Всего новостей: 2604829, выбрано 1281 за 0.156 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия. Весь мир > Химпром. Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > rusnano.com, 20 декабря 2017 > № 2429277 Дмитрий Лисенков

Дмитрий Лисенков: Предприниматели стали опытнее.

Управляющий директор по инвестиционной деятельности УК «РОСНАНО» Дмитрий Лисенков рассказал «Снобу», как обесценивание рубля идет на пользу экспорту и почему иностранные компании по-прежнему инвестируют в российский бизнес.

Как ваша работа с технологиями завтрашнего дня отражается на вашей жизни, на вашем быте? Пользуетесь ли вы лично продуктами, проинвестированными РОСНАНО?

Наши технологии в основном B2B, конечные пользователи не сталкиваются с ними напрямую. Но и у нас есть ряд примеров продукции «ежедневного» использования. Например, у нас есть компания SP Glass, которая изготавливает стекло со специальным напылением. Такие окна летом не пропускают в дом тепло, а зимой не выпускают его наружу, имея повышенные характеристики по светопропусканию. Использование такого энергоэффективного стеклопакета позволяет экономить до 30% расходов на энергоресурсы. На российском рынке они продаются под брендом «Теплопакет DS».

А у себя дома вы эти окна поставили? Рекомендовали друзьям?

Конечно. Во-первых, я установил их ради комфорта, во-вторых, для понимания на личном опыте, какие могут потребоваться модификации. Вообще многие не догадываются, насколько часто сталкиваются в ежедневной жизни с продукцией наших портфельных компаний. А вот скажите, вы в метро ездите?

Бывает.

Тогда вы, вероятно, пользуетесь картой «Тройка», ну или хотя бы слышали о ней. Так вот, ее чип разработала и произвела наша портфельная компания — «Микрон». А когда вы вызываете такси с помощью смартфона, то по сути тоже пользуетесь нашей технологией. Там, скорее всего, есть стекла из искусственного сапфира нашего «Монокристалла».

Что если компания рассчитывала на определенный объем заказов, и вдруг оказывается, что следующее поколение продукции выходит без ее участия. Уход такого крупного заказчика может повлечь за собой уход с рынка и самого производителя?

Безусловно, нужно смотреть на пару шагов вперед, уметь прогнозировать, предвидеть, что может понадобиться клиентам в ближайшие десять лет. Поэтому все тратят довольно большие деньги на НИОКР — для понимания, что именно будет востребовано на рынке. И нормальная практика во всем мире — диверсификация, то есть выход на другие рынки, на других клиентов с похожим или адаптированным продуктом. Прорыв на новые рынки.

В НИОКР вкладывается и государство, и частные компании. Но при этом у всех свои представления, как в притче о слепцах, которые трогали слона, чтобы понять, что он собой представляет, выдавая совершенно разные версии. Как в таком случае планировать наперед?

Задача государств и больших корпораций — задавать общие тренды, придумывать дорожные карты, инвестировать в фундаментальную науку, которая даст результат и через двадцать, и через тридцать лет. На них ориентируются и частные компании — они выбирают свой сегмент рынка и вкладывают средства в определенные направления, понимая, что через какое-то время здесь можно будет заработать прибыль.

Какой путь вы, как инвестор, проходите, чтобы наполнить портфель? Я так понимаю, мандат фонда ограничен приставкой «нано», что существенно сужает и без того сравнительно небольшое предложение на отечественном рынке.

Сначала мы формируем поток сделок. Есть «открытое окно», через которое поступают случайные проекты (сайт, почта и т. д.) Как правило, большинство из них совсем сырые, и зачастую их основатели сами не понимают, что хотят создать и куда обратиться за финансированием. Более ценны проекты, которые находятся через коллег, знакомых и их знакомых. Общение с людьми внутри профессионального круга — хороший источник информации о потенциальных сделках. Есть специализированные мероприятия для компаний, которые целевым образом ищут финансирование: стартап-туры; презентации для инвестиционных фондов; конференции, куда они приходят и рассказывают о своих проектах. Другие источники сделок — это инвестфонды, в том числе частные, которые хотят разделить риск. Мы, в свою очередь, регулярно устраиваем взаимообмен информацией с потенциальными партнерами — предлагаем частным инвесторам посмотреть сделки, чтобы они могли присоединиться к нашим проектам.

Что дальше? Экспертиза?

Для начала экспресс-анализ, насколько эта сделка в целом интересна и соответствует нашему мандату. Если мы видим, что есть смысл работать дальше, основные параметры важно зафиксировать в так называемом Term Sheet.

Какие параметры там фиксируются?

Объем инвестиций, на что они идут, итоговое распределение долей в акционерном капитале, ключевые условия, процесс принятия решений, сроки и прочее. Кто-то делает Term Sheet большим, кто-то — коротким, но в любом случае это делается для того, чтобы зафиксировать на бумаге общее понимание основных параметров сделки.

После того как основные условия согласованы, начинается процесс due diligence, по-русски — экспертизы. Проверяются все факты и детали, заявленные в проекте. Для этого нанимаются в том числе внешние эксперты, чтобы дать объективную оценку будущего рынка, технологии и ее перспективности, уникальности. Одновременно проводится финансовый и юридический анализ. Это практика, сложившаяся в деловом сообществе за много лет.

Но на первом месте, я так понимаю, у инвестора стоит команда проекта. По каким параметрам вы определяете ее силу? Иными словами, как предпринимателям показать себя сильной командой?

До РОСНАНО я работал в частном инвестиционном фонде, и партнерами в этом фонде были люди, которые в том числе основывали венчурную индустрию в мире, делая первые инвестиции в 60-х годах прошлого века в США. Согласно личному опыту основателей по неудачам, который в определенном смысле проецируются также и на успешные проекты, только лишь порядка 10% провалов случаются из-за технологии, которую не удалось довести до конца. 20% — рыночные ошибки, в том числе неготовность рынка либо неправильное таргетирование. И наконец, 70% неудач происходят именно из-за человеческого фактора, то есть из-за ошибок команды.

Даже самую прекрасную, перспективную технологию можно благополучно похоронить. Именно поэтому вкладываются в первую очередь в те команды, у кого уже есть опыт, в том числе неудачный. При этом в России, к сожалению, негативный опыт всегда считается плохим знаком, и совершенно не берется в расчет, что предприниматель в процессе вынес нужные уроки, научился на своих ошибках. Конечно, если вел бизнес честно.

У вас есть матрица оценки предпринимателей, какой-то набор вопросов?

Матрицы есть, но они не дадут окончательного ответа, правильная это ставка или нет. Нужно понять мотивацию людей. Почему они занимаются этим бизнесом, почему привлекают инвесторов? Понимают ли, как вести бизнес и какая на них лежит ответственность, что будет происходить с их бизнесом дальше? Каков их прошлый опыт в этом деле? Приходилось ли им принимать решения в кризисных ситуациях? Насколько конфликтен человек или, наоборот, склонен ли искать компромиссы и совместные решения? Это постоянное общение, которое идет на всех этапах и занимает месяцы до сделки и годы после.

Для меня, кто этим будет заниматься, все равно остается ключевым моментом, существенно более важным, чем другие.

Но крупной рыбой в реке становишься не сразу. Ты растешь и на чем-то учишься.

Часто предприниматели достаточно талантливы на входе и успешно развивают компанию на первом этапе, но не справляются с качественным переходом из малой компании в среднюю и крупную. Оставаясь у руля, пытаются продолжать управлять теми же методами на микроуровне, контролируя все процессы и не делегируя полномочия, считая, что лучше всех все понимают, не давая сотрудникам правильную мотивацию. Такие истории всегда заканчиваются кризисом.

У нас сфера профессионального инвестирования узкая. А в части стартапов так и вовсе: кто-то решил просто поиграться, кто-то в хайпе поучаствовать — «у меня есть свой стартап».

Согласен. Поэтому нужно особенно аккуратно относиться к непрофессиональным инвесторам с деньгами и неясной мотивацией.

Но ведь деньги дают. Как не взять?

Позиция инвестора тоже может привести к гибели компании. Хотя и профессиональные инвесторы не гарантия того, что ты получишь к себе в проект прекрасного и замечательного партнера.

Впрочем, хороший инвестор не тот, который приятен в общении и во всем поддерживает менеджмент. А тот, кто может привнести и деньги, и дополнительные компетенции. При этом не стесняясь указывать на ошибки в управлении и не боясь признавать собственные ошибки.

Что вы делаете для того, чтобы стать профессиональным инвестором? Помимо наработки опыта?

Изучаю технологические тренды. Общаюсь с коллегами. Смотрю за развитием инновационных компаний, моделей. У меня, к сожалению, нет технического образования. Я закончил физмат-класс, но потом, в начале 90-х годов пошел по финансовой стезе и продолжил свое образование уже в этой области. Поэтому, когда я брал людей в команду, сделал ставку на техническое образование. Обращал внимание на глубокий интерес и опыт работы с технологиями.

О чем шутят в вашей среде, о чем думают, о чем друг другу рассказывают?

Темы для обсуждений в российской инвестсреде сильно отличаются от американской.

Чем?

У нас часто обсуждают инвестиционный климат и что будет на выборах. Конечно, в Америке могут обсуждать Трампа, но это всегда где-то на втором плане, все понимают, что это проходящее.

Как изменились предприниматели за последние 10 лет?

Если посмотреть на раннюю инвестиционную стадию (уровень стартапа), здесь предприниматели стали более профессиональными, понимают запросы инвесторов с точки зрения представления материала, знают, как красиво продать свою идею, включиться в какой-то хайп или модную тему. И опять же появились истории успеха российских предпринимателей, в России и за рубежом, стали чаще инвестировать в стартапы.

На стадии расширения производства предприниматели стали более опытные, потому что за последние 10 лет случилось два полномасштабных кризиса. Те, кто выжил, стали более осторожными и консервативными, с точки зрения своих планов и оценки стоимости своего бизнеса. Появился опыт развития и расширения, опыт выхода на мировые рынки и вкус к глобальной конкуренции. При этом с точки зрения инвестора ситуация стала сложнее.

Почему сложнее?

Рынок стал сложнее. Стало сложнее развиваться традиционными способами, потому что экономика, к сожалению, не растет теми темпами, которыми росла раньше, у потенциальных клиентов денег стало меньше, а бизнесу стало труднее их получить. Стратегических инвесторов в России стало меньше. IPO опять стало редкостью. Например, строительный рынок за последние 5 лет сократился вдвое. С одной стороны, это плохо. С другой стороны, те, кто производит конкурентоспособную продукцию, остались на рынке и научились экспортировать. Например, те же стекла: их раньше экономически невыгодно было вывозить, а потом рубль подешевел, и делать это стало гораздо рентабельнее. И начали продавать на экспорт, появился новый опыт.

А вам как инвестору ведь тоже важно иметь запасной план на случай неудачи? Ведь мало у кого были идеи, как действовать, когда случился тот же обвал рубля.

Мнение инвесторов трудно переоценить, ведь мы приходим с опытом компаний, где уже случалось что-то похожее. Через пот и кровь, методом проб и ошибок найдено решение, которое можно передать людям, которые раньше не сталкивались с подобными кризисными явлениями.

Вы продали компанию стратегическому инвестору в прошлом году — совсем непростом с точки зрения иностранных покупателей. То есть выходы есть, несмотря на изменившиеся отношения Запада с Россией?

В целом сейчас не очень хотят покупать что-либо в России. Это обусловлено множеством ограничений со стороны Запада. Иностранному стратегу проще отказаться от интересной, но все же региональной сделки по покупке российской технологической компании, чем долго объяснять своим акционерам и публике логику и преимущества покупки компании из России. PR сейчас плохой. Поэтому опасливые иностранцы предпочтут не делать эту инвестицию, чтобы не рисковать своей репутацией.

Тем не менее компанию «Уралпластик-Н», которая занимается инновационной упаковкой и базируется в Арамиле, под Екатеринбургом, мы смогли успешно продать Mondi — одному из мировых лидеров по производству бумаги и упаковки. У нее уже есть инвестиции в России, и она не побоялась расширяться, хотя это публичная компания — ее акции торгуются в Лондоне, капитализация на бирже достигает 9 млрд фунтов стерлингов.

Произошло фактически поглощение.

Конечно, Mondi получила 100% «Уралпластика»: 48% РОСНАНО и 52% основателя-акционера. Но компания продолжит работать в России. И туда пришли новые технологии от одного из крупнейших в мире игроков в этой области. Мы вернули наши деньги с прибылью и можем их реинвестировать в новые проекты и фонды.

Сроки «выходов» из компаний увеличились?

Да. На скорость выхода влияют достигнутый уровень бизнеса и, соответственно, рост его стоимости. В целом на рынке M&A цены сейчас не такие высокие, как даже в 2012 году. Тем не менее могу сказать, что практически по всем компаниям в моем портфеле мы ведем переговоры о потенциальной продаже либо стратегу, либо финансовому инвестору, либо основателям-акционерам.

Сколько лет вашему портфелю?

По-разному. Компании в портфеле от пяти до восьми лет.

Как распределяются доли?

Управляющая компания, то есть РОСНАНО, получает, как правило, 20% прибыли. Допустим, вложили 100 рублей — получили 110. С разницы в 10 рублей мы получаем 2 рубля вознаграждения. Часть идет в прибыль управляющей компании, часть распределяется среди руководства и партнеров.

Когда вы входите в проект, вы ищете определенный выход в будущем? Вот у вас два проекта вышли на биржу. Вы это предвидели?

Конечно, нужно предполагать, как будешь выходить из инвестиции, с самого начала. Совсем не факт, что выйдешь именно так, но нужно понимать, как двигаться, для того чтобы корректировать бизнес в нужную сторону. Если предполагается IPO, то нужно заранее готовиться, приводить компанию к определенному «виду». Если это стратег, надо понимать, как с этим стратегом взаимодействовать: идти в наступление или сотрудничать, или просто лишний раз не светиться. Возможен и выкуп менеджментом, хотя это никогда не рассматривается как приоритетный вариант. Короче говоря, к любому варианту надо готовиться. Сейчас моя команда как раз на стадии выхода из ряда проектов.

Я так понимаю, что свой бонус, свой заработок вы получаете, только когда выходите. То есть к большому призу бежать приходится лет восемь.

Бонусы никто не гарантирует. Если вышел без прибыли, то ничего не получаешь. Да и private equity не предполагает какие-то безумные доходы. Это работа вдолгую.

Ваша команда празднует выходы?

Бывает, что кто-то на радостях марафон пробежит. А кто-то просто в баре отметит.

Россия. Весь мир > Химпром. Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > rusnano.com, 20 декабря 2017 > № 2429277 Дмитрий Лисенков


Россия. ЮФО > Агропром. Приватизация, инвестиции > oilworld.ru, 19 декабря 2017 > № 2461650 Константин Рачаловский

Константин Рачаловский: «АПК Дона готов привлекать инвесторов».

Министр сельского хозяйства и продовольствия Ростовской области Константин Рачаловский рассказал РБК Юг о положении дел в отрасли и будущем региональных инвестпроектов.

— В этом году Ростовская область собрала рекордный урожай зерновых культур. Можно ли уже подвести итоги всех полевых работ в регионе?

— Ростовская область четвертый год подряд ставит рекорды по сбору ранних зерновых культур. В этом году, мы первые в стране по урожаю пшеницы. В целом же донскими аграриями собрано более 13,2 млн. зерновых культур. Это лучшие показатели в истории Дона и выше уровня прошлого года на 1,4 млн. тонн.

Высокие результаты у нас и по урожаю других культур. Что касается масличных, то на конец ноября они убраны с площади 850 тысяч га, валовой сбор составил 1 млн. 510 тысяч тонн. Урожай картофеля в этом году более 460 тысяч тонн, что на 6,3% больше, чем в прошлом году. Овощей собрано 680 тысяч тонн, это на 11,8% больше, чем за 10 месяцев предыдущего года.

Однако это предварительные данные уточненную статистическую информацию мы будем знать только в январе.

— Какие задачи в сфере растениеводства ставятся на следующий год?

— Под урожай 2018 года засеяно более 2,513 млн га озимых. В целом зерновые и зернобобовые культуры в 2018 году планируется разместить на площади 3,3 тыс. га. Это составит 59% от всей используемой площади пашни. В группе зерновых преобладающее место отводится озимой пшенице, валовое производство ее должно составлять до 76% общего валового сбора зерна.

Технические культуры будут размещены на площади 892 тысяч га, овощные, бахчевые и картофель — 68 тысяч га, кормовые культуры — 198 тысяч га.

Также в Ростовской области будет проводиться работа по сохранению плодородия почв, созданию новых и повышению технических возможностей существующих мелиоративных систем. Кроме того, мы планируем применять комплекс агрохимических мероприятий с учетом особенностей возделываемых культур и конкретных почвенно-климатических характеристик.

— А что сейчас происходит с донским животноводством и какие планы на следующий год?

— Согласно данным Ростовстата, с января по октябрь 2017 года в области было произведено 285,1 тыс. тонн мяса в живом весе, 940,4 тыс. тонн молока. Кроме того, было произведено 1,8 млн штук яиц, что больше, чем за аналогичный период прошлого года на 4,6%.

Сельхозпроизводители Дона приобрели в 2017 году более 2,6 тысяч голов племенного молодняка крупного рогатого скота молочного направления и более 1,3 тысяч голов племенного крупного рогатого скота мясного направления.

За прошедший год с целью увеличения генетического потенциала пород крупного рогатого скота разводимых в Ростовской области была проведена работа по получению статуса племенной организации СПК имени Ленина в Орловском районе и ООО «Лада» в Волгодонском районе. Также на базе ООО «Союз животноводов Дона» была создана племенная организация Региональный информационно-селекционный центр.

В следующем году мы планируем продолжить работу по привлечению инвесторов в сферу животноводства, обеспечение продуктивности коров в сельхозорганизациях не ниже 5,5 тыс. кг молока. Также будем проводить постоянную работу по повышению зоосанитарного статуса предприятий, которые занимаются свиноводством до уровня, обеспечивающего высокую степень биологической защиты.

— Молочное животноводство в Ростовской области губернатором области определено как отрасль опережающего развития. И как идет работа по созданию «молочного кластера»?

— Сельхозтоваропроизводители из Ростовской области продолжают закупать молодняк молочного направления. Так, за три последних года хозяйства закупили более 30 тыс. голов молочного скота. Предпочтения обычно отдаются голштинский, симментальской и бурой швицкой породам скота. Удой в этих породах отмечается на достаточно высоком уровне. Например, на одну фуражную корову в среднем сейчас это 5 тыс. кг молока в год, а у коров в племенных предприятиях — 8,7 тыс. кг в год.

Разумеется, идет и работа по созданию молочного кластера. В рамках развития этого направления в области сейчас идет реализация трех крупных проектов: строительство молочных комплексов в Песчанокопском и Мясниковском районах. Кроме того, осенью губернатором был заложен первый камень в строительство инновационной учебной молочной фермы на территории Константиновского района.

Также осуществляется ряд мероприятий по поддержке производителей молока со стороны государства. При средней стоимости скота 250 руб./кг живой массы 100 рублей с каждого кг возвращается сельхозтоваропроизводителю. Также субсидируются затраты сельхозтоваропроизводителей на 1 кг реализованного и или отгруженного на собственную переработку коровьего молока и затраты на приобретение молочного оборудования в размере 30%. В случае со строительством молочных комплексов, инвестор получает возврат в размере 40% от сметной стоимости проекта.

— Не раз уже говорилось, что Ростовской области необходимо активнее развивать собственную перерабатывающую промышленность. Как обстоят дела в этой отрасли сегодня?

— Индекс производства пищевых продуктов в Ростовской области по итогам 10 месяцев 2017 года составил 101%. В этом году выросло производство переработанного картофеля на 25,2%, мясных полуфабрикатов — на 24,5%, сливочного масла — на 22,5%, сыра и сырных продуктов — на 7,7%.

Кроме того донской регион в лидерах по производству мяса утки и индейки, а также по производству и экспорту растительного масла.

— В 2016 году достаточно сложная ситуация сложилась на предприятиях, входящих в группу компаний «Евродон» Вадима Ванеева. Как обстоят дела у основного производителя индейки и утки в регионе сейчас?

— Действительно, в прошлом году на ряде производственных баз компании была зафиксирована вспышка птичьего гриппа. Компания была вынуждена временно остановить производство, потери составили более 1 млн голов, убыток компании превысил 2.5 млрд руб. Однако благодаря поддержке государства, в том числе и из областного бюджета, производитель смог справиться с трудностями. Вообще за все время реализации проекта Вадиму Ванееву было предоставлено 5,9 млрд руб. субсидий, из которых 1,2 млрд руб. составили средства из бюджета Ростовской области.

По нашим данным, к концу этого года «Евродон» намерен производить до 550 тонн мяса индейки в сутки, а в 2018 году планирует увеличить этот объем до 150 тыс. тонн индейки в год. Для сравнения, за 2016 год предприятие произвело 75 тыс. тонн продукции.

— Как продвигается реализация крупных проектов в сфере АПК Ростовской области?

— Донской агропромышленный комплекс остается привлекательным для инвесторов. В 2017 году мы сопровождали реализацию 27 инвестиционных проектов в сфере АПК, которые находятся на стадии строительства, проектирования и привлечения финансирования. За 9 месяцев текущего года нам удалось привлечь в агропромышленный комплекс 23 млрд руб. Рост, по сравнению с прошлым годом, составил 14%.

Если говорить о конкретных проектах, то в этом году введены в эксплуатацию ряд крупных и важных для региона проектов. Среди них: терминал по экспортной отгрузке зерна и генеральных грузов, построенный компанией «Луис Дрейфус Восток» в Азовском районе и первая очередь фабрики по производству кормов для домашних животных ООО «Марс» в Аксайском районе.

Мы рассчитываем, что до конца 2017 года завершатся основные работы по строительству двух наиболее крупных из реализуемых проектов. Это первая очередь тепличного комплекса «Донская усадьба» в Тарасовском районе и мясоперерабатывающий комплекс «Восток» в Ремонтненском районе.

— Планируется ли продолжить работу по привлечению инвестиций в 2018 году?

— Конечно. Эта задача одна и самых основных. Мы планируем ввести в эксплуатацию тепличный комплекс в Веселовском районе (объем инвестиций 3,2 млрд рублей), а также завод по глубокой переработке зерна «ДонБиоТех» в Волгодонске, стоимостью – 15,2 млрд. рублей.

Кроме того, в конце 2018 года в регионе заработает индейководческий комплекс «Евродон-Юг». Вложения в проект составят 17,9 млрд руб.

Также мы рассчитываем, что в следующем году в Ростовской области начнется строительства ряда инвестиционных проектов. Я говорю о теплично-распределительном комплексе «РусАгроМарске-Ростов-на-Дону», тепличном комплексе «Агрокомплекс «Экопродукт» и молочном комплексе «Жуковский». Два последних проекта планируется реализовать в Песчанокопском районе.

— Какие меры планирует принять правительство Ростовской области для развития аграрной отрасли?

— Мы считаем одним из ключевых факторов развития сельского хозяйства господдержку. Средства на эти цели выделяются как из федерального, так и из регионального бюджетов. Главное для сельхозтоваропроизводителей — это уверенность в завтрашнем дне. Планирование на долгосрочную перспективу, в нашем случае до 2020 года, и есть уверенность. Хотя при нестандартных обстоятельствах, требующих скорейшего решения, мероприятия могут быть дополнены или видоизменены.

Например, в 2017 году на поддержку АПК на Дону предусмотрено 5,8 млрд рублей, в том числе из федерального бюджета 3,5 млрд рублей. Из этой суммы 1,9 млрд руб. направлено на возмещение процентной ставки по инвестиционным кредитам, 1,6 млрд руб. — на развитие растениеводства и мелиорации, 748 млн руб. — на развитие сферы животноводства, 790 млн руб. — на социальное развитие села.

— Какие субсидии могут получить аграрии в Ростовской области?

— В 2017 году поддержка местных производителей осуществлялась по 37 направлениям. Ряд субсидий консолидированы. По сравнению с 2016 годом субсидии, предоставляемые на условиях софинансирования из федерального бюджета, были сохранены. Исключение составила несвязанная поддержка в области растениеводства, по которой в текущем году возмещение затрат осуществляется только в части овощей отрытого грунта, семенного картофеля и семян сельскохозяйственных культур, за исключением зерновых и зернобобовых. Это связано с тем, что Ростовская область отнесена к категории регионов, имеющих наивысшие положительные финансово-экономические результаты в области растениеводства.

В связи с этим, чтобы поддержать сельхозпроизводителей, находящихся в районах с наименьшим уровнем плодородия, в региональном бюджете введена субсидия на 1 гектар посевных площадей в объеме 224,2 млн рублей. По состоянию на сегодняшний день средства по данной субсидии освоены в полном объеме и оказали существенное влияние на финансовую устойчивость сельскохозяйственных товаропроизводителей восточных районов.

В период импортозамещения приоритет отдается животноводству. По сравнению с 2016 годом поддержка племенного животноводства за счет средств регионального бюджета увеличена в четыре раза и составляет 385,8 млн рублей.

Кроме того, существенный вклад в развитие АПК вносит господдержка на приобретение сельхозтехники, произведенной на территории Российской Федерации. На данное направление было предусмотрено из областного бюджета 248 млн рублей и все средства доведены до получателей до 1 сентября 2017 года.

— На какие виды поддержки аграрии области смогут рассчитывать в 2018 году?

— Мероприятия по господдержке сельского хозяйства будут продолжена. Ко второму чтению областного бюджета на 2018 год на эти цели предусмотрено 5,9 млрд рублей, в том числе из федерального бюджета 3,8 млрд рублей. Из этой суммы 87% составят деньги федерального бюджета, 13% — деньги областного бюджета.

— Как сейчас решается проблема оттока молодежи с сельских территорий?

— Конечно, эффективность развития агропромышленного комплекса в большой степени зависит от комфортности жизни на селе. Правительство области трудится над этой задачей. В частности, реализуется проект «Сельские дороги», расширяется сеть фельдшерско-акушерских пунктов, создаются условия для занятия детей спортом и творчеством, строится инженерная инфраструктура, с помощью господдержки сельские жители улучшаются жилищные условия.

Все это мероприятия госпрограмм. В большей части на жизнь в селе влияет федеральная программа устойчивого развития сельских территорий. В рамках данной программы приобретается жилье, строится инженерная инфраструктура, социальные объекты. Так, за годы реализации этой программы улучшили жилищные условия более 6000 семей, порядка 8% это многодетные семьи, построено и приобретено 386 тыс. кв. м. жилья.

Россия. ЮФО > Агропром. Приватизация, инвестиции > oilworld.ru, 19 декабря 2017 > № 2461650 Константин Рачаловский


США. Бельгия. Россия. ЕАЭС > Таможня. СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > customs.ru, 19 декабря 2017 > № 2432593

Электронная таможня поможет укрепить позиции России в рейтинге Doing Business.

Первый заместитель руководителя ФТС России, вице-председатель Совета Всемирной таможенной организации Руслан Давыдов 19 декабря 2017 года провел пресс-конференцию в Международном мультимедийном пресс-центре МИА "Россия сегодня" на тему «Как внедрение электронной таможни поможет России укрепить позиции в рейтинге Doing Business».

Среди вопросов, которые также были освещены в ходе пресс-конференции, – новеллы Таможенного кодекса ЕАЭС, реализация Комплексной программы развития ФТС России до 2020 года, автоматизация таможенных операций, сокращение времени таможенного оформления, снижение нагрузки на бизнес, электронное оформление экспресс-грузов, подготовка к Чемпионату мира 2018.

США. Бельгия. Россия. ЕАЭС > Таможня. СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > customs.ru, 19 декабря 2017 > № 2432593


Израиль > Приватизация, инвестиции. Миграция, виза, туризм > newsru.co.il, 17 декабря 2017 > № 2442858

Министерство алии и интеграции: в 2017 году репатрианты открыли 600 частных фирм

В декабре правительство Израиля утвердило проект реформы лицензирования и поддержки мелкого и среднего бизнеса. Эти шаги призваны уменьшить бюрократическую нагрузку на предприятия данного типа и помочь созданию новых бизнесов.

"Понимая, что основу экономического развития и процветания Израиля составляют малые и средние предприятия, министерство алии и интеграции уже многие годы активно помогает репатриантам-предпринимателям в вопросах открытия и ведения бизнеса", – отмечает пресс-служба этого министерства.

Подводя итоги уходящего года, отдел деловой инициативы министерства алии и интеграции сообщает, что в 2017 финансовом году репатриантами и вернувшимися израильтянами было открыто 600 предприятий и фирм мелкого и среднего бизнеса. "Высокий процент "выживаемости" бизнесов репатриантов (по сравнению с частными фирмами, которые открывают коренные израильтяне) объясняется, в том числе, особой поддержкой и системой льгот, которые предоставляет новоприбывшим предпринимателям отдел деловой инициативы министерства алии и интеграции", – говорится в сообщении пресс-службы.

В сообщении отмечено, что репатрианты-предприниматели обладают правом на получение льготной банковской ссуды в размере до 125 тысяч шекелей в момент открытия бизнеса и дополнительно 125 тысяч шекелей в течение последующих 3-х лет. Предприниматели-репатрианты и вернувшиеся израильтяне, открывшие частное дело в Иерусалиме в период с 1.1.2016 года, получают дополнительно к льготной банковской ссуде в подарок единовременную финансовую выплату в размере 43 тысяч шекелей. Репатрианты и вернувшиеся израильтяне, открывшие свои предприятия в Кацрине и на Голанских высотах, имеют право на получение одноразовой финансовой выплаты в размере 10 тысяч шекелей на рекламу и маркетинговое развитие – в подарок. Предприниматели-репатрианты, открывшие частный бизнес или предприятие в районах Галилеи и Негева, в дополнение к банковской льготной ссуде имеют право на получение подарка – одноразовой финансовой выплаты в размере 20 тысяч шекелей. Каждый репатриант-предприниматель и вернувшийся израильтянин-предприниматель имеет право на: помощь в составлении бизнес-модели и бизнес-плана; сопровождение и индивидуальные консультации бизнес-консультанта ведомства (до 20 часов); участие в специальных семинарах, которые регулярно проводит министерство алии и интеграции для предпринимателей-репатриантов (так, в 2017 году в Израиле было проведено 28 таких семинаров, в которых приняли участие около 340 репатриантов-предпринимателей). Эта помощь предоставляется отделом бизнес-предпринимательства бесплатно.

Согласно отчету отдела деловой инициативы министерства алии и интеграции, на данный момент в Израиле работают 150 бизнес-консультантов ведомства, которые предоставляют услуги бизнес-консалтинга репатриантам-коммерсантам в разных городах страны. Сотрудники отдела деловой инициативы рекомендуют всем репатриантам и вернувшимся израильтянам, планирующим открыть свое частное дело в Израиле, предварительно обратиться за консультацией в бизнес-центр ведомства по телефону 1-700-701200, либо проверить информацию об условиях и льготах для репатриантов-предпринимателей на сайте министерства алии и интеграции на русском языке www.moia.gov.il.

Примечание редакции: количество репатриантских бизнесов, закрывшихся в текущем году, в публикации министерства алии и интеграции не указано.

Израиль > Приватизация, инвестиции. Миграция, виза, туризм > newsru.co.il, 17 декабря 2017 > № 2442858


Япония > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > offshore.su, 15 декабря 2017 > № 2441151

В Японии снизили ставку корпоративного налога для компаний, повышающих заработную плату своим сотрудникам

Правящая Либеральная демократическая партия Японии одобрила пакет налоговых реформ, который снизит корпоративные ставки для компаний, повышающих заработную плату и производительность сотрудников.

Компании, повышающие заработную плату сотрудникам на три процента, смогут снизить ставку корпоративного налога до 25 процентов. Дальнейшее сокращение корпоративного налога до 20 процентов будет возможно для компаний, инвестирующих в повышение производительности труда сотрудников. Эти налоговые льготы будут введены только на три года, начиная с следующего финансового года, который начнется в апреле.

Правительство также утвердило планы увеличения пошлины на табачные изделия с октября 2018 года, а также введение нового налога на выезд в размере 1 000 йен (8,84 доллара США) на человека с января 2019 года.

Подоходные налоги будут расти с января 2020 года для работников, зарабатывающих более 8,5 млн. йен (75 118 долл. США) в год, а налоговые вычеты для сотрудников компании будут сокращены.

все изменения были объявлены в пакете налоговой реформы, утвержденном 14 декабря.

Япония > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > offshore.su, 15 декабря 2017 > № 2441151


США > Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ. Образование, наука > forbes.ru, 15 декабря 2017 > № 2424747 Виктор Орловский

Что-то новенькое. Даже самая успешная бизнес-модель нуждается в изменениях

Виктор Орловский

Управляющий партнер венчурного фонда FortRoss Ventures

Бизнесы Facebook, Amazon, Uber, когда-то считавшиеся инновационными, спустя 15 лет требуют серьезной трансформации. Но отказаться от той священной бизнес-модели, что кормила и кормит компанию до сих пор, сложнее, чем кажется

Что объединяет компании, которые каждый день у нас на слуху, — Google, FB, Amazon, WeWork, AirBnB, Uber, Coursera? Все они нашли точки роста и смогли экспоненциально вырасти за очень короткий срок. Экспоненциально быстрый рост компаний — эффект не случайный, а следствие того, как технологии позволили производить бесплатную или почти бесплатную копию продукта, а далее тиражировать продукт до полного насыщения рынка. Сначала с помощью транзисторов и персональных компьютеров, а позже ПО и современных мобильных устройств. В это же время появился и венчурный капитал, который пришел на помощь компаниям, способным стать «всем из ничего» за считанные годы.

Цифровая экономика разрушает текущие и создает новые бизнес-модели. И это то, что кардинально отличает компании цифровой экономики друг от друга. Если приглядеться, вы не найдете на одном цифровом рынке и двух компаний, которые бы жили по одинаковым бизнес-моделям. Да и компаний, чья бизнес-модель была бы универсальна на всех рынках, также не существует.

Бизнес-модель компании IBM, которая из продуктовой в сервисную преобразил великий Лу Гершнер или бизнес-модель GE, изменив которую Джек Велш, трансформировал единую компанию в множество достаточно автономных бизнесов. Но все эти преобразования были сделаны тогда, когда компании-гиганты находились на краю гибели и были готовы к самым драматичным изменениям.

Стоит только посмотреть на пять крупнейших компаний США. Все они находятся на западном побережье Америки и, видимо, есть в этом какая-то закономерность. Прежде всего — это влияние духа креативного предпринимательства эры золотоискателей, всегда отличавшего западное побережье США от восточного. Ведь именно за этим духом приехал в Долину и Марк Цукерберг.

О компаниях по существу

Компания Apple вплотную подобралась к капитализации в $900 млрд, после того как вышел в свет iPhone X. Еще один рывок, и компания станет первой в мире, достигшей триллионной капитализации. При этом ее бизнес-модель не поменялась с того момента, как Стив Джобс превратил Apple в маркетплейс приложений, музыки и фильмов. Ведь iPhone в наших руках — это всего лишь удобный магазин для потребления контента. Но когда не эволюционирует бизнес-модель, начинается деградация продукта и сервисов. Как следствие, деградирует и пользовательский опыт. Люди готовы терпеть плохое качество только тогда, когда их потребности удовлетворяют каким-то новым, более удобным и неизвестным ранее способом.

Последние поколения iPhone, которые по сути не отличаются между собой, и проблемы с качеством «сборки» и Windows-подобным поведением операционной системы и приложений тому явное свидетельство. На сегодня бизнес-модель Apple можно назвать изжившей себя, потому что пользователь больше не реагирует на бесчисленное количество новых приложений, он пресыщен тем, что имеет. Конкуренция на этом рынке достигла своего предела, и ничего великого здесь уже не появится. Так, понемногу, изживает себя великая компания. И пока не видно даже попыток изменения этой бизнес-модели — Apple застряла в середине прошлого десятилетия, а их бизнес превратился в commodity. В этой связи я бы не купил акции Apple.

Google — вечный конкурент и последователь Apple. Однако компания не перестает непрерывно искать: автономный транспорт, e-commerce, многое другое. Правда, пока безуспешно: 90% их выручки корпорации все же имеют рекламную природу. Все потому, что поменять бизнес-модель гораздо тяжелее, чем найти и развить новую технологию. Google скорее можно назвать крупнейшим в мире маркетинговым и рекламным агентством, впрочем, каким оно и было создано почти 17 лет назад. Спасает корпорацию наше природное любопытство, приводящее нас раз за разом в Google search, где «агентство» зарабатывает баснословные прибыли.

Следом за ним — молодой и динамично развивающийся бизнес Facebook, который борется за бюджеты все тех же рекламодателей, что и Google. Правда, у соцсети есть свое преимущество — постоянный тесный контакт с этим ресурсом. Кроме того, Facebook обладает наиболее полноценными знаниями о пользователе, а значит и товар значительно более ценный. Хотя формула стоимости товара для FB и Google одинаковая. Google, переименованный в Alphabet, старается изо всех сил. Само название, как мне кажется, отражает стремление компании стать платформой для всего. Но как же сложно поменять свою бизнес-модель — отказаться от той священной, что кормила и кормит компанию до сих пор.

Цукерберг поступил мудро, купив WhatsApp, так как предвидел рост популярности мессенджеров. Их совокупное количество пользователей сегодня больше, чем совокупное количество пользователей всех социальных сетей. А еще он не дал купить WhatsApp Google и поэтому поступил мудро вдвойне. И теперь мы используем мессенджеры чаще, чем соцсети, в особенности с появлением каналов вещания и чат-ботов. И не даром FB рекомендует нам друзей из тех, с кем мы начали переписку в WhatsApp.

У FB сегодня гораздо больше возможностей для роста вовлеченности клиентов, то есть монетизации своего товара, чем у Alphabet. Но и его ожидает сложнейшая борьба с собственной устоявшейся бизнес-моделью, в основном построенной на рекламных бюджетах крупных компаний. И Google, и Facebook играют на одной полянке сверхкрупных рекламных бюджетов мировых брендов, и правило Парето (20% их клиентов приносят им 80% прибыли), пока для них является нормой повседневной жизни.

Еще недавно компанию Microsoft считали жертвой очередной революции бизнес-моделей. Жертва же смогла, как и в случае с IBM, поменяться под угрозой краха своего основного бизнеса. Сегодня понятно — Microsoft справилась и справилась блестяще. Облачные сервисы Azur, прыжок в мобильные платформы, использование искусственного интеллекта и неплохой микс программно-аппаратных платформ показывает возможности корпорации выводить на рынок новые бизнес-модели, пусть даже они появляются и с задержкой. Ни в одной из областей, кроме традиционных операционных систем для персональных компьютеров, Microsoft не является игроком номер №1.

Почему компании, не владеющие активами, остаются на вершине?

Чтобы бурно расти бизнесу, нужно обладать только одним совершенно замечательным свойством. Каждая следующая единица товара, услуга или каждый следующий приобретенный клиент должны добавлять компании и всему сервису больше ценности, чем предыдущий приобретенный клиент, проданный продукт или сервис, а стоимость приобретения и удержания такого клиента и дополнительной продажи ему сервисов или продуктов компании должны стоить меньше денег, чем стоимость привлечения и удержания предыдущего клиента. И пока это правило соблюдается, компаниям обеспечен бурный рост. Чем быстрее и дольше разбегаются эти кривые, тем больше возможностей роста обеспечивает такая модель и тем выше стоимость будет у такой компании. Именно такая модель лучше всего тиражируется, и именно она сейчас и в будущем будет пополнять ряды «единорогов», и затем ряды крупнейших публичных компаний мира. Обеспечить же столь бурный рост крайне тяжело. И именно это объясняет эру платформенного бизнеса, о котором так много говорят в последнее время.

Этот феномен объясняется тем, что когда компания смогла «завоевать» своего клиента, завоевать его внимание, научилась обрабатывать и использовать знания и эффективно менять и дополнять собственную бизнес-модель, такая компания автоматически превращается в платформу. И я думаю, что не все компании, находящиеся сегодня на вершине капитализации, будут способны материализовать свои нынешние преимущества.

США > Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ. Образование, наука > forbes.ru, 15 декабря 2017 > № 2424747 Виктор Орловский


Россия > Агропром. Приватизация, инвестиции > bfm.ru, 14 декабря 2017 > № 2474743 Вадим Дымов

Дымов: я думаю о продаже трети бизнеса, чтобы расширяться

Этот процесс займет до трех лет, отметил в интервью Business FM основатель одного из крупнейших производителей мясных изделий. «У нас сильная компания, тем более я надеюсь на то, что и санкции когда-то закончатся, и экономика задышит», — объяснил Вадим Дымов

Вадим Дымов допускает продажу до трети бизнеса. Об этом он рассказал в интервью Business FM.

«Дымов» входит в пятерку крупнейших игроков на розничном рынке колбас и мясных деликатесов Москвы и занимает долю в 10%. По словам основателя компании Вадима Дымова, о ее возможной продаже он думал давно, но срочности в этом нет, поэтому процесс может растянуться на несколько лет.

Вадим Дымов: Я об этом давно думал, что часть бизнеса можно продать, чтобы иметь бизнес больше, расширяться, улучшать все сервисы в компании. Я хотел бы развивать в первую очередь бренд, я хотел бы развивать и переработку, но в то же время хотел бы продолжить и глубокую интеграцию в сельское хозяйство, в какие-то смежные направления. Я думал о том, чтобы расширить не только мясную линейку, возможно, посмотреть на смежные ниши. Мы активно занимаемся молоком, строим несколько ферм в Сибири и под Суздалем. Также мы планируем развивать свиное животноводство. На Кубани мы развиваем очень много и хотим здесь, в Центральной России, развивать. Планов очень много.

Каким образом будете искать инвесторов или будет IPO? От чего это зависит?

Вадим Дымов: Я думаю, что все эти средства хорошо известны всем на рынке: продажа части доли, IPO или привлечение фонда, что тоже влечет за собой частичную продажу. Или выпуск облигаций.

Сколько вы планируете привлечь денег?

Вадим Дымов: Я не готов вам сказать. Это вопрос больше к экспертам, которые могли бы заниматься такими вещами. Я думаю, что этот процесс займет до трех лет, неспешно. У нас сильная компания, тем более я надеюсь на то, что и санкции когда-то закончатся, и экономика задышит.

Группа «Дымов» — семейный бизнес. Основные владельцы компании — братья Вадим Дымов, у которого почти 88,5% компании, и Егор Дуда (у него около 10,5% группы).

Россия > Агропром. Приватизация, инвестиции > bfm.ru, 14 декабря 2017 > № 2474743 Вадим Дымов


Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > snob.ru, 12 декабря 2017 > № 2610143 Денис Ковалевич

 Денис Ковалевич: Предприниматель — это человек, который отвечает на вопрос «что делать»

 Денис Ковалевич — предприниматель и генеральный директор Троицкого нанотехнологического центра «Техноспарк», запускающего десятки новых технологических стартапов каждый год, — рассказал «Снобу», за что крупные корпорации платят строителям новых компаний, почему важно уметь копировать и что было у инженеров 19-го века, чего недостает инженерам сегодняшним

Сноб: Мы общаемся с вами на площадке одной из ваших компаний, непосредственно на производстве. И вокруг нас все эти установки, которые появились благодаря таланту инженеров. И у меня вопрос: какой он — сегодняшний инженер?

Я думаю, большинство людей считают, что инженер — это гений, призванный изобрести одну уникальную вещь, которая будет лучшая в мире. Такое представление об инженере имеет длинную историю и своих героев, таких как, например, Леонардо да Винчи. Для меня как для предпринимателя ключевая роль инженера в том, чтобы создавать все более и более экономные технологии и решения, ежедневно снижая объем потребляемых в технологических процессах ресурсов, затрачиваемого времени и, значит, удешевляя продукт. Я недавно схлестнулся на этом вопросе со школьными педагогами — это случилось, скорее всего, потому, что любой учитель мечтает выпустить нобелевского лауреата. А не того, кто будет кропотливо работать над производительностью труда. В этом смысле для меня инженер — это тот, кто работает у Форда.

Сноб: И придумывает конвейер.

И придумывает, как сделать автомобиль за 300 долларов, в то время как на рынке в начале 20-го века есть машины только за 3000 и в количестве несколько тысяч штук в год. На третий год после пуска конвейера Форд произвел миллион машин. И мы с вами имеем возможность покупать машину только потому, что Форд сделал эту предпринимательскую революцию в технологии автомобилестроения.

Сноб: То есть нужен человек, который должен совмещать умение конструировать с экономическим знанием.

В 19-м веке инженеры в России гораздо лучше понимали то, что я сейчас говорю, чем сегодняшние инженеры, сформированные в советской системе. Потому что инженеры тогда работали в партнерстве с предпринимателями. Вместе они построили промышленность дореволюционной России — одну из наиболее развитых в мире на тот момент. А затем это партнерство распалось.

Я семь лет посвятил работе в госкорпорации «Росатом», в институтах которой работает больше 20 тысяч человек. Это ученые и инженеры, которые умеют очень хорошо делать уникальные вещи, но которым чрезвычайно сложно даются задачи удешевления продукта и повышения производительности труда.

Сноб: Вообще на мировом рынке говорят: хочешь получить уникальную вещь — обратись к русским, хочешь получить много одинаковых вещей — обратись к кому угодно, только не к русским. Что такое в вашем понимании предпринимательство в России?

Мои родители — это исходно два физика-атомщика, которые в начале 90-х годов ушли в предпринимательство.

Сноб: И у меня. Физики-математики. Мама теперь в банковской сфере, папа был предпринимателем. И когда папа ушел в предпринимательство, бывшие коллеги по НИИ говорили...

Коммерс, торгаш.

Сноб: Торгаш, да.

Такое отношение к предпринимательству — это стандарт общества, в котором мы сейчас живем. Но одновременно существует совсем другое отношение, потому что все мы знаем Генри Форда, Стива Джобса, Илона Маска. И даже те, кто критикуют предпринимателей, называя их «коммерс» и «торгаш», к этим людям относятся с уважением. В этом смысле общество живет в состоянии непрекращающейся шизофрении.

Сноб: Однако замечу, что спустя четверть века многие физики возвращаются к науке.

Да, но в основном уже в другой роли. Мои родители вернулись в технологическую деятельность, но уже в предпринимательской позиции. На мой взгляд, мы сегодня только-только начинаем видеть ростки того, что вообще-то называется технологическим бизнесом. После разрыва плановых производственных цепочек СССР первая волна предпринимателей собирала их заново, они за счет посредническо-восстановительного типа предпринимательства становились владельцами предприятий, формировали крупные индустриальные конгломераты. И только последние годы стали появляться новые технологические компании, которые зарабатывают не на старых активах, а на том, что делают свой продукт или услугу быстрее и лучше, чем кто-либо в стране или в мире. Вот мы здесь, в «Техноспарке», пробуем такую операцию осуществить с самим процессом создания стартапов. Мы пытаемся строить стартапы дешевле и быстрее, чем кто-либо другой.

Сноб: Вы фактически акселератор?

Нет, мы — бизнес по строительству бизнесов. Мы — это партнерство между группой частных предпринимателей, одним из которых я являюсь, и Фондом инфраструктурных и образовательных программ (входит в Группу «РОСНАНО»). В «Техноспарке» ответственность за бизнес лежит на частных партнерах. Сейчас вы находитесь на территории частного предпринимательства. И здесь около 100 компаний, созданных с нуля за последние 4 года. То есть в год мы начинаем строить 20–25 новых компаний.

Сноб: По какому принципу вы их открываете?

Пять лет назад здесь было поле одуванчиков. Мы его начали обустраивать с нуля. Первые год-полтора существенную часть новых компаний — процентов 30–40 — мы создавали вместе с троицкими предпринимателями, которые когда-то были инженерами и учеными в наших институтах. Условно, назовем это спин-оффы из НИИ. К концу четвертого года работы процент таких компаний в нашем портфеле снизился примерно до 10%.

Сноб: То есть это были инженеры, которые уже начали коммерциализировать свой продукт.

Да. Например, наш партнер на рынке медицинских и индустриальных лазеров — Троицкая компания «Оптосистемы», созданная Сергеем Вартапетовым — одним из лучших лазерщиков страны. Когда мы начали с ней партнерство, она уже поставляла 50% офтальмологических лазеров в российские клиники. Вместе мы сделали фемтосекундный лазер нового поколения, который позволяет делать операцию глаза без повреждений внешних слоев роговицы. Такая технология есть только у двух-трех компаний в мире.

Сноб: И вот тут возникает вопрос. Как ученый, разработчик становится предпринимателем. Что с ним происходит в этот момент?

Происходят минимум две вещи. Первое — он отчуждает от себя то, что он разработал, технологию, передает это в компанию и перестает относиться к этой технологии как к своей. Конкретная технология — это всегда сменный элемент внутри бизнеса. Второе — это переход от желания сделать что-то уникальное к тому, что твоя разработка станет приносить прибыль, только если ты будешь непрерывно повышать производительность труда, то есть снижать себестоимость этого продукта.

Сноб: Этому можно научиться?

Вопрос на философском языке звучит так: может ли кто-то передать кому-либо иную, чем у него уже сложилась, картину мира?

Сноб: Когда мы с вами смотрим фильм, мы так или иначе принимаем режиссерскую картину мира.

Это правда. Кстати, вклад Голливуда в становление предпринимательства в США как признаваемого вида деятельности с презумпцией, что предприниматель — ключевой движок экономики — гигантский. У нас же в стране консенсус пока в обратном: любой предприниматель, особенно работающий в партнерстве с государственными компаниями или институтами, — это потенциальный подозреваемый.

Сноб: То есть процесс изменения общественного мнения рукотворный. Называется пропаганда?

На мой взгляд, смыслы и картины мира гораздо лучше передаются через семьи. Например, если бы миллион человек в нашей стране за прошлый век оставили своим потомкам предпринимательские капиталы, семейные бизнесы или просто опыт такой работы, то и отношение к вкладу предпринимателей в национальное благосостояние было бы совершенно другим.

Сноб: У нас вроде есть бизнесы в стране — может, вопрос с преемственностью в них сложный, но так или иначе он на повестке.

Это в большинстве своем пока структуры, неотделимые от своих создателей — они предельно завязаны на них. Те, кто пытаются сделать из этих структур настоящие компании, то есть бизнесы, способные работать без своих основателей, сталкиваются с гигантскими проблемами. Плюс в большинстве компаний настолько устаревшие технологии, что дешевле построить новое, чем модернизировать старое. Знаете, как говорит один мой старший друг, укол в протез не поможет.

Сноб: Каким образом формировались другие стартапы «Техноспарка»?

Вторая треть компаний — это копирование. Я не знаю, как вы, а я считаю, что умение копировать — это одно из самых высочайших умений из всех, которые только могут быть.

Сноб: Воруй как художник.

Главное — не чтобы идея была «своя», а чтобы она была уместна. Вопрос «чья она?» для предпринимателя никакого значения не имеет. Вот, например, мы запустили компанию по логистическим роботам в 2014 году, после того как увидели, что этот рынок начинает раскрываться. Мы увидели, что компанию, которая разрабатывала и начала производить подобных роботов, купил «Амазон» почти за 800 миллионов долларов.

Сноб: И у них роботы небольшой грузоподъемности.

Да. В нашей компании разрабатываются две линейки роботов. Одна — тяжелые, которые держат полторы тонны, — их поставки начнутся уже через год. А вторая до 300 кг. Ситуация состоит в том, что сегодня и «Амазон», и другие ретейлеры теряют миллиарды долларов в год на хранении товаров. Единственный способ сократить эти потери — перестроить склады, поставив на них роботов. Мы основали эту компанию, потому что точно поняли, что в мире существует по крайней мере 5, 6, может быть, 10 мест для таких бизнесов. И начали делать компанию по разработке и производству роботов с нуля.

Сноб: Есть ли смысл делать с нуля? Вы не смотрели, что уже существует на рынке?

С нуля, это значит — с решения, что компания будет делать такого логистического робота, который может достичь относительно низкой себестоимости и которого можно производить в количестве десятки тысяч штук в год и больше. Потому что, если ты делаешь робота, которого можно производить в количестве 1000 в год, он никому не нужен. И еще робот должен быть сконструирован так, чтобы его части можно было производить на действующих в России и в мире производственных мощностях. Иначе понадобятся дополнительные инвестиции в производственные активы и продукт опять станет слишком дорогим. Плюс у нас есть отдельная компания, которая занимается интеграцией разных роботов в складские решения.

Сноб: Должна быть и третья часть. У вас должен быть инжиниринг, сервис по всему миру?

100 процентов. Но в предпринимательстве важно не только что-то не упустить, но и не начать слишком рано. Сейчас инжиниринг и сервис — это ответственность компании, которая занимается складскими решениями. Как только ситуация созреет, мы выделим обслуживание и сервис роботов в отдельный вид бизнеса.

Сноб: Что же тогда представляют собой последний тип компаний в «Техноспарке»?

Последние 30% — это наши собственные смелые гипотезы о том, какие технологические бизнесы имеет смысл строить.

Сноб: Каким образом вы определили сферы внимания? Откуда у вас появляется гипотеза о востребованных бизнесах в будущем?

В генерации гипотез никакой проблемы нет — у всех, кто что-то делает, идей о новых бизнесах всегда с избытком. Сложность в том чтобы вовремя их реализовать. Английский экономист Уильям Джевонс 140 лет назад написал, что предприниматель осуществляет un-investment, то есть по-русски разинвестирование. И он также говорил, что у каждого предпринимателя есть лимит времени на это самое разинвестирование. Либо ты успел реализовать шанс — за ограниченное время и с использованием ограниченного объема капитала, — либо не успел. Предприниматель — это тот, кто своим трудом отвечает на вопрос, что сегодня экономически осмысленно, уместно делать. В каком-то смысле именно за ответ на этот вопрос платят крупные и средние технологические корпорации, когда покупают молодые стартапы. Кстати, в 2017 году впервые доля покупок молодых технологических стартапов в глобальном объеме сделок по слияниям и поглощениям превысила 50%. Еще в 2012 году их было 25%. А в 90-х годах были единицы процентов.

Сноб: С чем это связано?

Грубо говоря, предпринимательство разделилось на две части — на работу по выращиванию компаний с нуля до момента их объективной готовности к продаже и на работу по росту и «эксплуатации» уже созданных компаний. Сегодня приличные глобальные компании предпочитают не нанимать нового вице-президента и не создавать внутри себя новое подразделение, чтобы начать новое направление. Они дают команду своему корпоративному венчурному фонду начать покупать на таком-то рынке такое-то количество стартапов в год.

Сноб: Насколько Россия вписывается в мировую статистику?

Доля России в этом разделе мировой статистики пока почти незаметна. За предыдущие три года, с 2014-го по 2016-й, вся сеть нанотехнологических центров, одним из которых является «Техноспарк», продала около 30 компаний — молодых стартапов. При этом мы занимаемся только хард-вейром – это понятно из нашего статуса «нанотехнологического центра». Если мы и занимаемся софтом, то только интегрированным в «железо». И эти 30 компаний за три года — это почти 75% всего российского рынка продаж стартапов в material-based-индустриях. Еще примерно столько же было продано айтишных стартапов.

Сноб: Однако движение идет. Это постановление правительства открыть венчурные корпоративные фонды так подействовало?

Пока еще не подействовало, но, надеюсь, это случится. Сейчас у нас три типа покупателей. Первый — это российские private equity фонды, вкладывающие инвестиции в масштабирование бизнеса созданных нами стартапов. Второй — иностранные компании, локализующиеся на российском рынке, для которых такая практика уже часть их деловой культуры. И третий тип — предприниматели, с которыми мы когда-то создали совместные компании и которые выкупают нашу долю.

Сноб: Какие у вас здесь еще есть яркие проекты?

Позади вас работают установки, в которых растут искусственные алмазы. Эти установки не только одни из самых качественных в мире, но и одни из самых быстрых и дешевых — в силу наших и партнеров вложений в повышение производительности и скорости их работы.

Сноб: Где используется искусственные алмазы?

Например, в специальной оптике. Там, где стекла не выдерживают мощности, например, лазерного излучения, и нужно менять стекло на более прочный материал. Материал, который можно сделать прозрачным, — это алмаз. На выходе из установки он черного цвета, а отполированный с точностью до 2 нанометров шероховатости становится прозрачным. Такой промышленный продукт. Другой пример — наша компания, выпускающая системы накопления и хранения электроэнергии.

Сноб: В сфере альтернативной энергетики?

Пока российский рынок интегрированной в поверхности фотовольтаики отстает от темпов развития систем накопления, но в итоге да, будет фотовольтаическая крыша, фасад, окно, которые днем собирают солнечную энергию, батарея запасает ее, а по вечерам выдает и включает вашу стиральную машину в автоматическом режиме.

Сноб: У вас большой разброс направлений деятельности.

Да. Мы также строим, например, группу компаний в области генетики. Генетика в мировой медицине сегодня — это, в первую очередь, уточнение плана лечения. Стандартная диагностика говорит пациенту: а) что у него рак; б) называет конкретный орган. И все. Но ведь за этим диагнозом стоят десятки разных типов заболеваний под общим именем «рак», и при этом уже существуют сотни лекарств, которые способны побороть его — но не любой, а конкретный вид рака. Во всем мире генетические контрактные компании получают от врачей результаты обследования на традиционном медицинском оборудовании и образец ДНК пациента, а обратно отдают его расшифровку. И врач на основании этого подбирает конкретный препарат, который подействует.

Сноб: Насколько такое взаимодействие интегрировано в систему здравоохранения?

Почти никак. Это же существенная смена структуры разделения труда на медицинском рынке плюс переподготовка врачей. Немногие врачи сегодня умеют работать с информацией, которую могут получить от генетиков.

Сноб: Кто должен настраивать звенья? Что может и должен сделать такой структурный игрок, как государство?

Мой ответ покажется вам банальным. Главное — не мешать развитию генетики и работе генетиков с медиками.

Сноб: Простите, но мне кажется, что неправильно вставать в такую позицию. Государство все-таки должно выполнить свою часть работы: настроить инфраструктуру, убрать цепочки посредников, устранить несуразность и вольные трактовки законов. Вам так не кажется?

Да, вы правы, конечно. И в переподготовке персонала тоже может поучаствовать.

Сноб: Вы и Фонд инфраструктурных и образовательных программ как-то влияете на обучение в школах? Чтобы оттуда выходили специалисты под новые технологии?

Вы очень точно задали вопрос, потому что мы работаем в первую очередь с школьниками, а не со студентами. Поскольку строительство любой новой компании в наших сферах занимает 10–15 лет — это наш операционный горизонт планирования, — то вопрос, кто через 10–15 лет будет здесь работать, для нас является также очень конкретным. Это те ребята, что сейчас учатся в пятом-восьмом классе школы.

Сноб: Каким образом вы с ними взаимодействуете?

Мы не Министерство образования и не можем менять систему. Мы достраиваем рядом со школами блок дополнительной подготовки. Через наши площадки здесь и центре города проходят две тысячи детей каждый год. Экскурсии, мастер-классы, вовлекающие шоу, летние школы, даже проектная работа.

Сноб: Чему учите?

Конечно, знакомим детей с технологиями, которыми сами занимаемся. Но главное, мы пробуем передать школьникам «чувство труда» — умение трудиться с высокой производительностью каждый день. К сожалению, уровень девальвации отношения к долгому и повторяемому труду катастрофический. Это более масштабная проблема, чем поиск рынков, капитала или чего-то еще. Мы учим школьников доводить начатое дело до конца, прививаем навыки экономии ресурсов.

Сноб: России в целом имеет смысл концентрироваться на чем-то конкретном или нужно идти во все области сразу?

Это краеугольный вопрос. Моя точка зрения как предпринимателя — максимальная специализация. Делать имеет смысл только то, что ты — хотя бы потенциально — сможешь делать более экономно и производительно, чем другие.

Сноб: Например?

Во всех направлениях, которыми занимается «Техноспарк», мы видим такую возможность — кратного увеличения производительности и за счет раскрытия новых рынков. Старые отрасли не помогут экономике страны вырасти, нужны новые. Я думаю, есть шанс, что спустя 100 лет после революции экономика нашей страны восстановит свое движение в сторону работы на глобальных рынках, а не скатится в очередную автаркию. А технологические предприниматели своими действиями «выберут» эти самые новые индустрии — в этом их главная роль в экономике, на мой взгляд. Понимаете, я смогу заработать только если правильно отвечу на вопрос «что делать?». Это моя функция как предпринимателя и одновременно моя мотивация.

Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > snob.ru, 12 декабря 2017 > № 2610143 Денис Ковалевич


Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > bfm.ru, 12 декабря 2017 > № 2474694 Михаил Леонтьев

Леонтьев: «А вас не смущает то, что АФК «Система» приобрела ворованный актив?»

Пресс-секретарь и вице-президент «Роснефти» прокомментировал Business FM решение Башкирского арбитражного суда, который удовлетворил новое требование госкорпорации

Башкирский арбитражный суд удовлетворил новое требование «Роснефти». По его решению практически все активы АФК «Система» арестованы. Компании Владимира Евтушенкова запрещено распоряжаться своим имуществам и получать доход по ценным бумагам. Решение суда Business FM прокомментировал пресс-секретарь и вице-президент «Роснефти» Михаил Леонтьев:

— Тысячу раз мы уже говорили, еще при прошлом иске, что эта мера никак не затрагивает хозяйственную деятельность этих самых активов. Они просто могут быть приобщены к отчуждению разным образом в случае, если суд примет положительное решение по нашему иску, чтобы была гарантированная возможность погашения убытков. Мы предложили им компромисс. Его Игорь Иванович озвучил уже, по-моему, два месяца назад: что мы готовы были остановиться на решении суда. Более того, я напомню, Сечин говорил о том, что, ребята, вот вы вывели дивиденды, в общем, незаконно, конечно, и необоснованно. Но вот эти дивиденды практически совпадают по сумме с размером ущерба, установленным судом. Ну, вот, возьмите, используйте, их на это. Нет, надо проявлять ослиное упрямство, абсолютный правовой нигилизм, заниматься какими-то фокусами безумными. Они подали иск в суд, предметом которого является наше обращение в суд. Ребята, вы хотите отменить судебную систему, но не в суд же с этим надо обращаться. Не знаю, возьмите монтировку, в конце концов. Идите, кого-нибудь из-за угла тресните по башке. Это было бы логично, во всяком случае. Но не в суд же идти с требованием уничтожить суд. Арбитражная процедура подразумевает возможность мирового соглашения на любой стадии. Слушайте, они же эти деньги не в казино проиграли, они их вывели, увели. Убытки эти им принадлежат. Я не верю, что они так дурно хозяйствовали, что они все их пропили. Говорю: ребята, верните, и все будет хорошо. Ну, не получилось. И все. Даже не все, а часть.

— Не смущает ли вас тот момент, что сумма иска достигла той суммы, за которую «Роснефть» купила «Башнефть»?

— Все наши исковые требования обоснованы. А вас не смущает то, что АФК «Система» приобрела ворованный актив за кредит, за который расплатился сам этот актив из своей операционной прибыли? Вывел в районе 10 млрд долларов примерно в эквиваленте, не потратив ни одной своей копейки. Вас это не смущает? Они заработали, вытащили оттуда в районе 10 млрд деньгами и активами, не заплатив ни одной своей копейки. Это был кредит ВТБ. Они еще потом назад, после решения суда вернули деньги у Рахимова по суду же, как вы прекрасно знаете. Это вас не беспокоит? Это никого не беспокоит? Ничего себе бизнес, извините.

В АФК «Система» от комментариев отказались, сообщив, что еще не получали документы из суда.

Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > bfm.ru, 12 декабря 2017 > № 2474694 Михаил Леонтьев


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 11 декабря 2017 > № 2431124 Сергей Седов

Занять кредитору. Зачем МФО привлекают средства частных инвесторов

Сергей Седов

основатель сервиса Zaymer

Микрофинансовые организации делают ставку на привлечение фондирования от частных игроков. В чем интерес обеих сторон?

С 2015 года микрофинансовый рынок растет в основном благодаря микрозаймам физлицам. Если в первом квартале 2015 года количество договоров о займе составило 2,88 млн, то за два года оно выросло двукратно, до 5,66 млн договоров во втором квартале текущего года. При этом на частных лиц в общем портфеле МФО приходится 5,65 млн договоров.

Такая динамика связана с возросшим спросом населения на заемные средства в связи с отсутствием роста реальных доходов и ужесточением кредитной политики банков после бума розничного кредитования в 2011-2012 годах.

Но микрофинансовый рынок мог бы показать и более внушительную динамику, если бы не дефицит свободных средств, необходимых для полноценного удовлетворения спроса клиентов. Благоприятной ситуация была в 2015 году, когда в МФО приток сторонних источников фондирования— от граждан и компаний — превышал 50%. Сейчас же этот показатель составляет не более 26,6%. Все остальное фондирование — это собственные средства, полученные МФО за счет прибыли.

При этом оборачиваемость средств на микрофинансовом рынке, которая дает компаниям возможность вкладывать вернувшиеся от заемщиков средства в новые займы, не стала качественно лучше. С 2015 года уровень просроченной задолженности у МФО не претерпел существенных изменений. Так, например, участники опроса агентства «Эксперт РА» в 2015 году оценили объем просроченных кредитов свыше 90 дней в 39%, а в 2016 году — в 35%. Таким образом, дефицит дополнительных источников финансирования деятельности МФО все более очевиден.

Деньги от друзей

Варианты стороннего фондирования у МФО крайне ограничены — это дополнительные средства учредителей, банковские кредиты и частные инвестиции.

Средства учредителей (членов, участников, акционеров) — это их личные деньги. Также они могут быть предоставлены «дружескими» юридическими структурами. Например, это может быть организация, входящая в один холдинг с МФО. Если участие «дружественных» компаний в бизнесе МФО официально проследить трудно, то на учредителей-физлиц приходится уже до 4,74% (как во втором квартале текущего года) в объеме выданных кредитов. Но средства учредителей не безграничны, и уже в этом году можно ожидать существенного снижения значимости этого канала фондирования.

Аналогичный вывод напрашивается и в отношении финансирования МФО через «дружественные» структуры. Сейчас это лидирующий вид фондирования — он составил 14,5% по итогам второго квартала 2017 года. Однако не стоит забывать, что в эту категорию могут входить не только аффилированные с МФО компании, но и, например, инвестиционные фонды или специально созданные для привлечения средств субъекты — в частности, P2P-сервисы.

Остроту проблемы фондирования, по идее, должно было бы снять доступное кредитование российскими банками. Однако сейчас банки придерживается «политики сдерживания» по отношению к МФО, поясняя такой подход рискованностью микрофинансового бизнеса и нежеланием сотрудничать с косвенными конкурентами. Масштаб участия банков в жизни МФО невелик — по итогам второго квартала 2017 года доля кредитов составила в объеме займов лишь 2,76%.

Другие способы привлечения средств — например, выпуск облигаций или мезонинный кредит — единичны и в общей структуре фондирования МФО несущественны.

Время выбора

Основным каналом притока средств, на который сейчас делают ставку МФО, остаются средства частных инвесторов. Сейчас их доля невелика — 4,57% от всего объема фондирования по итогам второго квартала 2017 года. Однако этот сегмент может существенно вырасти за счет расширения базы инвесторов и укрупнения игроков.

Доля крупнейших активных игроков неуклонно растет: с начала 2015 года она увеличилась на 14,7 п.п. до 53,2% (в отношении 20 самых больших МФО). Также с 2014 года число МФО, принимающих инвестиции от населения, снижается. Сейчас таких организаций всего 30 по сравнению с 231 в 2014 году. Однако этот спад никоим образом не должен проявиться в снижении удельного веса этого канала фондирования в общерыночном масштабе.

Статус, масштаб и опыт МФО станут дополнительным стимулом для вложений, обеспечивая гарантию их надежности. Основной же стимул — величина процентной ставки, которая сегодня выглядит не менее привлекательно, чем в недавнем прошлом — 14-30% годовых.

Другой немаловажный фактор — это расширение аудитории инвесторов. При наличии 15,2% населения страны, имевших вклады в банках, лишь 0,3% инвестировали в МФО, свидетельствуют данные ЦБ. Это всего 3 тысячи человек. Главным образом, это пенсионеры или работающие по найму в возрасте 45-59 лет из трех федеральных округов — Сибирский, Северо-Западный и Приволжский.

До последнего времени «вклады» в МФО действительно были скорее «несистемным» фактором, учитывая не лучшую репутацию микрофинансового бизнеса, новизну и подобного рода вложений. Сейчас же МФО привлекают внимание как серьезных инвесторов, так и остальных граждан, обладающих свободным капиталом.

Сказанное, прежде всего, относится к жителям крупных городов, где финансы традиционно аккумулируются более охотно, нежели в «глубинке». Одним из частных проявлений такой ситуации должно стать смещение инвестиционных предпочтений этой аудитории от недвижимости в сторону микрофинансов. Легко подсчитать, что среднестатистическая стоимость сдачи жилья в аренду даже в Москве уступает по доходности предлагаемому МФО уровню процентной ставки.

Таким образом, уже к концу текущего года инвестиции частных инвесторов должны заметно повысить свою значимость на общем фоне, как минимум, на несколько процентов. Тем самым, острота проблемы фондирования, по крайней мере, для крупнейших игроков, будет частично снята, и рынок продолжит развиваться в более свободном и естественном режиме.

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 11 декабря 2017 > № 2431124 Сергей Седов


Россия > Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 11 декабря 2017 > № 2431121 Александр Туркот

Бизнес для чайников: о чем не должен забывать начинающий предприниматель

Александр Туркот

Управляющий партнер Maxfield Capital

Как оценить рынок, найти инвесторов и подготовиться к трудностям, подстерегающим любого основателя стартапа

Пособий о том, как правильно запускать и продвигать стартапы, написано, думаю, не меньше, чем книг о диетах или воспитании детей, и продано заведомо больше, чем в свое время карт далеких островов с указанием координат зарытых сокровищ. Содержание этих пособий чаще всего представляет из себя несложные, сложные или совсем изощренные вариации на тему «как сделать правильно». При этом лично я давно понял, что заведомо выигрышных схем и абсолютно точных инструкций не существует. Любой успешный проект или компания проживают свою, отличную от других жизнь. Истории же провала похожи друг на друга, как балерины кордебалета при взгляде с галерки.

Многое из сказанного ниже наверняка покажется знакомым, но если этот текст поможет хотя бы паре-тройке людей не совершить элементарных ошибок — значит, я не зря потратил пару часов своего и десять минут вашего времени.

Готовьтесь к трудностям

Тем, кто обдумывает первое стартап-приключение, я настоятельно советую принять в расчет, что этим решением вы обрекаете себя, — а часто и своих близких, — на несколько лет моральных тягот и материальных лишений: ненормированный рабочий день, маленькую зарплату, постоянный стресс и чувство неопределенности. Правда, выживших ждет в финале ни с чем не сравнимое чувство одержанной над собой и миром победы — и ради одного этого, возможно, игра стоит свеч. Но, пускаясь в такое плавание, важно понимать, что слепое следование изложенным мной, — или кем угодно другим, — правилам не гарантирует успеха. А вот невыполнение, весьма вероятно, приведет к неудаче и разочарованию.

Идентифицируйте проблему

До написания первой строчки кода или создания первого прототипа определите, чем именно вы планируете облегчить жизнь будущему пользователю или клиенту. Сформулируйте в одно предложение ответ на вопрос «что делает ваш продукт». Если такой ответ не укладывается в короткое определение, а требует пространного описания с многочисленными примерами уже существующих аналогов, сядьте и задумайтесь — возможно, есть смысл сузить фокус.

Оценивайте рынок

Важно понимать, какой аудитории вы адресуете продукт, насколько эта аудитория велика и где ее искать. Почитайте аналитику, изучите статистику и маркетинговые исследования своей ниши. Имейте в виду, что претендовать на 100% рынка несерьезно. Даже на 20% не стоит. Начните со, скажем, 2% через 5 лет. Скорее всего, не получится и столько, но такой прогноз хотя бы придаст вашей оценке реалистичный характер.

Изучайте конкурентов

Тщательно проанализируйте — кто пытался решить или решает ту же проблему до вас или одновременно с вами. Фраза «у нас нет конкурентов» — проявление высшей степени наивности. Даже если не нашлось ничего похожего на то, что вы придумали — ищите лучшее. Четко сформулируйте и всегда держите наготове ответ на вопрос: «Чем ваш продукт лучше того, которым я уже пользуюсь»?

Выбирайте партнера

Не начинайте проект в одиночку. Ищите людей, которые загорятся вашей идеей, ход мыслей которых будет вам близок, или, наоборот, будет парадоксально дополнять ваш собственный. Хорошие, эффективные партнеры дополняют друг друга не только способностями, но и темпераментом. Это должен быть человек, — возможно, не один, — с которым вы готовы проводить значительную часть своего времени на протяжении нескольких лет. Помните, что разойтись с партнером по бизнесу часто сложнее, чем развестись с женой или мужем, даже имея хороший брачный контракт. По статистике, разногласия между партнерами — наиболее частая причина гибели новых проектов, зачастую очень и очень хороших.

Привлекайте инвестора

Лучше всего начинать проект на свои. В крайнем случае — на деньги родственников или друзей. Но рано или поздно, — если проект не умирает в первые полгода-год, — придется привлекать внешние инвестиции. Рассматривайте инвестора как разновидность партнера: с ним придется жить долго. Внимательно проанализируйте, зачем и у кого вы берете деньги. Инвесторы бывают разные. Если есть выбор, лучше брать у того, кто может привнести в проект помимо денег что-то, чем не обладают учредители-партнеры — например, полезные знакомства, или другие ресурсы. Если выбора нет, постарайтесь спланировать, как вы будете вести себя при разных сценариях развития компании. Выстраивание доверительных и равноправных отношений с инвестором — специальная задача, которую надо решать тщательно, чаще всего — исподволь, максимально дипломатично.

Любите клиента

Первые продажи или внедрения продукта — ключевой фактор успеха проекта. Старайтесь найти любые возможности общения с теми, кто будет пользоваться вашими разработками. Усвойте простую мысль: то, что очевидно вам как создателю продукта, не обязательно понятно остальным. Не проецируйте свои консьюмерские привычки на других. Внимательно слушайте потребителя, попытайтесь понять его проблемы, ищите объективные причины трудностей, которые он испытывает при использовании вашего продукта. Не пытайтесь немедленно переучить клиента. Даже самое революционное решение требует правильного, зачастую длительного и многоходового маркетинга.

Рассказывайте об успехах

Не стесняйтесь рассказывать о своих успехах. Пиар — важная часть маркетинга. Работайте с социальными сетями, прессой, телевидением. Об успешных стартапах сегодня готовы писать и рассказывать все, важно найти правильную интонацию и взвешенно транслировать пропорцию между наивными надеждами и тщательно просчитанной стратегией.

Не бойтесь неудач

Не все получается с первого раза. Даже самые успешные предприниматели начинали сначала, и не по одному разу. Умение использовать неудачу как стартовую площадку для успеха следующего проекта — важнейшее качество. При этом старайтесь отличать упорство в достижении цели от упрямого нежелания признавать ошибки.

Используйте экспертов

Знать все — невозможно. Не стесняйтесь обращаться за экспертизой к людям, понимающим в вашем деле больше вас. Многие успешные предприниматели с удовольствием помогают советом начинающим. Важно заинтересовать таких людей своей историей, в первую очередь — эмоционально.

Больше 10 лет тому назад Гай Кавасаки сделал презентацию, ставшую классикой — «Искусство начинать». Прошло много лет, сменились технологии и кумиры, но почти все в ней сохраняет актуальность.

Настоятельно рекомендую всем, кто затевает свой стартап, послушать Гая. В лучшем случае — сделаете выводы и используете в ходе движения к успеху, в худшем — поупражняетесь в английском.

Россия > Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 11 декабря 2017 > № 2431121 Александр Туркот


Россия. США > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > banki.ru, 11 декабря 2017 > № 2420932 Альберт Кошкаров

Покупаем Америку

Почему российские инвесторы делают ставку на американский рынок

Американские компании останутся привлекательными для российских инвесторов и в 2018 году

В погоне за высокой доходностью все больше клиентов российских брокеров выбирают акции компаний США. Стоит ли пытаться заработать на них непрофессиональному инвестору и о чем нужно помнить, Банки.ру спросил у профессиональных участников фондового рынка.

Как инвестировать

Еще несколько лет назад инвестиции в американские или европейские компании были исключительно уделом состоятельных граждан, которые для этого открывали валютные счета в иностранных юрисдикциях, например на Кипре. Сейчас попытаться заработать на акциях Facebook или Apple может даже непрофессионал с тысячей долларов. Достаточно открыть брокерский счет или ИИС у отечественного брокера — и можно торговать.

Правда, список потенциальных кандидатов на покупку ограничен исключительно российскими фондовыми площадками — Московской и Санкт-Петербургской биржами. Но это уже более 500 эмитентов. В основном акции американских компаний — если говорить об акциях, — котировки бумаг которых выставляются в Питере. Для сравнения: число компаний, акции которых торгуются на Московской бирже, — немногим более 200. «На российском рынке есть акции и облигации, которые могут показывать хорошую доходность на горизонте в один-два года, но разнообразие зарубежных инструментов в любом случае дает новые, зачастую более интересные возможности для инвестиций», — говорит начальник отдела анализа рынков «Открытие Брокер» Константин Бушуев.

ФИНАНСОВЫЙ СУПЕРМАРКЕТ НА БАНКИ.РУ

Единственное условие — все сделки проводятся в долларах, ведь мы имеем дело с иностранными акциями. Если вы открыли брокерский счет, то можно перевести на него валюту, например, через интернет-банк. В случае ИИС придется вносить рубли, а затем конвертировать их по биржевому курсу в доллары. Минимальный лот — 1 тыс. долларов, плюс придется заплатить комиссию брокеру за сделку. Но все равно курс покупки выгоднее, чем в обменнике банка.

Все инвестиционные доходы начисляются также в валюте. Поэтому с точки зрения диверсификации инвестиций иностранные акции подходят как нельзя лучше. Однако нужно помнить, что за прибыль с иностранных инвестиций придется заплатить налог. Риск заключается в том, что если к моменту выплаты налогов курс рубля к доллару упадет, то придется еще заплатить налог, связанный с доходом от переоценки валюты.

«В этом году рынок США растет явно лучше российского»

В отличие от волатильного российского рынка, фондовый рынок США стабильно растет. С начала года индекс S&P 500 (отражает котировки крупнейших по капитализации компаний США) вырос почти на 18%, промышленный индекс Dow Jones поднялся на 22%. «Среднегодовой прирост американского рынка акций S&P 500 за 100 лет составляет 7% — в два раза выше среднегодовой доходности облигаций, недвижимости и других активов», — говорит начальник управления инвестиционных стратегий «БКС Брокер» Юрий Скоркин.

По словам управляющего директора компании «Атон» Андрея Ревенко, если коррекция на рынке США и будет, то скорее незначительная. Начальник департамента торговых операций ИК «Фридом Финанс» Игорь Клюшнев согласен, что американский фондовый рынок не является безрисковым: он может как расти, так и снижаться. «Но в последние годы он растет стабильнее и спокойнее, чем рынки в Европе или Азии», — отмечает эксперт. Он указывает, что технологический сектор США в этом году уже вырос на 25%. «Лидер индекса DJ-30, компания Boeing подорожала примерно на 80%, акции Apple выросли на 45%, зато Ford прибавил всего около 3%. Все неравномерно, но в этом году рынок США растет явно лучше российского», — заключает Клюшнев.

Действительно, если посмотреть на кривую российского фондового индекса, то окажется, что с начала года рынок пережил серьезное падение (индекс Мосбиржи упал на 17%), в середине года он торговался в пределах 1 880—1 900 пунктов. В целом за год потери российского рынка акций составили 6%. Это отразилось на динамике стоимости индексных ПИФов, убытки которых, по данным НЛУ, с января в среднем составили 3,73% (правда, за три года они заработали свыше 80%). Неплохие результаты показали фонды акций, некоторые управляющие заработали для клиентов 15—20% доходности. В среднем доходность ПИФов акций с начала года была в пределах 9%.

Какую стратегию выбрать

Опрошенные Банки.ру управляющие и брокеры отмечают, что главная сложность для непрофессионального инвестора при выборе иностранных компаний заключается в его слабой информированности. Кроме общеизвестных брендов вроде Amazon или Disney, российским частным инвесторам в общем-то известно не так много американских компаний. О деятельности большинства американских компаний наши инвесторы имеют смутные представления. В отличие от тех же российских эмитентов, о которых ежедневно в Интернете выходят десятки аналитических обзоров, комментариев в СМИ. «Вряд ли частному инвестору стоит заниматься самостоятельным выбором отдельных ценных бумаг, особенно на западных площадках, поскольку их там огромное множество. Проанализировать финансовую отчетность даже 1% торгуемых компаний очень сложно», — подчеркивает портфельный управляющий УК «Альфа-Капитал» Эдуард Харин.

Управляющий директор по инвестициям «ТКБ Инвестмент Партнерс» Владимир Цупров советует начинающим инвесторам присмотреться к иностранным индексным фондам ETF либо доверить средства квалифицированному управляющему. «Многие любят также покупать западные акции «от фонаря», типа портфеля акций IT-компаний или фармакологии. С нашей точки зрения это крайне неэффективная стратегия», — предупреждает управляющий.

Финансисты предлагают несколько вариантов инвестирования. Например, можно купить акции одного-двух эмитентов на долгий срок, на 5—10 лет, и попытаться заработать на их росте. Ориентироваться при этом, по словам Андрея Ревенко из «Атона», стоит на компании, которые являются лидерами в своем секторе. Игорь Клюшнев уверен, что инвестировать в американские акции можно и 100% капитала, так как на рынке реально найти и очень надежные компании, акции которых торгуются на бирже более 100 лет, — General Electric, IBM и др.

Другой подход — покупать в портфель большое число эмитентов, акции которых слабо коррелируют друг с другом, и периодически проводить «ребалансировку», чтобы доля одной бумаги не сильно превышала долю других. Это существенно снизит риск волатильности. Однако, напоминает Эдуард Харин, инвестору придется потратиться на комиссии брокеру. «При покупке ETF фондов клиент обычно платит низкие комиссии за управление, однако на другой чаше весов — отсутствие управления, а ребалансировки внутри индекса часто носят сугубо технический характер», — поясняет он. Активно управляемые фонды, по словам Харина, имеют более высокие комиссии, но предоставляют инвестору возможность получить доходность выше индекса.

Что покупать

Как и в этом году, многие участники рынка ожидают дальнейшего роста бумаг IT-компаний, а также компаний финансового сектора. «Сектор технологий был самым доходным по итогам нескольких последних сезонов отчетов и является лидером роста 2017 года. В следующем году также жду, что они будут среди лидеров роста», — говорит Игорь Клюшнев из ИК «Фридом Финанс». Юрий Скоркин из «БКС Брокер» приводит в пример несколько инвестиционных идей: в частности, по его словам, дальнейший рост акций может показать Amazon, которая постоянно направляет большую часть выручки на разработку новых технологий, сервисов. Еще один вариант — акции производителя полупроводников для мобильных гаджетов Lamresearch. Компания также делает станки для производства чипов для мобильных устройств. «Рост мобильных гаджетов повышает спрос на потребление контента: фильмы, мультфильмы, видеоигры», — указывает Скоркин. На американском рынке есть огромные корпорации, занимающиеся производством видеоигр, контента. Это Electronic Arts, Disney, Netflix. Все эти компании, считает эксперт, будут оставаться привлекательными с ростом покупательной способности молодого поколения.

По словам опрошенных Банки.ру аналитиков, финансовый сектор может также стать лидером роста в 2018 году под влиянием налоговой реформы, дерегулирования, которое обещает новый глава ФРС Джером Пауэлл. Положительный эффект также окажет повышение ставки рефинансирования. «Стабильную прибыль всегда генерируют акции платежных систем. Они уже многие годы показывают стабильный рост», — приводит пример заместитель директора аналитического департамента «Альпари» Анна Кокорева. Например, по ее словам, акции Mastercard демонстрируют стабильный рост, только в этом году они выросли на 40%.

На волне роста рынка криптовалют аналитик также советует присмотреться к производителям видеокарт, например NVidia. «Видеокарты этого производителя идут нарасхват у желающих майнить биткоины, и пока это сильный драйвер для роста акций компании», — говорит Кокорева.

Константин Бушуев из «Открытие Брокер», помимо IT-компаний, рекомендует обратить внимание на компании в секторе драгоценных металлов, энергетическом секторе и сегменте новых финансовых технологий. «С учетом ожиданий по росту глобальной экономики можно рассчитывать на горизонт инвестиций в несколько лет», — считает он.

Альберт КОШКАРОВ, Banki.ru

Россия. США > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > banki.ru, 11 декабря 2017 > № 2420932 Альберт Кошкаров


Латвия > Миграция, виза, туризм. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > telegraf.lv, 8 декабря 2017 > № 2438266

Вернувшиеся в Латвию: это какое-то безумие

В Латвии трудно найти хорошую работу, здесь нет стабильности, низкие зарплаты, при этом цены сопоставимы с британскими – так считают реэмигранты, с которыми побеседовали журналисты передачи LNT Ziņu TOP 10.

Одна из вернувшихся на родину латвиек — Кристина Ратниеце — рассказала, что прожила семь лет в Великобритании и приехала в Латвию совсем недавно. Несмотря на то, что она довольна, что ее четырехлетний сын и двухлетняя дочь будут расти в родной среде, она уже столкнулась с проблемами. Самая главная — невозможно найти работу, которая бы достойно оплачивалась.

«Прожив первую неделю в Латвии, я поняла, что здесь очень низкие зарплаты, включая минимальную. Я считаю, что минимальная зарплата должна составлять как минимум 500 евро, потому что в виде налогов взимают 200 евро, и это много. Цены в магазинах такие же, как в Великобритании, и даже выше, вот и подумайте сами, какое это безумие», — говорит Ратниеце.

По ее словам, еще находясь в Великобритании, невозможно было вести поиски работы. Программа реэмиграции, которая стимулировала предпринимателей нанимать сотрудников посредством собеседований в Skype, не работает. План признали неудачным, хотя на него уже были потрачены деньги, которые теперь не вернуть, сетует женщина.

Другая семья реэмигрантов — Закисы — вернулась из Англии год назад после шестилетнего пребывания. Глава семейства планировал открыть в Талси свой бизнес, однако не решился из-за непредсказуемой налоговой политики.

«Находясь там, в Англии, стабильность я чувствовал сильнее, был более уверен в своем будущем, как обеспечу семью и ее будущее. Здесь я этого не чувствую. В Англии я впервые почувствовал, что возможностей найти работу больше и я не останусь без дела и без хлеба, я знал, что всегда найду какую-нибудь работу», — рассказал Закис.

По его словам, жизнь в Латвии, несмотря на невысокие в общем доходы населения, довольно дорогая. Поэтому молодая семья все еще покупает некоторые виды товаров, например памперсы, в Великобритании.

В Латвии последние десятилетия наблюдается сокращение трудоспособного населения вследствие низкой рождаемости и массового оттока людей в возрасте 20-40 лет, которые уезжают работать в другие страны Евросоюза. Еще одна из проблем Латвии — смертность, превышающая рождаемость. По данным Eurostat, в прошлом году в стране родилось 22 тысячи детей, в 2020 году прогнозируется значительное меньшее число новорожденных — всего 14 тысяч. По прогнозам, к 2020 году численность населения в Латвии может уменьшиться до 1,88 миллиона человек, а к 2030 году — до 1,63 миллиона.

В конце 2012 года правительство утвердило план реэмиграции на 2013-2016 годы, надеясь до 2016 года вернуть около 80 тысяч уехавших. Суть плана реэмиграции заключалась, главным образом, в том, чтобы обеспечивать уехавших жителей информацией о Латвии — чтобы они могли узнать все о жизни, работе и предпринимательской деятельности в стране. Однако в Минэкономики нет данных, сколько человек реально вернулись в результате действия плана реэмиграции.

Латвия > Миграция, виза, туризм. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > telegraf.lv, 8 декабря 2017 > № 2438266


Португалия > Миграция, виза, туризм. Приватизация, инвестиции. Недвижимость, строительство > prian.ru, 8 декабря 2017 > № 2418372

Португалия представила новую опцию инвестиций для получения «золотой визы»

С 26 ноября 2017 года в Португалии начали действовать новые правила программы получения ВНЖ через инвестиции.

Как сообщили корреспонденту Prian.ru в компании Henley&Partners, cогласно изменениям Закона 102/2017, иностранцы могут претендовать на ВНЖ Португалии, инвестировав от €350 000 в новую или существующую португальскую компанию на три года. Важным требованием является создание или сохранение пяти рабочих мест.

Также был изменен минимальный размер инвестиций при приобретении паев в инвестиционных или венчурных фондах. С 26 ноября 2017 года необходимо инвестировать не €500 000, а €350 000.

На протяжении последних трех лет программа Португалии занимает первое место в рейтинге инвестиционных программ мира Henley & Partners. Самым популярным вариантом инвестиций остается покупка недвижимости стоимостью от €500 000.

Португалия > Миграция, виза, туризм. Приватизация, инвестиции. Недвижимость, строительство > prian.ru, 8 декабря 2017 > № 2418372


Россия. ДФО. ЦФО > Рыба. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > fishnews.ru, 8 декабря 2017 > № 2418365

Камчатка покажет свои преимущества в Москве.

Камчатский край собирается представить в рамках выставки «Дни Дальнего Востока в Москве» более 30 масштабных инвестиционных проектов, в том числе в рыбной отрасли.

Дни Дальнего Востока в Москве будут проходить с 8 по 16 декабря на разных площадках города. «Для выставки отобраны наиболее крупные и значимые для экономики края проекты. Их направления самые различные – это и развитие туристической отрасли, и создание новых производств в агропромышленном комплексе, и модернизация портовой инфраструктуры и аэропортов края. Часть проектов уже реализуется на площадках ТОР «Камчатка» и «Свободный порт Владивосток», – рассказали Fishnews в агентстве инвестиций и предпринимательства Камчатского края. – Для презентации проектов будут использованы современные мультимедийные технологии. На выставке регион представит интерактивный проекционный макет, который позволяет наглядно и информативно в анимированном виде показать основные данные о проектах с их привязкой к географической карте».

Посетители стенда узнают о 24 перспективных проектах площадок «Зеленовские озерки» и «Паратунка» территории опережающего развития «Камчатка» и 7 проектах, заявленных к реализации в свободном порте. Среди них – проект по созданию порта-хаба по комплексному обслуживанию рыбопромысловых судов и организации перевалки рефрижераторных и сухих контейнерных грузов, проекты по созданию рыбоперерабатывающих комплексов, переоборудованию и модернизации рыбопромысловых судов и ряд других.

«Также на региональном стенде Камчатского края в течение всей выставки будут работать информационные киоски с сенсорным управлением. Каждый посетитель самостоятельно, благодаря простой и понятной навигации, сможет познакомиться с предложениями от Камчатского края в области туризма, вакансий и получения дальневосточного гектара. Теме освоения земель Дальнего Востока уделено особое внимание организаторов. В инфокиоске «1 га на Камчатке» все желающие смогут получить исчерпывающие данные о свободных к предоставлению участках, узнают о примерах ведения успешного бизнеса на гектаре, все о процедуре получения земли и специальных мерах поддержки предпринимательства в крае. Посетить наш стенд приглашаем всех, кто рассматривает возможность связать свою жизнь и работу с удивительной Камчаткой», – отметили в агентстве.

Столица увидит красоты «земли вулканов»

На выставке будет представлена мультимедийная выставка уникальных фотографий и видеороликов красивейших видов Камчатки. Кроме того, все желающие смогут испытать свои силы на современном горнолыжном тренажере: его аналог стал одним из основных экспонатов края на Восточном экономическом форуме в сентябре.

В рамках культурной программы посетители познакомятся с творчеством национальных коллективов Камчатки: эвенским ансамблем «Нулгур» и ительменским фольклорным ансамблем «Эльвель». Фотозона региона будет посвящена традиционной камчатской гонке на собачьих упряжках «Берингия». На стенде «Рестораны регионов» Камчатка представит новую концепцию быстрой и функциональной еды из продуктов, которыми одаряет людей «земля вулканов». «Блюда из камчатского меню будут созданы по специальным рецептам, позволяющим сохранить всю пользу продуктов для организма», – отметили в агентстве.

Выставочная экспозиция в «Экспоцентре» будет работать с 14 по 16 декабря включительно. «Дальневосточная ярмарка» на Тверской площади будет проходить с 8 по 13 декабря.

Россия. ДФО. ЦФО > Рыба. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > fishnews.ru, 8 декабря 2017 > № 2418365


ОАЭ > Приватизация, инвестиции > dxb.ru, 8 декабря 2017 > № 2418203

'Day for Dubai' — новая инициатива, запущенная Наследным принцем Дубая в декабре. Его Высочество шейх Хамдан бин Мухаммед бин Рашид Аль Мактум приглашает к участию в волонтерских инициативах.

В четверг утром жители эмирата получили сообщения от Наследного принца, в которых говорилось: «Присоединяйтесь ко мне на www.dayyfordubai.com, чтобы укрепить позиции Дубая как международного города благотворительности и центра терпимости и сострадания».

В сообщении содержится ссылка на приложение 'Day for Dubai', которое предлагает 14 категорий волонтерской деятельности, в том числе работу с детьми и молодежью, людьми с особыми потребностями, с пожилыми людьми. Приложение доступно для пользователей устройств Apple и устройств с операционной системой Android. Во всех категориях есть подкатегории. Таким образом, жители могут выбрать любую удобную для себя волонтерскую деятельность.

В сообщении также перечислены предстоящие мероприятия, например, марафон, саммит Всемирного правительства, Национальный день спорта ОАЭ и многое другое.

«Day for Dubai — новая инициатива, которая демонстрирует, чего можно достичь всего за один день благотворительности. Day for Dubai в дань гуманистическому наследию нашего отца-основателя в 2018 году, Году Зайеда, призывает всех поделиться своим временем, посвящая, по крайней мере, один день в году волонтерству, — помогая нуждающимся, улучшая и поддерживая наш город и наше сообщество. Благотворительность может принимать различные формы, включая, помимо прочего, ваше время, ваши умения, увлечения и ваше сострадание. Вместе мы можем сделать Дубай самым выдающимся городом всего за один день», — говорится в сообщении.

Жители Дубая рассказывали о полученных SMS в социальных сетях и выражали готовность присоединиться к инициативе.

Для участия жители также могут зарегистрироваться на сайтах www.cda.gov.ae, www.dubaicares.ae, www.volunteerinuae.com

Источник: Khaleej Times

ОАЭ > Приватизация, инвестиции > dxb.ru, 8 декабря 2017 > № 2418203


Казахстан. Германия > Приватизация, инвестиции > kapital.kz, 7 декабря 2017 > № 2522959 Ханс Бишофф

Ханс Бишофф: Казахстан — это Швейцария в Азии

Представитель KAZAKH INVEST в Германии пообещал привлечь в страну большие инвестиции

По мнению Ханса Бишоффа, Казахстан ввиду стабильной политической ситуации, выгодного географического расположения и богатых сырьевых ресурсов вызывает большое доверие у действующих и потенциальных инвесторов из Германии. На данный момент представитель KAZAKH INVEST ставит во главу угла работу с представителями маленьких и средних немецких компаний, но подчеркивает, что сотрудничество с МСБ требует большой разъяснительной работы. Об этом он рассказал в интервью корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz.

— Мистер Бишофф, расскажите, пожалуйста, какую заинтересованность проявляют инвесторы из Германии к Казахстану?

— Инвесторы проявляют большой интерес к Казахстану и осуществляют вложения в различные проекты. Однако при работе с немецким бизнесом мы в основном делаем упор на представителей маленьких и средних компаний. Надо отметить, что они создают достаточное количество рабочих мест, и при этом подчеркну, что Германия — страна номер один по привлечению рабочей силы на свои проекты. Поэтому они (предприниматели. — Ред.) приоритетно рассматривают развивающиеся рынки, к которым относится и Казахстан. Стоит отметить, что Казахстан — это быстрорастущий рынок. Страна соседствует с такими странами, как Россия и Китай, располагает большими ресурсами. У нас в Германии практически нет ресурсов, зато есть производство. Германия также является страной номер один по экспорту, в том числе и новых технологий. Однако у нас нет ни ресурсов, ни энергии, поэтому многие компании из Германии ищут выход на другие рынки. Кроме того, в Германии существуют проблемы с экспортом в Россию. В связи с этим Казахстан является надежным хабом для инвесторов еще и потому, что в республике стабильная политическая ситуация. При этом Казахстан является уникальной страной «по отношению» к Китаю и России, то есть РК — это безопасное место, как «Швейцария в Азии». Поэтому ваш рынок будет привлекательным для вложений.

— Не могли бы вы назвать компании из Германии, которые заинтересованы в открытии и запуске совместных производств с Казахстаном?

— Это, к примеру, такие крупные компании как Siemens, Metro, Linde, Knauf, Bilfinger. Уже есть 15 крупнейших игроков, которые инвестируют в Казахстан, а также около 10 небольших компаний. Кроме того, есть пул из 20 компаний, которые заинтересованы в экспорте своей продукции и вложениям в Казахстан в ближайшем будущем. Отмечу, что инвестирование — очень длительный процесс. У крупных компаний есть отдельный департамент, который занимается освоением нового рынка. Что касается маленьких компаний, о которых я говорил, то, конечно, им необходимо время, чтобы изучить рынок, и поддержка от правительства. В частности, от компании KAZAKH INVEST.

— Какие на сегодня существуют барьеры, препятствующие компаниям из Германии выйти на казахстанский рынок?

— Во-первых, должна быть надежная инвестиционная программа, необходимы дискуссии на политическом уровне. Мы понимаем, что инвестиции всегда влекут за собой какие-то барьеры. И каждая инвестиция требует отдельного решения. Необходимо также, чтобы эти решения были приняты между правительствами Казахстана и Германии. У РК очень хорошая географическая позиция. Например, если мы выбираем куда вкладывать — в Китай или Россию — мы тут же понимаем, что здесь есть и Казахстан. И мы можем из РК свои товары ввозить и в Китай, и в Россию и в то же время поставлять их на юг вашей республики. При этом Казахстан вполне может стать новым хабом для инвестиций, потому что имеет очень выгодное географическое расположение. Плюс в республике очень хорошие расходы и самоокупаемость. Я уже говорил со многими немецкими компаниями по поводу сельского хозяйства — это очень хороший сектор для вложения. В целом, я думаю, между нашими странами есть отличные возможности на правительственном уровне решить все вопросы.

— О какой сумме инвестиций со стороны немецких компаний уже можно говорить?

— Я работаю в KAZAKH INVEST всего 3 месяца и пока однозначно не могу назвать какие-то цифры, но полагаю, что смогу привлечь очень много инвестиций в Казахстан. Думаю, что смогу сыграть важную роль в передаче знаний о вашей стране немецким бизнесменам. Я сам из Германии и могу рассказать о Казахстане «верными словами». Это является очень важным фактором, так как вызывает большее доверие у немецких предпринимателей. Я могу расписать маркетинговый план, которому граждане Германии будут доверять, то есть вложу в проект «свое немецкое сердце и душу» и постараюсь создать надежную доверительную площадку между двумя странами.

— Могли бы вы назвать ведущие сектора казахстанской экономики, к которым инвесторы из Германии проявляют больший интерес?

— Инфраструктура и сельское хозяйство. Сейчас много немецких компаний работает в сфере АПК, потому что в Германии сельское хозяйство очень развито, и в этой сфере у нас применяется очень много различных технологий. К примеру, мы знаем, как из одного квадратного метра земли создать как можно больше продукции. И если рассматривать Казахстан, то здесь мы можем говорить о совместном выращивании зерновых культур и производстве товаров.

Казахстан. Германия > Приватизация, инвестиции > kapital.kz, 7 декабря 2017 > № 2522959 Ханс Бишофф


Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука > bfm.ru, 7 декабря 2017 > № 2471797 Анатолий Чубайс

Анатолий Чубайс: «Нива» — единственный признанный потребительский бренд СССР»

Глава «Роснано» подчеркнул, что в СССР, конечно, были крупномасштабные технологические достижения, но на потребительском рынке запомнилась только «Нива». Сейчас же, по мнению Чубайса, дела с этим в России обстоят куда хуже

Анатолий Чубайс назвал автомобиль «Нива» единственным признанным в мире потребительским брендом Советского Союза. Об этом глава «Роснано» заявил на пленарной сессии VI Конгресса предприятий наноиндустрии, который открылся в Москве.

«Нас всегда частенько тут критикуют: а покажите, что вы сделали, где я могу вашу купить, в каком магазине она продается? Мы как-то там отвечаем, говорим: ну как же так, ребята, вот у вас наши чипы в карте «Тройка», наши чипы в биопаспортах. Поверхностный ответ состоит в том, что а мы и не должны этим заниматься, все в порядке, и отстаньте от нас. Если шире посмотреть на проблему, вот мы можем с вами навскидку назвать появившиеся за последние 10-15 лет, да даже 25 лет массовые потребительские российские товары? Я сейчас даже не про нанотехнологии, не про нас. А назвать российский бизнес, который бы за последние 25 лет создал бренды, а тем более глобальные, а не российские в области B2C? Я не берусь, вроде бы их и нет. Тогда, наверное, причина глубже. Что у нас в бэкграунде историческом в стране? У советской власти были крупномасштабные технологические достижения, собственно, их перечень известен всем. А назовите мне сколь бы то ни было масштабные советские потребительские продукты успешные. Кстати говоря, если уж здесь искать, то на самом деле один продукт был, который миром признан как советский потребительский продукт нового класса. Он назывался джип «Нива», но это, скорее, исключение из правил. Почему этого не было в советское время, на самом деле понятно. Потому что конструкция советской экономики была вся заточена на то, чтобы создавать крупные проекты лишь в том случае, если заказчик нравится государству. Космос, оборона — понятно, атомная бомба, тут и говорит нечего — понятно. Такого масштаба вещи, особенно опираясь на шарашки гулаговские, очень эффективно решались в Советском Союзе. Кто хочет повторить? Я бы не рекомендовал».

Анатолий Чубайс также сказал, что через пять или десять лет наноиндустрия войдет в первую тройку по объемам экспорта российской высокотехнологичной продукции.

Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука > bfm.ru, 7 декабря 2017 > № 2471797 Анатолий Чубайс


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 7 декабря 2017 > № 2449021 Ольга Курилова

Ольга Курилова: Наша задача - сделать Дальний Восток лучшим регионом для ведения бизнеса

ИА AmurMedia представляет интервью руководителя дальневосточного представительства Агентства стратегических инициатив

Агентство стратегических инициатив в пятницу, 8 декабря проведет в Хабаровске мероприятие, на котором подведет итоги и обсудит планы работы в Дальневосточном федеральном округе. В преддверие события руководитель дальневосточного представительства Агентства Ольга Курилова дала эксклюзивное интервью корр. ИА AmurMedia.

— Ольга Сергеевна, расскажите про деятельность АСИ на Дальнем Востоке. Какие сегодня приоритеты у АСИ? В каком направлении вы двигаетесь?

— Приоритеты у нас остаются прежними – улучшение инвестиционного климата в регионе. И перед нами стоит масштабная задача – к 2020 году вывести Дальний Восток в число регионов с лучшими в стране условиями ведения бизнеса, войти в ТОП-30. Сегодня ни один из дальневосточных регионов не входит в эту тридцатку по национальному рейтингу. Лучший из них, Хабаровский край, занимает 40-е место.

— Что нужно сделать регионам, чтобы улучшить свои показатели?

— Нужно перестроить свою работу, уйти в проектный формат, и как можно быстрее снизить административные барьеры, перевести все межведомственное взаимодействие в электронную форму. Это то, что поможет субъектам сократить количество процедур для бизнеса и сроки их проведения – ведь зачастую мы видим, что сроки получения различных разрешений сокращаются, но в то же время увеличивается количество шагов, которые необходимо предпринять бизнесу для налаживания полноценной работы. И власти стремятся нарастить это количество, что никак не идет на пользу бизнесу.

— Такая практика распространена только в регионах или это общефедеральный тренд?

— Год от года мы видим разную практику правоприменения федерального законодательства. Вроде бы вот он – закон, и на первый взгляд все понятно. Но внутри него есть масса отступлений, подзаконных актов, которые каждый субъект трактует по-своему, а дальше на региональном и муниципальном уровне появляются свои нормативные акты, отступления, регламенты и прочее, которые выгодны какому-то конкретному направлению. Отсюда возникают барьеры. Мы же просим исключить избыточность в этом плане. Для бизнеса важна скорость, темп работы, для него время – это деньги. Есть предприниматели, которые пытаются зайти в регион по два года, ждут различных согласований и разрешений, а потом разворачиваются и уходят. В итоге мы видим где-нибудь на Урале новую медицинскую клинику, которая должна была быть построена на Дальнем Востоке.

— И много таких случаев?

— Достаточно. Но за последние два года их количество уменьшилось, потому что региональные власти развернулись к бизнесу. На различных совещаниях мы говорим о том, что властям на местах нужно выполнять социальные обязательства, улучшать качество дорог, строить инфраструктуру и так далее. Для чего это нужно? Деньги в бюджет идут не только от того, что в регионе реализуются крупные инвестпроекты, а еще и от того, что здесь есть хорошие условия для малого и среднего бизнеса. Эти небольшие предприятия дают работу людям, платят налоги, заботятся о городах и их привлекательности: кто-то облагораживает двор, строит спортивную площадку, кто-то улучшает скверы и так далее. Одни показывают свою работу – в СМИ, в соцсетях, а другие нет, потому что считают, что так и должно быть. Когда наше агентство работает по части благотворительности, то зачастую узнаем, что бизнес уже помогает тем, кто нуждается. Есть вещи, которые нужно менять в сознании людей. Безусловно, для любого дела важна прибыль, даже, к примеру, для государственного медицинского учреждения – им важно заработать на коммерческой деятельности, разрешенной им законодательно, чтобы впоследствии улучшить оснащение и материально-техническую базу. Но для успешной работы бизнеса в социальной сере нужно ликвидировать избыточность контрольно-надзорной деятельности, пресечь кляузничество в отношении предпринимателей. И власти зачастую не замечают этих моментов. Наша же цель – создать условия для развития предпринимательства. Решил человек открыть кофейню – ему должно быть предельно понятно, какие шаги предпринять и какие результаты это принесет. Он заходит на портал и видит, как получить субсидию, какие документы собрать и какие отчеты подготовить. А то получается так: там приостановили, здесь неправильно документ заполнили, ошиблись, и так далее – и вместо недели процедура растягивается на месяц. Если мы хотим создать условия для развития предпринимательства, то должны понять, что время посредников уходит. Электронный документооборот позволяет это сделать. Нам важно, чтобы бизнес получил услугу быстро. Сейчас возникло много вопросов по долевому строительству, и наше представительство тоже принимало участие в разрешении проблем. Так вот, я скажу – строителям тоже должны много денег – региональные, муниципальные власти, другие структуры. И процедуры получения технических условий везде разные. Я сижу на совещаниях и слышу, какие недобросовестные у нас предприниматели, что перестали строить. Наверное, нужно понять, почему они это перестали делать?

— Как правило, это происходит тогда, когда органы власти не дорабатывают и пытаются списать свои неудачи на население либо на бизнес. И наоборот.

— Конечно. И это очень плохо, когда такой футбол происходит. Почему у Дальнего Востока были низкие позиции в рейтинге инвестпривлекательности? Мы три года слышали "рейтинг для нас не подходит, он неправильно считает, потому что наш регион особенный". В итоге время потеряно. Кавказ тоже был особенным, но работал. Северо-Запад, Калининград, Псков, Сибирь, Ямал – все считают себя особенными. Но на самом деле – в чем особенность? Географическое положение субъекта не влияет на его позиции в рейтинге. Разве другие правила регистрации прав собственности? Почту голубями доставляют? Законы по-другому работают? Нет. Когда стали разбираться, то выяснилось, что большая часть показателей, влияющих на рейтинг, зависит от работы местных властей. Важно захотеть поменять ситуацию. Но власти не всегда готовы признавать свои недоработки. Три года назад мы проводили совещание с губернатором и правительством Хабаровского края, и Вячеслав Шпорт сказал: "коллеги, есть моменты, в которых мы не дорабатываем". Когда мы поняли, в какой точке находится Хабаровский край, работа кардинально поменялась. Важно понять, где находится субъект, провести аудит и начать работать.

— То есть по сути губернатор изменил формат взаимодействия?

— Самым важным в истории успеха стал момент, когда в работу включились губернаторы. Бизнес – это же тоже часть населения. Экономика, бюджет. Это то, что формирует социальную инфраструктуру. Поэтому когда губернаторы стали заниматься, к примеру, глава Хабаровского края Вячеслав Шпорт и глава Амурской области Александр Козлов, чьи регионы существенно улучшили свои позиции в рейтинге, у нас вообще перестали возникать вопросы. Александр Левинталь, когда возглавил правительство Еврейской автономии, сразу погрузился в проблему. Олег Кожемяко понял, что без его решения процедура реформирования запущена не будет, и результаты появились. Бизнес должен видеть отклик в глазах властей, а не поручения, которые остаются на бумажке. Почему предприниматели перестали обращаться к властям? Потому что они не видели результатов. Сейчас, когда власть развернулась в их сторону, и бизнес видит результаты этого взаимодействия, картина стала меняться.

— АСИ на Дальнем Востоке реализует проекты и в социальной сфере. Хотелось бы узнать более подробно о них. Для чего это нужно АСИ?

— Когда создавалось агентство, 6 лет назад, у нас было три направления работы. Первое направление касалось нового бизнеса – его появление неизбежно в связи с возникновением новых трендов. Второе направление – молодые профессионалы, подготовка кадров, "World skills", который сейчас популярен во всей стране. Третье направление – социальные проекты. Так была сформирована повестка агентства. Сейчас социальные проекты выходят на первый план. Раньше было сложнее.

— С чем это связано?

— Появился 422 закон по социальному обслуживанию граждан. Появился доступ СО НКО в социальную сферу. Обсуждается статус социального предпринимательства, возникает необходимость законодательно утвердить понятие "социальный предприниматель". Это связано с тем, что федеральные власти увидели ресурс в НКО и предпринимателях, занятых в социальной сфере, увидели, что они смогут создать конкуренцию тем структурам, которые находятся в государственном ведомстве, взять полномочия для того, чтобы сэкономить бюджетные средства и обеспечить качество услуг. К примеру, по полису ОМС вы можете получить услуги и в негосударственной медицине – многие частные клиники идут на это. Вам выдали сертификат – вы отправили ребенка в лагерь на лето. И не важно, в какой – государственный или частный. Деньги возместит бюджет. По сути, не важно, куда пойдут деньги, важно, чтобы человек получил качественную услугу. Это и президент подчеркивал в своем послании Федеральному собранию еще в 2014 году.

— Есть ли риски этой системы? Многие государственные учреждения во многом не готовы конкурировать с бизнесом. Они привыкли работать больше на потоке денег, который идет от государственных структур. Есть ли в этом риск?

— Время продиктовало, что пора меняться. Без конкуренции развиваться никто не будет. Во всем мире так принято. Мы можем приехать в больницу и не понять, частная она или нет. Получаете услугу и потом узнаете, то больница принадлежит субъекту. Это показывает, что в регионе существует конкуренция между социальными учреждениями. Законодательство меняется. И перестраивается вся система. Мы также видим, что бизнес может оказывать более качественную социальную услугу, нежели государственное учреждение. Речь идет о том, что 10% таких услуг нужно передать СО НКО и бизнесу. Остальное остается в государственном ведомстве.

— Выгодно ли бизнесу заходить в эти сферы и начинать развиваться, предоставлять социальные услуги?

— Если в конкурентном поле — то выгодно. По большей части — нет. Если в крупных городах идет развитие в этом направлении, то в небольших муниципальных районах есть проблемы. Когда мы начинали проект по рейтингу инвестпривлекательности, увидели исключения. Мы поняли, что региону необязательно находиться в центральной части России и иметь огромный бюджет, чтобы эффективно работать. Оказалось, что можно сокращать административные барьеры для предпринимателей, улучшать качество предоставляемых им услуг, предотвращать их отток из региона и без дополнительных вливаний. Та же история и с социальной сферой. Сейчас много в прессе информации о том, что государство уходит из социальной сферы. Но этого никогда не будет. Бизнес не сможет взять на себя государственные обязательства, так принято во всем мире. Но есть проблемы, с которыми государство без помощи бизнеса не справится.

— Какие проекты социального направления планируется реализовать в Хабаровском крае?

— Буквально недавно обсуждали, и нас поддержал губернатор, проект для людей с ограниченными возможностями здоровья. Он связан с сопровождением людей с ОВЗ по принципу "одного окна" при установлении инвалидности и обеспечением техническими средствами реабилитации. Здесь необходимо сокращать сроки прохождения процедур и получения медицинских заключений. Получение инвалидности у людей занимает несколько месяцев, и наша задача – совместно с министерством социальной защиты населения Хабаровского края сделать так, чтобы эти сроки сократились. Подобный проект реализуется в Самарской области.

— Можно ли назвать АСИ мостиком между властью и обществом?

— Изначально мы задумывались как площадка для диалога власти и бизнеса. Но мы сейчас стали партнерами, как с органами власти, так и с бизнесом. У нас есть возможность донести до властей проблемы бизнеса. У нас очень много проектов в сфере образования, социальной сфере, национальной технологической инициативы. Наша задача – донести до регионов важность реализации проектов и добиться, чтобы агентство было не только площадкой для диалога, но и партнером для решении социально-экономических проблем. Мы – за доверие между нами, властью и бизнесом. Если мы объединим усилия, то достигнем совершенно других результатов.

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 7 декабря 2017 > № 2449021 Ольга Курилова


Россия > Экология. Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ > ecolife.ru, 6 декабря 2017 > № 2445434

С помощью проекта ОНФ "Генеральная уборка" ликвидировано 6 тыс. свалок

Спецпредставитель президента по вопросам экологии сообщил, что еще более 8 тыс. таких объектов переданы властям регионов

С помощью проекта Общероссийского народного фронта (ОНФ) «Генеральная уборка» ликвидировано 6 тыс. мусорных свалок, еще более 8 тыс. таких объектов переданы властям регионов. Об этом сообщил специальный представитель президента по вопросам природоохранной деятельности, экологии и транспорта Сергей Иванов на Всероссийском форуме волонтеров.

«Нам нужен настоящий народный контроль над мусорными объектами. В начале этого года ОНФ создал интерактивную карту свалок, на которую любой неравнодушный гражданин может отметить место нелегального размещения отходов. Сейчас поступило уже 14 тыс. 700 сообщений на эту карту ОНФ, и благодаря принятым мерам 6 тыс. свалок ликвидировано», — сказал Иванов. Он добавил, что материалы по остальным заявлениям граждан переданы в местные органы власти.

При этом, по словам Иванова, «особенно ценно то, что люди не только сообщают о нарушениях, они сами охотно принимают участие в наведении порядка». Так, добавил спецпредставитель президента, проведено порядка 1100 различных субботников, в которых было задействовано 162 тыс. добровольцев, «это очень солидная и приятная цифра».

Иванов отметил, что сам несколько раз участвовал в таких мероприятиях, вместе с руководством столичного региона, Московской области, «которые выходят на работу в сапогах, с лопатами, с граблями — и молодежь ведет за собой». «Я считаю, что любой руководитель должен поступать именно таким образом», — добавил он.

Кроме того, спецпредставитель президента РФ призвал применять современные форматы для привлечения граждан к экологической волонтерской деятельности. Иванов отметил, что экологическая волонтерская деятельность «всегда вызывала неподдельный интерес у социально активных граждан вне зависимости от их возраста». «Однако для того, чтобы вовлечь в наши ряды максимальное число единомышленников, помимо пропаганды и просвещения нужно вдумчиво использовать современные привлекательные форматы добровольческой деятельности», — считает он.

«Это могут быть различные увлекательные игры, квесты, состязания. Я сам принимал в этом году участие [в одном из мероприятий такого формата], мне очень понравилось, как это по современному происходит», — пояснил Иванов.

В частности, спецпредставитель президента отметил активность граждан в программах лесовосстановления. По его словам, только в мероприятиях в рамках Всероссийского дня посадки леса 14 мая этого года приняли участие несколько сотен тысяч человек.

Проект ОНФ «Генеральная уборка» был запущен в конце января 2017 года в связи с началом в России Года экологии. В рамках проекта работает сетевой ресурс «Интерактивная карта свалок», на котором граждане могут самостоятельно отметить места, где, по их мнению, действуют нелегальные свалки. На основе поступивших сигналов коммунальные службы при содействии ОНФ проверяют информацию и принимают меры по ликвидации незаконных мусорных полигонов.

Россия > Экология. Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ > ecolife.ru, 6 декабря 2017 > № 2445434


Россия > Экология. Приватизация, инвестиции > ecolife.ru, 6 декабря 2017 > № 2445430

Донской рассказал о добровольцах Года экологии

Порядка миллиона добровольцев помогали российским заповедникам и национальным паркам в Год экологии, заявил министр природных ресурсов и экологии Сергей Донской на Всероссийском форуме добровольцев.

«Именно в этом году мы увидели, как ширится круг подвижников заповедного дела. В 2017 году на территории заповедников и национальных парков России поработало до миллиона добровольных помощников. Сотрудники заповедников регулярно открывают волонтерские сезоны, заранее формируя списки работ для добровольцев», — сказал Донской.

По его словам, среди лидеров по вовлечению волонтеров в проекты следует назвать Кроноцкий заповедник, национальные парки Кенозерский и Таганай, заповедники Столбы и Полистовский. Как правило, в них требуется помощь в научной, охранной, эколого-просветительской, хозяйственной деятельности.

«Принять участие в волонтерской программе заповедника могут все желающие. По сути, главным критерием отбора является желание, любовь к природе и трудолюбие. Волонтеры должны проявить готовность расчищать экскурсионные тропы и смотровые площадки от снега и природного мусора, готовить кордоны к туристическому сезону, восстанавливать инфраструктуру и архитектурные объекты, проектировать музейное пространство, расчищать нерестилища для рыб», — добавил министр.

В качестве одного из ярких примеров добровольной поддержки деятельности охраняемых природных территорий Донской назвал уборку Арктики.

«На протяжении нескольких лет вместо теплых морских берегов многие люди выбирали Русский Север, чтобы очистить его от металлолома и других отходов. Мы очень благодарны этим людям», — подчеркнул Донской.

Россия > Экология. Приватизация, инвестиции > ecolife.ru, 6 декабря 2017 > № 2445430


Казахстан. ОАЭ > Недвижимость, строительство. Приватизация, инвестиции > inform.kz, 6 декабря 2017 > № 2417613

Выгоду от крытого бульвара в Астане озвучил Асет Исекешев

Аким Астаны Асет Исекешев озвучил выгоду, которую можно получить от строительства крытого бульвара «Нурлы жол» в столице Казахстана, передает корреспондент МИА «Казинформ».

«Этот проект будет реализовываться только за счет частных инвестиций. Пока идет работа над проектом, ведутся расчеты. Там принимают участие иностранные инвесторы. Пока работа не завершена, все детали рассказать не можем. Для нас это фактор не только архитектурного украшения, но и создания большого количества рабочих мест, где будет очень много возможностей для частного бизнеса в части торговли, креативных индустрий», - рассказал он журналистам перед началом общенационального телемоста.

Ранее сообщалось, что акимат Астаны начнет искать инвесторов для строительства крытого бульвара «Нурлы жол». Для этого предполагалось проведение всемирной кампании по привлечению инвестиций. Проект крытого бульвара был предложен Президенту Казахстана Нурсултану Назарбаеву во время встречи с инвесторами из ОАЭ. Согласно замыслу авторов идеи, на протяжении всего бульвара будет установлена крыша, которая позволит создать благоприятный микроклимат.

Казахстан. ОАЭ > Недвижимость, строительство. Приватизация, инвестиции > inform.kz, 6 декабря 2017 > № 2417613


Россия. ЦФО > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 6 декабря 2017 > № 2414320 Павел Самиев

Господдержка во спасение: что сделает доступнее кредиты для малого бизнеса

ПАВЕЛ САМИЕВ

управляющий директор Национального рейтингового агентства, генеральный директор БизнесДром

Высокие риски и отсутствие залогов – банальные причины низкой доступности кредитов для малых предпринимателей. Банки будут готовы кредитовать МСП, только разделив эти риски с государством – под поручительства и гарантии. И это сейчас единственный драйвер роста рынка.

Число фирм и предпринимателей, относящихся к малому и среднему бизнесу (МСП), постепенно растет. По данным Счетной палаты, с 2010 по 2016 год их количество увеличилось почти на треть – с 4,6 млн до 5,8 млн (на 28%). Самые высокие темпы роста за последний год – в Москве и Санкт-Петербурге: на 5,2% и 3,8% соответственно.

При этом вопросы привлечения финансирования в малый бизнес остаются злободневными. С одной стороны, предпринимателям сегодня вроде бы доступен довольно широкий перечень инструментов финансирования МСП. С другой – их развитие является неоднородным. Кредитование малого и среднего бизнеса, несмотря на относительную стабилизацию экономической ситуации, по-прежнему стагнирует (несколько лет подряд – сокращалось). По расчетам Фонда содействия кредитованию малого бизнеса Москвы, в 2016 году объем предоставленных кредитов МСП сократился на 3% (до 5,3 трлн рублей). С начала 2017 года рынок кредитования МСБ показывает рост после падения за последние пару лет. При этом доля кредитов МСБ в рыночном портфеле продолжает оставаться низкой – 9% по Москве и 14% по России.

Восстановление рынка более заметно идет в Москве и в первую очередь – в банках топ-30, которые за девять месяцев выдали в столице кредиты МСБ в объеме 668 млрд рублей, что в 2,1 раза больше, чем за три квартала 2016 года.

Проблемы в сегменте МСП все те же – высокие риски кредитования, финансовая неустойчивость предпринимателей, большая просрочка. Поэтому требования к заемщикам по-прежнему очень жесткие. По Москве просрочка достигла максимума в сентябре – 19,8%, годом ранее – 14,1%, риски этого сектора остаются высокими. В целом по России просрочка по МСБ была на уровне 14–15%.

Господдержка сегодня значительно улучшает ситуацию. Напомню, что в России работает Национальная гарантийная система, которую возглавляет Федеральная корпорация по развитию малого и среднего предпринимательства (Корпорация МСП), в структуру также входят МСП Банк и региональные гарантийные фонды. В Европе субъекты МСП так же, как и в России, могут получить комплексную финансовую поддержку – начиная от грантов на создание бизнеса и заканчивая гарантиями и субсидиями для успешно развивающегося бизнеса. В Великобритании, например, с 2009 года работает программа субсидирования кредитных ставок для фирм из сегмента МСП. В Германии есть KfW, аналог МСП Банка, который предоставляет малому бизнесу дешевые кредиты и гарантии на финансирование и стимулирование инвестиционных проектов для целей пополнения оборотных средств. Также в Германии существуют специализированные банки, покрывающие часть рисков невозврата ссуд МСП.

Основная задача гарантийной поддержки российского малого бизнеса состоит в решении проблемы нехватки обеспечения у предпринимателей. Это типичная ситуация, когда бизнес развивается, появляется необходимость в запуске или расширении производства, закупке нового оборудования, но у заемщиков этой категории недостаточно активов, которые бы кредитор принял в качестве залога. Гарантийные фонды как раз и могут помочь предпринимателям с обеспечением, а для банков закрывается существенная доля рисков. Поручительства гарантийных фондов в регионах относятся ко второй категории кредитного качества и воспринимаются финансовыми организациями как высококачественное обеспечение.

Некоторое время система господдержки малого бизнеса в России только набирала обороты: на кредиты с госгарантиями приходились доли процента от общего портфеля банков. Ситуация стала меняться в 2017 году.

Крупнейшие банки, стремясь снизить риски этого сектора, активно включились в работу программ господдержки, что уже принесло свои плоды. Так, в Москве за девять месяцев 2017 года было выдано в 3,3 раза больше поручительств, чем за аналогичный период 2016-го. С учетом данных за октябрь в 2017 году уже выданы поручительства в объеме 9 млрд рублей, а МСП привлекли в банках около 16 млрд рублей кредитов и гарантий. Доля новых сделок с господдержкой в Москве у банков топ-30 достигла в сентябре максимальных 4,5%.

Заявок предпринимателей действительно стало больше. В гарантийных фондах увеличился поток заявок от банков, также стали поступать напрямую заявки от предпринимателей. Только в Москве количество договоров выросло в 1,7 раза, объем поручительств увеличился в 3,3 раза, финансирование МСП при господдержке выросло в 2,9 раза по итогам трех кварталов 2017 года (по отношению к аналогичному периоду 2016-го). Количество заявок обычно на 10–15% больше, чем количество договоров, так как некоторым предпринимателям гарантийные фонды отказывают из-за слабого финансового состояния, недостоверных данных, сокрытия каких-то негативных моментов. Но сам факт роста спроса налицо.

В рамках господдержки предприниматели могут получить поручительства по кредитам и банковским гарантиям до 70% от суммы долга (до 100 млн рублей) по ставке 0,75% годовых. Поручительства выступают смягчающим инструментом по требованиям банков к заемщикам. Иногда благодаря поручительству кредитор снижает ставку, а порой даже может пойти частично на так называемую бланковую часть. Конечно, это на усмотрение банка, но так как сделка при господдержке более обеспеченная, по ней ниже резервы, и кредитная организация предлагает заемщику-предпринимателю ставку на 0,5–1 процентный пункт ниже, чем в общем случае.

Развитие кредитования МСП с помощью господдержки позитивно отразится и на развитии малого бизнеса, и на экономике страны в целом, и на региональных экономиках. К примеру, при введении дополнительного инструмента поддержки – компенсации процентной ставки – заметно вырастут налоговые поступления в бюджет. В Москве это позволит увеличить налоговые отчисления заемщиков более чем на 100 млн рублей, а также нарастить объем кредитования компаний и предпринимателей из сферы МСП на 10–15% (суммарно 1–1,5 млрд рублей в год). Если масштабировать эти цифры на всю страну, эффект получится впечатляющий.

Россия. ЦФО > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 6 декабря 2017 > № 2414320 Павел Самиев


Россия > Образование, наука. Приватизация, инвестиции > fadm.gov.ru, 6 декабря 2017 > № 2414295

Срочная новость: 2018 год объявлен Годом добровольца и волонтёра

Яркое шоу, посвящённое современному волонтёрскому движению и истории его развития, прошло 6 декабря во Дворце спорта «Мегаспорт». Зрителями и участниками представления стали 15000 человек. Лейтмотивом церемонии выступила мысль о том, что волонтёрство – это не только помощь нуждающимся, но и возможность реализовать себя, найти собственный путь, развивать инициативность, ответственность, коммуникабельность и многое другое.

Во время концерта прошло награждение победителей Ежегодной премии «Доброволец России». В церемонии принял участие Президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин.

«Забота о ближних, милосердие, готовность служить Отечеству – в душе, в характере, в культуре нашего народа! – сказал глава государства. – Волонтёрское движение объединило вас в стремлении делать добро, быть там, где вы нужны. Нам с вами по плечу любые, самые сложные, задачи, поэтому предлагаю объявить 2018 год Годом добровольца и волонтёра! Это станет признанием ваших заслуг и оценкой вклада в развитие нашей страны!».

Президент России вручил премию волонтёру года, которым стал директор АНО «Центр развития экологических и социальных проектов» и руководитель общественного международного проекта «Сохраним Байкал» Максим Токарев. За годы работы в Байкальском регионе им и его командой добровольцев было проведено свыше 150 крупных мероприятий, направленных на сохранение хрупкой природы. Благодаря проекту с побережья озера Байкал было вывезено более 900 тонн мусора, 40% из которого отправилось на вторичную переработку. В мероприятиях приняли участие более 10 000 волонтеров.

Победитель конкурса спросил Владимира Владимировича Путина о его планах на предстоящие выборы. «Это всегда, для любого человека, очень ответственное решение, потому что мотивом к нему может быть только стремление улучшить жизнь людей, сделать страну более сильной и мощной, страной, устремлённой в будущее. Достичь этих целей можно только при условии, что люди доверяют и поддерживают», – ответил Президент РФ, пообещав, что решение будет принято в скором времени. Зрители в зале отреагировали бурными овациями и возгласами одобрения.

Также на концерте огласили имена победителей в социальном, событийном, медицинском волонтёрстве и лучший региональный штаб «Волонтёров Победы».

Победила в номинации «Медицинское волонтёрство» Алёна Потапова из Саранска, представившая проект «Профилактика социально-значимых заболеваний в Республике Мордовия». Премию Алёна получила из рук актёра театра и кино, народного артиста России Евгения Миронова и кандидата медицинских наук, ведущего канала «Россия-1» Александра Мясникова.

Продюсер, автор проекта #ЖИТЬ Игорь Матвиенко и российская журналистка и телеведущая Дарья Златопольская вручили награду Кристине Станкевич из Гатчины (Ленинградская область), ставшей лучшей в номинации «Социальное волонтёрство». Девушка реализует региональный социальный проект «Другими Глазами», направленный на снижение подростковой преступности в Ленинградской области. Добровольцы в рамках проекта индивидуально сопровождают 140 подростков, находящихся в трудной жизненной ситуации и состоящих на профилактическом учете в органах внутренних дел по Ленинградской области.

Первое место среди событийных волонтёров было отдано Денису Франчуку из Новосибирска, который помогал в организации нескольких десятков мероприятий, в том числе V Международного форума технологического развития «ТЕХНОПРОМ – 2017», Международного конгресса женщин стран ШОС и БРИКС, IV Всероссийских открытых соревнований среди юных биатлонистов «Кубок Анны Богалий», Всероссийских соревнований по каратэ «Кубок маршала А. И. Покрышкина», «Гонки героев», «Бессмертного полка», Всероссийского полумарафона «ЗАБЕГ» и других. В награждении приняли участие генеральный директор Организационного комитета по подготовке и проведению Чемпионата мира по футболу «Россия 2018» Алексей Сорокин и телеведущий, журналист Андрей Малахов.

Рязанское региональное отделение Всероссийского общественного движения «Волонтёры Победы», реализующее проекты по сохранению исторической памяти о Великой Отечественной войне и обеспечению эффекта сопричастности молодого поколения с великими историческими событиями, победило в соответствующей номинации. На конкурс организация представила проект «Рисунки Победы», в рамках которого на стены городских пространств были нанесены изображения, информирующие о событиях войны 1941-1945 годов. По замыслу организаторов, визуализация способствует изучению истории. Победителей наградили сопредседатель Общероссийского общественного движения «Бессмертный полк России» Василий Лановой и спортсмен, герой России, политический деятель Александр Карелин.

Во время представления зрителям рассказали о рождении добровольческого движения, сестрах милосердия, дружинниках, патриотических и волонтёрских проектах. С экрана к добровольцам обратился российский космонавт Сергей Рязанский, находящийся на Международной космической станции.

Всероссийский форум добровольцев – главное событие в сфере волонтёрства. Он состоялся в Москве с 4 по 6 декабря. В рамках мероприятия прошли образовательная программа, церемония награждения лауреатов Ежегодной премии «Доброволец России – 2017», международная акция #ЯтожеДоброволец (атмосферадобрыхдел.рф, benefaction.ru), а также праздничный концерт в честь Национального дня волонтёра.

Организаторами Всероссийского форума добровольцев являются Федеральное агентство по делам молодёжи и ФГБУ «Роспатриотцентр». Партнёры форума – Ассоциация волонтёрских центров России, Агентство стратегических инициатив, Российское движение школьников, Всероссийское общественное движение «Волонтёры Победы», Всероссийское общественное движение добровольцев в сфере здравоохранения «Волонтёры-медики» и Всероссийский студенческий корпус спасателей. Информационный партнёр – Информационное агентство ТАСС.

Россия > Образование, наука. Приватизация, инвестиции > fadm.gov.ru, 6 декабря 2017 > № 2414295


Россия > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > snob.ru, 5 декабря 2017 > № 2610137 Дмитрий Пимкин

Российский инвестор

Дмитрий Пимкин:

Обычно не все идет по плану

Старший управляющий директор по инвестиционной деятельности УК «Роснано» Дмитрий Пимкин для проекта «Люди расчета и риска» рассказал «Снобу», о чем сложнее всего договариваться, почему иногда стоит тормозить рост компаний и как защитить технологию от кражи

Сноб: В чем вы талантливы?

Я хорошо умею конфликтовать. Многие люди хотят быть хорошими для всех, добрыми и ласковыми. Но в нашем деле это не всегда получается.

Сноб: Что такое «конфликт» в вашем понимании?

Сложные переговоры — давайте так назовем. Не проведешь их на начальной стадии, не зафиксируешь все договоренности на бумаге — будешь иметь проблемы на стадии реализации проекта и на стадии выхода. Когда человеку дают деньги, он готов пойти на какие-то уступки. Когда приходится отдавать, уступки делать не очень хочется. На стадии реализации, если все идет не по плану, тоже приходится вмешиваться. А обычно все идет не совсем по плану.

Неужели хоть у кого-то план срабатывает?

Практически никогда. Тем не менее мы не перестаем планировать.

Сноб: Сколько мест за столом акционеров компании имеет инвестор такого уровня, как вы?

Это зависит от проекта. Обычно из семи мест мы брали три или из пяти — два. Наш голос всегда блокирующий. И обычно в портфельных компаниях представитель Роснано является председателем совета директоров или заместителем председателя совета директоров. Мы решаем стратегические вопросы, но практически не имеем голоса в вопросах выбора контрагентов в рамках операционной деятельности.

Сноб: О чем невозможно договориться?

Сложно договариваться о гарантиях при выходе из проекта. Можно гарантировать, что мы видели и утверждали все бюджеты, есть титул на инвестицию, но гарантировать, что менеджмент там ничего не подкорректировал, мы не можем. А покупатель всегда хочет гарантии. И тут как раз начинаются эти самые сложные переговоры с длительным поиском компромиссов.

Сноб: Чему вас научили 15 лет работы в инвестициях?

Подели оценку рынка, которую дает тебе менеджмент, как минимум на четыре. И когда существующая пять-семь лет компания показывает в своем бизнес-плане, что за ближайшие два года она вырастет в три раза, — не верь.

Сноб: Какой рост показывают компании на этом этапе развития?

Когда они вырастают до компании с оборотом в несколько миллиардов рублей, бизнес растет на 16–20 процентов в год. По сути получается удвоение компании за четыре года. Но если компания развивается такими темпами, иногда мы пытаемся ее приостановить.

Сноб: Почему?

За счет оборотных средств, за счет чистой прибыли так быстро расти практически невозможно, если только у вас не продажа наркотиков или оружия. Значит, компания растет в основном за счет кредитов. И когда соотношение долг/EBITDA оказывается в районе трех-четырех, мы понимаем, что одна маленькая осечка — и все рассыплется как карточный домик.

На сотни тысяч процентов за несколько лет могут вырасти стартапы, но это другой тип инвестирования. А мы стараемся следить за тем, чтобы рост портфельных компаний на стадии Private Equity шел органично.

Сноб: Какие компании вы сейчас ведете?

Интересная компания — «Акванова Рус», которая занимается производством пищевых ингредиентов: красителей, антиоксидантов, вкусовых добавок. Технологически это, конечно, не революция на рынке пищевых ингредиентов, но достаточно серьезная инновация. У нас совместное предприятие: акционеры — Роснано, наш дистрибьютор — компания Кима, и немецкая Aquanova AG — поставщик технологии. Там объем инвестиций — несколько сотен миллионов рублей, что, в принципе, для прямых инвестиций не очень много. Но мы понимаем, что компания через несколько лет может стоить в несколько раз дороже. Когда она выйдет на экспортные рынки, то в первые несколько лет рост выручки может быть экспоненциальным. Сейчас мы как раз взяли дополнительную лицензию и активно идем на индийский рынок.

Сноб: Когда создавались фонды Роснано, вы договаривались, что будете инвестировать только в российские проекты? Поскольку есть определенная доля госучастия, наверняка накладываются какие-то обязательства по поддержке отечественного производителя?

По большому счету, в «Акванове» чисто российская история. Да, мы лицензировали зарубежную технологию, но полностью перенесли ее в Россию, создали новое производство в Дубне. То есть немецкая здесь только лицензия, за которую мы дали долю в компании, а все остальное сделано у нас.

Сноб: Чем характеризуется идеальный портфель — количеством компаний, устойчивостью?

Зависит от структуры управления компанией. В нормальном портфеле должно быть несколько низкорискованных инвестиций не глобального роста и не слишком большой доходности, которые будут держать базу. Очень большими портфели делать не стоит. В моем историческом портфеле Роснано в какой-то момент было 15 проектов. И на одного портфельного управляющего в фонде прямых инвестиций типа Роснано, где достаточно активно работают с компаниями, более 20 проектов я бы не брал.

Сноб: Большая доходность — это сколько?

Если говорить по портфельному IRR (ставка процента, которая показывает доходность инвестиций. — Прим. ред.), то в районе 15%. У нас есть проекты, в которых мы заработали 8% годовых, что ниже нашей ставки привлечения, если считать по кредитным деньгам. Такие проекты дают устойчивость — они как инструмент защиты капитала, то есть свое вернешь. Кроме того, вокруг них набираются среднерискованные проекты-середнячки, которые могут дать до 20–30% годовых. Ну и разбавляешь портфель небольшими проектами, которые могут сильно вырасти. Две-три компании из всего портфеля обязательно провалятся, и мне придется их списать.

Сноб: Что происходит с проектом, который «списали»?

Компания, которая его делает, скорее всего, будет обанкрочена. У меня был такой кейс в российской электронике: компания потратила деньги, а реального продукта не появилось. Собирались банкротить, но нашли покупателя, который, по сути, купил компанию только ради оборудования.

Сноб: И кто сейчас покупает? После 2014 года работа с иностранными приобретателями усложнилась?

Конечно, сильно усложнилась. Продать компании западным инвесторам стало практически невозможно. Хотя вот как раз в моем портфеле есть компания «Новомет», предложение о покупке которой сделала американская Halliburton. Причем им интересна именно наша технология.

Сноб: Что за технология?

Погружные центробежные насосы для добычи нефти. Компания работает по всему миру, в Штатах у нее тоже есть работающие установки, но наша технология позволяет сделать эти насосы более дешевым и выносливыми.

Сноб: Технологию можно украсть? И как ее защитить?

Украсть, конечно, можно. Например, купить установку, разобрать ее, посмотреть, как она устроена. И сделать аналог.

А основная защита — это постоянное развитие. Чтобы оставаться на месте, нужно бежать.

Сноб: С учетом напряженности и ответственности работы, как у вас получается перезагружаться, где черпаете силы?

Стараюсь периодически применять технику смены деятельности, занять мозг чем-то другим, переключиться на театр, искусство или же на спорт. Еще предпочитаю активно путешествовать когда есть время, пока молод и свободен. Горы, пустыни, просто красивая природа позволяют сбросить негатив и стресс, перезарядиться и с новыми силами погрузиться в сложные переговоры.

Россия > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > snob.ru, 5 декабря 2017 > № 2610137 Дмитрий Пимкин


Казахстан > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > kapital.kz, 5 декабря 2017 > № 2531142 Нурлан Жунусов

CINEMAX: Добиваясь целей.

За 10 месяцев текущего года выручка компании достигла 2,129 млрд тенге

CINEMAX — компания-бренд, оказывающая услуги кинопоказа в 2-х крупнейших городах Казахстана — Алматы и Шымкент. Компании принадлежат проекты кинотеатров в ТРЦ «Dostyk Plaza», 10-ти зальный CINEMAX Dostyk Multiplex, и в ТРЦ «Shymkent Plaza», 7-ми зальный CINEMAX Shymkent Multiplex. CINEMAX входит в структуру группы компаний TS Development.

Выйдя на рынок в 2014 году, CINEMAX фактически ознаменовал своим появлением новый этап развития рынка кинопоказа не только в Алматы, но и в Казахстане. Одним кинотеатром и в сжатый срок, команда CINEMAX смогла вывести проект в ТОП 3 кинотеатров по стране и договорится о новых условиях работы с кинопрокатчиками и дистрибьюторами фильмов в соотношении 50/50. Одной из причин такого успеха стала полная прозрачность бизнеса и онлайн подключение к системе Rentrak (comScore). Компания прошла проверки посещаемости аудит для того, что бы доказать свою 100% прозрачность и намерение выстраивать честные партнерские отношения со студиями и кинопрокатчиками. Несомненно, другие участники рынка, как старые игроки, так и новые, сделали многое для становления кинопроката и кинопоказа в стране, но отправной точкой нового развития стал именно CINEMAX.

Открытость и прозрачность бизнеса создают условия для развития рынка кинотеатров в стране и позволяют получать доход всем участникам, от мировых студий до казахстанских продюсеров. Уже сейчас многие на рынке понимают важность и правильность подобного подхода и договариваются со студиями и кинопрокатчиками о полной прозрачности на новых условиях. В начале года крупнейший кинопрокатчик сраны Sulpak Cinema открыто предложил рынку такие условия. Однако, к сожалению, не все киносети и кинотеатры готовы показывать сборы открыто и честно.

По данным CINEMAX, в настоящее время рынок кинопоказа Казахстана занимает всего 4−5% от сборов России, в то время как объем должен достигать 10−12%. Местный рынок имеет потенциал для роста и открытия новых кинотеатров в регионах, а не только в Алматы и Астане. Открытие кинотеатра CINEMAX в Шымкенте это доказало.

Выход на рынок новых игроков сделал возможным применение новых подходов и частично раскрыл потенциал кинопрокатного бизнеса. Однако на текущий момент нет доступных и прозрачных данных по сборам, продажам билетов и количеству посетителей — эта информация закрыта и не публикуется, что негативно влияет на развитие кинопрокатного бизнеса в нашей стране. CINEMAX это понимает и призывает всех участников рынка работать над раскрытием данных. Это позволит повысить конкуренцию, качество управления и оценить полный потенциал данной отрасли экономики.

С 2015 года CINEMAX предоставляет студиям онлайн отчетность через систему Rentrak (comScore), публикует ежегодные данные по посещаемости и выручке.

Показатели за 10 месяцев 2017 года

За 10 месяцев 2017 года выручка компании CINEMAX достигла 2,129 млрд. тенге, а общее количество посетителей составило 1,1 млн. человек. Рост выручки по отношению к аналогичному периоду прошлого года составил 69%, посещаемость увеличилась на 68%. Такой рост обусловлен открытием нового кинотеатра CINEMAX Shymkent Multiplex, ростом выручки и посещаемости CINEMAX Dostyk Multiplex, профессионализмом команды, правильно выбранной стратегией продвижения услуг кинопоказа на рынках Алматы и Шымкента.

Предпочтения киноманов двух городов не сильно отличаются, но казахстанские проекты пользуются особым спросом в Шымкенте. Так, за 10 месяцев 2017 года сборы казахстанских проектов в Шымкенте составили 92 млн. тенге, тогда как в Алматы — 65 млн. тенге. В целом же казахстанские проекты собрали 10,2% от общих сборов CINEMAX, что является хорошим показателем.

Предполагаемая доля рынка CINEMAX в Алматы составляет порядка 20−25%, в Шымкенте 60−70%.

Прогноз до конца 2017 года

Учитывая фактические данные 10 месяцев 2017 года, к концу года CINEMAX планирует получить выручку в размере 2,576 млрд. тенге. Общее количество реализованных билетов составит 1,3 млн единиц. Эти показатели точно совпадают с целями компании, которые были поставлены в конце 2016 года.

Бюджет по CINEMAX Shymkent Multiplex выполняется на 100%, даже учитывая тот факт, что за основу был взят оптимистический сценарий при прогнозировании. Проект 7-ми зального кинотеатра CINEMAX в Шымкенте полностью оправдал ожидания, проект с первых месяцев работы вышел на заданные показатели и стал лидером рынка по сборам и посещаемости.

Планы и задачи

Компания прошла независимый аудит за 2014, 2015 и 2016 годы и имеет аудированную финансовую отчетность. Построение полностью открытой и прозрачной компании продолжится и в 2018 году, CINEMAX будет публиковать отчетность на ежеквартальной основе на корпоративном сайте группы TS Development tsd.kz.

Компания создала денежный резерв в размере месячных затрат для обеспечения ликвидности и 100%-ной платёжеспособности, что добавит проекту стабильности и снизит внешние риски.

Происходит трансформация бизнес-процессов направленных на улучшение финансовых показателей проекта, привлекательности сервиса и клиентского опыта, усиливается работа по маркетинговому продвижению бренда на рынках Алматы и Шымкента.

В 2018 году CINEMAX планирует:

— реализовать несколько проектов, которые позволят генерировать большую выручку и сократить расходы;

— продолжать работать над прозрачностью кинопрокатного рынка Казахстана, содействовать студиям и кинопрокатчикам в достижении 100% прозрачности отражения кассовых сборов кинотеатров;

— увеличивать выручку и долю на рынке Казахстана до 15−20% - в Шымкенте цель в 80% доли рынка, по Алматы цель 20−25% доли. Для достижения поставленных целей по доле на рынке страны CINEMAX реализует еще один проект кинотеатра.

Кассовые сборы по фильмам составили 70% от общей выручки, что составило 1,490 млрд тенге. Распределение сборов по кинопрокатчикам выглядит таким образом:

TOP 10 фильмов в прокате 2017 года (январь-октябрь)

График: Посещаемость CINEMAX по годам (посетителей) с прогнозом на 2017 год

График: Выручка CINEMAX по годам (тенге) с прогнозом на 2017 год

Нурлан Жунусов,

Генеральный директор CINEMAX

Казахстан > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > kapital.kz, 5 декабря 2017 > № 2531142 Нурлан Жунусов


Россия > Химпром. Приватизация, инвестиции > rusnano.com, 5 декабря 2017 > № 2429266 Дмитрий Пимкин

Российский инвестор Дмитрий Пимкин: Обычно не все идет по плану.

Автор: Елена Николаева

Старший управляющий директор по инвестиционной деятельности УК «РОСНАНО» Дмитрий Пимкин для проекта «Люди расчета и риска» рассказал «Снобу», о чем сложнее всего договариваться, почему иногда стоит тормозить рост компаний и как защитить технологию от кражи.

В чем вы талантливы?

Я хорошо умею конфликтовать. Многие люди хотят быть хорошими для всех, добрыми и ласковыми. Но в нашем деле это не всегда получается.

Что такое «конфликт» в вашем понимании?

Сложные переговоры — давайте так назовем. Не проведешь их на начальной стадии, не зафиксируешь все договоренности на бумаге — будешь иметь проблемы на стадии реализации проекта и на стадии выхода. Когда человеку дают деньги, он готов пойти на какие-то уступки. Когда приходится отдавать, уступки делать не очень хочется. На стадии реализации, если все идет не по плану, тоже приходится вмешиваться. А обычно все идет не совсем по плану.

Неужели хоть у кого-то план срабатывает?

Практически никогда. Тем не менее мы не перестаем планировать.

Сколько мест за столом акционеров компании имеет инвестор такого уровня, как вы?

Это зависит от проекта. Обычно из семи мест мы брали три или из пяти — два. Наш голос всегда блокирующий. И обычно в портфельных компаниях представитель РОСНАНО является председателем совета директоров или заместителем председателя совета директоров. Мы решаем стратегические вопросы, но практически не имеем голоса в вопросах выбора контрагентов в рамках операционной деятельности.

О чем невозможно договориться?

Сложно договариваться о гарантиях при выходе из проекта. Можно гарантировать, что мы видели и утверждали все бюджеты, есть титул на инвестицию, но гарантировать, что менеджмент там ничего не подкорректировал, мы не можем. А покупатель всегда хочет гарантии. И тут как раз начинаются эти самые сложные переговоры с длительным поиском компромиссов.

Чему вас научили 15 лет работы в инвестициях?

Подели оценку рынка, которую дает тебе менеджмент, как минимум на четыре. И когда существующая 5-7 лет компания показывает в своем бизнес-плане, что за ближайшие два года она вырастет в три раза, — не верь.

Какой рост показывают компании на этом этапе развития?

Когда они вырастают до компании с оборотом в несколько миллиардов рублей, бизнес растет на 16–20% в год. По сути получается удвоение компании за четыре года. Но если компания развивается такими темпами, иногда мы пытаемся ее приостановить.

Почему?

За счет оборотных средств, за счет чистой прибыли так быстро расти практически невозможно, если только у вас не продажа наркотиков или оружия. Значит, компания растет в основном за счет кредитов. И когда соотношение долг/EBITDA оказывается в районе 3-4, мы понимаем, что одна маленькая осечка — и все рассыплется как карточный домик.

На сотни тысяч процентов за несколько лет могут вырасти стартапы, но это другой тип инвестирования. А мы стараемся следить за тем, чтобы рост портфельных компаний на стадии Private Equity шел органично.

Какие компании вы сейчас ведете?

Интересная компания — «АКВАНОВА РУС», которая занимается производством пищевых ингредиентов: красителей, антиоксидантов, вкусовых добавок. Технологически это, конечно, не революция на рынке пищевых ингредиентов, но достаточно серьезная инновация. У нас совместное предприятие: акционеры — РОСНАНО, наш дистрибьютор — компания Кима, и немецкая AQUANOVA AG — поставщик технологии. Там объем инвестиций — несколько сотен миллионов рублей, что, в принципе, для прямых инвестиций не очень много. Но мы понимаем, что компания через несколько лет может стоить в несколько раз дороже. Когда она выйдет на экспортные рынки, то в первые несколько лет рост выручки может быть экспоненциальным. Сейчас мы как раз взяли дополнительную лицензию и активно идем на индийский рынок.

Когда создавались фонды РОСНАНО, вы договаривались, что будете инвестировать только в российские проекты? Поскольку есть определенная доля госучастия, наверняка накладываются какие-то обязательства по поддержке отечественного производителя?

По большому счету, в «АКВАНОВЕ» чисто российская история. Да, мы лицензировали зарубежную технологию, но полностью перенесли ее в Россию, создали новое производство в Дубне. То есть немецкая здесь только лицензия, за которую мы дали долю в компании, а все остальное сделано у нас.

Чем характеризуется идеальный портфель — количеством компаний, устойчивостью?

Зависит от структуры управления компанией. В нормальном портфеле должно быть несколько низкорискованных инвестиций не глобального роста и не слишком большой доходности, которые будут держать базу. Очень большими портфели делать не стоит. В моем историческом портфеле РОСНАНО в какой-то момент было 15 проектов. И на одного портфельного управляющего в фонде прямых инвестиций типа РОСНАНО, где достаточно активно работают с компаниями, более 20 проектов я бы не брал.

Большая доходность — это сколько?

Если говорить по портфельному IRR (ставка процента, которая показывает доходность инвестиций. — Прим. ред.), то в районе 15%. У нас есть проекты, в которых мы заработали 8% годовых, что ниже нашей ставки привлечения, если считать по кредитным деньгам. Такие проекты дают устойчивость — они как инструмент защиты капитала, то есть свое вернешь. Кроме того, вокруг них набираются среднерискованные проекты-середнячки, которые могут дать до 20–30% годовых. Ну и разбавляешь портфель небольшими проектами, которые могут сильно вырасти. Две-три компании из всего портфеля обязательно провалятся, и мне придется их списать.

Что происходит с проектом, который «списали»?

Компания, которая его делает, скорее всего, будет обанкрочена. У меня был такой кейс в российской электронике: компания потратила деньги, а реального продукта не появилось. Собирались банкротить, но нашли покупателя, который, по сути, купил компанию только ради оборудования.

И кто сейчас покупает? После 2014 года работа с иностранными приобретателями усложнилась?

Конечно, сильно усложнилась. Продать компании западным инвесторам стало практически невозможно. Хотя вот как раз в моем портфеле есть компания «Новомет», предложение о покупке которой сделала американская Halliburton. Причем им интересна именно наша технология.

Что за технология?

Погружные центробежные насосы для добычи нефти. Компания работает по всему миру, в Штатах у нее тоже есть работающие установки, но наша технология позволяет сделать эти насосы более дешевым и выносливыми.

Технологию можно украсть? И как ее защитить?

Украсть, конечно, можно. Например, купить установку, разобрать ее, посмотреть, как она устроена. И сделать аналог.

А основная защита — это постоянное развитие. Чтобы оставаться на месте, нужно бежать.

С учетом напряженности и ответственности работы, как у вас получается перезагружаться, где черпаете силы?

Стараюсь периодически применять технику смены деятельности, занять мозг чем-то другим, переключиться на театр, искусство или же на спорт. Еще предпочитаю активно путешествовать когда есть время, пока молод и свободен. Горы, пустыни, просто красивая природа позволяют сбросить негатив и стресс, перезарядиться и с новыми силами погрузиться в сложные переговоры.

Россия > Химпром. Приватизация, инвестиции > rusnano.com, 5 декабря 2017 > № 2429266 Дмитрий Пимкин


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 5 декабря 2017 > № 2418339 Кирилл Дмитриев

Встреча с главой РФПИ Кириллом Дмитриевым.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с генеральным директором Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) Кириллом Дмитриевым. Глава фонда информировал о результатах работы за текущий год.

В.Путин: Кирилл Александрович, мы с Вами достаточно часто встречаемся, тем не менее знаю, что Вы подготовили отчёт о результатах почти за год.

К.Дмитриев: Да, за 11 месяцев…

В.Путин: Слушаю Вас.

К.Дмитриев: Владимир Владимирович, за 11 месяцев мы с партнёрами проинвестировали более 250 миллиардов рублей в экономику России, и, как Вы знаете, мы фокусируемся на инвестициях в инфраструктурные проекты со значимым мультипликативным эффектом для других секторов экономики, а также в региональные проекты, которые повышают доходность региональных бюджетов, в проекты по диверсификации экономики России, в том числе активно стали фокусироваться на технологических проектах.

И буквально с июня этого года мы уже профинансировали дублёр Кутузовского проспекта, начали финансирование. Финансировали третью секцию ЦКАД, аэропорт Пулково, два онкологических центра в Московской области, транспортную компанию «ГлобалТрак» и ряд других проектов.

И созданный благодаря Вашей поддержке российско-японский фонд стал активно функционировать и очень быстро осуществил первые три инвестиции, в том числе инвестиции в компанию «Транснефть». И мы считаем, что это очень важная инвестиция наших японских партнёров, и благодарим Вас за поддержку российско-японского фонда.

В.Путин: Что за проект там конкретно?

К.Дмитриев: Они инвестируют в развитие, соответственно, компании и верят в рост капитализации компании «Транснефть».

Мы также активно работаем над расширением инвестиций в технологический сектор и создали нашу структуру «РФПИ Технологии». И подобрали ведущих партнёров из Китая, Японии, Сингапура, Европы, Объединённых Арабских Эмиратов, которые вместе с нами будут инвестировать в технологические проекты в рамках Вашей инициативы по цифровой экономике.

В том числе мы объявим в ближайшее время инвестиции в компанию «Яндекс.Такси», также инвестиции в ряд наших интернет-порталов с целью расширения их деятельности за рубежом, и также инвестиции с компанией Alibaba в логистическую инфраструктуру интернета в России.

В.Путин: Молодцы, хорошо.

К.Дмитриев: И в завершение – с Эмиратами уже более 40 проектов, с Китаем – более 20; Саудовская Аравия проинвестировала с нами уже более 1,2 миллиарда долларов.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 5 декабря 2017 > № 2418339 Кирилл Дмитриев


Казахстан. Китай. Иран. СЗФО > Приватизация, инвестиции. Металлургия, горнодобыча. Транспорт > kapital.kz, 5 декабря 2017 > № 2414183

Бакытжан Сагинтаев назвал привлекательные сферы для инвесторов

Среди них агропромышленный комплекс, логистика и переработка сырья

Премьер-министр Бакытжан Сагинтаев рассказал о прибыльных для инвесторов секторах экономики Казахстана. К примеру, большие возможности открывает направление по развитию современного наукоемкого производства, а также агропромышленный комплекс, куда планируется направить масштабные инвестиции в рамках третьей волны модернизации, передает корреспондент центра деловой информации Kapital.kz.

«Мы продолжаем диверсификацию экономики и приглашаем инвесторов в металлургию, нефтепереработку, химию и машиностроение. В Казахстане имеется большое количество проектов в сфере разработки и развития производства меди, золота, редких и редкоземельных металлов, включая литий и ванадий, фосфатное сырье и многое другое. Для дальнейшего развития обрабатывающей промышленности мы заинтересованы в инвестициях в геологоразведку, новые технологии по обогащению и переработке сырья. Мы приступили к масштабной модернизации АПК. Казахстан является одним из мировых лидеров по производству пшеничной муки. Мы усиливаем это преимущество, но также проводим структурную реформу аграрного сектора, диверсификацию посевных площадей в соответствии с рыночным спросом», — рассказал Бакытжан Сагинтаев в ходе своего выступления на Kazakhstan Global Investment Roundtable.

Премьер-министр сообщил, что начато научно-техническое и технологическое перевооружение всей отрасли АПК, включая внедрение новейших разработок в области удобрений, биодобавок и селекции.

«Все это дает большие возможности для инвестиций в пищевую промышленность. Вместе с проводимой правительством работой по снятию торговых ограничений с Китаем и другими соседними рынками сбыта это делает сектор интенсивного и ориентированного на экспорт агробизнеса особенно привлекательным», — сообщил глава правительства, уточнив, что основные торговые барьеры между Казахстаном и Китаем сняты.

«Буквально на прошлой неделе состоялась встреча с премьером Государственного совета Китая Ли Кэцяном в городе Сочи, и мы также договорились, что последние оставшиеся торговые барьеры будут отрегулированы и сняты уже в 2018 году. Тем самым открывается очень большой рынок, и сегодня продукция, которая выпускается в Казахстане — сельскохозяйственная, органическая продукция — очень востребована в Китае», — пояснил глава правительства.

Кроме того, Казахстан становится инвестиционно привлекательным для развития инфраструктуры, логистики, транспорта и сопутствующих услуг. По словам премьера, создано «короткое и экономически выгодное транспортно-логистическое „плечо“ для выхода на ключевые мировые рынки». Завершено строительство почти 3 тыс. километров казахстанского участка Международного коридора «Западная Европа — Западный Китай», что сократит время транспортировки грузов от порта Ляньюньган в Китае до Санкт-Петербурга в России до 10 дней.

«Построено более тысячи километров новой железной дороги, в том числе железнодорожный коридор „Казахстан — Туркменистан — Иран“, который соединяет страны Центральной Азии с Персидским заливом и портом Бандар-Аббас на юге Ирана. Построен сухой порт „Хоргос Восточные ворота“ на границе с Китаем, который является первым наземным портом в Казахстане и самым крупным логистическим парком в Центральной Азии. Мы приглашаем инвесторов вкладываться в транспорт и логистику, расти, зарабатывать вместе с нами!» — обратился Бакытжан Сагинтаев к участникам встречи.

Также премьер призвал активнее участвовать в программе приватизации и деятельности МФЦА.

«Большие возможности для инвесторов дает вторая масштабная „волна“ приватизации, проводимая сейчас в Казахстане. Правительство реализует курс на разгосударствление экономики. Около 900 компаний будут переданы в конкурентную среду. Наиболее привлекательными являются 65 топовых компаний государственной собственности и квазигосударственного сектора. Приглашаю вас принять участие в данной приватизации. Считаю, что для инвесторов сейчас наступает самый выгодный для этого момент», — заявил он.

Казахстан. Китай. Иран. СЗФО > Приватизация, инвестиции. Металлургия, горнодобыча. Транспорт > kapital.kz, 5 декабря 2017 > № 2414183


Россия > Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ > forbes.ru, 5 декабря 2017 > № 2413045 Илья Осипов

Почему я отказался от ICO и привлек $500 000 для стартапа от инвесторов

Илья Осипов

серийный предприниматель, рецензент журнала Computer in Human Behavior и член редакционного совета журнала Cloud Of Science

К чему надо быть готовым при поиске инвестиций через ICO (краудфандинг в криптовалюте) и при классическом инвестировании

Начну издалека. После переезда из Нижнего Новгорода в Сан-Франциско я вместе с сыном стал слушать курсы Массачусетского технологического института, чтобы подтянуть английский. Меня давно занимал вопрос взаимодействия компьютера и человека, в частности — осязаемого интерфейса (tangible user interfaces), и эти курсы вызвали поток идей. Причем не только у меня: проект создания игрового устройства, который сейчас проходит стадию патентования в США, придумал мой 13-летний сын Савва. Детали проекта мы пока публично не раскрываем, но инвесторы оценили и поддержали финансово нашу идею.

Я вооружился паяльником, 3D-принтерами, вспомнил знания С++ и попытался слепить рабочий прототип. Минимальное подтверждение работоспособности идеи вы можете реализовать сами, на коленке. Это созвучно другому моему принципу: основными носителями знания о продукте должны быть его основатели, а не сторонние консультанты — в конечном счете, инвестор всегда вкладывается в команду и именно в ее экспертизу.

Как только стало ясно, что идея рабочая, возник вопрос денег. Я начал сравнивать модную процедуру ICO (по данным Goldman Sachs, только летом 2017 на ICO стартапы выпустили токенов и привлекли за счет их продажи криптовалюту общей стоимостью около $1 млрд — больше, чем от венчурных фондов) и традиционный способ привлечения инвестиций. И в итоге отдал предпочтение последнему.

Почему не подошло ICO

Я вывел для себя несколько недостатков выпуска токенов:

- Неуместность. Не все идеи одинаково укладываются в контекст блокчейн технологий: например, проекты реального сектора зачастую от него далеки и выпускать токены для них нелогично. ICO уместно, если сам проект построен непосредственно на блокчейне или есть возможность функционально связать токены с приложением или устройством. В нашем случае это было не так.

- Эффект колеи. Есть опасение, что если компания начала с привлечения средств через ICO, получить потом капитал классическим способом — через венчурный фонд — будет трудно.

- Высокая стоимость. Стоимость pre-ICO может доходить до $0,5 млн, включая оплату услуг юристов, эдвайзеров, а главное — с учетом затрат на маркетинг и PR. При этом гарантии, что все получится, нет: в сентябре 2017 года только 33% ICO достигли цели.

- Конвертация. У компании могут возникнуть проблемы с выводом средств из криптовалюты в «обычные», фиатные деньги. Также нужно обеспечить инвесторам возможность легко и без комиссии конвертировать их фиатные деньги в токены — а это дополнительные затраты времени и денег.

- Подозрительное и неоднозначное отношение властей к криптовалютам в целом и ICO в частности. В мире нет единого мнения, что такое ICO с юридической точки зрения. В России его статус неясен, в Китае и Южной Корее ICO с недавних пор под запретом, а в США в июле 2017 токены впервые приравняли к акциям. Уже осенью американская Комиссия по ценным бумагам и биржам возбудила первое дело о мошенничестве на ICO: две компании предпринимателя Максима Заславского якобы продавали незарегистрированные ценные бумаги и обещали инвесторам прибыль от деятельности, которую не вели. За этим последовала волна разбирательств: например, инвесторы подали иск против гиганта криптовалютного мира — проекта Tezos, который привлек на $232 млн на ICO. Его обвиняют в продаже незарегистрированных ценных бумаг и обмане инвесторов. В общем, теперь компании, которая хочет выйти на ICO в США, надо либо зарегистрировать токены как ценные бумаги, либо как-то доказать, что они этими ценными бумагами не являются. Также, чтобы не нарваться на дело о мошенничестве, надо выполнить все данные инвесторам обещания — что не так-то просто в непредсказуемых условиях стартапа. Не исключено, что подход США скоро может взять на вооружение и Европа.

- Неопытность и завышенные ожидания «маленьких» инвесторов. Институциональные венчурные инвесторы понимают, что стартап — дело рисковое, 9 из 10 проектов обречены на провал, и заранее диверсифицируют риски. Частные инвесторы к такому непривычны, и потеря инвестиций может спровоцировать панику. Этот риск особенно высок, учитывая, что в ICO свойственно вкладываться владельцам криптовалют, искушенным мгновенной прибылью от биткоина и эфира.

На фоне всего этого традиционный путь сбора инвестиций выглядел для меня привлекательно. Оставалось разобраться, как реализовать его на практике.

На пути к инвесторам

Первый шаг: прототип и патент. Денег на описанную в Powerpoint идею найти сложно, нужна модель, чтобы она из себя ни представляла: сайт, приложение, или игровое устройство — как в нашем случае. Следующий этап — закрепление прав на интеллектуальную собственность. Есть много примеров, когда проект начинал кампанию на Kickstarter, а его полный аналог выходил в продажу раньше, чем она заканчивалась. Чтобы такого не происходило, нужен патент. В США, в отличие от России или Китая, он действительно работает. Здесь можно запатентовать почти все: не только технологию, но и внешний вид (дизайн-патент), торговую марку или, например, фирменный звук.

Собственно поэтому корпорации проще купить вас с вашими патентами, чем судиться или получить встречный иск. Чтобы все сделать корректно, был нанят первый сторонний человек — патентный юрист.

Второй шаг: юридическая упаковка. Инвесторы с большей готовностью вкладываются не в идею, а в компанию, где есть договорные отношения с партнерами, поставщиками и сотрудниками. В США зарегистрировать компанию элементарно: нужно скачать формы с сайта секретаря штата, заполнить все поля (имена основателей, адреса, планируемое число акций). Письмо с пакетом документов надо отправить по почте — и через неделю придет подтверждение, что компания зарегистрирована. После этого получить через интернет налоговый номер — это 10 мин. Затем надо положить $100 на счет, например, в Bank of America. И на этом все.

Когда я разобрался с этим, пора было задуматься о выпуске акций. Вопрос непростой: ошибка может привести к долгам перед налоговыми органами. Например, передача интеллектуальной собственности на компанию в США в обмен на акции — налогооблагаемое событие. Чтобы не запутаться, я нанял второго стороннего сотрудника, толкового корпоративного юриста.

Третий шаг: переговоры с инвесторами. К этому моменту мои собственные вложения в проект уже составили несколько тысяч долларов: патенты, юридические услуги, прототип, исследования рынка. Это сущие пустяки для США, да и по сравнению со стоимостью подготовки к ICO это небольшая сумма. Затем я составил список знакомых, которые сами имеют опыт инвестиций или связаны с инвесторами и фондами, и начал лично ездить на переговоры. За месяц я встретился с 26 людьми, и получил ответы трех типов:

«Непонятно, слишком сложно, слишком просто, слишком амбициозно» (варианты вежливого отказа).

«Очень круто, но денег нет, давай я познакомлю тебя с Х» (дальше я шел к Х).

«Бери меня на борт!» (согласие на инвестицию).

В результате нашлось четыре финансовых инвестора. Три сделки я заключил за два дня в устной форме, просто ударив по рукам, и уже потом оформив документально. С четвертым потенциальным инвестором договаривались дольше, около двух месяцев — очень хотелось, чтобы он был в команде.

В итоге мы закрыли посевной раунд с результатом $500 000. Без нервотрепки и не нарушив ни одного закона. Если бы я выбрал ICO, пришлось бы раскрыть идею тысячам посторонних людей, убить интригу, помучиться, переводя криптовалюту в фиатные деньги, оплатить рекламу и тарифы площадок, 24 часа в сутки отвечать на вопросы потенциальных микроинвесторов. И при всем этом не иметь уверенности, что удастся собрать деньги, и сделать это законно.

У классической же схемы я нашел только один минус: инвесторам пришлось отдать долю в проекте, это всегда тяжело. Но, с другой стороны, это компенсируется возможностью привлечь раунд А от профессиональных венчурных фондов, которой де-факто лишены многие проекты, выбравшие ICO.

Россия > Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ > forbes.ru, 5 декабря 2017 > № 2413045 Илья Осипов


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Транспорт. Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 4 декабря 2017 > № 2451572 Юрий Чайка

Рекомендую инвесторам поспешить в Хабаровский край, пока есть свободная земля — Юрий Чайка

В интервью корр. ИА AmurMedia чиновник рассказал о том, как в регионе привлекают "гостевые" деньги

Хабаровский край привлекает новых инвесторов благодаря обширному пакету выгодных преференций, позволяющих бизнесу не только быстро реализовать задуманный проект, но и получить прибыль. Вместе с тем, важную роль играет и непосредственно сопровождение предпринимателя на каждой стадии работы с Правительством региона — от разработки плана до выхода на рынок. О том, как привлечь выгодные проекты, предложить им оптимальные условия работы и получить выгоду для всех участников партнерства, в беседе с корр. ИА AmurMedia рассказал первый заместитель Председателя Правительства Хабаровского края по вопросам инвестиций и приоритетных проектов Юрий Чайка.

— Юрий Афанасьевич, когда мы говорим о привлечении инвестора в Хабаровский край – как, собственно, работает этот механизм?

— Начну с того, что инвесторы приходят и сами. Обычно это крупные, дорогостоящие проекты сырьевой или логистической направленности. В крае хороший пакет преференций – льготы, упрощенный режим работы, много других возможностей. Особенно те возможности, которые дает новая политика государства в отношении Дальнего Востока. Они общеизвестны. Потенциальный инвестор изучает возможности, площадки, просчитывает сроки, в течение которых его вложения окупятся, ориентируется на время, которое ему нужно для реализации проекта, и приходит к нам. Механизм тут довольно простой: мы заинтересовали инвестора, выполнили первую задачу. Он все взвешивает, оценивает возможности рынка и условия, которые мы ему предлагаем, и принимает решение об инвестировании.

Если говорить о проектах меньшего масштаба – ищем их везде. Но привлечение, опять же, в первую очередь идет благодаря пакету преференций и льгот. У нас есть профильная организация – Агентство инвестиций и развития Хабаровского края, которое ведет этот процесс от А до Я. Используют различные технологии для выстраивания коммуникаций — "холодные" звонки, переговоры, приглашения. Агентство сопровождает новые проекты, которые реализуются на территории края, по принципу "одного окна", что помогает упростить многие процедуры оформления благодаря индивидуальному подходу. Кроме того, Агентство продвигает наши инвестиционные возможности за пределами Хабаровского края – вот сейчас готовимся к Дням Дальнего Востока в Москве, это перспективная площадка. Ну и не стоит забывать о поддержке инвесторов после начала реализации проекта – мы и этим тоже занимаемся. Особенно это важно в работе с инвесторами, которые ничего не знают о Хабаровском крае и раньше не работали здесь. Они обращаются к нам за помощью, и Агентство помогает им решить различного рода вопросы, практически любой сложности.

— Вы отметили, что инвестора привлекают преференции, льготы и упрощенный механизм формальных процедур. Этот пакет оправдывает ожидания?

— Безусловно. Достаточно большая часть компаний откликнулась именно на эти преференции. Даже по примерным оценкам, инвестор экономит до 20 процентов средств – на налогах, на платежах, при расчете проекта. Я говорю о "белых" схемах, конечно же. Новое предприятие не платит налог на прибыль, землю и имущество. Эта выгода достаточно ощутима. Есть проекты, большую часть себестоимости которых составляет заработная плата (например проекты в сфере АйТи) – инвестор серьезно сэкономит на обязательных платежах. Все механизмы льгот, которые существуют, действуют на Дальнем Востоке по максимуму. Но основное, конечно – это территории опережающего развития и Свободный порт. Эти два механизма стали самыми эффективными. Кроме пакета льгот они дают ряд механизмов сопровождения.

Есть разовые случаи, когда инвестор дополняет другими, более продвинутыми механизмами поддержки. Это, например, режим свободной таможенной зоны. Он подходит для проектов, требующих вложений в импортное оборудование. Режим свободной таможенной зоны поможет хорошо сэкономить на таможенных пошлинах и перечне других платежей. Но это, еще раз обращу внимание, касается более глобальных проектов. Даже оборудование свободной таможенной зоны (обнесение забором, разметка границ, создание постов) это вложения. Их кто-то должен, образно говоря, "купить". Как правительство, так и потенциальный инвестор тщательно просчитывает выгоду.

— За последние 5-7 лет были случаи, когда инвестора не устраивали предложенные льготы, и он уходил?

— Чтобы именно из-за пакета преференций?

— Да.

— Не было такого. Мы провели опрос среди своих резидентов, у нас сформирована определенная статистика. Льготы и преференции, которые предоставляются, носят для бизнеса не главный характер. Есть и определенная проблематика, которая оказывает влияние на реализацию инвестиционных проектов. Это тарифная политика, транспортные расходы, стоимость электроэнергии, отсутствие доступного финансирования. Преференции начинают играть роль, когда эти проблемы решены. И самое главное – рынок. Если есть, куда сбывать результат производства, то инвестор вбирает в себя все возможности, и это будет выгодно. Он может и без преференций открыться и работать.

Рынок – это ключевой момент. Как в Хабаровском крае зарождалось предпринимательство? Здесь раньше были военные, казаки. Они стояли, основывали посты по Амуру – в XVIII-м, в XIX-м веке. А потом пришли купцы, первые предприниматели. Они обнаружили, что тут можно дешевле покупать пушнину, которая востребована в западной части страны. Покупали шкурки здесь, продавали там. И этим выгодно было заниматься, несмотря на логистику и все остальные расходы. Уже потом появились торговые дома, местные производители все остальное. Но это естественный процесс инвестирования — он случился и начал развиваться.

Сегодня то же самое может произойти, к примеру, при наличии понятного рынка сотовой связи. Сначала пришли крупные компании, которые стали на этом зарабатывать – это бизнес федерального масштаба. Если появятся какие-то местные компании, более мелкие, конкуренцию крупным они не составят. Но они могут захватить рынок благодаря новой технологии связи. Конечно, свою вышку тут, как МТС и "Билайн", не поставят, но какая-то "фишка" для обмена информацией и выхода на рынок у них будет.

— Неделю назад вы выступали на расширенном заседании Правительства Хабаровского края. В своем докладе вы приводили график потока инвестиций с 2010 по 2017 год и озвучили, что сейчас у нас объем инвестиций снизился относительно 2010 года. Расскажите подробнее о том, почему так вышло.

— Завершены крупные, системообразующие проекты по созданию транспортных мощностей и модернизации крупных производств. Например, нефтепровод "Восточная Сибирь – Тихий океан", модернизация двух нефтезаводов – в Хабаровске и Комсомольске-на-Амуре. Но приходят новые: "РЖД" вкладывает серьезные инвестиции в модернизацию БАМа и Трансиба. Развитие Ванинских и Советско-Гаванских портовых мощностей напрямую зависит от пропускных возможностей железной дороги.

Много более мелких проектов – они более стабильны, приносят нам определенный объем инвестиций. Мы еще говорили о снижении этой планки по отношению к валовому региональному продукту. Я тогда объяснял, что ВРП – это то, что экономика зарабатывает. Мы оценивали, какая часть средств от этих заработков вкладывается и сколько остается. Так что это относительный показатель. Какого-то серьезного спада у нас нет, но и выраженного роста – тоже.

— Вы упоминали, что рост ВРП в последние три года – это отголоски как раз тех крупных проектов, которые сейчас ушли.

— В том числе. Некорректно говорить, что только по этой причине, но и это тоже влияет. То, что наша экономика сейчас зарабатывает (я говорю о ВРП), это как раз и связано с реализацией таких проектов. Условно, построенная железная дорога, которая увеличила пропускные мощности, напрямую увеличивает и объем перевозимых грузов. Количество грузоперевозок по БАМу увеличилось в три, или даже в четыре раза. Все это переваливается в порту, грузится на пароходы. Эта связка позволяет экономике зарабатывать, все это превращается в зарплаты, а они дают свой мультипликативный эффект.

— То есть, мы не можем говорить сейчас, что в Хабаровском крае с инвестициями все плохо?

— Нет. Это жизнь, это волны — они так и должны сменяться. У нас по сырьевому сектору очень много проектов, мы не снижаем обороты по добыче полезных ископаемых, в лесной отрасли есть хорошие проекты, в рыбопереработке – на площадке ТОР "Николаевск". Там рыбу не просто вылавливают и продают тут же, на берегу. Ее вывозят и перерабатывают. Все неплохо, просто нет таких доминирующих проектов.

— Вы упоминали о том, что многих инвесторов интересует транспортная сфера. С чем это связано?

— Хабаровский край логистически очень выгодно расположен. У нас железные дороги очень развиты. Сейчас вот дорога к морю построена, в асфальте, магистраль к морскому порту открывает много возможностей.

— Нас не зря называют центром Дальнего Востока.

— Да, мы центр. И у нас, к тому же, очень хороший транзитный потенциал. И нас ожидает еще много транспортных проектов. Хочу отметить: развитие транспорта тянет за собой и другие проекты. В нашем случае это путь к морю, где есть все соответствующие мощности для перевалки грузов, переработки и так далее. Сфера транспорта со многим связана.

— А где не хватает инвестиций, в какой сфере?

— В сельском хозяйстве. Я уже говорил, что мы оцениваем ситуацию по рыночному принципу: сейчас мы менее чем на 20 % себя кормим, остальное завозим из соседних регионов и государств. Но производить на месте дешевле, чем откуда-то везти. Потому что есть еще и такое понятие как свежесть продукта. Для примера возьмем японские огурцы и помидоры. Почему они вкуснее? Не только из-за уникальных технологий, а из-за того, что помидор сорвали с ветки – и он сразу поехал на полку магазина. Все, что привозится из других регионов, срывается зеленым и дозревает в коробке. Технологии разные, суть одна.

— Модернизация Хабаровского аэропорта – это тоже проект в формате ГЧП, не так ли?

— Да, у нас там государство строит взлетную полосу, а частная компания – терминалы. Помогаем вести переговоры с инвесторами. В Японии было подписано соглашение по вхождению в этот проект японских компаний. А со стороны нашего государства была оказана серьезная поддержка: утверждены инвестиционные тарифы, включили проект в ТОР, решили все земельные вопросы.

— Там уже и здание старого аэропорта снесли.

— Да. После этого очень много публикаций было и в социальных сетях, и в СМИ. Я по этому поводу думаю так: Хабаровску нужно современный аэропорт. Не так давно приезжала к нам контрольная закупка — программа "Агент Бизнеса", которая проверяет уровень делового гостеприимства регионов. И единственное замечание к Хабаровскому краю, которое они озвучили – к зданию действующего аэропорта. Нужно современное, комфортное здание, которое отвечает современным стандартам.

Также запланирована модернизация международного терминала, реализуется концепция выставочного центра. Будет гостиница, проект здания уже прошел экспертизу. Ждем начала строительства почтового логистического центра.

– То есть, это комплекс сооружений логистики?

— Да, мы говорим о масштабном комплексе дополняющих друг друга объектов.

— Вернемся к преференциям, которые предлагают инвесторам для реализации проектов на территории Хабаровского края. В противовес пакету льгот, есть ли механизмы, которые препятствуют развитию бизнеса?

—На основании своей практики в инвестиционной сфере я могу сказать, что прямых жалоб, связанных с какими-то препонами, уже практически нет. Я являюсь еще и инвестиционным уполномоченным по Хабаровскому краю. Многие вопросы, конечно, приходится решать. Но они чаще всего организационного характера. Например, жалоба на невыдачу технических условий для подключения к теплу на том участке, где оно даже не подведено. Чтобы появилось отопление, нужна какая-то модернизация, и мы начинаем вторгаться в деятельность сетевых компаний. Но и в таких ситуациях я не знаю ни одного инвестора, кто отказался бы у нас работать.

— А как же история с ГК "Невада" и корейским соинвестором, которая год назад много шума наделала?

— Конфликта корейского соинвестора с администрацией Хабаровска там не было. Был вопрос предоставления земельного участка, который на тот момент не был готов к предоставлению. Юридически землю можно было использовать по одной статье, участок хотели использовать немного иначе. Смена статуса земельного участка затянулась, это довольно длительный процесс. В решении этого вопроса нам всем нужно было просто быстрее бегать для того, чтобы не возникло проблем.

— Вы наверняка помните, что и Юрий Трутнев на эту ситуацию обратил внимание.

—Да. Сейчас там, насколько я знаю, идет переупаковка проекта. Что касается взаимодействия с корейским соинвестором, тут у меня информации нет, к сожалению. С нами этот корейский инвестор не общался. Все контакты были через российскую сторону. Инвестор не обязан делиться своими коммерческими вопросами, идет борьба за рынок.

— Помните самый долгоиграющий инвестпроект в Хабаровском крае за последние несколько лет?

— Модернизация железной дороги. Он до сих пор продолжается, потому что логистика и транспортная структура постоянно развиваются. Не хватает пропускной способности, начинается работа, она тянет за собой новые проекты. Важная деталь: инвестиции — это не только создание новых заводов, но еще и вложения в самих себя. Покупка оборудования, модернизация производства – все это тоже инвестиции.

— То есть, обучение и подготовка кадров производства сюда тоже входят?

— Хороший вопрос. Инвесторы, когда планируют реализовать проект, в первую очередь решают задачу: кто будет у них работать? Соответственно, нужно решать вопрос, где сотрудники будут жить и в каких условиях. Эта ситуация может затянуться, поэтому мы пытаемся помочь инвестору и сократить путь решения. Кадровый вопрос на повестке дня в Хабаровском крае – это едва ли не первый пункт. Потому что инвестор, когда приходит в регион, в первую очередь ориентируется на местный кадровый рынок. И мы прикладываем к этому усилия.

— Или инвестор настроен на то, чтобы везти своих специалистов.

— Либо возможен третий вариант: инвестор сам занимается обучением кадров из того ресурса, который есть. То есть, это подготовка сотрудников под конкретный проект. Такая схема актуальна, если к нам заходит, к примеру, проект с эксплуатацией нового оборудования: с большей вероятностью, в крае людей не учили на нем работать, а инвестор в этом заинтересован и организует обучение. Обращу внимание еще и на разницу в кадровом подходе. Допустим, раньше токарем был человек, который в фартуке и очках стоит и крутит ручки. Сегодня это человек в белой рубашке, который за стеклом с помощью одной кнопки управляет целой линией. В нормальном инвестиционном проекте такой формат будет отражен, например, в виде обращения к вузам с просьбой подготовить конкретных специалистов. Есть компании, располагающие своими учебными центрами. Это нефтезаводы, наш "Технониколь". И они обучают не только сотрудников, но и потребителей своей продукции. В любом случае мы видим интересный подход, который нельзя назвать усредненным, типовым.

— А вопрос к инвестору по обеспечению рабочих мест?

— Это не главный вопрос. Вообще он важен, но у нас, в Хабаровском крае, низкая безработица. Кроме того, речь идет не только об обеспечении мест, но и об эффективности. О производительности труда. Любой современный проект подразумевает, что в нем задействовано меньше людей, которые выполняют больший объем работы. Есть примеры, когда один оператор управляет линией производства, с которой сходит продукция на миллиарды рублей. То есть, мы делаем акцент на качество. И оцениваем эффект для экономики края: он измеряется налогами. У нас главная задача – это пополнение бюджета Хабаровского края, а он у нас на 70 % социальный. И мы должны его обеспечить, должны гарантировать. Это нужно заработать.

— Вернемся к налоговым льготам. В Хабаровском крае инвесторы получают заметные послабления по выплате налогов, в том числе и земельного. При этом, если инвестор придет непосредственно в Хабаровск, он столкнется с недавно принятыми поправками. Городская дума подняла налог на землю промышленных производств в пять раз. Не противоречит ли это стремлениям создать привлекательный инвестклимат?

— Я думаю, что определенные противоречия тут есть. И, вероятно, инвесторам где-то станет тяжелее. С другой стороны, мы говорим о том, что самый обширный пакет льгот предоставляется резидентам ТОР. Там земельный налог как раз обнуляется. Таким образом, мы предлагаем инвестору в первую очередь участок в ТОР. Мы объясняем, что это привлекательно для бизнесмена: чем быстрее он туда зайдет, тем быстрее он окупит свои инвестиции. Бывают и такие ситуации, что инвестор заходит в ТОР, реализует проект, и пакет преференций компенсирует его затраты. А инвестор рассчитывает, что ему удастся как можно быстрее свои вложения вернуть назад и заработать на этом.

— На ваш взгляд, каких преференций и льгот сейчас не хватает в Хабаровском крае для инвесторов?

— Для Комсомольска-на-Амуре сейчас точно не хватает решения вопроса, связанного с обязательными "северными" платежами. Это надбавки, взносы и компенсация проезда, то есть обязательные вещи. Каждый работодатель должен их выплачивать. Но малому бизнесу это сделать сложнее. Не каждый проект обеспечивает такой заработок, чтобы предпринимателю удавалось без проблем платить "северные" взносы. Рабочая сила на Дальнем Востоке, особенно в северных районах, стоит дороже. Поэтому нам все-таки нужно возвращаться к компенсационному механизму.

Второе: нужно решать вопрос с преференциями по государственным заказам для местных производителей. Было бы хорошо, если бы работал механизм в сфере государственных закупок. Например, крупные госзаказчики могли бы размещать конкретные заказы только под дальневосточников. Это было бы выгодно и с точки зрения кластерных моделей, если именно о Комсомольске говорить. Главное – не нарушать антимонопольное законодательство.

Здесь есть еще один нюанс: причины, которые я назвал, потенциально делают местный продукт гораздо дороже. И мы вновь возвращаемся к ситуации, когда товар дешевле привезти, чем производить в Хабаровском крае. Экономика Дальнего Востока в принципе не конкурентная сейчас. Очень много местных компаний закрылись из-за того, что не выдержали конкуренции с западным производителем.

— Возвращаясь к вашему докладу в Правительстве края: инвестор из Владивостока упомянул, что есть проблемы с работой на земельных участках Министерства обороны. Как решается этот вопрос?

— Здесь стоит обратить внимание на то, что земельное законодательство в России нормально заработало лишь в начале 2000х годов, с появлением Земельного Кодекса. За 15 лет оно сильно модернизировалось. Но одно дело – внести изменения в закон, и совсем другое – догнать эти изменения на практике. Кроме того, у нас до сих пор остается много участков, которые не были вовремя занесены в реестр, не поставлены на учет. Постепенно эта процедура выполняется и, что логично, проявляются истории, такие как с Министерством обороны. Такая же ситуация с лесными территориями. Когда мы запускали проект "Дальневосточный гектар", очень много участков занесли в федеральную информационную систему, внесли в систему более 700 тысяч таких объектов. База земли у нас была, но она на тот момент не была консолидированной. Все "серые" участки, которые сейчас есть, закрыты своим значением, своей семантикой, ссылкой на какое-то событие.

Что касается Министерства обороны, там похожая ситуация. Эта проблема за день не решается, а инвестор приходит к нам и говорит: "Мне земля нужна сейчас". На сегодняшний день мы работаем по выведению из запретных зон примерно по 20-30 земельным участкам. Этот вопрос возник еще в феврале. Проблема обозначилась летом. И мы начали ее решать, учитывая масштабность задачи. Сейчас документы рассматривают в Минобороны. Мы планируем этот вопрос вскоре решить.

Еще одно направление в этом плане: земли лесного фонда. В Хабаровском крае 93 % участков – это лес. Чтобы там реализовать инвестпроект, нужен перевод земли в другой статус. Самый оптимистичный прогноз, который можно дать на эту процедуру, – полтора года. Очень долго все делается. Я надеюсь, что для "Холдоми" мы уложимся хотя бы в восемь месяцев, и это уже будет прорыв. Тут серьезная проблема в том, что этот процесс – он многоступенчатый, много звеньев задействовано. Участвуют и инвестор, и региональное правительство. И федеральные структуры. Один и тот же пакет документов несколько раз туда-сюда ходит. А если какая-то ошибка. И упрощающего механизма пока нет. Юрий Петрович Трутнев в октябре проводил в Хабаровске совещание и тоже обращал на это внимание.

— Вы говорите об истории с инвестором, который семь лет оформляет участок?

— Да, именно об этом. Наше предложение по решению таких проблем крайне простое: сократить цепочку участников. В первую очередь это нужно делать для резидентов ТОР и Свободного порта, потому что система получается очень сложной и долго реализуется.

— Что хотите сказать инвесторам, которые рассматривают Хабаровский край как перспективный для вложений регион?

— Мы уже построили все дороги к нашим ТОРам, ведем строительство объектов инфраструктуры, почти все они спроектированы. У нас еще есть места на площадках ТОР "Ракитное" и "Парус". Пока есть свободная земля. У инвесторов есть шанс занять ее и начать работу.

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Транспорт. Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 4 декабря 2017 > № 2451572 Юрий Чайка


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 4 декабря 2017 > № 2448922 Вячеслав Шпорт

Вячеслав Шпорт: Бизнесу на Дальнем Востоке нужны дополнительные меры поддержки

Глава региона принял участие в дискуссии «Дальний Восток: работа институтов поддержки предпринимателей»

В Москве состоялась ежегодная конференция Агентства стратегических инициатив "100 шагов к благоприятному инвестиционному климату". Мероприятие объединило представителей власти и деловых кругов, ведущих экспертов страны. Одной из площадок конференции стала дискуссия "Дальний Восток: работа институтов поддержки предпринимателей". Об опыте региона рассказал губернатор Хабаровского края Вячеслав Шпорт, сообщает ИА AmurMedia со ссылкой на сайт регионального правительства.

Он, в частности, отметил, что в крае работают немало институтов поддержки бизнеса – как местных, так и федеральных. В то же время, по многим направлениям требуется дополнительные, точечные меры. Причем речь идет зачастую не о финансовых вливаниях, а об административных или законодательных механизмах.

Одно из предложений – развитие кооперации на "дальневосточном гектаре".

"Мы создали краевой сельскохозяйственный фонд. Он предоставляет беспроцентные оборотные средства для потребительских обществ, если они принимают сельхозпродукцию на переработку от "гектарщиков". Считаем, что нужно внести соответствующие изменения и в федеральный закон "О потребительской кооперации". Кроме того, предлагаем выделить специальный раздел по этой теме в федеральных программах по поддержке проекта "Дальневосточный гектар", — отметил губернатор края.

Также глава региона коснулся внедрения лизинговых механизмов, которые сейчас набирают популярность. Он предложил для обсуждения идею создания единой лизинговой компании на Дальнем Востоке. Дополнительные меры поддержки, по мнению Вячеслав Шпорта, также нужны малым компаниям для участия в закупках у крупнейших заказчиков.

"По нашим оценкам, объем закупок в крае составляет около 240 млрд рублей. При этом малый бизнес осваивает всего 30 млрд рублей. Правительством края активно проводится информационная работа, с привлечением крупнейших заказчиков и субъектов малого бизнеса. Мы заинтересованы по ключевым продуктам организовать производство на площадках ТОСЭР", — отметил Вячеслав Шпорт.

По его словам, реализация комплекса этих мер позволит существенно повлиять на улучшение делового и инвестиционного климата в крае.

Отметим, что к 2020 году регионы Дальнего Востока должны войти в ТОП-30 Национального рейтинга инвестиционного климата. Реализовать соответствующий комплекс мероприятий Президент России Владимир Путин поручил руководству территорий совместно с Агентством стратегических инициатив.

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции > amurmedia.ru, 4 декабря 2017 > № 2448922 Вячеслав Шпорт


Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > minsport.gov.ru, 4 декабря 2017 > № 2444046

Сегодня, 4 декабря, в Москве Министр спорта Российской Федерации Павел Колобков принял участие в мероприятиях Всероссийского форума добровольцев.

В ходе церемонии награждения премией «Доброволец России» Министр вручил приз победителю в номинации «Волонтёр Победы».

«Сегодня волонтёрское движение активно развивается в мире в разных сферах: экологии и здравоохранении, образовании и культуры, конечно, в спорте», – обратился Павел Колобков к участникам и гостям церемонии.

«На прошедшем в этом году в России Кубке Конфедераций волонтёры работали на всех самых ответственных участках. Они были гидами и переводчиками, помогали врачам. Без них Кубок не прошёл бы на таком высоком уровне, как было отмечено в СМИ. Благодарю вас за этот вклад», – сказал глава Минспорта России.

«Сейчас вовсю идёт подготовка к проведению в нашей стране Чемпионата мира по футболу 2018 года и XIX Всемирной зимней универсиады 2019 года. На этих крупных спортивных форумах будут задействованы десятки тысяч волонтёров. Активных, инициативных», – продолжил Министр.

«Волонтёрство – прекрасная возможность для самореализации и может стать успешным началом профессиональной карьеры, – подчеркнул Павел Колобков. – Поздравляю вас с приближающимся Днём добровольца. Желаю осуществления всех ваших инициатив!».

Кроме того, глава Минспорта России побеседовал с волонтёрами на открытой встрече, а также в ходе осмотра экспозиционной площадки Форума.

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > minsport.gov.ru, 4 декабря 2017 > № 2444046


США > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > offshore.su, 4 декабря 2017 > № 2420573

Соединенные Штаты Америки планируют вести активную борьбу с оффшорами

Планы Правительства США - "вознаграждение" тех компаний, которые примут и реализуют решение по возврату прибыли в страну. Для этого установлены специальные низкие налоги, позволяющие оффшорным компаниям, которые решат вернуться в США, сохранить порядка трех миллиардов долларов. Именно такая сумма на сегодняшний день накоплена бизнесом в оффшорах.

Новый инструмент законодательной базы Америки - установление десятипроцентного налога на доходы, которые предприниматели получают за рубежом. Д. Трамп, президент Соединенных Штатов и представители Конгресса страны из партии республиканцев считают, что убедив бизнес не уводить деньги в оффшоры, они будут способствовать созданию новых рабочих мест внутри страны. В настоящее время, по действующим законам, величина такого налога составляет 35% (на международную прибыль). На сегодня это самый высокий в мире показатель. Но его уплату можно отсрочить, просто не выводя прибыль из-за границы. Пользуясь этой возможностью, компании, фактически, ведут бизнес за границей. С 1996 года произошло двукратное увеличение прибыли американских компаний в других странах мира.

Попытки решить проблему предпринимались и ранее. В 2004 Конгресс предложил временные налоговые льготы тем, кто перенесет свой бизнес в США и создаст в стране новые рабочие места. Но воспользоваться ей поспешили немногие. В результате, в государственную казну вернулось лишь 5.25% всей зарубежной прибыли, что в абсолютных величинах составило 312 млрд долларов.

США > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > offshore.su, 4 декабря 2017 > № 2420573


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 1 декабря 2017 > № 2410125

«Они не умеют считать»: зачем МФО малый бизнес и чем опасны такие клиенты

Татьяна Терновская, редактор Банкир.Ру

Работа с малым бизнесом может стать одним из ключевых в деятельности микрофинансовых организаций. Об этом в ходе дискуссии на XVI Национальной конференции по микрофинансированию и финансовой доступности в Санкт-Петербурге говорили и участники микрофинансового рынка, и представители регулятора. Пока займы предпринимателям дают немногие МФО. Но, судя по интересу к этой теме на конференции, их количество будет расти.

83 документа в кредит

Для того чтобы небольшой компании получить кредит в крупном банке, надо предоставить в среднем 83 документа. Таковы данные анонимного исследования, которое провел проект «Альфа-Поток» и о котором рассказал на конференции его руководитель Никита Абраменко.

«Мы взяли компанию – белую, чистую, пушистую, достаточно известную на рынке малого бизнеса. И пошли в пять крупнейших банков получать кредит, анонимно, – объяснил он. – Выяснилось, что в среднем надо собрать 83 документа, все это достаточно долго и банк тебе не рад. И никто не выдал кредит… «Альфа», правда, дала – но потом уже. Может быть, они как-то узнали, что это исследование для «Потока».

Сами предприниматели, как рассказывают участники рынка МФО, стали все чаще обращаться за кредитами к ним, а не в банки – потому что это быстро, хотя и дорого. Микрофинансисты признают, что их дорогие займы субъекты малого бизнеса направляют не на развитие, а на покрытие кассовых разрывов и решение внезапных финансовых проблем. МФО и сами заинтересовались работой с этим сегментом.

Где искать клиентов?

Любопытно, что микрофинансовые организации начали обнаруживать предпринимателей в своих клиентских базах – но как «физиков». О таком опыте рассказал Олег Куликовский из «Агентства экспресс-кредитования».

Изначально компания занималась незамысловатым бизнесом – выдачей займов гражданам под залог ПТС. «Мы посмотрели свой портфель и поняли, что 70% наших заемщиков – это те самые предприниматели, – сказал он. – И мы дали нашей клиентской базе предложение: вы берете деньги на бизнес, вы тратите ресурсы, чтобы деньги в этот бизнес завести, потом из бизнеса вытащить и вернуть нам. Вот вам ставка ниже – получайте сразу деньги напрямую».

Он признался: были опасения, что такой продукт не заинтересует предпринимателей – им, как правило, интересны наличные деньги. Однако предложение пришлось заемщикам по вкусу. Компания заключает с ними рамочный договор и открывает кредитную линию, срок получения денег в отличие от банков – одни сутки.

«Этот продукт был воспринят как дополнительная возможность для тех предпринимателей, которым нужны «белые» заемные средства на счетах своих компаний. Понятно, что ставка высокая, но им деньги нужны не для развития. К нам приходит предприниматель, ему нужно выплатить зарплату, у него задержались поставки, кто-то ему не заплатил и так далее. Он не пойдет в Сбербанк в течение долгого срока выбивать 300 тысяч рублей», – объяснил Куликовский.

Самое интересное – по сути, потребительские займы, которые берут предприниматели, серьезно зарегулированы. И риски, связанные с ними, как с потребителями, несет кредитор.

«Юридическое лицо – это все-таки некий равноправный партнер, который должен правильно оценивать то, зачем он к нам пришел. Возможности разные, – сказал Куликовский. – Мы все знаем, как потребительский рынок все более жестко регулируется. При этом возможности кредитовать юрлицо остаются как минимум малоизменными. То есть правила игры более свободные».

«Малый бизнес не умеет управлять»

Но есть и другое мнение: малый бизнес достаточно беспомощен и не особо квалифицирован именно в части бизнеса. И это может представлять собой отдельные риски для кредиторов. Об этом говорил генеральный директор компании «Брио-Финанс» Владислав Мишин.

По его словам, понятия «малая компания» и «собственник» зачастую бывают просто одним и тем же. И зачастую именно собственник единолично принимает решения не оптимальным образом, а в силу каких-то личных предпосылок. Зачастую собственник не видит разницы между ресурсами компании и своими собственными. А стратегией малого предприятия, как правило, является поведение его собственника.

«Малый бизнес не умеет управлять, – указал Мишин. – Чем занимается собственник? Он бегает за ресурсами, практически всегда. Он ищет заказчиков, он ищет контакты. Он не занимается выстраиванием процессов. Он не занимается стратегией. Он не занимается развитием продукта. Он даже зачастую не занимается бизнес-моделью».

Кроме того, по мнению Мишина, малый бизнес не умеет планировать. Например, при появлении крупного клиента компания может резко сменить свою бизнес-модель, все процессы. И это делает малый бизнес абсолютно непредсказуемым. «Считать они тоже не умеют, – указал Мишин. – Ну, это известная история. Все, кто кредитует малый бизнес и работали с его отчетностью, знают, какие бывают расхождения. Когда, например, в балансе не «бьются» актив и пассив – очень распространенная история. Просто не совпадают цифры. Это, кстати, происходит еще и потому, что бухгалтер – на аутсорсе за 10 тысяч рублей, и всё, и привет. Настоящих финансовых директоров я тоже мало встречал в малом бизнесе».

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 1 декабря 2017 > № 2410125


Россия > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 1 декабря 2017 > № 2410040 Филипп Шубин

Связь с клиентом. В каких случаях мобильные приложения не нужны бизнесу

Филипп Шубин

операционный директор приложения «Кошелёк»

Предприниматели ожидают, что разработка — самый сложный и дорогостоящий этап запуска приложения. Но чтобы оно эффективно работало, требуются ресурсы уже после запуска

Мобильные приложения в моде. У вас ресторан? Разработайте мобильное приложение для просмотра меню. Сеть ювелирных салонов? Разработайте приложение с дополненной реальностью для примерки колец. Эти и другие предложения кажутся очевидными и современными. Однако учтите, что 84% пользователей удаляют приложения через месяц после установки.

Обычно представителей бизнеса не пугает процент удаляемых программ. Они уверены: их сервис не войдет в их число. Чтобы приложение выжило в битве за место на смартфоне, необходимо развивать его, выделяя на это дополнительные ресурсы. Перечисляем основные статьи расходов, которые появятся у компании после запуска собственной мобильной витрины.

Поддержка работы

Приложение уже доступно для установки из AppStore или Google Play, но это лишь первый шаг. Рынок мобильных устройств изменчив. Операционные системы смартфонов развиваются, в продаже появляются новые модели гаджетов с нестандартными характеристиками. И будущее вашего приложения во многом зависит от готовности к изменениям и способности быстро адаптироваться к ним. Всё это требует постоянной работы специалистов и вложений в улучшение мобильного сервиса.

Создавая приложение, будьте готовы к тому, что его абонентское сопровождение (вне зависимости от того, займется этим ваш сотрудник или внешнее агентство) станет стабильной графой расходов вашей компании.

— Обслуживание приложения, созданного на базе конструктора обойдется в 10 000 рублей в месяц при стоимости разработки — 130 000 рублей. Здесь и далее указаны ориентировочные расценки, которые могут сильно варьироваться в зависимости от технического задания на ПО.

— Сопровождение «самописного» мобильного сервиса, над которым работают два сотрудника, обойдется в 150 000 – 500 000 рублей (в зависимости от квалификации разработчиков и от региона их проживания).

Привлечение пользователей

У приложений бизнеса — кафе, ресторанов, магазинов — есть существенное преимущество в сравнении с другими мобильными сервисами. В их распоряжении бесплатные офлайновые точки контакта с потенциальными пользователями. Аудиореклама в торговых залах, шелфтокеры и воблеры на полках, информация в прикассовой зоне превращают посетителей торговых залов в пользователей приложения. Но общение в точках продаж охватит лишь самых активных покупателей — ядро аудитории.

Чтобы приложение было интересно большему количеству пользователей, его необходимо продвигать: заботиться об оформлении в магазинах приложений, заниматься поисковой оптимизацией в сторах, стимулировать установки через баннерную рекламу и закупку трафика.

— Стоимость одной качественной платной установки доходит до 100 рублей (цена зависит от сферы бизнеса, сезона закупки, аудитории).

— Использование дополнительных внешних инструментов для этих целей (например, периодической оптимизации в магазинах приложений) — около 20 000 в месяц.

Удержание аудитории

Клиента недостаточно заполучить — его нужно удержать. Чтобы клиент прошел через все воронки, сохранил активность и не удалил мобильный сервис через день, нужно оптимизировать приложение, улучшать его экраны, тестировать новые функции и дорабатывать то, что вызывает недовольство.

Пренебрегая этим пунктом, вы рискуете пополнить список мобильных приложений, сделанных «для галочки», удостоенных двух звездочек в магазине предложений и гневных отзывов пользователей.

— Размер зарплаты человека, отвечающего за все вопросы, связанные с мобильными приложением (продвижение, новые функции, поддержка пользователей) варьируется в пределах 70 000 — 200 000 рублей.

Новые возможности сервиса

Клиентам недостаточно лишь инструмента для получения скидки на кассе. Если они скачали приложение бренда, им нужно всё и сразу: доступ к личному кабинету с историей операций и балансом бонусного счета, удобный онлайн-шопинг с отображением статуса доставки сделанного заказа и общение с консультантом в чате. В итоге приложение, которое делалось для удовлетворения базовых потребностей клиента, развивается и разрастается до размеров отдельного сервиса, наравне с собственным интернет-магазином.

Дальше — больше. Технологии, которые используются ритейлом для мобильных сервисов, не стоят на месте. Геофенсинг, additional reality, омниканальный месседжинг... Всё это в какой-то момент придется поддерживать в приложении — либо собственными силами, либо после длительной интеграции с внешними разработчиками.

— Если компания создала сервис на базе готового конструктора, возможности приложения ограничены. Это значит, не каждую технологию возможно подключить к сервису.

— Если компания разработала собственное приложение, подключением новых технологий занимаются собственные разработчики (в зависимости от квалификации разработчиков и от региона их проживания). Следовательно, стоимость подключения каждой новой технологии зависит от количества человеко-часов.

Дополнительная служба поддержки

Пользователь приложения требует внимания. Если у него что-то не работает или работает не так, как хотелось бы, клиент требует вашей помощи или как минимум комментария по сроку решения проблемы. Это значит, вам предстоит либо обучить ваш колл-центр работе с новыми обращениями, либо создать отдельную службу поддержки, которая будет заниматься именно мобильным сервисом.

— После запуска приложения отвечать на обращения пользователей может кто-то из указанных выше сотрудников компании.

— С ростом количества запросов понадобится отдельное подразделение из 2-3 сотрудников, обеспечивающих поддержку в режиме 12/7 (заработная плата 20 000 — 50 000 рублей).

Операционные расходы

С появлением новых сотрудников в компании появляются дополнительные статьи операционных расходов: оплата поиска сотрудников внешним хэдхантером или собственным сотрудником, налоги, дополнительный кабинет в офисе.

— Объем расходов в этой статье зависит от квалификации и требований описанных выше специалистов. Можно сэкономить: с рядом задач прекрасно справятся студенты и начинающие специалисты, которых проще найти и «дешевле» содержать в штате. Но стоит потратить больше денег и получить положительный эффект, чем рискнуть репутацией и «краснеть» перед клиентом за получившееся приложение.

Перед созданием собственного приложения еще раз взвесьте «за» и «против» и приготовьтесь к вложению времени и денег. Если вы хотите получить эффективный мобильный инструмент для работы с клиентами, не экономьте на нем. А чтобы он показал больший эффект, присмотритесь и к дополнительным способам присутствия на смартфонах, не требующим жертв, но повышающим охват коммуникации.

Россия > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 1 декабря 2017 > № 2410040 Филипп Шубин


Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука. Финансы, банки > snob.ru, 30 ноября 2017 > № 2610147 Дмитрий Аханов

Инвестор Дмитрий Аханов:

Путь «ботаника» к деньгам короче, чем у шпаны

Быть инвестором в России — рискованное предприятие. Директор по взаимодействию с компаниями США и Канады УК «РОСНАНО» и президент RUSNANO USA Дмитрий Аханов рассказал «Снобу» о том, почему проваленный проект — это хорошо и что для инвестора лучший подарок

Едва поздоровавшись, мы начали обсуждать биткойны. И вы сказали, что это своего рода казино. Тогда и то, чем вы занимаетесь, — венчурный бизнес, прямые инвестиции, — если посмотреть на них с этой стороны, то же самое казино.

Для 80% инвесторов, занимающихся этим непрофессионально и особенно в России, так и есть. И если проводить аналогии, фондовый рынок в последние 20 лет очень похож на казино.

Сноб: Какие качества необходимы профессиональному инвестору?

В первую очередь — интуиция. Всем известны истории успеха, но есть истории тысяч компаний, которые делали примерно то же самое, в них вложили сотни миллионов долларов, а в итоге все закончилось плохо.

Главное, чем отличается правильный менеджер венчурного фонда — это умением формировать портфель. Ты можешь сказать: я универсальный фонд, и инвестировать во все — от софта до игрушек. Есть крупные фонды с так называемой стратегией spray and pray, заводящие в портфель по 500 компаний. Но 90 процентов фондов, инвестирующих, например, в медицину, узкоспециализированные, потому что это требует специальных знаний.

Мы (УК «РОСНАНО». — Прим. ред.) на 99 процентов инвестируем эксклюзивно в реальный сектор, то есть в то, что можно пощупать, и у нас в портфеле практически отсутствуют компании, которые занимаются чистым софтом.

Сноб: Это совпадает с тем, как подходят к инвестициям в странах с более развитым венчурным рынком?

На Западе инвестируют в людей, в их способности.

Сноб: И в кого лучше всего инвестировать?

В человека, у которого уже есть два успешных проекта и один проваленный. Он знает, что такое слава и деньги, но уже в чем-то просчитался. Кстати, по этим же характеристикам инвесторы оценивают друг друга. Это игра вдолгую, и важно понимать опыт тех людей, с которыми ты это делаешь.

Сноб: Вы ставите перед собой задачу прыгнуть на восходящий тренд?

Да. Есть рынки, на которых выигрывает пионер, а есть куча рынков, на которых пионеры не выигрывают никогда. Потому что, как ни крути, в современном мире, помимо чистой технологии, важны еще маркетинг, ресурсы, финансы. И удача. Без нее нельзя: нужно попасть в правильное место в правильное время.

Если вы помните, первый айфон Джобс показал в феврале только на слайдах. Как глава «Майкрософт», не самый последний человек в бизнесе, отреагировал на эту презентацию? «Это сделать технологически невозможно!» Но продажи начались уже в июне. Или другой пример: до «Гугла» были поисковики? А соцсети были до «Фейсбука»? Были. И много.

Ты никогда не знаешь, что в итоге приведет к успеху.

Сноб: А какой подход к инвестициям в России? У нас чаще хотят быть пионерами или, наоборот, совершенствовать то, что уже существует в мире?

Отличие крупных российских корпораций от западных — отсутствие опыта работы со стартапами и понимания, как этот процесс нужно выстраивать. То есть ты приходишь в какую-нибудь крупную российскую компанию и говоришь: «Вот я для вас сделал, классная штука». Первое, о чем тебя спросят: «А где она уже работает?» И желательно лет тридцать. А на Западе есть понимание, что людям нужны деньги. Многие говорят: «О’кей, нам этот продукт потенциально интересен, давайте мы вам заплатим за право быть первыми, кто сможет тестировать его у себя, опять же за деньги». И добавят: «Вы, пожалуйста, учтите, что нам в продукте нужно». Основная причина такого подхода — очень высокая конкуренция и необходимость постоянно двигаться вперед.

Сноб: Это такое общее мнение, что крупные компании плохо приспособлены к инновациям. С чего или с кого начинаются изменения?

Если говорить о классических больших корпорациях, то, как правило, с руководителя, который начинает всех толкать. Тогда создается свое венчурное подразделение, либо вкладываются деньги в какие-то фонды, которые работают отчасти по заказу корпорации.

Вообще, за последние пять лет в сфере венчурных инвестиций корпоративный сегмент наиболее быстрорастущий, а в сфере, в которой мы работаем, он занял процентов 70 от объема инвестиций.

Сноб: Есть люди, которые честно говорят: я хочу заработать. Есть те, кто хочет «изменить мир». Насколько хороша финансовая мотивация?

Человек всегда будет думать о деньгах. Это базис, о котором можно даже не говорить.

Сноб: То есть деньги «приложатся», если ты делаешь крутое дело?

Абсолютно. Венчурные инвесторы любят инвестировать в компании, меняющие мир. Взять того же Маска. Его личный интерес — не заработать очередной миллиард долларов, а основать колонию на Марсе. Это его детская мечта. Но он при этом понимает, что, если не заработает этот условный миллиард, у него не получится сделать то, что он хочет. И — уникальная вещь для Америки, но уже справедливая для Индии и для Китая, — у очкарика-программиста или физика, или биолога путь к деньгам короче, чем у шпаны.

Сноб: У нас же сложилось мнение, что уважающий себя ученый не должен быть торгашом.

Это то, что мешает российским ученым. А еще они говорят: «Я изобрел гениальную вещь, она стоит миллиарды долларов, поэтому я вам ничего не покажу и не расскажу — вы все украдете. Но вы мне должны дать еще миллиард, чтобы я все-таки смог это сделать». Нашим инженерам всегда не хватало умения довести свое изобретение до конца и сделать продукт, который кто-то купит. Это в том числе менталитет. У нас нет, что называется, «продакт маркетинга» и желания создать конечный нужный продукт.

Чтобы ситуация изменилась, нужно, во-первых, рассказывать о людях, способных сделать научную разработку, технологию, а потом построить из нее бизнес. В России таких примеров мало, но они есть. Во-вторых, поощрять западные компании открывать центры разработки в нашей стране. Но у нас, к сожалению, с одной стороны, исторические традиции, а с другой — есть такая штука, как недоверие к тому, что делают русские.

Сноб: Почему?

До начала 2010-х годов в стране не существовало ни венчурных инвестиций, ни фондов.

Сноб: Вы меряете других по себе? Вас это не подводит?

Иногда подводит. Но если не верить в людей, то этот бизнес делать невозможно. Есть многие вещи, которые нельзя заранее проверить, в том числе в технологиях. Вот пример одной компании, с которой мы общались. Они делали оптические лазеры для системы очистки трубопроводов, в том числе высокомощные. На тот момент о них было две статьи, в которых приводились комментарии двух экспертов: создателя крупнейшего в мире производителя промышленных лазеров, одного из самых успешных российских технологических предпринимателей Валентина Гапонцева и Стивена Чу, нобелевского лауреата и на тот момент министра энергетики США. Оба заявили: то, что пытается сделать эта компания, технологически невозможно. Через два года эта компания сделала то невозможное.

Сноб: За последние шесть-семь лет венчурный рынок в России хотя бы начал формироваться. Однако остается проблема: кто будет покупать стартапы?

Покупателей практически нет. И единственный в текущем моменте выход — сразу строить компанию с прицелом на международный рынок.

Сноб: Как далеко готовы идти российские предприниматели, насколько для них открыт мир?

К сожалению, далеко идти не готовы. Любой рост требует усилий, амбиций, рисков — многие в России боятся больших денег. Я знаю пример компании, работающей в том числе и на международных рынках. Ей ничто не мешает расти дальше, но люди получают свои 15–20 миллионов долларов дивидендов в год, и им достаточно.

Сноб: Как вы считаете, у компании «Роснано» уровень осторожности, аппетит к риску — какой? Компанию часто обвиняют в том, что она «прыгает» на тех, кто уже показывает классную динамику.

Иметь возможность инвестировать в ранние стадии иногда правильно, но это не наша специализация, это не то, что мы умеем делать лучше всего. Мы инвестор поздних стадий, наш аппетит к риску умеренный. Мы, как правило, готовы брать на себя рыночные риски, но не технологические.

Сноб: А каков ваш личный аппетит к риску?

Я подхожу к этому с точки зрения портфеля. Грубо говоря, если у меня есть портфель на 100 миллионов долларов, 5 миллионов я готов направить на очень рискованные, с моей точки зрения, проекты.

У меня в портфеле нет каких-то безумных, ярких звезд, которые могут принести «сто икс». Такие цифры дают единицы из десятков тысяч. Особенно в прямых инвестициях, которые требуют финансирования не в 5–10 миллионов, а в 100, 200 и так далее.

У меня в портфеле было девять компаний, сейчас осталось четыре: три я продал, две мы закрыли. Одна из них была попыткой построить крупную компанию по созданию биотоплива из углекислого газа и бактерий.

Сноб: Это был проект-демонстрация аппетита к риску?

Да. Есть успешные компании, которые мы вполне хорошо продали. SiTime стала крупнейшей венчурной сделкой в области полупроводников в 2014 году, мы продали ее за 200 миллионов японцам. Продали компанию Soft Machines. Это де-факто один из примеров, когда группе инвесторов не хватило аппетита к риску. Ее можно было вырастить в многомиллиардную компанию, но нужно было вложить еще очень много денег. И в итоге за несколько сотен миллионов долларов компания пока без продукта и без выручки была куплена. Это дорогого стоит.

Сноб: Что с остальными проектами, которые вы ведете?

У меня сегодня три публичных проекта, то есть их акции котируются на бирже. IPO — это, с одной стороны, выход, а с другой стороны, еще ведь нужно правильно продать.

Компания Quantenna, которая делает вай-фай-чипы, в прошлом году сделала мне подарок: в день моего рождения мы сделали IPO. Есть публичная компания NeoPhotonics с выручкой 300 миллионов долларов. Еще одна компания, вышедшая на биржу, - Aquantia, успешно разрабатывающая сетевые чипы для передачи данных.

Сноб: Перспектива IPO определяется в начале пути?

Когда строишь большую компанию, ее правильно строить с целью выхода на IPO или M&A. Не все компании и бизнесы можно вырастить до миллиарда.

Но есть и вполне нормальные, внятные бизнесы, которые можно дорастить с нуля до 35–70 миллионов долларов и продать, понимая, что на IPO эта компания вряд ли когда-нибудь выйдет. Это тоже вполне адекватная инвестиция.С

Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука. Финансы, банки > snob.ru, 30 ноября 2017 > № 2610147 Дмитрий Аханов


Казахстан > Приватизация, инвестиции > liter.kz, 30 ноября 2017 > № 2526716

Предприниматели раскритиковали передачу госфункций бизнесу

16 функций в трех сферах планируется передать в частный сектор

У госорганов и бизнеса нет четкого понимания конечных результатов передачи госфункций в частный сектор – это стало процессом ради процесса. Об этом заявил заместитель председателя правления нацпалаты "Атамекен" Рустам Журсунов, передает LS.

Такие выводы Журсунов сделал после 1,5 года активной деятельности в этом направлении.

"Непонятно, что мы хотим увидеть в итоге. Какие цели мы преследуем? Какие индикаторы должны быть заложены? На наш взгляд, основные KPI следующие. Первое - развитие института саморегулирования должно сопровождаться реальной передачей конкретных разрешений и лицензий. Если, конечно, среда готова. Если нет, то необходимо создать условия для консолидации предпринимательского сообщества. И в этом процессе нам никак не обойтись без поддержки правительства", - высказался он.

Второе, по его словам, это то, что в саморегулируемых организациях (СРО) передаются госфункции, а в ассоциации нет, НПП наблюдает "искусственную" мутацию ассоциаций в СРО, которые априори не могут быть последними.

"В итоге мы, единственные в мире, получаем СРО в сфере обращения черного лома, продажи билетов в железнодорожных кассах. Мы предлагаем расшить две несовместимые вещи – в СРО объединяются по профессиональному признаку, где есть стандарты, повышение квалификации, контроль друг за другом, в ассоциации – по предпринимательскому. При этом предусмотреть возможность делегирования госфункций отраслевым ассоциациям при условии их укрупнения (30-50% и выше) и, соответственно, готовности", - пояснил Журсунов.

Третье предложение нацпалаты - во главу угла необходимо поставить принцип: "передача функций против их консолидации".

"Сейчас инициатива по введению саморегулирования принадлежит исключительно госоргану. В мировой практике все наоборот. Инициатива должна в первую очередь исходить от предпринимательского сообщества. В этой связи просим поручить министерству нацэкономики в рамках законопроекта по дерегулированию (принятие которого запланировано в мае 2018 года) вернуться к рассмотрению данного вопроса", - сказал он.

По информации Журсунова, 16 госфункций в настоящее время планируется передать в саморегулирование в трех сферах - это оценка, экологический аудит и юридическая помощь, законопроекты сейчас находятся на рассмотрении в мажилисе. Еще 44 функции планируется проработать в следующем году (37 в саморегулирование, семь иными способами).

Он также рассказал о вопросах, которые остались после процесса гуманизации административного законодательства.

"Цифры говорят сами за себя. Если за 9 месяцев 2015 года к адмответственности привлечены 186 тыс. предпринимателей, то за 9 месяцев 2016 – 240 тыс., а за этот же период текущего года – уже 300 тыс. Как видите, ежегодный рост числа привлекаемых к адмответственности бизнесменов составляет 30%. В каком направлении, по нашему мнению, следует двигаться дальше? Во-первых, кодекс содержит 23 статьи, которые следует перевести в гражданско-правовое поле либо наказывать виновных в дисциплинарном порядке; во-вторых, 44 состава не содержат четкого перечня правонарушений, отсылая просто на правила. При этом зачастую сами правила содержат более 30 видов различных требований от "чисто" формальных до очень серьезных, и по всем им предусмотрена одна и та же санкция, вплоть до конфискации", - объяснил спикер.

В-третьих, по словам Журсунова, широкое применение института конфискации (в 69 составах), зачастую основанное на субъективной оценке проверяющего, также требует пересмотра. Так, за 2016 год по статье 551 КоАП ("Недекларирование или недостоверное таможенное декларирование") было возбуждено 766 дел, конфискацией же закончилось лишь 63 дела, а это всего 8%.

"Возникает резонный вопрос: почему 92% дел остались без конфискации. Ответ сам по себе наталкивает на определенные мысли о коррупции. В этой связи мы говорим: "Уберите конфискацию из статьи", на что нам отвечают: "Штраф в размере 80-100 МРП несоизмерим с размером ущерба". Что в свою очередь вызывает вполне резонный вопрос: "А чем тогда отличаются таможенные сборы от других обязательных платежей, тех же налогов?" - возмутился зампред НПП.

Он просит сделать размер штрафа в процентах от суммы неуплаченных таможенных платежей либо от стоимости товара, по аналогии с налоговыми статьями.

"Такая практика уже давно отлично зарекомендовала себя в налоговой сфере. И это напрямую коррелируется с поручениями главы государства о переводе санкции на экономические рельсы. В связи с этим считаем необходимым провести дальнейшую работу по дифференциации как самих составов, так и их санкций", - заявил он.

Ранее депутат мажилиса Азат Перуашев заявлял, что механизм передачи функций госорганов бизнесу плохо продуман и может привести к легализации взяток.

Казахстан > Приватизация, инвестиции > liter.kz, 30 ноября 2017 > № 2526716


Россия > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > rosim.ru, 30 ноября 2017 > № 2444826

«За 2016-2017 годы значительно выросло количество малых и средних предприятий, осуществляющих экспортную деятельность, - прирост составил 86%, до уровня 30,1 тыс. предприятий», - заявил сегодня заместитель Министра экономического развития Российской Федерации - руководитель Федерального агентства по управлению государственным имуществом Дмитрий Пристансков на пленарной секции V Международной конференции «Внешнеэкономическая деятельность как фактор эффективного развития малых и средних предприятий в субъектах Российской Федерации» в городе Ростове-на-Дону.

В работе конференции принимает участие более 1000 участников, включая представителей субъектов Российской Федерации, более половины участников - представители бизнеса.

По словам заместителя Министра, развитие экспорта способствует эффективному распределению ресурсов и улучшению взаимоотношений между странами, поэтому расширению экспортной деятельности сейчас придается особое значение.

Дмитрий Пристансков добавил, что увеличилось количество субъектов Российской Федерации, вовлеченных в развитие экспорта малых и средних предприятий (МСП), активно создаются центры координации поддержки экспортно-ориентированных субъектов МСП. Сейчас функционируют 53 подобных центра, что на 20 единиц больше по сравнению с прошлым годом. Ежегодно услугами центров поддержки экспорта пользуются порядка 7-8 тысяч предпринимателей-экспортеров (или 30% от всех экспортеров из числа субъектов МСП).

По словам Дмитрия Пристанскова, для экономического стимулирования экспортно-ориентированных компаний Минэкономразвития России совместно с Минфином России разработаны поправки в Налоговый кодекс Российской Федерации, предусматривающие возможность применения нулевой ставки НДС при реализации и реэкспорте товаров, произведенных в рамках таможенных процедур переработки на таможенной территории, свободной таможенной зоны и свободного склада.

«Реализация данного предложения может стать одним из механизмов привлечения инвестиций в экономику Российской Федерации, развития производства импортозамещающих и экспортно ориентированных товаров, встраивания в глобальные цепочки добавленной стоимости», - подчеркнул он.

Дмитрий Пристансков обратил внимание, что нефинансовая поддержка экспорта российской продукции осуществляется Минэкономразвития России в том числе через Торгпредства Российской Федерации в иностранных государствах, функционирующих в 59 странах мира. Начиная с 2012 года утверждено 886 страновых паспортов проектов, поступивших от субъектов Российской Федерации. Он уточнил, что сейчас реализуются 438 внешнеэкономических проектов, направленных на экспорт товаров, работ и услуг за рубеж, привлечение частных иностранных инвестиций для строительства/реконструкции объектов на территории страны, а также импорт иностранных технологий для модернизации. Оценочная стоимость данных проектов составляет 32,1 млрд долларов. «При этом 80% реализуемых проектов составляют проекты малого и среднего бизнеса», - отметил Дмитрий Пристансков.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > rosim.ru, 30 ноября 2017 > № 2444826


США. Канада. Россия > Химпром. Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ > rusnano.com, 30 ноября 2017 > № 2428963 Дмитрий Аханов

Инвестор Дмитрий Аханов: Путь «ботаника» к деньгам короче, чем у шпаны.

Быть инвестором в России — рискованное предприятие. Директор по взаимодействию с компаниями США и Канады УК «РОСНАНО» и президент RUSNANO USA Дмитрий Аханов рассказал «Снобу» о том, почему проваленный проект — это хорошо и что для инвестора лучший подарок.

Едва поздоровавшись, мы начали обсуждать биткойны. И вы сказали, что это своего рода казино. Тогда и то, чем вы занимаетесь, — венчурный бизнес, прямые инвестиции, — если посмотреть на них с этой стороны, то же самое казино.

Для 80% инвесторов, занимающихся этим непрофессионально и особенно в России, так и есть. И если проводить аналогии, фондовый рынок в последние 20 лет очень похож на казино.

Какие качества необходимы профессиональному инвестору?

В первую очередь — интуиция. Всем известны истории успеха, но есть истории тысяч компаний, которые делали примерно то же самое, в них вложили сотни миллионов долларов, а в итоге все закончилось плохо.

Главное, чем отличается правильный менеджер венчурного фонда — это умением формировать портфель. Ты можешь сказать: я универсальный фонд, и инвестировать во все — от софта до игрушек. Есть крупные фонды с так называемой стратегией spray and pray, заводящие в портфель по 500 компаний. Но 90 процентов фондов, инвестирующих, например, в медицину, узкоспециализированные, потому что это требует специальных знаний.

Мы (УК «РОСНАНО». — Прим. ред.) на 99 процентов инвестируем эксклюзивно в реальный сектор, то есть в то, что можно пощупать, и у нас в портфеле практически отсутствуют компании, которые занимаются чистым софтом.

Это совпадает с тем, как подходят к инвестициям в странах с более развитым венчурным рынком?

На Западе инвестируют в людей, в их способности.

И в кого лучше всего инвестировать?

В человека, у которого уже есть два успешных проекта и один проваленный. Он знает, что такое слава и деньги, но уже в чем-то просчитался. Кстати, по этим же характеристикам инвесторы оценивают друг друга. Это игра вдолгую, и важно понимать опыт тех людей, с которыми ты это делаешь.

Вы ставите перед собой задачу прыгнуть на восходящий тренд?

Да. Есть рынки, на которых выигрывает пионер, а есть куча рынков, на которых пионеры не выигрывают никогда. Потому что, как ни крути, в современном мире, помимо чистой технологии, важны еще маркетинг, ресурсы, финансы. И удача. Без нее нельзя: нужно попасть в правильное место в правильное время.

Если вы помните, первый айфон Джобс показал в феврале только на слайдах. Как глава «Майкрософт», не самый последний человек в бизнесе, отреагировал на эту презентацию? «Это сделать технологически невозможно!» Но продажи начались уже в июне. Или другой пример: до «Гугла» были поисковики? А соцсети были до «Фейсбука»? Были. И много.

Ты никогда не знаешь, что в итоге приведет к успеху.

А какой подход к инвестициям в России? У нас чаще хотят быть пионерами или, наоборот, совершенствовать то, что уже существует в мире?

Отличие крупных российских корпораций от западных — отсутствие опыта работы со стартапами и понимания, как этот процесс нужно выстраивать. То есть ты приходишь в какую-нибудь крупную российскую компанию и говоришь: «Вот я для вас сделал, классная штука». Первое, о чем тебя спросят: «А где она уже работает?» И желательно лет тридцать. А на Западе есть понимание, что людям нужны деньги. Многие говорят: «Окей, нам этот продукт потенциально интересен, давайте мы вам заплатим за право быть первыми, кто сможет тестировать его у себя, опять же за деньги». И добавят: «Вы, пожалуйста, учтите, что нам в продукте нужно». Основная причина такого подхода — очень высокая конкуренция и необходимость постоянно двигаться вперед.

Это такое общее мнение, что крупные компании плохо приспособлены к инновациям. С чего или с кого начинаются изменения?

Если говорить о классических больших корпорациях, то, как правило, с руководителя, который начинает всех толкать. Тогда создается свое венчурное подразделение, либо вкладываются деньги в какие-то фонды, которые работают отчасти по заказу корпорации.

Вообще, за последние пять лет в сфере венчурных инвестиций корпоративный сегмент наиболее быстрорастущий, а в сфере, в которой мы работаем, он занял процентов 70 от объема инвестиций.

Есть люди, которые честно говорят: я хочу заработать. Есть те, кто хочет «изменить мир». Насколько хороша финансовая мотивация?

Человек всегда будет думать о деньгах. Это базис, о котором можно даже не говорить.

То есть деньги «приложатся», если ты делаешь крутое дело?

Абсолютно. Венчурные инвесторы любят инвестировать в компании, меняющие мир. Взять того же Маска. Его личный интерес — не заработать очередной миллиард долларов, а основать колонию на Марсе. Это его детская мечта. Но он при этом понимает, что, если не заработает этот условный миллиард, у него не получится сделать то, что он хочет. И — уникальная вещь для Америки, но уже справедливая для Индии и для Китая, — у очкарика-программиста или физика, или биолога путь к деньгам короче, чем у шпаны.

У нас же сложилось мнение, что уважающий себя ученый не должен быть торгашом.

Это то, что мешает российским ученым. А еще они говорят: «Я изобрел гениальную вещь, она стоит миллиарды долларов, поэтому я вам ничего не покажу и не расскажу — вы все украдете. Но вы мне должны дать еще миллиард, чтобы я все-таки смог это сделать». Нашим инженерам всегда не хватало умения довести свое изобретение до конца и сделать продукт, который кто-то купит. Это в том числе менталитет. У нас нет, что называется, «продакт маркетинга» и желания создать конечный нужный продукт.

Чтобы ситуация изменилась, нужно, во-первых, рассказывать о людях, способных сделать научную разработку, технологию, а потом построить из нее бизнес. В России таких примеров мало, но они есть. Во-вторых, поощрять западные компании открывать центры разработки в нашей стране. Но у нас, к сожалению, с одной стороны, исторические традиции, а с другой — есть такая штука, как недоверие к тому, что делают русские.

Почему?

До начала 2010-х годов в стране не существовало ни венчурных инвестиций, ни фондов.

Вы меряете других по себе? Вас это не подводит?

Иногда подводит. Но если не верить в людей, то этот бизнес делать невозможно. Есть многие вещи, которые нельзя заранее проверить, в том числе в технологиях. Вот пример одной компании, с которой мы общались. Они делали оптические лазеры для системы очистки трубопроводов, в том числе высокомощные. На тот момент о них было две статьи, в которых приводились комментарии двух экспертов: создателя крупнейшего в мире производителя промышленных лазеров, одного из самых успешных российских технологических предпринимателей Валентина Гапонцева и Стивена Чу, нобелевского лауреата и на тот момент министра энергетики США. Оба заявили: то, что пытается сделать эта компания, технологически невозможно. Через два года эта компания сделала то невозможное.

За последние шесть-семь лет венчурный рынок в России хотя бы начал формироваться. Однако остается проблема: кто будет покупать стартапы?

Покупателей практически нет. И единственный в текущем моменте выход — сразу строить компанию с прицелом на международный рынок.

Как далеко готовы идти российские предприниматели, насколько для них открыт мир?

К сожалению, далеко идти не готовы. Любой рост требует усилий, амбиций, рисков — многие в России боятся больших денег. Я знаю пример компании, работающей в том числе и на международных рынках. Ей ничто не мешает расти дальше, но люди получают свои $15–20 млн дивидендов в год, и им достаточно.

Как вы считаете, у компании РОСНАНО уровень осторожности, аппетит к риску — какой? Компанию часто обвиняют в том, что она «прыгает» на тех, кто уже показывает классную динамику.

Иметь возможность инвестировать в ранние стадии иногда правильно, но это не наша специализация, это не то, что мы умеем делать лучше всего. Мы инвестор поздних стадий, наш аппетит к риску умеренный. Мы, как правило, готовы брать на себя рыночные риски, но не технологические.

А каков ваш личный аппетит к риску?

Я подхожу к этому с точки зрения портфеля. Грубо говоря, если у меня есть портфель на $100 млн, $5 млн я готов направить на очень рискованные, с моей точки зрения, проекты.

У меня в портфеле нет каких-то безумных, ярких звезд, которые могут принести «сто икс». Такие цифры дают единицы из десятков тысяч. Особенно в прямых инвестициях, которые требуют финансирования не в 5–10 млн, а в 100, 200 и так далее.

У меня в портфеле было девять компаний, сейчас осталось четыре: три я продал, две мы закрыли. Одна из них была попыткой построить крупную компанию по созданию биотоплива из углекислого газа и бактерий.

Это был проект-демонстрация аппетита к риску?

Да. Есть успешные компании, которые мы вполне хорошо продали. SiTime стала крупнейшей венчурной сделкой в области полупроводников в 2014 году, мы продали ее за 200 миллионов японцам. Продали компанию Soft Machines. Это де-факто один из примеров, когда группе инвесторов не хватило аппетита к риску. Ее можно было вырастить в многомиллиардную компанию, но нужно было вложить еще очень много денег. И в итоге за несколько сотен миллионов долларов компания пока без продукта и без выручки была куплена. Это дорогого стоит.

Что с остальными проектами, которые вы ведете?

У меня сегодня три публичных проекта, то есть их акции котируются на бирже. IPO — это, с одной стороны, выход, а с другой стороны, еще ведь нужно правильно продать.

Компания Quantenna, которая делает wi-fi чипы, в прошлом году сделала мне подарок: в день моего рождения мы сделали IPO. Есть публичная компания NeoPhotonics с выручкой $300 млн. Еще одна компания, вышедшая на биржу, — Aquantia, успешно разрабатывающая сетевые чипы для передачи данных.

Перспектива IPO определяется в начале пути?

Когда строишь большую компанию, ее правильно строить с целью выхода на IPO или M&A. Не все компании и бизнесы можно вырастить до миллиарда.

Но есть и вполне нормальные, внятные бизнесы, которые можно дорастить с нуля до $35–70 млн и продать, понимая, что на IPO эта компания вряд ли когда-нибудь выйдет. Это тоже вполне адекватная инвестиция.

США. Канада. Россия > Химпром. Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ > rusnano.com, 30 ноября 2017 > № 2428963 Дмитрий Аханов


Россия > Миграция, виза, туризм. Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 30 ноября 2017 > № 2427338 Изабель Мандро

Бывший миллиардер осуждает систему офшоров

Ставший банкиром бывший агент КГБ Александр Лебедев критикует в своей книге уехавших за границу олигархов.

Изабель Мандро (Isabelle Mandraud), Le Monde, Франция

В нынешние времена больше никто не может чувствовать себя в безопасности. Российского миллиардера и сенатора Сулеймана Керимова задержали во Франции за отмывание денег и уклонение от уплаты налогов, тогда как целый ряд состоятельных людей со всего мира были выставлены на всеобщее обозрение из-за неизлечимого пристрастия к сокрытию денег в офшорах. В России публикация «Райского досье» (плод международного расследования 96 газет, в том числе Le Monde) порадовала как минимум одного человека: 57-летнего Александра Лебедева, банкира и бывшего агента КГБ.

Вечером 26 октября в арендованном по такому случаю помещении ресторана неподалеку от московского офиса Национальной резервной корпорации бывший миллиардер провел презентацию своей последней книги «Охота на банкира». Несмотря на обильно расставленные кругом закуски, на стене были прекрасно видны фотографии 21 человека, которым была посвящена его книга: речь идет об уехавших за границу олигархах. Снимки были оформлены как объявления о розыске в кабинете у шерифа, а фотография каждого «беглеца» сопровождалась указанием «украденной» им суммы. Так, например, под портретом самого известного из них, Сергея Пугачева, красовалось число в 3 миллиарда. Этот олигарх, которого некогда называли банкиром Кремля, оказался в опале и теперь живет во Франции, получив французское гражданство. При этом он утверждает, что это его обокрали.

22 ноября Александр Лебедев сделал в Twitter отсылку к одному из прогнозов в своей во многом автобиографической книге после появления новости о задержании Керимова во Франции: «Как вариант — местный французский Абрадокс устанет на все это смотреть и превратит заигравшихся пришельцев с планеты Плюкс в кактусы».

Окружение Горбачева

Еще недавно он находился на самом верху, заняв в 2011 году 45 место среди самых состоятельных россиян по версии Forbes с капиталом в 2,1 миллиарда долларов. Фотографии из книги напоминают, что он встречался со сливками международного общества, от Маргарет Тэтчер до американского певца Элтона Джона. Тем не менее четыре года спустя у Лебедева осталось всего 400 миллионов, и он выпал из списка. Причем, его проблемы носили не только финансовый характер: обжегся он и на политике.

Он входил в окружение Михаила Горбачева, владел вместе с ним до недавнего времени «Новой газетой» (одно из немногих независимых российских изданий, которое занимает критическую позицию по отношению к власти), создал свою партию и заседал в Думе с 2004 по 2007 год. В 2012 году он представил кандидатуру главного российского оппозиционера Алексея Навального в совет директоров «Аэрофлота».

Перед тем как стать охотником, ему довелось побывать в шкуре жертвы. «Я хочу все изменить», — говорит он на встрече на 11 этаже своего банка, с которого открывается прекрасный вид на Кремль. Вышедший к нам в черной куртке и протертых на коленях джинсах Лебедев относится к числу неоднозначных российских бизнесменов. Он — одновременно и утопист, и прожженный циник, обольстительный и резкий. Он доказал это в 2011 году, когда дал в лицо оппоненту в прямом телеэфире. Эта выходка обошлась ему в 150 часов общественных работ.

Третий колониализм

Сегодня он утверждает, что единолично начал войну против испарившихся из России миллиардов. «Я могу это себе позволить, потому что за два года мои отношения с истеблишментом "устаканились", — смеется он. — Я перестал критиковать Кремль, больше не финансирую «Новую газету», не участвую в выборах, проиграл 40 судебных процессов и отдал миллиард долларов клиентам банка». Мятежный банкир сделал целью своих нападок беглых олигархов и офшорную систему, всю ответственность за которую он возлагает на Запад. «Из Индии, России, Колумбии, Зимбабве утекли миллиарды, и эти деньги спрятаны на Западе. Я называю это третьим колониализмом. В целом, западная система не отличается от российской, в ней просто больше лицемерия». Он разочарован западной политикой и выступает за закрытие офшорных счетов, «резервуара грязных денег», которым занимаются несколько специализированных адвокатских контор, представляющих «куда большую угрозу, чем Кремль».

Он знает систему изнутри, потому что сам находится в ней вот уже 30 лет. Он познакомился с финансовыми кругами, когда работал в резидентуре в посольстве в Лондоне. Там он мог в свое удовольствие наблюдать за Сити и первыми клиентами из России. Сегодня его сын Евгений все еще руководит приобретенными британскими газетами The Independent и The Evening Standard.

Александр Лебедев, разумеется, и сам пользовался офшорными счетами. Через них он все еще владеет гостиницей в Швейцарии и девятью бразильскими самолетами на 50 мест, которые находятся в Португалии и были «задекларированы в российской налоговой службе». Сегодня же он решил заняться производством картофеля (его обеспечивает крупная компания) и гречки, а также выпускает черный хлеб, испытывая на этот счет немалую гордость. Когда вы садитесь выпить чай с Александром Лебедевым, чтобы обсудить уклонение от уплаты налогов и офшоры, он предлагает вам попробовать свежеиспеченный хлеб. Разумеется, черный.

Россия > Миграция, виза, туризм. Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 30 ноября 2017 > № 2427338 Изабель Мандро


Казахстан > Приватизация, инвестиции > kursiv.kz, 30 ноября 2017 > № 2410203 Аскар Достияров

Аскар Достияров: «Основная цель ККМ – развитие экосистемы рынка private equity»

Ставший в феврале этого года председателем правления АО «Казына Капитал Менеджмент» Аскар Достияров одной из стратегических задач на новом посту определил содействие развитию рынка прямых инвестиций (private equity) в стране. Собственно, эта задача изначально и ставилась перед компанией на момент ее создания, но потом «Фонд фондов» благополучно ушел в рутинное извлечение прибыли из уже проинвестированных с его участием проектов. О том, как сейчас команда ККМ реанимирует возвращение к основной своей задаче, глава компании рассказал в интервью «Къ».

– Аскар, не расскажете, с чем связан Ваш приход в новую компанию?

– Причина, по которой я пришел в «Казына Капитал Менеджмент» – это отрицательные результаты финансовой деятельности по итогам 2016 года. До этого я работал управляющим директором холдинга «Байтерек», который является единственным акционером «Казына Капитал Менеджмент», и меня направили сюда, чтобы я разобрался в причинах низких показателей, разработал и реализовал план по улучшению деятельности «Казына Капитал Менеджмент».

При этом помимо непосредственно операционной деятельности, были вопросы к бизнес-модели: насколько она активна, насколько компания эффективна с точки зрения реализации своей миссии.

– И что же Вы увидели? Каковы были результаты?

– По состоянию на февраль 2017 года или за десятилетний период своего существования, ККМ было создано 12 фондов прямых инвестиций. У них был мандат финансирования в проекты как в Казахстане, так и за пределами нашей страны.

С чем я столкнулся? Во-первых, надо было разобраться, 12 фондов за 10 лет – это много или мало. Во-вторых, нужно было понять, насколько правильно используются ресурсы, находящиеся в распоряжении фондов. Ну и самое главное – какое влияние оказывает ККМ на развитие рынка private equity в стране.

Помимо стратегических задач на повестке также были открытые вопросы операционной деятельности и эффективного взаимодействия с нашими партнерами и управляющими компаниями в рамках существующих фондов: низкая инвестиционная активность, слабый мониторинг, отсутствие системного подхода по управлению и администрированию, слабая база данных по новым инвесторам.

Это все то, с чем мы начали работать весной этого года.

– Как обстоят дела на сегодняшний день?

– Прошло девять месяцев с момента, как я пришел в компанию, и по финансовым и операционным результатам объективно можно увидеть улучшение. Мы стартовали с неудовлетворительных результатов первого квартала, но по итогам второго и третьего кварталов этого года, ККМ достиг перевыполнения по всем плановым показателям.

В частности, инвестиции ККМ в фонды прямых инвестиций за 9 месяцев 2017 года составили 4,1 млрд тенге при плане 979 млн тенге. За этот период фонды с участием ККМ профинансировали проекты в сфере автоматизации и роботизации, медиа-индустрии, обрабатывающей промышленности и других отраслях. Это позволило компании увеличить наш инвестиционный портфель до 66 млрд тенге, что на 6 млрд тенге выше планового показателя. Чистый доход за 9 месяцев 2017 года составил 4,2 млрд тенге при плане 1,5 млрд тенге, то есть превысил планируемый уровень почти в 3 раза. При этом в 2016 году компания была в убытке, который составлял 2 млрд тенге. В целом, думаю, что до конца года мы сохраним положительную динамику по всем параметрам – это и инвестиционная деятельность, и показатели чистой прибыли, и привлечение новых инвестиций.

– О каких новых инвестициях идет речь?

– За последние несколько месяцев приняты корпоративные решения о создании трех новых фондов, общая капитализация которых составит порядка $600 млн. Один из них мы уже запустили – это совместный фонд с Банком Развития Казахстана с капитализацией 33,5 млрд тенге ($100 млн).

По другому фонду в начале ноября состоялась рабочая поездка в Пекин и Гонконг, где мы встретились с частными инвесторами и государственными компаниями. До поездки в Китай мы проводили переговоры с тремя потенциальными инвесторами. По результатам встреч, нам удалось заинтересовать еще двух крупных игроков, что позволит увеличить капитализацию фонда с $300 млн до $400 млн. Более того, мы достигли договоренности о том, что в казахстанские проекты будет инвестировано не менее 75% средств фонда, хотя до этого речь шла о 50%. Это победа для нас. Сейчас мы уже вплотную работаем над созданием фонда.

Третий фонд мы создаем с пулом местных и иностранных частных инвесторов. Сейчас они уже подтвердили готовность быть нашими партнерами. Хочу отметить, что этот фонд тенговый (33 млрд тенге), что делает его привлекательным для казахстанских предприятий как источника долгосрочных инвестиций.

О чем это говорит? Или 12 фондов за десять лет, или 3 фонда за 9 месяцев – мне кажется, разница налицо. Если делать абсолютное сравнение, то текущая динамика в три раза выше исторической.

– А что происходит с существующими фондами?

– Мы пересмотрели наши взаимоотношения с управляющими компаниями по существующим фондам. Как инвестор, ККМ начал задаваться новыми вопросами. Например, по фондам с низкой инвестиционной активностью мы детально изучаем их деятельность и помогаем управляющим компаниям ее активизировать. В случае, если мы не видим положительной динамики, поднимается вопрос о перераспределении денег в другие – более эффективные – фонды.

Кроме этого, нам удалось существенно снизить расходы по управлению такими фондами. Если раньше их годовая комиссия за управление составляла от 2 до 2,25% от размера фонда, то теперь мы ее снизили до 1,5–1,85%. Кстати, по новому фонду с китайскими инвесторами, комиссия за управление будет составлять не более 1,5%. Это существенно ниже общепринятой мировой практики – 2–2,25%.

У меня по жизни есть принцип: «Бойся не больших расходов, а маленьких доходов». Поэтому мы не пересматриваем комиссии по эффективным фондам. Эффективность измеряется не только количеством проектов, но и умением находить и создавать прибыльную инвестицию.

– Почему у существующих фондов низкая активность?

– В числе объективных причин можно отметить наличие хорошо развитого банковского финансирования. Оно позволяло бизнесменам обращаться в банки, получать необходимый объем кредитования и финансировать свой рост без привлечения инвестиций в капитал. Кроме этого, наши бизнесмены в целом не привыкли пускать кого-то в капитал, т. к. есть определенное непонимание инструмента private equity и роли фонда в качестве инвестора. Это осложняло работу управляющих компаний по поиску инвестиций. Сделки с участием private equity фондов были, но сказать, что в Казахстане такая форма инвестирования прижилась и получила популярность, нельзя. Плюс к этому несколько девальваций национальной валюты, глобальный финансовый кризис и, как следствие, недостаток интересных инвестиций.

– Не был ли преждевременным приход фондов прямых инвестиций в Казахстан?

– В середине 2000-х годов в Казахстане уже была развита банковская система, активно функционировал фондовый рынок. Следующим естественным шагом было развитие рынка private equity. Создание «Казына Капитал Менеджмент» в 2007 году было своевременным и правильным решением, которое позволяло создать экосистему для применения инструмента private equity. В ее рамках должна была сформироваться критическая масса профессионалов, которые знают, как создаются фонды, как ими управлять, как правильно осуществлять инвестирование и выходы из проектов.

– И насколько развит рынок private equity сегодня?

– На начало 2017 года нами идентифицированы более 20 крупных участников рынка private equity, общий объем частных инвестиций которых оценивается в сумму более $24 млрд. Они разделяются следующим образом: family-офисы и бизнес-конгломераты, международные институциональные инвесторы, квазигосударственные фонды, фонды прямых инвестиций. По стоимости активов под управлением превалируют family-офисы и бизнес-конгломераты – это 95% от общей стоимости рынка. Однако, несмотря на капитализацию, у нас нет развитого рынка private equity, в связи с отсутствием большого количества независимых игроков.

Например, помимо фондов ККМ, мы видим ряд российских фондов или фондов дальнего зарубежья, которые рассматривают и заходят в казахстанские проекты, но их не так много, чтобы утверждать, что у нас есть и работает сегмент рынка фондов прямых инвестиций.

– Почему?

– Когда создавался ККМ, мне кажется, было два сценария развития событий. Согласно первому из них, ты имеешь капитал, который полностью инвестируется в создание ограниченного количества фондов. После этого ты успокаиваешься, занимаешься администрированием и ожидаешь выходов из проектов. Если бы мы были частной структурой, это было бы нормально.

В рамках второго сценария у тебя есть достаточный капитал для создания критической массы игроков на рынке private equity для его дальнейшего самостоятельного развития.

Как институту развития, ККМ не удалось создать такую экосистему, т. е. компания развивалась по первому сценарию: проинвестировала все деньги, создала 12 фондов, и теперь занимается администрированием. И по сути, мне кажется, в какой-то момент компания ушла в какой-то спящий режим.

– Чтобы вывести ее из этого спящего состояния, нужны какие-то новые вливания, и как акционер к этому относится?

– В целом вливания нужны, но обращаться сейчас к акционеру за новыми деньгами считаю неправильным. Поэтому было решено поменять бизнес-подходы: перераспределить средства, активизировать деятельность существующих фондов, создавать новые фонды с минимальным участием ККМ, искать другие направления для развития рынка private equity.

К примеру, в рамках созданного с Банком развития Казахстана совместного фонда предусмотрено привлечение 33,5 млрд тенге на рынок private equity, из которых 97% выделяются со стороны БРК. В результате наших инициатив рынок получил дополнительную инвестиционную ликвидность, а Банк развития – возможность предложить своим клиентам новый продукт и повысить bankability своих проектов.

– Это наверняка сопровождается критикой …

– Не критикуют того, кто ничего не делает. С этой точки зрения мы относимся к любой критике положительно. Приведу один пример, зачем был создан фонд БРК-ККМ.

Как институт развития, БРК активно осуществляет проектное финансирование. Это проекты, часто реализуемые с нуля. До запуска у проекта нет денежных потоков. Банк готов предоставить ему льготный период на выплату процентов. Однако начисленный процент должен быть обеспечен залогом либо капиталом по требованию банка. Это один из примеров, когда экономически привлекательным проектам с твердыми offtake-контрактами банк говорит «нет». Для расширения «узкого горлышка» и был создан этот фонд, который может входить в капитал таких проектов.

Бизнесмен должен выбирать, что для него важнее – или быть единственным собственником бизнеса без роста, или привлечь инвестора в проект, который повышает стоимость его бизнеса.

Для Фонда и Банка риски минимизированы. Это и есть синергия двух институтов развития. Наш фонд-менеджер знает, что это проект Банка развития Казахстана. По проекту есть план финансирования, этот проект будет введен в эксплуатацию и будет производить продукцию, по которой есть твердые offtake-контракты.

– Это все ваши инициативы, или вы намерены предложить рынку что-то еще?

– Это своего рода «ручные» инициативы. Мы выявили еще несколько факторов, на которые стоит обратить внимание. Переговорив с существующими фондами, мы выяснили, что зачастую инвесторы «бегают» за одними и теми же активами в нашей стране. Поэтому рынок тоже не развивается. Предприятий, требующих вложений, в стране много. При этом фонды не готовы заходить в проекты, по которым непонятна стратегия выхода.

Изучив международный опыт, мы пришли к выводу, что помимо вышеуказанных причин, рынок private equity также в значительной степени зависит от развитости фондовых рынков – как на этапе привлечения инвестиций, так и на этапе выхода из проектов. Низкий уровень развития финансовых рынков в Казахстане препятствует привлечению международных частных и институциональных инвесторов. Отсутствие некоторых компонентов, таких как торговые площадки для малого и среднего бизнеса, вторичного рынка для фондов private equity, а также чрезмерные законодательные требования на фондовом рынке, ограничивают доступ к private equity со стороны широкого круга компаний.

Для развития рынка private equity мы обсуждаем с фондами разные альтернативы по предоставлению выходов из проектов – это отдельная торговая площадка для МСБ на базе фондовой биржи, внебиржевой рынок и рынок специализированных ПИФов (паевых инвестиционных фондов).

В декабре этого года у нас будет круглый стол с участием представителей Казахстанской фондовой биржи, нескольких брокеров, наших fund-менеджеров, бизнесменов, где мы хотим все эти предложения обсудить: какая из этих альтернатив наиболее приемлема для всех. Если результаты этого круглого стола будут положительными, то мы попробуем что-то сделать в 2018 году.

– Проходила информация, что для размещения на Гонконгской бирже в качестве пилотов будут отбираться какие-то казахстанские компании…

– Это еще одна инициатива, которая родилась во время нашей поездки в Гонконг. Мы попросили наших партнеров организовать нам встречу с руководством Гонконгской фондовой биржи и инвестиционными компаниями. В итоге мы с ними договорились, что попробуем реализовать пилотный IPO на базе Гонконгской биржи одной-двух казахстанских компаний с участием наших фондов. Если у нас получится, то в будущем у fund-менеджеров будет еще одна возможность выходить из проектов.

По Гонконгской бирже у нас есть long list потенциальных проектов, которые подходят по параметрам. Теперь мы ожидаем, что fund-менеджеры и собственники проектов обеспечат обратную связь и подтвердят свою заинтересованность. Как только они это сделают, мы высылаем этот long list в Гонконг нашим коллегам, они делают анализ и дают свое заключение – по каким проектам они готовы работать.

По сути, мы выступили в роли посредника для всех участников этого возможного взаимодействия, то есть наше содействие развитию рынка может быть разным. Все-таки это не наша ниша, но мы хотим помочь, выходим за пределы своего мандата.

– И какими силами все это осуществляется?

– ККМ – это всего 24 человека. Это маленькая компания с небольшим штатом, управляющая большим портфелем проектов. С учетом того функционала, который делает наша структура, новых инициатив, КПД наших сотрудников просто зашкаливает даже по меркам частного бизнеса.

– У Вас лично остается время на что-то, кроме работы при этом?

– Я стараюсь находить время для занятий спортом. Например, хожу в боксерский клуб. Это клуб для «белых воротничков», это не совсем фитнес, но и не бокс в так называемых «черных залах». Мне нравятся мои занятия боксом – ты фокусируешься на тренировке, потому что если думаешь параллельно о чем-то еще, обязательно пропустишь удар. Бокс – это своя философия, это умный вид спорта. Тут не важно, сколько пропустишь ударов, главное – не оставить их без ответа. Важно не только то, кто как подготовлен физически и функционально, но и кто кого переиграет. Этим бокс мне нравится, этим он интересен. Это победа не только за счет агрессии и нахрапа, это победа за счет выбора правильной стратегии. Все, как и в жизни.

Побед Вам на всех поприщах и спасибо за интервью.

Казахстан > Приватизация, инвестиции > kursiv.kz, 30 ноября 2017 > № 2410203 Аскар Достияров


Россия > Металлургия, горнодобыча. Приватизация, инвестиции > metalinfo.ru, 30 ноября 2017 > № 2405803

ОМК и фонд «ОМК-Участие» присоединились к международной инициативе #ЩедрыйВторник

Коллективы Объединенной металлургической компании (АО «ОМК», г. Москва) и благотворительного фонда «ОМК-Участие» присоединились к международной инициативе #ЩедрыйВторник и провели более 30 различных мероприятий.

Благотворительные, образовательные, патриотические мероприятия и донорские акции состоялись 28 ноября, а также проходили в течение всей предыдущей недели в регионах, где работают предприятия компании: Челябинске, Выксе, Чусовом, Альметьевске, Благовещенске и Москве. К международной инициативе #ЩедрыйВторник помимо волонтеров — сотрудников предприятий, входящих в ОМК, компания привлекла социальных предпринимателей, некоммерческие организации, региональные управления образования и школы, студентов НИТУ «МИСиС», а также бизнес-партнеров ОМК.

В «Щедрый вторник» стартовала акция благотворительного фонда «ОМК-Участие» по сбору новогодних подарков, праздничных украшений и предметов первой необходимости для детей, находящихся на лечении в Российском онкологическим научном центре им Н.Н. Блохина в Москве. Акцию «С миру по елке» фонд проводит уже в шестой раз. Её цель — организация новогоднего праздника, который помогает поднять настроение детей, придает им сил для скорейшего выздоровления.

Во время «недели признаний» в рамках движения #ЩедрыйВторник благодаря инициативе ОМК и «ОМК-Участия» более 100 сотрудников московского офиса ОМК, заводов компании, фонда «ОМК-Участие», НИТУ «МИСиС» и АКБ «Металлинвестбанк» сделали и разместили в социальных сетях фотографии с рассказами о добрых делах.

«Мы уже во второй раз присоединились к инициативе «Щедрый вторник». Очень радует, что в этом году мы снова получили хороший отклик наших сотрудников. Инициатива продемонстрировала, что в ОМК очень много людей, готовых прийти на помощь. Мы от души признательны тем, кто делал добрые дела, кто рассказал о них. Спасибо всем, кто объединил усилия, чтобы сделать жизнь тех, кому нужна помощь и поддержка, лучше», — сказала председатель попечительского совета благотворительного фонда «ОМК-Участие» Ирина Седых.

Другие мероприятия, приуроченные ко всемирному дню благотворительности «Щедрый вторник»:

В московском офисе ОМК состоялась акция «Зеленая почта». Сотрудники компании собрали деньги, предметы первой необходимости и новогодние подарки для маленьких пациентов Российского онкологического центра им. Н.Н. Блохина в Москве. Более 150 пациентов его детского отделения по объективным причинам в Новый год встретят праздник в своих палатах. 2 декабря сотрудники и друзья фонда «ОМК-Участие», волонтеры ОМК и известные российские актеры приедут в онконцентр, чтобы в рамках акции «С миру по елке» порадовать маленьких пациентов и подарить им не только вещи, необходимые для скорейшего выздоровления, но и тепло, и хорошее настроение.

Ранее в московском офисе прошла ярмарка новинок детской познавательной литературы от издательства «Манн и Иванов и Фербер» и акция по сдаче крови.

Под эгидой #ЩедрогоВторника ОМК выступила партнером секции «Корпоративное волонтерство как HR-стратегия: инструмент повышения вовлеченности или дополнительная нагрузка HR?» на Шестом московском международном форуме «Корпоративное волонтерство: бизнес и общество». В своем выступлении представители ОМК отметили, что компания активно реализует как общекорпоративные волонтерские проекты, так и поддерживает индивидуальные инициативы сотрудников.

В 15 школах Челябинска, Выксы, Чусового, Альметьевска и Благовещенска состоялись открытые уроки, на которых школьники изготовили для ветеранов Великой Отечественной новогодние игрушки. Более 300 игрушек, сделанные руками ребят, будут вручены участника «Бала победителей» в Москве, который в 12-й раз пройдет 2 декабря при поддержке ОМК.

В Благовещенске (Республика Башкортостан, ОМК представлена Благовещенским арматурным заводом) прошла акция в помощь бездомным животным. Родители воспитанников детского сада №15 собирали корм и необходимые вещи для животных из приюта в д. Николаевка Благовещенского района. Также в службе социальной помощи «Ваша сиделка» прошел тренинг на тему: «Как предотвратить профессиональное выгорание». К социальной инициативе присоединился благовещенский семейный центр Family-Бум. Мальчишки и девчонки из малообеспеченных семей смогли бесплатно посетить творческие студии и мастерские. Также сотрудники центра вручили многодетным семьям города сертификаты на посещение центра.

В Альметьевске (Республика Татарстан, ОМК представлена Альметьевским трубным заводом) благотворительную акцию устроили ветераны завода. Они приготовили выпечку для заводчан и угощали всех желающих в обеденный перерыв. Так ветераны решили поблагодарить сотрудников за те акции, которые они организуют для пенсионеров, и показать, что пожилые люди могут и хотят бескорыстно творить добрые дела наравне с молодежью.

В Челябинске (ОМК представлена заводом «Трубодеталь») во Дворце культуры пос. Новосинеглазово прошли различные мастер-классы для детей и взрослых. На заводе состоялась акция «С миру по елке» для пациентов детского онкоцентра Челябинска и благотворительная ярмарка выпечки и сувениров от организации «Солнечный день». Состоялся сбор карнавальных костюмов, праздничной одежды и обуви, мишуры, гирлянд, елочных игрушек для детей из приюта «Возрождение».

В Выксе (Нижегородская область, ОМК представлен Выксунским металлургическим заводом) прошли занятия по игровой деятельности у детей с ментальными нарушениями Общественной организации родителей детей-инвалидов «Созвездие», тематический детский праздник с привлечением аниматоров и волонтеров ВМЗ для 40 детей выксунского Дома ребенка. Фонд «ОМК-Участие» провел фестиваль мастер-классов по созданию мультфильмов, изготовлению масок к новому году, росписи игрушек из гипса, глинопластике, приготовлению пиццы и многому другому, в котором приняли участие более 150 детей, попавших в тяжелую жизненную ситуацию.

В школах Чусового (Пермский край, ОМК представлена Чусовским металлургическим заводом) прошла акция «Жизнь без барьеров», а также лекции и практические занятия по обучению оказанию первой медицинской помощи. Ранее в рамках проекта конкурса «ОМК-Партнерства» силами волонтёров завода в помещении комитета территориального общественного самоуправления (КТОС) одного из микрорайонов Чусового установлен мультимедийный комплекс. В рамках «Щедрого вторника» волонтёры предприятий собрали и передали для него коллекцию фильмов, которыми смогут пользоваться все жители микрорайона. Также в КТОСе, состоялись благотворительные занятия по лечебной физкультуре. Упражнения, которые люди пожилого возраста выучили под руководством квалифицированного тренера, помогут им избавиться от болей в суставах и позвоночнике.

Россия > Металлургия, горнодобыча. Приватизация, инвестиции > metalinfo.ru, 30 ноября 2017 > № 2405803


Казахстан > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > kapital.kz, 29 ноября 2017 > № 2534085 Абай Саркулов

Абай Саркулов: Необходимо увеличить объем субсидий для поддержки предпринимателей

В Казахстане много хороших заемщиков, считает глава фонда "Даму"

С каждым годом размер субсидий, выплачиваемый предпринимателям в рамках «Дорожная карта бизнеса 2020», растет. За 7 лет реализации госпрограммы объем поддержки малого и среднего бизнеса вырос более чем в 100 раз, свидетельствуют данные на сайте фонда развития предпринимательства «Даму». Но потребность в ней еще выше, а ставки субсидирования нужно изменить, рассказал в интервью корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz председатель правления фонда Абай Саркулов.

— Хочется сразу начать говорить о деньгах. Намерен ли фонд «Даму» пересмотреть свои ставки субсидирования?

— Мы готовимся это сделать. На сегодняшний день базовая ставка Национального банка снижается. У нас по программе заложена максимальная ставка по банковским займам для предпринимателей, по которым представляется субсидирование, в размере 19%. Банки однозначно должны ее снижать. Фонд либо оставит свою ставку субсидирования прежней, либо тоже привяжется к базовой ставке Нацбанка.

— Какова динамика предоставления государственной помощи предпринимателям за прошедшие три года?

— «Дорожная карта бизнеса 2020» хорошо себя показала. Мы отслеживаем всю динамику и прикладываем усилия для того, чтобы показатели не уходили в негативную зону. Можно однозначно сказать, что субсидированием охвачены все регионы Казахстана. Какие-то из них больше, какие-то меньше, но, тем не менее, господдержка оказывается предпринимателям во всех областях республики. Лидирующими регионами являются Алматы, Алматинская область, Южно-Казахстанская область. Здесь большая концентрация предпринимателей в сравнении с другими регионами. Субсидирование покрывает до 10% при максимальной банковской ставке 19% для сельской местности. В городах ставка составляет 7%.

Если говорить о количестве проектов, которые государство поддержало с 2014 года по 1 ноября 2017 года по трем финансовым направлениям ДКБ, то оно составляет 10 600 проектов на сумму 1,9 трлн тенге. За 10 месяцев этого года просубсидировано 1736 проектов на сумму 570 млрд тенге. Субсидия государства при этом составила 27,9 млрд.

По инструменту государственной гарантии по выданным кредитам в рамках «Дорожной карты бизнеса 2020» предприниматель может получить обеспечение от фонда «Даму» в размере 85% от суммы займа. У начинающих предпринимателей очень часто возникает проблема: хорошая бизнес-идея есть, но нет ни средств на реализацию, ни залогового обеспечения. Банки такие проекты не кредитуют, и предприниматели обращаются к нам. Вот в таких случая государственная поддержка фонда «Даму» очень действенна. Некоторые бизнесмены интересуются, почему гарантия не предоставляется на все 100%. Все-таки мы хотим, чтобы человек, который приходит в банк за кредитом, тоже вносил какую-то лепту и был ответственным. Если же прогарантировать заем полностью, то предприниматель может отнестись к такому кредиту спустя рукава, ведь за него отвечает государство, можно не вкладываться в свой проект.

Для начинающих бизнесменов сумма кредита не должна превышать 20 млн тенге. Предпринимателям, которые на сегодняшний день уже работают в приоритетных отраслях экономики, мы предоставляем госгарантию до 50% от суммы кредита, которая, в свою очередь, может достигать 365 млн тенге. Это один миллион долларов на сегодняшний день — сумма достаточно серьезная. Предприниматели, которые работают в обрабатывающей промышленности, могут получить гарантию на уровне 20%, сумма кредита может доходить до 1,85 млрд тенге. Это уже серьезные компании, которые работают на рынке долгое время, имеют большой денежный оборот. За последние 3 года инструментом госгарантии воспользовались предприниматели по 3400 проектам с общим объемом финансирования на 121 млрд тенге. Сумма гарантии составила 51 млрд тенге.

Хорошие показатели по этому инструменту в Астане, Костанайской области, Восточно-Казахстанской области. Мы сделали аналитику, чтобы понять, почему другие области не так активны по этому продукту. Алматы самодостаточен, у здешних бизнесменов есть собственные средства для проектов, есть собственные залоги, некоторые вообще могут обойтись без кредитов, и у них нет необходимости обращаться за гарантией.

— Как вы оцениваете размер субсидий, выплаченных МСБ за годы функционирования «Дорожной карты бизнеса 2020»? Данные на сайте госфонда свидетельствуют, что объем господдержки растет с каждым годом. Если в 2010 году «Даму» выплатил 263 млн тенге по трем направлениям госпрограммы, то по итогам 10 месяцев этого года сумма уже достигла 28 млрд тенге. То есть за 7 лет субсидирование выросло более чем в 100 раз.

— Мы можем сказать, что этих денег даже недостаточно. Для сравнения, объем казахстанского рынка кредитования составляет 15,8 трлн тенге. Наша поддержка на этом фоне очень маленькая — всего 28 млрд тенге (за 10 месяцев) и 176 млрд (за 7 лет реализации программы). То есть у рынка есть большая способность принимать субсидии, они более чем востребованы, и мы пока не удовлетворяем этот спрос. С этого года в рамках бюджетного кодекса появилось новое правило — трансферт общего характера. Раньше предприниматель получал кредит, обращался в региональный координационный совет (РКС) при местом исполнительном органе и просили предоставить ему субсидирование по нему. Акимат, в свою очередь, просил средства для этого из республиканского бюджета. Сейчас иная система. Министерство национальной экономики распределяет бюджет по областям и наделило их правом принимать решения по субсидиям на своем уровне. На сегодняшний день у нас есть области, в которых существует дефицит бюджетных средств, так как они выполнили свои планы и больше не могут одабривать новые проекты, потому что у них нет средств для субсидирования. А в некоторых регионах, наоборот, существует профицит средств.

— То есть вы считаете, что объем субсидий в рамках поддержки предпринимателей необходимо увеличить?

— Однозначно да. Субсидии означают, что мы снижаем нагрузку на предпринимателей, и это хорошо для них. Они чувствуют поддержку государства. Но при этом деньги ведь идут не к ним, они идут в банки. Наше видение в том, что следует возмещать расходы напрямую бизнесмену. Предприниматель купил оборудование на тысячу долларов за собственные деньги, оформляет, как положено, таможенную декларацию, платежные документы, валютный ордер, договор, приносит все это в фонд. Наши специалисты выезжают к нему, чтобы удостовериться, что оборудование куплено и введено в эксплуатацию. И после этого фонд может возместить ему предпринимателю потраченные деньги. При этом у него нет никакого кредита, он может спокойно работать.

— Это интересно. Много лет предпринимательские ассоциации критиковали программы поддержки бизнеса как раз за то, что в них участвуют банки. Руководство «Даму» в ответ заявляло, что прямое кредитование не входит в его полномочия, что у него другие задачи. Теперь вы говорите, что хорошо было бы это. Почему изменилась позиция?

— Позиция не изменилась. Фонд «Даму» выступает связующим звеном между государством и субъектами малого и среднего предпринимательства. Если говорить о критике со стороны предпринимательских ассоциаций, поясню: критиковали программы поддержки бизнеса не за то, что в них участвуют банки, а потому что сама процедура оформления занимает слишком много времени. Чтобы получить гарантию, клиенту нужно было все время метаться между банком и филиалом фонда, ждать по несколько месяцев. Особенно тяжело это было для тех, кто жил в отдаленных районах наших областей. Сейчас мы решили эту проблему с помощью портала электронного правительства.

Сегодня можно подавать заявку на получение гарантий от фонда до 180 млн тенге через электронное правительство, сидя у себя дома или в офисе. К заявке нужно приложить всего один документ — копию письма банка с положительным решением по кредиту и расчетом суммы гарантии фонда. Направляя заявку, предприниматель знает, что у «Даму» есть 5 дней, чтобы дать ответ по предоставлению гарантии. Он может отследить каждый этап рассмотрения. Поскольку процедура максимально упрощена, то у предпринимателя нет необходимости сдавать документы повторно, фонд получает их из банка напрямую.

— На прошедшем Конгрессе финансистов некоторые банкиры обратились к правительству в лице Ерболата Досаева, заявив, что государственное субсидирование расхолаживает бизнесменов. Мало того, что они не хотят идти в банки за кредитами, так ленятся работать над своей конкурентоспособностью. Думаете, банки обрадуются вашему предложению?

— Если банки начнут кредитовать предпринимателей по адекватным ставкам, мы будем только рады. Нужно дать адекватные ставки, чтобы бизнес развивался и экономика росла. Запускать проект по ставке 15−25% годовых нереально. С такими кредитами наш бизнес не сможет показать свою конкурентоспособность ни на внешнем, ни на внутреннем рынке.

— Какое из направлений программы является самым популярным?

— Как я уже обмолвился в начале разговора, программа состоит из четырех направлений. Три из них финансовые и одно направление — это нефинансовые меры поддержки бизнеса. По последнему направлению оператором является национальная палата предпринимателей «Атамекен». Первое направление — это поддержка предпринимателей моногородов, малых городов и сельских областей. Второе — отраслевая поддержка предпринимательской деятельности в приоритетных отраслях экономики и третье направление — это покрытие валютных рисков предпринимателей.

По первому направлению оказывается льготная помощь по новым кредитам, выданным на стартап-проекты. Мы поддержали 3297 проектов на сумму 249,3 млрд тенге, субсидии выплачены на сумму 17,9 млрд тенге.

Участниками этого направления могут стать эффективные компании, реализующие свои проекты в приоритетных отраслях экономики. Есть приложение к ДКБ, в котором правительство утвердило 14 приоритетных отраслей. По этому направлению было поддержано 6809 проектов на 1,088 трлн тенге и выплачено 13 млрд тенге в качестве субсидий.

И третье направление подразумевает субсидирование части банковской ставки по действующим кредитам тех предпринимателей, которые взяли кредиты в валюте. С начала запуска «Дорожной карты бизнеса 2020» было поддержано 326 таких на сумму 431 млрд тенге. Субсидии составили 25 млрд тенге. Из этих данных становится понятно, что наиболее популярно второе направление.

— Почему именно оно? Кажется, что возмещение валютных рисков должно быть гораздо востребованнее

— После нескольких эконмических кризисов предприниматели с опаской выходят на внешние рынки, тем более что есть факторы от которых невозможно защититься. Например, законодательные риски. Бизнесмену нужно досконально знать законы иностранных государств, где он работает, знать, как работать с контрагентом в валюте. Это сложно для нашего МСБ. Кроме того, тенге девальвировал в два раза. Это отбивает любое желание у предпринимателя заниматься бизнесом в иностранной валюте. Построить эффективную модель для возвратности денег сложно. А во втором направлении все отрасли хорошо знакомы: металлургия, обрабатывающая, легкая промышленность. В принципе в этих сегментах работает большая часть наших предпринимателей, программа была разработана как раз для того, чтобы дать им стимул к развитию.

— Понятнее всего программы оздоровления банковского сектора, где речь идет об избавлении от неработающих кредитов. Что же из себя представляет оздоровление предпринимательского сектора?

— Оздоровление предпринимательского сектора действовало в рамках «Дорожной карты бизнеса 2020». Это направление было принято потому, что из-за кризиса 2007−2009 годов в финансовом секторе возникли проблемы. И правительство приняло решение поддержать МСБ ввиду того, что он попал в форс-мажорные обстоятельства. За время реализации направления было одобрено 203 проекта с объемом кредитного портфеля в размере 201 млрд тенге. Честно говоря, мы ожидали большего объема заявок. По условиям программы, заявку на оздоровление могли подать только предприниматели, получившие кредиты в 2010 и 2011 годах. Сначала срок действия данного направления был установлен на 1 год, то есть до 1 января 2011 года. Но так как заявки шли и шли — заемщики обращались через банки, через НПП «Атамекен», через Ассоциацию финансистов Казахстана, плюс фонду требовалось время на рассмотрение было принято решение продлить его до 1 января 2012 года. Фактически по оздоровлению предпринимательского сектора фонд активно работал на протяжении полутора лет и еще в течение 4 месяцев 2012 года. В результате малый и средний бизнес более-менее встал на ноги встал, отошел от кризиса, и это направление в принципе перестало существовать. Хотя субсидии по заключенным на тот момент договорам мы выплачивали вплоть до этого года. В итоге за 7 лет реализации этого направления в рамках «Дорожной карты бизнеса 2020» объем выплаченных субсидий составил 17,35 млрд тенге. В этом году выплаты заканчиваются. Наиболее активно с фондом по нему работали Казкоммерцбанк, Народный банк и Банк ЦентрКредит.

— А как непосредственно на практике происходило оздоровление?

— Заемщик через банк, НПП или АФК подавал заявку на оздоровление бизнеса. Затем фонд вместе встречался вместе с кредитором и заемщиком, где предприниматель презентовал план оздоровления. Он мог включать пролонгацию срока кредита, либо снижение кредитной ставки, либо предоставление льготного периода. Почти всегда бизнесмен сокращал расходы и часто персонал. Например, была ситуация, когда одного предпринимателя кредитовали два банка. Ему нужен был льготный период на два года, в течение которых его долговая нагрузка снижалась на 30%, но затем он выплачивал эту разницу. Но главное в том, что бизнес работал и после того, как кризисное время заканчивалось, предприниматель снова начинал обслуживать долг по графику и фонд плавно выходил из этой сделки.

— И какой результат дало оздоровление бизнес-среды?

— С 2−3 проектами, которые к нам пришли из банковского сектора, никаких проблем не было. В период предоставления субсидирования все эти компании работали, потому что одно из требований заключалось в том, чтобы они не закрывались, не переставали выпускать продукцию. Когда «Даму» вышел из этих сделок, они так же продолжили работать с банками.

— Тогда, может быть, не стоит тратить средства на оздоровление банковского сектора, как предлагает Национальный банк РК, а лучше пустить эти средств на оздоровление бизнеса? Ведь самочувствие банковского сектора зависит от устойчивости бизнеса

— Этот вопрос находится вне рамок фонда «Даму». Но мое личное мнение в том, что в рамках оздоровления финансового сектора охватывает, в том числе вклады физлиц, которые получали ипотечные займы, автокредиты. Если в результате оздоровления финансового сектора банки будут стабильнее и на следующем этапе возьмут на себя функцию полностью кредитовать МСБ, то мы будем только рады.

— Дело в том, что сами же банкиры жалуются, что мало хороших заемщиков. Как в таком случае фондирование по хорошим ставкам поможет им нарастить свои портфели?

— Не согласен, что в стране нет хороших заемщиков. Я сам работал в банковском секторе и знаю, что фининститут лучше прокредитует одного крупного клиента, чем десять мелких. Когда у банка десять клиентов, то это требует больших трудозатрат, высоких административные расходов. С одним крупным клиентом проще работать, а маржа та же самая. На территории Республики Казахстан много клиентов и банки уже повернулись к ним лицом. Народный банк и Нурбанк начали заниматься кредитованием микро- и малого бизнеса. Более того, наш партнер Нурбанк увеличивает число сотрудников из-за того, что поступает очень большой объем заявок со стороны микро- и малого бизнеса.

— А почему самыми активными партнерами «Даму» являются Народный банк, Сбербанк и Банк ЦентрКредит?

— Нашими партнерами могут быть все банки, нет никаких исключений. Конкретно эти банки привлекательны для нас, потому что имеют развитую региональную сеть и могут работать с большим потоком бизнесменов. Еще раз повторю, что у нас нет предвзятого отношения. Мы поставили для себя цель — в рамках управления рисками мы можем предоставлять банкам-партнерам суммы в размере 25% от собственного капитала фонда. Собственный капитал «Даму» на сегодняшний день составляет 100 млрд тенге, то есть одному банку для последующего кредитования экономики мы можем предоставлять до 25 млрд тенге. Перечисленные вами банки соответствуют этому риск аппетиту.

— А банки могут освоить такую сумму?

— Да, есть даже банки, которые на сегодняшний день готовы расширить лимиты. Мы расширили их для Банка ЦентрКредит. У банков есть потребность в активном использовании инструментов государственной поддержки.

— Вопрос о третьем направлении ДКБ по покрытию валютных рисков предпринимателей. Насколько обосновано использование государственных денег в рамках этого инструмента, если казахстанская экономика в принципе несамодостаточна, имея высокую импортозависимость. Как в такой ситуации в принципе можно покрыть валютные риски?

— Это вопрос больше к предпринимателям, чем к государству, государственной форме поддержки и банкам. Предприниматель должен сам для себя прогнозировать, как он будет выплачивать валютный заем. Если у него есть валютная выручка, то никакой валютный кредит ему не страшен.

— С момента вашего приход в фонд «Даму» появились ли у вас инициативы по улучшению господдержки предпринимателей?

— На самом деле все идеи были в фонде еще до моего прихода. Мы получили одобрение министерства национальной экономики по пакету поправок, согласно которому на следующий «Даму» начнет реализовывать амбициозный план по выдаче 3900 гарантий. В этом году прогарантировано 1200 предпринимательских займов. То есть запланирован трехкратный рост. В денежном выражении ничего не изменится. Тенденция такова, что мы уходим в кредитование микро- и малого бизнеса ввиду того, поддержали каждого второго предпринимателя среднего уровня.

— Как фонд намерен добиться роста заявок по госгарантии?

— Согласно залоговой политике банков гарантии фонда «Даму» с аннулированием данной гарантии не принимаются. Я поясню, чтобы было понятно. Когда предприниматель приходит в банк за кредитом и говорит, что готов предоставить гарантию фонда «Даму» по кредиту, не все БВУ ее принимают, потому что есть ряд условий по аннулированию гарантии. В них входит: запоздалый ввод объекта в эксплуатацию, нарушения в предоставленной отчетности. В какой-то момент мы можем обратиться в банк и уведомить, что наша гарантия больше не работает. Поэтому в некоторых банках службы риск-менеджмента ее не принимают. Проанализировав ситуацию фонд предложил министерству национальной экономики отказаться от всех условий аннулирования, оставив только использование полученного кредита не по назначению. Это справедливо, банк будет отслеживать, насколько правильно МСБ тратит полученные средства. БВУ согласились с этой поправкой, и у предпринимателей была положительная реакция.

Далее. В рамках ДКБ при акиматах работает уполномоченный орган — региональный координационный совет (РКС). На первом этапе банк получает от предпринимателя все необходимые документы, принимает решение о кредитование. После этого бизнесмен обращается с заявкой в акимат за получением государственной поддержки в виде субсидирования процентной ставки банка. Проводится заседание РКС, который предоставляет выписку подпадает ли проект под господдержку. Мы предложили миннацэкономики аннулировать РКС, чтобы ускорить предоставление поддержки. Предприниматель вынужден по одному-два месяца ждать решения совета. Может получить помощь, а может остаться ни с чем, потеряв при этом ценное время. Мы же хотим, чтобы поддержка была на расстоянии вытянутой руки. Министерство нас поддержало и сейчас поправки находятся у них на подписи.

— Но это ведь госгарантия, это не живая сумма, а виртуальные деньги?

— Если вдруг предприниматель допустит дефолт по обязательствам перед банком, то фонд «Даму» обязан рассчитаться по ним.

— Сколько реальных выплат «Даму» произвел по госгарантии?

— На сегодняшний день порядка миллиарда тенге по 56 займам за семь лет программы. Инструмент гарантии стал пользоваться спросом только в последние 2−3 года. Опять-таки потому что рисковики в банках ставили эту гарантию под ноль, не воспринимали ее как финансовую.

Казахстан > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > kapital.kz, 29 ноября 2017 > № 2534085 Абай Саркулов


Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены. Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 29 ноября 2017 > № 2451605 Валерий Лебеда

Безопасность, прозрачность, эффективность - основа инвестиционного потенциала Хабаровска

ИА AmurMedia предлагает читателям интервью с первым заместителем мэра города по инвестиционному развитию Валерием Лебедой

Муниципальная программа по повышению инвестиционной привлекательности разработана и успешно реализуется в Хабаровске. Она предусматривает поддержку предпринимателей и бизнеса не только финансовыми средствами, но и различного рода организационными мероприятиями. О том, какие плоды дала эта программа а также о том, что она даст в перспективе — в интервью корр. ИА AmurMedia рассказал первый заместитель мэра по инвестиционному развитию Валерий Лебеда

Инвестиционный потенциал – это показатель привлекательности города с точки зрения потенциального инвестора, представляющий собой совокупность объективных условий для осуществления инвестирования. Для того, чтобы шли инвестиции, нужно обеспечить три составляющих. Первая – безопасность. Это значит, что инвестор должен быть уверен в том, что его деньги не пропадут, а будут работать, приносить прибыль и могут быть возвращены. Вторая – прозрачность. То есть все процедуры должны быть понятны, открыты и доступны. И третья – эффективность, что подразумевает под собой, что все структуры будут работать как единое целое и решать все вопросы комплексно.

— Потенциал у Хабаровска очень большой, но хлопать в ладоши и кричать, что у нас все хорошо, мы привлекли миллиарды инвестиций, не буду. Но все, о чем сейчас заявляется – все это реальные объекты. Но общая атмосфера еще не вполне благоприятная – после кризиса бизнес дезориентирован, многие до сих пор приходят в себя. Кроме того, появились крупные игроки рынка, и подмяли под себя более мелких, как это произошло с "Леруа Мерлен". С другой стороны затишье после кризиса – время, когда многие набирают обороты, "становятся на крыло". Нужно, чтобы мы ставили вопрос не о регулировании отношений в бизнесе, а о конкуренции в нем. Бизнес должен конкурировать, иначе он загнивает.

— Валерий Федорович, так как все же обстоят дела с инвестициями?

— Основное понятие – инвестиции в основной капитал. Этот показатель демонстрирует реальную картину дел во всех сферах – в производстве, транспорте, торговле. С 2015 года началось падение этого показателя, и довольно серьезное. Сейчас ситуация стабилизировалась, и есть даже рост. Раз это инвестиции в основной капитал, то это то, что по существу нас должно беспокоить сегодня, то, над чем фактически нужно работать, чтобы инвестиции возрастали.

Возвращаясь к потенциалу Хабаровска, скажу – сейчас заметен рост по многим показателям. И мы стараемся сделать город инвестиционно привлекательным. Прорывными точками в этом отношении стали ТОСЭРы – их участники имеют серьезные льготы: освобождение на 5 лет от налога на прибыль, на социальные выплаты, очень большие преференции в таможенных делах, что дает мощный толчок развитию бизнеса. Но, с другой стороны, это недополученная прибыль в наш бюджет. Пример – индустриальный парк "Авангард". Там было много сделано еще до того, как парк вошел в ТОСЭР.

Сейчас там идет подготовка к созданию логистического центра. Логистика – очень важная тема, потому как скорость передвижения грузов напрямую влияет на успешность бизнеса. Почему к нам многие федеральные сети опасаются заходить? Потому что не выстроена логистика.

— Есть проекты, нацеленные в этом направлении?

— Безусловно. Есть понятие масштабных инвестиционных проектов, и есть механизмы принятия решений о целевом выделении земли для их реализации. Сейчас принято решение о выделении 37 гектаров возле федеральной трассы в районе поселка Березовка для создания мощнейшего логистического парка, идет разработка проекта строительства. В его создании заинтересованы серьезные компании. Подобных проектов рассматривается несколько. Наиболее близкий по реализации – логистический центр в индустриальном парке "Авангард", площадью 35 тысяч квадратных метров, включающий в себя мощный холодильник, контейнерный терминал и склад А-класса, оборудованный по мировым стандартам. У Хабаровска есть привилегии – наш город расположен на пересечении всех транспортных путей. Возьмем, к примеру, Владивосток – да, там есть хороший морской порт, к саммиту построили аэропорт, отремонтировали дороги, все за федеральные деньги. У нас же аэропорт строится за счет инвестиций. И к середине 2019 года новый комплекс будет введен в строй. Во Владивостоке дали денег на два "Хаятта". Строятся они уже 5 лет, и конца пока не видно. У нас же "Хилтон" инвестор строит, Игорь Неклюдов за свои деньги.

Во Владивостоке за счет федерального бюджета построены объездные дороги. Они хорошо влияют на транспортную ситуацию. У нас же усилиями правительства Хабаровского края такая дорога строится в формате государственно-частного партнерства. То есть с участием частных инвесторов. Но итог один – будет организовано удобное и быстрое передвижение транспорта.

Еще одно наше преимущество – Уссурийский остров. По его развитию разработана новая концепция, которая сейчас пробивает себе дорогу в жизнь. Раньше была идея о создании на острове грузопассажирского международного перехода. Наличие грузопассажирского перехода очень важно для выстраивания грамотной логистики, сейчас президент дал поручение проработать этот вопрос, и этот фактор тоже выгодно отличает Хабаровск от других городов.

— Да, это видно и по тем процессам, что происходят в самом городе. Я имею виду преобразования, происходящие сейчас в Хабаровске.

— Совершенно верно. Смотрите, что сейчас с дамбами происходит. Край создает защитное кольцо вокруг города. Этот шаг важен еще и тем, что дамбы впоследствии превратятся в набережную, 8-километровую прогулочную зону. Губернатор поучил краевому Минстрою проработать предложение о том, как можно соединить новую набережную у арены "Ерофей" с набережной парка им. Муравьева-Амурского. Сейчас центральная набережная преобразилась – появились фонтаны, каток. Впоследствии вся территория станет общественным местом, а это очень важно для города. Сегодня мы прорабатываем варианты развития прилегающих территорий и дамбы, чтобы привлечь в этот процесс бизнес для создания единого благоустройства и комфортного места отдыха горожан.

Только преображая город, делая его комфортным для жизни, можно привлечь людей, уменьшить отток населения.

Преображаются наши парки. В парке им. Гагарина совсем недавно не было ничего, сейчас появились аллеи, современное освещение. В ближайших планах – начать строительство кинотеатра и развивающего детского центра, а это почти 350 млн инвестиционных вложений. Парк Северный признан одним из лучших реализованных инвестиционных проектов по ландшафтной застройке в России. И мы намерены сделать его еще лучше – там более 20 гектаров земли еще не освоено. Есть инвестиции в области спорта, социальной сферы. Наша задача – их сопровождать, помогать, создавать все необходимые для работы условия.

— Известно, что администрацией Хабаровска многое сделано для поддержки инвесторов.

— Мы хотим создать центр притяжения, который бы аккумулировал даже мелкие вопросы. Эти цепочки надо сложить. Должен быть центр доверия. На сегодняшний день создан и работает инвестиционный портал города Хабаровска www.invest-27.ru, который включает в себя блок по сопровождению инвестиционных проектов по принципу "Одного окна" для помощи инвесторам в сопровождении инвестиционных проектов, т.е. инвестор подает заявку на сайт, и после этого большинство организационных работ берут на себя специалисты администрации города, помогают ему ускорить все процедуры и получение разрешений. Данный портал также поможет инвестору в получении актуальной информации о ведении бизнеса в городе Хабаровске.

Для привлечения свободного частного капитала в инвестиционные программы и проекты, реализуемые на территории города Хабаровска, администрацией города в 2015 году создана автономная некоммерческая организация "Агентство содействия инвесторам и разработчикам" (АНО "АСИР"). Основной задачей агентства является создание единой площадки для авторов инвестиционных проектов и частных инвесторов с одновременным привлечением через действующие государственные и федеральные целевые программы бюджетных инвестиций на условиях софинансирования частного капитала. В 2016 году АНО "АСИР", одним из учредителей которой является хабаровская администрация, привлечено за счет частного инвестирования 23,7 млн руб. в реализацию 9 бизнес-проектов.

Основным инструментом поддержки, наиболее востребованным у предпринимателей, является субсидирование части затрат на реализацию приоритетных для города инвестпроектов. Получение данного вида поддержки возможно только на конкурсной основе, при этом должен быть выполнен ряд условий и требований: проект должен являться приоритетным для города, отсутствовать задолженность по налогам и иным обязательным платежам.

В 2017 году администрация города продолжила предоставлять субъектам инвестиционной деятельности такие меры поддержки, как:

понижающий коэффициент за для земельных участков, на которых реализуются инвестиционные проекты;

понижающие ставки по налогу на землю для жилищной застройки, производственных строений промышленности, производства стройматериалов;

субсидирование проектов субъектов инвестиционной деятельности в рамках муниципальных программ;

проведение бизнес-презентаций в целях привлечения частных инвесторов в реализацию инвестиционных проектов, реализуемых на территории города.

— Все ли на самом деле так гладко реализуется? Наверняка, при создании таких крупных объектов возникают сложности?

— Знаете, как говорится… инвестор имеет право на любую мечту. У нас есть предложение преобразования острова Кабельный. Там планируется создать чуть ли не свой Сингапур. Но как это будет в реале – большой вопрос. Вот решили построить небоскреб на крайне небольшом участке. Конечно, смотреться будет хорошо. Но нахождение строительства на маленькой площадке создает ряд проблем, которые нужно решать. Даже строительство небольшого объекта на стесненном месте влечет за собой ряд проблем. Небоскреб – это новая для Дальнего Востока и Хабаровска, вчастности, тема. Проект создавал институт единственный в стране. И экспертиза федеральная будет. Это одна часть проблемы. Но в связи с тем, что это уникальный объект и стесненная площадка, ему нужен вспомогательный участок. Необходимо организовать производство, нужно иметь вспомогательную площадку примерно в 15 гектаров, где можно было бы укрупнять металлоконструкции для строительства объекта. Помимо этого, необходимо организовать транспортировку этих самых конструкций непосредственно на стройплощадку, организовывать транспортный поток в городе. По задумке инвестора, это должно происходить ночью, против движения транспорта, совместно с ГИБДД. Кроме того, при строительстве небоскреба используются особые марки бетона, которые рядом с Хабаровском не производятся. Значит, необходимо делать это тут, на месте. Это я только процесс надземного строительства вкратце привел. Но в планах у инвестора – масштабные подземные работы, а это коммуникации, прокладка сетей. Планы грандиозные, но дьявол всегда кроется в мелочах, и весь фокус – все эти мелочи организовать. Но инвестор реально работает, и я желаю ему пройти этот путь – вопрос лишь в цене, настойчивости и ресурсном обеспечении.

— Каких еще преобразований можно ожидать хабаровчанам в ближайшей перспективе?

У инвестора, который строит небоскреб, есть еще один, интересный для нас проект – реконструкция площади им. Блюхера. За основу преображения облика самой площади решено взять проект, победивший в городском архитектурном конкурсе в начале 2000-х годов. Он предусматривал строительство на данной территории общественно-развлекательного комплекса "Город солнца". Ранее проект не был реализован из-за низкого инвестиционного потенциала в городе. Сейчас, если в него внести некоторые изменения, – добавить стекла, ажурных стальных конструкций, отказаться от гигантизма и сделать "воздушнее", то площадь вполне может стать для хабаровчан и гостей города настоящей точкой притяжения – местом, где приятно проводить время как взрослым, так и детям, пространством для семейного отдыха. На сегодняшний день есть ряд потенциальных инвесторов, изъявивших желание участвовать в воплощении этого плана в жизнь.

Также, вблизи одной из зон отдыха прорабатывается вопрос по строительству бальнеологического санатория на территории ООПТ "Дельфин", где планируется обустройство ванн с целебными водами дальневосточного региона (Кульдурская вода, Аннинские воды, Шмаковские воды, Радоновая вода из Тумнина, морская вода из Японского и Охотского моря), организация пляжной зоны с настоящим белым песком и волнами с морской водой. Горожанам не нужно будет ждать отпуска, даже не нужно ждать выходных, а в течение недели приехать и отдохнуть на курорте.

Бальнеологический курорт в центре Хабаровска подчеркнет экологическую чистоту и дружелюбие города. Заказчик-застройщик имеет практический опыт строительства и эксплуатации развлекательных центров для жителей города. Яркий тому пример – современный фитнес-клуб "Global" в центре города. Ещё один такой же клуб в курортной зоне будет хорошим дополнением индустрии здорового образа жизни горожан.

На базе Дорожной клинической больницы ОАО "РЖД" в Хабаровске планируется реализовать проект по созданию российско-японского центра превентивной медицины и диагностики – соответствующий меморандум о сотрудничестве заключен между Агентством Дальнего Востока по привлечению инвестиций и поддержке экспорта, министерством здравоохранения, труда и благосостояния Японии, Центральной дирекцией здравоохранения ОАО "РЖД". Предполагается, что в рамках реализации проекта будет проведена реконструкция одного из корпусов хабаровской Дорожной клинической больницы, а медперсонал Центра пройдет обучение у японских специалистов. Кроме того, японская сторона обеспечит постоянную научно-методическую и образовательную поддержку. Общий объем инвестиций в российско-японский центр составит порядка 500 млн рублей.

ООО "Кориан-Инжиниринг" по ул. Гоголя, 37б планирует строительство комплекса, состоящего из 21-этажного здания гостиницы категории 5 звезд на 321 номеров, 23-этажного здания бизнес-центра с офисными помещениями, с пятью конференц-залами, один вместимостью до 700 и четыре на 14-50 человек, торгового комплекса площадью 5503 кв. м, подземных автопарковок на 3 этажа на 582 машиноместа. Общая площадь всего комплекса составит 76960,25 кв. м. Это позволит создать современный комплекс с гостиницей, бизнес-центром, автопарковкой.

Россия. ДФО > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены. Недвижимость, строительство > amurmedia.ru, 29 ноября 2017 > № 2451605 Валерий Лебеда


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 29 ноября 2017 > № 2406018 Алексей Руденко

Нулевая доходность. Охладеют ли инвесторы к инвестиционному страхованию жизни

Алексей Руденко

генеральный директор ООО СК «Сбербанк страхование жизни»

В конце года сотни владельцев полисов инвестиционного страхования жизни обнаружат, что за пять-семь лет они почти ничего не заработали. После этого может последовать «определенное разочарование и остановка рынка» ИСЖ, опасаются в Центробанке

Любой управляющий знает, что инвесторы воспринимают как должное хорошие результаты и всегда ругают за провалы. Это нормальная практика: люди, передавшие деньги в управление, рассчитывают на рост инвестиционного портфеля. Поэтому можно понять клиентов, которые, получив выплаты по полисам инвестиционного страхования жизни на ту же сумму, что они инвестировали пять лет назад, спросят у управляющих: как же так вышло?

В чем причина

Рынок инвестиционного страхования жизни (ИСЖ) начал формироваться в 2010-2011 годах — тогда некоторые страховые компании начали предлагать этот продукт своим клиентам. ИСЖ, оставаясь по форме страховым полисом, по своей сути является инвестиционным инструментом. Единовременный взнос клиента инвестируется на фондовом рынке, а у страхователя есть возможность выбрать стратегию управления. Договоры заключаются на 3-7 лет, и расторгнуть их досрочно без потери части взноса, как правило, невозможно. Страховщик же гарантирует только возврат суммы взноса.

Когда продукт только появился, в 2011 — 2012 годах, средства клиентов, купивших договоры ИСЖ, инвестировались во фьючерсы на индекс РТС и золото. Почему был сделан такой выбор? Дело в том, что опционов на 5-7 лет на тот момент на рынке просто не было. Возможности выйти на зарубежный рынок также были ограничены. Пришлось работать с инструментами, доступными на российском рынке, то есть с индексом РТС и золотом. Тогда эти активы были весьма привлекательными — только завершился кризис, и все видели потенциал восстановления индикатора РТС с 1500 пунктов до прежних значений — более 2500 пунктов. Золото, которое традиционно считают защитным инструментом на время кризиса, также показывало хорошую динамику.

Однако из-за последующего кризиса 2014-2015 годов эти активы утратили около 30-40% своей стоимости. Падение котировок привело к тому, что доходность по договорам ИСЖ, заключенным в 2011 — 2012 годах, «на выходе» в 2017 году оказалась близка к нулевой.

Наступит ли разочарование

Некоторые любят сравнивать полисы инвестиционного страхования жизни с депозитами и подсчитывать упущенную выгоду по ним. Но договор ИСЖ — это всего лишь переходный этап от депозитов к прямым вложениям в фондовый рынок, и многие клиенты это понимают.

ИСЖ можно считать универсальным инструментом, который, с одной стороны, не дает инвестору проиграть — все средства будут возвращены в полном объеме, а с другой — позволяет войти в рынок, разнообразив свой портфель. Средний покупатель ИСЖ осознает, что эффективнее не размещать все средства на депозитах, а выбрать путь диверсификации. При этом он еще не готов открыть брокерский счет и принимать активное участие в управлении своими деньгами на фондовом рынке.

Мы провели несколько личных бесед с клиентами, которые по итогам 5 лет получили назад свой вклад без прибыли. Что интересно — все они говорят не об убытках, а о том, что спасли свой капитал, инвестировав его в ИСЖ. «Если бы я эти деньги сам инвестировал на фондовом рынке, то мог потерять 40%», — утверждают клиенты.

Также не стоит забывать, что количество людей, которые приобретали полисы 5-7 лет назад, довольно мало. Сейчас оформлено около 700 тыс. договоров ИСЖ, и большинство из них заключались, начиная с конца 2013 года. Тех, кто вошел на этот рынок раньше, — не более тысячи человек.

Как не упустить прибыль

Рынок ИСЖ прошел все этапы становления, и с увеличением его объемов расширился перечень инвестиционных инструментов. Теперь в ИСЖ можно составить практически любой портфель, включив в него инвестиционные стратегии, которые делают ставку на высокие технологии и акции компаний, занимающиеся производством товаров потребительского сектора. Сейчас доходность по отдельным портфелям составляет 30-35% годовых.

Но тут возникает естественный вопрос: как уберечь свои потенциально доходные инвестиции от нового всплеска волатильности?

Есть несколько правил, которые помогут сохранить будущую прибыль. Во-первых, можно присоединить заработанную сумму к «телу» вклада и зафиксировать накопленный инвестиционный доход. В этом случае на потенциальный доход будут также распространяться обязательства по возврату.

Во-вторых, можно установить автоматическую фиксацию дохода в случае достижения целевого уровня (по аналогии с take profit на фондовом рынке) или при снижении его до определенного минимального значения (stop loss).

В-третьих, у инвесторов ИСЖ есть право сменить стратегию. Правда, делать это нудно осторожно и только посоветовавшись с консультантом. Не стоит идти на такой шаг с целью «убежать» из падающих активов — менять стратегию лучше после стадии роста.

Рынок альтернативных инвестиций в России еще развивается. Сейчас объем вложений в ПИФы, по договорам доверительного управления, в полисы ИСЖ и другие инструменты составляет около 3 трлн рублей (физлица и юрлица)— это 15% от объема депозитов. В развитых странах совсем другие пропорции: доля депозитов, как правило, не превышает 35%. На фоне падения процентных ставок, мы видим все возрастающий интерес альтернативным инструментам. Поэтому тренд на развитие таких инвестиций в ближайшее время точно не будет переломлен.

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 29 ноября 2017 > № 2406018 Алексей Руденко


Россия > Металлургия, горнодобыча. Приватизация, инвестиции > metalinfo.ru, 29 ноября 2017 > № 2405849

ОМК поделилась уникальным опытом корпоративного добровольчества

Объединенная металлургическая компания (АО «ОМК», г. Москва) представила свой уникальный опыт по развитию корпоративного добровольчества на Шестом московском международном форуме «Корпоративное волонтерство: бизнес и общество».

Участники форума обсудили лучшие практики корпоративного добровольчества и взаимодействия бизнеса, государства и общества. Своим опытом поделились представители международных компаний, руководители благотворительных фондов, актеры и представители СМИ, которые активно участвуют в волонтерских проектах.

ОМК выступила партнером секции «Корпоративное волонтерство как HR-стратегия: инструмент повышения вовлеченности или дополнительная нагрузка HR?». В обсуждении также приняли участие представители компаний «Норникель», «Русские машины», Johnson&Johnson, Pepsico и других ведущих компаний. В своем выступлении представители ОМК отметили, что компания активно реализует как общекорпоративные волонтерские проекты, так и поддерживает индивидуальные инициативы сотрудников. В результате более половины из 24-тысячного коллектива компании поддерживают и более трети – активно участвуют в различных социальных инициативах ОМК, в том числе в качестве добровольцев.

Также в рамках форума состоялось награждение участников конкурса проектов в сфере корпоративного волонтерства «Чемпионы добрых дел». В том числе победителями стали проекты, реализованные волонтерами ОМК в Выксе (Нижегородская обл.). Это проект помощи детям-сиротам «Старший брат» и интернет-проект для ветеранов «Уважение».

«Корпоративное волонтерство для ОМК — это инструмент вовлечения, удержания, творческого и профессионального развития сотрудников, повышения их мотивации. Готовность персонала участвовать в волонтерских проектах и их реализация положительно влияют на вовлеченность сотрудников ОМК. Это способствует росту качества продукции и эффективности работы наших предприятий», – отметила руководитель направления по корпоративной социальной ответственности ОМК Ольга Миронова.

27 ноября 2017 г. указом президента России был учрежден День добровольца (волонтера), который будут отмечать 5 декабря. Указ принят в соответствии с резолюцией Генассамблеи ООН от 17 декабря 1985 года, в которой эту дату объявляют Международным днем добровольца во имя экономического и социального развития.

Россия > Металлургия, горнодобыча. Приватизация, инвестиции > metalinfo.ru, 29 ноября 2017 > № 2405849


Россия > Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 28 ноября 2017 > № 2403852 Игорь Рыбаков

Промышленные романтики: чему молодые менеджеры могут научиться у руководителей из СССР

Редакция Forbes

Миллиардер Игорь Рыбаков в своей книге объясняет, почему быть романтиком в бизнесе очень важно и ничуть не стыдно

В издательстве «Точка» в конце ноября выходит книга «Жажда» Игоря Рыбакова F 117 — миллиардера, сооснователя компании «ТехноНИКОЛЬ» и «Рыбаков Фонд». Forbes публикует отрывок из ее второй части «Жажда смысла»:

... В потоке неотложных управленческих задач мы не слишком часто задумывались о том, что продолжаем традиции промышленного развития России. В период бурных преобразований не до рефлексии — сильнее было ощущение возможностей, динамики: можно — значит, делай. Сегодня я понимаю, что осознание своего места в промышленной истории страны должно приобрести для развития бизнеса большее значение. Зрелые общества отличаются тем, что соотносят себя с делами предшественников. Российское общественное сознание в новом своем качестве относительно молодо, ему нет и 30 лет. После общественного слома девяностых прошло слишком мало времени, чтобы оно успело в полной мере сформироваться — мы только еще вступаем в пору зрелости, когда на уровне общественной значимости встают вопросы — какие мы, кто мы и чего хотим?

Смещение моих интересов от работы в компании к общественной деятельности (в 2015 году Игорь Рыбаков вместе со своей супругой Екатериной основал «Рыбаков Фонд» — прим. Forbes) произошло после нескольких лет серьезного внутреннего кризиса. Итогом выхода из него стало отчетливое понимание важности общественных процессов для темпов роста бизнеса и экономики в масштабе страны. В девяностые, когда мы начинали, социальной среды практически не было — была дикая смесь осколков прошлого и зачатков будущего. Сегодня все иначе. Общественная среда стала достаточно плотной, чтобы оказывать непосредственное влияние на темпы и качество развития компаний и рынков. Важно сделать так, чтобы в ней были укоренены представления, способствующие развитию, а не сдерживающие его. И одно из них — исторически обоснованное представление о России как об одной из ведущих мировых промышленных держав.

Обычно в истории — точнее, в том, как ее преподают и закладывают в головы подрастающему поколению, — главенствующее место занимают битвы и войны. Но в истории индустриального развития нашей страны не меньше поводов для гордости. И постоянное соотнесение себя с этим опытом, эмоциональное проецирование сегодняшних достижений на достижения предшественников может стать одним из ключей к ускорению экономического развития России. Мы способны побеждать не только на поле боя, но и в экономике — безусловная уверенность в этом дорогого стоит. Победа сначала складывается в сознании единиц, десятков, сотен людей как образ будущего, а потом достигается усилиями тысяч и миллионов. Предшествующие поколения дали нам все основания быть уверенными в том, что и мы можем достигать самых масштабных целей. И мы это делаем.

Промышленный романтизм

Я так уверенно говорю о важности эмоциональных связей, о необходимости постановки сверхзадач, потому что знаю, что думают и чувствуют участники команды «ТехноНИКОЛЬ», как глубоко они пропитались духом здоровой состязательности и какое важное значение для них имеет эмоциональная вовлеченность в работу.

Рустем Хуснуллин, директор челябинского завода по производству каменной ваты, определяет для себя главную задачу так: показывать, как достигать целей. Люди часто отступают перед преградами, а преграды есть и будут всегда — так устроена жизнь, и многим просто не хватает привычки подойти к задаче масштабно. «Людям мало слов и цифр, — уверен Рустем. — Нормальный человек воспринимает важность поставленной задачи прежде всего на чувственном уровне. Главное — передать ему эмоциональный накал, разбудить — тогда включится в работу и мозг. Надо постоянно держать хороший темп, не позволять людям скучать, ставить им серьезные задачи, давать возможность развития».

Я с интересом слежу за тем, как эффективно современные директора комбинируют прежние советские подходы к управлению с современными. Конечно, за минувшую четверть века мы стали более жесткими и менее доверчивыми, фундаментально изменилась экономическая среда, радикально модернизировалась система госуправления. Но в чем-то мы остались прежними. У Валерия Ковтуна — того самого, который в невозможно короткие сроки провел полномасштабную реконструкцию картоноделательной машины в Учалах, — за годы работы в компании сложилась привычка субботу и воскресенье проводить на заводе. И если в какой-то один день — скажем, в воскресенье — Ковтун туда не приедет, он будет испытывать дискомфорт. Даже если позвонит, проверит, уточнит — все равно душа у него будет не на месте. Как-то он рассказал мне про один случай на заводе — приведу его историю полностью.

«В субботу, в пять минут восьмого вечера, звонит начальник смены и докладывает: машина встала, вызвали энергетика. Завод, соответственно, остановился без пяти семь. У меня машина стояла прямо под окнами, я собрался и думаю: сейчас быстро приеду и посмотрю, во сколько мои подчиненные подтянутся. Доехал за пятнадцать минут, рассчитывал, что буду первым. Не тут-то было: захожу на завод в двадцать минут восьмого, подхожу к центральному пульту, а там уже технический директор и главный энергетик — что-то включают, машина начинает работать.

Спрашиваю: «Что случилось?» — «Блок сгорел». — «Как выяснили?? — «Мы на него сразу грешили». — «И что, запасной блок был у вас в наличии?» — «Нет, мы открыли склад».

Представляете? Мне даже нечего было им сказать. За двадцать минут люди приехали из города, нашли сгоревший блок, открыли склад, поменяли блок и уже пытаются запускать машину! Мне было очень приятно. Я постоял там минут десять. Смотрю — машина раскручивается. Думаю, ладно, не буду над душой стоять. Развернулся, пошел в транспортно-складское хозяйство, вернулся оттуда — а машина уже работает».

Меня восхищают такие примеры повседневных свершений, складывающиеся в подлинное чудо. И я знаю, что не материальная мотивация играет тут ведущую роль. Я вижу, как в людях проявляется лучшее, что существовало в советском подходе к производству — личная вовлеченность и ответственность, огромное желание, чтобы все работало. Прекрасный ресурс для выстраивания нового отношения к работе, к делу.

В России сегодня сформировался класс промышленных производств, которые вполне могли бы служить вдохновляющим примером для других. Во многих странах мира есть компании, ставшие символами целых эпох в истории этих стран. Так, General Motors, несомненно, символ послевоенной силы и процветания США, а Toyota — символ экономического возрождения Японии и пример японского отношения к труду и производству. В нашей стране место такой промышленной компании-символа пока вакантно, и это заставляет меня пристальнее посмотреть на достижения «ТехноНИКОЛЬ», чтобы оценить, в какой степени в них преломляются важнейшие линии, характеризующие индустриальное развитие постсоветской России.

Россия > Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 28 ноября 2017 > № 2403852 Игорь Рыбаков


Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 28 ноября 2017 > № 2403833 Антон Купринов

Выше рынка: айти-сектор и телекомы лучше реагируют на господдержку

Антон Купринов

Исполнительный директор Фонда содействия кредитованию малого бизнеса Москвы

Эффект на рубль вложенных средств господдержки в три раза больше у компаний-производителей ИТ и телекоммуникационного оборудования. Эти отрасли даже в кризис продемонстрировали рост выручки.

Эффективность системы господдержки и финансирования малого бизнеса традиционно вызывает дискуссии. Например, в начале 2017 года Счетная палата проводила проверку институтов поддержки МСП и подсчитала, что только 1% предпринимателей были охвачены госпрограммой финансовой поддержки. А банки не спешат наращивать кредитование в рамках существующей системы.

В то же время система развивается и совершенствуется, перенимает зарубежный опыт, например, фокус на целевых отраслях. Господдержка точно будет эффективнее, если будет акцентирована на отраслях, которые быстро растут и дают отдачу, в том числе, в условиях экономического кризиса. В 2008 году страны Евросоюза пошли по пути поддержки малого бизнеса, пострадавшего во время кризиса. В Германии, например, был принят закон, в рамках которого немецкий госбанк Kreditanstalt für Wiederaufbau предоставлял через банки-агенты доступное финансирование малому бизнесу, столкнувшемуся с проблемами в кризис (кредиты до 50 млн евро). Ставки устанавливались индивидуально в зависимости от риск-профиля предпринимателя, составляли в конечном счете ставку ЦБ плюс «надбавка за риск» в размере 50-70 базисных пунктов. Причем сама ставка ЕЦБ за 2008 году снизилась с 4% в начале года до 2% в конце. Аналогичные решения были приняты в Португалии, Франции, Великобритании. Этот порядок сходен с программой «Шесть с половиной» Федеральной корпорации по развитию малого и среднего предпринимательства (Корпорации МСП), в рамках которой для российских предпринимателей стоимость денег составляет 9,6-10,6% годовых.

Гарантийные фонды, входящие в одну систему поддержки Корпорации МСП, в разных регионах работают с разной активностью. Есть такие, где господдержка в 2017 году выросла в разы.

Например, в Москве: по итогам первого полугодия 2017 года доля сделок финансирования с господдержкой в совокупном кредитном портфеле топ-30 банков (по Москве) выросла до 2%. Для сравнения: в 2016 году она составляла около 1%. Аналитики БизнесДром и Фонда содействия кредитованию малого бизнеса Москвы провели исследование и сравнили различные варианты предоставления помощи – начиная от дополнительной поддержки всех предпринимателей, как уже прошедших отбор на кредитоспособность и добросовестность со стороны кредитующего банка и гарантийного фонда, так и вариант, связанный с поддержкой целевых отраслей.

Мы выявили, что наиболее эффективной в кризис является поддержка для целевых отраслей – мелкое производство технологичной продукции — информационных технологий, радиоаппаратуры, телеком оборудования. В производстве офисного оборудования и вычислительной техники выручка показала прирост 25,81%, производство аппаратуры для радио, ТВ и связи – 16,4%. Эти отрасли росли даже в кризис, и мы подсчитали, что компании из этих же отраслей показывают отдачу на один рубль господдержки в четыре раза больше, чем фирмы из других индустрий.

Отдача – сумма налоговых поступлений в бюджет региона и инвестиции в экономику — составляет 6 рублей против 1,5 рублей в среднем по предпринимателям, получающим кредиты с господдержкой в регионе (в Москве). Чтобы господдержка была более эффективной, сфокусироваться надо на конкретных отраслях и конкретных компаниях. Правильно адресовать господдержку компаниям, отобранным по комплексу параметров, в том числе, по добросовестности (своевременная и полная уплата налогов в бюджет), эффективности (стабильный рост выручки), устойчивости в кризисных ситуациях (развитие бизнеса в течение определенного времени, в том числе, в периоды спада спроса). Сегодня доля малого бизнеса в ВВП России составляет 20% против более 50% во многих европейских странах и США. Увеличить показатель смогут именно активно растущие и добросовестно уплачивающие налоги предприниматели.

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > forbes.ru, 28 ноября 2017 > № 2403833 Антон Купринов


Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука > snob.ru, 27 ноября 2017 > № 2610148 Сергей Вахтеров

Инвестор Сергей Вахтеров:

Как только ты остановился, ты начал проигрывать

Быть инвестором в России — рискованное предприятие. Управляющий директор по инвестиционной деятельности УК «Роснано» Сергей Вахтеров для специального проекта «Люди расчета и риска» рассказал «Снобу», как заглянуть в будущее, что заставляет двигаться вперед и как заработать на чипировании шуб

Сноб: Вы играете в компьютерные или настольные игры?

Я играю в шахматы.

Сноб: Необходимость просчитывать на несколько ходов вперед напрямую связана с вашей работой?

Конечно. Мы инвестируем деньги надолго — и никто не знает, что будет через три года или даже через год. Как показывает практика, часто все идет не так, как хочется. Люди, которые изобретают, производят какой-то продукт, хотят произвести на инвестора впечатление, рассказывают, что послезавтра он будет купаться в лучах славы, зарабатывать вместе с ними, забывая упомянуть, что на пути к этому успеху стоит миллион препон. И если инвестор не просчитает эти риски, у него будут проблемы. Шахматы помогают сесть и спокойно подумать: а что может быть, если произойдут события, отличные от того, что я планирую? Другой вопрос, каков КПД этого предвидения.

Сноб: Ваш инвестпортфель сформирован в 2009–2011 годы. Какой суммой вы располагали на тот момент?

В рублях это порядка 28–30 миллиардов рублей.

Сноб: Распоряжаться такими деньгами — большая ответственность. Как заглянуть в будущее, чтобы не прогадать?

Нужно смотреть, какие шаги будут следующими. У вас должна быть технология, желательно превосходящая то, что есть на рынке, и обязательно — НИОКР. Строя завод сегодня под одну технологию, нужно просчитывать следующую и разрабатывать продукт, который понадобится завтра. Сменяемость технологий в среднем пять-семь лет, а в отдельных отраслях и того быстрей.

Сноб: То есть линия должна быть изначально заточена под постоянные изменения.

По-другому вы не выживете: проработаете на старой технологии еще 5–10 лет, а через 15 ваш завод остановится и вы получите очередной памятник промышленного строительства.

Далее — у вас должна быть вменяемая команда: люди, которые понимают, что они делают, и которые способны держать слово.

Третья часть: нужно сделать экспертизу, поговорить с рынком. Очень часто оказывается, что технология уникальна, но никому не нужна.

И четвертая часть: если весь рынок говорит, что технология полезна, нужно посмотреть на нее с точки зрения финансов. Заранее понимать, кому планируете продать продукцию и это производство.

У нас есть молодые компании, которые разрабатывают вполне перспективные продукты, и они вполне конкурентоспособны на международном рынке.

Сноб: Например какие? Они есть в вашем портфеле?

Из того, что я смотрю сейчас, — это проекты для нашего совместного фонда с АФК «Система». Автоматические погрузчики-беспилотники, которые обслуживают склад без участия человека, например. Или строительные 3D-принтеры, которые печатают дом за сутки.

Сноб: Вы соуправляете портфелем в фонде прямых инвестиций, который был создан Роснано совместно с АФК «Система». А проект в области коммуникаций появился как раз на этом стыке интересов?

Нет. Этот проект появился немного раньше и реализуется нами совместно с Газпромбанком и правительством Республики Мордовия. В сентябре 2015 года был запущен первый и единственный в России завод, выпускающий телекоммуникационное оптическое волокно, которое полностью соответствует всем стандартам мирового рынка. Продукция завода на текущий момент на 90% экспортируется.

Сноб: Внутри страны она не нужна?

Нужна. Но российский рынок оптоволокна — это около 4 млн км в год, а мировой — 480 млн км, из них порядка 250 млн км — потребление Китая.

Сноб: Почему в России так мало?

Сейчас сложилась уникальная ситуация, при которой цена на рынке Китая является самой высокой в мире. При этом цена на российском рынке, вследствие недружественных действий со стороны международных игроков, одна из самых низких.

И завод за неполных два года своей работы настолько успешен, что сейчас пойдет на увеличение мощностей и на строительство второго этапа производства сырья, которое на самом деле является уникальным. Такой технологией в мире обладают всего пять компаний. Технология не вывозится с родной территории ее обладателя.

Сноб: В чем уникальность технологии? У нас и до 2015 года был интернет с телевидением и телефонией.

Были другие скорости. И понятно, что в будущем Big Data будет развиваться и потребует больших дата-центров, а это, соответственно, передача больших объемов данных. Чтобы создать инфраструктуру, которая позволит это осуществлять, нужно оптическое волокно.

Сноб: Получается, что этот продукт тянет за собой и другие отрасли.

Да. Прямая история — это производство кабелей, кабельная промышленность. Вторая история — это производство различных полимеров.

Сноб: Кто поставляет полимеры? Заказ уходит российским предприятиям?

Нет. К сожалению, все материалы закупаются за рубежом. Собственное производство — это одна из наших задач, чтобы снизить себестоимость. Соответственно, это тянет телеком, телеком тянет у вас инфраструктуру домов, городов, передачи данных и т. д. По сути, развитие технологии в части всего, что связано с передачей данных. А у нас сегодня все связано с передачей данных.

Сноб: Но передача данных стремится отвязаться от проводов. Интернет становится беспроводным. Как это влияет на будущее компании?

Беспроводной интернет подразумевает маршрутизатор, который раздает и забирает сигнал для того, чтобы куда-то его передать. Чтобы его подключить, нужно подвести к нему кабель, который идет в дата-центр, где хранятся данные. Соответственно, когда мы говорим, что интернет у нас беспроводной, мы имеем в виду симбиоз беспроводных и проводных технологий, которые порядка 20 лет точно будут существовать. Пройдут поколения усовершенствований, прежде чем появится реальная замена обычному кабелю.

Сноб: У ваших коллег на стенах кабинета современное искусство, а у вас — катушки, панели...

Так людям проще объяснять. Кстати, о панелях: российская компания «Хевел» с заводом в Новочебоксарске производит солнечные элементы. У технологии HIT и их панелей КПД 22% — таким образом мы входим в тройку лучших в мире промышленно производимых решений, конкурируя с компаниями Panasonic и UBS. По своей производительности и соотношению «стоимость — качество» панели также лидируют.

Сноб: В чем выражается КПД этих панелей?

Они лучше ловят солнце и аккумулируют больше энергии.

Сноб: Панель не может существовать самостоятельно, она должна быть встроена в инфраструктуру, которая преобразует электроэнергию для передачи в электросети.

И сейчас в этой сфере есть поддержка со стороны государства. Вы строите солнцепарки или ветропарки, подключаете их к сети и поставляете определенные мощности. Государство говорит: «Если ты мне гарантированно будешь поставлять энергию в таком-то объеме, я буду покупать у тебя по гарантированным тарифам в ближайшие 15 лет». И у компании уже есть заказ на строительство объектов альтернативной энергетики объемом порядка одного гигаватта. Также есть стратегия выхода на зарубежные рынки в ближайшие несколько лет. Я понимаю, что эта история на данный момент не сможет конкурировать с традиционной энергетикой, но поддерживаю это начинание, потому что понимаю, что такое производство более экологичное.

Сноб: Альтернативная энергетика могла бы помочь удаленным районам, до которых не дотянуться.

Такой опыт есть. Достаточно большое количество поселков на территории Дальневосточного федерального округа изолированы и работают исключительно на дизеле — и это «северный завоз», который связан с определенными сложностями. «Хевел» разработал гибридную установку, солнцедизель: днем вы вырабатываете электроэнергию с помощью панели — ночью работаете на дизеле. Параллельно стоят накопительные батареи, которые тоже позволяют в темное время суток отдавать какое-то количество электроэнергии внутрь.

Сноб: Насколько внедрение этих решений выгоднее с точки зрения экологии?

До 40%. Это то, что получилось по итогам реализации одного проекта. Через год-три за счет эффекта масштаба цифры будут еще более интересными.

Сноб: Что насчет других проектов?

Есть «Акрилан» — владимирская компания, которая производит дисперсии для водных красок. Каждая пятая банка краски на водной основе, которая делается в России, делается из дисперсий, произведенных компанией «Акрилан».

Сноб: Как быстро они выросли? Сейчас — каждая пятая, а два года назад каждая какая?

Каждая восьмая. Мы конкурируем с крупнейшим в мире химическим концерном Dow Chemical. Каждый год отгрызаем у него по небольшому кусочку рынка. Ребята постоянно развиваются.

Сноб: Какая у них мотивация? Что включается, когда удовлетворены определенные материальные потребности?

Самореализация. Мне кажется, что важно быть причастным к чему-то большому, к чему-то правильному.

Сноб: Но кто-то останавливается, и таких примеров достаточно.

Те, кто останавливаются, к нам не приходят. С ними просто нет смысла разговаривать. Как только ты остановился, ты начал проигрывать. К сожалению, по-другому не бывает, потому что есть кто-то, кто останавливаться не собирается.

Еще один пример яркого стартапа — компания «Профотек». Ребята сделали измерительные оптические трансформаторы напряжения. Такое решение в мире реализовали всего три компании.

Сноб: Как внедрение этого решения отражается на нашей с вами жизни?

Это часть так называемой «умной сети» — smart grid. Она в автоматическом режиме передает все показания по электроэнергии: сколько по сети прошло электричества, какой мощности, какого напряжения. У вас практически нет потерь — проблема, которая очень существенна в электроэнергетике. Ведь мы все как обыватели очень часто платим в том числе и за потери.

Сейчас мы поставили продукцию «Профотека» на испытание в Канаду, в Италию и Швейцарию. Недавно во французском EDF сказали: ребята, мы хотим точно такой же трансформатор. А ребят — 50 человек. Такой прямо стартап-стартап. Они работают на территории Технополиса «Москва». В этом году будем удваивать мощности, в следующем планируем пойти на модернизацию и увеличение производственных мощностей еще в несколько раз, исходя из заказов.

Еще одна компания — «РСТ-Инвент» — стала известна недавно в связи с введением обязательств чипировать все шубы, которые ввозятся на территорию России. Ребята применяют RFID-технологию — автоматическую идентификацию объектов. RFID-метки идут на отчиповку этих шуб и позволяют считывать информацию о товаре с минимальным количеством потерь и искажений. Начиная с момента, когда товар чипируется на границе, и до покупателя.

Сноб: Практически блокчейн в шубах.

Практически. Есть компания «Русский кварц», которая добывает и специальным образом подготавливает кварцевый песок, который используется в производстве микроэлектроники. Здесь 100% продукции уходит на экспорт: каждая третья плата, сделанная в Китае, Японии, Тайване или еще где-то, — это «Русский кварц».

Сноб: А с кем они работали до того, как «Русский кварц» появился на рынке?

Есть американская компания «Юнимин», она держит, условно говоря, 70% рынка. И мы активно ее отодвигаем.

Сноб: Почему создатели всех этих компаний готовы работать именно с вами как с инвестором?

Помимо того, что мы вкладываем деньги, мы помогаем с административным и управленческим ресурсом. Не так много тех, кто построил 80 заводов за шесть лет. И в этой части, конечно, накопленный нами опыт уникален. Отдельная ценность — синергия с теми производствами, которые у нас уже есть.

Беседовала Елена Николаева

Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука > snob.ru, 27 ноября 2017 > № 2610148 Сергей Вахтеров


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter