстановительные работы.

По остальным регионам у нас в данный момент нет критических ситуаций. Рассчитываем, что компании электроэнергетики закончат все необходимые мероприятия в установленные сроки.

— Александр Валентинович, как вы оцениваете перспективы Дальнего Востока для российской энергетики?

— Восточная Сибирь и Дальний Восток являются для энергетики одними из самых перспективных регионов, в том числе по приросту добычи нефти, газа и угля. Геологическая изученность региона на суше составляет всего 8%, на шельфе — 6%. При этом уже открытые месторождения позволяют осуществлять масштабную добычу углеводородов.

Я уверен, что развитие энергетики в Восточной Сибири, на Дальнем Востоке в конечном итоге приведет к раскрытию индустриального потенциала России, а реализация ряда крупных проектов, таких как Азиатское энергокольцо, расширение ВСТО, строительство магистрального газопровода "Сила Сибири", поможет существенно увеличить объемы торговли со странами региона и удовлетворить растущие энергетические потребности стран АТР.

ОПЕК и заморозка

— Сразу после Восточного экономического форума вы полетели в Китай, где было подписано, можно сказать, историческое заявление с Саудовской Аравией. Как вы оцениваете шансы на достижение договоренности по заморозке добычи на следующем саммите ОПЕК с учетом того, что Иран уже почти достиг досанкционного уровня добычи?

— Как вы знаете, "на полях" саммита G20 мы с Саудовской Аравией заключили соглашение, предусматривающее совместные действия по стабилизации ситуации на нефтяном рынке, которое я без преувеличения могу назвать знаковым. Конечно, мы ожидаем, что это будет способствовать достижению консенсуса среди стран, входящих и не входящих в ОПЕК. Нельзя утверждать на сто процентов, что договоренность будет достигнута, но ряд факторов, и в том числе показатели добычи нефти Ираном, говорят о том, что такая вероятность существует.

— Возможно ли, что Россия каким-либо образом примет участие в предстоящем саммите ОПЕК?

— Не являясь членом ОПЕК, мы, как правило, принимаем участие в мероприятиях различных форматов, которые проводятся в преддверии саммита, в частности в форумах, куда приглашают страны, не входящие в ОПЕК, международные организации. Если и в этом году будет подобная встреча — мы примем участие.

— То есть в идеале ситуация выглядела бы следующим образом: ОПЕК внутри договаривается, что они это решение принимают, и приглашает остальных присоединиться?

— На самом деле это более сложный процесс, где важную роль, безусловно, имеют позиции крупнейших производителей. Но по отдельным странам ОПЕК должна сначала договориться внутри себя.

— Какие вопросы планируете обсудить на встрече министра энергетики Алжира, который планирует приехать в Москву в сентябре? Стоит ли в повестке вопрос участия России в переговорах по заморозке в Алжире?

— Как сопредседатель межправкомиссии с Алжиром я курирую не только взаимоотношение в области энергетики, но и в целом торгово-экономическое сотрудничество. Замечу, что министр Алжира был назначен недавно, это его первый международный визит. У нас есть перечень вопросов, которые мы обсуждаем в рамках сотрудничества, в частности совместные проекты. Что касается заморозки добычи нефти, то обсуждение этой темы не фигурирует в повестке.

— Сохраняется ли риск падения цены нефти этой зимой, до какого уровня?

— Ранее мы говорили о том, что баланс спроса и предложения нефти будет достигнут только в 2017 году, мы сохраняем эти прогнозы.

В целом по году мы ожидаем, что спрос увеличится на 1,1–1,3 млн баррелей по отношению к предыдущему году. При этом прогнозировать предложение на рынке сложно из-за чрезвычайных ситуаций, которые возникают. Риск снижения цены нефти в целом остается.

— Если сравнить текущую ситуацию на рынке и аналогичную накануне встречи стран-экспортеров нефти в Дохе, выше ли сейчас шансы на принятие решения по заморозке добычи нефти?

— Сегодня мы видим, что ребалансировка рынка затягивается, снижение объема инвестиций в отрасль составляет порядка $200 млрд в год. В результате уже сейчас мы наблюдаем отрицательную динамику показателей по геологоразведке и приросту запасов, а в будущем и вовсе можем оказаться в ситуации дефицита нефти. Поэтому сегодня заморозка уровня добычи как раз тот инструмент, который мог бы ускорить возвращение на рынок баланса спроса и предложения. То, что две страны, добывающие свыше 22% нефти в мире, пришли к договоренностям, должно дать рынку позитивный сигнал и способствовать достижению консенсуса между странами, входящими и не входящими в ОПЕК.

Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > minenergo.gov.ru, 8 сентября 2016 > № 1891742 Александр Новак


Саудовская Аравия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 5 сентября 2016 > № 1882729 Александр Новак

Александр Новак рассказал об итогах переговоров с Эр-Риядом.

 Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью радиостанции «Коммерсантъ-ФМ» подвел итоги состоявшихся на полях саммита группы «G20» переговоров с Министром энергетики, промышленности и минеральных ресурсов Королевства Саудовская Аравия Халидом Аль-Фалихом.

- В ожидании пресс-конференции рост цен на нефть был очень приличный, порядка 5%, все ждали объявления о соглашении по заморозке, но этого не произошло. О чем же тогда удалось договориться с Саудовской Аравией?

- Сегодня мы провели очень конструктивные переговоры, впервые за последние несколько лет вышли на конкретный документт, подписали совместное заявление. Мы договорились о том, что будем координировать свои действия, направленные на стабилизацию нефтяных рынков. Дело в том, что на протяжении порядка двух лет мы наблюдаем достаточно низкие цены на нефть, что сопряжено с большими рисками в будущем, главным образом потому, что ежегодно инвестиции в отрасль сокращаются на 200-250 млрд долларов. Буквально недавно была опубликована статистика о том, что прирост запасов по результатам геологоразведочных работ был наименьшим за последние 70 лет. Это говорит о том, что в перспективе могут быть риски дефицита энергоресурсов – поэтому странам необходимо координировать свои действия, чтобы как можно быстрее сбалансировать рынки.

Такую работу мы проводили в начале года, но были разногласия по подходу между странами ОПЕК, между нами и Саудовской Аравией. Сегодня, мне кажется, мы видим довольно позитивный сигнал: мы договорились проводить совместные действия, связанные со стабилизацией рынков. Существуют разные варианты этих совместных действий.

- Какие варианты?

- Вы сказали, что рынок в ожидании нашего заявления, в ожидании того, что мы должны заявить о заморозке, подрос. Но, конечно, мы не могли сейчас объявить, что замораживаем добычу. Но это наш инструмент, и сейчас мы его будем детально прорабатывать. Саудовская Аравия и мы согласны, что нужно это делать и в ближайшее время мы проработаем конкретные механизмы. В том числе будут открыты двери и для других стран. Важно, что две страны, самые крупные добывающие страны, которые обеспечивают добычу более 22% нефти в мире, могут между собой сейчас договариваться о том, как проводить эту скоординированную политику.

- Скажите, позиция Саудовской Аравии - в рамках ОПЕК, или сегодня была высказана независимо от ОПЕК? Как ведутся переговоры? Как с представителем ОПЕК или нет?

- Это двухсторонний документ по итогам двухсторонних переговоров. Мы, как две страны, готовы проводить такую политику, при этом, конечно, призываем страны, которые входят и не входят в ОПЕК, также участвовать.

- Препятствием в прошлый раз была позиция Ирана, сейчас Иран резко нарастил добычу, говорят, что уже до 4 млн баррелей. Может ли стать и в этот раз позиция Ирана таким же камнем преткновения в решении о заморозке?

- Иран уже действительно почти вышел на досакнционный уровень. Наша позиция, и коллеги из Саудовской Аравии ее сегодня подтвердили, что при достижении Ираном досанкционных объемов Иран может присоединиться к договоренности. Иран сам неоднократно подтверждал такую позицию.

Есть один вопрос касательно цифры, относительно которой считают Иран и другие члены ОПЕК, но это внутреннее дело ОПЕК. Принципиально все согласны, что Иран почти достиг досанкционного уровня и готов присоединиться к соглашению о заморозке.

- И, наверное, последний вопрос о ценовой политике. Много разных противоречивых высказываний: с одной стороны, говорили, что нефть сейчас в районе 50 долларов и договариваться не о чем, с другой стороны, говорят, что через несколько лет это уже создаст дисбаланс в сторону спроса. Только что Президент сказал, что в основном цена текущая нас устраивает. Какой уровень цен был бы оптимальным в данной обстановке и для потребителей, и для производителей?

- Конкретные цифры всегда сложно называть. Я думаю, цена от 50 до 60 долларов за баррель была бы справедливой и для производителей, и для потребителей. На мой взгляд, она позволит привлечь инвестиции в отрасль, но, в любом случае, все будет зависеть от баланса спроса и предложения на рынке. Хочу сказать, что заморозка предлагается не для того, чтобы повысить цены, а чтобы можно было скорее ликвидировать имеющиеся излишки, потому что процесс ребалансировки, на наш взгляд, достаточно затянулся. Ранее, как вы помните, при других кризисах, ОПЕК предпринимала активные действия, в том числе по сокращению объемов добычи. Сегодня мы наблюдаем довольно серьезную конкуренцию, все страны пытаются сохранить свою долю на рынке, и эти нескоординированные действия приводят, к сожалению, к тому, что низкие цены держатся очень долго. Конечно, ребалансировка более быстрыми темпами выгодна всем.

Саудовская Аравия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 5 сентября 2016 > № 1882729 Александр Новак


Саудовская Аравия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > minenergo.gov.ru, 15 августа 2016 > № 1882711 Александр Новак

В интервью саудовской газете «Аш-Шарк Аль-Аусат» Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак рассказал о роли ОПЕК в стабилизации ситуации на рынке нефти, о сотрудничестве России и Ирана в области возобновляемой и ядерной энергетики, влиянии санкций на ТЭК России, а также поделился прогнозами цен на нефть.

Интервью Александра Новака саудовской газете «Аш-Шарк Аль-Аусат».

- Какой в настоящее время общий объем энергии, вырабатываемой в Российской Федерации, за счет традиционных видов ее производства, ядерных и возобновляемых источников, газа? Какова доля этого сектора в российской экономике?

- Основную долю в выработке электроэнергии и в структуре установленной

мощности занимают тепловая, атомная и гидро- генерация. Фактическое потребление электроэнергии в Российской Федерации в 2015 году составило 1036,4 млрд кВт?ч, установленная мощность электростанций – 243,2 ГВт. На ТЭС пришлось примерно 63% выработки 2015 г., на АЭС – около 20%, на ГЭС – более 17%. Доля ВИЭ пока незначительна и составляет менее 0,1%, однако благодаря принятым недавно мерам поддержки зеленой энергетики к 2024 г. планируется ввести около 6 ГВт таких мощностей – солнечных, ветряных электростанций и малых ГЭС. Стимулируется также внедрение ВИЭ в отдаленных, изолированных от российской единой энергосистемы России энергорайонах.

Доля ТЭК в ВВП России по итогам 2015 г. составила 27%.

- Совет министров Саудовской Аравии принял решение о ратификации Российско-саудовского соглашения о сотрудничестве в сфере мирного использования ядерной энергии, подписанного в г. Санкт-Петербурге. Каково экономическое значение этого сотрудничества между двумя странами? Можете ли Вы привести какие-либо подробности плана реализации этого соглашения и его итоги?

- Межправительственное соглашение, которое вступило в силу в марте 2016 г., является, в первую очередь, базовым документом, правовой основой, открывающей возможности по сотрудничеству между Россией и Королевством Саудовская Аравия по самому широкому спектру направлений в области применения мирного атома. В частности, это сотрудничество по проектированию, сооружению, эксплуатации и выводу из эксплуатации энергетических и исследовательских ядерных реакторов, опреснительных установок, предоставлению услуг в области ядерного топливного цикла, радиационных отходов и отработавшего ядерного топлива, применения радиационных технологий в промышленности, геологии, медицине, сельском хозяйстве, подготовки кадров и т.д. При этом речь идет не только о совместных проектах в Саудовской Аравии, но и в третьих странах, где Россия реализует проекты в атомной сфере.

На основе Соглашения был создан российско-саудовский Совместный Координационный Комитет по сотрудничеству в области мирного использования атомной энергии, задачей которого являются дальнейшие консультации по вопросам реализации Межправсоглашения и выработке взаимовыгодных проектов. В марте 2016 года состоялся очередной раунд переговоров в формате заседания этого Комитета. Обсуждалась возможность привлечения Госкорпорации «Росатом» к проектам по реализации национальной атомной программы Саудовской Аравии и возможности для привлечения страны к проектам Росатома в третьих странах.

Хотелось бы отметить, что двустороннее сотрудничество между нашими странами не ограничивается сооружением АЭС. Также планируем развивать сотрудничество в области неэнергетических ядерных технологий: ядерная медицина, радиационные технологии и пр.

- Как Вы расцениваете текущую ситуацию на нефтяном рынке в свете падения цен и насколько Вы оптимистичны на счет будущего нефтяного рынка и возвращения справедливых цен на нефть? Какую роль должна играть ОПЕК в такой ситуации?

- Доля ОПЕК в мировой добыче нефти составляет 41-42% - это значительные объемы для того, чтобы страны внутри организации были заинтересованы вести согласованную политику. Также на сегодняшний день страны ОПЕК обладают одним из наиболее высоких потенциалов по приросту добычи, что делает их важным игроком на рынке. Мы видим, что в I полугодии нынешнего года глобальное предложение нефти впервые за последние годы существенно не растет, а форс мажорные обстоятельства во многом убрали тот объем перепроизводства, который давил на цены. Дисбаланс на рынке будет сокращаться, при этом хочу отметить, что до полной, органической ребалансировки еще достаточно далеко – мы ожидаем ее только в 2017г, т.к. возвращение на рынок канадских объемов и, возможно, добычи в Нигерии может снова привести к перепроизводству. Но для стабильного обеспечения мира нефтью, потенциала одного лишь сланца вряд ли будет достаточно, что создает предпосылки для роста цен на нефть в будущем, хотя уровень ближе к $100 за баррель мы вряд ли увидим в обозримом будущем. Со своей стороны готовы продолжать взаимодействие с ОПЕК по вопросам, представляющим взаимный интерес, в том числе, в рамках хорошо зарекомендовавшего себя механизма энергодиалога Россия – ОПЕК.

- Какие Вы видите варианты сотрудничества с Саудовской Аравией с целью стабилизации цен и нефтяного рынка, и какие действия требуется предпринять для реализации этого на глобальном уровне?

- Идея заморозки добычи нефти странами-производителями, обсуждавшая в апреле, сыграла свою роль в стабилизации рынка. Спекулянты увидели: страны-производители могут достигнуть договоренностей. Дверь для продолжения переговоров остается открытой, в случае возникновения такой необходимости.

Что касается сотрудничества с Саудовской Аравией, диалог между нашими странами активно развивается, как в рамках многосторонних форматов, так и на двустороннем треке. В том числе мы взаимодействуем в рамках консультаций по ситуации на рынке нефти стран ОПЕК и ведущих неОПЕКовских производителей. И мы намерены продолжать диалог по стабилизации рынков и готовы к самой широкой координации по этому вопросу и выработке совместных мер для стабилизации мировых нефтяных рынков при условии, что эти меры не будут иметь краткосрочный характер, а будет обеспечен долгосрочный цикл окупаемости проектов.

- Насколько на российскую экономику повлияло падение цен на нефть? Каков Ваш план по реагированию на такое падение цен? Когда Вы ожидаете ближайшее возвращение цен на нефть на максимально высокий уровень?

- Российская экономика доказала свою устойчивость в условиях неблагоприятной внешней конъюнктуры. Своевременные действия Правительства России по поддержке ключевых секторов позволили экономике адаптироваться и помогли сохранить высокий уровень золотовалютных резервов – на 1 мая 2016 г. он составил 391,5 миллиарда долларов. На низком уровне (менее 6%), осталась безработица, удалось сохранить небольшой размер внешнего долга и профицит торгового баланса (160 миллиардов долларов в 2015 году).

Структурная диверсификация российской экономики, которая сейчас проводится, создает задел для перехода к ее стабильному росту в ближайшей перспективе. Основная задача состоит в ускоренном развитии несырьевых отраслей. Доля нефтегазовых доходов уже стала сокращаться: в январе-апреле 2016 года нефтегазовые доходы федерального бюджета составили 1 318,5 млрд. рублей или 5,3 % годового ВВП, что на 2,9 п.п. ниже, чем за аналогичный период предыдущего года.

Отмечу, что развитие российского нефтегазового комплекса не противоречит идее диверсификации экономики – нефтяная и газовая промышленность остается драйвером инновационного и технологического потенциала страны. Введение гибкого курса рубля, а также высокие темпы развития, набранные отраслью в докризисные годы, позволили российским нефтегазовым компаниям в условиях низких цен на нефть не сокращать инвестиции в стратегически важные проекты и сохранить свои позиции на мировом рынке, в то время как практически все мировые мейджоры шли на сокращение инвестпрограмм и персонала.

Сейчас, по мнению большинства экспертов, дно экономического кризиса пройдено. Восстановление баланса спроса и предложения на рынке нефти уже началось, и к концу 2017 года мы ожидаем увидеть окончание цикла низких цен и их стабилизацию.

- Насколько на российскую экономику повлияли санкции ЕС, и какие усилия Вы прилагаете для их снятия и устранения их последствий? Был ли в отношениях с Турцией другой эффект? Какой он?

- Мы остаемся открытыми к сотрудничеству со всеми нашими зарубежными партнерами, готовы возобновить его в любой момент, но каких-то целенаправленных шагов по снятию санкций не предпринимаем – мы считаем более целесообразным адаптироваться к новым вызовам, эффективнее выстраивать экономические и технологические цепочки, осваивать новые рынки. В этом отношении гораздо большую обеспокоенность выражают наши традиционные партнеры (а это ведущие мировые компании, которые были вынуждены уйти из перспективных российских проектов), ведь сегодня интерес к таким проектам все больше проявляют инвесторы из АТР.

В условиях западных экономических и технологических санкций основными задачами для России стали поиск внутренних финансовых ресурсов и реализация политики импортозамещения. Решению первой задачи способствуют целевое выделение средств под ключевые проекты из ФНБ (из нефтегазовых – проект «Звезда» компании «Роснефть», проект «Ямал-СПГ» компании НОВАТЭК), проектное финансирование в отдельных отраслях экономики, привлечение кредитных ресурсов российских и азиатских финансовых институтов. Сегодня мы можем констатировать, что зависимость от зарубежного фондирования уже снизилась. Если на начало 2015 года объем средств, полученных российскими банками от зарубежных, по данным Центробанка, составлял 2,7 трлн рублей, то на 1 мая 2016 года этот показатель упал до 1,8 трлн рублей.

Задача по импортозамещению планомерно решается в рамках утвержденных Правительством отраслевых планов. Корпоративные планы импортозамещения были разработаны и включены в долгосрочные программы развития всех госкомпаний ТЭКа – и сегодня доля закупок отечественной продукции составляет свыше 75%.

Хотел бы отметить, что ведется активная работа по обеспечению российской нефтегазовой отрасли собственными судами для разработки шельфовых проектов, созданию собственной технологии СПГ. Определенные успехи достигнуты в нефтегазохимической отрасли: в результате проведенных в 2015 году мероприятий удалось снизить зависимость от зарубежных поставок катализаторов. При общем потреблении 46,9 тыс. тонн катализаторов доля российской продукции выросла до 37,5% (31,76% в 2014 году), в нефтехимии по основным процессам — 35,7% (34,2% в 2014 году).

- Как Вы считаете, повлияло ли производство сланцевой нефти в США на цену традиционной нефти? Означает ли это, что США не будут нуждаться в нефти из других стран, и продолжит ли Америка производство сланцевой нефти, несмотря на рост расходов?

- Безусловно, стремительный рост производства нефти из нетрадиционных источников в США оказал непосредственное влияние на ценовые колебания на рынке, которые мы наблюдаем в последние два года. Только в 2013-15 США добавили более 2.3 млн баррелей добычи, а если брать период с 2010, то прирост на пике составил более 4 млн баррелей в сутки. Это стало возможно благодаря существенному росту производительности (более чем в 3 раза за последние 7 лет) и снижению стоимости бурения, а также ввиду доступности финансирования. Дополнительные объемы, оказавшиеся на рынке, на фоне замедления темпов роста экономик крупных покупателей углеводородов, в частности, Китая, привели к закономерному снижению цен. Это отразилось, прежде всего, на производителях с высокими издержками – сланцевой нефти, производства из битуминозных песчаников, глубоководного бурения и др. Сейчас производители испытывают трудности в связи с падением цен на нефть, и мы уже наблюдем падение сланцевой добычи более чем на 700 тыс баррелей в сутки с пика. Мы видим оценки, в том числе от Минэнерго США, о том, что добыча в Америке снизится на 1,2 млн баррелей за два года - с 2015 по 2017. Вероятнее всего, на рынке останутся только эффективные и устойчивые проекты, в том числе и сланцевые, а неконкурентоспособное производство будет заморожено. США вряд ли смогут полностью обеспечить себя нефтью, но существенное снижение зависимости от импорта возможно. Также мы отмечаем, что низкие цены на нефть подстегнут спрос, мы видим это уже сейчас, и, как я уже говорил, в результате мы ожидаем, что к концу 2017 г. рынок вернется к долгосрочной стабилизации.

- В настоящее время Эр-Рияд стремиться к разработке альтернативных источников энергии - ядерных и возобновляемых. Увидим ли мы сотрудничество Москвы и Эр-Рияда на этом направлении в свете «Саудовского видения 2030»?

- Безусловно, мы положительно оцениваем инициативы Саудовской Аравии в направлении развития мирного использования ядерной энергии. Амбициозные цели Правительства Королевства говорят сами за себя: в Вашей стране планируется строительство 16 ядерных реакторов в течение ближайших 25 лет, которые смогут вырабатывать около 20% необходимой электроэнергии. Такие серьезные планы можно только приветствовать. Более того, мы заинтересованы в совместной реализации этих планов.

Как и для любой страны-новичка в атомной сфере реализация национальной атомной программы при отсутствии соответствующей ядерной инфраструктуры задача крайне непростая, тем более такая, как в Королевстве. Требуется решить целый ряд вопросов: выстраивание системы лицензирования, подготовка нормативно-правовой базы, подготовка профессиональных кадров, выбор модели финансирования и определение технико-экономических характеристик, проведение необходимого объема проектно-изыскательских работ, определение формата для выбора квалифицированного подрядчика.

Для стран, принимающих решение о строительстве АЭС, имеют большое значение вопросы надежности и безопасности технологий. Но для этого мало построить станцию, надо также обеспечить ее стабильную работу с хорошими экономическими показателями, выстроить комплексную систему подготовки квалифицированных кадров, выстроить работу полноценного регулятора. И попутно решить огромное количество других вопросов: что делать с ОЯТ, как выстраивать логику по контрактации топлива, поскольку требуется понимание, где станция будет брать топливо все 60-80 лет эксплуатации.

Ваша страна – не первая, кто столкнется с необходимостью создания атомной отрасли с нуля. Госкорпорация «Росатом» имеет значительный опыт по реализации проектов сооружения АЭС по всему миру в странах-новичках, которые не имеют атомного бэкграунда. Среди таких проектов можно назвать проект сооружения АЭС в Бангладеш, Вьетнаме. Нами реализуется проект сооружения первой АЭС в Турции и Иордании, Египте.

Во всех этих случаях мы предлагаем интегрированное предложение. Оно уникально, никто в мире сегодня больше не может предложить то, что предлагаем мы: комплекс настраиваемых под Заказчика услуг, включая современный проект атомной станции поколения 3+, сочетающий активные и пассивные системы безопасности и отвечающий всем постфукусимским требованиям, обеспечение свежим ядерным топливом, высокий уровень локализации, поддержку в формировании, совместно с национальными органами, ядерной инфраструктуры и нормативно-правовой базы, обеспечивающих эффективное управление и надзор за использованием атомной энергии в мирных целях, комплекс решений в вопросах обращения с РАО и ОЯТ, подготовку кадров и ядерное образование, мероприятия в области популяризации атомной энергетики и работы с заинтересованными сторонами.

Немаловажным элементом нашего предложения является гибкие финансовые условия проекта. И конечно, в числе наших преимуществ – опыт и наличие референтости: реактор ВВЭР, который мы предлагаем сегодня, это один из самых распространенных типов реакторов в мире, наши блоки можно в прямом смысле слова «пощупать руками» и в России, и за рубежом.

Также мы внимательно следим за реформами в Саудовской Аравии, направленными на диверсификацию экономики Королевства, в частности, сведение к минимуму зависимости от экспорта углеводородов и развитие новых ее отраслей. Полагаю, что опыт Эр-Рияда на этом направлении будет также весьма полезным для нашей страны.

Что касается налаживания сотрудничества России и Саудовской Аравии в сфере возобновляемых источников энергии, то отмечу, что определенные шаги в этом направлении уже предпринимаются. Так, прорабатывается возможность формирования соответствующей нормативно-правовой базы, которая определит основные векторы нашего взаимодействия. Надеюсь также на достижение практических договоренностей между бизнес сообществами двух стран.

- Некоторые страны, например, Швеция, Италия, Бельгия и Германия, прекратили использование ядерной энергетики для производства электричества. Есть ли у Вас такое намерение? Какие меры Вы принимаете для безопасной утилизации ядерных отходов?

Из всех вами перечисленных стран только Италия закрыла свои атомные станции, но сделала это в 90-х годах прошлого века (последний реактор был закрыт в 1990-м году) под давлением зеленых после аварии на Чернобыльской АЭС. Но сегодня Италия импортирует до 10% электричества, вырабатываемого атомными мощностями других стран.

В Бельгии в настоящий момент эксплуатируются 7 энергоблоков, которые обеспечивают порядка 50% энергопотребления страны. Швеция производит до 40% энергии за счет эксплуатации 10 атомных энергоблоков.

Германия, продекларировавшая отказ от атомной энергетики в пользу возобновляемых источников с 2024 года, до сих пор по факту не отказалась от использования этого типа генерации: в Германии 8 атомных энергоблоков находятся в стадии эксплуатации.

И этому есть разумное объяснение: атомная энергетика и возобновляемые источники энергии не являются конкурирующими или тем более взаимоисключающими: у каждого есть свои преимущества, модели применения и ограничения. В мире всегда будут существовать различные виды генерации. Главный вопрос – не какой источник энергии лучше, а каков баланс различных типов генерации? И все больше в странах-новичках, развивающих атомную энергетику, растет понимание, что атомная генерация должна являться источником компенсации базовой нагрузки, а источником, компенсирующим пиковые нагрузки, должна стать энергия, вырабатываемая с помощью ВИЭ.

Что касается системы менеджмента обращения с ядерными отходами. Россия рассматривает это направление как интегральную составляющую всего ядерного топливного цикла, к замыканию которого мы стремимся. Именно поэтому Росатом уделяет большое внимание развитию таких направлений деятельности, как разработка РЕМИКС-топлива, возвращение продуктов переработки ОЯТ в ядерный топливный цикл. Отдельный акцент мы также делаем на развитии мощностей по переработке ОЯТ на территории России. Глобальная задача сделать ядерную энергетику фактически безотходной, а значит «зелёной», стоит за технологией замкнутого топливного цикла, основу которого составляют реакторы на быстрых нейтронах. Россия далеко продвинулась и в этом направлении: запущен блок БН-800 (будет сдан в промышленную эксплуатацию осенью 2016 года), работает завод по производству МОКС-топлива в Железногорске. В Северске реализуется проект ПРОРЫВ, который позволит использовать полный энергетический потенциал уранового сырья (не только уран-235, но и уран-238). Россия является единственной страной в мире, которая занимается разработкой проекта по замыканию ядерно-топливного цикла на базе «быстрых нейтронов», благодаря которой в будущем можно будет фактически забыть о захоронении отходов.

Решение вопросов обращения с ОЯТ и «ядерным наследием» – наш вклад в зеленую энергетику. Хочу подчеркнуть: для России принципиально важно не перекладывать проблемы ядерного наследия на будущие поколения. Каждый ответственный вендор должен думать о стадии бэкенда, Россия и в этой области демонстрирует технологическое и научное лидерство.

Саудовская Аравия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > minenergo.gov.ru, 15 августа 2016 > № 1882711 Александр Новак


Россия > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 25 июля 2016 > № 1838450 Александр Новак

Александр Новак доложил Президенту РФ Владимиру Путину о ситуации в топливно-энергетическом комплексе.

Президент Российской Федерации Владимир Путин провёл рабочую встречу с Министром энергетики РФ Александром Новаком.

Александр Новак отметил, что в первом полугодии текущего года предприятия топливно-энергетического комплекса отработали стабильно.

«Объёмы добычи нефти за первое полугодие составили 270 миллионов тонн – это на 2,1 процента выше по отношению к прошлому полугодию. По объёмам добычи угля мы выросли примерно на шесть процентов, добыли 186 миллионов тонн. Выработка электроэнергии выросла на один процент, это говорит о том, что есть заказ на продукцию электроэнергетики, и рост потребления – это позитивный фактор. Что касается газовой отрасли: в первом полугодии мы увидели снижение на 1,3 процента, это связано было с большей загрузкой гидроэлектростанций, а также с более тёплой зимой. К концу года мы планируем выйти примерно на те же показатели, что и в прошлом году», - сказал глава Минэнерго России.

Министр подчеркнул, что, несмотря на высокую конкуренцию, Россия сохраняет лидирующие позиции в мире по экспорту энергоресурсов.

«По газу мы увеличили объёмы экспорта в первом полугодии по сравнению с прошлым годом примерно на шесть миллиардов кубических метров, или на 6,8 процента. По нефти прирост составил 6,2 процента, по углю – 8,2 процента. В этом году впервые общий объём экспорта угля на восток превысил западное направление», - доложил Министр.

Глава Минэнерго сообщил, что с 1 июля состоялся переход на потребление в Российской Федерации нефтепродуктов пятого класса в полном объёме.

«Наши предприятия за счёт модернизации нефтеперерабатывающих заводов, введения в текущем году 12 установок обеспечили переход в те сроки, которые мы обозначали, – 1 июля. За счёт модернизации в этом году снизилось производство мазута - на 21 процент. Мы впервые по итогам 2016 года выпустим всего 56 миллионов тонн, а в предыдущие годы было 78 миллионов тонн. Это означает, что эти 20 с лишним миллионов тонн переработаны в более высококачественную продукцию, это и бензин высокого класса, и другие продукты, и битум для производства дорожных работ», - сказал Александр Новак.

Министр отметил, что Россия занимает одно из ведущих мест в угольной промышленности, каждый год увеличивается процент обогащения. «Сейчас у нас 51 процент, ещё недавно было 30 процентов. В перспективе мы выходим на 85 процентов. Это тоже глубокая переработка продукции, угля, который идёт уже на потребление», - добавил глава российского Минэнерго.

Говоря о влиянии на отрасль налогового маневра, Александр Новак отметил: «На наш взгляд, манёвр необходимо завершить, и с 1 января 2017 года должны вступить в силу окончательные параметры, уже третьи по счёту: снижение экспортной пошлины до 30 процентов и повышение НДПИ».

В ходе встречи Министр отдельно остановился на теме импортозамещения. «Все компании активно включились в работу. В частности, в электроэнергетике мы на 100 процентов были зависимы от импорта генерирующего оборудования. В этом году в Екатеринбурге компания «РОТЕК» создала на территории Уральского турбинного завода Центр восстановления и производства деталей горячего тракта гозотурбинных установок – первое в России производство, содержащее технологическую линию полного цикла ремонта подобных деталей. Хочу привести положительный пример также в части нефтедобычи. На Вынгапуровском месторождении «Газпром нефть» успешно осуществлены опытно-промышленные испытания российской роторной управляемой системы для бурения горизонтальных скважин, критически важных для шельфовых и сланцевых проектов. К 2019 году будет налажено промышленное производство, то есть мы полностью избавимся от зависимости от импортных технологий», - доложил Александр Новак.

Министр подчеркнул, что, несмотря на наличие проблем с привлечением внешнего финансирования, объём инвестиций в целом в топливно-энергетический комплекс в этом году ожидается примерно 3 триллиона 600 миллиардов рублей, то есть прирост составит почти 15 процентов.

В качестве одной из актуальных задач Министр назвал повышение конкуренции на внутреннем рынке между компаниями и обеспечение прозрачного механизма ценообразования.

«Для обеспечения конкуренции развивается биржевой механизм. Мы отмечаем очень позитивный момент в первом полугодии текущего года: на бирже природного газа у нас в два раза увеличились объёмы торговли. Сейчас в покупке и продаже газа участвуют уже более 58 предприятий», - сообщил Александр Новак.

При этом Министр добавил, что развиваются возможности независимых производителей газа, продолжается биржевая торговля нефтепродуктами.

«Совместно с Федеральной антимонопольной службой мы разрабатываем механизмы биржевой торговли нефтью. И отдельное направление в этой части – это создание бенчмарка российской нефти, эталона сорта Urals. Первая торговля поставочными контрактами на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже будет обеспечена к концу 2016 года», - сказал глава Минэнерго России.

Россия > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 25 июля 2016 > № 1838450 Александр Новак


Россия > Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 25 июля 2016 > № 1837509 Александр Новак

Встреча с Министром энергетики Александром Новаком.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с Министром энергетики Александром Новаком. Обсуждалась ситуация в топливно-энергетическом комплексе.

В.Путин: Александр Валентинович, поговорим по итогам работы отрасли за полугодие. Показатели хорошие?

А.Новак: Владимир Владимирович, мы подготовили подробную презентацию о показателях работы топливно-энергетического комплекса, но я постараюсь коротко доложить об основных итогах своими словами.

Первое, что хотелось бы сказать: в первом полугодии предприятия топливно-энергетического комплекса отработали стабильно, обеспечили энергобезопасность страны, регионов, обеспечили поставки в необходимых количестве, номенклатуре и качестве энергопродукции и энергоуслуг.

Что касается производственных показателей, объёмы добычи нефти составили за первое полугодие 270 миллионов тонн – это на 2,1 процента выше по отношению к прошлому полугодию. По объёмам добычи угля мы выросли примерно на шесть процентов, 186 миллионов тонн добыли.

Выработка электроэнергии выросла на один процент, это говорит о том, что есть заказ на продукцию электроэнергетики, и рост потребления – это позитивный фактор.

Что касается газовой отрасли: в первом полугодии мы увидели снижение на 1,3 процента, это связано было с большей загрузкой гидроэлектростанций, а также с более тёплой зимой. К концу года мы планируем выйти примерно на те же показатели, что и в прошлом году.

В.Путин: По добыче?

А.Новак: Что касается экспорта, мы сохранили лидирующие позиции в мире, несмотря на то, что конкуренция сейчас жесточайшая.

В.Путин: Как Миллер докладывал, увеличили даже?

А.Новак: Да, по газу мы увеличили объёмы экспорта по сравнению с прошлым годом примерно на шесть миллиардов кубических метров, это на 6,8 процента по сравнению с прошлым годом, в первом полугодии.

В.Путин: Это прилично.

А.Новак: По нефти 6,2 процента прирост составил, по углю – 8,2 процента, несмотря на то что у нас, как Вы знаете, с Китайской Народной Республикой есть уменьшение объёмов поставок и мы с ними продолжаем работать с точки зрения упрощения процедур проверки качества.

Тем не менее в этом году впервые, Владимир Владимирович, у нас общий объём экспорта угля на восток превысил западное направление. То есть раньше у нас западное направление было доминирующим, в этом году уже вышли на 51 процент на восточное направление за счёт таких стран, как Япония, Южная Корея, Индия, Вьетнам.

Это направление развивается, развивается портовая инфраструктура, и экспорт в принципе растёт, несмотря на то что есть трудности с ценами, так же, как и по нефти, и по газу, по угольной продукции у нас достаточно низкие цены на сегодняшний день.

При этом ещё раз хочу сказать, что с такой жесточайшей конкуренцией наши предприятия топливно-энергетического комплекса сейчас успешно справляются и конкурируют на мировых рынках.

Хотел бы сказать ещё о том, что мы поставили задачу не только обеспечения внутреннего рынка и лидирующего положения на внешних рынках. Самая главная задача – это диверсификация предприятий топливно-энергетического комплекса, модернизация и производство конечной продукции с добавленной стоимостью, которая бы позволила добавить строительство предприятий в Российской Федерации и продавать конечную продукцию, снизить импортозависимость от некоторых видов продукции.

Хочу отметить, что в этом году у нас увеличились объёмы производства газохимической продукции в соответствии с программой реализации в газохимической промышленности. В этом году будет, и мы уже видим, 15-процентный рост производства крупнотоннажных полимеров, которые идут на переработку и уже в дальнейшем на производство химической продукции.

Мы в этом году с 1 июля перешли на потребление в Российской Федерации нефтепродуктов пятого класса в полном объёме. То есть наши предприятия за счёт модернизации нефтеперерабатывающих заводов, введения в этом году 12 установок обеспечили переход в те сроки, которые мы обозначали, – 1 июля.

В.Путин: Модернизация, о которой Вы сейчас говорите, мы говорили о необходимости проведения этих работ ещё лет 5–6 назад. И тогда у компаний были определённые планы. Как Вы считаете, эти планы выполняются?

А.Новак: Владимир Владимирович, планы выполняются с точки зрения перехода на пятый экологический класс. Тем не менее в прошлом году ввиду финансовых трудностей 16 установок были перенесены на более поздние сроки. Мы в этом году введём 12 установок и в период включительно по 2018 год ещё 36 установок.

Этот незначительный сдвиг не влияет на обеспечение качественной продукцией. Самое главное, что мы в короткие сроки, в течение пяти лет, перешли со второго класса на потребление пятого класса, а это в сотни, в тысячи раз снижает выброс в атмосферу загрязняющих веществ.

В то время как в европейских странах переход занимал от 10 до 15 лет. Это очень короткий срок, в течение которого наши предприятия вложили большие средства.

В.Путин: Мы в Киришах обсуждали это на одном из совещаний.

А.Новак: Вами была принята программа в 2009 году, и эта программа реализуется. Мы будем, безусловно, продолжать её мониторить, и все 135 установок будут введены, для того чтобы модернизация нефтеперерабатывающих заводов закончилась.

Ещё хотел бы сказать о том, что за счёт модернизации снизилось производство мазута. В этом году на 21 процент, это низкокачественные нефтепродукты. Мы впервые в этом году выпустим всего 56 миллионов тонн, а в предыдущие годы было 78 миллионов тонн.

Это означает, что эти 20 с лишним миллионов тонн переработаны в более глубокую продукцию, это и бензин высокого класса, и другие продукты, и битум для производства дорожных работ, то есть более качественная переработка.

Так же по другим направлениям. В угольной отрасли внедряются новые методы обогащения. Буквально недавно у нас конгресс прошёл в Санкт-Петербурге, в Горном университете, мировой конгресс, который проходит раз в три года по теме обогащения угля.

Россия здесь занимает одно из ведущих мест, каждый год увеличивается процент обогащения. Сейчас у нас 51 процент, недавно ещё было 30 процентов. Мы выходим в перспективе на 85 процентов. Это тоже глубокая переработка продукции, угля, который идёт уже на потребление.

В.Путин: Александр Валентинович, а этот известный налоговый манёвр как на отрасли отражается?

А.Новак: Владимир Владимирович, что касается налогового манёвра, мы, безусловно, мониторим эту ситуацию. И конечно, когда он рассчитывался, были цены два года назад в районе около 100 долларов за баррель.

Сейчас цена ниже, 50 долларов, и те параметры, которые были заложены за счёт снижения экспортной пошлины, повышения налога на добычу полезных ископаемых, конечно, несколько отличаются от тех, которые были заложены.

Тем не менее какого–то существенного негативного влияния на отрасль это не оказало, хотя, конечно, нефтяные компании проиграли в этом налоговом манёвре, потому что при более низкой цене повышающий [коэффициент] НДПИ стабилен, распространяется на всю продукцию, а экспортная пошлина от меньшей цены берётся в меньшем объёме.

На наш взгляд, этот манёвр необходимо завершить, и с 1 января 2017 года окончательные параметры должны вступить в силу, уже третьи по счёту: снижение экспортной пошлины до 30 процентов и повышение НДПИ. Здесь важно не менять тех решений, которые были приняты, потому что компании планируют, исходят в своей деятельности из тех решений, которые были.

И хотел бы сказать, что благодаря тем решениям, которые были приняты ещё в 2009 году и потом реализованы в виде нормативных правовых актов и законов, у нас простимулирована добыча трудноизвлекаемых залежей нефти.

В этом году почти на 15 процентов растёт добыча в этой части. Несмотря на то, что есть трудности с привлечением финансирования и участием иностранных компаний, наши компании работают.

Хочу отдельно отметить работу, связанную с импортозамещением. Все компании активно включились в эту работу, и, работая, особенно с госкомпаниями, через систему государственного управления, каждая компания приняла у себя программу импортозамещения, долгосрочные контракты с российскими компаниями, и сегодня мы уже получаем эффект.

В частности, могу сказать, что если брать, допустим, электроэнергетику, одна из проблем, которая у нас была, – то, что мы на 100 процентов были зависимы от импорта генерирующего оборудования, особенно горячей части, это производство лопаток.

На сегодня в этом году в Екатеринбурге компания «РОТЕК» на базе Уральского турбинного завода освоила ремонт и восстановление лопаток горячей части наших генерирующих газотурбинных установок.

В.Путин: То есть наши энергетики расширяют объёмы заказов для нашей промышленности?

А.Новак: Да, и сейчас этот рынок наши предприятия берут полностью. И такие компании, как «Сименс» и «Дженерал Электрик», сейчас, после этого (раньше они 100 процентов обслуживали), открывают предприятия здесь, в России.

В качестве примера могу привести: компания «Транснефть» в Челябинске открыла завод по производству крупных перекачивающих насосов тоже российского производства совместно с итальянцами, и здесь идёт локализация производства.

В.Путин: Раньше брали с Украины?

А.Новак: В основном брали с Украины, из города Сумы.

Хочу привести положительный пример в части нефтедобычи, поскольку здесь, что касается наклонного или горизонтального бурения, зачастую используются иностранные технологии, особенно роторные управляемые установки.

Сегодня компания «Газпромнефть» на базе Вынгапуровского месторождения провела опытно-промышленные испытания российских образцов, которые разработаны российскими предприятиями, Санкт-Петербургскими научными предприятиями.

И уже после этих опытных испытаний к 2019 году будет налажено промышленное производство, то есть мы полностью избавимся от зависимости от импортных технологий.

Сейчас идёт работа по программному обеспечению, по телекоммуникационному оборудованию, то есть по тем самым современным технологиям, которые раньше закупались только за границей. И это лишь несколько примеров того, что в последнее время мы поставили задачу под Вашим руководством, Председателя Правительства, и реализуется программа снижения зависимости от иностранных технологий, то есть это обеспечение стабильности и загрузки наших предприятий.

В.Путин: Хорошо, это развитие высокотехнологичной сферы экономики.

А.Новак: Ещё, если можно, хотел бы сказать про инвестиции несколько слов, потому что, несмотря на низкие цены, несмотря на то, что есть проблемы с привлечением внешнего финансирования, объём инвестиций в целом в топливно-энергетический комплекс в этом году ожидается примерно три триллиона 600 миллиардов рублей. Если сравнить с прошлым годом, то было около трёх триллионов 100 миллиардов рублей, то есть прирост – почти 15 процентов.

Мы видим прирост и в нефтяной отрасли, и в газовой, поскольку в газовой отрасли, как известно, один только «Ямал СПГ» прирастил инвестиции в 2016 году, хотя и в 2015-м они тоже были около 400 с лишним миллиардов, в этом году ещё больше.

Прирост есть в угольной отрасли, нефтяной отрасли и в электроэнергетике. Это означает, что компании продолжают инвестировать в этих условиях, изыскивают средства. В этом году, могу сказать, будет в электроэнергетике введено почти 6,5 тысячи мегаватт мощностей, уже за первое полугодие 1400 мегаватт введено, это в Челябинской области.

В.Путин: Это очень много, это на уровне рекордов прошлых лет.

А.Новак: Могу сказать, что вся программа ГОЭЛРО, которая была принята 95 лет назад, подразумевала ввод примерно 3,5 тысячи мегаватт, то есть мы за год делаем программу, которая была раньше рассчитана на 5–10 лет.

Но в целом та программа, которую Вы приняли в 2009 году по модернизации мощностей, уже выполнена на 85 процентов, то есть мы фактически из 30 тысяч мегаватт почти 26 тысяч мегаватт вводим с учётом 2016 года, и она заканчивается в 2017–2018 году, там остаются небольшие объёмы и небольшие вводы.

И сейчас, конечно, стоит задача не только строить новые основные фонды, которые модернизировались благодаря этой программе на 10 процентов, а необходимо решить две задачи: вывести старые неэффективные основные фонды, мощности и создать условия для модернизации старых мощностей.

То есть сейчас нам наращивать общую установленную мощность нет необходимости в ближайшие несколько лет. Нам необходимо продолжить модернизацию внутри отрасли и вывести неэффективные мощности. И мы здесь готовы предложить отдельную программу, которая была принята в 2009 году.

И последнее, что хотелось бы сказать о работе топливно-энергетического комплекса. Одна из задач, которые мы перед собой ставим, – это повышение конкуренции на внутреннем рынке между компаниями и обеспечение прозрачного механизма ценообразования.

Для обеспечения конкуренции развивается биржевой механизм. И очень позитивный момент мы отмечаем в первом полугодии этого года: на бирже природного газа у нас в два раза увеличились объёмы торговли. Более 58 предприятий участвуют уже сейчас в покупке и продаже газа.

В.Путин: Это очень хорошо, потому что это значит, что будут развиваться и возможности независимых производителей.

А.Новак: Независимые производители сейчас участвуют, и «Роснефть» участвует, и «Новатэк» участвует в этих торгах. Доля « Краткая справка Газпром Газпрома» составляет 56 процентов, остальное – уже независимые.

Биржевую торговлю мы также продолжаем по нефтепродуктам, и мы обеспечиваем порядка 20 процентов торговли, что создаёт бенчмарк в целом для нефтепродуктов. Благодаря этому, кстати, у нас на самом деле и цены держатся на автозаправочных станциях, которые фактически за период с нового года выросли на 3–4 процента, то есть ниже, чем индекс потребительских цен. Это в том числе благодаря биржевой торговле.

И сейчас с Федеральной антимонопольной службой мы разрабатываем механизмы биржевой торговли нефтью. И отдельное направление в этой части – это создание бенчмарка российской нефти, то есть создание его эталона от торговли – «Юралс» (Urals). Это мы Вам докладывали, и Вы нам поручали этим заняться.

Могу сказать, что сейчас уже мы вышли на то, что первая торговля поставочными контрактами на Санкт-Петербургской торговой бирже будет обеспечена к концу 2016 года. В порту Приморск, где порядка 45 миллионов тонн нефти можно реализовывать, и это будет уже сорт «Юралс», которым впервые мы будем торговать.

В.Путин: Это очень важно, потому что это даст возможность и влиять на ценообразование, в конце концов.

А.Новак: И ценообразование, и второе: дисконт, который мы сегодня имеем в привязке цен «Юралс» к «Брент», составляет от одного до трёх долларов. Он фактически должен уменьшиться, и наше предприятие получит дополнительную прибыль, дополнительные налоги, в целом дополнительные доходы Российской Федерации. Самое главное – это стабильное определение цены, не зависящее от манипуляций марки «Брент».

Ещё хотел сказать об одном из важных, на мой взгляд, направлений. Мы также занимаемся развитием и упрощением систем подключения к энергетической инфраструктуре. Вы знаете отлично про электроэнергетику, где мы поднялись со 183-го места на 29-е в последние несколько лет. Сейчас разработана «дорожная карта» такой же программы по газу.

В.Путин: По всем направлениям, включая электроэнергетику и газ, ещё очень много работы.

А.Новак: Согласен. Это только начало. По электроэнергетике мы вместе с Агентством стратегических инициатив уже реализовали большой комплекс работ.

И здесь нам важно сейчас распространить положительный опыт Москвы, Санкт-Петербурга, Московской области на другие регионы, чем мы и занимаемся сейчас, такие задачи поставили перед собой.

По газу – конечно, здесь мы фактически в самом начале пути, и нужно будет эту задачу реализовать, потому что много обращений по этому поводу, и мы будем её реализовывать.

В.Путин: Практически по всем направлениям мы наблюдаем, видим развитие, хорошее развитие. Нужно не ослаблять внимание ко всем вопросам, которые мы сейчас затронули.

И конечно, нужно стремиться не к экстенсивному, а интенсивному развитию отрасли, обновлять нужно, переходить на современное оборудование, на современные способы управления отраслью. Пока, насколько я вижу, результаты хорошие. Надеюсь, что и во второй половине года будет не хуже, а только лучше.

Мы с Вами не должны забывать, что сейчас, конечно, не хочется думать о зиме, о морозах, но нужно начинать в полном объёме подготовку к зиме.

А.Новак: Мы готовимся к зиме и доложим о состоянии подготовки к зиме уже непосредственно осенью.

Россия > Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 25 июля 2016 > № 1837509 Александр Новак


Россия > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 21 июля 2016 > № 1832745 Дмитрий Медведев, Александр Новак

Заседание Правительства.

Первый вопрос повестки – о мерах по повышению темпов газификации в России.

Стенограмма:

Д.Медведев: Вначале несколько слов о документах. Речь идёт о трёх постановлениях, которые касаются распределения в текущем году субсидий в транспортной сфере. Мы продолжаем субсидировать региональные и воздушные перевозки и формирование региональной маршрутной сети. Для стимулирования авиакомпаний в рамках программы субсидирования снижены размеры тарифов на перевозку. Кроме того, авиаперевозчикам предоставлена возможность самостоятельно финансировать не менее 50% стоимости самой перевозки.

Расширена сеть субсидируемых маршрутов авиаперевозок, что всегда важно. В неё включены четыре города в Сибирском федеральном округе (это Краснокаменск, Нижнеангарск, Таксимо, Чара) и 12 в Дальневосточном федеральном округе (Дальнегорск, Дальнереченск, Зея, Кавалерово, Ноглики, Пластун, Самарга, Северо-Курильск, Сусуман, Терней, Тында и Шахтёрск). Это, безусловно, для людей дополнительные возможности, поэтому специально назвал населённые пункты.

Также дополнительные рейсы появятся на популярных туристических направлениях с учётом информации, которая получена от туристических агентств и авиаперевозчиков. Это почти 20 тыс. мест в самолётах в Санкт-Петербург, регион Кавказских Минеральных Вод и Республику Алтай.

Кроме того, подписан документ о выделении субсидии в размере 3 млрд рублей производителям автобусов, а также техники на газомоторном топливе для жилищно-коммунального хозяйства. Эта мера будет способствовать увеличению выпуска газомоторной техники и развитию в регионах заправочной инфраструктуры. Необходимость перехода к такого рода технике, которая использует газомоторное топливо, мы также неоднократно обсуждали.

Ещё 3 млрд рублей направляются организациям транспортного машиностроения на компенсацию затрат, которые связаны с производством железнодорожного подвижного состава, что даст потребителям возможность приобрети в текущем году около 20 тыс. грузовых железнодорожных вагонов. Это и дополнительная загрузка транспортного машиностроения, и сохранение рабочих мест, в том числе у смежников.

Теперь – к повестке дня.

Начнём с обсуждения мер по повышению темпов газификации нашей страны. Тема исключительно важная, мы занимаемся ею постоянно, в последние годы во всяком случае. Природный газ, проведённый в города и села, не только улучшает жизнь людей, но и, конечно, создаёт условия для деловой активности, для развития бизнеса, снижает затраты и по времени, и по финансам.

Уровень газификации страны постепенно, но неуклонно увеличивается. С 2005 года, когда, собственно, эта программа заработала, эта позиция увеличилась на 13%, в настоящий момент средний уровень газификации по стране 66%. Это значительное увеличение, и за этими цифрами колоссальные усилия, большая работа, десятки тысяч километров новых газопроводов, сотни тысяч обеспеченных газом домов и квартир, и, конечно, самое главное – миллионы людей, которые получили газ.

Инвестиции только со стороны «Газпрома» составили сотни миллиардов рублей, соответственно, есть встречная часть инвестирования со стороны регионов, она также очень немаленькая.

В последние годы темпы газификации несколько снизились в связи с замедлением экономического роста, повышением энергоэффективности в ряде случаев, но тем не менее принят ряд решений, для того чтобы ситуацию исправить. В частности, в плане действий, который позволяет сократить сроки подключения к газовым сетям новых потребителей, говорится о снятии избыточных административных барьеров. Недавно мы специально установили полномочие по утверждению типовых форм документов, которые нужны для этой процедуры. Тему эту, кстати, обсуждали относительно недавно на совещании. Процедура всё равно долгая. Это вредно с точки зрения развития экономики, улучшения делового климата, поэтому здесь ситуацию нужно поменять. Поручения я на эту тему подписал.

Кроме плана утверждён порядок определения показателей надёжности и качества услуг по транспортировке газа, которые учитываются при формировании тарифов, запущены биржевые торги на природный газ с поставками на месяц вперёд и на сутки вперёд. Также прорабатываются программы газификации регионов, по которым пройдут крупные газотранспортные маршруты, такие как «Сила Сибири» и Сахалин – Хабаровск – Владивосток.

Благодаря этим новым экспортным большим проектам природный газ придёт в дома и города Дальнего Востока, что, конечно, очень важно с учётом того, что там газификации практически не было.

Сегодня мы обсудим, какие дополнительные меры нужно принять для того, чтобы темпы газификации увеличить.

А.Новак: В настоящее время, согласно утверждённой генеральной схеме развития газовой отрасли на период до 2030 года, разработаны и утверждены 82 генеральные схемы газоснабжения и газификации субъектов Российской Федерации. Это позволяет формировать долгосрочные (пятилетние) программы развития газификации и газоснабжения субъектов Российской Федерации, исполнение которых обеспечивается ежегодными планами-графиками синхронизации, утверждёнными совместно ПАО «Газпром» и субъектами Российской Федерации.

Что касается инвестиций за период с 2005 года, в дополнение, Дмитрий Анатольевич, к тому, что Вы сказали, я хотел бы отметить, что действительно львиная доля инвестиций – это инвестиции «Газпрома» в магистральные и межпоселковые газопроводы, это 56%, 270 млрд рублей вложено в период с 2005 года. Около 200 млрд рублей вложено средств субъектов Российской Федерации на развитие внутрипоселковой инфраструктуры и подготовку котельных, около 3% – это средства федерального бюджета, выделенные в рамках отдельных федеральных целевых программ, таких как развитие Калининградской области, Крымского федерального округа, Северо-Кавказского федерального округа, развитие сельского хозяйства.

Совокупный объём инвестиций на сегодня с начала действия программы составил уже более 0,5 трлн рублей.

С 2005 года в Российской Федерации газифицировано почти 4500 населённых пунктов, в среднем около 350 в год. При этом в нынешнем году мы ожидаем газификацию 480 населённых пунктов, что значительно выше среднегодовых показателей. За этот же период построено около 30 тыс. км межпоселковых газопроводов, газифицировано 770 тыс. квартир и домовладений, а также 4700 котельных, перевод которых на газ решает как вопросы повышения энергоэффективности, так и экологические вопросы.

В результате средний уровень газификации достиг 66%. Более высокий уровень газификации на сегодня в городах – 70,4%, в сельской местности – 56,1%, но тем не менее за этот период в сельской местности на 60% повысился объём газификации. Такое различие в темпах объясняется низким уровнем газификации села до начала программы, а также большей востребованностью со стороны жителей села, не имеющих централизованного теплоснабжения.

Важно отметить также, что переход на сетевой природный газ, особенно в сельской местности, позволяет не только создавать необходимые инфраструктурные условия для населения, но и сдерживать рост цен на жилищно-коммунальные услуги.

Несмотря на достаточно высокие показатели уровня газификации, в территориальном аспекте показатели отличаются: центральные и южные регионы России – в среднем высокогазифицированные ввиду более развитой инфраструктуры, высокой плотности населения и основных промышленных потребителей. Например, в Центральном федеральном округе газификация сегодня достигла уровня 80%, в Южном федеральном округе – 86%, в Поволжье – 86%, на Кавказе – 91%.

Что касается Сибири, то здесь, конечно, вопрос энергоснабжения традиционно решается за счёт использования богатых залежей угля и уровень газификации существенно ниже.

Перспективы газификации сибирских регионов сегодня в первую очередь связаны с реализацией крупнейшего, масштабного проекта – строительством новой газотранспортной системы «Сила Сибири», разработкой новых крупнейших месторождений – Ковыктинского и Чаяндинского и других месторождений Восточной Сибири. В дальнейшем планируется (и рассматриваются варианты) объединение единой системы газоснабжения с газотранспортными системами Восточной Сибири и Дальнего Востока, что даст дополнительный импульс газификации сибирских регионов.

Что касается газификации сетевым природным газом Дальнего Востока, здесь в 2011 году, как уже отметил Председатель Правительства, был введён в эксплуатацию первый пусковой комплекс газотранспортной системы Сахалин – Хабаровск – Владивосток, что позволило обеспечить поставки природного газа в Хабаровский и Приморский края за счёт ресурсов природного газа, добываемого на шельфовых месторождениях острова Сахалин.

Кроме того, по поручению Правительства Российской Федерации на Дальнем Востоке реализуются приоритетные проекты газификации, такие как судостроительный комплекс «Звезда», территории опережающего развития в Приморском и Хабаровском краях и другие. Перспективы развития газификации Дальнего Востока связаны с реализацией Восточной газовой программы, являющейся составной частью генеральной схемы развития газовой отрасли.

Как уже, Дмитрий Анатольевич, Вы также отметили, большой перечень дополнительных мер в последнее время был принят на базе Ваших поручений, которые Вы дали на совещании в Карелии в прошлом году. Здесь действительно уже принят ряд нормативных документов, которые позволяют упростить процедуры подключения к газотранспортной инфраструктуре, а также намечен дополнительный план мероприятий.

Хотел бы перечислить некоторые проблемы, которые сейчас сдерживают дальнейшее развитие и требуют соответствующего решения.

Первое. В настоящее время подавляющее большинство населённых пунктов, расположенных в непосредственной близости от газотранспортных сетей, практически полностью газифицировано. Дальнейшая газификация удалённых населённых пунктов с низкими объёмами потребления газа, меньшей плотностью населения и промышленных потребителей сопряжена с необходимостью строительства протяжённых газораспределительных сетей, требующих значительно больших инвестиций на единицу потребляемого газа, со значительно более длительными сроками окупаемости, а в большинстве случаев практически неокупаемых.

При этом «Газпром» фактически остаётся сегодня единственной организацией, занимающейся газификацией, и основным поставщиком природного газа для населения, несмотря на то что его доля на внутреннем рынке газа за 10 лет снизилась со 100 до 70%. При этом независимые поставщики газа практически не участвуют в газификации ввиду отсутствия обязательств и экономических стимулов.

В целях повышения экономической привлекательности газификации в субъектах Российской Федерации считаю необходимым разработать и утвердить комплекс стимулирующих мер, включив в него, например, рекомендации субъектам Российской Федерации рассмотреть возможность снижения налоговой нагрузки на строящиеся, новые газораспределительные сети, отмены или снижения налога на имущество для таких сетей.

Необходимо также предусмотреть внесение изменений в Земельный кодекс в части установления возможности предоставлять в безвозмездное пользование земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, для целей строительства объектов газоснабжения и газораспределения, предусмотренных утверждённой программой газификации субъектов Российской Федерации.

Также считаю необходимым рассмотреть поэтапную ликвидацию перекрёстного субсидирования при поставках природного газа в субъектах Российской Федерации в целях повышения инвестиционной привлекательности проектов газификации.

Второй крупной проблемой сегодня остаётся неисполнение субъектами Российской Федерации обязательств по подготовке потребителей к приёму газа. В соответствии с действующим законодательством субъекты и органы местного самоуправления обязаны обеспечить строительство уличных газораспределительных сетей и подготовку потребителей к приёму газа, однако не все регионы исполняют свои обязательства в полном объёме. Например, по итогам прошлого года из 66 планов-графиков синхронизации выполнения программ газификации только 46 субъектов выполнили обязательства в полном объёме, что не позволило подключить плановое количество новых потребителей природного газа, а также привело к переносу срока ввода в эксплуатацию инфраструктуры, построенной за счёт средств «Газпрома».

В целях повышения ответственности субъектов Российской Федерации за исполнение согласованных планов-графиков синхронизации Министерство энергетики предлагает использовать механизм предоставления встречных гарантий, в рамках которых заинтересованные стороны – поставщики газа, включая независимых поставщиков, и субъекты Российской Федерации – предоставляют друг другу финансовые гарантии, которые в случае неисполнения одной из сторон принятых на себя обязательств должны обеспечить компенсацию понесённых расходов. Возможно, в рассрочку в течение нескольких лет.

Также необходимо предусмотреть использование механизма «бери или плати» в случае неисполнения заявленных объёмов потребления газа. Мы также считаем необходимым учитывать выполнение обязательств, предусмотренных соответствующими программами развития газификации и газоснабжения, при оценке эффективности деятельности глав субъектов Российской Федерации.

Наконец, ещё одна системная проблема, влияющая на дальнейшую эффективную газификацию, – это систематическое нарушение платёжной дисциплины потребителями природного газа, включая предприятия, находящиеся в собственности субъектов Российской Федерации или муниципальных образований. Общая сумма задолженности на сегодня значительная, составляет 217 млрд рублей.

В целях укреплениях платёжной дисциплины по инициативе Министерства энергетики в конце прошлого года был принят федеральный закон об укреплении платёжной дисциплины, который предусматривает повышение финансовой ответственности потребителей, предоставление финансовых гарантий, ужесточение административной ответственности. Сейчас ведётся активная работа по подготовке подзаконных актов, в этом году они должны быть приняты.

Уважаемые коллеги! В заключение хотел бы отметить, что предложенные дополнительные меры позволят повысить ответственность участников газификации в Российской Федерации, создать необходимые, в первую очередь экономические, условия для привлечения частных инвестиций в газификацию, что позволит повысить темпы газификации в Российской Федерации.

Эти предложения нашли отражение в проекте протокольного решения, прошу поддержать.

В.Голубев (заместитель председателя правления ПАО «Газпром»): Дмитрий Анатольевич, для «Газпрома» интенсификация газификации является абсолютно экономически выгодной, потому что за последние годы, Вы знаете, мы существенно прирастили наши объёмы добычи на Ямале, в Сибири, на Дальнем Востоке, и сегодня возможности добычи значительно превышают сложившийся объём потребления. По нашим оценкам, средний уровень газификации Российской Федерации может составлять порядка 85% при 64% на сегодняшний день.

С регионами у нас сложились хорошие рабочие отношения, отработаны все эти регламенты. Но есть два объективных фактора, которые влияют на ежегодные конкретные объёмы инвестиций или объёмы газификации: это финансовые возможности самого «Газпрома» и субъектов Федерации по синхронному выполнению обязательств, а также, как Александр Валентинович отмечал, экономическая целесообразность реализации нового проекта газификации.

Сегодня мы в рамках Восточной программы ведём большую работу по корректировке генеральных схем газификации Байкальского региона, Амурской области, Хабаровского, Приморского краёв. На этот счёт у нас есть своего рода «дорожная карта» в виде поручений по итогам заседания Правительственной комиссии по социально-экономическому развитию этого региона.

Все сценарные условия, которые мы рассмотрели – и по объёму потребления, и по срокам, и по маршрутам, – они, к сожалению, в силу опять же значительной удалённости потребителей от магистральных газопроводов, небольшого количества потребления приводят к тому, что расчётный тариф будет существенно превышать сложившийся в европейской зоне. Поэтому без комплексных мер государственной поддержки, без придания этим проектам статуса социальных, наверное, трудно будет принимать решения по такой интенсивной и массовой газификации этих регионов.

Несколько предложений в целом по Российской Федерации. Сегодня, наверное, целесообразно, чтобы субъекты Федерации предусматривали в своих бюджетах, выполняли за собственный счёт разработку градостроительной документации (имеется в виду проект планировки территории, проект межевания), с тем чтобы ускорить выпуск проектной документации и получение разрешений на строительство.

Безусловно, необходимо принимать меры, которые предотвращают совершение сделок с земельными участками, принадлежащими государственным и муниципальным органам власти, на период от выбора этих земельных участков для строительства объектов газификации до завершения строительства.

Безусловно, нужна мера по внесению изменений в Земельный кодекс, для того чтобы земельные участки, принадлежащие государственным и муниципальным органам, могли предоставляться не безвозмездной основе под объекты газификации. У нас есть проблема, когда мы пытаемся проводить магистральные газопроводы или объекты газификации, в том числе для газификации военных объектов, по землям Министерства обороны – здесь эти проблемы иногда решаются очень трудно. Вы знаете эти случаи.

У нас была в своё время программа модернизации всего теплового хозяйства военных городков, но именно из-за сложности проведения газопроводов по этим территориям мы, по сути дела, вынуждены сегодня отложить реализацию этих проектов. Здесь нужно, видимо, совместное решение и внесение соответствующих изменений в законодательство.

А в целом, я думаю, мы стоящие задачи выполним. Ещё раз подчёркиваю: «Газпром» абсолютно заинтересован и считает это своей миссией.

С.Шойгу: Мы с вами довольно плотно работаем, но темпы работы нас абсолютно не устраивают. Мы предложили вам несколько вариантов. Предложили весь перечень военных городков, программу замены котельных с жидкого и твёрдого топлива на газ. Мы пошли на всё, но темпы нас абсолютно не устраивают. Мы продолжаем строить наши базы в Арктике, в частности это о-в Средний, Земля Франца-Иосифа, Новосибирские острова, о-в Врангеля. Скажем, только на Новосибирские острова мы завозим на сезон 12 тыс. т дизельного топлива. При этом мы предлагали и просили: давайте сделаем там газовое хранилище, в конце концов, и мы готовы перейти на это.

Поэтому, наверное, по нашим военным городкам нужна не просто отдельная программа. Мы уже три года фактически с вами говорим на эту тему, но темпы перевода на газ нас абсолютно не устраивают. Конечно, можно ссылаться на то, что трубу долго тянуть, но мы с вами пошли на то, чтобы делать газохранилище. Будем там на месте пользоваться газом, не надо трубы тянуть помногу километров. Мы сегодня везём огромное количество жидкого топлива, угля.

И вторая часть того, что нам необходимо, – это разработка самих газовых котлов, потому что по большей части мы сейчас перешли на такое индивидуальное отопление наших объектов там, где есть газ, но котлы мы приобретаем в основном не наши, и вы об этом знаете. Это большая серьёзная проблема и задача, для нас во всяком случае.

Поэтому я с трудом принимаю те замечания, которые прозвучали от «Газпрома». Они абсолютно не соответствуют действительности и несправедливы. Исходя из этого, если вы хотите с нами работать, давайте будем работать.

Д.Медведев: Значит, по газификации ситуация у нас следующая. Я напомню, что «Газпром» начал этой проблемой заниматься активно где-то около 11 лет назад. В советские времена газификация в нашей стране развивалась совершенно на других принципах. К сожалению, она развивалась таким образом, что все наши соседи (во всяком случае, бывшие республики СССР, нынешние наши соседние государства) оказались в существенно лучшем положении, чем Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика, потому что по уровню газификации населения (прежде всего я об этом хочу сказать, это волнует людей больше всего) у них 90–95% газификации в каждой республике практически. Они, конечно, компактные, и тем не менее. Это, кстати, касается и Украины, и кавказских республик и так далее. У нас уровень газификации на селе был вообще запредельно низким – в районе 20%, и по стране он был на 13% меньше. Сейчас две трети страны газифицировано. Газификация на уровне городов уже весьма приличная.

Я думаю, уже, наверное, под 80% стремится. А вот на селе она ещё пока пониже, средняя – 66%, то есть две трети страны.

Эту работу поэтому нужно обязательно продолжить. Стыдно, когда страна, которая производит больше всего газа в мире, имеет такой уровень газификации населения. Именно поэтому «Газпром» в эту работу включился, инвестировал собственные средства, хотя «Газпром» коммерческая организация, и об этом забывать не нужно. Естественно, регионы тоже в эти процессы включились.

До поры до времени всё это развивалось достаточно активно, потом начались некоторые сбои, именно поэтому я и предложил сегодня рассмотреть этот вопрос на заседании Правительства.

Я поддерживаю то, что было сказано в отношении необходимости более солидарного отношения к проблеме газификации.

Дело в том, что «Газпром», конечно, очень большой, национальное достояние, но у нас есть другие компании, которые газификацией занимаются. Они, собственно, мало чем отличаются от «Газпрома» с правовой точки зрения: и «Газпром» – компания в форме акционерного общества, и они – акционерные общества, у них большие объёмы добычи, доходы неплохие. Их не огромное количество в нашей стране.

Я думаю, что нам нужно подумать, каким образом независимых производителей газа всё-таки подключить к этой программе. Конечно, всё это должно быть не принудиловкой, а работой в рамках разумной доходности какой-то, но участвовать в этом должны все.

Я прошу Министерство энергетики подготовить предложения (и «Газпром» ко мне тоже на эту тему обращался), чтобы все занимались этой программой, в соразмерных долях во всяком случае. Конечно, всё равно основная ответственность будет на «Газпроме», потому что именно «Газпром» в основном обеспечивает газом регионы Российской Федерации.

По поводу ответственности субъектов по планам синхронизации – этот вопрос всегда стоял, прошу его держать на контроле. Здесь наши коллеги из субъектов Федерации сами должны определяться. Если они считают для себя приоритетом, чтобы в деревни и города приходил газ, пусть ищут деньги на синхронизацию, на подведение сетей, на внутрипоселковую, внутригородскую разводку сетевого хозяйства.

Внедрение других принципов типа «бери или плати», оценки деятельности субъектов по темпам газификации, я думаю, тоже можно проработать.

Что же касается работы с Министерством обороны, это отдельная тема, безусловно, она, собственно, и в программу газификации напрямую не входит. Но работать надо, потому что люди, которые служат в Министерстве обороны, работают на гражданских должностях, – это точно такие же граждане нашей страны. Там есть большая проблема и специфика с этими военными городками. Надеюсь, что Министерство обороны и «Газпром» при участии, естественно, Министерства энергетики тоже подготовят свои предложения о том, каким образом работать в будущем.

Тему будем держать на контроле, потому что, несмотря на 2/3 газификации страны, мы должны прийти к ситуации, когда уровень газификации приблизится к уровню, который был достигнут в наших соседних республиках. Тогда можно считать, что эта задача решена.

Давайте примем решение. Договорились.

Россия > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 21 июля 2016 > № 1832745 Дмитрий Медведев, Александр Новак


Россия. Весь мир. СЗФО > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 16 июня 2016 > № 1808815 Александр Новак

Александр Новак выступил на панельной сессии «Новые реалии мирового рынка углеводородов» в рамках ПМЭФ-2016.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак выступил на панельной сессии «Новые реалии мирового рынка углеводородов», которая состоялась в рамках Петербургского международного экономического форума.

Александр Новак подчеркнул, что основные вызовы для российского нефтегазового комплекса связаны с растущей глобальной конкуренцией в географическом, структурном и межтопливном аспектах. «В среднесрочной перспективе мы планируем сохранить объемы добычи нефти на уровне 10,9 млн барр/сутки для того, чтобы обеспечить сырьем внутренний рынок и остаться лидерами в экспорте», – сообщил глава Минэнерго России.

«Правительство Российской Федерации и Министерство энергетики делают все возможное, чтобы сохранить и преумножить инвестиции в нефтегазовую отрасль. Мы готовы к максимально открытому диалогу со всеми нашими партнерами, которые заинтересованы в работе на российских проектах», – отметил Александр Новак.

«Сегодня необходимо создать такие условия, чтобы экономика нефтяных проектов позволяла не только разрабатывать новые месторождения, но и повышать эффективность разработки действующих, увеличивать КИН, внедрять третичные и даже четвертичные методы увеличения нефтеотдачи. Мы работаем совместно с Минфином и компаниями над НФР,также обсуждаем создание оптимальных условий для разработки новых месторождений. В 2017г. завершится налоговый маневр, после этого ожидается стабилизация отраслевой системы налогообложения», – рассказал Александр Новак.

«Глобальный рынок нефти продолжает балансироваться, работают фундаментальные факторы. Несмотря на существующий риск некоторого падения спроса в зимний период мы ожидаем,что баланс спроса и предложения будет достигнут к середине 2017г», – заключил Министр.

Россия. Весь мир. СЗФО > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 16 июня 2016 > № 1808815 Александр Новак


США. Весь мир. СЗФО > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 16 июня 2016 > № 1808744 Александр Новак

Александр Новак рассказал о будущем нефтяного рынка в интервью телеканалу Bloomberg.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью телеканалу Bloomberg на Санкт-Петербургском международном экономическом форуме высказал оценки относительно будущего нефтяного рынка.

По словам Министра энергетики, Россия не ожидает резкого повышения цен в ближайшее время.

"Я думаю - и это не только наша оценка - что цены на нефть скорее всего не будут высокими в ближайшие годы. Мы находимся в глобальном отраслевом цикле и сейчас момент низких цен, и это может быть длительный период", - отметил Александр Новак в ходе интервью.

Министр энергетики отметил, что важное значение для отрасли имели технологические решения, внедрение которых позволило изменить подходы к освоению нефтяных ресурсов.

"Мы видим, что себестоимость производства нефти снижается, ее эффективность увеличивается", - заявил Александр Новак.

Позитивным сигналом для отрасли является повышение спроса на нефть.

"В этом году глобальный спрос вырастет на 1,3-1,5 млн баррелей в сутки. Эксперты пересматривают свою оценки в сторону увеличения на фоне роста спроса в Индии, на других рынках. Перепроизводство на рынке по-прежнему присутствует, но оно сокращается", - отметил Александр Новак.

США. Весь мир. СЗФО > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 16 июня 2016 > № 1808744 Александр Новак


Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 21 апреля 2016 > № 2047151 Александр Новак

Александр Новак дал интервью газете "РБК-Daily".

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью газете "РБК-Daily" рассказал об итогах переговоров в Дохе, взаимоотношениях России с ОПЕК и перспективах развития мировой нефтяной отрасли.

— Не считаете ли вы, что результаты переговоров о заморозке добычи нефти изначально были предрешены из-за разногласий Садовской Аравии и Ирана?

— Изначально мы исходили из того, что у нас существует общая позиция — к соглашению, которое инициировали четыре страны (Россия, Саудовская Аравия, Венесуэла и Катар — РБК) в феврале, присоединяются крупные экспортеры. Помимо нас (четырех стран инициаторов) еще 14 стран заявило о желании поучаствовать в таком соглашении. Буквально на следующей день после подписания предварительного соглашения в Дохе 16 февраля, мы уже понимали, что Иран не будет участвовать в этой сделке. 17 февраля в Иран полетела делегация — министры Венесуэлы, Катара и Ирака встречались в Тегеране с министром [нефти Бижаном] Зангане. Иранцы сразу сказали, что пока не нарастят объемы добычи хотя бы до досанкционного уровня, они не будут подписывать соглашение. Они объявили, что будут готовы к нему присоединиться когда начнут добывать 4 млн баррелей в сутки. Мне кажется, это было бы хорошим компромиссом — лучше позже присоединиться, чем вообще не участвовать в сделке.

Поэтому накануне встречи в Дохе [17 апреля] мы были вполне уверены в том, что министры 18 стран приедут для того, чтобы закрепить предварительные договоренности соответствующим документом. Оставалась вероятность того, что сделка может не состояться, но, на мой взгляд, она была минимальной. Иначе не было бы смысла лететь, мы могли продолжить консультации и в телефонном режиме.

— Как вы думаете, почему Саудовская Аравия в последний момент изменила свою позицию?

— Мне трудно за них отвечать, не исключено, что политические факторы сыграли свою роль. Однако цена должна отражать баланс интересов между производителями и потребителями нефти, сейчас наблюдается перекос в сторону потребителей. В восстановлении баланса заинтересованы все страны-экспортеры, это подтвердила и встреча в Дохе 17 апреля. Все участники были согласны с необходимостью заморозки, не договорились по ее условиям. Большинство стран считало, что нет необходимости привлекать всех производителей для участия в этом соглашении. «Критической массы», при которой можно принимать решение, было достаточно. Общий объем добычи стран, которые собрались, составляет 46 млн баррелей в сутки — почти половина мировой добычи, а среди стран-экспортеров — 75% (некоторые крупные производители нефти продолжают ее импортировать, например США — РБК). Впервые вместе собрались и страны ОПЕК — 11 из 13 членов, и семь стран, не входящих в ОПЕК. Всего 18 крупных экспортеров. Куда еще больше? Конечно, можно поставить себе задачу договориться только при 100% поддержке, но это нереально.

Позиция [Саудовской Аравии о необходимости присоединения Ирана и других экспортеров] нас немного удивила. Накануне, до начала заседания в воскресение, Саудовской Аравией, Венесуэлой, Катаром и нами был согласован и завизирован текст самого соглашения. Новые условия были выдвинуты саудитами за полчаса до встречи.

— Есть ли шанс, что страны ОПЕК договорятся между собой до июньского саммита? И не потерял ли ОПЕК свою роль регулятора на мировом нефтяном рынке?

— Я этот вопрос не зря задавал министру нефти и горной промышленности Венесуэлы Эулохио дель Пино в ходе Национального нефтегазового форума [в среду, 20 апреля], потому что мы видим, что договоренности внутри ОПЕК не соблюдаются, квоты превышаются. ОПЕК не предпринимает никаких действий. В отличие от предыдущих десятилетий, сегодня ОПЕК никак не влияет на нефтяные рынки. Например, Саудовская Аравия повышает объем добычи. Она может это делать и вне ОПЕК, проводя свою политику. Напрашивается вопрос — в чем функция картеля?

Я понимаю, что по сравнению с 2008 годом ситуация изменилась, и у ОПЕК нет такого влияния на мировые рынки. Появились технологии добычи сланцевой нефти в промышленном масштабе, и страны-импортеры, которые раньше покупали нефть и сами добывали мало, например США, стали существенно наращивать собственную добычу, тем самым снижая спрос на покупку нефти. А экспортеры не имеют никакого влияния на такие страны и не могут с ними договориться: интересы абсолютно разные.

Раньше любая координация действий внутри ОПЕК и снижение квот существенно влияла на предложение экспортеров и балансировала рынок. Сейчас же, наоборот, при повышении цены в активную фазу вступают игроки-импортеры, как, например, производители сланцевой нефти. В этом случае действия стран-экспортеров становятся бессмысленными: опять предложение превышает спрос, цена падает и так далее.

Вариант февральского соглашения о неувеличении предложения нефти — наиболее мягкий и компромиссный. Он предполагает не сокращение, а ограничение предложения по нефти. Эта вилка [между спросом и предложением] все равно сокращается за счет роста спроса и неувеличения предложения.

— Если значимость ОПЕК снижается, а спрос на нефть растет, есть ли смысл сейчас о чем-либо договариваться?

— Смысл был договариваться в феврале, есть он и в апреле. Но, действительно, чем больше времени проходит, тем более значимыми становятся фундаментальные рыночные факторы. За счет снижения инвестиций в отрасль в результате низких цен предложение будет снижаться. Мы видим, что только за последние два года мейджоры существенно подсократили свои инвестиционные программы, общее недофинансирование отрасли составляет около $400 млрд. Наблюдается падение добычи сланцевой нефти в США уже больше чем на 500 тыс. баррелей с пиковых величин — сейчас они добывают меньше 9 млн баррелей в сутки. Это все будет влиять на то, что при росте спроса предложение будет снижаться, рынок все равно выровняется.

Таким образом, заморозка имеет смысл в течение ближайших трех-шести месяцев. А если мы говорим о более поздних сроках, это уже становится менее целесообразным.

— А что для России означает неудача переговоров в Дохе?

— Последние полтора года у нас была позиция, что рынок сам выровняет ситуацию. Когда мы встретились в феврале, ситуация была экстраординарной (в конце января цены падали до минимальных $27), необходимо было предпринять какие-то совместные шаги. Сейчас цена боле-менее нормальная, рыночные фундаментальные факторы продолжают работать.

Нужно спокойно относиться к тому, что пока договоренности по заморозке не достигнуты. Мы не считаем переговоры в Дохе какой-то неудачей. Был шанс, который могли использовать страны, чтобы несколько подсократить эти сроки. Не получилось, но трагедии делать не стоит. С точки зрения конкурентоспособности и планов компаний, нас абсолютно устраивает механизмы формирования цены на основе рыночных факторов.

— С российскими нефтяными компаниями не собираетесь встречаться по итогам Дохи?

— Да, я думаю, что мы, безусловно, обсудим текущую ситуацию и встретимся с руководителями компаний. Хотя мы и так общаемся с ними в постоянном режиме.

— На этой встрече будут даваться какие-то установки и обсуждаться возможность увеличения добычи, раз заморозка не удалась?

— У нас никто никогда никому никаких установок не дает. У нас рыночная отрасль, и все компании сами принимают решения на основе действующего законодательства. Консультации носят рекомендательный характер, их основная задача — совместно оценить ситуацию. Министерство энергетики занимается только нормативно-правовым регулированием.

— Как вы думаете, возможно ли увеличение добычи в России по сравнению с предыдущим прогнозом — 537–540 млн т?

— В целом, у наших компаний есть возможности еще больше увеличить добычу. Как они будут распоряжаться своими ресурсами и реализовывать свои инвестпрограммы, каждый решает самостоятельно. Мы в принципе исходили из того, что непревышение уровня января не наносит ущерб ни одной компании. А внутри получается, что некоторые компании в условиях низких цен снижают объемы добычи, а некоторые из-за инерционного эффекта от ранее запущенных инвестпрограмм вводят новые месторождения и увеличивают добычу. В любом случае, мы ожидаем, что до конца года мы прирастем к уровню 2015 года. Прогноз не меняем, мы не были привязаны к Дохе, для нас это некритично.

— А цену на нефть какую ожидаете?

— Я ожидаю, что во втором полугодии будет между $40 и $50, возможно, что к концу второго полугодия выйдем к $50. Но средняя цена по году с учетом того, что в первом полугодии цена было довольно низкой, будет $40-45.

– Если отвлечься от ОПЕК, 19 апреля Минэнерго должно было представить в правительство свою позицию по доступу независимых производителей газа к газопроводу «Сила Сибири», который строит «Газпром». В чем ваша позиция?

— Позицию мы уже направили, мы ее не меняем. На наш взгляд, должен оставаться единый экспортер, единый переговорщик, особенно с учетом того, что спрос на природный газ в Китае меняется, и поставки вне рамок «единого экспортного канала» могут привести к существенной недооценке российского газа и даже пересмотру цен в сторону понижения по уже заключенным контрактам. Мы также считаем, что экспортер должен покупать газ не по внутренней цене, формируемой ФАС, а по цене на уровне нетбэка, возможно, с небольшим дисконтом, чтобы дать возможность компаниям иметь определенную экономическую эффективность от реализации инвестпроектов. Сейчас этот вопрос менее актуален: цены на внутреннем и на внешних рынках выровнялись при падении мировых. Возвращаться к обсуждению возможности изменения подходов к экспорту трубопроводного газа в восточном направлении целесообразно не раньше, чем будут зафиксированы договоренности о поставках газа в КНР по Западному маршруту.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 21 апреля 2016 > № 2047151 Александр Новак


Россия. СФО > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 4 апреля 2016 > № 1710152 Александр Новак, Аман Тулеев

О состоянии и перспективах развития угольной промышленности.

Поездка Дмитрия Медведева в Кемеровскую область и совещание.

Перед совещанием Дмитрий Медведев осмотрел угольный разрез «Берёзовский» и посетил обогатительную фабрику «Матюшинская».

ООО «Разрез “Берёзовский”» в Прокопьевске Кемеровской области входит в группу предприятий ЗАО «Стройсервис» и занимается добычей угля коксующихся и энергетических марок. Годовой уровень угледобычи превышает 2 млн т, с возможностью увеличения до более 4 млн т. Для этого осваиваются перспективные угленосные участки, идёт строительство новой производственной базы, погрузочной станции.

На разрезе действует обогатительная фабрика «Матюшинская» производственной мощностью 4,5 млн т угля в год. Фабрика включает в себя более 80 различных объектов инфраструктуры, в том числе открытый (объёмом 25 тыс. т) и закрытый (объёмом 31,5 тыс. т) склады товарной продукции, крупнейшие в Кузбассе.

Совещание о состоянии и перспективах развития угольной промышленности

Стенограмма:

Д.Медведев: У нас сегодня выездное отраслевое совещание, очень важное. Оно посвящено состоянию дел в угольной отрасли. Мы совсем недавно, на прошлой неделе, обсуждали вопросы развития металлургии. Сегодня поговорим об угледобыче, об угольной отрасли по разным направлениям, но, конечно, с акцентом на обеспечение безопасности в этой отрасли. Проанализируем, как исполняются ранее данные поручения, конечно, поговорим о том, что можно сделать в текущей ситуации, имея в виду будущее.

За последние годы угольная промышленность развивалась и существенным образом изменилась. Растут инвестиции в обновление основных фондов, продолжается создание новых добывающих и обогатительных мощностей. И это на фоне того, что угольщики наравне с другими отраслями реального сектора испытывают влияние известных негативных факторов. В мире, как известно, наблюдается падение цен на уголь, обостряется конкуренция, принимается целый ряд решений по климатической линии, которые влияют на угольную отрасль, замедляются темпы промышленного производства, что влияет на внутренний спрос, энергетический баланс постепенно перераспределяется в пользу целого ряда более дешёвых видов топлива и находится под воздействием иных факторов.

Всё это не может не сказаться на состоянии дел в нашей угольной промышленности. Хотя в прошлом году предприятиями добыто свыше 370 млн т угля – это на 4% больше, чем в 2014 году. Почти половина общего объёма поставок, то есть порядка 155 млн т, ушла на экспорт. В этом году, по аналитическим расчётам, во всяком случае, все полагают, что экспортный объём сохранится примерно на том же уровне. Это при нынешних входящих условиях неплохой результат.

В самом Кузбассе, где мы и собрались, потому что это особый регион, дела также обстоят в целом неплохо. Я перед совещанием заехал посмотрел обогатительную фабрику, безусловно, производящую позитивное впечатление, потому что она новая, современная. В этом году будут запущены ещё две фабрики, намечен ввод двух новых шахт и разрезов вместо отработавших своё и закрытых.

Напомню, два года назад мы утвердили программу развития угольной промышленности на период до 2030 года. В ней есть ряд важных ориентиров, которые мы используем, которым мы следуем, по добыче и переработке, по увеличению рентабельности активов, по промышленной и экологической безопасности. Для её реализации требуется решить ряд важных задач. Укрупнённо я на них остановлюсь, по блокам.

Первое – это, конечно, обеспечить сбалансированность развития отрасли, в том числе за счёт поддержки внутреннего спроса на уголь и продукты его переработки. Здесь есть объективные сложности, о которых мы знаем. Потребность в угле в основных сегментах российского рынка – я имею в виду электроэнергетику, металлургию, ЖКХ, аграрный сектор – сжимается по целому ряду направлений. По понятным причинам доминирует газовая генерация, что, кстати, по-разному оценивают и в самой газовой отрасли, если говорить откровенно. Но это тоже вопрос, который следует обсуждать с учётом общего платёжного спроса, который существует на нашем энергетическом рынке. Тем не менее нужно искать новые, перспективные направления использования угля, как то, например, глубокая переработка, цементная, химическая промышленность.

Второе: развитие железнодорожной и портовой инфраструктуры для продажи и перевалки угля. Тоже тема хорошо известная. Нами предусмотрено перемещение центров угледобычи в Восточную Сибирь, на Дальний Восток. С учётом роста экспорта производится реконструкция и строительство новых железнодорожных линий и портовых терминалов. Но если спрос на европейском рынке меняется незначительно под влиянием ряда факторов, то потребности Азиатско-Тихоокеанского региона всё-таки в целом достаточно заметно растут. Планируется, что к 2030 году наши объёмы поставок на восточном и атлантическом направлении где-то выйдут на равный уровень. Очевидно, что инфраструктура должна быть к этому готова, и она должна вводиться под те объёмы, которые на рынке возникают. Это важно, тем более что доля расходов на перевозку к себестоимости угля несопоставима с другими отраслями. Она может достигать половины конечной цены. И здесь нужна полная предсказуемость, в том числе и в вопросах тарифов. Уверен, что сегодня на эту тему разговор будет заинтересованный. Исходя из этого фактора компании и планируют свою инвестиционную деятельность.

И наконец, третье – не по значению, а в порядке того, о чём я говорю, – это, безусловно, обеспечение максимальной безопасности при добыче. В России подземным способом добывается около 100 млн т угля, открытым – около 270 млн т – по состоянию на 1 апреля 2016 года. В государственном реестре производственных объектов зарегистрировано 99 шахт – тоже по состоянию на начало апреля. На 61 ведутся горные работы. Остальные находятся в стадии консервации или ликвидации. Из этих 99 шахт к опасным по внезапным выбросам газа относятся 19, а к так называемым сверхкатегорийным – 25. С учётом этих обстоятельств вопросы безопасности должны оставаться в эпицентре внимания, быть приоритетом как для собственников шахт, так и для надзорных органов. Понятно, что специфика производства такова, что оно является рисковым. Этот фактор полностью устранить невозможно, но нужно к этому максимально стремиться.

Сегодня ровно 40 дней с момента трагических событий в Воркуте, когда на шахте «Северная» погибли 36 человек. Семьям погибших была оказана материальная помощь, работа комиссии по расследованию причин и ликвидации последствий продолжается. Но определённые выводы можно, конечно, сделать уже сейчас. Глубина переработки пластов подземным способом постоянно увеличивается, а стало быть, повышаются и геологические, и технологические риски. Если новые предприятия имеют, как правило, более благоприятные условия с точки зрения безопасности, то старые требуют всё более пристального внимания (не только у нас, конечно, это мировая тенденция) и иных подходов к организации труда.

Параллельно с обновлением и модернизацией шахт должна постоянно вестись работа по совершенствованию систем безопасности горных работ. Надо провести тщательный анализ шахт и разрезов, в которых добыча ведётся в особо опасных условиях, и в случае необходимости принять меры, если требуется (давайте это тоже обсудим), ужесточить требования к применяемому в подземных выработках оборудованию и приборам, ещё раз внимательно изучить, как проводится их сертификация.

Также крайне важным является вопрос обеспечения достаточности геологической изученности недр. По большинству сверхкатегорийных и опасных по выбросам газа шахт лицензии, как известно, были получены ещё в 1990-х годах. Понятно, как это было сделано, – на основании положения о порядке лицензирования, то есть по самому факту проведения работ на участке недр при наличии горноотводного акта. При формальном соблюдении требований к технической документации на новых участках не всегда проводился реально необходимый объём геологоразведочных работ, особенно на более глубоких горизонтах. При этом, как мы знаем, по мере увеличения глубины добычи уровень содержания метана, количество геологических аномалий могут возрастать. Нужно подумать над тем, чтобы в законодательстве о недрах были установлены требования к параметрам изученности с учётом региональной специфики и, конечно, чтобы эти требования неукоснительно соблюдались.

У присутствующих участников совещания есть и другие предложения на этот счёт, они касаются, в частности, вопросов о замещении использования марки угля, который добывается на сверхкатегорийных шахтах, на уголь, который добывается открытым способом, предлагается сконцентрировать внимание на предварительной дегазации угольных пластов. Мы посмотрим. Подготовленный проект решения достаточно объёмный, я его вчера посмотрел, 30 пунктов практически. Тем не менее, если прозвучит что-то из того, что не попало в протокол, – пожалуйста, сформулируйте вашу позицию, мы постараемся в режиме поручений всё это отразить.

Теперь я попрошу выступить с общим сообщением Александра Валентиновича Новака, а потом послушаем других коллег.

А.Новак: Спасибо. Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые участники совещания, коллеги! В своём докладе я хотел бы остановиться на трёх важных вопросах о состоянии и перспективах угольной отрасли и предложениях. Первое – это экономическое положение отрасли с учётом внутренних и внешних факторов. Второе – это вопросы промышленной безопасности и охраны труда. И третий вопрос вытекает из первого и второго – это завершение реструктуризации угольной отрасли.

С точки зрения экономики Российской Федерации угольная промышленность России является сегодня одной из системообразующих, при этом полностью является рыночной отраслью, ни одного государственного предприятия нет в отрасли. Уголь – это пятый базовый экспортный продукт Российской Федерации. По объёмам экспорта угля Россия занимает третье место в мире после Индонезии и Австралии. В угольной отрасли трудится 148 тыс. человек плюс 500 тыс. рабочих мест в смежных отраслях. Угольные предприятия являются градообразующими для 31 моногорода общей численностью 1,5 млн человек. 50% электроэнергии в Сибири и на Дальнем Востоке производится угольной генерацией. Уголь – груз номер один для железнодорожников, он обеспечивает 39% грузооборота страны.

Вместе с тем сегодня угольные компании как в России, так и в мире переживают не лучшие времена. Сокращается добыча угля в крупнейших угледобывающих странах – в Китае, США, Индонезии. С 2011 года падают мировые цены на угольную продукцию. С 2014 года тенденция роста потребления угля в мире сменилась на противоположную – сокращается объём международной торговли твёрдым топливом. Тем не менее в этих непростых условиях отрасль продолжает развиваться. Как сказал Дмитрий Анатольевич, растёт добыча угля (только за прошлый год выросла почти на 20 млн т), модернизируются действующие и вводятся новые мощности. На сегодня резерв производственных мощностей оценивается в объёме около 60 млн т.

Необходимо отметить, что в полном объёме удовлетворяются потребности экономики страны в угольной продукции. Впервые за много лет в 2015 году вырос спрос со стороны энергетиков Восточной Сибири, однако тенденция падения внутреннего спроса на уголь сохраняется. Несмотря на обострение конкуренции между странами – экспортёрами угольной продукции, не снижается экспорт российского угля, однако темпы его существенно замедлились. Если в период 2010–2014 годов внешние поставки угля выросли на 40 млн т, то в последние два года они сохраняются примерно на одном уровне. Мы наблюдаем снижение спроса и продаж, в частности в Китайскую Народную Республику (объём замещён другими странами Азиатско-Тихоокеанского региона). При этом в условиях изменения конъюнктуры внешних угольных рынков Россия переориентирует угольный экспорт на восток. Говоря о конъюнктуре внешнего угольного рынка, мы видим, что уже пять лет идёт падение цен на уголь. За это время экспортные цены на российский энергетический уголь в долларах снизились в 1,6 раза, на коксующийся – в 2,2 раза. Цена в рублях на уголь даже с учётом девальвационного эффекта снизилась на 21%. Мы прогнозируем, что в текущем году тенденция падения контрактных цен сохранится.

Несмотря на то что в рублёвом эквиваленте с 2013 года цены на уголь растут в связи в ростом курса доллара, существенно ухудшилось финансово-экономическое положение угольных компаний. В частности, с 2012 года начала снижаться отраслевая сальдированная прибыль до налогообложения. В 2013 году эта прибыль сменилась на убыток, который в следующем, 2014 году достиг наибольшего отрицательного значения – более 100 млрд рублей. Доля убыточных компаний в целом, по итогам прошлого года, – 31%. Надо сказать, что высокий рост курса доллара в 2014 и 2015 годах не только не компенсировал падение цен, но даже ухудшил ситуацию. Это связано с высоким уровнем закредитованности отрасли. Задолженность по займам и кредитам почти удвоилась и превысила 620 млрд рублей. Соответственно, выросли расходы на облуживание кредитов, прежде всего валютных. За последние два года убытки от переоценки кредитных обязательств выросли до 80 млрд рублей, или более чем в 13 раз. Затраты на уплату процентов по займам и кредитам увеличились более чем в два раза. В результате по итогам прошлого года в числе убыточных организаций были и крупные системообразующие угольные компании – СУЭК, «СДС Уголь», «Мечел».

Осложняет ситуацию растущая доля затрат на перевозку угля. В структуре экспортной цены российского угля доля затрат угольной промышленности упала с 43 до 22% за счёт роста доли услуг по транспортировке и перевалке угля. При этом за 2015 год вырос тариф на перевозки, на экспорт по коксующемуся углю на 25%, ещё на 9% – в 2016 году, то есть с декабря по январь – на 36%. По каменному углю, по энергетическому – на 21%. Для стабильной работы, осуществления инвестиций на воспроизводство сейчас для отрасли критичны предсказуемость и понимание долгосрочного тарифа.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! С учётом вышесказанного мы предлагаем Федеральной антимонопольной службе обеспечить сдерживание роста тарифов на экспортные перевозки угольной продукции, а также переход на принципы долгосрочного тарифообразования на базе сохранения существующих принципов тарифной методологии прейскуранта 10.01. Дефицит финансовых ресурсов привёл к ограничению инвестиционной деятельности угольных компаний. Инвестиции в основной капитал за период 2012–2015 годов сократились почти в два раза. Практически свёрнуты инвестпрограммы многих угольных компаний. По нашим расчётам, в сложившихся условиях может произойти дальнейшее сокращение инвестиционной активности угольных компаний до 50 млрд рублей в год. Поскольку основным источником инвестиций в основной капитал являются только амортизационные отчисления, это может привести не только к отказу от ввода новых мощностей, но и к деградации имеющихся, что скажется на промышленной безопасности.

Таким образом, экономическая ситуация угольной отрасли характеризуется рядом системных проблем. Хотел бы добавить то, что не было сказано. Это риски роста фискальной нагрузки на угольную промышленность при недропользовании, в том числе в части платы за водопользование, водного налога, экологических платежей, отчислений на использование земельных участков, размещение вскрышных пород и отходов углеобогащения.

Для решения этих проблем Минэнерго предлагает актуализировать программу лицензирования угольных месторождений до 2020 года, предусматривающую компенсацию марочного состава углей с учётом потребностей угольного рынка в особо ценных марках, выбывающей сырьевой базы, планов обеспечения месторождений транспортной и энергетической инфраструктурой, и учитывать особенности лицензирования участков с особо опасными горно-геологическими условиями. Также предлагается усовершенствовать процедуру согласования отклонений от лицензионных соглашений, обусловленных негативной ситуацией на угольных рынках, процедуру согласования проектной документации на строительство и эксплуатацию объектов угледобычи, перейти на долгосрочное тарифообразование, скорректировать сроки и проработать механизмы перехода на технологическое нормирование.

Следующий блок – вопросы промышленной безопасности и охраны труда. Говоря о тенденциях в динамике производственного травматизма в угольной промышленности, нельзя не отметить ряд позитивных моментов. Смертельный травматизм в долгосрочной ретроспективе снижается как в абсолютных, так и в относительных значениях. В целом по отрасли число травм со смертельным исходом на 1 млн т угля снижено с 1993 года с 1 до 0,07, или в 14 раз. Уровень смертельного травматизма на шахтах в расчёте на тысячу работающих стал ниже, чем в ряде других отраслей, – на 30% ниже, чем при добыче металлических руд и при морских перевозках. При этом удельные затраты на охрану труда в угольной отрасли самые высокие. Однако на шахтах России сохраняются высокие риски возникновения крупных аварий. Если посмотреть динамику смертельного травматизма прошлых лет, то явно видна цикличность аварий с большим количеством погибших.

Основной причиной большинства аварий явились взрывы метана. После аварии на шахте «Распадская» в 2010 году значительно был ужесточён контроль соблюдения правил безопасности, в том числе за счёт совершенствования нормативно-правовой базы. Был принят ряд решений в части обеспечения условий безопасного ведения горных работ. Основополагающими решениями стали указ Президента 2010 года, в соответствии с которым Правительство Российской Федерации стало осуществлять руководство деятельностью Ростехнадзора, а также целый ряд поправок, внесённых по инициативе Правительства, в различные федеральные законы. В ноябре 2013 года утверждены новые правила промышленной безопасности для угольных шахт. Они коснулись всех аспектов обеспечения безопасности – ведения документации, работы сотрудников, противоаварийной защиты, вентиляционных устройств, ведения горных работ, очистных, а также других связанных процессов. Всего за период с 2010 года было принято около 60 нормативных документов в части совершенствования федеральных норм и правил в области промышленной безопасности.

Тем не менее, как показала недавняя трагедия на шахте «Северная», основные причины риска смертельного травматизма не ликвидированы. Продолжают оставаться следующие вызовы и угрозы: наличие большого количества шахт, работающих в сложных горно-геологических условиях, что обуславливает высокие риски возникновения крупных аварий с человеческими жертвами; недостаточный уровень профессиональной подготовки занятых на подземных работах и членов вспомогательных горноспасательных команд; сокращение инвестиционных программ угольных компаний вследствие ухудшения их финансового положения.

В рамках правительственной комиссии, созданной Вами, Дмитрий Анатольевич, возглавляемой Аркадием Владимировичем Дворковичем, подготовлены предложения по улучшению ситуации. Среди них обратил бы внимание на следующие: продолжение работ по совершенствованию нормативной базы и технического регулирования по промышленной безопасности и охране труда;

необходимость повышения качества профессиональной подготовки занятых на подземных работах; предложение по изменению в системе специального страхования, предусматривающее увеличение с 20 до 40% объёма средств, направляемых на финансирование предупредительных мер и обучение персонала в части обеспечения безопасности горных работ на шахтах (эта мера планируется только для шахт, обращаю внимание); меры по стимулированию закупок отечественного оборудования, обеспечивающие безопасность работы шахт (в качестве механизмов такого стимулирования можно рассмотреть субсидирование процентных ставок по кредитам, полученным на приобретение нового оборудования и систем безопасности); предоставление предприятиям отрасли утилизационной премии при списании старого оборудования, а лизинговым компаниям – госгарантий при приобретении и передаче в аренду оборудования.

В целом этот вопрос обсуждался Минпромторгом, такие меры поддержки существуют в других отраслях. Считаем, что для угольной отрасли они также целесообразны с учётом сегодняшнего положения и необходимости стимулирования именно работ и приобретения оборудования по повышению безопасности.

Третий блок – реструктуризация угольной промышленности. Хочу отметить, что определяющее влияние на снижение травматизма, в том числе и смертельного, оказала реструктуризация угольной промышленности. В ходе реформирования отрасли были ликвидированы особо убыточные шахты, имеющие наиболее сложные горно-геологические условия отработки пластов.

За период с 1990 года значительно вырос удельный вес наиболее безопасного открытого способа добычи угля. Общее количество шахт сократилось на 169 технических единиц – с 239 до 70, то есть в три с половиной раза. Ликвидированы все 30 шахт в Подмосковном бассейне и все 27 шахт на Урале.

Высокий смертельный травматизм в угольной отрасли связан также со сложными, в том числе по сравнению с зарубежными странами, условиями подземной отработки угольных пластов. Практически все аварии на шахтах произошли из-за взрывов метана, вызванных высокой метанообильностью отрабатываемых пластов, временными, неустойчивыми схемами проветривания горных выработок, обусловленных работой в уклонных полях.

Несмотря на сокращение количества шахт, сегодня ещё более половины шахт одновременно опасны по взрыву метана и пыли, горным ударам, самовозгоранию пластов. Почти каждая третья шахта в России работает на глубине более 500 м. Две шахты – «Воркутинская» и «Комсомольская» в Печорском угольном бассейне – добывают уголь на глубине более 1 км. Причём при сокращении числа занятых на подземных работах растёт концентрация горных работ и интенсивность труда. Так, за последние 15 лет среднегодовая мощность одной шахты удвоилась, а среднесуточная нагрузка на очистной забой выросла в четыре раза. Это в свою очередь требует надлежащего пылегазового режима и более надёжных условий дегазации и проветривания.

Министерство энергетики предлагает образовать комиссию по определению шахт, осуществляющих добычу угля в особо опасных горно-геологических условиях, анализу их работы и по результатам анализа представить в Правительство Российской Федерации предложения по их функционированию, в том числе с учётом анализа зарубежного опыта обеспечения безопасного ведения горных работ.

Мы уже имеем опыт поэтапной ликвидации особо опасных шахт. Например, в Кузбассе на принципах государственно-частного партнёрства уже реализуется утверждённая в июле 2015 года комплексная программа поэтапной ликвидации убыточных шахт, расположенных на территории городов Прокопьевска, Кисилёвска, Анжеро-Судженска, переселения жителей с отработанных территорий. С целью выполнения этой программы используется новый механизм предоставления права пользования новыми участками недр с обременением недропользователя обязательствами по проведению ликвидационных мероприятий на убыточных шахтах. Необходимо продолжить реализацию этой программы.

Также необходимо продолжить завершение программы реструктуризации угольной промышленности, которая показала свою эффективность. С 1994 года численность работников отрасли сократилась с 950 тыс. до 150 тыс. человек, производительность труда выросла в три раза, исключились полностью дотации из федерального бюджета на поддержку шахт, закрыли, как я уже сказал, 169 шахт, переселили из ветхого и аварийного жилья более 40 тыс. семей.

Объём необходимых бюджетных средств на завершение программы до 2020 года составляет 35 млрд рублей. Сейчас предусматривается ежегодно 3,5 млрд рублей, и это те средства, которые в рамках бюджета позволяют в течение 10 лет завершить данную программу. Если будет выделяться больше в рамках возможностей бюджета, то, конечно же, этот срок можно было бы сократить.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, в заключение хотел бы отметить, что утверждённая Вами, как Вы также отметили, в 2014 году долгосрочная программа развития угольной отрасли практически по всем показателям выполняется опережающими темпами. Вы также обозначили её основные ориентиры, я не буду повторяться, хотел лишь сказать, что предложения по решению наиболее актуальных проблем отрасли и достижение основных ориентиров программы развития угольной промышленности на период до 2030 года нашли своё отражение в проекте протокольных решений сегодняшнего совещания, и надеюсь, что участники сегодняшнего совещания выскажут своё мнение по этим вопросам. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо Александр Валентинович.

А.Алёшин: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, в государственном реестре опасных производственных объектов по состоянию на 1 апреля 2016 года записано 99 угольных шахт, 258 разрезов, 109 объектов обогащения угля.

Д.Медведев: Повторять только не надо ту информацию, которую уже дал министр. Основные узловые вещи по вашей линии – по линии надзора.

А.Алёшин: Для улучшения состояния промышленной безопасности в отрасли после аварии на шахте «Распадская» были приняты решения и даны поручения, способствовавшие повышению уровня промышленной безопасности. Основными нормативно-правовыми актами, принятыми для повышения уровня промышленной безопасности в период с 2010 по 2015 год введены следующие нормы. Увеличены размеры административных штрафов в 10 раз для должностных и юридических лиц, для граждан – в два раза. Должностные лица Ростехнадзора наделены правом применять наказание в виде административного приостановления деятельности. Установлен режим постоянного государственного надзора на угольных шахтах. Введено обязательное страхование гражданской ответственности владельцев опасных объектов. Введён институт федеральных норм и правил в области промышленной безопасности. Установлены требования в части создания нештатных аварийно-спасательных формирований из числа работников на шахтах. Организовано взаимодействие Ростехнадзора и Роструда по проведению совместных проверок на опасных производственных объектах угольной промышленности.

Одновременно с этим были приняты нормативно-технические акты, направленные на технологическое развитие системы промышленной безопасности, которыми установлены требования по обязательному проведению дегазации, внедрению в шахтах многофункциональной системы безопасности. Установлены требования по применению способов и схем проветривания, оборудованию шахт пунктами коллективного спасения персонала, определению газоносности угольных пластов, требования к применению электрооборудования и другие.

По линии Ростехнадзора с 2011 по 2015 год утверждён 41 нормативно-правовой акт. Помимо того, что все эти нормативные акты были утверждены, они ещё и реализованы, что называется, в железе. Все необходимые меры были приняты в натуральном выражении, если можно так выразиться.

Представлена динамика добычи, аварийности и травматизма со смертельным исходом. Об этом уже говорилось, не буду повторяться.

Ещё одним заметным результатом принятых мер стало то, что на шахтах России в 2015 году доля метана, каптируемого средствами дегазации, возросла до 80%. Для сравнения, в 2008 году доля метанокаптируемых средств дегазации была около 20%. Внедрены механизированные системы для приведения горных выработок в пылевзрывозащитное состояние. Анализ расследования многих событий, связанных с произошедшими в последние годы газодинамическими явлениями свидетельствует о том, что угольная пыль не принимала в них участие. Если бы не этот фактор, многие аварии, в том числе, конечно, и на шахте «Северная», были бы значительно тяжелее.

Основными видами аварий, происходивших в угольной промышленности, являются эндогенные пожары, взрывы, обрушения. Из общего количества аварий около 45% составляют пожары, они же также являются причинами некоторых аварий, связанных со взрывами метановоздушной смеси. За рассматриваемый период взрывы составляют 20% аварий. Это самые опасные аварии, которые уносят жизни большинства работников. Большинство произошедших пожаров – эндогенные и связаны с ненадлежащей изоляцией и самовозгоранием выработанного пространства. Взрывы происходили в результате недостаточного проветривания и скопления газа, некачественной изоляции выработанного пространства. Всего в авариях с 2010 по 2015 год погибло 150 человек.

Сегодня угольные шахты оснащены необходимыми средствами механизации процесса, приборами контроля, средствами защиты, что снижает фоновый риск, который соответствует лучшим мировым практикам. В то же время остаются причины, связанные с организацией работ и дисциплиной, ввиду чего угольным компаниям необходимо сделать акцент именно в этом направлении. Анализ причин аварий и несчастных случаев со смертельным исходом на угольных предприятиях показывает, что бо?льшая часть их связана с нарушениями требований безопасности вследствие как раз низкой дисциплины и квалификации работников, неудовлетворительной организации производственных процессов, слабых знаний персоналом требований безопасного ведения работ, неэффективности производственного контроля. Эти нарушения являются системными и повторяются из года в год.

Представлены некоторые итоги нашей контрольно-надзорной деятельности за последние пять лет. Внедрение риск-ориентированного подхода снижает количество проверок, а вместе с тем и количество выявляемых нарушений. В то же время требовательность к предприятиям не снижается и количество принимаемых мер административного воздействия увеличивается. В результате грубых нарушений в 2015 году работы приостанавливались 699 раз. Каждый факт приостановки – это предотвращение аварий и гибели большого количества людей.

Можно увидеть, как изменяются по видам нарушения за последние 10 лет. Анализ нарушений свидетельствует о снижении наиболее опасных нарушений, таких как нарушение газового и пылевого режима, являющихся факторами самых серьёзных аварий. Мы показали основные виды нарушений, которые были выявлены в прошлом году. Число нарушений, связанных с обеспечением газового и пылевого режима, незначительно, но этой области уделяется повышенное внимание инспекторского состава. Прочие нарушения – это как раз те самые системные нарушения, которые в структуре риска аварий занимают львиную долю. И эти же нарушения являются питательной средой всех тех нарушений, которые указаны в верхней части таблицы.

Показана взаимосвязь между проводимыми проверками, выявляемыми нарушениями, нарушениями пылевого и газового режима и административными приостановками деятельности. Несмотря на снижение количества проверок, возросло число серьёзных нарушений и принятых мер к нарушителям в виде административных приостановок.

Программой развития угольной промышленности на период до 2030 года было запланировано снижение значения удельного показателя смертельного травматизма к концу 2015 года до 0,13 человека на миллион тонн. В 2015 году этот показатель составил 0,53 человека на миллион тонн, что соответствует показателям развитых угледобывающих стран и в два раза превышает показатель, который был записан в Программе развития угольной промышленности. Это самый низкий показатель за всю историю наблюдения, не только российскую, но и Советского Союза. Для сравнения, на Украине этот показатель в настоящее время составляет почти 1,2 человека на 1 млн т. У нас, напомню, – 0,53 человека, в Китае – 0,25, то есть в пять раз.

Д.Медведев: Что нам с Украиной в этом смысле сопоставляться…

А.Алёшин: Я для сравнения…

Д.Медведев: Да нет, я просто про то, что там ни промышленности, ни государства не существует.

А.Алёшин: Это в 2013 году на Украине было, когда ещё там…

Д.Медведев: Это 2013 год? Промышленность там была, а государства и тогда не было.

А.Алёшин: Проведённый анализ показывает, что принятые в последнее время реализованные меры были достаточно эффективны и дали положительные результаты. Вместе с тем ряд позиций нуждается в дальнейшем развитии.

Нами подготовлены предложения по повышению уровня промышленной безопасности в угольной отрасли, они вошли в проект поручений по итогам сегодняшнего совещания. Для экономии времени я не буду их зачитывать, хотелось только акцентировать внимание на разработке действенных мер для снижения пресловутого человеческого фактора, а именно разработать и осуществить комплекс мер по резкому повышению эффективности систем управления промышленной безопасностью и производственного контроля в угольных компаниях; обеспечить непрерывное прохождение работниками угольных шахт обучения и тренингов по вопросам технологии ведения безопасности работ.

И следующее предложение, с которым мы выступаем впервые. Мы считаем целесообразным рассмотреть возможность введения уголовной ответственности руководителей, в первую очередь руководителей, и других работников за неоднократное грубое нарушение требований безопасности, отклонения от которых создают угрозу жизни и здоровью людей, даже если отклонения эти не привели к гибели работников.

Д.Медведев: Под неоднократностью вы с правовой точки зрения понимаете так называемую повторность, то есть достаточно второго нарушения. Правильно я понимаю?

А.Алёшин: Да.

Д.Медведев: Ладно. Спасибо, Алексей Владиславович.

М.Топилин: Коллеги! Не буду повторяться, мы за последнее время (после трагедии на шахте «Распадская») приняли достаточно большой пакет законодательных мер. Это поправки в Трудовой кодекс: появилась новая глава «Особенности регулирования труда работников, занятых на подземных работах», где были чётко урегулированы вопросы, связанные и с обучением, и с инструктажем, с медицинскими осмотрами. Были приняты решения Правительства по порядку проверки соответствия знаний, применяемых на подземных работах, квалификационным требованиям (в 2012 году постановление было принято). Был утверждён единый перечень требований по охране труда и перечень мероприятий, которые реализуют работодатели, по охране труда. Раньше сюда относили мероприятия как угодно, и единой технологии, единой конструкции не было.

Также в последние годы была проведена очень серьёзная работа по специальной оценке условий труда. Подавляющее большинство шахт прошли спецоценку. Это связано с введением дополнительного тарифа в системе пенсионного обеспечения. Мы продолжаем эту работу совершенствовать, имея в виду, что очень важно, чтобы никто не потерял гарантий и компенсаций, но условия труда улучшались.

Мы буквально перед этим совещанием с Иваном Ивановичем Мохначуком (председатель Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности) встречались, и есть договорённость о том, что мы внесём некоторые изменения в особенности применения спецоценки, с тем чтобы какие-то шероховатости в этом процессе полностью ушли.

Коллеги отметили, что в результате травматизм со смертельным исходом, по сравнению с 2012 годом, уменьшился: по нашим данным, в прошлом году погибших было 50 человек (33 человека на шахтах, которые добывают каменный и бурый уголь).

Дмитрий Анатольевич, коротко по предложениям, которые есть. Они все вошли в проект протокольного решения. Это и изменения, корректировка скидок и надбавок по тарифам в зависимости от условий добычи угля. Здесь мы с Минэнерго подготовим предложения, как можно было бы дополнительно с учётом скидок и надбавок влиять экономически на те мероприятия, которые предприятия проводят по снижению травматизма.

Второе (это системная вещь): мы в единственном виде страхования – страховании от несчастных случаев на производстве – до сих пор имеем эта сумма составляет 2 млн рублей, поэтому в проекте протокольного решения эти поручения тоже даются. Это всё можно сделать в пределах средств, которые предусмотрены на страхование от несчастных случаев. Также предлагается увеличить требования к продолжительности работы без травм со смертельным исходом до трёх лет. В этом случае вводить систему скидок для предприятий в рамках страхования от несчастных случаев. Эти предложения тоже поддержаны всеми.

Дмитрий Анатольевич, единственное, что у нас вызывает вопросы: мы по 18-му пункту проекта решения... Александр Валентинович (Новак) обозначил предложения Минэнерго – устанавливать вычет по социальному страхованию, то есть когда предприятие может в рамках перечисленных взносов тратить средства на предупредительные меры, – Александр Валентинович предложил это сделать в размере 40% всех взносов. Я напомню...

Д.Медведев: Здесь написано не «40%», а «проработать до 40%». Это всё-таки разные вещи.

М.Топилин: Да, до 40%. Мы предлагали сделать 30%, до 30%.

Д.Медведев: Но, коллеги, написано «до 40% проработать».

М.Топилин: Мы предлагали до 30 сделать норму, и не всех сумм страховых взносов, потому что у нас скидка эта работает тогда, когда уплаченные суммы выше, нежели то, что выбирает предприятие, то есть дельту. Это общее правило социального страхования и страхования от несчастных случаев. И направлять это... Здесь надо тоже немножечко подкорректировать. Мы тогда в рабочем порядке это сделаем. У нас эти средства идут в основном на безопасные условия труда, на различные средства индивидуальной защиты, но не на модернизацию основных фондов. Это тогда слишком широкая трактовка, можно и оборудование покупать. И я думаю, что это противоречит той системе страхования, которая существует. Мы тогда бы этот перечень проработали.

Д.Медведев: Ну проработайте, это же не решение. Сказано: «проработать и представить предложения». В том числе и по цифрам тоже, естественно.

М.Топилин: Да, но в принципе направление это правильное, мы в этом направлении также действуем.

И последнее. Мы в принципе подготовили – это тоже имеет отношение к программе переобучения шахтёров с учётом реструктуризации, которая проходит... Кемеровская область внесла проект программы по поддержке рынка труда объёмом порядка 140 млн рублей. Мы сейчас с коллегами работаем над её уточнением, но в принципе готовы её тоже поддержать. И, если эти решения будут поддержаны, мы до мая должны будем заключить с Кемеровской областью соответствующее соглашение.

Спасибо.

А.Тулеев: Сегодня на фоне, Вы знаете, глобального кризиса мирового производства и резкого падения цен на мировом рынке, на фоне закрытия угольных предприятий, к сожалению, массовых увольнений шахтёров, которые происходят в Соединённых Штатах, Китае, Индонезии, ЮАР, других продвинутых ведущих странах кузбасская промышленность держится. Нам удалось, Дмитрий Анатольевич, не только сохранить, но и нарастить объём угледобычи до 215 млн т в прошлом году, удержать наших ключевых покупателей на главных рынках, то есть укрепиться на мировых рынках, не допустить массового сокращения людей. Повысили на 10% заработную плату, то есть одно из Ваших требований, которое Вы высказали, – работа и достойная заработная плата – на сегодняшний день с трудом, но мы выдерживаем. Это прямой результат, конечно, колоссального труда, который мы сделали за 18 лет. За это время единственная отрасль, которая прошла полный цикл реформирования, превратилась из убыточной, дотируемой государством, в экономически эффективную и стала первой полностью частной отраслью российской экономики. Это доказано временем – эффективность работы, в том числе в эти труднейшие месяцы работы этого года.

Мы инвестировали начиная с 1997 года 663 млрд рублей, построили 86 новых высокопроизводительных угольных предприятий. Вы только сейчас смотрели, Дмитрий Анатольевич, разрез «Барзасский» и обогатительную фабрику. То есть за 18 лет практически построен второй угольный Кузбасс. Только что мы посмотрели технику, правда, открытую, и Вы видите, что регион превратился в полигон для внедрения и испытания мировых супертехнологий.

Что нам дала совместная работа с Правительством Российской Федерации, вот такая масштабная работа? Первое – производительность труда шахтёров за 18 лет по Кузбассу выросла в 3,6 раза. Я Вам докладывал: было занято 315 тыс. человек в советское время в угольной отрасли Кузбасса, добывали 160 млн т, а сейчас 215, и мы сделали очень мощный рывок, и сегодня в отрасли занято всего 90 тыс. человек. Второе, то, что Вы постоянно требовали от нас, – обогащение угля. Доля обогащённого угля в три раза выше рядового, довели с 40 до 74% на момент проведения совещания. Конечно, этого невозможно было бы достичь, если бы не было чёткой, прямой поддержки Президента Владимира Владимировича Путина. Он неоднократно приезжал в Кузбасс, в том числе, спасибо, во время трагедии на «Распадской». В 2012 году лично провёл в Кемерово большое совещание, где была принята стратегия развития до 2030 года угольной отрасли. Прогрессу, которого мы добились на сегодняшний день, способствовали абсолютно правильные своевременные решения, которые были приняты лично Вами, уважаемый Дмитрий Анатольевич. Вы помните совещание 2012 года, шахтёрский город Ленинск-Кузнецкий. Вы посетили старейшую в области шахту «Комсомолец», а затем спустились сами лично в шахту «Листвяжная», где под землёй непосредственно встретились с нашими горняками, специалистами и там же провели ряд совещаний и обсудили ряд важнейших вопросов. После этого было решено при Вашей поддержке, именно после встречи под землёй: изменение в трудовом законодательстве, налоговое стимулирование, безопасность. И примите особую благодарность вот именно за эту встречу.

Докладываю, что мы сделали по повышению безопасности шахтёрского труда. Начиная с 2000 года вложили в безопасность, чисто в безопасность, 55 млрд рублей. Самое важное – это продуманные, правильные инвестиции. Они позволили нам уменьшить число шахтёров, работающих в опаснейших условиях под землёй. Сейчас мы перевернули, Дмитрий Анатольевич, угольную пирамиду. Если раньше, до 1998 года, подземная добыча составляла в Кузбассе 60% от всего добытого угля, теперь, наоборот, 66% угля добывается на угольных разрезах, то есть открытым, безопасным способом. Раньше, в 1997 году, под землёй работали 72 тыс. человек, сегодня 33. Мы и дальше будем идти по этому пути, потому что чем меньше людей под землёй, тем спокойнее, безопаснее. Не дай бог что-то случится, меньше людей пострадает. Хотя, как Вы сегодня правильно заметили, каждая человеческая жизнь бесценна и нужно бороться за каждую шахтёрскую жизнь.

Все действующие шахты Кузбасса, их сегодня 47, оборудованы самыми современными системами газовой защиты. На всех шахтах самые передовые системы связи, специальные чипы. Связь с каждым шахтёром под землёй. Но в то же время, Дмитрий Анатольевич, сколько мы ни говорим, сколько ни проводим этих инструктажей, сколько ни пугаем, честно говоря, ну не доходит. С этим человеческим фактором, тут нужно иногда вот, как в народе говорят, «тройную защиту от дураков». Так же как в автомобильной... Вот сколько, Дмитрий Анатольевич, кому ни говори: не езжай, вот это встречка, нельзя ехать, разобьёшься насмерть... Бесполезно. А вот когда ставишь разделительную полосу, металлические ограждения и так далее – всё. Встречки нет, человек сохранился, человеческая жизнь сохранилась. Вот на этом я лично настаиваю, говорю: сделай так, даже если он захочет нарушить, а вот сделай, как на встречке, как в автомобильном транспорте, который мы делаем…

Вот, к примеру, как сделала компания СУЭК, Рашевский Владимир Валерьевич... В 2014 году, кстати, мы обговаривали это ещё там, под землёй, Дмитрий Анатольевич, в Ленинске-Кузнецком. Появился один из первых в России диспетчерских центров по промышленной безопасности. Что это такое? Принцип работы светофора. Все угольные предприятия выведены на диспетчерский щит. Зелёный свет на мониторе – значит, всё работает по технологии, нарушений безопасности нет. Жёлтый – всё, внимание, где-то что-то случилось под землёй, на одной из шахт или разрезов. Мгновенно сигнал на шахту, выясняют причину. Загорелся красный – если не приняли мер на шахте, то отключение идёт вот с этого диспетчерского пункта. Тройной контроль. Инженерная мысль, Дмитрий Анатольевич, во всяком случае в этом объединении, по безопасности на пределе. Я даже уже не знаю, что там ещё можно придумать. Считаю, уже сегодня в наших силах, и мы работаем, создать основу для безлюдной угледобычи. Начинать, конечно, нужно с очистных забоев. То есть опасную работу должна вести техника, комбайны, а люди должны управлять с безопасного расстояния. Горное дело – особое искусство, было, есть и будет. Сегодня, к сожалению, Дмитрий Анатольевич, сказать, что всё сделано, и там не будет… Ну не могу я. Я говорил и в ходе двухдневной Вашей поездки, что невозможно предусмотреть все эти... Под землёй свои особые законы действуют, особые, и при всей нашей продвинутости всё равно каждый раз мы дрожим, как осиновые листы.

В этом году с учётом человеческого фактора мы уже запустили первый общероссийский аэромобильный центр, где будем готовить шахтёров, где они будут в реальной шахте отрабатывать все приёмы – в 3D-измерении, в условиях, максимально приближённых к реальности. Я хочу поблагодарить министра Пучкова. Владимир Андреевич лично контролирует ход строительства, и первую группу спасателей мы в апреле уже допустим к обучению, а обучать будем всех российских шахтёров, в течение года примерно 10 тыс.

Что всё это нам дало, вся эта масштабная работа? Первое. Самое низкое количество смертельных случаев (стучу по дереву) за всю историю добычи угля в Кузбассе: две – в 2013-м, две – в 2015 году. В 1997 году тяжёлая статистика была: на 700 тыс. т угля один шахтёр погибал, сегодня на 15 млн – один погибший. Но, к сожалению, во всём мире шахты – это опаснейшее производство, и даже в самых развитых… Там, ещё раз повторяю, свои законы под землёй, но главный враг – всё равно везде метан.

И хотя реально взвешивая ситуацию, вероятность последующих взрывов на шахтах с учётом того, что сделали, полностью пока, Дмитрий Анатольевич, к сожалению (я честно, как перед иконой, говорю), – не исключить. И моё мнение поэтому: наиболее опасные, старые, изношенные шахты, особо с крутыми пластами падения, где используют ручной труд, где шахтёры, как обезьяны, лазают, добывают этот уголь, просто закрыть, и чем быстрее, тем лучше.

И вот с 2013 года по Вашему решению, Дмитрий Анатольевич, мы совместно с министром Александром Валентиновичем Новаком вывели из эксплуатации именно 11 таких шахт, о которых Вы говорили: самые старые, самые опасные, самые аварийные, с высочайшим уровнем травматизма и высочайшей долей ручного труда.

Где мы вывели? Прокопьевск (согласовали с Вами), Киселёвск, Анжеро-Судженск. Дмитрий Анатольевич, докладываю Вам, Ваше задание выполнено, шахты эти уже закрыты. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить министра труда Топилина Максима Анатольевича, мы вместе работали по занятости шахтёров.

Какая схема закрытия? Я Вам докладываю ещё раз: собственники, как Вы говорили, взяли на себя решение технических вопросов по закрытию шахт. Это был трудный момент, и психологически трудный, и чисто технически. Затратили на эти цели практически 5 млрд рублей собственных средств, взамен они получили лицензии на строительство новых разрезов, куда трудоустроили шахтёров с этих шахт, а государство взяло на себя решение социальных программ. Вы тогда сказали: а вы переселяйте людей из ветхого аварийного жилья, которое было наверху, на этих шахтах.

И особо, конечно, большую работу здесь провела – нужно поблагодарить – компания «СДС» Федяева Михаила Юрьевича.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! На 2015–2016 годы (Вы уже подписали) предусмотрено 700 млн рублей, чтобы нам довести переселение этих домов с этих закрытых шахт. Переселили пока 448 семей, но необходимо ещё закончить и переселить с этих грунтов 6395 семей. И здесь очень мощно было бы программу ГУРШ поддержать, я тоже в ходе поездки Вам докладывал.

И, конечно, важное значение имеет 185-й ФЗ, если его продлить дальше, то мы задачу эту, конечно, выполним. А она многие проблемы решает, в том числе строительную, а строительство — это локомотив экономики. Но для этого нужно 10 млрд 450 млн рублей, и тогда со всех опасных аварийных шахт мы жильё уберём. А собственники, как сказали, продолжают вкладывать свои средства для закрытия этих шахт.

Дмитрий Анатольевич, помимо старых шахт, которые мы закрыли, сейчас самое опасное – восемь сверхопасных шахт. И закрыть их одномоментно мы не можем. Во-первых, 7300 человек. Это семьи, дети. Требуется 15 млрд рублей. И, что важно, на этих восьми особо опасных шахтах – самый уникальный коксующийся уголь, ценнейшей марки. Таких марок угля в мире просто нет. И металлурги без этих марок угля работать не могут. Что мы предлагаем? Для таких сверхопасных шахт просто запретить отработку этих угольных пластов, пока в них не будет реально снижено содержание метана до безопасного уровня (учёные должны его установить), и жёстко это контролировать. А с другой стороны, угольным компаниям предоставить упрощённый порядок списания экономически нецелесообразных из особо опасных участков для отработки угля. Чем быстрее мы это сделаем, Дмитрий Анатольевич, тем спокойнее будем спать. Считаю, что для проведения дегазации нам нужно изменить схему. Ростехнадзор докладывал – Алёшин. Мне кажется, если мы не сделаем независимые компании по дегазации, главным показателем которых будет качество дегазационных работ, мы не продвинемся далеко. В Америке более 200 таких независимых фирм. Они специализированно занимаются только дегазацией, то есть извлечением метана до начала горных работ. И эти 200 фирм извлекают до 80% метана из угольных пластов. А мы извлекаем в среднем из пластов пока 10–20% на сегодняшний день. Почему? Потому что занимаются не такие компании, а занимаются компании, которые сами шахты организовывают, специалисты, а они работают по остаточному принципу. Вот и весь секрет.

Дмитрий Анатольевич, Вы на самой первой стадии поверили, поддержали наш масштабный проект по извлечению метана из угольных пластов, который мы реализуем вместе с «Газпромом». В феврале 2010 года Вы лично запустили добычу газа метана на Талдинском месторождении. В результате, во-первых, создали совершенно новую отрасль – метано-угольную. И, что важно, мы сейчас уже на этой базе начали обучать специалистов по газу метану, а потом из них создадим специализированные бригады, которые будут заниматься именно дегазацией.

Главная проблема, уважаемые коллеги, на сегодняшний день: где взять инвестиции по вопросам безопасности. В условиях, когда внутренний рынок угля ежегодно снижается, газы дешевле, чем уголь… Экибастуз: как прёт этот уголь, так и прёт. Уже скоро, наверное, 30 млн т угля будет завозить, которые мы могли сами спокойно внутри сжигать, в том числе кузбасского. Основным источником (Дмитрий Анатольевич, я убедительно прошу Вас этот вопрос решить, помочь нам) является экспорт. Если вопрос с экспортом будет решён – а экспорт во многом зависит от цены железнодорожных перевозок, – поверьте мне, этих совещаний Вы будете проводить на порядок меньше.

Мы что просим? Первое: железнодорожный тариф должен быть предсказуемым долгосрочно. Ну что сложного специалистам? Я сам по образованию инженер путей сообщения. Что сложного просчитать это? Сколько мы спорили с Якуниным – бесполезно, топчемся на одном месте. Он зайдёт, договорится – на совещании одно, потом зашёл, кого-то уговорил, смотришь: тарифы растут и растут. В 2012 году, когда Вы проводили под землёй совещание, Дмитрий Анатольевич, железнодорожный тариф составлял 40%. И тогда уже шахтёры, бригадир, Вы помните, вели разговор про этот железнодорожный тариф. А сейчас его доля 60%. За это время железнодорожные перевозки угля выросли более чем в полтора раза. Цены на уголь в рублях с учётом девальвации, наоборот, упали на 20%. Если тарифы дальше будут расти, то перевозки угля уменьшатся, а если уменьшатся объёмы перевозок, зачем тогда БАМ, зачем Транссиб, зачем всё это развитие? Ведь всё это делается для повышения объёма перевозок грузов. А не будет угля, и смысл всего этого пропадает. Причём ведь угольная отрасль даёт работу самим железнодорожникам – 400 тыс. человек. Мы просчитали всё сами: это треть грузовых перевозок в России – уголь. Схема простая, логика простая: чем больше ты угля провёз, тем больше тонно-километров. Чем больше тонно-километров, тем больше денег у господина Белозёрова Олега Валентиновича – умнейший, талантливый руководитель. До идиотизма всё просто и настолько сложно, бьёмся каждый раз с этим...

Второе. Мы просим, конечно, хотя бы на сегодняшний день сохранить базовый принцип прейскуранта 10-01: груз массовый – типа угля, руды – надо везти дешевле. Если же тариф задрать, массовых грузов не будет. Но тогда и другие грузы придётся везти в разы дороже. А резервов много, Дмитрий Анатольевич, поверьте. Я сколько раз говорил – правда, потом становишься врагом номер один… Это и новые технологии. Посмотрите, какая у вас скорость доставки – вы скатились в каменный век. Оборота вагонов нет, тяжеловесного движения нет, маршрутизации нет. Зарплаты там – не снились нам, да и другим работникам промышленности. Но делать надо всё это совместно, никто не отделяет. И мы хотим совместно делать с крупнейшими грузоотправителями маршрутизацию перевозок и всё, что от нас зависит.

И в завершение, Дмитрий Анатольевич, ещё одна напасть помимо кризиса этого, угроз железнодорожного тарифа, – я не могу не поделиться с Вами. Это вот когда прошла парижская конференция Организации Объединённых Наций по климату… Тяжелейшая сейчас моральная обстановка: против угля практически объявлен крестовый поход. Везде вдалбливают: уголь грязный, топливо, CO2,углекислый газ, что именно из-за него температура растёт во всём мире и так далее. Но что самое страшное – почему наши-то вышли? Почему Олег Дерипаска вышел… Больше ему ничего не надо – надо увеличить плату выброса за углекислый газ, углеродный налог! Ну всё же встанет, всё встанет.

Во-первых, надо прочитать эту ботанику, там же недолго. Вся жизнь же зависит от солнца, от углекислого газа. Что, сложно, что ли, прочитать? Один абзац же. Нет же, углеродный налог – и всё, и тогда всё встало. Но встанет же и нефтегазовая отрасль, и транспорт, и металлургия, и агропром, и химическая промышленность. Всё это ляжет на людей. Мы уже прикинули примерно: цена на электроэнергию, на тепло вырастает в 2,7 раза. Просчитать надо все последствия, а главное, прекратить пугать людей.

Д.Медведев: Он ещё пугает тем, что нельзя пиво разливать в пластиковую тару, так что в этом смысле ведёт деструктивную линию и по другим направлениям. Но если говорить серьёзно… Аман Гумирович, всё?

А.Тулеев: Дмитрий Анатольевич, хочу поблагодарить и заверить: Кузбасс стабилен…

Д.Медведев: Я откликнусь на два момента, которые вы обозначили. Первый – по идее, которая касается запрета отработки пластов до выполнения требования по снижению содержания метана до безопасного уровня. Я хотел бы, чтобы, конечно, руководители производств, руководители компаний, собственники компаний об этом сказали – сказали откровенно. Но в принципе с точки зрения логики мне кажется это правильным. Я не знаю, как это будет выглядеть с точки зрения бизнеса, конкретных предприятий. Но с точки зрения логики и, самое главное, заботы о жизнях людей это выглядит правильно. Поэтому я дам поручение это включить в протокол нашего сегодняшнего заседания.

Вопрос о железнодорожном тарифе, действительно, «вечнозелёный». Я не могу допустить драки между руководителем субъекта Федерации и новым руководителем нашей акционерной компании «Российские железные дороги». Надеюсь, вы сможете разрешить это мирным способом. Нужно проанализировать. Олег Валентинович (обращаясь к О.Белозёрову), посмотрите, что можно сделать с учётом того, что решения о гибком тарифе и так принимались, они в целом действуют. Вопрос в том, чтобы эти решения сохранялись, были долгосрочными – вот о чём идёт речь. Гибкий тариф и так предусмотрен. А вот долгосрочность этих решений, что особенно ценно для бизнеса, – это исключительно важная история. Тогда деньги будут приходить и самим угольщикам в необходимых объёмах, будут накапливаться в «Российских железных дорогах» на расчётном счету ОАО «РЖД». И самое главное, будет понятно, как выстраивать бизнес на будущее. Но мы ещё тоже об этом сегодня поговорим. Спасибо. Давайте перейдём к обсуждению других – и обозначенных, и новых – вопросов.

Россия. СФО > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 4 апреля 2016 > № 1710152 Александр Новак, Аман Тулеев


Германия. Австрия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 24 февраля 2016 > № 2047173 Александр Новак

Александр Новак дал интервью газетам Die Welt и Die Presse.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью немецкой газете Die Welt и австрийской Die Presse рассказал о ситуации на мировом рынке нефти и перспективах поставок российского газа в европейские страны.

Ди Вельт: «Стабильность снабжения нефтью после 2020 года находится под угрозой»

Чрезвычайно низкие цены на нефть создают сложности не только для России. По мнению Министра энергетики РФ Александра Новака с серьезными последствиями могут столкнуться и другие участники нефтяного рынка. Однако цена нефти не должна быть слишком высокой – этим могут воспользоваться производители из Соединенных Штатов.

Die Welt: Вы договорились в Дохе с Министрами нефти Саудовской Аравии, Катара и Венесуэлы о не наращивании добычи. Поначалу сложилось впечатление, что рынок разочарован результатами переговоров, поскольку цены продолжили снижаться. Что даст это соглашение?

Александр Новак: Наша встреча с коллегами из Саудовской Аравии, Катара и Венесуэлы была достаточно продуктивной. Самым важным результатом стала предварительная договоренность об ограничении добычи в 2016 году уровнем января 2016 года. Окончательное решение будет принято, когда большинство производителей нефти присоединится к данной инициативе. По нашему мнению, такой подход обеспечит поступательную балансировку рынка и стабилизацию цен на уровне, который обеспечит долгосрочное устойчивое развитие отрасли.

Die Welt: При условии, что другие производители присоединятся. Однако, по мнению аналитиков, для стабилизации цен требуется не просто остановка роста добычи, а ее сокращение.

Александр Новак: Такие предложения периодически появляются. Но нам представляется, что это приведет лишь к кратковременному и искусственному повышению цен. В свою очередь, высокие цены вызовут новый приток спекулятивного капитала в высокозатратные проекты, например, по добыче сланцевой нефти. А это опять же увеличит предложение и приведет к падению цен. Главным фактором является цена, при которой добыча сланцевой нефти становится нерентабельной. Если нефтяные котировки превышают этот уровень, то эффект быстрого снижения цен неизбежен. Именно поэтому нам необходимы консультации, в ходе которых можно обмениваться оценками текущей ситуации.

Die Welt: Однако наблюдаемое в последние 18 месяцев снижение цен давно оказывает серьезное воздействие на производителей с высокими издержками.

Александр Новак: Да, хотя это происходит медленнее, чем изначально ожидалось. И это основное отличие от предыдущих циклов, когда страны-экспортеры могли регулировать рынок простым изменением объемов добычи. Начиная с 2009 года, когда технологии сланцевой добычи получили широкое распространение, ситуация изменилась.

Die Welt: Разделяете ли Вы оценки МЭА, согласно которым мы, вопреки ожиданиям, не увидим стабилизации нефтяных цен в 2016 году?

Александр Новак: В общем и целом я соглашусь. Когда в середине 2014 года цены начали снижаться, многие предполагали, что добыча отреагирует и снизится быстрее. Однако этого не произошло. Очевидно, что сложившиеся ранее цены выше 100 долларов за баррель на самом деле были очень высокими. Вместе с тем, нефтяные компании выдержали падение цен, спрос и предложение демонстрировали синхронный рост, и разрыв между ними не уменьшался. Поэтому все прогнозы относительно окончания нынешнего цикла сейчас меняются. Ограниченный доступ к финансированию и задержки с реализацией ряда проектов приведут к тому, что рынок вернется в равновесное состояние, добыча вне ОПЕК снизится, особенно в Северной Америке. К примеру, число буровых установок в США уже снизилось на две трети.

Die Welt: Не только в США. Все ведущие международные нефтяные концерны в прошлом году сократили инвестиционные программы на 35 процентов. Какие сокращения Вы ожидаете в 2016 году?

Александр Новак: С учетом сложившейся ценовой конъюнктуры мы ожидаем в 2016 году дальнейшего сокращения от 15 до 40 процентов. Соответственно, инвестиции 30 крупнейших международных энергокомпаний в 2016 году могут оказаться на 200 млрд. долл. ниже, чем планировалось до кризиса. Одновременно мы видим удорожание кредитных средств для производителей нефти в США, что затрудняет для них доступ к финансированию.

Die Welt: Какими будут последствия сокращения инвестиций?

Александр Новак: В краткосрочной перспективе серьезных последствий для мировой нефтедобычи не ожидается. Негативным является средне- и долгосрочный прогноз, поскольку будут отложены или «заморожены» важные добычные проекты, которые должны были обеспечивать стабильность и безопасность поставок для удовлетворения глобального спроса. Поэтому можно говорить о том, что стабильность снабжения нефтью после 2020 года находится под угрозой. В этой связи Россия в обозримой перспективе намерена оставаться надежным глобальным поставщиком нефти.

Die Welt: Могла бы Россия пойти на сокращение добычи ради достижения ценовой стабильности?

Александр Новак: Мы не просчитывали подобный сценарий. С учетом технологических и климатических особенностей, а также состояния проектов для нас это проблематично. Представьте себе – в России имеется более 170 тыс. скважин. Сократить их число очень сложно. Для сравнения, на Ближнем Востоке скважин гораздо меньше. Саудовская Аравия добывает такое же количество нефти, как мы, из 3500 скважин. Кроме того, наши нефтяные концерны являются независимыми акционерными обществами, которые самостоятельно определяют свои производственные планы.

Die Welt: Глава второй по величине российской нефтяной компании «Лукойл» Вагит Алекперов недавно сказал, что российская нефтяная отрасль больше всего опасается изменения условий налогообложения со стороны государства.

Александр Новак: Я разделяю мнение руководителей нефтяных компаний о необходимости стабильной налоговой системы. Они и так столкнулись с падением нефтяных цен, девальвацией рубля и проблемами с привлечением финансирования. Если к этому добавить изменение налогообложения, горизонт любого прогнозирования и планирования сузится до одного года. В предыдущие пару лет мы как раз приняли важные решения в налоговой сфере, которые должны стимулировать добычу на новых месторождениях в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Результат не заставил себя ждать: в 2015 году мы добыли там 60 млн.тонн.

Die Welt: А в арктическом регионе?

Александр Новак: Сроки добычи там будут сдвигаться, поскольку она является дорогостоящей. При этом из-за благоприятного налогового режима инвестиции в проекты в акваториях Охотского и Каспийского морей будут расти. В долгосрочной перспективе мы должны изменить налоговую систему, чтобы она была не привязана к динамике нефтяных цен. В течение года мы совместно с Министерством финансов подготовим соответствующие предложения.

Die Welt: Известно, что Россия сталкивается с падением добычи на существующих месторождениях. Если произойдет сокращение инвестиций, удастся ли после 2017 года поддерживать добычу на текущем уровне?

Александр Новак: Многое будет зависеть от ситуации с нефтяными ценами и курсом рубля. Все наши нефтяные компании подтверждают, что будут поддерживать бурение на существующих месторождениях в целях сохранения добычи на текущем уровне. Однако при существующих ценах вряд ли стоит рассчитывать на инвестиции в новые проекты. Хотя инвестиции уменьшатся не на 100, а, скорее, на 20-30 процентов.

Die Welt: В средне- и долгосрочной перспективе на объемы добычи могут повлиять западные санкции в отношении труднодноизвлекаемых запасов. Ощущается ли уже сейчас этот эффект?

Александр Новак: Влияние на общие объемы добычи минимально. В последние два года мы добывали по 18 млн.тонн на упомянутых месторождений, что составляет 3 процента от общего объема добычи. Повышение этой доли является задачей на будущее.

Die Welt: Однако это проблематично без западных технологий…

Александр Новак: На самом деле, мы наблюдаем обратный эффект. Поскольку нашим компаниям не разрешено сотрудничать в данной области с западными фирмами, они уже начали самостоятельно создавать необходимые технологии в России.

Die Welt: Честно говоря, за несколько лет наверстать упущенное невозможно…

Александр Новак: Нам удается достичь поставленных целей. За три года мы в достаточной степени модернизировали существующие технологии, у нас есть специалисты, научная и практическая база. Многие компании работают в этом направлении.

Die Welt: Перейдём к газовой отрасли. Еврокомиссия скоро получит доступ ко всем контрактам на поставку газа. Что Вы думаете по этому поводу?

Александр Новак: Мы исходим из того, что коммерческие договора между компаниями являются исключительно их прерогативой.

Die Welt: Вас беспокоит поведение Евросоюза?

Александр Новак: Некоторые представители ЕС стремятся к тому, чтобы Еврокомиссия координировала заключение договоров на поставку газа. Однако далеко не все страны с этим не согласны, и многое будет зависеть от их позиции.

Die Welt: Трения между Газпромом и Еврокомиссией имеют давнюю историю. Ранее Газпром высказывался в несколько агрессивном и неуважительном ключе, сейчас тональность поменялась, стала более мягкой. Как бы Вы охарактеризовали эти отношения в настоящий момент?

Александр Новак: Россия является надежным поставщиком энергоресурсов для Евросоюза и наши отношения являются взаимовыгодными. Именно в этих целях создана соответствующая инфраструктура. И нам предстоит её расширить - учитывая, что собственная добыча в Европе снижается, а спрос продолжает расти.

Die Welt: Однако и в этом вопросе не обходится без разногласий. Является ли европейская позиция конструктивной?

Александр Новак: К сожалению, со стороны Евросоюза политические мотивы превалируют над экономическими соображениями при организации поставок нефти и газа. Именно по политическим причинам был заблокирован проект строительства трубопровода "Южный поток". Исходя из тех же политических соображений, предпринимается попытка помешать расширению газопровода "Северный поток" по дну Балтийского моря. Это тем более удивительно, поскольку строительству первых двух ниток никто не мешал, и этот проект признавался полностью соответствующим европейскому законодательству. Однако к двум новым ниткам газопровода почему-то применяется совершенно другой подход. Мы также видим, что в новой Энергостратегии Евросоюза не упоминаются отношений с нашей страной. Это выглядит странно, поскольку именно Россия является крупнейшим поставщиком энергоресурсов для Евросоюза. Мы надеемся, что здравый смысл все-таки возобладает. Отношения следует выстраивать с учетом взаимных интересов, гарантий и долгосрочной стабильности.

Die Welt: Я полагаю, Вы рассчитываете на поддержку Германии как основного сторонника расширения "Северного потока"?

Александр Новак: Данный проект, в первую очередь, является коммерческим. В нем заинтересованы крупнейшие европейские энергокомпании, он рассчитан на длительную перспективу. С учётом этих факторов проект может конкурировать с другими маршрутами поставок природного газа, включая трубопроводный газ и СПГ, на который сейчас делается ставка.

Die Welt: А если поместить на чашу весов "Северный поток" и продолжение транзита через Украину?

Александр Новак: Мы не исключаем, что частично поставки газа будут осуществляться через территорию Украины. Вопрос в другом - насколько экономически оправданным является использование исключительно существующей трубопроводной системы. Альтернативные трубопроводные маршруты создают конкуренцию и удешевляют транзит для европейских потребителей. Когда одна из стран обладает монополией на транзит, это негативно сказывается на величине транзитных платежей и создаёт риски. Украина уже объявила о многократном росте ставок за транзит газа по своей территории.

Die Welt: То есть мы находимся на перепутье?

Александр Новак: В любом случае возникнет комбинация из существующих и новых маршрутов. Необходимо обеспечить конкуренцию между маршрутами по поставкам газа. Европа на словах поддерживает диверсификацию поставок и альтернативные - не российские - трубопроводы, например TAP, TANAP. Однако попытки указывать бизнесу и потребителям, какой маршрут является предпочтительным, а какие трубопроводы вовсе не стоит строить, являются ни чем иным, как откровенным политическим вмешательством в экономику.

Германия. Австрия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 24 февраля 2016 > № 2047173 Александр Новак


Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 6 октября 2015 > № 1509779 Дмитрий Медведев, Александр Новак

Совещание о модернизации нефтеперерабатывающих производств.

Перед совещанием Дмитрий Медведев ознакомился с работой завода «Лукойл-Нижегороднефтеоргсинтез», расположенного в городе Кстово Нижегородской области, и принял участие в церемонии ввода в промышленную эксплуатацию комплекса каталитического крекинга.

ООО «Лукойл-Нижегороднефтеоргсинтез» – одно из ведущих предприятий нефтепереработки в Российской Федерации с установленной мощностью по переработке нефти 17 млн т в год. Его предшественник – Новогорьковский нефтеперерабатывающий завод – был запущен в эксплуатацию 23 августа 1958 года. В 2002 году предприятие вошло в состав российской нефтяной компании «Лукойл».

Предприятие выпускает свыше 70 наименований товарных нефтепродуктов: автомобильные, авиационные и дизельные топлива, нефтебитумы, парафины и др. За период с 2002 по 2014 год компания «Лукойл» инвестировала в развитие Нижегородского НПЗ 100,7 млрд рублей. На предприятии работает около 2300 человек, средний возраст работников – 39 лет, более 80% имеют высшее и среднее специальное образование.

В 2010 году на предприятии введён в эксплуатацию комплекс каталитического крекинга-1. Благодаря запуску комплекса уже в 2011 году производство автомобильных бензинов в ООО «Лукойл-Нижегороднефтеоргсинтез» возросло на 1 млн т по сравнению с предыдущим годом. С 2012 года предприятие производит все автобензины только по стандарту «Евро-5».

В период с 2011 по 2015 год на территории завода осуществлялось строительство объектов комплекса каталитического крекинга вакуумного газойля-2. Пуск комплекса позволит значительно увеличить выход светлых нефтепродуктов, производить дополнительно 1,1 млн т автобензина, 0,15 млн т пропилена в год.

Совещание о модернизации нефтеперерабатывающих производств

Стенограмма начала совещания:

Д.Медведев: Добрый день, коллеги! Всегда приятно участвовать в церемониях, связанных с введением новых мощностей, в том числе и в такой важной для нашей страны отрасли, как нефтепереработка, нефтехимия. Мы только что вместе с руководством «Лукойла», вместе с Вагитом Юсуфовичем Алекперовым приняли участие в церемонии запуска второй очереди комплексного каталитического крекинга. Благодаря современному производству возрастает выпуск автомобильного бензина экологического пятого класса, значит, мы ещё на один шаг приближаемся к нашей цели, заключающейся в том, чтобы освободить российский рынок от низкоэкологического топлива, перейти на европейские стандарты с использованием стандарта бензина класса «Евро-5». Я напомню, что мы такую цель перед собой поставили уже практически в 2011 году.

Хочу отметить, что проектирование промышленного комплекса на нефтеперерабатывающем заводе «Лукойл-Нижегороднефтеоргсинтез» осуществлялось совместно российскими и зарубежными компаниями. Надеюсь, что это создало все нужные технологические эффекты, а открытие нового комплекса – это важное свидетельство того, что постепенно реализуются существующие планы по модернизации нефтеперерабатывающих производств. Понятно, что эти планы зависимы от общего состояния дел в отрасли, цен на нефть, текущей налоговой политики. Мы всё это прекрасно понимаем, тем не менее всё равно процессы эти развёрнуты, они идут. Необходимость обновления, модернизации нефтеперерабатывающих производств диктуется двумя соображениями. С одной стороны, относительной отсталостью технологического уровня из-за многолетнего недофинансирования, которое образовалось как минимум в период 1990-х годов и которое сейчас большинство серьёзных компаний компенсирует, вводя новые мощности. А с другой – возросшими требованиями к качеству нефтепродуктов на потребительском рынке, и в первую очередь в сфере транспорта, а также экологическими требованиями.

В 2011 году были подписаны четырёхсторонние соглашения между нефтяными компаниями, Федеральной антимонопольной службой, Ростехнадзором и Росстандартом. Тогда компании обязались модернизировать свои НПЗ, чтобы перейти на производство более качественных видов нефтепродуктов, а также обеспечить необходимые объёмы их выпуска для поставок на внутренний рынок.

Первоначально срок модернизации был установлен в 2015 году – окончательный срок. В настоящий момент этот срок перенесён на 2020 год в силу существующих трудностей, но это не означает, что это будет бесконечный перенос. Судя по набранным темпам, шансы провести эту модернизацию в период до 2020 года у нас вполне приличные.

В целом нефтеперерабатывающая отрасль демонстрирует хорошие темпы развития: за период 2011–2014 годов нефтяные компании инвестировали в модернизацию НПЗ 823 млрд рублей – это огромные деньги. В этом году на эти цели запланировано 214 млрд рублей. Это позволило существенно увеличить выпуск нефтепродуктов класса «Евро-5». Причём за эти годы увеличение было кратным: практически более чем в 60 раз по автобензинам и в четыре раза – по дизельному топливу.

В соответствии с соглашениями с 2011 по 2015 год запланировано ввести в эксплуатацию 74 установки вторичной переработки нефти, но по состоянию на 1 сентября текущего года заработало 53 установки, часть ещё не заработали – налицо отставание от графиков. Давайте обсудим, что происходит – здесь есть и финансовые причины, и производственные.

Также из-за непростой экономической ситуации есть необходимость обсудить вопрос о сроке обращения на российском рынке бензина 4-го класса. Здесь есть разные подходы, я знаю. По понятным причинам все, кто модернизацию провёл, считают, что можно делать это немедленно, то есть с 2016 года. Есть другие предложения, давайте обсудим их, исходя из баланса коммерческих интересов, налоговых интересов и стимулирования всех участников процесса к тому, чтобы проводить модернизацию.

Вот то, что мне хотелось сказать вначале.

Давайте послушаем сообщение министра. Александр Валентинович, сделайте такое сообщение, а потом мы уже в закрытом режиме поговорим со всеми присутствующими руководителями по основным проблемам, связанным именно с нефтепереработкой и стимулированием этих процессов в текущей финансовой ситуации. Пожалуйста.

А.Новак: Спасибо большое. Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги! В первую очередь хотел бы сказать, что российская нефтеперерабатывающая промышленность в настоящее время представлена 34 ключевыми нефтеперерабатывающими заводами с мощностью свыше 1 млн т и 230 мини-НПЗ – менее 1 млн т. Совокупные мощности сегодня составляют 330 млн т. При этом хотел бы обратить внимание, что всего 12% наших крупных нефтеперерабатывающих предприятий на сегодняшний день обеспечивают 95% производства нефтеперерабатывающих продуктов в России. То есть это база нефтеперерабатывающей отрасли, 33 завода свыше 1 млн т, и один из них – здесь мы сегодня находимся – в Кстове. Бо?льшая часть крупных НПЗ была построена и введена в эксплуатацию более 50 лет назад. Но за последнее десятилетие в России было введено 6 новых нефтеперерабатывающих заводов мощностью 31,5 млн т и введено и модернизировано, реконструировано 47 новых установок, которые прошли программу модернизации.

Я хотел бы коротко доложить об итогах работы за четыре года и перспективных целевых задачах отрасли. С 2011 года нефтеперерабатывающая отрасль действительно получила новое развитие, новый импульс. Были приняты решения, направленные на стимулирование модернизации производства высококачественных бензинов и переход на более высокоэкологичные классы бензина, и в этот период, как уже сказал Председатель Правительства, у нас существенно выросла доля бензинов и дизтоплива высокоэкологичного класса. Приведу цифры: в 2011 году у нас бензины 4-го и 5-го класса составляли всего в совокупности 28% от выпуска. На сегодня, в 2015 году, мы ожидаем уже 93%, то есть всего 7% низкокачественных бензинов будет выпущено. Дизтоплива было 27%, в этом году будет 82%.

Одной из мер государственного регулирования, направленной на повышение качества моторных топлив, стало принятие национального технического регламента, регламента Таможенного союза, в соответствии с которым на территории Российской Федерации предусматривается поэтапное исключение из обращения моторного топлива низких экологических классов.

Есть сроки перехода на обращение моторных топлив экологического класса, и мы, строго говоря, действуем в соответствии с этим планом. С 2013 года из обращения на внутреннем рынке России ушёл класс номер два, с 2015 года (в этом году) – класс номер три, с 2016-го…

Д.Медведев: Скажите, какие страны сохраняют ещё эти классы? Я не имею в виду Европу, там всё очень подготовлено, быстро развивается. Какие?

А.Новак: Если брать страны Содружества Независимых Государств, кроме Белоруссии практически везде, где есть нефтеперерабатывающие заводы, ещё сохраняются классы номер два, номер три, то есть низкоэкологичные. Если говорить о других странах помимо Европы, то в Латинской Америке, Юго-Восточной Азии тоже есть, выпускают заводы ещё старые, которые не модернизированы. Хотя новые заводы, безусловно, все строятся уже класса пять, и даже в Европе переходят уже (задача поставлена) на класс шесть.

Что касается потребления моторных топлив. Это очень важный показатель, исходя из которого мы планируем балансы производства. Здесь представлены графики потребления автомобильных бензинов, дизтоплива. Я хотел бы обратить внимание, что в 2015 году мы ожидаем потребления бензина в России в объёме 35,4 млн т. Прогноз на следующий год, по оценке в том числе консенсуса и компаний, и федеральных органов власти, колеблется от 34,4 млн т до 36,4 млн т. То есть среднее – это 35,5 млн т. Чуть выше, чем в этом году, в следующем году незначительно ожидается увеличение потребления бензина.

Выполнение планов модернизации. В 2011 году были подписаны 18 четырёхсторонних соглашений между нефтяными компаниями, ФАС, Ростехнодзором и Росстандартом. Это ключевое направление работы, в рамках которого сегодня происходит модернизация в нефтеперерабатывающей отрасли. Предусмотрена реконструкция 34 действующих установок и строительство 99 новых установок, то есть всего 133 новые установки. При этом необходимо отметить: основная нагрузка по планам модернизации и по вводу установок приходится на наши, безусловно, вертикально интегрированные нефтяные компании (в частности, например, у компании «Роснефть» из 130 установок – 42 установки), то есть почти одну треть всех установок.

Анализ исполнения российскими компаниями четырёхсторонних соглашений показывает, что за период с 2011 по 2014 год планы ввода установок выполнены в полном объёме. Введено 47 установок и общий объём инвестиций, как Вы отметили, составил 823 млрд рублей из общих 1,9 трлн, которые были запланированы в ценах 2014 года на все 133 установки, то есть порядка 45% по состоянию на сегодня уже проинвестировано. Однако в 2015 году, в начале года, к нам обратились наши нефтяные компании с просьбой перенести 14 установок на период с 2016 по 2020 год, и мы эти вопросы сейчас рассматриваем совместно с другими федеральными органами власти.

Хотел бы отдельно остановиться на прогнозе производства и потребления автомобильного бензина на период с 2016 по 2018 год. В соответствии с этим прогнозом, в 2016 году два варианта развития событий. Вариант первый: в случае реализации установленного перехода с 2016 года на обращение бензина только 5-го класса возможен дефицит бензина, исходя из прогнозного потребления от 1,8 млн т до 3,8 млн т. Сразу хотел бы отметить, что эти данные были даны по состоянию на сентябрь. Вчера мы получили новые данные от компаний. С учётом заявлений компаний, что они реализуют задачу по введению и переходу на 5-й класс в 2015 году и в I квартале 2016 года – ещё 2,8 млн т, мы видим, что дефицит может быть от 1 млн т в случае максимального потребления до профицита в объёме 1 млн т в случае минимального потребления. Если же брать средний показатель, мы выйдем на баланс примерно на уровне 35,5 млн т.

Дмитрий Анатольевич, в целом наша отрасль, исходя из тех планов, которые есть и которые сегодня перед собой поставили компании в качестве задач четырёхсторонних соглашений, готова обеспечить потребности внутреннего рынка в объёме прогнозного потребления, это 35,5 млн т. Однако у нас нет резерва в этой части, поскольку в течение года мы имеем неравномерное потребление топлива: есть пиковые периоды во время посевной, во время уборочной кампаний. Кроме этого в целях снижения рисков возможного дефицита и в существующей экономической ситуации, которая в принципе сегодня стимулирует компании меньше перерабатывать на нефтеперерабатывающих заводах, мы считаем, что для недопущения дефицита было бы целесообразно попросить Вас рассмотреть вопрос продления на один год возможности оборота на территории Российской Федерации бензинов 4-го класса. Речь идёт только о бензине. Дизтоплива у нас достаточно, здесь стабильный профицит дизельного топлива, который направляется как на внутреннее потребление, так и на экспорт. Для того чтобы обеспечить стимулирование компаний окончательно завершить модернизацию и перейти на 5-й класс, предлагается рассмотреть возможность дифференциации акцизов на 4–5-й класс, с тем чтобы установить дифференциал 3,5 тыс. рублей. Это, на наш взгляд, даст необходимый стимул, для того чтобы переходить ускоренными темпами на 5-й класс.

Я хочу обратить внимание, что такое решение даст возможность в случае разных факторов, влияющих на возможный дефицит потребления и обеспечение потребления топлива, этот 4-й класс, который в незначительных объёмах ещё может дополнительно поступать на рынок в объёме от 2 до 4 млн т в зависимости от потребности, даст нам демпинг и снижение рисков, возможности нормального прохождения следующего года с точки зрения обеспечения внутреннего рынка. Поэтому мы (Министерство энергетики, мы обсуждали это и с другими органами власти) предлагаем рассмотреть такую возможность внесения изменений в технический регламент – продлить по бензинам обращение на внутреннем рынке до 1 января 2017 года.

И в части анализа четырёхсторонних соглашений есть ещё ряд предложений. Их четыре. Текущая редакция четырёхсторонних соглашений на сегодня не предусматривает детализацию по годам объёмов производства моторных топлив внутри периода с 2016 по 2020 год, то есть так подписывались соглашения, что по годам было, только включая 2015 год, а 2016–2020 стоит одной цифрой. И для того чтобы чётко понимать балансы производства нефтепродуктов, контроля, мониторинга, мы просим от Вас такое поручение, чтобы внести изменения в соглашения и разбить этот период по годам. Это касается как производства автомобильного бензина, дизельного топлива и топлива реактивных двигателей, так и актуализации сроков строительства новых и реконструкции действующих установок вторичной переработки нефти с разбивкой по годам.

Третье предложение касается обязательств компаний по поставкам на внутренний рынок. Сегодня текущая редакция четырёхсторонних соглашений не содержит таких обязательств. Учитывая, что следующий год у нас балансируется на довольно таком малом уровне возможностей дифференциации вокруг объёмов потребности, мы бы просили также рассмотреть возможность внесения изменений в четырёхсторонние соглашения, в которых предусмотреть обязательства нефтяных компаний по обеспечению поставок на внутренний рынок в следующем году автомобильного бензина не менее 90% от объёмов производства.

И, наконец, последнее предложение касается обязательств по вводу установок по переработке нефтяных остатков. Таких обязательств сегодня нет в четырёхсторонних соглашениях, а это важно также с точки зрения планирования и формирования устойчивого прогнозирования потребления нефтепродуктов и их производства. Поэтому просили бы также поручение – рассмотреть возможность изменения четырёхсторонних соглашений и предусмотреть обязательства нефтяных компаний по строительству и реконструкции установок по переработке нефтяных остатков.

Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 6 октября 2015 > № 1509779 Дмитрий Медведев, Александр Новак


Украина. Евросоюз. РФ > Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 30 сентября 2015 > № 1503906 Александр Новак

Совещание с членами Правительства.

С нашими украинскими коллегами по газу договорённость достигнута окончательно? И, кстати говоря, что там с авиационным сообщением? Просил бы прокомментировать следующим вопросом. Пожалуйста.

А.Новак: Уважаемый Владимир Владимирович!

В соответствии с Вашим поручением о продолжении консультаций между нами, Евросоюзом и Украиной о надёжности транзита газа и поставках газа на Украину и поручением Председателя Правительства провёл консультации 25 сентября с нашими партнёрами. Удалось договориться о содержании протокола об условиях взаимодействия для поставок газа из Российской Федерации на Украину в период с 1 октября 2015 года по 31 марта 2016 года – так называемый «зимний пакет».

Основные положения этой договорённости – взаимные обязательства всех сторон. В первую очередь обязательства украинской стороны гарантировать продолжение надёжного транзита российского газа через территорию Украины в страны ЕС всех тех объёмов, которые «Газпром» предоставит для транзита в соответствии с действующими контрактами.

В свою очередь российская сторона, Правительство Российской Федерации по запросу и, подчёркиваю, на ежеквартальной основе рассмотрит вопрос о предоставлении скидки и о формировании цены на газ для Украины на конкурентной основе, на уровне цен для сопредельных с Украиной стран, таких как Польша. Я проинформировал наших партнёров о том, что 24 сентября Председатель Правительства подписал соответствующее постановление на IV квартал этого года.

Впервые в этом протоколе отражена обязанность Евросоюза, Еврокомиссии, представляющей Евросоюз, об обеспечении организации через международные финансовые институты, предоставлении финансирования закупок газа Украиной, в том числе выделении первого транша в сумме 500 миллионов долларов на закупку в октябре Украиной газа у России для закачки в подземные газовые хранилища и надёжного прохождения зимнего периода.

В.Путин: Сколько денег дают им европейцы?

А.Новак: 500 миллионов долларов – первый транш. При этом мы договорились, что они будут в течение всего зимнего периода помогать и изыскивать средства, в том числе через различные финансовые институты, банки для Украины, поскольку у «Нафтогаза» действительно сложное положение, сложное положение у украинской экономики, и самостоятельно они не справятся.

В.Путин: В этом и вопрос. Потому что закачать оставшийся объём газа в ПГХ за 500 миллионов можно, но дальше в течение всей зимы нужно платить за российские поставки, а это около 3 миллиардов долларов. Откуда они возьмут эти деньги без помощи европейских стран? Поэтому принципиально важно, что в этом соглашении есть обязательства европейской стороны обеспечить финансирование.

А.Новак: Владимир Владимирович, было принципиально важно зафиксировать это данным протоколом.

Со своей стороны мы подписали этот протокол, Еврокомиссия подписала протокол. Считаем, что мы создали все необходимые условия для того, чтобы надёжно пройти отопительный сезон в течение зимнего периода.

В.Путин: Спасибо.

Украина. Евросоюз. РФ > Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 30 сентября 2015 > № 1503906 Александр Новак


Испания. Россия > Нефть, газ, уголь > russpain.ru, 10 июля 2015 > № 1426481 Александр Новак

Интервью Александра Новака испанской газете El Mundo

Вопрос. Испания и Россия оказались на противоположных сторонах в международном конфликте. В каком состоянии находятся двусторонние отношения после столь трудного года?

Ответ. Для нас отношения с Испанией важны со стратегической точки зрения. Возобновила свою работу Смешанная межправительственная комиссия, которая не собиралась почти 5 лет, и это, учитывая политическую ситуацию, хороший знак. Экономические отношения не должны зависеть от санкций, у нас есть большой потенциал для сотрудничества не только в сфере энергетики, но и в других областях. К примеру, 2016-й год станет перекрестным годом туризма Россия - Испания.

Вопрос. Россия пережила трудный год, за период которого шла так называемая «ценовая война» в ТЭК. Как к этому адаптировался ваш энергетический сектор?

Ответ. Сегодня мы живем в условиях другой действительности с точки зрения нефтегазового сектора. Во время предыдущего кризиса 2008-го года ситуация была иной в части влияния на рынок стран ОПЕК. На текущую ситуацию оказывают влияние развитие новых технологий, в том числе добыча сланцевых углеводородов. Кроме того, большое влияние оказывают факторы, дестабилизирующие рынок. Я бы не стал говорить, что существует война цен, мы столкнулись с предсказуемой ситуацией: избыточное предложение по отношению к спросу привело к снижению цен на нефть.

Вопрос. Но ситуация сложная.

Ответ. Сегодня цены колеблются на уровне $60-70 за баррель, и я думаю, что это приемлемый уровень. В последние месяцы рынок успокоился, а более низкие цены привели к тому, что дорогие и неэффективные проекты прекратили свое существование, снизился объем инвестиций. Мы находимся в конце очередного цикла: цены снова начнут расти, однако они не будут такими высокими как прежде. Причина заключается в том, что научно-технический прогресс в нефтегазовом секторе развивается быстрыми темпами, что снижает себестоимость добычи нефти. В условиях сегодняшних цен Россия чувствует себя в безопасности, так как наш бизнес адаптировался к низким ценам и продолжает оставаться конкурентоспособным так как себестоимость добычи остается на достаточно низком уровне. В результате мы видим рост добычи нефти на 1,2% в течение четырех последних месяцев, хотя конкуренция стала жестче.

Вопрос. Вы продолжаете обеспечивать электроэнергией и энергоресурсами территории Украины, находящиеся под контролем повстанцев. Что вы будете делать, если Киев так и не заплатит за эти поставки?

Ответ. Мы исходим из того, что Донецк и Луганск являются территорией Украины. Это единое экономическое пространство, что оговорено минскими соглашениями, в соответствии с которыми правительство Украины должно возобновить экономические и энергетические отношения на этих территориях, что, к сожалению, не было сделано. Мы продолжаем поставлять газ в рамках долгосрочного контракта, подписанного в 2009 году между «Газпромом» и «Нафтогазом Украины», в том числе на территорию Донецка и Луганска. Эти поставки не являются бесплатными, поэтому Газпром потребует их оплаты. Если бы правительство Украины восстановило поставки в эти регионы в обычном режиме, этот вопрос на повестке дня не стоял бы.

Вопрос. Киев заявил, что не будет также платить и за электроэнергию, которую Россия поставляет на территории, подконтрольные повстанцам.

Ответ. Этот контракт подписан между российской и украинской компаниями. Действительно, с выплатами есть проблема. Это происходит из-за того, что банковская система в восточных регионах Украины разрушена. В соответствии с минским протоколом, предоставление этих услуг должно быть восстановлено.

Вопрос. Сейчас вы нашли новых партнеров и клиентов, таких как Китай и Турция. Вы ищите альтернативу Европе, которая каждый раз доставляет вам все больше проблем?

Ответ. Европа для нас – важнейший стратегический партнер. На протяжении десятилетий мы являемся надежным поставщиком энергоресурсов. Существует уже готовая инфраструктура: я говорю не только о той, которая была построена в 60-е годы, но также о газопроводе «Ямал – Европа» и «Северном потоке». У нас есть много совместных проектов с европейскими странами, а иностранные инвестиции в наш нефтегазовый сектор составляют примерно 25%. Наши экономические отношения являются долгосрочными и продолжают развиваться. Примером непрерывности наших партнерских отношений стало событие, которое произошло в Испании. Почти все компании, которые сотрудничают с Россией, выразили свое желание расширять наши совместные проекты. Очень перспективным является рынок Азиатско-Тихоокеанского региона, отношения с Китаем, Южной Кореей, Вьетнамом основываются на взаимном интересе. Одна из ключевых задач России является развитие территорий Восточной Сибири и Дальнего Востока, повышение уровня жизни населения.

Испания. Россия > Нефть, газ, уголь > russpain.ru, 10 июля 2015 > № 1426481 Александр Новак


Россия > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 18 марта 2015 > № 1318061 Александр Новак

Совещание о проекте Энергетической стратегии России на период до 2035 года.

Брифинг Александра Новака по завершении совещания.

Стенограмма:

А.Новак: Только что у Председателя Правительства Дмитрия Анатольевича Медведева состоялось обсуждение проекта энергетической стратегии на период до 2035 года с участием ведущих нефтяных компаний, федеральных органов исполнительной власти. Я напомню, что предыдущая стратегия была принята в 2009 году на период до 2030 года. Нынешняя корректировка обусловлена тем, что нужно учесть в том числе изменения, происходящие на глобальных мировых рынках энергетики, внутренние вызовы, которые происходят.

Напомню, что за последние несколько лет происходят изменения на рынках, в том числе и развитие азиатско-тихоокеанских рынков, развитие сланцевой добычи нефти и газа, развитие производства сжиженного природного газа и доставки его тем потребителям, которые ранее не использовали этот ресурс. Если брать внутренние вызовы, мы видим более низкие темпы экономического роста, чем были заложены в предыдущей версии стратегии, и это тоже необходимо учитывать.

Решения, которые были приняты в последние годы, отражены в проекте стратегии. В частности, это налоговый манёвр, это либерализация экспорта сжиженного природного газа, это вопросы, связанные с развитием электросетевого комплекса Российской Федерации, вопросы, связанные с импортозамещением и принятым вектором в Азиатско-Тихоокеанский регион.

В целом стратегия также направлена на инновационное развитие топливно-энергетического комплекса. В ней учтено внедрение современных технологий по добыче нефти, газа, по переработке нефти, газа, угля, по внедрению современного высокопроизводительного оборудования в топливно-энергетическом комплексе с высоким коэффициентом полезного действия, с низкой энергоёмкостью.

Также стратегия учитывает необходимость подготовки высококвалифицированных кадров и специалистов, развитие человеческого потенциала. В целом объём инвестиций до 2035 года в проекте стратегии составляет 2,5 трлн долларов.

Сегодня рассматривалось и заложено в проекте два сценария. Один консервативный, основанный на прогнозе Министерства экономического развития, уже уточнённом, на ближайшие три года, – с учётом более низких цен, которые сегодня есть на энергетических рынках, с учётом более консервативного развития экономики и с учётом санкций, которые сегодня применены в отношении топливно-энергетического комплекса. Этот прогноз подразумевает рост валового внутреннего продукта в консервативном сценарии в 1,4 раза до 2035 года, то есть 1,6% в среднем ежегодно.

Второй сценарий – целевой, который взят сегодня за базу для рассмотрения, учитывает рост ВВП на 80% к 2035 году со средними темпами роста 2,7% ежегодно. При этом до 2022 года оба сценария в принципе похожи, начиная с 2022 года в целевом сценарии темпы роста выше, и в последнее десятилетие они составляют 4% валового внутреннего продукта, то есть это более оптимистичный сценарий – с реализацией проектов, с инвестициями в бо?льших объёмах, чем в консервативном сценарии.

Если говорить о параметрах стратегии, здесь я бы назвал основные из них. Что касается добычи нефти, в проекте стратегии в целевом сценарии учтён объём добычи, которого мы сегодня достигли, в размере 525 млн т, сохранение этой полки со структурными изменениями внутри этого объёма, в первую очередь увеличение доли добычи трудноизвлекаемых запасов энергоресурсов и разработка шельфовых месторождений. Общий объём этих энергетических ресурсов увеличится к 2035 году до 25%, то есть четверть добычи будут составлять новые, скажем так, проекты, новые залежи, новые разработки. Причём объём, добыча трудноизвлекаемых запасов будет составлять порядка 80 млн т, на шельфе планируем к 2035 году добывать уже 50 млн т. Для этого в стратегии предусмотрены все необходимые меры, в том числе инновационного развития, внедрение технологий, создание мер государственной поддержки для развития этих направлений. Увеличится коэффициент извлечения нефти (КИН) до 40%, будет увеличена глубина переработки нефти – с сегодняшних 72% до 91% к 2035 году, что позволит нам уменьшить объёмы переработки и существенно увеличит объёмы экспорта. Объёмы экспорта нефти увеличатся с 220 млн до 270 млн, а переработка сократится. При этом объёмы производства ключевых, базовых качественных нефтепродуктов (это бензин и дизтопливо, керосин) будут обеспечиваться в полном объёме для потребностей российской экономики, и в том числе будет увеличен их экспорт на внешние рынки.

Что касается газовой отрасли, здесь предусмотрено в проекте стратегии увеличение объёмов добычи с сегодняшних 640 млрд кубометров примерно до 805–880 млрд кубометров на период до 2035 года. Будет развиваться нефте- и газохимия, будут развиваться новые регионы добычи, будет развиваться новая инфраструктура, которая направлена в том числе на азиатско-тихоокеанские рынки. В шесть раз планируется увеличить объёмы производства сжиженного природного газа – где-то до 82 млрд куб. м к 2035 году. Сейчас в России производится в кубометрах примерно 14 млрд.

Вопрос: А в тоннах?

А.Новак: Разделите на 1,4. Это 60 млн тонн.

В угольной отрасли планируется увеличение объёма добычи до 435 млн с сегодняшних 356. На 28% увеличится объём экспорта угля. В основном это также Азиатско-Тихоокеанский регион.

Что касается электроэнергетики, мы предусматриваем в проекте стратегии увеличение объёмов производства электроэнергии до 1 трлн 444 млрд кВт/ч с сегодняшних 1 трлн 56 млрд кВт/ч, то есть рост составит порядка 28–30%, при этом потребление электроэнергии вырастет на 15%. В общем энергобалансе у нас изменится структура энергобаланса, увеличится доля газа, в выработке электроэнергии – доли атомных электростанций и гидроэлектростанций. В целом также мы планируем увеличить существенно объёмы экспорта электроэнергии на базе тех угольных месторождений, которые будут разрабатываться, и, соответственно, возможности переработки в электроэнергии и поставки на внешние рынки.

Стратегия также предусматривает существенное повышение энергоэффективности в целом, не только топливно-энергетического комплекса, но и всех отраслей экономики, где у нас есть большие резервы. В этом направлении будут осуществляться необходимые меры поддержки, для того чтобы достичь показателей, ранее утверждённых ещё в 2008 году, на 40% снизить энергоёмкость российской продукции.

Вопрос: Вы сказали, что основной сценарий пессимистичный…

А.Новак: Мы сегодня обсуждали в основном целевой сценарий, поскольку ориентироваться на консервативный никто из присутствующих не предложил. Надо отметить, что Министерство экономического развития сейчас готовит прогноз социально-экономического развития на ближайшие три года, внесёт для рассмотрения. Кроме этого, по словам Министра экономического развития, тот прогноз, который до 2035 года будет откорректирован, будет находиться где-то между консервативным и целевым сценарием по росту валового внутреннего продукта. Поэтому я хочу отметить, что у нас проект стратегии сегодня не утверждался. Мы рассмотрели его основные параметры, ход проработки, послушали предложения и замечания наших крупных предприятий топливно-энергетического комплекса. В целом задача стоит доработать проект энергетической стратегии до осени и рассмотреть осенью на Правительстве Российской Федерации.

Очень много мы сегодня обсуждали ключевые развилки… То есть вопросы, на которые пока нет ответов и по которым требуется дополнительная проработка. По ряду из них было принято решение сегодня Председателем Правительства. Одна из развилок в нефтяной отрасли касается внедрения налога на финансовый результат – в качестве пилотных проектов. Сегодня Председатель Правительства принял решение о необходимости внесения изменений в законодательство и принятия Правительством Российской Федерации решения о подготовке такого проекта закона, в котором будет отражена необходимость внедрения пилотных проектов на основе налога на финансовый результат. То есть это решение сегодняшнего совещания.

Вопрос: Поддержать законопроект?

А.Новак: Была поддержана позиция компаний, позиция, которая обсуждалась на совещании у Аркадия Владимировича (Дворковича). Дано поручение в течение 10 дней доработать и дать заключение Правительства Российской Федерации.

Вопрос: Сколько проектов вообще..?

А.Новак: Нами предложено 12 проектов, 12 месторождений по трём нефтегазовым компаниям. Мы считаем, что в рамках доработки эта ситуация будет обсуждена вместе с другими нашими коллегами, федеральными органами исполнительной власти. Но в целом принципиально такое решение принято.

Вопрос: Какие три компании?

А.Новак: «Газпромнефть», «Лукойл» и «Сургутнефтегаз», по-моему.

Вопрос: А «Роснефть»?

А.Новак: В этих 12 пилотах я назвал те компании, которые представили свои финансово-экономические модели, которые могут проработать, собственно, Минфин, Министерство энергетики и так далее. Мы обсуждали также и другие развилки, но по ним ещё требуется дополнительная доработка и обсуждение. В частности, нами также поставлен был вопрос… Стратегия должна отвечать на вопросы, в частности в газовой отрасли – о развитии конкуренции, тарифообразовании, – в электроэнергетике – относительно ликвидации перекрёстного субсидирования либо сохранения текущего статуса, внедрения моделей реформы теплоснабжения либо, опять же, сохранения существующей модели. Вот эти конкретные позиции будут доработаны до осени этого года.

Вопрос: Сценарий, на который мы будем опираться, который рабочий – как в нём отражено влияние санкций на нефтегазовую отрасль? На какой период мы закладываем, что санкции будут, на какой пишем, что их не будет? Это первое. И второй вопрос: будет ли в энергостратегии отражён вопрос о праве независимых производителей газа на экспорт газа?

А.Новак: Начну со второго вопроса. Действительно, это сегодня также обсуждалось в качестве одной из развилок, которые требуют решения, – доступ независимых производителей к экспорту газа либо самостоятельно, либо на базе единой монопольной структуры, которая сегодня существует, и которая фактически исторически сложилась. Здесь были высказаны предложения и за, и против, то есть это требует дополнительной дискуссии и принятия отдельного решения. Думаю, что в Правительстве мы продолжим эту работу.

Вопрос: То есть это не отвергается, такое предложение? По крайней мере оно будет обсуждаться?

А.Новак: Мы эту тему с вами уже давно обсуждали. В принципе позиция Министерства энергетики в этом случае заключается в том, что мы предлагали рассмотреть возможность сохранения существующей монополии по экспорту газа и при этом обеспечить возможность, условно, покупки газа у нефтегазовых компаний, в частности по месторождениям Восточной Сибири, Дальнего Востока, где они не соединены в единую газотранспортную систему, для создания стимула по механизму нетбэка (экспортная цена за вычетом транспортных расходов и пошлин) газа от независимых производителей. Но, повторяюсь, это решение в настоящее время не принято и ещё подлежит дополнительному обсуждению.

Что касается ситуации, связанной со снижением темпов экономического роста, санкций, это в обоих сценариях учтено, и я в повторяю, что мы ориентируемся на прогноз социально-экономического развития Министерства экономического развития, который, безусловно, учитывает все эти моменты.

Вопрос: Александр Валентинович, поясните, какой предусмотрен в рамках стратегии рост тарифов на энергоносители для населения?

А.Новак: Тарифы – это не предмет стратегии, и вы не найдёте в стратегии тарифы на конкретные энергоресурсы, имеются в виду внутрироссийские. Для этого существуют Федеральная служба по тарифам, Министерство экономического развития.

Вопрос в другом: о принципиальных подходах. Принципиально мы считаем, это также сегодня обозначалось в рамках стратегии, что должны быть долгосрочные тарифы на электроэнергию, другие регулируемые тарифы, в том числе и в газовой отрасли, то есть где у нас есть регулируемый сектор. К сожалению, сегодня долгосрочность, которая и ранее заявлялась, не выдерживается. Это накладывает некую неопределённость, в том числе для инвестиций, для развития этих отраслей. Поэтому в стратегии будут прописаны стратегические вещи. Долгосрочные тарифы сегодня многие поддержали, и это будет, думаю, отражено в окончательной редакции.

Вопрос: А связь темпов роста тарифов с инфляцией сохранится или изменится как-то?

А.Новак: Мы конкретно сейчас не обсуждали уровень тарифов. Речь шла о принципиальных моментах, а уже конкретно уровни будут обсуждаться в Правительстве при формировании прогноза социально-экономического развития.

Я ещё хочу один момент пояснить, что одна из сложностей, неопределённость в формировании стратегии – это отсутствие сегодня рассмотренного и утверждённого прогноза социально-экономического развития на этот период 20-летний. Поэтому мы в этот период будем ждать окончательного рассмотрения, и, безусловно, стратегия будет откорректирована после утверждения прогноза на эти 20 лет. Сейчас мы ориентировались, повторяюсь, на тот прогноз, который нам в конце прошлого года направляло Министерство экономического развития в рабочем порядке, то есть это не тот вариант, который по законодательству должен быть учтён.

Вопрос: Есть ли вероятность того, что будет подписан контракт по западному маршруту в Китай 9 мая, и договорились ли стороны по цене? И может ли из-за этого быть дан больший приоритет западному маршруту, чем «Силе Сибири»?

А.Новак: Мы ориентируемся на II квартал, безусловно. Такие у нас были цели поставлены, договорённости, чтобы рассмотреть возможность и ускориться в подписании данного контракта во II квартале. Конечно, реально ситуация будет зависеть от хода переговоров, от договорённостей сторон, в первую очередь между «Газпромом» и коммерческой компанией CNPC китайской.

Вопрос: О чём вы сегодня будете разговаривать с главой «Эксон»?

А.Новак: Понятно, что это крупная энергетическая компания мирового уровня, которая имеет проект в том числе и на российском шельфе, и раньше имела проект. Будем обсуждать вопросы энергетического сотрудничества.

Россия > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 18 марта 2015 > № 1318061 Александр Новак


Россия > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 17 февраля 2015 > № 1297708 Александр Новак

Александр Новак дал интервью "Интерфаксу".

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью информационному агентству "Интерфакс" рассказал о том, как низкие цены на нефть и дорогие кредиты повлияли на нефтяную отрасль России, и что может произойти, если государство откажется от перехода на систему налогообложения с финансового результата.

- Насколько серьезно низкие цены на нефть и снижение потребительского спроса ударили по российской нефтяной промышленности?

- Здесь должна быть комплексная оценка, потому что прямое снижение цен на нефть частично компенсируется девальвацией рубля. Внутри структуры каждой компании разная себестоимость в рублях и в долларах. У тех компаний, которые использовали импортное оборудование, производили много затрат в валюте, конечно, есть рост издержек. У компаний, которые работали в российских рублях, с российскими партнерами, совершенно незначительные изменения в издержках.

В целом нефтяники считают, что ситуация более-менее приемлемая. Главный вопрос - отсутствие кредитных средств, а не цена нефти. И, соответственно, в результате отсутствия финансирования у них уменьшаются объемы инвестпрограмм за счет заимствований. Теперь какое-то время они будут рассчитывать только на собственные силы, на собственную выручку.

- Какие проекты наиболее пострадали или пострадают в ближайшее время из-за изменения экономической ситуации?

- Возможно, компании отменят бурение по каким-то новым залежам в связи с тем, что эти проекты при такой цене на нефть неэффективны или нет возможности заимствовать деньги в банках на их разработку. Глобальные проекты, которые сегодня реализуются, никто не собирается откладывать, все будут продолжать работу.

- Позволят ли цены в $60-$70 за баррель сохранять добычу нефти на достигнутых уровнях в течение нескольких лет?

- Нельзя сбрасывать со счетов котировки национальной валюты. Цена нефти $70 за баррель при действующем курсе рубля или при его частичном укреплении, в принципе, вполне приемлемая для нефтяных компаний. Главное, чтобы было банковское финансирование, и ставка была нормальной. Сегодня со ставкой под 25%-30% никто, естественно, кредиты брать не будет. Ни один проект этого не выдержит.

Другим ключевым моментом, сильно влияющим на уровень добычи нефти, является система налогообложения. Если мы в ближайшие 5-7 лет не перейдем на налогообложение финансового результата (НФР) или налог на добавленный доход (НДД), а будем продолжать одинаково подходить к эффективным и неэффективным проектам, то мы можем увидеть снижение добычи нефти после 2020 года на 5-10% к той "полке", которую мы в настоящее время прогнозируем в Энергостратегии. То есть уже к 2020 году добыча может составить 508-510 млн тонн.

Другим словами, если не поставить задачу к 2021 или 2022 году выйти на новую систему налогообложения, более дифференцированную по отношению к дорогим проектам, которые учитывали бы более высокую себестоимость третичных, четвертичных методов добычи, то это может привести к тому, что не будут буриться скважины, нерентабельные при действующей системе налогообложения. Это даст падение и, существующие прогнозы по добыче могут снизиться, как минимум, на 50 млн тонн.

- Как найти компромисс с Минфином по вопросу перехода на НФР?

- В первую очередь, мы должны рассмотреть пилотные проекты, а во вторую - обсудить этот вопрос в рамках Энергостратегии, когда внесем ее в правительство.

Общая проблема связана с тем, что Минфин считает, что нефтяные компании начнут самыми разными способами оптимизировать налоговые выплаты, что приведет к потерям бюджета. Пилотные проекты для того и нужны, чтобы отработать механизм, который бы позволил хорошо администрировать эти налоги. Пока нет практики - все останется на уровне теоретических рассуждений.

- Сохраняются ли планы у компаний по реализации таких крупных инвестпроектов, как Дальневосточный СПГ и Владивостокский СПГ?

- Цены на нефть упали, и неопределенность этих проектов повысилась. Явно, что они подлежат новой оценке с учетом нынешних условий, тем более что в этих проектах не все объемы законтрактованы. Нужно понимать, какая будет финансово-экономическая модель. Компании сейчас этим занимаются, изучают. При этом официально об изменении планов компании не заявляли. Проект "Ямал СПГ" на треть уже реализован, поэтому там других вариантов нет.

- Как будет решаться вопрос с дефицитом мощностей ВСТО? Сохраняются ли планы по его расширению? Что делать с дефицитом в ближайшее время?

- Дефицита мощностей по ВСТО нет. В соответствии с инвестиционной программой "Транснефти", рассмотренной и согласованной в правительстве до 2020 года, мощности ВСТО-1 возрастут до 80 млн тонн с нынешних 58, а ВСТО-2 - с 30 млн тон до 50. В этом году заявки на прокачку нефти по ВСТО не превышают мощности. Не забывайте, что в этом году будет введен в эксплуатацию отвод от ВСТО на "Хабаровский НПЗ", и уже во втором полугодии часть нефти пойдет на завод.

Дальше все зависит от планов компаний по разработке месторождений.

Кроме того, мы уже поручили "Транснефти" рассмотреть вопрос о расширении мощностей инфраструктуры порта Козьмино. Конкретной цифры по объемам пока нет. Нужно расширять до объема, который будет реально востребован.

Россия > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 17 февраля 2015 > № 1297708 Александр Новак


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter