Всего новостей: 2358207, выбрано 135 за 0.114 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Узбекистан. Корея > Транспорт > podrobno.uz, 13 января 2018 > № 2453265

Время прохождения проверки в аэропорту Ташкента при прилете сократилось в среднем на полтора часа. Эту информацию озвучили южнокорейские эксперты из сеульского аэропорта "Инчхон", которые занимаются оказанием консалтинговых услуг по повышению эффективности инфраструктуры Международного аэропорта Ташкента имени Ислама Каримова.

В конце ноября прошлого года "Узбекистон хаво йуллари" и Международный аэропорт "Инчхон" подписали меморандум, в рамках которого специалисты из Южной Кореи в течение трёх месяцев будут работать над повышением эффективности работы терминала международных линий "Ташкент-2" столичного аэропорта.

В случае необходимости корейские специалисты будут привлекаться для работы в аэропорту и на постоянной основе.

Также планируется организовать обучающий семинар в Южной Корее для сотрудников узбекской авиакомпании по вопросам организации эффективной работы аэропортовых служб и сооружений.

На первом этапе в анализе деятельности столичного аэропорта приняли участие восемь специалистов из Кореи. Консультанты представили первые рекомендации и предложения по оптимизации работы терминала, а также оценили работу воздушной гавани.

"Это мой третий визит в Узбекистан, в прошлый раз я был здесь в октябре. Самое главное, что я отметил, прилетев в Ташкент сейчас, в январе, — скорость обслуживания пассажиров заметно возросла. Если раньше процесс выхода из аэропорта по прибытию составлял в среднем 2 часа, то сейчас первый пассажир по прилету покидает аэропорт в течение 21 минуты, а последний — за 33 минуты", — рассказал один из корейских консультантов Парк Чан-кью.

По его словам, узбекской стороной за короткий срок была проделана колоссальная работа. Налицо оперативный и грамотный подход специалистов, а открытие "зеленого" и "красного" коридоров существенно ускорили прохождение пассажирами всех необходимых процедур, заметил он.

Представители сеульского аэропорта также представили свои предложения по оптимизации и повышению эффективности использования территории аэропорта, улучшению уровня сервиса для встречающих и провожающих лиц.

Узбекистан. Корея > Транспорт > podrobno.uz, 13 января 2018 > № 2453265


Корея > Госбюджет, налоги, цены > korea.net, 31 декабря 2017 > № 2442626

Юн Сочжун и Ким Те Вон

Президент Мун Чжэ Ин объявил о плане управления государственной политикой в новогоднем обращении к народу 1 января.

Президент Мун сказал: «Буду более уверенно двигаться вперед вместе с народом. Приоритетной целью государственного управления будет улучшение качества жизни народа. Я буду стремиться к ощутимым изменениям в повседневной жизни. Я буду еще более отстаивать волю народа к созданию справедливой Республики Корея».

Ниже следует полный текст новогоднего обращения президента Мун Чжэ Ина.

Уважаемые сограждане,

Пришел Новый 2018-й год. Я желаю, что в наступающем году жизнь станет лучше для каждого из вас и в радостным для каждых семей.

В прошлом году мы сталкивались со многими трудностями, и мы хорошо их преодолели. Вся нация объединилась для создания правильно функционирующей страны и сделала большой шаг вперед.

Мы добились прогресса и в экономике. Страна вновь достигла рубежа в 1 триллион долларов и восстановила ежегодный экономический рост более чем на 3 процента. Эти достижения тем более ценны, что они были сделаны даже при условии политических нестабильностей и кризиса по безопасности из-за повторных провокаций Северной Кореи. Я горжусь всеми вами.

Будучи президентом Республики Корея, хотел бы выразить свое глубокое уважение и признательность каждому из вас.

В Новым 2018-м году я буду более уверенно двигаться вперед вместе с народом. Я буду продолжать прилагать все усилия, чтобы исправить недостатки прошлого и привести к реальным изменениям в жизни народа. Приоритетной целью государственного управления будет улучшение качества жизни народа. Я буду стремиться к ощутимым изменениям в повседневной жизни.

Я буду еще более отстаивать волю народа к созданию справедливой Республики Корея. Я убежден, что создание правильно функционирующей страны обеспечит большую движущую силу для социального единства и экономического роста.

В Новый год я с нетерпением жду встречи с различными диалогами на разных уровнях общества, включая трехсторонние трудовые переговоры между рабочими, предпринимателями и правительством. Если мы сделаем небольшую уступку и разделим бремя, мы сможем сделать шаг на шаг ближе к Республике Корея, где все мы будем процветать вместе.

Уважаемые сограждане,

Всего за одного месяца пройдут зимние Олимпийские и Паралимпийские игры Пхенчхан 2018. Это первая Олимпиада, которая пройдет в Корее через 30 лет после летних Олимпийских игр 1988 года в Сеуле. Прошу показать больше любви и поддержки. Ваш интерес и полная поддержка сделают Олимпиаду большим успехом.

Желаю всем вам крепкого здоровья и счастья в новом году. Спасибо.

1 января 2018 года. Президент Мун Чжэ Ин

Корея > Госбюджет, налоги, цены > korea.net, 31 декабря 2017 > № 2442626


Узбекистан. Корея > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 13 декабря 2017 > № 2423590 Владимир Парамонов

Парамонов: Узбекистану стоит задуматься над качеством сотрудничества с той или иной страной

Визит президента Узбекистана в Южную Корею был самым длительным из всех зарубежных вояжей. На протяжении четырех дней лидерами двух стран были подписаны более 60 документов на сумму 8,94 млрд долларов. Договоренности Узбекистана и Южной Кореи затронули банковско-финансовую сферу, трудовую миграцию, промышленность, энергетики, здравоохранения, торговли, бизнеса и других областей.

Самыми громкими и крупными договоренностями стали контракты с автоконцерном Hyundai и компаниями Evergreen Holdings, Youngone Corporation, Hwachon Plant-Gemco.

Спустя полмесяца после окончания визита главы Узбекистана в Южную Корею в местных СМИ время от времени продолжают «всплывать» новости о заключенных договоренностях и секторах экономики, в которые будут привлечены южнокорейские инвестиции.

Наряду с этим, подписаны меморандумы о сотрудничестве между министерствами и ведомствами двух стран — взаимодействовать теперь будут министерства юстиции, иностранных дел и экономики двух стран.

Своим мнением о выгодах и спорных моментах столь многогранного и тесного партнерства высказал основатель интернет-проекта «Центральная Евразия» (www.ceasia.ru, www.ceasia.org) и руководитель одноименной аналитической группы Владимир Парамонов:

- Визит ШавкатаМирзиёева в Южную Корею был не только самым длительным, но и продуктивным. Заключено более 60 контрактов и соглашений почти на 9 миллиардов долларов. С чем связана такая «сговорчивость» Южной Кореи? Можно ли назвать эти договоренности «прорывными»?

- Вы знаете, меня лично поражает политическая воля и энергия президента Узбекистана Шавката Мирзиёева. Именно этим, мне представляется, и объясняются многие достижения и прорывы в политике Узбекистана в последнее время. И это касается не только отношений с Южной Кореей. В настоящий момент Узбекистан пытается обеспечить прорыв по всем основным внешним направлениям.

Другое дело, если мы будем говорить о качестве экономических и иных отношений, целесообразности того или иного проекта, соглашения. Вот именно здесь у меня существуют и даже растут сомнения. Кто и как, на основании каких критериев оценивает целесообразность тех или иных форм сотрудничества, проектов, соглашений? Какие последствия все это будет иметь для Узбекистана и Центральной Азии, партнеров региона в краткосрочной, среднесрочной и долгосрочной перспективах с точки политики, экономики, безопасности, энергетики, социальной сферы?

Ведь вопрос не в том, чтобы набрать как можно больше кредитов, привлечь инвестиций и заключить соглашений. Вопрос в их тактической и стратегической целесообразности, качестве.

Где публикации и серьезные работы ключевых «мозговых» центров Узбекистана? Покажите общественности исследования, на основании которых принимались те или иные решения о сотрудничестве не важно с Южной Кореей или с какой-либо другой страной.

Если серьезных и междисциплинарных исследований в Узбекистане не проводилось и не проводится или они почему-то «прячутся» от своей же собственной общественности, от своего народа, то, соответственно, отсутствует или крайне слаб научно и аналитически обоснованный подход в принятии решений. Или эти решения продиктованы некими непонятными соображениями, которыми кому-то почему-то не хочется делиться с населением.

Что это может означать? Да то, что нам или навязывают схемы и алгоритмы сотрудничества, или мы сознательно принимаем решения, долгосрочные последствия которых понять и просчитать не можем или не хотим.

- Удалось ли Южной Корее потеснить традиционных партнеров Узбекистана – Россию и Китай? Есть ли у этих стран повод для беспокойства?

- Мне представляется, что сегодня не следует рассматривать экономическое пространство Узбекистана в качестве зрения некоего ограниченного, замкнутого и статичного. Да, возможно раньше так оно и было, но в настоящее время Узбекистан выходит из «зимней спячки», пробуждается, реализует свой экономический потенциал. Этот потенциал, надо признать, большой. В этой связи усиление экономических позиций Южной Кореи в Узбекистане не означает ослабление экономических позиций России и Китая. В современных реалиях места хватит всем. По крайней мере, пока. Поэтому особых беспокойств ни у Китая, ни тем более у России усиление позиций Южной Кореи в РУз вызывать не должно. Настороженность может быть связана только с усиливающейся конкуренцией в технологическом сегменте.

Другое дело - качество и экспертиза тех или иных проектов, соглашений. Почему партнером была выбрана именно Южная Корея? Но кто об этом сегодня серьезно думает? В этом главная опасность и главный риск как для Узбекистана, Центральной Азии, так и для ключевых партнеров стран региона - России и Китая.

- В чем же состоят эти риски?

- Я сделал бы акцент на риски, прежде всего, для Узбекистана. Для стран-партнеров они носят по большому счету вторичный характер и связаны с динамикой ситуации в самом Узбекистане. Никаких возражений относительно целесообразности развития проектов, тех или иных форм сотрудничества с Южной Кореей нет и не может быть. Вопрос, прежде всего, в том, насколько системно и стратегически верно оценивается целесообразность того или иного проекта, как и кем просчитываются его результаты и возможные последствия. Этим должны заниматься крупные междисциплинарные команды, а не одиночки-любители. На базе ключевых институтов, министерств и ведомств должна вестись серьезная, глубокая исследовательская работа. Ее результаты, безусловно, должны быть открыты и доступны общественности, широко обсуждаться в обществе, может быть, не сразу, но по истечению какого-то необходимого времени.

- В чем причина и выгода укрепления связей с Южной Кореей для Узбекистана? Проще говоря, что означает поворот в сторону именно этого государства?

- Я бы не говорил о повороте именно в сторону Южной Кореи. Повторюсь, что Узбекистан старается развернуться в сторону всех государств, проявляющих интерес к сотрудничеству, особенно глубоким его формам. Это основная тенденция, связанная с внешней политикой Узбекистана. Поэтому приветствуются все предложения.

К примеру, с Россией также укрепляется сотрудничество и преимущественно в тех сферах и сегментах, где без России просто невозможно. Это и военно-техническое, и гуманитарное сотрудничество, и взаимодействие в сфере трудовой миграции и энергетики. То же самое с Китаем, где локомотивами выступают, прежде всего, производственный и транспортный сегменты.

Иной вопрос, что, на мой взгляд, Узбекистану следует уделять на порядок большее внимание вовлечению собственной интеллектуальной элиты и общественности к крупным, масштабным, междисциплинарным исследовательским проектам.

Их организация и проведение, как мне представляется, и будет означать реальный прорыв в развитии Узбекистана, в том числе его отношений с конкретными странами.

Аналитический и научный потенциал Узбекистан огромен, даже несмотря на наблюдающийся «отток мозгов». Однако этот потенциал не востребован или его просто не знают как задействовать. С решения этой системной проблемы, как мне видится, и следует начинать любые реформы.

Ойбек Джаббаров

Источник - ИАЦ

Узбекистан. Корея > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 13 декабря 2017 > № 2423590 Владимир Парамонов


Россия. Корея. Весь мир > СМИ, ИТ. Легпром > forbes.ru, 12 декабря 2017 > № 2424787

Игры Куснировича: Bosco оденет руководство МОК на Олимпиаде в Пхенчхане

Андрей Злобин

редактор Forbes.ru

Участник списка Forbes в январе 2017 года уступил контракт на поставку формы для российских олимпийцев компании ZA Sport. Но позже опередил Nike в борьбе за поставку экипировки для международных олимпийских чиновников

Компания Bosco di Ciliegi Михаила Куснировича F 195, до января 2017 года являвшаяся экипировщиком олимпийской команды России, стала эксклюзивным поставщиком одежды для Международного олимпийского комитета (МОК). Ранее контракт на обеспечение членов и сотрудников МОК спортивной формой принадлежал американской Nike.

О том, что члены МОК уже на Олимпийских играх в Пхенчхане (Южная Корея) в 2018 году будут одеты в форму Bosco di Ciliegi сообщило 10 декабря издание Inside The Games со ссылкой на информированный источник. Два дня спустя представитель Bosco Ольга Юдкис подтвердила информацию о том, что компания выиграла тендер на экипировку МОК. 12 декабря она рассказала газете «Коммерсантъ», что начиная с зимней Олимпиады в Пхенчхане Bosco di Ciliegi будет эксклюзивным поставщиком как спортивной, так и парадной одежды для членов и сотрудников МОК.

Юдкис не сообщила изданию срок действия контракта с МОК. Контракт МОК с Nike длился с 2013 года до конца 2016 года. Юдкис отметила, что сотрудничество Bosco di Ciliegi с МОК началось в 2016 году — тогда российская компания стала одним из официальных экипировщиков МОК на Олимпийских играх в Рио-де-Жанейро. По контракту, действующему до окончания Олимпиады в Токио в 2020 году, сотрудники МОК должны появляться на всех официальных мероприятиях в представительских костюмах Bosco di Ciliegi.

Контракты с российской сборной

Любопытно, что в январе 2017 года Bosco di Ciliegi лишилась права одевать российских олимпийцев, которым компания владела 15 лет (за это время прошло восемь Олимпийских игр). Bosco di Ciliegi Куснировича впервые стала официальным экипировщиком российских олимпийцев на Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити в 2002 году.

Перед Олимпиадой в Пекине 2008 года в борьбе за спонсорский контракт Куснирович победил Пьера Кардена. По контракту на $100 млн, заключенному в 2009 году, Bosco стала спонсором российской команды на Олимпиадах в Ванкувере-2010, Лондоне-2012, Сочи-2014 и Рио-де-Жанейро-2016. Bosco также была официальным экипировщиком Международной федерации тенниса и олимпийских комитетов Украины и Испании (в 2012 году). В 2014 году была генеральным партнером Олимпиады в Сочи.

Контракт Bosco с Олимпийским комитетом России закончился в январе 2017 года. В феврале 2017 года стало известно, что ОКР решил его не перезаключать. «Официальным экипировщиком олимпийской команды России на период 2017-2024 годов выбрана компания ZA Sport», — говорилось в сообщении, опубликованном 2 февраля на сайте ОКР.

Бренд ZA Sport был создан российским дизайнером Анастасией Задориной в 2012 году и специализируется на разработке корпоративного стиля и создании одежды для активного отдыха и путешествий. Клиентами ZA Sport были «Транснефть», Росатом, аэропорт «Внуково».

В апреле 2016 года российский Forbes сообщил, что дизайнер Анастасия Задорина — дочь президента спортклуба «Динамо», руководителя Службы обеспечения деятельности ФСБ России Михаила Шекина. Среди спонсоров Задориной были структуры Алексея Хотина F 110, в 2016 году впервые попавшего в список Forbes.

Дизайнер Задорина стала широко известна осенью 2014 года, когда она организовала перед цирком на Цветном бульваре акцию по обмену предметов импортной одежды на футболки ZA Sport с надписями «В гробу я видел ваши санкции», «Тополь санкций не боится», «Санкции? Не смешите мои Искандеры».

Новая форма

В конце ноября 2017 года компания ZA Sport представила официальную форму российских олимпийцев для участия в Олимпиаде в Пхенчхане. Но 5 декабря МОК отстранил сборную России от участия в Играх в связи с обвинениями в использовании допинга. К соревнованиям будут допущены российские спортсмены, чистые от подозрений в употреблении допинга, под статусом «олимпийские атлеты из России». Компания ZA Sport пообещала пошить форму для российских спортсменов без запрещенной МОК государственной символики.

Компания Bosco di Ciliegi Куснировича объединяет две собственные марки одежды — Bosco Fresh и Bosco Sport. В ноябре 2017 года российский Forbes сообщил, что марка Bosco Sport из-за потери контракта с Олимпийским комитетом в феврале 2017 года может быть ликвидирована полностью.

По его словам, Bosco di Ciliegi планирует объединить два собственных бренда — Bosco Fresh и Bosco Sport: одежда будет выпускаться только под маркой Fresh, а спортивный бренд ждет ликвидация. «Мы планируем один большой формат и один бренд, который будет называется Bosco», — рассказал Forbes Куснирович. И отметил: «Будем развиваться, несмотря на то что контракт на экипировку больше мы не выполняем».

Россия. Корея. Весь мир > СМИ, ИТ. Легпром > forbes.ru, 12 декабря 2017 > № 2424787


Россия. Корея. Бразилия. Весь мир > СМИ, ИТ. Медицина > carnegie.ru, 11 декабря 2017 > № 2423581 Илья Иноземцев

Без флага и гимна: можно ли оспорить отстранение сборной России от Олимпиады

Илья Иноземцев

Исходя из специфики санкций в спорте здесь применяется презумпция виновности, а это значит, что доказывать отсутствие допинговой системы придется российскому Олимпийскому комитету. А сделать это практически невозможно: международные спортивные организации набрали достаточно доказательств, которые хоть и не кажутся весомыми при поверхностном рассмотрении, очень сложно оспорить

Исполком Международного олимпийского комитета (МОК) приостановил членство российского Олимпийского комитета. Это означает, что сборной России будет запрещено участвовать в грядущих зимних Олимпийских играх в корейском Пхенчхане. Решение стало итогом двухлетнего расследования нарушений антидопинговых правил, которое проводила специальная комиссия МОК.

Еще никогда в истории мирового спорта ни один национальный олимпийский комитет не лишали аккредитации из-за допинга, но, парадоксальным образом, в случае с российской сборной такое решение было вполне ожидаемым и даже в чем-то полезным с точки зрения снижения напряжения вокруг российских спортсменов.

Заветы Пьера де Кубертена, основателя современного олимпийского движения, сформулированы в Олимпийской хартии – уставном документе МОК, который кодифицирует основные принципы мирового спорта и определяет структуру и компетенцию управляющих органов. Это объемный, но весьма пространный документ, который закрепляет лишь самые общие правила и наделяет широкими полномочиями непосредственно МОК.

Конкретика в хартии, конечно, присутствует, но в ней сложно будет найти ту самую норму, на основании которой российскую сборную отстранили от Игр-2018. Решение исходит из общего посыла хартии, а именно что национальные олимпийские комитеты должны способствовать соблюдению правил мирового спорта на местах, иначе они будут исключены. Олимпийский комитет России формально не справился с этой задачей (а неформально – еще и помогал нарушать), поэтому был наказан.

Тем не менее решение МОК позволяет тем российским спортсменам, кто не имеет нарушений антидопинговых правил, соревноваться на Олимпиаде в качестве независимых участников. Это гуманное и понятное решение, к тому же прямо вытекающее из принципа недопустимости дискриминации в спорте, который тоже провозглашается среди основных.

Российский случай – это первое отстранение сборной из-за допинга, но в истории спорта хватает примеров дисквалификации национальных олимпийских комитетов по другим причинам, не говоря уже про добровольные бойкоты, как с московской Олимпиадой-80. Например, Индию отстранили от Олимпиады в Сочи, а Кувейт – от Рио-2016 из-за вмешательства местных правительств в деятельность олимпийских комитетов. В результате на зимних Играх в Сочи индийские спортсмены участвовали как независимые, поскольку официальное избрание нового главы местного комитета должно было состояться непосредственно во время соревнований.

В 1992 году сборная СНГ выступала под олимпийским флагом просто потому, что после распада СССР новые органы по управлению спортом еще не были созданы. Десять независимых спортсменов, получившие политическое убежище, но не гражданство в новых государствах, выступали в Рио-2016 от сборной беженцев также ради соблюдения основополагающих принципов хартии.

Однако нынешнее решение МОК воспринимается многими как унизительное. В этом есть свой резон: в хартии имеются прямые указания на дисквалификацию комитетов в случае, если в их деятельность вмешивается государство, но про допинг там ничего не сказано. Существует, впрочем, общее предписание о запрете допинга, из которого как раз и исходил Исполком МОК.

Интересно сравнить нынешнее решение по российской сборной с другим похожим решением – Исполкома Всемирной легкоатлетической федерации перед Олимпиадой 2016 года в Рио. Тогда была дисквалифицирована только Всероссийская федерация легкой атлетики, но зато был прямой запрет на участие российских спортсменов в Играх, если они не сумели доказать свою обособленность от системы российского спорта. Причем критерии этой обособленности довольно размыты – в правилах говорится лишь о незапятнанной антидопинговой репутации и отсутствии вины в неправомерной деятельности национальной федерации легкой атлетики. Соответствовать таким критериям накануне Игр удалось только прыгунье Дарье Клишиной.

Остальные 67 спортсменов подали коллективный иск в Спортивный арбитражный суд в Лозанне, но проиграли. В результате Всероссийская федерация легкой атлетики по-прежнему остается дисквалифицированной, но нейтральных российских спортсменов становится все больше – последнее разрешение участвовать в соревнованиях было получено ими в июле 2017 года.

Нынешнее решение МОК также можно оспорить в лозаннском суде, но шансов на успех тут немного. Диспуты там разрешают профессиональные юристы, для которых арбитраж не является основным местом работы, а потому они часто ищут простейшего решения спора, которое в данном случае сводится к тому, чтобы оставить дисквалификацию в силе.

Если бы российские спортсмены решили судиться с МОК по отдельности, то шансов выиграть было бы больше. Но решение Исполкома МОК касалось непосредственно Олимпийского комитета России, поэтому именно он должен будет подавать апелляцию. Впрочем, российская сторона почему-то не стала использовать такой подход, даже когда могла это сделать, – в 2016 году был подан коллективный иск от 67 спортсменов, хотя можно было раздробить его на 67 процессов. Издержки бы увеличились, но взгляд на дело изменился бы от общего к более конкретному. Сейчас же такой возможности нет и не будет.

Осложняет ситуацию и особая система доказательств в спортивных процессах. Исходя из специфики санкций в спорте здесь применяется презумпция виновности, а это значит, что доказывать отсутствие допинговой системы придется российскому Олимпийскому комитету. Собственных доказательств он предоставить не сможет, и придется оспаривать доказательства, имеющиеся у МОК: показания Григория Родченкова, руководителя Антидопингового центра, который подробно рассказал о механизмах сокрытия положительных антидопинговых проб; лабораторные пакеты, где были обнаружены подозрительные царапины на пробирках с биоматериалами, а также аномальные химические значения, выраженные в повышенном содержании соли в моче.

Несмотря на эксцентричность Родченкова и косвенность показателей лабораторных пакетов, это сложнооспоримые аргументы, которые уже зафиксированы антидопинговыми органами. Опровергнуть свидетельства Родченкова можно лишь словами ответственных лиц, но тогда будет применяться баланс вероятностей – важный тип доказательства для спортивных процессов – и версия Родченкова, которую никто до сих пор не опровергал напрямую, будет иметь больший вес.

Кроме того, не стоит забывать, что суд в Лозанне – это коммерческий арбитраж, и следственных экспериментов тут проводиться не будет. Поэтому и сделать надлежащую экспертизу над пробирками невозможно. Усугубляет ситуацию и тот факт, что после заседания исполкома сам руководитель российского Олимпийского комитета Александр Жуков частично признал вину, извинившись за нарушения антидопинговых правил. Его слова вряд ли получится положить в основу обвинения, но в качестве вспомогательного аргумента при выстраивании позиции МОК использовать можно.

Сейчас, даже если допустить, что решение МОК было политизировано, необходимо признать, что обратить вспять процесс дисквалификации уже невозможно. Международные спортивные организации набрали достаточно доказательств, которые хоть и не кажутся весомыми при поверхностном рассмотрении, очень сложно оспорить. При этом само решение исполкома подводит итог целого олимпийского цикла, который начался еще в Сочи в 2014 году, ведь именно тогда, если верить обвинениям, национальная допинговая система заработала в полную силу. И, несмотря на жесткость санкций, необходимо отметить и то, что для не уличенных в допинге спортсменов мало что меняется, кроме флага и гимна на официальных церемониях. Это существенный шаг, которого не было сделано в 2016 году и который в перспективе должен снизить остроту споров российских спортивных органов с международными.

Россия. Корея. Бразилия. Весь мир > СМИ, ИТ. Медицина > carnegie.ru, 11 декабря 2017 > № 2423581 Илья Иноземцев


Россия. Корея. Весь мир > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 8 декабря 2017 > № 2434315 Маша Гессен

Почему Россия воспринимает запрет на участие в Олимпийских играх как объявление войны

Маша Гессен (Masha Gessen), The New Yorker, США

Международный олимпийский комитет нанес удар в самое сердце путинского режима — возможно, даже не собираясь этого делать. Исполком МОК запретил России принимать участие в Зимних Олимпийских играх 2018 года, которые пройдут в Пхёнчхане, Южная Корея, после того как в рамках расследования были обнаружены доказательства употребления допинга многими российскими спортсменами, а также существования сложной схемы прикрытия, предполагавшей в том числе подмену допинг-проб. Однако МОК предоставил некоторым российским спортсменам возможность принять участие в играх под нейтральным, то есть олимпийским флагом. Это решение могло показаться довольно разумным компромиссом между необходимостью наказать коррумпированную спортивную бюрократию и желанием предоставить чистым спортсменам возможность следовать за своей олимпийской мечтой. Но с точки зрения России, это война.

Вернувшись на пост президента в третий раз пять с половиной лет назад, Владимир Путин восстановил многие обычаи и культурные институты советского общества. Российский гражданин — это член тоталитарного общества, в котором все имеет политическую подоплеку, а по-настоящему личное пространство попросту исчезает. Если рассматривать ситуацию с этого ракурса, то тот выбор, который МОК предложил российским спортсменам, — это выбор между личностью и страной. Кремлевские лакеи уже начали употреблять слово «предательство».

Это слово указывает на то, что Россия находится в состоянии войны со всем миром, и именно так она и видит ситуацию: Россия — это страна, подвергающаяся атаке и окруженная со всех сторон враждебными силами. Именно это распространенное ощущение жизни в осажденной крепости и делает сегодняшнюю Россию — несмотря на множество заметных, поверхностных отличий — чрезвычайно похожей на Советский Союз.

В советскую эпоху Олимпийские игры служили символом борьбы коммунистической империи и миром, полным противников. Победы на Олимпийских играх становились поводом для общенациональных празднований, чемпионы получали высшие государственные награды, такие как Орден Ленина. Подающие надежды молодые спортсмены зачислялись в Олимпийский резерв, который представлял собой систему спортшкол и имел характерно милитаристское название. Это была война, а на войне все средства хороши. Мои друзья, которые занимались в школах Олимпийского резерва — это была очень масштабная система, и лишь очень немногие спортсмены в конечном итоге попадали на международные соревнования — рассказывали мне, что с раннего возраста их начинали накачивать стероидами.

Олимпийские игры 2014 года в Сочи стали одной из личных битв Путина в этой непрекращающейся войне. В первый же день после своей инаугурации в мае 2012 года, Путин встретился с Жаком Рогге (Jacques Rogge), который тогда был главой МОК. Это стало первой встречей Путина в Кремле после его вступления в должность президента в третий раз. Путин заверил Рогге, что, несмотря на беспорядки, которые несколько омрачили его возвращение на президентскую должность, Олимпийские игры пройдут так, как было запланировано. Пока они беседовали, московская полиция устроила облаву на тех, кого подозревали в участии в акциях протеста, которым Путин обещал Рогге положить конец. Путин был убежден, что те акции протеста были организованы Госдепартаментом США. В тот же день Путин подписал указ, в соответствии с которым Министерству иностранных дел России нужно было повысить бдительность в общении с США и НАТО.

Сергей Марков, глава кремлевского аналитического центра, уже назвал запрет МОК на участие России в Играх частью западного заговора, направленного на свержение российского правительства. Спустя несколько часов после пресс-конференции МОК Путин объявил о том, что он будет баллотироваться в президенты — если он одержит победу, это будет его официальным четвертым сроком и фактическим пятым. Победа на выборах позволит ему оставаться во власти как минимум до 2024 года, то есть стать российским лидером, правившим страной целых 25 лет. Заявление Путина никого не удивило, однако оно прозвучало немного раньше, чем многие ожидали — оно даже показалось несколько спонтанным. Возможно, он почувствовал, что ему необходимо поднять войска именно сейчас, и, если напомнить стране, что он еще долго будет руководить страной, это может помочь мобилизации.

Довольно трудно представить себе, чтобы в сложившейся ситуации какой-нибудь российский спортсмен решился принять участие в играх под нейтральным флагом. Однако подобный прецедент уже был. 25 лет назад спортсмены из бывшего Советского Союза (за исключением трех государств Балтии) приняли участие в Зимних Олимпийских играх в Альбервиле и Летних Олимпийских играх в Барселоне под олимпийским флагом, поскольку в декабре 1991 года СССР распался. На всех спортсменах была одинаковая форма, но все они выступали как независимые спортсмены, даже в командных видах спорта. В общей сложности они тогда завоевали 135 медалей, а в Барселоне они взяли больше медалей, чем любая другая сборная. Тогда это выглядело как окончательная победа надежды, солидарности и спортивного мастерства над тоталитаризмом.

Россия. Корея. Весь мир > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 8 декабря 2017 > № 2434315 Маша Гессен


Россия. Корея. Весь мир > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 8 декабря 2017 > № 2434305 Майкл Макфол

В российской олимпийской трагедии виноват Путин

Майкл Макфол (Michael McFaul), The Washington Post, США

В минувший вторник Международный олимпийский комитет (МОК) объявил о своем шокирующем решении отстранить российскую сборную от участия в Зимних Олимпийских играх 2018 года в Пхёнчхане (Южная Корея) ввиду «систематического манипулирования Россией антидопинговыми правилами». Реакция общественности на это решение — правительственных чиновников, общественно-политических комментаторов, а также тех, кто писал на моем Twitter-канале — оказалась крайне поляризованной.

Большинство возликовало. «Россия» получила по заслугам — такое мнение звучало чаще всего. Между тем многие русские выразили противоположную точку зрения, назвав решение политизированным. Глава Федерации керлинга России Дмитрий Свищев заявил: «Я глубоко убежден, что это было сделано под давлением. Кому-то было нужно, чтобы Россия не участвовала в Играх».

Я, со своей стороны, придерживаюсь иной точки зрения. Решение МОК было трагическим, но необходимым. Однако Россию здесь не следует обвинять или защищать. Ответственность за эту трагедию должна быть целиком возложена на российское правительство, и сделать это должны не только иностранные правительства и спортсмены, но и само российское общество. Этой масштабной схемой мошенничества руководил друг российского президента Владимира Путина заместитель премьер-министра Виталий Мутко. Вот почему МОК пожизненно отстранил Мутко от посещения всех будущих олимпийских соревнований. Еще одно доверенное лицо Путина президент Олимпийского комитета России Александр Жуков был лишен членства в МОК. Можете не сомневаться: Мутко и Жуков — не какие-то жулики, действующие независимо от Путина или российского правительства. Они были непосредственными помощниками. Сегодня в путинском правительстве нет независимых действующих лиц. Очевидно, что МОК не заинтересован в том, чтобы отстранить от Игр одну из самых сильных сборных по зимним видам спорта. Путин вынудил их принять это решение.

Приписывая Кремлю вину за случившееся, международное сообщество, равно как и граждане России, также должны признать, что самыми главными жертвами решений российского правительства являются «чистые» спортсмены, всегда игравшие по олимпийским правилам. Путин сказал, что Россия не будет препятствовать участию спортсменов в соревнованиях под нейтральным флагом, но это означает, что им будет отказано в том бесценном моменте, когда в ходе церемонии вручения медалей над стадионом поднимается российский флаг, а сердце победителя преисполняется гордостью — в том, что должно быть кульминацией их спортивной карьеры. Обладатели золотых медалей не смогут услышать национальный гимн России, и все из-за решения Путина прибегнуть к мошенничеству.

Пострадавшими в результате этой трагедии оказались и многочисленные любители спорта по всему миру — включая вашего покорного слугу — которые хотели увидеть в Пхёнчхане российских спортсменов, соревнующихся не как «олимпийские спортсмены из России», а как горячие, гордые и исполненные патриотизма члены российской сборной. Я ездил на зимние Олимпийские игры в Сочи в 2014 году. Это было невероятно захватывающе — наблюдать за тем, как лучшие спортсмены России на равных соревнуются с лучшими спортсменами Соединенных Штатов. Для меня самым волнующим поединком той Олимпиады стал хоккейный матч между США и Россией (который мы выиграли!). В Пхёнчхане у зрителей уже не будет шанса понаблюдать за противоборством этих команд. Путин лишил этой возможности всех нас: россиян, американцев и прочих болельщиков из самых разных стран мира.

Поклонники спорта в России и во всем мире — те, кто хотел увидеть российских спортсменов на предстоящих Зимних Олимпийских играх — должны винить в этой трагедии не Россию в целом и, вероятнее всего, далеко не всех российских спортсменов, но Путина. Между тем российским гражданам следует перестать видеть в этом печальном исходе вину иностранцев и начать привлекать к ответственности собственное правительство. Настало время для того, чтобы сами россияне начали оказывать давление на Путина и его правительство и могли влиять на принимаемые ими решения. Российские спортсмены и поклонники зимней Олимпиады заслуживают лучшего.

Россия. Корея. Весь мир > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 8 декабря 2017 > № 2434305 Майкл Макфол


Россия. Корея. Весь мир > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 7 декабря 2017 > № 2434289 Леонид Радзиховский

Плохая новость для России

Как на РФ повлияет решение Международного олимпийского комитета отстранить страну от Олимпиады.

Леонид Радзиховский, Новое время страны, Украина

Все услышали о том, что было понятно и раньше: Путин остается президентом до 2024 года. Поэтому решение об отстранении России от Зимней Олимпиады на предстоящие президентские выборы никак не повлияет, поскольку никаких выборов в России нет.

Что касается того, как решение МОК восприняли в обществе, скажу одно — это была плохая новость. Часть общества отнеслась к ней, как и положено, мол, это все «русофобия» и борьба Запада против России. Но часть россиян, и довольно большая часть, воспринимает это как позор для государства, как грубейшую ошибку, вину, а точнее, преступление российских спортивных чиновников.

Вся эта история абсолютно логично вписывается в имидж России, в общую линию противостояния с Западом: геополитика — я имею в виду незаконную аннексию Крыма, нечестный спорт, непрошеное участие РФ в американских выборах и так далее.

Но дополнительного ухудшения отношений между Россией и Западом из-за решения Олимпийского комитета не последует. Путин в этой ситуации повел себя очень мирно и сдержанно. Да, истерика в телевизорах непременно будет. Истерика в Госдуме тоже будет. Но на государственном уровне никаких истерических действий не предвидится. Россия боится нагнетать ситуацию дальше.

Собственно, дальше уже некуда. Дальше — только Северная Корея, в которую Россия не хочет превращаться. Кроме того, Путин не хочет обострения перед голосованием за себя. Сейчас ему нужен образ миротворца. Также Путин не хочет портить отношения со спортсменами — они довольно влиятельная часть общества и значительная часть пиар-сообщества. Российские спортсмены и так взбешены. Не только и не столько решением МОК, сколько российскими спортивными чиновниками.

Кого-то то из должностных лиц, видимо, снимут, кого-то — нет. Общее правило такое: чем больше на Западе ругают российского чиновника, тем прочнее его положение внутри страны. Это обычная политика Россия против Запада. Бывший министр спорта Мутко, которого пожизненно отстранили от олимпиад, по-видимому, останется вице-премьером, но ненадолго — в марте будет сформировано новое правительство России, куда он, скорее всего, не попадет.

Отмечу, что Международный олимпийский комитет принял очень разумное решение о том, что российские спортсмены смогут участвовать в соревнованиях под нейтральным флагом. Если спортсмены прошли допинг-пробы, они ни в чем не виноваты. Дисквалифицируют именно Россию — как государство — у которой отнимают флаг и гимн.

Россия. Корея. Весь мир > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 7 декабря 2017 > № 2434289 Леонид Радзиховский


Россия. Корея. Весь мир > СМИ, ИТ > forbes.ru, 5 декабря 2017 > № 2413035

Сборную России отстранили от участия в Олимпиаде-2018

Екатерина Еременко

Корреспондент Forbes

В течение ноября 2017 года дисциплинарная комиссия МОК лишила российскую сборную в общей сложности одиннадцати наград зимней Олимпиады 2014 года

Сборная команда России отстранена от участия в XXIII зимних Олимпийских играх в Пхенчхане, соответствующее решение было принято в Лозанне на заседании исполкома Международного олимпийского комитета. При этом отдельные российские спортсмены смогут выступить на соревнованиях под нейтральным олимпийским флагом.

Игры в Пхенчхане запланированы на 9-25 февраля 2018 года. Решение принималось на основе материалов двух комиссий организации, работавших с июля 2016 года.

Как сообщается на сайте МОК, в результате расследования подтвердились системные манипуляции с допингом в России во время Игр в Сочи в 2014 году. Вице-премьер России Виталий Мутко и бывший замминистра спорта Юрий Нагорных пожизненно отстранены от участия в Олимпийских играх. При этом Олимпийский комитет России дисквалифицирован, а членство главы ОКР Александра Жукова в МОК приостановлено. Кроме того, Олимпийский комитет России заплатит штраф в размере $15 млн и компенсирует расходы допинг-расследования.

Президент МОК Томас Бах заявил, что сильно расстроен тем, что произошло со спортсменами, которые не были замешаны в употреблении допинга. «Это была беспрецедентная атака на единство Олимпийского движения и спорта», — отметил он. В его обращении уточняется, что решение об отстранении сборной России дает подвести черту под эти драматическим эпизодом спортивной истории.

Допинговый скандал

Комиссия Дениса Освальда получила полномочия по перепроверке допинг-проб российских спортсменов с XXII зимних Олимпийских игр 2014 года. Комиссия под руководством Самуэля Шмида расследовала причастность сотрудников Министерства спорта России к возможному сокрытию допинговых нарушений спортсменами.

По итогам работы комиссии Освальда наказание понесли шесть российских лыжников, обвиненные в нарушении антидопинговых правил на Олимпийских играх в Сочи. Они пожизненно отстранены МОК от участия в Олимпиадах, их результаты в Сочи аннулированы.

В течение ноября 2017 года, после изучения данных расследования комиссии Макларена, дисциплинарная комиссия МОК лишила российскую сборную в общей сложности одиннадцати наград зимней Олимпиады 2014 года: четырех золотых, шести серебряных и одной бронзовой. Вследствие этого Россия утратила первое место в неофициальном командном зачете сочинских Игр, опустившись на третью строчку.

Французский актер Жерар Депардье принял участие в акции #noRUSSIAnoGAMES против отстранения российских спортсменов от Олимпийских игр. Он опубликовал на своей странице в Facebook фотографию, на которой он держит лист бумаги с хэштегом акции #noRUSSIAnoGAMES («Нет России — нет Игр»).

Акцию запустил школьник из Санкт-Петербурга Роман Старков, выступивший в социальных сетях с обращением в поддержку шести российских лыжников, пожизненно отстраненных от участия в Олимпийских играх решением МОК.

Россия. Корея. Весь мир > СМИ, ИТ > forbes.ru, 5 декабря 2017 > № 2413035


КНДР. США. Корея > Армия, полиция > carnegie.ru, 30 ноября 2017 > № 2407119 Андрей Ланьков

От защиты к нападению. Может ли ядерная программа Северной Кореи стать наступательной

Андрей Ланьков

Если США увязнут во внутри- или внешнеполитических проблемах, в Пхеньяне могут подумать, что им удастся не допустить вмешательства американцев в их конфликт с Югом под угрозой ядерного удара. Тем не менее нынешняя политика Ким Чен Ына не похожа на политику человека, готового начать поход на Сеул и Пусан

В последнее время весь мир стал свидетелем ракетной канонады, доносящейся с Корейского полуострова: Пхеньян ускоренными темпами создает ядерный потенциал. Тем временем Вашингтон, а если точнее, то в первую очередь Совет национальной безопасности и ближайшие советники Трампа находятся в непростых размышлениях, какие именно долгосрочные цели преследует Ким Чен Ын, столь решительно взявшийся за продвижение ядерной программы.

Наращивание потенциала

До недавнего времени с его целями, казалось, все было ясно. За исключением небольшого количества особо упрямых правоконсервативных идеологов, все в Вашингтоне, равно как и в других мировых столицах понимали: работа северокорейцев над ядерным оружием, начатая еще в 1960-е годы и ускорившаяся в начале 1990-х, продиктована опасениями по поводу безопасности КНДР. В зависимости от личных политических предпочтений эти опасения можно описать как «беспокойство за будущее страны» или «беспокойство о сохранении режима» – это вопрос вкуса.

Иначе говоря, северокорейское руководство, несмотря на тяжелейшие проблемы в экономике, не жалело сил на ракетно-ядерную программу в первую очередь потому, что хотело избежать печальной судьбы режимов Саддама Хусейна и Муаммара Каддафи. И это в целом понимали в мировых столицах.

Более того, до недавнего времени подразумевалось, что Северная Корея не представляет прямой угрозы для США и в чисто техническом плане. В распоряжении северокорейских военных просто не было средств доставки, которые бы позволяли им нанести удар по континентальной территории Соединенных Штатов. Конечно, теоретически Пхеньян мог проявить изобретательность и, например, спрятать ядерный заряд в трюме обычного обшарпанного рыболовного траулера, который потом был бы отправлен куда-нибудь к берегам Калифорнии и там подорван (о возможности такого варианта давно уже говорили всерьез, и не только в США). Тем не менее отсутствие средств доставки успокаивало.

Северокорейская ядерная программа все равно вызывала беспокойство, но в первую очередь потому, что создавала опасный прецедент. В отличие от Индии, Пакистана и Израиля КНДР в свое время подписала Договор о нераспространении ядерного оружия и использовала это обстоятельство, чтобы легально получить доступ к некоторым ядерным технологиям. Потом она, как известно, вышла из Договора о нераспространении и успешно разработала ядерные заряды. Понятно, что этот прецедент не вызывал восторга у США и других официально признанных ядерных держав, включая Россию и Китай. Тем не менее прямой угрозы для США не было.

Однако на протяжении последних лет ситуация изменилась кардинальным образом. Ким Чен Ын, придя к власти, не был удовлетворен тем уровнем ракетно-ядерного потенциала, который был создан его отцом. Хотя многие специалисты считали, что и этот уровень был достаточным для минимального сдерживания Соединенных Штатов и иных потенциальных противников.

Ким Чен Ын начал вкладывать немалые средства в ускоренное развитие ракетно-ядерной программы и за пять лет правления добился куда больших успехов, чем ожидали зарубежные эксперты. За время его правления Северная Корея не только провела четыре ядерных взрыва, но и успешно разработала термоядерный заряд, который был испытан в сентябре этого года.

Еще важнее здесь то обстоятельство, что за годы правления Ким Чен Ына впечатляющих успехов добились северокорейские ракетчики. В частности, им удалось создать межконтинентальную баллистическую ракету «Хвасон-14», которую впервые испытали в июле 2017 года. Все четыре запуска ракет этого типа оказались успешными. «Хвасон-14» способна поражать цели на большой части континентальной территории США – в частности, в зоне ее досягаемости находятся Сан-Франциско и, возможно, Нью-Йорк, хотя Вашингтон и города южной части США в эту зону, кажется, пока не попали.

Одновременно северокорейские инженеры успешно работают над созданием твердотопливных ракет и баллистических ракет подводных лодок. Пока в северокорейском подводном флоте есть только одна подводная лодка, оборудованная для запуска баллистических ракет, но данные спутниковых снимков не оставляют сомнений в том, что в ближайшее время количество таких лодок вырастет.

В результате Северная Корея стала третьей после Китая и России страной в мире, которая в состоянии нанести удар по континентальной части Соединенных Штатов, и это обстоятельство сильно меняет всю ситуацию. Раньше США, если бы решили принять участие в новом вооруженном конфликте на Корейском полуострове, рисковали лишь жизнью своих солдат. В новых обстоятельствах потенциальная цена подобной военной акции (необходимой, например, в рамках союзнических обязательств по отношению к Южной Корее) может измеряться сотнями тысяч и миллионами жизней простых американских граждан – обитателей крупных американских городов.

Могут повторить

В этой обстановке в Южной Корее стали задумываться о том, насколько они могут полагаться на обязательства, взятые США в былые годы. Далеко не все в Сеуле сейчас уверены, что Соединенные Штаты будут готовы, как часто говорят, «пожертвовать Сан-Франциско, чтобы спасти Сеул». Именно этим вызван резкий рост интереса Сеула к идее создать собственное южнокорейское ядерное оружие.

Вдобавок многие стали осознавать, что в нынешней ситуации у Северной Кореи появилась теоретическая возможность перейти от оборонительной стратегии к наступательной. Сейчас, когда Северная Корея в состоянии нанести удар по США, Ким Чен Ын и его окружение могут попытаться завершить дело, некогда начатое, но проваленное дедом нынешнего северокорейского руководителя, – попытаться объединить Корейский полуостров под властью семьи Ким.

Как известно, сразу же после создания КНДР, в 1948 году, Ким Ир Сен начал активную дипломатическую кампанию, направленную на то, чтобы получить у Москвы и Пекина благословение на «операцию по освобождению Южной Кореи», жители которой, как считал Ким и его окружение (возможно, вполне искренне), «страдали под гнетом американского империализма и лисынмановской клики».

Ким Ир Сен, проявив немалое дипломатическое мастерство, в конце концов убедил Сталина в том, что военное решение северокорейской проблемы вполне реально. Сталин и Ким Ир Сен исходили тогда из того, что американцы не захотят или не успеют вмешаться в конфликт и спасти своих сторонников в Сеуле от разгрома. Как выяснилось, эти расчеты были ошибочными: США в конфликт вмешались, и в результате корейская война окончилась вничью.

Однако сейчас у северокорейского руководства может возникнуть ощущение, что в нынешней ситуации рано или поздно будет подходящий момент для повторения неудачной попытки 1950 года. Если в Вашингтоне у власти будет слабый президент или США увязнут в каких-то внутри- или внешнеполитических проблемах, в Пхеньяне могут подумать, что им удастся не допустить вмешательства американцев в их конфликт с Югом – «внутренние дела корейского народа» – под угрозой ядерного удара.

Такой конфликт будет представлен именно как внутреннее дело единой корейской нации, истинный лидер которой, конечно же, находится в Пхеньяне. К тому же наличие ядерного оружия дает Пхеньяну решающее военное преимущество над Югом – и руководство КНДР относится к числу тех немногих правительств мира, которые могли бы такое преимущество использовать. Таким образом, запугав США и нейтрализовав Юг – угрозами или реальным тактическим применением ядерного оружия, Северная Корея может (теоретически) объединить страну под своим контролем.

Насколько велика вероятность такого поворота событий, сказать сложно, но о том, что такой поворот событий возможен, сейчас говорят специалисты не только в Вашингтоне, но и в иных странах – в том числе и в тех, отношения которых с Соединенными Штатами трудно назвать идеальными.

Правда, сама по себе вероятность того, что Ким Чен Ын начнет мечтать о завоевании Юга, значит не так много. В конце концов, на протяжении большей части истории генеральные штабы всех армий в основном готовились к конфликтам, которые там так и не произошли. Можно, например, вспомнить, что весь XIX век французский флот готовился к решительным сражениям с британцами – каковых, как известно, так и не случилось. Наличие теоретической возможности и желания вовсе не означает, что тот или иной сценарий реализуем и будет реализован на практике.

Управление рисками

Даже забыв о роли США и потенциале южнокорейской армии, можно понять, что Южная Корея едва ли станет для Севера легкой добычей. Южная Корея превосходит Северную по объему ВВП в 30–60 раз, а по численности населения – в два раза. В истории действительно были случаи, когда более развитые в экономическом плане общества захватывались не столь богатыми, но решительными соседями. Однако в последние века во всех этих случаях на стороне бедного, но агрессивного соседа обычно было хотя бы численное преимущество.

Нынешняя политика Ким Чен Ына также не похожа на политику человека, готового начать поход на Сеул и Пусан. Ким Чен Ын по-прежнему активно тасует руководство вооруженных сил. За шесть лет его правления на посту начальника Генерального штаба побывали пять человек, а на посту министра обороны – шесть. Для сравнения: за все 46 лет правления его деда Ким Ир Сена в КНДР было восемь начальников Генштаба и шесть министров обороны. Постоянные чистки и перемещения в армии показывают, что Ким Чен Ын вряд ли сейчас готовится к активному наступлению. Вдобавок Ким Чен Ын активно занимается проблемой увеличения уровня жизни населения и вкладывает немалые средства в развитие гражданской экономики. Все это едва ли является индикатором близкого конфликта.

Тем не менее в Соединенных Штатах все громче звучат разговоры о том, что в нынешней ситуации КНДР готовится к внезапному удару, который может быть нанесен в ближайшее время. Беспокойства американским дипломатам и военным добавляет то обстоятельство, что многие считают (скорее всего, несправедливо) Ким Чен Ына иррациональным и непредсказуемым лидером, который мотивирован какой-то непонятной, но явно агрессивной идеологией. Неслучайно, что в последние год-два в Вашингтоне с большим интересом читают работы американского культуролога и историка-корееведа Брайана Майерса, который уже не одно десятилетие доказывает, что КНДР, несмотря на всю свою псевдосоциалистическую оболочку, в действительности является ультраправым государством, цель и смысл существования которого – завоевательные походы (точнее, один такой поход – на Юг), а идеология – перекрашенный японский милитаризм образца 1941 года. Независимо от того, имеет ли построение Брайана Майерса (человека в профессиональных кругах, безусловно, уважаемого) отношение к реальности, сам факт его популярности среди американских элит говорит о многом.

Спор о северокорейских намерениях носит не слишком академический характер. Если в Вашингтоне решат, что КНДР готова не просто рассматривать (на уровне, скажем, планов Генерального штаба) теоретическую возможность завоевания Юга, а реально собирается начать такую войну в ближайшем будущем, то наиболее логической позицией США и их союзников является нанесение упреждающего удара. Понятно, что такой удар приведет к досрочному началу войны на Корейском полуострове – но сторонники этой стратегии считают, что лучше начать войну сейчас, чем ждать, когда Северная Корея будет представлять еще большую угрозу и нарастит еще больший ракетный потенциал.

К счастью, подобная точка зрения пока разделяется меньшинством американских экспертов и лиц, принимающих решения, в том числе и явным меньшинством в Госдепартаменте и Пентагоне. Однако число ее сторонников быстро увеличивается, и это обстоятельство не может не вызывать тревогу.

КНДР. США. Корея > Армия, полиция > carnegie.ru, 30 ноября 2017 > № 2407119 Андрей Ланьков


Корея. Весь мир. УФО > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 7 ноября 2017 > № 2380903

Корея готовится к участию в международной выставке ИННОПРОМ- 2018.

В рамках подготовки Международной промышленной выставки ИННОПРОМ-2018, где республика Корея впервые выступит в статусе страны-партнера, заместитель Министра промышленности и торговли Российской Федерации Александр Морозов провел в г. Сеуле рабочую встречу с представителями крупнейших корейских промышленных и торговых ассоциаций.

Во встрече приняли участие руководители Корейского агентства по продвижению инвестиций и торговли (KOTRA), уполномоченного Правительством Республики Корея в качестве организатора национальной экспозиции, Корейской Ассоциации международной торговли (KITA), Корейской машиностроительной ассоциации (KOAMI), а также с российской стороны - ГК “Формика”, оператор ИННОПРОМ.

Участники совещания обсудили подходы к формированию деловой программы ИННОПРОМ-2018 и договорились в качестве основных направлений бизнес-диалога рассмотреть вопросы глобализации производства компонентов для электромашин, применение беспилотных технологий для повышения безопасности дорожного движения, развития услуг по роботизированному производству различных видов продукции.

Россия и Корея демонстрируют активное развитие сотрудничества в высокотехнологичных отраслях промышленности, и ИННОПРОМ-2018 представит отличную возможность предложить заинтересованным предприятиям принять участие в формировании перспективных направлений совместной работы

заявил Александр Морозов.

Исполнительный директор Корейской машиностроительной ассоциации (KOAMI) Ким Ён Кук подтвердил значительный интерес корейских компаний к выставке.

“Корейские компании уже не первый год участвуют в ИННОПРОМ, - напомнил он, - В 2018 году для членов KOAMI будет особенно важной практическая польза от бизнес-диалога, а это означает – новые возможности для наших компаний в России и в мире”.

Стороны также обсудили вопросы организации культурной программы страны-партнера, отдельно отметив возможность проведения в г. Екатеринбурге во время ИННОПРОМ фестиваля современного корейского кино с участием получивших мировую известность корейских режиссеров и актеров.

Справочно:

Международная промышленная выставка ИННОПРОМ проходит в Екатеринбурге с 2010 года. В 2017 г. в работе выставки и форума приняли участие Президент России Владимир Путин, Министр промышленности и торговли России Денис Мантуров, Министр экономического развития России Максим Орешкин, Министр экономики, торговли и промышленности Японии Хиросигэ Сэко, руководители глобальных компаний Fanuc, Volvo, Kawasaki Heavy Industries, Sollers, Rusal, Siempelkamp, Saudi Aramco, Ростех, Алмаз-Антей, Синара и др. Свою продукцию на выставке представили более 600 компаний, 2/3 из которых – международные участники. За 4 дня ИННОПРОМ-2017 посетили более 50 000 топ менеджеров из 95 стран мира.

Меморандум о взаимопонимании между Министерством промышленности и торговли Российской Федерации и Министерством промышленности, торговли и энергетики Республики Корея об участии Республики Корея в статусе страны-партнера в 9-й международной промышленной выставке «ИННОПРОМ-2018» был подписан 6 сентября 2017 г. в г. Владивостоке.

Корея. Весь мир. УФО > Внешэкономсвязи, политика > minpromtorg.gov.ru, 7 ноября 2017 > № 2380903


Россия. КНДР. Корея > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 5 ноября 2017 > № 2392171 Константин Асмолов

БОльшее зло

Как России вести себя перед лицом кризиса на Корейском полуострове

Константин Асмолов – кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН и Международного учебно-научного центра корееведческих исследований Института стран Азии и Африки при МГУ.

Резюме Россия в наименьшей степени проигрывает от ядерной КНДР. Мы, с одной стороны, должны принимать меры к тому, чтобы избежать конфликта, с другой, – строить стратегию на том, чтобы возможный конфликт задел нас минимально по сравнению с остальными.

Кризис вокруг Корейского полуострова последовательно дрейфует к потенциальному взрыву. Пикировка между Вашингтоном и Пхеньяном все меньше напоминает «драку детсадовцев в песочнице» и действительно может перерасти в вооруженный конфликт. Что в этом случае делать Москве?

После июльской статьи о выборе из двух зол, опубликованной на сайте «Россия в глобальной политике», освещение «корейского кризиса» успело пройти очередной цикл. После обмена воинственными заявлениями, за которым ничего не последовало, ажиотаж начал было спадать, и заголовки «Корейский полуостров на грани войны!» стали меняться на «Кризис миновал». Однако в конце августа наступило «традиционное осеннее обострение», связанное с проведением на полуострове ежегодных маневров Ulchi Freedom Guardian, на которых отрабатывался пресловутый «оперативный план 5015», нацеленный на уничтожение ключевых объектов инфраструктуры КНДР, включая атаки на атомные объекты и физическое устранение высшего руководства.

В этот раз в учениях принимало участие «всего» немногим более 50 тыс. южнокорейских и американских военнослужащих. Однако следует вспомнить, что белорусско-российские стратегические учения «Запад-2017», насчитывающие куда меньше участников, вызвали громкие заявления о том, что «Россия накапливает силы и готовится к агрессии». При том что, в отличие от «плана 5015», там отрабатывались военные действия против условной Вейшнории, а не открыто названной Северной Кореи. Однако речь не о том, что подобные учения проводятся несколько раз в год, давая Пхеньяну неиллюзорное ощущение угрозы. И даже не о том, что 24 августа в ходе этих учений осуществлено три пуска южнокорейских ракет малой дальности «Хёнму-2», которые, в отличие от ракет северокорейских, отнюдь не вызвали медиаистерику и требования обсудить эти стрельбы в СБ ООН. Речь о северокорейском ответе: вначале последовал пуск ракет малой дальности, затем 29 августа еще один запуск «Хвасон-12», которая перелетела через территорию Японии (впервые с 2009 г.), показав, что северокорейские ракеты действительно могут достичь как минимум острова Гуам.

3 сентября Ким Чен Ын сначала продемонстрировал миру термоядерную боеголовку, теоретически вполне готовую к установке на МБР, и практически в тот же день КНДР осуществила шестое ядерное испытание, мощность которого по разным источникам оценивается от 50 до 250 килотонн. Да, это термояд.

Автор не уверен, что Пхеньян верно просчитал все последствия. Проведение испытания на фоне саммита БРИКС и Восточного экономического форума обеспечило относительно быструю реакцию. 11 сентября 2017 г. Совет Безопасности ООН единогласно принял резолюцию № 2375, предусматривающую ужесточение санкций против КНДР. Предлагаемый Соединенными Штатами пакет, включающий в том числе топливное эмбарго, правда, полностью не прошел, хотя его принятие активно лоббировал президент РК, дозвонившийся по этому поводу почти до всех региональных лидеров.

В ответ Пхеньян тоже поднял ставки, хотя и не на максимальную высоту – 15 сентября Северная Корея произвела очередной запуск баллистической ракеты, дальность полета которой составила 3700 километров. С учетом высотной траектории это и реальное подтверждение возможности нанести удар по американской авиабазе на о. Гуам, и намек на большее. Кроме того, лидер КНДР указал, что Север продолжит разработку ракетно-ядерной программы, пока не будет достигнут паритет с Соединенными Штатами.

Этот шаг не остался без ответа. Сначала Дональд Трамп назвал в своем твиттере Ким Чен Ына «Рокетменом», а затем 19 сентября, уже с трибуны ООН, открыто предупредил, что, если Пхеньян не свернет свою ядерную программу, угрожающую США и ее союзникам, у Вашингтона не будет выбора, кроме как полностью уничтожить КНДР. Еще через два дня Трамп объявил о новых экономических санкциях в отношении Северной Кореи и стран, ведущих с ней бизнес, окончательно оформив концепцию вторичного бойкота.

Ответ не заставил себя ждать. 20 сентября глава северокорейского МИДа Ли Ён Хо сравнил заявления Трампа о готовности уничтожить КНДР в случае прямой угрозы с «лаем собаки», а 22 сентября «Рокетмен» ответил лично. И хотя инвективная риторика взяла пару новых высот, если вынести за скобки оскорбления, суть в следующем: действия Соединенных Штатов «отнюдь не запугивают, не останавливают меня, а, наоборот, подтверждают, что выбранный мною путь правилен, и по нему следует идти до конца».

«Американского старого маразматика непременно, наверняка буду укрощать огнем», заявил Ким в последней фразе, после чего министр иностранных дел КНДР Ли Ён Хо предположил, что обещанные «сверхжесткие ответные меры» могут включать «самый мощный взрыв водородной бомбы в Тихом океане». Вместе с тем министр отметил, что «мы не имеем представления о том, какие именно действия могут быть предприняты, поскольку приказ отдает Ким Чен Ын». Ли Ён Хо назвал Трампа «психически неуравновешенным человеком, страдающим манией величия» и предупредил, что если в результате вооруженного противостояния между двумя странами «погибнут невинные американцы», то «Трамп будет нести полную ответственность» за это.

Алармистские заголовки снова замелькали в СМИ, причем реплика Ли преобразовалась в «КНДР пообещала взорвать водородную бомбу над Тихим океаном»; в следующем раунде президентского «баттла» Трамп пригрозил «безумцу» Киму «невиданными испытаниями», северяне ответили видео с уничтожением американского авианосца, после чего Сергей Лавров сравнил ситуацию с дракой детсадовцев и предложил добиваться «разумного, а не эмоционального подхода».

Да, в глазах непрофессионалов динамика корейского ракетно-ядерного кризиса представляется в виде некоего волнообразного графика, в котором пики обострений (связанные с очередным ядерным испытанием, военными маневрами той или иной стороны или резкими заявлениями лидеров) сменяются спадами, когда эксперты, ранее ставившие полуостров на грань войны, начинают говорить о том, что опасность миновала. На деле же мы наблюдаем медленный и неотвратимый рост вероятности силового решения, которое, по мнению автора, на данный момент составляет примерно 35% и уверенно подбирается к сорока. Конечно, это условные цифры, но речь идет о том, что тренды, ведущие к обострению, никуда не делись, и каждый подобный всплеск повышает его вероятность.

Чего хочет «Рокетмен» и в чем он, возможно, ошибается

Если посмотреть на ситуацию с северокорейской точки зрения, то у Пхеньяна есть более чем обоснованные подозрения, что Соединенные Штаты и их союзники будут уничтожать КНДР как государство при первой возможности. На это указывает целый ряд факторов:

Последовательный отказ признать существование КНДР как государства. США не признали ее в начале 1990-х гг. (хотя неформальная договоренность между Москвой и Вашингтоном говорила о перекрестном признании) и не сделали этого позднее (хотя заключение дипотношений было, в общем-то, одним из условий Рамочного соглашения 1994 года). И сейчас Соединенные Штаты блокируют любые попытки заключения с Пхеньяном каких-либо официальных договоренностей, даже если речь идет о документе, призванном зафиксировать итоги Корейской войны 1950–1953 годов.

Северная Корея последовательно демонизируется и имеет фактически официальный статус страны-изгоя, который подразумевает, что взаимодействие с ней противоречит морально-этическим нормам, принятым «цивилизованными странами». Северокорейский режим достаточно одиозен и авторитарен, и в его истории хватает темных пятен. Однако вешать на нынешнюю КНДР события времен Ким Ир Сена или раннего Ким Чен Ира – это примерно то же самое, что рассуждать о современной России как о сталинском Союзе или временах «лихих 90-х». КНДР меняется, и эти перемены достаточно заметны.

Если вынести за скобки риторику о «самозащитных мерах, принимаемых в ответ на провокации», то уровень южнокорейско-американской военной активности не уступает северокорейскому, если не превосходит его. Только с марта по сентябрь 2017 г. США и РК провели пятнадцать военных учений различных типов, которые включали в себя в том числе ракетные пуски и вылеты стратегических бомбардировщиков, отрабатывавших атаки на ключевые объекты инфраструктуры. Эти действия отнюдь не вызывают международного ажиотажа, хотя для Пхеньяна вылеты американских бомбардировщиков В1-В – не меньшая угроза и провокация, чем ракетные пуски, благо цели для бомбометания находятся достаточно близко от северокорейской границы.

В отличие от Сеула, у Северной Кореи нет союзников, которые в рамках политического договора готовы прикрыть ее ядерным зонтом или прийти на помощь по первому требованию в случае внешней агрессии.

Кроме того, Северная Корея получила ряд прямых и косвенных уроков, указывающих на то, что любые попытки договариваться не с позиции силы обречены на провал. Договоренности либо не будут выполнены, либо в определенный момент будут пересмотрены или снабжены дополнительными условиями. Так было с Рамочным соглашением 1994 г. (желающие могут поинтересоваться судьбой двух легководных реакторов, которые должны были быть построены к 2003 г.), и так же, по сути, закончилась возможность урегулировать ядерную проблему на основании плана, отраженного в Совместном заявлении участников переговоров в 2005 году. Окончательно же концепция договороспособности «Запада» была перечеркнута после падения режима Каддафи, да и судьба иранской ядерной сделки может оказаться незавидной – Трамп открыто обвиняет Тегеран в «нарушении духа (не буквы!) соглашения», грозит из него выйти, а Вашингтон вводит против Ирана все новые санкции.

С другой стороны, у КНДР есть пример маоистского Китая, который на момент начала своей ядерной программы обладал не менее одиозной репутацией. Однако после превращения Китая в ядерную державу значительная часть вариантов решения вопроса была убрана со стола.

В такой ситуации руководство Северной Кореи идет простым и понятным путем – любой ценой проскочив «окно уязвимости», выйти на минимальный уровень гарантированного ядерного сдерживания, который станет для Пхеньяна «пропуском в высшую лигу». После этого военное решение вопроса станет неприемлемым из-за запредельных рисков, и недруги КНДР будут вынуждены договариваться с ней. А это позволит как минимум убрать часть угроз, связанных с насильственной сменой режима, и смягчить санкционное давление, связанное с непризнанием ядерного статуса.

На данный момент в Пхеньяне уверены, что ситуация развивается по выгодному сценарию. Точнее, что на войну американское руководство не пойдет. Это подтверждается и тем, что ни летом, ни сейчас в Пхеньяне не было усиления «военной тревоги», которая могла бы стать признаком подготовки к конфликту со стороны КНДР. Действительно, в вопросе «воевать или договариваться» выбор кажется очевидным. Однако на месте пхеньянского руководства автор не был бы столь оптимистичен. К сожалению, существует несколько групп факторов, делающих выбор Вашингтона более нетривиальным, и именно поэтому в предыдущей статье автор называл его «выбором из двух зол».

Первая группа аргументов против признания ядерного статуса КНДР может быть условно названа «системными», так как они касаются не СВА, а всего существующего миропорядка. Да, с точки зрения многих, включая автора, таковой трещит давно, но принятие «мировым сообществом» северокорейских условий будет означать не трещину в стене или отвалившийся кусок лепнины, а обрушение части фасада, сопровождающееся падением пары несущих колонн. Почему это так?

Современная «архитектура глобальной безопасности», как минимум формально, строится на авторитете ООН как надгосударственной организации. Если посмотреть под этим углом на «мирный исход», то получится, что десять с лишним лет международное сообщество пыталось, но так и не смогло «окоротить» Северную Корею, и более того, теперь вынужденно приняло ее условия. Какова тогда вообще цена ООН, и не грозит ли ей участь Лиги Наций при любом мало-мальски серьезном кризисе?

Вторая важная составляющая современного миропорядка касается режима нераспространения ядерного оружия. Здесь мы также получаем очень неприятный прецедент: любая страна, даже необязательно страна-изгой, развив ракетно-ядерную программу до уровня МБР с термоядерной боеголовкой, получает совсем иной статус. Это – дорога к падению режима НЯО, что бьет по интересам постоянного комитета СБ ООН, которому будет значительно сложнее проталкивать свое видение проблем. Кроме этого, согласно закону больших чисел, повышается как вероятность катастроф в результате технического сбоя, так и попадание ядерного оружия в руки негосударственных акторов, включая террористические организации. Поэтому с точки зрения многих сторонников действующего миропорядка, новый – мультиядерный – выглядит существенно хуже, и остановить сползание в него допустимо любыми средствами.

Следующая группа причин может быть названа морально-этическими. Уровень демонизации КНДР таков, что переговоры со страной-изгоем будут восприниматься как уступки Злу, которое от этого только укрепится. Влияние такой позиции очень хорошо заметно в аргументах, которые используют сторонники силового решения в США и РК. Темы разрушения режима НЯО или падения авторитета ООН там почти не звучат. Вместо этого аудиторию знакомят с фантастическими сценариями: мол, стоит пойти хоть на малейшие уступки, как Пхеньян немедленно потребует разрыва южнокорейско-американского оборонного соглашения, а затем – угрожая ядерным ударом по континентальной территории Соединенных Штатов – начнет «коммунизацию» Юга (в версиях некоторых прогнозистов из радикал-протестантских кругов речь заходит и о вторжении в Японию). И хотя авторы подобных сценариев, похоже, черпают свое вдохновение из сюжета хорошо известной в узких кругах игры Homefront, публика, привыкшая воспринимать Северную Корею как патентованное «государство зла», «заглатывает» их с готовностью. А значит, политик, который «опустится» до переговоров с Пхеньяном, получит целый букет внутриполитических и репутационных проблем. Их могли бы преодолеть президент класса Никсона и госсекретарь ранга Киссинджера, но чем больше государство пронизано популизмом и действенными системами обратной связи, тем сложнее руководителю страны проводить непопулярные в обществе меры. Сложности, с которыми сталкивается сегодня правительство Трампа, только усугубляют тренд, сужая пространство для маневра. Президент уже сделал слишком много заявлений в стиле «этому не бывать» и «мы им покажем». Отказ от них может быть чреват потерей лица.

Третья группа связана с недостаточным экспертным сопровождением политики Трампа. Чехарда назначений, невысокое качество экспертов и советников, волюнтаризм при принятии решений могут привести к тому, что картина, которую будут рисовать Трампу относительно внутриполитической обстановки в КНДР, ее военного потенциала и, как следствие, хода возможной кампании, будет существенно отличаться от реальной.

В плену дискурса

Дополнительные когнитивные искажения при анализе ситуации стоит отметить особо – долговременные последствия демонизации сформировали определенный дискурс освещения проблемы, в рамках которого ее нельзя решить. Даже российским экспертам общего профиля, которые теоретически обладают бóльшим уровнем знаний о КНДР, чем западные, бывает сложно выйти за рамки господствующего дискурса, и в их заявлениях встречаются не имеющие отношения к реальности выражения типа «ядерный шантаж», «непредсказуемый режим» или «порочный круг северокорейских провокаций». При этом лица, рассуждающие о том, что Северная Корея вероломно нарушила Рамочное соглашение, не имеют понятия о его содержании или могут упоминать как общеизвестный факт то, что «в КНДР ежегодно от голода умирает миллион человек».

Друг на друга накладываются и недостаточная информированность, и то, что информационные лакуны заполняются пропагандистскими штампами.

Возьмем в качестве примера Институт Америки в рамках Академии общественных наук КНДР. Да, он был создан недавно, и, возможно, к нынешнему времени ситуация изменилась к лучшему, однако осенью 2016 г. в нем было всего три структурных подразделения, из которых одно занималось ядерной проблемой Корейского полуострова, другое – северокорейско-американскими отношениями, третье – внешними связями. Как можно заметить, никакого исследования американского общества, культуры, политики, системы принятия решений в нем не велось.

Однако и американский уровень изучения Северной Кореи находится на похожем уровне. До недавнего времени там пользовались информацией из вторых рук, в первую очередь – японской или южнокорейской, имея возможность полагаться либо на спутниковые снимки, либо на расспросы перебежчиков. Собственный отдел агентурной разведки, посвященный Северу, появился в США только в 2017 году. При этом, в отличие от российских экспертов, значительная часть которых застала СССР и поэтому как-то понимает особенности обществ подобного типа, у них вообще нет представления о контексте. Например, в КНДР безуспешно пытаются найти диссидентов-интеллигентов позднесоветского образца, хотя северокорейская специфика, в том числе и отношение к интеллигенции, исключает возможность формирования подобной страты.

О невысоком уровне исследований Северной Кореи хорошо говорят документы, обнародованные Wikileaks. Значительное число таковых составляют тексты, написанные непрофессионалами, ссылающимися на желтую прессу и иные варианты невалидных источников. Но на основании этих «аналитических записок» принимаются политические решения.

В результате и Соединенные Штаты, и КНДР разрабатывают стратегию взаимодействия с оппонентом, отталкиваясь не от реальной Америки или Северной Кореи, а от того изрядно карикатурного образа, который сложился в головах пропагандистов и подхвачен аналитиками. Естественно, это не способствует конструктивному решению вопроса.

Чего ждать и что делать

Ситуация теоретически способна развиваться весьма стремительно, и иногда складывается ощущение, что счет идет на дни, а события, которые автор собирается моделировать, могут случиться еще до того, как та или иная модель увидит свет.

Недруги Пхеньяна или люди, привыкшие думать в парадигме «КНДР провоцирует мировое сообщество», допускают вариант, при котором уровень региональной напряженности может дойти до аналога событий 2010 г.: имеется в виду обстрел северокорейской артиллерией острова Ёнпхёндо и предшествовавшее этому потопление южнокорейского корвета «Чхонан», в котором официальная версия (не лишенная, заметим, сомнительных допусков и оценочных суждений) обвиняет Северную Корею. Автор же считает более реальным ракетный пуск «на дальность», который должен будет окончательно снять вопрос о наличии МБР. Если он будет направлен в район Гуама, США вполне могут интерпретировать его как акт агрессии: «откуда мы знаем, учебный это пуск или боевой». После чего охранительный рефлекс накладывается на иные политические причины, и в итоге официальная версия будет звучать как «Северная Корея собиралась атаковать Гуам ракетами, и нам не оставалось ничего, кроме как произвести превентивный удар».

Вообще, в рамках «стратегической игры» наибольший шанс развиться в полномасштабный вооруженный конфликт имеет провокация КНДР на нечто неадекватное, что может быть интерпретировано как казус белли. Вариант, при котором северокорейское руководство или будет загнано в угол, или начнет считать военное противостояние неминуемым. Топливное эмбарго либо иные «санкции», которые проще называть блокадой, вполне могут оказаться таким триггером при том, что явное проявление агрессии со стороны Пхеньяна переложит ответственность за все последствия конфликта на того, кто «первый начал», а Россия и КНР в этом случае, скорее всего, Северной Корее не помогут. Каждый приступ военной тревоги с присущей ему эмоциональной накруткой повышает вероятность неадекватной интерпретации сигнала или возникновения конфликта не по злому умыслу, а в результате ошибки, сдавших нервов или технического сбоя.

Как и чем можно изменить ситуацию к лучшему, потому что при неизменности трендов вопрос о критическом обострении переходит в категорию не «если», а «когда». Российско-китайское предложение «двойной заморозки» кажется лучшим, чем ничего, однако в его нынешнем виде оно скорее затормаживает тренды, ведущие к конфликту, но не меняет их траекторию.

Среди факторов, способных повлиять на процесс, автор выделил бы следующие.

Новый уровень развития российско-американского или американо-китайского противостояния. До недавнего времени, несмотря на все разногласия по другим поводам, члены постоянного комитета СБ ООН все-таки были едины в том, что действия КНДР неприемлемы и нуждаются в порицании, независимо от острых дискуссий о том, каким именно это порицание должно быть. Отказ от этого консенсуса означал бы очень важное изменение в миропорядке и архитектуре безопасности. Однако пока ни Москва, ни Пекин, ни Вашингтон не заявили официально, что «правила игры изменились».

Подразделом этого является вопрос, дойдет ли дело до торговой войны США и КНР, – не исключено, что разговоры о том, что Китай помогает Северу или не соблюдает санкции, лишь повод для того, чтобы найти оправдание давлению на Пекин.

Объем северокорейских резервов. До отмены санкций еще надо дотерпеть. Есть информация о том, что Ким Чен Ын дал указание «копить нефть», но считается, что имеющиеся запасы эквивалентны объему поставок за полгода. Идет ли накопление других стратегических ресурсов – неизвестно. И поэтому в зависимости от осведомленности и ангажированности разные эксперты считают, что в случае дальнейшего усиления санкций и окончательного перехода к блокаде Ким Чен Ын продержится от нескольких месяцев до двух лет, причем наиболее вероятный срок – это год плюс-минус три месяца. За это время Ким должен постараться или привести Соединенные Штаты к «правильному решению», или затянуть пояс, либо принять условия Китая (чего, возможно, и добивается Пекин).

Смогут ли Южная Корея и Япония вести самостоятельную политику, стремясь обеспечить свою безопасность.

Что в этой ситуации может и должна делать Москва? Исходить, вероятно, придется из того, что старый миропорядок на самом деле уже развалился. Есть лишь фасад, который создает видимость, а на самом деле мы уже живем в «разделенном мире» и «мультяшной» реальности, которая диктует новые правила игры. Это печально, цинично, больно, но в такой ситуации побеждает тот, кто быстрее всех понимает, что правила игры изменились, и успевает скорректировать свою позицию, чтобы «вовремя сгруппироваться». Россия в наименьшей степени проигрывает от ядерной КНДР, и потому мы, с одной стороны, конечно, должны принимать меры к тому, чтобы избежать конфликта, с другой – расчетливая стратегия должна строиться на том, чтобы в случае, если он разгорится, нас бы он задел минимально по сравнению с остальными геополитическими противниками.

Ядерная Северная Корея для России – меньшее зло, чем превращение северной части полуострова в горячую точку. Но с другой стороны, хочет ли Россия, чтобы, неудачно вовлекаясь в северокорейский конфликт тем или иным образом, американское руководство потерпело политический или хотя бы репутационный ущерб? Не уверен…

В рамках умаления вероятности конфликта нам следует, с одной стороны, донести до Пхеньяна вероятные последствия некоторых его действий, являясь не столько посредником, сколько стороной, помогающей более глубоко понимать действия оппонента: в этом контексте автор подумал бы о контактах между вышеупомянутым Институтом Америки и российским ИСКРАН. Одновременно Россия должна всячески противостоять тем «санкционным действиям», которые предусматривают прямое или косвенное провоцирование Пхеньяна на необдуманные действия, и стремиться сводить к минимуму поводы для возможного конфликта. Естественно, это должно сочетаться с доведением российской позиции по этому поводу и до руководства в Пхеньяне.

Также российская стратегия может предусматривать последовательное донесение бесперспективности военного решения до региональных союзников США. На самом деле ни Южная Корея, ни Япония не получают ощутимой выгоды, даже если конфликт разрешится исчезновением КНДР с карты мира.

Во-первых, обеим странам достаточно сильно достанется, причем не исключено, что для атаки важных в военном отношении инфраструктурных узлов противника может быть использовано ядерное оружие. Во-вторых, мир после победы над Севером не станет лучше. Южной Корее, например, придется «переваривать» северные территории, что с поправкой на культурную дивергенцию и остаточное сопротивление прочучхейских сил будет не менее долгим и болезненным процессом, чем «установление демократии» в Ливии и Ираке. Он будет сопровождаться падением уровня жизни простых южнокорейцев, затяжным политическим кризисом, растущим социальным напряжением и уровнем криминала, закручиванием гаек и снижением индекса безопасности. При этом объективная зависимость нового государства от США скорее всего усилится. В связи с этим весьма вероятен рост национализма в его мелкодержавной версии, предполагающей поиск врагов. А это означает, что Япония, которая и сейчас занимает в корейском националистическом нарративе очень специфическое место, окончательно попадет в нишу «клятых жапскалей», которые убили нашу королеву, насиловали наших женщин, вбивали гвозди в нашу землю и перебили всех тигров, чтобы лишить нас национального духа сопротивления. Определенный уровень доверительных отношений, который существует между Москвой и Токио, а также желание установить таковые между Москвой и Сеулом теоретически позволяют донести подобное послание.

Понятно, что «осталось уговорить Рокфеллера». И воздействие на Вашингтон является самым сложным элементом стратегии, поскольку Трамп катализирует определенные процессы, но не инициирует их. Вопрос в том, как предложить Трампу грамотно «продать» идею переговоров, так чтобы они, с одной стороны, не выглядели сделкой с дьяволом, а с другой – наоборот, укрепили бы его позиции по аналогии с тем, что сделал Никсон, разменяв Тайвань на Китай. Теоретически можно взвалить всю ответственность на Обаму и Клинтон, сказав, что именно их политика «стратегического терпения» довела ситуацию до ручки, и в том, что мы выбираем большее зло, виноваты они. Но судя по известным бизнес-стратегиям Трампа, он не относится к тому психотипу политических деятелей, которые способны к длительным и тяжелым переговорам с поиском компромисса. Тем более что «продавали» Трампа публике как политика, который «придет и моментально все исправит».

Опять же возникает вопрос: допустим, переговоры в стиле Никсона увенчаются успехом, и что потом? Если вдруг Северную Корею признают в качестве ядерной державы, останется ли она в условно китайско-российском блоке или будет придерживаться более нейтралистской линии, и насколько такой сдвиг соответствует национальным интересам России? Не исключено, что Пхеньян рассчитывает играть на американо-китайских противоречиях так же, как дед нынешнего руководителя КНДР сохранял независимость, играя на отношениях между Пекином и Москвой.

Россия. КНДР. Корея > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 5 ноября 2017 > № 2392171 Константин Асмолов


Казахстан. Китай. Корея. РФ > СМИ, ИТ > kapital.kz, 2 ноября 2017 > № 2374736 Арман Сеитмамыт

Арман Сеитмамыт: 18 000 часов новостей за 5 лет

Новости в режиме нон-стоп и якорные проекты круглосуточного телеканала

«Хабар 24» — первый и единственный новостной круглосуточный телеканал в Казахстане. В этом году канал отмечает свое пятилетие. О первых достижениях и будущих планах творческого коллектива корреспондент еженедельника «Капитал.kz» узнал в беседе с директором канала Арманом Сеитмамыт.

— В сентябре этого года «Хабар 24» отметил свое 5-летие. Не могли бы вы рассказать о главных достижениях телеканала.

— Это небольшая, но очень важная для нас дата. За 5 лет мы уже достигли определенных результатов. Сейчас с уверенностью можно сказать, что канал занял достойное место в отечественном медиапространстве. Появление круглосуточного информационного канала, который в режиме нон-стоп в прямом эфире рассказывает о самых главных новостях в стране и мире, является доказательством того, что казахстанский медиарынок растет и развивается. Конечно, в 2012 году, еще на этапе становления, у нас — у тех, кто стоял у истоков канала — были разные мысли и сомнения по поводу заполняемости эфира и количества информационных поводов. Это был естественный вопрос на тот момент, ведь мы были своего рода первопроходцами, никто ранее в Казахстане не выпускал новости 24 часа в сутки. По истечении времени мы поняли, что дефицита информации нет, даже, наоборот, бывали случаи, когда у нас не хватало эфирного времени, чтобы успеть рассказать обо всем.

Всего за 5 лет «Хабар 24» выдал в эфир 18 579 часов новостей и 147 667 информационных материалов. Наши зрители увидели 1819 прямых включений. Столь внушительные цифры показывают, какая была проделана работа за эти годы. Еще одна особенность нашего канала — стопроцентный казахстанский контент.

Самым главным достижением канала является то, что мы полностью обеспечили все наши региональные корреспондентские пункты творческим составом. В техническом плане мы оснастили пункты передвижными мобильными телевизионными станциями, которые позволяют нашим журналистам выходить в прямой эфир из любого региона нашей страны, в любое время суток, в любое время года через спутниковую связь. Хотелось бы особо отметить, что «Хабар 24» — единственный телеканал в стране, который имеет самую обширную региональную и международную корреспондентскую сеть среди казахстанских информационных каналов. В 17 странах мира работают наши представители, у нас 9 собственных корреспондентских пунктов: в Китае, Южной Корее, Турции, Узбекистане, России, Бельгии, Германии, Италии, США. Сейчас новостные каналы всего мира прибегают к услугам фрилансеров, что является очень удобным и экономичным форматом сотрудничества с журналистами. Мы также активно его используем. 8 фрилансеров в Грузии, Кыргызстане, Латвии, Украине, Великобритании, Азербайджане, Израиле и Бразилии готовят для нас свои материалы.

Наш основной продукт — это, конечно же, новости. Круглосуточное вещание в режиме нон-стоп — очень удобный формат работы для новостников. Например, если журналист съездил на съемку с утра, приехал и успел смонтировать материал, то ему не нужно ждать вечера, когда выйдут итоговые выпуски новостей. Это добавляет оперативности нашему каналу. Конечно же, многое зависит от технического оснащения. Использование новых технологий делает работу более комфортной и качественной в прямом эфире. К примеру, для прямых включений в Казахстане мы с 2015 года используем мобильный программно-аппаратный комплект Live U. Это так называемый «рюкзак», который передает видео- и аудиосигналы посредством сотовых сетей 3G и 4G. Подобные технологические решения позволяют осуществлять прямые трансляции из любого места, даже находясь в движении до 60 км/ч, освещать срочные новости в прямом эфире. С начала этого года с помощью такой технологии и благодаря сотрудничеству с информационным агентством APTN (Associated press Television News) мы делаем прямые включения из-за рубежа. Например, теракты в Лондоне и Манчестере в начале этого года. Наши корреспонденты практически сразу начали выходить в прямой эфир с Вестминстерского моста и со стадиона «Манчестер-арена». Также прямые включения были организованы из Южной Кореи во время президентских выборов, из Турции, когда там проходил конституционный референдум, из Китая с финала конкурса «I am a singer» с участием Димаша Кудайбергенова и т. д.

— Какие моменты навсегда останутся в истории канала?

— Самым большим испытанием для молодого на тот момент информационного канала «Хабар 24» стали президентские выборы 2015 года. Вся наша команда тогда работала с раннего утра и до поздней ночи. Все наши эфиры сопровождались прямыми включениями не только из отдаленных уголков страны, но и из-за рубежа. Такие мероприятия вдохновляют всю нашу творческую команду на большие достижения, устанавливают высокую планку для дальнейшей работы. Еще одним важным мероприятием, которое мы достойно осветили, стала международная выставка «Астана ЭКСПО-2017». Все лето телеканал «Хабар 24» очень подробно рассказывал о международной выставке. С момента открытия и до ее завершения было организовано более 200 прямых включений, наши журналисты подготовили более 2 тысяч материалов.

— С самого начала «Хабар 24» позиционировался как первый круглосуточный информационный канал в Казахстане. Появились ли конкуренты и как изменились цели канала?

— С момента создания телеканала «Хабар 24» мы четко понимали, что наши конкуренты — это в первую очередь информационные агентства. Наша цель — оперативно выдать достоверные и качественные новости, благо прямой эфир нам позволяет это делать очень быстро. Но быстро не значит правдиво, поэтому наш главный козырь — это достоверность, мы выдаем в эфир только проверенные новости. На это иногда, к сожалению, уходит больше времени, чем ожидает зритель. Но выдавать непроверенные данные мы считаем неприемлемым. Как только поступает официальное подтверждение, мы тут же выдаем информацию в эфир. Могу с уверенностью сказать, что мы точно так же, как и новостные каналы, лидирующие на мировом рынке, преследуем цель — создать качественный контент.

— В новом сезоне вы немного изменили эфирную сетку и формат новостей, обновили программный контент. С чем связано это решение?

— Вы правы, с нового осеннего сезона мы поменяли эфирную сетку. Если раньше наши новости выходили каждые полчаса, то сейчас — один раз в час. На самом деле это стратегически важное решение, которое позволило нам увеличить хронометраж новостей, сегментировать их по формату — на региональные и международные. Уменьшение количества выпусков новостей не означает, что работы стало меньше. Наоборот, работа стала сложнее, потому что перед журналистами стоит задача глубже изучить материал.

К тому же у нас появилось дополнительное время в часовом блоке, которое мы заполняем информационно-аналитическими программами. Их хронометраж также увеличился. Таким образом, мы смогли еще более улучшить качество контента нашего канала. Многие существующие программы были к осеннему сезону переформатированы. Вечерний прайм-тайм усилен новыми программами, в основном экономического направления, такими как «Экономика», «Финансы», «Деловые новости».

Также мы создали пул так называемых «якорных» отраслевых проектов — «Агросектор», «В деталях», «Бастау керек», «Проект закона», «Интервью недели». Их можно увидеть в линейке вечерних программ с понедельника по пятницу. Надеюсь, что широкий круг зрителей заинтересуют и программы о трендах в других секторах — «Строительство и недвижимость», «Промышленность», «Бiлiм», «PROздоровье». В целом программинг выстроен так, что наши зрители могут получать ежедневно максимальную информацию, которая охватывает практически все сферы развития общества.

Кроме того, в начале этого года мы самыми первыми в СНГ запустили роботизированную новостную студию. У нас сейчас вместо операторов в студии работают камеры на роботизированных платформах, таким образом, процесс выдачи новостей в эфир стал автоматизированным. В творческом плане использование такой техники дает возможность применения сложных планов с динамикой. Все эти изменения внедряются с одной целью — улучшить качество эфира.

— Для любой компании решающую роль играют кадры. Не могли бы вы рассказать о команде телеканала «Хабар 24»?

— Команда телеканала «Хабар 24» очень молодая, средний возраст наших журналистов — 25−30 лет. Но, несмотря на это, команда очень талантливая и амбициозная. Мне доставляет огромное удовольствие ежедневно видеть ребят, у которых горят глаза, которые каждый раз вдохновляются на высокие достижения, всегда открыты к новым знаниям. Тем более агентство делает все возможное, чтобы наши журналисты и вся творческая команда постоянно повышали уровень своей квалификации. Проводятся различные мастер-классы, тренинги с привлечением зарубежных спикеров. Благодаря сотрудничеству агентства «Хабар» с Euronews ежегодно наши сотрудники проходят обучение в Лионе (Франция) в штаб-квартире Euronews. В этом году мы начали сотрудничать с турецким каналом ТРТ, что дает нам возможность обмениваться опытом с коллегами из Турции. Летом четверо наших коллег прошли очень интенсивный и сложный курс обучения по военной журналистике, в результате которого они получили ценные теоретические и практические знания о работе в зоне военных действий. Кроме того, в рамках первой медианедели Astana media week были достигнуты договоренности о сотрудничестве с академией «France 24». Хотелось бы отметить, что наши сотрудники имеют прекрасные возможности пройти обучение за рубежом по президентской программе «Болашак». На данный момент около десяти сотрудников агентства обучаются в ведущих университетах мира.

Помимо профессиональных возможностей, агентство оказывает социальную поддержку сотрудникам. Многие из наших коллег обеспечены служебным жильем. Все эти мероприятия в комплексе благоприятно влияют на повышение компетентности наших сотрудников. Доказательством этого может служить высокая оценка со стороны главы государства. В этом году наш телеканал получил благодарственное письмо лично от президента. Для нас это очень высокая оценка. Также наш собственный корреспондент в Нью-Йорке Майра Кабиева получила грант от главы государства в сумме 3 млн тенге, которые она полностью направила на благотворительность.

— Недавно у вас проходил кастинг ведущих новостей. Каковы главные критерии при отборе?

— Все лето перед началом осеннего сезона мы проводили большой кастинг ведущих новостей. В итоге нам удалось обновить их состав. Конечно же, требования очень высокие, ведь нужно работать в прямом эфире при круглосуточном вещании. Ведущие должны быть стрессоустойчивыми, владеть отличной дикцией, разбираться в самых разных темах, не теряться в прямом эфире. Было очень много претендентов, которые хотели попробовать себя в роли ведущих. Как я уже отметил, у нас очень молодая и талантливая команда, все наши сотрудники могут пробовать свои силы в разных форматах и развивать навыки. Есть случаи, когда журналисты становятся ведущими и наоборот. Если есть желание, мы всегда готовы предоставить возможность нашим ребятам. Здоровые амбиции всегда поощряются. К примеру, Жамбыл Зейнолла работал ведущим новостей и в какой-то момент решил попробовать себя в роли корреспондента. А полевой журналист Молдир Доспаева изъявила желание работать в студии. На равных условиях со всеми претендентами она прошла кастинг и сейчас работает ведущей.

— Недавно по инициативе канала «Хабар 24» был организован большой мастер-класс с участием Алексея Пивоварова и Зафера Кираза. Почему были выбраны именно эти спикеры? Насколько важно это мероприятие для журналистов?

— В сентябре этого года в честь 5-летия канала «Хабар 24» мы организовали большой мастер-класс с привлечением именитых журналистов из России и Турции. В Астану по нашей инициативе были приглашены два спикера, мы специально выбрали две разные школы, чтобы выступления и взгляды на нынешние телевизионные тренды были неоднобокими. Если Алексей Пивоваров представлял российский медиарынок, то Зафер Кираз — ключевая персона в турецкой медиаиндустрии, человек, который работает на телевидении, в том числе в прямом эфире, более 30 лет. Обучающий формат мастер-класса собрал не только студентов и журналистов, работающих в Астане, но и почти всех наших собственных корреспондентов из регионов. Мероприятие прошло на очень высоком уровне, были дискуссии по разным темам и обмен мнениями. Для наших журналистов это был очень актуальный и полезный мастер-класс. Мы продолжим эту работу, потому что телевидение и современные технологии очень быстро развиваются, всегда нужно учиться и шагать в ногу со временем.

— Спасибо за беседу!

Казахстан. Китай. Корея. РФ > СМИ, ИТ > kapital.kz, 2 ноября 2017 > № 2374736 Арман Сеитмамыт


Китай. Корея > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 2 ноября 2017 > № 2372039

Накануне предстоящего Восточноазиатского саммита /ВАС/, который состоится в середине ноября 2017 года, компании ожидают быстрого развития торговли между Китаем и Республикой Корея /РК/. Цель саммита--стимулировать региональное сотрудничество.

На территории ближайшей к РК в географическом плане восточнокитайской провинции Шаньдун насчитывается около 5 тыс. компаний, основанных РК. Менеджер по продажам компании Weihai ShinHan Precision Co. Ltd Ван Чао сказал, что за первое полугодие 2017 года продажи упали на 50 проц., хотя флуктуация снизилась примерно на 5 проц.

ShinHan производит автозапчасти для автомобилей KIA, и ее бизнесу в Китае уже более 15 лет. "Как мне известно, продажи у некоторых южнокорейских брендов почти сократились вдвое во втором квартале текущего года, и падение продаж удручает нас", -сказал Ван Чао, добавив, что теперь они вышли на нормальный уровень, что стало большим облегчением.

По словам менеджера завода по производству кабелей в городе Циндао с центральным офисом в Пусане /РК/ Вэнь Сюэ, у них не было проблем с продажами, однако импорт из РК не шел так гладко как прежде. "Бизнесу нашей компании здесь уже 13 лет. Бывает снижение, но мы верим, что тенденции к повышению скоро наступят",- заявил он, не преминув отметить, что он и его коллеги настроены оптимистично, так как экономические связи между двумя странами раньше были очень крепки, и к тому же в РК существует сильная зависимость от китайской продукции.

В этом году снижение продаж отмечено и у южнокорейской косметической фирмы Ceragem. По сообщению менеджера компании Инь Чуньши, за первые 9 месяцев этого года импорт косметики в КНР составил 9,5 млн юаней /1,4 млн ам.долл./ со снижением на 20 проц. в годовом выражении.

"Было время, когда /китайским/ покупателям нравилась южнокорейская косметика. И судя по продажам в октябре, показатели улучшаются. Надеюсь, что корейские бренды будут и впредь завоевывать сердца китайских покупателей", -добавила она.

По мнению директора Института экономических исследований Шаньдунской Академии социальных наук Чжан Вэйго, в интересах людей обеих стран дать толчок торговле. Мнение общественности показывает, что мы должны смотреть вперед, добиваться устойчивого прогресса, помогать компаниям и содействовать росту экономики.

Китай. Корея > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 2 ноября 2017 > № 2372039


Корея. Киргизия > Финансы, банки > kyrtag.kg, 26 октября 2017 > № 2366025

Тендер на осуществление услуг по реализации лотерейных билетов выиграла корейская компания. Об этом сообщила пресс-служба государственной лотерейной компании.

«В тендере приняли участие три компании: ОсОО «Астра-Клуб», компания «Elbet d.o.o.» из Сербии и корейская компания Nanum Lotto Co. Первые две компании не отвечали требованиям конкурса, в связи с чем корейская компания признана победителем», - говорится в сообщении.

Nanum Lotto Co,Ltd уже десять лет занимается лотерейной деятельностью и является национальным оператором государственной лотереи Республики Корея, структурное подразделение всемирно известной корейской корпорации «Eugene» (Юджин) с оборотом за 2016 год в размере $23,5 млрl.

Отмечается, что участие в тендерном конкурсе Nanum Lotto Co,Ltd было согласовано с правительством Республики Корея и, по сути, носит некоммерческий характер, т.к. часть средств, полученных от реализации лотереи, будут направлены на благотворительность в Кыргызской Республике – в частности, на поддержку социальных направлений.

По условиям технического задания, Nanum Lotto Co,Ltd, регистрируется как юридическое лицо КР. Будут созданы рабочие места со штатом 50 человек в головном офисе, открыто порядка 400 продажных точек по территории КР. Для дополнительного финансирования в области спорта, культуры, искусства, образования, поддержки заслуженных деятелей, ветеранов страны в соответствии с Законом КР «О лотереях» будет создан фонд целевых отчислений. За период сотрудничества с компанией Nanum Lotto Co,Ltd в данный фонд планируется направить не менее 3 млрд сомов.

Корея. Киргизия > Финансы, банки > kyrtag.kg, 26 октября 2017 > № 2366025


Узбекистан. Корея > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > gazeta.uz, 20 октября 2017 > № 2357902

TradeUzbekistan.com станет единой внешнеторговой платформой

Компания «Узтрейд», входящая в структуру Министерства внешней торговли Узбекистана, подписала договор о сотрудничестве в сфере электронной коммерции с корейской компанией KTNET (Korea Trade Network) и Корейской ассоциацией международной торговли (KITA, Korea International Trade Association).

Как сообщили «Газете.uz» в пресс-службе министерства, документ предусматривает создание единой национальной внешнеторговой электронной платформы на базе площадки UzTrade (TradeUzbekistan.com).

В настоящее время ресурс представляет собой каталог продукции, предлагаемой компаниями Узбекистана, с возможностью связи с производителями для обсуждения условий заключения экспортного контракта.

После модернизации на платформе можно будет управлять всем процессом контрактации экспортно-импортных операций полностью в безбумажной форме.

KTNET является оператором корейской национальной системы безбумажной торговли TradeKorea.com, на которой представлена продукция более 70 тысяч компаний-членов KITA.

Узбекистан. Корея > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > gazeta.uz, 20 октября 2017 > № 2357902


Россия. Корея > Образование, наука. СМИ, ИТ > ras.ru, 11 октября 2017 > № 2346495

ИСП РАН и Samsung открывают IoT Академию в МФТИ

Компания Samsung Electronics при поддержке Института системного программирования РАН запускает на базе московского физико-технического института проект «IoT Академия Samsung», в рамках которого студенты вуза смогут получить практические знания об Интернете вещей и разработать собственные проекты с применением «умных» устройств. Трехстороннее соглашение о реализации проекта подписано 10 октября.

В подписании документа приняли участие ректор МФТИ Николай Кудрявцев, директор Физтех-школы прикладной математики и информатики МФТИ Андрей Райгородский, директор ИСП РАН Арутюн Аветисян, директор департамента по корпоративным проектам и взаимодействию с органами государственной власти компании Samsung Electronics Сергей Певнев, руководитель группы развития экосистем решений Исследовательского Центра Samsung Светлана Юн, руководитель пресс-службы ИСП РАН Анна Новомлинская и старший специалист группы развития экосистем решений Исследовательского центра Samsung Татьяна Волкова.

«IoT Академия Samsung» предоставит студентам МФТИ уникальную возможность приобрести практические знания в востребованной сфере информационных технологий. В соответствии с разработанными экспертами Исследовательского центра Samsung учебно-методическими материалами учащиеся пройдут годичный учебный курс, построенный на изучении реальных кейсов по внедрению технологий Интернета вещей в различных отраслях, получат возможность создать собственные прототипы IoT устройств.

В рамках реализации проектов МФТИ откроется учебный класс, оснащенный оборудованием, предоставленным Samsung Electronics: наборами для быстрого прототипирования IoT-устройств, включающими в себя микрокомпьютеры Samsung ARTIK, сенсоры и модули беспроводной связи. Вести занятия в «IoT Академии Samsung» будут преподаватели вуза, прошедшие дополнительное обучение от компании. Обучение завершится конкурсом студенческих проектов.

«IoT Академия Samsung» – не первый опыт сотрудничества Samsung, ИСП РАН и МФТИ. В рамках образовательного проекта на базе Физтех-школы прикладной математики и информатики – структурного подразделения МФТИ – летом 2017 года прошла интенсивная пятидневная образовательная программа по Интернету вещей. «IoT Академия Samsung» дополнит другую программу нашей компании в области образования – «IT ШКОЛА Samsung», которая уже нескольколет проводится более чем в 20 регионах страны.

В июне 2017 года Samsung объявила о запуске аналогичного проекта в Московском технологическом университете (МИРЭА).

В дальнейшем компания планирует расширять программу.

«Интерес к Интернету вещей, одному из самых перспективных направлений IT, колоссален. Однако разработчиков, обладающих экспертизой в этой сфере, не хватает. Наша цель – вместе с лучшими техническими вузами страны вырастить высококлассных «продвинутых» специалистов в сфере IoT, которые смогут реализовать и развить использование устройств Интернета вещей в разных отраслях. Мы рады сотрудничеству с МФТИ и ИСП РАН по данному направлению» - прокомментировал Сергей Певнев, директор департамента по корпоративным проектам и взаимодействию с органами государственной власти компании Samsung Electronics.

«Интернет вещей – целый набор технологий, которые сегодня бурно разрабатываются, их внедрение необходимо для конкурентоспособного развития и отдельных компаний, и страны в целом. – отметил Арутюн Аветисян, директор ИСП РАН. – Одна из основных проблем – отсутствие кадров высшей квалификации, способных создавать собственные решения, вносить инновации в стек соответствующих технологий, в том числе - на основе свободного ПО, состоящего из десятков и сотен миллионов строк кода. Лаборатория, созданная в МФТИ совместно с Samsung, – пример организации эффективного международного сотрудничества. Такая кооперация самая жизнеспособная, в лучших традициях взаимодействия вуза, академического института и индустрии, которую здесь представляет международная компания. Это позволит по классической физтеховской модели осуществлять трансфер знаний и технологий в страну и решать задачи технологической независимости».

За дополнительной информацией просьба обращаться:

Новомлинская Анна, +7-916-735-33-66, press@dz.ru.

Справка

Институт системного программирования им. В.П. Иванникова Российской академии наук (ИСП РАН) – научно-исследовательская организация, специализирующаяся в области системного программирования. Институт разрабатывает технологии мирового уровня в таких областях, как операционные системы, компиляторные технологии, параллельные и распределенные вычисления, технологии верификации и тестирования программного обеспечения, анализ и обработка больших объемов данных, семантический поиск и др. Среди долговременных отечественных партнеров Института – ГосНИИАС, Вымпелком, Свемел, среди зарубежных – Samsung, Huawei, DellEMC, HPE, Intel, Nvidia, RogueWave, LinuxFoundation. Со многими из них созданы совместные лаборатории.

Одна из главных задач ИСП РАН – подготовка кадров высшей квалификации в сфере ИТ. На базе Института функционируют собственная аспирантура и кафедры в МГУ, МФТИ и ВШЭ. Также ИСП РАН реализует совместные проекты с ведущими университетскими и исследовательскими центрами: Кембридж (Великобритания), Карнеги-Меллон (США), INRIA (Франция), Университет Пассау (Германия) и др.

Россия. Корея > Образование, наука. СМИ, ИТ > ras.ru, 11 октября 2017 > № 2346495


Китай. Корея > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 7 октября 2017 > № 2340632

Китай станет крупнейшим производителем плоских дисплеев в мире самое раннее в 2019 году, когда ожидается приток средств для сборочных линий. Об этом сообщили в отраслевом ведомстве.

Объем инвестиций в сборочные линии - запланированные или строящиеся - для производства плоских дисплеев для телевизоров, компьютеров, смартфонов и других гаджетов достиг 800 млрд юаней /около 120 млрд долларов США/.

Согласно данным Китайской ассоциации электронной видеоиндустрии /CVIA/ и Китайской ассоциации производителей оптики и оптоэлектроники /COEMA/, объем инвестиций в производство ЖК-панелей превышает 500 млрд юаней.

CVIA и COEMA надеются, что Китай обгонит Республику Корея /РК/, и станет крупнейшим производителем плоских дисплеев в мире.

За первое полугодие 2017 года Китай реализовал 57 млн кв. м дисплейных панелей, заняв второе место в мире после РК.

По словам приближенного к кругам базирующейся в Пекине исследовательской компании All View Cloud И Сяньцзин, объем поставок увеличится с введением новых производственных мощностей.

Наряду с ростом производства и ростом корпоративных прибылей набирает ход производства дисплеев в Китае, а местные бренды вытесняют импортные OLED дисплеи высокого класса.

Китай. Корея > СМИ, ИТ > russian.china.org.cn, 7 октября 2017 > № 2340632


КНДР. Корея. ДФО > Транспорт > gudok.ru, 8 сентября 2017 > № 2301677

Железнодорожный коридор Хасан (РФ) – Раджин (КНДР) может стать практическим шагом по реализации трехсторонних проектов Россия – Республика Корея – Корейская Народная Демократическая Республика. Об этом рассказал Министр Российской Федерации по развитию Дальнего Востока Александр Галушка на итоговой пресс-конференции третьего Восточного экономического форума.

Треть доли в проекте может получить Республика Корея. В настоящее время оператором проекта является совместное предприятие «РасонКонТранс», созданное ОАО «Торговый дом «РЖД» (67%) и портом Раджин (33%). «Когда изначально такая структура формировалась, все стороны исходили из того, что в 67 процентах российской стороны 33 процента ждут южнокорейскую сторону. Пока южнокорейская сторона все четыре года считает рентабельность. Мы надеемся, что они ее досчитают и мы будем не говорить о трехсторонних проектах, а перейдем к практической реализации таких проектов на корейском полуострове», – отметил Александр Галушка.

Ранее на пленарном заседании ВЭФ президент Республики Корея Мун Чжэ Ин выразил надежду, чтобы Корейская железная дорога через Северную Корею была соединена с Транссибом, и на поезде, который отправился бы из Пусана, можно было доехать до Европы.

Проект восстановления железной дороги от станции Хасан (Россия) до порта Раджин (КНДР) был реализован в 2008-2014 годах. Суммарный объем инвестиций составил 10,6 млрд рублей.

Пропускная способность участка Хасан – Раджин рассчитана на 5 млн тонн грузов в год. С лета 2014 года через порт Раджин перевезено порядка 3,4 млн тонн угля, в том числе в 2014 году – 0,1 млн тонн, в 2015 году – 1,2 млн тонн, в 2016 году – 1,5 млн тонн, при этом планируемый объем на 2017 год – порядка 2,4 млн тонн угля назначением в Китай.

Ирина Таранец

КНДР. Корея. ДФО > Транспорт > gudok.ru, 8 сентября 2017 > № 2301677


Корея. Италия. Весь мир > Рыба. Образование, наука > fishnews.ru, 7 сентября 2017 > № 2299375

Пусан может стать столицей «рыбного» образования.

В южнокорейском Пусане запущены три образцовые образовательные программы – по технологиям аквакультуры, управлению морскими биоресурсами и морским социальным наукам. От успешности проекта зависит, появится ли в городе Мировой морской университет.

Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (ФАО) в феврале 2016 г. предварительно выбрала Пусан в качестве города для создания Мирового морского университета. Однако для окончательного утверждения решения Южной Корее предстоит доказать, что этот город действительно способен стать мировой столицей обучения в области морских дел и рыболовства.

Как пишут южнокорейские СМИ, 7 сентября при участии представителей Министерства морских дел и рыболовства республики, мэрии Пусана, Национального университета Пугён и различных международных организаций был официально дан старт обучению по трем образцовым программам. От успешности их реализации зависит, появится ли в городе Мировой морской университет, сообщает корреспондент Fishnews.

По этим программам будут обучаться 30 магистрантов. В течение 18 месяцев они получат знания в областях технологий аквакультуры, управления морскими биоресурсами и морских социальных наук. Еще 15 человек пройдут краткосрочную подготовку для руководителей морских отраслей как представители развивающихся стран.

Уже сформирован преподавательский коллектив. В него, кроме профессоров Национального университета Пугён, войдут три профессора из США, Канады и Бангладеш, которые станут научными руководителями магистрантов.

По информации источника южнокорейских СМИ в мэрии Пусана, с мая по июль заявления на обучение по образцовым программам подали 129 человек из 34 стран. Таким образом, конкурс составил 4,3 человека на место.

Окончательное решение о создании в Пусане Мирового морского университета планируется принять на 41-й сессии ФАО, которая состоится в июле 2019 г.

Корея. Италия. Весь мир > Рыба. Образование, наука > fishnews.ru, 7 сентября 2017 > № 2299375


Корея. УФО > Нефть, газ, уголь. Судостроение, машиностроение > oilcapital.ru, 6 сентября 2017 > № 2297786

15 танкеров построит для России Республика Корея.

Флот будет построен для проекта «Ямал СПГ».

Россия планирует построить на верфях Южной Кореи 15 танкеров для транспортировки газа с «Ямал СПГ», сообщил президент РФ Владимир Путин журналистам после переговоров с президентом Южной Кореи Мун Чжэ Ином во Владивостоке.

«Мы с удовлетворением констатировали успешное развитие сотрудничества в энергетической сфере: компании Южной Кореи участвуют в проектах «Сахалин-1» и «Сахалин-2», идет проработка вопроса об увеличении закупок сжиженного природного газа», – сказал Путин, отметив, что «для транспортировки продукции «Ямал СПГ» на южнокорейских верфях будет построено 15 танкеров».

Корея. УФО > Нефть, газ, уголь. Судостроение, машиностроение > oilcapital.ru, 6 сентября 2017 > № 2297786


КНДР. Корея. США > Армия, полиция > finanz.ru, 15 августа 2017 > № 2278414

Любые военные действия против режима северокорейского лидера Ким Чен Ына потребуют согласия Южной Кореи, предупредил президент страны Мун Чжэ Ин, пообещав предотвратить войну любой ценой.

"На Корейском полуострове война больше не повторится", - сказал Мун в ходе выступления во вторник по случаю годовщины окончания японской оккупации в 1940-х годах. "Никто, кроме нас" не должен принимать решение о военной операции против КНДР, сказал он.

Пообещав сотрудничество с США по предотвращению угроз безопасности, президент Южной Кореи подчеркнул необходимость сконцентрироваться на дипломатических усилиях. Санкции являются средством усадить КНДР за стол переговоров по поводу ее ядерной и ракетной программ, сказал Мун.

Заявление ключевого союзника США отличается от предостережений президента Дональда Трампа, который пригрозил Пхеньяну "огнем и яростью", если Ким продолжит наращивать свой арсенал, в частности, межконтинентальных баллистических ракет.

Ким обсудил план пуска четырех баллистических ракет средней дальности над Японией с прицелом на территорию около острова Гуам в ходе инспекции вооруженных сил в понедельник, сообщило Центральное телеграфное агентство Кореи. Северокорейский лидер сказал, что "еще немного" понаблюдает за поведением США, и похвалил стратегические силы за разработку "подробного и продуманного плана", сообщило ЦТАК.

(Bloomberg)

КНДР. Корея. США > Армия, полиция > finanz.ru, 15 августа 2017 > № 2278414


Япония. Корея > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > nhk.or.jp, 15 августа 2017 > № 2278369

Президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин дал понять, что будет добиваться каких-то действий от Японии в отношении так называемых "женщин для утех", а также людей, которых в ходе Второй мировой войны принуждали к труду. Мун заявил об этом в Сеуле во вторник на церемонии в ознаменование очередной годовщины освобождения Корейского полуострова от японского колониального правления. Говоря об отношениях с Японией, Мун сказал, что нежелательно, чтобы исторические проблемы тормозили развитие ориентированных на будущее связей. Он также объяснил свою политику по расширению самых разных обменов для активизации отношений. Однако Мун сказал, что даже если упор делается на будущее, это не означает, что его страна должна без внимания относиться к историческим проблемам. Он подчеркнул, что в решении этих вопросов существует международный принцип, основанный на всеобщих ценностях гуманизма и общественного согласия, чтобы восстановить честь и предоставить компенсации жертвам, выяснить правду, и обещать, что случившееся больше не повторится. Он сказал, что его правительство будет придерживаться этого принципа. Япония. Корея > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > nhk.or.jp, 15 августа 2017 > № 2278369


Корея. УФО > Экология. Металлургия, горнодобыча > ecoindustry.ru, 11 августа 2017 > № 2294551

ЧЭМК И ЮЖНАЯ КОРЕЯ СОВМЕСТНО РАЗРАБАТЫВАЮТ ПРОЕКТ ЭКОЛОГИЧЕСКИ БЕЗОПАСНОЙ ПЛАВИЛЬНОЙ ПЕЧИ

Совместный проект челябинских и корейских инженеров позволит запустить на ЧЭМК самую современную плавильную печь в мире. В ней будут воплощены наиболее продвинутые технологии в металлургической отрасли, в том числе и с экологической точки зрения. Для контроля над совместной работой с челябинцами на Южном Урале побывал владелец южнокорейской металлургической компании Хён-Ки Хан с большой группой топ-менеджеров, а сам проект будет курироваться на уровне посольства Южной Кореи в России.

«Я знаю, что в Челябинской области высоко развита металлургическая промышленность, - говорил побывавший еще весной на Южном Урале посол Кореи в России Пак Ро Бек. – А у наших компаний есть также подробные предложения в сферах экологии и высоких технологий. Мы весьма заинтересованы в сотрудничестве!»

«Наша задача, не снижая производственной мощности, существенно сократить негативное воздействие производства на окружающую среду, – заявил генеральный директор ЧЭМК Павел Ходоровский. – На помощь должны прийти современные технологии, которые предлагают нам партнеры из Южной Кореи».

Три года назад ЧЭМК уже приглашал к себе иностранных специалистов-«печников». Мастера из компании ВАТВЕД (Норвегия) спроектировали и запустили на комбинате печь № 57, которая выплавляет феррохром, при этом газоочистка не допускает попадания в атмосферу вредных веществ, появляющихся в процессе производства. «Норвежская» печь получила самые высокие оценки у экологов. Теперь на ЧЭМК появится «корейская» печь, которая будет выплавлять ферромарганец на таком высоком технологическом уровне, что экологическая нагрузка будет сведена к минимуму.+

Корейцы предложили челябинцам сделать на комбинате печь с так называемым «низким зонтом», который дает максимальный экологический эффект. «Корейская печь» будет универсальной, появится возможность плавить большую номенклатуру сплавов и использовать более дешевое сырье, что повысит экономику производства

«В 2016 году наш комбинат провел тендер на лучший проект для печи № 42 цеха №7, - рассказал в ходе встречи главный технолог комбината Дмитрий Ракитин. – В нем участвовали ведущие фирмы мира, специализирующиеся на проектировании и изготовлении оборудования для металлургических предприятий. Был сделан выбор в пользу южнокорейской компании SAC. Был заключен контракт на разработку базового проекта, в ходе работы над которым наши специалисты съездили в Южную Корею и оценили в работе печи, сконструированные этой фирмой. Мы побывали на двух заводах (Dongbu Metal и Simpac Metal), где, в частности, есть самые мощные печи во всей Южной Корее, сделанные этой компанией. Также мы знаем, что SAC построила печи в Малайзии и изготавливает оборудование для Узбекистана. Наши замечания они учли, со всеми согласились и сейчас владелец компании прилетел в Челябинск лично, чтобы представить базовый проект и обсудить сотрудничество с ЧЭМК».

«Благодарю ЧЭМК за оказанное нам доверие и приглашение посетить предприятие, – сказал владелец компании SAC Хён-Ки Хан после экскурсии по комбинату. – Мы спроектировали более 50 печей для крупных промышленных предприятий своей страны и зарубежных компаний. Проект печи, который мы предлагаем для Челябинска, повысит эффективность производства, а также его безопасность, при этом нагрузка на экологию будет сведена к нулю».+

Отличия «корейской печи» от отечественных – в системе подачи шихты от печных бункеров, в организации ситуации у горна печи, в автоматизированной системе управления режимами работы и многом другом. Главное, что Южная Корея готова продемонстрировать Челябинску самые современные технологии в мировой металлургии.

Корея. УФО > Экология. Металлургия, горнодобыча > ecoindustry.ru, 11 августа 2017 > № 2294551


Китай. Корея. Монголия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Таможня. Миграция, виза, туризм > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267869

Пятая Китайская международная торговая ярмарка на пограничных контрольно-пропускных пунктах /КПП/ открылась во вторник в городе Суйфэньхэ провинции Хэйлунцзян /Северо-Восточный Китай/.

Лейтмотивом ярмарки, организованной Китайским международным коммерческим обществом /КМКО/, стало "Укрепление сотрудничества между КПП, содействие развитию торговли". Общая площадь нынешней ярмарки составляет 35 тыс. кв. м, в ней принимает участие более 500 предприятий из десяти стран, включая Россию и Республику Корея, и 14 провинций Китая.

Как сообщил начальник Отдела выставочного бизнеса КМКО Го Инхуэй, в рамках нынешней ярмарки запланирован ряд мероприятий, включая китайско-российские форумы по вопросам кредитного развития и устойчивого развития лесного хозяйства, презентацию сотрудничества в рамках экономического коридора Китай-Монголия-Россия и российского международного транспортного коридора "Приморье-1" и др.

Суйфэньхэ, расположенный в юго-восточной части провинции Хэйлунцзян, является крупнейшим в провинции Хэйлунцзян пограничным переходом, имеющим столетнюю историю. 80 процентов грузовых перевозок между Хэйлунцзяном и Россией осуществляются через суйфэньхэский КПП.

Китай. Корея. Монголия. СФО. ДФО > Внешэкономсвязи, политика. Таможня. Миграция, виза, туризм > russian.china.org.cn, 8 августа 2017 > № 2267869


Россия. Корея > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 28 июля 2017 > № 2258209 Глеб Ивашенцов

Корейский кризис: есть ли выход?

Глеб Ивашенцов, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Республике Корея (2005-2009 гг.)

2017 год становится годом обострения обстановки вокруг Кореи. Приход к власти в США Д.Трампа совпал по времени с развитием нового этапа ракетно-ядерной программы КНДР.  Покойный отец нынешнего лидера Ким Чен Ир, похоже, полагал, что для обеспечения безопасности КНДР достаточно  просто гипотетической вероятности нанесения ответного ядерного удара по США и их союзникам, поэтому был вполне удовлетворен наличием у КНДР небольших сил ядерного сдерживания - примерно из десятка зарядов, не заботясь особенно о средствах их доставки. Ким Чен Ын же пошел дальше, поставив целью  создание не только большего числа ядерных зарядов, но также и эффективных средств доставки ядерного оружия - межконтинентальных баллистических ракет (МБР) и баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ). По сути, речь идет о появлении у КНДР в перспективе полноценного ракетно-ядерного потенциала, способного с большой долей вероятности пережить первый удар и нанести в ответ неприемлемый ущерб противнику в лице Соединенных Штатов.

Трудно сказать, когда именно КНДР сможет развернуть этот потенциал, хотя, судя по тому, что в своей новогодней речи Ким Чен Ын сообщил о предстоящих испытаниях межконтинентальной ракеты, способной нанести удар по континентальной территории США, существенный прогресс может наметиться уже в ближайшие годы. Это означает, что в обозримом будущем КНДР станет третьим после России и Китая потенциальным противником США, способным стереть с лица земли Лос-Анджелес, Сан-Франциско и Сиэтл, а может быть, и Вашингтон с Нью-Йорком. Конечно, такой возможностью обладают также Англия и Франция, но они - союзные США государства.

Прежде, столкнувшись с вызовом со стороны Пхеньяна, скажем сообщением о подготовке к очередному ракетному пуску или ядерному испытанию, Вашингтон действовал в одной и той же манере. Сначала американцы заявляли, что тот или иной шаг КНДР «неприемлем» и  приведет к «непредсказуемым последствиям». В ответ Пхеньян рано или поздно делал именно то, против чего американцы предостерегали, а Вашингтон лишь ужесточал риторику или  вводил новые санкции, которые на практике имели нулевой эффект.

И дело здесь было отнюдь не в  вере США в дипломатическое решение или силу санкций. Возможность военной операции против КНДР всерьез обсуждалась в Вашингтоне еще в начале 1990-х годов, как только начались разговоры о ядерной программе Пхеньяна, однако тогда от этого плана отказались. Новый  широкий военный конфликт на Корейском полуострове обернулся  бы для США серьезными людскими и материальными потерями*. (*Когда в 1994 г. Президент США  Б.Клинтон  рассматривал возможность начать войну против КНДР, ему были представлены расчеты командующего войсками США в Южной Корее генерала Гэри Лака. Согласно им, общие потери для США и Южной Кореи могли достигнуть почти миллиона военнослужащих, в том числе до 100 тыс. убитых американцев. Итоговая стоимость войны с КНДР была оценена в 100 млрд. долл., а размер экономического ущерба для Южной Кореи - более 1 трлн. долл. Администрация Клинтона отказалась от войны с Северной Кореей и пошла на переговоры с Пхеньяном.)

Но если прежде речь шла об обеспечении безопасности американского союзника - Южной Кореи, то сейчас с возможностью появления у Пхеньяна межконтинентальных ракет и баллистических ракет на подводных лодках на повестку дня выходит прямая угроза северокорейского ракетно-ядерного удара по континентальной территории  самих США. Президент Д.Трамп представляет Республиканскую партию, а во внешнеполитической программе республиканцев противоракетная оборона традиционно служит чем-то вроде священной коровы.

И тут встает вопрос, удовлетворится ли Д.Трамп прежней американской линией в отношении ракетно-ядерной программы КНДР или применит какие-то более жесткие меры по ее пресечению. На следующий день после новогоднего выступления Ким Чен Ына  Д.Трамп написал в своем «Твиттере», что, мол, хотя Северная Корея и заявляет о том, что скоро закончит разработку ракеты, способной угрожать США, «этого не случится». Мир истолковал эти слова как обещание, что Д.Трамп не допустит подобного поворота событий.

И действительно, если во время предвыборной кампании Д.Трамп говорил о своей готовности поговорить с Ким Чен Ыном о возможной «сделке» за гамбургером, то в апреле этого года после очередных северокорейских ракетных испытаний к берегам Кореи была направлена  целая «армада», как ее назвал Президент США, американских кораблей. В центре ее был авианосец «Карл Винсон», сопровождаемый эсминцами, оснащенными ракетами «Томагавк». Американские эксперты и СМИ начали поговаривать о возможности «точечных ударов» по  северокорейским ядерным объектам. Ведь Д.Трамп уже продемонстрировал свою готовность к резким шагам, отдав приказы нанести ракетный удар по авиабазе Шайрат в Сирии и сбросить сверхмощную неядерную бомбу на территорию Афганистана. В ходе бесед с журналистами Президент США называл Север «большой мировой проблемой, которую нужно наконец решить», подчеркивал, что КНДР - «это настоящая угроза для мира, хотим мы говорить об этом или нет».

Под стать президенту были высказывания и госсекретаря Р.Тиллерсона. Во время визита в Сеул 17 марта 2017 года он, например, отметил, что военные действия в отношении Пхеньяна - «обсуждаемая возможность»1, а в интервью телеканалу «Фокс Ньюс» заявил, что не исключает развертывания в Южной Корее ядерного оружия для сдерживания северокорейской угрозы2. Более того, в ответ на вопрос журналиста, может ли госсекретарь исключить возможность оснащения ядерными средствами союзников на Корейском полуострове, Р.Тиллерсон сказал: «Ничего не исключается», хотя передача ядерного оружия Южной Корее или Японии стала бы прямым нарушением Соединенными Штатами их обязательств по Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО)3. В еще одном интервью госсекретарь отметил, что «Вашингтон пересматривает все статусы Северной Кореи в поисках способа оказания давления на ее режим», включая возможность возвращения в список стран - спонсоров терроризма4.

«Точечный удар» по КНДР: южнокорейцы как живой щит

«Точечный удар», несомненно, отбросил бы северокорейскую ядерную программу назад на многие годы и даже десятилетия. Но какой ценой? Дело в том, что на самой границе демилитаризованной зоны (ДМЗ), разделяющей два корейских государства, расположен южнокорейский Большой Сеул, город с населением примерно 25 млн. человек. На противоположной же стороне ДМЗ размещена самая мощная в мире группировка северокорейской тяжелой артиллерии, которая, конечно же, не будет бездействовать в случае американской операции против ядерных объектов Пхеньяна.

«Все политические, экономические и военные провокационные происки будут решительно сорваны сверхмощным ответом со стороны нашей армии и народа» - подчеркивалось в заявлении представителя Генштаба Корейской народной армии, переданном по каналам Центрального телеграфного агентства Кореи 14 апреля этого года. Речь шла об ударах на суше, море и с воздуха, в качестве возможных объектов которых были названы военные базы США в Осане, Кунсане и Пхёнтхэке и резиденция Президента Республики Корея «Чхонвадэ». Сообщалось, что ракеты КНДР нацелены и на американские базы в Японии, а также на территории США5.

На протяжении десятилетий власти Японии и Южной Кореи спекулировали «северокорейской агрессией», привлекая под этим предлогом американскую военную помощь. Однако в нынешней обстановке, когда перспектива открытого военного конфликта с государством, обладающим ракетно-ядерным оружием, обрела реальность, высказывания Токио и Сеула звучат уже не столь воинственно, как прежде. Д.Трампу даже пришлось успокаивать премьер-министра Японии С.Абэ, пообещав не атаковать КНДР без консультации с Токио. Об этом со ссылкой на источники в дипломатических кругах сообщило агентство Киодо6. Американский президент при этом призвал С.Абэ понять новый курс Вашингтона - от «стратегического терпения» к принципу «мир благодаря силе».

Серьезные опасения испытывают и в Южной Корее. Там хорошо помнят войну 1950-1953 годов, которая дорого обошлась южанам.  Министерство обороны Республики Корея призвало население не поддаваться на распространяемые в соцсетях панические слухи о скором ударе США по КНДР. «Мы получили соответствующее подтверждение от наших союзников из Вашингтона, что США, основываясь на отношениях военно-политического альянса с Сеулом, сначала обсудят и согласуют с нами все возможные военные шаги против КНДР», - заявил представитель военного ведомства7.

Артиллерийский обстрел Сеула северокорейцами, по мнению экспертов, способен нанести столице Южной Кореи ущерб, сравнимый с применением ядерного оружия. Понятно, что такой удар со стороны Пхеньяна обусловил бы и мощный южнокорейский ответ, что означало бы начало новой Корейской войны. Но даже если до войны дело не дойдет, подобный поворот дел обернулся бы  тяжелейшим ущербом американо-южнокорейскому союзу. С точки зрения южнокорейцев, американский удар по КНДР, который вызвал бы северокорейский удар по Сеулу, подтвердил бы, что союз с США представляет не гарантию безопасности их страны, а, наоборот, потенциальную угрозу этой безопасности, поскольку американцы готовы решать вопросы собственной безопасности за счет своих южнокорейских партнеров, используя их, по сути, в качестве живого щита.

США - Южная Корея: табачок врозь

Прагматичный курс Д.Трампа уже преподнес южнокорейцам немало сюрпризов в отношении готовности американцев учитывать их интересы. Активное неприятие в Сеуле вызвало намерение нового американского президента  поставить перед южнокорейцами вопрос о полной оплате ими расходов по содержанию американских войск, находящихся на территории Южной Кореи.

Первый звонок на этот счет - напряженность, возникшая вокруг отказа Сеула удовлетворить требование Д.Трампа заплатить 1 млрд. долларов за размещаемую американцами в Южной Корее систему противоракетной обороны THAAD, предназначенную якобы для перехвата северокорейских ракет. Минобороны Южной Кореи, однако, считает, что платить за систему THAAD должен Вашингтон. В заявлении военного ведомства от 28 апреля 2017 года говорится, что «в соответствии с соглашением о статусе сил, правительство Республики Корея предоставляет землю и другую инфраструктуру, в то время как США несут бремя по размещению и поддержанию системы THAAD»8.

Особую остроту в этот вопрос вносит кризис, возникший у Сеула из-за системы ПРО THAAD с Пекином. Дело в том, что этот комплекс включает мощный радар TPY-2 TM, способный уверенно обнаруживать не только баллистические цели (ракеты), но и аэродинамические (самолеты) на расстоянии до 1200 км, а в идеальных условиях - до 1500 км. Расположенный в Южной Корее, такой радар позволил бы американцам контролировать акваторию Восточно-Китайского моря, Северо-Восток Китая и часть российского Дальнего Востока9. Стоит отметить в этой связи Совместное российско-китайское заявление по итогам официального визита Президента Российской Федерации В.В.Путина в Китай 25 июня 2016 года, в котором, в частности, говорится: «Россия и Китай выступают против наращивания внерегионального военного присутствия в Северо-Восточной Азии, развертывания там нового позиционного района ПРО как тихоокеанского сегмента глобальной ПРО США под предлогом реагирования на ракетно-ядерные программы КНДР. Стороны не приемлют эскалацию военно-политической конфронтации и раскручивание в регионе гонки вооружений»10.

О резко отрицательном отношении Пекина к поощрению Сеулом наращивания американского военного присутствия в Южной Корее красноречиво свидетельствует целая серия прозвучавших из Пекина заявлений на различном уровне. Образчиком может служить заявление агентства Синьхуа от 31 июля 2016 года: «То, что Сеул, предположительно, осознает все последствия размещения на своей территории THAAD, но все равно выбирает сторону Вашингтона, руководствуясь пока не выясненными причинами, говорит о его близорукости и слабой способности к дипломатии»11.

За заявлениями политического характера со стороны Китая последовали и практические меры. Значительно уменьшился поток китайских туристов, а туризм был солидной статьей доходов мелкого и среднего бизнеса в крупных городах и туристических центрах Южной Кореи. Отменяются авиарейсы, китайские круизные суда минуют Пусан. Ограничен экспорт южнокорейских компаний, а многие из них поставляют на китайский рынок от 30 до 80% своей продукции. Следовательно, стоит ожидать массовых банкротств, увольнений, экономического спада. Это заставляет население задаваться вопросом: а нужна ли ему вообще система THAAD, чтобы из-за нее так страдать?

Отрицательное отношение в Южной Корее к линии Д.Трампа в международных делах вызвано и его протекционистскими заявлениями по торгово-экономическим вопросам. Южнокорейцы опасаются, что вслед за нападками на Китай последуют меры и против южнокорейского экспорта в США, ибо почти все, что Д.Трамп говорит о Китае, применимо и к Южной Корее. Для Южной Кореи, зависимой от американского рынка, любые тарифные проблемы станут сильным ударом. Есть угроза и пересмотра американо-южнокорейского соглашения о свободной торговле, которое, вообще-то, крайне выгодно южнокорейским предприятиям.

Но дело не только в угрозах непосредственно двусторонней торговле. Массу неприятностей Южной Корее принесет выход США из NAFTA, северо-американской зоны свободной торговли, в которую входят также Мексика и Канада. Даже просто радикальный пересмотр существующих в рамках NAFTA договоренностей серьезно ударит по интересам южнокорейских фирм, которые построили в Мексике немало крупных предприятий, работающих в основном на американский рынок.

9 мая 2017 года в Южной Корее состоялись президентские выборы, на которых победил Мун Чжэ Ин - представитель либеральных кругов, кандидат от Демократической партии «Тобуро», выступавшей в оппозиции к администрации подвергнутой импичменту Президента Пак Кын Хе. Победа Мун Чжэ Ина призвана внести новые, очень весомые нюансы и акценты в развитие обстановки вокруг нынешнего «корейского цугцванга». Основными пунктами его предвыборной программы были: нет американской ПРО, независимость внешней политики и прямой диалог с Северной Кореей. Острейшим кризисом на Корейском полуострове новой администрации придется заняться в первоочередном порядке. С уверенностью можно сказать, что новое правительство будет проводить в отношении Пхеньяна более взвешенную компромиссную и конструктивную политику, чем его предшественники. Хотя отказа Южной Кореи от союзнических отношений с США, естественно, ожидать не стоит.

В Сеуле тоже хотят свою бомбу

Ядерная проблема Корейского полуострова - прямое следствие более чем 60-летнего военного противостояния между двумя корейскими государствами и не ограничивается ракетно-ядерной программой Пхеньяна. На Западе не принято говорить, что исторически инициатором гонки ядерных вооружений на Корейском полуострове выступил отнюдь не Пхеньян, а Сеул. Военная ядерная программа Южной Кореи началась в 1970 году в обстановке глубокой секретности, в том числе и от США, после обнародования в 1969 году «доктрины Никсона», в соответствии с которой Вашингтон должен был начать перекладывать мероприятия по обороне своих азиатских союзников на них самих12. В 1971 году южнокорейское правительство сформировало Комитет по исследованию вооружений. В 1973 году комитетом был разработан долгосрочный план создания ядерного оружия, стоимость его реализации в течение шести-десяти лет оценивалась в 1,5-2 млрд. долларов13.

США с немалым запозданием узнали обо всех этих начинаниях своего союзника и в 1976 году в жесткой форме заставили Сеул отказаться от мечты о собственных средствах ядерного сдерживания. Кстати сказать, среди южнокорейских правых националистов весьма распространена вера в то, что президент - генерал Пак Чжон Хи, «отец южнокорейского экономического чуда», был убит в 1979 году по заданию американцев, которые, дескать, боялись того, что Южная Корея превратится в могучую ядерную державу.

Республика Корея присоединилась к Договору о нераспространении ядерного оружия 1 июля 1968 года, в день открытия его для подписания, однако ратифицировала его только 23 апреля 1975 года, увязав выполнение своих обязательств по договору с предоставлением ей США «ядерного зонтика». Намерение избранного в 1976 году Президента США Дж.Картера полностью вывести американские войска из Южной Кореи, правда нереализованное, побудило Сеул принять решение о возобновлении военной ядерной программы.

Несмотря на подписание ДНЯО, Южная Корея тайно приступила к самостоятельной разработке технологий радиохимической переработки отработанного ядерного топлива и обогащения урана. Информация о таких работах Южной Кореи в нарушение ее обязательств по Соглашению о всеобъемлющих гарантиях МАГАТЭ стала достоянием международной общественности только в 2004 году, когда южнокорейские представители передали Агентству «полные данные» о ядерной программе за прошедшие годы. Результаты расследования МАГАТЭ незадекларированной ядерной деятельности Южной Кореи были опубликованы в докладе генерального директора Агентства от 11 ноября 2004 года. МАГАТЭ, однако, решило не передавать «южнокорейское досье» в Совет Безопасности ООН14.

С января 1958 года на территории Южной Кореи под контролем американских военных размещалось ядерное оружие США. В 1967 году, например, одновременно на американских базах в Южной Корее находилось до 950 ядерных боезарядов; всего за 33 года - 11 типов ядерного оружия США. Около 100 последних ядерных боезарядов были выведены из Южной Кореи в декабре 1991 года накануне подписания двумя Кореями Совместной декларации о провозглашении Корейского полуострова безъядерной зоной (20 января 1992 г.)15.

Еще в 1990-х годах, сразу после того как американский «ядерный зонтик» был убран и пошли слухи, что КНДР ведет работы над созданием собственного ядерного оружия, в Сеуле вновь начали поговаривать о собственной ядерной бомбе. С приходом Д.Трампа уверенность в американском «ядерном зонтике» еще более пошатнулась, особенно после его заявлений о том, что южнокорейцы должны взять на себя расходы по содержанию американских войск на своей территории.

Мысль о собственной ядерной бомбе никогда не вызывала в  Сеуле сколь-либо заметного отторжения. Опросы общественного мнения уже почти 20 лет свидетельствуют, что большинство южнокорейцев хотели бы видеть свою страну ядерной державой. Опрос на эту тему, проведенный в январе 2016 года, показал, что 54% жителей Южной Кореи за то, чтобы их страна имела ядерное оружие16.

Нынешний экономический, промышленный и научно-технический потенциал Южной Кореи в случае принятия соответствующего политического решения позволяет в короткие сроки, за 8-12 месяцев, осуществить разработку ядерного оружия. Южнокорейское руководство, однако, понимает, что попытка создать ядерное оружие неизбежно приведет к конфликту с соседями и, главное, к столкновению с США. Республике Корея пришлось бы выйти из Договора о нераспространении ядерного оружия, что привело бы к международным санкциям и разрыву сотрудничества в ядерной энергетике с иностранными государствами. Сеул потерял бы доступ к импортному обогащенному урану, на котором работают южнокорейские АЭС, что создало бы перебои в энергетике - на 25 атомных энергоблоков Южной Кореи приходится 31,73% национального производства электроэнергии17. Кроме того, это послало бы опасный сигнал КНДР - то, что ядерное оружие может быть приемлемо международным сообществом. Ядерное вооружение Сеула означало бы признание ядерного статуса Пхеньяна и окончательно похоронило бы перспективы денуклеаризации Корейского полуострова.

Вместе с тем многие в южнокорейском истеблишменте не считают  мысль о ядерной Южной Корее абсолютным табу. Во-первых, снижается уверенность в американских гарантиях безопасности, в  том числе  вследствие изменений в региональном и глобальном балансе сил. Вторая причина - успехи северокорейских атомщиков и ракетчиков. Ядерные поползновения Сеула чреваты серьезными проблемами для региона. Ссылаясь на резкое наращивание военной мощи Китая, в Японии и на Тайване определенные силы также поговаривают о необходимости обзавестись ядерным оружием.

Удастся ли Д.Трампу «дожать» Пхеньян?

Каждая из администраций США последних двух десятилетий пыталась воспрепятствовать ракетно-ядерной программе Пхеньяна. Усилия Вашингтона, однако, все время шли как бы вдогонку за продвижением этой программы. Если администрация Б.Клинтона ставила целью убедить Пхеньян вообще отказаться от ядерного оружия, то администрация  Дж.Буша-мл. - не допустить его испытания, а администрация Б.Обамы - предотвратить создание Пхеньяном средств его доставки.

Все эти старания закончились провалом. Причина была в том, что ни один из названных американских президентов не верил в то, что с КНДР стоит договариваться о чем-то всерьез и надолго и что эти договоренности нужно выполнять. Все они были уверены в том, что пхеньянский режим - на грани краха, что КНДР вот-вот распадется и будет поглощена Южной Кореей, а это и предопределит решение всех проблем. Так, наверняка, думал Б.Клинтон, давая согласие на подписание с Пхеньяном так называемого Рамочного соглашения, которое в обмен на замораживание ядерной программы КНДР предусматривало не только строительство в КНДР двух легководных атомных реакторов и поставки американского мазута для северокорейских тепловых электростанций, но и нормализацию политических отношений между Вашингтоном и Пхеньяном. Б.Клинтон не сомневался в том, что выполнять это соглашение не придется, поскольку, даже если реакторы построят, в итоге они все равно окажутся в единой Южной Корее, и поэтому предусматривалось, что они должны были быть южнокорейского типа.

Дж.Буш-мл. в 2003 году согласился на шестисторонние переговоры по ядерной проблеме Корейского полуострова. Совместное заявление «шестерки» от 19 сентября 2005 года содержало конструктивную основу для движения не только к обеспечению безъядерного статуса Корейского полуострова, но и к общему оздоровлению обстановки в регионе. О чем шла речь в этом документе? О заявлении КНДР, что она откажется от ядерного оружия и всех существующих ядерных программ. О заявлении США, что они не располагают ядерным оружием на Корейском полуострове, не имеют намерений нападать на КНДР или вторгаться на ее территорию с применением ядерного или обычного оружия. Об общей готовности США и КНДР официально уважать суверенитет друг друга, мирно сосуществовать и предпринимать шаги по нормализации отношений в двусторонней сфере. И о многом еще18, что открывало путь к достижению решений, способных сделать Северо-Восточную Азию регионом мира, безопасности и сотрудничества.

Но как только дело дошло до конкретных шагов по выполнению достигнутых договоренностей, а они должны были осуществляться по консенсусному принципу - «обязательство в ответ на обязательство, действие в ответ на действие», США и их союзники - Южная Корея и Япония тут же пошли на попятную. Убедившись в этом, Пхеньян 9 октября 2006 года провел первое ядерное испытание. Что же касается Б.Обамы, то его линия в отношении Пхеньяна была однозначной: никаких переговоров, только санкции, давление, изоляция.

У администрации Д.Трампа нет, однако, серьезной альтернативы тому, что делалось его предшественниками. Военные угрозы на Пхеньян не просто не действуют, но, напротив, служат для него оправданием дальнейшего развития ракетно-ядерной программы. Отмечают, например, что пусть за три первые месяца президентства Д.Трампа северокорейцы и не проводили ядерных испытаний, ракеты они запускали уже девять раз, при Б.Обаме их было меньше.

Администрация Д.Трампа по-прежнему будет усиливать санкционный режим, изобретая любые способы ограничить КНДР еще в чем-нибудь. В списке возможных санкций называют эмбарго на поставку нефти Северной Корее, глобальный запрет на перелеты северокорейской государственной авиакомпании «Air Koryo», ограничение экспорта морепродуктов из КНДР, а также давление на Пхеньян путем обнаружения и заморозки активов лидера Северной Кореи Ким Чен Ына и его семьи в иностранных банках. Как сообщают СМИ, американцы хотели бы также ввести ограничительные меры на работу граждан КНДР за рубежом и ужесточить  ограничения на экспорт северокорейского угля19.

Россия и Китай: общие позиции в отношении КНДР

Россия и Китай выступают по северокорейскому вопросу практически с единых позиций. Здесь действует своего рода триединая формула. Во-первых, и Москва, и Пекин категорически осуждают ракетно-ядерную программу Пхеньяна. В том числе и потому, что она представляет  прямую угрозу для двух наших стран - северокорейские испытания и ядерных устройств, и ракет проводятся вблизи наших границ - на расстоянии 150-200 км от них. Кроме того, все эти взрывы и пуски используются американцами как предлог для наращивания их военного присутствия в Северо-Восточной Азии. Во-вторых, Россия и Китай согласны с тем, что военного решения северокорейской проблемы быть не может и нужно работать над политико-дипломатическими предложениями. В-третьих, Москва и Пекин поддерживают резолюции Совета Безопасности ООН, налагающие определенные санкции на КНДР. И эти санкции, особенно в случае с Китаем, становятся достаточно чувствительными. Через шесть дней после февральских северокорейских ракетных пусков Китай, руководствуясь резолюциями СБ ООН, ввел до конца нынешнего года запрет на закупку угля из КНДР, чем обрезал Пхеньяну до 40% его экспортной выручки20. Вместе с тем наши две страны исходят из того, что исполнение резолюций СБ ООН по ядерной проблеме Корейского полуострова требует сдержанности и здравого смысла - что не должно быть необоснованно расширительного толкования оговоренных санкций, что резолюции СБ ООН нельзя рассматривать как основание для обострения экономического и гуманитарного положения народа КНДР и тем более недопустимо наращивание напряженности и усиление гонки вооружений, грозящих появлением новых разделительных линий в регионе.

Администрация Д.Трампа, в свою очередь, стремится активно воздействовать на Россию и Китай, пытаясь сколачивать коалицию давления, которую подает как мнение международного сообщества, и прорабатывать различные схемы «смены режима» в Пхеньяне. Все эти меры могут принести, однако, лишь ограниченный эффект. С одной стороны, Россия, Китай и незападный круг государств в целом попросту не дадут Вашингтону организовать при помощи санкций гуманитарную катастрофу в КНДР. А с другой - у Пхеньяна уже наработан опыт обхода санкций.

Что же касается давления на Россию и Китай, то чем резче оно будет осуществляться, тем больше вероятность того, что Москва и Пекин начнут более благожелательно относиться к Пхеньяну. В свете регионального и глобального противостояния с США сохранение КНДР на плаву имеет и для России, и для Китая стратегическую ценность. Развертывание же Вашингтоном серьезной торговой войны с Китаем может ударить и по части американских бизнесменов, которые вложились в китайскую экономику, а Китай - один из ведущих торговых партнеров США после Канады и Мексики. Эта группировка может начать действия против Д.Трампа на внутреннем фронте.

Решить проблемы можно лишь путем переговоров

КНДР - отнюдь не единственное государство, которое развивает ракетно-ядерную программу в обход Договора о нераспространении ядерного оружия. Соответствующие программы есть у Индии и Пакистана, которые открыто провели в свое время ядерные испытания, и у Израиля, который, правда, не подтверждает, но и не опровергает наличие у себя ядерного оружия. Вместе с тем ни на одно из названных государств не обрушивался такой набор санкций, как на КНДР. Международные эксперты объясняют это тем, что Индия, Пакистан и Израиль изначально не были участниками ДНЯО, в то время как КНДР этот договор подписала, но затем из него вышла, нарушив тем самым основополагающий принцип международного права Pacta sunt servanda («договоры должны соблюдаться»). Но разве другие государства этот принцип не нарушают? Взять те же Соединенные Штаты, которые вышли из Договора по ПРО, который имел для обеспечения международной безопасности отнюдь не меньшее значение, чем ДНЯО. Просто в данном случае США и Запад в целом исходят из того, что «некоторые государства более равны, чем другие», если перефразировать известную формулировку Дж.Оруэлла.

Нисколько не оправдывая ракетно-ядерную программу КНДР, нужно отметить, что ее появление во многом объяснимо. В условиях, когда Соединенные Штаты присвоили себе право в одностороннем порядке применять военную силу против неугодных им государств, а ООН в ее нынешнем виде оказывается не в силах этому воспрепятствовать, малые, и не только малые, страны пытаются обеспечить свою безопасность любыми средствами, включая крайние меры.

В Пхеньяне, безусловно, сознают, что для КНДР начать любую войну, а тем более с применением оружия массового поражения, было бы равноценно попытке самоубийства. Показательно, что когда Пхеньян грозит своим потенциальным противникам сокрушительными ударами, в каждом случае речь идет лишь об ударах в ответ на внешнюю агрессию против КНДР. Это, кстати, отмечают и трезвые головы в США. Вот что, например, пишет на этот счет У.Перри, министр обороны США во время президентства Б.Клинтона, летавший по его поручению в 1999 году в Пхеньян для согласования уже упоминавшегося Рамочного соглашения США с КНДР. «Я несколько лет занимался Северной Кореей и вел серьезные переговоры со многими их военными и политическими руководителями. Северокорейское руководство - не самоубийцы. Они хотят оставаться у власти, и они понимают, что, если они предпримут ядерное нападение, их страна и они сами будут уничтожены. Ядерный арсенал дает им возможность удержаться у власти, но только при условии, что они его не используют»21.

Для Пхеньяна ракетно-ядерная программа - щит его безопасности, и этот щит он просто так не отдаст. Северокорейское руководство знает о том, как Запад отблагодарил ливийского лидера М.Каддафи за добровольный отказ от ядерной программы, и не желает для себя повторения его судьбы. Поэтому выход для США и всего международного сообщества один - договариваться с Пхеньяном, и договариваться конкретно, честно и прозрачно об обеспечении гарантий безопасности - в первую очередь КНДР и Республики Корея, а также России, Китая, Японии и всех стран региона. Такие гарантии должны быть прочными и достаточно убедительными, чтобы ни у кого не было подозрений на этот счет.

Пути  к поиску компромисса по ядерному вопросу отнюдь не закрыты. Несмотря на свои неоднократные заявления о том, что они не откажутся от ядерного оружия ни при каких обстоятельствах, и включение положения о ядерном статусе КНДР в Конституцию страны, пхеньянские руководители вполне могут пойти на то, чтобы заморозить свою ядерную программу на ее нынешнем уровне. По оценке экспертов, сейчас северокорейский ядерный арсенал насчитывает 10-15 зарядов. Северокорейские военные специалисты сознают, что резкое увеличение числа зарядов, скажем до 100-150, не сделает потенциал сдерживания в 10-15 раз мощнее. Поэтому, поскольку основные силы сдерживания сегодня уже созданы, КНДР в принципе может быть готова к обсуждению отказа от их дальнейшего наращивания. Об этом говорит и упомянутый У.Перри. «Верю, - пишет он, - что Северная Корея может вполне согласиться отказаться от испытаний ядерного оружия и ракет дальнего радиуса действия, как и от продажи или передачи своей ядерной технологии - в обмен на экономические уступки со стороны Южной Кореи и гарантии безопасности со стороны Соединенных Штатов»22.

В качестве отправной точки начала политических переговоров можно было бы использовать сделанное 8 марта этого года министром иностранных дел КНР Ван И предложение о том, чтобы КНДР приостановила свои ракетные пуски и развитие ядерной программы в обмен на приостановку военных учений со стороны США и Южной Кореи. Это вполне реалистичное предложение, которое может быть принято Пхеньяном, - аналогичные идеи уже озвучивались ранее северокорейским руководством в январе 2015-го и январе 2016 года23.

«Приостановка в обмен на приостановку», как назвал свое предложение Ван И, естественно, не решила бы ядерной проблемы, но она помогла бы в будущем посадить стороны за стол переговоров. А в нынешних условиях сам процесс переговоров с КНДР не менее важен, чем его результаты.

Межкорейская нормализация и мирный договор

Решение ядерной проблемы Корейского полуострова теснейшим образом взаимосвязано с межкорейской нормализацией - разрядкой политической напряженности на Корейском полуострове и развитием отношений КНДР с Южной Кореей и другими странами региона. Необходимо одновременно решать обе проблемы.

Два корейских государства до сих пор де-юре находятся в состоянии войны, ибо подписанное 27 июля 1953 года Соглашение о перемирии, остановившее Корейскую войну 1950-1953 годов, представляет собой не более чем договоренность между главнокомандующими вооруженными силами противостоявших в этой войне сторон о временном прекращении боевых действий. Для обеспечения мира на Корейском полуострове необходим мирный договор между двумя корейскими государствами.

Этому могло бы во многом содействовать возвращение «корейского вопроса» после многолетнего перерыва в повестку дня ООН. Сейчас для этого подходящий момент. Пан Ги Мун, который, будучи южнокорейцем, не мог быть беспристрастным в подходах к КНДР и которого Пхеньян подчеркнуто игнорировал, завершил свое пребывание на посту Генерального секретаря ООН. Его преемник Антониу Гутерриш прежде никаким образом не был связан с Кореей и поэтому может показать достаточно объективный подход к делу межкорейского урегулирования.

Было бы, наверное, полезным начать с проведения под эгидой ООН мирной конференции по Корейскому полуострову, в которой приняли бы участие Генеральный секретарь ООН, пять постоянных членов Совета Безопасности ООН, КНДР и Республика Корея. Стоило бы, вероятно, пригласить и другие страны по согласованию с двумя корейскими государствами, скажем Монголию и некоторые страны АСЕАН, например Вьетнам и Индонезию, с учетом того, что КНДР - участница Регионального форума АСЕАН по безопасности. Такая конференция могла бы в комплексе рассмотреть вопросы заключения мира между КНДР и Республикой Корея, взаимного сокращения ими вооружений и вооруженных сил и развития экономического сотрудничества, а также нормализации США и Японией своих отношений с КНДР и денуклеаризации Корейского полуострова. Очевидно, что подобная идея не будет принята с ходу. Однако и предложение о проведении шестисторонних переговоров по ядерной проблеме КНДР не было реализовано сразу.

Мирный договор между двумя корейскими государствами должен быть не просто пактом о ненападении, а прочной правовой основой партнерства КНДР и Республики Корея. Такой договор превратил бы КНДР из страны-«изгоя» в полноправного члена международного сообщества. В качестве же гарантов мира и сотрудничества между КНДР и РК могли бы выступить пять постоянных членов Совета Безопасности ООН.

Проблемы международной безопасности не могут разрешиться сами по себе. Не решат эти проблемы и угрозы «точечных ударов» или проведение устрашающих военных маневров. Дело в любой момент способно обернуться большой войной - кто поручится, что у той или другой из противостоящих на Корейском полуострове сторон не произойдет сбой компьютера?

 1www.golos-ameriki.ru/a/tillerson-north-korea/3770248.html

 2www.rossaprimavera.ru/news/tolko-fox-news

 3https://ria.ru/world/20170318/1490337275.html 2

 4world.kbs.co.kr/special/northkorea/contents/news/news_view.htm?No=38330...r

 5www.newsru.com/world/14apr2017/carlvinsontamlay.html

 6https://russian.rt.com/world/article/378921-voina-kndr-ssha-veroyatnos

 7www.m-diplomat.ru/.../2586-poteri-budut-kolossalnye-velika-li-veroyatnost-vojny-na-kore.

 8www.e-news.pro/.../170022-minoborony-yuzhnoy-korei-schitaet-chto-za-novuyu-sistemu-..

 9Проблемы национальной стратегии. 2016. №6 (39). С.13.

10Совместное заявление Российской Федерации и Китайской Народной Республики. 25 июня 2016 г. // URL: http://www.kremlin.ru/supplement/5100 (дата обращения: 10.07.2016).

11Сеул должен прекратить игры с огнем THAAD // Синьхуа Новости. RUSSIAN.NEWS.CN. 2016. 31 июля // URL: http://russian.news.cn/2016-07/31/c_135552699.htm (дата обращения: 14.07.2016).

12www.globalsecurity.org/wmd/world/rok/

13www.pircenter.org/sections/53-voennaya-yadernaya-programma-respubliki-koreya

14https://www.armscontrol.org/print/1714

15www.pircenter.org/sections/53-voennaya-yadernaya-programma-respubliki-koreya

16www.carnegie.ru/commentary/?fa=63761

17https://regnum.ru/news/economy/2207560.html

18Joint Statement of the Fourth Round of the Six-Party Talks. Beijing. 2005. September 19 // U.S. Department of State. 2005. 19 September // URL: https://2001-2009.state.gov/r/pa/prs/ps/2005/53490.htm (дата обращения: 14.07.2016).

19www.baikal24.ru/text/25-04-2017/tramp/ 

20https://www.nytimes.com/.../north-korea-china-coal-imports-

21www.wjperryproject.org/.../there-is-a-deal-to-be-made-with-

22Там же.

23Пресс-релиз Посольства Корейской Народно-Демократической Республики в Российской Федерации. 15 марта 2016 г. // www.arirang.ru/archive/edinstvo/2016/Edinstvo.2016.03.pdf

Россия. Корея > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 28 июля 2017 > № 2258209 Глеб Ивашенцов


Корея. США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russiancouncil.ru, 6 июля 2017 > № 2239339 Глеб Ивашенцов

Южная Корея — США: Трамп, Мун и THAAD

Приход к власти в США импульсивного Д. Трампа с установкой «Америка прежде всего» не мог не привнести нюансы в американо-южнокорейские отношения и по-новому расставить акценты в обстановке вокруг северокорейской ракетно-ядерной программы.

Д. Трамп крайне жестко отреагировал на испытания Пхеньяном новых ракет, которые, будь они снаряжены ядерными боеголовками, могли бы, по мнению экспертов, представить угрозу безопасности Соединенных Штатов. Вслед за целым рядом угрожающих заявлений в адрес Пхеньяна к берегам Кореи была направлена американская армада, в центре которой находился авианосец «Карл Винсон», сопровождаемый эсминцами с ракетами «Томагавк». В американских СМИ появились высказывания о возможности нанесения превентивного «точечного удара» по ядерным объектам КНДР. В Южной Корее якобы для защиты от северокорейских ракет началось развертывание американской системы противоракетной обороны THAAD.

«Табачок врозь»

В отношении Южной Кореи полностью проявился объявленный Д. Трампом курс на «табачок врозь» с союзниками. Намерение США поставить перед Южной Кореей вопрос о полной оплате расходов по содержанию американских войск, находящихся на территории страны, вызвало активное неприятие в Сеуле. Весьма примечательной была напряженность вокруг требования Д. Трампа в апреле 2017 г. заплатить 1 млрд долл. за размещаемую США систему ПРО THAAD и отказа Южной Кореи его удовлетворить.

Отрицательное отношение Сеула к линии Д. Трампа в международных делах вызвали и его протекционистские заявления по торгово-экономическим вопросам. Южнокорейцы, в частности, были весьма обеспокоены угрозой пересмотра заключенного в 2012 г. соглашения о свободной торговле (ССТ), крайне выгодного для южнокорейского бизнеса. Заключая соглашение, американцы рассчитывали, что их экспорт в Республику Корея будет расти на 10 млрд долл. в год. На практике в 2016 г. он оказался на 3 млрд долл. ниже, чем в 2011 г. Дефицит США в торговле с Южной Кореей вырос с 13,2 млрд долл. в 2012 г. до 27,7 млрд долл. в 2016 г. В интервью агентству «Рейтер» в апреле 2017 г. Д. Трамп назвал такое положение дел «ужасным» и заявил, что он добьется пересмотра соглашения или вообще его отмены.

Массу неприятностей Южной Корее может принести выход США из NAFTA, североамериканской зоны свободной торговли, в которую входят также Мексика и Канада. Даже просто радикальный пересмотр существующих в рамках NAFTA договорённостей может серьезно ударить по интересам южнокорейских фирм, которые построили в Мексике ряд крупных предприятий, работающих в основном на американский рынок.

Мун Чжэ Ин: ставка на диалог с КНДР

Новые значимые обстоятельства в корейские дела привнесла победа на президентских выборах в Южной Корее в мае 2017 г. представителя либеральных кругов Мун Чжэ Ина. Важное место в предвыборной программе президента занимали ставка на прямой диалог с Северной Кореей и поэтапное решение вопроса о северокорейской ракетно-ядерной программе. В то же время новый глава изначально дал понять, что он отнюдь не пацифист и не намерен сдавать позиций Пхеньяну в военном противостоянии. Высказываясь за диалог с КНДР — а речь шла в том числе о заключении мирного договора и поиске экономической интеграции двух Корей при условии денуклеаризации, — Мун Чжэ Ин одновременно подчеркивал необходимость скорейшего выполнения всех прежде разработанных программ южнокорейского военного строительства в тесном взаимодействии с США, с которыми Республика Корея находится в военном союзе согласно Договору о взаимной обороне 1953 г.

Подтверждая приверженность альянсу с Вашингтоном, Мун Чжэ Ин, тем не менее, дал понять, что выступает за большую автономию Сеула в этом альянсе. Характерный пример: в настоящее время Вооруженные силы Южной Кореи и находящаяся на территории Южной Кореи группировка войск США численностью 28,5 тыс. человек подчинены Объединенному американо-южнокорейскому командованию (ОАЮК). Сейчас, по двусторонним договорённостям, в мирное время ОАЮК возглавляет южнокорейский генерал, однако в случае войны командование ОАЮК автоматически перешло бы к США. Президент Республики Корея как Верховный главнокомандующий вооружёнными силами своего государства оказался бы в подчинении у генерал-лейтенанта Вооружённых сил США. Мун Чжэ Ин поставил вопрос о скорейшей передаче южнокорейской стороне командования ОАЮК в период военных действий.

THAAD между Вашингтоном и Сеулом

Другой острый вопрос касается развертывания в Южной Корее американской системы противоракетной обороны THAAD. Договоренность по THAAD была достигнута в июле 2016 г., когда у власти находилась президент Пак Кын Хе, позднее подвергнутая импичменту. Представители ее администрации и Вашингтона заверяли, что THAAD установлена с целью отражения северокорейских ядерных и ракетных угроз и не направлена против каких-либо других стран. «Даже если бы THAAD и был нацелен на Китай и Россию, он смог бы сработать только в случае запуска этими странами ракет малой или средней дальности в сторону Южной Кореи. Перехватчики THAAD не могут поразить китайскую или российскую ракету в случае, если они летят в другом направлении, например, в сторону США», — сказал в интервью «Известиям» американский эксперт Ричард Вайц, возглавляющий Центр военно-политического анализа в The Hudson Institute.

Тем не менее в Москве и Пекине сочли, что дело THAAD выходит далеко за северокорейские горизонты. Размещая THAAD в Южной Корее, США, по сути, дополняют свою восточноевропейскую ПРО дальневосточным сегментом. Помимо шести пусковых установок, 48 ракет-перехватчиков, а также пульта управления и электрогенератора, комплекс THAAD включает мощный радар TPY-2 TM, способный уверенно обнаруживать такие цели, как ракеты и самолёты на расстоянии до 1200 км, а в идеальных условиях — до 1500 км. Разместив такой радар в Южной Корее, американцы получили бы возможность держать под своим наблюдением акваторию Восточно-Китайского моря, Северо-Восток Китая и часть российского Дальнего Востока.

Но дело не только в этом. Ничто не мешает в дальнейшем развернуть эту систему до более совершенного ряда, сделав ее одним из компонентов стратегической ПРО США. Поэтому не случайно появление в Совместном российско-китайском заявлении по итогам официального визита В. Путина в Пекин 25 июня 2016 г. положения о том, что «Россия и Китай выступают против наращивания внерегионального военного присутствия в Северо-Восточной Азии, развёртывания там нового позиционного района ПРО как тихоокеанского сегмента глобальной ПРО США под предлогом реагирования на ракетно-ядерные программы КНДР. Стороны не приемлют эскалацию военно-политической конфронтации и раскручивание в регионе гонки вооружений».

Появление ПРО THAAD в стране вызвало сопротивление немалой части южнокорейцев. Они понимают, что THAAD — реальная угроза их безопасности. Речь может пойти о контрмерах со стороны КНДР, а также других государств. Жители района Сонджу, где размещаются установки THAAD, неоднократно выходили на акции протеста, заявляя, что не желают становиться целями для северокорейских ударов. Однажды они даже забросали бывшего премьер-министра Южной Кореи Хван Гё Ана бутылками и куриными яйцами, когда тот приехал к ним, чтобы убедить в безопасности THAAD.

Реакция Пекина

Особую остроту в вопрос о THAAD вносит кризис, возникший у Южной Кореи с КНР. О резко отрицательном отношении Пекина к поощрению Сеулом наращивания американского военного присутствия в Южной Корее свидетельствует целая серия прозвучавших из Пекина в течение последнего года заявлений на разных уровнях. Примером может служить заявление агентства «Синьхуа» от 31 июля 2016 г.: «То, что Сеул, предположительно, осознаёт все последствия размещения на своей территории THAAD, но всё равно выбирает сторону Вашингтона, руководствуясь пока не выясненными причинами, говорит о его близорукости и слабой способности к дипломатии».

За заявлениями политического характера со стороны Китая последовали и практические меры. Значительно уменьшился поток китайских туристов, а в последние годы на китайцев приходилось около половины всего турпотока в Южную Корею (в 2016 г. — 48%). Причина проста: руководство КНР «посоветовало» своим туроператорам прекратить продажу групповых туров в Южную Корею. «В мае 2017 г., — указывает сеульская газета Chosun Ilbo, — по данным Национальной организации туризма Кореи, в страну приехали 253 тыс. китайских туристов, что на 64,1% меньше, чем за тот же период прошлого года. А в целом за период с января по май 2017 г. число китайцев, посетивших РК, уменьшилось на 34,7%». Отменяются авиарейсы, китайские круизные суда минуют Пусан.

Ограничен бизнес южнокорейских компаний. Больше всего пока пострадала хорошо известная в России «Лотте», которая предоставила для размещения системы THAAD территорию принадлежавшего ей гольф-клуба. Агентство «Синьхуа» предупредило, что это «станет катастрофой» для южнокорейской компании, и к началу марта 2017 г. под предлогом нарушения санитарных и других норм власти закрыли 23 принадлежащих ей магазина в Китае. Остановлена также и кондитерская фабрика «Лотте». Причиной послужили многочисленные нарушения техники безопасности.

Китай — крупнейший торговый партнер Южной Кореи. По объемам товарооборота он превосходит США и Японию вместе взятых. С 1992 г. торговля РК с Китаем выросла с 6,4 млрд долл. до 235,4 млрд долл. в 2014 г. и сейчас едва ли не определяет экономическое благосостояние страны. Не исключено, что по мере наращивания китайских санкций, наносимый экономический ущерб станет по-настоящему ощутимым — Южную Корею накроет волна банкротств, увольнений, экономического спада. Это заставляет и южнокорейский бизнес, и широкие общественные круги задумываться над вопросом, нужна ли им вообще система THAAD. К тому же ее чисто военная отдача вызывает вопросы.

Находясь при правлении Пак Кын Хе в оппозиции, Мун Чжэ Ин заявлял, что если он придёт к власти, то проведёт независимую экспертизу, чтобы убедиться, насколько эффективно THAAD может защитить РК от северокорейских ракет и в чём польза этой системы для безопасности страны. 6 июня 2017 г. он принял решение о приостановке размещения и функционирования этой системы на территории страны. Причиной, по которой Мун Чжэ Ин пошел на такой шаг, названа необходимость «проведения экологической экспертизы». Южная Корея — страна с ограниченной территорией и очень высокой плотностью населения. Мощное излучение, исходящее от системы ПРО, представляет реальную угрозу здоровью жителей близлежащих территорий. Соответствующая проверка может занять до года.

Американо-южнокорейский саммит

Линия Мун Чжэ Ина на разрядку напряженности вокруг Северной Кореи позволяет надеяться на появление положительных подвижек на этом направлении. В любом случае воинственность Д. Трампа в отношении Пхеньяна, похоже, приглушена. Об этом свидетельствует, в частности, саммит Д. Трампа и Мун Чжэ Ина в Вашингтоне 29–30 июня 2017 г. В совместном заявлении по его итогам говорится, что стороны окажут максимум давления на Северную Корею. Однако отмечается, что «дверь для диалога с Северной Кореей остается открытой», правда, «при соответствующих обстоятельствах». Лидеры выразили намерение взаимодействовать в том, чтобы достичь денуклеаризации Корейского полуострова мирным путем и заявили, что они «не придерживаются враждебной политики в отношении Северной Кореи».

Мун Чжэ Ин, выступая на совместной пресс-конференции с Д. Трампом, отметил: «Мы согласны совместно работать над коренным разрешением северокорейской ядерной проблемы на основе поэтапного и всеобъемлющего подхода, используя как санкции, так и диалог». Поэтапный и всеобъемлющий подход к северокорейской ядерной проблеме, как отмечает сеульская «Ханкере», означает план Мун Чжэ Ина, предполагающий, что на первом этапе Северная Корея приостановит осуществление своей ядерной программы, чтобы в дальнейшем ее окончательно закрыть. Важно также, что президент Южной Кореи сумел добиться публичного согласия Д. Трампа на возобновление межкорейского диалога и предоставление Сеулу ведущей роли в создании условий для мирного объединения Корейского полуострова.

США в ходе саммита пошли навстречу целому ряду пожеланий Сеула по двусторонним вопросам, в том числе в отношении ускорения передачи южнокорейской стороне командования Объединенными вооруженными силами двух стран на Корейском полуострове в военное время. Вместе с тем Д. Трамп прямо призвал Сеул «справедливо разделить расходы по военному присутствию США в Южной Корее», т. е. взять на себя более весомую часть этих расходов. Острым вопросом в отношениях между Сеулом и Вашингтоном осталась проблема размещения в Южной Корее ПРО THAAD — она не затрагивалась ни в совместном заявлении, ни в выступлениях президентов двух стран на совместной пресс-конференции.

В Сеуле отмечают, что Д. Трамп не преминул на совместной пресс-конференции упомянуть, что после подписания в 2012 г. американо-южнокорейского ССТ ежегодный дефицит США в торговле с Южной Кореей вырос больше, чем на 11 млрд долл., что, по его словам, «не очень здорово». Сложившаяся ситуация, по мнению наблюдателей, указывает на намерение президента США под давлением американского бизнеса пересмотреть ССТ, хотя он и отметил, что «был рад услышать о новых инвестициях, которые южнокорейские компании делают в США». Отметим, что предвидев подобную постановку вопроса, Мун Чжэ Ин взял с собой в поездку представителей 52 ведущих южнокорейских компаний, которыми на встрече в Торговой Палате США на полях американо-южнокорейского саммита было заявлено, что в течение ближайших пяти лет они вложат в экономику США инвестиции на сумму 12,8 млрд долл.

Глеб Ивашенцов

Чрезвычайный и Полномочный Посол России, член РСМД

Корея. США. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > russiancouncil.ru, 6 июля 2017 > № 2239339 Глеб Ивашенцов


Белоруссия. Казахстан. Корея > Авиапром, автопром > belta.by, 6 июля 2017 > № 2234755

В Алматы (Казахстан) на автосборочном предприятии компании ТОО Hyundai Trans Auto состоялся запуск производства автотехники Минского автомобильного завода. Такая информация размещена на сайте МАЗ, сообщает БЕЛТА.

Автосборочное предприятие Hyundai Trans Auto приступило к выпуску большегрузных грузовиков - самосвалов МАЗ 5516Х5 и МАЗ 6501Н9 грузоподъемностью 20 т. При этом осуществляется полный цикл сварки, сборки и окраски.

Заместитель коммерческого директора ОАО "МАЗ" Сергей Захаревич отмечает: "При выборе партнеров в Казахстане мы опирались на опыт производства автотехники и репутацию компании. Сегодня мы видим отличные результаты проделанной работы. МАЗы, произведенные в Казахстане, полностью соответствуют всем техническим параметрам, качественные, надежные и ничем не отличаются от автотехники, собранной на Минском автомобильном заводе".

В Казахстане функционируют 12 авторизированных станций технического обслуживания автотехники МАЗ."Минский автомобильный завод заинтересован в развитии сотрудничества с Казахстаном, готов принимать участие в выставочно-ярмарочных мероприятиях и представлять новые образцы грузовой, специальной и пассажирской техники МАЗ", - говорится в сообщении.

Минский автомобильный завод активно сотрудничает с Казахстаном с 2010 года, когда в Астане открылся ТОО "Торговый Дом "МАЗ-Казахстан". В настоящее время в этой стране сформирована товаропроводящая сеть, включающая в себя девять дилеров. Компания Hyundai Trans Auto, входящая в группу компаний "Астана Моторс", с 2016 года является официальным партнером Минского автомобильного завода и официальным дилером МАЗ в Республике Казахстан.

Белоруссия. Казахстан. Корея > Авиапром, автопром > belta.by, 6 июля 2017 > № 2234755


Узбекистан. Корея. США > Авиапром, автопром > carnegie.ru, 26 июня 2017 > № 2223373 Петр Бологов

Изображая Корею. Сможет ли Узбекистан возродить свой автопром

Петр Бологов

В условиях общего экономического спада в СНГ GM Uzbekistan будет непросто реанимировать производство и вернуть себе долю рынка в странах-импортерах. Впрочем, при позднем Каримове узбекские власти оказывали на автомобилестроение такое мощное давление, что значительный оздоравливающий эффект могут дать даже первые, самые очевидные меры: либерализация валютных операций, отмена унизительных ограничений для покупателей на внутреннем рынке и отказ от государственных репрессий против руководства отрасли

На постсоветском пространстве, где большой удачей считается спасти от полной остановки уже существующий советский завод, истории успешного создания новых отраслей промышленности встречаются не часто. Одна из самых ярких – узбекский автопром. Уже после обретения независимости в Узбекистане с нуля было создано крупнейшее в Средней Азии автомобильное производство. По количеству выпускаемых автомобилей Узбекистан находится на втором месте в СНГ после России (и на 35-м месте в мире), опережая Украину и Белоруссию, хотя этим еще от СССР достались необходимые технологические мощности.

В то же время, несмотря на впечатляющую статистику, назвать узбекский автопром однозначным успехом тоже не получается, потому что в истории его развития не обошлось без обязательных для современного Узбекистана коррупционных скандалов, серых валютных схем и откровенного издевательства над местными потребителями. Все это привело к тому, что сегодня узбекский автопром катастрофически сбавил обороты и оказался в ситуации, когда спасти его могут только кардинальные реформы.

«Буханки» и амир Тимур

Машиностроение было в Узбекистане и во времена СССР – еще с 1940-х годов в республике работал эвакуированный туда во время войны Ташкентский тракторный завод, а также Ташкентский механический завод, выпускавший впоследствии транспортные самолеты ИЛ и АН. Но тракторы и самолеты – это все же не автомобили, и на одной спецтехнике целую отрасль поднять было бы сложно. Не меньшую роль в развитии отрасли сыграло высочайшее покровительство первого президента республики Ислама Каримова.

В 1992 году один из своих первых визитов в дальнее зарубежье в качестве главы государства Каримов нанес в Южную Корею. Там он посетил заводы компании Daewoo. С этого все и закрутилось. «Наше независимое государство стремительно идет по пути прогресса, и одна из первых его побед – рождение совершенно новой для нашей экономики отрасли – автомобилестроения», – говорил в то время Каримов, по праву гордившийся своим начинанием.

Первый автомобильный завод в Узбекистане UzDaewooAuto под управлением компании «Узавтосаноат» был запущен в 1996 году в городе Асака (Андижанская область), а первыми машинами, сошедшими с конвейера на узбекской земле, стали модели Daewoo Nexia, Daewoo Tico и Daewoo Damas, прозванные «буханками».

В 2000 году корейский концерн Daewoo обанкротился, его поглотила General Motors. Но властям Узбекистана удалось убедить американцев взять под крыло узбекские активы Daewoo, в результате чего в 2008 году было создано новое предприятие General Motors Uzbekistan. В сети продаж по СНГ бренд UzDaewoo был сохранен – к тому времени на этих машинах уже ездили сотни тысяч жителей бывшего СССР. Компания продолжила выпускать старые модели и добавила несколько новых, последнюю (Ravon) совсем недавно, в 2015 году.

Вместе с расширением модельного ряда росли и объемы производства. В 2001 году начался экспорт узбекистанских автомобилей в другие страны, прежде всего в Россию. Правда, на проектную мощность 250 тысяч автомобилей в год завод в Асаке так и не вышел. Максимум был достигнут в 2012 году – 235 тысяч машин, из которых 88 тысяч было поставлено в Россию.

Одно предприятие с таким количеством продукции уже не справлялось, и в 2013 году в городе Питнаке Хорезмской области открылся завод-филиал GM Uzbekistan. Еще раньше часть сборочных работ была перенесена на производственные мощности обанкротившегося впоследствии Ташкентского авиационного производственного объединения имени Чкалова (бывшего Ташкентского механического завода). Таким образом, встав перед выбором: реанимировать авиастроение или расширять производство автомобилей, – в Ташкенте предпочли последнее.

Одновременно руководство GM Uzbekistan озаботилось и повышением уровня локализации производства. В 2011 году в Ташкенте открылся GM Powertrain Uzbekistan – единственное производство в Центральной Азии, где собирают автомобильные двигатели. К 2015 году в Узбекистане производилась половина всех комплектующих (вдвое больше, чем, например, в Казахстане, где собирают автомобили Skoda, Lada, KIA и SsangYong), в том числе бамперы, амортизаторы, приборные панели, выхлопные системы и рулевые колеса.

На то время на предприятиях GM Uzbekistan было занято 27 тысяч сотрудников, а оборот компании в 2015 году достиг $4 млрд. Тем не менее уже в следующем году показатели узбекского автопрома резко пошли вниз – объемы производства сократились, а продажи упали даже на внутреннем рынке, где спрос на автомобили неизменно превышал предложение.

Рынок мечты

Узбекистан всегда славился протекционизмом по отношению к собственному производителю. Так, например, стоимость расходов на осуществление импорта в расчете на один контейнер составляет в Узбекистане $6400. Это один из самых высоких показателей в мире – в большинстве развитых стран он не превышает $1100.

Чтобы поддержать отечественный автопром, узбекские власти стремились как можно надежнее отгородить внутренний рынок иностранной конкуренции – прежде всего, от подержанных иномарок. Таможенные акцизы на них были настолько высоки, что в 2016 году, например, за ввоз подержанной «Лады-21310» узбекские таможенники требовали уплаты 40 млн сумов (почти $13 тысяч по официальному курсу, или около $6000 по курсу черного рынка).

Для ограничения ввоза иномарок в страну действуют еще и негласные распоряжения местных властей. Например, владельцы старых импортных автомобилей не могут, не уплатив соответствующей мзды, пройти ежегодный техосмотр.

Разумеется, все эти искусственно созданные препятствия гарантировали GM Uzbekistan стабильный рынок сбыта. Но это не значит, что привыкшие контролировать всё и вся узбекские власти были готовы разрешить своим гражданам свободно покупать личные автомобили, когда им захочется. Несмотря на огромное количество фирменных автосалонов и авторынков с новыми автомобилями местного производства, купить машину в Узбекистане было делом непростым до самого недавнего времени.

Во-первых, автомобили в фирменных салонах ранее продавались только за доллары и по официальному курсу. Приобрести валюту в необходимом количестве до сих пор можно только на черном рынке, где она стоит в два раза дороже. Для заключения контракта на приобретение автомобиля необходимо было внести предоплату в размере 85% его стоимости, после чего записаться в очередь. Чтобы ускорить процесс покупки, нужно было доплатить к стоимости машины определенную сумму (в разные годы и в зависимости от комплектации – от $100 до $1500). Но даже после этого приходилось ждать – в среднем доставка автомобиля клиенту занимала от 6 до 12 месяцев.

Мало того, если за время ожидания производитель поднимал цены на автомобиль, то покупателю, невзирая на контракт и внесенную предоплату, приходилось доплачивать с учетом новых расценок. При этом цены на отечественные автомобили в Узбекистане, как правило, намного выше, чем, например, в салонах UzDaewoo в России, – в прежние годы разница в стоимости одних и тех же моделей внутри республики и за ее пределами достигала 50%.

Одно время автомобили продавались в Узбекистане за местную валюту, но затем эту практику свернули. Как писали СМИ, связано это было с тем, что местным автосалонам пришлось отрабатывать план по сбору валюты, которую GM Uzbekistan не смогла привлечь за счет экспортных продаж. Манипулирование внутренним рынком вкупе с игрой на курсе доллара – он рос, когда GM Uzbekistan начинала продажу популярных моделей за валюту на внутреннем рынке, и падал, когда эти продажи останавливались или вдруг переводились на национальную валюту, – приносило руководителям отрасли и прочим заинтересованным чиновникам дополнительные прибыли, но вряд ли способствовало развитию предприятий автомобильной отрасли, тормозя реализацию уже готовой продукции.

С июня этого года автомобили в Узбекистане вновь начали продавать только за сумы. Это решение – очередной шаг в либерализации валютной политики, которую начал новый президент Шавкат Мирзиёев. Впрочем, финансовые показатели GM Uzbekistan уже давно говорили о том, что отрасли нужны серьезные реформы.

Посадки и реформы

Экономический кризис в России начиная с 2013 года в той или иной степени распространился на все страны СНГ, валюта которых стала падать вслед за рублем. Кроме того, по экспорту GM Uzbekistan ударили новые технические ограничения, введенные в Евразийском экономическом союзе против устаревших моделей. К ним относится и Nexia, на которую приходилось более половины экспортных продаж GM Uzbekistan в России.

В результате автомобильное производство в Узбекистане резко обрушилось. В 2016 году там было произведено всего 88 тысяч легковых автомобилей – столько же, сколько пять лет назад продавалось в одну только Россию (в 2016 году в РФ было продано менее 20 тысяч машин). По состоянию на начало 2017 года ни одна из моделей GM Uzbekistan не входила в топ-25 российских продаж, а доля компании на рынке РФ составляла 0,1%.

После того как прибыли и валютные поступления компании упали (в структуре узбекского экспорта доля автомобилестроения снизилась с 9,6% в 2006 году до 0,85% в 2015 году), ситуация в отрасли не замедлила вызвать реакцию президента Каримова. Причем реакцию, традиционную для Узбекистана, – после массовых проверок в мае 2016 года по обвинению в мошенничестве и хищении денег был арестован глава GM Uzbekistan и зампред правления «Узавтосаноата» Тохиржон Жалилов.

О каких именно формах мошенничества шла речь, в расследовании официально не сообщалось. Наиболее популярна версия, что Жалилова арестовали за организацию серых схем реэкспорта автомобилей GM Uzbekistan: часть машин, предназначенных для продажи в России, отгонялась в отстойник в казахстанский Чимкент, а затем они завозились обратно в Узбекистан, где сбывались по более высокой цене. Ущерб, причиненный действиями мошенников, оценивался в полмиллиарда долларов.

Насколько справедливы были эти обвинения, мы, наверно, никогда не узнаем, потому что сразу после смерти Каримова Жалилов был выпущен из-под ареста, а в феврале этого года с него были сняты все обвинения и возвращена должность в руководстве «Узавтосаноата». По всей вероятности, в отличие от Каримова новый президент не имеет к Жалилову, пользующемуся репутацией опытного специалиста, личных претензий. А если какой-то долг у Жалилова перед государством и был, то его могли погасить, продав бизнес и недвижимое имущество бывшего главы GM Uzbekistan в России.

Так или иначе, новый глава государства имеет собственное мнение по поводу развития автомобильной отрасли. Еще в начале этого года он заявил, что Узбекистану нужно реформировать свою автомобильную промышленность, снизить себестоимость, повысить рентабельность. Затем последовало уже упоминавшееся решение о переходе внутреннего авторынка на местную валюту. Это должно увеличить продажи на внутреннем рынке, а заодно повысить спрос на сум и укрепить его курс по отношению к доллару.

В июне Мирзиёев утвердил «Программу развития автомобильной отрасли Узбекистана до 2021 года», где обещано привлечь в отрасль $800 млн инвестиций и увеличить объем производства в три раза. Компенсировать либерализацию валютной политики местным производителям обещают с помощью льготных кредитов.

Показательно, что новым куратором автомобилестроения в Узбекистане стал вице-премьер, а заодно и новый председатель правления «Узавтосаноата» Улугбек Розикулов, которого источники «Радио Свобода» называют едва ли не единственным в правительстве человеком, далеким от традиционных для местных политиков коррупционных схем.

В свою очередь, о ряде нововведений сообщила и GM Uzbekistan – в октябре будет запущен сервис для приема электронных заявок на приобретение автомобилей, а с начала будущего года покупатели смогут заказывать машины с набором опций по своему выбору, то есть отличающимися от стандартной комплектации, при этом дилер лишается возможности отказать клиенту при регистрации его заказа. Головокружительная клиентоориентированность для неизбалованных узбекских потребителей.

Сегодня, когда о проведении структурных реформ в отрасли только объявлено, сложно прогнозировать, чем они в итоге обернутся. Очевидно, что в условиях общего экономического спада в СНГ GM Uzbekistan будет непросто реанимировать производство и вернуть себе долю рынка в странах-импортерах. Впрочем, при позднем Каримове узбекские власти оказывали на автомобилестроение такое мощное давление, что значительный оздоравливающий эффект могут дать даже первые, самые очевидные меры: либерализации валютных операций, отмена унизительных ограничений для покупателей на внутреннем рынке и отказ от государственных репрессий против руководства отрасли.

Узбекистан. Корея. США > Авиапром, автопром > carnegie.ru, 26 июня 2017 > № 2223373 Петр Бологов


Корея. Россия > СМИ, ИТ. Образование, наука > comnews.ru, 26 июня 2017 > № 2222698

Samsung подписался на цифровое образование

Елизавета Титаренко

Корейская компания Samsung Electronics и ООО "Мобильное электронное образование" (МЭО; дочерняя структура ООО "1С" и ООО "Ланит-Холдинг") подписали соглашение о запуске совместного проекта по развитию цифрового образования в России. Документ предусматривает сотрудничество компаний в разработке программно-технологической платформы для российских школ, а также реализацию совместных инициатив, в числе которых IT-школа Samsung.

Компании подписали соглашение о намерениях. Samsung окажет поддержку в разработке образовательной онлайн-платформы "Мобильная электронная школа". МЭО расширит потенциал "Мобильной электронной школы" через интеграцию с мобильными устройствами Samsung.

"Как один из лидеров современного ИT-рынка, мы понимаем, насколько важно развитие технологической составляющей образовательного процесса, и уже реализуем в России ряд крупных проектов", - заявил директор по развитию корпоративного бизнеса Samsung Electronics Александр Краснов. Он уточнил, что Samsung предоставляет партнерам аппаратные средства (мобильные телефоны, планшеты, VR-устройства) а также программное ПО - например, Samsung KNOX. Помимо этого вендор оказывает экспертную поддержку партнерам, помогая им развивать программные образовательные платформы.

Генеральный директор компании МЭО Александр Кондаков считает, что мобильное образование - это самый доступный формат, позволяющий максимально индивидуализировать и персонализировать образовательный процесс. Компании уверены, что их совместный проект станет продолжением усилий по развитию современного цифрового образования в России.

Как сообщил корреспонденту ComNews вице-президент группы компаний "Ланит" по инновационным проектам Дмитрий Изместьев, компания с 2011 г. развивает проекты по созданию платформ для цифрового образования, в частности платформы Active Textbook для чтения и интерактивных учебников. Причем приложения "Ланита" работают на платформах практически всех вендоров. Компания сотрудничает с Samsung, Apple и Microsoft, а также с производителями интерактивного оборудования.

"С появлением компании МЭО мы стали создавать собственный цифровой контент. Была поставлена амбициозная и очень сложная задача - подготовить контент для учеников с 1 по 11 класс по всем предметам, который полностью соответствовал бы образовательному стандарту", - говорит Дмитрий Изместьев. Напомним, по информации портала "Картотека.ру", компания МЭО была создана в 2014 г. На данный момент 20% МЭО принадлежит компании "1С" (разработчик приобрел долю в МЭО в феврале 2017 г.), 41% - "Ланит-Холдингу", а еще 39% - Александру Кондакову.

Как рассказывает Александр Краснов из Samsung Electronics, рынок онлайн-образования в России оценивается в 20,7 млрд руб. (по данным Исследования российского рынка онлайн-образования и образовательных технологий). "Цифровое образование в России находится на начальном этапе развития: растет потребность в новых средствах цифровизации, и в связи с этим появляются новые проекты и решения", - пояснил он.

"К сожалению, в большинстве образовательных учреждений мы все так же далеки от цифрового образования, как водитель со смартфоном от Uber. Образование в нашей стране пока только движется в этом направлении", - считает Дмитрий Изместьев.

По мнению Александра Кондакова, несмотря на консервативность образования, и в мире, и в России спрос на онлайн-ресурсы для системы школьного образования быстро растет. "На сегодняшний день объем мирового рынка онлайн-образования оценивается от $4 млрд до $20 млрд. Это разные оценки, зачастую охватывающие несколько уровней образования. В РФ потенциальный объем рынка онлайн-образования на сегодняшний день можно оценить в 4 млрд руб.", - говорит он.

По словам Александра Кондакова, драйверами роста этого рынка прежде всего является реализация крупных государственных программ в области информатизации образования и подключение всех школ к Интернету, информатизация общества. "Речь идет о приходе в школу не только "цифровых детей", но и "цифровых семей", которые привыкли получать любые услуги, в том числе и образовательные, онлайн", - отметил он. Кроме того, растет количество семей, которые предпочитают "нешкольную" форму получения образования - это семейное и заочное, очно-заочное образование.

Корея. Россия > СМИ, ИТ. Образование, наука > comnews.ru, 26 июня 2017 > № 2222698


Корея. КНДР > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 12 мая 2017 > № 2172388 Александр Воронцов

Сеул идет к самостоятельности

После избрания нового президента Южную Корею ждет кардинальное изменение внутренней и внешней политики, полагает востоковед Александр Воронцов.

Президентская кампания во Франции заслонила выборы президента на другом конце Евразии — в Южной Корее. Между тем, по мнению экспертов, не исключено, что, с учетом остроты ситуации в регионе, выборы главы государства в этой стране будут иметь в ближайшее время не меньшее значение.

После недавнего импичмента предыдущего президента Южной Кореи Пак Кын Хе, к власти в результате досрочных выборов 9 мая пришел леволиберальный президент Мун Чжэ Ин, заявивший, что первым делом после своего избрания нанесет визит в Пхеньян, а также «возьмется» за гигантские южнокорейские финансово-промышленные группы — чеболи.

В числе первых шагов Мун Чжэ Ина можно также отметить указ, отменяющий план по внедрению в школах учебников истории, одобренных государством. Новый южнокорейский лидер при этом отметил, что изучение истории не должно быть политизированным.

Кому достанется Северная Корея

О том, насколько серьезно может измениться политика Южной Кореи с приходом нового президента, а также военно-политическая ситуация на Дальнем Востоке в целом, обозревателю «Росбалта» рассказал заведующий отделом Кореи и Монголии, член ученого совета Института востоковедения РАН Александр Воронцов.

— Что означает для Южной Кореи и для всего Дальнего Востока избрание президентом Мун Чжэ Ина, участвовавшего в свое время в студенческих волнениях и, как уверяют, человека достаточно левых взглядов?

— Избрание Мун Чжэ Ина означает кардинальное изменение внутренней и внешней политики этой страны, которое будет проявляться постепенно. Мун Чжэ Ин представляет собой реально оппозиционную силу. Оппозиционную той право-консервативной партии (Партия великой страны — Партия новых рубежей), которая господствовала в Сеуле последние 10 лет в лице двух президентов: Ли Мен Бака и отстраненной недавно в результате процедуры импичмента Пак Кын Хе.

Они проводили курс на свертывание отношений с Северной Кореей. Их философия состояла в том, что КНДР дышит на ладан, она на краю краха, поэтому надо только усилить давление и санкции (в том числе, и международные) против нее, продолжать военно-политический нажим на Пхеньян в виде непрекращающихся маневров по периметру границ Северной Кореи.

Они были уверены, что коллапс правящего режима в КНДР произойдет буквально в течение года-двух и объединение Кореи пройдет по германскому варианту. Раз так, то межкорейские переговоры ни к чему, нужно лишь наращивание санкций и изоляции.

В результате все межкорейское сотрудничество, которое до этого было создано двумя предшествующими руководителями Южной Кореи, было разрушено. При том, что политика, которую проводили в течение предыдущих десяти лет президенты Ким Дэ Чжун, разработавший так называемую «политику солнечного тепла», а затем Но Му Хен, провозгласивший идею «примирения и сотрудничества», сумела растопить ледяные горы недоверия с Северной Кореей.

Два корейских государства приступили к реальному и очень широкому экономическому, гуманитарному, политическому сотрудничеству. Состоялось два государственных визита президентов Южной Кореи в Пхеньян — Ким Дэч Жуна и Но Му Хена. В результате последнего визита в ноябре 2007 года был подписан очень широкий спектр документов по крупномасштабным экономическим проектам. То есть эти президенты придерживались идеи постепенного объединения с Северной Кореей через экономическое сближение и сотрудничество.

— Что же разрушило этот процесс?

— В Сеуле к власти пришла другая партия, которая заявила, что все это было неправильно, что это была игра в одни ворота, потому что экономическая помощь Южной Кореи северянам шла на создание ядерного оружия. В конце концов, все экономическое сотрудничество между двумя корейскими государствами было разрушено полностью. И это при том, что Южная Корея была тогда главным экономическим партнером Севера. На территории КНДР, в 10 километрах от демилитаризованной зоны, невзирая на противодействие американцев, был создан крупный район экономического сотрудничества, где работало порядка 130 совместных предприятий. Южнокорейские бизнесмены были тогда очень довольны, и их можно было понять — общий язык, географическая близость, дешевизна…

Однако президент Пак Кын Хе своим последним указом закрыла и этот район, последний очаг межкорейского взаимодействия, и сейчас оба государства находятся на грани войны.

— Насколько популярны в Южной Корее леволиберальные взгляды, которые выражает новый президент этой страны?

— Правые пытаются представить Мун Чжэ Ина чуть ли не коммунистом, чучхеистом и агентом Пхеньяна, демонизируют его так же, как в свое время в Америке правые пытались демонизировать Билла Клинтона. Что, естественно не соответствует действительности. У него сейчас первоочередная задача приступить к восстановлению диалога с Пхеньяном, чтобы начать хотя бы слышать друг друга, и, конечно, наладить отношения с США, поскольку любой президент Южной Кореи — союзник Соединенных Штатов и это не подвергается сомнению.

Сейчас у Сеула еще одна проблема — размещение на ее территории американского противоракетного комплекса (THAAD). Для президента США Дональда Трампа этот комплекс, против размещения которого в Южной Корее выступают и Китай, и Россия — важнейший объект, в том числе с репутационной точки зрения. Но, с точки зрения военных России, Китая, да и, возможно, многих самих южнокорейцев, эта система не столько прикрывает Южную Корею, сколько необходима против ракетных систем КНР и Российской Федерации.

Так вот, Мун Чжэ Ин, еще до включения в президентскую гонку, высказывал сомнения в том, насколько его стране нужна система THAAD и насколько она эффективна против ракет Северной Кореи. По его словам, прежде чем размещать эту противоракетную систему, Южная Корея должна провести независимое расследование, основанное не только на разведданных США, но и на других военных источниках.

— Мун Чжэ Ин заявил: «Я проамерикански настроен, но теперь Южная Корея должна принять дипломатию, в которой она может и отказывать американцам». Что имеется в виду? Что Сеул готов отказаться от американской военной помощи, от американских войск на своей территории?

— Нет, он не это имел в виду. Основы южнокорейско-американского союза незыблемы. Отказываться от американских войск он, естественно, не собирается. Мун Чжэ Ин подразумевает, что в рамках этого союза голос южных корейцев должен зазвучать громче, а Сеул намерен приобрести больше автономности.

— А насколько в Южной Корее популярны предложения Мун Чжэ Ина об ограничении всевластия чеболей?

— Южнокорейское общество как по вопросу о сотрудничестве с КНДР, так и по чеболям расколото примерно пополам. Одна половина южнокорейцев за развитие сотрудничества с Северной Кореей, другая — за ее удушение. Одна — за сохранение чеболей, поскольку они «тянут» за собой экономику страны, другая половина — лузеры, которые находятся за рамками этих крупнейших южнокорейских корпораций и очень плохо себя чувствуют из-за того, что чеболи их зажимают.

Эта борьба была и раньше, она продолжается и сегодня, но реально чеболи — локомотивы южнокорейской экономики. Кого-то новый президент прижмет, возможно, накажет какую-то конкретную из имеющихся в стране тридцати финансово-промышленных групп. Не исключено, что попадет, например, корпорации Lotte, которая продала землю под американский ракетный комплекс.

Возможно, будет развернута кампания с тем, чтобы сделать руководство и администрацию хотя бы некоторых компаний более прозрачными. Но полностью систему этих крупнейших финансово-промышленных групп Южной Кореи новый президент ломать не станет, потому что это было бы самоубийством для национальной экономики.

Беседовал Александр Желенин

Корея. КНДР > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 12 мая 2017 > № 2172388 Александр Воронцов


Китай. Корея. Япония. РФ > Электроэнергетика > carnegie.ru, 5 мая 2017 > № 2164097 Татьяна Щенкова

Братство кольца: сможет ли Россия пробиться в электроэнергетику Восточной Азии

Татьяна Щенкова

Обострение ситуации вокруг КНДР может окончательно похоронить усилия России по созданию объединенной энергосистемы в Северо-Восточной Азии, которая бы также включала Китай, Японию и Южную Корею. Технические параметры проекта давно разработаны, но просчитать политические риски сейчас не может ни одна из сторон

Проект Азиатского энергокольца долгое время оставался прерогативой частного бизнеса и узкого круга специалистов, но в прошлом году обрел вторую жизнь. В марте 2016 года «Россети», китайская China State Grid, корейская Korea Electric Power Corporation и японская Softbank Group подписали меморандум о совместном развитии электрической энергосистемы в Северо-Восточной Азии. Одновременно свой интерес к соединению энергосистем подтвердил Китай: в Пекине прошла первая международная конференция по глобальному объединению энергосистем (Global Energy Interconnection, GEI) под эгидой китайской Организации по развитию и сотрудничеству в сфере глобального объединения энергосистем (Global Energy Interconnection Development and Cooperation Organization, GEIDCO).

Кульминацией процесса стало выступление Владимира Путина на Восточном экономическом форуме в сентябре, в ходе которого он поддержал инициативу компаний четырех стран по созданию «энергетического суперкольца» и призвал их сформировать межправительственную рабочую группу для детальной проработки проекта. Отдельно российский президент пообещал предоставить конкурентную для Азиатско-Тихоокеанского региона цену на российскую электроэнергию и зафиксировать ее на долгосрочный период.

Прошлогодний успех Азиатского энергокольца выглядит неожиданным только на первый взгляд. В изменившихся реалиях проект стал нужен всем: Китаю – для борьбы с экологическим кризисом и продвижения новых технологий; Южной Корее – для доступа к поставкам электроэнергии; Японии – для снижения цен на электричество на внутреннем рынке; России – для привлечения инвестиций на Дальний Восток. Впрочем, для успешной реализации проекта осознания собственных экономических интересов может оказаться мало: уровень политического доверия между участниками по-прежнему крайне низок.

Замкнуть кольцо

Создать энергетическое кольцо Россия, Китай, Южная Корея и Япония пытаются с середины 2000-х годов. В преддверии саммита АТЭС во Владивостоке идея соединить национальные энергетические системы выглядела актуально, особенно на фоне энергодефицита, с которым столкнулась Япония после аварии на АЭС в Фукусиме.

Японская сторона первой предложила построить энергомост между Сахалином и Хоккайдо, к проекту подключилась российская «Интер РАО», но дальше технико-экономического обоснования стороны не продвинулись: выяснилось, что японское законодательство не предусматривает возможность импорта электроэнергии из-за рубежа. На прошлогоднем ВЭФ о проработке поставок до двух гигаватт по подводному кабелю из Советской Гавани или с острова Сахалин на Хоккайдо заявили «Россети» и японский Soft Bank, но правовые основы для реализации проекта, как и межправительственный механизм для их обсуждения, по-прежнему отсутствуют.

На фоне провалов с Японией диалог России и Китая о развитии электроэнергетических связей выглядел более перспективным: с 2008 года между странами действует межправительственная комиссия по сотрудничеству в сфере энергетики; за годы работы российские и китайские компании накопили опыт совместной реализации проектов, а общий благоприятный фон двусторонних отношений позволял надеяться на скорое продвижение концепции энергокольца.

В 2012 году Восточная энергетическая компания (ВЭК) и China State Grid заключили контракт о поставках в Китай не менее 100 млрд кВт?ч на 25 лет. Однако попытки российских компаний пойти дальше и наладить межгосударственный экспорт электроэнергии в Северо-Восточной Азии не встретили поддержки у китайских партнеров.

В 2013 году российская En+ Group, корейская корпорация Korea Electric Power Corporation и Сколковский институт науки и технологий разработали маршруты поставки электроэнергии из Владивостока, Читы или Благовещенска транзитом через Харбин – Шэньян и Пхеньян на Сеул и далее в Японию. Китайская сторона от обсуждения проекта формально не отказывалась, но процесс затянулся настолько, что его перспективы становились все более туманными. Впрочем, довольно скоро выяснилось, что интерес к проекту, только в другом виде, у Китая все же есть.

Электрический Шелковый путь

В марте 2016 года Китай представил собственную инициативу глобального объединения энергосистем на базе возобновляемой энергии и современных технологий передачи сверх- и ультравысокого напряжения (global energy interconnection, GEI). Политическую поддержку проект получил после выступления Си Цзиньпина на Генассамблее ООН осенью 2015 года. Вскоре для продвижения инициативы была создана Global Energy Interconnection Development and Cooperation Organization, во главе которой встал бывший председатель госкомпании China State Grid Лю Чжэнья.

За витиеватыми формулировками об «энергетического шелкового пути» и о глобальном объединении арктического пояса ветрогенерации, экваториального пояса солнечной генерации и других центров возобновляемой энергии с основными центрами потребления и развитии интеллектуальных распределительных сетей (Smart Grid) лежит стремление Китая максимально использовать создаваемую внутри страны сеть ультравысокого напряжения (UHV), которая должна связать промышленные центры на востоке с энергетическими ресурсными базами в северных и западных регионах и превратить Китай в экспортера электроэнергии, а также продвинуть свои технологии на международный рынок.

На развитие сетей ультравысокого напряжения China State Grid до 2020 года потратит $88 млрд и уже в следующем году введет в эксплуатацию первую в мире ЛЭП ультравысокого напряжения 1100 кВ мощностью 12 ГВт между Синьцзяном и провинцией Аньхой (ЛЭП Чанцзи – Гуцюань), протяженность которой составляет 3400 км. Всего же в соответствии с последним планом Главного энергетического управления, с 2015 до 2020 год Китай вложит $315 млрд в модернизацию сетевой инфраструктуры. За рубежом China State Grid пока реализует только проект Бело-Монте в Бразилии с общей протяженностью двух ЛЭП свыше 4500 км.

Вместе с тем сети сверх- и ультравысокого напряжения в Северо-Восточной Азии Китай стремится развивать в кооперации со странами региона. В состав GEIDCO вошли «Россети» и корейская KEPCO, а заместителем председателя GEIDCO стал глава японского Soft Bank Масаёси Сон. Китайская версия Азиатского энергокольца на первом этапе предполагает строительство линии Вэйхай – Сеул, а затем объединение национальных энергосистем Китая, Южной Кореи, Японии и, в отдаленной перспективе, России в точках выдачи в Шэньяне, Сеуле, Токио, на Хоккайдо, Сахалине и российском Дальнем Востоке. Отдельная линия должна соединить станции в Монголии с китайским Тяньцзинем (проект Сибэ-Обо).

Чего ждать

Обсуждение Азиатского энергокольца традиционно велось в рамках бизнес-логики: представители компаний согласовывали параметры экономической эффективности проекта и ждали договоренностей на межгосударственном уровне. Создание Китаем международной площадки под эгидой GEIDCO для продвижения собственного видения мало что изменило: участниками дискуссии по-прежнему остаются представители бизнеса и исследовательских организаций. Объединение усилий со стороны представителей China State Grid и Soft Bank является примером именно частной инициативы.

Что всерьез мешает проекту, так это политические риски. Один из главных факторов – крайне низкий уровень политического доверия между Китаем, Южной Кореей и Японией. Любое обсуждение совместной энергетической инфраструктуры между этими странами сразу упирается в вопросы национальной безопасности (притом что опыт создания общего рынка электроэнергии Скандинавских стран Nord Pool, с которым хорошо знакомы все участники переговоров, подтверждает – создание общей системы передачи энергии снижает риски, а не повышает их).

Опасения постоянно подогреваются локальными обострениями вроде китайско-южнокорейского спора из-за американских противоракет THAAD или японо-южнокорейской перепалки по поводу сексуального рабства во время Второй мировой войны. Другой извечной головной болью для энергокольца остается вопрос ядерной программы Северной Кореи, которая в последние месяцы вышла на передний план.

В этих условиях России, которая продолжает продвигать Азиатское энергокольцо как потенциальную основу для системы энергетической безопасности в Северо-Восточной Азии, следует быть реалистичной в своих ожиданиях. Сейчас реализация двусторонних проектов, будь то строительство линии Вэйхай – Сеул или энергомоста Сахалин – Хоккайдо, выглядит все более возможной. Поэтому Москве необходимо отказаться от громких политических лозунгов и, держа в уме стратегическую цель построить региональную энергосистему, сосредоточиться на двусторонней работе с партнерами, чтобы избежать ситуации, когда азиатские страны договариваются между собой без учета российских интересов.

Китай. Корея. Япония. РФ > Электроэнергетика > carnegie.ru, 5 мая 2017 > № 2164097 Татьяна Щенкова


Аргентина. США. Корея. Весь мир. РФ > СМИ, ИТ. Транспорт. Экология > forbes.ru, 29 апреля 2017 > № 2158610 Александр Данилин

Доступная «цифра»: так ли дорого сделать город «умным»

Александр Данилин

Руководитель направления стратегических проектов Департамента по работе с государственными организациями Microsoft, реководитель инициативы CityNext («Город будущего»)

Затраты на создание основ «умного города» сопоставимы с вложениями в IT-стартап

Машины без водителя, дроны и другие инновации городской среды будущего постоянно обсуждаются как на крупных бизнес форумах, так и в социальных сетях. В этом нет ничего удивительного, ведь в тех городах по всему миру, где уже пошли по пути диджитализации, на порядок вырос уровень жизни.

В российских реалиях, например, очень бы пригодилась система Street Bump, работающая в Бостоне. Она получает информацию о каждой выбоине на дороге с датчиков, установленных на колесах автомобилей, и отправляет ее в коммунальные службы. Только за один год работы программы количество ям на дорогах уменьшилось почти вдвое. В Амстердаме раздельным сбором мусора занимаются роботы-уборщики, в Нью-Йорке каждый житель обеспечен бесплатным доступом в интернет в общественных местах. «Умные системы» помогают бороться с пробками, управлять общественным транспортом, экономить на уличном освещении и даже решать экологические проблемы.

Эксперты видят в повсеместной цифровизации жилой и транспортной инфраструктуры один из фундаментальных трендов развития этой сферы. Предполагается, что в предстоящие годы основные инвестиции властей в IT будут направлены именно на «умные города и регионы». Отдача от этих вложений — это экономия ресурсов и безопасность. В долгосрочной перспективе городские инновации обещают устойчивое экономическое развитие и повышение качества жизни миллионов людей. Возникает вопрос: во сколько же обойдется такой проект?

Совсем недорого

«Сколько стоит создание IT-систем умного города?» — это, безусловно, вопрос инвестиций в перспективе на многие годы вперед. Тем ни менее, можно попробовать дать приблизительную оценку созданию основ «умного города».

Межамериканский банк развития (Inter-American Development Bank) в 2016 году опубликовал доклад «Дорога к умным городам» («The Road toward Smart Cities»), где подсчитал затраты на создание базовых компонентов «умной инфраструктуры» для гипотетического города с населением в 250 000 -500 000 человек. В рассматриваемый проект было заложено развертывание 600 км оптоволокна (50 км магистральных каналов и 550 км «последней мили»), установка камер видеонаблюдения, датчиков и компьютеров, создание ряда прикладных систем и базы данных, строительство ситуационного центра и обучение служащих. Всего к системе должно было быть подключено около 100 административных и муниципальных зданий. В результате оценка предполагаемых вложений составила $20-30 млн, что сопоставимо, например, с инвестициями в перспективный коммерческий IT-стартап.

Если аппроксимировать эти цифры на 100 крупнейших городов России, то затраты составят $3-4,6 млрд без учета инвестиций в цифровые технологии на уровне регионов, со стороны бизнеса и т.д. Получается, что речь идет не о таких уж космических суммах, как могло бы показаться на первый взгляд.

Что уже создано?

Существует множество примеров использования «умных решений» в традиционных городах по всему миру. В частности, в Барселоне, Сан-Франциско, Милтон-Кинсе (Великобритания), Сингапуре и т.д. А в Южной Корее недавно появился Сонгдо — первый «умный город», целиком и полностью построенный с нуля.

Со стороны бизнеса игроками этого рынка являются большинство глобальных технологических корпораций и телекоммуникационных операторов. Совместно с городским администрациям они выстраивают «умные системы» с использованием интернета вещей (IoT), облачных технологий и анализа больших данных.

Но нельзя быть сапожником без сапог. К примеру, мы построили кластер в Редмонде (штат Вашингтон, США), занимающий площадь примерно в 20 га и включающий в себя 145 зданий, можно назвать «умного города будущего». Для его создания использованы возможности интернета вещей и разработала программную платформу ESB (Energy-Smart Buildings) для анализа данных. Причем речь идет не только о показателях с измерительных приборов, но и о другой корпоративной статистике, даже прогнозы погоды. ESB получает данные от зданий кампуса, в которых установлено 550 000 датчиков, снимающих информацию о 2 млн параметров состояния инженерного оборудования. Это дает около 500 млн отсчетов ежедневно. Собранная информация концентрируется в операционном центре, где она представляется в формате интерактивных графических панелей, отчетов и пр. Облачные сервисы обеспечивают хранение и обработку этих данных в реальном времени. Решение, по нашей статистике, позволяет устранять 48% проблем в течение всего 60 секунд, а годовая экономия электроэнергии составляет 10-11%, за счет чего весь проект окупил себя в течение 18 месяцев.

Цифры и факты

Городские власти чаще всего подходят к цифровизации поэтапно, проходя путь от одного «умного здания» до целых систем, обеспечивающих инновационный подход к решению ежедневных проблем населения.

Например, SAP работает в Буэнос-Айресе одновременно по трем проектам. Система предсказания наводнений компании анализирует информацию, поступающую в онлайн режиме с датчиков, установленных на 1500 км водосточных труб аргентинской столицы. На основе получаемых данных и статистики прошлых лет формируется прогноз вероятности чрезвычайных происшествий. Кроме того, в случае неполадок в канализации ремонтные службы получают информацию о них в режиме реального времени. Совместно с Philips, благодаря которой 91 000 фонарей города теперь оснащена светодиодами и подключена к интернету, SAP создал систему, позволяющую экономить электричество при освещении улиц и своевременно менять выходящие из строя лампы. В планах SAP также оснастить 2 000 коммерческих мусорных баков датчиками для отслеживания их наполненности. Это позволит оптимизировать маршруты мусоровозов, а значит сократить расходы на топливо и разгрузить магистрали Буэнос-Айреса.

«Умные решения» для различных видов транспорта очень часто являются предметом первой необходимости для городов. В этой сфере уже реализована масса проектов по всему миру. К примеру, автобусная компания Хельсинки — Helsingin Bussiliikenne Oy использует IoT облачные сервисы для сбора информации с датчиков, установленных в автобусах. Решение, в частности, контролирует характер вождения, включая такие параметры как скорость и необходимость экстренного торможения. Эта информация предоставляется водителям для повышения качества их работы. Данные датчиков о потреблении топлива, температуре двигателей позволяют идентифицировать автобусы, в которых возникают те или иные механические проблемы. Это позволило на 5% сократить потребление горючего, повысить производительность труда водителей и увеличить степень удовлетворенности пассажиров на 7%.

Другое решение для «умных городов» в партнерстве с IBM создала компания Streetline. Через мобильное приложение оно оповещает городские власти Лос-Анджелеса и обычных жителей о наличии свободных парковочных мест в той или иной зоне. Сервис помогает сократить загрузку парковок в пиковые часы на 22% и уменьшить общий объем трафика на дорогах на 8%.

Энергоэффективность также является неотъемлемой частью «умного города». Компания Current, объединившая активы General Electric (GE) в этой сфере, разработала интеллектуальное светодиодное решение для третьего по величине в континентальном Китае города Тяньцзинь. Оно позволило уменьшить затраты на уличное освещение его бизнес центра более чем на 50%. Внедрение платформы компании Philips — Philips CityTouch и модернизация 50 000 фонарей с помощью светодиодов помогло Семарангу, входящему в пятерку крупнейших городов Индонезии, сократить операционные расходы и повысить эффективность использования электроэнергии. Благодаря решению Microsoft для «умных зданий» американский Сиэтл смог сократить свои затраты на электроэнергию и расходы на техническое обслуживание зданий в коммерческом центре в диапазоне 10-25%.

Перед населением крупных городов всегда остро стоит и проблема экологии. Даже если не рассматривать китайские города, печально известные своим смогом, то, например, по данным Королевского колледжа Лондона (King’s College London), от загрязнения воздуха в 2010 году умерло порядка 9400 жителей столицы Объединенного Королевства. Совместный проект Intel с британским научным сообществом — Sensing London — одна из многих попыток, предпринимаемых по всему миру для решения проблем изменения климата и ограниченных ресурсов с помощью IoT. Для его реализации по всему Лондону было размещено более 80 датчиков мониторинга качества воздуха. Благодаря проекту исследователи могут получать информацию по наиболее загрязненным районам города и вырабатывать стратегии по решению проблемы. В рамках другого проекта Intel, связанного с инновациями в сфере экологии, городской совет Дублина использует технологии корпорации для IoT для прогнозирования изменения погодных условий и сокращения ущерба от наводнений.

Совсем недавно, в феврале 2017 года, Intel, Current и американский телекоммуникационный оператор AT&T объявили о развертывании системы по наблюдению за дорожной ситуацией и мелкими преступлениями в Сан-Диего (США). Она подразумевает оснащение 3200 фонарей города камерами, микрофонами и сенсорами, а также замену старых ламп на светодиоды на 23% городских конструкций для освещения улиц. В 2014 году аналитики Frost&Sullivan оценивали объем относительно молодого рынка таких «умных решений» для городов в $1,5 трлн к 2020 году.

Следующим шагом развития умных городов является — поиск способов для объединения разрозненных «умных технологий» в единую цепь, примеры которых пока не скорее единичны. Например, Барселона, которую можно считать одним из первопроходцев движения к инновациям, в сотрудничестве с Cisco реализует проект по интеграции своих транспортных решений, системы по управлению отходами и «умным освещением» с помощью «туманных вычислений» (fog computing) для принятия комплексных решений в режиме реального времени.

Промежуточные итоги

Реализованные проекты показывают, что внедрение технологий «умных зданий» позволяет сэкономить от 10 до 30% электроэнергии и до 20% воды. При этом число аварий в электросетях может быть уменьшено на 45%, а в сетях водоснабжения и системе сточных вод — на 20%. Кроме того, расходы на сбор измерений сокращаются на 30%, а на эксплуатацию — на 15%.

В свою очередь, «умный транспорт» — это до 20% экономии времени на поездках, 15% уменьшения времени поиска парковок, 10% сокращения времени простоя транспортных средств, 5-12% экономия горючего и до 7% снижения вредных выбросов в атмосферу. То есть и дышать легче, и времени свободного больше.

Эти цифры говорят сами за себя, а значит «умные города» стоят того, чтобы в них инвестировать. Кроме того, можно предположить, что цифровизация, как и в сфере бизнеса, поможет городам бороться за человеческие ресурсы, без которых невозможно будущие развитие.

Аргентина. США. Корея. Весь мир. РФ > СМИ, ИТ. Транспорт. Экология > forbes.ru, 29 апреля 2017 > № 2158610 Александр Данилин


Узбекистан. Корея > Миграция, виза, туризм > gazeta.uz, 25 апреля 2017 > № 2153280

Министр труда Азиз Абдухакимов и посол Республики Корея Квон Ён У на встрече 22 апреля обсудили совершенствование механизмов набора граждан Узбекистана для трудовой деятельности в Республике Корея.

Как сообщила пресс-служба Минтруда, сторонами рассмотрены вопросы, связанные с увеличением квоты для представителей Узбекистана, упрощения процесса выдачи разрешений, а также обеспечения объективности, справедливости и прозрачности в процессе отбора.

Отдельно обсуждены вопросы, связанные с учреждением представительства Агентства по вопросам внешней трудовой миграции Минтруда Узбекистана в Республике Корея.

Министр труда проинформировал корейскую сторону об отставке руководства агентства после недавнего неудачного проведения тестирования желающих отправиться на работу в Южную Корею.

Были высказаны предложения по новым механизмам набора работников, в том числе основанных на региональных квотах, активном вовлечении в контроль процесса общественности, а также проведении разъяснительных работ среди населения о ведении законной трудовой деятельности в Республике Корея.

Стороны договорились поднять сотрудничество между уполномоченными органами в области трудовой миграции «на качественно новый уровень».

Узбекистан. Корея > Миграция, виза, туризм > gazeta.uz, 25 апреля 2017 > № 2153280


США. КНДР. Корея > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 18 апреля 2017 > № 2144172 Александр Проханов

 Пасхальное яйцо для Ким Чен Ына

воля и мощь американских военных могут быть остановлены только волей и мощью

Александр Проханов

У Трампа бычья голова, маленький лоб, тяжёлые надбровные дуги и набрякшие силой и безумным упрямством глаза. Отстрелявшись по Сирии, он нагнал к берегам Северной Кореи авианосцев, кипятит воду, выпаривает океан в надежде, что все северокорейские подводные лодки окажутся на мели, и по отмели американские «морские котики» дойдут до корейского берега и убьют Ким Чен Ына, послав ему отравленный торт – тот самый, что Трамп не доел в обществе китайского лидера Си Цзиньпина. А если операция не удастся, Трамп взорвёт над Северной Кореей несколько атомных бомб.

Над этим можно сколько угодно шутить, но угроза американцев разбомбить Северную Корею – не блеф. Американцы редко блефуют. У них есть военная мощь и воля, что исключает необходимость блефа.

Американцы не блефовали, угрожая разбомбить Югославию. И они её разбомбили беспощадно. Первобытная разрушительная сила, которая исходила от американцев, парализовала Милошевича. И он, безвольный, был сломлен. Среди взрывов крылатых ракет, которые рвали на части Белград, он не дал приказ своим войскам ударить в сухопутный корпус американцев, нанести им наземное поражение. Я помню его печальные глаза – глаза человека, обречённого на заклание. Он поплатился свободой и был умерщвлён в Гааге.

Американцы не блефовали, когда грозили разбомбить Ирак. Генерал-врун потряхивал пробиркой, в которой, по его словам, содержалось оружие массового уничтожения. Это произвело магическое парализующее воздействие на Саддама Хуссейна, его генералов, разведчиков, начальников гвардии. К моменту, когда началась бомбардировка Ирака и войска англосаксов вторглись на его территорию, Саддам Хуссейн был сломлен. Гвардия изменила, разбежалась от своего непобедимого лидера. Сначала его засунули в подпол, а потом отдали на растерзание вешателям.

Я помню глаза Саддама Хуссейна за несколько недель до трагедии: в них была ноющая, тихая печаль и предчувствие смерти.

Норьега, законно избранный президент Панамы, заикнувшийся о правах панамского народа на Панамский канал, был похищен американскими спецподразделениями из собственной постели и помещёнв американскую тюрьму как наркоторговец.

Воля и мощь американских военных могут быть остановлены только волей и мощью. Иран– прекрасное, целостное, блестяще организованное, одухотворённое государство. Десятки лет оно живёт под угрозой американских и израильских бомбардировок. Окружённое блокадой, под прицелом авианосцев, оно ни разу не дрогнуло, создавая своё ядерное производство, выпуская в небо одну за другой баллистические ракеты, формируя одно за другим поколения иранцев, готовых умереть за отечество. И Америка ходит кругами, прицеливается к Тегерану, к священному городу Кум, к ядерным центрам и ракетным полигонам. Прицеливается, но не решается нажать на спуск.

То же самое и Северная Корея. Небольшое уникальное и неповторимое государство. Почти единственное, что уцелело под напором американской глобальной агрессии. Уцелев, строилось, развивалось, в то время как рядом падали целые цивилизации, включая и советскую красную, сгинувшую под американским башмаком.

Мобилизация, труд, вера в армию, в вождей, в свою неповторимость, в своё мессианство. Северная Корея драгоценна и неповторима, угодна Господу, как сверхпрочный уникальный кристалл, рождённый под страшным давлением времени в раскалённом тигле противоборства.

Волю к сопротивлению, незыблемый стоицизм я чувствовал в Пхеньяне, когда смотрел на литые колонны армейских подразделений. Когда в разговорах с простыми людьми стремился понять религиозную философию чучхе, где вождь и народ являют собой планетарную системус негасимым солнцем вождя и бесчисленными орбитами планет.

Эту волю к сопротивлению я чувствовал на 38-й параллели, там, где пролегает пограничный незримый рубец, оставленный страшной корейской междоусобицей. Эту непреклонную волю я ощущал на разведывательном американском корабле «Пуэбло», который был взят корейцами в плен у своего побережья, итеперь в центре Пхеньяна стоит как военный трофей, говорящий о провале американцев и о триумфе красной Кореи.

Если американские штурмовики и крылатые ракеты решатся на удар по Корее, вся грозная стальная мощь северокорейской армии перейдёт пограничную 38-ю параллель и двинется вглубь южнокорейской территории, врежется в рыхлое, демобилизованное, не готовое к сопротивлению месиво. И взрывы американских ракет послужат долгожданному объединению двух Корей. В современном мире ресурсом является не только подлётное время крылатых и баллистических ракет, не только мегатонны боеголовок, беспилотники, генштабистские проекты – ресурсом соперничества являются воля и интеллект. Россия после 1991 года была парализована лоботомией и утратила волю, она утратила боеспособную армию, почти лишилась ракетно-ядерного щита и тех политиков и генералов, которые способны запустить ракеты в ответ на атаку агрессоров.

Сегодня Россия вернулась в глобальную политику как равноправный субъект. Обладая экономикой в десятки раз более слабой, чем экономика Запада, имея армию, по численности и вооружению уступающую армии НАТО, Россия вышла в мировой океан, ощутила свои национальные интересы на всех широтах планеты, добилась этого благодаря воле лидера, интеллекту своих дипломатов и той непобедимой вере в благодать и бессмертие, которая делает русский народ пасхальным народом, делает Россию страной воскрешения и восстания из мёртвых.

И мы, глядя на мрачные туши авианосцев, на тяжёлые надбровные дуги Трампа, видим блеск наших чудных весенних ручьёв, умилительную наивную красоту вербной ветки, нежное пламя хрупкой свечи и повторяем: «Да воскреснет Бог! Да расточатся враги его!».

США. КНДР. Корея > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 18 апреля 2017 > № 2144172 Александр Проханов


Узбекистан. Корея > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > gazeta.uz, 17 апреля 2017 > № 2145064

Центры профессионального обучения безработных граждан появятся во всех регионах Узбекистана в 2017—2020 годах. Программа по их поэтапному созданию одобрена постановлением Кабинета Министров от 10 апреля, сообщает Norma.uz.

Напомним, центры профобучения были открыты в Ташкенте и Самарканде при содействии Республики Корея. Аналогичный проект реализуется сейчас в Шахрисабзе. Республика Корея также поддержит создание центров в Ургенче и Ферганской долине (Коканде или Фергане). Источниками финансирования строительства центров в других городах станут средства госфонда содействия занятости, гранты стран-доноров и льготные кредиты международных финансовых институтов.

Центры на 240 мест каждый будут заниматься бесплатной переподготовкой и повышением квалификации по востребованным на рынке труда специальностям и профессиям. Срок обучения граждан со средним специальным, профессиональным образованием составит до одного года.

Кроме того, центры будут предлагать краткосрочные платные курсы по повышению квалификации для лиц, ищущих работу, а также работников — по заявкам работодателей, в объеме не более 15% от общего количества ежегодного набора обучающихся.

Учащиеся из числа безработных в период бесплатного обучения будут получать стипендию в размере одной минимальной заработной планы в течение максимум полугода за счет средств фонда содействия занятости.

Узбекистан. Корея > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > gazeta.uz, 17 апреля 2017 > № 2145064


КНДР. США. Корея > Армия, полиция > carnegie.ru, 17 апреля 2017 > № 2142761 Андрей Ланьков

Северная Корея и Трамп: далеко ли до войны

Андрей Ланьков

Есть ситуация, в которой риск большой войны в Восточной Азии может показаться Белому дому приемлемым. КНДР активно работает над созданием межконтинентальной баллистической ракеты, способной доставить ядерную боеголовку до территории континентальных США. Если работы эти увенчаются успехом, то Северная Корея наряду с Россией и Китаем станет третьей страной, способной нанести ядерный удар по США

В последние дни мировые СМИ опять заполнены сообщениями, что Корейский полуостров, дескать, «находится на пороге войны». Жители самого Корейского полуострова, по крайней мере южной его части, не очень-то обращают внимание на эти сообщения, что и неудивительно: к подобным приступам паники в зарубежных СМИ они привыкли, потому что случаются эти приступы регулярно, в среднем раз в пару лет.

Вызваны они дипломатическими маневрами сторон, которым иногда кажется выгодным поиграть в воинственность и непредсказуемость, чтобы поднять уровень напряженности и таким образом сделать партнеров более сговорчивыми. В большинстве случаев такими вещами занимались руководители Северной Кореи, но сейчас мы наблюдаем несколько необычный расклад: многозначительные угрозы и воинственное бряцание оружием раздаются со стороны Вашингтона. Однако суть дипломатической игры, доставляющей такой драйв журналистам, от этого не сильно меняется.

Понятно, что подобная тактика может работать только в том случае, если внешний мир сомневается в рациональности или вменяемости бряцателя оружием. На протяжении десятилетий северокорейское руководство последовательно разыгрывало карту «нерациональности», которая якобы была присуща официальному Пхеньяну – притом что в действительности у государственного руля там стояли люди жесткие, но крайне рациональные и абсолютно вменяемые. Сейчас репутация человека иррационального, импульсивного и непредсказуемого закрепилась за американским президентом, так что нынешние действия США действительно могут вызывать некоторое напряжение у наблюдателей.

Представители США открыто заявляют, что в Вашингтоне рассматривается и силовой вариант решения северокорейского ядерного вопроса, к берегам Корейского полуострова отправлены внушительные силы, включающие авианосную ударную группировку, а президент Трамп (конечно же, в своем любимом твиттере) заверил, что обещанного правительством КНДР испытательного запуска межконтинентальной ракеты «не будет».

Смена привычных ролей в этом неоднократно виденном спектакле не может не забавлять: на этот раз США грозятся, а Северная Корея слабо и несколько растерянно отбивается. Однако возникает вопрос: надо ли воспринимать все это всерьез? С одной стороны, в силу причин, о которых пойдет речь дальше, слишком напрягаться по поводу происходящего спектакля не следует. С другой стороны, нельзя забывать и о том, что с избранием непредсказуемого (или, точнее, считающегося таковым) Дональда Трампа президентом США вероятность конфликта в Корее действительно возросла. Однако этот конфликт реален только в ситуации, до которой дело пока не дошло и не дойдет в ближайшее время.

Сразу после избрания президентом Трамп, насколько известно, всерьез подумывал о том, что корейскую ядерную проблему неплохо было бы решить в том же стиле, в котором Израиль когда-то разобрался с иракской и сирийской ядерной проблемой, то есть применить военную силу против известных американской разведке объектов ракетно-ядерного комплекса.

Но уже к началу марта, пообщавшись со специалистами, Трамп осознал, что ситуация в Корее сильно отличается от сирийской и что применение силы будет слишком рискованным. Дело тут в том, что на американский удар по ядерным объектам на своей территории Северная Корея с большой долей вероятности ответит артиллерийским ударом по американским и южнокорейским объектам в Сеуле (собственно говоря, именно этим северокорейцы на днях официально и пригрозили). Такой удар почти наверняка приведет к масштабной войне, а эта война, даже если она в итоге и окончится победой американо-южнокорейской стороны, приведет к таким людским и экономическим потерям, которые неприемлемы и для США, и лично для президента Трампа.

Есть, однако, ситуация, в которой риск большой войны в Восточной Азии может показаться Белому дому приемлемым. Дело в том, что Северная Корея в последние годы активно работает над созданием межконтинентальной баллистической ракеты (МБР), способной доставить ядерную боеголовку до цели на территории континентальных США. Если работы эти увенчаются успехом (что очень похоже), то Северная Корея наряду с Россией и Китаем станет третьей страной, способной нанести ядерный удар по США.

Понятно, что такой поворот событий воспримут в США как прямую угрозу, а для Трампа тот факт, что подобная ситуация возникла, так сказать, в его «дежурство по Белому дому», станет особенно унизительным. Поэтому удачное испытание МБР, если оно случится в ближайшие несколько лет, с некоторой – впрочем, не очень большой – долей вероятности может привести к тому, что Вашингтон решится на превентивный удар.

Однако пока до этого не дошло. Хотя работы над МБР идут, насколько можно судить, весьма успешно, от первого испытательного запуска нас отделяют скорее даже не месяцы, а годы – и не факт, что этот запуск пройдет успешно. Пока же нанесение удара по Северной Корее никому не нужно, оно приведет к тяжелейшим последствиям и для США, и лично для Дональда Трампа, и в Вашингтоне, к счастью, это обстоятельство осознали.

Чего же в США добиваются сейчас, нагнетая ситуацию в том стиле, в котором до недавнего времени работал исключительно Пхеньян? Пока главная задача заключается в том, чтобы показать серьезность своих намерений и наглядно пояснить Китаю, который никак не заинтересован в конфликте у своих границ, что ему будет лучше присоединиться к американским усилиям и начать оказывать на КНДР более активное давление.

Отчасти целью маневров является и сама Северная Корея: нельзя исключать, что Ким Чен Ын дрогнет, столкнувшись с такими действиями со стороны Трампа, которого в мире считают непредсказуемым – особенно на фоне ракетного удара по Сирии.

Не исключено, кстати, что подобная тактика работает: данные спутниковой съемки показывают, что КНДР на днях закончила подготовку к очередным ядерным испытаниям, которые, как логично ожидать, могли быть приурочены к главному празднику страны, Дню солнца (то есть к 15 апреля, дню рождения основателя династии Кимов Ким Ир Сена). Но День солнца, ознаменовавшийся грандиозным военным парадом, прошел без испытаний. Причины их отмены или задержки могут быть, конечно, чисто техническими, но есть немалая вероятность того, что Ким Чен Ын, столкнувшись с неожиданной американской воинственностью, решил проявить осторожность и отложить мероприятие на какое-то время.

В любом случае нынешняя паника в СМИ, как и похожие паники прошлых лет (например, быстро забывшаяся, но впечатляющая по накалу паника марта – апреля 2013 года), не должна приниматься всерьез. Хотя избрание Дональда Трампа президентом США, равно как и успехи северокорейских ракетчиков увеличивают вероятность полномасштабного конфликта на Корейском полуострове, эта вероятность, во-первых, все равно остается достаточно низкой, а во-вторых, такой конфликт может стать реальностью только в обстоятельствах, до которых дело еще не дошло.

КНДР. США. Корея > Армия, полиция > carnegie.ru, 17 апреля 2017 > № 2142761 Андрей Ланьков


Корея. ЦФО > СМИ, ИТ > comnews.ru, 5 апреля 2017 > № 2129459

Cпрос на UHD подогревается

Елизавета Титаренко

Завод южнокорейской Samsung Electronics, расположенный в Калужской области (ООО "Самсунг Электроникс Рус Калуга"), запустил производство премиальных QLED-телевизоров. Эти устройства поддерживают как Ultra HD/4K-формат, так и другие форматы (HD, HDR). По оценкам аналитиков, премиальный сегмент рынка мало зависит от экономической конъюнктуры, и даже в последние годы продажи телевизоров класса премиум растут быстрыми темпами, а драйвером роста становятся технологические веяния, в том числе и UHD. В этом формате уже транслируется ряд телеканалов и фильмов в России.

Как рассказал директор департамента потребительской электроники Samsung Electronics в России Дмитрий Карташев, премиальные телевизоры - это сегмент рынка, который растет несмотря на непростую экономическую ситуацию в России. По данным Gfk, в 2013 г. в России было продано 9,2 млн телевизоров, в 2014 г. - 10,4 млн, что на 13% больше. Однако в 2015 г. продажи упали на 47% до 5,5 млн штук. В 2016 г. продажи телевизоров в России упали на 6%, до 5,2 млн штук. В стоимостном выражении продажи росли в 2013 г. и 2014 г., однако в 2015 г. упали на 33%, до 132 млрд руб., а в 2016 г. выросли незначительно - на 2%, до 135 млрд руб.

"Сегмент премиальных телевизоров - мы понимаем под ними устройства ценой более 100 тыс. руб. - показывал незначительное падение в 2015 г. и существенный рост в 2016 г. В 2015 г. было продано 52 тыс. таких устройств, а в 2016 г. - 69,2 тыс. А в стоимостном выражении продажи премиальных телевизоров в 2015 г. упали на 9%, до 9 млрд руб., зато в 2016 г. выросли на 26%, до 11,5 млрд руб.", - отметил Дмитрий Карташев.

Линейка QLED-телевизоров Samsung относится к премиальному классу. Стоимость такого телевизора будет в диапазоне от 140 тыс. руб. до 1,4 млн руб. Как говорит Дмитрий Карташев, Samsung ожидает, что в штучном выражении продажи новых устройств составят несколько процентов от продаж всех телевизоров вендора. "Однако в стоимостном выражении их доля будет существенно больше - около 10% от всех продаж", - подчеркнул он. Дмитрий Карташев добавил, что подавляющее большинство выпускаемых телевизоров Samsung поддерживают формат Full HD. Помимо премиальных телевизоров у компании есть и UHD-телевизоры для массового сегмента, стоят они 35-40 тыс.

Сейчас Samsung запустил процедуру предзаказа на новую электронику. "Текущий статус предзаказа опережает наши ожидания, поэтому мы уверены, что телевизоры получат достойную оценку со стороны наших потребителей", - подчеркнул он.

Тем временем Дмитрий Карташев признает, что развитие устройств идет на шаг впереди развития контента. "Однако мы уже видим, что все больше и больше появляется фильмов и контента в 4К. Мы уверены, что чем больше на рынке будет устройств, которые поддерживают такие форматы, тем больше будет появляться соответствующего контента", - говорит он. По его словам, премиальный контент в 4К поставляют партнеры Samsung по всей России. Среди них - онлайн-кинотеатры Ivi, Megogo, Okko. Кроме того, контент 4К есть и у YouTube: у сервиса недавно появилось приложение, которое позволяет смотреть на Smart TV видео в формате 4K.

По данным представителя федерального ретейлера "М.Видео", в 2016 г. сегмент телевизоров дороже 50 тыс. руб. показал рост в натуральном выражении - продажи увеличились более чем на треть. "Телевизоры с поддержкой UHD становятся мейнстримом - продажи в денежном выражении выросли на 75%, в штуках - практически вдвое. Позитивное влияние на продажи ТВ с UHD оказывает рост доступного контента", - сказал он.

Вещание в формате UHD активно развивают российские операторы спутникового ТВ. "Триколор ТВ" в июне 2013 г. первым в России осуществил спутниковую телевизионную трансляцию в новом формате Ultra HD. С 15 ноября 2015 г. "Триколор ТВ" первым в России и одним из первых в мире запустил вещание в UHD-качестве. Абонентам оператора уже доступны телеканалы Insight UHD (производства европейской компании TERN, дистрибуции компании "Первый ТВЧ"), телеканал производства "Триколор ТВ" - Tricolor Ultra HD, по которому круглосуточно транслируется жанровое кино, канал Fasion One, посвященный моде, развлечениям и стилю жизни, а также спортивно-развлекательный телеканал Russian Extreme Ultra.

"С момента старта коммерческого вещания пока не прошло и года, поэтому еще рано приводить конкретные цифры. Однако рост подключений превышает наши первоначальные прогнозы. Ultra HD - новый этап развития современного телевидения. UHD-рынок развивается постепенно: растет проникновение 4K-телевизоров в России, производится больше контента в формате Ultra HD. Проводимые нами исследования, без сомнения, показывают интерес телезрителей к 4К-телевидению", - подчеркнула пресс-секретарь "Триколора ТВ" Ульяна Рассказова.

МТС с 7 февраля 2017 г. запустила тестовое вещание телеканала Russian Extreme Ultra (в формате UHD). "МТС запустила Ultra HD в тестовом режиме, для изучения спроса на этот контент. Цель теста - сравнение пользовательских предпочтений в городе и в загородных условиях, влияние Ultra HD на лояльность и оттоки", - пояснил пресс-секратарь ПАО "Мобильные ТелеСистемы" (МТС) Дмитрий Солодовников. По его словам, в России пока нет большого объема высокорейтинговых Ultra HD-каналов, поскольку спрос в России не сформирован и присутствие каналов Ultra HD пока не окупается. "Ultra HD - это следующий и неминуемый этап развития телевидения, неизбежный, как в свое время обычное HD-телевидение. МТС, выйдя на рынок, надеется переломить этот тренд. МТС планирует в 2018 г. выйти на четыре канала Ultra HD. Напомню, МТС запустила Ultra HD в спутнике и кабеле, готовится запускать в IPTV, чтобы быть готовой первой снять сливки с этого рынка, - подчеркнул Дмитрий Солодовников. - Однако вопрос, является ли Ultra HD драйвером продаж, открыт до появления рейтингового контента".

Директор по развитию и управлению бизнес-процессами ГК "Орион" Елена Ячменникова сообщила, что спутниковые емкости и технологическая платформа ГК "Орион" позволяют осуществлять трансляцию каналов стандарта Ultra HD, но на текущий момент они не включены в пакеты. "Ultra HD - это не тренд настоящего времени. По нашему убеждению, массовым спросом такие каналы пока пользоваться не будут. Обусловлено это отсутствием у абонентов необходимого приемного оборудования, высокой стоимостью контента и недостатком адаптированного, переводного, Ultra HD-контента на российском рынке", - пояснила она.

С апреля 2017 г. ООО "НТВ-Плюс" начало вещание трех телеканалов в стандарте сверхвысокой четкости (Ultra HD) в Дальневосточном федеральном округе и в Сибири. До майских праздников 4К-вещание станет доступно для абонентов оператора в европейской части страны.

Как говорит аналитик ГК "Финам" Тимур Нигматуллин, премиальный сегмент рынка относительно слабо зависит от экономической конъюнктуры. "При этом важным драйвером роста скорее являются технологические веяния и модные тенденции. Таким образом, всплеск спроса вполне может быть обусловлен тем, что к текущему моменту устарели предыдущие премиальные линейки производителей. Между тем новые технологии, в том числе Ultra HD, как существенно улучшающие пользовательский опыт у владельцев телевизоров, закономерно занимают их место", - считает он. По его мнению, ограничивает спрос на UHD-телевизоры небольшое количество контента.

Корея. ЦФО > СМИ, ИТ > comnews.ru, 5 апреля 2017 > № 2129459


Корея > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 21 марта 2017 > № 2111169 Галина Костюнина

Южнокорейская политика участия в региональных торговых соглашениях

Галина Костюнина, Профессор кафедры МЭО и ВЭС МГИМО (У) МИД РФ, доктор экономических наук

Исследование выполнено при финансовой поддержке РГНФ. Проект «Трансформация международных отношений в Северо-Восточной Азии и национальные интересы России». №16-03-00602.

Республика Корея (РК) входит в десятку экспортеров мира, занимая по итогам 2015 года шестое место в мировом экспорте и девятое место в мировом импорте. За 1980-2015 годы ее удельный вес в мировом экспорте увеличился с 0,85 до 3,2%, в мировом импорте - с 1,07 до 2,6%1. Таким образом, за более чем четыре десятилетия наблюдается углубление участия РК в международном разделении труда.

Южнокорейская торговая политика в 1960-1990-х годах

До 1960-х годов Республика Корея проводила политику импортозамещения, нацеленную на индустриализацию экономики по созданию трудоемких отраслей с учетом дешевой и относительно квалифицированной рабочей силы. Узость внутреннего рынка, а также присоединение к Генеральному соглашению по тарифам и торговле (ГАТТ) в 1967 году потребовали изменений в характере торговой политики - переноса акцента на экспортное ориентирование. Членство в ГАТТ позволило пользоваться преимуществами Общей системы невзаимных и недискриминационных торговых преференций в отношении экспорта промышленной продукции и одновременно защитить национальный рынок с учетом статуса развивающейся страны. Товарная структура южнокорейского экспорта была представлена в основном сырьем и продукцией легкой промышленности.

В 1970-х годах основой экономики РК становятся тяжелая промышленность и химическая отрасль благодаря поставленной задаче расширения объема и диверсификации структуры экспорта страны. Одновременно в этот период происходит динамичный рост таких известных ныне ТНК, как «Самсунг» и «Хендай», которые становятся конгломератами.

С начала 1980-х годов в Республике Корея проводится либерализация торговой политики страны, что стимулировало рост открытости рынка и дерегулирование национальной экономики. В основу такой политики был положен пятилетний план либерализации импорта на период 1983-1988 годов. В результате средневзвешенные ставки таможенных пошлин снизились с 23,7 до 18,1%, а уровень либерализации импорта возрос с 80,3 до 95,2% за рассматриваемый период, а к 1995 году - до 99,0%2.

В 1990-х годах руководство страны расценивало региональные торговые соглашения (РТС) как инструмент, предоставляющий эффект отклонения торговли (т. е. снижения товарооборота), что было неприемлемо для РК, экономика которой значительно зависит от внешней торговли. Поэтому такие соглашения не подписывались.

Азиатский финансовый кризис 1997 года привел к снижению темпов экономического развития и девальвации курса южнокорейской воны по отношению к американскому доллару. Потребовалась внешняя финансовая помощь, которую предоставил МВФ в объеме 21 млрд. долларов. Сниженный валютный курс национальной денежной единицы стал основой активной экспортной политики, позволив удешевить национальные товары на внешних рынках, а значит, решить проблему дефицита торгового баланса и увеличить его сальдо с ?8,5 млрд. долларов до +19 млрд. долларов за 1997-1999 годы, а также стать одной из наиболее открытых экономик мира.

До азиатского финансового кризиса торговая политика РК проводилась с учетом важности многосторонней торговли, а не подписания РТС. Но негативное влияние кризиса привело к необходимости внесения изменений в торговую политику. В 1998 году Президент Ким Дэ Чжун предложил новую политику в отношении зон свободной торговли как один из инструментов реформирования национальной экономики и сохранения позиций национальных компаний на внешних рынках. Акцент делается на двусторонние РТС, которые позволяют минимизировать негативные последствия своего функционирования на те или иные отрасли национальной экономики. Необходимо было правильно оценить соотношение между издержками и преимуществами от членства в зонах свободной торговли (ЗСТ). Конкуренция со стороны товаров страны-партнера могла негативно сказаться на менее развитых и более чувствительных отраслях национальной экономики.

В таких условиях в Республике Корея было решено подписывать РТС со странами географически удаленными и менее значимыми для южнокорейской торговли, как Чили и Сингапур, Индия и Канада. Так, доля Чили в товарообороте РК равна 0,63%, доля Индии - 1,23%, Канады - 1,11%, Сингапура - 2,33%.

К концу 1990-х годов южнокорейская торговая политика в отношении региональных торговых соглашений стала ответом на интеграционный бум в мировой экономике, который начался с середины 1990-х годов. Руководство страны исходило с позиции защиты национального рынка и наиболее чувствительных отраслей экономики.

Первые переговоры по подписанию РТС с Чили начались в 1999 году. Такой выбор вызван географической удаленностью, различными климатическими условиями, чтобы погасить негативную реакцию южнокорейских фермеров, обеспокоенных либерализацией торговли аграрной продукцией. Главная проблема переговоров заключалась в либерализации аграрной торговли. 
Ее удалось преодолеть благодаря разным климатическим условиям в двух государствах и, соответственно, несовпадению товарных позиций взаимно поставляемых аграрных товаров. Соглашение подписано в 2003 году.

Торговая политика Республики Корея в 2000-х годах

К началу 2000-х годов Республика Корея оставалась одной из немногих стран ВТО, которая не имела ни одного регионального торгового соглашения. В условиях многосторонней направленности внешнеэкономической политики появляется необходимость диверсификации географического распределения торговли. Сказалось влияние таких факторов, как высокая зависимость от американского рынка сбыта; открытие южнокорейского рынка для американских компаний при сохранении торговых ограничений в Соединенных Штатах в отношении сбыта товаров Республики Корея; необходимость активизации регионального сотрудничества и интеграционных процессов в Восточной Азии; создание АТЭС в 1989 году и членство в нем Республики Корея; расширение доступа южнокорейской продукции на рынки АСЕАН и новые рынки сбыта; функционирование диалогового механизма АСЕАН+3* (*Диалоговый механизм в составе десяти государств Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) и трех стран Северо-Восточной Азии – Японии, Китая и Республики Корея. Действует с 1997 г. в формате ежегодных саммитов.); влияние азиатского финансового кризиса.

В рассматриваемое десятилетие торговая политика РК эволюционирует от многостороннего характера (с учетом членства в ВТО и АТЭС) к региональному и двустороннему. Она нацелена на рост объема торговли с ведущими торговыми партнерами, минимизацию исключений из торговой и инвестиционной либерализации, либерализацию нетарифных ограничений в торговле товарами при заключении РТС. Последние стали расцениваться как инструмент страхования рисков национального экономического развития, поддержки потенциала экономического роста и повышения конкурентоспособности промышленности. В основу южнокорейской торговой политики положены такие принципы, как недискриминация, режим наибольшего благоприятствования, национальный режим, открытость рынка, прозрачность, то есть соответствие нормам ВТО.

Была поставлена задача сделать из Республики Корея международный торговый, транспортный и логистический центр Восточной Азии (ВА) с учетом принципов прозрачности, включенности и содействия развитию слабо развитых отраслей национальной экономики.

Инструментами реализации новой южнокорейской торговой политики стали диалоговый механизм АСЕАН+3 и зоны свободной торговли. В 2000-х годах явно прослеживается сдвиг в сторону активизации региональной интеграции, что вызвано отсутствием интеграционных объединений в Восточной Азии с участием РК; институционализацией экономического сотрудничества в Северо-Восточной Азии (СВА) в рамках трехсторонних саммитов; стремлением консолидировать региональные экономические связи. Предложены такие проекты, как Чиангмайская инициатива финансового сотрудничества (2000 г.), Азиатский валютный фонд (1997 г.), формирование Восточноазиатской зоны свободной торговли (2000 г.), Восточноазиатский саммит (2005 г.). В итоге только в рамках саммита АСЕАН+3, который проходил в 2004 году, было подписано 35 двусторонних и многосторонних региональных торговых соглашений3. В этот период Япония и Китай выступают за регионализацию Восточной Азии, а Республика Корея расценивается в качестве своеобразного моста между двумя экономическими лидерами региона в целях активизации регионального сотрудничества.

В данное десятилетие утверждается Северо-Восточноазиатская инициатива сотрудничества в целях достижения мира и процветания, призванная укрепить региональное экономическое сотрудничество в регионе. В частности, в 2014 году было подписано соглашение о зоне свободной торговли между Республикой Корея и Китаем, продолжаются переговоры по Северо-Восточноазиатской зоне свободной торговли (СВАЗСТ) между Японией, Китаем и Республикой Корея. Для южнокорейского правительства интеграция в СВА - наиболее эффективный инструмент противостояния вызовам глобализации и расширения сотрудничества в ВА в рамках АСЕАН+3. Сохраняется проблема конкуренции между тремя странами СВА, когда основу их экономики составляют капитало- и техноемкие отрасли с высокой добавленной стоимостью, включая производство компьютеров и полупроводников.

В 2003 году в РК была утверждена первая «Дорожная карта» по зонам свободной торговли, в которой определена долгосрочная стратегия проведения переговоров по соответствующим соглашениям. В ее основу положены такие цели, как повышение конкурентоспособности страны на мировых рынках и сокращение предпринимательских издержек компаний; проведение переговоров с крупными странами в целях максимизации преимуществ и минимизации издержек от членства в РТС. Ставилась задача активизации формирования зон свободной торговли как с небольшими, так и  крупными по емкости внутреннего рынка государствами.

Страны-партнеры были разделены на три группы: (1) государства, с которыми следует немедленно подписать РТС, - Чили, Сингапур, Европейская ассоциация свободной торговли (ЕАСТ)*( *Сегодня в состав ЕАСТ, созданной в 1960 г., входят Швейцария, Лихтенштейн, Норвегия и Исландия.), Япония; (2) государства, с которыми будут подписаны соглашения во вторую очередь, - Мексика, Канада, АСЕАН, Китай; (3) партнеры по РТС на долгосрочную перспективу - США, ЕС и Индия. В этот период состоялись переговоры и были подписаны соглашения о зоне свободной торговли с Сингапуром (2003 г.) и ЕАСТ (2004 г.), но, несомненно, главным стало соглашение о зоне свободной торговли с США. Последнее знаменовало дальнейшую либерализацию южнокорейской экономики, когда был отменен запрет на ввоз американской говядины, устранена система квотирования ввоза американских фильмов-блокбастеров, изменена система ценообразования на фермерскую продукцию в РК.

Факторы, способствовавшие эволюции южнокорейской торговой политики в начале 2000-х годов, включают как получение экономических преимуществ в рамках членства в ЗСТ, так и стремление не остаться вне интеграционных процессов, когда Япония и Китай подписали первые РТС (Япония с Сингапуром и Китай с АСЕАН в 2002 г.).

С середины 2000-х годов в РК наблюдается динамичный рост количества региональных торговых соглашений. Этому способствовали такие факторы, как благоприятность ЗСТ для исключения чувствительных сфер из-под либерализации; повышение инвестиционной привлекательности национальной экономики; включение принципа взаимности в нормы РТС, что позволило проводить более широкую либерализацию, чем в многосторонних рамках; быстрое открытие рынков партнеров друг для друга.

Изначально РТС подписывались с небольшими по размеру странами, которые не имели существенных объемов торговли с РК, как Сингапур или ЕАСТ, чтобы снизить потенциальный негативный эффект на южнокорейскую экономику. С середины 2000-х годов торговая политика меняется в сторону приоритета торговых связей с крупными экономиками, как США, ЕС или АСЕАН, являющимися важными торговыми партнерами РК.

На основе «Дорожной карты» по зонам свободной торговли (2003 г.) было подписано девять соглашений о зонах свободной торговли, которые охватили 38% южнокорейского экспорта и 21 страну-партнера.

С 2007 года разрабатываются государственные программы поддержки РТС, хотя многие южнокорейские компании испытывают проблемы в использовании преимуществ от свободного доступа своих товаров и услуг на рынки стран-партнеров. Причина состоит в том, что, по мнению менеджмента торговых компаний, преимущества от РТС будут распространяться автоматически без каких-либо усилий с их стороны.

Программы поддержки подписания региональных торговых соглашений включают такие направления, как организация курсов повышения квалификации для сотрудников компаний как в университетах, так и с использованием электронной системы обучения, оказание консультаций, работа кол-центров и информационных центров, предоставление информации по особенностям зоны свободной торговли, разработка веб-порталов по ЗСТ о ставках таможенных пошлин и правилам страны происхождения товара, проведение трехсторонних заседаний с участием торговых экспертов, представителей промышленности и политиков, издание справочников и специальных брошюр. Одновременно выявились недостатки таких программ, как неучет потребностей бизнеса при их разработке, дублирование программ разными министерствами, нехватка координирующих органов4.

Глобальный финансовый кризис 2008-2009 годов стимулировал протекционистские меры защиты национальных рынков с учетом норм ВТО. Он негативно сказался на динамике ВВП, темп прироста которого снизился до 2,8% в 2008 году по причине высокой зависимости от внешних рынков. Но наличие больших валютных резервов, высокая конкурентоспособность промышленности, проведение экспортно-ориентированной политики способствовали меньшим потерям южнокорейской экономики по сравнению с другими государствами. Такая стратегия оказалась успешной даже в период финансовых кризисов. В 2009 году темп прироста южнокорейского ВВП достиг 6,2%.

В 2008 году Президент Ли Мён Бак выдвигает концепцию «Глобальная Корея» по расширению сети региональных торговых соглашений, которая охватывала бы не менее 70% южнокорейского экспорта к 2013 году.

В 2010 году правительство провозглашает курс на повышение коэффициента использования зон свободной торговли до 60% к концу 2013 года. Для этого предлагались такие меры, как проведение исследований эффективности предполагаемых ЗСТ, создание национальной инфраструктуры использования зон. Именно инфраструктура стала фактором успешности южнокорейской политики формирования зон свободной торговли.

В 2013 году утверждается вторая по счету «Дорожная карта» по ЗСТ, в которой приоритет был отдан переговорам о зоне свободной торговли с Китаем и по Региональному всеобъемлющему экономическому партнерству (РСЕП)5. Подобный акцент даст возможность южнокорейскому руководству образовать экономическое пространство между Восточной Азией во главе с КНР (проект РСЕП) и пантихоокеанским рынком (соглашение о Транстихоокеанском партнерстве). Несмотря на заинтересованность, Республика Корея не участвовала в подписании соглашения о Транстихоокеанском партнерстве6. Хотя такое участие позволило бы повысить ВВП на 2,2% к 2025 году7. Однако больший экономический эффект будет получен от участия в соглашении РСЕП, которое находится в переговорной стадии.

В настоящий период РК проводит активную экспортную политику в целях стимулирования экономического роста и повышения экспортной квоты до 70%, а также сохранения позиций на внешних рынках. За последние 45 лет среднегодовой темп прироста южнокорейского ВВП равнялся 7,5%, что способствовало повышению его стоимостного объема. По данному показателю Республика Корея занимает 13-е место в мире.

Региональные торговые соглашения 
в южнокорейской практике

РК обладает разветвленной сетью региональных торговых соглашений, общее количество подписанных и вступивших в силу равно 15. Они охватывают 77,6% южнокорейской торговли. Соглашения подписаны как с интеграционными объединениями - Европейским союзом, ЕАСТ и АСЕАН, так и с отдельными странами - Австралией, Вьетнамом, Индией, Канадой, Китаем, Новой Зеландией, Перу, Сингапуром, США, Турцией и Чили. В 2016 году подписаны соглашения о Транстихоокеанском партнерстве и о зоне свободной торговли с Колумбией, которые пока не вступили в силу. РК также участвует в Азиатско-тихоокеанском торговом соглашении (АПТА).

Ведутся переговоры с Эквадором, Индонезией, Мексикой, а также с государствами Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), с Центральной Америкой и странами Северо-Восточной Азии (СВАЗСТ). Велись такие переговоры с Японией, но их процесс был прерван в ноябре 2004 года. Проблема заключалась в открытии южнокорейских рынков море- и рыбопродуктов для японских корпораций, а также японского рынка машинотехнической продукции для Южной Кореи. В июне 2008 года переговоры возобновились, и проект даже прошел нотификацию в ВТО8. Но прогресса нет.

Коэффициент их использования*(*Такой коэффициент рассчитывается как соотношение объема экспорта (импорта) в рамках торговых преференций и совокупного объема экспорта (импорта) со страной-партнером.) высокий и составляет 40-80% по состоянию на 2014 год при сохранении низкого показателя у некоторых РТС. Для сравнения: в 2008 году коэффициент равнялся 5% и, таким образом, значительно вырос. Основные причины его повышения - стратегия руководства страны и использование механизма государственной поддержки, включая компенсации менее экономически развитым отраслям и компаниям.

Из числа РТС с невысоким коэффициентом эффективности следует назвать зону свободной торговли с АСЕАН, у которой данный показатель равен 20,8%9. Это связано с тем, что в 2007 году соглашение вступило в силу только в пяти странах АСЕАН, а также с частичным снижением ставок таможенных пошлин.

До 2010 года коэффициент использования РТС в южнокорейской экономике был низким (5%), так как объем торговых преференций был небольшим, ощущалась нехватка информации, сохранялись сложности с определением страны происхождения товара и нетарифные ограничения в торговле. Преодоление перечисленных препятствий требовало времени, ресурсов и усилий.

В конце 2013 года коэффициент использования РТС возрос до 69,96% по экспорту и 73,71% по импорту по семи зонам свободной торговли в среднем (см. Табл. 1).

Таблица 1

Коэффициент использования зон свободной торговли с участием Республики Корея на ноябрь 2013 г. (%)

Страна-партнер

По экспорту

По импорту

По торговле

Чили

78,4

98,3

88,35

ЕАСТ

80,5

42,0

61,25

АСЕАН

38,5

80,1

59,3

Индия

43,0

62,3

52,65

ЕС

80,9

67,6

74,25

Перу

92,0

98,4

95,2

США

76,4

67,3

71,85

В среднем

69,96

73,71

71,84

 Источник: Составлено автором на основе Cheong I. Korea’s Policy Package for Enhancing its FTА Utilization and Implications for Korea’s Policy // ERIA Discussion Paper Series. 2014-11. P. 21.

Как видно из Таблицы 1, наиболее высокий коэффициент эффективности для южнокорейской экономики имеет зона свободной торговли с Перу и наименьший - с Индией.

Невысокие коэффициенты использования ЗСТ РК с Индией, АСЕАН и ЕАСТ связаны с невысокими торговыми преференциями, объем которых не покрывает издержки на перемещение ресурсов из одной страны-партнера на территорию другого государства.

РТС с участием Республики Корея отличаются высоким уровнем открытости рынка, когда торговая либерализация распространяется на более чем 90% товаров взаимной торговли, а срок либерализации не превышает десяти лет. Один из чувствительных вопросов - либерализация торговли аграрной продукцией. Сельское хозяйство РК характеризуется небольшим объемом производства, невысокой долей в ВВП страны (2,6%) и в численности занятых (6,2%). В результате в первых подписанных соглашениях немалая доля аграрных товаров попала в список исключений. В частности, с Сингапуром - 33,3%, с Чили - 29%, с ЕАСТ - 65,8% и АСЕАН - 30,9%. В поздних соглашениях процент исключений снизился до минимума (2% в РТС с США, 7,1% - с Перу, 5,4% - с ЕС)10. Уровень либерализации в ЗСТ с участием РК равен 97,5% в среднем11.

Комплексный характер имеют РТС РК с США и ЕС, а также с Новой Зеландией, Австралией, Канадой и Перу, которые расцениваются как наиболее успешная модель зоны свободной торговли. Однако есть и ограниченные по охвату зоны свободной торговли РК с АСЕАН, Индией, ЕАСТ и Вьетнамом.

Что касается структуры соглашений, то она различается. Если все РТС с участием Республики Корея включают положения по торговле товарами и инвестиции, то по торговле услугами, экологическому сотрудничеству, трудовым отношениям, правам интеллектуальной собственности и экономическому сотрудничеству - не все.

Вопросы либерализации нетарифных ограничений не включены в южнокорейские соглашения с Индией и Сингапуром; регулирование инвестиций - с Турцией и ЕАСТ; перемещение предпринимателей (или в целом физических лиц) - с ЕАСТ, США, АСЕАН, КНР, Турцией; вопросы госзакупок - с АСЕАН, Индией, КНР, Турцией и Вьетнамом; экологии - с Сингапуром, ЕАСТ, Вьетнамом, Индией, АСЕАН12; нормы трудовых отношений - с Чили, Сингапуром, ЕАСТ, АСЕАН, Индией, КНР и Вьетнамом; вопросы защиты прав интеллектуальной собственности - с Вьетнамом и АСЕАН; нормы экономического сотрудничества - с Чили, Сингапуром, ЕАСТ, США, Новой Зеландией, Китаем и Канадой.

С 2011 года внешняя торговля РК динамично растет с основными торговыми партнерами по РТС (Китай, АСЕАН, США), несмотря на спад мировой экономики и замедленные темпы роста мировой торговли. Удельный вес перечисленных торговых партнеров, а также Японии составляет почти 2/3 южнокорейского экспорта. Подобная зависимость от небольшой группы государств создает риск негативного влияния экономических кризисов на национальную экономику через торговлю и финансы. Отсюда большое значение имеет диверсификация географической структуры торговли. За прошедшие десятилетия южнокорейскому руководству удалось расширить список рынков сбыта. Так, за 1971-2014 годы удельный вес основных торговых партнеров снизился с 85 до 65%.

Следовательно, грамотная торговая политика, включая подписание РТС, позволила сократить торговую зависимость экономики Республики Корея от небольшой группы государств.

Экспортно-ориентированная политика стала основным фактором динамичного развития южнокорейской экономики за последние пять десятилетий. За десять лет (2006-2015 гг.) совокупный экспорт РК возрос с 325,5 млрд. долларов до 526,9 млрд. долларов, или на 161,9%, тогда как экспорт в страны-партнеры по зонам свободной торговли - с 228,8 млрд. долларов до 417,6 млрд. долларов, или на 182,5%. Таким образом, экспорт в ЗСТ развивался более динамично, чем южнокорейский экспорт в целом. Доля ЗСТ в стоимостном объеме экспорта страны возросла с 70,3 до 79,3% за 2006-2015 гг. (см. Табл. 2).

Таблица 2

Динамика экспорта Республики Корея в страны-партнеры по 
зонам свободной торговли за 2006-2015 гг. (в млрд. долл.)

Партнер

2006

2007

2008

2009

2010

2011

2012

2013

2014

2015

Темп 
роста, %

Австралия

4,7

4,7

5,2

5,2

6,6

8,2

9,3

9,6

10,3

10,8

+231

АСЕАН

32,1

38,7

49,3

40,9

53,2

71,8

79,1

81,9

84,8

74,9

+233,5

Канада

3,6

3,5

4,1

3,4

4,1

4,9

4,8

5,2

4,9

4,6

+127,7

Китай

69,5

81,9

91,4

86,7

117,7

134,2

134,3

145,9

145,3

137,1

+197,4

ЕС

49,4

56,2

58,7

46,7

53,7

56,4

49,7

49,1

52,2

48,6

?1,7

ЕАСТ

1,7

1,1

2,5

2,0

3,5

0,8

1,5

2,4

2,0

6,3

+364,3

Перу

0,36

0,47

0,72

0,64

0,94

1,37

1,47

1,44

1,39

1,2

+339,3

Сингапур

9,5

11,9

16,3

13,6

15,2

20,8

22,9

22,3

23,9

15,0

+158,3

США

43,3

45,9

46,5

37,8

49,9

56,4

58,8

62,3

70,6

70,1

+161,9

Чили

1,57

3,11

3,03

2,23

2,95

2,38

2,47

2,46

2,08

1,7

+111,3

Новая Зеландия

0,67

0,69

0,83

0,89

0,92

1,1

1,46

1,49

1,7

1,3

+194

Турция

3,0

4,1

3,8

2,7

3,8

5,1

4,6

5,7

6,7

6,2

+206,7

Вьетнам

3,9

5,8

7,8

7,1

9,7

13,5

15,9

21,1

22,3

27,8

+712,8

Индия

5,5

6,6

8,9

8,0

11,4

12,7

11,9

11,4

12,8

12,0

+218,2

Экспорт 
в ЗСТ

228,8

264,7

299,1

257,9

333,6

389,7

398,2

422,3

441,0

417,6

+182,5

Совокупный экспорт

325,5

371,5

422,0

363,5

466,4

555,2

547,9

559,6

573,1

526,9

+161,9

Доля ЗСТ в экспорте РК, %

70,3

71,2

70,9

70,9

71,5

70,2

72,7

75,5

76,9

79,3

+11,3

Источник: Составлено на основе данных Trade Map//http://www.trademap.org/Bilateral_TS.aspx

Как видно из Таблицы 2, единственный партнер Республики Корея, объем экспорта в который сократился за десять лет, - Евросоюз. Правда, соглашение о ЗСТ между РК и ЕС вступило в силу в 2011 году. Но с 2011 года южнокорейский экспорт сократился еще больше. С другими торговыми партнерами по зонам свободной торговли экспорт РК вырос.

Что касается сравнения с темпами роста совокупного южнокорейского экспорта, то более высокие темпы отличает южнокорейский экспорт в такие страны-партнеры по ЗСТ, как Вьетнам, ЕАСТ, Перу, АСЕАН, Австралия и Китай, которые показывают четкий эффект создания торговли. Для экспорта РК в США темпы роста аналогичны соответствующему показателю корейского экспорта. А динамика экспорта РК в Канаду, Сингапур, Чили и ЕС меньше показателя южнокорейского вывоза за последние десять лет. Таким образом, главный эффект зоны свободной торговли - эффект создания торговли (более быстрый рост взаимной торговли, а не совокупного товарооборота) проявляется по-разному в ЗСТ, созданных Республикой Корея. Одна из причин - продолжение процесса торговой либерализации и разные ставки таможенных пошлин в странах-партнерах в отношении сбыта южнокорейской продукции.

Торговая политика РК доказала эффективность стимулирования экономического роста и преодоления последствий двух финансовых кризисов (1997 г. и 2008-2009 гг.), повышения конкурентоспособности южнокорейских товаров. Она акцентирована на развитии отдельных отраслей промышленности и выборе рынков сбыта в целях увеличения товарооборота и сокращения торговой зависимости от небольшого количества внешних рынков.

В целом южнокорейская политика в отношении членства в региональных торговых соглашениях оказалась успешной, позволив поддерживать динамичный рост экспорта страны (на зоны свободной торговли приходится 79,3% совокупного экспорта РК) на основе торговой либерализации, а значит, стабилизировать объем промышленного производства и занятость, динамику экономического развития. Содержание зон свободной торговли, подписанных Республикой Корея, существенно отличается по уровню охвата, степени и срокам либерализации. Есть как соглашения высокого стандарта, в частности с ЕС, США, Перу и Чили, так и ограниченные соглашения, как, например, с ЕАСТ, АСЕАН и Вьетнамом.

 1http://www.trademap.org/Bilateral_TS.aspx

 2Park S.-Ch. South Korea Trade Strategies in the Post Global Financial Crisis. 2014. P. 66. //http://www. journals.sfu.ca/cibg/index.ph/cibg/article/download

 3Koo Min Gyo. South Korea’s Free Trade Agreements: Moving from an Emulative to a Competitive Strategy. Seoul, June 2008. E-13. P. 42.

 4Cheong I. Korea’s Policy Package for Enhancing its FTА Utilization and Implications for Korea’s Policy // ERIA Discussion Paper Series. 2014-11. P. 11.

 5Костюнина Г.М. Современные концепции формирования зоны свободной торговли в Азиатско-Тихоокеанском регионе // Российский внешнеэкономический вестник. 2011. №2. С. 31-42.

 6Костюнина Г., Баронов В. Транстихоокеанское партнерство: основные положения соглашения и потенциальный эффект // Международная жизнь. №2. 2016. С. 90-112.

 7South Korea’s Fateful Decision on the Trans-Pacific Partnership. 2013. Р. 11 //https://www.brookings.edu/wp-content/uploads/2016/06/0918-south-korea-trans-pacific-partnership-solis.pdf

 8Исаченко Т.М. Реформа ВТО: предпосылки, условия и перспективы //Вестник МГИМО-Университета. 2016. №3 (48). С. 239-248.

 9Cheong I. Op. cit. P. 3.

10Park S.-Ch. Op. cit.

11Ibid. P. 69.

12Пискулова Н.А., Костюнина Г.М., Абрамова А.В. Климатическая политика основных торговых партнеров России. М., 2012.

Корея > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 21 марта 2017 > № 2111169 Галина Костюнина


США. Китай. Корея. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > kapital.kz, 15 марта 2017 > № 2121458 Евгений Винокуров

Окно возможностей для EАЭС

Каковы последствия от сворачивания Транстихоокеанского партнерства?

Директор Центра интеграционных исследований Евразийского банка развития Евгений Винокуров о новых возможностях для Евразийского экономического союза.

В самый первый день своего президентства Дональд Трамп, только сев в свое кресло в Овальном кабинете, поставил крест на согласованном и подписанном Транстихоокеанском партнерстве (ТТП). Тем самым он выполнил одно из своих предвыборных обещаний. Это знаковое событие с массой последствий, в том числе для ЕАЭС.

Тема так называемых «мега-соглашений» встала на повестку дня около 10 лет. Потенциально она исключительно важна — такие мега-соглашения, как Транстихоокеанское и Трансатлантическое партнерства потенциально меняют правила игры в мировой экономике и особенно торговых отношений, отодвигаю на задний план механизмы ВТО. Но пока судьба у них трудная, и это очень неплохо для стран Евразийского союза.

Ратификация ТТП привела бы к формированию крупнейшей зоны свободной торговли в мире, охватывающей 12 стран, 1 млрд населения и 40% мирового ВВП. Среди этих 12 стран — все крупные экономики с выходом на Тихий океан, кроме КНР, Южной Кореи и России. Предположительно, оно привело бы к увеличению ВВП входящих стран на 1,1%, а объема торговли — на 11 % в долгосрочном периоде.

Почему же Трамп проводил кампанию против этого соглашения и подписал соответствующий документ на следующий день после вступления в должность? Сторонники ТТП указывали на макроэкономические эффекты — усиление конкурентоспособности ведущих отраслей с наиболее высокой добавленной стоимостью, рост налогов, выгоды для американского потребителя от более дешевого импорта.

Но кто был бы непосредственным бенефициаром в случае ратификации ТТП?

Наиболее существенно выиграл бы крупный бизнес и высокотехнологичные отрасли. Соглашение фактически лоббировало интересы американских корпораций инновационных секторов экономики (фармацевтика, биотехнологии, IT, электроника). В ходе переговоров США активно отстаивали положения о защите интеллектуальных прав собственности, технических и экологических стандартах, создавая таким образом комфортную площадку для своих производителей. Усиливалась защита патентов: фактически жесткие нормы защиты интеллектуальной собственности, действующие в США, возлагались на торговых партнеров. США вовсю пользовались своим весом и продвигали именно свои стандарты, стремясь закрепить свою роль генератора правил торговли, стандартов, технических регламентов в Азиатско-Тихоокеанском регионе, а если бы и Трансатлантическое партнерство стало реальностью — то в большей части мировой экономики.

Взамен США обнулили бы практически все импортные пошлины на промышленные товары и большинство пошлин на сельскохозяйственные, всего 18 000 тарифных позиций. Следствием стал бы переток рабочих мест в страны Азии. Это и стало основным аргументом Трампа: «жирные коты» не должны обогатиться за счет американского рабочего класса, Кремниевая долина и Бостон не должны жировать за счет Среднего Запада.

Теперь США собираются стать на путь двусторонних соглашений со странами-партнерами. По словам нового министра торговли Уилбура Росса, в двусторонних переговорах Америка «всегда сильнее» и может получить лучшие условия.

Что в этой истории важно для Eвразийского экономического союза (EАЭС)?

В долгосрочной перспективе — если и ТТП, и Трансатлантическое партнерство были бы реализованы, — EАЭС оказался бы в торгово-инвестиционной изоляции. Интеграционный блок, на который приходится всего 2,5% мирового ВВП, категорически не может себе этого позволить. Eму нужны комфортные выходы на мировые рынки, комфортные условия для встраивания в международное разделение труда и глобальные цепочки добавленной стоимости не только в качестве поставщика сырья.

Поэтому с системной точки зрения выход США из соглашения создает окно возможностей для EАЭС. Текущая внешнеторговая стратегия EАЭС предполагает создание ряда зон свободной торговли (ЗСТ), имеющих дополнительные компоненты, прежде всего регулирование инвестиционного режима. Эта стратегия правильная и отвечает текущим вызовам. Напомню, что компетенции по формированию единого таможенного тарифа и заключению соглашений о ЗСТ переданы на уровень EАЭС.

Теперь разрабатывать и заключать такие соглашения в Азиатско-Тихоокеанском регионе будет легче. ЗСТ с Вьетнамом уже работает. 20 декабря 2016 г. высший орган EАЭС признал целесообразным начать переговоры по заключению соглашения о ЗСТ с Сингапуром. Ожидается, что переговорный процесс пойдет по двум трекам: по торговле товарами будут договариваться Eвразийская экономическая комиссия и государства-члены, по торговле услугами и инвестициями — государства-члены при координации России.

Не исключено, что Новая Зеландия, вышедшая из переговоров весной 2014 г., снова постучится в дверь Eвразийской экономической комиссии. Вполне возможно, что теперь станет легче продвинуться с Южной Кореей, Индонезией, Таиландом, Чили. Пусть товарооборот с такими странами, как Чили, незначителен, но это полезные плацдармы, а товарооборот имеет свойство расти при создании благоприятных условий. Закрывшаяся за ТТП дверь приоткрывает окно возможностей по развитию торгово-экономических отношений EАЭС со странами Азиатско-Тихоокеанского бассейна.

США. Китай. Корея. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > kapital.kz, 15 марта 2017 > № 2121458 Евгений Винокуров


США. Россия. Корея > Армия, полиция. СМИ, ИТ > gazeta.ru, 13 марта 2017 > № 2102810 Георгий Бовт

На пороге кибервойны с Америкой

Георгий Бовт о том, как будет выглядеть новая гонка вооружений

Теперь мне совсем не жалко двух накрывшихся один за другим смартфонов «Самсунг». Предсмертные конвульсии были странные. Но теперь все понятно. После публикации «Сейфа номер 7» от «Викиликс».

Это все происки ЦРУ! И телевизор одноименной марки имени импичмента корейской президентши — тоже ведь дурным красным глазом косит в темноте. Я давно заметил. Подсматривает, сволочь. Буду накрывать его, как попугая, попонкой. Глазок камеры на ноуте заклеивать изолентой. Мобильник запирать в железный ящик. Не зря их теперь делают со встроенными и неизвлекаемыми батареями.

Прознали враги про давнюю (сейчас она, конечно, устарела, новые средства защиты есть) привычку важных чиновников вынимать источник питания во время конфиденциальных разговоров.

В прошлом году «члены секты Стива Джобса» следили за препирательствами гордой корпорации Apple в лице Тима Кука и ФБР, требовавшего разлочить айфон участника массового расстрела в Сан-Бернардино. Не сдался гордый Кук: якобы ФБР нашло иные пути вскрыть невскрываемую продукцию. Капитализация устояла. Вера «сектантов» в неприкосновенность своих постов про котиков не пошатнулась.

Но вываленные «Викиликс» документы ЦРУ вернули многих с небес мечтаний о неприкосновенности их персональных данных на грешную и усеянную шпионами землю. Еще недавно ФБР активно лоббировало в конгрессе закон о защите гаджетов граждан США от взлома террористами и заморскими шпионами. Производители обязаны были бы по такому закону устранять вскрытые спецслужбами уязвимости устройств. И обязательно должен был быть предусмотрен «золотой ключ», или «задняя зверь» для проникновения в программное обеспечение этих устройств для самих спецслужб. Но теперь, как ясно из слива «Викиликс», в ЦРУ нашли «золотой ключик» сами. При этом сознательно скрыли от компаний-производителей обнаруженные уязвимости (хотя обязаны были информировать), чтобы пользоваться ими.

Короче, взломано и заражено шпионскими программами все. Весь софт от Windows до Linux, флешки и CD, операционные системы айфонов и смартфонов. Всех типов.

Секретные мессенджеры оказались несекретными, притом без взлома их кода, а просто путем внедрения соответствующих вирусов в ОС передающих устройств. Разработка самоуправляемых, без водителей, автомобилей тоже под колпаком у ЦРУ — «закладки» в софте есть и там.

В условный час икс еще неизвестно, что начнут вытворять компьютеры, дроны и прочая электроника. А внедрение вируса в бортовой компьютер современного авто, на минуточку, является потенциально идеальным оружием для покушения на неугодных лиц. Да, и ракеты. Куда полетят ракеты? Особенно у тех стран, компонентная база которых зависит от кудесников из Кремниевой долины. И, как выяснилось, от «тихих американцев» из Лэнгли тоже.

На днях газета The New York Times, ненадолго отвлекшись от борьбы с ненавистным ей Трампом, опубликовала расследование о кибервойне США против Северной Кореи. Она идет уже года три. С тех пор, как северокорейские хакеры взломали серверы Sony Pictures Entertainment. Вышло им это боком. А вы думаете, почему до 88% пусков северокорейских ракет (как их называют американцы, «советского типа») — неудачные? А вот, оказывается, почему. В отличие от 13% (данные тоже американские) в России. Это пока 13%.

Кстати, об уязвимостях, так называемых zero days, и всяких «золотых ключиках» (в прошлом году ЦРУ использовало в своих целях 24 уязвимостей в айфонах). Если они стали известны хакерам из ЦРУ, то станут рано или поздно доступны террористам. Это как в гонке вооружений: все, что изобретает одна страна, может быть использовано против нее же. Уже сейчас в широком доступе имеются (данные Центра интернета и общества Гарвардского университета) 865 продуктов по шифрованию контента из 55 стран, из которых две трети коммерциализированы, а остальные находятся в открытом доступе. Это уже огромный рынок, оцениваемый более чем в 75 млрд долларов, и там непременно найдется место «зловредным хакерам», которые разработают собственный зашифрованный софт.

В киберпространстве начинается неконтролируемая гонка вооружений. Россия и Америка в ней снова будут противниками. Собственно, они уже.

В Америке потенциально ошеломительный слив «Викиликс» насчет глубины проникновения ЦРУ во все электронное и с чипами постепенно затягивается тиной полуумолчания. Оно понятно: если ЦРУ не шпионило за гражданами Америки (чем занимается АНБ, спасибо Сноудену, что рассказал), то преступления нет, — против иностранцев можно все. Хотя по мере обработки очередной порции файлов шум периодически будет.

Но примечательно, что в первой же публикации, посвященной скандальной утечке, газета The Washington Post сразу же предполагает, что нельзя исключить и тут «русского следа», поскольку, мол, связи русских с «Викиликс» давно известны. Потенциальный противник как бы вскользь, но обозначен.

Борьба за контроль над big data станет сутью нового противостояния, как раньше была борьба за контроль над природными ресурсами. Big data — это «новая нефть».

Так это сформулировал Эрик Шмидт, один из топ-менеджеров «Гугла», в недавнем выступлении.

Теперь «вопрос в студию»: страшно ли вам, что за вами следит или может следить ЦРУ? А если не ЦРУ, а наши? А кто страшнее?

Каковы будут последствия нынешнего скандала для нашей страны? Они будут. То, что еще недавно казалось мракобесными бреднями охранителей, обернулось правдой? То, над чем смеялись, вчитываясь в формулировки Доктрины информационной безопасности, изготовленной недавно Советом национальной безопасности под руководством Николая Патрушева, это не перепевы советской идеологии 70-х, а вроде как тоже недалеко от истины? То есть враг — в каждом чипе, и надо бдить? Реакция на слив от «Викиликс» будет не меньшей, чем в свое время на откровения Сноудена, сильно впечатлившие, говорят, наше руководство.

Будет усилено давление на разные мессенджеры, чтобы они подчинились российскому законодательству по поводу персональных данных, а также предоставили коды шифрования российским спецслужбам. Упрямых будут от российского рынка отключать. Как-то вовремя случилась эта утечка в «Викиликс». Только собрались смягчать «пакет Яровой» — а тут такое. ЦРУ за каждым углом. Найдутся теперь охотники придумать новые ужесточения.

Давить будут на «Гугл», «Фейсбук» и пр. Угрожая блокировкой в России, о чем уже давно говорит «помощник по интернету» при президенте Клименко. Каждая иноземная интернет-структура будет рассмотрена как вольный или невольный агент ЦРУ. Может быть ужесточен порядок сертификации ввозимых в страну электронных устройств. Мало ли что там зашили враги. Госслужащим и особенно силовикам светят новые ограничения в пользовании интернетом и всякими мессенджерами. Иностранный софт, включая «Майкрософт», будет еще более активно вытесняться отечественным. Под это придумают соответствующие государственные целевые программы.

Будет ли только прок от таких «неошарашек»? Софт по госкоманде разве размножается? Какие новости из «Сколково»?

Скорее под страшилки про ЦРУ легче представить расцвет разных яровых, которые начнут сыпать новыми бессмысленными репрессивными «пакетами». Или не начнут? Многое зависит от того, сумеют ли Москва и Вашингтон договориться об ограничении гонки вооружений в киберпространстве. Усиление конфронтации приведет к усилению репрессий по этой части внутри нашей страны. Она будет подстегивать внутренние тенденции к самоизоляции (как защите от вездесущего ЦРУ) и ограничениям свободы интернета.

Переговоры об ограничении гонки вооружений в киберпространстве должны бы, по идее, стать темой уже первой встречи Путина и Трампа.

Другая проблема — внутренняя — состоит в том, что наше законодательство об охране частной жизни и персональных данных находится на уровне, условно, каменного века. При полном неведении общества о том, кто из «наших» следит за нами и с какой целью.

Когда мне, например, начинают названивать из разных страховых компаний в момент истечения страховки на машину — это сигнал: персональные данные проданы и перепроданы. Судя по субъективным ощущениям, это сейчас наиболее активно происходит в страховом бизнесе и банковской сфере. И это только начало. Торговля персональными данными и манипулирование поведением людей на этой основе — дело ближайшего будущего и у нас тоже. И не только в безобидном маркетинге, но и в общественно-политической сфере.

Уже в обозримом будущем можно создать условия, при которых выборы станут бессмысленными технически, — все какая-нибудь система «ГАС Выборы» решит.

Тотальный контроль за умонастроениями при помощи новейших технологий даст возможность пресекать нежелательное поведение в зародыше. Ты еще не успел подумать — а за тобой уже пришли.

Что мы вообще знаем о способностях отечественных компаний? А о соответствующих способностях отечественных спецслужб? Если про ЦРУ известно, что оно не должно шпионить за гражданами США (это уголовное преступление), то разве у наших есть какие-то ограничения? У нас не принято задавать такие вопросы. Ни в парламенте, ни — почти никогда — в прессе.

В обществе отсутствует на массовом уровне понятие неприкосновенности частой жизни. Индивидуальные свободы вторичны по сравнению с социальными. Свобода вторична по сравнению с безопасностью. Она вообще у нас вторична.

Мы еще не успеем построить развитую демократию и привыкнуть к ней, а она уже сменится тоталитаризмом на новой технологической основе?

Отечественный закон об обработке персональных данных россиян в России на самом деле ничего не решает. Он почти бессмысленный. Его писали люди, не разбирающиеся в проблеме. Само понятие «хранить данные на территории» — уже нонсенс. Хотя самоуспокаивает.

Осознания масштабов новой реальности, где большая часть экономики будет строиться на обработке big data, попросту нет. Для понимания: сегодня коммерческие компании США имеют доступ и анализируют информацию big data по 75 тысячам «точек» в отношении каждого (!) отдельного потребителя. При этом идентифицировать конкретного человека с почти 100-процентной вероятностью, не имея доступа к тому, что у нас понимают под «персональным данными», а только лишь на основе big data, — это уже технологическая реальность.

Мы стоим на пороге взрывного развития «интернета вещей». Условно, когда ваш холодильник сам начнет заказывать привычную вам еду в службе доставки. А автомобиль сам запишется на сервис в нужное время. К 2020 году в мире будет не менее 30 миллиардов вполне самостоятельно общающихся в сети гаджетов. Готовы ли мы к этому в иной форме, чем привычно запрещать или ограничивать все новое и непривычное?

У нас пытаются сыграть с новой технологией сугубо «от глухой обороны», закрываясь максимально от внешнего «враждебного воздействия». Такая игра обречена на поражение. Нужно развивать собственные технологии. В том числе давая всевозможные льготы отечественным IT-компаниям, стимулируя, но контролируя законодательно, гарантируя права потребителей, развитие отечественных технологий работы с big data в самых разных областях, в том числе сугубо коммерческих.

Именно оттуда сегодня во многом на Западе идут разработки, затем используемые в ВПК, а не наоборот, как раньше. Всякие «войска информационных операций» нужны, конечно, но к ним не должна сводиться вся активность в этой области — иначе это станет печальным повторением СССР: военные технологии были, а страна технологически в целом была отсталой.

То есть выстроить большой Всероссийский Firewall попытаться можно. Но за ним не удастся отсидеться.

США. Россия. Корея > Армия, полиция. СМИ, ИТ > gazeta.ru, 13 марта 2017 > № 2102810 Георгий Бовт


Корея > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > ru.journal-neo.org, 24 февраля 2017 > № 2091653 Константин Асмолов

Скандал вокруг Пак Кын Хе и Чхве Сун Силь: арест Ли Чжэ Ёна и возможный выход на финишную прямую

Константин Асмолов

Продолжая информировать аудиторию о скандале вокруг президента РК и ее конфидантки, отмечаем, что, похоже, дело выходит на финишную прямую, и главным признаком этого является арест Ли Чжэ Ена, де-факто руководителя компании Самсон/Samsung.

Напомним, что первая попытка заключить Ли под стражу не удалась, однако следствие заявило о новых уликах и, как заявил 17 февраля 2017 г. судья Хан Чжон Сок, «с учетом представленных новых доказательств суд считает, что следствие имеет основания для задержания, а потому ордер на арест будет выдан». Кроме Ли арестовать собирались еще четырёх высокопоставленных представителей Samsung Electronics: дебаты в суде продолжались около 10 часов, после чего суд отклонил запрос на арест президента компании Samsung Electronics Пак Сан Чжина.

Напомним, что по версии следствия Ли передал или собирался передать Чхве Сун Силь в качестве взятки в общей сложности 43 млрд вон или 36 млн долларов в обмен на то, чтобы Государственная пенсионная корпорация оказала поддержку в слиянии компаний Samsung C&T и Cheil Industries.

Сам Ли Чжэ Ён утверждает, что стал жертвой вымогательства властей. 6 февраля руководство компании даже подало заявку о выходе из состава Федерации корейских промышленников, считающейся главной структурой, отвечающей за связи государства и крупного бизнеса. Впрочем, 27 декабря прошлого года о выходе из ассоциации официально сообщила компания LG. SK и Hyundai Motorts рассматривают соответствующую процедуру. На эти четыре корпорации приходилось примерно 70% годовых взносов организации, общий объем которых составляет 43,2 млн долларов.

В результате 13 февраля Ли был допрошен спецпрокурором в течение 15 часов, а 17 февраля — арестован. Следствие должно быть завершено до 28 февраля, и в ожидании судебного решения по своему делу Ли будет находиться в следственном изоляторе в 15 км от Сеула.

Арест вице-председателя Samsung Electronics стал шоком для компании. После его заключения под стражу руководство Samsung Group ввело экстренный режим работы, а её представитель выразил глубокое сожаление по поводу решения суда о выдаче ордера на арест. Он указал, что подозрения спецпрокурора относительно Ли Чжэ Ёна, представленные суду, мало отличаются от тех, что были озвучены во время подачи первого запроса на выдачу ордера на арест, который был отклонён. За свою 80-летнюю историю Samsung Group неоднократно становилась объектом расследований прокуратуры, однако глава корпорации никогда прежде не заключался под стражу, и потому арест часто комментируется как «в борьбе с коррупцией рухнул еще один ранее неприступный бастион».

На взгляд автора, арест Ли Джэ Ёна демонстрирует отчаянное положение, в котором оказалось следствие по делу Пак Кын Хе. Дело в том, что, с одной стороны, несмотря на медиаистерию, в которой Чхве Сун Силь разве что не утопила лично паром «Севоль», «обоснованные подозрения» так и остались подозрениями. Особенно это касается главного обвинения, новость о котором и вывела массы на улицу — тезис о том, что Чхве вмешивалась в политические решения и использовала фонды для своих личных нужд, выводя оттуда средства, то подтверждений того, что «президент принимала инвестиции в семейный бизнес» (как это было доказано в случае Но Му Хена) так и не нашли.

С остальными громкими инвективами – то же самое. История с черным списком так и не прояснилась, поскольку в некоторых показаниях, наоборот, говорится, что Пак просила воздерживаться от жестких действий в отношении деятелей культуры. К тому же, список предполагал лишение критиков государства господдержки, но не репрессивные действия в их отношении. С затонувшим паромом тоже становится понятно, что президенту доложили о катастрофе уже тогда, когда ничего нельзя было сделать. И если к ней и возможны претензии, то только этические, а не политические. Все остальные обвинения кажутся слишком мелкими.

А между тем, для того, чтобы отрешить президента от власти требуется серьезное подтверждение того, что президент нарушал конституцию и нужно громкое коррупционное дело, в котором именно Пак Кын Хе, а не кто-то из ее знакомых или подчиненных был главным выгодоприобретателем. Оттого история со слиянием компаний – это последняя попытка найти что-то заслуживающее внимание.

Это накладывается на цейтнот что в группе спецпрокурора, что в Конституционном суде. Сейчас дело рассматривают восемь судей, так как полномочия девятого судьи, Пак Хан Чхоля, который был председателем суда, завершились. И.о. председателя суда, госпожа Ли Чжон Ми относится к сторонникам импичмента, но 14 марта она тоже должна уйти в отставку и в суде останется семь человек, в том время как для одобрения импичмента нужно шесть голосов: если против проголосуют более одного человека, решение не будет принято.

Это означает, что сторонникам отрешения Пак от власти желательно вынести вердикт до этой даты. Противники импичмента, наоборот, пытаются затянуть следственный процесс, используя вполне резонные доводы о необходимости изучить больше документов или заслушать больше свидетелей. Пока суд провел 14 заседаний, в ходе которых были заслушаны мнения свидетелей, истцов и ответчиков, но ни одна из сторон не смогла склонить его на свою сторону.

Затем, 28 февраля закончится срок полномочий спецпрокурора, после чего спецследствие обязано представить пакет обличающих документов, чтобы Конституционный суд мог вынести нужное решение. Если такого заключения нет, полномочия группы могут быть продлены еще на месяц, и такая просьба уже подана, но утвердят ее или нет – вопрос.

С учётом практики, в соответствии с которой подготовка решения Конституционного суда занимает около двух недель, вынесение решения ожидается к десятому марта.

Между тем, адвокаты Пак Кын Хе потребовали от Конституционного суда дать дополнительно хотя бы несколько дней для более тщательного рассмотрения дела, а сама президент продолжает отрицать свою причастность к коррупции, называя соответствующие обвинения «нелепостью» и «колоссальной ложью». Впрочем, факт контактов между ней и Чхве все-таки доказан — в период с 18 апреля по 26 октября прошлого года Пак и Чхве провели примерно 570 телефонных разговоров с использованием мобильных телефонов, зарегистрированных на чужие имена.

Что в перспективе? С одной стороны, вероятность отрешения Пак от власти немного снизилась из-за отсутствия однозначных доказательств. Ажиотажное внимание народа тоже начинает спадать, потому что тяжело поддерживать интерес, когда нет новых улик. Более того, начали появляться и митинги сторонников Пак, которые также довольно многочисленны.

С другой стороны, ни одна из политических сил не пытается ассоциировать себя с Пак. Даже ее экс-соратники по партии «Сэнури» демонстративно переименовались в «Партию свободной Кореи», а также, по некоторым сведениям, пытались добиться, чтобы президент «по доброй воле» покинула ее ряды. Поэтому автор все-таки полагает, что импичмент состоится хотя бы потому, что рейтинг данного сериала начинает проседать.

Допустим, что Пак вернут во власть. А толку? Политический кризис от этого только затянется. Во-первых, она все равно будет «хромой уткой», не имеющей в аппарате власти сторонников или назначенцев, которые смогут проводить ее политическую линию. Во-вторых, оппозиция немедленно использует это в политической борьбе, хотя непонятно, насколько у нее получится снова вывести на улицы миллионные демонстрации. В-третьих, между выборами в ноябре и выборами в апреле не такая уж большая разница.

Оттого автор не удивится, если даже в случае неудачи импичмента, через некоторое время под давлением обстоятельств Пак Кын Хе все равно уйдет в досрочную отставку, сохранив формально привилегии экс-президента, но ожидая второй волны обвинений в случае, если ее преемником станет кто-то из представителей оппозиции с явным желанием добить врага.

Корея > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > ru.journal-neo.org, 24 февраля 2017 > № 2091653 Константин Асмолов


Узбекистан. Корея > Образование, наука. Медицина > uzdaily.uz, 23 февраля 2017 > № 2097910

Группа студентов медицинского факультета Университета Инха в Республике Корея посетила Узбекистана.

Университет Инха в г. Ташкенте (IUT) принял гостей из Республики Корея и сотрудники вуза сделали все возможное, чтобы визит был успешным.

Студенты медицинского факультета Университета Инха в Республике Корея в ходе своего визита посетили ряд учреждений здравоохранения Ташкента и ознакомились с реформами, проводимыми в данной сфере.

Студенты из Республики Корея изучили медицинские термины на русском языке.

Будущие специалисты здравоохранения в ходе своего визита в Узбекистан получили возможность изучить культуру и традиции узбекского народа.

Ректор IUT Сарвар Бабаходжаев сказал: «Надеюсь, визит был полезен для южнокорейских студентов. Такие визиты помогают народам Узбекистана и Южной Кореи еще лучше понять друг друга и развивать сотрудничества между странами».

Узбекистан. Корея > Образование, наука. Медицина > uzdaily.uz, 23 февраля 2017 > № 2097910


Узбекистан. Корея > Образование, наука > uzdaily.uz, 23 февраля 2017 > № 2097909

Делегация Университета Инха в Республике Корея посетили Узбекистан для изучения и анализа учебного процесса в Университете Инха в г. Ташкенте (IUT).

В состав делегации вошли представители комитета по образованию Университета Инха в Республике Корея.

В ходе визита в IUT южнокорейские специалисты изучили учебный процесс в университете. По итогам проведенной работы представители Университета Инха в Республике Корея высоко оценили образовательные стандарты в IUT и дали свои рекомендации по дальнейшему совершенствованию учебного процесса в вузе.

Ректор IUT Сарвар Бабаходжаев прокомментировал: «Мы придаем большое значение визиту данной делегации, так как это позволят нам получить объективную информацию о деятельности вуза по подготовке будущих лидеров».

«Отметим, что мы договорились с Университетом Инха в Республике Корея, что представители южнокорейского вуза будут посещать минимум один раз в год для изучения качества образования в IUT», - добавил ректор.

В рамках визита делегация Университета Инха в Республике Корея передали на пользование около 100 наименований книг и лабораторное оборудование, которые будут использованы в учебном процессе.

Узбекистан. Корея > Образование, наука > uzdaily.uz, 23 февраля 2017 > № 2097909


Узбекистан. Корея. ЕАЭС. ЦФО. ЮФО > Агропром > uzdaily.uz, 17 февраля 2017 > № 2097882

Узбекско-российский Торговый дом «УЗГЛОБАЛТРЕЙД» 15 февраля запустил торгово-выставочный павильон Узбекистана на территории агрокластера «ФУД СИТИ» в Москве. Об этом сообщает АО «Узагроэкспорт».

Основной задачей совместного с ХК «Узбекозиковкатхолдинг» проекта является расширения географии сбыта и освоения новых рынков отечественными производителями.

В этот день на территории крупнейшего в Европе оптово-продовольственного агрокластера ФУД СИТИ г. Москва состоялось торжественное мероприятие, посвященное открытию выставочных павильонов Узбекистана, Южной Кореи, Республики Саха (Якутия), Ставропольского края и Смоленской области.

На торжественном открытии павильонов побывали представители регионов, Евразийской экономической комиссии (ЕЭК), Министерства сельского хозяйства, «Делового центра экономического развития СНГ», «Деловой России», а также предприниматели и производители продуктов питания из ряда других зарубежных стран.

Стенд Узбекистана выделялся национальным колоритом и обширным ассортиментом представленной продукции, в частности, в постоянно действующем выставочном павильоне были представлены продукты питания, товары народного потребления, переработанная плодоовощная продукция отечественных производителей, входящих в состав ХК «Узбекозиковкатхолдинг» и ХК «Узвиносаноат-холдинг» которые формируют товарное предложение для рынков России.

По словам представителя Узбекистана, генерального директора «УЗГЛОБАЛТРЕЙД» Магомеда Мусаева, выставочно-торговый павильон позволит увеличить экспорт свежей и переработанной продукции, который в прошлом году составил 122 тысяч тонн на сумму около 85 миллионов долларов.

- В 2016 году мы поставили более 65 видов плодово-овощной продукции. Ее продвижение на российском рынке – наша основная цель, – сообщил М.Мусаев.

Благодаря компактному размещению павильонов регионов и стран в одном месте, производители и покупатели смогут заключать контракты на поставку продукции друг другу напрямую без посредников, что значительно удешевит товары на полках магазинов.

Напомним, что 17 октября 2016 года в г. Москва открылось совместное предприятие Торговый дом – «ТД «Узглобалтрейд». Торговый дом «Узглобалтрейд» расположен в оптово-продовольственном центре «ФУД СИТИ».

Узбекистан. Корея. ЕАЭС. ЦФО. ЮФО > Агропром > uzdaily.uz, 17 февраля 2017 > № 2097882


Узбекистан. Корея > Образование, наука > uzdaily.uz, 11 февраля 2017 > № 2097907

Университет Инха в г. Ташкенте (IUT) со второго семестра 2016-2017 академического года открыл курсы корейского языка для своих студентов.

Решение по введению корейского языка в список предметов для обучения принято администрацией после получения многочисленных обращений студентов IUT.

Данная инициатива была реализована благодаря поддержке Посольства Республики Корея в Республике Узбекистан и Центра образования Республики Корея в г.Ташкенте, со стороны которых УИТ предоставлены учебные материалы, а также ожидается получение современного оборудования для обеспечения эффективного учебного процесса. Отметим, что IUT также согласовал программу курсов корейского языка с Университетом Инха в Республике Корея.

В настоящее время курсы корейского языка доступны для студентов третьего курса университета. Ожидается, что для студентов первого и второго курсов учебная программа будет разработана и внедрена в 2017-2018 академическом году.

Ректор IUT Сарвар Бабаходжаев прокомментировал: «Я хотел бы выразить благодарность Центру образования Республики Корея в Ташкенте от имени студентов и руководство Университета Инха в г. Ташкенте. Центр поддержала инициативу об открытии курсов корейского языка, предоставив технической содействие и своих специалистов. Я уверен, что знание нашими студентами корейского языка позволит внести свой вклад в укрепление связей между народами Республики Узбекистан и Республики Корея».

Узбекистан. Корея > Образование, наука > uzdaily.uz, 11 февраля 2017 > № 2097907


Казахстан. Корея > Медицина > dknews.kz, 29 января 2017 > № 2062389

В индустриальной зоне « Тассай» города Шымкент запущен завод по выпуску 17 видов изделий медицинского назначения, передает МИА «DKNews» со ссылкой на МИА «Казинформ».

«В диверсификации экономики и развитии предпринимательства в регионе важную роль играют индустриальные зоны. Одной из таких зон является индустриальная зона «Тассай». В индустриальной зоне, площадь которой составляет 89 гектаров, на сегодняшний день, реализуются 24 инвестиционных проекта. Один из проектов — завод ТОО «Marai E7 Group» по выпуску ортопедических изделий медицинского назначения. В рамках проекта, в область привлечено инвестиций на сумму 393 млн. тенге. Также работой будут обеспечены 50 человек», — сказал на открытии аким Южно-Казахстанской области Жансеит Туймебаев.

На предприятии, оснащенном южно-корейской технологией, планируется выпускать 500 тысяч бинтов и 274 тысячи ортопедических изделий. Данный вид продукции используется для оказания медицинской помощи при различных переломах и отличается легкостью, эластичностью, гибкостью, рентгеноконтрастностью и быстрым затвердеванием. Завод, не имеющий аналогов в странах СНГ, способен обеспечить весь казахстанский рынок ортопедическими изделиями.

Как отметили в пресс-службе областного акимата, в настоящее время, ТОО «Марай E7 Group» прорабатывает вопрос об экспорте продукции в Турцию, Узбекистан и Кыргызстан.

Казахстан. Корея > Медицина > dknews.kz, 29 января 2017 > № 2062389


Узбекистан. Корея > Внешэкономсвязи, политика > podrobno.uz, 21 декабря 2016 > № 2013336

В Сеуле состоялась встреча вице-премьера Узбекистана Рустама Азимова и министра финансов Южной Кореи Ю Иль Хо на которой стороны договорились расширять экономическое сотрудничество двух стран, сообщает информационное агентство Yonhap.

«Узбекистан и Корея усилят взаимодействие в энергетике, сырьевом секторе, а также укрепят промышленное партнерство.», – сказал 21 декабря Ю Иль Хо.

Кроме того, руководители финансовых ведомств договорились объединять усилия для расширения участия южнокорейских компаний в осуществлении проектов в Ташкенте, в том числе строительстве нового терминала аэропорта. Сеул поддержит эти проекты из госфондов, в том числе Корейского фонда содействия экономическому развитию (EDCF), отметил корейский министр.

По данным корейской стороны, в 2015 г. объем взаимной торговли составил составил $1,3 млрд. В соответствии с торговым соглашением от 1992 г. между странами установлен режим наибольшего благоприятствования. Республика Корея занимает ведущее место среди торговых партнеров Узбекистана в АТР.

Узбекистан. Корея > Внешэкономсвязи, политика > podrobno.uz, 21 декабря 2016 > № 2013336


США. Корея > СМИ, ИТ > rosinvest.com, 20 декабря 2016 > № 2013301

Apple не может обойтись без Samsung

Samsung были основными поставщиками компании Apple с самого начала, делая, процессоры A-series, осуществляя, поставки флэш-памяти NAND и карт памяти DRAM. Но Samsung начали поставлять меньше компонентов для Apple с 2011 года, когда Apple подали в суд на Samsung за нарушение патентных прав. Южнокорейская компания сейчас поставляет только микросхемы DRAM для iPhone 7.

Но судебная тяжба, наконец, завершилась постановлением Верховного Суда США в пользу южнокорейской компании, на прошлой неделе, поэтому Samsung снова будут основными поставщиками iPhone в следующем году.

Одни из самых дорогих компонентов iPhone – это панели дисплея и микросхемы памяти (NAND флэш и DRAM). В iPhone 7 (32 ГБ) эти компоненты вместе стоят более четверти смартфона ($219.80). Говорят, что Samsung снова будут поставлять дисплеи для OLED панелей, по крайней мере, для одного из следующих iPhone, а также чипы флэш-памяти NAND. Добавление микросхемы DRAM сделает Samsung основным поставщиком.

OLED-дисплей

Apple наконец-то решили, что в следующем году iPhone выйдет с OLED-панелями с изогнутым дисплеем (скорее всего к 10-й годовщине), а Samsung станет единственным поставщиком. Агентство Bloomberg сообщило об этом в прошлом месяце. Не то, чтобы у Apple не было выбора. Корейский технологический гигант доминирует на рынке.

“В настоящее время на рынке гибких OLED Samsung является единственной компанией, осуществляющей массовое производство и занявшей позицию № 1, как производитель смартфонов с OLED и OLED-панелей ”, - говорят Джефф Ким и Кевин Ким, аналитики Hyundai Securities.

Микросхемы памяти

Samsung является крупнейшим поставщиком чипов флэш-памяти NAND, обеспечивая, при этом, более трети мирового рынка. Имея такой большой бизнес, Samsung могли бы позволить себе отказаться от поставок для Apple в предыдущие годы, которые использовали технологии экранирования электромагнитных помех, сообщает новостное агентство ETNews. Для Samsung дороже было продолжать поставки и отказаться от договоров с SK Hynix и Toshiba.

Теперь Samsung нужен крупный покупатель, как Apple, который в полной мере позволит использовать новые полупроводниковые объекты. В 2014 году Samsung вложили 15,6 трлн вон ($14,7 млрд) в новый завод в Южной Корее, крупнейшие инвестиции в один завод-гигант.

Новый завод начнет функционировать в следующем году, и новостное агентство ETNews сообщает, что Samsung вновь будет осуществлять поставки чипов флэш-памяти NAND для Apple.

Но опять же, Калифорнийская компания не могла избежать Samsung. Производитель iPhone имеет нескольких поставщиков и трудно не пользоваться продукцией крупнейшего поставщика чипов флэш-памяти NAND.

Компания Apple не сможет обойтись без микросхем памяти Samsung, которые обладают примерно 60% рынка мобильной DRAM-памяти.

Чипы A-series

Контрактное производство чипов - это единственная область, где Samsung сталкивается с конкуренцией со стороны тайваньской TSMC.

Samsung и TSMC сделали чипы Apple A9 для прошлогоднего iPhone 6, но тайваньская компания получила эксклюзивный контракт для чипов А10 для iPhone 7.

Преимуществом компании TSMC является их технология упаковки, которая, по словам компании, является источником увеличения, как скорости, так и толщины упаковки, а также ее теплотехнических характеристик. Улучшение поможет TSMC по-прежнему поддерживать бизнес с Apple, говорит Лен Елинек, старший директор полупроводникового производства в IHS Markit. “Новая технология наряду с оптимизированным дизайном обеспечивает Apple преимущество в производительности, а также физическое преимущество в самом устройстве”, - говорит он.

Но эта потеря не делает Samsung слишком разочарованными. В этом году они выпустили флагманские чипы для Qualcomm, другого крупного покупателя, и будут делать то же самое в 2017 году.

Одолжение

Samsung является вертикально-интегрированной компанией по производству электроники и ее преимущество заключается в синергии мобильных телефонов и компонентов. Огромный потенциал заключается в производстве большего количества деталей для экономии на масштабе и обеспечения потребностей крупных покупателей компонент, таких как Apple.

Apple зависят от нескольких источников, но им нужен надежный поставщик, который может делать высококачественные компоненты в больших количествах, такой как Samsung.

В конце концов, несмотря на соперничество и юридические баталии, два лучших производителя смартфонов нужны друг другу.

Автор: Кан Джон @Forbes

США. Корея > СМИ, ИТ > rosinvest.com, 20 декабря 2016 > № 2013301


Корея > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 9 декабря 2016 > № 1999260

 Президент Южной Кореи официально сложила с себя полномочия

Ранее парламент республики объявил импичмент Пак Кын Хе

Редакция Завтра

Президент Южной Кореи Пак Кын Хе в 13:03 мск передала полномочия премьер-министру Хван Гё Ану.

«С этого момента президент Пак не может выполнять обязанности глав государства и администрации», — поясняет агентство.

Ранее в пятницу, 9 декабря, парламент Южной Кореи объявил импичмент президенту страны Пак Кын Хе.

За отстранение президента от власти проголосовали 234 депутата Нацсобрания, против — 56, еще двое воздержались. Семь бюллетеней были признаны недействительными.

Голосование было тайным, депутаты ставили "да" или "нет" в бюллетенях в отдельных кабинках и опускали отмеченные бюллетени в урны.

Прямую трансляцию из Национального собрания вело южнокорейское телевидение.

Теперь импичмент должен утвердить или отклонить Конституционный суд Республики Корея. Чтобы определить дату формального прекращения полномочий Пак Кын Хе у суда будет 180 дней. Пока суд будет определять конституционность импичмента, президент будет временно отстранена от должности, но не отправлена в отставку, а её обязанности будет исполнять премьер-министр.

Законопроект об импичменте президенту страны Пак Кын Хе был внесен на рассмотоение парламента оппозиционной Демократической партией "Тобуро".

Поводом для попытки отстранения от власти президента стал крупнейший коррупционный скандал вокруг Пак Кын Хе и ее давней знакомой Цой Сун Силь.- гадалки и шаманки, дочери основателя религиозной секты «Церковь вечной жизни». Сун Силь подозревают в том, что она оказывала влияние на президента в личных и коммерческих целях.

Кроме того, корейские СМИ выяснили, что Пак Кын Хе опиралась на советы подруги, не имеющей никакого государственного поста, в любых вопросах: та имела доступ к важнейшим государственным документам и вносила в них собственные правки, правила речи президента, а также помогала при выборе помощников главы государства.

20 ноября прокуратура Республики объявила промежуточные результаты расследования по делу Чхве Сун Силь, а также двух бывших сотрудников президентской администрации: им предъявлены обвинения в коррупции, вымогательстве и злоупотреблении служебными полномочиями. В частности, речь идет о якобы оказании давления еврупные корпорации (в том числе Samsung, Hyundai, SK Group и LG Group) делать многомиллионные пожертвования в два связанных с ней фонда – Mir и K-Sports. Хотя факт такого давления до сих пор не доказан, следователи полагают, что Пак Кын Хе была как минимум в курсе происходящего.

После разоблачительных статей в местных СМИ уже более месяца Корею сотрясают многотысячные акции протеста с требованием отставки президента. 3 декабря не менее 200 тыс. человек вышли на улицы Сеула с требованием не только отстранения, но и ареста действующего президента. Рейтинг Пак Кын Хэ упал до рекордно низких 3%. В отношении лидера страны продолжается следствие.

Корея > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 9 декабря 2016 > № 1999260


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter