Всего новостей: 2604829, выбрано 23696 за 0.203 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > stroygaz.ru, 28 августа 2018 > № 2717519 Сергей Суэтин

Лицом к клиенту.

Главгосэкспертиза: от простого надзора к активному сопровождению проектов

Новый офис на Большой Якиманке, куда в апреле этого года переехали с Лубянки подразделения Главгосэкспертизы России, больше напоминает учебное заведение, чем грозное надзорное ведомство. На первом этаже светлого и просторного здания, за прозрачными перегородками, в оборудованных современной техникой аудиториях непрерывно идут переговоры и совещания. Сегодня главное экспертное учреждение страны делает акцент на оказании консультационных услуг с целью повышения качества и готовности проектной документации, что в конечном счете позволяет упростить процесс прохождения экспертизы. О новых моментах в работе ГГЭ в интервью «СГ» рассказал начальник Управления сопровождения проектов Главгосэкспертизы России Сергей СУЭТИН.

«СГ»: В последнее время в работе Главгосэкспертизы России произошли заметные перемены, даже внешне офис организации стал выглядеть иначе. С чем это связано?

Сергей Суэтин: Долгое время наше учреждение по разным объективным причинам было достаточно закрытой структурой. Сегодня идет активное развитие цифровой экономики, что само по себе подразумевает большую открытость, а рынок государственных услуг, к которому мы непосредственно относимся, стремится быть прозрачным и иметь прямую связь с гражданами.

Поэтому мы прикладываем усилия для реформирования учреждения в этом направлении. Да, прежде всего, изменился наш офис. Мы создали комфортную клиентскую зону по принципу «одного окна». Это просторный общий зал, где располагается информационная зона с интерактивным табло. Сюда подключены все наши ресурсы, позволяющие быстро найти интересующую информацию. Рядом расположен телефонный аппарат прямой линии, сняв трубку, вы сразу попадаете в контактный центр. Вас соединят со специалистом клиентской службы, если вы пришли на консультацию, с вашим контактным лицом, если вам предстоит участвовать в запланированном совещании с экспертами, или со специалистом договорного отдела или выдачи заключений, если у вас соответствующие запросы. Специалисты по вопросам консультаций, договорных отношений или выдачи заключений принимают в зале в отдельном окне. В свою очередь, зона приемки документации, состоящая из шести окон, организована по принципу прямого доступа к эксперту. Этот формат обусловлен желанием наших заявителей даже при электронной форме заявления и загрузке документации попасть на очную консультацию по вопросам приемки. Но и это не все. В этом же помещении расположено окно специалиста входящего документооборота и терминалы прямой загрузки документации в электронном виде, оборудованные специальным программным обеспечением для возможности электронной подписи. Для получения консультационных услуг или совещаний с экспертами устроены шесть комфортных переговорных комнат, оборудованных всеми современными системами видео- и аудиоконференцсвязи. Это позволяет участвовать в совещании не только тем, кто находится в переговорной комнате, но и тем, кто связывается с нами извне.

«СГ»: С чем вы связываете расширение консультационных услуг для заявителей?

С.С.: Необходимость организации консультационных услуг возникла по нескольким причинам. Во-первых, это меняющееся законодательство в строительной сфере, во-вторых, стремительно падающий уровень подготовки проектной и исходно-разрешительной документаций, в-третьих, низкий уровень менеджмента и коммуникаций между проектировщиками и заказчиками на этапе подготовки документации к государственной экспертизе, а иногда и в процессе ее прохождения.

Практика перехода на электронный способ подачи документации показала, что затруднения связаны не столько с изменением усилий и трудозатрат проектировщиков, сколько с финансовыми вложениями в компьютерную инфраструктуру и программное обеспечение. Стоит отметить, что учреждение вкладывает большие средства в развитие информационных технологий, поскольку видит за этим большие взаимовыгодные перспективы развития и пользу для себя и для своих клиентов. Наши собственные временные и ресурсные издержки послужили толчком к внедрению консультационных услуг. Ведь у нас увеличилась нагрузка при приеме документации на государственную экспертизу из-за количества повторяющихся проверок (загрузок в личный кабинет) после корректировки комплектности (по 3-4 раза) в рамках одного заявления. Участились повторные заходы (повторные заявления) на проверку комплектности из-за не представленной в регламентный срок корректной комплектной документации.

В процессе государственной экспертизы практически все заявители после получения замечаний экспертов продлевают срок рассмотрения до максимально возможного по проектам. А ведь эксперты могли бы рассматривать больше проектов в рамках своих направлений деятельности, а значит — быть эффективнее с точки зрения пропускной способности. И это в лучшем случае. А в худшем проект в результате все равно получает отрицательное заключения из-за недоработки по замечаниям и заходит на повторное рассмотрение. При этом далеко не всегда бывают исправлены все замечания, выставленные при первом рассмотрении. Все эти факторы укрепили нашу веру в правильность выбранной линии: Главгосэкспертиза должна перестать быть просто надзорным органом, делающим замечания. Стала понятна необходимость развернуться к рынку и быть активным сопровождающим на протяжении всего жизненного цикла объекта. Для решения проблем низкого качества проектной и исходно-разрешительной документаций было разработана система взаимодействия с потенциальными заказчиками на нулевом этапе, то есть, еще до того, как документы подаются на экспертизу. Чуть больше года назад в Главгосэкспертизе была создана система предварительных заявок с личным кабинетом заказчика для размещения информации о потенциальных проектах, которые будут представляться на экспертизу через несколько месяцев или лет. Как правило, это объекты, включенные в федеральные программы. Однако и частные структуры размещают там информацию о своих объектах, подлежащих государственной экспертизе в рамках законодательства, и, судя по отзывам, считают этот сервис удобным для себя с точки зрения менеджмента проектов и управления сроками. В свою очередь, для нас найти любой объект, подлежащий государственной экспертизе, не представляет никакой сложности, при условии, что он внесен в базу. Эта зона ответственности нашей клиентской службы.

«СГ»: Какие сервисы вы используете сегодня в работе с заявителями?

С.С.: Взаимодействие с заявителями — это очень широкая тема, поэтому я кратко перечислю основные интерактивные системы Главгосэкспертизы, при помощи которых мы работаем с нашими потенциальными и действующими заявителями. Я уже упомянул о системе учета предварительных заявок (СУПЗ), которую мы используем для учета потенциальных проектов на нулевом этапе. Информацию по ним наши потенциальные заказчики сами размещают в своих личных кабинетах. При этом они могут видеть, когда их объекты заходят на государственную экспертизу. Также в Главгосэкспертизе применяется интерактивная система АИС Главгосэкспертиза с личным кабинетом заказчика, через который подаются заявления на оказание государственных услуг и производится полный цикл интерактивного взаимодействия с заявителями на всех этапах оказания услуг. Стоит отметить, что указанные системы постоянно совершенствуются и становятся удобнее и функциональнее.

Система СУПЗ позволяет нам планировать объемы работ, активно выходить на заказчиков, выяснять и синхронизировать актуальную информацию по состоянию объектов, организовывать при необходимости тематические консультационные встречи. В результате такой работы мы провели уже более 1100 консультаций. Появилась тенденция заходов проектов на государственную экспертизу ранее намеченных сроков (в среднем на 2-3 месяца), также сокращаются примерно на четверть входящие письма-обращения граждан, так как последние стали пользоваться консультационными услугами. Мы надеемся, что скоро это отразится на самой экспертизе.

«СГ»: Какую роль в системе общения с вашими клиентами играет контактный центр?

С.С.: Контактный центр теперь является нашей единой точкой входа всех звонков в Главгосэкспертизу, и в этом его главная и очень важная роль. Центр полноценно начал работать с марта, когда мы ввели в действие единый номер, а для удобства регионов заработал федеральный номер. Также мы соединили все наши 12 филиалов в единую сеть. Так что, даже если вы звоните по старым телефонам в Москву или на телефоны любого из филиалов, вы все равно попадаете в контактный центр. В результате у нас снизилось количество потерянных звонков. Важно и то, что с созданием контактного центра у клиентов появилась возможность круглосуточно дозвониться нам и получить быстрый отклик. Наши эксперты при этом могут не отвлекаться на постоянные звонки. Специалисты центра располагают информацией о состоянии проектов и благодаря имеющейся базе способны ответить на вопрос по любой тематике. На сегодняшний день на единый телефон контактного центра Главгосэкспертизы поступает более 3,5 тыс. звонков еженедельно, и их количество постоянно растет. Телефоном активно начинают пользоваться регионы. Это хорошая тенденция, которая показывает востребованность данной услуги.

Цитата в тему

ФАУ «Главгосэкспертиза России» вкладывает большие средства в развитие информационных технологий, поскольку видит за этим большие взаимовыгодные перспективы развития и пользу для себя и своих клиентов

Более 3,5 тыс. звонков еженедельно поступает на единый телефон контактного центра Главгосэкспертизы России

Справочно

Единый номер контактного центра Главгосэкспертизы России:

+7 495 625-95-95

Федеральный номер:

8 800 775-95-95.

№32 от 17.08.2018

Автор: Алексей ТОРБА

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > stroygaz.ru, 28 августа 2018 > № 2717519 Сергей Суэтин


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 28 августа 2018 > № 2716508 Владимир Кара-Мурза

Джон Маккейн видел Владимира Путина насквозь

Владимир Кара-Мурза | The Washington Post

Координатор общественного движения "Открытая Россия" Владимир Кара-Мурза публикует в своей колонке в The Washington Post некролог американскому политику Джону Маккейну, с которым активист был знаком лично.

Автор вспоминает, как на дебатах в Колумбии 15 февраля 2000 года кандидаты в президенты США от Республиканской партии обсуждали Россию и ее только что назначенного лидера Владимира Путина. Многие западные политики уже приветствовали энергичного чиновника, свободно говорящего по-немецки и работавшего в Санкт-Петербурге с мэром-реформатором. Джордж Буш-младший высказывался дипломатично, и Маккейн с ним не согласился.

"Мы знаем, что он аппаратчик. Мы знаем, что он был сотрудником КГБ. Мы знаем, что он пришел к власти из-за жестоких военных действий в Чечне, - сказал Маккейн. - Меня Путин очень беспокоит. Боюсь, что Путин может быть одним из тех, кто хочет, чтобы поезда ходили по расписанию". "Замечание Маккейна о поездах было исторической отсылкой к режиму Бенито Муссолини в Италии, и параллель окажется до страшного близкой", - пишет Кара-Мурза.

Спустя восемь лет на других президентских дебатах, на сей раз с Бараком Обамой, Маккейн в очередной раз выступил с предостережением. Он сказал: "Я заглянул в его глаза и увидел три буквы: К, Г, Б". Маккейн добавил, что Путин "постепенно подавил большинство свобод, соблюдения которых странами следовало бы ожидать, и он продемонстрировал самое агрессивное поведение в Грузии. Я уже говорил, следите за Украиной. Украина сейчас на примете у Владимира Путина". Маккейн снова проиграл, а его конкурент объявит "перезагрузку" в отношениях с Кремлем, что закончится аннексией Крыма и нападением на Украину, добавляет Кара-Мурза.

"Давней позиции Маккейна в отношении России следует особо отдать должное, - отмечает автор. - Российские СМИ сообщили о смерти Маккейна как об уходе "непримиримого врага России". Ничто не может быть так далеко от истины. Он, безусловно, был врагом тех, кто превратил Россию в автократию (и полигон для воровства) внутри страны и в инструмент агрессии за рубежом".

"Маккейн знал Немцова. Они встречались всякий раз, когда лидер российской оппозиции приезжал в Вашингтон. Я был с ними на этих встречах, и Немцов каждый раз уходил с них неизменно впечатленный ясностью и глубиной понимания России Маккейном. Он всегда задавал острые вопросы и говорил о конкретных решениях. Расплывчатые дискуссии его не интересовали", - пишет Кара-Мурза.

На одной из встреч, по воспоминаниям автора, Маккейн сказал Немцову, что боится за него и что ему не следует возвращаться в Россию. Немцов ответил: "Это моя страна, я не откажусь от этой борьбы. У меня нет выбора". Это было в январе 2014-го, и всего через год Немцов будет застрелен на мосту у Кремля.

"Я могу об этом писать во многом благодаря Джону Маккейну. Восемнадцать месяцев назад, когда я лежал в московской больнице в коме после тяжелого отравления, Маккейн взял слово в Сенате, чтобы привлечь внимание к моей ситуации. Внимание общественности в подобных случаях часто бывает единственной защитой, и таковой оно, безусловно, было для меня", - признается Кара-Мурза.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 28 августа 2018 > № 2716508 Владимир Кара-Мурза


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 28 августа 2018 > № 2716507 Леонид Бершидский

России нужен был такой враг, как Джон Маккейн

Леонид Бершидский | Bloomberg

"Сенатора Джона Маккейна, который умер в субботу, восхваляют не только в США, но и в Восточной Европе, на Украине и в Грузии. Но не в России, где представители истеблишмента клеймят его как врага даже после смерти. Тем не менее, ясности позиции Маккейна по России будет не хватать всем, включая кремлевских пропагандистов", - пишет колумнист Bloomberg View Леонид Бершидский.

"Настроения, стоящие как за восточноевропейской, так и за российской реакцией на смерть Маккейна, понятны", - считает автор. "В его позиции не было нюансов, никаких "но" по поводу его твердого убеждения, что Россия, побежденная в холодной войне благодаря настойчивости президента Рональда Рейгана и низведенная до положения "бензоколонки, маскирующейся под государство", заслужила дальнейшее поражение как реваншистское авторитарное государство", - говорится в статье.

"Тем не менее, он совершал ошибки, которые помогли Путину заработать пропагандистские очки - и один раз даже провести короткую победоносную войну", - отмечает журналист.

Поддержав восхождение Михаила Саакашвили к власти в Грузии во время мирной революции 2003 года, Маккейн продолжал служить опорой своему протеже, когда тот стал авторитарным лидером. Пока он баллотировался в президенты в 2008 году, Маккейн питал иллюзии Саакашвили о поддержке Запада и, возможно, отчасти несет ответственность за необдуманное решение грузинского лидера вступить в вооруженный конфликт с Россией в Южной Осетии, рассуждает Бершидский. "Последующее невмешательство Запада показало Путину, что он обладает некоторой неприкосновенностью в российском ближнем зарубежье - открытие, которое вдохновило его пойти на риск на Украине в 2014 году", - отмечает он.

"Приблизительное понимание Маккейном сложностей постсоветской политики и динамики власти, возможно, ослабило противников Путина в России", - предполагает автор.

"Дорогой Влад, #арабскаявесна наступает по соседству с тобой", - написал он в Twitter в декабре 2011 года - именно такая поддержка российских протестующих против фальсификации парламентских выборов была лишней. "Кремль прошелся катком по оппозиции и либеральным российским СМИ, объединив свой основной электорат вокруг идеи постоянной войны против американского господства и вмешательства", - говорится в статье.

Кремлевским пропагандистам будет не хватать Маккейна. Другие американские политики, поднявшиеся на антироссийской волне после 2016 года, не так сосредоточены на борьбе с российской экспансией и помощи врагам Путина в Восточной Европе. Без Маккейна сложнее представить США как естественного врага России, считает Бершидский.

Самому автору, по его словам, будет недоставать Маккейна по другой причине - хотя он ошибался в деталях, он был прав в фундаментальных вопросах.

"Путинскому режиму нравился Маккейн как враг, но России, в конечном счете, нужно было, чтобы у режима был противник с ясностью моральных принципов Маккейна, а бывшим коммунистическим странам нужны были надежда и вдохновение, которые создавала эта ясность", - заключает автор.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 28 августа 2018 > № 2716507 Леонид Бершидский


Россия > Образование, наука. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 28 августа 2018 > № 2716485 Анастасия Юхтмахер

Третий путь: как стать идеальным кандидатом для работы в стартапе

Анастасия Юхтмахер

Основатель рекрутингового сервиса UP&OUT

Жажда риска, финансовая нестабильность и желание прославиться — черты подходящего соискателя для компании-стартапа

Каждый раз, изучая особенности поколений X, Y или Z, работодатели ломают голову: как их заинтересовать и найти новые методы привлечения. И даже если это удается, новоиспеченный работник быстро теряет мотивацию, чувствуя себя белкой в колесе, из которого трудно выбраться. Некоторые переходят из компании в компанию — таких называют джамперами (от англ. «прыгуны»). Другие, склонные к созиданию и более решительные по натуре, создают свои стартапы.

Как ни странно, соискателей, которых можно отнести ко второй группе, не так мало. Приходя на интервью, кандидаты оперируют словами «диджитал», «стартап» и так далее. Им кажется, что это некий третий путь, свет в конце тоннеля, который поможет выбраться из рутины. Однако иллюзия свободной профессии зачастую оборачивается пониманием: работа в стартапе подходит далеко не всем. При выборе стартап-работодателя соискатель может столкнуться с одним или несколькими барьерами. И в конечном счете это приведет к неоправданным ожиданиям и разочарованию.

Молодой, рисковый

С точки зрения кадровой политики стартап — это в первую очередь молодая новообразованная компания любого профиля: от палатки с фермерскими сырами на Даниловском рынке до команды разработчиков чат-бота. В связи с этим под вопросом стабильность такого проекта, ведь он может закрыться так же быстро, как и открыться. Кроме того, часто стартап не соблюдает стандартов организации труда: нет официального оформления сотрудников и соцпакета. Человек, который привык к международным страховкам для членов семьи, декретным выплатам, отпускам за счет компании, рассчитывает, в конце концов, на запись в трудовой книжке, испытает сложности с переходом на новый формат.

Отличительная черта молодых компаний — неизвестность бренда на рынке. Для многих кандидатов громкое имя работодателя играет все-таки очень важную роль. В то время как строчка в резюме с компанией no name может испортить идеальную картину. Это важный момент, например, для кандидатов в топовые консалтинговые компании (BCG, Bain), для которых упоминание престижного работодателя подтверждает их статус и потенциал для дальнейшей карьеры. Как показывает практика, примерно 70% кандидатов готовы занимать пост пусть даже винтика в известной и стабильной компании, а остальные 30% предпочтут топовую позицию в молодом проекте.

Непривлекательные условия при входе и невозможность планирования собственных доходов часто сопровождают работу в стартапе. Это означает ощутимое понижение фиксированной части оклада (в среднем около 30-40%) и обещания опционов. Средний размер опциона составляет приблизительно 1%, оформить его по российскому законодательству не так просто, поэтому многие компании предлагают кандидатам финансовый бонус в конце года.

Идеальный кандидат

Вот ряд критериев, которым должен соответствовать кандидат с хорошими шансами построить свою карьеру в начинающем проекте.

Быть создателем

Люди делятся на тех, кто хочется находиться в зоне комфорта, и тех, кто хочет из нее выйти, став создателем чего-то нового. Второму типу быстро становится скучно в стабильной корпоративной среде, где есть много ограничений. Они не хотят быть «серой массой», им важно чувствовать уникальность и больше влиять на процесс. Как раз их место — в стартапе.

Человек-батарейка

Высокий уровень энергии — ключевая особенность молодых инновационных компаний. Здесь живая атмосфера и активный коллектив. Каждый причастный влияет на процесс, все стараются работать очень эффективно, находятся в состоянии вечного мозгового штурма и постоянно делятся идеями. Как правило, работа в стартапе — это шумные разговоры на кухне, смешные стикеры в Telegram, игры в пинг-понг, питомцы в офисе и покер-вечеринки после работы. Если кандидат вялый и безынициативный, ему будет сложно в кругу суперактивных коллег. Кроме того, именно романтики и максималисты будут чувствовать себя наиболее комфортно в стартапе.

Минута славы

Желание прославиться — одна из основных мотиваций для создателей и участников стартапов. Тот, кто готов понижать свои «фиксы» по зарплате и переходить из стабильных компаний в новые рисковые проекты, может найти себя в молодом бизнесе. Можно стать среднестатистическим менеджером/руководителем проектов в международной компании, тем самым «винтиком», или стать лидером IT-стартапа, о котором пишут медиа, а членов команды постоянно зовут выступать на конференциях. Ради такого «хайпа» многие готовы рискнуть.

Любопытный предприниматель

Предпринимательская жилка — это некий фильтр для будущего члена стартап-команды. Она или есть, или напрочь отсутствует. Если в детстве вы играли «в магазин», продавали ненужные игрушки за листики или строили космический корабль — вам дорога в стартап. Любопытство — обязательная черта, которая должна присутствовать у человека, желающего работать в стартап-среде. Создатель нового продукта и услуги как минимум должен быть способен разглядеть тренды рынка. Сюда же можно отнести умение мыслить нестандартно. В мире роботизации и новейших технологий очень нужны люди с гибким умом, лишенным шаблонного мышления.

Стартап и его команда

Важно быть командным игроком. Выстроить команду с нуля — огромный труд, причем важно, чтобы все ее члены были ориентированы на создание благоприятного климата внутри. В стартапе обычно все начинается с нескольких человек и тесной комнаты. Яркий пример — Microsoft, где количество сотрудников выросло с трех человек на старте до 120 000 сейчас.

Контроль и результат

Любой стартап нацелен на создание продукта и услуги, каждый человек, работающий в нем, должен быть нацелен только на результат, а не на поддержание процесса. Также важны самостоятельность и самоконтроль. Микроменеджмент в стартапе зачастую отсутствует: все работают на одно дело, где-то введен agile (поэтапная реализация проектов в компании). Весь график и эффективность находятся исключительно в собственных руках сотрудников. Для основателей и топ-менеджмента это еще и умение взвесить все риски — пойти в «All in», но при этом вовремя остановиться. Стартап — это всегда адреналин, многие создатели до этого не имели управленческого опыта, а теперь это огромная ответственность как за успешность продукта, так и за тех людей, которые в тебя поверили.

Еще молодой

Для стартапа идеален кандидат с пометкой High Potential (HiPo), чаще это молодые люди до 30 лет. Основатели самых успешных проектов попадают под категорию: Марк Цукерберг и Стив Джобс начинали в 20, а Билл Гейтс и вовсе в 19 лет. Объяснить это можно обычной физиологией: чем старше, тем быстрее человек устает, энергии становится меньше, а мышление — менее гибким.

Выигрышная комбинация

Сочетание технического образования топового вуза и магистратуры бизнес-направления — удачное для соискателя в стартап. Базовое образование Физтеха, МФТИ, МГУ развивает аналитическое мышление, а MBA позволяют расширять знания в области экономики и частного предпринимательства, подтянуть soft skills (неспециализированные навыки) в рамках стажировки.

Россия > Образование, наука. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 28 августа 2018 > № 2716485 Анастасия Юхтмахер


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 28 августа 2018 > № 2716075 Александр Бурков

Встреча с врио главы Омской области Александром Бурковым.

Завершая поездку по Сибирскому федеральному округу, Владимир Путин провёл рабочую встречу с временно исполняющим обязанности губернатора Омской области Александром Бурковым.

Обсуждались социально-экономическое положение, а также экологическая ситуация в регионе.

* * *

В.Путин: Александр Леонидович, мы уже, в принципе, начали с Вами обсуждать планы развития Омска и Омской области. Вижу, что ситуация развивается в позитивном ключе и достаточно энергично.

У Вас есть возможность и необходимость поговорить по некоторым направлениям отдельно и подробнее. Пожалуйста.

А.Бурков: Уважаемый Владимир Владимирович!

Сразу хотел бы поблагодарить от имени омичей за ту беспрецедентную финансовую поддержку нашего региона, когда нам было выделено дополнительно 8,5 миллиарда рублей на 2018 год.

В.Путин: Это дополнительно, а в общей сложности получилось свыше 15…

А.Бурков: Да, свыше 15 в общем.

В.Путин: Это гораздо выше, чем средняя поддержка регионов в текущем году.

А.Бурков: В целом по стране. Поэтому здесь большие слова благодарности от всех людей – это оценили.

И хочу сказать, что для нашего региона ключевой проблемой является низкий уровень доходов. И в связи с Вашими майскими указами мы в полном объёме выполнили уровень повышения заработной платы для работников бюджетной сферы.

Мы увеличили МРОТ до прожиточного минимума, мы за счёт своих собственных средств повысили на четыре процента зарплату работникам бюджетной сферы, которые не попали под майские указы.

И сейчас приняли решение с 1 сентября увеличить ещё на пять процентов заработную плату педагогам средних образовательных учреждений, но именно гарантированной части – оклада, на пять процентов именно оклада.

Это то, что за счёт федеральных средств нам удалось здесь выполнить майские указы, как я заметил, но и хочу добавить, что согласно Вашему прямому поручению мы в Омской области сохранили все социальные выплаты и все льготы, а это ни много ни мало 500 тысяч человек наших омичей, которые эти льготы получают.

Сумма приличная, это 11 миллиардов рублей. Это касается в первую очередь поддержки ветеранов труда, ветеранов Великой Отечественной войны, инвалидов, многодетных семей, это то, куда сегодня направляются эти средства. И мы сохраняем тот уровень социального бюджета нашей области.

В.Путин: Я обратил внимание на то, что по Вашей инициативе создан центр экологического благополучия, мониторинга, так скажем. Вы даже внесли, предложили, депутаты откликнулись, поддержали Вас, и депутаты от «Единой России» поддержали, внесли изменение в региональное законодательство, выявили уже, по-моему, в результате рейдов 92 случая нарушений экологических требований.

А.Бурков: Да, но могу добавить, что плюс к этому у нас есть такая цветовая карта, это сегодняшний день, где зелёным, может, в связи с Вашим приездом, поэтому нет красных зон.

Самое главное, что 54 экрана, 500 показов в сутки, где люди могут видеть в прямом режиме, что сегодня происходит с атмосферным воздухом на территории города. И здесь, с одной стороны, мы создали центр мониторинга, спасибо, кстати, нашему Омскому нефтеперерабатывающему заводу, они приобрели нам передвижную лабораторию, которая очень сильно помогает, очень дорогой автомобиль, но очень эффективный.

И мы столкнулись с такой практикой, что выявляем выбросы, превышение, допустим, последний раз у нас были выбросы с одного из предприятий – в 13 раз этилбензола превышение ПДК. Выезжаем, а на предприятие попасть не можем.

Согласно федеральному законодательству вначале уведомление, через прокуратуру, и мы попадаем в лучшем случае на предприятие через сутки-двое. Соответственно, за двое суток можно любые хвосты подчистить.

В.Путин: Но Омский НПЗ отличился …

А.Бурков: Омский НПЗ отличается. Он единственный из предприятий, кто открыл свои двери, когда были выбросы этилмеркаптана в 2017 году.

Сегодня ведём переговоры с 20 предприятиями, идут очень сложно, но чтобы был свободный доступ со стороны нашего Министерства природных ресурсов.

И мы на самом деле, наверное, попросили бы Вашей поддержки. Омская область будет вносить законопроект, чтобы на федеральном уровне упростить доступ на предприятия с проверкой.

Как только есть превышение предельно допустимой концентрации тех или иных вредных веществ, а у нас их 265 по технологии, которые выбрасываются в атмосферу…

В.Путин: Давайте подумаем. Всё в рамках разумного должно быть. Тем не менее контроль со стороны областных властей…

А.Бурков: Должен быть. Это же вопрос жизни, это вопрос здоровья граждан.

В.Путин: Несмотря на то, что вы так плотно взялись за проблемы экологии, всё-таки продолжаете заниматься привлечением прямых инвестиций. Создали даже соответствующий фонд. Как он работает, расскажите, пожалуйста.

А.Бурков: Во-первых, хочу подчеркнуть, согласно той федеральной помощи, которая была оказана с Вашей стороны, мы впервые создали бюджет развития Омской области, 1 миллиард 100 миллионов, и там предусмотрели фонд поддержки малого и среднего предпринимательства, а также фонд поддержки промышленных предприятий, где мы компенсируем процентную ставку.

И плюс областной фонд промышленности, который сегодня вместе с федеральным фондом промышленности запускает проекты по поддержке именно крупных производственных инфраструктурных проектов.

Сегодня в области более 300 миллиардов инвестиций. В основном это предприятия нефтехимии. Основная доля инвестиций – это Омский нефтеперерабатывающий завод, плюс предприятие «Полиом», плюс предприятие «Каучук». Это те, кто сегодня инвестирует.

Поэтому в этом плане всё достаточно неплохо сегодня движется. Хочу отметить, что оборонный комплекс тоже провёл техперевооружение, очень сильное, на всех предприятиях. Это высокотехнологичное и современное сегодня предприятие.

Но хотел бы дополнительно всё-таки остановиться ещё на социальной теме. Если мы говорим о создании качественной среды, а это прозвучало в Вашем Послании…

В.Путин: У вас увеличились расходы на здравоохранение и на образование…

А.Бурков: Да, но мы увеличили на здравоохранение, считайте, на 20 процентов. Мы за счёт этого начали закупку оборудования для поликлиник, в первую очередь для детских поликлиник.

Оборудование сейчас будет более 150 единиц: это рентгеновские аппараты, аппараты УЗИ, эхокардиографы. Всё, что необходимо сегодня…

В.Путин: И, по-моему, в шести регионах ФАПы создаёте новые?

А.Бурков: У нас вообще была своя трёхлетняя областная программа по строительству ФАПов, там было заложено 30 ФАПов. Но сегодня уже федеральный центр, Минздрав оказал поддержку, ещё дал денежные средства на семь ФАПов, поэтому в Омской области будет создан 21 ФАП.

Уже будут поставлены в этом году такие мобильные ФАПы, площадь от 60 метров до 80. Полностью они предусмотрены, в данный момент идёт установка пяти ФАПов в удалённой местности. Сегодня у нас 800 ФАПов в целом по региону находятся в тяжёлом состоянии.

И хочу добавить, что кроме ФАПов мы смогли начать реконструкцию 24 больниц и поликлиник, мы достроим наконец-то поликлинику на левом берегу города Омска на тысячу посещений в сутки. Она должна была быть закончена ещё в 2016 году, но, к сожалению, люди всё ещё в ожидании. Но мы обязаны это сегодня сдать.

Мы также обязаны в этом году закончить третий хирургический корпус в детской клинической больнице. И вот те два долгостроя, которые омичи ждали, мы закончим, сделаем.

Хочу добавить, что мы ведём и обновление техники, мы купили 23 «скорой помощи», где 14 реанимобилей, плюс 28 машин для того, чтобы больных возить на процедуры гемодиализа. И купили даже 60 автомобилей для педиатров и терапевтов-участковых. Благодаря поддержке федерального центра мы смогли сделать толчок, имею в виду в социальной сфере, в здравоохранении.

Но хотелось бы ещё попросить поддержки вот в чём. Нам необходимо строительство детской инфекционной больницы: сейчас в проекте у нас на 300 коек. Плюс нам необходимо техническое перевооружение и реконструкция онкологического центра, он достаточно сильный, наши врачи – профессионалы, и перинатального центра. Они старые объекты, нужно перевооружение. Поэтому мы уже подали заявки в национальные проекты, но хотелось бы Вашей поддержки.

В.Путин: Ипотека растёт у вас?

А.Бурков: Ипотека у нас выросла в два раза с лишним по сравнению с прошлым годом. Вообще в строительной отрасли застой, на начало года более трёх тысяч квартир в Омске было не продано, не реализовано.

Поэтому мы создали собственную программу по поддержке ипотечного кредитования за счёт того, что предусмотрели 360 миллионов рублей в областном бюджете собственных средств на компенсацию разницы между банковским кредитом и льготным, чтобы люди могли получать не более шести процентов. Сегодня заявок уже более двух тысяч.

В.Путин: Хорошая программа…

А.Бурков: Она подталкивает, и банки начинают тоже работать. Они видят – народ пошёл, и они начинают кредитовать. Поэтому надеемся на оживление.

К сожалению, последние два года объём ввода жилья просто падал. И у нас 450 тысяч введённых квадратных метров, хотя в советские годы вводили и по миллиону.

В.Путин: Думаю, что эти меры поддержки должны были подтолкнуть…

А.Бурков: Есть ещё одна мера поддержки для строительной отрасли, но она решает главную социальную задачу – обеспечение молодыми кадрами на селе наши системы здравоохранения, образования и культуры.

Мы сейчас имеем благодаря федеральному Правительству высокий уровень подъёмных, допустим, для врачей: кто едет на село, им платят миллион рублей, фельдшерам с этого года 500 тысяч ввели подъёмных. Но практика такая: они выезжают туда на три года, а квартиру покупают в Омске. Вот даже молодая семья врачей по миллиону получила, за два миллиона купила квартиру в Омске и ждут, когда вернутся из сельской местности.

И я убеждён, за эти 10 месяцев только строительством…

В.Путин: Надо заинтересовать их так, чтобы они захотели остаться.

А.Бурков: Владимир Владимирович, только строительством жилья, муниципального жилья на селе, чтобы врач мог приехать, получить комфортное жильё и в дальнейшем он мог создать там семью. Ничего другого.

Поэтому мы в области с 2019 года такую программу вводим. Мы считаем, что это ключевая вещь, которая сможет обеспечить молодыми специалистами не только бюджетную сферу, но ещё аграрно-производственный комплекс.

В.Путин: А квартиру в Омске детям оставят потом.

А.Бурков: Да, хотя бы такой вариант.

В.Путин: Вот сейчас про село вспомнили. У вас отдельная программа есть по селу?

А.Бурков: У нас ключевые проблемы на селе – это вопрос обеспечения чистой водой (питьевой) жителей сельской местности. Порядка 30 процентов всех территорий не обеспечены питьевой водой. К сожалению, даже подвозим воду.

И вторая – это, конечно, отсутствие дорог: 64 процента всех региональных дорог находится в ненадлежащем состоянии. Сейчас создаём систему весового контроля, чего раньше не было, и начинаем уже надзор за строительством дорог.

Кроме государственного контроля мы создали общественный контроль – дорожный общественный контроль. Работает очень эффективно, спасибо нашему институту СибАДИ – это наш дорожный институт.

Они дают и специалистов, и свою лабораторию, чтобы мы могли дорожное покрытие оценить, насколько оно качественное и соответствует ГОСТу.

Что интересно, выявлять этот общественный контроль начал проблемы не только строительства сегодняшнего дня, а ещё и прошлых лет, то есть они выходят и говорят: «Смотрите, дорога с трещинами», – и начинают делать предписание. И всё, поднимаем контракты. В контракте предусмотрены обязательства сроком на три, четыре года.

В.Путин: Надо переходить к контрактам полного цикла.

А.Бурков: Согласен. И здесь первый шаг показал, что это действует. И сегодня мы не принимаем его работу и заставляем переделывать.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 28 августа 2018 > № 2716075 Александр Бурков


Россия > Рыба. Судостроение, машиностроение > fish.gov.ru, 28 августа 2018 > № 2714958 Петр Савчук

Петр Савчук: «Мы должны строить рыболовные суда на наших верфях».

В России наконец сдвинулся с нулевой точки процесс обновления рыбопромыслового флота. О том, сколько судов может быть построено, какие нужны механизмы господдержки, в чем причина невостребованности отечественных проектов и как обеспечить привлекательность отечественных верфей для рыбаков рассказал заместитель руководителя Росрыболовства Петр Савчук.

– Петр Степанович, какое количество судов в настоящее время находится в постройке по программе выделения квот «под киль» и какое количество в целом ожидается построить по завершении этой кампании?

– В настоящее время по программе инвестиционных квот строятся 20 крупнотоннажных судов (длиной от 80 м), 12 среднетоннажных (длиной от 55 до 70 м) и 1 траулер-свежьевик длиной свыше 30 м. Всего 33 судна.

Кроме того, в сентябре этого года начинается новый этап приема заявок на нераспределенные объемы инвестквот минтая и сельди Дальневосточного бассейна. По предварительной оценке, инвесторами будет дополнительно построено не менее восьми крупнотоннажных судов.

Всего в сегментах инвестиционных квот минтая и сельди, атлантической трески и пикши будет построено порядка 43 судов, в сегменте донно-пищевых пород рыб (треска, камбалы, палтусы, навага и других) ожидается строительство порядка 30 мало- и среднетоннажных судов. В планах у нас и обновление краболовного флота. Механизм, регулирующий параметры строительства краболовных судов, будет определен правительством.

Всего ожидаем строительства на российских верфях не менее 150 рыбопромысловых судов до 2030 года – с использованием не только инвестквот, но и других инструментов стимулирования обновления рыбопромыслового флота.

Кроме того, необходимо создавать условия для обновления транспортно-рефрижераторного флота. Средний возраст судов превысил отметку в 30 лет, мы наблюдаем процесс ускоренного выбытия судов, действующих мощностей явно недостаточно, особенно это ощутимо в пиковые периоды добычи. Мы оцениваем потребность в транспортах в количестве не менее десяти крупнотоннажных единиц флота для Дальнего Востока и порядка пяти единиц для Севера.

– Как вы относитесь к предложению по перераспределению инвестквот с крупнотоннажных судов на среднетоннажные?

– Такие идеи высказываются, однако для принятия подобного решения необходимо видеть картину в целом, учитывать множество факторов. На данное предложение от рыбопромысловых компаний мы получили противоречивые ответы. Многое зависит от профиля осваиваемых квот, района промысла. Взять, к примеру, Охотское или Берингово море, где зимой достаточно часты шторма. Многие среднетоннажные суда там зачастую простаивают, работают неэффективно. Например, одна из компаний перевела свой среднетоннажный флот с Дальнего Востока на Север, поскольку они не показывали требуемой эффективности.

В целом, нужно смотреть на мировые тенденции: среднетоннажные суда менее рентабельны на промысле массовых пород рыб, где необходимо в периоды пиковых нагрузок показывать максимально возможный результат. Для этого должен иметься существенный запас судовых мощностей по хранению, переработке, заморозке. Помимо этого, среднетоннажному судну необходимо осуществлять более частые перегрузки в море. Также судно все-таки должно выпускать продукцию высокой степени переработки, а не в виде сырья поставлять улов в тот же Китай. Поэтому в данном сегменте рыболовства заказывают крупнотоннажные суда, ведь это вопрос доходности инвестиций.

Есть, конечно, отдельные аспекты, например, такие как совмещение среднетоннажных судов и плавбаз. Это хорошая идея, но это частные случаи. Единственное, что нас смущает в данной производственной схеме: сдав продукцию на плавбазу, рискуем получить продукцию низкой степени переработки. В нормативных документах не предусмотрено требований к перерабатывающему оборудованию на плавбазе. Между тем, Президентом России поставлена задача по уходу от сырьевого экспорта и обеспечению высокой степени переработки уловов. Поэтому все инвестиционные проекты нацелены именно на глубокую переработку. Это касается не только судов, но и береговых перерабатывающих заводов.

– А какие заводы планируется запустить в ближайшее время?

– В этом году мы рассчитываем на запуск крупного завода производительностью до 1 тыс. тонн в сутки на о. Шикотан (Курилы). Несколько заводов меньшей мощности уже практически готовы к вводу в эксплуатацию в Камчатском крае. Очень важно, что инвестквоты привели к тому, что рыбаки стали серьезно вкладываться в переработку, посчитали экономику. Посредством инвестквоты мы заложили фундамент для дальнейшего расширения береговых производств, выстраивания производственных цепочек по глубокой и инновационной переработке уловов. За этим однозначно будущее нашей отрасли.

– Как вы относитесь к идее включения судов с наливными танками для живой рыбы в программу инвестквот?

– В целом, это очень перспективное направление, в частности на промысле массовых пелагических объектов промысла на ряде бассейнов – Дальневосточном, Волжско-Каспийском, Западном и Азово-Черноморском. Например, по такой технологии добычи работает турецкий флот на промысле черноморской хамсы. Выловленная рыба перекачивается насосами на наливные транспортные суда, которые доставляют ее на перерабатывающий завод, где и осуществляется глубокая переработка. С точки зрения экономической эффективности промысла и сохранения качества продукции это оптимально. Но так как на Каспии, Черноморском и Западном бассейнах механизм инвестквот не действует, нам важно предложить иные, не менее эффективные инструменты поддержки обновления флота.

– Вы высказывали предложение по субсидированию до четверти стоимости строительства малых рыбопромысловых судов, которое вызвало критику со стороны Минпромторга. Настаиваете ли вы на этом предложении и почему?

– С целью поддержки процесса обновления малого рыбопромыслового флота, работающего на объектах водных биоресурсов с относительно низкой нормой рентабельности, мы предложили механизм субсидирования капитальных затрат. Речь идет не о шаландах и не о лодках, а о серьезных судах рыбопромыслового флота длиной от 25 до 55 м, которые, с учетом специфических требований по осадке, размерам трюмов, промысловому оборудованию могут эксплуатироваться практически на всех рыбохозяйственных бассейнах.

Суть предложения в том, что нам нужно создать на российских верфях конкурентные условия. Ведь сегодня в Китае построить судно гораздо проще, и оно будет на порядок дешевле, чем в России, и мы это прекрасно видим из соответствующих коммерческих предложений. Поэтому предлагаемая мера по субсидированию нужна не рыбакам, а в первую очередь отечественным судостроителям. Чтобы заинтересовать рыбаков, нужно создать определенные условия. Мы посчитали, что 25% возмещения стоимости строительства судна на территории России будет достаточно для доведения срока окупаемости этих судов до приемлемого уровня. Предлагаемые нами субсидии должны будут выплачиваться уже по факту ввода судна в эксплуатацию. Это прозрачная схема господдержки и рыбаков, и судостроения.

Мы уже повторно обсудили с Минпромторгом эту идею, и нашли взаимопонимание. Необходимо сформировать соответствующую нормативную базу и приступать к работе. Если эта мера будет утверждена, то можно говорить о строительстве до 40 судов для Азово-Черноморского бассейна, 20 судов для Каспия, порядка 30 судов для Балтики и столько же для Севера. На Дальнем Востоке – еще примерно 100 судов. Это малые и среднетоннажные суда – аналоги судов типа МРС и РС, СТР. Это хорошая, большая судостроительная программа.

– Минпромторгом, в частности, высказывалась критика предложения по субсидированию в связи с тем, что там не определен верхний предел поддержки. Не считаете ли вы необходимым его установить?

– Нет, не считаю. Мы сделали расчеты по пяти проектам судов. Если проект дорогой, то у этого судна и насыщение – соответствующее. Например, судно для промысла антарктического криля будет стоить, порядка 6-7 млрд руб. И что, нам давать поддержку для него как для малого судна? Это будет бессмысленно. Предлагаемая нами поддержка – адресная. Не построил судно – не получил субсидию.

Тут ситуация такая: либо рыбак продолжит заказывать суда за рубежом, либо выберет российскую верфь. На сегодня мы не выдерживаем ценовой конкуренции ни с той же Турцией, ни с Китаем. Поэтому и требуется адресный и существенный стимул, такой как предлагаемое субсидирование. Надо, чтобы строили наши суда на наших верфях, тогда и заработает экономика через мультипликативный эффект, и наши верфи со временем станут конкурентными. А иначе за счет чего выполнять поставленную стратегическую задачу по достижению опережающего роста ВВП?

Важно еще отметить, что предлагаемая мера господдержки характеризуется высоким показателем бюджетной эффективности. Затраченные средства вернутся в бюджет в кратно большем объеме.

– Считаете ли вы перспективным применение финансового инструмента лизинга в проектах по строительству рыбопромысловых судов?

– Лизинг может значительно облегчить процесс заказа рыболовного судна для рыбака. Он может стать серьезным подспорьем для малых и средних компаний, которые в настоящий момент не обладают свободными финансовыми ресурсами и компетентными специалистами для управления и контроля в ходе проектирования и строительства судна. Схема существенно упрощается: рыбак заключает трехсторонний договор с верфью и лизинговой компанией, после постройки получает в пользование судно и обслуживает лизинговые обязательства. При этом процентная ставка по лизингу существенно ниже, чем по банковскому кредиту. Можно однозначно сказать, что для рыбной отрасли ситуации лизинг – дополнительный инструмент для повышения спроса на новые суда. Важно грамотно его применить.

Мы обсуждаем лизинговые программы с ведущими организациями. «Сбербанк Лизинг», «ВТБ Лизинг», «ВЭБ Лизинг», ГТЛК имеют соответствующие финансовые ресурсы и готовы к сотрудничеству с рыбаками.

– В качестве одной из возможных мер господдержки в отрасли видят обнуление платы за пользование водными ресурсами. Как вы к этому относитесь?

– Это, в принципе, возможно, но ставки сбора в первую очередь должны быть пересмотрены, с учетом роста рыночных цен на рыбную продукцию, экономической отдачи от ресурса. При этом, надо понимать, что эффект даже от полного обнуления ставки сбора, если мы говорим о возможной льготе, например, на промысле малорентабельных объектов, будет минимальным и не даст результата. Кроме того, в предлагаемом пакете поправок в части ставок сбора уже присутствуют льготы за глубину переработки и поставку продукции на внутренний рынок. Но слишком много льгот перегрузит механизм, надо искать иные пути стимулирования.

– Существуют ли планы по строительству судов и техники для добычи биоресурсов в районах Антарктики?

– Да, это перспективное направление, которое нельзя упускать. Норвежцы, например, строят для этих целей еще два судна длиной 200 м. Эти суда очень дорогие: каждое стоит порядка $200 млн. У Норвегии имеется целая программа по работе в Антарктике. Конечно, и для России исторически это очень важный регион, в котором мы сейчас практически не присутствуем с точки зрения рыболовства. Нужно создавать экономически стимулы, чтобы туда зайти масштабно и надолго. И некоторые наши компании готовы это делать при наличии поддержки государства. В первую очередь речь идет о промышленной добыче криля. Этот промысел, даст импульс для развития в России целого пласта технологий и загрузки ряда отраслей нашей экономики. Криль – это ценный жир, мука, а далее по цепочке – биодобавки, фармацевтика, наконец рыбные корма. Крилевая мука крайне востребована в отрасли аквакультуры – для выращивания рыбы, морепродуктов. Сегодня мы закрываем порядка 80% нашей потребности в рыбных кормах за счет импорта. Как можно говорить об опережающем развитии нашей аквакультуры без достаточной сырьевой базы? Решение среди прочего можно и нужно искать в освоении и переработки криля.

Понятно, что мы много лет в том регионе не работали и теперь просто так нам туда не вернуться. Начинаем с выполнения поручения Президента России о проведении научных исследований в Антарктике. В скором времени туда направится наше научно-исследовательское судно.

Конечно, к освоению этого региона нужно готовиться, строить добывающие, вспомогательные и транспортные суда. На первом этапе необходимо 2-3 судна длиной 100-120 м, но это должны быть современные, экономичные и одновременно мощные суда, способные вылавливать не менее 60 тыс. тонн криля в год каждый. Я не согласен с теми, кто считает, что это не достижимо. Например, суда проекта Aker вылавливают по 60-80 тыс. тонн в год. Зачем делать хуже? Упомянутые двухсотметровые норвежские суда будут ловить свыше 100 тыс. тонн каждое. Если уж заходить в этот промысел, то должен быть выбран оптимальный проект судна с точки зрения производительности и экономической отдачи. У нас есть определенная квота в этом районе в рамках комиссии АНТКОМ, с нее можно начинать работу.

– Помимо Антарктики, какие еще районы мирового океана перспективны для освоения российскими рыбаками?

– Нужно рассматривать программу по промыслу тунцов в Атлантике и Тихом океане. Это хороший, ценный объект, который сегодня не используется нашими рыбаками. И здесь мы возвращаемся к разговору о господдержке строительства океанического флота – без этого в те удаленные районы вряд ли кто из рыбаков готов пойти. В нашей отраслевой стратегии до 2030 года данное направление предусмотрено. Необходим осторожный подход: бизнес сам должен определять, сколько судов отправить на данный промысел и в какие районы. Мы же должны обеспечить научной поддержкой. В целом, оцениваем потребность по данному направлению в 15 среднетоннажных судов длиной от 40 до 55 м.

– Какие новые технологии в рыбопромысловом судостроении вы считаете наиболее перспективными?

– Сейчас у нас проектируется научно-исследовательское судно седьмого поколения. Аналогов ему по оснащенности в мире нет. Проектом предусмотрен автономный спускаемый аппарат, воздушные и подводные беспилотные аппараты, вертолет для наблюдения с воздуха за промысловыми скоплениями, метеостанция. Уникальность этого судна будет также в использовании двигательных установок Azipod, то есть точность координат и исследований будет очень высокой. Океанические исследования сегодня более эффективно проводить по целому ряду направлений, не только рыболовству. Необходим межведомственный подход с привлечением Академии наук, Минприроды, экологов, технологов. Всех ученых можно собрать на данному судне в экспедицию, чтобы они выполняли свои программы. Их слаженная работа приведет к более высокому результату, чем разрозненные исследования. Например, некоторые виды перспективных биоресурсов, к примеру, мезопелагические, мы еще не научились перерабатывать, поэтому одновременно на судне могла бы потребоваться отработка различных технологий. Судно очень дорогостоящее, и оно должно максимально использоваться.

Добавлю несколько слов по части технологий на действующих промыслах.

Самое главное для рыбака в текущих рыночных условиях – эффективно облавливать ресурс. Для этого рыболовное судно должно быть экономичным, достаточно мощным и вместительным. Обсуждается, например, использование композитных материалов. На мой взгляд, они могут быть востребованы для совсем малых судов длиной до 15-20 м, например, на промысле кальмара в прибрежной зоне.

Перспективные направления рыболовства и судостроения мы обсудим на Международном рыбопромышленном форуме и выставке рыбной индустрии, которые состоятся с 13 по 15 сентября этого года в Санкт-Петербурге. В рамках форума запланированы специальные сессии по этим темам, а на выставке можно будет ознакомиться с новыми проектами судов, с различным судовым оборудованием. Приедет множество и российских, и зарубежных профильных компаний.

– В отрасли высказывались опасения относительно того, что отечественные верфи будут срывать графики строительства судов, а компании из-за этого – терять квоту. Реальна ли эта проблема?

– Нельзя об этом заявлять, пока большая часть проектов находится на начальном этапе или вовсе ожидает закладки. По тем проектам, которые уже идут, больших проблем нет. Да, есть задержки в две недели, что несущественно, у «Янтаря» – около трех месяцев из-за изменений в проекте и поставок оборудования. Верфи получают «живые» деньги и в срывах сроков не заинтересованы. Поэтому реальной проблемы здесь я пока не вижу. А риски есть в любом бизнесе. На зарубежных верфях такое тоже бывает. Но если правильно организовать процесс контроля за исполнением заказа, не должно возникать подобных ситуаций.

– Каков уровень локализации по строящимся рыбопромысловым судам?

– Сейчас по заказам мы видим, что уровень локализации по строящимся судам будет достигать 40%, хотя ожидали и нормативно закрепили в постановлении правительства в части инвестиционных квот на уровне 30%. Двигатели и основное оборудование пока закупаем за границей, а корпус и оснастка производится на территории России.

Существенный элемент – инжиниринг. Да, сложно будет строить крупнотоннажный флот. Одна из компаний отрасли, например, решила заказать головное судно в Турции, а серийные строить уже в России. Но чем Турция лучше России в плане судостроения? У них ведь оборудование такое же европейское. Но при этом у них качественно отлажен инжиниринг. Создайте его в Санкт-Петербурге или во Владивостоке – и будем в состоянии показывать те же самые результаты. Конечно, на все нужно время. Но о локализации нельзя забывать: сейчас приходится покупать и двигатели, и технологическое оборудование за рубежом. Минпромторг в настоящее время как раз активно занимается локализацией производства указанных компонентов в России. И мы видим, что этот процесс запущен. Например, группа «Ак-Барс» совместно с хорватами производит грузовые лебедки, траловый комплекс. На мой взгляд, будет перспективно создание соответствующих производств в России совместно с такими компаниями, как MAN, Wartsila, возможно Caterpillar, Baader и другими лидерами по направлениям. Это даст существенное сокращение итоговой стоимости судов. Кроме того, необходимо начать создавать центры по сервисному обслуживанию судов на территории Российской Федерации. Это большой, перспективный рынок. На судоремонт российскими рыбаками в год тратится не менее $200 млн в портах Норвегии, Южной Кореи, Китая. Как минимум надо ставить перед собой задачу – строящиеся в настоящий момент суда после ввода в эксплуатацию должны проходить ремонт и техобслуживание в России. И для этого необходимо создавать качественный сервис судоремонта.

– В чем вы видите главную причину низкой востребованности отечественных проектов рыболовных судов?

– Основная причина здесь в том, что наши проектные бюро ничего нового, прорывного, рыбакам не предлагают, и это обидно. В качестве исключения можно упомянуть Калининградский технический университет, который предложил рыбакам довольно неплохие проекты для Балтики.

В любом случае, у нас все должно делаться под требования Российского морского регистра судоходства. Поэтому даже иностранные проекты рыбаки вынуждены русифицировать через российскую конструкторскую компанию. Может быть, благодаря этому наши бюро научатся проектировать сами.

– А как вы относитесь к идее разработки типового проекта рыболовного судна за госсчет?

– Мы бы хотели на малых и среднетоннажных судах «потренироваться» в плане проектирования. Вообще, я не большой сторонник НИОКРов (научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, потому что по опыту, работа зачастую ведется «на корзину». Но если какое-то из конструкторских бюро выиграет соответствующий конкурс, то пусть сделают для начала современный проект маломерного рыбопромыслового судна. Пока мы изучаем этот вопрос. Возможно, нужно пойти путем государственно-частного партнерства под гарантию заказа этого судна.

Я считаю, что для малых, да и для больших судов типовые проекты должны быть. Это позволит снизить их стоимость до 20-30% при условии крупной серийности.

– Какова ваша позиция относительно применения аукционного принципа по крабовым квотам вместо исторического?

– Есть поручение правительства, мы его отрабатываем, готовим финансово-экономическое обоснование. Окончательное решение опять же за правительством. Но я не вижу здесь особых рисков для рыбной отрасли, планов по судостроению и продовольственной безопасности страны. 95% этого продукта уходит за границу, налоговая отдача крайне низкая, за последние 20 лет не было построено ни одного судна-краболова. Чтобы решить эту проблему, мы предлагали изначально дополнить механизм инвестиционных квот крабом и повысить ставки сбора по этому ресурсу в два раза, но рыбаки тогда возмутились. А теперь история зашла слишком далеко.

Некоторые представители отрасли высказываются, что из-за введения аукционов могут быть сорваны проекты по судостроению в рамках инвестиционных квот. Однако, механизм инвестквот устроен так, что квота выделяется для освоения только после ввода судна в эксплуатацию. Прошедшие недавно аукционы на понижение показали существенное превышение спроса на инвестквоту со стороны рыбаков. Так что, высвободившийся в случае срыва проектов квотный ресурс бесхозным точно не останется. Поэтому мы не видим больших рисков. Более того, в случае принятия решения по крабовым квотам, мы ожидаем дополнительного роста заказов на новые суда – не менее 40 современных краболовов, которые будут построены на российских верфях.

Источник: portnews.ru

Россия > Рыба. Судостроение, машиностроение > fish.gov.ru, 28 августа 2018 > № 2714958 Петр Савчук


Россия. ПФО > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > premier.gov.ru, 28 августа 2018 > № 2714937 Глеб Никитин

Встреча Дмитрия Медведева с временно исполняющим обязанности губернатора Нижегородской области Глебом Никитиным.

Обсуждалась, в частности, готовность школ региона к началу нового учебного года, а также реализация программы создания новых мест в детских садах.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Мы с Вами нередко встречаемся, но есть поводы, которые носят особый характер для нашей страны. В данном случае я имею в виду подготовку к новому учебному году, ввод новых учебных заведений – как школьных, так и дошкольных. Как обстоят дела в Нижегородской области?

Г.Никитин : Примерно 327 тысяч детей у нас готовы начать учёбу. Если говорить о решаемых проблемах, о том, чем мы сейчас занимаемся, то это, во-первых, сокращение обучающихся во вторую смену. Пока такие учащиеся есть, хотя доля их меньше, чем в среднем по стране. В этом году мы вводим четыре новые школы, это 1875 учебных мест.

Д.Медведев: В самом Нижнем или где?

Г.Никитин: Нет, по области. В этом году в Нижнем мы школ не вводим. Но до 2020 года планируем в целом ввести 13 учебных заведений, в их числе уже будут и нижегородские. Это где-то на 7 тысяч обучающихся.

Что касается детских садов, здесь мы также решали проблемы вместе со всей страной, чтобы не было очередей для детей от трёх до семи лет. За последние годы 14 400 дополнительных мест было введено. В соответствии с утверждённой программой планируется построить ещё 27 детских садов на 3545 мест.

Д.Медведев: Я думаю, это правильная программа, когда комбинируются и ясельные группы, и неясельные, потому что это и экономнее, и часто удобнее родителям.

Г.Никитин: Конечно.

Что касается школ, я ещё один момент хотел отметить. Я сейчас часто с жителями встречаюсь, и очень много жалоб по поводу капитальных ремонтов, то есть недоремонта, накопленного за последние десятилетия. За счёт области ремонт в учебных заведениях не делался вообще. Поэтому около 30% школ требуют соответствующих вложений. В этом году мы начали эту работу. За счёт области 438 млн рублей выделено.

Хотел выразить Вам отдельную благодарность за решение по двум самым критичным школам (в Нижнем Новгороде и Сарове) – выделить 240 млн рублей из резервного фонда Правительства.

Школа в Сарове просто не функционировала, в Нижнем Новгороде была на грани закрытия. Мы работу с ними начали и будем активно продолжать.

Сейчас мы за счёт выделенных из областного бюджета 438 млн в 100 школах принимаем точечные решения, в том числе по санузлам, кровлям, оконным проёмам, осушению подвалов и так далее. Но и комплексные решения должны будут быть.

Д.Медведев: Есть ещё одна тема, которая очень волнует наших граждан. Школы – это хорошо, но есть пришкольное пространство, есть сады, скверы, парки, придомовые территории. Как с этим обстоит дело?

Г.Никитин: Эта работа не остановилась и после проведения чемпионата мира по футболу. К чемпионату было около 600 фасадов приведено в нормативное состояние, сейчас уже около 1100. Постоянно идёт работа, с еженедельным отчётом.

Кроме того, занимаемся дворовыми территориями. В рамках конкурса проектов создания комфортной городской среды должны быть выбраны несколько городов с исторической застройкой…

Д.Медведев: Это действительно очень важно, тем более что у нас огромное количество малых городов, где есть прекрасные памятники архитектуры. Их нужно сейчас приводить в порядок.

Россия. ПФО > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > premier.gov.ru, 28 августа 2018 > № 2714937 Глеб Никитин


Россия. СФО > Нефть, газ, уголь. Экология > neftegaz.ru, 28 августа 2018 > № 2714855

В. Путин провел заседание комиссии по вопросам стратегии развития ТЭК и экологической безопасности РФ.

В. Путин сейчас разъезжает по Сибири. Первый пункт - Кемеровская область, далее – Новосибирск, где Путин посетит выставку Технопром, а после – Омск.

В г Кемерово 27 августа прошло заседание комиссии по вопросам стратегии развития топливно-энергетического комплекса (ТЭК) и экологической безопасности РФ.

В. Путин посетил угольный разрез «Черниговец», ознакомился с работой предприятий, а также встретился с шахтерами, которые обратились к нему в т.ч. с личными просьбами, и не забыл провести рабочую встречу с врио губернатора Кемеровской области С. Цивилевым.

Кроме того, президент возложил цветы к монументу «Память шахтерам Кузбасса» в музее-заповеднике «Красная горка».

Заседание Комиссии по вопросам стратегии развития ТЭК и экологической безопасности В. Путин начал с поздравлений: «Мы все понимаем, Кузбасс – один из крупнейших мировых центров угледобычи, именно мировых центров. И, кроме всего прочего, накануне, то есть вчера, был праздник у тех, кто работает здесь, и в отрасли в целом – День шахтера. Я от своего имени и от имени всех здесь присутствующих хочу поздравить горняков с их профессиональным праздником, пожелать им здоровья, всего самого наилучшего, успехов в очень нелёгком, но очень нужном стране труде.

После чего глава государства перешел к повестке заседания, которая включала в себя:

- текущую ситуацию в российском ТЭКе;

- ключевые направления и ориентиры развития отрасли;

- оценку выполнения ранее принятых решений комиссии.

Тезисы В. Путина:

- ТЭК играет важную роль в повышении темпов и качества экономического роста;

- на долю ТЭКа приходится около 22% ВВП страны, почти 60% экспорта и 40% дохода федерального бюджета;

- в условиях сложной рыночной конъюнктуры последних лет и искусственных внешних ограничений российский ТЭК сумел эффективно ответить на стоящие перед ним вызовы;

- по итогам 2017 г Россия подтвердила свой статус 1го из лидеров глобального энергетического рынка и заняла 1е место в мире по объему добычи нефти, 2е - по добыче газа, по объему выработки электроэнергии - 4е место и добыче угля - 6е место в мире. В 2017 г сумма инвестиций в отрасли выросла на 10% и составила 3,5 трлн руб;

- в 2017 г отечественные компании продали за рубеж более 190 млн т угля. По этому показателю Россия уверенно занимает 3е место в мире. Текущая конъюнктура дает возможность расширить присутствие России на мировом угольном рынке, укрепить свои позиции и нарастить долю;

- уровень газификации Кемеровской области, в т.ч. сельских территорий, растет недостаточными темпами - нужна координация между федеральными органами власти, Газпромом, независимыми производителями и местными региональными органами власти. «Последняя миля» - основная проблема, нужна дополнительная динамика по этому вопросу;

- объем экспорта природного газа 2 года подряд обновлял абсолютный максимум;

- нужно развивать экспортный потенциал российской энергетики;

- конкуренция на глобальном энергетическом рынке заметно обострилась;

- решать вопросы развития угольной промышленности необходимо на основе самых современных технологий, которые должны дать не только экономический эффект, но прежде всего обеспечить улучшение условий труда горняков, их безопасность.

- ресурсосберегающие экологические станции, которые заменят устаревшие, нужно строить с максимальной опорой на оборудование отечественного производства, вплоть до его 100%-ной локализации, если изначальным источником являются наши иностранные партнеры;

- нужно определить стабильные источники финансирования модернизации тепловой энергетики.

Тему продолжил министр энергетики А. Новак, выступив с основным докладом о повышении эффективности логистических решений, обеспечивающих увеличение объемов экспорта российского угля:

- за последние годы был принят целый ряд основополагающих решений и стратегически важных документов по вопросам развития угольной отрасли. В числе первых из них - Долгосрочная программа развития угольной промышленности России на период до 2030 г.

- угольная отрасль успешно преодолела период глубокого падения цен на мировых рынках и поступательно развивается;

- с 2012 по 2017 гг добыча российского угля выросла на 15,5% (до 410 млн т);

- в 2018 г будет превышен рубеж в 420 млн т, и, скорее всего, будет превзойден максимальный уровень добычи советского времени, достигнутый в 1988 г.

- объем обогащения увеличится до 195 млн т, это на 28% больше;

- инвестиции достигнут 130 млрд руб/год, налоговые отчисления превысят 100 млрд руб;

- отрасль развивается со значительным опережением долгосрочной программы. Уже сейчас достигнуты те ориентиры по добыче, которые были поставлены на 2030 г;

- была также изменена структура добычи угля в пользу более безопасного, открытого способа. За 5 лет его доля выросла с 70% до 75%;

- идет концентрация производства на наиболее эффективных предприятиях, растут нагрузки на очистной забой, на горнотранспортное оборудование;

- за последние 5 лет производительность труда рабочих по добыче угля увеличилась в 1,5 раза. Только в 2018 г шахтерами России установлено 7 мировых рекордов;

- в 2017 г зафиксирован самый низкий за всю историю отрасли удельный показатель смертельного травматизма и самый высокий уровень затрат на обеспечение безопасных условий. По итогам работы межведомственной комиссии под эгидой Минэнерго угольными компаниями в 2016 г разработаны и реализуются среднесрочные меры по повышению промышленной безопасности;

- целесообразно оказать государственную поддержку инвестиционному процессу угольной отрасли. В этой связи предстоит шире использовать для инвестиционных проектов в угольной промышленности механизмы территорий опережающего социально-экономического развития, Свободного порта Владивосток, специальных инвестиционных контрактов. Предстоит продолжить выполнение мероприятий по снижению импортозависимости угольной промышленности, в т.ч по созданию отечественного горношахтного оборудования и материалов, средств индивидуальной защиты, автоматизации и программных средств, обеспечивающих безопасные условия ведения горных работ. Стимулировать применение современных отечественных технологических решений в угольной генерации в рамках отбора проектов модернизации генерирующих объектов тепловых электростанций, прежде всего в регионах Сибири и Дальнего Востока, где уголь является основным топливом;

- принципиально важно оценить перспективу усиления позиций России на мировых экспортных рынках. Именно экспорт был ключевым драйвером роста отрасли в последнее десятилетие, и будет оставаться им впредь;

- анализ ситуации на мировых угольных рынках свидетельствует, что у России как у 3е в мире экспортера угля в среднесрочной перспективе появляется новое окно возможностей;

- в 2017 г возобновился рост мирового потребления угля, в т.ч за счет Юго-Восточной Азии, Индии, Турции и ряда др стран. Увеличилась международная торговля энергетическим коксующимся углем и превысила уже отметку в 1,3 млрд т. В 2018 г экспорт угля из России, по оценкам, ожидается выше 200 млн т: порядка 100 млн т в западном направлении и около 100 млн т в восточном направлении. В западном направлении перспективы представляются пока что крайне ограниченными из-за планов стран ЕС по сокращению потребления угля, а также в связи с прогнозируемой конкуренцией со стороны поставщиков из Колумбии и США. В целом на сегодняшний день доля России на европейских рынках составляет почти 40% и является достаточно высокой.

Россия. СФО > Нефть, газ, уголь. Экология > neftegaz.ru, 28 августа 2018 > № 2714855


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 28 августа 2018 > № 2714410 Андрей Травников

Встреча с врио главы Новосибирской области Андреем Травниковым.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с временно исполняющим обязанности губернатора Новосибирской области Андреем Травниковым.

Обсуждались, в частности, ситуация в сельском хозяйстве, развитие транспортной инфраструктуры и разработка стратегии социально-экономического развития Новосибирской области до 2030 года.

* * *

В.Путин: Вы уже работаете девять месяцев?

А.Травников: Так точно, Владимир Владимирович.

В.Путин: Как Вы оцениваете результаты работы за это время? И какие основные цели видите на ближайшую перспективу?

А.Травников: Владимир Владимирович, из текущих задач и вопросов каких-то острых, беспокоящих ситуаций нет. Пожалуй, только ситуация беспокоит в этом году, в этом сезоне, в сельском хозяйстве из-за не очень благоприятной погоды.

Поэтому все наши усилия сегодня направлены на формирование проектов будущего развития: это и новосибирский научный центр «Академгородок 2.0», о котором я Вам доложил на выставке, это разработка новой стратегии социально-экономического развития до 2030 года, где мы ставим перед собой цель – стать лучшей столицей, лучшим регионом для проживания и ведения бизнеса за Уралом.

И конечно, безусловно, это реализация майского указа № 204 от этого года и выполнение тех задач, достижение целей которых Вы в этом указе обозначили.

Активное взаимодействие с профильными министерствами Правительства Российской Федерации, работа над нацпроектами. Для нас, я считаю, самые важные нацпроекты – это «Демография» и «Здравоохранение».

Мы сегодня активно разрабатываем в том числе и региональные программы, для того чтобы снизить смертность по основным причинам (кровообращение и онкология) и обеспечить продолжительность жизни не менее 80 лет в среднем к 2030 году.

Мы сегодня подходили к стенду медицинской компании, и с Вами разговаривали руководители Медицинского центра имени Мешалкина, федерального научного центра. Представители этого центра также вместе с другими медиками нашего региона участвуют в разработке программы подготовки предложений в нацпроекты.

Следующий крупный проект, над которым трудится весь город и весь регион, – это подготовка к чемпионату мира по хоккею среди молодёжных команд в 2023 году. Мы приступили к разработке проектной документации по всем основным объектам, для того чтобы подготовиться к этому значимому международному спортивному событию.

Но самый важный, самый якорный объект – это, конечно же, новый ледовый дворец спорта для Новосибирска, для хоккейного клуба «Сибирь». Для того чтобы его построить без аврала, своевременно, качественно, нужно приступить к строительству уже весной 2019 года.

Здесь, конечно, Владимир Владимирович, потребуется и Ваша поддержка, потому что необходимо оперативно открыть финансирование. Регион, со своей стороны, выполнит проектно-сметную документацию, уже к октябрю этого года мы обеспечим софинансирование из регионального бюджета, своевременно проведём все процедуры, но нужна поддержка поначалу, в том числе и федерального финансирования.

В отношении всех остальных объектов чемпионата мира, а это и транспортные объекты, это объекты благоустройства, это и реконструкция действующей арены, мы это сделаем тоже в плановом порядке в необходимые сроки.

В.Путин: Чемпионат мира нужно проводить, причём на высоком уровне, как мы умеем делать, во многих регионах России мы уже продемонстрировали, сами себе доказали, всему миру. И здесь, в Новосибирске, конечно, чемпионат мира по хоккею среди молодёжи тоже должен быть подготовлен и проведён на самом высоком уровне.

Новосибирск развивается быстро, агломерация два миллиона человек. Мы с Вами посмотрели сейчас, Вы сами обратили на это внимание, очень много парковых зон в городской черте. Город, конечно, развивается и должен развиваться дальше, но к этим объектам особого экологического значения для людей, конечно, нужно относиться очень бережно.

Из того, на что Вы обратили внимание, – это поддержка сельского хозяйства, я бы тоже отметил, что в прошлом году, в прошлом сезоне благодаря Вашей инициативе удалось вывезти основное количество полученного зерна на экспорт. Объём вывезенного зерна по сравнению с позапрошлым годом увеличился в 21 раз: 200 тысяч тонн – это хороший показатель. И надеюсь, что и дальше вы будете так же активно поддерживать сельское хозяйство, селян.

Из других мероприятий, которые были проведены за прошедшее время и которые сейчас ещё проводятся, отмечу, конечно, внимание, которое областная администрация под Вашим руководством уделяет вопросам транспортного развития. Это тоже одна из проблем, которую мы должны решать повсеместно, на всей территории Российской Федерации.

Такая задача поставлена и в майских указах этого года. Поэтому то, что вы дополнительно выделили полтора миллиарда рублей на строительство сельских дорог, – это движение в абсолютно правильном направлении. Мы стараемся вас поддержать по развитию транспортной инфраструктуры в целом. И хочу пожелать Вам успехов.

А.Травников: Спасибо, Владимир Владимирович.

Отдельное спасибо за помощь селянам. Действительно, благодаря Вашему решению по установлению льготных железнодорожных тарифов нам в том числе удалось вывезти тот объём зерна за пределы региона и страны, который мы сделали по итогам прошлого сезона.

В.Путин: Знаю, что Вы тоже приложили немало для этого усилий в работе с операторами. Но главное, что цель достигнута. И ещё раз хочу пожелать Вам успехов в реализации всех тех планов, которые Вы перед собой ставите для развития Новосибирска и Новосибирской области.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 28 августа 2018 > № 2714410 Андрей Травников


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука. СМИ, ИТ > kremlin.ru, 28 августа 2018 > № 2714409 Владимир Путин

Международный форум «Технопром-2018».

Продолжая рабочую поездку в Сибирский федеральный округ, Владимир Путин прибыл в Новосибирск, где принял участие в пленарном заседании международного форума «Технопром-2018», а также посетил выставку технологического развития.

Основная тема форума – содействие технологическому лидерству российской экономики на основе разработки и ускоренного внедрения наукоёмких «интеллектуальных» технологий в традиционных отраслях промышленности.

* * *

Выступление на VI Международном форуме технологического развития «Технопром-2018»

В.Путин: Добрый день, уважаемые друзья!

Очень рад всех вас приветствовать на шестом Международном форуме технологического развития «Технопром-2018». По традиции он проходит здесь, в Новосибирске, – в одном из важнейших деловых, промышленных, интеллектуальных центров нашей страны.

В регионе, где сосредоточены крупные высокотехнологичные предприятия и научно-образовательные учреждения, расположен и всемирно известный новосибирский Академгородок с его мощным инновационным потенциалом.

С некоторыми разработками, созданными при участии учёных Сибирского отделения Российской академии наук, мы только что познакомились на выставке, организованной в рамках форума.

И отмечу, что в её экспозиции, безусловно, очень интересные, перспективные отечественные проекты в самых разных областях знаний: от наноматериалов до медицинских и аэрокосмических технологий.

Надеюсь, что благодаря этому форуму, объединившему представителей власти, науки и бизнеса, институтов развития, они получат необходимую поддержку и дальнейшее развитие.

В современных условиях быстрых технологических изменений, глобальной конкуренции за научное, индустриальное первенство такие мероприятия, как «Технопром», безусловно, востребованы и в высшей степени важны.

Сегодня именно знания и высокие технологии – в этой аудитории не нужно об этом говорить, тем не менее скажу, – определяют эффективность экономики, позволяют кардинально повысить качество жизни людей, модернизировать инфраструктуру и госуправление, обеспечить правопорядок и безопасность.

По сути, от передовых технологий, их эффективной разработки и быстрого, что самое главное, внедрения зависит жизнеспособность народов, целых обществ и государств, позиции стран в мире, особенно таких крупных, как Россия.

Потому научно-технологический прорыв мы поставили в число ключевых национальных целей и приоритетов. И убеждён, мы способны его совершить, объединяя усилия государства, бизнеса, научно-образовательного сообщества, расширяя свободу для инициативы и творчества наших людей.

В последние годы мы планомерно увеличивали финансирование науки, обновляли инфраструктуру исследований и разработок. Формировали комфортный климат для запуска наукоёмких производств.

За 17 лет финансирование науки в реальном выражении выросло в 3,7 раза. В действующих ценах намного больше – в 23,6 раза. Мы создавали условия для привлечения в науку способной, талантливой молодёжи.

И вновь подчеркну: мотивировать ребят нужно решением амбициозных, значимых задач. Надо предоставлять им возможности для самореализации, достижения высоких научных результатов. Сделать всё для того, чтобы они чувствовали себя востребованными.

Одновременно необходимо, и мы будем это делать, повышать привлекательность нашей науки для учёных со всего мира, формировать для них «точки притяжения». И я вас уверяю, такие точки есть.

Я в некоторые центры приезжаю, смотрю, как работают наши коллеги из многих стран мира. На вопрос, почему именно здесь, ответ приятный: здесь есть над чем совместно работать, есть привлекательные направления деятельности, привлекательные перспективные разработки, в которых наши специалисты продвинулись, и продвинулись часто дальше, чем их коллеги. Созданы условия для работы.

Нужно накапливать свои компетенции за счёт международной кооперации – чрезвычайно важное направление. В том числе на эти цели направлено развитие в России новейших установок класса мегасайенс.

С их помощью учёным предстоит найти ответы на так называемые большие вызовы: исчерпание ресурсов, болезни, нехватка продовольствия, экология – за счёт развития новых видов энергии, материалов, лекарств, качественных продуктов. Сейчас на выставке такие направления представлены.

В наших планах – создать сеть из таких установок: от подмосковного Протвино до новосибирского Академического городка и острова Русский во Владивостоке. Эти установки станут хорошим вкладом в решение задач пространственного развития России, в появление территорий с высокой концентрацией исследований и разработок. Одним из флагманов здесь должен стать новосибирский Академгородок – он и является таким флагманом, но будем всячески его поддерживать.

Соответствующие поручения даны в начале текущего года. О ходе исполнения коллеги сейчас проинформировали. Надеюсь, что все наши планы будут реализованы в срок и с должным качеством. Могу также сказать, что региональными властями, научным сообществом проделана серьёзная подготовительная работа для реализации этих планов.

Вместе с тем рассмотрение проекта, безусловно, продолжается. По сути, на форуме проходит его первое публичное обсуждение. Очень рассчитываю и на ваши конструктивные замечания и предложения.

Подчеркну лишь, что одним из ключевых направлений развития Академгородка должно быть создание новых, высокотехнологичных, конкурентных производств, в том числе ориентированных на экспорт. И в этой работе наш бизнес должен принимать самое активное участие.

Должен сказать, что бизнес, ориентированный на высокие технологии, у нас развивается очень приличными темпами и демонстрирует очень хорошие результаты.

И ещё, знаю, что среди других актуальных тем вашего форума – совершенствование механизмов практического внедрения научных разработок. У нас здесь традиционно всегда было много проблем.

Хотел бы повторить, эту цепочку надо выстроить так, чтобы перспективные научные идеи быстро, в максимально короткие сроки получали прикладное применение, превращались в успешные коммерческие продукты.

Чтобы затраченные интеллектуальные ресурсы приносили реальную отдачу, служили на пользу российской экономике и промышленности, повышали качество жизни наших граждан.

Уважаемые друзья и коллеги! Убеждён, что общими усилиями мы непременно решим все стоящие перед нами задачи. Обеспечим мощный научный и технологический рывок не только Сибири, но и всей страны. Обязательно добьёмся того, чтобы наша страна укрепляла свои позиции среди лидеров научно-технологического развития.

И в заключение, безусловно, хочу пожелать участникам и гостям этого прекрасного мероприятия – «Технопрома» – интересного, плодотворного общения, успехов и всего самого доброго.

Знаю, что среди участников не только российские представители различных направлений деятельности – науки, бизнеса, общественных организаций, – но и наши коллеги, друзья из-за границы.

Хочу их поблагодарить за то внимание, которое они уделяют совместной работе с Россией. Желаю вам успехов. Большое спасибо.

Спасибо за внимание. Удачи.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука. СМИ, ИТ > kremlin.ru, 28 августа 2018 > № 2714409 Владимир Путин


Россия. СЗФО > Рыба. Транспорт. Приватизация, инвестиции > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714384 Олег Креславский

После приватизации Мурманский морской рыбный порт инвестировал в развитие полмиллиарда рублей.

На стивидорном предприятии подвели итоги деятельности за последние два с половиной года.

Произошедшая в 90-е годы приватизация давно стала притчей во языцех в России. Слишком много ее сопровождало эксцессов, слишком много предприятий пошли на дно из-за непрофессиональной деятельности новых владельцев, оставив без работы десятки тысяч людей. Однако есть и положительные примеры приватизационного процесса. Одним из них, безусловно, является Мурманский морской рыбный порт.

Предприятие, когда-то бывшее визитной карточкой Мурманска, на рубеже третьего тысячелетия переживало худшие времена. Часть активов была распродана или сдана в аренду, парк перегрузочной техники и холодильный терминал требовали экстренного ремонта и обновления, причалы нуждались в реконструкции, штат сотрудников резко сократился, рыбаки жаловались на простои и задержки с выгрузкой. А федеральные чиновники из Росимущества и Росрыболовства, поставленные следить за госсобственностью, проявляли поразительное равнодушие к судьбе подведомственного предприятия. Поэтому продажа порта с аукциона в декабре 2015 года показалась многим мурманчанам финальной точкой в его судьбе. Но прошедшие два с половиной года показали, что это была точка старта к обновлению и развитию ММРП. Впрочем, пусть говорят цифры.

Грузооборот

По итогам 2017 года грузооборот АО «Мурманский морской рыбный порт» составил 333 тыс. тонн: 208 тыс. тонн рыбопродукции, 105 тыс. тонн нефтепродуктов, 20 тыс. тонн – прочего груза. Рыбопродукция занимает более 60% грузооборота АО «ММРП». В сравнении с 2016 годом ее перевалка выросла на 29 тыс. тонн.

За первое полугодие 2018 года грузооборот ММРП составил 208,4 тыс. тонн, а концу года должен превысить показатель в 360 тыс. тонн.

Загруженность холодильников и скорость обработки судов

В 2017 году холодильные терминалы, принадлежащие ММРП, принимали 14,3 тыс. тонн мороженой рыбы в сутки, что составляет 38% от их максимальной технологической емкости в 37 тыс. тонн. В первом полугодии 2018 года средняя загруженность холодильников в сутки составляет 26,4 тыс. тонн.

Без учета показателей по мойве, среднесуточные показатели по хранению мороженой рыбопродукции составляют 12,3 тыс. тонн, что ниже аналогичных показателей предыдущих 2015-2017 годов и свидетельствует о сохраняющемся стремлении рыбопромысловых компаний работать на экспорт.

Количество судозаходов за период 2015-2018 годов сохраняет стабильную динамику. Если говорить о скорости выгрузки/погрузки судов, то тут следует отметить, что существенно снизилось среднее стояночное время под обработкой одного крупнотоннажного судна. Так, например, в 2015 году этот показатель равнялся 1,8 суток, в 2016 – 1,7 суток, в 2017 – 1,6 суток. За 6 месяцев текущего года данный показатель устойчиво держится на уровне 1,6 суток.

Особо высоких показателей по скорости выгрузки рыбы докерам порта удалось добиться в мойвенную путину 2018 года. Скорость обработки крупнотоннажного транспорта с мойвой сократилась на 0,9 суток по отношению к мойвенной путине 2014 года.

Альтернативные грузы

Ввиду недозагруженности мощностей АО «ММРП» вынуждено привлекать альтернативные грузы, в том числе нефтепродукты и генеральные грузы.

Так, в 2017 году АО «ММРП» начало сотрудничество с СП ООО «Сахалин-Шельф-Сервис». Компания занимается снабжением буровых платформ в Арктике. ММРП дает возможность партнеру развивать свою прибрежную инфраструктуру посредством создания береговой базы обеспечения, предоставляя свои производственные мощности, оказывая комплекс услуг, связанных с перевалкой различных генеральных грузов. Поэтому порт заключил ряд договоров по оказанию услуг по перевалке грузов, поставляемых для «Сахалин-Шельф-Сервиса».

Также в 2018 году были реализованы два проекта по перевалке нетрадиционных грузов - негабаритного груза для АО «Апатит» и отгрузка на железнодорожный транспорт труб разного диаметра.

ММРП на основе выигранного конкурса стал субподрядчиком ПАО «Новатэк» по перевалке генеральных грузов в рамках реализации проекта «Центр строительства крупнотоннажных морских сооружений».

Инвестиции

Для более качественной и оперативной работы по выгрузке рыбопродукции АО «ММРП» в 2017 году приобрело 12 электропогрузчиков и 4 автопогрузчика. Впервые за 20 лет предприятие купило портальный кран «Альбатрос». Были капитально отремонтированы два тепловоза ТЭМ2У.

Курс на закупку новой техники был продолжен и в 2018 году. В рамках развития АО «ММРП» приобрел 9 электропогрузчиков, которые существенно оптимизировали работу в рамках мойвенной путины. Также для ускорения выгрузки были приобретены мобильные эстакады «Кобра», грузовые клети для паллетов, портовый тягач «Терберг» и 4 ролл-трейлера. Всего в 2016-2017 годах парк малой механизации порта был обновлен почти на 70%.

В конце 2017 года был запущен льдогенераторный цех, оснащенный немецким оборудованием марки Ziegra. Продукция крайне востребована траулерами, работающими на прибрежном промысле. По итогам работы цеха в первом полугодии 2018 года было произведено и отгружено 320 тонн льда. Динамика заказов на выпуск данной продукции сохраняет тренд на увеличение.

Модернизирована, введена в строй и сертифицирована санитарно-экологическая лаборатория порта, вооруженная современным оборудованием и укомплектованная специалистами высокого уровня. В новые помещения переехал и «Курс-Норд» - учебный центр ММРП, значительно расширивший перечень морских и береговых рабочих специальностей.

Инвестированы средства в расширение и модернизацию закрытых и открытых складских площадей в Южном грузовом районе и на Угольной базе. Продолжается модернизация холодильного терминала № 3 технологической вместимостью 20 тыс. тонн: в 2016 году были заменены 10 распашных ворот, в 2017 году начался ремонт кровли, в 2018 году стартовали работы по дополнительной теплоизоляции. Все это позволит лучше контролировать температурный режим и уменьшит энергопотери. В настоящий момент идет проектирование новой системы охлаждения высокой степени энергоэффективности с учетом уже произведенных модернизационных улучшений комплексной системы теплоизоляции.

В 2016 году северный район порта был переведен на электрообогрев, что позволило снизить затраты на отопление. А в ходе выполнения работ по техническому присоединению ряда предприятий были модернизированы трансформаторные подстанции порта и система водоснабжения в северном грузовом районе.

Модернизация портовой инфраструктуры позволила существенно сократить потребление энергоресурсов для осуществления основной деятельности. Так, если в 2015 году расход тепловой энергии на перевалку 1 тонны груза составлял 0,055 Гкал, то в 2017 году этот показатель равнялся 0,044 Гкал. По итогам 6 месяцев 2018 года расход тепловой энергии составил 0,023 Гкал/тн.

Аналогичная ситуация с сокращением расходов по другим энергоресурсам. Так, расход электроэнергии на 1 тонну груза в 2015 году составил 27,7 кВт/час, в 2016 году – 31,5 кВт/час, в 2017 году– 26,4 кВт/час, за первое полугодие 2018 года - 24,6 кВт/час.

По воде расходы на 1 тонну груза составили: в 2015 году – 0,43м3, в 2016 году – 0,57м3, в 2017 году – 0,47м3, за первое полугодие 2018 года – 0,42м3.

При этом порт продолжает заниматься непрофильными функциями, а именно теплоснабжением жилых микрорайонов Мурманска. Эта задача была возложена на предприятие еще в советское время: в 2019 году как раз можно будет отметить полувековой юбилей со дня пуска котельной ММРП. Однако из-за хронических неплатежей со стороны управляющих компаний и населения сумма задолженности за поставленное отопление достигла 70 млн рублей. Эти средства по причине банкротства управляющих компаний-должников практически не подлежат взысканию и фактически изъяты из бюджета развития предприятия. А котельная порта продолжает, по сути, генерировать убытки.

Расходы на производство и реализацию тепловой энергии для сторонних клиентов АО «ММРП» за анализируемый период составляют: 2015 год – 91,134 млн рублей, 2016 год – 77, 152 млн рублей, 2017 г – 82,634 млн рублей, за первое полугодие 2018 года – 68,007 млн рублей.

В 2017 году порт вложил в развитие 89,5 млн рублей, а в ремонт – 86,8 млн рублей. Общая сумма – 176,3 млн рублей. В 2016 году затраты на эти цели составили 166,2 млн рублей. Согласно утвержденному бюджету, в 2018 году на ремонт и инвестиции АО «ММРП» должно потратить 231,5 млн рублей. Есть портфель отдельных инвестиционных проектов на сумму 196,2 млн рублей. Часть из них уже реализуется и финансируется за счет улучшения показателей текущей деятельности.

Размер расходов на капремонт и инвестиции свидетельствует об интенсивном развитии и модернизации портовой инфраструктуры в целом. Для сравнения: за весь период с 2010 по 2015 годы, когда государство владело 100% акций АО «ММРП», инвестиции составили всего 58 млн рублей: 2010 год. – 9 млн, 2011 год – 2 млн, 2012 год – 5 млн, 2013 год – 27 млн, 2014 год – 7 млн, 2015 год – 8 млн рублей.

Численность сотрудников и зарплата

До приватизации ММРП в 2015 году численность сотрудников составляла 683 человека. Многие должности дублировались или утратили актуальность в современной рыночной ситуации. В связи с этим, новое руководство АО «ММРП» начало оптимизацию персонала. В 2017 году в АО «ММРП» работало 511 человек. При этом доля докеров в общей численности сотрудников выросла с 21% (2015 год) до 25% (2017 год). Более того, в 2018 году идет дополнительное увеличение штата докеров. На данный момент общая доля докеров в составе персонала порта составляет 28%.

Средняя зарплата в 2015 году составляла 34,6 тыс. рублей в целом по предприятию и 51,6 тыс. рублей – у докеров. В 2017 году – 37,9 тыс. рублей в целом, 56,2 тыс. рублей – у докеров. По итогам первого полугодия 2018 года уровень зарплаты равнялся: 56,2 тыс. рублей в целом по предприятию и 63,8 тыс. рублей – у докеров. Наблюдается положительная динамика роста.

Рост заработной платы за период 2016-2018 годы составил: в целом по предприятию – 29,4%, у докеров – 23,4%.

Проверки и запросы

АО «ММРП» является объектом пристального внимания со стороны контролирующих и фискальных органов в целом. Так, за период с 2011 по 2015 годы на работу по запросам и проверкам было затрачено 540 дней или 1/3 всего календарного времени анализируемого периода.

В 2016 году в АО ММРП пришло 394 проверки и запроса, на подготовку материалов для них порт потратил почти 1,3 млн рублей (если перевести человеко-часы в зарплату).

В 2017 году было инициировано и проведено 287 проверок и запросов. Затраты на них со стороны АО «ММРП» составили 868 тыс. рублей.

Бюджетная эффективность

За 2017 год в бюджеты и внебюджетные фонды различных уровней Мурманский морской рыбный порт уплатил 188,7 млн рублей налогов и сборов. По результатам деятельности в первом полугодии 2018 года было начислено 105 млн рублей, что определяет рост бюджетной эффективности в сопоставимости к прошлому периоду на 11%.

Если анализировать бюджетную эффективность из расчета на одного сотрудника, то в 2016 году она составила 367 тыс. рублей, в 2017 году - 369 тыс. рублей, а по итогам первого полугодия 2018 года – 204 тыс. рублей в пересчете на одного сотрудника, что может говорить о росте на 11%.

Необходимо отметить, что даже при снижении объемов грузооборота в 2016 году на 16,7%, а в 2017 году на 10,2% по отношению к 2015 году, что существенно сказалось на общих доходах, удалось поддержать бюджетную эффективность на уровне 2015 года, а в первом полугодии 2018 года увеличить ее на 11%.

Проект концессии

Все инвестиции АО «Мурманский морской рыбный порт» осуществляет самостоятельно, без привлечения государственного капитала. К сожалению, проекты порта, где требуется участие государства, поддержки у властей пока не нашли.

Показательна ситуация с гидротехническими сооружениями порта. Они находились в ведении АО «ММРП» на условиях доверительного управления, что ограничивало возможности предприятия по их реконструкции и модернизации. После приватизации в порту разработали проект государственно-частного партнерства (ГЧП) по причалам, чтобы повысить эффективность эксплуатации и начать масштабную модернизацию гидротехнических сооружений. В 2017 году этот документ был направлен в адрес председателя Правительства РФ Дмитрия Медведева. Кроме того, ММРП просил поручить профильному органу федеральной исполнительной власти рассмотреть предложение о заключении концессионного соглашения. Порт был готов не только вложить в проект свыше 9 млрд рублей частных инвестиций, но и осуществлять ежегодные платежи концеденту. Их общая сумма за весь период действия соглашения должна была достигнуть 763 млн рублей.

Обращение АО «ММРП» полностью согласовывалось с «Планом мероприятий по модернизации и развитию портовой и рыбохозяйственной инфраструктуры», утвержденным распоряжением Правительства РФ от 27 декабря № 2851, и «Стратегией развития морских терминалов для комплексного обслуживания судов рыбопромыслового флота с учетом береговой логистической инфраструктуры, предназначенной для транспортировки, хранения и дистрибуции рыбной продукции на период до 2030 года», утвержденной приказом Минсельхоза от 20 апреля 2017 года № 189, в части внедрения дополнительных инструментов (соглашений), позволяющих привлекать частные инвестиции в реконструкцию гидротехнических сооружений и развитие инфраструктуры морских терминалов. Как указано в пункте 4.4 стратегии, перспективной формой долгосрочного договора по передаче гидротехнических сооружений в эксплуатацию является концессионное соглашение, а перспективными объектами для заключения концессионных соглашенийявляются рыбные терминалы морских портов Калининград, Мурманск, Махачкала, Петропавловск-Камчатский, Корсаков.

В ответе Министерства экономического развития на обращение порта отмечалось, что предложение АО «ММРП» о заключении концессионного соглашения в целом соответствует целям и задачам Стратегии развития морских терминалов, и что модернизация причального фронта будет способствовать более эффективной деятельности порта. Одновременно Минэкономразвития сообщило, что проходит необходимые согласования проект распоряжения Правительства РФ об определении Росимущества органом, уполномоченным на рассмотрение предложения ММРП о концессии…

Судьба причалов

Однако вместо рассмотрения проекта концессии Росимущество в январе 2018 года расторгло договор доверительного управления по причалам с АО «ММРП» и закрепило гидротехнические сооружения рыбного терминала морского порта Мурманска за ФГУП «Нацрыбресурс» и ФГУП «Росморпорт». Таким образом, с 1 февраля 2018 года причалы Мурманского морского рыбного порта находятся в хозяйственном ведении федеральных государственных унитарных предприятий. Это решение нельзя назвать рациональным.

Во-первых, согласно действующему законодательству передача причалов ФГУП фактически исключила возможность заключения концессионного соглашения. Вместо предлагавшихся АО «ММРП» инвестиций в их модернизацию и получения бюджетом доходов в рамках ГЧП появился еще один претендент на бюджетное финансирование.

Во-вторых, решение Росимущества о передаче причалов «Нацрыбресурсу» было принято на фоне неоднократных критических заявлений Счетной палаты РФ о деятельности этого ФГУП. По данным государственных аудиторов, «Нацрыбресурс» неэффективно использует находящиеся в его управлении причалы, не стимулируя привлечение арендаторами инвестиций в реконструкцию и модернизацию объектов портовой инфраструктуры. Как следствие, более 30% гидротехнических сооружений, управляемых «Нацрыбресурсом», нуждаются в капремонте, а еще 10% вообще выведены из эксплуатации. Тем не менее, Росимущество, не обращая внимания на выводы Счетной палаты, спокойно передало причалы рыбного терминала в Мурманске «Нацрыбресурсу».

В-третьих, причалы были единым целым с остальной береговой инфраструктурой до момента акционирования АО «ММРП». Они технологически и функционально связаны с приватизированным имуществом АО «ММРП». Передача ФГУП причалов дестимулирует АО «ММРП» в части привлечения на долгосрочной основе грузоотправителей, неизбежно приведет к росту стоимости услуг для рыбаков и, как следствие, увеличению стоимости рыбной продукции на потребительском рынке России.

В-четвертых,решение Росимущества явно противоречит наметившейся в России тенденции на снижение доли государства в экономике. О необходимости этого процесса в своем докладе правительству 12 июля 2018 года говорил министр экономического развития Максим Орешкин. Председатель Правительства Дмитрий Медведев подчеркнул, что одним из принципиальных моментов для того, чтобы бизнес стал активнее вкладываться в производственные проекты, нужна здоровая конкурентная среда. Для этого в «Плане мероприятий по ускорению темпов роста инвестиций в основной капитал и повышению до 25 процентов их доли в ВВП», представленном на этом же заседании министром Максимом Орешкиным, предусмотрены меры по постепенному сокращению доли государства на конкурентных рынках, в том числе через законодательно закрепленное ограничение на создание государственных структур и отказ от использования унитарных предприятий. Также в документе предусмотрены меры по совершенствованию регулирования в сфере государственно-частного партнерства и концессий при реализации долгосрочных инфраструктурных проектов.

Заключение

Сейчас Министерство сельского хозяйства РФ готовит проект акционирования ФГУП «Национальные рыбные ресурсы». Однако, в соответствии со статьей 29 закона № 261 «О морских портах в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», портовые гидротехнические сооружения и объекты инфраструктуры морского порта Мурманск ограничены в обороте. Следовательно, в результате такого акционирования причалы будут возвращены в казну РФ в силу прямого запрета на их приватизацию.

Это прогнозируемое событие вновь сделает актуальным заключение государственно-частного партнерства по эффективной эксплуатации и модернизации причалов с АО «Мурманский морской рыбный порт». Ведь изменения, происходящие в ММРП, доказывают, что все действия предприятия по ускорению роста инвестиций, развитию государственно-частного партнерства, повышению эффективности работы морского терминала и увеличения его вклада в экономику России идут в русле государственной экономической политики, реализуемой федеральным правительством.

Управляющий АО «Мурманский морской рыбный порт» Олег КРЕСЛАВСКИЙ

Fishnews

Россия. СЗФО > Рыба. Транспорт. Приватизация, инвестиции > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714384 Олег Креславский


Россия. ДФО > Рыба. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714381

Для марифермеров Дальнего Востока создали электронный сервис.

Запущен новый механизм формирования и распределения рыбоводных участков в дальневосточных морях. Сервис предоставляется через специализированный сайт.

Предстоящий запуск сайта www.aquavostok.ru . Минвостокразвития анонсировало в июне https://fishnews.ru/news/33969  и июле https://fishnews.ru/news/34315 . Теперь ресурс для выбора рыбоводных участков открыт официально. Он включает карту свободной от ограничений морской акватории, а также сервисы для подачи в электронной форме заявлений в Росрыболовство на определение участка и организацию интернет-аукциона https://fishnews.ru/rubric/zakon-ob-akvakulture/11061 .

В пресс-релизе министерства также говорится, что опубликован перечень доступных для марикультуры зон в морях Дальневосточного бассейна. Отмечено, что в списке представлены по четыре координатных пары каждого стогектарного квадрата акватории для хозяйственной деятельности. При этом, как сообщает корреспондент Fishnews, на момент написания этой статьи предоставленная ссылка не работала https://minvr.ru/upload/iblock/419/1_-perechen-dostupnykh-morskikh-akvatoriy-dv-rybokhozyaystvennogo-basseyna-_dvrkhb_-_1_.pdf .

Согласно специальному порядку создания РВУ на Дальневосточном бассейне https://fishnews.ru/news/33569 , утвержденному постановлением Правительства РФ от 9 апреля 2018 г. № 429 http://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001201804110006 , Росрыболовство в течение пяти рабочих дней со дня опубликования перечня начинает прием заявлений об определении границ участков.

Предполагается, что с помощью сайта любой предприниматель может создать рыбоводный участок с помощью четырех точек. А затем направить электронное заявление в Росрыболовство на формирование границ РВУ и его выставления на торги.

Fishnews

Россия. ДФО > Рыба. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714381


Россия. ДФО > Рыба. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714379

Об электронных инструментах мониторинга рассказали рыбакам Камчатки.

Специалисты Центра системы мониторинга рыболовства и связи провели в Петропавловске-Камчатском круглый стол с рыбопромышленниками и пограничниками.

Рабочая встреча – первая из серии в регионах – была организована совместно с Союзом рыбопромышленников и предпринимателей Камчатки. Круглый стол начался с обсуждения тестирования электронного промыслового журнала на судах и порядка передачи ССД, текущего состояния системы, статистики подключений и интеграции с ФГИС «Меркурий». Как сообщили Fishnews в пресс-службе ЦСМС, всех интересовал главный вопрос: когда выйдет закон об ЭПЖ и каков будет переходный период? Специалисты Центра еще раз подчеркнули, что переходный период обязательно будет, соответствующее поручение дал руководитель Росрыболовства Илья Шестаков.

Также рыбаков интересовал вопрос контроля своих судов в части добросовестности предоставления суточных отчетов. Представители ЦСМС напомнили, что уже создан личный кабинет. Он позволяет отслеживать принятые и обработанные ССД от судов, принадлежащих конкретным пользователям водными биоресурсами.

На встрече в очередной раз продемонстрировали существующий функционал портала Отраслевой системы мониторинга и поговорили о перспективах его развития. Сейчас на портале полным ходом тестируются модули по подготовке и передаче в электронном виде статистических и оперативных отчетов, модуль электронных разрешений, работает сквозная аутентификация на картографический и аналитический сервисы ОСМ. В режиме промышленной эксплуатации работает коммерческий модуль для заключения договоров в электронной форме по ряду тарифов ЦСМС.

Было объявлено, что при заключении договоров на новый период на ПАК «Аналитика» и модуль картографического интерфейса будет выдаваться только один логин и пароль для доступа в личный кабинет.

Специалисты Центра рассказали, что уже завершена работа по ряду функций. Это освидетельствование на соответствие требованиям МКУБ; возможность подачи сведений в ОСМ о судне и рыбопромысловой компании; оформление свидетельств соответствия ТСК в электронной форме; подача заявки на подключение к ЭПЖ; возможность формирования отчетов более высокого уровня с автоматическим заполнением данных на основе ранее переданной информации в отчетах нижнего уровня.

Проводится работа и по созданию унифицированного программного обеспечения для филиалов Центра. Сейчас тестируется модуль управления расписанием ТСК, в ближайшее время его планируют запустить в промышленную эксплуатацию.

Начальник ЦСМС Артем Вилкин призвал всех собравшихся подключаться к испытанию портала более активно. Портал находится в открытом доступе в интернете и для начала его использования в тестовом режиме необходимо подать заявку в филиал Центра.

Еще одним вопросом обсуждения стал проект нового порядка оснащения судов техническими средствами контроля. Он должен прийти на смену старому с начала 2019 г. Были отмечены некоторые особенности: возврат к ранее существовавшей норме о работе системы «Инмарсат» только в пределах 75° северной и южной широты. За этими пределами можно будет работать только на спутниковой системе «Гонец» с АИС.

В перечне устройств появится новая единица оборудования системы «Гонец» - дешевле существующей. Также было отмечено, что контролирующие органы настаивают на ограничении срока действия свидетельства ТСК календарным годом с даты выдачи.

В завершении круглого стола была затронута важная для ЦСМС тема - акционирование и объединение в рамках АО «Нацрыбресурс». Предполагается сохранить государственный контроль, но при этом получить возможность привлечения дополнительных инвестиционных средств для разработки новых инновационных систем. Также в Центре обратили внимание на перспективы работы с коммерческими проектами «при удобной и гибкой процедуре принятия решений» и возможность привлечения новых специалистов.

По мнению ЦСМС, встреча прошла плодотворно и позволила закрепить рамки дальнейшего сотрудничества с рыбацким сообществом по новым проектам. В ближайшее время круглые столы организуют в Астрахани и Владивостоке.

Fishnews

Россия. ДФО > Рыба. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 28 августа 2018 > № 2714379


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Приватизация, инвестиции. Транспорт > stroi.mos.ru, 27 августа 2018 > № 2725715 Владимир Жидкин

Частные инвесторы планируют вложить в строительство жилья в ТиНАО около 2,8 трлн руб. до 2035 г.

С 1 июля 2018 г. действуют новые правила работы для застройщиков, привлекающих средства дольщиков. О том, насколько устойчив рынок недвижимости, а также о том, какой объем средств частные инвесторы намерены вложить в строительство жилья в ТиНАО, в интервью Агентству городских новостей «Москва» рассказал руководитель Департамента развития новых территорий Москвы Владимир Жидкин.

С 1 июля 2018 г. действуют новые правила работы для застройщиков, привлекающих средства дольщиков. О том, насколько устойчив рынок недвижимости, а также о том, какой объем средств частные инвесторы намерены вложить в строительство жилья в ТиНАО, в интервью Агентству городских новостей «Москва» рассказал руководитель Департамента развития новых территорий Москвы Владимир Жидкин.

- Владимир Федорович, западные санкции, рост курса доллара, по мнению иностранных аналитиков, с 2013 г. значительно снизили приток зарубежных инвестиций в Россию. Как отразились эти неблагоприятные условия на реализации инвестпроектов в ТиНАО?

- Не буду вдаваться в анализ политических и санкционных мер, это тема экспертов. Наш департамент занимается развитием присоединенных к Москве в 2012 г. территорий. Мы строим жилье и школы, детские сады и дороги, поликлиники, объекты инженерной инфраструктуры, создаем новые рабочие места. Строим комплексно, масштабно, динамично. Причем инвестиционная составляющая в этом процессе превалирует над бюджетной составляющей.

За шесть лет в ТиНАО за счет внебюджетных источников построили и ввели в эксплуатацию более 13,6 млн кв. м недвижимости, в том числе 10,5 млн кв. м жилья. Причем 100% жилья, около 75% социальной инфраструктуры и объектов для создания рабочих мест введено инвесторами. Объем внебюджетных инвестиций в строительство недвижимости, размещение объектов социальной, транспортной и инженерной инфраструктуры достиг 700 млрд руб. Кроме того, в развитие инфраструктуры вложено порядка 170 млрд руб. бюджетных средств.

- Обычно инвесторы предпочитают строить жилье. Такие проекты и прибыли больше приносят, и окупаются быстрее. Значит ли это, что инвесторы менее заинтересованы в строительстве объектов производственного, хозяйственного, социального назначения? Тех объектов, которые обеспечивают жителей ТиНАО новыми рабочими местами.

- Абсолютно не значит. Темпы инвестиционного прироста в Новую Москву таковы: до 2013 г. - 0,12 трлн руб, на период 2015 г. - 0,43 трлн руб., до 2018г. - 0,8 трлн руб., к 2020 г. -2,5 трлн руб. к. 2030 г.- 5,9 трлн руб., к 2035 г. - 7 трлн руб. Инвесторы смело предлагают и успешно реализуют такие проекты. Один из первых в ТиНАО офисный парк класса «А» Comcity в дер. Румянцево построен. К настоящему времени там создано около 10 тыс. рабочих мест. «Ростелеком» арендовал в офисном парке сразу пять этажей, и в Новую Москву одновременно переехали 4,5 тыс. сотрудников компании. Зарубежная компания, построившая бизнес-центр, намерена расширить проект, построив вторую очередь. Рассматривается возможность строительства жилых домов для нынешних и будущих работников офисного парка. Инвестор, выходя с такими предложениями, уже успел убедиться в правильном решении, поэтому уверенно смотрит в будущее, видит хорошие перспективы.

Еще один пример в дер. Румянцево - деловой квартал Neopolis, расположенный рядом с аэропортом Внуково, стал первым в России бизнес-парком, реализованным в концепции lifestyle. Этот формат включает не только все необходимое для ведения бизнеса, но и полноценную комфортную среду для арендаторов и сотрудников. По предварительным данным, Neopolis обеспечит новыми рабочими местами более 3 тыс. специалистов. В индустриальном парке «Индиго» в дер. Николо-Хованское уже разместили производства, офисы и склады более 50 резидентов. В этом году здесь планируется ввести еще восемь производственных и логистических объектов. В ближайшее время количество рабочих мест, созданных в «Индиго», может достичь 10-12 тыс.

- И много еще таких крупных объектов, обеспечивающих работой жителей ТиНАО?

- Назову лишь некоторые: агрокластер «Фуд Сити» в поселении Сосенское - 6,6 тыс. рабочих мест; бизнес-парк «К-2» на Калужском шоссе - 3 тыс. рабочих мест; многофункциональный общественно-деловой и гостиничный комплекс «Новомосковский» в поселении Московский - 2,5 тыс. рабочих мест; миграционный центр в поселении Вороновское - 1,5 тыс. рабочих мест; административно-деловой и учебный центр G10 (первая очередь) в дер. Дудкино - 2,13 тыс. рабочих мест; многофункциональный торгово-развлекательный комплекс в поселении Воскресенское (ЖК «Новое Бутово») - 5,4 тыс. рабочих мест; строительный гипермаркет «Леруа Мерлен» в поселении Московский - 600 рабочих мест; инновационный логистический центр «Внуково-логистик» в поселении Марушкинское - 3 тыс. рабочих мест. Этот перечень можно продолжать.

Здесь надо иметь в виду, что из миллиона рабочих мест, которыми будет располагать Новая Москва к 2035 г., 60% станут высокотехнологичными, способными обеспечить достойный уровень доходов. По сферам деятельности в процентном соотношении количество рабочих мест и по долям в общем объеме структуры рынка труда это сопоставимо с положением дел в столицах европейских государств.

- И эта тенденция, по вашему мнению, сохранится в будущем?

- Несомненно. Как ранее заявил мэр столицы Сергей Собянин, к 2035 г. в ТиНАО появится порядка миллиона рабочих мест - в основном за счет строительства технологических парков и объектов инфраструктуры. В 2018 г. количество мест приложений труда достигнет 200 тыс. Курс на достижение конечного результата стабилен, число рабочих мест в Новой Москве ежегодно увеличивается на 20-25 тыс. У нас есть 20 перспективных площадок, мы над ними работаем. Предложения о создании технопарков в Новой Москве поступили от многих крупных девелоперов.

Не менее 10 проектов находится в проработке в Москомархитектуре. Один из инвесторов предложил создать технопарк в поселении Внуковское. Примыкающие к ЦКАД (Центральная кольцевая автомобильная дорога - прим. Агентства «Москва») территории Новой Москвы также весьма привлекательны для строительства технопарков и других объектов. До 5 млн кв. м жилья может быть построено на территориях Новой Москвы, прилегающих к ЦКАД. 80% застройки составит коммерческая недвижимость. В планах - возводить технопарки, логистические центры, офисные и бизнес-площадки. Благодаря этому удастся создать порядка 100 тыс. рабочих мест. Создание именно такой инфраструктуры для строительного комплекса Москвы - важнейшее поручение мэра столицы Сергея Собянина. Нас не может не радовать, что созданные и создаваемые новые рабочие места в Новой Москве востребованы, сегодня заполняемость составляет 85%.

Если говорить о долгосрочной перспективе, то, по нашим оценкам, до 2035 г. в развитие Новой Москвы будет вложено порядка 7 трлн руб. Из них только 1,3 трлн составят вложения городского и федерального бюджетов, остальное - частные инвестиции. В строительство коммерческой недвижимости планируется вложить почти 2,3 трлн руб., еще около 2,8 трлн руб. направят на возведение жилья. Порядка 620 млрд руб. будет инвестировано в развитие инженерной инфраструктуры, около 340 млрд руб. - в социальную инфраструктуру и 6,25 млрд руб. - в экологическую. Тенденция совершенно очевидна: инвестировать в Новую Москву - значит уверенно смотреть в будущее.

АГН МОСКВА

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Приватизация, инвестиции. Транспорт > stroi.mos.ru, 27 августа 2018 > № 2725715 Владимир Жидкин


Россия > Образование, наука > obrnadzor.gov.ru, 27 августа 2018 > № 2718138

ФИПИ впервые опубликовал проекты контрольных измерительных материалов ЕГЭ по китайскому языку

Федеральный институт педагогических измерений (ФИПИ) опубликовал для общественно-профессионального обсуждения проекты документов, определяющих структуру и содержание контрольных измерительных материалов ЕГЭ 2019 года по китайскому языку. ЕГЭ по китайскому языку впервые будет проводиться в 2019 году в качестве пятого иностранного языка по выбору. Ранее в форме ЕГЭ выпускники могли сдавать только английский, немецкий, французский и испанский языки.

Разработка модели ЕГЭ по китайскому языку была начата в 2014 году в связи с растущим интересом к его изучению в России. Модель прошла общественно-профессиональное обсуждение и апробацию в 12 регионах России.

На сайте ФИПИ опубликованы демонстрационные варианты устной и письменной частей экзаменационной работы. Демонстрационные варианты дают возможность любому участнику ЕГЭ и широкой общественности составить представление о структуре будущих контрольных измерительных материалов, количестве заданий, об их форме и уровне сложности. Приведённые критерии оценки выполнения заданий с развёрнутым ответом дают представление о требованиях к полноте и правильности записи развёрнутого ответа. Эти сведения позволят выпускникам выработать стратегию подготовки к ЕГЭ.

Письменная часть работы включает 42 задания и состоит из четырех разделов: «Аудирование», «Чтение», «Грамматика, лексика и иероглифика» и «Письмо». Устная часть КИМ ЕГЭ по китайскому языку включает в себя три задания. В задании 1 предлагается ознакомиться с ситуацией и задать пять вопросов на основе ключевых слов, в задании 2 – выбрать одну из трёх фотографий и описать её на основе плана, в задании 3 необходимо сравнить две фотографии на основе предложенного плана.

Полный перечень вопросов, которые могут встретиться на ЕГЭ 2019 года, приведён в кодификаторе элементов содержания и требований к уровню подготовки выпускников. Его можно использовать при составлении плана повторения материала перед экзаменом.

Россия > Образование, наука > obrnadzor.gov.ru, 27 августа 2018 > № 2718138


Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 27 августа 2018 > № 2715870 Александр Баунов

Собянин и Богомолов. Приглашение к драме

Александр Баунов

С точки зрения развитая политических институтов жаль, что московские (и федеральные) власти не решились в Москве на тот же тип конкуренции, что на прошлых выборах. Но поддержка городских новшеств, которые даже после высокого международного одобрения пытаются затолкать в зону неприличного, куда-то ближе к ГУЛАГу и Беломорканалу, оказывается примером независимого политического действия в пусть неэлекторальной, но весьма конкурентной среде

Явление Константина Богомолова – режиссера нонконформиста и новатора, разрушителя традиций – в качестве доверенного лица мэра и кандидата Сергея Собянина может вызвать одно серьезное возражение, достойное разбора. Остальные три – безосновательны и разбора не заслуживают.

Ни на чем не основана мысль, что общение с любым должностным лицом, тем более поддержка – предательство высоких идеалов, чуть ли не равное доносительству в органы Большого террора. Кооперация с властями в деле просвещения страны – такая же давняя интеллектуальная традиция, как и их обструкция. Если чиновник для интеллигента – заведомый враг общественных интересов, что должно удержать чиновника от схожей мысли, что интеллигент – вечный враг общественной пользы?

Еще менее обоснована мысль, что интеллигент всегда лучше и благороднее чиновника и потому, в силу возвышенного рода занятий, ему принадлежит право выносить вердикты. Если это так, что помешает чиновнику или же просто пролетарию произвести себя в дворяне, в благородное сословие и судить без оглядки того же интеллигента, как это у нас и происходило?

Безосновательнее всех прочих мысль, что сам факт осуждения кого-то за неправильный выбор автоматически делает тебя членом общества безупречных репутаций, раздающих соответствующие сертификаты. Жертвой этого интуитивного механизма: раз я осудил, значит, сам лучше, – то и дело становятся сами осуждающие: ведь завтра другие захотят почувствовать себя лучше за твой счет. Бросок камня в коллективе редко облагораживает бросающего, даже когда перед ним истинная, а не мнимая блудница.

Важно помнить и то, что в закреплении мысли о постыдности общения с властью активно поучаствовала сама российская (точнее, советская) власть, причем одного из худших своих периодов. В 1920-е и 1930-е годы была создана каноническая картина непрерывной вражды русских классиков и государства. Современные критически настроенные интеллектуалы являются прямыми наследниками не только критических реалистов XIX века, но и созданных в тоталитарный период понятий о поведении настоящего художника при царском режиме.

Единственное возражение, которое заслуживает подробного разбора, то, что Константин Богомолов не просто поддержал текущие реформы городской среды, но и принял звание доверенного лица на выборах, которые с точки зрения политической науки являются многопартийными, но неконкурентными. К тому же на них не допущены все желающие кандидаты, то есть не решается вопрос, кто здесь власть.

В сословных зеркалах

Легко было предсказать, что неожиданное явление Константина Богомолова в роли доверенного лица Собянина возмутит многих. Возмущение это, однако, одномерно, почти по-ленински классово. Оно игнорирует возможность любого иного взгляда на этот альянс, кроме интеллигентского в узкокорпоративном смысле слова, и развивается так, будто социальных групп всего две – власть и полностью, как в хорошем сепараторе, отделенная от нее интеллигенция, и единственный возможный вопрос – можно ли протянуть руку представителю власти.

Между тем по соседству есть другие вопросы и другие, не менее важные и многочисленные корпорации. Если посмотреть на этот альянс изнутри корпорации чиновников, произошло следующее: мэр и кандидат Сергей Собянин пригласил стать его доверенным лицом одного из самых оспариваемых, нестандартных, взрывающих культурную инерцию режиссеров, не говоря о том, что одного из самых талантливых. Того, кому обиженные консерваторы срывали спектакли даже раньше, чем открыли для себя Гоголь-центр. Автора «Лира», «Годунова», «Карамазовых» и первой гей-трагедии на академической сцене. Явный жест навстречу самой нонконформистской части интеллектуальной корпорации.

В мире чиновников, в системе координат Собянина и его команды, Кремля и Думы, партии и правительства это свежее и отчасти рискованное решение – примерно как пригласить Цоя на современный ему кремлевский концерт. Так в перестроечные годы под видом обсуждения на разных «Рингах» и «Этажах» осторожно звали на центральное телевидение русские рок-группы, и те – «Кино», «Аквариум», «Звуки Му» и «Аукцыон» – не отказывались, хотя перед ними шла программа «Время». Маститые режиссеры, народные артисты опасаются пригласить Богомолова ставить спектакли или снимают их поскорее по просьбам высококультурных зрителей, которые не «любят смотреть, как умирают дети» (так был всего через год снят спектакль «Князь» в Ленкоме), а мэрия позвала.

В корпорациях управленцев, политиков, бизнесменов тоже есть свои понятия о своих и чужих и о допустимых рисках. Мало ли что сделает и скажет неконвенциональный художник во время или после кампании. Для многих представителей власти и лояльных ей групп населения Константин Богомолов находится в той же области реальности, где и Кирилл Серебренников, а того по причине судебного преследования выталкивают в общественном мнении из современного мейнстрима в сферу радикального политического действия, куда-то в сторону Pussy Riot. Для многих других — оба они там, где за государственные деньги издеваются над классикой. И для корпорации управленцев «пригласить» тут примерно так же непросто, как «принять» для корпорации интеллектуалов.

Глеб Павловский писал, что политическая система России – это осадки, отложение проведенных здесь избирательных кампаний. Мысль верная и для нынешнего случая. Выборы пройдут очень скоро, но отложения в системе останутся. Для того чтобы выиграть их, команде Собянина не так уж жизненно необходим союз с современными художниками. Речь идет как минимум о приглашении к длительному разговору, как максимум – о диверсификации политических валентностей.

Да, Собянин мог бросить, что в Москве есть театры, которые заняты черт знает чем (что, кстати, верно, и как раз прежде всего не по отношению к именам известных модернизаторов – их залы, как правило, полны). Но он же писал твиты об отправке к Малобродского в гражданскую больницу и потом домой.

Что часть команды Собянина видит потребителей современной культуры в качестве целевой аудитории своих городских преобразований, можно понять не только по альянсу с Богомоловым, но и по недавно прошедшей на московские деньги в федеральном Манеже под кураторством Кати Бочавар выставке "Здесь и сейчас" самого радикального по форме перформативного и прочего неевклидова искусства, у которого не то что народ, а и большая часть критически настроенной интеллигенции застыла бы в возмущенном изумлении.

Москва как минимум пытается обозначить, что ее культурная политика несколько отличается от федеральной тем, что здесь понимают: метрополия размером и амбициями с Москву требует разнообразия. И, говоря о вкусе коллективного Собянина, непонятно, почему выставка в Манеже и выбор Богомолова, адресованный одним, характеризует его меньше цветочных ворот, адресованных другим. Он по меньшей мере, как видим, разный.

Смешение повесток

Вопрос о конкурентности выборов – единственный серьезный вопрос по поводу спорного альянса. И, как ни странно, на него есть серьезный ответ. Настоящих конкурентных выборов в Москве нет не только потому, что их формат зависит не от одной Москвы, но и – прежде всего – от администрации президента. И не только потому, что хозяйственник, но не оратор Собянин не любит публичной политики и не хочет рисковать — не проигрышем, разумеется, а своей программой — получив слабый с точки зрения Кремля результат.

Выборы в Москве трудно провести еще и потому, что в столице невозможно отделить городскую повестку от федеральной. Затруднительно создать ситуацию, при которой это будут выборы по вопросам транспорта, тротуаров и парковок, а не пенсионной реформе, Донбассу и русской авторитарной традиции.

На каждых выборах мы хотим голосовать за или против трона, но при этом выбор все равно ограничен: голос за в определенных корпорациях ведет к репутационным рискам, засчитывается только голос против. Кажется, что проблема решается просто: сначала добейся демократии, а потом поддерживай кого хочешь. Однако мы видим, что это не так. Публично поддержать Трампа так же трудно и рискованно для внутрикорпоративной репутации, несмотря на соблюдение при его избрании демократических процедур. Происходит эрозия института репутации по мере его превращения в форму коллективной идентичности. Писателю Прилепину досталось в своей среде за поддержку режиссера Серебренникова, среди своих он тоже рисковал.

Эффектное объяснение: режиссер перенес собственный, нарушающий границы метод в жизнь – уже прозвучало. Нарушение инерции в процессе создания нового театрального языка имеет куда больше отношения к расширению пространства свободы, чем поддержание архаичной формы коллективного разбора порочащих связей товарища, вставшего на сомнительный путь: куда приведет его скользкая дорожка?

Современное искусство не подражает жизни, как писал Аристотель, а толкует и требует знания контекста (классическое, впрочем, тоже требовало, просто не признавалось). Контекст же довольно прост. Власть Москвы проводит широкую реформу городского пространства, используя наработки самых экономически и институционально развитых обществ. Граждане этих обществ признали эти преобразования своими в ходе стихийного внешнего аудита во время чемпионата мира – не только веселящиеся гости, но и пресса. Произошла адоптация не российской политики, но Москвы и других упешных городов развитым миром. Сертификат цивилизованности выдан теми самыми инстанциями, за которыми русские западники признают право его выдавать. Нужно жить так, чтобы о тебе хорошо писали в газете The New York Times. В кои-то веки так и вышло.

Эта реформа городской среды не обязательно приведет к свободной конкурентной политике, но точно от нее не уведет, если не принимать логику, в которой удобства мешают стремлению к свободе. Во всяком случае она будет возникать на другом, менее хаотичном, более упорядоченном и комфортном фундаменте.

Смешение повесток – риск любых выборов в любом месте. Но у нас есть две дополнительные трудности. Показатели институционального недоверия, при которых чуть ли не большинство людей, включая самых образованных, скажут, что тротуары расширяют исключительно чтобы пилить бюджет каждый год на тех же улицах — полный аналог разговора другой части аудитории, что Серебренников ставил спектакли, чтобы красть. И требование, чтобы любая часть не отлеплялась от воображаемого целого и отвечала за него целиком не здесь и сейчас, а всегда и везде: Собянин за Путина, Путин за Сталина, Сталин за Гитлера, дедка за бабку, бабка за Жучку – главное, чтобы репка всегда оставалась в черной непроглядной земле.

С точки зрения развития политических институтов жаль, что московские (и федеральные) власти не решились в Москве на тот же тип конкуренции, что на прошлых выборах. Но поддержка городских новшеств, которые даже после широкого международного одобрения пытаются затолкать в зону неприличного, куда-то ближе к ГУЛАГу и Беломорканалу, оказывается примером независимого политического действия в пусть неэлекторальной, но весьма конкурентной среде.

Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 27 августа 2018 > № 2715870 Александр Баунов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 27 августа 2018 > № 2714721 Ольга Крыштановская

Bloomberg (США): После ухода Путина могут возникнуть серьезные проблемы

В России длительные периоды правления, как правило, заканчиваются плохо. По мнению известного российского социолога, процесс передачи власти будет сопряжен с множеством проблем и рисков. Ольга Крыштановская считает, что впереди Россию ожидает множество опасностей, включая вероятность нового периода смуты.

Марк Уайтхаус (Mark Whitehouse), Bloomberg, США

Известно, что в России длительные периоды правления, как правило, заканчиваются плохо. После 50-летнего правления Ивана Грозного, к примеру, страна вступила в смутное время, для которого были характерны политическая борьба, социальные потрясения и экономические проблемы.

Может ли Владимир Путин, который к 2024 году будет править страной 24 года, избежать подобной участи?

Этим вопросом заинтересовалась социолог Ольга Крыштановская, которая в течение нескольких последних десятилетий пристально изучала российскую политическую элиту — а одно время она даже была ее частью. Крыштановская, которая сначала выступала с критикой в адрес режима Путина, позже стала активным членом верной Кремлю партии «Единая Россия». Теперь же она вернулась в науку и занимает должность главы Центра изучения российской элиты при Государственном университете управления, пытаясь объединить свой опыт работы внутри российской элиты со стремлением к объективному анализу.

Крыштановская считает, что впереди Россию ожидает множество опасностей, включая вероятность начала нового периода смуты, потому что часть представителей элиты уже отворачивается от Путина. По ее мнению, Путин вряд ли в ближайшее время уйдет из власти. И, что бы ни произошло, Крыштановская убеждена, что выборы не будут играть никакой роли в процессе передачи власти. Ниже приведена отредактированная версия нашей беседы с Крыштановской.

Марк Уайтхаус: Если Путин не изменит конституцию, тогда в 2024 году России нужен будет новый лидер. Между тем с 1996 года в стране не было ни одних по-настоящему честных и конкурентных выборов, и неясно, существует ли там какой-либо легитимный механизм передачи власти. Кто будет решать, что случится после ухода Путина, и каким образом?

Ольга Крыштановская: Всем известно, что Россией правят кланы. Их лидерами являются Игорь Сечин [глава государственной нефтяной компании «Роснефть»], Сергей Чемезов [генеральный директор государственной корпорации «Ростех», которая занимается военными и другими технологиями], Сергей Иванов [бывший министр обороны], Николай Патрушев [бывший директор Федеральной службы безопасности]. Никакого института, который позволял бы им собираться и голосовать, не существует, однако они каким-то образом взаимодействуют друг с другом, а Путин уже принимает окончательные решения, учитывая интересы всех кланов.

Внутри этой элиты Путина считают невероятно умным человеком, который блестяще разбирается в людях. Поэтому именно он будет играть центральную роль в процессе перехода власти. Каждый клан предложит Путину список своих кандидатов на место преемника президента, а Путин уже сделает окончательный выбор. Но он не сможет просто так все оставить. Его преемник будет частью системы, которая играет гораздо более значительную роль, чем конкретный человек. Поэтому я считаю, что некоторые изменения произойдут и в самой системе — то есть в Конституции.

В настоящий момент Путин находится на вершине иерархии власти. Он не может принимать участие в следующих выборах. Но куда он уйдет? Ему нужна будет какая-то должность. Поэтому я считаю, что для него будет специально создана какая-то должность — новая структура или уже существующая структура с расширенными полномочиями, которая станет очень важной, как только Путин станет ее частью. Именно так он сможет дать дорогу новому президенту и при этом сохранить за собой определенную власть на вполне законных основаниях.

Я думаю, что такой структурой может быть Государственный совет [консультативный совет, который Путин создал в 2000 году и который выполняет примерно ту же роль, что и подобные советы, существовавшие в советские и дореволюционные времена]. Его функция — быть арбитром между институтами власти. Это идеально. Путин способен быть арбитром. Он может наблюдать, оказывать влияние и даже контролировать нового президента.

Ряд признаков указывает на то, что этот процесс уже идет. Администрация президента создала новое управление по обеспечению деятельности Государственного совета. Это довольно странно, поскольку в других органах власти, таких как Дума, нет подобных управлений. А в Госсовете оно появилось.

— Существуют ли какие-нибудь аналоги Государственного совета РФ в других странах?

— Этот совет в некотором смысле похож на Центральный военный совет, существовавший в Китае при Дэне Сяопине. Представители российских служб безопасности [в прошлом Путин служил в КГБ] — большие поклонники Китая. Многие из них уверены, что, если бы Юрий Андропов [генеральный секретарь КПСС с 1982 по 1984 год] остался у власти, Россия последовала бы примеру Китая. Все уровни власти остались бы в руках партии, а частному бизнесу разрешили бы развиваться только в определенных секторах экономики. То есть это модель Дэна Сяопина.

— Недавно вы выступали в Московском государственном университете с презентацией, в которой вы отметили, что упомянутые выше кланы тоже претерпевают определенные изменения. Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?

— Среди представителей правящей элиты есть те, кто родился в 40-е, 50-е, 60-е, 70-е и 80-е годы. Когда Путин пришел к власти, большая часть представителей его команды были людьми из 50-х годов. Теперь в его команде в основном те, кто родился в 60-х годах. Но если говорить о преемнике, который должен будет стать президентом в 2024 году, у Путина нет иного выбора, кроме как сделать ставку на тех, кто родился в 70-е. Ему нужен человек, способный привнести новую энергию.

Путин уже давно признал, что его старой гвардии придется постепенно уйти. Они занимали все ключевые позиции в правительстве, и, если все они уйдут одновременно, это обернется катастрофой. Он убедил их занять должности, близкие к власти, и постепенно уступить дорогу следующему поколению. Я думаю, что на самом деле он непосредственным образом поручил им привлечь новые кадры. Это не случайный процесс: чтобы сохранить систему, люди должны меняться.

Теперь на важных государственных должностях появилось множество новых лиц — губернаторы, министры и так далее — и всех их контролируют «патриархи». В качестве примеров можно назвать губернатора Тульской области Алексея Дюмина, губернатора Московской области Андрея Воробьева, исполняющего обязанности губернатора Нижегородской области Глеба Никитина.

Постепенно все они проявят себя: они не амебы, они политики. Но пока им приходится быть «технократами». Если им удастся достичь заметных результатов в своих областях или на министерских должностях, тогда у них появится шанс попасть в список возможных кандидатов. Они должны ремонтировать дороги, строить здания и держать свое мнение при себе. Если они будут вести себя хорошо, у них, возможно, появится будущее.

Но они уже занимают влиятельные посты, у них уже есть ресурсы. Они формируют свои команды, и постепенно их политические интересы начнут расходиться с интересами «патриархов». Они захотят подняться по лестнице власти. Сечин не сможет стать президентом, но его протеже сможет. По мере приближения 2024 года расхождения в интересах приведут к возникновению конфликтов внутри старой правящей элиты. И, если по времени это совпадет с ростом недовольства в обществе — скажем, потому что люди будут недовольны пенсионной реформой или состоянием экономики — тогда Россия может оказаться в опасной ситуации. Этот процесс может выйти из-под контроля.

— К чему, с вашей точки зрения, это может привести?

— Я применила теорию игр и пришла к выводу о том, что элита, вероятнее всего, предаст Путина. Как только Путин сообщит о том, кандидата какого клана он предпочитает, оптимальной стратегией для других кланов станут попытки подорвать позиции этого кандидата — потому что, если он выиграет, они потеряют все.

Ни один кандидат не может устроить все кланы. Сейчас в России нет аналогов Политбюро, то есть нет места, где все они могли бы собраться и выработать коллективное решение. Они похожи на лепестки ромашки. Все они связаны с Путиным, но никак не связаны друг с другом.

— То есть здесь присутствует внутренний дисбаланс. Оптимальные стратегии конкретных игроков не совпадают со всеобщим благом.

— Да, и мне интересно, понимает ли Путин это. Мне кажется, понимает. Мне кажется, что это и вызывает у него больше всего опасений. Поэтому, как я думаю, он попытается создать такую систему, которая не позволит его преемнику действовать излишне свободно и не позволит народу взбунтоваться в тот момент, когда преемник будет еще слишком слаб. Путину необходимо передавать власть постепенно.

— Будут ли выборы играть какую-либо роль в этом процессе?

— В нашей системе выбор делают представители небольшой группы, а не 140 миллионов избирателей.

— Может ли отсутствие выбора разозлить людей и заставить их выйти на улицы в знак протеста, как они это сделали в 2011 и 2012 годах?

— Может, но Путин принимает превентивные меры. Он прошел подготовку в государственных службах безопасности, для которых характерны довольно своеобразные методы взаимодействия с оппозицией.

Существует пирамида протеста. В ее основании находятся миллионы пенсионеров и так далее, а на ее вершине — такие лидеры, как Алексей Навальный. Чуть ниже лидеров находятся те люди, которые организовывают и финансируют оппозицию, и некоторое число бойцов, готовых вступить в конфликт с полицией. Между ними и пенсионерами есть огромный разрыв, и, если он сомкнется, это будет очень опасно.

И вот как нужно с этим бороться. Необходимо спровоцировать разногласия среди лидеров. Обвинить их в коррупции, дискредитировать их, уничтожить их одного за другим. Нужно вывести из строя интеллектуальный и финансовый центры, к примеру, отрезав неправительственные организации от иностранных источников финансирования. Если российский олигарх обеспечивает финансирование, нужно возбудить против него уголовное дело. Необходимо запугать и нейтрализовать бойцов — тоже посредством уголовного преследования.

Однако методы КГБ не позволяют справиться с источником недовольства. Их не волнует, почему люди протестуют. Они не работают с причинами. Они работают с конкретными людьми.

— Это их слабое место?

— С социологической точки зрения, да. Но с точки зрения действующего политика, это очень эффективно.

Есть и осложняющие факторы. Мнение западной общественности. Свободная пресса. К примеру, они могут объяснить пенсионерам, что Навальный на самом деле не имеет никакого отношения к коррупции. Поэтому вам необходимо ограничить свободу слова и контролировать интернет. Популярность Навального неприятно удивила администрацию президента. Они слишком поздно осознали силу социальных сетей. И они больше не допустят подобную ошибку.

Успех этого подхода оказался потрясающим. В 2011 году протестное движение казалось несокрушимым. Но уже к концу 2012 года оно стало слабым и дезориентированным. А в 2014 году у нас произошла патриотическая контрреволюция — после аннексии Крыма и прочих событий.

— Какой человек может стать преемником Путина? Каковы предъявляемые к нему требования?

— Он должен быть русским с русской фамилией. Он не должен быть слишком смелым и дерзким, в противном случае оппозиция внутри элиты будет его бояться и в конечном счете уничтожит его. У него должны быть нормальные отношения со всеми «патриархами», то есть со старой гвардией. В работе он должен уметь находить деликатный баланс. Если он будет слишком грубым и прямолинейным, он спровоцирует оппозицию на ответные меры. Если он будет слишком слабым, оппозиция увидит в нем легкую добычу.

Будет хорошо, если он окажется умным, но это необязательно. В российской политике ценится очень специфический тип ума — своего рода византийское коварство. Вас ценят, если вы знаете, как манипулировать людьми, как вести искусную игру. Будет хорошо, если он будет состоятельным, потому что тогда у него будут ресурсы для того, чтобы себя защищать.

— Как Путин может быть уверен, что его преемник не обернется против него?

— Это будет не просто джентльменское соглашение. Вы ошибаетесь, если думаете, что, когда Медведев стал президентом в 2008 году, Путин просто поверил ему на слово — что он вернет президентский пост в 2012 году. Медведев не мог нарушить их договор. В этом случае пострадал бы он сам, пострадала бы его семья.

Путин создаст такие условия, которые сделают предательство невозможным. К примеру, в результате реформы конституции контроль над вооруженными силами будет передан главе Государственного совета — то есть Путину. В этом случае он официально ослабит президента, оставив себе самую влиятельную должность.

Старая элита, возможно, поддержит Путина в этом вопросе, потому что она заинтересована в сохранении статуса-кво насколько это возможно. Поэтому некоторое время будет сохраняться два центра власти. Путин уйдет позже, что и станет началом новой эры.

Но тогда возникает другая опасность. Если Путин не позволит своему преемнику стать истинным главой, система так и останется чрезмерно зависимой от него. А это несет в себе определенный риск, в чем мы убедились на примере Брежнева и Сталина. Долгие периоды правления, как правило, заканчиваются смутным временем.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 27 августа 2018 > № 2714721 Ольга Крыштановская


Россия > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция > inosmi.ru, 27 августа 2018 > № 2714717 Дейв Маджумдар

The National Interest (США): Россия хочет обзавестись атомным авианосцем, но возможно ли это?

Россия — сухопутная держава, занимающая значительную часть Евразии. Поэтому Москва не слишком сильно нуждается в очень большом и очень дорогостоящем авианосце. Гораздо более правдоподобной выглядит вероятность того, что Кремль вложит средства в создание десантного вертолетоносца. Так оценивает вероятность создания российского атомного авианосца военный эксперт.

Дейв Маджумдар (Dave Majumdar), The National Interest, США

Россия уже начала предварительные работы по созданию атомного авианосца. Предполагается, что он должен будет заменить собой изношенный авианосец «Адмирал Кузнецов», который был построен еще в советскую эпоху и который недавно был отправлен на двухлетний капитальный ремонт. Однако Кремль пока не принял окончательного решения по поводу покупки нового авианосца.

Россия начала работу над ядерной силовой установкой возможного будущего авианосца в надежде на то, что однажды Кремль все же примет решение о создании такого корабля. «Сегодня запущен двигатель [запущены исследования по его созданию], и мы сегодня работаем именно по данной тематике, — сказал начальник управления кораблестроения ВМФ России контр-адмирал Владимир Тряпичников в интервью российскому информационному агентству ТАСС. — И в ближайшее время какая-то концепция будет утверждена. Да, это дорого, но этот корабль должен иметь место».

Как сообщает ТАСС, российский флот рассчитывает получить перспективный авианосец с атомной энергетической установкой к концу 2030 года, а его водоизмещение должно составлять не менее 70 тысяч тонн. Однако вероятность того, что России удастся разработать и построить такой авианосец в такие сроки, чрезвычайно мала. Советские авианосцы строились на верфи в Николаеве, который в настоящее время находится на территории независимой Украины. Тем не менее, Россия постепенно наращивает судостроительный потенциал на российском Дальнем Востоке, чтобы создавать суда такого размера.

«Осваивая новые верфи, строя новый гигантский сухой док на Дальнем Востоке, если такой заказ будет сделан… На авианосец водоизмещением 110-115 тысяч тонн, физически это возможно сделать. С 2020-го года уже будем способны», — заявил российский вице-премьер Дмитрий Рогозин в интервью телеканалу «Россия 24» в прошлом году.

В настоящее время на российском Дальнем Востоке идет строительство сухого дока длиной в 114 метров на судоверфи «Звезда», где однажды можно будет построить большой авианосец. Рогозин отметил, что, хотя на этой верфи можно будет построить авианосец, вопрос о том, нужно ли Москве такое большое судно, будет решать Генеральный штаб ВС России. «Мы теперь не имеем никаких ограничений по тоннажу гражданских судов и боевых кораблей, которые мы могли бы там строить», — сказал он.

Аналитики из России рассказали изданию National Interest, что, хотя Москва действительно строит огромную новую верь на Дальнем Востоке, этот проект не имеет военного назначения. Это скорее коммерческое предприятие, в которое Южная Корея сделала существенный финансовый вклад, что может стать препятствием для строительства там военного судна.

Более того, даже если существует физическая инфраструктура для строительства авианосца, это вовсе не значит, что у Москвы есть все необходимые технологии для создания военного судна водоизмещением в 115 тысяч тонн. Россия никогда прежде не строила военные корабли такого размера и уровня сложности.

В советскую эпоху она строила авианосцы класса «Кузнецов», но они были гораздо меньшего размера — водоизмещением в 55 тысяч тонн. Даже атомный авианосец «Ульяновск», строительство которого так и не было завершено и который был разобран в 1992 году, должен был обладать водоизмещением в 85 тысяч тонн. То есть Москве придется заново осваивать все те технологии, которые необходимы для строительства такого судна.

В любом случае Россия — это сухопутная держава, занимающая значительную часть Евразии. Поэтому в действительности Москва не слишком сильно нуждается в очень большом и очень дорогостоящем авианосце. Гораздо более правдоподобной выглядит вероятность того, что Кремль вложит средства в создание десантного вертолетоносца, который можно будет использовать, чтобы проецировать влияние непосредственно у границ России.

Россия > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция > inosmi.ru, 27 августа 2018 > № 2714717 Дейв Маджумдар


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 27 августа 2018 > № 2714408 Сергей Цивилев

Встреча с врио главы Кемеровской области Сергеем Цивилёвым.

Завершая поездку в Кемеровскую область, Владимир Путин провёл рабочую встречу с временно исполняющим обязанности губернатора региона Сергеем Цивилёвым.

В.Путин: Сергей Евгеньевич, Вы с 1 апреля приступили к исполнению обязанностей руководителя региона. Времени не так много прошло, тем не менее уже несколько месяцев. Как Вы сами оцениваете вхождение в эту работу? Какие видите перспективы развития Кемеровской области? Что считаете наиболее важным на данный момент? Пожалуйста.

С.Цивилёв: В соответствии с Вашими майскими указами мы активно приступили к реализации программы развития Кемеровской области. Все предприятия, все производственники, все жители Кузбасса очень откликнулись на эту работу, все принимали участие в разработке нашего плана развития.

Перспектива Кузбасса очень интересная. Были сохранены, прежде всего, люди, был сохранён промышленный потенциал, и сейчас есть полные основания говорить о том, что у нас может быть серьёзный рывок вперёд на базе имеющейся инфраструктуры.

Мы серьёзно занялись историей Кузбасса и подняли много исторических документов, это широко освещается среди жителей Кузбасса, вообще история Кузбасса, развитие Кузбасса. Сегодня к Вам на «Черниговце» один из работников подходил и говорил о трёхсотлетии Кузбасса. Это действительно так, мы получили все заключения о том, что в 1721 году началось промышленное освоение Кузбасса. И конечно, мне бы хотелось Вас попросить подписать указ о праздновании [300–летия образования] Кузбасса. Это дало бы дополнительный толчок в развитии региона. Мы все хотим его сделать одним из самых преуспевающих, и нас всё это объединяет вместе, весь Кузбасс.

В.Путин: Мы сегодня говорили при посещении разреза, одного из угольных разрезов, и сотрудники, работники предприятия этот вопрос ставили, Вы слышали. Я уже дал поручение, указ будет подготовлен в самое ближайшее время, может быть, сегодня его уже выпустим. Конечно, 300 лет освоения одного из крупнейших в нашей стране и, собственно говоря, одного из крупнейших в мире угольных бассейнов – это большое событие в жизни страны, не только самого Кузбасса. Поэтому мероприятие должно быть соответствующим образом подготовлено и осуществлено – как дань уважения к тем людям, которые начинали эту работу и которые работают в регионе сейчас.

В рамках нашей встречи на предприятии, я уже говорил об этом, хотел бы обратить внимание на вашу работу, связанную с расчисткой региональных финансов. Почти 11 миллиардов долгов вы погасили перед банками. Это не формальное дело, это даёт возможность эффективнее работать по реализации [программ] развития области, инфраструктуры области, решению социальных вопросов. Знаю, что у вас серьёзные планы по развитию дорожного строительства уже сейчас. Надеюсь, что это всё тоже будет сделано. Мы говорили о больших планах, связанных с развитием науки, образования, культуры: культурный центр будем здесь строить. Со «Сколково», насколько я понимаю, вы заключили соответствующее соглашение.

С.Цивилёв: Подписали соглашение.

В.Путин: Это даст возможность и региональным центрам науки и образования теснее работать с ведущими центрами страны, кадры готовить, инновационной деятельностью заниматься более эффективно.

Что касается Москвы, то вы выстроили хорошие отношения с Москвой и с Санкт-Петербургом. У вас большие планы по строительству спортивных сооружений. Надеюсь, это всё тоже будет реализовано.

И конечно, нужно и дальше уделять должное внимание вопросам экологической политики, экологии. Ваше решение по поводу особых требований к золотодобывающим компаниям привело к тому, что до нормативного состояния восстановилась вода в реке Кия. С угольными компаниями вы вставляете теперь в соглашения тоже требования экологического характера. Всё это очень важные, полезные начинания. Надеюсь, что в ходе Вашей дальнейшей работы все они будут реализованы.

С.Цивилёв: Владимир Владимирович, от всего Кузбасса, от всех жителей спасибо Вам огромное за президентское кадетское училище, спасибо за Мариинскую сцену.

В.Путин: Пока ещё рано говорить об этом, но мы это сделаем.

С.Цивилёв: Мы уже приступили к реализации.

И огромное спасибо за то, что Вы поддерживаете инициативу Кузбасса по празднованию трёхсотлетия. Это действительно очень важно для всех жителей Кузбасса. А мы не подведём, здесь люди замечательные.

В.Путин: Я это знаю. И желаю Вам удачи.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 27 августа 2018 > № 2714408 Сергей Цивилев


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > stroygaz.ru, 27 августа 2018 > № 2714281

Сберегающие время.

Девелоперы смогут подавать заявки на подключение ко всем сетям сразу.

Одна из проблем, с которой постоянно сталкиваются строители, — присоединение новых объектов к инженерным сетям. В Москве решать эти вопросы станет немного проще.

На днях правительство столицы и шесть крупнейших ресурсоснабжающих организаций (РСО) подписали соглашение о взаимодействии при оказании услуг в электронном виде. Свою подпись под документом поставили представители АО «ОЭК», ПАО «МОЭК», ПАО «МОЭСК», АО «Мосводоканал», АО «МОСГАЗ» и АО «Мособлгаз». Теперь застройщики смогут подавать через официальный портал мэра и правительства Москвы единую заявку на подключение ко всем видам ресурсов.

Как пояснил руководитель Департамента градостроительной политики Москвы Сергей Левкин, речь идет о возможности подачи заявителем единой заявки в целях получения технических условий, заключения договоров о подключении объектов капитального строительства к сетям инженерно-технического обеспечения, а также в целях получения актов о технологическом присоединении.

Работа по снижению административных барьеров продолжается и в других направлениях. Уже до конца этого года застройщики смогут получать информацию о подземных коммуникациях Москвы в электронном виде. Для этого планируется перевести в онлайн-режим приемку документов для ведения сводного плана подземных коммуникаций и сооружений, а также предоставление информации из него. Это значительно упростит процедуру получения этих документов.

Помимо этого, до конца года в электронный вид перейдут еще три услуги. Приемка материалов и данных инженерных изысканий станет доступна в режиме онлайн. Также застройщики смогут записаться на проведение контрольной геодезической съемки и внести предложения о внесении изменений в правила землепользования и застройки (ПЗЗ) через интернет.

Напомним, работа по улучшению условий ведения бизнеса и снижению административных барьеров в строительстве ведется уже на протяжении шести лет. К концу 2018 года планируется завершить перевод в электронный вид 16 услуг сетевых компаний.

Справочно

Первоначально подавать единую заявку на подключение ко всем видам ресурсов можно будет в трех субъектах федерации — Москве, Санкт-Петербурге и Московской области. Если такая практика окажется удачной, планируется распространить ее на всю страну.

№32 от 17.08.2018

Автор: Антон МАСТРЕНКОВ

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > stroygaz.ru, 27 августа 2018 > № 2714281


Россия. Китай. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714105 Го Сяоли

Почему Россия не обречена на одиночество

Отклик из Китая

Го Сяоли – доктор филологических наук, профессор Института иностранных языков Хэбэйского педагогического университета; руководитель Китайско-российского центра по исследованию Дальнего Востока при Хэбэйском педагогическом университете; замдиректора Института иностранных языков при ХПУ.

Резюме Дискуссия о путях развития России продолжается уже двести лет. Принадлежит ли культура России Западу? Или новому Западу? Или Востоку? Или новому Востоку? Или Евразии? Большой Евразии? К какому культурному типу ее ни отнести, Россия не может быть «одиноким» игроком на международной арене.

В кругу китайских ученых и молодежи большой интерес вызвала статья Владислава Суркова «Одиночество полукровки (14+)». Например, в ходе Валдайской конференции (25–26 апреля 2018 г., Шанхай) на данную статью многократно ссылались китайские участники, ведь название на китайский язык было переведено как «Политика России сталкивается с вековым одиночеством».

Несомненно, мнение Суркова является непосредственной реакцией на сложившуюся международную ситуацию. Но следует отметить, что автор статьи освещает российские и мировые политические проблемы с точки зрения культурной идентификации, а не только с позиций политики, как это понимают некоторые китайские ученые. Владислав Сурков сформулировал три ключевых идеи: во-первых, четырехсотлетние усилия России присоединиться к Западу потерпели фиаско, результатом чего стали события 2014 года. Во-вторых, столь же давние попытки интегрироваться в восточную культуру также закончились неудачей. В-третьих, культура России смешанная, она не принадлежит ни Западу, ни Востоку. Россия уникальна. Вывод автора: Россия будет опираться в своем развитии на самоё себя, на свой собственный опыт.

В русском и китайском языках слово «одиночество» имеет смысловые культурологические отличия. В китайском оно обладает только негативной коннотацией, обозначая «полную изоляцию». Но в русской культуре значение шире: кроме негативных коннотаций, оно обладает и положительными: уединенность, уникальность, непокорность, стойкость. Поэтому для русской культуры характерны такие образы, как одинокий «Демон сидящий», одинокий «Иисус Христос в пустыне», одинокий «Парус», одинокий «лишний человек». Кроме того, в статье раскрывается мученическое и героическое начало русской культуры. Мученичество нередко окружено ореолом святости и стойкости, поэтому недаром в заключении автор провозглашает: «Звезды будут!».

Исходя из анализа нынешней международной ситуации, Сурков поднимает проблему культурной идентификации России. Китайское академическое сообщество ищет ответ на вопрос: обречена ли Россия на политическое «вековое одиночество»? Каким образом следует рассматривать данное явление?

Дискуссия о путях развития России продолжается уже двести лет. Ее предметом являются различные позиции: принадлежит ли культура России Западу? Или новому Западу? Или Востоку? Или Новому Востоку? или Евразии? Большой Евразии? Или же это культура-полукровка? На наш взгляд, независимо от того, к какому культурному типу ее отнести, Россия не может быть «одиноким» игроком на международной политической арене.

Во-первых, в случае кардинальных изменений в мировой структуре Китай и Россия должны поддерживать друг друга. Сегодня в мире происходят коренные изменения. Справедливо отметил Сергей Караганов, что после пятисот лет процветания цивилизация Запада столкнулась с проявлениями глубокого кризиса. Мы стали свидетелями того, что многие факторы, способствовавшие прогрессу и развитию западной цивилизации на протяжении пяти веков, в настоящее время являются причиной напряженных и систематических конфликтов. И наоборот, такие развивающиеся страны, как Китай и Россия, становясь все сильнее, оказывают влияние на развитие всего человечества. Россия привлекает особое внимание способностью «оружием критики» разоблачать западную гегемонию. Сегодня, когда структура мировых цивилизаций претерпевает серьезные преобразования, Китай и Россия должны быть готовы к сближению. России не грозит участь преодоления трудностей в одиночестве.

Несомненно, преобразование модели мира – процесс долгий и нелинейный. Например, уже в начале ХХ века Освальд Шпенглер и Арнольд Тойнби указывали на «упадок Запада». Однако после холодной войны Запад, напротив, достиг апогея. Сегодня он продолжает занимать ведущие позиции во многих областях науки и в создании высокого уровня жизни. Но проблема Запада в том, что, после того как Китай и Россия отказались от прежней идеологической конфронтации, он продолжает придерживаться старой позиции. Министр иностранных дел России Сергей Лавров отмечал, что между Россией и Западом нет существенной разницы: та же демократическая политика, та же рыночная экономика. Председатель КНР Си Цзиньпин, выступая на церемонии открытия Боаоского Азиатского форума-2018, еще раз решительно заявил об открытости политики Китая. Но западные страны во главе с США настаивают на привилегированном положении, забывая о глобализации и общечеловеческих интересах.

Другими словами, Китай и Россия добились существенного прогресса на пути реформ; в то же время Запад деградирует потому, что не хочет проводить реформы и меняться. Из-за того, что Запад не добился прогресса, он объявляет санкции против Китая и России, выдвигая необоснованные обвинения. Как же нам поступить в такой ситуации: решать только свои проблемы или же объединять усилия для взаимной пользы? Заниматься лишь теоретическими рассуждениями, сохраняя собственное достоинство и преследуя личные интересы? Отказаться от сотрудничества и вернуться к конфронтации? Безусловно, Китай и Россия должны совместными усилиями формировать масштабную стратегию сотрудничества. Есть множество общих проблем, которые необходимо решать сообща. Это одна из причин, по которой Россия не окажется одинокой.

Во-вторых, создание новой теоретической базы в процессе трансформации мира от однополярности к «многополярной современности» должно основываться на достижениях древних культур и философских доктринах двух стран. Китай и Россия представляют собой крупнейшие и самые влиятельные независимые цивилизации, они занимают близкие позиции и имеют сходные государственные интересы. Позиция каждой страны базируется на тысячелетней идеологической и культурной основе. Характеризуя международные отношения, Председатель КНР Си Цзиньпин напомнил концепцию золотой середины, присущую основным учениям китайской философии: все вещи могут сосуществовать гармонично и не вступать в противоречия друг с другом. Этот принцип в китайской культуре именуется «гармония многообразия». В истории русской философии существует сходная концепция, называемая «соборностью», на основании которой были сформулированы идеи «всечеловечности» и «всеединства».

Хотя смысл идей «гармонии» и «единства» не совсем тождествен, мы считаем, что сотрудничество между Китаем и Россией на основании сходных национальных концепций необходимо для создания всемирного «человеческого сообщества». Наши страны должны поддерживать друг друга и на стадии теоретических разработок, и в процессе их реализации. Владимир Путин отмечал на церемонии вступления в должность президента: «Вместе с нашими партнерами будем активно продвигать интеграционные проекты, наращивать деловые, гуманитарные, культурные, научные связи», что будет способствовать «стабильности на планете». В этом смысле ни Китай, ни Россия не будут одиноки.

Конечно, и у Китая, и у России есть собственные цели и интересы. Поэтому в мирное время стать партнерами, а не союзниками – сознательный политический выбор обеих стран. Но в то же время уточнение, что «стратегическое партнерство не имеет ограничений», оставляет шанс для углубленного сотрудничества. Различие государственных интересов не препятствует нашему сотрудничеству и взаимной поддержке.

В-третьих, Китай и Россия имеют сходные представления о путях развития и общие культурные традиции. Они знают о Западе больше, чем Запад знает о них. Об этом свидетельствует тот факт, что в России и Китае изучали западные разработки: в России в начале XVIII века имела место западническая реформа, проведенная Петром I; в Китае во второй половине XIX столетия – движение западничества Ли Хунчжана. Также велись споры о путях развития России между различными общественными течениями: между западниками и славянофилами в XIX веке; были последователи почвенничества и евразийства. В Китае в ХХ веке происходили дискуссии западников и консерваторов, электистов (то есть тех, кто придерживался принципов «золотой середины») и сторонников традиции. Столкнувшись с Западом, мыслители двух стран размышляли над сходными вопросами: кто мы? откуда мы? и куда мы идем?

Основываясь на теоретических разработках и учитывая практический опыт, Китай и Россия выработали свой путь развития, что позволило им играть заметную роль на мировой арене. Признание статуса России и Китая во всем мире свидетельствует о том, что путь развития, выбранный Китаем и Россией, отвечает их государственным интересам и соответствует культурным традициям.

Недавно президент Владимир Путин и Председатель Си Цзиньпин были переизбраны своими народами, продлены сроки их полномочий. Этот исторический момент доказывает, что большая часть молодого поколения как в Китае, так и в России оказала поддержку лидерам. Такой результат был неожиданным не только для Запада, но и для китайского и российского сообщества. То, что мы видим в настоящее время, – совершенно новая ситуация: молодое поколение стало более уверено в правильности модели развития своей страны, и это притом что современная молодежь хорошо знает Запад.

Молодежь хорошо знает собственную историю и полностью осознает трудности, с которыми мы сталкиваемся. Стремясь к свободе и открытости, молодое поколение Китая и России прагматично и рационально оценивает стабильность и безопасность своих стран, поддерживает преемственность политического лидерства. Исходя из системы ценностей молодежи Китая и России, отношения двух стран уже можно охарактеризовать как позитивные. Необходимы дальнейшие совместные усилия, чтобы предоставить молодым людям духовные ценности, уходящие корнями в старинные культурные традиции, что поможет им избежать заблуждений.

Современные политические процессы в Китае и России все чаще получают поддержку граждан других стран. Однако почти все понятия, с помощью которых мы трактуем самобытные китайские и российские реалии, были заимствованы у Запада. Например, такие слова с негативными оттенками значения, как «авторитаризм», «народничество» (в современном обществе «народничество» часто означает «популизм», что существенно отличается от понимания народничества как революционного движения в России в 1860-е–1910-е гг.). Эти понятия могут оказаться непригодными для характеристики России и Китая, где имеет место «централизация власти», а не «авторитаризм»; «народность», а не «народничество». Поэтому создание метаязыка, теоретической системы и категорий, подходящих для объяснений исторических традиций России и Китая, требует долгосрочных совместных усилий.

Конечно, китайско-российское сотрудничество по-прежнему сталкивается со многими проблемами не только со стороны внешнего мира и противоборствующих сил внутри стран, но и с культурными и когнитивными барьерами, вызванными национальными различиями. Русская и китайская культуры существенно различаются.

Во-первых, различны способы культурного мышления: Россия отличается бинарностью, а Китай – тернарностью. Если бинарность проявляется в альтернативном выборе – социализм либо капитализм, то тернарность – другой подход: не социализм, не капитализм, а обширный рынок и сильное правительство. То есть вместе с двумя началами существует и третье – новая единица, гармонично соединяющая противоположные полюсы в единое целое.

Во-вторых, различны принципы поведения. В России наступление является обороной, в Китае отступление служит способом нападения. В русском языке бытует пословица: «Лучшая защита – нападение», и многочисленные жизненные и политические примеры подтверждают эту истину. А китайская пословица гласит: «Терпение приносит покой, отступление открывает широкую перспективу».

В-третьих, у нас различные национальные характеры: в России отдают предпочтение культу силы и удара, в Китае предпочитают гибкость и мягкую силу. Так, например, в период татаро-монгольской зависимости, которая раньше именовалась как «татаро-монгольское иго», русский народ вел длительную борьбу с захватчиками. Героический дух борьбы с врагами навсегда остался в народной памяти. Такие произведения, как «Повесть о разорении Рязани Батыем», «Слово о погибели русской земли» и другие, не оставляют впечатления гнетущей безысходности, а внушают надежду на возрождение русской земли и веру в могучие силы народа. В Китае тоже были великие патриоты и национальные герои, которые заслужили доблестью и мужеством уважение народа и заставили считаться с собой даже захватчиков. Монголо-татары захватывали Китай, но китайцы не сдались, ассимилировав и победив врагов благодаря своей культурной гибкости и мягкой силе.

В-четвертых, различны и культурные ценности: русские стремятся к духовности, а китайцы практичны и акцентируют внимание на самой жизни. Современный китайский мыслитель Лю Сяофэн отмечал, что, хотя провозвестника «русской идеи» Федора Достоевского много читают в Китае, его «яд» до сих пор не «навредил» китайцам. Китайцам трудно его понять: воспитываясь в контексте конфуцианских идей, сложно уловить смысл произведений, пронизанных христианским духом.

Но, несмотря на эти существенные различия, многовековой обмен между странами создает богатую почву для взаимопонимания. Кочевые монголы и маньчжуры когда-то объединили судьбы Китая и России. В период процветания империй и формирования современных национальных государств Китай и Россия установили прочные отношения. Особенности многовекового обмена и связь между нашими странами еще недостаточно изучены. Поэтому истинная история долголетних китайско-российских взаимоотношений является целиной, которую нужно обрабатывать.

Мы считаем, что китайские ученые обязаны откликнуться на тему «одиночества» России, сформулированную политическим деятелем Владиславом Сурковым, поскольку это касается не только судьбы Китая и России, но и будущего всего человечества.

Россия. Китай. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714105 Го Сяоли


Россия. США. Евросоюз. Азия > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714104 Иван Сафранчук

Бесплодная двойственность

Почему Россия и Запад застряли в состоянии неопределенности

Иван Сафранчук – кандидат политических наук, доцент кафедры мировых политических процессов факультета политологии МГИМО (У) МИД России.

Резюме Многие склонны представлять существующие отношения с западными странами как «новую нормальность» или даже как исторически естественные. Но отношения сейчас не такие, каких желали Россия и Запад. Они вообще не результат целенаправленной деятельности, а итог того, что не получилось с каждой стороны.

Отношения России с Западом вполне поддаются описанию, но их сложно охарактеризовать и выделить структурные элементы, составляющие их основу. Текущие события настолько динамичны, увлекательны и многовариантны, что может создаться впечатление, будто никакой базы в том, что происходит, нет вовсе. Но это не совсем так. Сформировалась модель отношений, дающая довольно обширный политический простор, который ограничен широкими, но жесткими рамками возможного.

Не холодная война

Характеристика российско-американских отношений как новой холодной войны небезосновательна, но содержательно неверна и создает контекст, вводящий в заблуждение.

Небезосновательна она потому, что на поздних стадиях, в 70-е и 80-е гг. прошлого века, холодная война (чьей оригинальной сущностью было столкновение экзистенционально несовместимых общественно-политических систем, в котором надо было победить без большой войны) де-факто превратилась в бесконечное геополитическое противоборство профессиональных сообществ военных, разведчиков и дипломатов. Все они были готовы использовать в своих интересах любую мировую проблему или региональный конфликт. В таком виде холодная война в основном и запечатлелась в памяти политиков конца XX столетия. Теперь же любое обострение геополитической конкуренции и военного соперничества великих держав стали называть возвращением холодной войны.

Однако главным в холодной войне того периода была все же не геополитическая форма, а идейная сущность. Две системы вступали в открытую конфронтацию и переформатировали под себя региональные конфликты либо «мирно сосуществовали», но в любом случае каждая из них была уверена в собственном моральном и историческом превосходстве. Игра шла на выбывание.

Сейчас Россия и Запад ведут много споров, в той или иной степени имеющих ценностную основу. Разрыв в ценностях трудно отрицать. Причем он имеет место не только между Россией, с одной стороны, и США и Европой, с другой, но и между Европой и США. А все мы вместе составляем ценностный контраст с поднимающимися азиатскими державами. Ценности влияют на то, как организованы и управляются общества, то есть на внутренние дела. Внутренняя политика, завязанная на ценностные системы, воздействует на внешнюю, на методы и средства, которыми страны пытаются повысить уровень своей конкурентоспособности в мире. Поэтому не лишены смысла заявления западных деятелей о том, что за проблемами в отношениях с Россией стоят ценности. Также обоснована и следующая формулировка из Стратегии национальной безопасности Российской Федерации: «Конкуренция между государствами все в большей степени охватывает ценности и модели общественного развития, человеческий, научный и технологический потенциалы» (впервые появившись в документе 2009 г., в немного другой формулировке, это положение вошло в Стратегию 2015 г., действующую в настоящее время).

Но признание наличия этой цепочки (ценности – внутренние дела – внешняя политика) и значения ценностей для внутренней и внешней политики (содержательно наши позиции имеют корни в наших ценностях и поэтому представляются нам правильными и обоснованными) само по себе не означает экзистенционального соперничества общественно-политических систем. В этом смысле холодной войны между Россией и Западом сейчас нет.

Константа и переменные российской внешней политики

Представление о том, что Россия – важный мировой игрок, является неотъемлемой частью российского политического самосознания. Это и чувство в душе (оно вековое и передается из поколения в поколение), и сознание в голове (которое не может не сформироваться при получении образования). Данная константа остается даже с исчезновением страны (а за XX век такое случалось дважды). Более того, в периоды слабости она даже усиливается. И в начале 1990-х гг., в сложнейший период внутренних неурядиц, когда государство пребывало в глубочайшем социально-экономическом кризисе, у российской власти сохранялось представление о собственной державе как о важном мировом игроке. Борис Ельцин, как и его первый министр иностранных дел Андрей Козырев, отнюдь не собирались превращать Россию в «банановую республику».

Конечно, в российской элите шли споры о том, что же такое «достойное место», которое Российская Федерация должна занимать в мире. Но все хотели примерно одного и того же: чтобы с Россией не разговаривали с позиции силы, не диктовали ей условия, чтобы с ней считались при урегулировании мировых проблем и учитывали ее практические интересы при решении частных вопросов. В общем, как бы ни была организована международная система, Россия должна быть среди тех, кто определяет, какой ей быть, и поддерживает ее функционирование. Однако представления о том, каким же образом России оказаться на таком «достойном месте», как получить или занять его, различались очень сильно.

Как ни покажется парадоксальным сейчас, в контексте того времени, в конце 1980-х и начале 1990-х гг., нахождение этого самого достойного места виделось посредством отказа от излишней самостоятельности. «Сами по себе» было равнозначно противопоставлению себя всем развитым странам и добровольной изоляции от них своего внутреннего пространства, а это служило причиной экономического отставания. Российские власти хотели отказаться от подобной самостоятельности и реинтегрироваться в Запад, где Россия столетиями была одной из ведущих держав. Вот как это характеризовал первый российский президент: «Мы возвращаемся туда, где были всегда, – в Антанту, если хотите, в союз с западными державами» (Ельцин Б.Н. Записки президента. Москва, 1994). Россия больше не хотела быть «сама по себе», она хотела быть «одной из» (но одной из держав первого ряда).

Не Ельцин и Козырев навязали стране ту внешнеполитическую программу. Скорее наоборот: она отражала превалировавшие тогда общественные настроения в пользу избавления от советских союзных институтов и их повестки дня (одновременно со списанием на них всех проблем). Настроения неплохо выражены опять же в мемуарах Ельцина: союзным ведомствам «всегда было начхать на судьбу России. Россия их интересовала только как поставщик сырья, рабочей силы, пушечного мяса и как главный имперский “магнит”, к которому можно “притянуть” все, вплоть до Кубы. Везде и всюду навязать свои порядки!». Но внешнеполитическую доктрину, предусматривавшую отказ от излишней самостоятельности (которая отождествлялась с изоляцией и чрезмерным бременем) во имя возвращения себе исторически нормальной мировой позиции (то есть места одной из ведущих держав), возможно было воплотить в жизнь только в одном случае. А именно: если бы ее приняло не только руководство России, но и западные политики, и более того – если бы Москве подыграли. Ни того ни другого не случилось.

Победители в холодной войне поняли новую внешнюю политику Кремля не как обретение Россией своего исторического «я», а как отказ от него. С их точки зрения, они вели себя даже благородно и не добивали поверженного врага. Были готовы поставить слабую Россию где-то рядом, но, конечно, не в один ряд с собой. И это очень быстро стало заметно. Попытавшись «выйти к своим», Россия обнаружила, что от нее на самом деле ждут символической и практической «сдачи оружия» (на почетных, с западной точки зрения, политических условиях), и отказалась это делать. Что привело ко всеобщему замешательству и взаимному недовольству.

Профессионалы-реалисты под идейным лидерством Евгения Примакова пытались спасти ситуацию. Они заняли глухую оборону по линии международного права («правила игры», в написании которых принимали участие советские-российские дипломаты, учитывали базовые интересы России, и по ним Россия не могла проиграть), а также сформулировали концепцию многополярности. При этом Россия не переходила на позиции «сама по себе», это был еще один вариант, как стать «одной из»: Москва отстаивала свои интересы, но стремилась к сотрудничеству и договоренностям.

Тем не менее с Западом не смог основательно договориться ни считавшийся прозападным и уступчивым либералом Козырев, ни реалист и жесткий переговорщик Примаков. В таких условиях не оставалось ничего другого, как признать: «Не оправдались некоторые расчеты, связанные с формированием новых равноправных, взаимовыгодных, партнерских отношений России с окружающим миром» (Концепция внешней политики, 2000 г.). Россия не только не добилась достойного места в мире, но и, как заявил Владимир Путин (накануне того, как стать и.о. президента), «пожалуй, впервые за последние 200–300 лет она стоит перед лицом реальной опасности оказаться во втором, а то и в третьем эшелоне государств мира» (Путин В.В. Россия на рубеже тысячелетий // Независимая газета, 30.12.1999).

Исторически сложившееся самосознание не позволяло добровольно это принять. В России вовсю говорили о том, что в период, когда она была слаба, западные страны воспользовались этим, дабы оказывать существенное влияние на российские внутренние дела (политические и экономические), ее внешнюю политику, более того – привыкли это делать и строят такой мировой порядок, в котором для России не предусматривалось достойного места и права голоса. Но, признавая, что Запад сознательно использует российскую слабость и стремится к уменьшению ее роли в мире, Москва сохраняла иммунитет к противопоставлению себя развитым государствам (что было почти эквивалентом изоляции) и конфронтации с ними. В Концепции 1997 г. говорилось: отсутствие конфронтации с западными странами «открывает принципиально новые возможности мобилизации ресурсов для решения внутренних проблем страны». И хотя в редакции 2000 г. это положение из документа исчезло, ту же мысль, и даже еще четче, выразил Путин: «Несмотря на все трудности и промахи, мы вышли на магистральный путь, которым идет все человечество. Только этот путь, как убедительно свидетельствует мировой опыт, открывает реальную перспективу динамичного роста экономики и повышения уровня жизни народа. Альтернативы ему нет» (В.В. Путин. Россия на рубеже тысячелетий // Независимая газета, 30.12.2001).

Подтвердив решительное «нет» изоляции, российские власти также признали, что отказ от самостоятельности, которая позже была осмыслена как «реальный суверенитет» (Кокошин А.А. Реальный суверенитет. Москва, 2006), не только не обеспечивает достойного места в мире, а, ровно наоборот, толкает Россию в «мировую массовку». Тем самым российские власти разделили понятия «самостоятельность» (реальный суверенитет) и «изоляция», объединение которых лежало в основе внешнеполитической доктрины Ельцина–Козырева.

Новым вариантом обретения достойного места в мире посчитали внутреннее укрепление: если слабую Россию не пустили на Запад, то сильная сама туда войдет (но без «скандала», а как уважаемый партнер), это станет фактом, который не получится игнорировать. Таким образом, Россия встала на путь возвращения утраченных позиций посредством внутреннего укрепления. Попытка добиться достойного места в мире через сокращение того, что не нравилось западным партнерам – самостоятельности и силы, – сменилась программой приобретения такого места за счет расширения возможностей через наращивание и того, и другого.

Затянувшаяся двойственность как модель отношений

Даже притом что Путин всячески подчеркивал неконфронтационнность своей доктрины (Россия давала понять, что она «не против всех» и «не сама по себе», а по-прежнему хочет быть «одной из»), у западных политиков не могло не появиться чувства тревоги – а не станет ли это новым реваншизмом. В отношении Запада к России возникала и все 2000-е гг. сохранялась двойственность.

Экономический рост и интеграция страны в мировую экономику давали возможность зарабатывать в России. Она больше не была «бедным родственником», а стала полезным, пусть и сложным, партнером. К тому же мир бурлил, и плюралистическое начало в нем росло. Переход США к односторонним действиям при Джордже Буше-младшем обострил международные противоречия. Порядка в мире становилось меньше, но и проамериканского единомыслия тоже. Соединенные Штаты ослабили идейный контроль над традиционными союзниками. По мере того как развивающиеся государства богатели, росло их самосознание. Все выглядело так, что мир не только объективно становится полицентричным, но и расширяется признание этого, что должно было дать полицентричности дополнительный импульс. Финансово-экономический кризис 2008 г. подтвердил и стимулировал тренд относительного ослабления традиционных мировых лидеров, что побуждало их лояльнее относиться к возвышающимся державам и искать среди них партнеров. Все эти перемены были в целом благоприятны для российской внешней политики, так как не способствовали конфронтации западных стран с Россией. Наоборот, росла заинтересованность в ней как самой исторически и культурно близкой к Западу из возвышающихся держав.

Но вместе с тем на Западе с подозрением смотрели на то, как по мере решения наиболее острых внутренних проблем в условиях экономического роста, превышающего среднемировой, в России крепла воля к самостоятельности в международных делах. Крах Советского Союза интерпретировался уже не как освобождение от пут коммунизма и избавление от «имперского бремени», а как крупнейшая геополитическая катастрофа XX века. Из Концепции внешней политики-2008 исчез присутствовавший в документе 2000 г. тезис об объективной ограниченности ресурсов российской внешней политики. Теперь говорилось, что укрепление международных позиций России и успешное продвижение ее интересов «требуют задействования всех имеющихся в распоряжении государства финансово-экономических рычагов и адекватного ресурсного обеспечения внешней политики». Вместе с утверждением, что Россия преодолела постсоветские трудности и крепко встала на ноги, это звучало как готовность заплатить любую цену за внешнюю политику. А произошедший через месяц после публикации документа кавказский кризис был понят Западом как способность поднимать ставки не только в смысле денег. Страх перед все более амбициозной Россией нарастал.

Двойственность присутствовала и в позиции России. Стремясь к равноправному сотрудничеству с Западом, российские власти одновременно в той или иной степени поощряли антизападные, особенно антиамериканские, настроения и в обществе, и в элите. Если в западной двойственности были «страх и заинтересованность», то в российской – «заинтересованность и отрицание почти всего западного». У каждой из сторон это порождало противоречивую политику. Западные заинтересованность и страх обосновывали, соответственно, практические программы сотрудничества с Россией и ее сдерживания. Российские заинтересованность и отрицание – сотрудничество и все большую самостоятельность в мировых делах.

Эта неоднозначность и противоречивость опирались на мощный исторический фундамент, но в современных условиях не были комфортны ни для России, ни для Запада.

Тем не менее обе стороны поначалу не увидели серьезной проблемы. На Западе одни жалели, что не добили Россию в начале 1990-х гг., а другие – что упустили шанс интегрировать слабую страну, когда она была готова от многого отказаться ради этого. И тем не менее все осознавали, что те исторические варианты уже пройдены и надо что-то решать в настоящем; выбор выглядел трудным, но не невозможным. Россия с пониманием и терпением относилась к западным страхам (хотя и считала их необоснованными по сути, а по форме – зачастую искусственно нагнетаемыми для тактических политических игр) и была готова дать время, чтобы свыкнуться с ее возвышением. У Москвы были основания ожидать, что Запад все-таки сделает выбор, причем в пользу сотрудничества, пусть и не так быстро, как хотелось бы.

Но двойственность затягивалась, и в конечном счете приобрела новое качество. В конце прошлого и в начале нынешнего десятилетия выяснилось, что Запад не способен не только на то, чтобы отодвинуть в сторону свои страхи и сделать выбор в пользу сотрудничества с Россией, но не может сделать и противоположный выбор – в пользу только сдерживания. В 2008-м и особенно в 2014 г. могло показаться, что западный мир готов поставить крест на сотрудничестве и перейти к политике исключительно сдерживания. Но в обоих случаях Запад, наращивая усилия по сдерживанию России, от сотрудничества не отказывался.

В результате затянувшаяся уже примерно на 15 лет двойственность перестала восприниматься на Западе как нечто временное. Если в прошлом десятилетии там присутствовали настроения в пользу того, чтобы сделать какой-то выбор, то к концу текущего десятилетия сочетание сотрудничества и сдерживания (относительно недавно представлявшееся неестественным) переформулировано в стратегию, а отстаивавшие тактику сотрудничества и сдерживания специалисты переходят от споров между собой к выработке вариантов их сочетания в единой стратегии. В России тоже сочли приемлемым сочетание готовности к сотрудничеству со все большей самостоятельностью в мировых делах. Страна переходит на позиции «сама по себе» (а не «одна из»), но без полной изоляции.

На будущее: преодоление двойственности и переход к дуализму?

Переосмысление противоречивых политик в единые стратегии происходит во многом потому, что по мере затягивания двойственности в отношениях России и Запада усугублялись споры и противоречия, множились цепочки действий и противодействий, и все вместе формировало контекст событий, в котором к настоящему времени текущее вытеснило что-то более базовое. Распутать такие цепочки действий и противодействий или остановить их дальнейшее разрастание сейчас вряд ли возможно.

Описанный характер связей России и Запада – не просто реальность, но такая реальность, которая, обозначая рамки возможного для наших действий в связи с тем, что происходит, сама не может измениться вследствие каких-то событий. Никакие мировые тенденции (даже такие, по поводу которых мнения и интересы могут совпасть) не дадут в ближайшее время достаточного импульса для выхода из состояния двойственности.

Такая устойчивая реальность толкает не только к ее принятию, но и к осмыслению существующих отношений как «нормальности» или даже как исторически естественных, мол, веками было примерно так. Если такое возобладает с обеих сторон, то двойственность (противоречивость) преобразуется в дуализм (сосуществование двух независимых, равноправных и несводимых друг к другу начал), отношения станут более устойчивыми и спокойными. (Справедливости ради необходимо заметить, что сегодняшняя ситуация – не воплощение пожеланий сторон и вообще не результат целенаправленной деятельности, а итог того, что не получилось ни у России, ни у Запада.)

Сейчас может показаться, что мы уже подходим к тому, чтобы водвориться в подобное состояние, но это не так. Во-первых, Россия и западные страны, будучи близки к фактическому балансу сил, не могут его зафиксировать в силу эмоций и внутриполитического давления. Поэтому спираль эскалации, вероятнее всего, будет раскручиваться. Во-вторых, даже если удастся закрепить баланс и отказаться от попыток резко его изменить, Запад будет понимать такое положение вещей как вынужденное и потому временное.

Дело не только в том, что многие на Западе сомневаются в способности России долго поддерживать свои амбиции материально. Второе обстоятельство – восприятие российской политики до предела персонифицировано (и не без оснований, так как роль Владимира Путина, действительно, огромна). Насколько российский президент и страна сейчас отождествляются, настолько же в будущем возникнет желание сделать обратное. Иными словами, с точки зрения Запада, любые договоренности с Москвой времен Путина должны будут пройти проверку временем. Запад в полной мере смирится с дуализмом, только когда Россия докажет, что та же внешняя политика, воля к ей проведению и готовность обеспечивать курс материальными ресурсами сохраняется после ухода нынешнего президента. Таким образом, преобразование нынешних отношений в устойчивую модель возможно (но не гарантировано) разве что в среднесрочной перспективе. Пока же они будут подвержены кризисам, а поддержание связей в относительно безопасном состоянии будет требовать постоянных усилий и ресурсов.

В заключении стоит с сожалением отметить, что Россия и Запад, видимо, упустили историческую возможность, которая существовала последние десять лет. Автор этих строк называл ее моделью отношений «без, но не против» (друг без друга, но не друг против друга), коллеги определили примерно то же самое как «отстраненность вместо конфронтации» (Алексей Миллер, Федор Лукьянов. Отстраненность вместо конфронтации: постевропейская Россия в поисках самодостаточности, 2017). Россия и Запад так и не смогли оставить друг друга в покое.

Россия. США. Евросоюз. Азия > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714104 Иван Сафранчук


США. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714103 Александр Крамаренко, Петр Стегний

Ложная альтернатива

Почему нас убеждают, что без либерального порядка возможен только хаос

Александр Крамаренко – директор по развитию Российского совета по международным делам.

Петр Стегний – доктор исторических наук, чрезвычайный и полномочный посол, член Российского совета по международным делам.

Резюме В принципиальном плане международное положение США разрушилось в 1989-1991 гг. в рамках, как уже очевидно, общей с Советским Союзом «геополитической катастрофы». Теперь оно разрушается де-факто – на уровне практической политики.

В какой международной системе мы живем после окончания холодной войны? Этот теоретический, казалось бы, вопрос обрел актуальность в последние годы на фоне быстрых и разнонаправленных процессов на мировой арене. В западной дискуссии чаще всего фигурируют такие понятия, как «либеральный» и «основанный на правилах» миропорядок. В качестве единственно возможной альтернативы ему выдвигается отсутствие порядка вообще, что отражает нежелание западных политологов и политиков признавать объективную тенденцию к многополярности. Нас, по сути, подводят к упрощенному выбору: статус-кво, под которым понимается согласие с доминированием Запада в мировой политике, экономике и финансах, либо хаос, от которого пострадают все. Так в каком же миропорядке мы живем и есть ли основания для апокалиптических ожиданий?

Действующий миропорядок

Еще несколько лет назад, по крайней мере до начала украинского кризиса, преобладало мнение о том, что продолжает существовать послевоенное мировое устройство (Ялтинско-Потсдамская система) с центральной ролью ООН, ее Устава и всей совокупностью универсальных международно-правовых норм и инструментов, принятых в период холодной войны. Оно основано на правилах, которые уже почти 80 лет удерживают мир от большой войны. Никто этот порядок формально не отменял, да и западные страны из числа постоянных членов СБ ООН продолжают ценить свой статус.

Заметим, что ООН создавалась как раз в расчете на множественность центров силы, которые представлены державами-победительницами во Второй мировой войне с правом вето (впоследствии за ними был закреплен и ядерный статус). Отсюда особая ответственность «пятерки» постоянных членов Совета Безопасности: им надо договариваться между собой в интересах поддержания международного мира. Но и остальные государства-члены – отнюдь не статисты: они выражают свое мнение, принимая резолюции на Генассамблее ООН. По сути, была создана глобальная система коллективной безопасности, наличие которой стало, может быть, главной предпосылкой того, что роспуск Советского Союза в 1991 г. не сопровождался глобальными катаклизмами.

Конечно, холодная война внесла коррективы в международную систему, но скорее на уровне ее функционирования. Поэтому правильно различать нормативно-правовой международный порядок, универсальность и устойчивость которого обеспечивала стратегическую стабильность, и менявшийся геополитический расклад сил. Последний носил блоковый характер, выстраивался вокруг биполярной идеологической и военно-политической конфронтации и нередко искажал первый. На функциональном уровне его можно определить как фактор искажения временного пространства (time warp), по крайней мере в части понимания Вестфальских принципов, на основе которых формировалась сначала европейская, а затем и мировая система международных отношений. В частности, постепенной эрозии подвергалась норма, которая предусматривала необходимость вывода вопросов внутреннего порядка государств, включая религию, за рамки межгосударственных отношений. Это, разумеется, не могло не сказаться на эффективности институтов, прежде всего ООН, хотя ее базовые задачи, в частности связанные с процессом деколонизации, общим пониманием прав человека, приемлемым для всех мировых цивилизаций и культурных традиций, и кодификацией международного морского права, успешно решались, несмотря на идеологический антагонизм.

С окончанием холодной войны востребованность ООН выросла. Если с 1945 по 1989 гг. Совет Безопасности принял 646 резолюций, то за последние 29 лет – уже 1768 (по состоянию на 1 мая с.г.). В новых условиях ООН способна работать в соответствии с первоначальным замыслом ее основателей, адаптируясь, хотя порой и медленно, к новым вызовам и угрозам. Там, где организация не является прямым участником урегулирования, СБ легализует своими решениями уже сложившиеся многосторонние форматы и достигнутые в их рамках договоренности. Прежде всего это такие острые кризисы, как урегулирование на юго-востоке Украины (резолюция 2202 в поддержку Комплекса мер по выполнению Минских соглашений, согласованных в формате Нормандской четверки 12 февраля 2015 г.); ядерная программа Ирана (резолюция 2231 в поддержку Совместного всеобъемлющего плана действий, СВПД, согласованного 14 июля 2015 г. США, Россией, Китаем, Великобританией, ФРГ и Францией, с одной стороны, и Ираном – с другой) и сирийский кризис (резолюция 2254 в поддержку Венского заявления Международной группы поддержки Сирии в составе 20 стран региона и внешних игроков, включая ЛАГ, ООН и ЕС, от 14 ноября 2015 г.).

Показательно, что критический во многих отношениях 2015 г. оказался наиболее продуктивным в миротворческой деятельности ООН за последнее время. И хотя ряд договоренностей в силу сложности конфликтных ситуаций и недобросовестного поведения тех или иных игроков, в том числе не являющихся сторонами соглашений, остаются нереализованными, это не снижает ценности достигнутых компромиссов. Они продолжают служить основой или ориентиром для дальнейшей работы в рамках комплексной многосторонней дипломатии. Показательна негативная реакция в мире на заявление президента Дональда Трампа от 8 мая с.г. об одностороннем выходе Соединенных Штатов из СВПД, в поддержку сохранения которого складывается неформальная коалиция всех остальных участников.

И все же выбор в пользу здравого смысла Запад делает только тогда, когда у него включается инстинкт самосохранения.

Геополитика: двусмысленность и неконструктивная неопределенность

Размышляя о тенденциях развития современного мира, Алексей Арбатов заметил: «У США был уникальный исторический шанс возглавить процесс созидания нового, многостороннего, согласованного с другими центрами силы миропорядка. Но они этот шанс бездарно упустили». Почему после 1991 г. события в мире пошли по иррациональному сценарию формирования вертикально, а не горизонтально интегрированного миропорядка, хотя едва ли не самой популярной метафорой глобализации стал «плоский мир» Томаса Фридмана?

Причин много, но если выделить главное – в дилемме, сформулированной когда-то Збигневом Бжезинским и Генри Киссинджером, американцы предпочли лидерству доминирование. Еще 28 января 1992 г. президент Буш, выступая в Конгрессе, заявил, что Соединенные Штаты одержали победу в холодной войне. Соответственно, по окончании блокового противостояния в отличие от предшествующих европейских и затем глобальных конфликтов не последовало формального урегулирования, выработки совместного понимания правил игры в условиях геополитических сдвигов. В ельцинскую эпоху американцы вопрос о результатах холодной войны не педалировали. Да и в целом в «лихие девяностые» Запад в общении с Россией говорил одно, думал другое, а делал третье. В результате миропорядок, приходящий на смену холодной войне, складывался хаотически как набор конструктивных и не очень конструктивных двусмысленностей.

Возникли два нарратива, отражавшие диаметрально противоположные подходы к новому мироустройству. Соединенные Штаты, исходя из того, что сфера их доминирования автоматически становится глобальной в духе идеи «конца истории», перешли к экспорту неолиберальной модели демократии в нарушение государственного суверенитета. На практике это вылилось в серию операций по смене режимов, вооруженных и «гуманитарных» интервенций, дестабилизировавших обстановку в ряде регионов мира. Высокая себестоимость подобной политики для самой Америки, ставшей крупнейшим должником в мире, обусловила поражение Хиллари Клинтон на выборах 2016 года. Придя к власти, Трамп немедленно дистанцировался от наиболее одиозных компонентов этого подхода, включив, однако, другие – экономические – рычаги обеспечения американской исключительности и перейдя к монетизации «услуг безопасности».

В условиях опасно возросшей геополитической турбулентности Россия при Владимире Путине всегда действовала строго в логике безусловного признания принципов суверенитета и равенства всех государств, центральной роли ООН в международных делах. Мюнхенская речь президента Путина 2007 г., в которой были изложены эти принципы российской внешней политики, стала ответной реакцией на разработанную в 2002–2004 гг. программу Джорджа Буша «Повестка дня для демократии», осуществлявшуюся параллельно с продвижением НАТО к границам России. До этого Вашингтон обсуждал идею «сообщества демократий», которое стало бы машиной для голосования образца времен холодной войны, а то и конкурентом ООН. Кульминацией противостояния двух подходов к мировой политике оказались сирийский и украинский кризисы. При более объективном и ответственном подходе Запада к выработанным еще на Вестфальском конгрессе 1648 г. универсальным, прошедшим проверку временем принципам международного общения многих катаклизмов последнего времени можно было бы избежать.

На фоне провальных результатов курса на демократическое миссионерство даже такой яркий представитель этого направления, как Бжезинский, признал необходимость «общего понимания нашей исторической эпохи» как «основы стабилизации современных международных отношений». Он заметил, что США не могут самостоятельно решить ни одну из крупных международных проблем, а «демократия для немногих без социальной справедливости для многих была возможна только в аристократическую эру. Сейчас же одна без другой самоубийственна».

Чуть дальше в той же логике идет известный британский исследователь Ричард Саква в своей книге «Россия против остальных. Кризис миропорядка после холодной войны» (2017 г.): «Атлантическая система является системой властной гегемонии, основанной на американском лидерстве. Россия могла бы присоединиться к этой системе только в качестве подчиненного, но не равного… Но она не может обменять свою историческую идентичность и статус великой державы на членство в Атлантическом сообществе». И верный вывод: в этих условиях, т.е. ввиду расширения НАТО, требовались содержательные связующие Россию и Запад институты, для начала – «укрепление ОБСЕ в сфере безопасности, возможно, одновременно с созданием Европейского совета безопасности».

Получается, что Россия изначально не могла претендовать на равенство в кругу евроатлантических держав. А жаль, поскольку цели российской политики могли бы быть достигнуты разными путями, в том числе таким «мягким», как заключение рамочного Договора о европейской безопасности, закрепляющего принцип ее неделимости, что и предлагала Москва в июне 2008 г., а западные партнеры начисто проигнорировали.

Широко известно мнение Джорджа Кеннана о том, что «расширение НАТО было бы наиболее роковой ошибкой американской внешней политики за всю эпоху после холодной войны». Впоследствии, когда решение стало свершившимся фактом, он сказал в интервью Томасу Фридману: «Я думаю, что это начало новой холодной войны». Сам Фридман писал о «нищете воображения, которая характеризовала американскую внешнюю политику в девяностые годы». С ним солидаризируется американский исследователь Майкл Мандельбаум, заметивший в книге «Провал миссии» (2016 г.): «Вместо того чтобы укрепить безопасность союзников Америки в Европе, расширение НАТО ослабило ее. Это имело эффект, прямо противоположный заявленному: проведена новая – уже после окончания холодной войны – разделительная линия между членами Альянса и теми, кто не вошел в его состав». Администрация Билла Клинтона, как считает Мандельбаум, могла бы ограничиться для начала предоставлением конкретных гарантий безопасности Польше, единственной из «Вышеградской четверки» имевшей границу с Россией, или найти способы включить Россию в состав НАТО, либо «изобрести новую панъевропейскую организацию безопасности вместо НАТО». Но тогдашний госсекретарь Мадлен Олбрайт заявила: «США несут ответственность, от которой они не могут уклониться, – построить мирный мир и положить конец ужасным несправедливостям и условиям, которые все еще гнетут цивилизацию». В таком проекте не нужны соратники. А будущее отношений России с Западом становится заложником общего курса Соединенных Штатов на выстраивание современного мира под себя.

Неудивительно, что Всемирный саммит (ООН) 2005 г. не дал значимых результатов: Запад сосредоточился на продвижении концепции «ответственности по защите» в русле идей гуманитарных интервенций. Хотя развитие системы ООН продолжалось: принята концепция миростроительства, придан импульс реформе Организации, включая возможное расширение ее Совета Безопасности.

Тем не менее дискуссии о выживаемости западного альянса в новой конкурентной геополитической среде продолжаются. Бжезинский в книге «Стратегическое видение» (2012 г.) предлагал решать вопрос путем вовлечения России и Турции, включая возможность заключения «в следующие два или более десятилетия по-настоящему обязывающего соглашения о сотрудничестве Запада даже с последующим – при оптимальных обстоятельствах – членством России в ЕС и НАТО». Такой проект он назвал «Большим и более жизнеспособным Западом» (а larger and more vital West)». (Заметим в скобках, что высказывание, по сути, является признанием паллиативного, необязательного характера как Парижской хартии для новой Европы 1990 г., так и Основополагающего акта 1997 г. и Декларации Россия–НАТО 2002 г.)

Нечто похожее Россия давно предлагала, говоря о настоятельной необходимости восстановления политического и иного единства европейской цивилизации в целях обеспечения ее конкурентоспособности в современном мире. Но подобные идеи отражают только эволюцию мышления позднего Бжезинского. Американские элиты в целом до такого взлета мысли пока не дозрели. В основу всей западной политики последних 25 лет были положены нереалистичные, идеологизированные оценки самого факта окончания холодной войны. Трудно не согласиться с Уинстоном Черчиллем, который сказал, что американцы всегда примут правильное решение, но прежде испробуют все остальное.

США: хождение по мукам?

Питер Бейнарт в книге «Синдром Икара» (2010 г.) приводит реакцию представителей старшего поколения консерваторов, таких как Джин Киркпатрик и Ирвинг Кристол, на окончание холодной войны: теперь для Америки наступил момент стать «нормальной страной в нормальное время», что в числе прочего предполагает «заняться собственными делами» и «прекратить жить не по средствам». Оба призвали к роспуску НАТО, сокращению оборонного бюджета и подготовке к жизни в многополярном мире.

Киссинджер еще в «Дипломатии» (1994 г.) отмечал: в новом миропорядке США должны занять место «первого среди равных» наряду с Европой, Китаем, Японией, Россией и, вероятно, Индией. Новый порядок «будет больше похож на европейскую систему XVIII и XIX вв., чем на жесткие схемы холодной войны». Он также предостерегал от утопий о возможности достижения «конечных целей» и рекомендовал исходить из того, что «не будет конца пути», а «реализация идеалов Америки должна достигаться терпеливым накоплением частичных успехов». В более поздней работе «Мировой порядок» (2014 г.) Киссинджер прямо констатирует, что «традиционный европейский подход к порядку рассматривал народы и государства как изначально склонные к соперничеству» (то есть Америке, наконец, пора «возвратиться в Европу» на уровне стратегического мышления и мироощущения). Вестфальские принципы отнюдь не исчерпали своего потенциала регулирования международных отношений. Предположение о том, что после окончания холодной войны «распространение демократии и свободных рынков автоматически создаст справедливый, мирный и инклюзивный мир», оказалось несостоятельным.

В ноябре 2011 г. в качестве частной инициативы два военных аналитика опубликовали «Видение национальной стратегии» (A National Strategic Narrative), в котором содержался призыв к демилитаризации американской внешней политики и стратегического мышления. В предисловии к этому документу Анна-Мари Слотер (до этого в течение двух лет возглавляла внешнеполитическое планирование в Госдепартаменте при Хиллари Клинтон) так определила ключевую задачу позиционирования Америки в качественно изменившихся условиях. Перейти «от контроля в закрытой системе к вызывающему доверие влиянию в открытой системе», «от сдерживания к устойчивости», «от сдерживания посредством устрашения и обороны – к гражданскому вовлечению и конкуренции». То есть США должны стать «наиболее сильным конкурентом», что, собственно, и составляет философию Стратегии национальной безопасности администрации Трампа (декабрь 2017 г.), где говорится о «мире сильных, суверенных и независимых государств», отношения между которыми трактуются в парадигме конкуренции, служащей «наилучшим способом предотвращения конфликта».

Перечисленные публикации трудно воспринимать иначе как свидетельства глубокого кризиса однополярного миропорядка, причем именно в силу его органической неспособности стать инклюзивным. К слову, термин «либеральный миропорядок» не фигурирует и в Стратегии национальной безопасности администрации Трампа, поскольку, надо полагать, наряду с глобализацией это изобретение уже рассматривается как стремление остального мира, включая друзей и союзников, «сидеть на шее у Америки». Поэтому сейчас вопрос о том, как упорядочить быстро меняющийся миропорядок в логике модернизации Вестфальской системы. Киссинджер также пишет о необходимости «каких-то правил международного поведения в киберпространстве», иначе кризис возникнет из «внутренней динамики системы».

Предшествующая американская политика, разумеется, в удобоваримой редакции открытых документов, строилась в русле так называемой доктрины Вулфовица. В статье в The New York Times в 1992 г. он поставил задачу предотвратить (включая превентивные действия) появление государства, которое могло бы бросить США военный, экономический и иной вызов в любом «важном регионе мира». То есть речь шла о консервации «однополярного момента», искушения которым не выдержало новое поколение американской элиты. «Хеджирование» в отношении России, а затем и Китая, или попросту политика сдерживания позволяет говорить о том, что холодная война продолжалась в одностороннем порядке.

Согласно тексту Стратегии нацбезопасности, сделана серьезная попытка хотя бы в принципе выйти из стратегического тупика. Предотвращать ничего уже не приходится: как отмечал в ежегодном послании Федеральному собранию президент Путин 1 марта этого года, «все уже произошло». И подмена понятий, а именно попытка выдать кризис «однополярного момента» за развал послевоенного миропорядка, который вдруг стал «либеральным», будет только затягивать достижение общего понимания мира, в котором мы живем.

Глобализация – отдельный вопрос, который надо рассматривать в сравнении с ее предшествующим этапом, закончившимся Первой мировой войной. Здесь своя логика и свои проблемы, включая ее неуправляемый, рыночный характер, что уже обернулось издержками для западного общества и его системным кризисом. Этим объясняются такие явления, как «Брекзит», избрание Трампа и то, что принято называть ростом популизма. Тут суверенизация выступает в качестве общего знаменателя перемен, указывающих на незаменимость таких базовых принципов, как суверенитет, независимость, территориальная целостность и невмешательство во внутренние дела как главного регулирующего начала международных отношений. Не возвращение в XIX век, а восстановление нормы, заложенной в Уставе ООН, в т.ч. в части применения силы.

Ричард Хаас в книге «Мир в беспорядке» (2017 г.) пытается вернуться к тому же, но под малоубедительным предлогом необходимости дополнить суверенные права государств «суверенными обязательствами», в частности, в вопросе изменения климата и других элементов «всеобщего блага». Как представляется, последние вытекают из первых и дополнительно принимаются по соответствующим международным процедурам.

Гармонизация миропорядков

Кризис Запада закономерно совпал с кризисом эксклюзивных глобальных и региональных форматов межгосударственного взаимодействия, таких как «семерка/восьмерка», МВФ/Всемирный банк, Транстихоокеанское партнерство и Трансатлантическое торговое и

инвестиционное партнерство (последние на стадии проектов). Вполне возможно, то же относится и к еврозоне. На фоне глобального фи-

нансового кризиса 2008 г. возник инклюзивный формат саммитов «Группы двадцати». Ее состав может служить индикатором для сбалансированного – с учетом принципа географического представительства и необходимости обеспечения должного отражения культурно-цивилизационного многообразия мира – расширения СБ ООН.

Так, число постоянных членов могло бы возрасти до одиннадцати. Евро-Атлантика (и Северная Америка, Австралия и Новая Зеландия) уже достаточно представлена Соединенными Штатами и Россией. Место Лондона и Парижа можно преобразовать в кресло объединенной Европы, что решало бы сразу две проблемы – представительства в Совете Германии и избыточного присутствия европейской цивилизации. Азия (помимо Китая) могла бы делегировать Индию и Индонезию, последнюю в том числе как наиболее населенную мусульманскую страну. В Африке претенденты ЮАР и Нигерия (отсутствует в «двадцатке»), а в Латинской Америке – Бразилия и Аргентина (Мексика связана САЗСТ с США и Канадой). Арабо-исламский мир и Ближний Восток вполне мог бы представлять Египет (также отсутствует в «двадцатке»). Число непостоянных членов осталось бы на уровне 10 при общей численности Совета в приемлемом для всех размере 21 государство. Регионы и субрегионы способны обеспечить дополнительную гибкость, скажем, что касается представительства Японии, Вьетнама, Турции и Ирана. Это стимулировало бы укрепление регионального уровня глобального управления (в порядке реализации положений Главы VIII Устава ООН), в том числе в Европе.

Именно Европа, где начались две мировые войны и холодная война, должна подать пример, прежде чем требовать готовности к компромиссам от остальных. Это относится и к проблеме региональной безопасности, где другие явно ушли вперед, если, к примеру, взять Африканский союз и АСЕАН. Кто сейчас кроме дипломатов и экспертов помнит о существовании ОБСЕ? К тому же затянувшаяся неурегулированность отношений в Евро-Атлантике создает турбулентность во всей мировой политике. Как писал авторитетный британский телекомментатор Джереми Паксман (в его «Империи» 2011 г.), «британцы были на стороне победителей в обеих мировых войнах и поэтому никогда не испытывали потребности заново посмотреть на себя… Все, что от них требовалось, – готовность принять себя такими, какими они были прежде, только в уменьшенном состоянии». Это относится и к США, причем на контрасте с другими ведущими странами мира, прошедшими через радикальную трансформацию (и не одну) в ХХ веке, – Россией, Германией, Францией, Китаем, Индией и Японией.

Возможно, поэтому адаптация Соединенных Штатов к новой реальности столь болезненна. По существу, при Трампе американцы разрушают миропорядок, в котором доминировали. Они пытаются перейти к «прямому правлению» через двустороннюю «транзакционную дипломатию» (где всё становится предметом торга и обмена, включая союзнические обязательства, торговлю, валютные курсы и позиции по острым международным вопросам) – как наиболее отвечающую их интересам в новых условиях, включая, возможно, решение проблемы внешнего суверенного долга. Логика этих двух процессов совместима, раз Вашингтон не намерен или скорее психологически не готов к трансформации сложившегося порядка путем обеспечения его инклюзивности. Заметим, что в принципиальном плане международное положение США разрушилось в 1989–1991 гг. в рамках, как теперь очевидно, общей с Советским Союзом «геополитической катастрофы». Теперь оно разрушается де-факто – на уровне практической политики. Именно отсюда элементы хаоса в становлении полицентричного миропорядка. «Транзакционность» будет одним из источников резких поворотов во внешней политике Вашингтона.

Опыт последних 25 лет также показывает, что громоздкие фиксированные военно-политические альянсы устарели, они уступают дорогу гибким открытым союзам по интересам, сетевой дипломатии. Пример – провал продвигавшейся Киссинджером идеи «большой двойки» (Америка–Китай). Отсюда девальвация статуса союзников, как, впрочем, и империй, которые, по его же справедливому замечанию, подменяют собой международную систему (глобальная империя США – последняя). Изменились реалии самой жизни. На первый план для всех государств, включая западные, выходят вопросы развития, трансграничных вызовов и угроз: издержки прежних жестких форматов межгосударственных отношений перевешивают преимущества (о чем в числе прочих лидеров порой убедительно говорит и американский президент).

Альтернативы многосторонней дипломатии и коллективным усилиям на уровне международного сообщества и регионов (в т.ч. в плане поиска региональных решений региональных проблем) нет. Давно пришло время выстраивать международные отношения на той же демократической основе, на которой строится внутренняя жизнь государств. В подобных условиях возрастает значение политической культуры умеренности, что в наше время означает не только сдержанность и соблюдение международного правопорядка, но и навыки работы в открытой системе, и отказ от идеологизированной внешней политики. Примером того, как методом проб и ошибок нащупывается новая модель, служит комплексная, многоплановая дипломатия Москвы последних лет на Ближнем Востоке. Когда вдруг оказывается, что приемлемые для всех подходы находятся даже там, где, как считалось, в принципе невозможна никакая договоренность.

США. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714103 Александр Крамаренко, Петр Стегний


Россия. США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714099 Тимофей Бордачев

«Две войны» Запада и Россия

Природа международного кризиса и что это значит

Тимофей Бордачев - кандидат политических наук, директор Центра комплексных европейских и международных исследований Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», директор евразийской программы Фонда развития и поддержки Международного дискуссионного клуба «Валдай».

Резюме Отношения России с Западом не имеют шансов на улучшение в обозримой перспективе. Это снимает проблему неопределенности намерений – наиболее важный методологический вопрос в теории международных отношений. Намерения в отношении России, Китая или Ирана понятны, что создает небывалую определенность в мировой политике.

Среди различных способов разрешения конфликтов и установления мира исторически наименее распространенным является соглашение с участием всех заинтересованных сторон. Даже такие классические примеры урегулирования не на поле боя, а за столом переговоров, как Венский конгресс 1815 г., были, в сущности, собраниями победителей. Хотя результат на условиях «всеобщей неполной удовлетворенности» и был достигнут посредством возвращения в европейский баланс побежденной Франции. Однако в остальном Конгресс оказался инструментом прагматичного перераспределения территорий, а не конструирования «светлого будущего». Принцип монархической легитимности и взаимного признания, конечно, сыграл роль во всеобщем мире (противоположность всеобщей войны), воцарившемся на 99 лет. Но сама по себе сделка государей стала возможна только после военной победы, уничтожившей их противника Наполеона.

К обществу и сообществу

Политическая история Запада – две с половиной тысячи лет перманентной борьбы внутри и с внешним окружением. Первым значимым сражением «внешней» войны стала битва при Марафоне в 490 г. до н. э., когда греческие полисы отразили вторжение Персидской империи. Последовавшие греко-персидские войны фактически завершились только с походом на Восток Александра Македонского. Он разрушил великую державу Ахеменидов и закончился на берегах Гидаспа, где произошло первое военное столкновение Запада и индийской цивилизации. В XI–XIII веках народы Европы пришли с оружием на Ближний Восток в отчаянной, хотя и обреченной, попытке захватить Святую землю. Но настоящий перелом произошел в XV–XVI столетиях, когда военно-техническое преимущество Запада над остальным миром стало подавляющим. Осенью 1502 г. каравеллы Васко да Гамы обратили в руины порт Кожикоде. Торговля между Востоком и Западом окончательно сместилась на океанские пространства, контролируемые европейцами, а Евразия превратилась в глухую и отстающую периферию.

Результатом многовековой борьбы стало установившееся 500 лет назад практически безраздельное политическое и военное доминирование Европы, а затем и Америки в мировых делах. Распространение вестфальской системы как универсального образа международного общения не происходило полюбовно – путем включения новых стран и народов, принятия ими общих правил. Оно осуществлялось через завоевание более сильными и успешными тех, кто был не готов отстоять независимость и воспользоваться суверенитетом. Исключения единичны и уникальны – Россия и Япония, сами вступившие затем на путь экспансии. При этом Япония в ХХ веке суверенитет частично утеряла. И если Европа свое глобальное значение утратила в результате двух катастроф минувшего столетия – Первой и Второй мировых войн, то Америка борьбу продолжает.

Дату первой битвы внутренней войны Запада установить невозможно. Однако то, когда состоялось ее последнее сражение, известно доподлинно. Последним актом «внутренней» войны стала центральноевропейская операция союзников 22 марта – 11 мая 1945 г., когда армии Соединенных Штатов, Великобритании и Франции заняли западную часть Германии и часть Австрии. А ее наиболее важным эпизодом в масштабах человечества стала Тридцатилетняя война 1618–1648 гг., 400-летие начала которой приходится на нынешний год. В результате этой самой важной войны в истории возник тот мир, в котором мы живем. То есть чисто внутренний эпизод (ни Россия, ни Китай, ни Индия в конфликт вовлечены не были) истории Запада оказался событием глобального значения. С этим, видимо, связана и установившаяся традиция отождествлять достижения Запада с достижениями всего человечества.

Итак, перманентный до этого внутренний конфликт завершился в 1945 г., пока, по меньшей мере. В середине прошлого века возникло уникальное сообщество, отношения между участниками которого строятся на иных, нежели в международной системе вообще, принципах. Это сообщество ценностей и интересов, собственно, и является физическим содержанием устоявшегося в публицистике понятия «Запад». В интеллектуальном плане оно было концептуализировано авторами «английской школы» теории международных отношений во второй половине ХХ века. Такие представители этого направления, как Хэдли Булл и Барри Позен, ввели в употребление понятия «международное сообщество» и «международное общество». Отношения между государствами внутри сообщества основаны на страхе неограниченного насилия и более совершенны, чем вне его. А «международное общество» продолжает жить по традиционным анархическим и эгоистическим правилам.

Примечательно, что после завершения первой холодной войны в 1991 г. была предпринята политическая и интеллектуальная попытка распространить понятие «международное сообщество» на всю совокупность государств. Установившийся в тот период т.н. либеральный мировой порядок в политическом измерении опирался именно на гипотезу о существовании целостного международного сообщества, выразителями интересов и ценностей которого является сплоченная группа западных государств во главе с США. Это было адекватно возникшей после распада СССР ситуации и даже в чем-то справедливо. При балансирующей на грани коллапса России и «копящем силы в тени» Китае кто-то должен был брать на себя ответственность. Более того, выступая от имени всего человечества, а не только своего собственного, Запад в своих глазах поступал даже благородно. Во-первых, он отказывался от многовековой традиции наслаждаться плодами победы. Во-вторых, любезно предлагал остальным присоединиться к победителям. Естественно, на тех условиях, которые победители могли предложить, обеспечивая приоритетность своих интересов. Отказ России, хотя и обусловленный объективными факторами, сделать это был воспринят с глубочайшим разочарованием, которое находится в сердцевине современного отношения к Москве подавляющего большинства в американском истеблишменте.

При этом в российской научной и экспертной дискуссии вопрос о том, как страна может стать участником этого «международного сообщества», был и остается одним из наиболее обсуждаемых. До конца 2000-х гг. этому вопросу посвящалось множество статей, докладов и книг. Спектр рецептов варьировался в самом широком диапазоне. Высказывались идеи о простом вхождении в Запад на основе фактически младшего партнерства (что обеспечивало бы определенный учет российских интересов) и восприятия ценностей. Но одновременно возникали и более экстравагантные концепции партнерства на равных и его институционального оформления в виде в том числе союза России и Европы. Однако Запад – это не только сообщество, основанное на ценностях и интересах, но и режим, гарантом существования которого остается наличие гегемона. Роль его всегда исполняли США, располагавшие ресурсами многократно большими, нежели другие участники. И исключительная адаптивность европейцев к зигзагам американской политики говорит в пользу неизменности объективных причин такого порядка вещей. Россия готова была принять ценности и даже разделить с Западом общие интересы – именно на этом делали и делают упор сторонники доктрины присоединения к Западу. Но вот участие в режиме изначально было совершенно невозможным. Несколько предложенных церемоний посвящения, как, например, в 1998–1999 гг. в связи с событиями вокруг Югославии, Москва успешно провалила.

Частично или полностью включенными в международное сообщество Запада оказались даже отдельные социальные модели, исповедующие другие ценности, нежели Европа и ее продолжение в Новом Свете. Например, Япония, Южная Корея или Сингапур. Поэтому пока предопределенность сохранения их в строю союзников Соединенных Штатов связана не с уникальной природой отношений между ними, а с военно-стратегическими соображениями локального характера. Другими словами – абсолютной зависимостью от Вашингтона как защитника и гегемона. Смогут ли эти страны оставаться частью Запада в случае (пока не просматривающемся) их военно-стратегической эмансипации – вопрос открытый.

Кто ревизионист?

Эти «две войны» – внутренняя и внешняя – определили поведение и стратегическую культуру стран Запада. В такой же степени, как Степь диктовала стратегическую культуру России во времена раннего Московского государства, а большая удаленность от других центров силы – привычки Китая и Индии. Для России соседство со Степью сделало неизбежной стратегию практически перманентной экспансии и собирания земель. У китайской и индийской цивилизаций географическая удаленность воспрепятствовала выработке навыков действовать в союзах – расположенный настолько далеко партнер просто не имел физической возможности прийти на помощь. Сейчас все три важнейшие стратегические культуры не-Запада сталкиваются с обстоятельствами, вынуждающими их адаптироваться.

Территориальная экспансия России ограничена собственной демографией и международной политикой в Евразии. В результате исторического поражения в холодной войне и резкого снижения возможностей России вдоль ее границ возникло множество новых суверенных государств вкупе с разнообразными интересами крупных внешних игроков. Поэтому Россия уже не полагается на силу, а строит международные институты, выступает с многосторонними инициативами. Такими, как, например, Большая Евразия – стратегический план формирования на евразийском пространстве международного сообщества, плотность которого будет выше, а отношения между участниками – теснее, чем с третьими сторонами.

Индия и Китай постепенно становятся уже не объектом политики других – России и Запада, а самостоятельными источниками экспансии регионального и глобального значения. Экспансия должна принимать современные формы многостороннего сотрудничества, иначе она неизбежно приведет к жесткому противодействию со стороны их малых, средних и даже великих соседей. Попытки уравновесить Китай можно наблюдать уже сейчас, когда Индия и Япония приветствует продвигаемые США концепции.

Трюизмом является утверждение, что европейская теснота – от греческих полисов до суверенных монархий XVII века – всегда была идеальным ландшафтом для конфликта. Отсюда задиристость европейских народов и одновременно их удивительная мобильность и гибкость в вопросах создания коалиций более или менее стабильного свойства. Обширные территории вовне исторически выглядели пространством экспансии и колонизации. За всю историю Европы она только два раза сама становилась объектом масштабного внешнего вторжения. В 711–732 гг. арабы Омейядского халифата захватили почти всю территорию Иберийского полуострова и дошли до Луары, пока не были отражены франками в битве при Пуатье. В XIV–XVII веках Европа подверглась вторжению турок-османов, решающим эпизодом которого стала Великая турецкая война 1683–1699 гг., после которой вторжения Европе уже никогда не угрожали. Все силы уходили на внутреннюю борьбу или внешнюю экспансию. В начале XVIII века возможность такой экспансии на востоке была прочно заблокирована Россией. Московское царство, Российская империя и СССР сами продвигались в западном направлении, успешно присоединив части Европы. На остальных географических векторах Запад не встречал практически никаких ограничений и непрерывно оставался источником экспансии. Два «длинных века» – восемнадцатый (1648–1789 гг.) и девятнадцатый (1789–1914 гг.) – могущество Запада растекалось по миру и к моменту своего заката заняло всю обитаемую сушу за исключением России и Японии.

Перманентный внутренний конфликт оставался нормой до тех пор, пока имелись силы, а внешней угрозы не было. Колыбель Запада – Европа постепенно слабела и после сокрушительной для себя первой половины ХХ века внутреннюю борьбу закончила. При поддержке США возник феномен европейской интеграции – наиболее цивилизованная за всю историю форма межгосударственных отношений. Этот проект стал спасением для европейских элит и необходимой «перезагрузкой» всей политической системы. Но последствия «второй тридцатилетней войны» оказались для Европы принципиально другими, нежели первой в XVII веке. Если 400 лет назад внутренний конфликт позволил европейцам создать правила, которые они потом распространили на весь мир, то события 1914–1945 гг., наоборот, привели к потере европейскими государствами глобального значения. Европа с тех пор, по выражению Раймона Арона, должна была одновременно делать много ставок. Возник и самый устойчивый военный блок в истории – Организация Североатлантического договора (НАТО).

При этом в обоих случаях – и в первой, и во второй Тридцатилетних войнах – источником конфликта служили силы, обойденные в сложившейся системе прав и привилегий. В XVII веке инициаторами конфликта выступили «восходящие державы» той эпохи – североевропейские государства и Франция, недовольные доминированием Габсбургов в Центральной Европе. В ХХ столетии такую же роль сыграли другие «восходящие державы» – Германия, Италия и Япония, недовольные разрывом между своими увеличившимися возможностями и недостаточным влиянием и престижем. Не случайно великий историк и политический философ Эдвард Карр констатировал в 1939 г.: «То, что получило всеобщее определение как “возвращение силовой политики”, было на самом деле концом силовой монополии, которой располагали до этого державы статус-кво».

Сейчас, в первой четверти XXI века, силовая монополия нарушена не только в традиционном, военном, измерении. Российская операция в Сирии впервые после 1991 г. ограничила США в праве произвольно использовать смену режима как наиболее простой способ решения внешнеполитических проблем за пределами «международного сообщества» Запада. Китайская стратегия «Пояса и пути» может стать концом монополии Запада в области экономической и «мягкой» силы. В последние годы экономическое могущество КНР и готовность его распространять привели к тому, что у малых и средних стран за пределами китайской периферии появилась альтернатива международным экономическим институтам, контролируемым Соединенными Штатами и их союзниками.

Однако парадоксальным образом инициатива конфронтации по-прежнему принадлежит тем, кто вроде бы должен держаться за существующий порядок вещей. На этот парадокс указывал в статье 2015 г. Рэндалл Швеллер: «Именно гегемоны – как недавно коронованные, так и перспективные (данный тип государства, насколько мне известно, вообще не обсуждался в литературе) – больше всего годятся на роль ревизионистских государств и наиболее к этому мотивированы». Как раз поэтому сейчас, как, собственно, и все годы после завершения первой холодной войны, к силовой политике наиболее активно обращались именно те государства, которые вышли из нее победителями. Это США и их европейские союзники. Количество вооруженных интервенций, осуществленных ими за 27 лет, несопоставимо с аналогичными деяниями России, Китая, который вообще ни с кем не воевал, и вообще всех остальных стран мира. Это заставляет согласиться со Швеллером в том, что подлинными ревизионистами, стремящимися пересмотреть международные порядки в более комфортную для себя сторону, являются именно державы Запада.

При этом изначально их ревизионистский напор был обращен к самим основам международного порядка, поскольку, добившись успеха в первой холодной войне, они чувствовали себя вправе перестраивать мир в соответствии с собственными представлениями, интересами и ценностями. Не случайно в 1990-е и первой половине 2000-х гг. было так много разговоров о «конце Вестфаля» и появлении новой системы координат, в том числе отмирании классического суверенитета. Как подметил в свое время Карр, больше всего о снижении значения суверенитета говорят те, кто свой суверенитет способен защитить. Сейчас дело принимает еще более увлекательный оборот. Во главе движения вновь встали главные ревизионисты мировой истории – США, провозгласившие устами эксцентрика Трампа стратегию извлечения односторонних выгод. Таким образом произошло окончательное возвращение к в принципе классической для мировой истории борьбе не за ценности, а за ресурсы и доминирование.

Со своей стороны, Россия никогда к пересмотру формальной стороны мирового устройства не призывала. Наоборот, вплоть до 2014 г. она неустанно подчеркивала на официальном и экспертном уровне, что международное право нужно соблюдать, а Совет Безопасности ООН – единственный легитимный орган международного сообщества. Аналогичным образом действовал и Китай. Хотя Пекин и создавал международные финансовые институты, параллельные тем, которые контролируют США, он никогда не ставил под сомнение институты политические. Либеральный мировой порядок, существовавший до последнего времени, экономически полностью устраивал Китай, позволяя ему копить силы и постепенно позиционировать себя в качестве альтернативного Западу источника ресурсов развития для средних и малых государств. В каком-то смысле эффективно паразитировать на глобализации, забирая у ее властелина – Соединенных Штатов – ресурсы и рабочие места. Но сейчас благословенные времена для Пекина закончились.

Еще один парадокс заключается в том, что борьба Россия с Западом исходит из презумпции необходимости установить некие правила игры. Формально новые, но фактически речь идет просто о соблюдении Западом требований, существующих со времен Вестфальского мира 1648 г., – не вмешиваться во внутренние дела, уважать суверенное равенство и не стремиться к силовому доминированию над другими. Это, кстати, ставит Москву в заведомо более уязвимую позицию в условиях разворачивающейся второй холодной войны. Потому что в рамках привычных представлений о целеполагании во внешней политике целью борьбы является максимизация выигрышей, то есть победа, а не соглашение или сделка. Соглашения фиксируют результат противостояния, но ни в коем случае не определяют его цели и задачи. Россия же, которую подозревают в ревизионизме, на деле стремится к договоренности. Однако, если рассуждать в категориях классической науки о международных отношениях, ее подход может быть воспринят как позиция относительной слабости. Взывая к уму и даже сердцу партнеров в США и Европе в условиях уже начавшегося конфликта, можно остаться неуслышанным.

Оговоримся, что соглашение может стать целью борьбы, только когда противники без оговорок признают легитимность друг друга. Как это было, например, во время самой яркой «дипломатической» войны за последние 400 лет – Крымской (1853–1856 гг.). Тогда целью главного игрока – императора Наполеона Третьего – было не реализовать экстравагантные планы Пальмерстона по отторжению у России Польши, Прибалтики, Крыма и Кавказа, а восстановить баланс сил в Европе. Что он успешно и сделал после занятия Севастополя. Заметим, кстати, что в середине XIX века противники России, как и сейчас, действовали в составе коалиции. Но в позапрошлом веке в основе отношений лежала монархическая легитимность, исполнявшая функцию сродни современному Уставу ООН – ограничивать произвол более сильных государств. К возвращению такой взаимной легитимности и призывают сейчас Россия и Китай.

Другое дело – Соединенные Штаты и их союзники. После 1991 г. они системно и последовательно нарушали базовые принципы международного общения и международного права. По-своему резонно, исходя из тезиса афинских послов в «Пелопонесской войне» Фукидида: «сильные делают то, что хотят, а слабые – то, что им позволяют сильные», а тем, кто слабее, «лучше подчиниться, чем терпеть величайшие бедствия». Это не сработало в случае с маленькой и совсем уже «отмороженной» Северной Кореей, зато получилось в случае с формально более весомым Ираком. Югославия – достаточно крупное европейское государство – была демонстративно демонтирована при активной помощи стран Европейского союза, которые без промедления признавали откалывающиеся республики бывшей федерации. Данный случай вообще уникален в европейской истории – крупнейшие державы Европы пошли на осознанное уничтожение суверенного государства.

В период 2003–2011 гг. страны Запада осуществили прямые вооруженные интервенции в Афганистане, Ираке и Ливии – в последних двух случаях результатом стало физическое уничтожение глав государств. Похожий сценарий готовился и для Сирии, но столкнулся с неожиданным препятствием – режим Башара Асада поддержали Иран и, что сыграло решающую роль, Россия. Наконец, после нескольких лет последовательного ухудшения отношений, в прямую конфронтацию втянули Россию. Поддержка Западом в феврале 2014 г. государственного переворота в критически важной для России стране не оставляла Москве выбора. А в конце 2017 г. противником США официально объявлен Китай, который вообще вел себя мирно по сравнению с относительно задиристой Россией. В ответ на жесткую позицию по Украине Россию обложили мерами экономического давления и периодически пытаются изолировать. Против Китая медленно, но последовательно разворачивается торговая война.

В каждом из приведенных примеров Запад действовал проактивно, инициатива обострения всегда принадлежала Соединенным Штатам и их союзникам. То, что мы наблюдаем сейчас – не контратака Запада в буквальном смысле этого понятия. Контратака следует за атакой, а на Запад никто не нападал. «Восходящие державы» Китай и Россия усомнились в праве США и их союзников узурпировать вопросы международной безопасности, сравнительно скромно ответили там, где агрессивность превысила все возможные пределы. Но системной борьбы никто не начинал и начинать не думал. Западные державы сами стали ее инициаторами после исчезновения единственного сдерживающего фактора – могущественного СССР в 1991 году. Особенность Запада – его имманентный ревизионизм, присущая ему, по мнению Швеллера, «склонность к риску и решимость вносить изменения в существующий порядок», в том, что он не перестает бороться и никогда не самоуспокаивается, как говорят в России, «на печи». Эта борьба является естественным состоянием и не имеет альтернативы. Она прекращается, только когда противник исчезает с карты как автономная единица. Будучи, как правило, включенным в Запад. Наиболее ярким примером стала Япония после поражения во Второй мировой войне и американской оккупации.

Не просто холодная война

Новая «мирная» война характеризуется одновременно нежеланием всех значимых участников сползти к полномасштабному конфликту (в нем погибнут все) и созданием множества рискованных ситуаций, которые к такому конфликту могут привести. В этом отношении она схожа с последними десятилетиями первой холодной войны второй половины ХХ века. И это основная причина искушения их отождествлять. Но подобное отождествление стало бы, видимо, фатальным аналитическим упрощением с точки зрения как системных признаков нового глобального конфликта, так и возможных стратегических решений участников.

Возникшую ситуацию нельзя считать простым продолжением истории прошлой холодной войны. Как, например, Вторая мировая война стала продолжением Первой, мотивированным необходимостью скорректировать возникшие по ее итогам системные перекосы – недобитую Германию и несправедливо обойденную трофеями Японию. В случае стратегического поражения опять подняться России, скорее всего, не дадут. Наиболее радикальным вариантом может оказаться даже физический раздел страны. Но полностью изменился контекст, как внутри, так и вовне. Этого не произошло в межвоенные 1919–1939 гг., когда основные участники международной политики не менялись. Только Россия переоделась из императорского мундира в большевистскую тужурку.

Тактически и стилистически текущие события в отношениях Россия–Запад ближе к отношениям Запада и Советской России в 1920–1930-е годы. Стратегически же сейчас с момента завершения холодной войны изменилось все. Во-первых, в новом этапе «внешней» войны Запада отсутствует ярко выраженная идеологическая составляющая. Противник не исповедует радикальную идеологию, отрицающую основы европейских ценностей. Более того, в мире растет ценностный плюрализм. Во-вторых, изменились все контексты. Уникальность ситуации, как уже многократно писали, в том, что адресатом политики США и их союзников по международному сообществу Запада является не локальная третьесортная диктатура, а одна из ядерных сверхдержав – развитая индустриальная Россия. За спиной которой стоит Китай.

Во второй половине ХХ века качественно отличался внутренний контекст, в рамках которого разворачивалось противостояние. На фоне подавляющей бедности в большинстве азиатских и не только стран только Запад мог предложить привлекательную модель экономического развития. Спору нет, помощь, которую СССР оказывал своим сателлитам, была значительной и в ряде случаев способствовала индустриализации. Однако сама экономическая модель, продвигаемая Москвой, не могла обеспечить устойчивого развития. Этим успешно воспользовался, в частности, Китай, решив параллельно задачу подстраховаться от угрозы с Севера. После десятилетий бедствий – войны, «большого скачка» и культурной революции – во второй половине 1970-х гг. власти КНР приняли решение перейти к политике экономической открытости.

Сейчас ресурс экономической «вестернизации» стратегически важных государств Азии в значительной степени, если не полностью, исчерпан. Да и сама Россия, хотя ей критически не хватает роста, уже – спасибо рыночной экономике – не бедная страна с отсутствующей туалетной бумагой и гнилой картошкой в овощных магазинах.

С другой стороны, на самом Западе закончился уникальный для истории капитализма период, когда неизбежное неравенство распределения доходов компенсировалось сногсшибательным экономическим ростом 1940-х – 1970-х годов. Сейчас запасы преимущественно исчерпаны, результат – рост популизма и неуверенность населения. Попытки гальванизировать общество через конфликт, в данном случае с Россией, материально подкрепляются слабо.

Внешний контекст также подвергся радикальной трансформации. Век Европы закончился в 1914 г., век Америки заканчивается на наших глазах, веку Китая не бывать – сдерживать его будут все. Но XXI век станет веком Азии, когда системообразующие конфликты будут происходить в самой населенной части земли. Новая мировая политическая география имеет совершенно определенное физическое измерение – выход Китая и Индии в число держав мирового порядка и заявление ими мировых же амбиций.

Потребовалось более чем полтора столетия для того, чтобы включение Китая в Вестфальскую систему привело к началу фундаментальных изменений принципов и условий ее развития. После обретения независимости в 1947 г. в вестфальскую систему включена Индия. Но фактором, влияющим на положение дел и расстановку сил в мире, это стало только сейчас. Китай и Индия – важнейшие участки «Римланда», контроль над которым, согласно классической геополитике, позволяет океаническим державам сдерживать континентальную Россию. Теперь эти две страны сами становятся уже не полем игры, а источниками глобальной и региональной экспансии. Как говорил Генри Киссинджер, возвышение Китая и Индии намного важнее для мировой политики, чем даже распад СССР. И именно оно, возможно, предопределило неизбежность синхронной атаки на Россию и Китай. Китай сдерживают, на Россию наступают в расчете победить и, полностью или частями, включить в режим «международного сообщества».

У Запада, безусловно, есть опыт одновременной успешной борьбы с двумя противниками (нацистской Германией и императорской Японией). Но тогда на его стороне выступала гигантская по своим природным, географическим и мобилизационным ресурсам Россия. Сейчас предпринимаются попытки сделать аналогичным союзником Индию. Но вероятность успеха зависит от того, насколько постоянное союзничество вписывается в индийскую стратегическую культуру. Пока результат не очевиден. А резкие действия Соединенных Штатов, угрожающие военно-техническому сотрудничеству Индии и России, уже вызвали раздражение Дели. Национально ориентированное правительство Нарендры Моди не может позволить даже таким могущественным державам, как США, диктовать себе, с кем вести дела, а с кем нет. У Соединенных Штатов меньше возможностей надавить на Индию, чем на Россию, не говоря уже о Китае, тесно связанном с Вашингтоном экономически, или о европейцах, полностью зависимых от американских союзников. Товарооборот Индии и США в 2017 г. составил 76 млрд долларов, что почти в 10 раз меньше американского товарооборота с Китаем. А главное – Индия не нуждается в Америке для обеспечения своей национальной безопасности. Вашингтону же хорошие отношения с Дели необходимы в контексте большой антикитайской игры.

Ясность намерений

Внешние и внутренние условия, в которых сейчас разворачивается конфликт, не предопределяют его исход в пользу одного из вовлеченных противников. Именно это, возможно, двигает решимостью России, вызывающей искреннее возмущение на Западе. И поэтому еще один, к сожалению, трюизм – отношения России с Соединенными Штатами и их союзниками вряд ли имеют шансы на улучшение в обозримой перспективе. Это снимает проблему неопределенности намерений – наиболее важный методологический вопрос в теории международных отношений со времен Фукидида. Сейчас намерения американского блока (в том числе Европы, которая постоянно колеблется и пытается играть разные партии) в отношении России, Китая или Ирана предельно понятны, что создает небывалую определенность в мировой политике в целом.

Москве, вероятно, следует стремиться к тому, чтобы выработать стратегические привычки, которые помогут извлечь выгоду из изменений внутреннего и внешнего контекста. Необходимо с большей осторожностью относиться к идее о возможности установления статус-кво и новых правил игры. Это невозможно просто потому, что прекратить борьбу на «внешнем» фронте Запад может, только инкорпорировав противника внутрь себя на тех или иных условиях, как это произошло с Германией в 1945 г. и предлагали сделать наиболее мудрые западные политики и ученые в отношении России после 1991 года. Тогда эти советы не послушали. Аналогичная стратегия, только другими средствами, проводилась в отношении Китая после начала рыночных реформ. Американские и китайские стратеги вели своеобразное соревнование. Китаю нужно было мирно наращивать мощь до того времени, когда для победы уже не потребовалась бы война, а США – поддерживать развитие рынка до объема, ведущего к неизбежности политической либерализации. Перелом, как констатируют видные российские китаисты, произошел на наших глазах. В Пекине поняли, что «держаться в тени» более невозможно, а в Вашингтоне – что развитый Китай не будет комфортным партнером по причинам стратегического характера. В принципе либеральные иллюзии 1990-х гг. дали Китаю два с половиной десятилетия форы.

Вряд ли можно рассчитывать на институциональные решения в форме международной конференции в формате Хельсинки-2. Запад выступает как коллектив с достаточно высокой степенью солидарности и дисциплины по важнейшим вопросам. «Философия Хельсинки» стала фундаментом поражения СССР в первой холодной войне, а судьба ОБСЕ после ее завершения показала всю ограниченность институциональных решений. Вариант соглашения на основе «всеобщей неполной удовлетворенности» (совершенно нетипичного для стратегической культуры Запада) гипотетически достижим только в условиях, когда Соединенные Штаты осознают, что победа невозможна. Собственных материальных ресурсов России недостаточно, чтобы создать такие условия, но история работает на нее, как бы эмоционально это в современных обстоятельствах ни звучало.

Новый глобальный контекст актуализирует необходимость внимательно прислушиваться к тому, как действия США и их союзников влияют на стратегические планы тех, кто пока остается основным получателем выгод от противостояния Запада с Россией, т.е. крупнейших стран Азии – Китая и Индии. Пока их устраивает положение вещей, но системные сдвиги, к которым может привести тотальность антироссийской компании Запада, вероятно, скажутся и на процессах, особенно в экономике, позволивших Пекину и Дели смотреть в будущее с оптимизмом. Обе державы достаточно индифферентны в отношении конфликта Россия–Запад. Однако вероятность «осыпания» существующей инфраструктуры глобализации может обесценить для них многие элементы отношений с Западом. Реакция Дели на новые санкционные действия Вашингтона в этом отношении показательна.

Внимательного наблюдения, видимо, заслуживает слабейший из игроков – Европа и ее ведущие державы – Германия и Франция. Сейчас Европа, вероятно, переживает третью за сто лет геостратегическую катастрофу. Втянувшись в 2014 г. в конфликт с Россией, западноевропейцы поставили себя в фатальную зависимость от США и их союзников в Восточной Европе, сократив поле для маневра до минимальных размеров. Результатом третьей катастрофы может оказаться полная утрата не только стратегической субъектности, но даже автономии. Однако произойдет это не сразу, Берлин и Париж будут пытаться лавировать, хотя бы тактически. Это лавирование также стоит использовать для создания упоминавшихся выше условий нового мира.

Важнейшие тенденции развития международной системы оправдывают ставку на относительную консолидацию широкого евразийского пространства. Для Запада объединенная и целостная Евразия представляет такую же угрозу, какую исторически для Франции представляла объединенная Центральная Европа. Как только германское единство впервые стало реальностью во второй половине XIX века, все претензии Парижа на гегемонию в Европе оказались бессмысленными. Россия уже предпринимала попытку объединить Евразию «железом и кровью» (под флагом коммунистической идеологии), и главным препятствием на этом пути оказался новый Китай, возникшии? в 1949 г. после 100 лет унижений. Сейчас Евразия может добиться относительной целостности через рациональное многостороннее сотрудничество основных держав, в центре которого китайско-российское взаимопонимание в области стратегических интересов. Внешнее давление и логика собственных глобальных амбиций должны двигать Китай в сторону ревизии подходов, традиционно отдающих предпочтение двустороннему сотрудничеству.

Наконец, необходимо корректировать собственные представления в отношении своего места и роли. Возникший конфликт Запада с Россией – это, скорее, первый эпизод гораздо более масштабных процессов адаптации Запада к новому внутреннему и внешнему контексту. Россия в немалой степени инструментальна. Это может задевать чувства россиян, поскольку не вполне отвечает их представлениям о себе как о центре международных процессов. Пока Москва стремится к тому, чтобы стать универсальным балансиром в международной системе, которая сформируется в ближайшие десятилетия. Но чтобы это стало реальностью, условия для уверенности нужно создавать внутри. Без постоянного наращивания внутренней устойчивости ставка исключительно на тактическую игру приведет к тому, что очередное изменение контекста лишит страну значения. Перефразируя автора известной телеграммы и статьи Джорджа Кеннана, можно без большого преувеличения сказать, что Россия должна быть благодарна Западу за ясность в отношениях. Однако в первую очередь за то, что впервые с начала XVII века ей создали условия для внутренней консолидации на основе приобретаемого самосознания самостоятельной единицы, уже не мечущейся между разными географическими направлениями.

Данная статья развивает и дополняет аргументы, изложенные в статье, подготовленной по заказу Валдайского клуба.

Россия. США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714099 Тимофей Бордачев


Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714094 Игорь Иванов

Как трава сквозь асфальт

Новые технологии и вызовы мировой политики: взгляд из России

И.С. Иванов – президент Российского совета по международным делам, министр иностранных дел России в 1998–2004 гг., секретарь Совета безопасности России в 2004–2007 гг., член редакционного совета журнала «Россия в глобальной политике».

Резюме Новые технологии чаще всего воспринимаются сегодня через призму порождаемых ими угроз и вызовов, а не с точки зрения создаваемых возможностей. Нарастает ностальгия по ушедшему в прошлое понятному и предсказуемому миру ХХ века.

Современный мир проходит в своем развитии через очень сложный и опасный этап. Это очевидно сегодня не только для видных экспертов в сфере мировой политики, но и для любого, кто открывает свежий номер газеты или смотрит последнюю сводку телевизионных новостей. История распорядилась таким образом, что на исходе второго десятилетия XXI века человечество столкнулось с множеством разнообразных вызовов и угроз безопасности, от ответов на которые напрямую зависит наша общая судьба. Одни угрозы достались в наследство от прошлых эпох, другие возникли буквально на наших глазах; некоторые вызовы уже сегодня напрямую влияют на повседневную жизнь, иные – пока лишь маячат на линии горизонта.

Социальная мобильность в мировом масштабе

В политической сфере информационно-коммуникационная революция меняет механизмы политической мобилизации, делает устаревшими традиционные партийные системы и партии как таковые. Новые технологии, потенциально способные обеспечить прорыв в развитии политической демократии, на практике гораздо чаще становятся инструментом в руках безответственных правых и левых популистов. Формируются принципиально новые механизмы и алгоритмы манипуляции общественным мнением, навязывания обществу упрощенных представлений и стереотипов, предпринимаются постоянные и отнюдь не безуспешные попытки стирания граней между истиной и ложью, между информацией и пропагандой.

Крайне неоднозначно и противоречиво воздействие новых технологий на систему международных отношений.

С одной стороны, технический прогресс создает предпосылки для расширения сотрудничества между государствами, народами, регионами, частным бизнесом и институтами гражданского общества. Появляются совершенно новые возможности для того, что социологи обозначают «восходящей социальной мобильностью» – как для отдельных людей, так и для целых государств. Мы лучше знаем друг друга, с большими основаниями имеем право говорить о себе как о едином человечестве.

С другой стороны, новые технологии невольно ведут к снижению стабильности и предсказуемости мировой политики – как на глобальном, так и на региональном уровнях. Они быстро оказываются на вооружении биржевых спекулянтов и финансовых махинаторов, международных террористов и главарей транснациональных мафиозных группировок. Государственные институты, как правило, оказываются в положении догоняющих, их реакция часто запоздала и недостаточна (в том числе и потому, что приоритеты в значительной степени все еще определяются традиционной повесткой дня, унаследованной из прошлого столетия).

Наиболее угрожающими являются вызовы в сфере международной безопасности. Достаточно сослаться на угрозы, исходящие из киберпространства. Их сегодня часто сравнивают с угрозой, порождаемой наличием ядерного оружия. Определенные параллели действительно напрашиваются, но есть и существенные различия. Ядерное оружие всегда было и по-прежнему находится в распоряжении узкого круга «избранных» держав, и хотя он расширяется, но очень медленно, при активном противодействии всего международного сообщества. Кибероружие очень «демократично», его способно создать и использовать по сути любое государство, и даже негосударственные акторы. Причем в силу специфики этого нового вида оружия такие негосударственные акторы, как транснациональные корпорации, международные организации, общественные объединения, сетевые структуры нередко обладают гораздо более мощными ресурсами, чем государства.

Кроме того, ядерное оружие создавалось и развертывалось не в целях последующего применения, а для сдерживания потенциальных противников. Страх глобальной ядерной войны предполагал максимальную осторожность и высокую ответственность ядерных держав. С кибероружием дело обстоит иначе – мало кто сейчас считает, что его применение создает непосредственную угрозу всему человечеству. А потому соблазн применения может оказаться слишком большим. При этом кибероружие в значительной степени анонимно, кибератака может быть произведена практически из любой точки планеты, и реальный киберагрессор останется неопознанным, а следовательно – и ненаказанным.

Дело не ограничивается угрозами национальной безопасности; угрозы, исходящие из киберпространства, затрагивают и частный бизнес, и каждого отдельного человека, использующего современные цифровые технологии. Кумулятивный эффект этой комплексной опасности приобрел такие масштабы, что от международного сообщества требуется коллективная оценка сложившейся ситуации и принятие срочных мер.

Не хочу выглядеть убежденным пессимистом – происходящие изменения порождают не только опасности, но и новые возможности. И, конечно, новые технологии – это все-таки главным образом наше общее достояние, а не проклятие. Сегодня мы живем в среднем намного дольше, чем предыдущие поколения, у нас больше самых разнообразных возможностей для самореализации. У современного человека шире круг общения, чем у его предков, разнообразнее источники информации, он чаще путешествует и в целом живет более насыщенной, яркой и интересной жизнью. Тем не менее очевидный факт: новые технологии ставят перед человечеством немало принципиальных вопросов, на которые пока не найдено адекватных ответов.

Не поддаваться историческому пессимизму

Наверное, нельзя считать случайностью, что сегодня во многих странах мира, включая и Россию, новые технологии чаще всего воспринимаются через призму порождаемых ими новых угроз и вызовов, а не создаваемых ими новых возможностей. Повсеместно нарастают настроения антиглобализма, ностальгии по ушедшему в прошлое понятному и предсказуемому миру ХХ века.

Нередко приходится слышать мнение о том, что, ограничив участие в глобальных процессах, можно оградить себя от негативных последствий непредсказуемых флуктуаций в мировой экономике и политике. Изоляционизм выдается за патриотизм, а беспомощность в вопросах мировой политики и экономики представляется чуть ли не принципиальной позицией. Но изоляционизм не имеет перспектив. Он обрекает любую страну на ущербное положение, при котором, будучи лишенной возможности влиять на процессы глобализации, она в то же время сама испытывает на себе ее негативные последствия.

Точно так же трудно согласиться с точкой зрения о том, что кто-то может выиграть от снижения управляемости международной системы, от обострения противоречий между различными центрами силы, от возникновения региональных конфликтов. Эрозия мирового порядка, расширение зоны хаоса и неопределенности в мировой политике в стратегическом плане будут губительны для всех, в том числе и для России.

Перед международным сообществом стоит поистине историческая задача восстановления управляемости современного мира на принципиально новой технологической основе, выстраивания нового миропорядка на десятилетия вперед. По масштабам эта грандиозная задача сравнима с программой переустройства мира, разработанной в середине прошлого века странами-победителями во Второй мировой войне. Но тогда новый мировой порядок создавался в первую очередь в интересах группы государств-победителей. Порядок XXI века окажется легитимным (а значит – и эффективным), только если в работе над ним примет участие все мировое сообщество – богатые и бедные страны, частный сектор и международные организации, мировое экспертное сообщество и институты гражданского общества.

На протяжении последних десятилетий мы были свидетелями, а в какой-то степени и участниками попыток продвижения различных идей переустройства мира, в том числе и с учетом меняющейся технологической основы этого мира. Около тридцати лет назад в Советском Союзе, например, были провозглашены идеи «общечеловеческих ценностей», «баланса интересов», «разумной достаточности», «общеевропейского дома» и т.п.

В середине 80-х годов прошлого столетия серьезно рассматривали вопрос о полной ликвидации ядерного оружия во всем мире. Вот что вспоминал по этому поводу легендарный советский маршал Сергей Федорович Ахромеев: «Нередко и тогда, в начале 1986 года, и сейчас задают вопрос: а насколько вообще-то реалистична идея полной ликвидации ядерного оружия? Не утопия ли это? Думаю, читатель, даже и не очень посвященный в детали военной службы, понимает, что в Генеральном штабе служат реалисты, имеющие дело с проблемами обороны государства. Им не до фантазий. Почему же именно он стал инициатором разработки плана полной ликвидации ядерных потенциалов, рассчитанного на 15 лет?

Во-первых, именно Генштаб наиболее отчетливо понимает всю опасность накопления огромного ядерного потенциала в условиях многолетнего противостояния военных блоков. На боевом дежурстве в этих военных союзах с готовностью применения, измеряемой несколькими минутами, находятся тысячи стратегических носителей и десятки тысяч боезарядов. Эта невообразимая ядерная мощь, если будет применена, в течение десятков минут может испепелить все живое на Земле.

Во-вторых, Генштабу было ясно, что эту опасность понимали не только у нас, но и на Западе. Мы рассчитывали, что к призыву руководства нашего государства не останется безучастной как администрация США, так и другие страны блока НАТО.

В-третьих, мы надеялись, что если и не удастся за предлагаемый срок полностью ликвидировать ядерное оружие на Земле, то можно будет значительно сократить его количество и уменьшить опасность ядерного противостояния, что тоже имеет значение».

К сожалению, мир оказался не готов к столь радикальному пересмотру принципов международных отношений, и потенциальная возможность вступить в XXI век с обновленным миропорядком была безвозвратно упущена.

Игра в полюса

После распада Советского Союза Соединенные Штаты и их союзники предприняли попытку восстановить управляемость международной системы на принципах «однополярного мира». Допускаю, что авторы этой стратегии искренне верили в благотворность «просвещенной» американской гегемонии не только для самих США, но и для других участников международной системы. Однако сегодня все мы знаем, что попытки построить «однополярный мир» не только не привели к успеху, но и породили множество дополнительных проблем, с которыми международное сообщество сталкивается повсеместно. Кстати, стоит заметить, что против идеи «однополярного мира» активно работают и современные технологии, последовательно подрывающие жесткие иерархии в мировой политике и экономике.

В начале века популярность начала приобретать концепция «многополярного мира» как конструкции более устойчивой, надежной и справедливой по сравнению с «однополярным миром». Однако до сих пор никто так и не сформулировал более или менее конкретного дизайна. Это и понятно. В современных условиях всеобщей взаимозависимости, глобальных производственных цепочек, общемировых финансов, трансконтинентальных миграций, глобализации образования, науки и технологий в подобную «многополярность» верится с трудом: отношения между странами и народами все больше определяются не какими-то судьбоносными стратегическими партнерствами, а бесчисленными конкретными договоренностями, частными соглашениями, общими техническими стандартами и согласованными регуляторными практиками. Мы говорим о многополярности уже два десятилетия, но она по-прежнему упорно не дается в руки. Чересчур неравновесны потенциальные участники «глобального концерта» XXI в., слишком асимметричны их отношения друг с другом, фундаментально подорваны основы традиционной иерархии в мировой политике, избыточную роль обрели негосударственные игроки.

Еще меньше перспектив, как представляется, у концепции «новой биполярности», предполагающей формирование нового миропорядка вокруг центральной оси американо-китайских отношений. Воспроизвести старую модель советско-американского биполярного мира ни завтра, ни послезавтра не удастся. Хотя бы по той простой причине, что в современной международной системе отсутствует понятие «противостояния двух социально-экономических систем», еще и разделенных непримиримыми идеологическими противоречиями. Да и основная часть проблем XXI столетия возникает не между государствами, а всё больше внутри них. Источниками нестабильности, как правило, оказываются негосударственные игроки, противопоставляющие себя существующим правилам и нормам международной жизни.

За два десятилетия после окончания холодной войны мы совместными усилиями фактически разрушили прежнюю Ялтинскую систему, но ничего нового на ее месте построить так и не смогли. И сегодня мир все быстрее катится к хаосу, который угрожает уже не отдельным государствам или регионам, но и всему международному сообществу. Лавинообразное технологическое развитие в этих условиях лишь ускоряет движение к хаосу, порождая новые и новые источники нестабильности и содействуя росту взаимных подозрений и недоверия.

Из истории мы знаем, что переход человечества от одного миропорядка к другому всегда был связан с накоплением новых производственных технологий, и, как правило, катализаторами этого перехода оказывались войны и революции. Сегодня критическая масса технологий для очередного цивилизационного рывка уже накоплена, но новый цикл войн и революций чреват роковыми последствиями не только для отдельных стран, но и для человечества в целом. Поэтому крайне важно сломать устойчивый алгоритм истории: перейти на новый уровень развития мировой цивилизации без очередного глобального катаклизма.

Остановиться у точки невозврата

В условиях, когда стремительно сокращаются возможности что-то навязать извне государству, обществу, социальной либо этнической группе, или даже отдельному индивидууму, остается только путь настойчивых переговоров, нелегких компромиссов, возможно – добровольных обязательств и постепенной эволюции. Грядущий миропорядок в любом случае не заменит нынешнюю систему; он будет постепенно прорастать через нее, как трава прорастает через асфальт. Шансы на успех будут выше, если нам удастся следовать нескольким базовым принципам.

Во-первых, восстановление управляемости по силам только всему международному сообществу и требует совместных усилий. Прошедшие три десятилетия наглядно продемонстрировали несостоятельность попыток строительства нового миропорядка силами и в интересах «клуба избранных», какие бы названия этот клуб ни носил – НАТО, «Большая семерка» или «коалиция единомышленников». Обсуждение должно начаться в рамках ООН как единственной универсальной и безоговорочно легитимной глобальной организации. Это позволит, помимо всего прочего, вдохнуть новую жизнь в ООН путем ее продуманного реформирования.

Во-вторых, новый мировой порядок должен базироваться на безусловном уважении суверенитета всех стран – больших и малых, богатых и бедных, на Западе и на Востоке. «Двойные стандарты» в этой области оказываются ржавчиной, которая неизбежно будет разъедать конструкции создающегося порядка, какими бы прочными они ни казались. Нужно обратить самое пристальное внимание на необходимость восстановления универсального значения и единообразного толкования базовых понятий международного права, без чего говорить о единой системе мировой политики вряд ли возможно.

В-третьих, вопросы безопасности невозможно отделить от вопросов развития – как на региональном, так и на глобальном уровне. Самая яркая иллюстрация этой взаимосвязи – миграционный кризис, в основе которого лежат не только международный терроризм и гражданские войны, но и острые социально-экономические проблемы многих стран Ближнего Востока и Африки. Новый мировой порядок должен включать в себя набор международных режимов, способных на глобальном и региональном уровнях эффективно регулировать управление ресурсами – сырьевыми и энергетическими, водными и продовольственными, информационными и человеческими. Подобно тому как безопасность в мире XXI века не бывает односторонней или эксклюзивной, экономическое развитие и социальная гармония не могут быть ограничены территорией отдельных стран или регионов.

В-четвертых, необходимо отдавать себе отчет в срочности задачи восстановления управляемости современного мира. Он приближается к «точке невозврата», за которой обратить вспять процессы дестабилизации будет очень трудно, если вообще возможно. Продолжение накопления кризисных ситуаций, дальнейшая фрагментация мирового пространства безопасности и развития, сознательный или неосознанный уход от назревших, пусть и болезненных решений, преследование сиюминутных интересов и целей – все это способно привести к трагическим последствиям. Причем масштаб этих последствий будет таким, что на их фоне многие нынешние разногласия и противоречия покажутся мелкими и малозначащими.

* * *

В преддверии нового ХХ столетия, в сентябре 1900 г., знаменитый изобретатель и популяризатор науки Никола Тесла отвечал пессимистам, которые предрекали войны и катаклизмы, в том числе связанные с технологическим прогрессом: «Люди, ведущие разговоры в таком духе, игнорируют силы, которые всё время трудятся, без лишних слов, но неуклонно стремятся к миру. Происходит пробуждение того свободного, филантропического духа… который заставляет людей любой профессии и положения работать не столько ради какой-либо материальной выгоды или вознаграждения – хотя рассудок может внушать и это, – сколько, главным образом, ради успеха, ради удовольствия его достижения и ради благ, которые они, возможно, смогут дать своим соотечественникам». Пробуждение этого духа Тесла, естественно, связывал с новыми техническими возможностями человечества. К сожалению, правы оказались оппоненты автора, ХХ век вверг планету в невиданные бедствия, отчасти усугубленные технологиями. Но как тогда, так и сейчас решают не технологии, а люди, именно от них зависит, пойдут ли открытия и изобретения во благо или во зло. Нынешнему поколению политиков предстоит заново отвечать на этот вопрос.

Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714094 Игорь Иванов


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714091 Павел Цыганков

Быстро текущий момент

Природа миропорядка и кризиса глазами ведущих мировых ученых-международников

Резюме Природу изменений в современном мире еще только предстоит осознать – трудно избавиться от инерции мышления после холодной войны и соблазна найти параллели в истории. Мы обратились к ученым и интеллектуалам из разных стран с просьбой кратко оценить характер перемен.

Количество перешло в качество. Деформации и напряжения в мировом устройстве, подспудно копившиеся и назревавшие на протяжении лет, если не десятилетий, выплеснулись наружу. Природу изменений в современном мире еще только предстоит осознать – трудно избавиться от инерции мышления после холодной войны и соблазна найти параллели в истории. Мы обратились к ученым и интеллектуалам из разных стран с просьбой кратко оценить характер перемен.

Павел Цыганков, доктор философских наук, профессор кафедры сравнительной политологии факультета политологии МГУ им. М.В. Ломоносова, профессор кафедры мировых политических процессов МГИМО (У) МИД России:

Если исходить из теории, то современная ситуация в мировой политике может быть описана в терминах реализма. Она стала, во-первых, следствием разрушившегося после окончания холодной войны баланса сил – основного условия стабильности международных отношений; во-вторых, результатом подрыва важнейших скреп мировой системы – государственности и суверенитета; в-третьих, эффектом навязывания морализаторского идеализма.

Явно смещенный баланс сил и вытекающая из этого неуравновешенность Соединенных Штатов породили у них ощущение неуязвимости, соблазняя на военные авантюры. Америка чувствует себя перед лицом мира так, как когда-то Афины перед Митиленой: «Что касается божьей милости, у нас нет причин беспокоиться. Мы не будем повержены». С исчезновением СССР был нарушен один из законов политического равновесия, согласно которому для сохранения стабильности мировой системы США и другие крупные государства должны были либо помочь России подняться до уровня великой державы, либо найти ей замену в этом же регионе. Как известно, не произошло ни того, ни другого. А «выстраивание» западных союзников вокруг Вашингтона как единственного центра глобализации привело вместо стабильности к обратному результату. Давление на Россию и шельмование ее внутренней и внешней политики, попытки сдерживания КНР, погружение Ближнего Востока в хаос, экстерриториальное применение американского права, практика смены режимов, в том числе путем «цветных революций», поддержка радикальных оппозиций и террористических группировок – все это резко снизило уровень международной безопасности. Нарастающая напряженность несет угрозу большой войны. Уверения политиков и экспертов в том, что ее ни в коем случае не будет, не убеждают, т.к. сдерживающая роль, которую играл в XX веке ядерный фактор, значительно снизилась.

Сравнение нынешнего положения с эпохой биполярного противостояния некорректно и потому, что второго полюса нет и пока не предвидится: Россия слаба, Китай все еще надеется «отсидеться». Одна из функций такого сравнения – самоуспокоение: «пронесло тогда, пронесет и сейчас, напряженность сменится разрядкой...». На самом деле и тогда положение было «чревато»: как писал Раймон Арон, «мир невозможен, война маловероятна». Сегодня напряженность только взвинчивается. Международные отношения и в XXI веке носят не предопределенный характер, а противоречия отличаются гораздо большей многомерностью, чем раньше. Риск глобального конфликта возрастает, хотя он и не фатален…

Спонсируемая Америкой и странами Западной Европы глобализация мыслилась и продвигалась как преодоление Вестфальской системы и как приоритет наднациональных и транснациональных структур над государственным суверенитетом. Суверенитет США при этом обсуждению не подлежал, а страны Западной Европы охотно передавали все большую часть своей государственности не только в структуры Евросоюза, но и в пользу Вашингтона. Как и Соединенные Штаты, они не склонны были ценить суверенитет других, считая его препятствием для глобализации, ведущей к всеобщему процветанию. Поэтому европейские страны не только поддерживали, но иногда инициировали американскую практику борьбы против «суверенизма» в формах гуманитарных интервенций, борьбы против диктаторских режимов, продвижения демократии и «обязанности защищать».

Подобная практика привела к росту конфликтов, дестабилизировала мировую политику и вернулась бумерангом к самим европейским странам. Оказалось, что США и НАТО не могут защитить Европу от потоков неконтролируемой миграции, распространения террористических актов на внутреннее пространство Евросоюза. «Угроза российской агрессии» продается труднее, требует все новых создаваемых наспех информационных кампаний при сомнительности их действительно сплачивающей роли. Экономические трудности, разногласия по вопросам антироссийских санкций, Брекзит, фрондерство Польши, неподчинение Венгрии и Чехии, «бунт» Италии, недовольство Греции разрушают образ ЕС как процветающего объединения. Евроатлантическое единство, в свою очередь, подрывается политикой Дональда Трампа «Америка прежде всего» и наметившимися торговыми войнами между союзниками. Эксперты и политики в Берлине, Париже и Брюсселе сегодня говорят о необходимости «взять свою судьбу в собственные руки», о защите своей экономики и даже о национально ориентированной политике и суверенитете. Но провозглашенный «поворот к прагматизму» в экономике по-прежнему подчинен политическим установкам, отказ от вмешательства в суверенитет третьих стран (например, Сирии как страны с «неправильным режимом») не предвидится, приверженность общим евроатлантическим ценностям остается постоянно повторяемой мантрой.

Ценностный и шире – моральный конфликт остается в числе главных проблем, вызывающих глобальную напряженность. Как известно, в теории МО существует три трактовки соотношения политики и морали. Одна из них гласит, что в международной политике нет места морали, здесь господствуют интересы, которых принято добиваться любой ценой. В соответствии с другой, международная политика должна быть подчинена общечеловеческим нравственным принципам. С позиции третьей, критерием моральной политики являются последствия принимаемых действий.

Разумеется, на практике все выглядит гораздо сложнее. В реальных действиях любой страны сочетаются все три варианта... И все же правомерно говорить о том, что сегодня наблюдается раскол между ведущими игроками по этим трем линиям. Китай, нуждающийся в ресурсах для быстрорастущей экономики, стремится действовать умеренно и осторожно, соизмерять свои действия с возможными последствиями для торговли. Америка исходит из презумпции цинизма в достижении финансовой прибыли, о чем Трамп заявляет вполне откровенно. Евросоюз главными принципами своей внешней политики провозглашает идеи демократии, индивидуальных свобод и прав человека, навязывая их всем остальным и не заботясь о том, как это может сказаться на представителях других культур и на самой Европе. Россия, выступая за традиционные в международных отношениях ценности суверенитета, невмешательства и национальной безопасности, готова идти до конца в отстаивании своей независимости. При этом самолюбование евроатлантических стран и претензии на моральное превосходство над «недемократическими режимами» плохо скрывают волю к власти и доминированию в международных отношениях. Как откровенный цинизм США, так и морализаторский идеализм Европы влекут за собой дестабилизацию мировой системы. Американские претензии на «исключительность», так же как европейские на «универсальность», не предполагают диалога с «остальными». Нормальная дипломатия как искусство компромиссов в таких условиях невозможна, что мы и наблюдаем сегодня. Хотя в Европе, как уже говорилось выше, какие-то сдвиги происходят.

Чез Фриман, cтарший научный советник Института мировой и публичной политики имени Уотсона в Университете Брауна, в прошлом – высокопоставленный дипломат и сотрудник Пентагона:

Вторая мировая война и холодная война неразрывно связали геополитику и идеологию. На протяжении полувека стратегии и ценности были идентичны, но сегодня они снова отличаются. Геополитика фактически превратилась в набор региональных, а не глобальных вопросов. Мир вступил в период абсурда и индифферентности к институтам, принципам и прецедентам.

В эпоху социальных сетей известность приравнена к авторитету, и распространение предрассудков – «прямая демократия» пользователей – определяет параметры политически возможного. Невежество и компетентность имеют теперь равный вес в политическом дискурсе. Удобные постулаты и массовые заблуждения вытесняют стратегические обоснования и анализ, становятся движущими силами политики и истории.

Восхваляющие себя эгоистичные лидеры придумывают популистскую идентичность, пропагандируют собственные заблуждения, действуют в соответствии с ними и отвергают факты, не вписывающиеся в созданную ими картину. Уверенность в своей правоте побеждает способность сострадать – ключевой фактор стратегии и дипломатии. Угрозы, агрессия, бойкоты, перевороты, саботаж и бомбардировки вытесняют международную вежливость и переговоры как инструмент разрешения споров между государствами.

Происходит переход от мирового порядка, в котором доминировали Соединенные Штаты и послевоенные институты, к системе региональных порядков, регулируемых субглобальными процессами. Подобный переход был бы трудным в любых условиях. Но США усложнили его, настаивая на собственном глобальном превосходстве, несмотря на упадок международной системы, которую Запад создал после победы во Второй мировой войне. Результат – непредсказуемая эволюция региональных стратегических вызовов на фоне стремительного разрушения мирового порядка.

После окончания холодной войны Соединенные Штаты получили большую часть советской сферы влияния и провозгласили свою ответственность за управление мировыми делами, практически вплотную приблизившись к границам России. При этом Вашингтон препятствовал попыткам других держав, включая Китай, играть более активную роль в своих регионах. Представление о глобальной сфере влияния за исключением запретных зон в России и Китае глубоко укоренилось в американском мышлении. Нежелание Москвы и Пекина принять эту идею стало главным фактором напряженности между великими державами в Юго-Восточной Европе, на Кавказе и в западной части Тихого океана.

Сложилась тупиковая ситуация, и фундаментальные вопросы регионального стратегического баланса и соперничества остаются неизученными. Но именно они являются причиной международной напряженности. Какова роль США, России и ЕС в мирном управлении Европой? Могут ли такие государства, как Украина, служить мостом или буфером между Россией и Евросоюзом? Если да, то как это будет работать? Какую роль должны играть Китай, Индия, Япония, две Кореи, АСЕАН и Соединенные Штаты в поддержании мира и безопасности в Восточной и Юго-Восточной Азии? Могут ли Иран, Израиль и государства Персидского залива восстановить баланс сил, который будет сдерживать их соперничество и принесет всем пользу? И так далее.

Нынешние стратегические сдвиги в международной системе, если оставить их без внимания, могут привести к катастрофе. Если существующие институты перестанут функционировать, мировому сообществу придется изобретать новые – на региональном и глобальном уровне. Но для этого потребуется интенсивный диалог между великими державами. В последний раз нечто подобное происходило в XIX веке. При этом Соединенным Штатам, Китаю, России и другим придется скорректировать свою политику, хотя сейчас никто из них не видит необходимости в этих корректировках.

Си Раджа Мохан, профессор, директор Института исследований Южной Азии в Национальном университете Сингапура, колумнист The Indian Express, ведущий научный сотрудник Фонда Карнеги за международный мир:

Чтобы найти объяснение нынешнему глобальному беспорядку, необходимо разобраться с четырьмя ключевыми нарушениями. Первое – это мощный сдвиг баланса сил между Востоком и Западом. Проблему подъема Китая и Азии в целом принято рассматривать как необходимость встроить новых акторов в построенный Западом порядок, который основан на правилах. Но это лишь попытка замаскировать реальную задачу – признать необходимость «системных изменений» и начать этим заниматься, вместо того чтобы интегрировать новых акторов в глобальный порядок. Такого подхода требует хотя бы размер азиатских стран – Китая, Индии и Индонезии.

Второе явление – негативное отношение к глобализации, распространившееся во всем мире и прежде всего на Западе. Под вопрос ставится традиционный постулат об открытых границах – в целях обеспечения свободного перемещения товаров, услуг и людей. Неудачники – реальные и не очень – вышли на политическую тропу войны, бросив вызов логике глобализации.

Ситуацию усугубляет третье явление – масштабная волна технологических инноваций, связанных с искусственным интеллектом, синтетической биологией, большими данными и новыми технологиями производства. Под угрозой оказались традиционные формы экономической организации, развивавшиеся в эпоху индустриальных революций XIX и XX столетий. Мы плохо понимаем влияние новых технологий на распределение глобальных экономических и политических сил. Если так называемая четвертая индустриальная революция находится лишь на ранней стадии развития, мировые правящие элиты даже представить себе не могут ответы на вопросы, которые вскоре появятся.

Три этих явления обусловили четвертое – растущую неопределенность во внутренней политике ведущих держав. Неустойчивость относительного внутриполитического спокойствия на Западе продемонстрировали такие события, как референдум в Великобритании и избрание Дональда Трампа президентом США. Бесконечные внешнеполитические эскапады Трампа шокировали американскую элиту, но уровень его поддержки населением не уменьшился. В то же время крупные государства Востока не защищены от внутриполитических изменений.

Если ускорение повсеместно распространившихся изменений – новая особенность нашего времени, студентам, изучающим международные отношения, следует искать способы интеграции четырех разрушительных явлений в единую аналитическую систему.

Дмитрий Тренин, директор Московского центра Карнеги:

Мировой порядок после четверти века беспрецедентного глобального доминирования одной державы вновь пришел в движение. Это движение – не только и даже не столько результат подъема других крупных стран – Китая и Индии – или возвращения России к проведению активной политики. Еще большее значение имеет растущая усталость мирового лидера – США – от бремени лидерства и стремление Вашингтона перераспределить это бремя. Демарши Трампа в торговой сфере, его давление на европейских союзников по части повышения их вклада в НАТО, приостановка США выполнения соглашения по климату продолжают, хотя и в более резкой форме, линию, обозначившуюся еще при Бараке Обаме, на постепенное снижение вовлеченности США за пределами их границ.

Начиная с 1940-х гг. Соединенные Штаты приступили к строительству Pax Americana. На этом пути они совершили многое: вступили в мировую войну против Японии и Германии, а затем в холодную войну против СССР; инициировали создание ООН и выстроили систему международных финансовых институтов; политически, экономически и стратегически помогли обустроить Западную Европу; создали сеть союзов, охватившую весь мир – от Восточной Азии до Западной Европы и от Ближнего и Среднего Востока до Южной Америки. Говоря словами Джона Кеннеди, США были готовы «нести любое бремя» во имя торжества дела капиталистической демократии. Сейчас эпоха либерального интернационализма в политике Вашингтона постепенно завершается.

Завершение эпохи займет немало времени. Обвала не случится. Но решающий поворот уже произошел. Чем дальше, тем больше американскую политику будут определять национальные интересы – в интерпретации, конечно, тех, кто будет действовать от имени Соединенных Штатов, – а не интересы «свободного мира». Системообразующая страна, настаивающая на «справедливости» отношений внутри возглавляемой ею системы, тем самым подрывает основы этой системы: любая империя подразумевает жертвенность, готовность «нести любое бремя». Отказ от жертвенности равнозначен отказу от империи.

Отношение к союзникам, таким образом, более показательно, чем отношение к противникам или конкурентам. Вызовы, которые США сегодня бросают друзьям, более существенны, чем те, которые они адресуют недругам. Перед странами НАТО, Японией, Южной Кореей, Австралией и другими после семи десятилетий американской опеки объективно встает задача подготовки к проведению самостоятельной внешней и военной политики, а также нового позиционирования по отношению к Соединенным Штатам. США, конечно же, не покинут этот мир, а станут более жестко отстаивать свои интересы с позиций по-прежнему самой крупной и влиятельной, но уже менее вовлеченной в чужие дела страны. Новых «планов Маршалла» не будет. America First. Yes. Pax Americana, RIP.

Сян Лянсин, профессор Женевского института международных отношений и развития, директор Центра «Одного пояса, одного пути» и евразийской безопасности в Китайском институте исследований ШОС (Шанхай):

Послевоенный либеральный мировой порядок терпит крах. Он был создан Соединенными Штатами в 1945 г., а теперь американская администрация бросает вызов практически всем его аспектам: свободной торговле, многостороннему подходу, системе альянсов. Но Китай и остальной мир по-прежнему встроены в этот порядок.

Как Китай воспринимает новый тревожный феномен? Исторически существовало две теории «неизбежности». С одной стороны – теория неизбежности интеграции в либеральный мировой порядок, предполагающая, что Китай в конце концов окажется вовлеченным в этот порядок благодаря глобализации. Экономически он будет увеличивать свою роль в поддержании либерального порядка, который принес ему много преимуществ, а итогом станет демократизация страны. С другой стороны, существует теория неизбежности того, что Пекин бросит вызов существующему международному порядку.

Однако Китай может пойти по совершенно иному пути. У него нет оснований для разрушения нынешнего мирового порядка, но он готов изменить некоторые правила игры в соответствии с национальными традициями, культурой и интересами. Кстати, вероятность конфликта с Западом возрастет, если мировоззрение Китая будет полностью «вестернизировано». Демократия не препятствует экспансионизму (как показала в свое время молодая американская республика). Вестернизированный Китай с активной территориальной повесткой обязательно вступит в конфликт с США по геополитическим причинам.

Дебаты о политической легитимности в Китае начались в середине XVII века – в период споров в Римской католической церкви о религиозности китайских ритуалов (1645–1742 гг.). Фундаментальный вопрос был поднят миссионерами-иезуитами, которые восхищались системой управления в Китае. Нарастающее доминирование Запада за пределами Европы с XVIII века привело к гегемонии западной мысли в мире – как ярко выраженной, так и скрытой. Активное взаимодействие Европы с Китаем намеренно игнорировалось историками постпросветительской эпохи.

Такая ортодоксальность ослабляла позиции самого Запада в беспокойный период борьбы за статус на мировой арене. В это время взаимодействие с незападными странами характеризовалось соперничеством, а не доминированием; приспосабливанием, а не отрицанием; переговорами, а не гегемонией. Поэтому сейчас Китай хочет вернуться к культурному диалогу с европейским гуманизмом времен Возрождения – диалогу, который был грубо прерван в XVIII веке в эпоху Просвещения. С исторической точки зрения вряд ли такое желание можно назвать необоснованным.

Александр Ломанов, главный научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН:

Запад утрачивает глобальное лидерство, и в этой ситуации ему приходится выбирать между сопротивлением переменам и приспособлением к ним. Утратив интерес и потенциал для привлечения на свою сторону растущих игроков, Запад хочет «вернуть себе величие». Проблема в том, что усилия по собственному оздоровлению сочетаются с попыткой притормозить других.

Неуверенность в способности остаться впереди при нынешних правилах игры побуждает США подставлять подножки партнерам. Первым крупным сражением стала торговая война Трампа против всех. Западные союзники могут обидеться и ответить встречными пошлинами, но к военно-политическому противостоянию с Вашингтоном они не готовы. А вот Китай будет вынужден драться до конца с привлечением всех имеющихся ресурсов. После долгих разговоров о сокращении торгового дисбаланса Америка решительно потребовала, чтобы Китай отказался от государственной поддержки новых наукоемких отраслей экономики. Согласие с этим требованием будет означать для Пекина самоубийственный отказ от «мечты о возрождении» и глобальном лидерстве.

Китайские аналитики рассуждают о том, что действия Трампа неразумны и являются следствием перехода Запада от фазы развития к застою. Опасная «ловушка Фукидида», о которой предупреждает гарвардский политолог Грэм Эллисон, обретает осязаемые контуры. Конфликт между набирающим силу Китаем и стареющим гегемоном в лице США уже дал о себе знать в экономике.

Давление Соединенных Штатов будет ускоренными темпами вытягивать КНР из завещанной Дэн Сяопином стратегической сдержанности во внешней политике. Каждая попытка дать американцам симметричный болезненный ответ станет провоцировать раскручивание спирали противостояния по всем направлениям. Все это похоже на сбывшееся пророчество Джорджа Кеннана об опасности расширения НАТО из-за предсказуемо негативной реакции России. Кеннана не услышали, поскольку Запад упивался триумфом после завершения холодной войны. Предупреждение о «ловушке Фукидида» не принимают во внимание, поскольку для слабеющего Запада противостояние растущему Китаю превращается в экзистенциальный вопрос. Путь двусторонних уступок и взаимной адаптации еще не закрыт, но шансов выйти на него становится все меньше.

Инерция утвердившейся за столетия западоцентричной картины мира воспроизводит оторванное от реальности противопоставление овладевшего наукой и демократией Запада «темному» и «деспотичному» Востоку. В обозримом будущем ощущение «чужого», а также латентные расовые и цивилизационные комплексы Запада, будут препятствовать принятию растущего Востока как равного себе.

На деле Восток еще не имеет инструментов для того, чтобы перевоспитать Запад и научить его ценить иные системы ценностей и модели развития. Незрелой мягкой силой на Трампа и нынешнюю Америку повлиять невозможно. Однако успешное использование Китаем рыночных механизмов в экономике при сохранении жесткой политической вертикали выглядит все более привлекательным для стран, которые еще не нашли свой путь к процветанию. И это делает реакцию Запада, не желающего превращаться в одного из многих, еще более резкой и эмоциональной.

Охваченный популизмом и скепсисом Запад перестает быть манящей целью. Как будет выглядеть мир, в котором у Запада не будет преимущества ни в богатстве, ни в военной мощи, ни в инновациях? России нужно размышлять об этом трезво и объективно. Преимущество России в том, что она не стала частью «коллективного Запада». Это дает возможность впитывать новое, не опасаясь конфликта с нормативными институциональными требованиями и ценностными установками. Однако реализовать это преимущество будет непросто. В сознании элиты будет тлеть постоянный конфликт между неразделенной любовью к «европейскому дому» и пониманием реальных перспектив сотрудничества с Востоком. Неизбывная российская вера в то, что Запад одумается и поймет, что ему без России не прожить, может сыграть злую шутку. Через пару десятилетий долгожданное приглашение в «европейский дом» может оказаться путевкой в стан отставших и проигравших.

Восток неспроста так сильно стремится к избавлению от «западоцентризма» и созданию современных дискурсивных систем, отражающих его ценностные воззрения. Напряженные усилия Пекина по развитию «общественных наук с китайской спецификой» стали конкретным воплощением этой тенденции. Отказ от осмысления собственной реальности с помощью иностранных критериев создает предпосылки для интеллектуальной эмансипации внутри страны. Нечто похожее уже происходит и будет происходить в России. Задача запихнуть себя в прокрустово ложе норм и стандартов ЕС утратила актуальность с учетом санкций, взаимного отчуждения и неопределенности будущего Евросоюза. Это расширяет горизонт для собственных инноваций и поисков.

Доля Запада в мировой экономике будет сокращаться. Сдерживание Китая даст возможность выиграть время, но в этом случае пропорция будет меняться за счет роста других стран. В долгосрочной перспективе надежда Запада на то, что его верным союзником станет Индия, может оказаться столь же обманчивой, как прежняя ставка на поддержку развития Китая. За рамками «коллективного Запада» возникнут новые группировки, обладающие сопоставимым потенциалом. Подлинная проблема даже не в том, что в отдаленном будущем ШОС вдруг станет восточной альтернативой НАТО, или «пояс и путь» превратится в достойную замену ЕС. Самой опасной будет точка перехода, в которой прежние мировые структуры уже утратят способность решать свои задачи, а новые еще не будут обладать необходимыми для этого инструментами и опытом.

Роберт Купер, британский дипломат, в прошлом – высокопоставленный сотрудник Европейской комиссии:

Мемуары Дина Ачесона начинаются словами о том, что время, которое он описывает, казалось «великой неизвестностью для тех, кто его пережил. Туманным было не только будущее – довольно распространенная ситуация, – но и настоящее». Это было время разрушений, которые происходили после 1914 года. Кульминацией стала война 1939–1945 гг. и хаос последовавшего за ней мирного периода. У людей, живших тогда, было преимущество: они знали, что ничего не знают. Сегодня мы ослеплены стремительно мелькающими огнями перемен, напуганы историями о будущем и даже не знаем, что мы ничего не знаем.

Прошло 70 лет с момента прямого конфликта великих держав. Закончилась ли эпоха войн великих держав или только приближается к концу? Возможны ли новые формы великих держав или их конфликтов? Может, это будет конфликт мифологий? Нации, как религии, строятся на идеях, не соответствующих действительности. Кто будет разрешать такие конфликты? Потребуется арбитр.

А как же нации? Они создавались благодаря печатной прессе. Когда люди могут читать тексты самостоятельно, они начинают в них сомневаться. Печатный станок превратил местный диалект в национальный язык и сформировал нации, помог становлению национального образования и национальной промышленности. Современные гаджеты мгновенно переводят тексты. Пока они делают это плохо, но быстро учатся. Сохранит ли национальный язык свое значение? Смогут ли коммуникационные технологии однажды предложить людям единую идентичность и схему действий? За что люди будут умирать? Сначала они боролись за жизнь, потом умирали за религию, за нацию. Что дальше? За футбол? Или ни за что?

Ясности нет. Можно сказать только одно. Мы можем представить себе будущее без религий, без государств, без великих держав, но не видим его без iPhone и самолетов. Значит, единственная определенность – это регулирование.

Время, в которое мы живем, – это всегда период неизвестности. Думаю, мы движемся к периоду, когда главной функцией власти – а я не могу представить мир без власти – будет регулирование.

Фрэнсис Корнегей, ведущий сотрудник Института глобального диалога в Университете Южной Африки (Претория) и сотрудник Центра Вильсона в Вашингтоне:

Международная система переживает опасный, нестабильный переходный период. Новой холодной войны нет, однако наблюдается завершающая фаза асимметричной холодной войны, а центр притяжения в глобальной экономике уже сместился с Запада на Восток. Глобальная экономическая интеграция определяет взаимозависимую и взаимосвязанную геополитическую экономику мира. Однако сдвиг на Восток обусловил динамику деиндустриализации в северных постиндустриальных экономиках Запада, что в различной степени дестабилизировало послевоенную социально-политическую систему.

Возникли линии разлома на социально-расовой, этнической, культурной и классовой почве, которые, учитывая развитие информационных технологий как нового оружия геополитической борьбы, открыли новое опасное измерение глобального переходного периода. Внутренние разногласия в государстве используются внешними противниками, которые хотят расшатать ситуацию, стимулировать популизм, создав таким образом выгодные геополитические условия на международном уровне.

Так, использование Россией расовой карты для воздействия на американских избирателей в 2016 г., чтобы стимулировать ультраправые, националистические и популистские настроения среди белого населения, можно считать примером опасной гибридной войны в международной политике. Еще одним трендом реакционного интернационализма и циничного нелиберализма является отрицание своего участия. Это характерная особенность информационной гибридной войны, которая также обладает параметрами мягкой силы. В любом случае исход выборов в США способствовал укреплению международных позиций правых тяжеловесов и возвращению к старой силовой политике великих держав, которая уже привела нас к двум мировым войнам и расцвету фашизма. Можем ли мы говорить о некоем феномене, к представителям которого относятся Путин, Трамп, Си Цзиньпин, Нетаньяху, бен Сальман, Моди, Дутерте?

Еще один вопрос: приведет ли регионализация многополярности в условиях развития региональных экономических объединений к дальнейшей институционализации глобального управления, которая ограничит геополитическую борьбу великих держав и укрепит международную систему. Систему, в которой скорректированный либеральный интернационализм будет отражать более демократический, плюралистичный мировой порядок. Основой плюралистичного интернационализма должна стать реформированная Организация Объединенных Наций.

Скотт Карпентер, управляющий директор Jigsaw (прежнее название – Google Ideas). (Точка зрения может не совпадать с позицией компании):

Международная система никогда в истории не была стабильной настолько, насколько мы думали, так что эффективность никакого мирового устройства не надо переоценивать. И все же очевидно, что послевоенный мировой порядок, основанный на нормах международного права, постепенно себя изживает. Тот, что придет ему на смену, будет совершенно другим, он выкристаллизуется из периода неустойчивости, возможно, конфликта. Первые три пункта далее – источники нестабильности, а затем – аналогия, как следует размышлять о том, что грядет на смену.

Информационно-технологическая революция. Стремительные изменения, происходящие с 1990-х гг. в области информационных технологий, уже изменяли все – политику, культуру, медицину, финансовый сектор и т.д. И с точки зрения того, что еще наступит, сейчас происходит отлив перед ударной волной искусственного интеллекта. Это обстоятельство в сочетании с неспособностью существующих институтов к быстрому реагированию означает, что даже демократиям предстоит пройти через тяжелый период адаптации. Попытка заткнуть пальцем дыру в дамбе (посредством авторитарного контроля или путем регулирования наподобие европейского) скорее только усугубит следующий фактор нестабильности.

Нарастающая неравномерность развития. Перефразируя Уильяма Гэддиса, будущее уже наступило, просто не все обладают к нему равным доступом. И в свете упадка мирового порядка, основанного на нормах международного права, в этом нет ничего хорошего. Скорее всего, существующие (или несуществующие) диспропорции в результате усугубятся, оказывая возрастающее давление на общества и союзнические отношения между государствами, которые будут пытаться решать проблемы, связанные с бешеным темпом изменений. Концентрация талантов, людей с высоким потенциалом в США и Китае гарантирует, что другие страны в основном будут лишь пассивно реагировать на возникающие проблемы. В то же время сила негосударственных акторов продолжит возрастать, так как возможность доступа к технологиям и право владения новейшими разработками позволит негосударственным игрокам бросить вызов все более слабеющим государствам.

Непредсказуемость Соединенных Штатов. Избрание Дональда Трампа президентом является симптомом усугубляющегося недовольства в американском обществе, частично подогреваемого силами, описанными выше. Но какой бы ни была причина, США больше не являются державой, стремящейся к сохранению статус-кво. Мы получали огромную выгоду в эпоху международного правопорядка, но, похоже, намерены теперь его разрушить. Если такой тренд продолжится, политика Соединенных Штатов останется непредсказуемой, и непредсказуемость, исходящая от крупнейшей мировой сверхдержавы, в значительной степени увеличит размер погрешности в расчетах, возможно, экспоненциально.

В этом случае, удобная для размышления (но наименее приятная) аналогия для меня – мы живем в предвоенный период, когда взаимодействие описанных выше сил увеличивает вероятность возникновения «черных лебедей», описанных Нассимом Талебом: их появление невозможно предсказать, но связанные с ними риски ущерба для неустойчивых систем колоссальны. Единственное решение – снизить уязвимость, но времени мало – и становится все меньше.

Виталий Куренной, профессор, руководитель Школы культурологии НИУ ВШЭ:

Контур современной цивилизации продолжает существовать в рамках модерна, а все теории, поторопившиеся объявить о наступлении нового постмодернового завтра, давно сами оказались вчерашними. В области международных отношений теоретики также слишком поспешили заявить о наступлении новой эпохи. А именно такой, где главная политическая единица модерна, т.е. государство, утрачивает наконец свое значение. Речь, по сути, шла о том, что место национальных государств вновь занимает империя, на роль которой – как в качестве международного полицейского, так и основного органа контроля мировых сетей и потоков (технологических, финансовых и т.д.) – некоторое время претендовали США. В мировом масштабе воспроизвелось то, что Наполеон в свое время пытался реализовать в Европе, неся покоренным народам гражданские свободы и Code civil.

Но как тогда, так и теперь этот сценарий не реализовался. Государства, будь то Россия, Великобритания или Соединенные Штаты, восстанавливают свою роль в самых разных сферах. Мир модерна устроен так, что в нем не может возродиться мировая империя. Карл Розенкранц, правый гегельянец, которые, в отличие от левых, лучше понимали реальность, в которой живут, писал в 1870-е гг., что современная цивилизация является «океанической». Рим мог взять под контроль Средиземное море и потому стать мировой империей в тогдашних границах ойкумены. Но Мировой океан взять под контроль нельзя: мечта о мировой монархии, развивал он свою метафору, «терпит неминуемое крушение на свободной волне океана, который бушует на берегах всех частей света».

Означает ли это, что целостному миру модерна наступил конец и мы наблюдаем его окончательный распад и неизбежную политическую регионализацию, чреватую пугающими конфликтами? Это возможно как рецидив реликтовых политических рефлексов, но невозможно в более фундаментальном смысле. А именно в смысле того, что можно назвать цивилизацией модерна, которая, по словам того же Розенкранца, становится все более «единообразной», стандартизованной или, если воспользоваться термином Джорджа Ритцера, макдональдизированной. Глобальная цивилизация – в отличие от всего национального, регионального и локального – действительно универсальна, она безродна. Римская канализация, британская железная дорога или американский интернет где-то возникают, но затем шествуют по всему миру, утрачивая всякую связь с местом своего происхождения. Речь, конечно, идет о цивилизационной инфраструктуре в широком смысле слова – финансы и право также являются цивилизацией. Цивилизации невозможно препятствовать, потому что она имеет только одну черту – несет с собой удобство и комфорт. Цивилизацию выбирают по той простой причине, что лечить зубы с анестезией комфортней, чем без нее.

Цивилизация имеет издержки, самая фундаментальная из которых – стресс, вызванный нарастающей скоростью изменений. Отсюда тяга к «стабильности», которую избирают своим слоганом политические популисты по всему миру, не будучи в силах, разумеется, сдержать своих обещаний. Просто потому, что люди по большей части склонны выбирать стоматологию с анестезией. Цивилизация также означает стандартизацию. И пока мы эмоционально переживаем свою суверенизацию, цивилизация все же продолжает неумолимое движение по стране, хотя и медленней, чем хотелось бы. Например, в форме обязательной сертификации российских гостиниц по классу «звездности» (предполагается завершить к 2021 г.). Но при этом мир модерна умеет справляться с указанным перманентным стрессом и страхом (например, о ближайшем отмирании множества профессий, о котором сегодня не рассуждает только ленивый). С этим стрессом, правда, можно попытаться справиться также политически – выбрав «особый путь», поставив барьеры на пути цивилизации и, положим, выдвинув вождя – гаранта всего этого. Но итог этого особого пути в конечном счете хорошо известен, поэтому подумаем лучше о хорошем варианте. А хороший вариант находится в сфере культуры.

Мы компенсируем, как выражается Герман Люббе, издержки динамики современной цивилизации, осуществляя историзацию и музеефикацию своей локальной специфики. Когда на территорию приходит цивилизация, на нее реагируют, пытаясь сохранять, а если сохранять уже нечего, то изобретать свою локальную культуру, свои традиции, вот эти вот «традиционные ценности» или, что лучше, национальную кухню. Что является сегодня наиболее стратегически разумной инвестицией? Можно без труда указать на вещи, которые имеют бесконечный горизонт окупаемости – бесконечный в смысле до конца человечества, как мы его понимаем. Это никакие не технологии или стартапы. Все они рано или поздно устареют и уступят место другим – такова неумолимая природа креативного разрушения, которую воплощает собой мир модерна. Единственная совершенно надежная инвестиция – в прошлое. В исторические памятники, в музеи, в сохранение локальной уникальности. Потому что цивилизация модерна стабилизирует себя в самых разных формах музеефикации и консервации прошлого. И, как мы знаем, люди все больше путешествуют по миру со стандартизированными гостиницами лишь для того, чтобы увидеть именно эту законсервированную культуру. А там, где ее по какой-то причине нет, ее начинают «воссоздавать». Или даже покупать, причем задорого – так, Арабские Эмираты просто за использование слова «Лувр» применительно к своему новому музею недавно заплатили 400 млн евро.

Но для того чтобы культура таким вот образом «возродилась» и процвела, нужна цивилизация. Если мы отстаем цивилизационно, то нам не интересна и собственная культура, и очереди будут стоять не в музеи, а в открывшуюся забегаловку мировой корпорации фастфуда. Но создание условий для цивилизованной жизни – это и есть главная задача суверенного государства модерна.

Кристофер Кокер, профессор международных отношений Лондонской школы экономики и политических наук:

Цивилизации возвращаются, утверждает Кришан Кумар. Однако на этот раз западные эксперты не обсуждают вероятность столкновения цивилизаций. Концепцию формулируют политики мейнстрима. Возьмем Россию Владимира Путина. Как утверждает социолог Лев Гудков, сегодня Великая Отечественная война воспринимается гражданами как победа не только над Германией, но и над Западом. Такое восприятие имеет значение, потому что для многих россиян война – самое важное событие в истории. Или возьмем Си Цзиньпина, который настаивает на том, что культурные различия не уступят место универсальным ценностям. В Китае уже ищут аргументы, позволяющие игнорировать «западное» международное право в Южно-Китайском море, ссылаясь на геокультурные особенности. Даже Нарендра Моди и другие индийские политики заявляют, что их страна принадлежит к индуистской цивилизации, истоки которой можно обнаружить в Ведах. Хотя археологические свидетельства говорят о том, что на протяжении первых 200 лет Веды составляли кочевники из Центральной Азии, которые завезли лошадей на Индостан.

Так что же происходит? Китай и Россия называют себя государствами-цивилизациями, отличающимися от национальных государств, установивших основанный на правилах миропорядок. В обеих странах политические лидеры предупреждают граждан, что их государства исчезнут как независимые культурные объединения, если западные идеи получат неограниченное распространение. Поэтому Компартия Китая заявляет, что программа реформ, открывшая путь принципам капитализма в 1979 г., зародилась «на китайской почве». В целях защиты китайских ценностей сегодня запрещена западная религиозная музыка: не допускается исполнение «Мессии» Генделя и «Реквиема» Верди – они якобы представляют угрозу для культурной целостности. А министр культуры России заявляет, что Netflix – проект по воздействию на российское общество. В попытке усовершенствовать защиту от внешнего влияния его ведомство ввело прокатные лицензии и запретило показ фильмов, которые «порочат национальную культуру».

Очевидно, цивилизационная риторика призвана уменьшить привлекательность западных идей. Пока сложно судить, насколько цивилизационные концепции изменили мышление людей. Но чем дольше они будут циркулировать, тем глубже проникнут в сознание, и тогда следующее поколение политиков окажется заложником этих концепций.

Ханс Мауль, профессор, доктор политологии, заслуженный научный сотрудник Фонда «Наука и политика» (Берлин):

Если либеральный международный порядок еще жив, он явно находится в критическом состоянии, и больше других этому способствовал президент Соединенных Штатов, который, казалось бы, должен быть его главным хранителем. Это не случайное совпадение. Избрание Дональда Трампа президентом США является отражением глубинных проблем американской демократии, а его усилия по уничтожению институциональных и нормативных основ демократии и либерального международного порядка показывает, насколько тесно и органично они взаимосвязаны.

Наблюдать за тем, как Дональд Трамп управляет процессом сноса из Белого дома, довольно увлекательно, но зрелище маскирует наносимый им ущерб. Возьмем, к примеру, встречу Трампа и Ким Чен Ына. То, как готовился этот саммит – независимо от его результатов – и освещался публично, оказало негативное воздействие. Раньше считалось, что в переговорах с Пхеньяном нельзя доверять одной стороне – руководству КНДР. Теперь так можно говорить об обеих сторонах. Если вы не верите в то, что Пхеньян или Вашингтон готов выбросить белый флаг и капитулировать, т.е. не верите в сказки, значит, вы понимаете, что переговоры о денуклеаризации Северной Кореи приведут к затягиванию процесса, а главная цель – набрать очки дома. Для описания стиля переговоров Трампа используют эвфемизм «транзакционный»: он действует хаотично и непоследовательно, что ведет к подрыву правил и доверия – двух ключевых ингредиентов для достижения дипломатического компромисса.

Независимо от резонансности саммита и его результатов ущерб региональной безопасности в Восточной Азии уже нанесен. Задайте себе вопрос: насколько вероятным вы считали распространение оружия массового уничтожения в регионе полгода назад и сегодня, после того как Трамп продемонстрировал пренебрежение к союзникам и договорным обязательствам? Правительства стран-союзников США в регионе могут задуматься об альтернативе американским гарантиям безопасности – у них есть для этого основания. Этот пример показывает, как легко культивировать заблуждения об упадке нынешнего, еще либерального, международного порядка. Самые распространенные среди них: это западный порядок, поэтому его разрушение – это хорошо; он уже не играет никакой роли; происходящее означает крах Запада и подъем остальных, так что беспокоиться не о чем. Происходит восстановление исторической справедливости.

Почему три этих предположения являются заблуждением? Либеральный международный порядок изначально действительно был западным проектом, но уже давно стал универсальным – как формально, так и фактически. Формально основополагающие документы и институты были согласованы и одобрены всеми, а не только Западом, в становлении порядка существенную роль сыграли незападные страны. Фактически либеральный международный порядок отражает развитие универсальных сил науки и технологий. Они тоже изначально были европейскими, но никто не станет отрицать, что они уже давно превратились в универсальные силы.

Либеральный международный порядок действительно органически связан с западной моделью демократии, и сейчас эта модель переживает глубокий кризис во многих странах. Но это кризис не демократии как таковой, а ее конкретных исторических форм. Идея демократического устройства универсальна, как силы науки и технологий. Его преимущества заключаются в уважении индивидуальных свобод и достоинства человека, верховенстве закона и возможности исправлять политические ошибки. Возможно, демократия не выдержит эволюционного соперничества с другими моделями государственного устройства, но говорить об этом преждевременно. Кризис демократии на Западе (затронувший отнюдь не все страны и в разной степени) уже вызвал ответную реакцию и мобилизовал корректирующие социальные силы.

Второе заблуждение касается упадка либерального международного порядка, от которого якобы пострадает только Запад. Ключевое слово здесь «либеральный», а не «порядок». И тут в дело вступает следующее заблуждение – о том, что последствия краха можно прогнозировать и контролировать. Это предположение наивно, учитывая то, что сегодня в Китае называют «взаимосвязанностью» (или, если хотите, взаимозависимостью) между людьми, обществами и национальными государствами. Последствия краха могут оказаться настолько масштабными и непредсказуемыми, что их будет сложно контролировать и тем более остановить. Вопрос о том, кто пострадает от краха либерального мирового порядка, остается открытым. Для кого-то ответ окажется неприятным сюрпризом.

Третье заблуждение (беспокоиться не о чем) предполагает, что крах либерального международного порядка будет сопровождаться «подъемом остальных», как выразился Фарид Закария. Предполагается, что мир переживает процесс перехода власти от одной группы стран к другой. Это действительно так. Но такова только часть более масштабной трансмутации власти, которая затрагивает природу и распределение сил в глобальной системе. Важнейший аспект процесса – не подъем остальных, а подъем многих и рост асимметричности сил в международных отношениях. С этой точки зрения власть не переходит от одних к другим, а скорее распыляется, все больше акторов могут влиять на ход истории, но во все меньшей степени.

Это касается и наиболее влиятельных акторов – современные великие державы, включая США и Китай. Несмотря на всю свою мощь, ни Советский Союз, ни Соединенные Штаты не смогли навести порядок в Афганистане, а руководству КНДР на протяжении 20 лет удавалось манипулировать участниками шестисторонних переговоров. Ограниченная мощь национальных государств, даже нынешних великих держав, обусловлена экспоненциальным усложнением современного мира. Одно из следствий усложнения – уязвимость, имеющиеся силы становится проще мобилизовать ради деструктивных целей. В то же время невероятно сложна мобилизация в конструктивных целях, для этого необходимо подключить к сотрудничеству или нейтрализовать все стороны, обладающие определенным влиянием (будь то деструктивная сила или право вето). Поэтому упадок Запада и крах либерального международного порядка вряд ли приведет к подъему остальных, скорее он вызовет распространение беспорядка. Будьте осторожны в своих желаниях!

Самир Саран, вице-президент исследовательского фонда Observer (Дели):

Мир не находится в беспорядке, он переживает переходный период. После перерыва в несколько столетий богатство и власть вновь смещаются на юг и восток, некоторые нормы и институты мирового порядка проходят серьезную проверку на эффективность. На протяжении 70 лет глобализация приносила огромные богатства странам Атлантики, но в последние 30 лет Азии удалось получить собственную значительную долю глобального роста. В результате в западных странах – традиционных гарантах послевоенного мирового порядка – наблюдается сокращение среднего класса, хотя элиты пытаются придумать способы сохранения своего преимущественного положения в международных делах.

В подъеме Востока и отступлении Запада можно выделить четыре основных тенденции.

Во-первых, смещение баланса сил с Запада на Восток ведет к износу системы норм и институтов, которые являлись определяющими на протяжении 70 лет. Некоторые державы, такие как Россия и Китай, видят в этой глобальной перебалансировке возможность уменьшить влияние США и скорректировать несправедливые правила, не отражающие реалии истории. Предъявляя претензии на собственные сферы влияния, эти страны стремятся изменить неисторический характер существующего порядка.

Во-вторых, индустриально развитые демократии не способны отвечать на вызовы, обусловленные смещением баланса экономических сил, из-за внутренних проблем. В условиях технологических изменений и невыгодной демографической ситуации кусок глобального экономического пирога уменьшается, и это способствует росту национализма и популизма в Америке и Европе. Политическая поляризация блокирует способность этих стран консолидироваться и защищать порядок, ими же и созданный. В результате в мировой политике медленно растет вакуум.

В-третьих, развивающиеся державы начинают претендовать на лидерство в этом вакууме. Китай – самый яркий, хотя и не единственный пример. Теперь уже Пекин стал сторонником экономической интеграции, которую раньше продвигал Запад. Однако Китай не считает нужным придерживаться принципов свободного рынка или следовать правилам прошлого. Пекин пытается продвигать альтернативную модель, фундаментально меняющую глобальный институциональный ландшафт, например, посредством инициативы «Один пояс, один путь». Другие страны, в том числе Индия, идут к глобальному столу переговоров собственным путем, выбирая менее революционные варианты.

Наконец, Евразия (и прилегающие к ней моря) как геополитический театр остается плохо разграниченной и постоянно переживает конфликты. Поскольку ни одна держава не обладает достаточной мощью, чтобы навязывать свою волю другим, – следствие распыления геополитических сил – ведется многоуровневое соперничество, в котором используются временные коалиции и строятся ситуативные оси. Недавно возрожденная «четверка» (Индо-Тихоокеанская), раздутая НАТО, возглавляемая Россией и Китаем ШОС – все это следствие геополитической неопределенности. Можно предположить, что один из этих альянсов в конце концов превратится в модель «концерта великих держав» XXI века, но в своих действиях он будет руководствоваться прагматизмом, а не идеологией.

Александр Филиппов, ординарный профессор НИУ ВШЭ, руководитель Центра фундаментальной социологии НИУ ВШЭ:

В самом конце прошлого тысячелетия Джон Ролз, едва ли не крупнейший политический философ США, выпустил книгу «The Law of Peoples» («Право народов»), заголовок которой недвусмысленно отсылал и к современному понятию международного права (international law), и к старому европейскому термину «ius gentium». Ролз, однако, не собирался оставаться в русле традиции. Он предложил то, что сам назвал «реалистической утопией». «Я, – писал он, – буду использовать термин “общество народов”, подразумевая все те народы, которые во взаимоотношениях следуют идеалам и принципам “права народов”. У каждого из них свое правление, будь то конституционная либеральная демократия или нелиберальное, но достойное правительство».

Задержимся ненадолго на этой утопии, реалистичность которой Ролз не переоценивал и возможные, сходу напрашивающиеся возражения против которой хорошо понимал. Дело не в том, что влиятельный автор выдумал что-то такое, во что хотелось верить ему одному. Напротив! В его рассуждениях явственно сказался дух эпохи. Всемирное общество, по Ролзу, должно состоять именно из народов, а не государств. У народов, как и у каждого человека, есть свой «нравственный характер» (moral character), так что те принципы сотрудничества, которые свойственны либеральным народам (и отчасти народам достойным, пусть и нелиберальным), могут быть положены в основу организации мирового общения. Государства же в известном смысле не меняются со времен античных, они готовы вести войны, они навязывают свою суверенную власть даже вопреки представлениям народов о достоинстве и справедливости. Либеральные народы не воюют кроме как ради самозащиты, они не воюют между собой, находя возможности договариваться, в том числе и с нелиберальными народами, по отношению к которым следует воздержаться от любого рода санкций, дать им возможность идти своим путем.

Возможно, для благородных идей Ролза еще придет время, и большинство нелиберальных (в его терминологии) народов, станут если и не либеральными, то достойными, тогда как либеральные станут еще ближе к идеалу и в отношениях между ними не будет тех недоразумений, которые все еще случаются. Однако очевидно, что за прошедшие два десятилетия дух времени изменился. Мне кажется очень важным зафиксировать это зыбкое, плохо определимое обстоятельство: интересы государств стабильны по крайней мере в том смысле, что не могут быть сведены к интересам или склонностям возглавляющих их людей. Геополитическое положение, соотношение сил, долговременные тенденции не представляют собой чего-то неожиданного, но есть то, что в одни времена делает возможным доверие, уступчивость, готовность посмотреть на свою позицию с чужой точки зрения, а в другие ситуация полностью меняется, причем вопрос о правоте, справедливости, достоинстве стоит тем более остро, что решать его окончательно просто некому. Исчезает позиция привилегированного интерпретатора событий или хотя бы группы соперничающих привилегированных интерпретаторов.

Исторически известно, что такие ситуации складываются необыкновенно быстро, выглядят как неожиданные ссоры между друзьями или добрыми партнерами, могут приводить к войнам, которые, в свою очередь, перемежаются более или менее надежным миром, который обеспечивается не только военным превосходством победителей, но и лидерской, контролирующей позицией внутри нового консенсуса. Тем самым, конечно, еще сказано довольно мало: мы лишь повторяем, что все или почти все испортилось, что это опасно, что так бывало и что к просто, одномерно понимаемой игре интересов сводить это нельзя.

Что еще? По меньшей мере в нескольких отношениях движение последних тридцати лет, времени взлета и падения большой идеи, большого нарратива глобализации, весьма поучительно, прежде всего в пространственном отношении. Идея глобализации означала, между прочим, исчезновение территориальности как базового принципа международного устройства. Территории – это государства, государства – это граждане и зависимость политических процессов от взаимной поддержки граждан и государств. В границах государств размещается народное хозяйство, собираются и распределяются налоги и т.п. Глобализация означает возникновение экономики сетей и потоков, перенос центра тяжести на глобальные центры, находящиеся в сложных отношениях с государствами, выведение множества процессов из-под государственного (гражданского и правового) контроля и передачу их в ведение международных бюрократических структур, не несущих ответственности ни перед кем. То возвращение государства в качестве главного агента международных отношений и политико-идеологической машины солидарности граждан, которое мы теперь повсеместно наблюдаем, означает пока еще не очень эффективный, но все более решительный отказ от этих издержек глобального. Но вместе с тем это отказ и от того нарратива, той самоочевидности надгосударственной общности, которая была заметна в предшествующую эпоху. Еще далеко до членения мира вновь по границам территориальных государств как главной политико-пространственной единицы, но недооценивать этого нельзя.

Языка для описания других, негосударственных территориальных образований, за исключением некоторых известных союзов, пока нет. Не менее важным является вопрос времени. Внезапно закрылся горизонт будущего. Остались только ситуации, требующие реагирования, остались долгосрочные договоры, осталось ожидание, что некоторые проблемы разрешатся в течение длительного времени, за пределами жизни тех, кто принимает решения сейчас. Никакого иного будущего, то есть никаких больших целей, состояний, которые должны быть достигнуты, вроде установления везде демократии или светского правления, побед над старыми эпидемиями и т.п., просто не осталось. Вместо сложных общих целей появляются задачи самосохранения государств, роста ресурсов и территорий. Без нового разговора о справедливости, общем благе и желательных переходах ничего, кроме эгоизма каждой страны, здесь ждать нельзя.

Бруно Масаеш, государственный секретарь Португалии по европейским делам в 2013–2015 гг.:

После 1815 г. европейцы перестали смотреть на звездное небо революции и обратили свои взгляды на реальный мир: Европа превратилась в идею, основанную на физической реальности, с этим нужно было что-то делать, отвечая на вызовы и разрешая проблемы. Нечто похожее происходит сейчас с Соединенными Штатами. Израненные, расставшиеся с иллюзиями о западных идеалах, американские мыслители и политики ищут нечто менее идеальное, то, с чем можно работать.

Запад всегда оставался идеалом, стоило к нему приблизиться – и он снова ускользал. На протяжении почти 100 лет американская внешняя политика строилась на идее «двойственного мира». Мир разделен на две половины, между ними находится цивилизационный барьер, но одна половина постоянно расширяется и призвана – достигнув зрелости или, возможно, после большой битвы – стать универсальным образцом. Соединенные Штаты видели себя лидером этого процесса, лидером экспансии Запада. Отношения с другой половиной – с темной стороной – всегда оставались отношениями с цивилизационным чужаком, даже в периоды мира и стабильности.

Сегодня мы видим иную картину. Экспансия неожиданно прекратилась. Барьер между двумя половинами рухнул, и они соединились. Теперь американской внешней политике приходится иметь дело с Европой, Россией, Китаем, Индией и другими как с частями одной системы, защищая свои интересы в структуре отношений, где США всегда стремились занимать центральную позицию. Главное отличие состоит в том, что система перестала динамично развиваться, она уже не стремится к идеалу.

Как европейцам после 1815 г., нам нужно подобрать слово для определения реального мира, а не недостижимого идеала. И подходящее слово есть, оно поможет нам, как «Европа» помогла в свое время европейцам. Это слово – Евразия, географический регион, где сосредоточены экономические, политические и культурные силы. Место конфликтов и противоречий, разделенное на разные культуры и предлагающее самый большой куш победителю в конкурентной борьбе. Любопытно, что Европа в XIX веке находилась в неоднозначных отношениях со своим далеким и одновременно близким соседом – мощным островным королевством, аналогичная ситуация складывается сегодня в отношениях Евразии и США, мощного государства, расположенного недалеко, если брать Мэн или Аляску.

Для американской внешней политики Евразия в определенном смысле заменила идеальную концепцию Запада. Можно сказать, что Соединенные Штаты превратились в реалистичную державу в мире многообразного идеализма: европейские ценности, «Один пояс, один путь», хиндутва, русская душа…

Анатоль Ливен, профессор Джорджтаунского университета в Катаре:

Нынешняя ситуация в США напоминает то, что долгое время происходило на Ближнем Востоке: невероятно сложно наладить эффективную работу правительства, не говоря уже о демократии, если огромная часть населения кардинально не согласна с фундаментальной этнической и культурной идентичностью государства. Американская внешняя политика перестала быть результатом анализа национальных интересов и превратилась в функцию нарастающей внутриполитической истерии. Ситуацию усугубляет потеря Соединенными Штатами глобального лидерства. Кроме того, экономические трудности, с которыми все чаще сталкивается белое население, вынуждают идти на жесткие меры в международной торговле, и это может привести к новой глобальной экономической депрессии.

Однако картина на самом деле не такая мрачная. Политическая культура, в которой факты не имеют значения, а дебаты – это вопрос восприятия, интерпретации и манипулирования, производит тягостное впечатление на человека, верящего в разум. Но с другой стороны, такая культура обладает определенными преимуществами во внешней политике. Если официальную позицию США по КНДР и отношение к ее лидеру удалось перевернуть за один день под одобрительные возгласы республиканского истеблишмента и СМИ, кто знает, какие еще трансформации возможны в будущем.

Важно отметить, что американское население может использовать агрессивную риторику, но на самом деле не хочет воевать. То же самое относится и к Пентагону, если речь идет об очередной антитеррористической операции или конфликте с великими державами. США делали громкие заявления во время конфликта между Грузией и Россией в 2008-м и кризиса на Украине в 2014-м, но вероятность отправки американских войск в зону конфликта была минимальной. Соединенным Штатам придется воевать, если Россия атакует страну-члена НАТО, но Москва не собирается этого делать. Если Китай не станет совершать необдуманные действия в Южно-Китайском море, риск конфликта между двумя государствами будет гораздо ниже, чем опасаются многие.

Наиболее высоки риски конфликта с Ираном: Израиль может нанести удар, чтобы спровоцировать ответную атаку Ирана на США, и тогда Вашингтон уничтожит иранскую экономику. В прошлом Пентагону удавалось блокировать подобные планы Израиля. Посмотрим, сможет ли он справиться с этой задачей при Трампе.

Йохан Гальтунг, математик, социолог и философ (Норвегия):

В XIX–XX веках общественная мысль выстраивалась вокруг доминирующих идей о конфликте между частным и общим, между рынком и планом. Это столкновение идей определяло отличие правых от левых. Но потом этот конфликт разрешился; он утратил актуальность – вместе с теми политическими силами, которые подпитывал. Появились новые дискурсы, основанные на базовых, фундаментальных потребностях человечества и природы – вопросы разнообразия, симбиоза. Толком они еще не осмыслены, но именно они могут определить «новых правых» и «новых левых».

Если Запад оставался более или менее неизменным как во время того, что мы называем холодной войной 1949–1989 гг., так и после нее, Восток преобразился самым драматическим образом. Варшавский договор распался, а НАТО осталось – но сейчас есть Шанхайская организация сотрудничества. И это уже не просто Россия, Китай и горстка исламских государств. В ШОС теперь входят и Индия, и Пакистан. Бóльшая часть мира сегодня живет вне старой схемы противостояния – Запад против Востока, НАТО против Варшавского договора, США против СССР. Это измерение времен холодной войны стремительно устаревает. Вместо этого сформировался многополярный мир, в котором лишь две страны – Соединенные Штаты и Израиль – остаются по-старому агрессивными, постоянно находясь в состоянии войны.

Кроме того, существует терроризм, и, вероятно, мы находимся на пороге формирования системы государственного терроризма. Однако до настоящего времени для бóльшей части многополярного мира пассивное, но мирное сосуществование наиболее благоприятно. И пока каждое государство занимается решением своей части глобальных вопросов, если те затрагивают несколько регионов, Соединенные Штаты по-прежнему пытаются монополизировать управление на глобальном уровне – хотя бы финансово. В ответ на это государства начинают создавать собственные валютно-финансовые корзины.

США и Россия слишком сильны, чтобы проиграть противостояние, но недостаточно могущественны, чтобы победить. Гораздо вероятнее, что они все же придут к мирному сосуществованию. Западу придется свыкнуться с этим, как он свыкся с деколонизацией, но Запад будет продолжать пытаться проникнуть в Россию за счет своего могучего капитализма. Соединенным Штатам по целой совокупности причин (прежде всего США – банкрот, одного этого достаточно) придется вернуться в Северную Америку, к себе домой. А России, я полагаю, стоит сосредоточиться на развитии собственной гигантской территории, которая остается предметом зависти Запада, а не экспансии. Как это сделать – это уже другой вопрос.

Хуан Цзин, заслуженный профессор Пекинского университета лингвистики и культуры:

Подъем Китая безвозвратно изменил экономический, геополитический и стратегический ландшафт. Можно выделить три аспекта последствий для мирового порядка и стабильности.

Первый фундаментальный вызов и одновременно возможность, которую открывает подъем Китая, касается глобальной экологической системы. Как известно, первая волна индустриализации, запустившая процесс модернизации в истории человечества, произошла в Западной Европе 250 лет назад и затронула менее 40 млн человек. Вторую волну в конце XIX – начале XX века возглавили США, Россия (СССР), Германия и Япония с общей численностью населения более 400 млн человек. А теперь подъем Китая в сочетании с быстрым развитием Индии и стран Юго-Восточной Азии ознаменовал третью волну модернизации и затронул уже более 4 млрд человек!

Однако модель модернизации посредством индустриализации, которая означает масштабное потребление природных ресурсов и безудержную урбанизацию, отнюдь не устойчива. Если Китай и другие страны Азии добьются модернизации с помощью этой индустриализационной модели, человечество будет обречено. Как же найти альтернативный путь к модернизации и одновременно сохранить уязвимую экосистему? С этой задачей мировое сообщество и прежде всего Китай обязательно должны справиться. Именно осознание суровой реальности заставило объединиться и предпринять усилия, чтобы противостоять вызовам экосистеме и оптимизировать возможности развития мира. В результате были разработаны Киотский протокол 1997 г. и Парижское соглашение 2015 года.

Во-вторых, подъем КНР достигнут благодаря интеграции в существующую международную систему, а не посредством ее подрыва. Развитие в рамках международной системы предопределило не только мирный характер подъема Китая, но и позволило воспользоваться благами глобализации, которая была инициирована и активно продвигалась Соединенными Штатами и их союзниками в 1990-е гг., после распада Советского Союза. Сегодня Китай превратился в крупнейшего торгового партнера в мире, а его экономика превзойдет американскую в ближайшие 10 лет. В то же время дальнейшее развитие Китая зависит от глобальной экономической интеграции на базе многосторонних договоренностей. Выдвинутая председателем КНР Си Цзиньпином инициатива «Один пояс, один путь» продемонстрировала заинтересованность в дальнейшей глобализации, которая, с точки зрения Пекина, в конце концов приведет к формированию «сообщества единой судьбы» человечества.

В-третьих, подъем Китая со стремительной экспансией его влияния и впечатляющим совершенствованием вооруженных сил кардинально изменили геополитический и стратегический баланс между ведущими державами. В результате однополярный мир, в котором доминировали Соединенные Штаты, постепенно трансформируется в многополярный, где международные дела и баланс сил определяются взаимодействием великих держав (США, Россия, Китай, Япония, Индия и ЕС), а не гегемонией Америки.

С точки зрения Вашингтона, все вышеперечисленные аспекты подъема Китая существенно навредили интересам США. Кроме того, американская политическая элита убеждена: именно политика «вовлечения Китая», которую Соединенные Штаты проводили с конца 1970-х гг., пытаясь стимулировать Пекин к «мирной эволюции» (в сторону англосаксонской демократии), позволила КНР быстро развиваться за счет США. Глубокое недовольство тем, что Китай «никогда не станет таким, как мы», и одновременно нарастающая тревога, даже паранойя, что Китай «выйдет вперед», привели к формированию стратегического консенсуса в американском истеблишменте.

Несмотря на неразрешимые разногласия, и демократы, и республиканцы уверены, что Китай превратился в «стратегического соперника», поэтому США должны принять «мощные и эффективные меры» для препятствования или даже полного ограничения его дальнейшего развития. Цель – не только остановить подъем КНР, гораздо важнее укрепить позиции Соединенных Штатов.

Поэтому администрация Трампа одобрила жесткий подход в отношении Китая. В экономическом плане США пообещали значительно повысить пошлины на китайский импорт, ужесточить запрет на экспорт высоких технологий в Китай и тщательно проверять китайские инвестиции. Кроме того, американцы наращивают военное присутствие в регионе в соответствии с новой «индо-тихоокеанской стратегией», целью которой является формирование четырехстороннего альянса – США, Япония, Индия и Австралия – против Китая. Учитывая нарастающую враждебность, некоторые эксперты утверждают, что две крупнейшие державы вступили в «новую холодную войну».

Но это не так. Фундаментальное следствие подъема Китая в рамках существующей международной системы и при содействии американской политики вовлечения состоит в том, что страны стали взаимозависимыми. Поэтому их отношения выходят за рамки традиционных. Практически все вопросы в отношениях двух стран имеют глобальное значение, а серьезные глобальные вызовы (например, корейскую ядерную проблему) невозможно разрешить без консультаций и определенного взаимодействия США и Китая. Кроме того, сегодня китайско-американские отношения определяются внутренней политикой, а не контактами Пекина и Вашингтона по конкретному вопросу. И в Соединенных Штатах, и в КНР в политическом процессе участвуют различные группы интересов с различными целями. Например, политика, порадовавшая Уолл-стрит, может расстроить правозащитников, экологи будут выступать против курса, продвигаемого энергетической отраслью, а промышленники и фермеры будут недовольны повышением пошлин, которое вызовет торговую войну между двумя странами. Поэтому, хотя США одобрили жесткий подход в отношении Китая, бесконечная борьба между группами интересов пока мешает администрации Трампа выработать всеобъемлющую и последовательную линию. В результате китайская политика Трампа в основном ситуативна и нередко противоречива. Аналогичные явления существуют и в Китае, хотя там политический процесс менее прозрачен. Поэтому, несмотря на «жесткую позицию» президента Трампа по Китаю, стабильность двусторонних отношений определяется авторитетом руководителей и их умением добиваться компромиссов во внутренней политике. Следовательно, Си Цзиньпин, явно обладающий большим авторитетом во внутренней политике, чем Трамп, будет играть ведущую роль в турбулентных отношениях двух стран.

Стратегическая взаимозависимость в условиях экономической глобализации подорвала фундамент «новой холодной войны», которая предполагает четыре условия. Во-первых, политический процесс в обеих странах должен определяться идеологией, чтобы, во-вторых, политически мир был разделен на два лагеря. В-третьих, обе экономики должны быть независимы друг от друга, чтобы, в-четвертых, стороны могли формировать альянсы для введения санкций друг против друга.

Однако, как и в большинстве стран, сегодня политический процесс в США и Китае не определяется идеологией, а ориентирован на интересы. Поэтому практически невозможно, что мир вернется к холодной войне, когда страны разделены на два политически враждебных и экономически независимых друг от друга лагеря. И хотя возглавляемая Соединенными Штатами система безопасности выстояла после окончания холодной войны, американские союзники вряд ли захотят участвовать в конфликте двух супердержав. Что касается Китая, то Си Цзиньпин ясно дал понять на саммите «Один пояс, один путь» в мае 2017 г.: Пекин не стремится к альянсам, он заинтересован в укреплении партнерства со всеми странами.

Таким образом, несмотря на резонансные меры президента Трампа против Китая, сложно представить, что США или Китай прибегнут к войне. Дело не в том, что они откажутся от конкуренции и даже соперничества, просто и Вашингтону, и Пекину будет невероятно трудно достичь внутриполитического консенсуса и сформировать альянсы за границей – а это обязательные условия конфронтации двух глобальных держав.

Тем не менее «жесткий подход» Вашингтона в отношении Китая окажет негативное воздействие на мировой порядок и стабильность не только потому, что антикитайские меры являются ключевым элементом кампании Трампа «Америка прежде всего». Дело в том, что Китай уже стал серьезным участником всех трех уровней современного международного порядка: политический порядок сосредоточен в ООН и ее органах, экономический и торговый порядок строится на базе ВТО и многосторонних соглашений, финансовый порядок поддерживают Всемирный банк, МВФ и другие институты, включая Азиатский банк развития и Азиатский банк инфраструктурных инвестиций. Неудивительно, что самые близкие союзники США в Европе и Азии – несмотря на существенные разногласия с Пекином в вопросах ценностей и политической системы – не хотят вместе с американцами препятствовать развитию Китая. Это отнюдь не означает, что они его поддерживают. Но, как и Китай, они встроены в существующий мировой порядок, базирующийся на многосторонних договоренностях. В конце концов, главная цель безрассудного одностороннего поведения администрации Трампа (выход из Парижского соглашения, иранской ядерной сделки и Совета ООН по правам человека, повышение пошлин на импорт со всеми ключевыми партнерами и требование, чтобы союзники платили больше за американские гарантии безопасности) – переписать правила игры в международных делах в пользу США и за счет всего мирового порядка. «Америка прежде всего» превратилась в «Америку в изоляции», потому что такой подход вредит всем участникам существующего мирового порядка, включая союзников Соединенных Штатов.

Реакция Китая на давление со стороны Вашингтона, напротив, выглядит рациональной и позитивной. Си Цзиньпин дал понять на Боаоском азиатском форуме в апреле 2018 г., что Китай намерен продолжать реформы и следовать политике открытости. В то же время он будет решительно защищать систему свободной торговли, базирующуюся на многосторонних договоренностях, и реализовывать стратегию «мирного развития». Сможет ли Пекин превратить риторику в конкретные действия, как и какими средствами он будет поддерживать отношения с США при непредсказуемой администрации Трампа – посмотрим. Но в любом случае это окажет серьезное воздействие на стабильность и развитие всего мира. Хорошая новость в том, что эгоцентризм и односторонние шаги Трампа могут укрепить позиции Китая, если он будет реагировать разумно. Плохая новость – Америка по-прежнему самая мощная держава на планете.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714091 Павел Цыганков


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714090 Федор Лукьянов

Догнать прошлое, вернуть будущее

Фёдор Лукьянов - главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» с момента его основания в 2002 году. Председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике России с 2012 года. Профессор-исследователь НИУ ВШЭ. Научный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай». Выпускник филологического факультета МГУ, с 1990 года – журналист-международник.

Резюме Какой станет религиозная война, если ее поведет искусственный интеллект? И кто кого скорее заманит в ловушку – Фукидид роботов или наоборот? Такими вопросами задался автор этих строк, прочитав уже целиком собранный номер журнала.

Какой станет религиозная война, если ее поведет искусственный интеллект? И кто кого скорее заманит в ловушку – Фукидид роботов или наоборот? Такими вопросами задался автор этих строк, прочитав уже целиком собранный номер журнала. Когда мы его планировали, хотели если и не расставить точки над i, то хотя бы попробовать прояснить природу современного международного положения (смело можно сказать кризиса). Уж очень все многослойно и запутано.

Получилось не очень. Точнее – удалось собрать мнения блестящих авторов, каждый из которых не скользит по поверхности, пересказывая очевидное, а стремится докопаться до сути. Благодаря им, сложность мира в XXI веке предстала во всей красе – ярко и полно. Но к целостной картине, четкой схеме движущих политику и экономику сил мы не приблизились. Вероятно, это и невозможно. Мы пребываем в той фазе развития глобального организма, когда уже практически любой специалист констатирует наличие проблем со здоровьем, многие способны составить грамотный анамнез – как пришли именно к такому состоянию, настоящие профессионалы готовы поставить диагноз, но вот методику лечения не рискует заявлять никто. (Обратились мы к самым разным людям – номер открывается большим опросом экспертов и ученых со всего мира, и этот опрос будет продолжаться.)

Я не случайно начал с заведомо утрированных вопросов. Мы наблюдаем удивительное сочетание будущего, которое уже наступило, хотя не все еще это заметили, и прошлого, которое никуда не ушло, несмотря на то, что многие уверены в необратимости развития. Фантастически продвинутые технологии и все более архаичное сознание переплетаются неразрывно, создавая гремучую смесь.

И вот живая легенда науки о международных отношениях Генри Киссинджер берется в свои 95 лет изучать искусственный интеллект – что это значит для мировой системы. И тревожится, что технология, ориентированная исключительно на рациональность, лишит человечество достижений, мучительно вырабатывавшихся столетиями, – моральных и этических ограничителей. Уолтер Рассел Мид, выдающийся специалист по истории политических идей, настроен оптимистично. Технологии несут опасности, но прежде всего возможности, так было всегда, так будет и впредь. Не паниковать предлагает и Игорь Иванов, конечно, не отрицая серьезный вызов, который бросает технологическое развитие.

Войне, в которой рывок к социально-политическому прогрессу сопровождался небывалыми зверствами и бедствиями, исполнилось 400 лет. Интерес к Тридцатилетней войне, а о ней много пишут в этом году, связан с параллелями, которые можно усмотреть между нынешним положением на планете и той серией конфликтов в Европе. Герфрид Мюнклер, ведущий немецкий историк, и Паскаль Додэн, сотрудник международной гуманитарной организации, каждый со своей стороны подчеркивает риски возвращения наименее цивилизованных форм конфликта, размывания правил их ведения. Тимофей Бордачёв помещает Тридцатилетнюю войну в контекст многовекового подъема Запада к мировому господству, отмечая вероятное окончание этого периода. А Майкл Кофман концентрируется на том, какими станут «большие войны» в следующие десятилетия. Риск мировой войны, как мы их знали из прошлого, к счастью низок, но потенциал противоречий крупных держав никак не меньше, чем раньше.

Грэм Эллисон, тот, что постоянно напоминает об опасности «ловушки Фукидида» в отношениях США и Китая, развенчивает миф о либеральном мировом порядке. Как считается, последний обеспечивал спокойствие и процветание Запада после Второй мировой, и всех остальных – после холодной войны. Эллисон верит в старый добрый баланс сил, и именно его отсутствие видит в качестве причины нынешних неурядиц и угроз. Барри Позен указывает, что политика Трампа противоположна курсу его предшественников по многим параметрам, кроме одного – он тоже привержен идее американской гегемонии. Вопрос в том, какой вид гегемонии – либеральная (до Трампа) или нелиберальная (сейчас) окажется более устойчивым. Александр Крамаренко и Пётр Стегний в перспективы любого сорта гегемонии не верят – мир многополярен, а «геополитическая катастрофа» распада СССР была таковой и для Соединенных Штатов, которые так и не смогли перестроиться на новые реалии.

Иван Сафранчук сетует, что за весь период после Советского Союза Россия и Запад не освоили конструктивного, но при этом реалистичного взаимодействия, а сейчас это даже и не стоит на повестке дня. А Го Сяоли заверяет, что России и без Запада есть на кого положиться – и всегда будет.

Ну и, конечно, невозможно было обойти экономическую составляющую. Адам Позен предостерегает от протекционистского задора нынешней администрации Белого дома, который грозит разрушить основы отношений Америки со всем миром. А вот Александр Лосев объясняет, почему «трампономика», как бы ее ни оценивать, вполне закономерная попытка Вашингтона уйти от исчерпавшей себя модели «лидерства» в пользу более эгоистичного подхода. Кстати, блестящее определение курсу Трампа в международных делах дал недавно в одном из выступлений наш постоянный автор Чез Фриман: «Троглономика – бабуиноподобная форма меркантилизма, стремящаяся свести все исключительно к двусторонним балансам». На самом деле – точно схватывает суть. Ну а мы продолжим искать правильные объяснения тому, что творится вокруг нас, в следующих номерах.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2714090 Федор Лукьянов


Россия. Весь мир. СЗФО > Рыба. Транспорт > fishnews.ru, 27 августа 2018 > № 2713694 Сергей Сенников

Проблему с иностранными транспортными судами решит корректировка законодательства.

Казусы с задержаниями пограничниками иностранных транспортных судов, доставлявших рыбную продукцию из районов промысла в российские порты, возникли из-за нечеткости закона «О рыболовстве…», считает заместитель директора ООО «УК Норебо» по международным вопросам и связям с общественностью Сергей Сенников. По его мнению, закон нуждается в поправках.

Так, губернатор Мурманской области Марина Ковтун уже направила соответствующее обращение в Правительство России. Описывая проблему, она отметила, что в настоящее время в Северном рыбохозяйственном бассейне всего 14 транспортных судов (включая суда, принадлежащие иностранцам) имеют право ходить под флагом РФ. Их общая грузовместимость - 31,4 тыс. тонн. Из них 10 принадлежит гражданам России, их грузовместимость всего 11,6 тыс. тонн, то есть только 37%. При этом в прошлом году суда Северного бассейна добыли в Северной Атлантике 1,3 млн тонн. Поскольку российские суда физически не в состоянии справиться с этим объемом, Марина Ковтун предложила срочно внести в закон «О рыболовстве…» поправки, предусматривающие возможность использования транспортных судов с иностранными владельцами.

Как стало известно Fishnews, юридическая служба холдинга «Норебо» подготовила аналитическую справку с оценкой российского законодательства в этой сфере, а также рекомендациями. О выводах юристов рассказал заместитель директора ООО «УК Норебо» по международным вопросам и связям с общественностью Сергей Сенников:

«Проведенный анализ показывает, что в настоящее время в законе «О рыболовстве…» и подзаконных нормативно-правовых актах перевозка рыбной продукции из районов промысла в порты регулируется неэффективно. Применяется подход, когда перевозка рыбной продукции транспортными судами рассматривается как форма промышленного рыболовства. Это приводит к установлению избыточных и заведомо невыполнимых требований к транспортным судам.

Необходимо разработать и внести в закон «О рыболовстве…» изменения, которые устранят это несоответствие и будут отдельно регулировать перегрузку в море и перевозку рыбной продукции, а не уловов водных биоресурсов. Такой подход позволит разделить эти два вида деятельности и применить разные требования к транспортным судам.

Кодекс торгового мореплавания РФ предусматривает несколько типов судов, объединенных понятием «суда рыбопромыслового флота», в том числе «суда, используемые для рыболовства» и «приемотранспортные суда». Очевидно, согласно КТМ приемотранспортное судно не является судном, используемым для рыболовства. Это необходимо отразить и в законодательстве в области рыболовства, выделив приемотранспортные суда в отдельную категорию судов рыбопромыслового флота и установив отдельные требования к ним при работе в районах российской юрисдикции и за ее пределами.

В частности, при работе за пределами российской юрисдикции могут устанавливаться требования к флагу судна, участвующего в перегрузке рыбной продукции в море, предусматривающие участие государства флага в той или иной международной организации (например, НЕАФК) или участие в международных договорах с Россией в области рыболовства. Это позволит получать ключевые данные о перевозимой рыбной продукции. Промысловые суда могут быть ограничены в праве перегружать рыбную продукцию на транспортные суда в море, за исключением транспортных судов под флагами определенных государств.

Очевидно, что перегрузка в море и перевозка рыбной продукции из района промысла в порт несет элемент риска с точки зрения контроля за соблюдением российского законодательства. Поэтому необходимо проанализировать возможность внесения изменений в законодательство относительно отчетности промысловых судов, перегружающих свою продукцию в море на транспортные суда и прослеживаемости уловов до момента выгрузки в порту.

Применение санкций к транспортным компаниям за использование иностранных судов для перевозки рыбной продукции в российские и иностранные порты, а также к российским рыбопромысловым компаниям за несоблюдение требований к транспортным судам за пределами российской юрисдикции окажет деструктивное влияние на развитие российского рыбохозяйственного комплекса.

Во-первых, это сделает невозможным или существенно ограничит возможность российского рыбопромыслового флота вести промысел в районах действия международных договоров РФ за пределами российской юрисдикции. Во-вторых, стимулирует вывод промысловой деятельности российских судов из районов, предусматривающих обязательную доставку уловов водных биоресурсов и рыбной продукции на территорию РФ. В-третьих, сократит объемы поставок рыбной продукции из районов промысла за пределами российской юрисдикции в морские порты на территории РФ. И, наконец, увеличит расходы российских рыбодобывающих компаний в связи с необходимостью доставки и выгрузки рыбной продукции в иностранные порты непосредственно промысловым судном, оплаты услуг по обработке груза рыбной продукции и его хранения на иностранном холодильном складе».

Аналитическую справку группы «Норебо» «О проблеме использования транспортных судов для перевозки уловов водных биоресурсов и рыбной продукции из них за пределами российской юрисдикции» смотрите в прикрепленном файле.

https://fishnews.ru/_img/docs/1204/o_probleme_ispol-zovaniya_transportnyh_sudov_za_predelami_rossiyskoy_yurisdiktsii.pdf

Fishnews

Россия. Весь мир. СЗФО > Рыба. Транспорт > fishnews.ru, 27 августа 2018 > № 2713694 Сергей Сенников


Россия. Китай > Экология > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713260 Александра Шевко

Об экологии КНР

Александра Шевко, Востоковед

Вышел в свет первый сборник «Экологическое законодательство КНР»*, (*Экологическое законодательство КНР. Сборник законов и документов. М.: Прогресс, 2018. 536 с.) подготовленный российско-китайским Экологическим советом.

Российско-китайский Экологический совет создан в декабре 2014 года в рамках Российско-китайского комитета дружбы, мира и развития. Целью совета является содействие сотрудничеству между российскими и китайскими организациями в сфере экологии. Российскую часть совета возглавляет председатель Наблюдательного совета компании «Базовый Элемент» О.В.Дерипаска, председателем китайской части совета является заместитель министра экологии и охраны окружающей среды КНР Чжао Инминь.

В сборник вошли основные действующие законы КНР и регламентирующие документы, касающиеся экологии и защиты окружающей среды КНР. Книга включает три раздела: «Основные законы КНР об охране окружающей среды»; «Законы и документы о регулировании выбросов на предприятиях КНР»; «Документы по охране окружающей среды в рамках 13-й пятилетки (2016-2020 годы)».

Лидеры России и КНР едины во мнении, что охрана окружающей среды требует особого внимания со стороны государства. Охрана окружающей среды вписана в долгосрочные стратегии развития как России, так и КНР.

Президент России В.В.Путин в послании Федеральному Собранию 1 марта 2018 года подчеркнул важность «экологического благополучия страны». В России действует ряд стратегических программ в области охраны окружающей среды, в том числе «Основы государственной политики в области экологического развития России на период до 2030 года», «Стратегия экологической безопасности Российской Федерации на период до 2025 года» и другие.

Председатель КНР Си Цзиньпин на XIX съезде Коммунистической партии Китая в октябре 2017 года призвал форсировать строительство в стране «экологической цивилизации», подчеркнув, что «зеленые горы и чистые воды дороже золота и серебра». Одной из главных задач КНР к 100-летию основания КПК в 2021 году объявлено создание общества «средней зажиточности», что невозможно без благоприятного состояния окружающей среды. Стратегические цели восстановления экологии прописаны в 13-м пятилетнем плане страны, а также в «Общем плане реформирования экологической цивилизации».

Первый раздел сборника включает основные законы КНР по охране окружающей среды, предотвращению загрязнения атмосферы, воды, а также по стимулированию цикличной экономики и чистых производств (с. 2-118).

Закон «Об охране окружающей среды» является ключевым документом КНР в природоохранной области (с. 2). Поправки в закон от 2015 года положили начало масштабной трансформации экологического законодательства КНР во всех сферах. Благодаря новым положениям закона экологическая проблематика впервые стала учитываться при ведении экономической

деятельности, появилась развернутая система наказания за загрязнения. В соответствии с законом, в КНР ведутся мониторинг состояния окружающей среды, лицензирование предприятий-загрязнителей, определяется система ответственности за экологические нарушения и возмещения расходов на экологию, а также сбор за выбросы (с. 6, 9, 12).

Второй раздел сборника включает законы и документы о регулировании выбросов на предприятиях КНР. Этот раздел полезен для изучения при выстраивании партнерского взаимодействия с китайскими компаниями, когда важно учитывать нормативно-правовые особенности и экологические риски ведения деятельности в другой стране (с. 130-218).

Правительство КНР активно поощряет модернизацию промышленности, увеличение инвестиций в низкоуглеродные отрасли, создание новых «зеленых» технологий и «зеленых» финансов, развивая стимулирующее их налогообложение. Китай одним из первых проходит путь создания таких моделей борьбы с загрязнением, как «зеленый интернет+», интернет экологически безопасных вещей, экологический менеджмент, система обязательного страхования ответственности в случае загрязнения, «зеленые» фондовые индексы (с. 297, 298, 320). Изучение опыта стимулирования «зеленого» производства в Китае полезно для создания низкоуглеродной экономики в России.

Правительство КНР проводит оптимизацию рыночных механизмов с целью защиты окружающей среды, экологического строительства и разработки ВИЭ (с. 296). С января 2018 года в КНР действует закон «О налоге на охрану окружающей среды». Согласно ему, предприятия обязаны платить налог за загрязнение атмосферы и воды в размере 1,2-12 и 1,4-14 юаней соответственно в зависимости от региона загрязнения (c. 138).

Китай стремится не только улучшить состояние окружающей среды, но и предотвратить новые очаги загрязнения. В соответствии с законом «Об оценке влияния на окружающую среду», при разработке и планировании строительства необходимо осуществлять «тщательный анализ, прогноз и оценку экологических рисков» (с. 163). Генеральные планы оценки влияния на экологическую среду будут утверждены в городах и определенных районах. Отчеты об оценке влияния на окружающую среду станут учитываться в дальнейшем при выдаче лицензии на выбросы (с. 298).

КНР активно развивает систему возмещения экологического ущерба и компенсационных механизмов для повышения ответственности природопользователей (с. 298). Правительство будет оказывать финансовую поддержку, включая создание «межрегиональных механизмов региональной компенсации» (с. 299).

В третий раздел сборника вошли документы по охране окружающей среды в рамках 13-го пятилетнего плана социально-экономического развития (2016-2020 гг.), в том числе по контролю выбросов парниковых газов, сокращению энергопотребления и развитию соответствующих стандартов.

13-й пятилетний план отражает комплексный подход КНР к улучшению экологической ситуации в стране до 2020 года и включает механизмы стимулирования «зеленого» и низкоуглеродного производства, способы снижения эмиссии и экологических рисков, меры по повышению качества атмосферы, воды и почвы (с. 321, 231, 232, 239).

Китай планирует к 2020 году снизить выбросы углекислого газа на 18% по сравнению с уровнем 2015 года (с. 318), а концентрацию диоксида серы и оксида азота - на 15% (с. 233). Впервые в пятилетнем плане фигурирует цель сокращения содержания промышленных летучих органических веществ (ЛОВ) в воздухе на 10%, а также снижения на 18% концентрации в воздухе мелких твердых частиц РМ2,5, опасных для здоровья граждан (с. 233).

К 2020 году КНР трансформирует энергетический баланс страны. Правительство определило план поддержки использования природного газа вместо угля в электрогенерации, а также стимулирования развития возобновляемых источников энергии (ВИЭ) и атомной энергетики. К 2020 году доля ВИЭ в энергетическом балансе страны составит 15% (в 2015 г. ВИЭ составляла 10%), доля природного газа - 10% (в 2015 г. - 6%), в то время как использование угля сократится с 64 до 58% (с. 273, 320).

13-й пятилетний план устанавливает новые цели по улучшению качества воздуха. Состояние воздуха в городах КНР должно соответствовать стандартам «отлично» и «хорошо» индекса качества воздуха. Количество дней с высокой степенью загрязнения уменьшится на 25% в основных городах (в Пекине в 2014 г. 175 дней (48%) наблюдался повышенный уровень загрязнения) (с. 231).

В рамках Парижского соглашения Китай принял на себя обязательство достичь пика выбросов парниковых газов к 2030 году. Для достижения этой цели к 2020 году стоит промежуточная задача стимулировать тяжелую промышленность к прохождению пика эмиссий, а также достижение пика в особых экономических зонах (с. 326).

В промышленной сфере план устанавливает повышенный контроль над выбросами вредоносных веществ и их сокращение на 1,1 млрд. тонн (с. 321). В сельскохозяйственной сфере план обязует принимать меры по решению проблем радиационного загрязнения пахотных земель путем регуляции оборота окиси азота, а также сокращения выбросов метана, повышения контроля над удобрениями и утилизацией отходов.

Пятилетний план стимулирует низкоуглеродную урбанизацию путем расширения строительства «зеленых» городов, доля которых к 2020 году должна составить 50% от строящихся (с. 323). Площадь лесного покрова за пять лет увеличится на 23,04%, а площадь лесных заповедников составит более 16,5 млрд. м3 (с. 231, 322).

Низкоуглеродная система транспортных перевозок позволит уменьшить выбросы парниковых газов от грузовых, пассажирских, морских перевозок на 8, 2,6 и 7% соответственно (по сравнению с уровнем 2015 г.). Объем продаж электромобилей и автомобилей с гибридным двигателем к 2020 году увеличится до 5 миллионов (с. 324). Государство выделяет субсидии для водителей низкоуглеродных машин: бесплатное разрешение на вождение автомобиля, льготные условия парковки. Помимо этого, правительство намерено поддерживать разработку и использование экологически чистого бензина и дизельного топлива стандарта China V (соответствует Евро-5).

План поддерживает развитие международного сотрудничества, в частности в рамках Парижского соглашения, а также стимулирование продвижения Целей в области устойчивого развития до 2030 года, установленных ООН (с. 314).

КНР планирует продвигать экологическую реализацию инициативы «Один пояс - один путь» (ОПОП). Согласно пятилетнему плану, предусмотрена разработка плана охраны окружающей среды в регионах, охватываемых инициативой ОПОП (с. 244).

В рамках стратегии «зеленого» развития современный Китай проходит путь переориентации экономики с тяжелой промышленности на наукоемкие технологии. Принимая во внимание намерения России и Китая по сопряжению ЕАЭС и ОПОП, а также общую государственную границу, изучение законодательной базы страны-соседа необходимо для учета экологической составляющей во время реализации двусторонних проектов, а также понимания подхода государства к охране окружающей среды.

Книга представляет интерес для специалистов в области экологического права, востоковедов, юристов, студентов, представителей государственных структур, бизнеса, науки, общественных организаций и широкого круга читателей, интересующихся проблемами защиты окружающей среды в КНР, а также законодательной базой КНР. Заинтересовавшиеся данным изданием могут написать на почтовый адрес секретариата российской части Экологического совета (ruschin_ecocouncil@mail.ru).

Россия. Китай > Экология > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713260 Александра Шевко


Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713259 Павел Тимофеев

Четыре ипостаси генерала де Голля

Павел Тимофеев, Научный сотрудник ИМЭМО РАН, кандидат политических наук

*Арзаканян М. Де Голль. М.: Молодая гвардия, 2017. 301 с.

В издательстве «Молодая гвардия», в серии «Жизнь замечательных людей» вышло новое издание известного труда российского историка М.Ц.Арзаканян «Де Голль», посвященное жизненному пути генерала Шарля де Голля - одного из крупнейших политических деятелей в истории Европы XX века*. (*Арзаканян М. Де Голль. М.: Молодая гвардия, 2017. 301 с.)  Герой книги вряд ли нуждается в представлении образованному российскому читателю. Талантливый военный, спаситель и вождь Франции в годы Второй мировой войны, основатель, первый президент Пятой республики - таков далеко не полный список исторического наследия, оставленного генералом. Именно его часто называют «последним великим французом» и ставят в один ряд с такими сакральными для Франции фигурами, как Жанна д’Арк, кардинал Ришелье и Наполеон Бонапарт. Неудивительно, что интерес к личности де Голля не ослабевает.

Едва ли нуждается в представлении и автор книги. Марина Цолаковна Арзаканян - одна из выдающихся отечественных специалистов по истории Франции, доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института всеобщей истории РАН, автор более 80 трудов. Ее монографии «Де Голль и голлисты на пути к власти» (1990 г.) и «Генерал де Голль на пути к власти» (2001 г.) по праву стали той классикой, которую изучают студенты, занимающиеся историей Франции. М.Ц.Арзаканян исследовала биографии и других крупных французских политиков - Президента Ж.Ширака, премьер-министров Э.Балладюра и П.Береговуа. Ее перу принадлежат и более общие работы: «Новейшая история Франции» (2002 г.), «Политическая история Франции XX века» (2003 г.), «История Франции» (в соавторстве, 2005 г.).

Первое издание книги М.Ц.Арзаканян «Де Голль» увидело свет более десяти лет назад - в 2007 году. Позже эта работа была переиздана с некоторыми дополнениями под названием «Великий де Голль: «Франция - это я!»1. Нынешнее издание - расширенное и дополненное. Книга удачна тем, что вобрала в себя новые материалы, которые постепенно открываются историкам,в частности по истории Второй мировой войны, опубликованные в 2015 году на сайте МИД РФ и ставшие доступными для широкого круга исследователей. В целом в работе собран огромный массив информации: от личных записок де Голля и архивных материалов (АВП РФ, РГАСПИ) до современных источников, введенных в оборот за последние годы, включая мемуары голлиста А.Пейрефита (1994 г.), рассекреченные материалы о переписке Ф.Рузвельта и У.Черчилля (1999 г.), воспоминания сына де Голля - Филиппа, вышедшие в 1997 и 2004 годах, дневники советского посла И.М.Майского (2009 г.) и т. д.

В предисловии к работе М.Ц.Арзаканян задается целью воссоздать жизнь и деятельность «самого великого француза XX века» год за годом, обрисовывая портрет де Голля как политика и как человека (с. 7). Добавим, что, помимо этого, книга решает и вторую задачу, помогая читателю погрузиться в богатую на события общественно-политическую жизнь Франции в первые две трети 
XX века. Она богата фактологическим материалом, который высвечивает не только знаменитые вехи жизни генерала, но и его отношение к событиям, которые лишь косвенно затрагивали Францию (арабо-израильская война 1967 г., «Пражская весна» 1968 г.). Большим подспорьем для профессиональных историков и любителей являются библиография, перечень основных дат жизни де Голля и фотографии, благодаря которым картины, написанные М.Ц.Арзаканян, практически «оживают».

В структурном отношении данная работа, как и первое издание, делится на четыре части сообразно четырем этапам 70-летней жизни генерала, в ходе которых он выступает в четырех ипостасях. Первая часть называется «Военный» и охватывает первые 50 лет жизни Ш. де Голля (1890-1940 гг.). Если для большинства людей в этом возрасте происходят все самые интересные жизненные события, то для героя книги эти годы становятся лишь подготовительным этапом к его плодотворной деятельности. Автор знакомит читателя с древним родом де Голлей, восходящим как минимум к XII веку, с детскими и юношескими годами Шарля, показывает его вступление во взрослую жизнь.

Огромное внимание уделено обстановке, в которой рос будущий президент Республики, его воспитанию и образованию, перипетиям служебной и личной жизни. Удачно показано, как с ранних лет де Голль начинает ассоциировать себя с историей Франции, учится видеть подлинные потребности страны, поднявшись над частными интересами, как проявляется его политический реализм и готовность принимать на себя ответственность. Характерен эпизод с изучением молодым де Голлем немецкого языка: «Он давно хорошо овладел немецким, который так не любил в детстве. Он старается понять дух этой нации. Ведь новая война с немцами неизбежна» (с. 19).

Воспитанный в правокатолической среде, де Голль не стесняется приходить на выступления кумира французских левых начала XX века - Жана Жореса, признавая его дар оратора. Первая мировая война становится для офицера де Голля настоящим испытанием на прочность. «Верденская мясорубка» 1916 года и трехгодичный плен с неоднократными попытками к бегству не просто не сломили характер 
де Голля: итогом напряженной интеллектуальной работы в плену стала первая книга офицера «Раздор в стане врага», в которой де Голль сформулировал важную для своей политической философии мысль: только правительство, имеющее всестороннюю информацию об обстановке в стране, должно руководить армией, а не наоборот. Возможно, этот вывод стал в какой-то степени своего рода «прививкой» от диктатуры, в намерении установить которую соперники часто будут обвинять генерала.

Перед глазами читателя проходит возвращение де Голля во Францию, участие в советско-польской войне 1920-1921 годов, счастливая женитьба, создание семьи. Несомненной закалкой на прочность духа офицера становится рождение тяжелобольной дочери Анны, о которой Шарль будет заботиться всю ее недолгую жизнь. Показано, как де Голль погружается в будни армейского офицера, получая за свою кипучую деятельность прозвище «полковник Мотор», разрабатывает вопросы применения танков на полях сражений, следит за сползанием Европы к новой мировой войне. Именно он, «сгорая от стыда» после Мюнхенского соглашения 1938 года (с. 53), направил 
80 влиятельным политикам и военным Франции меморандум против «странной войны», именно с его именем связано одно из немногих светлых пятен для Франции в истории «странной войны», когда 27 мая 1940 года в ходе боя под Абвилем французы временно остановили наступление вермахта на том участке фронта.

Деятельная натура офицера хорошо видна в его письмах жене: «После 15 мая я спал только три ночи. Но сейчас важно лишь одно: спасать Францию» (с. 58). Битва за Францию проиграна, но де Голль отказывается быть фаталистом и почти в одиночестве улетает в Лондон - продолжать борьбу, опираясь на возможности французских колоний. Свое 50-летие, 22 ноября 1940 года он отмечает в Лондоне - малоизвестный военный в эмиграции, без армии и других ресурсов. Но его политическая 
карьера только начинается.

Вторая часть книги носит название «Спаситель Отечества» и охватывает четыре года Второй мировой войны (1940-1944 гг.) - период, когда де Голль вознес свою звезду на французский политический небосклон. Автор призыва к Сопротивлению 18 июня и создатель движения «Свободная Франция», де Голль, как справедливо пишет М.Ц.Арзаканян, «смог взломать собственную судьбу и судьбу родины и действительно поднял брошенное и растоптанное знамя Франции» (с. 69). В книге подробно рассмотрена организация управления «Свободной Франции» во главе с Советом обороны империи и борьба де Голля за присоединение к нему африканских колоний Франции.

Одним из самых удачных фрагментов работы стало подробное рассмотрение отношений де Голля с союзниками по антигитлеровской коалиции. Общая борьба с нацизмом не отменяла конфликтные отношения де Голля с премьер-министром Великобритании У.Черчиллем и Президентом США Ф.Д.Рузвельтом. Оба англосаксонских политика два года, по сути, отказывались признавать какие бы то ни было интересы де Голля, считая, что разгромленную Францию можно не принимать в расчет.

Автор убедительно показала, как де Голль бился со своими союзниками за влияние Франции в Сирии и Ливане, на Мадагаскаре и в Алжире. Так, в ходе одной из острых дискуссий с главой британского МИД Э.Иденом «де Голль, вытянувшись во весь рост и ударяя себя в грудь, воскликнул: «Я - Жанна д'Арк! Вы можете сжечь меня на костре, как англичане раз уже сожгли Жанну д'Арк, но вы не можете заставить меня изменить свои взгляды» (с. 83).

Не легче было генералу и с США. Вашингтон делал во французском Алжире ставку на сочувствовавшего вишистам генерала А.Жиро, выстраивая его образ как честного солдата и опоры демократии и противопоставляя ему образ де Голля как «полоумного», «опасного» гангстера и «кандидата в диктаторы» (с. 80, 94).

Приводится рассекреченная в 1999 году переписка между Черчиллем и Рузвельтом, обсуждавшими возможность физической ликвидации строптивого де Голля «как политической силы» (с. 94). Де Голль, впрочем, не строил иллюзий насчет союзников, что видно из его писем супруге: «Ты даже не можешь себе представить ту атмосферу лжи и обмана, в которую меня погрузили наши замечательные союзники и их здешние милые друзья. Нужно быть не робкого десятка и думать только о Франции, чтобы не послать все ко всем чертям» (с. 100).

Справедливости ради, автор, несмотря на явную симпатию к генералу, показывает, что авторитарный характер де Голля также играл свою роль в конфликтах с союзниками. Заслуживают внимания слова Черчилля, адресованные несговорчивому французу: «Самый худший враг для вас - вы сами. Работать с вами невозможно. Вы сеете раздор везде, где появляетесь… Вместо того чтобы вести войну с Германией, вы ведете ее с Великобританией» (с. 89).

В книге буквально по дням расписан визит де Голля в СССР в 1944 году и яркими красками показаны отношения де Голля с И.Сталиным. Оба лидера нашли общий язык далеко не по всем сюжетам (камнем преткновения стали германский и польский вопросы), но подписанный договор 1944 года стал для Франции своего рода возрождением франко-русского союза 1891 года.

Третья часть работы - «Самый знаменитый из французов» - посвящена, пожалуй, самому психологически сложному периоду в жизни генерала де Голля - 1944-1958 годам, когда «спаситель Отечества» в одночасье и на 14 лет оказался «королем в изгнании». Удачно рассмотрено поведение де Голля на заключительном этапе Второй мировой войны. Особенный интерес представляет позиция автора по вопросу о том, почему лидеры «Большой тройки» не пригласили де Голля ни на одну из союзных конференций - в Тегеране, Ялте и Потсдаме.

Полемизируя с устоявшейся оценкой французских историков, М.Ц.Арзаканян показывает, что речь идет отнюдь не только о решении Ф.Д.Рузвельта, но о коллективной позиции, занятой также У.Черчиллем и И.Сталиным, не видевшими генерала «ровней» их «тройке». Стоит обратить внимание на слова советского вождя: «Де Голль не совсем понимает положение Франции. Американцы, англичане и русские проливали кровь ради освобождения Франции. Французы же потерпели поражение и сейчас имеют лишь восемь дивизий. Тем не менее де Голль хочет, чтобы у Франции были те же самые права, как у США, Англии и России» (с. 121).

Тем не менее М.Ц.Арзаканян напоминает, что именно благодаря союзникам Париж получил постоянное место в СБ ООН (с. 122). Интерес вызывает рассмотрение автором малоизвестных в России сражений, которые вела французская армия под руководством де Голля на заключительном этапе войны в Германии: пройдя с боями Германию, французы в итоге заняли области в Австрии и Италии (с. 123).

По окончании Второй мировой де Голлю приходится пройти «испытание Республикой». Восстановив в Отечестве демократию и республику, де Голль вынужден управлять страной по этим правилам, достигая компромисса с партиями. Но именно это ему претит больше всего. Генерал не стесняется прямо высказывать это: «Буря прошла, и этот несчастный народ возвращается к свинству и слабоволию, которые его в свое время привели к 1940 году. Возможно, я уйду в отставку» (с. 129).

Не желая работать с партиями, он предпочитает диктатуре отставку и становится в 55 лет «частным лицом». Слова любящей супруги: «Шарль, вы достаточно потрудились, пусть теперь другие поработают» (с. 130) для него - слабое утешение. Он начинает борьбу с «режимом партий». В книге прослежены все основные ее вехи: формирование идеологии голлизма, создание первой голлистской партии «Объединение французского народа» (РПФ, от фр. Rassemblement du peuple francais, RPF), участие в выборах 1951 года, роль де Голля в алжирском кризисе.

Не забывает автор и про частную жизнь генерала, в которой происходит трагедия: в 1948 году в 20-летнем возрасте умирает его дочь Анна. В память о ней де Голль создал Фонд и интернат в замке Милон-ла-Шапель для умственно отсталых детей (с. 140). В том же году генерал бросил курить, еще раз показав себя человеком с железной волей. Хотя в 1955 году не более 2% французов верили, что де Голль сможет вернуться к власти, он делает это, умело воспользовавшись чрезвычайными обстоятельствами и мятежом армии в 1958 году. Тогда де Голль стал настоящим политиком.

Последняя часть книги - «Президент» - рассказывает о заключительном, 12-летнем периоде жизни де Голля, когда он стал настоящим тяжеловесом мировой политики. Показаны все значимые международные инициативы генерала по возрождению «величия Франции» - от Берлинского кризиса 1959 года и урегулирования «алжирской проблемы» до вывода Франции из-под военного контроля НАТО, визита в СССР в 1966 году и превращения страны в ядерную державу. Во внутренней политике речь идет о строительстве «сильного государства» - от разработки и принятия Конституции Пятой республики 1958 года до событий «красного мая» 1968 года, провала реформы Сената и ухода в отставку. Де Голль показан не только как сильный лидер, но и тонкий политик, затягивающий песню в 1960 году на встрече с Н.Хрущевым «Из-за острова на стрежень» (с. 194) или «вбрасывающий» в Монреале провокационный призыв «Да здравствует свободный Квебек!» в 1968 году (с. 234).

Прочитав книгу, читатель не может не убедиться в правоте фразы автора о генерале: «Неутомимым созиданием на благо родного отечества он навеки вписал свое имя в анналы истории» (с. 250). Убедительно показана сложность натуры де Голля и его непростой характер. В то же время автор аккуратно подводит к мысли о том, что значимость политического наследия де Голля лучше всего видна на расстоянии, что, кстати, предсказывал сам генерал.

Повествование, построенное по хронологическому принципу, включает в себя переходы от внутриполитической борьбы и внешнеполитических баталий генерала к его персональной жизни. Читатель видит де Голля глазами его соратников, противников, общества. И в то же время автор являет портрет живого человека, пусть и со стальной волей и сверхчеловеческим упорством, но имеющего земные пристрастия и слабости: декламирующего сентиментальные стихи, любящего творчество певицы Эдит Пиаф, читающего детективы Агаты Кристи, уходящего в лес за грибами. По книге щедро разбросан полный иронии и сарказма юмор генерала. Рискну предположить, что книга побуждает не только задуматься о пресловутой роли личности в истории, но и способна вдохновить читателя на свершения в его собственной жизни с присущими де Голлю решительностью и верой в успех.

Искушенный историк может не найти в работе М.Ц.Арзаканян углубленного анализа отдельных проблем, связанных с историей Франции или Европы. Но такую работу не следует мерить лишь критериями строго научной монографии. Любителей истории она способна погрузить в увлекательную биографию генерала. Студентам и аспирантам она помогает раскрыть мотивы разнообразных и порой неожиданных для окружающих поступков де Голля и дать сложный исторический контекст, в котором ему приходилось принимать решения. Научные работники познакомятся с новыми данными источников по самым разным сюжетам, связанным с жизнью де Голля, включая не самые известные (особенности визитов де Голля в СССР в 1944 и 1966 гг., отношения с союзниками по антигитлеровской коалиции, встреча де Голля с Франко в конце жизни и т. д.).

Конечно, отдельные сюжеты в книге могли бы быть рассмотрены глубже. Так, например, процесс организации де Голлем приема «черноногих» из Алжира и их адаптация во Франции; экономические инициативы Франции в рамках ЕЭС, принятые при де Голле; отношения с отдельными странами и т. д. Тем не менее главная заслуга автора в том, что ей удалось воссоздать основные события длинной жизни де Голля, сделав это компактно, живо и при этом научно. Одно из главных достоинств книги состоит в том, что, несмотря на научный характер работы, она написана прекрасным литературным языком, легко и увлекательно читается. С выходом этой работы справедливо можно поздравить всех франковедов и любителей истории, на чьих книжных полках она наверняка будет находиться в ряду других классических трудов по истории Франции XX века.

1Великий де Голль: «Франция - это я!» 
М.: Яуза, Эксмо, 2012. 512 с.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713259 Павел Тимофеев


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713258 Александр Зиневич

ОБСЕ против транснациональных угроз

Александр Зиневич, Кандидат юридических наук

В последнее время появляется не так много предметных исследований о деятельности международных организаций, тем более организаций, занимающихся проблемами безопасности в самых различных аспектах: военно-политическом, экономическом и природоохранном, а также правочеловеческом. Тем интереснее книга российского дипломата, Чрезвычайного и Полномочного Посланника Алексея Лыженкова «ОБСЕ против транснациональных угроз: прошлое, настоящее, будущее», вышедшая в июле этого года на английском языке*. (*Lyzhenkov Alexey. OSCE vs. Transnational Threats: Past, Present, Future. LAP LAMBERT Academic Publishing, 2018.)

ОБСЕ - крупнейшая региональная организация в сфере безопасности, согласно Главе VIII Устава ООН. Она берет свое начало с хельсинкского Заключительного акта, подписанного руководителями государств или правительств 35 стран Европы (кроме Албании и Андорры), США и Канады в столице Финляндии 1 августа 1975 года.

Противоправная, криминальная деятельность на пространстве от Ванкувера до Владивостока подрывает безопасность и стабильность государств, расположенных в регионе ОБСЕ, их устойчивое экономическое и социальное развитие, а также нарушает права проживающих здесь примерно 1,2 млрд. человек, включая право каждого из них на жизнь, свободу и личную неприкосновенность, зафиксированные во Всеобщей декларации прав человека.

Став в 2012 году первым в истории ОБСЕ ее координатором по противодей-ствию транснациональным угрозам и директором одноименного департамента в Секретариате ОБСЕ, автор принимал самое деятельное и непосредственное участие в разработке и согласовании целого набора мер, направленных на предотвращение терроризма, незаконного оборота наркотиков и иной противоправной и криминальной деятельности на пространстве ОБСЕ, на укрепление мер доверия для снижения рисков возникновения конфликтов между государствами-участниками в результате использования современных информационно-коммуникационных технологий, на совершенствование сотрудничества между пограничными и правоохранительными, прежде всего полицейскими, органами государств - участников Организации.

На основе внушительного объема первоисточников, порядка 270 документов, принятых на уровне глав государств или правительств, включая хельсинкский Заключительный акт, Парижскую хартию для новой Европы (1990 г.), Хельсинкский документ СБСЕ 1992 года «Вызов времени перемен», Будапештский документ 1994 года «На пути к подлинному партнерству в новую эпоху», Лиссабонскую декларацию о модели общей и всеобъемлющей безопасности для Европы XXI века (1996 г.) и Хартию европейской безопасности, принятую в Стамбуле (1999 г.), Астанинскую юбилейную декларацию «На пути к сообществу безопасности» (2010 г.), а также договоренностей, одобренных Советом министров ОБСЕ в период с 1991 года по настоящее время, решений Постоянного совета ОБСЕ и рекомендаций различных специализированных конференций и встреч, автор проводит непредвзятый анализ достигнутого и приглашает читателя вместе по-

думать над тем, какие другие шаги, возможно, следовало бы предпринять.

Несомненное преимущество книги - исследование конкретной проблематики в широком международном контексте, а не в отрыве от него.

Антитеррористические усилия ОБСЕ, например, рассматриваются на фоне центральной координирующей роли ООН на этом направлении. Безусловно полезными окажутся сведения о 19 антитеррористических конвенциях ООН, а также сравнительный анализ участия в этих универсальных инструментах по борьбе с терроризмом государств - членов ООН и государств - участников ОБСЕ. На основе одобренной в 2012 году Консолидированной концептуальной базы ОБСЕ для борьбы с терроризмом (п. 18 документа) Организация проводит «целенаправленные, ориентированные на конкретный результат конференции по антитеррористической тематике в масштабах всей ОБСЕ». В книге подробно рассмотрена каждая из таких конференций, проходящих на ежегодной основе начиная с 2013 года и до последнего времени. Исследуются нарабатываемые их участниками рекомендации и предложения, весомый вклад в разработку которых вносят российские представители, а также сотрудники Антитеррористического центра государств - участников СНГ и Региональной антитеррористической структуры Шанхайской организации сотрудничества.

Цель концепции ОБСЕ в отношении борьбы с угрозой распространения незаконных наркотиков и утечкой химических прекурсоров, также одобренной в 2012 году, заключается в том, чтобы подвести концептуальную базу под всеобъемлющую деятельность государств-участников и исполнительных структур ОБСЕ в предотвращении незаконного оборота наркотиков.

Одной из форм взаимодействия, предусмотренных концепцией, стало «проведение по необходимости и, предпочтительно, на ежегодной основе сфокусированных, ориентированных на конкретные результаты общесистемных конференций ОБСЕ по борьбе с угрозой незаконных наркотиков и утечкой химических прекурсоров» (п. 20 документа).

На первом этапе необходимость созыва таких общесистемных конференций, несмотря на то что она была недвусмысленно затверждена решением Совета министров ОБСЕ, состоявшегося в Дублине в 2012 году, вызывала определенные сомнения и даже подвергалась достаточно резкой критике со стороны некоторых групп государств.

К очевидным заслугам автора можно смело отнести последовательную линию на отстаивание мандата, согласованного всеми государствами-участниками, прочно утвердившего предпочтительность проведения антинаркотических конференций на ежегодной основе. Тем интереснее его анализ ситуации с наркоугрозой в мире, с широким использованием материалов Управления ООН по наркотикам и преступности, а также той роли, которую сыграли в преодолении этой угрозы антинаркотические конференции ОБСЕ, прошедшие в 2007, 2008, 2010, 2011, 2012 годах, и каждая из общесистемных антинаркотических конференций ОБСЕ, проводимых с 2013 года на ежегодной основе.

ОБСЕ стала лидером среди международных организаций по заключению договоренностей об укреплении мер доверия для снижения рисков возникновения конфликтов между ее 57 государствами-участниками в результате использования современных информационно-коммуникационных технологий, первоначально согласовав комплекс из 11 таких мер в 2012 году, а затем еще из пяти в 2016-м. На сегодняшний день в общей сложности насчитывается 16 конкретных практических мер по укреплению доверия в этой области. Предварявший их разработку российско-американский диалог, наряду с указанными 16 мерами, и последующие шаги ОБСЕ в данной области обстоятельно освещаются в книге.

Рассмотрение истоков обращения ОБСЕ к проблематике пограничного и правоохранительного сотрудничества отличается основательностью и некоторой новизной, позволяющими с позиций сегодняшнего дня вспомнить и лучше понять, как все задумывалось и начиналось.

Не понаслышке автор знаком и с деятельностью различных структур Организации - ее полевых миссий, трех институтов, таких как Представитель ОБСЕ по вопросам свободы средств массовой информации, Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека, Верховный комиссар ОБСЕ по делам национальных меньшинств, а также Парламентской ассамблеи ОБСЕ, направленных на борьбу с терроризмом, незаконным оборотом наркотиков, трансграничной организованной преступностью, включая киберпреступность.

В отдельной главе, посвященной взаимодействию Департамента транснациональных угроз Секретариата ОБСЕ с этими структурами, подробно раскрывается опыт совместных мероприятий, например с Представителем ОБСЕ по вопросам свободы средств массовой информации, Бюро по демократическим институтам и правам человека, описывается становление антитеррористического механизма Парламентской ассамблеи ОБСЕ, созданного при активной, инициативной роли России.

Среди ведущих партнеров ОБСЕ в противодействии транснациональным угрозам и вызовам - такие общепризнанные авторитетные организации, как Интерпол, Управление ООН по наркотикам и преступности, ОДКБ, Антитеррористический центр государств - участников СНГ, Региональная антитеррористическая структура ШОС, Международная ассоциация воздушного транспорта и многие другие.

Какова институциональная база сотрудничества ОБСЕ с каждой из них и в чем состоит его «добавленная стоимость», каковы сравнительные конкурентные преимущества ОБСЕ и каждой из этих организаций в профилактике и предотвращении криминальной деятельности? Попытка найти ответы на эти и похожие вопросы содержится в главе, посвященной взаимодействию ОБСЕ с ее партнерами.

Книга, написанная легким, доступным языком, наверняка представит живой интерес для всех тех, кто интересуется международными отношениями и ролью международных организаций в противодействии новым угрозам и вызовам. Наверняка она не останется незамеченной и теми, кто интересуется отношениями нашей страны с западными государствами, историей хельсинкского процесса, возникновения и роли ОБСЕ в современном, сложном, взаимозависимом мире.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713258 Александр Зиневич


Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713257 Амир Билялитдинов

Князь Горчаков как зеркало русской цикличности. К 220-летию со дня рождения самого популярного в прошлом министра иностранных дел

Амир Билялитдинов, Главный советник Третьего департамента стран СНГ МИД России,

Приходилось ли вам, читая одно из самых глубоких и абсолютно совершенных стихотворений А.С.Пушкина «Роняет лес багряный свой убор», задумываться, кому оказались в итоге посвящены его самые, возможно, проникновенные во всей русской поэзии строки:

Невидимо склоняясь и хладея,

Мы близимся к началу своему...

Кому ж из нас под старость день лицея

Торжествовать придется одному?

Несчастный друг! Средь новых поколений

Докучный гость и лишний, и чужой,

Он вспомнит нас и дни соединений,

Закрыв глаза дрожащею рукой...

Гений Пушкина подсказал ему блестящее осмысление образа, как и поразительную достоверность самого характера, даже без персональной угаданности, невозможной, естественно, в пору счастливого 26-летия. Нам, потомкам, уже кажется логичным и неизбежным, что «несчастным другом» стал не поэт, не бунтарь, а устремленный на долг и дисциплину, ответственный и организованный в длительном служении государственный деятель.

Да, последним лицеистом пушкинского набора оказался российский канцлер и министр иностранных дел (с 1856 по 1882 г.) князь Александр Михайлович Горчаков, который стал как бы живым морально-мировоззренческим мостом между романтической эпохой русской государственности, как ее отражали оды Державина и Жуковского, и эпохой прагматической, расчетливой, достойной публицистики М.Щедрина, Ф.Достоевского, Л.Толстого. Он успел вписаться и в те и в другие правила, притом вызывая в юности ряд упреков за чрезмерную скрупулезность и системность, явно опережавшие время, в старости - за лицейские атавизмы романтического прекраснодушия. Слыл и либералом, слишком снисходительным к врагам России, и твердым консерватором незыблемых имперско-монархических устоев. Жалуясь время от времени на начальственную и даже монашью опалу, сделал блистательную государственную карьеру, достигнув высших чинов и наград империи.

Но при всех оттенках и колебаниях точек зрения редкостно для знатного царского сановника избежал репутации реакционера и одиозной фигуры, каких-либо обвинений в агрессивном мракобесии и тому подобных грехах. Даже советские историки дипломатии, не жаловавшие защитников коронованного двуглавого орла, при всей необходимой критике отзывались о нем с неизменным уважением.

Эту интригу горчаковской дипломатической биографии и стоит рассмотреть - профессиональную судьбу одаренного дипломата, в эпоху глубоких международных катаклизмов озабоченного устойчивым плаванием российского государственного корабля.

Итак, перед нами жизненная дистанция длиной почти в век. На заре туманной юности - блестяще образованный честолюбивый молодой человек из сословной (князь) и интеллектуальной элиты. На закате - вполне сохранившийся, достойного вкуса и стиля господин, на официальном фотоснимке отнюдь не помпезно-казенный, а располагающе артистичный: свободные локоны, изысканная «бабочка», фрак, пенсне, но и твердая, утяжеленная упорством нижняя челюсть волевой натуры. Он легко узнается абрисной связью с профильным рисунком Пушкина на одном из трех его посланий юному князю А.М.Горчакову. Та же массивная челюсть, очки, локоны, русский нос «уточкой». Зеркало тех качеств, которые друзья и воспитатели отмечали восхищением. С детства знаток математики, истории, географии, русской словесности, нескольких языков, в лицее - пламенный читатель Кантемира, Ломоносова, Батюшкова, Жуковского, Карамзина, в воспитательном отчете отмечен всеми превосходными степенями. «Благородство с благовоспитанностью, крайняя склонность к учению с быстрыми в том успехами, ревность к пользе и чести своей; всегдашняя вежливость, нежность и искренность в обращении, усердие ко всякому, дружелюбие, чувственность с великодушием его, пылкость ума и нравы его выражают быстрая речь его и все его движения; при всем том он осторожен, проницателен и скромен...»

А вот это уже, согласитесь, при всех насмешках отзвук той самой крепкой челюсти и системности в решении задач, чему можно завидовать и всерьез. Лицеист пишет приятелю за стены заведения: «Горчаков благодарит тебя за поклон и хотел было писать, да ему некогда. Поверишь ли? Этот человек учится с утра до вечера, чтобы быть первым учеником». Вот они, тщательность и система, которые сам юный князь неслучайно ценил и в своем учебном заведении. «Лицей словно хорошо отлаженная машина, которая всегда идет своим ходом, не останавливаясь», - пишет он из его стен.

Крайне любопытно с точки зрения дальнейшей темы и свидетельство единственного сохранившегося номера журнала «Императорского Царско-сельского лицея Вестник» от 3 декабря 1811 года. В разделе хроники запечатлена мальчишеская ссора Саши Горчакова с двумя одноклассниками - Ломоносовым и Масловым. Но не в том дело, а в последовавшей «секретной експедиции», посланной Горчаковым для переговоров с «соперниками», и процессе примирения «сих трех знатных особ». Это уже настолько явная природная склонность к дипломатии, что и добавить нечего. К выпуску он вполне четко осознал свое призвание. Юный князь без всякого тумана формулирует: «Я избрал себе статскую и из статской благороднейшую часть - дипломатику».

В стихотворении «19 октября» (1825 г.) Пушкин посвятил своему лицейскому товарищу следующие строки:

Ты, Горчаков, счастливец с первых дней,

Хвала тебе - фортуны блеск холодный

Не изменил души твоей свободной:

Все тот же ты для чести и друзей.

Нам разный путь судьбой назначен строгой;

Ступая в жизнь мы быстро разошлись:

Но невзначай проселочной дорогой

Мы встретились и братски обнялись.

Встреча опального поэта и отпускного дипломата состоялась в деревеньке близ Михайловского у дяди Горчакова (кстати, псковского предводителя дворянства) летом 1825-го, где Пушкин читал отрывки из «Бориса Годунова». Спустя полгода князь выдержал серьезнейший тест на честь и порядочность. На другой день после восстания декабристов он явился к своему сокурснику Пущину и предложил ему заграничный паспорт для бегства. Пущин, как известно, предпочел разделить участь товарищей.

Еще два лицейских штриха. В доверительной юности он уговорил Пушкина сжечь рискованную антиклерикальную поэму «Монах», чреватую для автора Сибирью. И сам вызвался привести этот приговор в исполнение. Поэма считалась сожженной, однако после смерти Горчакова ее нашли опечатанной в его архиве. И никто никогда не слышал ни звука. Вот что такое хранить тайну, благодаря которой до потомков дошел один из юношеских шедевров гениального друга. Тоже немаловажный штрих характера.

Наконец, декабристы. Официальный ответ на официальные вопросы - не знал, не видел, не слыхал. Но в мемуарных записках проскальзывает: с декабристами не пошел «потому, что всем и каждому из них я твердил, что питомцам лицея, основанного императором Александром Павловичем, не подобает ни прямо, ни косвенно идти против августейшего основателя того заведения, которому мы всем обязаны»1. Но если твердил «всем и каждому из них», то, значит, знал. И проницательный современник, Петр Долгорукий, подтверждает: прекрасно все знал, Пущин его вовлекал, но дипломат предпочел отказаться, даже заспешил в Лондон, сократив время отпуска. Однако тут важно, что знал - и не донес, и император Николай Павлович, всю жизнь по поводу декабристов комплексовавший, не простил ему этого, окатывал холодом.

С такими представлениями о долге и порядочности блестяще образованный молодой дипломат вступает на внешнеполитическое поприще. «19-ти лет, в чине титулярного советника, начал я свою карьеру под покровительством и руководством знаменитого впоследствии президента греческой республики графа Каподистрия», - пишет он в своих мемуарах, особо отмечая: «При самом начале своей службы я уже возбуждал чувство зависти».

Как не позавидовать: камер-юнкер (Пушкин сподобился этого звания где-то за 30) в свите Александра I, в аппарате графа Нессельроде на конгрессах Священного союза в Лайбахе, Троппау, Вероне в пору наибольшего влияния в нем России. Да еще цитата из того же позднего Горчакова: «В молодости я был так честолюбив, что одно время носил яд в кармане, решаясь отравиться, если меня обойдут жестоко».

Однако во что же уходит это неукротимое честолюбие? В самую рутинную и исполнительную службистику. Он - лучший протоколист мидовской канцелярии. Князь и камер-юнкер ведет протоколы Троппау-Лайбахского конгресса. Это нешуточный труд, где блеск способностей соединен как раз с той самой упорной волевой челюстью. Из-под пера Горчакова только для архива ушло на родину 1200 (!) донесений за три конгрессовских месяца. Директор мидовской канцелярии в самых превосходных степенях благодарит его за эти материалы: «Немногие из служащих имеют Вашу силу знания и воли». Еще чуть позже, уже пройдя секретарство в посольствах Лондона, Рима и Берлина, выйдя на самостоятельный уровень, хоть и в углу Европы (поверенный в делах во Флоренции и Лукке с 
30 декабря 1830 г.), он также непоколебим в отчетной систематике и не гнушается самой черновой канцелярией. И то же канцелярское начальство дает высокую оценку ему, уже камергеру двора, из далекой столицы: «Приятно отдать должное Вашим докладам, отмечая тот интерес, который Вы умеете им придать, а также и то, что они все более и более свидетельствуют о Вашем усердии к службе».

Разумеется, идейно-политически Горчаков не может не разделять целей и задач императорской России и Священного союза. Возникшая в 1815 году эта «лига наций», победивших Наполеона (Россия, Австрия и Пруссия, с присоединением впоследствии большинства других европейских монархов), провозгласила взаимопомощь в поддержании неприкосновенности европейских границ и «легитимности» правящих систем после шока наполеоновских разбоев. Под этим благопристойным в принципе лозунгом Священный союз перемолотил несколько волн антифеодальных и национальных революций и остался в истории «жандармом Европы». Горчаков все еще на периферии событий, во Флоренции, впрочем тоже вблизи одного из котлов, потрясающих власть папства и вызывающих на себя штык Австрии. Его сообщения в столицу превышают полномочия событийного отчета. Депеши становятся все более аналитическими и отнюдь не «упертыми» в принципы легитимной незыблемости. Судите сами, чем он больше обеспокоен:

«Если вслед за новой интервенцией не последует улучшение благосостояния жителей Италии, если не будет проведено подлинное, а не фиктивное упразднение злоупотреблений, давлеющих над этой страной, монархический принцип потеряет доверие простых людей всех стран; если это доверие будет хоть раз поколеблено, зло, задушенное с помощью силы, вновь появится и станет еще более интенсивным»2

Биографы отмечают серьезную болезнь Горчакова в конце 1831 го-
да, когда он почти на два года выбыл как бы на больничный лист. Вполне возможно, учитывая, что как долгожитель он должен был обладать довольно прочным физиологическим здоровьем, наложились и нервно-психический стресс, и мировоззренческий кризис. Царящее повсюду вместо обещанного мира и евроспокойствия кровавое насилие настраивает пессимистически. Естественно, он как никто далек от революционности и считает ее «злом» и разбоем. Но просвещенное реформаторство впитано им с лицейским молоком и не раз принесет ему репутацию опасного либерала.

Переболев пик революционных волнений и расправ с ними, с ноября 1833 года на целых шесть лет Горчаков оказывается в Вене, советником посланника, иногда и замещая его. Это крупный европейский перекресток, где пересекаются геополитические интересы, простирающиеся и на Босфор с Дарданеллами, и на территорию балканских славян, жаждущих покровительства христианских правительств в борьбе за национальную независимость. Как отмечают историки российской дипломатии, его главная задача в те годы - предотвращение австро-английского единения в свете острой английской заинтересованности остановить продвижение России на линии Кавказа, Черного и Каспийского морей. Главным его партнером и оппонентом является австрийский министр князь Меттерних.

П.В.Долгоруков в «Петербургских очерках» пишет: «Меттерних... не любил князя Горчакова за его русскую душу, за его русские чувства, за его неуступчивость в переговорах, неуступчивость, всегда прикрытую отменным знанием приличий, вежливостью самой изящною, но тем не менее весьма неприятною для Меттерниха».

Не больше повезло Горчакову и с любовью собственных сановников, приближенных к трону. К этому времени относится известный эпизод со всемогущим графом Бенкендорфом, когда после встречи трех императоров (России, Австрии и Пруссии) в сентябре 1835 года в Теплице Николай I со свитой остановился в Вене. Приняв в отеле с докладом заместителя посланника, Бенкендорф поручил ему заказать у хозяина отеля обед. Горчаков, дабы показать разницу между порученцем и дипломатом, дернул за веревочку колокольчика и вызвал метрдотеля, предложив графу заказать обед самостоятельно. После таких демаршей читаем в списке III отделения вполне определенную характеристику: «Князь Горчаков не без способностей, но не любит Россию».

Неудивительно поэтому, что не состоялось его назначение посланником в Царьград, и в декабре 1841 года Горчаков отправляется в Штутгарт, к Вюртембергскому двору, в одно из 38 самостоятельных немецких государств. По собственному признанию, незначительность объекта, площадью с часть Петербургской губернии, его мало смутила: «Это не важно, а важно поставить ногу в стремя». Стиль и напряженность работы Горчакова поражали. По свидетельству сотрудника, он «посылал нередко рано утром будить секретарей посольства, чтобы диктовать им ту или иную депешу, и когда один из них приходил к нему в кабинет, он уже заставал князя диктующим. Такая у него была горячая и нетерпеливая натура».

Депеши отражали многие аспекты европейской жизни, говоря о широком диапазоне интересов и компетентности автора: от тревог Вюртембергского двора по поводу Французской революции до железнодорожного строительства, подчеркивая, что это «необходимость нашей эпохи»; от роли политических партий и уровня благосостояния низших слоев до педантичного изложения местного бюджета.

Большим дипломатическим мероприятием того периода были подготовка, а затем бракосочетание в 1846 году принца Карла-Фридриха-Александра и русской великой княжны Ольги Николаевны. Судя по наградам с обеих сторон и пожалованию в тайные советники, Горчаков с этой миссией справился превосходно.

Однако весь комфорт и межгосударственная идиллия основательно подпорчены очередной волной европейских революций. Ею охвачены южная Германия, Австрия, Венгрия, Франция, как всегда Италия, и т. д. Голодные бунты переплетаются с яростью национального самосознания. «Топор уже стучит в основание социального дерева», - идет от Горчакова в Петербург. В условиях постоянной опасности проявляется, как обычно, свойственное ему чувство долга. В письмах дяде он пишет:

«Социальная почва слишком напряжена, и непосредственное соседство с революцией слишком угрожающе, чтобы можно было спокойно спать... Я полагаю, монаршье мнение завоевано, так как здесь были моменты, когда надо было пройти огонь и воду». То, что «монаршье мнение завоевано», подтвердил более поздний рескрипт следующего императора: «Вы имели случай показать особенную твердость в смутное время 1848 года и снискали доверие к себе блаженной памяти Родителя моего императора Николая I»3

По крайней мере, от министерской должности Горчакова отделяли еще две ступени карьерной лестницы. С января 1850-го он, не расставаясь со Штутгартом, еще и чрезвычайный посланник и полномочный министр при Германском союзе. Во Франкфурте-на-Майне, резиденции общегерманского парламента, начинал тогда свою знаменитую карьеру Отто фон Бисмарк, представитель Пруссии. Их знакомство и партнерство произвели на Бисмарка неизгладимое впечатление. По-разному отзываясь о Горчакове на разных этапах своего пути, Бисмарк не раз заявлял о том, сколько он обязан «дорогому князю» и «глубоко-чтимому другу» в своем политическом становлении.

По всеобщему признанию, наиболее комфортно и раскованно князь Горчаков чувствовал себя в самых просвещенных европейских центрах, где в начале 1850-х годов, наезжая с визитами, блистал на традиционных обедах в центре многих салонов, цитируя Шиллера, Байрона, Гёте и, несомненно, олицетворяя для европейцев лицо просвещенной России.

Вместе с тем с началом 1850-х годов на Россию начинает неумолимо надвигаться «восточный вопрос». В 1853 году вспыхнула Крымская война. Первые победы (Синоп, ноябрь 1853 г.), как известно, сменились вводом англо-французского флота в Черное море и высадкой союзного экспедиционного корпуса в Евпатории (сентябрь 1854 г.). Незадолго до этого (июль 1854 г.) Горчаков был переведен в Вену сначала управляющим посольства, а затем посланником при австрийском дворе с главной целью - удержать Австрию от выступления с Англией и Францией против России. Его встреча с молодым императором Францем Иосифом длилась три часа. В записанном разговоре с австрийским министром иностранных дел графом Буолем слова Горчакова звучат так:

«Если мы уладим наши разногласия и западные державы нападут на вас в Италии, вместе с вами будет вся Германия и поддержка наших сил. Следовательно, вам нечего будет бояться и вы удержите за собой союз, освященный сорока годами мира. Если, напротив, вы присоединитесь к нашим врагам... вы будете иметь позади себя прежнего друга, проникнутого справедливым негодованием, 60 миллионов оскорбленных людей, готовых подняться по воле одного»4

В Вене же началась и затянувшаяся чуть ли не на год (с учетом предварительного совещания) конференция диппредставителей конфликтующих сторон - России, Франции, Великобритании, Турции - и принимающей их Австрии. Уникальная ситуация в мировой истории: армии ожесточенно воюют под Севастополем, в то время как дипломаты их стран ведут пространное обсуждение условий мира. Наиболее болезненное недоразумение состоит в том, что Наполеон III выдвинул Николаю I ноту, к которой присоединились и союзники, вполне приемлемую для России. О сдаче Севастополя тогда не было и речи. Горчаков, с одной стороны, склоняет Николая I принять эти условия, но поскольку царь медлит и надеется на силу, должен демонстрировать оппонентам могучую неуступчивость как правоту и уверенность. Он сравнивает Россию с быком, которого дразнят красной тряпкой, чтобы сильнее ударил рогами.

Царь принимает условия, но поздно, и это опоздание стоит России Севастополя. Заканчивать войну приходится уже с новым императором, Николай I в разгар ее умирает, и все смятение чувств русского посла передают его, вероятно, очень искренние слова:

«Вы не имеете права сомневаться в правдивости моих слов, если я скажу, что предпочел бы стать простым солдатом с ружьем в руках на бруствере самого угрожающего пункта, например, на четвертом бастионе, чем быть представителем России на Венской конференции»5

В марте 1856 года был подписан Парижский мирный договор. В России царила всеобщая оскорбленность, во-первых, от жестокого военного поражения, во-вторых, от выявившейся им всесторонней деградации.

И одним из первых, кто все же понимает, что «нет худа без добра», что происшедшее при всей горечи равносильно разрядке и этой разрядкой необходимо воспользоваться во благо России, оказывается назначенный в апреле 1856 года министром иностранных дел (на 40-м году своего дипломатического стажа) князь Горчаков. Как это можно прочитать в его знаменитом циркуляре №1, первом из известных в Европе циркуляров Горчакова, читавшихся там как художественные произведения.

Существует довольно устойчивое представление, что ставшая крылатой в Европе фраза первого горчаковского циркуляра: «Говорят, Россия сердится. Нет, Россия не сердится, она собирается с силами», - являлась недвусмысленной угрозой торжествующим врагам и обещанием поквитаться. Однако другая трактовка этой французоязычной реплики - «Россия сосредотачивается» - и попытка проследить ход мысли искушенного дипломата наталкивают на иные догадки. Своим читателям Горчаков неоднократно внушает мысль, что Россия должна освободиться от бремени решения «чужих задач», «заняться исключительно своими, в собственном смысле слова, национальными, теми единственно благодарными задачами, за просвещение и широкое исполнение которых она может быть вознаграждена сторицей». Можно предположить, что Горчаков смотрит на вещи глубже - прежде всего с точки зрения ресурсного, экономического, демографического истощения государства. В упомянутом циркуляре этот пафос звучит публицистически настойчиво. Как представляется, зерно циркуляра - в реплике такого рода:

«Император решил предпочтительно посвятить свои заботы благополучию своих подданных и сосредоточить на развитии внутренних ресурсов страны свою деятельность, которая будет направлена на внешние дела лишь тогда, когда интересы России потребуют этого безоговорочно»6

И тут посещает мысль, что приподнятая публицистичность этих строк направлена не столько на внешних слушателей в лице европейских правительств и дипломатов, сколько внутренних, от которых это благополучие зависит. И прежде всего - на того главного внутреннего адресата, который вроде бы и «решил предпочтительно», но которого еще надо окончательно и бесповоротно склонить к этому решению. Служивший на рубеже 1850-1860-х годов в Петербурге прусским посланником Бисмарк весьма тонко улавливает этот стиль отношений царя и вельможи:

«Если император когда-нибудь почувствует, что Горчаков ловко и незаметно, всякий раз под новым предлогом, умеет отклонить его от собственных целей, то он окажет сопротивление, доходящее до упрямства; но Горчаков умеет блюда, которые он стряпает... всякий раз поливать новым соусом, который по вкусу императору, и до сих пор он самостоятельно держит руль в своих руках, и императорский корабль идет по данному им направлению»7.

В целом по тем временам Горчаков - сторонник реформ. Высказывания князя недвусмысленны, хотя, разумеется, нереволюционны. Необходимость освобождения крестьян (без земли) для него очевидна, как и многие другие преобразования. В полемике он бывает так же образен, как и в документах. Это не ускользает от общественности, не избалованной публичностью столь важных сановников. Современники записывают его выступления:

«Из всех кораблей при волнении выбрасывают балласт вон, чтобы корабль носило по волнам, а наш балласт, мешающий легкому ходу, - цензура, и его надо выбросить»8.

Такова исходная его 25-летнего министерского правления, где впереди ему предстоит снискать как восторженные аплодисменты патриотической и просвещенной общественности, так и столь же яростные проклятия от нее же.

Нет дипломатии без гибкости и переменчивости в связи с ветрами внешних и внутренних воздействий. В знаменитую эпоху горчаковского «балансирования» и «выжидания» - тем более. В частности, долгоиграющая «пластинка» политического диалога с Германией и персонально - с Бисмарком.

Пруссия несколько раз в критические моменты сохраняет нейтралитет в отношении России в европейских катавасиях. В крымские годы, например, из-за исторического антагонизма с соседней Францией или во время польского восстания 1863 года, когда вся Европа обличала Россию. Не побоявшись заявить перед своим парламентом, что быстрое подавление мятежа соответствует интересам Пруссии, «железный канцлер» со свойственной ему бюргерской прагматичностью разъяснял:

«Что Россия ведет не прусскую политику, знаю я, знает всякий. Она к тому и призвана. Напротив, долг ее - вести русскую политику. Но будет ли независимая Польша вести прусскую политику?.. Озаботится ли, чтобы Познань и Данциг остались в прусских руках?»9

Устойчиво мнение, что Бисмарк при всех противоречиях хорош тем, что всегда предостерегал Германию от войны с Россией. Действительно, под его канцлерством Пруссия, а затем объединенная Германия с кем только не воевала (Австрия, Дания, Франция), но с Россией держалась в принципе корректно. Вероятно, этим руководствовался Горчаков, когда писал: «Чем более я изучаю политическую карту Европы, тем более я убеждаюсь, что серьезное и тесное сближение с Пруссией есть наилучшая комбинация, если не единственная»10. Разумеется, не ради усиления Германии проводил русский канцлер эту политику. У него была высшая цель: отмена Парижского трактата о Крымской войне, и ради него он поддержал Пруссию в войне с Францией (закончившейся перепугавшей уже всех вместе вспышкой Коммуны), не отказав, впрочем, ласково принять в Петербурге премьера уже не императорской Франции Тьера (сентябрь 1870 г.) и пообещать содействие в установлении не унизительного мира.

Этот момент и был найден лучшим для провозглашения отказа от статей Парижского трактата. Горчаков убедил царя, что бывшая коалиция достаточно ослаблена и противоречива, чтобы отреагировать на демарш России в жестком духе. 19 октября (случайно ли, что в День лицея?) 1870 года русским послам была отправлена депеша об их одностороннем аннулировании. Документ составлен в торжественном и даже эпическом тоне, достаточно многословен и обстоятельно аргументирован. «В то время, как Россия разоружилась в Черном море... Турция сохранила право держать неограниченные морские силы в Архипелаге и проливах; Франция и Англия сохранили возможность концентрировать свои эскадры в Средиземном море... Результатом этого противоречия является то, что берега Русской империи являются открытыми для всякой агрессии...»11

Речь о том, что, поскольку гарантии эффективного нейтралитета Черного моря не обеспечены теми же союзниками по коалиции, Россия возвращает себе право держать там военный флот и создавать базы, крепости и арсеналы. Доброжелательные отношения с Турцией и гарантии ее безопасности со стороны России сохраняются в полном соответствии с трактатом. Принятый в марте 1871 года в Лондоне документ с суховатым названием «Договор об изменении некоторых статей Парижского трактата 1856 года» вызвал неописуемый восторг широких слоев русской публики, в том числе группы русских писателей-прозаиков, включая Ф.М.Достоевского. Их коллективное письмо «А.М.Горчакову» от 30 ноября (12 декабря) 1870 года из Дрездена просто поет.

«Мы счастливы тем, что можем и отсюда, братски и единодушно собравшись вместе, заявить Вашему сиятельству о радостных чувствах, испытанных каждым из нас при чтении Вашей депеши. Нам как бы послышался в ней голос всей нашей великой и славной России. Каждый из нас, гордясь именем Русского, читал эти слова, исполненные правды и высочайшего достоинства. Мы молим бога о счастье нашей возлюбленной родины, и да сохранит ее надолго от испытаний. Молим, да сохранит ей на долгие годы нашего обожаемого государя-освободителя, а ему таких доблестных слуг, как Вы»12

Именным высочайшим указом от 29 марта 1871 года, министру иностранных дел, государственному канцлеру князю Александру Михайловичу Горчакову пожалован, с нисходящим его потомством, титул светлости.

Однако главное испытание ожидало Горчакова впереди и было связано, казалось бы, со знаменательным событием отечественной истории - победой в Русско-турецкой войне 1877-1878 годов. Для понимания происходящего нужно представлять себе общественный фон, существовавший в России в то время: приподнятая активность славянских комитетов, солидарных с борьбой балканских славян, благотворительность и всемерная агитация за военную помощь братьям, идеи единства славян от Балкан до Китая, всеобщее ликование, встретившее объявление русско-турецкой войны и отправку войск на Балканы 
25 апреля 1877 года. Для многих не только военных, но и вполне гражданских общественных деятелей не составляло сомнения, что «Константинополь, рано ли, поздно ли, должен быть наш».

На фоне этой эйфории Горчаков сразу ставит пределы возможного, и они на редкость скромны. Цель войны в его понимании - «понуждение султана к дарованию своим христианским подданным прав и преимуществ, выговоренных в их пользу Европой, и отнюдь не распад Оттоманской империи и окончательное разрешение восточного вопроса». Еще одна цель - истинно дипломатическая и вполне, можно сказать, патриотическая - не дать войне разрастись, локализовать ее. И тут, думается, не в одну пользу сохранения Турции, а убережения и России от излишнего кровопролития.

В глазах героев Шипки и Плевны, солдат и генералов, мерзших на перевалах, в глазах тех, кто к январю 1878-го считал Константинополь взятым, такая идеология могла сойти за предательскую. Ведь полагал же неукротимый Скобелев предательством даже подписание Сан-Стефанского мира в виду стамбульских минаретов и клял императорский двор за «онемеченную» измену общеславянским и российским интересам.

Еще большим упрекам и обвинениям Горчаков подвергся за Берлинский трактат, подписанный летом того же, 1878 года после конференции, созванной по инициативе и под председательством Бисмарка для окончательного урегулирования конфликта. Но почему же отрицать, что причиной могла быть не «позорная уступчивость», не «антирусский нигилизм», а объективная реальность, оказавшаяся непреодолимой? Кто-то должен был предвидеть всю глубину и готовность к сопротивлению азиатско-мусульманского мира, открывающегося за Стамбулом, и то количество крови, которое может пролиться в дальнейшем боевом соперничестве. И, несомненно, традиционную изменчивость европейских держав в отношении России.

Исчерпывающие ответы на все брошенные обвинения даны в политическом завещании Горчакова, которым можно считать найденную в Архиве внешней политики Российской империи его докладную записку «Берлинский конгресс перед русским общественным мнением». Он повторяет свое кредо: «Берлинский конгресс был встречен как давно желанный исход теми русскими людьми, которые взвешивали цели и средства, с самого начала не увлекались войной». Согласившись, что после блистательных побед делаются «непонятные для публики уступки», он обращает внимание все же на «неведение как собственных сил, так и сил противников». «Многие до сих пор готовы еще думать, как и во времена оно, что мы всех закидаем шапками». Предостерегая от войны с чисто благотворительными, филантропическими целями помочь страдающим братьям, он как суровый реалист утверждает: «Война и филантропия всегда были и будут две несовместимые вещи». «Соединение смутной филантропии со смутным честолюбием - вот что произвело то опьянение, которое постигло русское общество перед последней войной».

Но даже не это главное, а реалистическое самоограничение целей, которые способны увлечь страну в бездну.

«Ни один здравомыслящий русский не думает о завоевании Турции и о присоединении себе Константинополя. Такое расширение было бы не усилением, а ослаблением России. Центр тяжести перенесся бы с севера на юг в нерусские земли. Через это владычествующая народность потеряла бы свою особенность и неизбежно получила бы второстепенное место. Россия превратилась бы в нечто подобное древней Римской империи, которая, безмерно расширив свои пределы, пала от внутреннего расслабления. Если Россия должна оставаться Россией, она не может сойти со своего места и стать у Средиземного моря». Император Александр II начертал на полях в этом месте: «Совершенно справедливо».

Что же касается «единого славянства» под эгидой России, то опытный мидовец полон откровенного скептицизма.

«Столь же мало желательно и образование подвластных России государств на Балканском полуострове». Ибо отношение к «старшему брату», даже единоверному, не вечно будет благодарным. Вассальные отношения (а способна ли большая страна на иные с маленькими и защищаемыми ею?) ненадежны и противоречивы. «В подданных они возбуждают неудовольствия, в соседях соперничество, а от господина они требуют постоянного напряжения сил, которому не соответствуют полученные выгоды». При этом дальновидно добавляется, что вассальные отношения в Европе должны замениться свободным торговым и экономическим сотрудничеством. С этой точки зрения «унизительный» мир по Берлинскому трактату есть реальность, выводящая Россию из тупика.

«Государственные люди, заключившие Берлинский трактат, несомненно, потеряли в России популярность, но они имеют право на благодарность русского человека, который трезво смотрит на вещи и ищет в политике не покупаемых потоками крови филантропических мечтаний, а действительно достижимых целей при возможно меньшем кровопролитии».

Горчакову исполнилось 80 лет, оставалось четыре года до формального конца министерской службы и пять - до смерти (27 февраля 1883 г.) в Баден-Бадене, с последующим захоронением в Сергиевой Приморской пустыни под Петербургом. С чего он начал после Крымской войны, тем и закончил после Балканской. Только уже не от императорского, а от своего собственного, опытного политика и дипломата, имени. Распад социалистического лагеря и самого Советского Союза, по существу, и произошел по этому сценарию, назовем его «антигорчаковским». Геополитические интересы, расширенные далеко за географические пределы своего государства, растворение «руководящего» народа в этносах Центральной Азии и потеря там влияния, раздражение «вассалов» по соцлагерю - эти процессы еще в конце ХIХ века оказались исторически обоснованы А.М.Горчаковым. В этом и заключалось его «честное служение» - власти, стране, своим принципам.

 1Русская старина. 1883. Октябрь.

 2Архив внешней политики Российской империи (АВПРИ). Канцелярия 1830 г. Д. 67. Л. 18.

 3Московские ведомости. 1867. №132.

 4Жомини А. Россия и Европа в эпоху Крымской войны. СПб., 1886. Т. V. С. 675-676.

 5Бушуев С.К. А.М.Горчаков. Из истории русской дипломатии. Т. I. М., 1944. С. 131.

 6АВПРИ. Канцелярия 1856 г. Д. 42.

 7Нольде Б.Э. Петербургская миссия Бисмарка. 1859-1862. Прага: Пламя, 1925. С. 49.

 8Никитенко А. Дневник // Русская старина. 1890. С. 141-142.

 9Татищев С.С. Император Александр II, его жизнь и царствование. СПб.: Изд. А.С.Суворина, 1903. Т. I. С. 478.

10Нарочницкая Л.И. Россия и войны Пруссии в 60-х годах ХIХ в. за объединение Германии «сверху». М., 1960. С. 120.

11АВПРИ. Канцелярия 1870 г. Д. 26. Л. 24-26.

12Достоевский Ф.М. ПСС. Л.: Наука, 1986. Т. 29-1. С. 382.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713257 Амир Билялитдинов


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713254 Евгений Кутовой

Пятиться в будущее. Из хронологии российско-британских отношений

Евгений Кутовой, Доктор исторических наук, профессор

Внешняя политика великого народа слагается
не произвольно или случайно, а веками,
в силу нужд и пользы этого народа
С.С.Татищев

Как доктора исторических наук и профессора, интересующегося историей российско-британских отношений и английской литературой начиная с шекспировских времен, меня серьезно озаботил вопрос, как нынешний глубокий кризис в этих отношениях соотносится с многовековой историей общения наших стран, а главное - как он отразится на взаимоотношениях представителей нынешнего и подрастающего поколений россиян и британцев? Отдавая себе отчет в трудностях воспроизведения столетий русско-английских отношений, автор стремился сфокусировать внимание на наиболее значимых для обеих стран этапах, каждый из которых характеризовался существенными особенностями и переменами как в мировой и европейской политике, так и во внутриполитической обстановке России и Британии.

Министр иностранных дел Российской империи Сергей Сазонов писал, что история «наших отношений с Англией… представляется в виде бесконечной цепи политических недоразумений, взаимного подозрения тайных и явных враждебных действий». Министр справедливо сослался на «недолговечность периодов времени», когда «взаимное недоверие уступало место более спокойному и разумному чувству общности многих политических и экономических интересов»1.

Первые отношения между нашей страной и Англией зародились тысячу лет назад, когда в ХI веке между семьями князей Киевской Руси и английских королей завязались первые династические браки. На века они были прерваны татаро-монгольским нашествием. И только в 1525 году русские во главе с князем Иваном Засекиным, направленные царем в Мадрид, совершили по пути первый в истории наших государств дипломатический визит в Англию.

Открытие англичанами России пришлось на 1553 год, когда британский парусник под командованием Хью Уиллоби и Ричарда Ченслера в поисках северного маршрута в далекую Азию смог дойти только до Белого моря, к устью Северной Двины. Год спустя Ченслер посетил Москву, где его принял царь Иван IV. А в 1555 году он вновь побывал в Московском государстве для установления постоянных русско-британских торговых связей. В Англии была учреждена «Московская компания», которая позднее получила название «Русская компания». В Москве для нее создали благоприятные торговые условия. В первой же грамоте короля Филиппа II и королевы Марии, врученной Ченслером царю Ивану IV, как подтверждается в документе, хранящемся в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА), тот был именован «императором всея Руси»2.

С возвращавшимся в Англию Ченслером отправился российский посол Осип Непея. Однако в результате кораблекрушения у берегов Шотландии Ченслер погиб. Осип Непея спасся и добрался до Лондона, где был торжественно принят. Он содействовал тому, чтобы в 1557 году в Россию из Англии отправили четыре корабля, груженные товарами, пушками и оборудованием для изготовления пушек. В Москву начали приезжать английские военные специалисты, мастера горных дел, врачи, архитекторы, инженеры, аптекари. Царь Иван IV предпринимал настойчивые попытки заключить с Англией военно-дипломатический союз. По инициативе царя обсуждался вопрос о заключении соглашения с королевой, по которому каждый из двух монархов имел бы возможность при необходимости покинуть свою страну и переехать в другую. В полученной от королевы Елизаветы грамоте русскому царю было обещано предоставить такую возможность в Англии, если он будет «вынужден покинуть Русь». Царь добивался у королевы согласия на его сватовство к племяннице королевы Марии Гастингс. При том, что у Ивана IV не получилось создать военно-политический союз с Англией, связать себя с королевской династией узами Гименея, этот этап в русско-английских отношениях в целом характеризовался обоюдной заинтересованностью во взаимном общении. Ни с той ни с другой стороны не предпринимались попытки «насолить» партнеру…

Российско-английские торговые и культурные отношения получили развитие при Борисе Годунове, когда английским купцам были выданы жалованные грамоты на право свободной и беспошлинной торговли, дано разрешение иметь в Москве собственные дома. В 1602 году в Англию на обучение направили первую группу в составе четырех молодых людей.

В Смутное время связи с Англией заметно ослабли, но при первых Романовых английскому купечеству было подтверждено право на беспошлинную торговлю. Однако в годы английской революции произошло свертывание двусторонних отношений, а торговую деятельность английских купцов ограничили Архангельском. Это, однако, не мешало принимать на военную службу английских, шотландских и ирландских офицеров.

Весьма активно русско-английские отношения развивались при Петре I, который лично побывал не только в Лондоне, но и в Портсмуте, Оксфорде и некоторых других городах страны, осмотрел судоверфи, посетил парламент, монетный двор, обсерваторию. На службу в России он активно привлекал английских математиков, корабельных мастеров, специалистов по строительству каналов и шлюзов. В Москве в 1701 году была учреждена Навигацкая школа, готовившая русских «навигаторов». В 1706 году в ней обучалось свыше 400 слушателей3.

После победы под Полтавой Россия приобретает солидное международное влияние в европейских делах. Но у Лондона не было интереса, чтобы на Балтике вместо Швеции закрепилась другая военно-морская держава. Политический курс Лондона начал ориентироваться на то, чтобы Россия и Швеция продолжали и дальше вести войну между собой. Еще в ходе войны русские послы в Лондоне А.А.Матвеев и Б.И.Куракин предупреждали Петра I о враждебных происках английской дипломатии4. По донесению Б.И.Куракина из Лондона, под прикрытием «дипломатической благопристойности Англия вредила России везде, где только могла»5. Победы русской армии и флота в Северной войне привели к существенному осложнению дипломатических отношений российской державы с Англией, а к 1720 году - к их непродолжительному разрыву.

Но экономические и культурные связи между Россией и Англией сохранились. Английские торговые суда имели право заходить во все русские порты на Балтике. После смерти Петра I был заключен в 1734 году англо-русский торговый договор, который впоследствии не раз возобновлялся.

В ХVIII столетии Россия черпала из Англии необходимые ей технические и научные знания. Документы РГАДА свидетельствуют о процессе культурного и экономического сближения и углубления связей России и Англии. Екатерининский канцлер Н.И.Панин в
1766 году заявлял, что Англия самая старая и самая естественная союзница России… и мы должны все делать, чтобы поддерживать узы, нас соединяющие6. Еще более определенно высказывалась в отношении Англии великая княгиня Екатерина: «Я считаю английский народ наиболее существенным и полезным России союзником»7.

С началом войны Североамериканских колоний Англии за свою независимость король Георг III в 1776-1779 годах трижды обращался к Петербургу с просьбами направить свой экспедиционный корпус для участия в совместном подавлении восстания колонистов, но каждый раз получал отказ. Крупным успехом дипломатии Екатерины II стало выдвижение Декларации о вооруженном морском нейтралитете, призванной содействовать плаванию торговых судов нейтральных государств. Если нейтральные страны пошли на заключение с Россией конвенций о вооруженном морском нейтралитете, то Англия так и не признала эту декларацию.

Политические отношения между Англией и Россией в начале ХIХ века были достаточно дружественными. Между ними не возникало сколько-нибудь серьезных конфликтов. С воцарением на престоле Александра I заметно активизировались дипломатические отношения Российской империи с Англией, что импонировало интересам российского дворянства и купечества, заинтересованных в торговле на Балтии. Этим целям отвечало заключение в июне 1801 года русско-английской морской конвенции (Петербургская конвенция).

В 1805 году в Лондоне была подписана Англо-русская союзная конвенция о мерах к установлению мира в Европе, целью которой было блокировать наполеоновскую агрессию против европейских государств. К участию в англо-российском союзе присоединились Австрия, Швеция и Неаполитанское королевство. Но заключенный Александром I с Наполеоном в 1807 году непростой для России Тильзитский мирный договор негативно сказался на российско-английских отношениях. Самым тяжелым для России обязательством стало участие в континентальной торговой блокаде Англии - по традиции главного ее торгового партнера8.

В преддверии вторжения Наполеона в нашу страну деятельность русской дипломатии была направлена на то, чтобы блокировать попытки Франции сколотить враждебное окружение вокруг России. Петербург заключает в том числе и с Англией договор о сотрудничестве. Поражение французской армии в России ускорило формирование в Европе мощной антинаполеоновской коалиции. В феврале 1814 года Россия, Англия, Австрия и Пруссия подписали в Шомоне так называемый Четверной контракт, укрепивший антифранцузскую коалицию и обеспечивший его участникам ведущую роль в политике послевоенной Европы. На Венском конгрессе, где был подписан заключительный акт, Россия столкнулась с коварной политикой ее союзников, в частности создавших антироссийский союз в составе Австрии, Англии и Франции. Он был оформлен в формате секретного договора, целью которого было ослабить лидирующую роль России в Европе. Но Александр I считал важным сохранить антинаполеоновский союз, и Россия не пошла на разрыв дипломатических отношений с союзниками.

В первой половине ХIХ столетия Восточный вопрос становится источником серьезного обострения русско-английских отношений. Подписанное в апреле 1826 года англо-русское соглашение по урегулированию греческого вопроса допускало возможность вооруженных акций против Османской империи как Англии, так и России «сообща или единолично». Император Николай I ориентировал свой политический курс на сближение с Англией. Международный статус Черноморских проливов был определен Лондонской конвенцией 1841 года. В Петербурге рассчитывали, что это будет способствовать сближению русских и английских позиций в Восточном вопросе. В ходе визита в Лондон в июне 1844 года Николай I поделился с английскими политиками соображениями об ожидаемом распаде Османской империи и важности достижения в этой связи англо-русской договоренности о разделе ее территорий. Но с приходом в Лондоне к власти в 1846 году Партии вигов отношения с Англией вновь осложнились.

В 1853 году разразилась Крымская война, в подготовке и развязывании которой ключевую роль сыграл британский премьер-министр Генри Джон Палмерстон. Война, в которой России противостояли в первую очередь Англия и Франция, завершилась поражением николаевской империи. Ее дипломатии пришлось пойти на заключение невыгодного для России Парижского договора 1856 года. Самой трудной для России статьей этого договора было провозглашение нейтрализации Черного моря. Страна лишалась права иметь на Черном море флот и военно-морские порты. Но российским дипломатам удалось не допустить реализации коварных планов Палмерстона, стремившегося отторгнуть от России ряд ее территорий, в том числе Крым, Кавказ, Финляндию, Прибалтику и т. д.

Заключение Парижского договора не устранило сложностей в отношениях России с Англией. Лондон поощрял кавказских горцев к продолжению изнурительной Кавказской войны, осуждал политику России в Польше.

Поражение Франции во Франко-прусской войне 1870-1871 годов было умело использовано министром иностранных дел А.М.Горчаковым, заявившим, что Россия больше не считает себя связанной обязательствами по Парижскому договору, ограничивающими ее суверенные права на Черном море. Ответную реакцию Англии Горчаков квалифицировал как позицию «недоброжелательства и бесплодного порицания», хотя Лондон отклонил предложение Австро-Венгрии о войне против России.

Победа России в войне с Турцией в 1877-1878 годах и подписание Сан-Стефанского мирного договора, предоставившего независимость ряду Балканских стран и открывшего возможности для их национального и культурного развития, вызвали резкую реакцию со стороны Лондона. На Берлинском конгрессе в 1878 году, столкнувшись с англо-австрийским блоком и негативной позицией Пруссии, России пришлось пойти на пересмотр ряда важных для нее положений Сан-Стефанского договора. По англо-турецкой конвенции 1878 года Лондон получил право на установление контроля над Кипром, где вплоть до наших дней находятся две британские военные базы.

Серьезную озабоченность в последнюю четверть ХIХ века у Лондона с его растущими колонизаторскими устремлениями на Среднем Востоке вызывала российская политика в Средней Азии. Англичане опасались, что это отразится на ее интересах в Индии и соседних странах. В ноябре 1878 года Англия напала на Афганистан, в то время как Россия выступила против агрессивных притязаний Англии в Афганистане, видя в них угрозу своим среднеазиатским территориям. Она добивалась, чтобы Афганистан оставался целостным, сильным и независимым государством. Но в 1879 году Лондон навязал Афганистану договор, превративший эту страну в британский протекторат.

Весьма сложными были отношения России с Англией и на Дальнем Востоке, где у берегов Кореи Лондон попытался создать военно-морскую базу, а также спровоцировать столкновение между Китаем и Россией. Заключенный Японией договор о союзе с Англией в 1902 году стал для японской стороны политико-дипломатической основой подготовки к войне с Россией. Война с Японией, в ходе которой Россия потерпела ряд поражений, вынудила правительство Николая II пойти на заключение в 1905 году невыгодного для российской стороны Портсмутского мирного договора.

Отношения с Англией начали постепенно стабилизироваться в первые годы ХХ века. В результате проведенных в 1906-1907 годах переговоров министра иностранных дел А.П.Извольского с британским правительством заключается Англо-русская конвенция. С Лондоном достигается также договоренность о разграничении сфер интересов обеих держав в среднеазиатском районе. В Персии определяются три зоны: русская, английская и нейтральная. Совершая сложное внешнеполитическое маневрирование, Россия постепенно отходит от сотрудничества с Германской империей и присоединяется к Франции и Англии в рамках Тройственного согласия - известного как Антанта. Министр Сазонов усматривал в структуре Тройственного согласия не только гарантию сохранения мира, но и средство укрепления международных позиций его участников.

Россия добилась для себя от Англии уступок на Среднем Востоке, укрепила свои собственные позиции, в первую очередь в Персии. В переговорах морских ведомств обеих стран имперские амбиции не позволили сформировать устойчивую базу для эффективного сотрудничества двух флотов в будущей мировой войне. По ходу Первой мировой войны внешнеполитические ведомства России, Англии и Франции проводили активное обсуждение путей достижения своих политических целей. В ходе секретных переговоров достигались договоренности и заключались соглашения, касавшиеся раздела между ними территории Османской империи после войны.

В отличие от эпохи Ивана IV, которому королева Елизавета согласилась предоставить в случае необходимости убежище в Англии, расчеты Николая II после отречения от престола на получение возможности переехать с семьей в Англию не оправдались. Его кузен Георг V, клявшийся в вечной дружбе и верности, не предоставил царю такой возможности. А британский премьер-министр Ллойд Джордж считал «верхом безумия» принимать царя с семьей в Великобритании.

Отречение Николая II от престола в феврале 1917 года побудило российский МИД добиваться от союзников по Антанте признания пришедшего к власти Временного правительства законным преемником Российской империи, а также получения от них письменного подтверждения обязательности «всех ранее заключенных с Россией соглашений». Именно Англия сначала попыталась уклониться от этого, и только после повторных настойчивых обращений российской стороны министр А.Бальфур передал русскому посольству в Лондоне необходимый документ.

С победой Октябрьской революции и принятием Декрета о мире РСФСР пришлось взять курс на подписание в Бресте 3 марта 1918 года мирного договора с Германией и выйти из войны. Но уже 6 марта 1918 года Англия высадила свои войска в Мурманске, а через неделю в Лондоне была проведена конференция премьер-министров и министров иностранных дел Англии, Франции и Италии, в ходе которой сочли целесообразным проведение «союзной интервенции в Восточной России» с привлечением к ней Японии9. В апреле-ноябре 1919 года англо-французская эскадра вошла в Новороссийск, а затем в Одессу и Севастополь. С октября 1918 по октябрь 1919 года Англия поставила Белому движению во главе с Колчаком более 600 тыс. винтовок, около 7 тыс. пулеметов, 1200 орудий, а также танки, самолеты, боеприпасы10.

VI Всероссийский съезд Советов в ноябре 1918 года обратился к правительствам стран Антанты и Японии с предложением о заключении мирного договора. Но только в марте 1921 года удалось подписать первое торговое соглашение с Англией, согласно которому советское правительство было признано де-факто. Однако на Лозаннской конференции (1922-1923 гг.) английская дипломатия перешла в наступление против СССР. По инициативе лорда Керзона Советской республике был предъявлен меморандум, известный как «ультиматум Керзона», цели которого заключались в том, чтобы подорвать престиж СССР в странах Востока. Но британские консерваторы, которые, по выражению Исполкома Компартии Англии, «спустили всех собак европейской реакции, чтобы спровоцировать войну с Россией», не достигли своей цели. Не удалось им подорвать авторитет нашей страны в глазах народов Востока.

С приходом к власти в 1924 году лейбористского правительства обмен нотами привел к признанию Англией СССР де-юре. Но уже через год, с приходом к власти правительства консерваторов, англо-советские отношения вновь серьезно осложнились. Тем не менее, как свидетельствуют заявления постпреда СССР в Англии Л.Б.Красина, советское правительство придавало величайшее значение установлению более нормальных отношений с Великобританией и он лично получил инструкцию искать пути для «установления действительно дружеских и искренних отношений между обеими странами»11.

Однако на конференции Консервативной партии в октябре 1926 года была принята резолюция, в которой содержалось требование о немедленном разрыве советско-английского торгового соглашения. Инициатором этого шага был У.Черчилль. На следующий год английское правительство разорвало дипломатические отношения с СССР и аннулировало торговое соглашение.

На состоявшихся очередных выборах в английский Парламент в мае 1929 года победили лейбористы и либералы, решительно выступившие за восстановление дипотношений с СССР. В октябре того же года в результате переговоров был подписан протокол о немедленном возобновлении дипломатических отношений между СССР и Англией. Советский Союз стремился к улучшению отношений с Британией, имея в виду привлечь Лондон к реализации концепции коллективной безопасности в Европе. В апреле 1939 года нарком М.Литвинов выступил с предложением заключить соглашение о взаимопомощи между СССР, Великобританией и Францией, но его расчеты на позитивное отношение к этому предложению двух западных держав не подтвердились. При попустительстве Англии и Франции в 1938 году гитлеровская Германия осуществила аншлюс Австрии, а в результате Мюнхенского сговора с участием этих двух держав в том же году Германия отторгла Судетскую область у Чехословакии, а вслед за этим осуществила расчленение и оккупацию этой страны.

Нашей страной был продолжен курс на заключение с Англией и Францией «эффективного пакта о взаимопомощи против агрессии» и обеспечение тремя державами безопасности государств Центральной и Восточной Европы. Но ведя переговоры с нашей страной, правящие круги Англии не были заинтересованы в достижении взаимоприемлемой договоренности. «Наша главная цель в переговорах с СССР, - признавал министр иностранных дел Великобритании Э.Галифакс, - заключается в том, чтобы предотвратить установление Россией каких-либо связей с Германией»12

Весьма объективно оценил политику британского правительства Ллойд Джордж: Чемберлен считает «самой важной задачей соглашение с Германией и Италией, ради которого он готов пожертвовать Испанией, Австрией, Чехословакией и многим другим»13. Это подтверждается, кстати, и директивами, полученными английской военной миссией перед ее отъездом в Москву на переговоры: «Британскому правительству представляется нежелательным брать на себя какое-либо определенное обязательство, могущее связать нам руки при любых обстоятельствах».

Вероломное нападение гитлеровской Германии на Советский Союз 22 июня 1941 года сразу же сказалось на советско-британских отношениях. Опасения в Лондоне, что Великобритания может стать следующим объектом германского нападения, стимулировали заинтересованность британских правящих кругов в оказании поддержки Восточному фронту. В выступлении премьер-министра У.Черчилля вечером 22 июня прозвучало обещание оказать «России и русскому народу всю помощь, какую только сможем». 12 июля было заключено Соглашение между правительствами СССР и Великобритании о совместных действиях в войне против Германии, содержавшее, помимо обязательства «оказывать друг другу помощь и поддержку», конкретный пункт - не вести сепаратные переговоры с противником и не заключать с ним сепаратный мир14.

В Личном послании Сталина Черчиллю от 18 июля советской стороной был поставлен вопрос перед Англией о «создании фронта против Гитлера на Западе (Северная Франция) и на Севере (Арктика). Об актуальности открытия Второго фронта Сталин неоднократно писал Черчиллю в своих последующих посланиях, но это состоялось только в 1944 году.

Годы войны характеризовались высокой интенсивностью отношений между СССР и Англией, их взаимодействием по нейтрализации фашистского влияния в Иране и Афганистане. Важную роль играл обмен секретными посланиями между Сталиным и Черчиллем по широкому кругу вопросов взаимодействия обеих держав. По инициативе советского правительства первая конференция представителей СССР, Англии и США состоялась в Москве 29 сентября - 1 октября 1941 года. На конференции были приняты решения по ряду вопросов военно-политического взаимодействия трех союзных государств.

Значение имел визит в Москву министра иностранных дел Англии Э.Идена в декабре 1941 года и его беседы с И.Сталиным и В.Молотовым, в ходе которых обсуждались вопросы ведения войны с Германией вплоть до полного ее разгрома, принятия мер, которые сделали бы повторение германской агрессии в будущем невозможным. Пребывание министра в нашей стране совпало с первым контрнаступлением советских войск под Москвой. Иден захотел побывать на линии фронта и в освобожденном Клину. Командующий 30-й армией Западного фронта Д.Лелюшенко писал о пребывании Идена: «Англичане увидели тысячи трупов, подбитые танки, исковерканные орудия, бронемашины со штабным имуществом, а также пленных немцев». По возвращении в Лондон министр, делясь на пресс-конференции впечатлениями о своей поездке, сказал: «Я был счастлив увидеть некоторые из подвигов русских армий, подвигов поистине великолепных»15.

В мае 1942 года во время визита В.Молотова в Англию был заключен советско-английский договор о союзе в войне против гитлеровской Германии, о сотрудничестве и взаимной помощи после войны. Для согласования позиций по актуальным вопросам войны и будущего мира значение имели переговоры Черчилля в Москве в августе 1942-го и в октябре 1944 года и достигнутые им договоренности с советскими руководителями. Арктические конвои, перевозившие в Советский Союз по северному маршруту важные грузы в Мурманск, стали яркими примерами серьезных союзнических отношений между Британией и СССР в годы Второй мировой войны. Важное значение для выработки договоренностей по принципиальным вопросам ведения войны против гитлеровской Германии и ее союзников, а также согласования основных параметров послевоенного мира имели встречи руководителей СССР, Англии и США в Тегеране, Ялте и Потсдаме.

Обозрение основных этапов российско-британских отношений за последние пять столетий свидетельствует, что наиболее тесные связи нашей страны с Великобританией приходились на этапы, когда Россия и Англия выступали союзниками против общего противника в двух мировых войнах или борьбе против наполеоновской агрессии в начале ХIХ столетия. Вместе с тем на том или ином этапе у каждой стороны формировался конкретный расклад сил и национальных интересов, определялись внешнеполитические цели и расчеты, которые порой неадекватно оценивались и вели к непредсказуемым последствиям.

Cложности в отношениях Советского Союза с Великобританией в послевоенный период во многом определялись той активной поддержкой, которую представители британских консервативных кругов оказывали милитаристскому курсу Вашингтона. Об этом свидетельствовали воинствующие высказывания самого Уинстона Черчилля, прозвучавшие в его речи в  Фултоне (США) в 1946 году. По его поручению в мае 1945 года Объединенный штаб планирования военного кабинета Великобритании подготовил план операции «Немыслимое», в котором были изложены британские «потенциальные возможности оказания давления на Россию путем угрозы или применения силы»16

При всех трудностях взаимодействия с Великобританией в послевоенный период советская дипломатия считала необходимым поддерживать взаимоприемлемые политические, торгово-экономические, культурные и научные контакты и связи с Англией. На британском направлении трудились такие видные дипломаты нашей страны, как А.А.Громыко, Я.А.Малик, А.А.Солдатов, М.Н.Смирновский, которые внесли большой вклад в развитие советско-британских отношений, содействовали включению Великобритании в процесс общеевропейского сотрудничества. Вместе с тем послевоенные отношения нашего государства с Британией и ее внешнюю политику не следует воспринимать как беспроблемные. Они были насыщены и взлетами, и падениями, и дипломатическими успехами, и определенными трудностями.

Нельзя не вспомнить, например, роль Англии в создании в 1949 году Совета Европы и ее вступление в том же году в НАТО, или участие Лондона в тройственной агрессии (Англия, Франция, Израиль) против Египта в 1956 году, которую СССР решительно осудил, или антисоветские акции британского МИД по сокращению в 1971 году дипломатического персонала нашего посольства в Лондоне, или развернувшуюся враждебную антироссийскую кампанию английского правительства в связи с «делом Литвиненко». В результате именно этой кампании были ограничены контакты с Британией по официальной линии, введены ограничительные меры визового характера в отношении российских официальных лиц.

Некоторые российские историки склонны объяснять подобные негативные действия Лондона процветающей в стране русофобией. Но более убедительной представляется автору трактовка подобных действий министром С.Д.Сазоновым, который объяснял отрицательное отношение Англии к нашей стране позицией той группы «великобританских государственных людей, которые всегда считали началом всякой политической мудрости непримиримую вражду к России». Давая объективную оценку складывавшимся столетие тому назад отношениям между Россией и Англией, постоянно враждовавшими между собой, когда ни той ни другой стороне долгое время не приходило в голову хладнокровно разобраться в причинах этой вражды, С.Д.Сазонов предлагает «удостовериться, есть ли для нее достаточные поводы и попытаться принять меры к их устранению»17.

Весьма показательным является высказывание экс-главы британского внешнеполитического ведомства Бориса Джонсона, заявившего накануне его рабочего визита в Москву 22 декабря 2017 года, что он ни на секунду не верит в то, что можно перезагрузить отношения с Россией18. Но международная обстановка настойчиво требует проведения продуманной дальновидной политики обеспечения более эффективного взаимодействия России и Великобритании на международной арене.

Возникает законный вопрос: не назрело ли время, чтобы внешнюю политику Британии, базирующуюся на взаимном недоверии, бесконечной цепи политических недоразумений, подозрений, тайных и явных враждебных действий, вывести в русло более спокойного и разумного учета политических и экономических интересов друг друга и тем самым активнее поработать в пользу мира и безопасности обоих государств?

Это должно настраивать трезвомыслящих россиян и британцев на то, что на смену затянувшемуся похолоданию в их отношениях должно прийти потепление, которое будет способствовать взаимодействию народов обеих стран по формированию зрелых отношений и взаимного уважения. Российских дипломатов на этот путь ориентируют выдвинутые Президентом В.Путиным задачи в области внешней политики: «Мы выступаем за равноправное и взаимовыгодное сотрудничество со всеми государствами в интересах мира и стабильности на нашей планете»19. По всей очевидности, потребуются совместные поиски взаимоприемлемых решений по некоторым острым международным проблемам и направлениям, по углублению двусторонних российско-британских отношений.

Ядерная эпоха требует от нас контактов, невзирая на глубокие различия. Нам и впредь нелегко будет решать возникающие между нашими государствами вопросы. Мы слишком часто идем лицом к прошлому и пятимся в будущее. У наших стран - разные мировоззрения, политические системы и интересы. Наши основные ценности, системы и интересы будут продолжать существовать и при растущей необходимости работать вместе. Мы должны реально смотреть на разделяющие нас реалии, будь это неприязни, избегать крайностей. Об этом мы должны говорить друг с другом со всей откровенностью, подходить к вещам прагматично и по-деловому. Мы должны признать то обстоятельство, что открытый подход к идеям, контактам и разногласиям является ключом к успеху в будущем.

 1Сазонов С.Д. Воспоминания. М.: Международные отношения, 1991. С. 24.

 2Россия и Британия XVI-XIX века. М., 2007. С. XIV.

 3Там же. С. ХII.

 4Молчанов Н.Н. Дипломатия Петра Первого. М.: Международные отношения, 1986. С. 262.

 5Там же. C. 263.

 6Россия и Британия XVI-XIX века...

 7Там же. С. ХVI.

 8Очерки истории Министерства иностранных дел России. Том первый 860-1917 гг. М., 2002. С. 251-254.

 9История человечества. Том VIII. Россия / Под общей ред. А.Н.Сахарова. UNESCO, 2003. C. 577.

10Там же. C. 580.

11Там же. C. 239.

12Очерки истории Министерства иностранных дел России. Том второй 1917- 2002 гг. М., 2002. C. 249.

13История внешней политики СССР. 1917-1945. Том первый. М. 1976. C. 333.

14Там же. С. 435.

15Лелюшенко Д.Д. Москва - Сталинград - Берлин - Прага. Записки командарма. М. 1971. C. 114-115.

16Из заключения начальников штабов Великобритании о плане войны против СССР (операция «Немыслимое»). 8 июня 1945 г. // Мировые войны ХХ века. Книга 4. Вторая мировая война. Документы и материалы. М., 2005 г. С. 514-615.

17Сазонов С.Д. Указ. соч. С. 24-27.

18https://ria.ru/radio_brief/20171220/1511364345.html?utm_source=infox.sg

19https://kremlin.ru/events/president/news/57416 c. 4

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713254 Евгений Кутовой


Россия. БРИКС > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713253 Евгений Астахов

Такие разные страны - члены БРИКС. И все-таки вместе

Евгений Астахов, Профессор кафедры дипломатии МГИМО МИД России, Чрезвычайный и Полномочный Посол, кандидат исторических наук

В последние годы динамика мировых процессов подтверждает, что однополярная модель не справляется с глобальным управлением. Постепенно исчерпывают свои ресурсы и ее финансовые институты, прежде всего долларовая система, которая фактически служит интересам только США.

Позиции однополярного мира подрываются и борьбой финансовых и промышленных элит внутри самих США, а также нарастающими противоречиями между США и Западной Европой.

В этом контексте усиливается внимание к проблематике БРИКС. Сегодня в мире очевиден запрос на реформирование существующей системы мирового урегулирования, на создание нового миропорядка, основанного на демократизации международных экономических отношений, на равном доступе к источникам финансирования и рынкам сбыта. По существу, БРИКС может предложить миру альтернативный проект нового мироустройства, свободного от силового навязывания «исключительными» странами своих геополитических интересов.

Однако эти перспективы БРИКС не для всех являются аксиомой как вне, так и внутри России.

БРИКСоскептики

В части российской политико-экономической элиты, а также академических кругов разделяется тезис о том, что перспективы и цели БРИКС пока ясно не просматриваются прежде всего в силу реальных противоречий между странами-членами, разноплановостью их экономического развития, различиями внешнеполитической ориентации, культурно-цивилизационной идентичности, религии и даже менталитета.

При этом утверждается, что неправомерна и необоснована сама идея создания БРИКС как объединения стран с разными геополитическими и экономическими приоритетами. Ставится под сомнение наличие в правящих элитах стран-членов политической воли и фактической готовности вывести БРИКС на уровень альтернативного проекта нового мироустройства. К тому же все страны-члены не хотят ставить под угрозу свои отношения с Западом.

В первые годы своего функционирования БРИКС воспринимался Западом скептически, а подчас и с иронией, как надуманный проект, не имеющий реальных перспектив. Негативные оценки перспектив этого объединения сохраняются и сегодня. Вместе с тем по мере укрепления БРИКС Америка стала относиться к этому объединению более серьезно. В США уже заметны опасения, что в среднесрочном плане БРИКС может представить угрозу американским интересам.

В этой связи американцы активизируют предметную, точечную работу с отдельными его членами, прежде всего Индией и Бразилией. При этом на индийском направлении упор делался на усилении конфликтного потенциала с Китаем и Пакистаном, а также на ослаблении военно-технического сотрудничества с Россией.

На бразильском направлении основные усилия прилагались к устранению с политической сцены левоцентристских президентов и усилению прозападных элементов во внешней политике страны. При этом были использованы те же механизмы давления против самого Д.Трампа, когда исполнительная власть попадала под прицел юридических инстанций, а в бразильском случае - под предлогом борьбы с коррупцией.

У российских «западников» преобладает тезис, что в БРИКС входят потенциально значимые, но отстающие от Запада страны. Китай, Индия и сама Россия воспринимаются нашими «западниками» как нации с более низким цивилизационным статусом.

Рассуждения о цивилизационном статусе всерьез принимать трудно. Однако очевидно, что в БРИКС входят страны с отстающим от «семерки» уровнем ВВП на душу населения. БРИКС предстоит пройти еще долгий путь, чтобы выиграть экономическое соревнование с «золотым миллиардом».

В восприятии БРИКС подвергается критике и его внешнеполитическая линия, которая, мол, не подкрепляется адекватным экономическим весом, чтобы претендовать на самостоятельный международный курс и тем более - на противостояние с «цивилизационным» сообществом.

Все вышеизложенные тезисы можно квалифицировать как критику «справа» со стороны коллективного Запада и прозападных кругов внутри России.

Для полноты картины приведем некоторые аргументы «слева». Высказывается тезис, что в мире идет наступление англосаксонской цивилизации, сутью которой является навязывание единых социально-политических стандартов, уничтожение культурно-цивилизационной идентичности, установление контроля над мировыми финансами через механизмы соответствующих международных институтов глобального управления.

В этих условиях БРИКС мог бы объединить усилия развивающихся стран в отстаивании своих геополитических, экономических и культурно-цивилизационных интересов. Однако пока БРИКС с этими задачами не справляется. Фактически он находится на периферии мировой капиталистической системы и не в состоянии предложить миру альтернативную экономическую модель. Наиболее влиятельные члены объединения - Китай и Индия - не столько конкурируют с капиталистическим «севером», сколько между собой. Утверждается также, что БРИКС не имеет ясных стратегических целей и представляет собой лишь «ситуационное тактическое образование»1.

Аргументы «за»

Сторонники БРИКС позитивно оценивают его перспективы, при этом выделяются следующие аргументы.

БРИКС представляет развивающиеся страны, которые выдвигают новые подходы к реформированию системы международного регулирования. Это союз реформаторов2, выступающих за демократизацию международных отношений, утверждение справедливых правил в мировом экономическом взаимодействии, основанных на равноправном участии в институтах глобального регулирования и равном доступе к источникам финансирования и рынкам сбыта3.

Страны БРИКС исходят из того, что мировая экономическая система переживает серьезный кризис. Причем речь идет о структурных дефектах современной экономики, основанной на преобладании спекулятивного финансового капитала в ущерб реальному производству, долларовой эмиссии и заливании кризиса деньгами.

БРИКС выступает за сотрудничество всех стран при соблюдении их суверенитета и культурно-цивилизационной идентичности.

Международные экономические связи должны основываться на поливалютной финансовой системе. Этот последний тезис является не столько экономическим, сколько политическим, а возможно, и военно-политическим. История демонстрирует, что любые действия, направленные на подрыв мировой долларовой системы, жестко пресекаются США, вплоть до применения военной силы.

БРИКС - одна из площадок сетевой дипломатии для обсуждения мировых проблем. Пока не просматриваются перспективы превращения БРИКС ни в политический союз, ни даже в экономическую интеграционную организацию. Сегодня БРИКС - только диалоговый формат. Такая форма сотрудничества, а не институционное объединение с программой и уставом, имеет определенные преимущества. Диалоговый режим предполагает «свободу действий» и одновременно возможность сотрудничества в случае заинтересованности его участников4.

Страны БРИКС символично представляют все континенты, отражая интересы всего развивающегося мира, но все они расположены вне границ «золотого миллиарда». Однако БРИКС - не другой «лагерь». Это просто другая часть мира, не связанная евроатлантической блоковой дисциплиной. Вместе с тем нельзя не видеть, что БРИКС, как и ШОС, развивает интеграционные процессы, в которых США не присутствуют.

При всей нечеткости организационной структуры БРИКС его вес определяется влиянием и экономическим потенциалом стран-членов. Китай и Россия являются постоянными членами СБ ООН, эти страны, а также Индия, Бразилия и ЮАР принимают участие в работе «двадцатки». ЮАР играет заметную роль на африканском континенте. Бразилия - несомненный лидер Латинской Америки, Индия и Китай - два полюса Азии, Россия занимает уникальное евразийское положение, ее интересы и в Европе, и в Азии.

Темпы роста Китая, Индии, а ранее и Бразилии, значительно превышают показатели ведущих западных стран. Однако БРИКС еще предстоит долгий путь, чтобы выиграть экономическое соревнование с «золотым миллиардом».

Наращивание экономических «мускулов» позволит БРИКС повести конкретный разговор о своей роли в глобальном управлении, причем не только в экономике. Тем более что трое из пяти стран - членов БРИКС обладают ядерным оружием.

На данном этапе для внешнеполитической линии БРИКС характерны стремление решать эти стратегические задачи без конфронтации с НАТО, играть «вторым номером», отстаивая свои интересы, но избегая лобовых столкновений.

Примечательно, что в части общественного мнения стран БРИКС имеется запрос на превращение этого объединения не только в другой полюс политического и экономического влияния, но и в принципиально новую конструкцию будущего мироустройства, «свободного от геополитических расчетов и навязывания политических и экономических моделей». Подобные «моральные» ожидания вряд ли скажутся на реальной политике правящих элит стран БРИКС, но они могут способствовать усилению имиджевых позиций этого объединения.

Вышеобозначенные факторы в целом способствуют укреплению БРИКС. Однако в объединении есть понимание существующих трудностей. Некоторые из них, например религиозная специфика, различные уровни экономического развития и связанные с этим разные задачи, предопределяют особые подходы стран-членов к глобальной и региональной проблематике. На прочности БРИКС могут сказаться и нерешенные проблемы в двусторонних отношениях.

Эти факторы, которые условно можно квалифицировать как негативные, не являются непреодолимым барьером для развития БРИКС.

Тенденции

Положительной стороной деятельности БРИКС в последние годы является его нацеленность на экономическое взаимодействие.

Ключевое значение имеет создание перспективных финансовых институтов - Нового банка развития, Пула условных валютных резервов, а также достижение принципиальной договоренности о реализации в рамках БРИКС и ШОС китайской идеи о Шелковом пути через формулу «Один пояс - один путь».

Создан фонд региональных проектов. Активно работает Деловой совет БРИКС. Обсуждается сотрудничество в рамках «зеленой экономики» (сельское хозяйство, использование лесных ресурсов, экология), а также «голубой экономики» (освоение морских ресурсов).

В связи с обострением международной обстановки в БРИКС уже обсуждаются возможности перехода на взаимные расчеты в национальных валютах. Торговые войны и санкции США «против всех» затронули не только Россию, но и Китай. Ранее завязанность Китая на американскую экономику сдерживала процесс «дедолларизации» взаимных расчетов.

Теперь есть основания ожидать, что переход на национальные валюты может приобрести характер практической задачи. Речь идет в основном о юане, за которым стоит мощная экономика. Решение о национальных валютах имеет стратегическое измерение. Отказ от традиционных мировых валют пока не просматривается, но в любом случае их позиции во взаиморасчетах внутри БРИКС будут ослабляться.

Укреплению геополитических позиций объединения будет способствовать расширение его внешнеэкономических связей по формуле «интеграция интеграций». Имеется в виду развитие сотрудничества с МЕРКОСУР в Южной Америке (существенное содействие может оказать лидер этого объединения Бразилия), Африканским союзом (очевидна роль в этом деле ЮАР), интеграционными организациями в Азии, в частности АСЕАН, Евразийским экономическим союзом.

В тесной связи с формулой «интеграция интеграций» практическое значение приобретает тезис «БРИКС плюс», который не означает приглашение новым странам вступить в данное объединение. На этот счет в БРИКС пока нет единства мнений. Однако его можно рассматривать в качестве предложения государствам, не являющимся членами БРИКС, принимать участие в совместной работе с «пятеркой» по отдельным программам и проектам.

На саммите БРИКС в Йоханнесбурге (25-27 июля 2018 г.) получила дальнейшее развитие практика приглашения на саммиты глав государств, не являющихся членами БРИКС. Широко были представлены страны Африки. Это связано прежде всего со стремлением руководства ЮАР укрепить свое влияние на континенте. Некоторые эксперты считают, что подобную линию ЮАР поддерживает Индия, которая пытается сдержать расширение присутствия Китая в Африке.

Примечательным стало и присутствие на саммите глав Турции, Аргентины (последняя при Президенте К.Киршнер проявляла готовность вступить в БРИКС), Индонезии (считается вероятным кандидатом на вступление в объединение).

Июльский саммит БРИКС в ЮАР прошел не без сложностей. Были трудности с финансированием, квалифицированными кадрами. Добавились и внутриполитические проблемы. Вместе с тем руководство страны активно работало во время подготовки и проведения саммита, что способствовало его результативности. При этом преследовались и цели укрепления региональных позиций ЮАР. В этом контексте также можно рассматривать предложение ЮАР о создании рейтингового агентства БРИКС.

Мотивы

При анализе подходов Бразилии к БРИКС желательно иметь в виду, что огромный природный и ресурсный потенциал и нынешний объем промышленного и сельскохозяйственного производства5 подкрепляют геополитические претензии Бразилии на выход в статус великих держав.

Решение этой стратегической задачи бразильская политическая элита видит в работе на разных направлениях. Политические и экономические приоритеты Бразилии сегодня представляются примерно следующими. Основное внимание уделяется интеграционным процессам в Южной Америке, где Бразилия является несомненным лидером. В этих процессах США не фигурируют, в том числе из-за противодействия со стороны Бразилии, которой не нужен сильный конкурент ни в Южной Америке, ни в Южной Атлантике, которые входят в число первоочередных бразильских интересов. Вместе с тем в бразильских элитах есть понимание, что именно от США во многом зависит реализация их геополитических расчетов и экономических задач.

Примерно в таком же плане Бразилия рассматривает значимость Европейского союза, в котором бразильцы видят существенный фактор мировой политики и традиционный рынок для своего экспорта. Другой, не менее важный вектор бразильских интересов - азиатские страны, прежде всего Китай.

В рамках этих приоритетов и следует оценивать подходы Бразилии к БРИКС. Бразилия воспринимает это формирование как полезный механизм для достижения своих политических и экономических целей. Однако не основной и не единственный. Именно поэтому Бразилия стремится не противопоставлять свое участие в БРИКС отношениям с США и Европейским союзом. Но по старой латиноамериканской традиции Бразилия видит в БРИКС дополнительные возможности для политического и экономического торга как с США и Евросоюзом, так и Китаем и Россией.

Но главное - другое. Бразилия рассматривает БРИКС в качестве нового полюса мироустройства, который в перспективе может потеснить позиции США и их ближайших союзников по НАТО. Бразилия стремится использовать БРИКС для избрания в качестве постоянного члена Совета Безопасности ООН, закрепления участия в «двадцатке», расширения доступа к другим институтам глобального управления.

По существу, в политической проекции Бразилия подходит и к решению экономических задач. Ее интересует в первую очередь доступ к источникам финансирования своего экспорта, обеспечение равных условий мировой торговли.

Заинтересованность Бразилии в БРИКС связана во многом именно с этими задачами. Ей импонирует сама философия БРИКС, где на первый план ставятся цели реформирования системы глобального управления, прежде всего в интересах развивающихся стран. При этом учитывается и нарастание в бразильском гражданском обществе антиглобалистских настроений.

Все эти факторы и предопределяли активность Бразилии в практической деятельности БРИКС. Бразилия участвовала почти во всех сферах взаимодействия «пятерки», выдвигая инициативы по развитию гуманитарных обменов, в том числе на уровне муниципалитетов.

Вместе с тем к оценкам дальнейших перспектив участия Бразилии в БРИКС следует подходить осторожно. В Бразилии прослеживаются разные подходы к БРИКС и разногласия еще более обострились после изменения внутриполитической конъюнктуры в стране в 2016 году.

Пока концепция бразильской стороны относительно своего участия в БРИКС в целом не претерпела существенных изменений. Бразильцы стараются принимать участие во всех мероприятиях по линии БРИКС. Активно поддержали идею межпарламентского измерения сотрудничества, на представительном уровне участвовали в парламентских форумах БРИКС в Москве и Женеве в 2015 и 2016 годах. Сами бразильцы также выступали с инициативой создания новых структур в БРИКС - Рабочей группы по продвижению торговли, Форума представителей разведсообщества БРИКС.

Вместе с тем в силу трудностей внутриполитического и экономического характера бразильцы вынуждены ограничивать уровень своего представительства на мероприятиях БРИКС. В этой связи, подчеркивая важность этого направления в своей внешней политике, они считают, что заметно увеличившееся число мероприятий по линии БРИКС было бы целесообразно проводить «на полях» крупных международных форумов в целях оптимизации их организационной и финансовой составляющей.

Масштабы вовлечения Индии в деятельность БРИКС зависят от многих факторов, например от сближения с США, которые работают с Индией на разных направлениях. Американцы заметно укрепили свои позиции на рынке вооружений, значительно потеснив военно-техническое сотрудничество Индии с Россией. Одновременно «подогреваются» известные сложности в отношениях Индии с Пакистаном и Китаем. При этом упор делается на противопоставлении «демократической» Индии «тоталитарному» Китаю. Проводятся совместные военные маневры вблизи границ Китая. Ведется работа с влиятельной индийской диаспорой в США. Заметно присутствие Индии, в частности ее программистов, в американских научно-исследовательских центрах.

Однако все это не снижает внимания Дели к БРИКС. Создается впечатление, что в экономической сфере Индия активно сотрудничает с США и по многим международным проблемам ее подходы подчас ближе позициям Китая и России. Сегодня в Дели взят курс на многовекторную политику. А вступление Индии в ШОС свидетельствует о серьезности ее подходов и к БРИКС, и азиатскому вектору ее внешней политики.

При анализе реального отношения Китая к БРИКС, возможно, следует иметь в виду следующее.

Китай традиционно прагматичен в своей внешней политике. Геополитические расклады для Пекина не безразличны, но мессианские задачи (в отличие от СССР и США) не входят (пока) в его стратегические цели. Китай предпочитает играть «вторым номером» в международной политике, но не в экономике.

В торгово-экономической сфере Китай проводит линию не «низкого профиля», а жесткую, неуступчивую и в целом реально наступательную политику, хотя и избегая «громкой» политической риторики.

Пекин поддерживает инициативы, направленные на развитие БРИКС в разных областях. Однако в самой важной для Китая экономической сфере БРИКС используется прежде всего для экономического проникновения на внешние рынки.

В последнее время появилось много разговоров насчет «двойки» (США и Китай) и «тройки» (США, Китай и Россия). «Тройку» связывают как возможный результат слома Д.Трампом глобальной системы управления и замены ее межгосударственными отношениями на двусторонней основе. Развязанная Д.Трампом «торговая война» против Китая может способствовать размыванию иллюзий в Пекине насчет благоприятных перспектив экономического сотрудничества с США. Это будет стимулировать китайское руководство к более активной работе со странами - членами БРИКС.

Тем не менее при любом раскладе Китай вряд ли станет «безусловным» стратегическим союзником России. Этот союз маловероятен и в рамках БРИКС. Более реально превращение Китая в главный полюс влияния внутри этого объединения со всеми вытекающими сложностями для остальных стран-членов, в том числе и России.

России в целом выгодно участие в БРИКС. Это дает дополнительную, в рамках сетевой дипломатии, площадку для обсуждения проблем мировой экономики и глобального управления, а также международной политики. Обсуждения, а не координации, по крайней мере на данном этапе. Эта площадка важна и с учетом значительного потенциала стран-участниц. Для России она полезна также под углом зрения ее отношений с НАТО и Евросоюзом. Западу, особенно в условиях мирового политического и экономического кризиса, приходится учитывать фактический разворот России на Восток.

Россия ведет активную политику в БРИКС. Во многом по ее инициативе приобрели регулярный характер встречи на высшем уровне, контакты между министрами иностранных дел и главами других министерств и ведомств. Укрепляются связи по линии муниципалитетов, университетов, гражданских обществ. Функционируют деловые советы и экспертные центры.

Особое значение для России имеет продвижение в экономической сфере. С учетом нынешней кризисной конъюнктуры инвестиционное взаимодействие представляется наиболее перспективным, в том числе в рамках предложенной Россией Стратегии экономического партнерства. Во всех сферах деятельности БРИКС, как по внутренним, так и внешнеполитическим вопросам, взята линия на согласование позиций, подчас без обязательного выхода на конкретные обязательства.

В стратегическом плане Россия считает главной задачей реформирование глобальных центров управления, прежде всего мировой финансовой системы. В долгосрочном плане, возможно, будет взята линия на создание альтернативных мировых финансово-экономических институтов. Есть все основания предполагать, что БРИКС станет локомотивом усилий развивающихся стран с целью установления новых, более справедливых правил в международных политических и экономических отношениях.

Россия заинтересована в укреплении БРИКС, в том числе его организационной структуры, расширении политического и экономического сотрудничества его членов. При этом она учитывает позицию партнеров, которые пока не готовы к форсированию реального взаимодействия на данных направлениях. Поэтому Россия идет по пути «малых шагов», выступая иногда с инициативами, не затрагивающими специфические интересы других членов объединения.

Россия предлагает такие сферы сотрудничества, где имеется консенсус всех стран-членов. К ним относятся сферы безопасности, в частности информационной, культурного обмена, энергетического сотрудничества.

С учетом своего опыта и влияния в мировой политике Россия фактически берет на себя роль «интеллектуального» катализатора по развитию БРИКС. Однако другие страны-члены, прежде всего Китай, воспринимают российские инициативы в ряде случаев без особого энтузиазма, понимая, что за ними нет финансовой основы.

В БРИКС сегодня много проблем, препятствующих превращению объединения в реальный центр мировой политики и экономики. Но сама идея создания БРИКС плодотворна. Это объединение региональных держав, которые в будущем в состоянии определять мировые, политические процессы в большинстве регионов мира. Особенно важно, что БРИКС может стать мотором развивающихся стран в их взаимодействии по линиям Север - Юг, а также Юг - Юг. Получает распространение тезис об «общей судьбе».

По историческим меркам, сегодня еще рано оценивать итоги деятельности БРИКС за прошедшие 12 лет. Вместе с тем вполне возможно, что в обозримом будущем появление этого объединения будет квалифицироваться как крупное событие для демократизации международных отношений и всего мироустройства.

Приведенный анализ аргументов «за» и «против» БРИКС подводит к одному соображению. Турбулентная международная обстановка требует не только активизации многовекторных усилий по укреплению политического и экономического влияния объединения в мире. Нужны также меры по повышению качества информационного противодействия попыткам - внутри и вне БРИКС - поставить под сомнение цели и саму философию объединения. Также необходима совместная работа стран-членов по улучшению репутационной привлекательности БРИКС. Многое в этом плане будет зависеть от усилий России, которая за последние годы накопила немалый опыт противодействия западным инициаторам информационных войн.

 1Завтра. Декабрь 2017. №52 (1256).

 2Толорая Г.Д. Россия в БРИКС. Перспективы и возможности // Стратегия России. Июнь 2015. №6 (138). C. 7.

 3Давыдов В.М. Перспективы БРИКС и некоторые вопросы формирования многополярного мира // Материалы доклада на общем собрании Отделения общественных наук РАН. 2 апреля 2008. С. 18.

 4Вестник МГИМО-Университета. 2010. №1 (10). С. 42.

 5Мартынов Б.Ф.Ивановский З.В.Симонова Л.Н.Окунева Л.С. Ключевые интересы и целевые ориентиры Бразилии, как участницы формата БРИКС // Стратегия России в БРИКС: цели и инструменты. Сб. статей. М.: РУДН. С. 85.

Россия. БРИКС > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713253 Евгений Астахов


Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713252 Игорь Халевинский

Цифровая экономика: как без нее сегодня

Игорь Халевинский, Председатель Совета Ассоциации российских дипломатов, кандидат экономических наук

Технологические уклады сменяют друг друга, и скорость изменений стремительно растет. Чтобы оставаться конкурентным в современном цифровом мире, необходимо не только осваивать новые технологии, но и видеть их возникновение на ранних этапах. Сегодня одним из самых явных трендов в развитии мировой экономики является процесс цифровизации всех сфер общественных отношений. Традиционные продукты и услуги приобретают черты цифровых продуктов, что, в свою очередь, влечет за собой совершенствование программного обеспечения, вычислительных ресурсов, информационно-коммуникационных сетей, а также развитие способов хранения, обработки, передачи и надежной защиты информационных массивов.

Разработчики новых цифровых технологий и продуктов ориентируются в первую очередь на массовый рынок и облачную модель их предоставления, а номенклатура цифровых технологий выходит за рамки традиционных информационно-коммуникационных продуктов и услуг. По данным PwC1, новая технология за 35 дней набирает «критическую массу» в 50 млн. пользователей, что может привести не только к успеху компаний, но и «подрыву» традиционных бизнес-моделей цифровыми моделями. Это обуславливает необходимость выявлять и оценивать наиболее перспективные сферы применения цифровых технологий в различных отраслях бизнеса, национальной экономике в целом и различных сферах национальной безопасности.

В современной экономике нет ни одной отрасли, ни одного развитого государства, которое не было бы подвержено цифровой трансформации. Потребность в использовании цифровых технологий очевидна: любая экономическая деятельность при переходе к цифровым технологиям получает новый импульс, необходимый для ее дальнейшего роста. Однако развитие цифровых технологий связано не только с их изобретением, но и условиями патентования, которые отличаются в различных странах, от объема инвестирования в их внедрение и коммерциализацию, от уровня государственной поддержки и государственного регулирования различных отраслей и сфер народного хозяйства (см. таблицы 1, 2, 3).

Как и всякий другой глобальный кризис, текущий кризис в мировой экономике ведет к обновлению производства на новой материально-технической базе. Наступила эра цифровой экономики - «умных орудий труда» с внедрением новейших информационных технологий для работы с «экономикой больших данных» в целях развития инфраструктуры (в том числе и цифровой) и перехода глобальных рынков к новому типу общественного воспроизводства.

Америка является одним из мировых лидеров в сфере цифровой экономики. Министерство торговли США в 2015 году объявило о разработке повестки дня цифровой экономики, состоящей из четырех основных направлений: свободный и открытый Интернет, доверие и безопасность в Сети, профессиональные навыки, инновации и новые технологии.

Таблица 1

Активность стран в развитии сферы ИКТ 
по количеству разработок новых цифровых технологий*(*Таблицы 1-3. Разработано нами на основании данных: Мониторинг глобальных трендов развития ИКТ. С. 21; ПАО «Ростелеком», 2017.)

Место

Страна

Доля от общего 
количества

1

США

35,8

2

Китай

7,8

3

Германия

6,6

4

Великобритания

5,3

5

Франция

3,9

6

Испания

3,9

7

Япония

3,9

8

Канада

3,9

9

Италия

2,9

10

Республика Корея

2,8

11

Другие страны

19,7

12

Россия

0,3

 

Таблица 2

Активность стран в развитии сферы ИКТ 
по патентованию новых цифровых технологий

Место

Страна

Доля от общего 
количества

1

США

34,7

2

Китай

33,3

3

Япония

14,9

4

Республика Корея

9,2

5

Тайвань

3,2

6

Другие страны

4,2

7

Россия

0,1

 

Таблица 3

Активность стран в сфере развития ИКТ 
по объему инвестиций в новые цифровые технологии

Место

Страна

Доля от общего 
количества

1

США

74,8

2

Китай

11,2

3

Великобритания

3,7

4

Индия

3,3

5

Канада

2,2

6

Германия

1,4

7

Франция

1,2

8

Израиль

0,9

9

Россия

0,9

США добиваются свободного перемещения информации, снятия территориальных ограничений на ее хранение и обработку. Чтобы повысить защищенность коммерческой информации и персональных данных потребителей, заключены различные соглашения с ЕС и другими странами о правилах обмена персональными данными. Запущена программа «Широкополосные США» с целью развития инфраструктурных широкополосных сетей связи, повышения эффективности патентной системы, совместимости различных платформ, разработки новых технических стандартов для развития интернета вещей.

США активно используют новейшие информационные технологии для обеспечения лидерства в международной торговле. Ими разработана программа «Цифровая экономика»2, согласно которой США будут поддерживать распространение Интернета в качестве глобальной платформы для общения, торговли, инноваций и т. д. Уже сейчас электронная торговля составляет более половины всего экспорта товаров и услуг и около одной шестой ВВП страны. Для оказания помощи малому бизнесу в увеличении доли электронной торговли в США запустили пилотную программу «Цифровой атташе», что, в свою очередь, способствует развитию экономики в стране.

В Европейском союзе электронная торговля начала бурно развиваться после принятия Директивы Европейского парламента и Совета Европейского союза 2000/31/ЕС о некоторых правовых аспектах информационных услуг на внутреннем рынке, в частности об электронной торговле. Основной целью ее принятия было формирование фундаментальной правовой основы по развитию электронной торговли и устранению препятствий для развития цифровой экономики в рамках единого европейского рынка.

Электронная торговля всегда связана с определенным риском, обусловленным виртуальной идентичностью субъекта, занимающегося хозяйственной деятельностью. До недавнего времени существовало два способа проверки соответствия заявленной виртуальной идентичности и фактической идентичности. Речь шла о квалифицированной и неквалифицированной электронной подписи. В результате принятия Регламента Европейского парламента и Совета Европейского союза 910/2014 от 23 июля 2014 года об электронной идентификации и услугах доверия для электронной торговли на европейском внутреннем рынке возможности использования электронной подписи расширились и наступило упрощение идентификации юридических и физических лиц.

Одним из направлений регулирования развития цифровой экономики ЕС является введение единой программы налогообложения компаний цифрового сектора экономики. Усредненный налог на прибыль для цифровых компаний, работающих в виртуальном пространстве, составляет 10,1%, тогда как другие сферы облагаются по ставке 23,2%.

С другой стороны, государства ЕС теряют значительные налоговые отчисления от крупнейших международных IT-компаний, поскольку те используют европейские сети, но налоги платят в других странах. Это касается прежде всего компаний из США, например «Facebook», «Twitter», «Google» и т. д. Власти ЕС намерены обложить такие международные компании новым налогом 
от 1 до 5% в зависимости от местонахождения их пользователей и получаемой прибыли на рынке Евросоюза.

Посредством масштабного законотворческого процесса в этой области Европейский союз стремится регламентировать сферу цифровой экономики. Новое законодательство ориентировано на создание атмосферы доверия в использовании цифровых транзакций в рамках внутреннего рынка путем формирования общей платформы для взаимодействия между государственными органами, коммерческими структурами, гражданами, что позволит повысить эффективность государственных и частных онлайн-услуг, электронной торговли и цифровой экономики в Европейском союзе.

Больших достижений в развитии электронной торговли достиг Китай. Свыше 10% экспорта осуществляется через интернет-магазины. Более высокие показатели только у Германии и Великобритании. В целях модернизации экономики руководство КНР приняло десятилетний план «Made in China 2025», направленный на развитие цифровой экономики. По этому плану к 2025 году Китай должен превратиться из мировой фабрики в «планетарную лабораторию». В качестве приоритетного направления принято непрерывное развитие информационных технологий. С этой целью разработана программа привлечения иностранных IT-специалистов в технопарк Чжунгуаньцунь в Пекине (аналог Силиконовой долины в США). В первую очередь приглашаются специалисты по искусственному интеллекту и суперкомпьютерам - главным сферам конкуренции с США.

На реализацию этой программы власти КНР потратят около 300 млрд. долларов. Также продолжают увеличиваться объемы инвестиций в научные исследования и разработки, прежде всего в развитие искусственного интеллекта. К 2025-2030 годам КНР планирует стать мировым лидером в этой сфере, а рынок цифровых технологий достигнет 150 млрд. долларов.

Согласно международному индексу сетевой готовности стран к цифровой экономике, Россия в 2015 году заняла 41-е место*. (*Индекс сетевой готовности (Network  Readiness Index) - комплексный показатель, характеризующий развитие информационно-коммуникационных технологий в странах мира. Выпускается Всемирным экономическим форумом.) В программе «Цифровая экономика Российской Федерации», утвержденной распоряжением Правительства РФ от 28.07.17 №1632-р., особое место уделяется правовому регулированию отношений, возникающих в цифровой экономике, подготовке кадров, созданию к 2024 году не менее десяти компаний - лидеров в области информационных технологий, конкурентоспособных на глобальных рынках. В отличие от программ развития цифровой экономики других стран, например США, определяющих их конкурентные преимущества для мирового лидерства, в программе России отсутствует устремление стать глобальным лидером в развитии цифровой экономики, хотя в Национальной технологической инициативе, выдвинутой В.В.Путиным в Послании Федеральному Собранию в 2014 году, высказана мысль о создании условий для глобального технологического лидерства России к 2035 году.

Программа рассчитана до 2024 года и состоит из пяти направлений, посвященных нормативному регулированию, образованию и кадрам, кибербезопасности, формированию исследовательских компетенций и развитию информационной инфраструктуры. Планы мероприятий по некоторым направлениям уже реализованы. Совокупно на реализацию планов мероприятий потребуется более 522 млрд. рублей.

На развитие информационной инфраструктуры предусмотрено выделение 100,46 млрд. рублей из федерального бюджета, причем 2 млрд. рублей было выделено уже в 2017 году, а в 2018-м предполагается выделить 27,17 миллиарда, в 2019-м - 33,73 миллиарда, в 2020-м - 37,61 млрд. рублей. Из внебюджетных источников ожидается финансирование в объеме 336,1 млрд. рублей в 2018-2020 годах3.

В настоящее время внедрением цифровых технологий активно занялись не только банки, ритейлеры и телекоммуникационные компании, но и крупные промышленные предприятия. Основная часть затрат - 299 млрд. рублей - потребуется на создание многофункциональной спутниковой системы для покрытия территории РФ и всего мира. Предполагается, что это будут средства из внебюджетных источников, прежде всего ПАО «Ростелеком» и ПАО «Роскосмос».

Среди мероприятий по инфраструктуре можно выделить развитие сетей связи, в том числе 5G, запуск производства и внедрение отечественного телекоммуникационного оборудования, развитие интернета вещей, подключение к интернету всех больниц и образовательных учреждений, обеспечение доступа к интернету вдоль всех автомобильных и железнодорожных дорог, устранение цифрового неравенства в части обеспечения широкополосным интернетом к 2021 году малых населенных пунктов (менее 250 жителей).

Процесс внедрения современных информационно-телекоммуникационных технологий сегодня охватывает все сегменты экономики: производственный, государственный, потребительский и кросс-индустриальный. Особенно активно цифровые решения, в частности интернет вещей, осваивают и реализуют в производственном секторе - до 64,3% рынка в 2015 году4. От интенсивности и масштабов их применения в отдельных отраслях промышленности напрямую зависит конкурентоспособность и эффективность производственного процесса. Дальнейшее внедрение передовых производственных технологий позволит отечественным компаниям значительно повысить производительность труда и выйти на международные рынки с инновационными продуктами и услугами за счет автоматизации рутинных процессов и снижения влияния человеческого фактора. Использование технологий интернета вещей и других цифровых нововведений способно гарантировать существенные преимущества всем отраслям экономики.

Что касается других направлений программы цифровой экономики, то на них выделяется гораздо меньше средств, чем на инфраструктуру. Так, на формирование исследовательских компетенций предусмотрено выделить в 2018-2020 годах 50,16 млрд. рублей, из них 48,12 млрд. рублей - из федерального бюджета, на обеспечение информационной безопасности - 34 млрд. рублей, из них 22,33 миллиарда из федеральных средств.

План мероприятий по нормативному регулированию развития цифровой экономики предполагает выделение из бюджета 269 млн. рублей и привлечение 15 млн. рублей из внебюджетных источников в 2018 году. В последующие годы финансирование этого направления не предусмотрено5.

В мартовском Послании Федеральному Собранию РФ этого года президент заявил о необходимости избежать технологического отставания от передовых стран, обеспечить «прорывное развитие России», поскольку от этого решающим образом зависит судьба страны и качество жизни ее граждан.

Послание содержит ряд положений, непосредственно связанных с развитием цифровой экономики: предстоит внедрение информационных технологий в работу социальных объектов, на транспорте, в ЖКХ. Стране крайне необходима современная инфраструктура. «Россия должна стать не только ключевым логистическим, транспортным узлом планеты, но и одним из мировых центров хранения, обработки, передачи и надежной защиты информационных массивов, так называемых больших данных»6, - сказал В.В.Путин.

Широкое распространение ИКТ, повсеместное использование персональных компьютеров и смартфонов, всеобъемлющее проникновение Интернета и другие характерные для цифровой эпохи явления не могли не затронуть довольно консервативную сферу общественной жизни - дипломатию. Процесс вовлечения информационных технологий для решения дипломатических и политических задач начался еще в конце XX века параллельно с началом массового применения персональных портативных коммуникационных устройств и усовершенствованием сетей распространения информации.

Сегодня масштабы и активность использования ИКТ в сфере дипломатии несоизмеримо велики. Государственные ведомства, внешнеполитические и правительственные органы власти, неправительственные организации и прочие субъекты, в чью компетенцию входит реализация внешнеполитической повестки, используют все доступные средства для успешного продвижения своих внешнеполитических интересов.

В последние годы значение цифровой дипломатии неуклонно растет. Наиболее активно цифровые технологии задействуются в следующих направлениях и областях дипломатической деятельности:

1) публичная дипломатия: поддержание контакта с целевой аудиторией в Интернете, использование новых коммуникационных инструментов для сбора информации и влияния на общественное мнение. Главная цель - построение позитивного и привлекательного образа своей страны на международной арене;

2) посольские и консульские коммуникации: создание прямых, личных каналов связи с гражданами, находящимися за границей. Упрощение их доступа к необходимой информации;

3) прямое взаимодействие с общественностью: в последнее время в политических, в том числе высших, кругах набирает обороты тенденция более активного использования социальных сетей и других интернет-площадок для взаимодействия с аудиторией в обход интерпретирующих высказывания средств массовой информации.

Россия к настоящему времени добилась довольно больших успехов в этой области. Министерство иностранных дел рассматривает цифровую дипломатию как полезный и эффективный инструмент реализации государственных внешнеполитических интересов. Современные ИКТ дают возможность напрямую контактировать с широкими массами людей, что позволяет доносить информацию более оперативно.

В 2012 году в России была поставлена задача превратить цифровую дипломатию в один из действенных инструментов внешней политики. Процесс освоения преимуществ цифровой дипломатии в России идет высокими темпами. На сегодняшний день страна обладает четвертой крупнейшей дипломатической сетью в мире7. Подавляющее большинство российских дипломатических загранучреждений имеют аккаунт хотя бы в одной из популярных социальных сетей.

В современном мире для успешной реализации внешнеполитической повестки необходимо продвигаться в сфере ИКТ. В этом смысле использование всех доступных средств коммуникации является наилучшим путем достижения этой цели. Россия сегодня находится на переднем крае освоения и оптимизации новых информационных технологий в сфере дипломатии. Многие успехи российской внешней политики неразрывно связаны именно с этим вектором деятельности. Правительство страны рассматривает развитие и распространение ИКТ как одну из приоритетных задач на ближайшие годы, что позволяет рассчитывать на дальнейшее движение вперед российской цифровой дипломатии.

 1Доклад PwC на Международной конгресс-выставке «Интеллектуальное производство и промышленный интернет вещей». 20.11.2016.

 2Davidson A., Director of Digital Economy, Commerce Department Digital Economy Agenda. May 2016 // https://www.ntia.doc.gov/files/ntia/publications/alan_davidson_digital_economy_agenda_deba_presensation_051616.pdf

 3«Цифровая экономика» России обрела первые контуры // ТАСС. Экономика и бизнес. 09.01.2018.

 4IDC, IoT Spending Guide, Russia, 2015.

 5«Цифровая экономика» России...

 6http://kremlin.ru/events/president/news/56957

 7https://globaldiplomacyindex.lowyinstitute.org/country_rank.html

 
Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713252 Игорь Халевинский


Россия. Филиппины > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713251 Карлос Д. Соррета

Новая эра филиппино-российских отношений

Карлос Д. Соррета, Посол Филиппин в России

С момента установления официальных дипломатических связей в 1976 году отношения между Филиппинами и Россией характеризовались в основном лишь устремлениями по отношению друг к другу, но почти не продвигались к конкретному сотрудничеству. Контакты Филиппин и России всегда были теплыми и дружескими, но все же не такими, как у соседей в регионе. Хоть нам и удалось избежать серьезных конфликтов, мы не смогли получить оптимальные выгоды от нашей дружбы и реализовать ее истинный потенциал.

Часто это объяснялось различиями в исторической культуре и политической обстановке, ведущими наши страны по разным дорогам, которые практически никогда не пересекались. Однако не менее важным фактором послужил недостаток информации друг о друге, которая необходима для правильного понимания, восприятия и развития отношений. Холодная война закончилась почти три десятилетия назад, и вместе с ней должен уйти и закоренелый образ мышления, присущий той эпохе.

Дипломаты обеих стран упорно работали над развитием наших отношений. Сотрудничество на таких международных площадках, как Организация Объединенных Наций (ООН), Азиатско-тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЭС), и наше диалоговое партнерство в рамках Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) были весьма продуктивными. Кроме того, довольно значимый двусторонний экономический и культурный обмен помог поддерживать отношения между народами. Однако изменения, сознательно внесенные в политический курс, выдвинули отношения между Филиппинами и Россией на новый уровень и направили правительства обеих стран на усиленную совместную работу.

Родриго Роа Дутерте, заняв пост президента в середине 2016 года, объявил курс на проведение независимой, диверсифицированной и стратегически направленной внешней политики, которая будет служить на благо филиппинского народа. Он заявил о том, что Филиппинам необходимо избавиться от однобокого подхода к международным отношениям прошлых лет, который сформировался ввиду колониального прошлого страны. Президент Дутерте определил Россию как «нетрадиционного» партнера, заслуживающего серьезного внимания Филиппин.

Между тем Россия уже совершила сдвиг во внешней политике в сторону Востока, чтобы заполнить вакуум, создавшийся из-за сложностей в отношениях с Западом. АТЭС и АСЕАН приобрели значимость в международных делах России, в результате чего возросла и важность двусторонних отношений со странами Азии. Таким образом, изменения во внешней политике Филиппин пересеклись с российским «поворотом на Восток».

В этой связи 2017 год должен был стать успешным для отношений между Филиппинами и Россией. Это стало очевидно после встречи президентов Дутерте и Путина в Перу в ноябре 2016 года на саммите АТЭС, во время которого филиппинский президент был приглашен посетить Москву. Однако результаты года и объем проделанной работы удивили бы даже самых внимательных наблюдателей. «Исторический» - слово, которое часто используется при описании 2017 года и его значения для наших двусторонних отношений. Должен сказать, что в этом случае оно является очень уместным и довольно точным.

Важным событием, конечно, стал официальный визит Президента Дутерте в Москву в мае 2017 года. За последние десять лет это был первый визит главы государства в Россию. В нем участвовала крупнейшая президентская делегация, включавшая более 300 представителей правительства и бизнеса. Кроме того, эта поездка стала самой продуктивной за время президентства Дутерте, даже несмотря на то, что ее пришлось прервать из-за теракта в городе Марави в южной части Филиппин.

Встреча двух лидеров была запланирована на 25 мая 2017 года, но ее пришлось срочно перенести на поздний вечер 23 мая. Президент Путин любезно изменил свое расписание, чтобы встретиться с Президентом Дутерте в Кремле перед его экстренным вылетом на Филиппины. Помню, что в этот день у господина Путина было запланировано официальное мероприятие в Краснодаре и ему пришлось вернуться в Москву для встречи с нашим президентом. Задача, связанная с изменением расписания, стоила огромных усилий дипломатам и сотрудникам служб безопасности обеих стран. Филиппинская делегация высоко оценила этот жест солидарности.

Встреча прошла в теплой и дружеской атмосфере и было ясно, что между нашими президентами установилось взаимное уважение. Эта встреча ознаменовала собой новый этап двустороннего сотрудничества между нашими странами. Кроме того, стало понятно, что отношения на таком высоком уровне будут поддерживаться и дальше. Президенты договорились активизировать практическое сотрудничество в военно-технической сфере, в области реагирования на чрезвычайные ситуации и безопасного мореплавания. Они также решили активизировать совместные усилия по противодействию глобальным угрозам, таким как международный терроризм, трансграничная преступность и незаконный оборот наркотиков. Также были определены приоритетные области для развития экономического и культурного сотрудничества: наука и техника, сельское хозяйство, энергетика, транспорт и образование. Оба лидера пообещали продолжить обмен визитами на всех уровнях для поддержания динамики быстроразвивающихся отношений.

В совместном заявлении, опубликованном после саммита, лидеры заявили, что эта встреча стала «важным событием для содействия всеобъемлющему двустороннему сотрудничеству, а также для достижения прогресса в обеспечении стабильности, безопасности и устойчивого развития в Азиатско-Тихоокеанском регионе». Они отметили, что «договоренности, достигнутые в ходе переговоров на высоком уровне, могут способствовать устойчивому развитию разносторонних связей между двумя государствами».

В целях достижения наилучшего результата от визита президенты Дутерте и Путин решили, что подписание соглашений, изначально запланированное на 25 мая 2017 года, должно быть осуществлено после отъезда Президента Дутерте.

Министру иностранных дел Алану Питер С.Кайетано было поручено остаться в России для проведения работы над этим вопросом совместно с министром иностранных дел Сергеем Лавровым.

Посольству и оставшимся членам филиппинской делегации совместно с российскими коллегами пришлось работать без отдыха, чтобы организовать церемонию подписания в отеле «Four Seasons» в Москве 24 мая 2017 года. Министр иностранных дел Кайетано вместе с министром торговли и промышленности Рамоном М.Лопесом, министром сельского хозяйства Эммануэлем Ф.Пиньолом, министром науки Фортунато Т. де ла Пенья и министром туризма Вандой Корасон Тульфо-Тео подписали девять важных соглашений с российскими коллегами из соответствующих ведомств.

Кроме этого, 23 мая 2017 года, в рамках VIII Международной встречи высокопоставленных должностных лиц по вопросам безопасности, проходившей в Завидове, Тверской области, между Секретариатом национального совета безопасности Филиппин и Советом безопасности Российской Федерации было подписано Соглашение о сотрудничестве в области безопасности. Позже, во время другого мероприятия, 25 мая, был подписан Меморандум о взаимопонимании между министерствами энергетики наших стран. Соглашения охватили широкий круг областей. Они направлены на достижение основных результатов и гарантируют сохранение отношений между Филиппинами и Россией на высоком уровне после плодотворного визита.

25 мая 2017 года главы наших дипломатических ведомств, министр Кайетано и министр Лавров, встретились в особняке Министерства иностранных дел в Москве, чтобы обсудить ход развития двусторонних отношений после знакового визита. Они подтвердили приверженность президентов развитию партнерства во всех сферах и пообещали тесно сотрудничать для дальнейшего укрепления отношений. Министр Кайетано передал глубокую признательность Президента Дутерте и филиппинского народа за готовность Президента Путина подстроиться под внезапно сокращенный визит. Министр иностранных дел Лавров подчеркнул, что российское правительство полностью понимает решение нашего президента покинуть Россию раньше запланированного времени и поддержит Филиппины в борьбе против терроризма.

Во время президентского визита представители российских и филиппинских бизнес-кругов воспользовались возможностью и провели обзор торговых и инвестиционных отношений с целью определения конкретных проектов и областей для сотрудничества. Благодаря нашему министру торговли и промышленности Рамону М.Лопесу и его команде 24 мая был организован «круглый стол» руководителей российских и филиппинских компаний. На следующий день состоялся Филиппино-российский бизнес-форум в Москве. 26 мая в Санкт-Петербурге был проведен еще один бизнес-форум, а также встречи с представителями администрации Санкт-Петербурга.

Данные мероприятия, направленные на продвижение экономической политики Президента Дутерте, а также его программы развития расширенной инфраструктуры под названием «Строим, Строим, Строим»*, (*В оригинале программа называется «Build, Build, Build». - Прим. пер.) получили активную поддержку Министерства экономического развития и Торгово-промышленной палаты Российской Федерации. Более 400 представителей бизнеса обеих стран посетили экономические мероприятия в Москве и Санкт-Петербурге. Были подписаны контракты на общую сумму более 1 млрд. долларов, что явилось гарантией для продолжения торгового и инвестиционного обмена между нашими странами.

Любой дипломат согласится с тем, что президентский визит - самое трудоемкое мероприятие в нашей профессии. Визит Президента Дутерте в мае прошлого года не стал исключением. Обе стороны были вынуждены на протяжении нескольких месяцев усердно работать для того, чтобы обеспечить продуктивность данного события. Несмотря на определенную степень разочарования из-за необходимой отмены многих мероприятий, которые мы запланировали, считаю, что все основные цели были достигнуты. В немалой степени этому способствовали гибкость, понимание, быстрая реакция и стремление к развитию отношений с обеих сторон.

Безусловно, визит президента стал самым ярким событием в «историческом», 2017 году. Однако на прошедший год пришлись и другие значимые события. В феврале 2017 года глава российского Совета безопасности Николай Патрушев отправился на Филиппины во главе делегации высокого уровня, состоявшей из должностных лиц министерств внутренних дел, иностранных дел, обороны и юстиции, а также вооруженных сил и Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству. В городе Давао российская делегация провела консультации с советником по национальной безопасности Гермогеном Эспероном, министром обороны Делфином Н.Лорензаной и другими высокопоставленными должностными лицами Филиппин.

Кроме того, 16 февраля 2017 года господин Патрушев нанес визит вежливости Президенту Родриго Роа Дутерте. В ходе визита он сообщил о готовности Федеральной службы безопасности России провести обучение группы охраны президента. Уже спустя две недели 21 офицер группы охраны президента тренировались в Москве совместно со своими российскими коллегами.

В апреле 2017 года министр обороны Лорензана посетил VI Московскую конференцию по международной безопасности в качестве приглашенного докладчика, на которой призвал к «установлению правил и норм урегулирования споров, взаимному уважению среди соседей и устойчивому дипломатическому взаимодействию через двусторонние альянсы, трехсторонние соглашения и международные форумы». Он также встретился с министром обороны Сергеем Шойгу для утверждения рамочного Соглашения об оборонном сотрудничестве, которое позже было подписано в ходе визита Президента Дутерте в мае.

Филиппинские Вооруженные силы также усилили свое взаимодействие с российскими коллегами в 2017 году. В июле филиппинская делегация высокого уровня во главе с генералом Армии Филиппин Глориосо Мирандой посетила III Армейские международные игры в Москве с целью изучения возможности участия в них Филиппин. За этим последовало участие Министерства национальной обороны, армии и береговой охраны в Международном военно-техническом форуме «Армия-2017», который состоялся в Москве в августе. В ходе этого мероприятия делегация во главе с заместителем министра обороны Раймундо Д.В.Элефанте осмотрела военную технику и оборудование для обеспечения безопасности. И наконец, делегация Армии Филиппин во главе с начальником Генерального штаба генералом Робертом Аревало посетила военные учения «Запад-2017», проходившие на Лужском испытательном полигоне Ленинградской области. Впервые за всю историю двусторонних отношений Армия Филиппин имела возможность наблюдать за военными учениями в России.

В октябре 2017 года министр обороны Сергей Шойгу посетил Филиппины для участия во встрече министров обороны «АСЕАН+». В ходе поездки он также встретился с министром обороны Лорензаной и нанес визит вежливости Президенту Дутерте. Кроме того, еще одно историческое событие произошло во время этого визита. Россия на безвозмездной основе поставила на Филиппины 5 тыс. автоматов Калашникова, 1 млн. патронов, 5 тыс. пуленепробиваемых касок и 20 грузовиков «Урал». Поставками руководил лично министр Шойгу. Таким жестом Президент Путин решил поддержать Филиппины в борьбе с терроризмом в городе Марави, Минданао. Такой шаг был высоко оценен правительством Филиппин и филиппинским народом.

Пребывая на Филиппинах с визитом, министр Шойгу также подписал соглашение о военном и техническом сотрудничестве и договор на поставки оборонной техники.

В 2017 году наше сотрудничество в сфере безопасности усиливалось одновременно с процветанием экономических отношений. В 2016 году Филиппины и Россия подписали соглашение о создании Совместной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству. В январе 2017 года председатель комиссии от России, заместитель министра экономического развития Александр Цыбульский посетил Филиппины для встречи со своим коллегой, заместителем министра торговли и промышленности Сеферино Родольфо с целью подготовки повестки первого пленарного заседания комиссии. В состав российской делегации входили представители Министерства транспорта, Россельхознадзора, Росатома и руководители российских компаний, таких как «Норильский никель», «РЖДстрой», «ГАЗ» и других.

В апреле 2017 года заместитель министра Цыбульский снова прибыл в Манилу с еще более крупной делегацией. В общей сложности в ней участвовали 34 представителя государства и бизнеса. Целью визита стало участие в первом пленарном заседании Совместной комиссии. Среди участников были такие компании, как «КАМАЗ», «Ростех» и «Оренбургские минералы». В ходе заседания было подготовлено девять соглашений в сферах торговли и инвестиций, ядерной энергетики, высшего образования, коммуникаций, интеллектуальной собственности, сельского хозяйства и транспорта. Они были подписаны позже Президентом Дутерте во время его визита в Россию в мае. Совместная комиссия продолжает играть важную роль в определении проектов экономического сотрудничества и управлении курсом торговых отношений.

В рамках подготовки к визиту президента были проведены многие другие мероприятия экономической направленности. Министерство торговли и промышленности и Министерство сельского хозяйства направили свои делегации в Москву и Санкт-Петербург для встречи с представителями российского правительства и компаний и обсуждения возможностей ускорить заключение приоритетных сделок. Все эти задачи были успешно выполнены в рамках двустороннего Филиппино-российского бизнес-форума, прошедшего 25 мая 2017 года в отеле «Four Seasons», и на встрече в Торговой палате Санкт-Петербурга 26 мая, где было подписано несколько десятков контрактов на общую сумму более 1 млрд. долларов.

После президентского визита Филиппины активизировали свое участие в главных экономических мероприятиях России. Для обсуждения с российскими партнерами общих интересов в сфере ядерной энергетики мы направили делегацию высокого уровня из Министерства энергетики на Международную выставку «Атомэкспо», организованную «Росатомом» в июне. В сентябре значительное количество представителей правительства и бизнеса Филиппин посетили Восточный экономический форум во Владивостоке. В том же месяце группа лучших экспортеров продовольственных товаров нашей страны посетила Всемирную выставку продуктов в Москве, представив тропические фрукты, морепродукты и натуральные продукты. Кроме этого, по приглашению Министерства сельского хозяйства России мы приняли участие в выставке «Золотая осень».

Посольство проводило работу напрямую с российскими предприятиями и помогало им в реализации инвестиционных и торговых операций на Филиппинах. Сотрудничество охватывало сферы инфраструктуры, транспорта, импорта продовольственных и иных товаров. Я лично встретился с некоторыми руководителями крупнейших российских компаний для обсуждения возможной помощи посольства в закупках продуктов из Филиппин. Одному из российских поставщиков натуральных продуктов была необходима помощь в закупке филиппинских товаров, таких как кокосовый сахар, который теперь можно свободно купить в магазинах Москвы благодаря нашему сотрудничеству. Мы также рады тому, что в результате работы, проделанной в 2017 году, на Филиппинах теперь появились автомобили и грузовики от российских автопроизводителей, таких как «ГАЗ» и «КАМАЗ».

В 2017 году наш двусторонний торговый оборот увеличился на 37% по сравнению с предыдущим годом и сейчас исчисляется более 600 млн. долларов, причем экспорт Филиппин в Россию составляет большую часть этой суммы. Экономические перспективы оптимистичны, и мы ожидаем, что объем торговли превысит уровень, существовавший до экономического кризиса в России.

В 2017 году Филиппины также активно продолжили продвигать туристические услуги. Филиппины на постоянной основе участвуют в Московской международной выставке путешествий и туризма, и этот год не исключение, поскольку курорты и отели нашей страны заинтересованы в привлечении российских туристов. Мы уделяем особое внимание продвижению регионов на Филиппинах, в которых находятся великолепные места для подводного плавания. Поэтому в феврале мы приняли участие в выставке «Moscow Dive Show». Кроме того, мы активно поддерживаем программы изучения английского языка для россиян и приняли участие в языковой ярмарке «Begin Lingua», проходившей в апреле. По нашим наблюдениям, многие россияне совмещают поездки на Филиппины с изучением английского языка. Мы рады, что у посольства установились прочные рабочие отношения с Ростуризмом и его руководителем Олегом Сафоновым.

Завершился год тоже довольно примечательным событием, а именно встречей президентов Дутерте и Путина на саммите АТЭС во Вьетнаме в ноябре. Три дня спустя премьер-министр Дмитрий Медведев посетил Филиппины для участия в 31-м саммите Ассоциации государств Юго-Восточной Азии в Маниле. Вслед за этим последовала его встреча с Президентом Дутерте, в ходе которой было подписано еще восемь соглашений в области правового сотрудничества, интеллектуальной собственности, массовых коммуникаций, транспорта и высшего образования.

Горжусь результатами, которых мы достигли в 2017 году, и надеюсь, что они станут «новой традицией» для отношений между Филиппинами и Россией. Считаем, что нам удалось повысить значимость Филиппин для России, как и значимость России для Филиппин. Что еще более важно, мы смогли добиться конкретных результатов, которые принесут пользу нашим народам, одновременно обогатив наше партнерство и создав взаимное доверие. Это все, чего я могу желать как посол. От имени всей команды нашего посольства, я хотел бы сказать, что в профессиональном плане предыдущий год прошел чрезвычайно плодотворно.

Безусловно, для поддержания тенденции развития отношений нам придется сталкиваться с препятствиями и преодолевать их. На Филиппинах по-прежнему существуют стереотипы о России и русских, сохранившиеся еще с времен холодной войны. Поэтому необходимо расширять знания государственных служащих и представителей бизнеса о современной России. Я живу в России уже несколько лет и могу с уверенностью сказать, что средства массовой информации, описывая русскую культуру и общество, совершенно не передают то разнообразие и очарование, которыми они обладают в реальной жизни. Возможно, сегодня это прозвучит как клише, но принимать решения, основываясь на невежественных суждениях, опасно.

Нынешнее состояние российско-американских отношений тоже играет ключевую роль. В идеальном мире друзья должны ладить друг с другом. Несмотря на независимую внешнюю политику, проводимую Филиппинами, ни одна страна не может остаться изолированной в мире, взаимозависимость в котором растет с каждым днем и где двусторонние отношения неизбежно подвергаются влиянию геополитики. На мой взгляд, главное - мыслить стратегически и оставаться прагматичными, фокусируясь на возможностях и результатах.

В 2016 году исполнилось 40 лет со дня установления официальных дипломатических отношений между нашими странами, и 2017 год мы отмечаем как знаковый, задавший тон нашему партнерству на последующие 40 лет. Наши отношения значительно улучшились, поэтому мы больше не говорим о них в контексте теоретических перспектив.

Явным свидетельством этого является и то, что небольшая, но трудолюбивая команда нашего посольства растет. В 2018 году к нам присоединился торговый советник Министерства торговли и промышленности, который в настоящее время работает над созданием Филиппинского центра торговли и инвестиций в Москве для ускорения роста экономических отношений. Кроме того, очень скоро откроется аппарат военного атташе для обеспечения продолжения сотрудничества по вопросам обороны и безопасности. Это первые представительства, открывшиеся при Посольстве Филиппин в Москве. С нетерпением ждем новых прибавлений, которые помогут нам справляться с увеличивающейся рабочей нагрузкой.

Мы с воодушевлением запланировали на 2018 год много новых мероприятий. Рассчитываем заключить еще больше соглашений в различных областях и прилагаем все усилия, чтобы поделиться с российским народом филиппинской культурой и наследием. Также мы надеемся, что Президент Путин станет первым главой Российского государства, посетившим Филиппины.

Россия. Филиппины > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713251 Карлос Д. Соррета


Россия. Словения > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713250 Доку Завгаев

Мемориальная работа за рубежом как эффективный механизм укрепления взаимопонимания между народами

Доку Завгаев, Чрезвычайный и Полномочный Посол Российской Федерации в Республике Словении

В условиях нарастания направленных против нашей страны информационных атак, непрекращающихся попыток злонамеренного переписывания истории особенно важно вести постоянный поиск эффективных форм и методов укрепления доверия между странами и народами, поддерживать и развивать механизмы межчеловеческого общения и сближения, опираясь при этом на бесспорные морально-нравственные ценности.

Практика российско-словенского взаимодействия, в частности, показывает, что системная историко-мемориальная работа становится одним из действенных инструментов дипломатии.

С учетом тесного переплетения судеб народов России и Словении в XX столетии, в том числе в годы двух мировых войн, коллективу посольства в нынешних условиях удалось, опираясь на многогранный потенциал историко-мемориальной работы, способствующий развитию двусторонних связей, налаживанию полезных контактов на всех уровнях, закреплению позитивного восприятия нашей страны за рубежом, реализовать в Словении ряд крупных, общественно значимых проектов.

Беспрецедентным событием, вызвавшим мощный международный резонанс, стала установка в столице Словении, городе Любляне, первого в истории Российского государства общего памятника «Сынам России и Советского Союза, погибшим на словенской земле в годы Первой и Второй мировых войн».

Открывая этот монумент в июле 2016 года, Президент России В.В.Путин отметил, что памятник «будет напоминать... о решающем вкладе Советского Союза в освобождение Европы от нацизма... отражать нашу общую принципиальную позицию о недопустимости попыток исказить и переписать историю». На церемонии присутствовали тысячи словенцев, включая высшее руководство страны пребывания, сотни корреспондентов из многих стран. Крупнейшие мировые информагентства вели с места событий прямую трансляцию. Примечательны и слова, сказанные главой словенского государства Б.Пахором накануне этого события в интервью агентству ТАСС: «В настоящий момент самым важным достижением будет то, что словенский президент - президент государства, являющегося членом Евросоюза и НАТО, и Президент Российской Федерации у памятника, посвященного трагическим событиям войн, вместе напомнят миру о необходимости вести диалог, выступать за мир. В данный момент это даже больше, чем все остальное наше сотрудничество в политике, экономике, других сферах взаимодействия».

Памятник установлен в престижной парковой зоне города Любляны, возведен на добровольные пожертвования российских и словенских граждан и компаний, принят на баланс, содержится и охраняется городскими властями, включен в туристические маршруты.

Сегодня монумент «Сынам России...» стал местом настоящего паломничества. Посольство организует здесь массовые мероприятия в День Победы и в другие памятные даты. При их проведении по нашей договоренности Министерство обороны Словении выставляет у монумента почетный караул, военный оркестр исполняет Государственный гимн России. Стало нормой посещение памятника российскими делегациями, приезжающими в Словению нашими спортсменами, деятелями культуры и науки, находящимися на отдыхе детьми, туристами, а также жителями словенской столицы. Одним словом, памятник «успешно работает» на авторитет нашей страны, во имя сохранения исторической правды и углубления доверия между народами.

Столь же важным проектом, обладающим мощным многогранным потенциалом, стал открытый нами в Словении Международный исследовательский центр Второй мировой войны. Инициатива посольства по его созданию была одобрена Президентом России В.В.Путиным в июле 2016 года, а через год, в ноябре 2017 года, Международный исследовательский центр начал свою работу. Особый морально-нравственный заряд и убедительность деятельности центра придает то, что он размещен в сохранившемся здании бывшего нацистского концлагеря для советских военнопленных, где гитлеровцами отдельно от граждан других стран содержались - а точнее, с особым цинизмом и жестокостью уничтожались - пленные красноармейцы. Скупые цифры свидетельствуют, что в сентябре 1941 года в этот «лагерь смерти» было привезено 5,4 тыс. наших пленных солдат, а к марту 1942 года в живых оставалось 147 человек, столь же трагическая судьба постигла и несколько тысяч наших пленных, оказавшихся в этом лагере летом 1942 года.

Путь к запуску работы центра не был легким. Обнаруженное в ходе поисковой работы сохранившееся здание бывшего концлагеря находилось в частных руках. В итоге непростых переговоров со словенскими властями удалось добиться того, что мэрия города Марибора за счет городского бюджета выкупила его и согласилась передать помещения площадью более 3,5 тыс. кв. м Международному исследовательскому центру в долгосрочную аренду за символическую плату (1 евро в год). По просьбе посольства крупный отечественный бизнесмен П.А.Рыжков, возглавляющий Общество дружбы и культурных связей России со Словенией, за счет собственных сил и средств провел реконструкцию и капитальный ремонт, адаптировал помещения под нужды исследовательского центра.

Параллельно с решением правовых и материально-технических вопросов мы подготовили и уже в декабре 2017 года провели первую представительную международную конференцию «Уроки прошлого во имя процветания будущего». Среди ее участников были парламентарии, общественные деятели, историки из России, Словении, Латвии, Австрии, Италии, Сербии, Хорватии. Конференция вызвала широкий позитивный резонанс и большой интерес, в том числе в профессиональных кругах. По ее итогам появилось более 100 публикаций в СМИ и блогосфере многих стран, включая Германию.

В мае текущего года во взаимодействии с Форумом славянских культур и Российским центром науки и культуры организовали очередную международную конференцию «История и культура. Роль учреждений культуры и неправительственных организаций в сохранении исторической памяти». В дискуссии приняли участие авторитетные исследователи из десяти европейских стран, включая Украину, Словакию, Румынию, Францию.

В резолюциях, принятых по итогам обеих конференций, отмечалась исключительная своевременность и востребованность создания центра как перспективной площадки по консолидации всех, кто разделяет объективные подходы к истории Второй мировой войны и готов совместно противодействовать попыткам навязать обществу, и особенно молодежи, неонацистские, националистические, ксенофобские и другие опасные взгляды.

Заметное место в российско-словенских отношениях прочно заняла в последние годы Русская часовня под перевалом Вршич в словенских Альпах, возведенная российскими военнопленными в годы Первой мировой войны в память о погибших товарищах. Пережив все катаклизмы ХХ столетия, распад государств и изменение политических систем, она сохранилась благодаря бережному отношению местных жителей к памяти наших соотечественников. Широкую международную известность ежегодным июльским встречам общественности двух стран на перевале Вршич придало участие в них Президента Российской Федерации В.В.Путина в 2016 году, когда часовня отмечала свое 100-летие. Сегодня она стала подлинным символом дружбы и взаимопонимания между народами, местом паломничества людей со всего мира, а также эффективной площадкой официальных и неформальных двусторонних контактов на всех уровнях, включая высший.

Реализовать такие крупные, общественно значимые проекты было бы невозможно без предшествующей системной и кропотливой работы по увековечению памяти наших воинов, поиску сведений об их судьбах, позволившей заручиться массовой поддержкой словенцев.

На территории Словении находятся 80 наших воинских захоронений и памятных мест (многие в отдалении - в лесах или на высокогорье). Когда зимой 2010 года в силу различных обстоятельств были повреждены несколько памятников, а потом и Русская часовня, мы не стали ограничиваться написанием дипломатических нот, а наряду с этим приняли решение «пойти в народ».

С самого начала поставили нашу историко-мемориальную работу на системную основу. За каждым дипломатом закрепили по несколько населенных пунктов (за собой оставил «шефство» над двумя мемориалами - в Любляне и в городе Мурска-Собота). Сотрудники посольства регулярно посещают города и села, где установлены наши памятники, тесно контактируют с местным населением, властями, учебными заведениями.

С 2010 года ежегодно организуем у каждого из наших воинских захоронений и памятных мест мемориальные мероприятия с участием представителей властей, широкой общественности, СМИ, религиозных конфессий, соотечественников. Заложенная посольством традиция получает здесь растущее понимание и признание. «Спасибо, русские, наконец-то вы пришли», - сказал убеленный сединами словенский ветеран нашему дипломату на одной из первых таких церемоний в отдаленном горном селе.

Сегодня с нами взаимодействуют тысячи местных жителей, все мэры городов и районов. Только что по приглашению посольства в состоявшихся 28 июля этого года мероприятиях у Русской часовни приняли участие Президент Словении, министры и парламентарии, известные общественные деятели двух стран, члены Общества дружбы «Словения - Россия», более тысячи участников со всех уголков страны.

Тесные контакты со множеством словенцев вызвали приток в посольство огромного массива информации, что позволило за последние годы обнаружить большое количество ранее неизвестных мест захоронений, установить 26 памятников и памятных знаков, найти тысячи имен павших и увековечить их на памятниках в местах захоронений (в том числе 1195 имен в г. Мариборе в 2011 г., 26 - в г. Нова-Горица в 2012 г.; 19 - в г. Жужемберке в 2015 г. и т. д.), снять два документальных фильма: «Русский батальон» (2012 г.) - о высоком моральном облике, преданности Отечеству и верности воинскому долгу советских граждан, сражавшихся против фашистских захватчиков в рядах словенских партизан, и «Непокоренные» (2015 г.) - о трагической судьбе красноармейцев, замученных в нацистском плену, открыть музей-мемориал советских военнопленных (2014 г.) и многое другое. Информация о захоронениях и памятных местах, именах погибших (около 3 тыс.) размещена на информресурсах посольства и постоянно обновляется. Все захоронения паспортизованы, поддерживаются в надлежащем состоянии. Постоянно расширяем обратную связь с родственниками погибших.

Рассматриваем историко-мемориальную работу как «улицу с двусторонним движением», поддерживая заинтересованность наших партнеров в ее расширении. Ведем поиск данных о словенцах, погибших на территории России в годы мировых войн. Собранную информацию официально передаем словенским властям. Во взаимодействии с российско-словенской Смешанной комиссией по реализации межправительственного Соглашения о воинских захоронениях ведем работу над проектом установки словенского воинского монумента в российской столице. Согласовали данный вопрос с властями Москвы. Определено место установки памятника - в Парке Победы на Поклонной горе.

Мощный импульс всей нашей работе придало приглашение В.В.Путиным большой группы словенских ветеранов (69 человек) в Москву на празднование Дня Победы в 2017 году. За ветеранами был прислан специальный самолет, они побывали на параде и на приеме в Кремле, отдельно встретились с российским президентом, возложили венок к Могиле Неизвестного солдата, после чего перед ними маршем прошел почетный караул. Резонанс от этого события на всех уровнях не утихает в Словении до сих пор.

На постоянной основе тесно взаимодействуем с МИД России, Минкультуры и Минобороны России, Россотрудничеством, другими министерствами и ведомствами, регионами (Москвой, Санкт-Петербургом, республиками Татарстан и Дагестан, Владимирской, Вологодской, Московской, Орловской, Самарской, Ульяновской, Ярославской и другими областями), ощущаем их поддержку. Активно сотрудничаем с Российским военно-историческим и Российским историческим обществами, Центральным архивом Министерства обороны России, Центральным музеем Великой Отечественной войны, другими профильными учреждениями и неправительственными организациями.

В реализации отдельных важных проектов принимал участие министр иностранных дел Российской Федерации С.В.Лавров. В мае 2013 года министр выступил на презентации в Любляне документального фильма «Русский батальон» (кинолента вызвала большой интерес в Словении, а также была показана на каналах ВГТРК, в Азербайджане и Казахстане). В июле 2014 года С.В.Лавров участвовал в открытии музея-мемориала в городе Мариборе, а в феврале 2018-го вместе со словенским коллегой подписал в Любляне межправительственный меморандум о поддержке деятельности Международного исследовательского центра Второй мировой войны, цель которого - вести работу по отстаиванию исторической правды и поиску сведений о судьбах тех, кто погиб на словенской земле, сражаясь с нацизмом.

Комплекс реализуемых посольством разнообразных мероприятий на мемориальном направлении позволил укрепить в общественном сознании Словении уважительное отношение к нашей стране, сформировать здесь в определенной мере атмосферу невосприятия искажения истории, исключить случаи вандализма в отношении наших захоронений и памятников и обеспечить их полную сохранность, создать серьезный позитивный фон для динамичного развития многопланового двустороннего сотрудничества, включая торгово-экономическое.

Россия. Словения > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713250 Доку Завгаев


Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713248 Сергей Рябков

Американцам доверять становится все сложнее

Сергей Рябков, Заместитель министра иностранных дел России

Армен Оганесян, главный редактор журнала «Международная жизнь»: Сергей Алексеевич, Президент Д.Трамп на саммите в Хельсинки неоднократно говорил о желании поладить с Россией. Есть реальные сигналы, что это намерение будет реализовано в ближайшее время?

Сергей Рябков, заместитель министра иностранных дел России: Мы, конечно же, приветствуем настрой, который не раз подтверждался Президентом США. Это само по себе важнейший сигнал. Мы его слышим, мы его поддерживаем, готовы действовать аналогичным образом. Но есть одна проблема, которая связана с тем, что в сегодняшней Америке антироссийские настроения охватили столь широкие слои государственного аппарата и политического класса, что, по сути дела, сразу после контакта на высшем уровне мы наблюдаем попытки ревизовать возможные договоренности. Поэтому не складывается понимание, в каком направлении нам двигаться, чтобы поладить. Сейчас среди сенаторов и конгрессменов немало тех, кто осознанно старается ограничить свободу внешнеполитического маневра Президента США, чтобы не дать ему такой возможности - поладить. Две противоречивые тенденции, к сожалению, выявляются весьма отчетливо, и пока мы не видим признаков того, что американская сторона готова пройти свою часть пути к нормализации отношений.

А.Оганесян: Как говорят, шаг вперед, два шага назад.

С.Рябков: Да, похоже на правду. По крайней мере, наблюдаются попытки отдалиться от тех рубежей, где мы могли бы оказаться после встречи в Хельсинки. Эти попытки будут продолжаться, и особенно в нынешних условиях, когда в США разгорается ожесточенная внутриполитическая борьба и обе партии завышают ставки в ней. Там серьезно стоит вопрос о том, какая из партий установит контроль над Палатой представителей. Для некоторых в этой борьбе все средства хороши. Россию, к сожалению, представляют, по сути, как противника, что эксплуатируется нашими недругами самым циничным образом. Это, разумеется, фактор, оказывающий, мягко говоря, негативное воздействие, разрушительное воздействие на наши отношения.

А.Оганесян: Вы уже длительный период занимаетесь российско-американскими отношениями. Вы почувствовали изменения в стилях, подходах, может быть, в дипломатических навыках тех, кто отвечает за внешнюю политику в администрации Д.Трампа и отвечал у Б.Обамы?

С.Рябков: Скажу так, профессионалов в госаппарате США много. Они не вымываются оттуда в силу каких-то конъюнктурных обстоятельств, хотя особенностью функционирования американской системы является то, что при смене партий, которые находятся у кормила власти в ее исполнительной части, происходит замена функционеров высокого уровня - это заместители министров, директора департаментов - во всех ведомствах. После прихода к власти Д.Трампа процесс кадровых назначений идет крайне медленно. Очень много вакансий, незаполненных постов. До сих пор целый ряд важных клеток штатного расписания различных ведомств США не заполнены, даже нет назначений, не названы люди, которые затем должны пройти определенную процедуру утверждения в Сенате, и т. д. Это затрудняет работу, технологически мешает диалогу, и мы не всегда понимаем, кто и за что в этой американской ситуации отвечает.

Другая, не менее сложная сторона нынешнего момента - это очевидный уклон наших коллег в Вашингтоне в односторонние подходы - Америка превыше всего. И принимаются только те решения, которые нужны и важны для США, независимо от темы. Это, по сути, главный критерий, которому следуют сотрудники госаппарата. Они сейчас меньше, чем раньше, готовы и склонны вести длительные, сложные переговоры в поисках общеприемлемой линии, воспринимать позицию противоположной стороны, бороться с помощью аргументов и вступать в споры. Это новая реальность, с которой нам тоже приходится считаться.

А.Оганесян: По сообщениям американских СМИ, в ходе саммита В.Путин передал Д.Трампу предложения по ограничению вооружений, в частности по продлению действия Договора СНВ-3 и о запрете размещения оружия в космосе. Как вы оцениваете перспективы достижения договоренностей между нашими странами по этим проблемам?

С.Рябков: Я не хотел бы вдаваться в конкретику тех сигналов, которые были переданы на высшем уровне в Хельсинки в этой части. В обобщенном виде могу сказать, что прозвучало предложение к продолжению диалога по решению целого ряда проблем, среди которых и те, о которых вы упомянули. Это настоятельная необходимость момента. Мы не можем продолжать делать вид, что все хорошо, что трудности сами по себе будут преодолены, что проблемы сами по себе рассосутся. Наоборот, сложности в сфере контроля над вооружениями и в сфере стратегической стабильности накапливаются.

Вы знаете о том, насколько тяжело обсуждается с американцами и некоторыми их союзниками ситуация вокруг Договора о ракетах средней и меньшей дальности. Взаимные обвинения сыплются как из рога изобилия. Мы давно уличили американцев в нарушении договора - они используют так называемые ракеты-мишени, которые являются фактически теми же ракетами средней дальности, и их пуски даже в целях отработки систем ПРО означают испытания средств средней дальности, что запрещено договором.

Есть у нас вопросы по американским ударным беспилотникам. Но самое главное - это, разумеется, развертывание в Румынии, а вскоре и в Польше, наземных универсальных пусковых установок Mk 41 в составе комплексов Aegis Ashore, которые могут быть применены для пуска крылатых ракет наземного базирования. Сам факт того, что я много раз повторяю это в разных форматах, показывает, что мы никуда не двигаемся. Так же как и с продлением Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений - приближается истечение первоначального 10-летнего срока его действия. Договором предусмотрена возможность его продления еще на пять лет. Почему же такой возможностью не воспользоваться? Президент России уже сказал об этом публично, находясь в Йоханнесбурге, в Хельсинки он говорил об этом и Д.Трампу. Мы не можем сейчас сказать достоверно и с уверенностью почему, но, к сожалению, отклика нет. То ли до конца не сформирована американская позиция, то ли они ищут более благоприятный момент для формулирования данной позиции в силу каких-то своих обстоятельств, то ли у них отсутствует должным образом выстроенная команда, которая могла бы этим заняться. Но время уходит. Кажется, что до 2021 года еще далеко, но это не так. Он буквально уже на пороге.

А.Оганесян: Сергей Алексеевич, по поводу второй части вопроса, связанной с космосом. Этот вопрос снят сам по себе после решения Вашингтона, что американским вооружениям быть в космосе?

С.Рябков: Мы наблюдаем на протяжении длительного времени, при администрациях и Дж.Буша-мл., и Б.Обамы, и сейчас при Д.Трампе, очевидное стремление США обеспечить себе доминирующую позицию в космосе, в том числе в части военного космоса. Хочу обратить ваше внимание, что понятие «военный космос» гораздо шире, чем все то, что связано с появлением в космосе ударных вооружений. Космос милитаризован с точки зрения разведки, средств связи, наблюдения, контроля. Все страны, располагающие возможностями соответствующего потенциала и уровня, занимаются этим в течение нескольких десятилетий. И мы, строго говоря, понимаем, что без этого не обойтись и тоже развиваем такие системы.

Другое дело, что пока в космосе нет оружия ударного типа, нет средств поражения, но разговоры идут. Тенденция, которая наблюдается в доктринальных и практических документах США, указывает в данном направлении, что очень тревожно. Неслучайно Россия выступила с серией инициатив, как все-таки не допустить переноса гонки вооружений в космос. Возьмем, к примеру, российско-китайский проект юридически обязывающего договора, который мы обновили не так давно и передали на рассмотрение Конференции по разоружению в Женеве. Хотелось бы, чтобы там пошла более активная работа. Далее - политическая инициатива о неразмещении первыми оружия в космосе, то есть декларация, которую, по состоянию на сегодня, уже приняли вместе с нами около 20 стран. Пока еще не так много. Но важно, что эти государства открыто разделяют наш подход, что мы не будем первыми размещать оружие в космосе. Это значимый сигнал. Думаю, что он не может быть проигнорирован, в том числе в Вашингтоне.

Хотя скажу вам, что пренебрежение сегодняшней Америки к мнению других просто зашкаливает. Это одна из больших проблем современных международных отношений. Происходит их интоксикация односторонними подходами, повышение международной температуры вследствие тех токсинов, которые вбрасываются американской внешней политикой.

А.Оганесян: Может ли сложиться такая ситуация, что Россия не пойдет на пролонгацию Договора СНВ-3?

С.Рябков: Очень хотел бы, чтобы договор был продлен. Я участвовал в работе по его составлению и согласованию. Помню, как мы выверяли каждое слово в тексте, чтобы документ получился абсолютно паритетным, обеспечивающим интересы и каждой из сторон, в нем участвующих, и глобальной безопасности в целом. В общем-то, получилось. Конечно, ничего идеального не бывает, но в целом вышло неплохо. Я в этом убежден. Желательно, чтобы документ сохранился. Подчеркну также, что есть ряд вопросов серьезного свойства, связанных с тем, как договор выполняют США.

Одна из крупных тем, которые мы продолжаем обсуждать с американцами, в том числе в рамках двусторонней консультативной комиссии по СНВ, - это так называемое переоборудование части их стратегических носителей. Они переоборудовали значительное количество тяжелых бомбардировщиков, а также пусковых установок баллистических ракет на подводных лодках таким образом, что мы, другая сторона договора - Россия, не можем подтвердить необратимость этого переоборудования. То есть, строго говоря, представляется, что при наихудшем сценарии США проведут обратную процедуру и на эти бомбардировщики, и в эти шахты вновь загрузят ядерные вооружения. В результате получается, что до 2 тыс. ядерных боеголовок на эти носители американцы могут быстро вернуть, если захотят. Сюжет крупный, и им надо заниматься, для этого есть соответствующая площадка - это как раз двусторонняя консультативная комиссия по СНВ. Мы знаем, как данную проблему можно решить, и мы предлагаем американцам решения. Вопрос в американской политической воле.

А.Оганесян: Но если не слышать слов оппонента или партнера, то тогда смысл Договора о СНВ размывается?

С.Рябков: Это предмет для отдельного анализа, экспертного заключения. Серьезность темы, связанной со стратегической стабильностью в ее непосредственной проекции на национальную безопасность нашей страны и мира, потребует от нас очень взвешенных решений. В любом случае данное решение - президентского уровня. Все ведомства силового блока, а также Министерство иностранных дел, несомненно, будут анализировать происходящее именно под таким углом. Но договор в целом - это средство удержания под контролем очень опасного направления гонки вооружений, тем более что мы через это уже проходили. Многие десятилетия мы шли сначала по пути наращивания, потом ограничения, затем сокращения вооружений. Нам понятно, о чем мы говорим, здесь не может быть легких решений. Хотелось бы, чтобы документ остался в живых.

А.Оганесян: Для нас, конечно, приоритет национальной безопасности выше конкретных договоров. Но нам необходимы договоры, чтобы обеспечить национальную безопасность.

С.Рябков: Армен Гарникович, это очень важный вопрос. Хорошо, что вы его затронули. Есть разные способы обеспечить национальную безопасность. Посмотрите, что происходит в США. Такое впечатление, что у американцев санкции по любому поводу - единственный инструмент внешней политики. США не готовы с кем бы то ни было договариваться на компромиссной основе, всем пытаются диктовать свою волю - и в мировой торговле, и в сфере безопасности, и по региональным конфликтам. Средством «принуждения» других стран к следованию американской линии зачастую становятся санкции, не обязательно прямые, возможно опосредованные.

Мы это видим на примере Ирана. Это же шантаж и запугивание в том числе и собственных союзников. Смысл сигнала, который направляется из Вашингтона, понятен: либо вы будете продолжать то, что считаете правильным по Ирану, но тогда мы вас накажем нашими санкциями, либо вы будете иметь все преимущества свободной работы на суперъемком и суперперспективном американском рынке, но при условии, что вы уйдете из Ирана. То есть достигается двойная цель: попытка экономического удушения страны, которая в силу каких-то причин не устраивает США, и одновременно консолидация вокруг США тех, кто готов следовать американскому курсу. Санкции как единственное средство обеспечения национальных интересов.

С нашей точки зрения, ситуация в мире многими воспринимается по-новому после того, как Президент России в Послании Федеральному Собранию объявил о разработке новых видов вооружений. Мы показали, что мы наращиваем свой военный кулак, свой ядерный потенциал. Это - средства сдерживания, без них в нынешнем бурном море международных отношений плыть сложно. Это - золотой запас нашей национальной безопасности. После заявления президента мы почувствовали, что в ряде стран активизировалась определенная дискуссия вокруг того, как дальше быть с документами в сфере контроля над вооружениями.

И правильно составленные договоры, доказавшие свою эффективность, - это одно из самых надежных, лучших, проверенных средств обеспечения национальной безопасности. Они повышают предсказуемость (мы знаем, на что надо и не надо тратить деньги), обеспечивают проверяемость действий другой стороны, это способ изнутри заглядывать в темные уголки военной кухни наших оппонентов. Это не значит, что все напоказ, но это существенный способ гарантировать ощущение того, что ты знаешь, чтó вокруг тебя происходит.

Прискорбно, что администрация США, в том числе в недавно подписанном Президентом Д.Трампом Законе о предельных уровнях расходов на национальную оборону в 2019 году, расставила вопросительные знаки вокруг целого ряда международных соглашений, включая Договор по открытому небу. Потом Госдепартамент по своим причинам начал давать одному из наших информационных агентств опровержения в том духе, что США «ниоткуда не выходят». Но мы и не утверждали, что Вашингтон выходит из этого договора. Мы просто считаем, что своими решениями США затрудняют поиск путей урегулирования существующих проблем, которые созданы самими американцами и их подопечными. В частности, Грузия отказывается от компромиссных решений по полетам самолетов наблюдения. Имеется целая серия сюжетов, которые могли бы быть «при прочих равных» урегулированы за столом переговоров, а не отрабатываться в режиме публичной перепалки и взаимных обвинений. Американцы, к сожалению, не хотят договариваться.

А.Оганесян: Что означает заморозка США в одностороннем порядке сотрудничества с Россией в рамках Договора по открытому небу? Почему в нарушении этого соглашения США обвиняют нас?

С.Рябков: Не первый год США пытаются нам приписать действия, которые не укладываются в требования договора. Это связано, если сказать обобщенно, с нашим принципиально иным подходом, отличающимся от подхода США и их союзников, к вопросу о том, к примеру, являются ли Абхазия и Южная Осетия суверенными государствами. Не вдаваясь в конкретику, просто скажу, что мы в качестве решения предлагали вариант, который был бы «статусно нейтральным», так как он не касался бы вопроса, признает кто-то Абхазию и Южную Осетию суверенными государствами или не признает. Сугубо по политическим мотивам предложение было отвергнуто в Тбилиси и теми, кто поддерживает подход Грузии. Ситуация в тупике. Там есть другие аспекты, еще более технические: на каких аэродромах можно делать заправки самолетов, какие предельные дальности допустимы при выполнении полетов в рамках миссий открытого неба и т. д.

У нас немало претензий к США в этих сферах. Нужно решать их на паритетной основе. Россия вносила соответствующие предложения, но на фоне продолжающейся раскрутки обвинений нашей страны во всех мыслимых и немыслимых прегрешениях появилось и новое явление, а именно - предписания Конгресса администрации США не финансировать некоторые работы по тематике договора. Мы можем потерять и этот договор. Вообще видим, что многие элементы действующей архитектуры международной безопасности в сфере контроля над вооружениями шатаются и это здание может рассыпаться, что было бы большой потерей для международных отношений.

А.Оганесян: Открылось ли окно возможностей после встречи в Хельсинки для совместного урегулирования положения в Сирии? Почему американцы отказываются участвовать в различных форматах по сирийскому урегулированию, предлагаемых Россией?

С.Рябков: Окно возможностей существовало и до Хельсинки, а после саммита оно открылось шире. Связано это с тем, что РФ прилагает максимальные усилия к тому, чтобы завершить мероприятия, необходимые для ликвидации террористической угрозы в этой стране и нормализации там жизни. Сейчас наши военные и соответствующие службы, которые находятся в Сирии, прилагают огромные усилия для реализации задач по возвращению беженцев, налаживанию нормальной жизни. Мы работаем в этом направлении с широким кругом международных партнеров, МИД активнейшим образом вовлечен в эти процессы. Удачно прошла совместная операция с французами, работаем с международными гуманитарными организациями. В рамках Астанинского процесса прошло мероприятие в Сочи, на котором продолжилось обсуждение тематики, связанной с Конституцией Сирии и другими вопросами. Мы вместе со странами-гарантами - Турцией, Ираном - в отличие от США и ведомой ими коалиции, не на словах, а на деле движемся в направлении постепенной стабилизации и нормализации обстановки в этой стране.

Но все, что мы делали в Астане и Сочи, это не противовес и не «противоход» Женевскому процессу. Госдеп в очередной раз заявил, что переговоры в Женеве - единственная площадка для соответствующих усилий в интересах сирийского урегулирования. Почему единственная? Почему они отрицают все позитивное, что делается? Потому что этим занимаются Россия, Турция и Иран? «Заедает» американцев, что другие что-то полезное делают, поэтому они и не уходят из Заевфратья, поэтому они мешают нормальному решению проблемы по борьбе с терроризмом в Идлибе. Они сохраняют базу в Эт-Танфе, они не слушают аргументы, которые совершенно очевидны для непредвзятого наблюдателя, что без приглашения законного правительства страны вооруженным силам нельзя находиться на территории другого государства.

Если мы хотим сотрудничать в решении общей задачи борьбы с терроризмом, это должно быть полное сотрудничество, а не только, как мы называем, деконфликтинг, который, кстати, работает, - это недопущение инцидентов и взаимное уведомление о планах, если при реализации этих планов что-то может измениться, коснуться интересов другой стороны. Это все важно, но ограниченно, поэтому давайте смотреть на вещи пообъективнее и пошире. Американцы не участвуют в сочинском формате, потому что в нем ключевую роль играет Россия. К сожалению, мы живем в таких реалиях.

А.Оганесян: Американцы уйдут из Сирии в обозримом будущем?

С.Рябков: Думаю, что они зацепились за районы своего нынешнего пребывания, потому что понимают: без их присутствия сложно раскачивать внутреннюю ситуацию в Сирии, а это, в свою очередь, дает им шанс для решения задачи геополитического переформатирования страны и шире - Ближневосточного региона.

А.Оганесян: Украина - больная тема. В чем на сегодняшний день разница в подходах к украинскому кризису США и России?

С.Рябков: Очень просто. Россия за строгое и полное выполнение Минского пакета мер. Это означает соответствующие шаги, которых нет со стороны Киева. Сколько бы американцы ни говорили, что черное - это белое и наоборот, нельзя отрицать факты. Специальная мониторинговая миссия ОБСЕ неоднократно фиксировала, что реально происходит, каковы масштабы невыполнения киевскими властями требований Минских соглашений и последующих договоренностей, в том числе о разъединении, об отводе тяжелых вооружений. Нет ни амнистии, ни закона о спецстатусе региона, как это предусмотрено. Напротив, принимаются противоположные по своему назначению законодательные акты, особенно сейчас, когда дело идет к выборам на Украине.

Мы понимаем, что западные спонсоры киевского режима настолько озабочены сохранением всего того, что подконтрольно им, и позволяет, как они считают, поддавливать на Россию, что никаких сдвигов к лучшему в поведении киевских властей в обозримой перспективе не произойдет. Это печальная констатация, но мы руки не опускаем и продолжаем работать в разных форматах. Контакты высшего уровня в «нормандской четверке» оправданны тогда, когда мы будем понимать, что возможны результаты. Мы видим многочисленные заявления американского спецпредставителя по Украине, который однозначно играет на киевской половине поля. Это все показатель того, насколько американцы в рамках своей линии на давление, на принятие односторонних мер отвыкли от компромисса как метода решения проблем.

А.Оганесян: Недавно мы получили очередную порцию санкций в отношении России. Зачем США нужно усиление санкционного давления на Россию? Какие конечные цели они преследуют?

С.Рябков: Американская администрация анонсировала в связи с якобы причастностью России к «делу Скрипалей» двухступенчатые санкции, и в ноябре возможны серьезные ограничения на торговлю, если мы не выполним ряд условий. Американцы привыкли говорить с Россией на языке ультиматумов, требований. Эти условия заведомо и преднамеренно сформулированы так, чтобы их нельзя было выполнить. И все это прекрасно понимают - и авторы, и исполнители. Цель - показать, что США не терпят в мире никакого внешнеполитического действия, которое бы не вписывалось в их представления о том, что правильно и что неправильно. Декларируя демократию как основу своего собственного социального устройства, в сфере внешней политики они никакой демократии не допускают, они идут по пути тотального диктата. И, конечно, в этих условиях другие государства должны находить способы, как обезопасить себя от американского воздействия и чем ответить.

Мне кажется, нужно обезопасить себя через снижение роли доллара и американской финансовой системы в мировой экономике. Настал момент, когда мы должны от слов переходить к делу, избавляться от доллара как средства взаимных расчетов, заниматься поиском других схем. Слава богу, это происходит, и мы будем форсировать такую работу. Кроме того, мы должны предпринимать ответные меры. Без ответа американские санкции не должны оставаться в силу той логики и той ментальности, которые существуют в США. Отсутствие прямого ответа на вызов воспринимается там только как признак слабости. Это лишний повод для «горячих голов» в Вашингтоне и дальше наращивать давление.

Мы уже на это не обращаем внимания, потому что объяснять им что-либо бесполезно. Они не воспринимают нормальную логику. Они считают, что если гнуть свою линию, то рано или поздно Россия пойдет на уступки, выполнит то, что хочет Вашингтон, откажется от своей независимой внешней политики и, по сути, капитулирует. Это совершенно невозможно.

А.Оганесян: Какие ответные меры мы можем предпринять?

С.Рябков: На санкции можно отвечать симметрично, асимметрично, можно расширять наши собственные списки «подсанкционных» политиков. Это небезразлично для американских деятелей, которые возомнили себя вершителями судеб мира.

Когда кто-то из них узнает, что он или она ущемлен или ущемлена во всеобъемлющих правах, потому что он или она просто не может получить российскую визу - это некий щелчок по носу и самолюбию. На общем фоне все это мелочи. Есть множество других способов ответить - но не в ущерб себе. Много рассуждений слышится о том, что Россия в ответ должна прекратить поставки в США ракетных двигателей, авиационного титана, уранового концентрата. Это - «самострел». Нам надо готовиться к тому, что американцы рано или поздно инициативно откажутся от закупок данной российской продукции или существенно их сократят. Мы не должны опережать события. С учетом нынешних настроений в США скорых перемен к лучшему в любом случае не будет.

А.Оганесян: Если в адрес России применяются экономические санкции, логично предположить, что в ответ будут приняты экономические ответные меры?

С.Рябков: Совсем необязательна стопроцентная зеркальность. Мы не можем тягаться с США в экономической сфере, так как находимся в разных весовых категориях. Мы намеренно оставляем неопределенность в вопросе о том, как будем отвечать, потому что если начнем заранее что-то анонсировать, то это будет означать ослабление наших же позиций. Приведу параллель: когда корабль ВМС США заходит в порт другой страны, то политика ВМС заключается в том, чтобы не подтверждать, но и не отрицать наличие ядерного оружия на борту корабля, который приспособлен для такого оружия. Мы тоже не будем ни подтверждать, ни отрицать, а будем повторять то, чему научились у тех же американцев. «Все опции на столе». В конечном счете решение принимает Президент - Верховный главнокомандующий. В должное время политическое руководство страны примет соответствующее решение.

А.Оганесян: Выход из ядерной сделки США с Тегераном породил конфликт. Как дальше будет развиваться это противоречие: Европа - Америка?

С.Рябков: Введение в начале августа так называемого «блокирующего регламента» - это серьезное действие со стороны ЕС, это крупная мера. Опыта практического применения данных положений внутри есовского законодательства до сих пор не было. После принятия в США Закона Хелмса - Бэртона о торговом эмбарго против Кубы в 1990-х годах возможность активации «блокирующего регламента» Евросоюза закончилась полюбовной договоренностью между Вашингтоном и Брюсселем. Сейчас мы имеем абсолютно четкое следование ЕС своей внутренней установке на то, что бизнес от экстерриториальных санкций США в отношении Ирана надо защищать.

Другой вопрос, насколько это эффективно и насколько политики в ЕС способны объяснить своим крупным компаниям, что здесь вопрос не только их коммерческой выгоды и выбора между американским рынком и иранским или наказанием американскими санкциями и продолжением работы в Иране. В данном случае присутствует определенный политический аспект: работа на собственный суверенитет, на обеспечение достойного места своих стран в мире, в котором диктата быть не должно. Думаю, что малый и средний бизнес получит поддержку, Совместный всеобъемлющий план действий имеет право на существование и без США.

Вопросы остаются. Будут ли США и дальше наращивать давление? Будут ли они прибегать к методам военно-политического шантажа? Ожидать можно всего. Нам надо коллективно противостоять этому. Российская дипломатия занимается данной проблемой во всех ее аспектах, включая условия для нормального функционирования экономических операторов в Иране.

А.Оганесян: Как, по вашему мнению, отразится «торговая война» между США и Китаем на мировой торговле?

С.Рябков: Недавно прошел саммит БРИКС в Йоханнесбурге. Итоговый документ этого мероприятия - кстати, существенный коллективный сигнал от «пятерки» развивающихся рынков, а по сути дела, «пятерки» ведущих держав мира - думаю, услышан во всех столицах. В этом документе и в выступлениях лидеров выражена серьезная озабоченность внедрением односторонних подходов в мировую торговлю, озабоченность настроем США на реформу по своим лекалам, а фактически - на слом ВТО в том виде, в котором мы ее знаем. Эти проявления американской однобокой линии тоже весьма тревожные.

«Торговая война» между США и КНР, видимо, будет иметь последствия с точки зрения темпов глобального роста и некоторой разбалансировки рынков. Такая тенденция нежелательна. Пока мы видим взаимное введение тарифов на серьезные товарные группы. Отметим, что темы обсуждаются между Вашингтоном и Пекином. Россия как государство, в достаточной мере интегрированное в мировую экономику и мировые финансы, не может на себе не ощущать последствий происходящего. Мы, конечно, заинтересованы, чтобы проблемы были урегулированы более цивилизованным путем и чтобы не предпринимались меры, которые фактически оказывают угнетающее, депрессивное воздействие на мировой экономический рост, на разные рынки.

А.Оганесян: Насколько в данной ситуации «торговых войн», введения односторонних и многосторонних санкций, возрастает или снижается роль такого формата, как «Большая двадцатка»?

С.Рябков: Не чувствую себя в достаточной мере специалистом, чтобы оценивать динамику развития «двадцатки» как формата. Скажу, что ее востребованность не снижается. Наоборот, поскольку круг участников «двадцатки» говорит сам за себя - это все ведущие и наиболее влиятельные государства мира. Уже одно это означает, что решения, которые вырабатываются в данном кругу, весьма авторитетны. Иное дело - что характер этих решений из-за противоречий ряда игроков и прежде всего из-за линии на внедрение односторонних подходов, которую проводят США, год от года меняется.

Мы оказываем максимальное содействие аргентинскому председательству в «Группе двадцати» в интересах выхода на позитивный и мощный результат предстоящего саммита в Буэнос-Айресе. Считаем, что «Группа двадцати» как площадка для работы не только по вопросам экономики, торговли, финансов, но и по некоторым политическим темам будет все более востребована в предстоящие годы, как, кстати, и БРИКС.

А.Оганесян: В последнее время американцы легко нарушают взятые на себя международные обязательства: например, выход из Договора по ПРО, недавно отмененная Д.Трампом секретная директива, которая вводила ограничения на использование кибероружия. Насколько можно доверять Вашингтону даже после заключения тех или иных соглашений?

С.Рябков: Мы не знаем содержание этой директивы Президента Д.Трампа, читали о ней в газете «The Wall Street Journal». Исходим из того, что в любом случае нынешняя администрация США взяла курс на расширение в том числе своего наступательного потенциала в этой области. В Вашингтоне все себя убедили в том, что Россия якобы осуществляла вмешательство в какие-то выборные процессы, занималась взломами. И эти, не побоюсь такого слова, параноидальные волнения выливаются в принятие мер, касающихся в том числе собственного наступательного потенциала.

Мы готовы к тому, что враждебная по отношению к России линия США будет проявляться и в этой сфере. Думаем, что это опасный путь. Неоднократно предлагали и продолжаем предлагать американским коллегам собраться за переговорным столом и в межведомственном формате заняться если не урегулированием проблем, то хотя бы определением взаимоприемлемых правил поведения в данной сфере. Будем наши предложения двигать также на других международных площадках и займемся этим в формате БРИКС, показывая своим примером, что возможна конструктивная альтернатива, а не только планирование атак на критически важные элементы инфраструктуры.

Американцам доверять становится все сложнее. Видно, как они, вступив в ту или иную договоренность, потом не моргнув глазом могут из нее выйти, не задумываясь о последствиях.

Соглашения тоже бывают разные. Есть такие, которые ратифицируются американским Сенатом, и, наверное, выйти из подобных соглашений сложнее. Хотя пример с договором по ПРО - это классика американского жанра. Имеются и другие соглашения, так называемые исполнительные, которые заключают исполнительные власти, выйти из них вообще просто. Но не договариваться тоже нельзя. Вопрос в том, видят ли наши американские коллеги в соглашениях метод решения своих собственных проблем или они будут дальше идти напролом и действовать сугубо в рамках доктрины «Америка превыше всего».

А.Оганесян: А есть ли какие-то шансы, что американцы вернутся в Парижское соглашение по климату?

С.Рябков: Наверное, со временем все возможно. Вопрос в том, какой будет временной диапазон для принятия данного решения и что произойдет с климатом в течение этого времени. Не хотелось бы каких-то апокалиптических сценариев, но всякого рода природные пожары и катаклизмы становятся все более грозным предупреждением, что этой проблемой надо заниматься коллективно, на многосторонней основе.

А.Оганесян: Какова ситуация с российскими гражданами, которые находятся в американских тюрьмах, - Ярошенко, Бутиной?

С.Рябков: Мы не слезаем - извините за такой жаргон - с американских властей, добиваясь от них, по крайней мере, облегчения режима содержания наших соотечественников. Есть случаи более резонансные, которые вы упомянули, есть менее резонансные, но никто нами не брошен на произвол американских тюремных администраций, миграционщиков и кого бы то ни было еще. Проводятся консульские посещения, мы добиваемся, чтобы люди имели возможность пользоваться телефоном и электронной перепиской. Со здоровьем и у Марии Бутиной, и у Константина Ярошенко есть проблемы. Мы все время требуем от американских правоохранителей, чтобы нашим соотечественникам оказывалась более квалифицированная медицинская помощь, чем та, которую они получают. Мы политически нажимаем и будем нажимать на администрацию США, но пока не встречаем никакого отклика. Американцы зациклены на том, что люди, которые попали в жернова их правоохранительной системы, которым вынесены приговоры, должны отбывать свои сроки. Это одна из вопиющих сторон того беззакония, которое США творят по отношению к российским гражданам.

Такими методами американская администрация пытается воздействовать на нашу страну. Если бы в Вашингтоне были реально заинтересованы в нормализации отношений с Россией, то могли бы прежде всего пойти на шаги гуманитарного характера, касающиеся этих случаев. Мы требуем прекратить охоту за российскими гражданами по всему миру по надуманным обвинениям. США должны это сделать. Имеется множество случаев, когда по американским ордерам или без них просто захватывают российских граждан. Американские так называемые правоохранительные органы решают свои проблемы. Здесь, к сожалению, нет никакого движения к лучшему, никакого просвета не наблюдается, но это только добавляет нам энергии и настойчивости в нашей работе, в борьбе, которую мы будем продолжать.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713248 Сергей Рябков


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713247 Валентина Матвиенко

За благополучное будущее для всех стран и народов надо бороться

Валентина Матвиенко, Председатель Совета Федерации Федерального Собрания РФ

«Международная жизнь»: Второй Евразийский женский форум не за горами*. (*Второй Евразийский женский форум состоится 19-21 сентября 2018 г.) В чем его особенность по сравнению с предыдущим форумом? Насколько велик интерес к нему в международном сообществе?

Валентина Матвиенко: Интерес огромный. И это понятно. Роль женщин во всех областях жизни общества растет, причем динамично. То, что это глобальная тенденция, простирающаяся в будущее, никем всерьез не оспаривается. Мы, женщины, не только неотъемлемая составляющая исторического процесса, но и его все более значимая движущая сила. Попробуйте мысленно вычесть женщин из числа факторов, направляющих человечество вперед, получите отрицательное число, остановку этого движения, даже откат назад. В отличие от того, что было 100-150 лет назад, современный мир - это мир, в котором в отношениях мужчин и женщин нет субординации, есть партнерство. Это сдвиг исторического масштаба, вступление цивилизации в новую фазу.

Но это не происходит само собой, автоматически. Дискриминация по признаку пола при приеме на работу, получении образования и профессии, в оплате труда, продвижении по службе, в политике, сексизм, насилие в семьях - явления, которые не до конца изжиты даже в странах, где прогресс в области реализации гендерного равенства действительно большой. Не говоря уже о том, что на планете немало государств, где процесс становления женского равноправия находится в лучшем случае в зачаточном состоянии.

Проблем все еще немало, их преодоление требует объединения усилий женщин, женских организаций всех стран. Первый Евразийский женский форум, прошедший в Санкт-Петербурге три года назад, показал, что инициатива Совета Федерации превратить этот объективный запрос в совместные практические действия женщин мира упала на благодатную почву. Отклик превзошел наши ожидания. Участницы встречи были единодушны в том, чтобы сделать форум регулярным. Они высказались также за создание информационной, дискуссионной площадки, на которой могло бы идти постоянное, открытое для всех обсуждение волнующих женщин проблем. Такой площадкой стал сайт «Евразийское женское сообщество». За эти три года он состоялся как востребованная и авторитетная структура, способствующая консолидации всех, кто стремится активно присутствовать в международном женском движении.

Вот почему Второй Евразийский женский форум по тематике, духу, да и организационно, является продолжением первого форума, сохраняет преемственность с ним. В то же время он не является его калькой, клоном. Ведь за прошедшие три года в мире многое изменилось, в том числе и в сфере положения женщин. Да и мы, организаторы встречи, сделали должные выводы из опыта проведения первого форума. Так что предстоящий второй форум не будет механическим копированием предыдущего ни по своей архитектуре, ни по содержательному наполнению.

Со всей ответственностью могу сказать, что на рассмотрение, обсуждение вынесены те вопросы, которые актуальны именно сегодня. Что особенно важно, акценты в повестке форума расставлены так, чтобы сделать ее полностью созвучной вызовам, с которыми сейчас сталкивается международное сообщество в целом. Потому что, если мы хотим реального улучшения положения женщин, эти проблемы необходимо рассматривать в контексте мировой политики, мировой экономики, научно-технического прогресса, его социальных последствий.

Исходя из этого, темы форума распределены по четырем блокам: «Женщины за устойчивое развитие глобального мира», «Женщины за сбалансированное экономическое развитие», «Женщины за социальный прогресс», «Женщины за энергию будущего». Это то, что сегодня особенно важно не только для женщин, но и для благополучного будущего человечества в целом. Ведь если судить по состоянию дел в мире, то такое его будущее, прямо скажем, не очевидно. За благополучное будущее для всех стран и народов надо бороться. И женщинам здесь принадлежит очень значимая роль. Мы рассчитываем, что по итогам мероприятия удастся наметить пути, чтобы сделать вклад женщин в обеспечение мира, безопасности, социального прогресса как можно более эффективным.

Еще одна особенность форума - его сопряжение с деятельностью ведущих международных организаций. Этой цели служат запланированные панельные сессии, проводимые такими структурами, как ЮНИДО, ЮНЕСКО, МОТ, ВОЗ, Всемирный банк. Пройдет также заседание женской деловой «двадцатки», семинар АТЭС «Женщины и технологии четвертой промышленной революции», заседание Женского делового клуба БРИКС. Состоится встреча женщин-предпринимателей. Все это способствует трансляции лучших мировых практик государств, международных структур, организаций в решении проблем, с которыми сталкиваются женщины, международное сообщество в целом.

Форум обещает быть представительным. Ожидается, что общее число участниц составит порядка 2 тыс. человек. Хотя практика проведения подобных мероприятий говорит о том, что окончательная численность оказывается, как правило, больше. Немало тех, кто дает ответ в последний момент.

«Международная жизнь»:Вы сказали, что при подготовке форума сделали упор на то, чтобы его повестка была увязана с реальной повесткой проблем, которые сегодня особенно волнуют женщин мира. Какие из них вы считаете наиболее актуальными, требующими первоочередного внимания и активных действий со стороны национальных государств, международных организаций?

В.Матвиенко: Вы, по сути, предлагаете мне говорить от имени всех участниц форума. Такими полномочиями меня никто не наделял. Вместе с тем по вынесенным вопросам готова высказать свое мнение.

На мой взгляд, с начала 1990-х годов движение женщин в тех государствах мира, которые принято называть развитыми, вступило в новый этап. Его особенность в том, что в этих странах приняты законы, созданы институты, структуры, практически полностью обеспечивающие правовое равенство мужчин и женщин. Формально, юридически женщины полностью избавлены от дискриминации по признаку пола. Разумеется, «донастройка», доводка соответствующих нормативных правовых актов остается актуальной. Такая работа идет и в нашей стране. Она определена в Национальной стратегии действий в интересах женщин на 2017-2022 годы, подготовленной по инициативе и при непосредственном участии Совета Федерации. Особенно много предстоит сделать в плане укрепления прав женщин в области трудовых и семейных отношений, в рамках Гражданского кодекса.

По данным Всемирного экономического форума, который регулярно публикует Индекс уровня гендерного неравенства, в минувшем году среднемировой показатель составил 68%. В государствах, занявших первую пятерку лидеров, он немногим более 70%. Иными словами, полного гендерного равенства не достигла ни одна страна. Согласна с теми специалистами, политиками, государственными дея-телями, которые видят главную причину, по крайней мере для развитых стран, не в нехватке или несовершенстве законов, хотя, повторю, это тоже есть, а в их нарушении. Поэтому внимание государства, общества, женских организаций должно быть сосредоточено на обеспечении выполнения законов, ограждающих женщин от дискриминации. Выполнения самим государством, местным самоуправлением, бизнесом, другими работодателями.

Проблема более чем актуальная, так как нарушения дискриминационного характера в отношении женщин встречаются повсеместно. Особенно распространены они в области труда. Российские женщины, женщины других государств, включая страны Запада, сталкиваются с проявлениями дискриминации при приеме на работу, профессиональном росте, продвижении по карьерной лестнице, оплате труда. Так, в нашей стране средняя зарплата женщин составляет 74% от средней зарплаты мужчин. Правда, можно утешать себя тем, что в 2005 году этот показатель составлял всего 60%. Вроде бы сдвиги есть. Но разрыв все равно сохраняется, и он большой. А главное - несправедливый. Как показывает жизнь, это обусловлено не только тем, что на высокооплачиваемых позициях женщин меньше, чем мужчин, но и тем, что нередко за одинаковую работу женщинам платят меньше, чем мужчинам.

Надо и дальше работать над сокращением этих «ножниц». Наша палата готова поддержать инициативы, конкретные шаги в этом направлении. Убеждена, сегодня главный курс действий по обеспечению гендерного равноправия, полного устранения дискриминации в отношении женщин - это контроль со стороны государства, включая правоохранительные органы, структуры гражданского общества, за выполнением законов, регулирующих положение женщин.

Считаю, гораздо более активно в этой сфере должны проявлять себя профсоюзы. Они располагают весомыми полномочиями в защите интересов трудящихся, в том числе в охране интересов и прав женщин, и должны ими пользоваться в полной мере. Мы, парламентарии, их в этом поддержим. Если они сочтут, что их полномочия в данной области должны быть законодательно усилены, мы готовы рассмотреть соответствующие инициативы.

«Международная жизнь»: Цифровые технологии, роботы, искусственный интеллект, «умные» дома и «умные» города все больше входят в экономику, управление, функционирование системы власти, в нашу повседневную жизнь. Насколько женщины вписываются в этот процесс? Какие здесь вы видите возможности и какие риски?

В.Матвиенко: Новые реалии, связанные с бурным развитием технологий, ощутимо влияют на занятость, характер труда, предпринимательство. Важно, чтобы эти процессы не застали врасплох женщин, не поставили их в деле получения образования, профессии, на рынке труда, в сфере деловой и служебной карьеры в более трудное положение по сравнению с мужчинами.

А такое может произойти, учитывая как миссию женщины быть матерью, женой, вести семью, так и то, что система профессиональной переподготовки, повышения квалификации, карьерного роста все еще «заточена» в основном на мужчин. В глазах тех, кто принимает соответствующие решения, они, как правило, имеют преимущество. Так сложилось исторически, и сломать этот стереотип нелегко. Но ломать его необходимо, притом настойчиво, чтобы формирующиеся новая экономика, новое предпринимательство не обернулись для женщин угрозой оказаться на обочине этого процесса. Что, конечно, негативно сказалось бы на мировой экономике. Ведь треть всех предпринимателей в мире - это женщины.

Вывод напрашивается сам собой: становление и развитие цифровой экономики не может быть успешным без участия женщин-предпринимателей. «Цифра» может и должна стать делом женщин ничуть в не меньшей степени, чем мужчин. Для этого потребуются продуманные меры по всей цепочке школьного и профессионального образования, системы переобучения, повышения квалификации, карьерного роста. В частности, ощущается потребность в специальных программах по развитию цифровых навыков девочек и женщин. В ряде стран это уже делается. На форуме такие вопросы станут одними из основных. Нет сомнения, их обсуждение окажется результативным, так как за ним стоит большой практический опыт.

Кстати, России есть что предъявить в этом плане. В нашей стране доля предприятий, созданных женщинами, например в обрабатывающих производствах, составляет уже 32%. Они также успешно осваивают сферу информационных технологий. Российские женщины-предприниматели, как правило, хорошо подготовлены профессионально. Высшее образование среди них имеют 85%.

Наша палата прилагает усилия для того, чтобы дать импульс росту женской активности в сфере предпринимательства. Есть конкретные результаты, в их числе разработка и запуск специальных образовательных и кредитных программ для женщин-предпринимателей. Подготовлены рекомендации по расширению участия женщин в социально-экономическом развитии страны, совершенствованию системы государственной поддержки малых предприятий, в том числе путем применения налоговых режимов, снижению административной нагрузки на предпринимателей. Некоторые из них уже претворяются в жизнь.

Следует отметить и такие качества российских женщин, как креативность, разумное соотношение инициативности и взвешенности, осторожности. А это важнейший фактор успешного бизнеса. Наши женщины-предпринимательницы начинают осваивать внешние рынки, использовать возможности, открываемые сотрудничеством по линии АТЭС, БРИКС, ШОС, ЮНИДО и других.

Перефразируя известное изречение, скажу, что не только работой жива женщина. Спору нет, ценность самореализации в той или иной профессии, бизнесе, науке, искусстве, даже политике является приоритетной для подавляющего большинства женщин. И с этим государству, обществу нельзя не считаться. Под назревший запрос подстраивается сейчас система образования и воспитания, культуры почти всех стран. Однако, как бы далеко ни зашли современные женщины в процессе, как говорили прежде, эмансипации, выхода за узкие рамки дома, быта, семейных обязанностей, все же не менее важным для многих остается соединение в своей жизни крепкой, хорошей семьи с получением образования, профессии, интересной работой, общественно значимыми успехами.

По собственному опыту знаю, насколько это непросто. Но достижимо, особенно в наше время. Общество вступило в этап, когда выбор - профессиональная карьера или семья - перестает быть дилеммой. Сейчас это соединимо, сочетаемо гораздо легче. Государство, общество предоставляют для подобного совмещения все больше возможностей. Мы это хорошо видим и на примере нашей страны. Сегодня во всех субъектах Российской Федерации отсутствуют очереди в детские сады. Проблема мест для детей ясельного возраста еще актуальна, но и она будет решена.

Расширяется, совершенствуется система охраны здоровья матери и ребенка. Цифровые технологии создают формы занятости, удобные для женщин с детьми: например, частичная занятость, скользящий график, сокращенная рабочая неделя, труд вне офиса, дистанционная работа. Есть подобный опыт и у нас. Но в целом мы пока отстаем в использовании таких форматов от других государств. Похоже, потребуются меры законодательного свойства для того, чтобы данные вопросы решались гораздо более активно.

«Международная жизнь»: Не опасаетесь, что повестка придаст форуму сугубо рациональную, утилитарную направленность? Ведь в женской повестке присутствуют и другие вопросы. Например, довольно много говорится и пишется о кризисе семьи, брака, о том, что на смену им должны прийти новые формы взаимоотношений...

В.Матвиенко: Нельзя объять необъятное, говорил Козьма Прутков. Невозможно втиснуть в рамки одного форума все проблемы, вопросы положения женщин, их роли в современном мире. Мы выбрали те, которые, на наш взгляд, имеют ключевое значение в долгосрочной перспективе. Кроме того, никто не станет запрещать участникам форума выступать и по другим женским темам. Уверена, что вопросы семьи, брака, их значения в современных условиях так или иначе на форуме прозвучат. Они действительно стоят сегодня остро.

Повторю то, что говорила уже не раз. Семья меняется, но не отмирает. Как не отмирает миссия женщины быть женой, матерью, хранительницей домашнего очага. Это ее предназначение лежит в основе нашей цивилизации, в ее высших и лучших проявлениях.

Да, сегодня эти ценности подвергаются критике, даже атакам под флагом достижения полного раскрепощения женщин, обретения ими права на абсолютно свободную самореализацию. Патриарх Кирилл в одном из недавних интервью сказал, что мир сходит с ума. Умаление, а то и полное отрицание ценности традиционного брака, активное навязывание вместо него других форм отношений людей - одно из проявлений того, о чем говорил глава Русской православной церкви. Бесспорно, мир, человечество проходят через этап глубинных изменений. Но тем более важно, сталкиваясь с возникающими вызовами и угрозами, не относиться пренебрежительно, свысока ко всему опыту прошлого. Цивилизация - это не только технологии, производство. Это еще и нравственные, духовные богатства, основанные на них социальные институты, проверенные всем ходом истории человечества. Других, более надежных ориентиров нам не дано. А они неопровержимо говорят о том, что нет такой ценности, которая была бы выше ценности материнства, возможности строить любящую семью, растить детей. Все это дает только семья, какой она сложилась в своих главных чертах.

«Международная жизнь»: Хотя в повестке форума нет тематического блока, посвященного непосредственно нынешнему состоянию международных отношений, все равно от них никуда не денешься. Как писал наш великий русский историк и писатель Н.Карамзин, «гони природу в дверь, она влетит в окно». Какой вы видите нынешнюю ситуацию в мире?

В.Матвиенко: Считаю неоспоримым фактом, что в сложившейся системе международных отношений произошел разлом. Имею в виду возникновение новых экономических и финансовых центров силы, таких как Китай, Индия, Бразилия. На подходе ряд других государств Азии, Африки. Происходит их сближение, координация действий. Возьмем, например, Шанхайскую организацию сотрудничества. С присоединением к ней Индии и Пакистана на долю государств - членов ШОС приходится более половины всей территории, населения и экономики планеты. Разве может какое-то государство или коалиция государств остановить этот объективный процесс? Разве в состоянии они не считаться, игнорировать интересы этих стран, их экономическую, финансовую, да и ощутимую военную мощь? Нет, конечно. Новые центры силы - это новая непреложная мировая реальность, размывающая, подрывающая былое доминирование Запада.

Хотела бы отметить еще одну тенденцию, которую не всегда замечают и должным образом оценивают, - очевидный провал так называемого либерального проекта мирового порядка. Либерализм в том его виде, какой он приобрел в США, значительной части стран Европейского союза, других западных государствах, не просто не привлекателен для значительной части человечества, он ее пугает, отталкивает. Причина в том, что современный либерализм лишился главного, что на протяжении веков лежало в его основе и притягивало людей. Это утрата им таких своих базовых принципов, как гуманизм, свобода слова, мнений, информации, толерантность. Их сменили попрание традиционных ценностей, подмена правдивой информации так называемыми фейковыми новостями, нетерпимость к инакомыслию, особенно в сфере политики. Все мы свидетели того, каким гонениям, даже травле, подвергся Президент США Д.Трамп после встречи с Президентом России В.В.Путиным.

Деструктивные процессы происходят и внутри самого Запада. Нарастают разногласия внутри Европейского союза. Практически скандалом закончилось недавнее заседание «Большой семерки». Она, в общем-то, превратилась в объединение «шесть плюс один». По сути, Запад стал главным генератором турбулентности, нарастания хаоса, непредсказуемости в международных отношениях в целом. Как отметил глава Российского государства В.В.Путин, «сегодня принцип конкуренции и открытости в мировой торговле все чаще подменяется протекционизмом, экономическая выгода и целесообразность - идеологической конъюнктурой и политическим давлением. Экономические связи, предпринимательская свобода становятся объектом политизации».

Тем не менее наша взвешенная внешняя политика, равно как и становящаяся все более явной бесплодность попыток разговаривать с Россией на языке силы, дают результаты. Европейский союз остается одним из наших главных экономических партнеров. В этой сфере намечаются новые точки соприкосновения. Надеемся, что в итоге это даст импульс восстановлению доверия и развитию дальнейшего сотрудничества в отношениях между ЕС и Россией.

Бесспорно, важным событием стала встреча в Хельсинки Президента России В.В.Путина и Президента США Д.Трампа. Путь к позитивным изменениям начат, и такие изменения возможны, если только их не блокируют определенные круги в Америке. А они пытаются это сделать, причем очень агрессивно.

Основания для осторожного оптимизма на внешнеполитическом контуре имеются. Они, повторю, коренятся в начавшемся процессе становления нового мирового порядка, лидерами которого выступают Россия и Китай, государства - члены ШОС, БРИКС, ЕАЭС.

«Международная жизнь»: Какой вы видите роль межпарламентской дипломатии в реализации наметившихся позитивных изменений в мировой политике?

В.Матвиенко: Роль большая, даже очень большая. Контакты, взаимодействие парламентариев имеют место и дают эффект там, где буксуют обычные внешнеполитические механизмы. Мы, российские парламентарии, в полной мере отдаем себе отчет в этом и работаем в полную силу. Тем более что возможности для этого имеются широкие, поскольку попытки изоляции России на международной арене провалились. Мы - активные участники практически всех межпарламентских форумов. Нас не только слушают, но и слышат, наша позиция находит отражение в принимаемых документах. Мне приятно еще раз подчеркнуть, что международное парламентское сообщество демонстрирует в этом отношении подлинное здравомыслие и настоящий реализм, в основе которого -

понимание роли России в международных отношениях. Эта роль велика, без нас не может быть решен ни один серьезный вопрос мировой политики. Именно в осознании провала политики изоляции нашей страны, попыток давления на нее я вижу причину недавнего «зондирующего» визита группы американских конгрессменов в Совет Федерации и Государственную Думу. Полагаю, нам следует более активно использовать и такой инструмент, как народная дипломатия. Она осуществляется в самых разных форматах и формах. В этом плане эталоном можно считать прошедший чемпионат мира по футболу. Говоря спортивным языком, в плане улучшения имиджа России, разрушения стереотипов западной пропаганды мы его выиграли «всухую».

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713247 Валентина Матвиенко


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713246 Карпушин Александр

В кулуарах Совещания

Об Албании

Карпушин Александр Романович, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Албании: Несколько слов об Албании. Это страна в общем-то небольшая, около 2,5 млн. человек населения. Являясь членом НАТО и занимая ключевое положение на карте Балкан, она активно претендует на роль регионального центра энергетических и транспортных коммуникаций региона, транзитного пункта для энергоносителей - там строится Трансадриатический газопровод. Албания сегодня играет роль западного форпоста, позиционируя себя как ведущее проамериканское и проевропейское государство на Балканах, ядро и куратор так называемого «албанского политического фактора» в соседних странах.

Распространенным заблуждением является восприятие Албании как исключительно мусульманской страны, в то время как в ней проживает многочисленная православная община, составляющая, по разным оценкам, более 20% населения. С большим успехом в апреле нынешнего года прошел первый в истории визит предстоятеля Русской православной церкви патриарха Кирилла в Албанию.

К сожалению, пока мало возможностей для экономического сотрудничества, поэтому в этом плане нам есть над чем работать. У нас есть возможности для развития взаимовыгодного содействия, потому что бóльшая часть населения выступает за нормализацию отношений между нашими странами, в отличие от властной верхушки, которая полностью следует принципам евроатлантической солидарности. Мы видим, что значительная часть албанцев, особенно старшее поколение, которое еще помнит период тесного сотрудничества, выступает за восстановление нормальных отношений и сотрудничества с Россией. Поскольку в Албании патриархальный уклад, молодежь прислушивается к мнению своих дедов и отцов и также выступает за нормализацию отношений с Россией.

Наблюдая за этими молодыми людьми, мы заметили, что многие из них хотят изучать русский язык и даже стремятся получить у нас образование. За последние четыре года мы увеличили количество стипендий с 25 до 53. В Албании созданы и работают 18 отделений Общества дружбы Албания-Россия. В 2015 году мы дали объявление об открытии курсов русского языка, и за десять дней записались 80 человек. На этих курсах только в столице Тиране сейчас занимаются 320 человек. И мы собираемся открыть курсы в других городах - Берате, Влёре, Фиери. Своими силами было подготовлено учебное пособие по русскому языку специально для албанцев, и в скором времени мы его издадим. Но, конечно, нам нужна помощь со стороны Фонда «Русский мир», Россотрудничества, и в первую очередь нужны преподаватели.

Кроме этого, хочу подчеркнуть, что албанцы проявляют особый, повышенный интерес к нашей культуре, любовь к нашей литературе, музыке, искусству. Албанцы не уступают, а, может, и превосходят в этом многих своих соседей по региону. Большинство известных албанских писателей, художников и музыкантов учились у нас. Считаю, что нам все это нужно использовать. И в этом плане гуманитарная дипломатия здесь очень уместна. Будем продвигать и русский язык, и нашу культуру, и литературу. Думаю, есть большие основания для того, чтобы считать, что со временем мы сможем наладить наши отношения.

О Великобритании

Яковенко Александр Владимирович, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Великобритании: Совещания, подобные нынешнему, проводятся раз в два года. Их цель - проанализировать российские приоритеты на всех основных направлениях внешней политики, определить дальнейшие практические шаги российской дипломатии, рассмотреть, как решаются и должны решаться наши ключевые задачи - обеспечение национальной безопасности, благоприятных внешних условий для развития страны, защита национальных интересов Российской Федерации на основе международного права, принципов справедливости и равноправного сотрудничества между государствами. В совещании участвует Президент России, целый ряд членов правительства, поэтому дискуссии вносят большой вклад в формирование внешнеполитического курса нашей страны.

Какие основные темы обсуждались? Знаете, совещание проходит в формате тематических пленарных заседаний и региональных секций (подобно тому, как в МИД есть функциональные и территориальные департаменты), в ходе которых обсуждаются темы внешней и внешнеэкономической политики России; международного военного сотрудничества; информационного сопровождения внешней политики; работы с соотечественниками; противодействия международному терроризму; гуманитарного сотрудничества и другие. «На полях» совещания проходят интересные встречи: с руководством Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству (ФСВТС), «Росатома», «Роскосмоса», «Российского экспортного центра», а также организованы поездки в те регионы России, которые наиболее заинтересованы в развитии международного сотрудничества. Одним словом, в течение нескольких дней проводим с коллегами настоящий «мозговой штурм», итоги которого зададут импульс нашей работе на ближайшие два года.

В этом году Совещание послов проходит в новых политических условиях. С одной стороны, у нас немало единомышленников на мировой арене - союзники по ОДКБ, партнеры по СНГ, БРИКС, по Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Это страны, представляющие большую часть населения планеты Земля. Среди наших успехов - целый ряд событий. Нанесен решительный удар по международному терроризму в Сирии. Позитивные тенденции наблюдаются в урегулировании корейской ядерной проблемы. Огромным мировым праздником стал прошедший в России чемпионат мира по футболу.

И в то же время существуют могущественные силы, действующие против России и, следовательно, против нашей внешнеполитической линии. Подобно тому, как в США антироссийская истерика стала частью политической борьбы, в Великобритании правительство консерваторов сделало противоборство с Россией главным элементом своей внешней политики. Раздувается беспардонная пропагандистская кампания, вбрасываются ничем не подкрепленные обвинения, высылаются дипломаты. Взятый ими курс - продуманный и долгосрочный, и мы не можем не противодействовать этому. Но рассчитываем не на победу в силовой конфронтации, а на понимание всеми партнерами новой геополитической реальности. Донести до них эту реальность - одна из ключевых задач дипломатии, традиционной и публичной.

О Венесуэле

Заемский Владимир Федорович, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Венесуэле, в Республике Гаити и Доминиканской Республике по совместительству: Повестка дня совещания всегда составляется очень разумным образом, что позволяет нам и поделиться своим опытом, и узнать какие-то новые реалии, которые, работая каждый в своей точке, может быть, мы не всегда знаем. И самое главное, чтобы нам порассуждать, как строить программу дальше. Разумеется, головным мероприятием является встреча с Президентом России.

Было, например, очень полезным послушать то, о чем говорил наш посол в Великобритании Александр Яковенко, который на основе опыта своей работы в связи со «случаем Скрипалей» и особенно в условиях, когда было выслано большое число наших дипломатов, поделился тем, как он выстраивает информационную работу в этой сложной обстановке и решает те задачи, которые стоят перед всеми нами. Такие практические встречи чрезвычайно полезны.

Ситуация в Венесуэле очень непростая как с политической, так и экономической точек зрения. Что касается политической жизни, общество не находит никаких маршрутов, которые позволили бы подойти к задаче национального примирения. Оно крайне поляризовано. При этом расклад сил примерно следующий. У правительства есть твердая поддержка порядка 30% населения. Правящая Единая социалистическая партия Венесуэлы представляет собой мощную политическую силу, потому что она в одиночку способна собрать от 27 до 34% голосов на выборах. Любая из оппозиционных партий не может набрать более 3-4%. Разница, конечно, очень большая.

Эта ситуация поляризации общества сложилась в Венесуэле достаточно давно. В мае 2016 года была предпринята первая попытка некоего национального диалога между правительством и поддерживающей его партией, иными словами - чавистами и оппозицией, в лице прежде всего Платформы демократического единства. Это объединение было создано в 2008 году, а свою самую серьезную победу одержало в декабре 2015 года, когда выиграло большинство мест - порядка 67% депутатских мандатов - в парламенте страны - Национальной ассамблее. Таким образом, исполнительная власть находилась у чавистов, а законодательная перешла к оппозиции. И тогда была предпринята попытка начала национального диалога, который развивался очень непросто.

В мае 2016 года состоялись первые встречи сторон в соседней Доминиканской Республике, в Санто-Доминго. Надо отметить, что эта страна играла особую роль в продвижении диалога между венесуэльцами - лично Президент Доминиканы Данило Медина провел с двумя переговорными командами более 12 часов. Представьте себе, что президент может заниматься не проблемами своей страны, а посвятить все время решению проблем других стран. То есть доминиканцы максимально постарались помочь Венесуэле в нахождении возможного компромисса. По сути дела, такой компромисс и был достигнут в форме соглашения о мирном сосуществовании правительства и оппозиции.

Так получилось, что стороны должны были подписывать данное соглашение в один из первых дней февраля нынешнего года, а мне надо было ехать в Доминиканскую Республику по вопросам наших двусторонних отношений, поскольку я там аккредитован «по совместительству». Я остановился в той же гостинице, где были венесуэльские делегации - и правительственная, и оппозиционная, поэтому все развивалось буквально у меня на глазах. Более того, мои разговоры, которые проходили в МИД Доминиканы и других властных структурах, выводили на то, что доминиканцы стремятся помочь Венесуэле. Говорили о том, что с конца 2017 года и в начале этого года активно продолжались встречи и попытки сблизить позиции сторон, что Президент Данило Медина предложил двум венесуэльским делегациям вернуться в Каракас и посоветоваться со своими сторонниками, разрешить последние спорные вопросы и приехать на заключительное подписание в Санто-Доминго. После этого обе делегации уехали в столицу Венесуэлы Каракас и компромисс казался близким.

Но когда они вернулись в Доминиканскую Республику, то представители Платформы демократического единства неожиданно выложили на стол два дополнительных новых пункта соглашения, которые правительственная делегация не приняла и заявила, что так переговоры не ведутся. Таким образом, попытка национального примирения в Венесуэле в тот раз сорвалась.

Мое мнение относительно такого исхода переговоров сводится к тому, что было два фактора, которые самым существенным образом повлияли на этот результат. Прежде всего, венесуэльская оппозиция, та самая Платформа демократического единства, представляет собой объединение, в которое, например, в декабре 2015 года входили 32 политические организации. То есть эта платформа собрала всех тех, кто оппонировал правительству Венесуэлы - от крайне правых до крайне левых.

Недостаток данного объединения до сих пор состоит в том, что у них нет единой программы. Это неудивительно, потому что вошедшие в платформу силы политически диаметрально противоположны - они по-разному смотрят и на вопросы внутренней политики, и на вопросы внешней политики, и на то, как нужно выстраивать экономическую модель государства, и на прочие вопросы. К тому же в самой платформе выделился совершенно четкий радикальный край, который не воспринимал внутренний диалог. Многие представители этих оппозиционных радикалов говорили о том, что любые попытки диалога с властью - это вещь ненужная и что они не должны этим заниматься.

Показательно, что точно так же администрация США, внимательно отслеживающая происходящие в Венесуэле события, изначально выражала скепсис и говорила о том, что диалог ни к чему не приведет. На мой взгляд, эти два фактора самым кардинальным образом повлияли на позицию Платформы демократического единства, из-за чего она в последний момент, по сути дела, сорвала подписание соглашения в Санто-Доминго.

В прошлом году в Венесуэле была попытка осуществления «цветной революции». При этом сценарий - абсолютно узнаваем. Чависты смогли найти способ погасить эти страсти путем проведения выборов в Учредительное собрание, одной из задач которого является выработка поправок, и даже нового текста Конституции страны. Фактически Учредительное собрание, которое по венесуэльской Конституции - высший орган власти, взяло на себя функции принятия решений, нужных для страны, поскольку парламент был объявлен «неполномочным». Причину нашли в том, что в декабре 2015 года были выявлены нарушения в части избрания трех депутатов от индейских общин, и оппозиционный парламент собственным решением, не соблюдая законных процедур, привел к присяге этих депутатов. После чего Верховный суд, указав на такое несоответствие между Конституцией и действиями парламента, объявил парламент «неполномочным». Поэтому Учредительное собрание приняло на себя часть функций парламента и принимает законы, которые нужны для государства.

После того как провалилась попытка «цветной революции», прошли губернаторские выборы, потом выборы в местные советы. И на заключительном этапе этого выборного марафона, в мае 2018 года, состоялись президентские выборы, победу на которых одержал действующий президент, соратник Чавеса Николас Мадуро. Политическая ситуация в стране несколько стабилизировалась, хотя, конечно, сложно говорить про стабилизацию при таком поляризованном обществе.

Несколько слов о журнале «Международная жизнь». Самая большая польза от того, что мы получаем ваши журналы на испанском языке. И мы их активно используем как в Венесуэле, так и Доминиканской Республике.

О Вьетнаме

Внуков Константин Васильевич, Чрезвычайный и Полномочный Посол России во Вьетнаме: На память приходит знаменитое высказывание лорда Палмерстона: «Нет постоянных друзей, нет постоянных врагов - есть постоянные, неизменные национальные интересы». Прекрасная фраза, но она также требует осмысления, что такое наши национальные интересы. Совещание дает возможность системно подойти к ответу на вопрос: что сейчас, исходя из стратегии России, является главными целями и интересами? Президент Владимир Путин на этот вопрос ответил предельно ясно. И когда он определил, какие задачи стоят перед страной, правительством и МИД, все приобрело системный характер.

И если такой системный ориентир есть, то он придает очень четкое видение не только общей ситуации, но и всей нашей работе, потому что азиатско-тихоокеанское направление сейчас - одно из самых главных. Это самый быстрорастущий регион, в нем происходят значительные изменения, и за него началась ожесточенная схватка.

У меня лично есть ясная картина того, что мы сегодня имеем и как нам жить дальше. Нам давно пора отказаться от стереотипов, что какие-то вещи являются постоянными. Мы всегда считали, еще со времен Советского Союза, что Вьетнам и другие наши партнеры - это неизменная данность и с этой стороны никогда не будет никаких неожиданных вещей. Все в жизни меняется. Вьетнам тоже меняется, и очень серьезно. Поэтому нам никто не дает гарантий того, что мы всегда будем добиваться успеха - не только с Вьетнамом, но и с другими странами. Надо сражаться. Тем более что Вьетнам является номером один по темпам развития экономики стран АСЕАН.

Вьетнам со 100-миллионным населением имеет темпы прироста экономики ВВП на уровне Китая в лучшие времена - 6,7-6,8%. Это фантастический результат. Поэтому за эту страну, такого быстрорастущего мощного партнера, идет ожесточенная борьба. И если мы в этой борьбе будем почивать на исторических лаврах, то проиграем. Нам надо работать на опережение по тем темам, которые найдут отклик у вьетнамцев - и у руководства, и у населения.

В этом смысле мы активно здесь работаем. У нас есть прекрасный позитив после вступления в силу Соглашения о свободной торговле между Евразийским экономическим союзом и Социалистической Республикой Вьетнам. В последние полтора года темпы прироста товарооборота составляют более 30%, и бóльшая часть - это торговля с Россией. Думаю, что мы сейчас делаем хорошую мощную материальную базу, которая нас обезопасит от всяких других неожиданностей.

О журнале «Международная жизнь» должен сказать, что очень благодарен за то, что регулярно его получаю. А в последнее время по электронным каналам с вашего портала пришел ряд таких интересных статей, отобранных моими сотрудниками, которые являются очень полезными для моей работы. Они дают ориентиры. Вижу, что у вас прекрасный актив авторов, и он постоянно расширяется.

О Габоне

Кураков Дмитрий Викторович, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Габонской Республике: Мы обменялись с коллегами своими впечатлениями о совещании. Для нас всегда совещание, как путеводная нить на следующие два года, указания к действию. Мы следуем ориентирам, которые определены президентом, а также выработаны на заседаниях секций. Мы и дальше будем стараться действовать в соответствии с данными нам указаниями, совершенствовать работу, в частности в Габоне, где я работаю.

Главными составляющими наших двусторонних отношений являются экономическая и культурная части. Культура - это тот пласт, который позволяет странам, где мы представляем Россию, лучше понять нашу страну. На этом направлении стараемся действовать в разных аспектах. Для Габона мы используем такую форму работы, как выставки российских художников, и в этом году у нас организованы две экспозиции. Очень благодарны за оказанную помощь Российской академии художеств, ведь семь наших художников были представлены на недавней выставке, и половина их работ отдана в дар новому, создающемуся в Габоне Музею современного искусства. В другой экспозиции представлены работы художницы по батику Ирины Тимофеевой. Обе выставки прошли с большим успехом.

Спорт - важное направление в нашей информационной деятельности. Например, в канун чемпионата мира по футболу, который проходил в России, мы в Габоне провели при содействии министерств спорта, образования и обороны турнир среди учащихся 12 школ, посвященный ЧМ-2018. Выигравшей команде вручили копию Кубка мира. На мой взгляд, это было интересное мероприятие, позволившее местным ребятам лучше узнать Россию. Надеюсь, что такой турнир станет традиционным, тем более что его уже назвали «Кубок послов».

Футбол очень популярный вид спорта в Африке. Президент Габона Али бен Бонго Ондимба в 2017 году посетил в России Кубок конфедераций и в нынешнем году присутствовал на играх двух полуфиналов и финала ЧМ-2018. В ходе визита в Россию он был принят Президентом России Владимиром Путиным. Рассчитываю на то, что эта встреча на высшем уровне даст толчок нашему экономическому взаимодействию, что в первую очередь касается нефтяного сектора - «Зарубежнефть» и «Роснефть» уже проявили интерес к габонскому рынку.

Габон это та страна, которая с надеждой смотрит на сотрудничество с Россией. Президент Габона на встрече с В.В.Путиным именно об этом и говорил: Африка ждет российский бизнес. И российский бизнес может активнее использовать позитивный настрой африканских лидеров на сотрудничество. Если мы сейчас не возьмем на вооружение эту возможность, то африканский рынок в ближайшее время для нас закроется, потому что на африканском континенте уже активно работают китайские компании, продолжают применять свои резервы французы. И американцы туда направляются, очень активны индусы, марокканцы, египтяне, малайзийцы.

Наверное, надо поменять что-то в нашем подходе к африканскому континенту, на который смотрят с позиций полувековой давности. Африка сейчас - это, как минимум, четверть голосов в ООН, и политическое влияние в первую очередь базируется на экономическом сотрудничестве. И здесь нам надо бы продумать меры государственного уровня для поддержки российского бизнеса, который хочет и может работать в Африке.

«Международная жизнь» - это большое подспорье. Журнал получаем, но в первую очередь смотрим в электронном виде, потому что сюда, в Габон, он быстрее доходит, чем печатные номера. Хотелось бы иметь ваш журнал в переводе - на английском и французском языках, чтобы шире показывать российскую точку зрения. В Габоне, как и в большинстве африканских стран, информационные потоки базируются на том, что дают западные средства информации. Единственный, к сожалению, источник информации о России - это наше посольство. Но тех пресс-конференций, которые российский посол дает средствам массовой информации, явно недостаточно, чтобы перебороть поток негатива, идущий в отношении России со стороны местных и западных СМИ.

О Гвинее-Бисау

Егоров Александр Рэмович,Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Гвинее-Бисау: Гвинея-Бисау - это государство в северо-западной части Африки, площадью немногим более 36 тыс. кв. км. Она включает континентальную часть и островную - это остров Болама и архипелаг Бижагош (88 островов). Часть из этих островов необитаемы.

Российско-бисайские отношения берут свое начало еще в период борьбы гвинейского народа за свою национальную независимость. Надо подчеркнуть, что бисайцы всегда ценят вклад Советского Союза в становление Гвинеи-Бисау как независимого государства и в становление гвинейской государственности. Отдают должное помощи СССР, которая оказывалась до 1991 года.

Что касается ключевых направлений нашего двустороннего сотрудничества, то это прежде всего образование, которое является традиционной областью. До недавнего времени по линии российского правительства выделялась квота Гвинее-Бисау - 25 стипендий в рамках соответствующего соглашения.

В прошлом году нам удалось удвоить эту квоту, теперь 50 стипендий. Но есть еще студенты, которые учатся в России за свой счет. В прошлом их было более 100 человек. Очень востребован Университет дружбы народов, а также вузы в Орле, Воронеже, Ростове-на-Дону. Всего в России мы подготовили более 3 тыс. выпускников. Многие из них работают в посольствах зарубежных стран, международных организациях. Иногда получается так, что более трети членов бисайского правительства составляют выпускники советских и российских вузов.

Другим важным направлением в двусторонних отношениях всегда было сотрудничество в области рыболовства. У нас есть базовое соглашение, однако срок действия дополнительного протокола истек в 2016 году. Идут очень трудоемкие переговоры. Протокол регламентирует все: тоннаж судов, порядок вылова и обращения с готовой продукцией и т. д. Российские малотоннажные суда ведут улов. Речь идет только о крупнотоннажных судах. Новое правительство Гвинеи-Бисау заявило о своей открытости для сотрудничества, что позволяет нам надеяться на положительный исход.

В январе 2018 года был подписан план совместных действий по борьбе с наркотиками, рассчитанный на два года. Он предусматривает обмен информацией и образовательную программу - подготовку кадров для МВД.

Гвинея-Бисау - небольшая, интересная страна. Первое, с чем там сталкиваешься, - это дружелюбное отношение к России. К нам относятся с симпатией и люди старшего поколения, и молодежь. В СМИ я ни разу за три года своей работы в Гвинее-Бисау не встретил негативной статьи о нашей стране.

О ЕС

Чижов Владимир Алексеевич, Постоянный представитель Российской Федерации при Европейском союзе: Это девятое совещание. Я участвовал во всех, поэтому мне есть с чем сравнивать. Думаю, что оно было достаточно сфокусированным на наиболее актуальных проблемах, с которыми сталкивается российская дипломатическая служба. Естественно, вектор дальнейшей работы задал Президент России В.В.Путин в своем выступлении, поделившись в товарищеском ключе своими впечатлениями от последних мероприятий, в том числе о саммите в Хельсинки.

Оценки всех участников, которые выступали, во многом совпадают - констатация дальнейшего развития нестабильности и потенциальной опасности международной обстановки. Наблюдается процесс даже не ревизии, а, скорее, размывания основ международного права. Приведу конкретный пример. Все чаще в дискуссиях и в Европе, и за ее пределами ссылки на реальное международное право заменяются ссылками на некое определение: «международный порядок, основанный на правилах». Это уже отражается в официальных документах, включается в договорную сферу. Спрашивается, что это за правила? Кто их определяет и кто утверждает? Данный эрзац международного права несет в себе потенциальную опасность, так как способствует дальнейшему размыванию тех основ, на которые, несмотря на холодную войну, на разные потепления и похолодания, опирался до сих пор весь международный порядок, сформировавшийся после Второй мировой войны.

Что в этой ситуации делать? Конечно, у каждого из послов, приехавших с разных континентов и стран, свои видения и подходы. В Европе мы наблюдаем интересные, сложные и противоречивые процессы. Конкретно на моем участке - отношения с Евросоюзом - заявляю публично, что они на сегодняшний день ненормальные.

Это не значит, что их нет вообще. Идет диалог, продолжается торговля. Я слышал, как некоторые послы с гордостью говорили, что у их стран на 17% вырос товарооборот с Россией, а с Евросоюзом в целом - на 22% по общей статистике. Это подтверждает, что Евросоюз остается нашим первым торгово-экономическим партнером, крупнейшим источником инвестиций в российскую экономику, несмотря на все санкции. И политический диалог продолжается: недавно была встреча С.В.Лаврова с верховным представителем ЕС по иностранным делам Ф.Могерини. Это позитивная сторона в оценке ситуации.

Негативно то, что по инициативе Евросоюза была заморожена годами и немалым трудом наработанная вся архитектура нашего стратегического партнерства. Понимаю, что некоторые ее могут оценить не просто как сложную, некоторым она покажется громоздкой. Возможно. Из того немногого, с чем мы - Россия и наши партнеры в Евросоюзе - сейчас согласились, - это то, что механический возврат к формуле «бизнес, как обычно», не нужен ни одной стороне. Нам надо создавать более прагматичную парадигму взаимоотношений, меньше броских и громких лозунгов, меньше романтизма.

В целом же традиционно призываю относиться к Евросоюзу прагматичнее и без излишних эмоций, избегать крайностей, как в его «фетишизации», так и в его «демонизации». Первое - в нынешней ситуации нам не грозит, но и демонизация Евросоюза не отвечает нашим интересам. Также не отвечает нашим интересам тотальный разворот на Восток, на Азию. Не надо забывать, что неспроста у нашей страны на Государственном гербе орел-то - двуглавый.

Об Испании

Корчагин Юрий Петрович, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Испании и Андорре по совместительству: Что касается нынешнего совещания, то принято правильное решение увеличить его продолжительность. Предыдущие совещания проходили в два дня. Это маловато, послушать всех не успеваешь, кроме того, необходимо обменяться мнениями с коллегами. Важно, что предоставляется возможность высказать свои идеи и предложения по усовершенствованию нашей работы, которые будут взяты в разработку.

Испания - страна динамичная. Там происходит много интересного. По итогам последних месяцев главное - это смена политического цикла. Нестандартным, можно сказать, путем пришло к власти новое правительство - не после очередных выборов, а в результате вотума недоверия той партии, которая последние шесть лет находилась у власти. Сейчас идет некое переформатирование с учетом идеологических и политических установок получившей власть Соцпартии. Места министров в правительстве заняли профессионалы, люди, признанные не только в самой Испании, но и на международной арене. В частности, новый министр иностранных дел долгое время был председателем Европарламента.

Конечно, потребуется некоторое время для адаптации, она сейчас и проходит, для смены кадрового состава в отдельных подразделениях. Но это не отражается на ритме наших двусторонних отношений. Недавно у нас прошли очень эффективные консультации межведомственных групп по сотрудничеству в сфере антитеррора. С нашей стороны выступал заместитель министра иностранных дел по вопросам противодействия терроризму О.В.Сыромолотов. В повестке дня еще целый ряд межмидовских консультаций, которые определены протоколом, подписанным министрами иностранных дел России и Испании в 2017 году.

Хочу выразить признательность «Международной жизни». Мы используем его и для обмена мнениями, он нас, несомненно, обогащает. Мы используем журнал для подпитки центров русского языка, которые в Испании действуют при ряде университетов, для передачи в библиотеки соотечественников, где накапливается русскоязычный контент, и другие организации.

Востребованным является ваш дайджест, в котором вы обобщаете работу за год и издаете на иностранных языках. В частности, мы получаем 20, а то и больше экземпляров на испанском языке. Подтверждаю, что это просто очень хорошее подспорье в нашей работе - мы рассылаем журнал в правительство, МИД. И испанцы журнал читают.

Мы сами выступаем в роли авторов вашего издания. Я сам неоднократно печатался в нем. Недавно было опубликовано интервью по Андорре, которое я дал одному из ваших журналистов. Андорра - маленькое государство, я там исполняю обязанности посла по совместительству.

Предлагаю в качестве одной из ближайших тем поговорить о деятельности Всемирной туристической организации при ООН (UNWTO), штаб-квартира которой находится в Испании. Ваш покорный слуга там постоянный представитель Российской Федерации. Сейчас эта организация на слуху - в мире насчитывают 1 млрд. 200 млн. туристов, а Россия входит в десятку самых активных туристических направлений, и как страна принимающая, и как страна-экспортер. Следующая сессия генассамблеи этой организации впервые в истории пройдет в России, в Санкт-Петербурге, в 2019 году - недавно участники UNWTO проголосовали за такое решение.

О Китае

Денисов Андрей Иванович, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Китайской Народной Республике: Совещания послов, которые проводятся раз в два года, стали устойчивой практикой в работе Министерства иностранных дел. Хотя такая практика была введена сравнительно недавно, но уже успела накопить определенный опыт. И я бы даже сказал, стала традицией для дипломатов, в особенности руководителей загранучреждений. Она также стала основой двухгодичного рабочего цикла. То есть мы ждем совещания и готовимся к нему. Причем не только те, кто будет выступать, но и те, кто просто приезжает поучаствовать в нем и обменяться мнениями.

Практика эта совершенствуется. На первых этапах мы укладывались в два дня, потом в три (и этого не хватало), сейчас мы работаем, по существу, неделю. Вошли в традицию выездные мероприятия - в этом году их было несколько. И все равно мало, хочется побольше. У меня, думаю, как и у моих коллег, остались неохваченные направления работы, в которых мы не успели поучаствовать, потому что были задействованы на других, не менее важных мероприятиях. А здесь важно все.

Разумеется, кульминацией совещания стало выступление Президента России. В этот раз собравшиеся в зале не ждали сенсаций, и это хорошо, это правильно, поскольку свидетельствует о том, что внешнеполитический курс нашей страны определился, проводится последовательно, что он выстроен с точки зрения видения целей и средств достижения этих целей. Всегда нужны уточнения, расстановка акцентов, и когда это делается на самом высоком уровне, то весьма важно для выверки каждого из нас, анализа того, все ли мы делаем правильно.

Президент остановился на целом ряде вопросов, в том числе на социальной защищенности работников МИД, загранаппарата. За каждым из нас стоят коллективы, иногда маленькие - десятки, иногда большие, как в Китае, - сотни людей. Все это люди со своей судьбой, непростой уже в силу специфики нашей работы, со своими проблемами, связанными с родственниками и детьми, остающимися дома. Конечно, вопросы социальной защищенности нас, безусловно, волнуют. Уверен, что слова президента с удовлетворением услышат все наши люди за рубежом. Важно то, что такого рода мероприятия укрепляют уверенность - у нас, работающих за рубежом на передовых участках, прочный тыл и мудрые командиры.

Экономические секции, а их на совещании было две - одна выездная, другая в МИД, связанные с экономической дипломатией, с довольно серьезными реформами в области наших внешнеэкономических связей, внешней торговли, на мой взгляд, сыграли весьма полезную для всех нас роль. У нас, послов, есть вопросы, как будет выстраиваться система внешнеэкономической деятельности страны, и определенные ориентиры мы получили, причем из уст самых авторитетных руководителей министерств экономического блока нашего правительства. Это очень важно. Многое для себя записал в рабочий блокнот, буду еще над этим думать и донесу по возвращении информацию до своих коллег.

Наконец, по общему признанию, самой интересной и самой многочисленной была сессия, связанная с работой СМИ, информационной работой. Здесь действительно перед нашей дипломатией стоят очень большие вызовы. Это всем известно и очевидно. Мы успешно обороняемся от нападок на нас, а там, где нам нужно, наступаем. У нас есть аргументы. Работа в рамках совещания помогла эти аргументы усилить, выстроить в определенную систему. Очень полезно было ознакомиться с опытом наших коллег, работающих на «тонко опасных» направлениях современной идеологической борьбы. Дело не в идеологии, а в попытках массированной дискредитации нашей страны, ее руководства и, кстати, нашей дипломатии. Мы и раньше знали, что эти попытки провалились, но обмен опытом в рамках совещания еще более убедил меня лично в том, что это действительно так.

С Китайской Народной Республикой у России выстроено гармоничное здание двусторонних отношений. Китай - это ведущий политический, экономический партнер нашей страны, партнер с точки зрения выстраивания гармоничных гуманитарных связей, контактов и обменов. Поэтому, считаю, здесь важно буквально все.

Важно то, что продолжается вошедшая в практику завидная регулярность контактов наших руководителей. В этом году такой контакт, а именно государственный визит Президента России, уже состоялся. В сентябре мы ждем Председателя КНР в качестве почетного гостя на Восточном экономическом форуме во Владивостоке. Есть еще целый ряд площадок, на которых лидеры двух стран будут иметь возможность встретиться во втором полугодии и наверняка этой возможностью воспользуются.

Экономическая, или, как говорят наши китайские партнеры, «материальная», часть сотрудничества чрезвычайно важна. Радует то, что мы восстановили и довольно серьезно нарастили уровень нашего торгово-экономического сотрудничества. Оно несколько просело три года назад по вполне понятной причине, связанной с падением цен на мировых рынках на товары нашего экспорта и импорта. Положение выправилось буквально на следующий год.

В 2017 году мы получили довольно приличный рост и вышли на уровень 84 млрд. долларов. В этом году месяц к месяцу, квартал к кварталу у нас идет стабильное увеличение объема товарооборота - где-то по 20-22% и более. Если до конца года мы выдержим этот темп, то явно перекроем поставленную нами же планку - 100 млрд. долларов товарооборота.

Для нашей страны это много. Китай стабильно в течение целого ряда лет подряд занимает место нашего первого торгового партнера. И эта ситуация в обозримом будущем, на мой взгляд, не изменится.

У нас меняется состав, структура экономического взаимодействия. Мы все активнее обращаем внимание на инвестиционные проекты. Их пока мало, хотелось бы большего, но и то, что мы имеем, в значительной мере отражает реальные возможности и потребности нашей экономики. Здесь нам многое предстоит сделать для того, чтобы и потребности стали больше и возможности расширились.

Конечно, в Китае мы работаем в более комфортных условиях с точки зрения общей информационной среды. Это факт. Перед нами стоит задача более активно доводить до доброжелательно настроенной по отношению к нам китайской аудитории четкие знания о России. Для нас проблема в том, что общее восприятие нашей страны иногда немного запаздывает. Живучи представления 1990-х годов. Мы-то понимаем, что это - вчерашний день и даже позавчерашний, но не все наши партнеры еще успели в этом убедиться. Наша задача доносить не только правду о нашей стране, а правду о ее сегодняшнем дне, о ее жизни.

Такие события, как завершившийся в России чемпионат мира по футболу, нам в этом отношении очень помогают. Для наших посольств, кстати, это была хорошая школа проверить свои информационные возможности: насколько мы в состоянии служить «зеркалом», отражающим всю значимость этого события. Судя по тому, что я услышал, у нас есть вполне резонные и весомые основания гордиться проделанной работой, а в успехе этого мощнейшего спортивного события есть и доля наших усилий. Это тоже хорошо и приятно.

И, наконец, подготовка к следующему совещанию начинается в день окончания нынешнего. Так что мы уже начинаем думать о будущей двухлетке.

Журнал «Международная жизнь» очень помогает в работе в самых разных областях. Я, например, всячески стимулирую своих дипломатов, особенно молодых, а среди них есть очень нестандартно мыслящие работники, склонные к аналитической работе. Стараюсь говорить им о том, что есть у нас информационно-аналитическая работа не только внутри посольства, но и вовне, есть возможность доносить какие-то интересные вещи до более широкой аудитории, в том числе пользуясь нашими средствами информации - печатными органами, например журналом «Международная жизнь».

Тот факт, что в последнее время в журнале было опубликовано три статьи моих коллег, молодых дипломатов, - это повод для моей человеческой радости с высот своего возраста и положения. Я просто искренне завидую этим молодым людям, которые увидели свои фамилии, напечатанные в таком авторитетном журнале. Уже одно это служит стимулом для их будущей работы. Благодарю журнал за внимание к нашим сотрудникам.

Не могу не сказать о том, что журнал издается на иностранных языках, в том числе, к нашему огромному удовлетворению, на китайском. Его не только рвут из моих рук - мои китайские партнеры с удовольствием принимают журнал в качестве ознакомительного материала, читают, комментируют, потом высказывают мне свои мысли. Это очень приятно.

Журнал меняется вслед за временем. Вероятно, и будет меняться дальше. Это можно только приветствовать. И то, что мы имеем возможность выпускать издание, которое, помимо прочего, просто приятно взять в руки и полистать, - это чрезвычайно важно. Далеко не каждая внешнеполитическая служба в современном мире имеет такую возможность. Надо это ценить и надо наш журнал всячески поддерживать. Мы со своей стороны к этому готовы и надеемся увидеть фамилии наших сотрудников на страницах журнала еще не раз.

Об ООН

Небензя Василий Алексеевич, Постоянный представитель Российской Федерации при ООН: У меня прекрасные впечатления от прошедшего совещания. Мы всегда с нетерпением его ждем. На совещании есть отличная возможность пообщаться с коллегами, увидеть друзей, послушать умных людей, обменяться впечатлениями, получить новые вводные и наставления, поделиться опытом, что-то согласовать. Это очень полезное мероприятие.

В ООН, где я работаю, у нас сложился очень дружный коллектив. Между собой мы поддерживаем теплые человеческие отношения. Я об этом неоднократно говорил, и это никакая не поза, не рисовка. Мы с уважением друг к другу относимся и в Совете Безопасности, и в дипкорпусе, и в посольствах. У нас со всеми очень хорошие отношения. Помните, в Евангелии апостол Павел говорил: «Надо ненавидеть не человека, а его грехи». Также и у нас. Если происходят какие-то дипломатические баталии, то это не из-за того, что я лично испытываю к кому-то антипатию, нет. Нам не нравится политика США по многим вопросам, поэтому мы честно и откровенно говорим об этом. Это часть нашей жизни.

В ООН всегда интересно, потому что там сосредоточие всех мировых проблем. У нас нет ни дня без какой-нибудь горячей темы. Это Ближний Восток, который полыхает давным-давно. Это Сирия. Это, по сути, такой забытый кризис в Йемене. Очень серьезный кризис, если говорить о масштабах происходящего там. Также ситуация вокруг Ирана - посмотрим, как все будет развиваться. На повестке дня у нас многочисленные африканские сюжеты, которые занимают половину повестки. Что, наверное, не всем заметно. С одной стороны, Африка - это перспективный континент, а с другой - во многих ее странах складывается очень тяжелая ситуация. Мы в Совбезе коллективно стараемся, как можем, действовать так, чтобы континент не полыхнул. Там присутствуют и терроризм, и организованная преступность, и наркотрафик. Такими проблемами занимаемся постоянно.

О журнале «Международная жизнь» скажу вот что. Журнал ко мне поступает, и я его просматриваю. С теми статьями, которые меня интересуют, знакомлюсь. Недавно, например, раскрыл номер и прочитал статью Александра Крамаренко по поводу отношений с англичанами. Я не только почерпнул оттуда информацию, которая для меня оказалась полезной, но даже практически использовал ее в работе. Знаете, как в поисках «жемчужин» приходится потрудиться, так и здесь - читаю много и нахожу эти «жемчужины», в том числе в вашем журнале. Что касается пожеланий - так держать! Мне нравится то, что вы публикуете.

О Польше

Андреев Сергей Вадимович, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Польше: Россия и Польша - соседние страны, и у нас, независимо от состояния двусторонних политических отношений, есть много вопросов практического взаимодействия, которые требуют совместного рассмотрения и решения.

Российско-польский товарооборот, сократившийся вдвое в кризисный период 2014-2015 годов, сейчас под воздействием благоприятной международной конъюнктуры восстанавливается в тех областях, которые не затронуты западными санкциями против России и нашими ответными мерами. Как правило, удается выходить на прагматичные взаимоприемлемые решения даже в непростых ситуациях российским и польским ведомствам, курирующим транспортные вопросы (авто-, железнодорожные и авиаперевозки). Утверждена всеми сторонами - Россией, ЕС и Польшей - и с этого года реализуется программа приграничного сотрудничества между Россией и ЕС «Россия - Польша» на период до 2020 года. В целом конструктивно взаимодействуют российские и польские пограничные и таможенные службы на границе Калининградской области с Польшей - это, в частности, помогало обеспечивать проезд большого числа болельщиков из Польши в Калининград на матчи чемпионата мира по футболу и обратно. Культурные и гуманитарные обмены между Россией и Польшей за последние годы, конечно, сильно просели, но обоюдная заинтересованность общественности наших стран помогает поддерживать их на достойном уровне.

Все это, однако, не меняет общего, весьма негативного фона: хотя в российско-польских отношениях сохраняется большой потенциал взаимовыгодного сотрудничества, для его реализации нужна политическая воля, а со стороны польского руководства мы такой воли не видим. Варшава заморозила политический диалог между нашими странами, лоббирует сохранение западных санкций против России, нагнетает антироссийскую информационную войну, страхи перед мнимой «российской угрозой», в антироссийском духе пытается переписывать историю, затеяла кампанию по массовому сносу памятников советским воинам-освободителям, выдворяет российских ученых, журналистов, общественников, чьи публичные выступления идут наперекор политическим установкам польских властей.

Мы, естественно, подходы польского руководства отслеживаем и делаем необходимые выводы. На недружественные действия польской стороны отвечаем соразмерно и жестко. Исходим из того, что в нормальных отношениях между нами Россия заинтересована не больше, чем Польша. Если к таким отношениям польские партнеры пока не готовы, мы подождем, выдержки у нас хватит.

В октябре этого года исполняется 75 лет со дня восстания в Собиборе под руководством советского офицера А.А.Печерского. На данный момент у нас нет информации о том, планируются ли в этой связи какие-то памятные мероприятия. Ситуация с участием России в проекте создания музея на месте бывшего лагеря смерти Собибор остается без изменений. Польские власти, которые в 2013 году сами пригласили Россию присоединиться к проекту, без разъяснения причин блокируют включение нашей страны в состав его управляющего комитета. Заметили, что в последнее время в материалах польских СМИ СССР даже не упоминается в числе стран, граждане которых были узниками этого лагеря.

В апреле 2018 года в Варшаве состоялась мировая премьера российского фильма «Собибор» (режиссер и исполнитель главной роли - Константин Хабенский). Польские СМИ его по большей части проигнорировали, а те комментарии, которые все же появились, носили откровенно тенденциозный характер.

О Приднестровье

Губарев Сергей Николаевич, посол по особым поручениям МИД РФ: Традиционное, девятое по счету совещание послов и постоянных представителей является, несомненно, полезным по целому ряду причин. Во-первых, это дает возможность всем участникам совещания более широко взглянуть на обстановку не только в мире, но и конкретно в своем регионе. Потому что та информация, те соображения и мысли, которыми делятся наши послы, зачастую работающие в соседних странах, представляют большой интерес. С этой точки зрения практику проведения подобных совещаний надо продолжать. Конечно, можно совершенствоваться, искать новые формы, но это уже дело техники. Совещание - это живой организм, который, безусловно, будет развиваться. Идея не только себя оправдывает, но и необходима и полезна.

Естественно, центральным моментом таких совещаний является выступление Президента России, в котором он дает четкие оценки и нашей деятельности, и обстановки в мире, ориентирует, на что надо обращать внимание, на чем сконцентрировать усилия в обозримом будущем.

Я занимаюсь проблематикой приднестровского урегулирования, будучи политическим представителем РФ в работе Постоянного совещания по политическим вопросам в рамках переговорного процесса по приднестровскому урегулированию. Очень отрадно сознавать, что на моей рабочей площадке в последние месяцы наблюдаются реальные подвижки. Удалось склонить стороны к пониманию того, что задача переговоров - это решение вопросов, облегчающих жизнь нормальных людей на обоих берегах Днестра.

Могу перечислить несколько задач, которые были решены за последнее время. Это достижение соглашения о нормализации функционирования находящихся в Приднестровье молдавских школ с преподаванием молдавского языка на латинице. Это вопросы по апостилизации приднестровских документов о высшем образовании. Проблематика международного признания приднестровских дипломов о высшем образовании стала частью переговорной повестки Кишинева и Тирасполя после многократных обращений приднестровских выпускников.

Это также вопрос о нормализации порядка использования молдавскими фермерами тех земельных участков, которые находятся формально на территории Приднестровской Молдавской Республики, так называемое «возвращение к механизму 2006 года». Насколько я знаю, процесс там идет, но, может быть, не так быстро, как хотелось бы. Главное, что он идет. Есть реальная перспектива, что в обозримом будущем все заинтересованные молдавские землепользователи соответствующие документы получат.

Это решение о сотрудничестве в области телекоммуникаций. Правда, скорее, вопрос коммерческий, но тем не менее политические структуры и Приднестровья, и Молдавии уже составили некую «Дорожную карту» переговоров с двумя основными профильными компаниями, работающими в этом регионе. Надеюсь, в итоге кропотливой работы стороны выйдут на понимание необходимости взаимодействия в данном вопросе.

В нынешнем году решен очень сложный вопрос о выдаче номерных знаков для частных приднестровских автомобилей, которые теперь могут участвовать в международном автомобильном движении, то есть выезжать не только в Молдавию и на Украину, но и стать полноправными участниками международного автомобильного движения, передвигаться по всем странам. Вопрос технически очень сложный. Его решение потребовало больших усилий. В конечном итоге стороны к взаимопониманию пришли. Очень надеюсь, что к обозначенному сроку, 1 сентября, этот механизм заработает в полном объеме.

И, конечно, очень символичным было решение об открытии автомобильного моста через Днестр у сел Бычок с приднестровской стороны и Гура-Быкулуй с молдавской. Здесь виден определенный прогресс, который отметили все участники переговорного процесса на состоявшейся в конце мая римской встрече в формате «5+2».

Главное, мы все более и более подводим стороны к мысли о необходимости заключения соглашения об имплементации в национальное законодательство тех договоренностей, которые достигаются в рамках договорного процесса. Любой закон начинает жить только тогда, когда к нему появляются инструкции - что должен делать тот или иной чиновник в той или иной ситуации. При желании стороны могут договориться.

Конечно, не облегчает ситуацию откровенно провокационная инициатива Кишинева по внесению в повестку дня сессии Генассамблеи ООН резолюции о «выводе всех иностранных войск с территории Молдавии». Совершенно очевидно, что это направлено против присутствия Оперативной группы российских войск в Приднестровье, которая занимается там охраной наследства СССР - складов артиллерийских припасов. Подобные шаги не облегчают переговорный процесс, а делают его только труднее, создают дополнительные препятствия для поиска оптимальных решений.

О Сирии

Кинщак Александр Александрович, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Сирийской Арабской Республике: По итогам совещания скажу, что было очень приятно услышать высокую оценку работы нашего посольства от Президента России. Владимир Путин отметил не только успехи наших военных, но также выделил работу в Сирии российских дипломатов. И это чрезвычайно для нас важно.

В целом в Сирии дело идет в правильном направлении. Возникает чувство оптимизма, появляется надежда на ту перспективу, что в ближайшем будущем там может все хорошо закончиться. Если ориентироваться на динамику последних лет и текущую ситуацию, когда удалось освободить от присутствия террористов и боевиков значительные районы страны, - это обнадеживающая тенденция.

Причем это освобождение в основном достигалось бескровно, без насилия, путем переговоров, замирением населения городов и деревень, которые давили на боевиков, чтобы те принимали условия властей. На юге страны завершается операция, там соглашение достигнуто. Часть боевиков уезжают, остальные пройдут через амнистию и урегулируют свой правовой статус. Остается только несколько территорий, которые вне контроля Дамаска, - это север провинции Алеппо, Идлиб, куда отправляли боевиков всех мастей, в том числе в процессе замирения в других районах.

Еще одна территория - северо-восток, где при поддержке американцев расположились курды и их вооруженные отряды. Там еще пара натовских стран присутствует. Власти пытаются с ними договариваться, и небезуспешно - курды уже хозяйственные связи восстанавливают, снимают свою сепаратистскую символику. В целом общий тренд положительный. Надеюсь, что моя любимая Сирия в перспективе вернет себе мир. И это будет хорошо для всех нас, потому что откроются новые возможности для торгово-экономического сотрудничества.

Журнал «Международная жизнь» я регулярно читаю. Сначала читаю самое интересное для себя - все, что касается нашего региона, смотрю актуальные проблемы, потом начинаю глубже погружаться в материал номера. Там очень хорошие подборки публикаций. Авторы - талантливые профессионалы. Это для меня очень хорошее подспорье, источник информации для расширения кругозора. Спасибо вам за очень хорошую работу.

О Словакии

Федотов Алексей Леонидович, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Словацкой Республике: По поводу Совещания послов могу сказать, что в этот раз, по сравнению с тем, что было два года назад, оно структурировано на более высоком уровне. Докладчики выступали в русле практических реалий, без привлечения каких-то теоретических положений. Совещание показало, что осуществляется качественное взаимодействие МИД с загранучреждениями, а также российскими ведомствами. Синергия, которая при этом возникает, основана на понимании поставленных задач и желании их добиваться. Мы все понимаем, что внешние условия становятся более сложными. Нам необходимо динамично двигаться вместе в одном направлении. Такое понимание, на мой взгляд, царит, когда выступают и гуманитарщики, и информационщики, и специалисты по противодействию терроризму. У меня это главное впечатление от совещания.

У нас, в Словакии, событий много - смена правительства, либеральные силы оказывают сильное давление. Хотя у многих людей возникает понимание того, что либералы не являются мейнстримом. Что касается взаимоотношений России со Словакией, то все более или менее развивается штатно, несмотря на довольно большие внешние воздействия, которые постоянно пытаются оттеснить Словакию даже от тех традиционных направлений, которые есть в наших отношениях.

У нас в повестке дня консультации первого заместителя министра иностранных дел Владимира Титова с государственным секретарем Министерства иностранных и европейских дел Словацкой Республики Лукашем Паризеком, выпускником нашего МГИМО. Обсуждали двусторонние отношения, международные дела. В сентябре ждем первый - после его председательства на 72-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН и перед председательством Словакии в ОБСЕ - визит министра иностранных дел Мирослава Лайчака и его встречу с С.В.Лавровым. Там будут затронуты важные темы для наших двусторонних отношений.

Кроме того, мы готовим 19-е заседание Межправительственной комиссии России и Словакии, которое состоится в Братиславе. Думаю, что это будет в октябре. Также мы со словаками готовим 6-ю конференцию для бизнесменов «Евразийский экономический союз, Евросоюз и Словакия». Такие конференции позволяют прагматикам лучше понимать, что есть такое евразийское пространство с его огромными перспективами для словацкого бизнеса. Есть и несколько мероприятий культурного характера, достаточно значимые. Это будут выступления дирижера Владимира Федосеева с оркестром Юрия Темирканова, пройдет выставка музеев Петергофа.

Самое главное, что хочу сказать, - и российская, и словацкая стороны имеют интерес сохранить то, что создавалось годами, десятилетиями, и наращивать наше взаимодействие по различным направлениям. В этом смысле Словакия очень интересный и перспективный партнер, с которым приятно работать.

Мы очень довольны нашим сотрудничеством с журналом «Международная жизнь». Некоторое время назад была проведена пятая по счету конференция, организованная «Международной жизнью», которая вызвала очень большой интерес к журналу в Словакии и позволила журналу лучше понять словацкую публику. Мы распространяем журнал по своим каналам - примерно 30-40 экземпляров среди политологов, высших руководителей ведомств, а также парламентариев, которые имеют отношение к внешним делам. Он пользуется большим спросом.

Мы используем журнал и как платформу, которая позволяет обсуждать актуальные международные темы. Рассчитываем, что журнал с его планами развития будет еще более интересным и востребованным, тем более что в Словакии многие знают русский язык. Известно, что сайт журнала часто посещают словаки, в том числе и через сайт нашего посольства, где размещен баннер «Международной жизни». За прошлый год про Словакию было несколько публикаций - благодаря журналу Словакия на слуху и на виду у многих. Вот и в июньском номере опубликована рецензия бывшего премьер-министра Словакии Яна Чарногурского на книгу Валентины Марьиной «СССР - Словакия 1939-1945 гг.: военно-политические аспекты». Можно сказать, что журнал с большим интересом читается в Словакии.

О Турции

Ерхов Алексей Владимирович, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Турции: Совещание, как всегда, очень полезное, интересное и насыщенное. Нужен обмен мнениями между руководителями дипломатических представительств России. Важно выслушать мнения главы государства, членов правительства о том, что надлежит делать во внешней политике в целом и на каждом направлении в частности. Высокая планка политического диалога на высшем уровне предполагает и то, что ведомства не расслабляются, работают. Кто-то, как МИД, осуществляет координационные функции, определяет внешнеполитические цели. У наших экономических ведомств свои задачи.

У нас в двусторонних российско-турецких отношениях реализуются стратегические проекты - долгосрочные, очень важные. Для наших отношений это перспективно. Это атомная станция Аккую, газопровод «Турецкий поток» и другие. На турецком направлении идет большая работа, и результат уже есть. Увеличиваются товарооборот, количество туристов, которые посещают Турцию, культурные обмены. 2019 год будет перекрестным Годом культуры и туризма в Турции и России. Да, к нам едут турецкие туристы, но, конечно, не в таком количестве, как наши в Турцию.

У нас с Турцией налажены хорошие взаимоотношения по сирийскому урегулированию в рамках Астанинского формата. Появились достижения в виде прошедшего в начале этого года Конгресса сирийского национального диалога по созданию зон деэскалации. Сотрудничаем вплоть до поставок гуманитарной помощи в какую-то сирийскую деревню или маленький городок.

О Франции

Мешков Алексей Юрьевич, Чрезвычайный и Полномочный Посол России во Франции: Совещание послов - уже добрая традиция, которая продолжается не одно десятилетие. Для нас это важнейшее событие двухлетия, которое позволяет прежде всего получить видение и указания со стороны руководства страны по основным международным проблемам.

Происходит очень полезный диалог с коллегами, обмен опытом. Причем разговор идет по целому ряду тем не только по двусторонним отношениям или, как в моем случае, по обсуждению европейских вопросов. Это и тематические заседания, посвященные в том числе и экономической проблематике, проблемам новых угроз и вызовов.

Конечно, основная тематика традиционная. Но наполнение заседаний по некоторым вопросам даже меняется кардинально, так как за эти годы серьезно изменилась международная обстановка. Хочу отметить, что само совещание проходит несколько дней, но подготовка к нему, в том числе и в Центральном аппарате, и в посольствах, начинается задолго. Поэтому совещание - это уже квинтэссенция нашего общего видения ситуации в мире и наших двусторонних отношений с другими странами. Так что это всегда очень важное и ответственное для всех послов мероприятие.

Журнал для меня очень близок. Журнал очень полезен. Он во многом уникален, потому что на его страницах находишь оценки, анализ ситуации, который подготовили твои коллеги, члены политологического сообщества. Поэтому журнал нужен, он серьезен, и я желаю ему всяческих успехов!

О ЦАР

Лобанов Сергей Иванович, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Центральноафриканской Республике: Мне довелось оказаться в Центральноафриканской Республике в переломный период ее истории. Длительный срок работы здесь в качестве посла пришелся на трудное время для страны и ее народа. Это обострение внутриполитической ситуации, завершившееся несколько лет назад государственным переворотом, а затем - продолжительный и тяжелый выход из кризиса. Недавно закончился переходный период, который в результате дал возможность провести законные выборы, и сейчас страна имеет легитимного президента, назначенное в установленном законном порядке правительство, легитимный парламент, то есть все законные структуры власти.

Трудности, связанные с последствиями государственного переворота, безусловно, сохраняются. Был момент, когда до 80% территории страны не контролировалось центральной властью. Фактически разрушению подверглись структуры силового блока - армия, полиция, жандармерия. А также такие важные сферы жизни, как здравоохранение и образование. Сейчас перед новыми властными структурами страны стоят совершенно конкретные и принципиально важные задачи восстановления системы управления экономической жизнью; разоружения, демобилизации и реинтеграции боевиков из многочисленных вооруженных группировок.

При этом очень важно, и это стало заметно особенно за последний год, как Россия энергично и деятельно возвращается в Африку. Для восстановления страны должна быть дееспособная, профессиональная армия, и российская сторона обеспечивает в ЦАР поставки вооружения в установленном порядке, согласовывая вопросы с профильными структурами ООН. Россия обеспечивает подготовку военнослужащих для воссоздаваемых вооруженных сил. Процесс этот приобретает плановый, устойчивый характер. В последние месяцы российскими инструкторами уже подготовлены 800 военнослужащих. На выходе еще 400.

Обстановка в стране, конечно, остается сложной. Возможно, не всегда легко и просто одной-двумя цифрами проиллюстрировать ситуацию, но я постараюсь. Если на начало 2017 года в стране каждый пятый житель ЦАР относился к числу либо беженцев из соседних стран, либо «внутренне перемещенных лиц», то к концу прошлого года эта цифра сократилась. Вот таким образом развивалась ситуация в прошлом году, и исхожу из того, что в значительной степени эти перемены происходят благодаря возвращению России в Африку, а именно в Центральноафриканскую Республику.

Думаю, что совершенно правильным и справедливым является наш принципиальный подход к африканским проблемам. Но здесь надо понимать, конечно, что африканским проблемам требуется прежде всего африканское решение, хотя нужна и помощь, оказанная всем миром.

Хочу сказать несколько слов и о журнале «Международная жизнь». С этим журналом я практически прожил всю сознательную, по крайней мере профессиональную, жизнь - и когда занимался научной работой, и когда занимался дипломатической работой. Журнал, имеющий долгую историю, всегда современен и актуален. В нем присутствует качественная и многоликая аналитика, всегда можно найти взгляд от первого лица, интересные обзоры прессы.

Если бы я сейчас трудился над статьей, то, наверное, назвал ее «Центральноафриканская Республика: на полпути». Думаю, что надо быть оптимистом, потому что работать с хорошей долей прагматического подхода, но без оптимизма, было бы трудно. Чудес не бывает, однако мы можем совместными усилиями сделать очень многое.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713246 Карпушин Александр


Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713245 Владимир Путин

Выступление Президента Российской Федерации В.В.Путина на Совещании послов и постоянных представителей Российской Федерации Москва, МИД, 19 июля 2018 года

Владимир Путин, Президент Российской Федерации

Источник: официальный сайт Президента России www.kremlin.ru

Уважаемые коллеги! Приветствую вас на нашей традиционной встрече.

Прежде всего хотел бы поблагодарить руководство, всех сотрудников и ветеранов дипломатической службы за работу по защите национальных интересов России, за вклад в развитие международного сотрудничества.

Центральный аппарат министерства, наши посольства и все загранучреждения действуют слаженно и профессионально, успешно решают поставленные задачи. В условиях динамичной, насыщенной событиями ситуации в мире Россия последовательно проводит ответственный и самостоятельный внешнеполитический курс.

Подчеркну, активное участие России в мировых делах продиктовано нашим главным национальным интересом. Это обеспечение максимально благоприятных, безопасных условий для прорывного развития страны, решения масштабных социальных, экономических задач, повышения качества жизни наших людей.

Наши граждане хотят видеть Россию сильным, независимым, миролюбивым государством. Мы открыты к партнерским, взаимовыгодным, конструктивным отношениям со всеми странами и региональными объединениями.

Россия как постоянный член Совета Безопасности ООН и впредь будет отстаивать зафиксированные в Уставе этой организации основополагающие принципы: суверенитет и равенство государств, невмешательство в их внутренние дела, справедливое разрешение споров. Убеждены, что, следуя международному праву, работая на коллективных началах, мы можем решать самые сложные мировые проблемы.

Наша линия на обеспечение глобальной безопасности и стабильности, противодействие новым вызовам и угрозам, безусловно, востребована в мире.

Взгляды России на то, как и на каких основах должен базироваться современный миропорядок, разделяют наши союзники по ОДКБ, партнеры по СНГ, БРИКС, Шанхайской организации сотрудничества. Это, мы с вами понимаем, большая часть населения планеты. Именно исходя из наших принципиальных позиций, мы действовали и будем действовать при разрешении острых региональных кризисов.

В Сирии при решающей роли России нанесен сокрушительный удар по международному терроризму, по ИГИЛ и другим экстремистским группировкам. Это позволило сохранить сирийскую государственность, создать условия для восстановления экономики и возвращения беженцев.

Хочу еще раз поблагодарить наших военнослужащих, которые мужественно, профессионально выполняли и выполняют свой долг, и, конечно, дипломатов, которые также активно и с полной отдачей действуют на сирийском направлении.

При энергичных дипломатических усилиях России продвигается работа в рамках Астанинского процесса. Большим достижением стало проведение в начале года в Сочи Конгресса сирийского национального диалога, заслуживающего самого пристального внимания, изучения и поддержки. Это закладывает основы легитимности обновленной Сирии.

Теперь на повестке дня - формирование Конституционного комитета для подготовки конституционной реформы и последующего проведения выборов при содействии Организации Объединенных Наций. И конечно, крайне важно нарастить усилия международного сообщества по оказанию гуманитарного содействия сирийцам. Мы этим плотно занимаемся.

Ясно, что это важно и для Сирии, и для региона в целом, да и для очень многих стран мира, поскольку это снизило бы, если бы мы активно работали на этом направлении, миграционную нагрузку на европейские страны.

Решение, основанное на коллективных усилиях и диалоге, Россия всегда предлагала и для Корейского полуострова, разработала вместе с Китайской Народной Республикой План поэтапной нормализации ситуации.

Хорошо, что заложенные в нем идеи нашли применение, что стороны сели за стол переговоров, проявили взаимное уважение, отказались от действий, способных привести к непоправимым последствиям. Рассчитываем, что позитивные тенденции, наметившиеся в том числе благодаря вкладу Президента Дональда Трампа, получат дальнейшее развитие.

Но есть и примеры, когда в одночасье перечеркиваются достигнутые общими усилиями договоренности. Имею в виду односторонний выход Соединенных Штатов из Совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе.

А ведь этот документ играет важнейшую роль для глобального режима нераспространения. Сейчас задача - сохранить эту ключевую договоренность и предотвратить неконтролируемый рост напряженности на Ближнем Востоке.

Серьезные риски обострения ситуации сохраняются на Юго-Востоке Украины. Причины, по сути, те же: несоблюдение сегодняшними украинскими властями взятых на себя обязательств, отказ от мирного разрешения конфликта.

Раз за разом демонстрируется откровенное пренебрежение договоренностями, нежелание вести диалог со своими гражданами, все сценарии рассчитываются по силовому пути. Исходим из того, что Минский комплекс мер остается реальной основой для политического урегулирования этой кризисной ситуации.

Уважаемые коллеги! То что мы делаем на внешнеполитической арене, мы делаем не ради какого-то умозрительного величия и не для того, чтобы создать проблемы другим. Повторю, главное - обеспечивать условия для устойчивого развития нашей страны.

В предстоящие годы Россия не только должна прочно закрепиться в пятерке крупнейших экономик мира, но и существенно повысить ключевые стандарты качества жизни наших граждан. Для достижения этих стратегических целей мы должны в полной мере использовать внешнеполитические возможности.

Важно настроить работу на конкретный, прагматичный результат, осваивать новые рынки, расширять экспорт, доступ к передовым технологиям и инвестициям, преодолевать чинимые препятствия и ограничения для работы отечественных компаний за рубежом.

Сегодня принцип конкуренции и открытости в мировой торговле все чаще подменяется протекционизмом, экономическая выгода и целесообразность - идеологической конъюнктурой и политическим давлением. Экономические связи, предпринимательская свобода становятся объектом политизации.

На этом фоне внешняя политика России, напротив, должна стать более экономически ориентированной и более рациональной. Особое значение имеет формирование пространства добрососедства, благополучия, безопасности и стабильности по всему периметру наших государственных границ.

Ключевой интеграционный проект для России - это, конечно, Евразийский экономический союз. Отрадно, что партнеры реализуют наши приоритеты в ЕАЭС вместе с нами, мы действуем достаточно эффективно. Суть этих подходов - использовать возможности интеграции для стимулирования роста экономик всех стран-участниц, чтобы отдачу, практическую пользу от сотрудничества чувствовали граждане и бизнес.

Также считаем важным наращивать внешние контакты ЕАЭС. Уже действует зона свободной торговли с Вьетнамом. Ведутся соответствующие переговоры с Израилем, Сербией, Сингапуром. В скором времени начнутся консультации с Египтом и Индией. Подписано временное соглашение, ведущее к образованию зоны свободной торговли с Ираном. А всего имеется около 50 предложений об установлении партнерских отношений с Евразийским экономическим союзом.

Хорошие перспективы открывает совместная работа с Китаем, с которым ЕАЭС в мае этого года заключил Соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве.

ЕАЭС и китайская инициатива «Один пояс, один путь» эффективно дополняют друг друга. Гармонизация этих проектов способна заложить фундамент для формирования Большого евразийского партнерства - пространства экономической кооперации, максимально свободного от всяких барьеров.

В такой логике нужно стремиться развивать отношения и с Евросоюзом, который, несмотря на нынешние трудности, остается одним из наших главных торговых партнеров. У нас с ЕС много пересекающихся экономических интересов. Десятилетиями складывалась и наша общая транспортная, энергетическая инфраструктура.

Подчеркну, все деловые проекты, которые мы реализуем с Европой, включая, скажем, «Северный поток - 2», носят исключительно коммерческий, экономически обоснованный характер. В них нет политической подоплеки, какого-либо «двойного дна».

Ключ к обеспечению безопасности и стабильности в Европе именно в том, чтобы расширять сотрудничество и восстанавливать доверие, а не в развертывании у российских границ новых баз и военной инфраструктуры НАТО, что сейчас и происходит.

На подобные агрессивные шаги, которые представляют прямую угрозу России, будем реагировать соразмерно. Нашим коллегам, которые играют на обострение, стремятся включить в том числе, скажем, Украину или Грузию в «военную орбиту» альянса, следовало бы подумать о возможных последствиях такой безответственной политики.

Нужна другая, позитивная повестка, нацеленная на совместную работу, на поиск точек соприкосновения. Мы говорили об этом, конечно, и на встрече с Президентом Соединенных Штатов господином Трампом.

При всей разнице взглядов мы сошлись во мнении, что российско-американские отношения находятся в крайне неудовлетворительном состоянии. По многим параметрам даже хуже, чем во времена холодной войны.

Конечно, было бы наивно полагать, что проблемы, копившиеся годами, будут решены за несколько часов. Но на это никто и не рассчитывал. Тем не менее полагаю, что путь к позитивным изменениям все-таки начат.

Важно, что наконец состоялась полноформатная встреча, позволившая поговорить напрямую. И она была в целом успешной, привела к полезным договоренностям.

Посмотрим, конечно, как будут дальше развиваться события. Тем более что определенные силы в Америке пытаются принизить, дезавуировать результаты встречи в Хельсинки.

Вы знаете, отрываясь от текста, хотел бы сказать несколько слов совсем от себя, что называется.

Мы видим, что в Соединенных Штатах есть силы, которые с легкостью готовы принести в жертву российско-американские отношения, в жертву своим амбициям в ходе внутриполитической борьбы в Америке. Готовы жертвовать интересами своего бизнеса, который теряет многомиллионные контракты, теряет российский рынок, рабочими местами в самих Соединенных Штатах, пускай немногочисленными, но все-таки имеющимися в связи с кооперацией с российскими партнерами, - счет идет на десятки тысяч, а может быть пойдет и на сотни тысяч.

Готовы жертвовать интересами своих союзников как в Европе, так и на Ближнем Востоке, в частности, например, имею в виду интересы Государства Израиль. Ведь мы говорили в том числе и об обеспечении безопасности на Голанах в ходе операции в Сирии. Судя по всему, это никого не интересует. Готовы жертвовать вопросами обеспечения своей собственной безопасности.

Обращаю ваше внимание на то, что в 2021 году заканчивает действие договор СНВ-III. Так, по большому счету мы могли бы жить и без него, даже еще несколько лет назад. Но все-таки сделали правильный шаг, пошли на заключение этого соглашения. И если сегодня, прямо сейчас не будет начата работа по его продлению, пролонгации, то через два с половиной года он просто закончится - его не будет.

Когда я говорил об этих силах, вы знаете, это совершенно не вписывается в нашу с вами политическую философию, потому что нас-то всегда и везде учили, что люди, работающие для государства, в интересах общества, прежде всего должны думать об этих фундаментальных интересах и их всегда ставить выше. Но - нет! В Соединенных Штатах, мы видим, есть силы, которые свои групповые, узкопартийные интересы ставят выше общенациональных.

Про таких людей у нас хорошо написали когда-то наши известные писатели-сатирики: «Жалкие, ничтожные люди». Но это не так. В данном случае это не так. Это люди и не жалкие, и не ничтожные, а, наоборот, довольно могущественные, сильные, если могут «впаривать» - извините за моветон - своим гражданам, миллионам своих граждан различные трудноперевариваемые в нормальной логике истории. Но они могут это делать.

Говорю это не для того, чтобы кого-то поругать или кого-то похвалить. Совсем нет. Говорю это для того, чтобы мы с вами учитывали это обстоятельство в ходе нашей практической работы на американском направлении. Это факты, с которыми мы сталкиваемся сегодня.

Тем не менее Россия открыта для развития контактов с Соединенными Штатами на равноправной, взаимовыгодной основе. Это нужно не только двум нашим народам, но и всему миру. Как крупнейшие ядерные державы, мы несем особую ответственность за обеспечение стратегической стабильности и безопасности.

Уважаемые коллеги! Теперь два слова совсем по другой теме. Только что завершился чемпионат мира по футболу. У нас побывали не только главы многих государств и правительств, но прежде всего сотни тысяч болельщиков из разных стран, которые сами увидели настоящую Россию - открытую, дружелюбную, современную.

И это очевидный успех, прорыв так называемой народной дипломатии. Это и результат вашей работы, в том числе вашего участия в подготовке столь масштабного мероприятия. Хочу вас за это поблагодарить.

Уважаемые коллеги! Нагрузка на Центральный аппарат МИД, на все наши посольства, конечно, спадать не будет. Предстоит большая работа. Колоссальная ответственность лежит и на каждом из вас.

Вы можете быть уверены, что руководство страны будет, как и прежде, делать все необходимое для материального обеспечения и повышения профессионального статуса дипломатов, укрепления социальной защищенности сотрудников министерства. На этот счет принят целый ряд соответствующих решений.

Вместе с тем некоторые чувствительные для вас вопросы - по оплате труда, социальным гарантиям членам семей, пенсионному обеспечению, улучшению жилищных условий - пока еще до конца не отрегулированы. Конечно, правительство будет заниматься этим.

Прошу правительство держать эти вопросы на контроле и при проработке не допускать формального, бюрократического подхода. Подчеркну, речь идет об обеспечении адекватных условий для профессиональной деятельности дипломатов, а это крайне важно с точки зрения повышения эффективности всей нашей внешнеполитической работы.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 27 августа 2018 > № 2713245 Владимир Путин


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 августа 2018 > № 2714740 Марк Галеотти

The Atlantic (США): Наказывать Путина — значит делать его сильнее

Действия Запада, который все сильнее давит на Россию, лишь усиливают позиции президента Владимира Путина, пишет The Atlantic. Издание отмечает, что россияне в ближайшее время устраивать восстания против главы государства не собираются, а существующая в стране система не падет. Так что же делать Западу, чтобы наладить контакт с Москвой?

Марк Галеотти (Mark Galeotti), The Atlantic, США

Для Владимира Путина близится зима. «Крымский эффект», когда рейтинги одобрения президента резко подскочили после присоединения им в 2014 году части соседней Украины, явно прошел, а надежды на рост популярности после чемпионата мира по футболу так и не оправдались. Вместо этого на повестке дня у российских политиков сегодня набор довольно спорных пенсионных реформ, введенных путинским правительством в ответ на назревающий бюджетный кризис.

Предлагаемые изменения, а именно повышение пенсионного возраста у мужчин с 60 до 65 лет и у женщин с 55 до 63 лет, оказались крайне непопулярными. В некоторых регионах страны средняя ожидаемая продолжительность жизни ниже новых пенсионных возрастов. По данным Левада-Центра, наиболее авторитетного агентства исследования общественного мнения в России, 89 процентов россиян выступают против реформы, и только 8 процентов ее поддерживают. Петицию против введения этих мер подписали более трех миллионов человек, в то время как десятки тысяч россиян за последний месяц успели поучаствовать в многочисленных акциях протеста, организованных Коммунистической партией, которая до этого не отличалась особой активностью.

После нескольких недель молчания Путин наконец высказался по поводу реформы: он пожурил правительство и сказал, что сам не доволен этими мерами — но его слова прозвучали крайне неубедительно. Кажется, на них никто не купился. Даже проводящее соцопросы государственное агентство ВЦИОМ заявило о том, что общественное доверие к президенту упало до 37 процентов. Проблема Путина в том, что он попался в ловушку, которую по большей части создал себе сам. Его неспособность диверсифицировать экономику в 2000-е годы, в период изобилия, и его пренебрежение верховенством закона, на которое опираются как иностранные инвесторы, так и отечественные предприниматели, а также последствия зарубежных авантюр российского лидера — все это ослабляет позиции России перед лицом новых вызовов.

В вопросе о пенсиях Путин может пойти на некоторые уступки. Однако коренной пересмотр этих мер будет иметь серьезные финансовые последствия, ведь растущую долю пенсионеров поддерживает гораздо меньший процент работающих людей. Как поступит Путин: станет ли он сокращать расходы на оборону или рискнет урезать субсидии для беспокойной Чечни? Введет налог на сверхприбыль в сфере большого бизнеса? В чем сомневаться не приходится, так это в том, что «лишних денег» нет, а отчаянные поиски решений только обостряют разногласия внутри режима.

С точки зрения Вашингтона настоящий момент кажется наиболее подходящим для того, чтобы заставить Путина изменить свое поведение. Выступая 21-го августа перед сенатским комитетом по международным отношениям, помощник госсекретаря Уэсс Митчелл следующим образом определил цель американской политики в отношении России: «снизить возможности Владимира Путина проводить агрессивную политику посредством наложения финансового бремени на российское государство и олигархию, которая обеспечивает его функционирование». Аналогичным образом заместитель секретаря Минфина США по вопросам борьбы с терроризмом Маршалл Биллингсли сказал, что его агентству «был выдан прямой мандат на борьбу с российской агрессией в любых ее проявлениях» с помощью санкций. Как будто по заказу новый «Закон о защите безопасности США от агрессии Кремля», который еще будет обсуждаться в Сенате, введет новые «сокрушительные» санкции в отношении инвестиций в российские энергетические проекты, банки и суверенный долг.

Логика, которая здесь работает, вполне понятна: чем больше давление на экономику, тем труднее живется обычным россиянам и дружкам Путина. В свою очередь трудные времена могут заставить Путина сдержать свою агрессивную геополитическую кампанию, нацеленную на утверждение России в роли великой державы — и потому что цена слишком высока, и потому что ему нужны западные инвестиции, капитал и технологии. А если он не отступит? Давление будет нарастать, и даже если Путин выживет в политическом отношении, он будет слишком занят борьбой с беспокойным населением, чтобы сеять раздоры в мире.

Проблема такой линии рассуждений заключается в том, что она отбрасывает Россию назад: притеснение России извне дает возможность Путину оставаться Путиным и отнюдь не вдохновляет страну на перемены.

Взять хотя бы тезис Митчелла об «олигархии, которая поддерживает» Кремль, на самом деле все ровным счетом наоборот: сегодня вы можете быть богатым и могущественным, но если вы перейдете дорогу Путину или кому-то из его приспешников, вы станете никем. (В 2003 году Михаил Ходорковский превратился из самого богатого человека в России в заключенного исправительно-трудового лагеря, и все потому, что неосторожно стал заниматься политикой. В 2016 году тогдашний министр финансов Алексей Улюкаев оказался в центре сфабрикованного дела и был осужден, когда впал в немилость у давнего приятеля Путина Игоря Сечина). А когда приходят тяжелые времена и Запад отказывает богачам в финансовых убежищах (нечто подобное происходит сейчас), им все чаще приходится демонстрировать свою лояльность, поскольку их привилегии и позиции теперь все больше зависят непосредственно от благосклонности Путина. Времена кризиса, который переживают российские олигархи, только делают Путина сильнее.

Если Вашингтон действительно считает, что новая волна протестов в России является предвестником конца режима, он неверно истолковывает ситуацию в стране. Серьезные протесты, подобные тем, которые имели место после переизбрания Путина в 2011 году, возникают в России тогда, когда общество настроено позитивно и перемены кажутся возможными. Когда все плохо, а режим непреклонен и исключает возможность полного краха — то есть сценарий кошмара маловероятен — большинство людей сосредотачивают свое внимание на потребностях повседневной жизни, а не на политике. Разумеется, россияне жалуются на предлагаемые пенсионные реформы, но это ничто по сравнению с протестами, которые угрожали режиму в 2011 и 2012 годах, когда люди все еще верили в то, что их митинги и марши могут на что-то повлиять.

Кроме того: кого они станут винить за свои повседневные неурядицы? Как это ни парадоксально, чемпионат мира — событие, благодаря которому отношение к России у многих иностранных гостей изменилось к лучшему — сработал в обоих направлениях. Привыкшие к тому, что на телевидении (которое почти полностью контролируется правительством) их постоянно кормят паникерской ксенофобией, россияне получили возможность увидеть, что иностранцы такие же люди, как они. Одобрение Соединенных Штатов выросло с 20 процентов в мае до 42 процентов в июле.

Но этот порыв не продлится долго. Теперь, когда Путин не может опираться на растущую экономику и ему труднее обеспечивать своему народу благополучную жизнь, он будет все чаще прибегать к риторике, которая основывается на представлениях о враждебном мире, противостоящем российским ценностям и суверенитету, и узаконивает его власть. Санкции во многом являются его алиби: теперь он может ругать все западное, когда ему заблагорассудится. Протесты можно выставить как подрывную деятельность, которая ведется по наущению западных стран, а экономические трудности — как спровоцированные Вашингтоном. Трудные времена будут использоваться для оправдания жестких мер, и, по всей вероятности, многие россияне будут готовы согласиться с этой линией Кремля.

На прошлой неделе в Москве можно было почувствовать эти приготовления людей к долгой и тяжелой геополитической зиме — той, в которой, по их мнению, виноват Запад. По всей видимости, не собираясь сдаваться, люди вместе с тем не знают, что Россия может сделать, чтобы заставить Запад снять санкции. Ведь то, чего хочет Запад, Кремль не желает или не может ему уступить. Путин не может уйти из Крыма — большинство россиян считают его своим по праву — и не может оставить Донбасс или Сирию без политического ущерба для самого себя. А сворачивание кампании троллинга и вмешательства в дела Запада, вероятно, означает для него отказ от одного из немногих имеющихся в его распоряжении рычагов влияния.

Что остается Западу, который стремится наладить хоть какой-то контакт с Кремлем? Разумеется, санкции никуда не делись, но, вероятно, существуют и более действенные средства. К примеру, угроза предоставить Украине более обширную экономическую помощь в следующий раз, когда Путин даст волю своим троллям и хакерам, может стать для него болезненным ударом и при этом пощадит рядовых россиян.

В ближайшее время россияне не будут восставать против Путина, а система не рухнет. Сейчас разворачивается закулисная борьба между идеологами прагматизма и национализма — которые стремятся не столько повлиять на Путина, сколько придать очертания тому режиму, который придет ему на смену. Усиление политического давления на Россию сегодня может показаться правильным и удовлетворять желание «наказывать» Кремль за все подряд: начиная с покушения на Скрипаля в Великобритании и заканчивая продолжающимся вмешательством в политику Соединенных Штатов. Тем не менее горькая ирония заключается в том, что все это только укрепляет позиции Путина и идет на пользу националистам, делая позитивный долгосрочный прогресс все менее вероятным.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 августа 2018 > № 2714740 Марк Галеотти


Россия > Армия, полиция. СМИ, ИТ > mvd.ru, 25 августа 2018 > № 2714387 Андрей Морозов

Особенности борьбы с наркопреступностью в сфере информационно-телекоммуникационных технологий.

Анализ современной наркоситуации в России показывает, что удельный вес синтетических наркотиков в общей массе изымаемых наркотических средств и психотропных веществ на протяжении последних 10 лет увеличился в 13 раз и по итогам 2017 года занимает второе место после каннабисных наркотиков (26,1% , 5,6 т)(1). Это связано с появлением в мире новых видов «синтетики» (например, производных N-метилэфедрона).

Бесконтактный способ распространения синтетических наркотиков базируется на широком использовании сети Интернет, которая рассматривается организаторами наркобизнеса не только как огромная рекламная и пропагандистская площадка, но и как средство коммуникации, вербовки продавцов и курьеров, способ и место сбыта наркотиков. Аналогичные проблемы отмечаются и в докладах Международного комитета по контролю над наркотиками ООН(2).

В специализированных сетевых сообществах, так называемых «наркофорумах», любой желающий за определенную плату может разместить рекламу о продаже наркотических средств, их видах, ценах, способах приобретения и ссылку на свой интернет-сайт. В том числе на таких форумах любой из зарегистрированных там пользователей может участвовать в обсуждении тех или иных видов наркотиков и оценке деятельности представленных интернет-магазинов.

Существует два основных типа распространения наркотических средств через сеть Интернет:

1) через интернет-сайты автоматических продаж;

2) с использованием программ для мгновенного обмена сообщениями.

Кроме того, программы-мессенджеры используются для организации спам-рассылок с рекламой указанных магазинов и способов обхода блокировки. Для привлечения новых и удержания постоянных клиентов проводятся специальные маркетинговые акции, осуществляются бесплатные доставки «пробников», предоставляются скидки и т.п.

В данных системах прослеживается ступенчатая иерархия, все функции участников преступной деятельности четко распределены, соблюдается жесткая дисциплина, продумана система безопасности, на которую щедро тратятся полученные от наркобизнеса доходы. В такие преступные структуры обычно входят «закладчики» различных уровней, «вербовщики», «кладовщики», «курьеры», «операторы», «финансовый директор», программисты, координаторы, диспетчеры, финансисты, кассиры, легализаторы, химики. Хорошо зарекомендовавший и проявивший себя в работе сотрудник переводится на вышестоящие должности с увеличением заработной платы. В отношении «персонала», допустившего нарушения, применяются штрафные санкции. Каждый сотрудник получает развернутые инструкции, в которых подробно описано, как правильно фасовать, хранить и перевозить наркотические средства, делать «закладки», общаться с потребителями наркотиков, как безопасно пользоваться электронными счетами и обналичивать денежные средства, как пользоваться анонимными средствами передачи информации через Интернет и анонимными иностранными прокси-серверами при посещении интернет-страниц и в общении между собой, как вести себя в случае задержания сотрудниками правоохранительных органов и т.д. Ряды нижестоящих звеньев постоянно пополняются посредством ведения грамотной «вербовочной» работы в Интернете, обещанием высокого дохода при минимальных временных затратах.

Подобные схемы сетевого наркобизнеса существенно затрудняют установление личностей наркодельцов и формирование доказательственной базы их причастности к преступной деятельности.

Проведенный анализ показывает, что в России действуют более 10 тысяч интернет-ресурсов (в том числе автомагазины, каналы в мессенджере Telegram), посредством которых осуществляется незаконный сбыт наркотиков.

В 2012 году в России создан Единый реестр сайтов, доступ к которым блокируется Роскомнадзором(3). (Адрес для обращений: https://eais.rkn/gov/en/feedback

ГУНК МВД России наделено функцией по оценке размещенной на сайтах информации о наркотиках. Так, в 2017 году ГУНК рассмотрено более 46 тысяч электронных обращений Роскомнадзора, по которым принято 19 432 решений об ограничении доступа к интернет-сайтам и страницам в социальных сетях, располагающим запрещенной информацией о способах, методах изготовления, использования наркотиков, местах их приобретения.

Между тем, для работы с запрещенными сайтами преступниками используется программное обеспечение, представляющее собой анонимную сеть, с помощью которой осуществляется передача данных в зашифрованном виде.

Как показывает опыт, в том числе и международный, чаще всего в связи с несовершенством законодательства само по себе прекращение деятельности интернет-ресурсов не приводит к сокращению объема наркоторговли, поэтому основные усилия сотрудников наркоконтроля ОВД направлены на пресечение каналов поставок наркотиков, ликвидации организованных групп и преступных сообществ, занимающихся их изготовлением и сбытом.

Руководство МВД России уделяет особое внимание этим проблемам. В 2017 году пунктом 4.5 ПООМ МВД России ГУНК поручено организовать комплекс мероприятий по выявлению и пресечению деятельности участников преступных группировок, занимающихся распространением подконтрольных веществ бесконтактным способом при помощи сети Интернет. В результате проведенных мероприятий в прошлом году ОВД выявлено 7 179 наркопреступлений, совершенных с использованием интернет-технологий, возбуждены уголовные дела в отношении 3 069 лиц, причастных к их совершению, из незаконного оборота изъято свыше 1 т 976 кг наркотиков. Прекращена незаконная деятельность 654 российских интернет-ресурсов (форумы, магазины автоматических продаж, телеграм-каналы)(4). Активная работа сотрудников наркоконтроля привела к ликвидации в августе 2017 года крупной интернет-площадки по продаже наркотиков RAMP, на которой размещалась реклама более 33 оптовых и 121 розничных магазинов.

В 2015–2016 годах одним из основных игроков на российском наркорынке с годовым оборотом 2,3 миллиарда рублей являлся международный интернет-магазин «ХимПром». Было налажено производство синтетических наркотиков в трех подпольных лабораториях производительностью от 150 до 500 кг в неделю, созданы оптовые склады в 10 регионах Российской Федерации. С целью сбыта наркотиков преступники организовали структурные подразделения в 14 регионах, наладили логистическую цепочку, включающую в себя доставку особо крупных партий наркотических средств в специально оборудованных тайниками автомашинах. Расчеты осуществлялись с использованием различных криптовалют и электронных платежных систем.

В результате проведенных мероприятий задержаны 67 участников наркогруппировки, 47 из которых являются гражданами Украины. Из незаконного оборота изъято свыше четырех тонн синтетических наркотиков, 3,5 тонны прекурсоров, 250 единиц лабораторного оборудования, 2,5 миллиона рублей, 18 общегражданских паспортов Российской Федерации с признаками подделки, девять автомашин, оборудованных тайниками.

В январе–апреле 2017 года пресечена деятельность крупного интернет-магазина, специализирующегося на распространении сильнодействующих веществ(5), содержащих анаболические стероиды, в 60 городах России с использованием услуг ФГУП «Почта России» и транспортной компании. Анаболики для дальнейшего распространения по России поступали через Республику Казахстан из КНР. Привлечены три организатора сети сбыта, изъято около 90 кг различных анаболических стероидов.

В 2015 году в российском интернет-пространстве появился новый магазин Stuff.store, созданный для распространения на территории Российской Федерации оптовых партий синтетических наркотиков. Организаторами был налажен весь цикл оборота наркотических средств – от производства до сбыта конечному потребителю, вербовка участников осуществлялась через социальные сети путем размещения объявлений о приеме на высокооплачиваемую работу в качестве закладчиков и курьеров. С целью сбыта наркотиков организаторами сформированы структурные подразделения группировки в 10 регионах Российской Федерации, налажена логистическая цепочка, включающая в себя доставку особо крупных партий наркотических средств в оборудованных тайниками автомашинах. Расчеты осуществлялись с использованием криптовалют. К 2017 году группировка стала одним из самых крупных «игроков» на российском наркорынке.

В январе–феврале 2018 года ГУНК МВД России совместно с семью региональными подразделениями наркоконтроля проведена специальная операция, в результате которой деятельность межрегиональной организованной преступной группы пресечена. На территории Московской, Новосибирской, Челябинской областей, а также Хабаровского края выявлены и ликвидированы четыре нарколаборатории, производительность которых составляла от 20 до 100 кг синтетических наркотиков в неделю. Пресечена деятельность структурных подразделений в Московской, Ивановской, Челябинской, Свердловской и Новосибирской областях. Задержано 27 участников наркогруппировки, из незаконного оборота изъято более 345 кг синтетических наркотических средств, 500 кг различных химических реактивов, используемых при изготовлении наркотиков, 87 единиц лабораторного оборудования.

В 2018 году участники наркобизнеса продолжают активно использовать для совершения наркопреступлений возможности сети Интернет, электронных платежных систем и сервисов, в связи с чем ГУНК и территориальными органами МВД России на региональном уровне осуществляется комплекс мероприятий, направленный на выявление и пресечение деятельности организованных групп и преступных сообществ, занимающихся распространением наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ с использованием информационно-телекоммуникационных технологий.

Разработка организованных преступных групп, осуществляющих сбыт наркотиков через Интернет и электронные системы платежей, достаточно сложна, требует детального и длительного документирования фактов преступной деятельности, значительного количества привлекаемых технических средств. Успех работы на данном направлении зависит от целе­устремленности и профессиональной грамотности полицейских, их слаженного взаимодействия с другими службами и организациями.

Свою профессиональную грамотность сотрудники наркоконтроля повышают на специальных курсах в Академии управления МВД России и ВИПК МВД России. Кроме того, разработаны и внедрены в практику семь научно-практических работ(6). Две работы в настоящее время готовятся Академией управления МВД России по заявке ГУНК. В 2017 году в г. Пятигорске Ставропольского края организован межведомственный семинар-совещание с территориальными подразделениями по теме «Повышение эффективности выявления и пресечения наркопреступлений, совершаемых с использованием информационно-коммуникационных технологий и электронных платежных систем».

В рамках организации взаимодействия ГУНК МВД России сотрудничает с ФГУП «Главный научно-исследовательский вычислительный центр Управления делами Президента Российской Федерации». Активное взаимодействие осуществляется также с Росфинмониторингом, Ростелекомом, службами безопасности банков, платежных систем, «Почтой России», транспортными компаниями, администрациями каршеринговых компаний, социальных сетей, бирж криптовалют.

Основной характерной особенностью компьютерных сетей является то, что цифровая информация о всех действиях в них всегда сохраняется. Учитывая это в практической деятельности, ГУНК для выявления и установления участников интернет-магазинов применяется система интернет-разведки в открытых источниках ОSINT, включающая в себя поиск, выбор и сбор разведывательной информации, полученной из общедоступных источников, и ее анализ.

По отдельным вопросам изучения и анализа распространения новых видов синтетических наркотиков используется онлайн-система AIPSIN DRUGS белорусской компании «БелХард Групп».

В некоторых регионах России(7) создана и внедрена автоматизированная информационная система «Незаконный оборот наркотиков» (АИС «НОН» – база данных оперативной информации по борьбе с незаконным оборотом наркотиков и банк данных нераскрытых преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков). В базу вносятся данные о сбытчике и обстоятельствах приобретения задержанным лицом наркотического средства. Ее формирование осуществляется на основе учетных карточек, отражающих информацию о фигуранте уголовного дела и неустановленном лице, сбывшем ему наркотическое средство, с указанием используемых при сбыте никнеймов, IP-адресов, MAC-номеров, номеров учетных записей в различных программах, электронных платежных системах, банковских счетов, «КИВИ-кошельках», а также картографических мест закладок наркотических средств и т.п. Массив позволяет выявлять дополнительные эпизоды преступной деятельности изобличенного продавца наркотиков путем установления совпадений информации о сбытчиках по нескольким параметрам (по никнеймам, номерам сотовых телефонов, номерам счетов, через которые происходила оплата приобретаемого наркотика, и др.).

В 2017 году разработан и внедрен программный комплекс, предназначенный для вскрытия методов конспирации, используемых наркодиллерами при движении электронных финансовых потоков. В него входят АИС «Киви», формируемая за счет аккаунтов системы Visa QIWI Wallet, и аналогичная АИС «Перевод», работающая по банковским счетам.

В Мурманской области и Удмуртской Республике в 2017 году на базе ИСОД МВД России создана ИПС «Дистанционный сбыт наркотических средств».

Одной из причин, способствующих росту преступлений в сфере незаконного оборота наркотиков, совершенных с использованием стремительно развивающихся ИК-технологий, является некоторое отставание процесса принятия соответствующих законодательных норм.

Так, по нашему мнению, необходима уголовная ответственность в отношении лиц, участвующих в создании программного обеспечения и оборудования, используемого для сбыта наркотиков (создание и администрирование интернет-сайтов и страниц в социальных сетях, на которых размещается информация о сбыте наркотиков и психотропов).

Необходимо дополнить Уголовный кодекс Российской Федерации статьей, предусматривающей уголовную ответственность за пропаганду и незаконную рекламу наркотических средств, психотропных веществ, их прекурсоров или аналогов, растений, содержащих наркотические средства, психотропные вещества или их прекурсоры, либо их частей, содержащих наркотические средства, психотропные вещества или их прекурсоры, инструментов или оборудования, находящихся под специальным контролем и используемых для изготовления наркотических средств или психотропных веществ, способов, методов их изготовления, мест сбыта и немедицинского потребления, а также способов и методов незаконного культивирования растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества либо их прекурсоры(8).

Следует также отметить, что ряд мер, направленных на устранение причин, способствующих совершению наркопреступлений с использованием информационно-коммуникационных технологий, сети Интернет, возможностей операторов сотовой связи, предусмотрен Планом реализации решений Координационного совещания руководителей правоохранительных органов Российской Федерации от 23 сентября 2016 г. № 2 «Об эффективности работы по выявлению, пресечению, расследованию и предупреждению преступлений, совершаемых с использованием современных информационно-коммуникационных технологий».

В этой связи ГУНК МВД России была поддержана разработка законодательных инициатив, предусматривающих ответственность (в том числе административную) операторов мобильной связи – юридических лиц и отдельных продавцов – физических лиц за реализацию идентификационных модулей абонентов (SIM-карт) без идентификации и регистрации их покупателей и заключения соответствующих договоров.

Сегодня главным средством отмывания преступных наркодоходов является криптовалюта (Биткоин, Ethertum и т.д.), анонимность и транснациональность которой в совокупности с активным развитием теневого Интернета образуют благоприятную среду для передачи и отмывания наркоденег.

Полагаем, что нормативное урегулирование обращения криптовалюты будет способствовать выявлению государственными органами нарушений и перекрытию недобросовестных платежных каналов.

В 2016 году создана межведомственная рабочая группа Госдумы Российской Федерации по оценкам рисков оборота криптовалюты. В Госдуме 2 июня 2016 года проведена научно-практическая конференция «Электронная валюта в свете современных правовых и экономических вызовов». В настоящее время Центробанком и Правительством России готовится законопроект о крипто­валютах(9).

По нашему мнению, в качестве первоначальных мер по созданию механизмов, позволяющих отслеживать использование криптовалюты в незаконном обороте наркотических средств и психотропных веществ, инициатива Банка России крайне актуальна.

В качестве мер, следующих за установлением правового статуса криптовалют, целесообразно рассмотреть вопросы:

- об обязательной регистрации юридических лиц, осуществляющих данные операции, в налоговых органах и финансовых регуляторах;

- о введении для НКО и банковских учреждений запрета на осуществление операций с криптовалютами с незарегистрированными в установленном порядке юридическими лицами;

- о введении уголовной ответственности за их теневой оборот;

- о закреплении перечня требований для обменных пунктов, бирж, а также банкоматов порядка изъятия криптовалют при проведении оперативно-разыскных мероприятий и следственных действий, а также наложения ареста на их оборот.

В конце 2016 года ГУНК МВД России столкнулось с массовыми обращениями граждан о спам-рассылках в мессенджерах. Одной из мер, на наш взгляд, должно явиться законодательное закрепление запрета и ответственности за массовую рассылку противоправной информации, а также приравнивания мессенджеров к операторам связи.

В силу высокой степени общественной опасности незаконный ввоз и распространение СДВ и ядовитых веществ на территории Российской Федерации являются уголовными преступлениями (ст. 226.1, 234 УК РФ). Особую озабоченность вызывает увеличивающийся оборот такого вида СДВ, как анаболические стероиды, являющихся распространенными и популярными допинговыми препаратами в профессиональном спорте, которые прочно «захватили» фитнес, экстремальные виды спорта и спорт высоких достижений. Пропаганда потребления СДВ с использованием возможностей сети Интернет существенно повышает их популярность среди населения. Сведения о способах и методах использования, возможность распространения через интернет-ресурсы делает их доступными для широкого круга возможных потребителей.

Однако, в отличие от интернет-ресурсов по распространению наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, возможность блокировки таких же ресурсов, касающихся СДВ и ядовитых веществ, в настоящее время отсутствует. Кроме того, дополнительной уголовной квалификации требует сбыт СДВ и ядовитых веществ (ст. 234 УК РФ), совершаемый с использованием информационно-телекоммуникационных технологий, включая сеть Интернет.

Безусловно, правоохранительным органам, в том числе МВД России, для адекватного противодействия современным высокотехнологичным способам совершения наркопреступлений, предстоит еще многое сделать.

Сноски:

(1) По статистическим данным ГИАЦ МВД России (форма «3-МВ-НОН» 173).

(2) Доклад МККН за 2017 год.

(3) Постановление Правительства Российской Федерации от 26 октября 2012 г. № 1101 «О единой автоматизированной информационной системе «Единый реестр доменных имен, указателей страниц сайтов в информационно-телекоммуникационной сети Интернет и сетевых адресов, позволяющих идентифицировать сайты в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, содержащие информацию, распространение которой в Российской Федерации запрещено».

(4) Например, «Садовник», «Дрим Тим», «Парфюмер 22», «Веселый химик», MorfeusBot, «vbodrake вбодряке Уфа», «Золотая рыбка», Stradivari, Rostore, Niko_TM64, Marvel, «Хип Хоп Алеся», StikerBooms, Big Russian Boss, «Рыжийботшоп», «Химпром», «Гост», Budda-bar.biz.

(5) Далее – СДВ.

(6) Методические рекомендации «Документирование фактов сбыта наркотических средств и психотропных веществ, совершаемых бесконтактным способом». МосУ МВД России, 2017. Методические рекомендации «Организация оперативно-разыскных мероприятий по документированию бесконтактного способа сбыта наркотических средств и психотропных веществ». ГУУР МВД России, 2014. Учебное пособие «Методика расследования незаконного сбыта наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, совершенного с использованием интернет-магазинов». СибЮИ МВД России, Красноярск, 2016. Учебно-практическое пособие «Особенности противодействия распространению новых синтетических наркотических средств и психоактивных веществ». ВИПК МВД России, Домодедово, 2016. Методические рекомендации «Типовые алгоритмы действий при получении информации по электронным идентификаторам в сети Интернет». БСТМ ГУ МВД России по Красноярскому краю, 2012. Методические рекомендации «Противодействие преступной деятельности организованных преступных групп, связанных с бесконтактным сбытом наркотических средств и психотропных веществ». МВД Республики Татарстан, Казань, 2016. Е.С. Поликарпов «Компьютерная разведка», учебное пособие. Краснодарский университет МВД России, Краснодар, 2018.

(7) Свердловская, Курганская, Томская области, Красноярский и Пермские края.

(8) Законопроект № 108866-6 рассматривается Государственной Думой Российской Федерации.

(9) Законопроект «О цифровых финансовых валютах».

Полковник полиции Андрей Морозов,

заместитель начальника

Управления по борьбе с

преступлениями в сфере незаконного оборота наркотиков

синтетического происхождения и прекурсоров ГУНК МВД России

(Профессионал № 3, 2018 г.)

Россия > Армия, полиция. СМИ, ИТ > mvd.ru, 25 августа 2018 > № 2714387 Андрей Морозов


Россия. США. Весь мир. ЮФО > СМИ, ИТ > ria.ru, 25 августа 2018 > № 2712030

"Коктебель, мы тебя любим": в Крыму открылся главный джазовый фестиваль

В Крыму вчера открылся главный летний фестиваль — Koktebel Jazz Party, который проходит в этом году в 16-й раз. В первый вечер на главной площадке выступили музыканты из разных стран, в том числе американские джазмены из Нового Орлеана и исполнители из Индии и Великобритании.

Огромная главная сцена на побережье, полный партер и вокруг — множество слушателей, которые наслаждаются джазом, сидя на пляже или в кафе. Музыка слышна повсюду — на три ближайших дня Коктебель превратился в одну большую джазовую площадку под открытым небом.

"Джаз объединяет народы, ведь сама музыка эта появилась как синтез культур, — сказал на пресс-конференции в день открытия фестиваля его основатель, журналист Дмитрий Киселев. — Это очень важно для Крыма и в этом есть специальное послание. Крым должен не разъединять, а объединять. В этом и есть культурная миссия нашего фестиваля, никакой политики. Просто быть вместе".

"Спасибо" с акцентом по-русски и даже длинная фраза "Коктебель, мы тебя любим" — музыканты, выходившие на сцену в этот вечер, не просто великолепно играли, но и общались с залом и со всеми собравшимися вокруг. Открывала концерт команда из Нового Орлеана — с родины джаза. Лауреаты "Грэмми" Rebirth Jazz Band сразу же нашли общий язык с залом: зрители подпевали и танцевали под музыку.

Весь этот джаз: в Крыму стартовал Koktebel Jazz Party

Американцев сменили музыканты из Индии — более сдержанные, может быть, более интеллектуальные. Сочетание национальных мотивов и джазовых гармоний также нашло отклик у публики. Между выступлениями зарубежных гостей играл фортепианный дуэт Якова Окуня и Олега Старикова. Затем на сцену вышла команда из США Rick Margitza, а завершили вечер британские Incognito, играющие эйсид-джаз.

До концерта в интервью РИА Новости лидер этой легендарной команды Жан-Поль Моник рассказал, почему для него лично было так важно приехать в Коктебель.

"Многие задавались вопросом, зачем мы сюда едем, ведь есть политические проблемы. Точно так же, например, некоторые спрашивали: зачем послезавтра мы летим в Израиль? Но для меня эта поездка очень важна, иначе как можно открыть людям глаза на то, что нужно понимать друг друга и взаимодействовать? Мир забыл об этом. Мы живем, не замечая радостей или горестей других людей. Я здесь, чтобы показать: мы должны человечнее относиться друг к другу. И музыка помогает в этом. В джазе, где исполнители импровизируют по очереди, есть как бы "обмен мнениями", это лучшее воплощение идеи общения. С одной стороны, мы разные, но в то же время объединены".

Выступление под открытым небом в прибрежном городе напомнило музыканту о его родных местах: "Я сам вырос на берегу океана — и когда смотрю на море здесь, в Коктебеле, это напоминает мне мое детство. Что-то отзывается в моем сердце, где-то очень глубоко. Выступление на побережье напоминает мне о том, как я сам для себя открывал музыку".

В ближайшие дни на Koktebel Jazz Party вместе с российским джазменами выступят международные команды. Да и в составе самих Incognito музыканты из разных стран, о чем Моник не забывал упомянуть, представляя исполнителей во время выступления. В интервью РИА Новости он объяснил, почему такое национальное разнообразие принципиально.

"Национальные течения в джазе очень важны, потому что в любом случае музыканты разных стран привносят в это искусство какие-то свои нюансы. Каждый выражает себя по-своему. Например, российская джазовая школа хорошо известна в мире, известны ее давние традиции. У меня есть записи некоторых исполнителей. Российский джаз так же важен для мировой музыки, как и польский или немецкий".

"Мне нравится то, что в разных странах джаз играют немного по-разному, — продолжил музыкант. — Некоторые как в музыке, так и в жизни пытаются возводить какие-то барьеры, преграды. Это джаз, а это — нет. Так можно — а вот так нельзя. Это правда, а это — нет. Но на самом деле у каждого своя правда, собственное понимание искусства. И если это искренне, то, значит, и правдиво".

Анна Кочарова.

Россия. США. Весь мир. ЮФО > СМИ, ИТ > ria.ru, 25 августа 2018 > № 2712030


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > newizv.ru, 24 августа 2018 > № 2732020 Семен Сазонов

Семён Сазонов: "Теплогенерация в России — это больше, чем бизнес"

Российская энергетика последнее десятилетие переживает масштабную модернизацию. За достаточно короткий период установленная мощность энергосистемы России увеличилась более чем на 20 ГВт. Однако на сегодняшний день сохраняется ещё очень много несовременных объектов генерации, которые работают с середины прошлого века.

Летом этого года Минэнерго РФ опубликовало проект постановления правительства о проведении масштабной программы модернизации тепловых электростанций, получившая неформальное название ДПМ-штрих. Об ожиданиях от программы грядущей модернизации рассказывает генеральный директор крупнейшей теплоэнергетической компании в Центральном федеральном округе — ПАО «Квадра» — Семён Сазонов.

— Семён Викторович, как в «Квадре» оценивают проект программы модернизации тепловых электростанций и насколько она важна для компании?

— В «Квадре» насчитывается 19 теплоэлектроцентралей, и на большинстве станций оборудование работает ещё с советских времён, поэтому ДПМ-штрих, безо всякого преувеличения, является на данный момент единственно возможным оптимальным источником модернизации изношенных и устаревших мощностей, а также единственным доступным способом привлечения средств для отраслевого обновления теплоэнергетики. Результатом реализации программы будет снижение износа и повышение надёжности генерирующих активов, а также повышение экономичности производства.

— В соответствии с опубликованным проектом постановления правительства, на какой объём модернизации рассчитываете?

— Мы планируем заявить на программу модернизации 17 проектов по семи регионам Центрального федерального округа из десяти, где присутствует «Квадра», совокупной мощностью чуть более 1000 МВт и общим объёмом инвестиций ориентировочно от 14 до 51 миллиарда рублей в зависимости от глубины модернизации и сроков отбора. Мы провели большую предпроектную работу, подготовили обоснование для инвестиций, а также внесли свои предложения по базовым принципам конкурсного механизма отбора проектов модернизации.

— Грядущая программа модернизации в течение полугода активно обсуждалась энергетическим сообществом на самых разных площадках, при этом одним из предметов дискуссии являлись как раз принципы конкурсного механизма отбора проектов. Устраивают ли они в итоге «Квадру»?

—Важность когенерации для России невозможно переоценить, поскольку речь идёт о производстве тепла, поступающем в дома подавляющего большинства населения страны, и, соответственно, теплоснабжении. Тем не менее, опубликованные условия отбора для разных типов станций усреднены и снижают шансы ТЭЦ на попадание в программу модернизации. Например, существуют объективные причины, по которым небольшим ТЭЦ, расположенным в Центральной России, очень трудно, а подчас и невозможно конкурировать по условиям отбора с конденсационными электростанциями, и эти моменты программа не учитывает. В этом смысле хотелось бы ещё раз подчеркнуть, что теплоэнергетика напрямую влияет на качество теплоснабжения, поэтому теплогенерация — это больше, чем бизнес. Особенно в России, с её климатом. Понимая, что теплоэнергетика играет огромную социальную роль, мы, в частности, предлагали, чтобы в процесс обсуждения программы модернизации, а также её конкурсного механизма были вовлечены и региональные власти. Как правило, одна ТЭЦ обеспечивает теплом сотни тысяч человек, которые, нуждаются в качественном теплоснабжении и зависят от технологического состояния станции.

— У «Квадры» большие потребности в модернизации генерирующих мощностей?

— У нас уже выработали свой парковый ресурс 585 МВт мощностей, в ближайшие годы парковый ресурс выработает свыше половины всех наших турбин, таким образом, модернизация необходима почти 1,5 ГВт мощности. Модернизировать такие объёмы собственными силами нереально, и государство это понимает. В конце концов, в регионах своего присутствия мы реализуем масштабные программы по модернизации тепловых сетей, многие из которых — и это всем известно — являются наследством советских времён и требуют колоссальных вложений. Вопрос качества и надёжности теплоснабжения зависит от взаимопонимания энергетиков и властей. На всех территориях присутствия «Квадры» нам удалось выстроить конструктивные отношения с региональными властями, у которых есть понимание того, что мы делаем одно общее дело. Надеемся, что и на уровне федерального правительства при окончательном определении принципов конкурсного отбора будут оценены все риски, а также возможности ТЭЦ на участие в конкурсном отборе. Потому что другого шанса на модернизацию у нас может не быть.

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > newizv.ru, 24 августа 2018 > № 2732020 Семен Сазонов


Россия > Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > stroygaz.ru, 24 августа 2018 > № 2722950 Александр Абаимов

Что построим: холодные или теплые стены?

Строительная общественность обсуждает плюсы и минусы нормативного законотворчества по теме.

В 90-е годы прошлого века в Россию пришли новые зарубежные технологии, что дало импульс для технического перевооружения строительной отрасли, внедрения передовых инновационных решений. Появились современные материалы для отделочных работ, фасадные системы с применением различных утеплителей, стало развиваться каркасно-монолитное строительство и совершенствоваться инженерные системы.

В те годы многие скептики сомневались в необходимости эффективного утепления зданий, применении современных инженерных решений, позволяющих экономить энергетические ресурсы. Помню разговор, который состоялся у меня в одном северном регионе. Толщина стен кирпичного здания, которое занимало управление строительного треста, составляла всего 51 см. Когда я поинтересовался у управляющего трестом, почему не утепляются наружные стены, чтобы снизить расход газа на отопление, то получил ответ, что проще расходовать дешевый газ, которого много, нежели заниматься какими-то «фантазиями». Тогда такое мнение было распространено повсеместно.

Однако постепенно в строительстве стали шире внедряться системы наружного утепления стен зданий и сооружений, которые повышали теплотехнические характеристики. Испытания таких систем проводились, в частности, на базе треста «Златоустметаллургстрой». Программа испытаний реализовывалась Госстроем России совместно с МЧС, ВНИИПО и разработчиками систем. По итогам испытаний выдавалось техническое свидетельство, которое позволяло применять данную систему в строительстве. Начиная с 1997 года, Госстроем, а затем Минстроем России велась эффективная системная работа по внедрению инноваций. В нормативную базу строительства были внедрены Своды правил (СП). Переломным для российских строителей стал 2002 год, когда начали формироваться нормативные и законодательные акты в области энергосбережения. Были актуализированы некоторые нормативные документы, в том числе СП 50.13330.2012 «Тепловая защита зданий», СНиП 23-02-2003.

Однако, к сожалению, до сих пор в документах по энергоэффективности имеются некоторые противоречия. Например, кое-где указаны отличающиеся друг от друга разномерные показатели, характеризующие годовую удельную величину, затраты на энергоресурсы (теплоснабжение, вентиляция, горячее водоснабжение, общедомовое потребление электроэнергии).

Не так давно вышел приказ Минстроя от 17.11.2017 г. № 2550/пр «Об утверждении требований энергоэффективности зданий, строений, сооружений». До появления этого приказа заключения о соответствии, а на основании его и выдача разрешения на ввод объекта в эксплуатацию выдавались по правилам, принятым надзорными и административными органами в отсутствие утвержденных требований энергетической эффективности, в соответствии со ст. 55 Градостроительного кодекса РФ. А что было делать? Объекты надо вводить в строй, и основным мерилом, конечно же, был расход тепловой энергии и принятый класс энергоэффективности объектов. Но выставлялись и дополнительные требования — подтверждение испытаний воздухопроводности, обосновывалось требование проведения тепловизионных испытаний, что приводило к дополнительным неоправданным тратам. Указанный приказ в какой-то мере упорядочил общие подходы на данный период. В нем, безусловно, есть позитивные моменты. Одним из них считаю переход на инструментально-расчетный метод подтверждения требований. Это с удовлетворением воспринимается как застройщиками, так и техническими заказчиками. Что до проведения натурных испытаний, так это должны по необходимости решать они сами. Благодаря этому убираются многочисленные барьеры.

Однако этот документ содержит, на мой взгляд, и ряд противоречивых требований. Взять, например, положения, касающиеся уменьшения удельного расхода потребляемой энергии на 40% в 2023 году и на 50% в 2028 году. Конечно, это далекие сроки, но и они придут, а в документе не учтена экономическая составляющая, связанная с затратами на производство теплоизоляционных материалов. Что даст государству экономический эффект в этом случае?

Еще один момент: застройщикам поручено подтверждение требований по энергоэффективности в течение последующих 10 лет по многоквартирным домам и подтверждение один раз в 5 лет по другим объектам. Но, как правило, после ввода объекта в эксплуатацию застройщик к эго эксплуатации не имеет никакого отношения.

Наконец, почему-то сложилось совершенно иное отношение к домам, подлежащим капитальному ремонту. Как будто это — не жилой фонд, который требует повышения энергоэффективности, и все может оставаться на прежнем уровне.

В целом, сегодня наблюдается несколько разноречивый подход к вопросам энергоэффективности и энергосбережения, о чем до сих спорят ученые, чиновники и профессионалы-строители. Хотелось бы, чтобы Минстрой России взял на себя решение данной проблемы и подвел черту под многолетними дискуссиями. Отсутствие координации при разработке и утверждении отраслевых документов по энергоэффективности и применение различных нормативных актов приводит к путанице в подготовке энергопаспортов на законченные строительством объекты. В результате базовый, расчетный и фактический удельный расходы энергоресурсов, как правило, не совпадают, что приводит к проблемам при вводе объектов в эксплуатацию.

Справочно

Сегодня энергетическую эффективность зданий и сооружений формируют:

требования к архитектурным, функционально-технологическим, конструктивным и инженерно-техническим решениям;

требования к эксплуатационным свойствам отдельных элементов и конструкций зданий и сооружений;

требования к используемым инженерным системам;

требования к проектной документации и применяемым технологиям и материалам;

требования к приборам регулирования и снижению показателей удельного расхода тепловой энергии по годам через пять лет, начиная с 2011 года.

№33 от 24.08.2018

Автор: Александр АБАИМОВ, вице-президент Российского союза строителей

Россия > Недвижимость, строительство. Госбюджет, налоги, цены > stroygaz.ru, 24 августа 2018 > № 2722950 Александр Абаимов


Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 24 августа 2018 > № 2720280 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Турецкой Республики М.Чавушоглу, Москва, 24 августа 2018 года

Мы провели очень полезные предметные переговоры, которые стали продолжением наших недавних встреч – 14 августа я был приглашен на совещание послов и постоянных представителей Турции, и 2 августа в Сингапуре – «на полях» министерских мероприятий по линии АСЕАН. Такие регулярные контакты позволяют нам не только «сверять часы» по всему комплексу вопросов двусторонней и глобальной повестки дня, но и оперативно решать возникающие вопросы.

Констатировали сегодня обоюдную заинтересованность в дальнейшем углублении двусторонних связей. Постоянный импульс нашей работе придает насыщенный и доверительный диалог между Президентом Российской Федерации В.В.Путиным и Президентом Турецкой Республики Р.Т.Эрдоганом. Только в 2017-2018 гг. они провели девять полномасштабных встреч. У нас плотные контакты по линии оборонных ведомств, о чем свидетельствует сегодняшний визит в Москву Министра национальной обороны Турецкой Республики, которой проходит параллельно с нашими переговорами.

Положительно оценили взаимодействие по парламентской и общественно-политической линии. На прошлой неделе Турцию посетил Председатель Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации В.В.Володин, принявший участие в шестом съезде Партии справедливости и развития по приглашению Президента Турции Р.Т.Эрдогана.

Анкара – один из наших ключевых торгово-экономических партнеров. Мы наблюдаем устойчивый рост товарооборота, который по итогам прошлого года увеличился на 40,5 %, превысив 22 млрд.долл.США.

У нас общая позитивная оценка реализации совместных инициатив, прежде всего в сфере энергетики. Имею в виду «Турецкий поток», который имеет стратегически важное значение как для наших стран, так и для энергобезопасности Европы в целом, а также начавшуюся реализацию проекта строительства первого реакторного блока АЭС «Аккую», сооружаемого в Турции российскими специалистами.

Отмечаем востребованность наращивания практической кооперации и в других областях, в том числе в металлургии, автомобилестроении, сельском хозяйстве, банковской сфере, военно-техническом сотрудничестве. Договорились энергично работать над устранением остающихся барьеров в двусторонней торговле.

Рассмотрели вопросы, связанные с подготовкой к проведению в 2019 г. «перекрестного» Года культуры и туризма России и Турции. Это станет значительным вкладом в укрепление нашего гуманитарного сотрудничества.

Растет поток российских туристов. В прошлом году Турцию посетили 4,7 млн. россиян, что превысило рекордные показатели 2014 года. В этом году планируется выход этой цифры за 5 млн. человек.

Со своей стороны, подтвердили готовность России к переговорам об упрощении на взаимной основе режима поездок для отдельных категорий турецких граждан. В самое ближайшее время будем этим заниматься. Договорились сформировать механизм для консультаций по выработке договоренностей на эту тему.

Обсудили международные проблемы. Главное внимание уделили ситуации в Сирии. Рассмотрели ход договоренностей, которые достигаются в рамках «астанинского формата» на высшем и высоком уровнях, на уровне экспертов. Рассмотрели ход выполнения решений Конгресса сирийского национального диалога, который состоялся в Сочи, в том, что касается скорейшего формирования Конституционного комитета. Эта работа идет. Сегодня мы обсудили задачи ее скорейшего завершения. Россия и Турция, безусловно, заинтересованы во взаимодействии в том, что касается создания условий для безопасного и достойного возвращения на родину сирийских граждан. Мы будем прилагать совместные усилия с тем, чтобы эти процессы помогали стабилизировать обстановку и решать вопросы, необходимые для начала политического процесса. В наших общих планах прилагать совместные усилия в целях окончательного искоренения террористов на сирийской земле, установления прочного мира и стабильности в Сирии.

Мы продолжим наши сегодняшние переговоры за рабочим завтраком. Обсудим другие международные темы, по которым также весьма тесно сотрудничаем с Турцией, имею в виду, Закавказье, Центральную Азию, Черноморский регион, Украину, а также Западные Балканы, где Россия и Турция могут вполне оказать позитивное стабилизирующее воздействие на развитие ситуации.

Я благодарю своего коллегу Министра иностранных дел Турции М.Чавушоглу за сотрудничество.

Вопрос: Когда можно будет увидеть конкретные договоренности по облегчению визового режима для граждан Турции, въезжающих в Россию?

С.В.Лавров: Мы работаем, но многие наши эксперты находятся в отпуске. Мы договорились, что сразу, после того, как закончатся каникулы, мы поручим им собраться и рассмотреть ближайшие шаги, по которым достаточно несложно достичь договоренности. Например, водители грузовиков, которые совершают международные перевозки, испытывают неудобства. Еще в 2017 г. мы предложили отказаться от визовых требований для этой категории наших граждан России и Турции на взаимной основе. Так что мы можем это очень быстро сделать.

Еще одна категория, которая интересует наших турецких друзей, это т.н. специальные паспорта. Наряду со служебными паспортами, которые есть в России и Турции, специальные паспорта – это особая категория, которая присутствует только в турецкой государственной системе. В прошлом месяце мы уведомили нотой наших коллег, что готовы рассматривать возможность отказа от визовых требований для обладателей служебных паспортов и специфической турецкой категории специальных паспортов. Я надеюсь, в ближайшее время вы услышите по этому поводу новости.

Вопрос: Как Вам видится ситуация в Идлибе? Какое там будет принято решение?

С.В.Лавров: Могу только подтвердить то, что мы уже сказали с моим другом М.Чавушоглу. Мы сейчас рассматриваем эту ситуацию. Конечно, она многогранная. Там есть много гражданских лиц, есть вооруженная оппозиция, которая заинтересована в участии в процессах урегулирования. Есть несколько десятков тысяч боевиков т.н. «Хейат Тахрир аш-Шам», бывшей «Джабхат ан-Нусры», которые пытаются контролировать всю эту территорию и препятствуют усилиям, в частности, предпринимаемым Турцией по размежеванию здоровой оппозиции от террористических структур. Эти вопросы обсуждаются между внешнеполитическими ведомствами. Мы сегодня уделили им немало времени. Они обсуждаются и между нашими военными (сейчас в Москве находится Министр национальной обороны Турции Х.Акар), а также по линии специальных служб. Сегодня мы еще не завершили эту работу. У нас состоятся дополнительные встречи с участием всех коллег, поэтому чуть попозже мы сможем дать какую-то информацию.

Вопрос: Насколько верна информация относительно наличия разногласий между Анкарой и Москвой по спискам оппозиции в Конституционной комиссии?

С.В.Лавров: Что касается слухов по поводу того, что при формировании Конституционной комиссии, чем занимается спецпосланник Генсекретаря ООН по Сирии С.де Мистура, возникли разногласия между Москвой и Анкарой по поводу списков оппозиции, то это по определению неправда, потому что Россия не занималась формированием списков оппозиции. Эту работу координировала Турция. У нас не возникло никаких вопросов с тем списком, который оппозиция представила С.де Мистуре.

Вопрос: Есть ли конкретная дата предстоящего в Тегеране саммита Россия-Турция-Иран? Есть ли сейчас намерение расширить Астанинский формат с учетом того, что стоит уже не только задача деэскалации, но и восстановления Сирии?

С.В.Лавров: Дата встречи лидеров есть. Ее скоро объявят. Это прерогатива протокольной и пресс-службы президентов.

Что касается повестки дня, которая будет рассматриваться на очередной встрече в верхах президентов России, Турции и Ирана, то, наверняка, это будет весь комплекс вопросов. Проблемы деэскалации сейчас решаются, и мы комментировали ситуацию в Идлибе. Она действительно многослойная, очень непростая. Но когда создавалась зона деэскалации в Идлибе, никто не предлагал использовать ее для того, чтобы в ней террористы, прежде всего из «Джабхат ан-Нусры», прикрывались гражданским населением как живым щитом. Тем более что они не просто там отсиживаются. Оттуда постоянно осуществляются набеги, обстрелы позиций сирийской армии. Несколько десятков беспилотников (около 50), которые запускались из этой зоны с целью атаковать российскую военную базу в Хмеймиме, были сбиты. Мы сегодня очень подробно об этом говорили. Нужно делать все, чтобы это размежевание состоялось, и чтобы минимизировать какие-либо риски для мирных граждан. Уверен, что президенты будут подробно говорить на эту тему.

Что касается расширения Астанинского формата, не думаю, что это сейчас актуальная вещь. Есть множество возможностей сотрудничать без каких-либо формализованных изменений в том, что касается гибкого процесса Астаны, Сочи. Например, есть «малая группа» по Сирии, куда входят три западные, четыре арабские страны ближневосточного региона. Президент Франции Э.Макрон неоднократно предлагал налаживать контакты между Астанинским процессом и этой группой. Мы к этому готовы. Разумеется, нужно понимать, какие цели мы все преследуем. Если такие контакты будут осуществляться на базе принципов, одобренных СБ ООН в резолюции 2254, думаю, это будет очень полезный процесс. Не забудем, что есть еще международная группа поддержки Сирии, в которой участвуют около 30 стран (практически все, кто так или иначе может влиять на обстановку, участвовать в содействии восстановлению инфраструктуры, социальной сферы, экономики Сирии). Так что недостатка в форматах нет. Самое главное опираться на согласованные принципы сирийского урегулирования, которые заключены в резолюции 2254 СБ ООН. Тройка стран-гарантов действует именно таким образом. Думаю, поэтому у нас получается достигать результатов. Уверен, что так будет и дальше.

Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 24 августа 2018 > № 2720280 Сергей Лавров


Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 24 августа 2018 > № 2715869 Константин Гаазе

Пустой трон. Зачем президент Путин создает политическую неопределенность

Константин Гаазе

Чем меньше конкретных указаний дает президент, тем больше суета, связанная с желанием угадать, чего он хочет на самом деле. И тем яснее для президента новые расклады, тот реальный политический материал, с которым ему придется иметь дело ближайшие шесть лет

Сразу после инаугурации и назначения правительства мы вошли в период «пустого трона», типологически близкий к тому, что происходило в российской власти в конце 2012 года. У «пустого трона» есть две главные особенности. Первую трудно описать в терминах регулярной политики, но самым правильным будет сказать, что президент осознанно и систематически повышает степень политической неопределенности для правящей элиты. Вторая особенность вытекает из первой: президент стал фактически недоступен даже для руководства страны и крупнейших бизнесменов.

«Согласен»

Идеальный пример такой намеренной генерации неопределенности – атака на сверхдоходы металлургов, которую инициировал помощник президента Андрей Белоусов. Он предложил изъять у бизнесменов, занятых производством металлов и удобрений, прибыль, полученную в последний год из-за аномально высоких цен на их продукцию. То есть те деньги, которые они заработали не благодаря уму и сметке, а благодаря удачной рыночной конъюнктуре.

Предложение опасное и, более того, нереалистичное, так как подобное изъятие в целом ничем не отличается от принудительной национализации выручки частных компаний. Но президент тем не менее нанес на письмо Белоусова (оно было опубликовано в телеграм-канале «Незыгарь») лаконичную резолюцию «Согласен».

На бюрократическом языке резолюция «Согласен» без указания того, с чем именно согласен президент, как надлежит действовать, без сроков исполнения, без указания фамилий ответственных, не значит ничего. Или, вернее, может означать что угодно. Риски предложения Белоусова очевидны, но зачем же тогда президент это сделал? Зачем напугал бизнес и общественность, при этом дав понять правительству, что пока не принял никаких решений?

Резолюция «Согласен» позволяет создать на пустом месте огромную зону повышенного политического давления. Одни металлурги побежали советоваться к покровителям и партнерам из окружения президента. Другие начали пиар-кампанию против Белоусова. Третьи стали интересоваться в правительстве, нельзя ли вместо большого кровопускания ограничиться малым. В теории они понимают, что президент не может вот так взять и забрать их деньги, это будет слишком по-венесуэльски. Но на практике выдают себя с головой, суетясь и показывая президенту, кто с кем дружит, кто на кого ориентируется и кто насколько сильно его боится.

Чиновники же – кремлевские и правительственные, понимая, что резолюция «Согласен» может значить все что угодно, пытаются угадать, чего именно хочет президент. Забрать у бизнеса деньги именно так, сломав хребет последним крупным частникам в стране? Или же он ждет, когда они – чиновники – предложат ему более приличные и более креативные способы пополнения казны и финансирования майских указов и инфраструктурных проектов?

В реальности никто, конечно, не собирается национализировать выручку металлургов, отбирая деньги, которых у них уже нет. Речь идет о небольшой спецоперации. Она, с одной стороны, напомнит, кто здесь царь зверей. А с другой – заставит элиту вскрыться, показать реальные расклады, реальные силовые линии коалиций и альянсов, складывающиеся после назначения нового правительства. Пока эти линии еще очень слабы, а значит, не потребуется много сил, чтобы их скорректировать.

Но будет польза и для казны. Бизнес, напуганный перспективой тотального изъятия сверхприбыли, станет сговорчивее в вопросах, скажем, покупки инфраструктурных облигаций или согласования с правительством своих инвестпрограмм. Не хотите договариваться с помощником президента Белоусовым, который, как все знают, не берет пленных и не любит компромиссы? Тогда добро пожаловать в объятия договороспособных и разумных вице-премьеров Силуанова и Акимова.

Гайки и репосты

Другой хороший пример того, как работает президентский генератор неопределенности, – нагнетаемая силовиками последние месяцы волна политических дел. Речь и про статьи за репосты, и про нелепые шпионские дела, и про дело «Нового величия».

Накануне выборов из Кремля, конкретно из ведомства Сергея Кириенко во все стороны пошли осторожные сигналы о возможных переменах на фронте полицейской борьбы с инакомыслием. У замглавы администрации говорили о возможной отмене 282-й статьи, о либерализации регулирования СМИ в интернете и так далее.

Силовики прислушались к этим разговорам и стали понемногу сбавлять обороты по экстремистским и иным политическим делам. Если в 2016 и 2017 годах МВД, СК и ФСБ явно соревновались, пытаясь возбудить как можно больше и коррупционных, и политических (экстремистских прежде всего) дел, то в первой половине 2018 года соревнование по экстремизму пошло на спад, а по коррупции продолжилось.

Весной президент стал нагнетать неопределенность в вопросе о полицейской борьбе с инакомыслием. Пару раз, в том числе на мартовской коллегии ФСБ, намекнул, что может полностью отдать экстремизм МВД и СК. После инаугурации заморозил несколько небольших реформ и реорганизаций внутри МВД и ФСБ. В то же время в начале июня на прямой линии дал поручение подготовить предложения по реформе антиэкстремистского законодательства, очевидно, имея в виду его смягчение.

Здесь умолчания, паузы, намеки привели к такому же результату, как и в деле металлургов. Никто из руководителей спецслужб сейчас не понимает, будет ли с осени взят курс на гуманизацию или, наоборот, на закручивание гаек. На всякий случай они шлют президенту сигналы, что могут устроить и то и другое. Лишь бы появилась определенность.

Кому нужен пустой трон

Чем меньше конкретных указаний дает президент, тем больше суета, связанная с желанием угадать, чего он хочет на самом деле. И тем яснее для президента новые расклады, тот реальный политический материал, с которым ему придется иметь дело ближайшие шесть лет. Но неопределенность – это только одна сторона медали. Другая сторона – сознательные усилия, которые президент прикладывает, чтобы стать максимально недоступным, буквально отсутствующим для элиты, министров и даже высших кремлевских сановников.

До президента трудно, почти невозможно дозвониться – такие разговоры ходят в Кремле и Белом доме. Члены правительства и олигархи просят вмешательства президента, хотят доложить об успехах, но не удостаиваются даже звонка. Чтобы все были готовы ко всему, к любым новым веяниям, президент стал абсолютно недоступным для всех. Вернее, почти для всех.

Пока элита пытается угадать желания недоступного президента, он стремительно расширяет масштабы использования посредников – фигур из своего ближнего круга – для связи с теми, для кого стал недоступен: с членами правительства, губернаторами и другими нобилями.

Посредники, с одной стороны, блокируют прямой доступ к президенту. Говорят, что оберегают таким образом его комфорт и не дают «отвлекать от более важных дел». С другой – почти как советские комиссары, эти посредники проводят в доверенных им средах президентскую линию: объясняют, подсказывают, намекают.

Они не просто передают поручения президента, они создают вокруг него особое пространство, транзитную зону, в которой государственные политики переводятся на язык личных интересов и наоборот, при этом сам президент как бы остается вне этого процесса. Он не ограничивает себя интерпретациями и посредничеством. Масштаб деловых интересов посредников, прежде всего предпринимателей из окружения президента (Ротенберг, Ковальчук, Чемезов, Костин), этим летом стал воистину макроэкономическим.

Еще не существующие или существующие только на бумаге отрасли экономики прямо сейчас распределяются между этими капитанами государственно-частного партнерства. Расходы из казны на программы, о которых идет речь – инфраструктурные, финансовые, цифровые, оцениваются в триллионы рублей ежегодно.

Друзей и придворных президента, сеть доверия, в которую входит примерно дюжина предпринимателей, госкапиталистов и чиновников, еще до выборов называли главными выгодоприобретателями четвертого срока. В конце лета эти выгоды стали конкретизироваться. Пока «пустой трон» генерирует неопределенность, посредники, ближний круг президента буквально на наших глазах меняют экономическую и управленческую модель в стране. От государственного капитализма Россия движется в сторону капитализма откупного, а персоналистская диктатура медленно превращается в диктатуру ближнего круга.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 24 августа 2018 > № 2715869 Константин Гаазе


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 24 августа 2018 > № 2714754 Леонид Бершидский

Bloomberg (США): США не могут поставить Россию «на колени»

Обозреватель агентства Bloomberg Леонид Бершидский подробно рассмотрел американские санкции против России. Американцам хотелось бы верить, что Россия испытала серьезную экономическую боль. Но, увы, нет никаких доказательств, что санкции хоть как-то повлияли на ход мыслей или планы Путина. О том же свидетельствует и бескомпромиссная позиция России в международных делах.

Во всяком случае, если не устроят глобальный энергетический и финансовый кризис.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Санкционная политика США против России развивалась от попыток подтолкнуть Кремль в нужном направлении до стремления причинить ей максимальную боль. Это скользкая дорожка, и пришло время определиться, каковы же могут быть самые серьезные последствия такого развития событий как для России, так и для США с их союзниками.

Во время заседания Банковского комитета Сената США на этой неделе между сенатором-республиканцем Джоном Кеннеди (John Kennedy) и высокопоставленными членами администрации Трампа, отвечающими за санкции, произошел разговор.

Кеннеди потребовал рассказать ему, что те сделали бы, если бы президент приказал им поставить российскую экономику «на колени». Они не дали никакого прямого ответа, сказав, что необходимо оценить последствия выполнения такой цели, и что нынешние санкции уже достаточно агрессивны. В раздражении Кеннеди продолжал настаивать: «Но ее экономика так и не поставлена на колени!»

Его разочарование можно понять. США ввели санкции, или сказали, что введут, в ответ на ряд действий России: аннексию Крыма, разжигание пророссийского восстания на востоке Украины, попытку отравления бывшего шпиона в Великобритании и ряда кибератак. Этот список можно продолжить. Но Россия президента Путина продолжает все это делать.

Заместитель министра финансов Сигал Манделькер (Sigal Mandelker) заявила, что, по ее мнению, «вызывающее поведение» России действительно прошло испытание экономической «болью», которую причинили санкции.

Однако, хоть в эти слова, возможно, очень хочется верить, подтверждающих их фактов не так много. Нет никаких доказательств, что санкции хоть как-то повлияли на ход мыслей или планы Путина. А то, что он хотел бы, чтобы их отменили, таким доказательством служить не может.

Очевидно, что меры США стали причиной затруднений на нескольких уровнях. Из-за них упали прямые иностранные инвестиции, после чего Россия, несмотря на экономический рост последнего времени, так до конца и не восстановилась. Ряд крупных энергетических проектов были приостановлены как минимум на несколько лет. Затем был нанесен ущерб состоятельным россиянам и их компаниям. Неясно, сколько у них было заморожено активов, но министерство финансов США в своем докладе в этом месяце сообщило Конгрессу, что оно определяет их количество только в США в «сотни миллионов долларов».

Любой хотел бы, чтобы эти проблемы прекратились. Но бескомпромиссная позиция России и отсутствие каких-либо действий со стороны Путина, которые можно было бы расценить как шаг навстречу, свидетельствуют, что Кремль не готов давать США хоть какие-то основания для отступления. Из-за этого у Вашингтона есть соблазн довести свое давление до предела. Даже если администрация Трампа и не хотела бы в это ввязываться, зато многие конгрессмены хотят.

Кеннеди в своем желании попробовать не одинок. Шесть других сенаторов подготовили законопроект, который ударит по инвестициям в российские энергетические проекты, государственным облигациям, а также, по сути, по любым сделкам с Россией в области технологий, которые могут способствовать злонамеренной киберактивности. Вместе с санкциями, угрожающими европейским компаниям, имеющим дело с проектом «Северный поток — 2» (газопроводом, который строит Россия, чтобы обеспечить связь с Германией), это станет почти максимумом из того, что способны сделать США.

В самом крайнем случае Вашингтон мог бы ввести что-то вроде эмбарго, как он делал с Ираном. Это не позволило бы компаниям, связанным с США, иметь какие-то дела с Россией. Это отрезало бы российские банки от долларовой финансовой системы и ударило по тем, кто покупает у России ее нефть и газ.

Но даже самые воинственные политики не готовы рассматривать нефтегазовую часть этого варианта развития событий. Россия — крупнейший экспортер природного газа в мире и производит в три раза больше сырой нефти, чем Иран. Если ее удалить с рынка, это вызовет мировой энергетический кризис. А если обложить санкциями все 486 миллиардов долларов российского внешнего долга, это тоже дестабилизирует рынки и станет причиной огромных потерь для инвесторов — включая тех, что находятся в США.

Законопроект Сената заходит настолько далеко, насколько это возможно, не вызвав таких катаклизмов.

Дальнейшие ограничения в адрес российских энергетической и технологической отраслей, скорее всего, ударят по американским компаниям, работающим в стране. Продажи 50-ти крупнейших из них, включая «Филип Моррис Интернейшнл» (Philip Morris International Inc.), «ПепсиКо» (PepsiCo Inc.) и «Проектор энд Гэмбл» (Procter & Gamble Co.), согласно «Форбс Раша» (Forbes Russia), составляют около 16 миллиардов долларов. Кремль тоже не торопится объявлять войну этим компаниям, две последние администрации США применяли максимальное экономическое давление на российские энергетический и финансовый сектора.

Поскольку США начали рассматривать вариант тотальной экономической войны, необходимо ответить на два стратегических вопроса: как много они готовы заплатить, чтобы добиться от путинского правительства хоть каких-нибудь уступок, и как долго они готовы этого ждать.

На макроэкономическом уровне Россия, у которой сейчас рекордно низкая безработица, весьма скромная инфляция и 400 миллиардов долларов международных резервов, едва ли потеряет устойчивость до того, как США запустят мировой энергетический или долговой кризис, что может побудить их союзников отвернуться от них.

Если же будут применяться не максимальные, а меньшие меры, Россия в условиях низкого роста сможет справляться с этим годами. На этом и основываются расчеты Путина. Так что нынешнее направление политики США не сулит им ничего хорошего. Если Вашингтон нанесет свой максимально возможный удар и при этом ничего не изменится, это будет болезненным фиаско для сверхдержавы.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 24 августа 2018 > № 2714754 Леонид Бершидский


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 24 августа 2018 > № 2714670 Марк Галеотти

Когда Путина наказывают, он становится только сильнее

Марк Галеотти | The Atlantic

"Для Владимира Путина зима уже близко", - утверждает в своей статье в The Atlantic американский эксперт Марк Галеотти, старший научный сотрудник Institute of International Relations Prague (Чехия). По мнению автора, "эффект Крыма", благодаря которому вырос рейтинг Путина, выветрился, взлет популярности после ЧМ-2018 не начался, а предложение повысить пенсионный возраст оказалось крайне непопулярным среди россиян. "Даже государственный социологический центр ВЦИОМ заявил, что доверие общества к Путину снизилось до отметки в 37%", - говорится в статье.

Галеотти полагает: "С точки зрения Вашингтона, сейчас самое время надавить на Путина, чтобы вынудить его к другой линии поведения". Помощник госсекретаря США Э. Уэсс Митчелл 21 августа сформулировал цель политики США в отношении России как стремление "ограничить способность Владимира Путина совершать агрессию, принудив российское государство и олигархию, которая его содержит, расплачиваться за это". В Сенат США внесен закон о новых санкциях в отношении России.

Галеотти объясняет логику этой позиции: "Усиление нажима на экономику означает, что и для простых россиян, и для приятелей Путина наступят более трудные времена. Трудные времена, в свою очередь, могут принудить Путина обуздать его агрессивную геополитическую кампанию, направленную на укрепление роли России как великой державы: во-первых, кампания будет обходиться слишком дорого, во-вторых, он нуждается в западных инвестициях, капиталах и технологиях. А если Путин не снизит накал кампании? Давление будет нагнетаться, и даже если Путин выживет как политик, ему станет недосуг чинить неприятности в мире, поскольку у него будет слишком много хлопот с недовольным населением".

Автор тут же возражает: "В этих рассуждениях Россию понимают с точностью до наоборот: в действительности давление на Россию дает Путину предлог быть Путиным, а не резоны для перемен".

Галеотти не согласен с утверждением Митчелла, что "олигархия содержит" российское государство. По мнению Галеотти, все наоборот, причем когда российским богачам закрывают доступ к западным убежищам капиталов, они вынуждены проявлять еще большую лояльность к российскому режиму, так как их зависимость от благосклонности Путина становится более непосредственной. "Времена, когда российские мегабогачи испытывают кризис, только усиливают Путина", - добавляет автор.

Галеотти продолжает: "Серьезные протесты - вроде тех, которые последовали за переизбранием Путина в 2011 году (так в оригинале, Путин был избран президентом на третий срок в 2012 году после пребывания на посту премьер-министра. - Прим. ред.) - возникают в России, когда кажется, что наступили хорошие времена и перемены выглядят возможными. Когда времена тяжелые, а режим непоколебим, то, если не происходит полный коллапс (а этот кошмарный сценарий почти невероятен), большинство людей сосредотачивается на повседневных хлопотах, а не на политике".

Галеотти также вопрошает, кого простые россияне станут винить в своих повседневных невзгодах. Автор полагает, что для Путина санкции - "во многом его алиби: он может винить во всем Запад, каковы бы ни были истинные причины".

Автор делится своим впечатлением: "На прошлой неделе в Москве чувствовалось, что люди готовятся к долгой, суровой геополитической зиме, в которой они винят Запад". По мнению Галеотти, Кремль не хочет или не может пойти на уступки, которых хочет от него Запад.

Что в свете всего вышеизложенного делать Западу? "Для санкций определенно есть место, но, вероятно, есть и более мощные варианты воздействия. Например, угроза увеличить экономическую помощь Украине, когда Путин в следующий раз спустит с поводка своих троллей и хакеров, может действительно причинить ему определенную боль, не задевая простых россиян", - рекомендует автор.

Галеотти пишет: "Россияне не восстанут против Путина в ближайшее время, и система не рухнет. Идет закулисная борьба прагматиков с националистическими идеологами - борьба не столько за влияние на Путина, сколько на формирование режима, который будет установлен после него". По мнению автора, усиление нажима на Россию в данный момент "ужесточает позицию Путина и льет воду на мельницу националистов, еще более снижая вероятность позитивного долгосрочного прогресса".

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 24 августа 2018 > № 2714670 Марк Галеотти


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter