Всего новостей: 2359058, выбрано 1147 за 0.121 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 10 января 2018 > № 2455827 Павел Ковтонюк

Ковтонюк: "Существующие механизмы содержания медучреждений закончатся" (часть І)

Эксклюзивное интервью заместителя министра здравоохранения Павла Ковтонюка агентству "Интерфакс-Украина"

- Регионы готовы к реформированию?

- По-разному. Некоторые готовы к автономизации клиник уже сейчас, некоторые нет. Многое зависит от управления. Там, где хорошие управленцы, - там готовы. Необязательно, чтобы это был богатый регион. Например, в Полтавской области, которая достаточно скромная по экономике, но имеет хорошее руководство в сфере здравоохранения, готова лучше. В регионах, которые инвестировали в медицину, не возникает сомнений.

- Что нужно для фактического начала медреформы?

- Первое, что нужно для реформы, - провести автономизацию медучреждений на первичке, без этого мы технически не можем работать.

Второе –оснащение и комплектация медучреждения первичного уровня согласно установленным требованиям. Эти требования уже утверждены. В первую очередь, речь идет о компьютерах и кадрах. Компьютеры обычные, но на каждого врача. Мы ужесточили это требование. Раньше планировали, что пусть будет один компьютер на все медучреждение для регистрации пациентов, но сейчас хотим, чтобы у каждого врача было рабочее место. У местных властей есть время заложить в свои бюджеты 2018 года средства для этого.

- Сколько средств, примерно, понадобится на эти цели?

- Это не какие-то страшные деньги, это стоимость обычного ноутбука. А их на медучреждение нужно 5-7-10 шт. Это не является, по большому счету, очень большими деньгами. Это немалые деньги, но и не покупка аппарата МРТ. У нас достаточно скромные требования к оснащению первички, мы решили, что необходимо оснастить базовым оборудованием, но всех. Во многих местах это уже есть. Там, где первичке внимание не уделяли, придется поработать. Нет ничего сложного, и за полгода с этим справиться вполне реально. План внедрения, прежде чем представить на Кабмине, обсуждали с регионамию Ни один не сказал, что это неподъемно. Они все сказали: "Да, за полгода реально сделать".

- Кто конкретно высказывался от регионов?

- Были города, были области, были представители отдельных медучреждений. Мы приглашали также городские управления, а с территориальными громадами встречались отдельно. И все говорили: это вполне реальный план.

- Кто-то конкретно будет отвечать за внедрение реформы?

- Ответственные – это областные и районные администрации.

- Есть какие-то нормативные акты, которые обяжут их заниматься реформированием?

- Будет поручение Кабмина. Мы не можем напрямую обязывать местные власти что-то делать, но мы можем дать поручение администрации. Поэтому с формальной точки зрения ответственной будет обладминистрация. В то же время все понимают, что в предвыборный год именно ответственность местного совета перед своими избирателями станет главным драйвером. Поэтому реформа фактически начнется с громады.

- В предвыборный год местные власти могут не начать реформу, чтобы сохранить статус-кво…

- Тогда это будет политическое решение этой конкретной громады. Все должны понимать: существующие механизмы содержания медучреждений закончатся. Мы хотим, чтобы они закончились с января 2019 года. После этого субвенции для первички не будет, будут только договора. То есть если медучреждения не перешли на договора, они должны делать это осознанно. С одной стороны, это не является жестким контролем, но, с другой стороны, это будет намного более сильным мотиватором, чем просто дать указание.

- Но в Украине люди любят указания…

- Мы верим, что намного лучше сработает соревновательность. Мы это увидели по децентрализации, когда громады стремились пройти эти процессы быстрее.

Мы говорим об общей автономизации, которая нам нужна для реформы в будущем, но к июлю нужна первичка. К июлю не обязательно автономизировать больницы, но в принципе это надо сделать. Поэтому мы не говорим регионам: "Делайте только первичку и больше ничего". Мы говорим: "Делайте все". Если первичку не сделаете – не будет у вас реформы. То есть нужно, чтобы до 1 июля 2018 года все местные советы приняли соответствующие решения по медучреждениям первичной помощи.

Думаю, к концу 2018 года соберется какое-то количество проблемных регионов. По ним нужно будет принимать какие-то отдельные решения. Но надеюсь, что в массе все будет сделано, тем более что мы к этому готовились: есть вся методологическая поддержка, есть все методические рекомендации.

- Вы будете их рассылать по регионам?

- Мы уже их раздаем. Более того, есть отдельные энтузиасты, которые этим занимаются помимо нас. Например, в Харькове эксперты проводят какие-то семинары, объясняют. Местные советы иногда чувствуют себя некомфортно, иногда недопонимают. Например, недавно к нам поступило письмо с вопросом, мол, мы не хотим автономизировать, поскольку это означает, что у нас не будет денег, мы должны будем зарабатывать, а мы не готовы. То есть на местах часто не понимают, что автономный статус – это не зарабатывание на пациентах, это те же механизмы финансирования, которые были раньше, те же субвенции, но плюс к ним свобода в управлении. Но ничего, со временем в регионах и клиниках это поймут.

- Какими вы видите взаимоотношения автономизированных учреждений первички с еще неавтономизированными медучреждениями вторички?

- Сама автономность еще ничего существенного в этих отношениях не меняет. Меняется модель финансирования. Если первичка переходит на новую модель финансирования, а вторичка нет, это будет создавать некоторую напряженность. Тем более, если все пройдет так, как мы планируем, и первичка будет работать эффективнее, а вторичка - еще нет, тогда будет какая-то напряженность. Но мы этот риск уменьшаем за счет того, что постоянно объясняем, как будет работать система. У каждого звена свой год начала реформы: у диагностических лабораторий - 2019 год, у больниц - 2020 год, они все знают, что тоже будут так работать. Поэтому нам важно успешно запустить первичку, чтобы больницы тоже поверили в реформу. Я за первичку не очень переживаю, я переживаю за больницы - им нужно дать позитивный сигнал.

- Какие риски могут возникнуть при запуске реформы первички, какие - на вторичке? Чего опасаетесь?

- Пока что все риски я делю на несколько групп.

Первая – технические риски. Нам нужно в сжатые сроки выполнить большой объем технической работы, кто-то можем не успеть. Самая объемная техническая работа для регионов –автономизация. Нам нужно, чтобы до июля автономными стали учреждения первички. Считаю, что реформа не будет успешной, если автономизировать будут единицы городов или районов, их должно быть десятки, сотни городов и районов. То есть автономизация должна начаться относительно массово, но регионы могут не успеть и это - риск.

Вторая группа рисков, что мы, Минздрав, можем не успеть. Нам нужно создать Национальную службу здоровья Украины (НСЗУ) и систему электронного здравоохранения. Без этих двух компонентов реформа не начнется. Пока мы соблюдаем график, но на разных этапах есть опасность, например, если создание НСЗУ будет сопровождаться бюрократическими проволочками. Создание электронной системы – это технические проволочки, технические риски.

То есть на данном этапе я вижу риски только в этих местах. Дальше будут другие риски, политические риски. Если мы выдержим – будет хорошо. Будет волна атак, которая будет усиливаться к концу года. Часть наших противников будет говорить, что реформа плохо стартовала, другие будут говорить, что правильно стартовала. Но нам нужно будет получить результаты. Мы хотим сохранять высокую динамику, чтобы в 2019 году закрыть уже медицинскую субвенцию на первичке и пользоваться уже только новыми механизмами финансирования, чтобы не затягивать переходной период, чтобы пациент ощутил следующий шаг. Поэтому нам очень важно начать уверенно и бодро.

- Если вернутся к первичке, будет ли какой-то типовой договор с врачами, который вы разошлете по поликлиникам?

- Это декларация.

- Будет ли типовая, стандартная декларация или она в каждом регионе разная?

- Нет, она будет типовая, она будет в электронном виде, физически ее нельзя менять. В бумажном виде она может существовать только после печати из системы электронного здравоохранения. В некоторых случаях ее будут подписывать вручную на бумаге, но только после распечатки, менять ее нельзя. Она уже есть.

- Изменение финансирования первички может заработать без Национальной службы здоровья (НСЗУ)?

- Нет. Чисто технически можно изменить финансирование без НСЗУ, но мы не хотим. Нам нужно, чтобы все новое уже ассоциировалось с НСЗУ, чтобы все уже привыкли, что она есть и она - их партнер.

- Когда будут сформированы тарифы за медуслуги?

- Для первички тариф уже рассчитан, 370 грн базовая ставка за пациента, коэффициенты озвучим немного позже. Сейчас их немного корректируем, например, мы поняли, что нужно пересчитать коэффициент по детям. Когда мы просчитали педиатрическую практику, то поняли, что им будет не очень выгодно, поэтому хотим увеличить коэффициент на маленьких детей.

- На днях была опубликована новая методика расчета услуг. В ней упоминается так называемое "референтное учреждение здравоохранения". Что это будут за медучреждения? Это будет клиника, которая диктует стоимость медуслуги по всей стране?

- Первое, что нужно знать об этой методике, – это методика для больниц, она будет работать с 2020 года и на первичке не нужна. Второе: это не методика цен, это методика расчета затрат, себестоимости, которая позволяет выяснить, сколько мы тратим при оказании той или иной медуслуги, чтобы сделать следующий шаг и сказать, какой будет цена, будет ли она меньше или больше того, что вы тратите.

- Кто это будет определять?

- По нашему закону, предлагать тарифы будут Минздрав и Минфин, а утверждать их будут в бюджетном процессе Кабмин и парламент. Важно другое: решение о тарифе, о цене услуги, которая будет оплачиваться за нее больнице, это совершенно иное, чем себестоимость. Тариф будет использоваться как элемент политики в здравоохранении. Например, если себестоимость раздута, если в нее заложено много лишних составляющих и ее можно уменьшать, тогда тариф может быть установлен ниже себестоимости, чтобы все больницы становились более экономичными. Тогда они начнут экономить на электроэнергии, утепляться, сокращать пребывание в больнице лиц, которым нужно лечиться амбулаторно.

Но может быть обратная ситуация, когда себестоимость слишком низкая, но мы хотим оживить это направление. Тогда мы ставим тариф выше себестоимости. Если же мы хотим сохранить ситуацию, то оставляем тариф на уровне себестоимости.

Это управление. В любой системе здравоохранения нет свободного рынка, нигде в мире. Сейчас государства управляют рынком медуслуг подобными инструментами. Думаю, когда мы определим себестоимость медуслуги, она просто даст понимание того, что происходит на рынке в целом.

Мы апробируем методику в медучреждениях Полтавской области. Они работают по субвенции, но мы анализируем данные, в том числе и так, как будто они уже получают оплату за услугу. Таким образом, мы получаем две цифры: одна - через субвенцию, вторая - через оплату за медуслугу. Мы хотим распространить этот пилот и на другие области, возможно, на Львовскую.

Мы очень внимательно анализируем данные по регионам, видим, где какая себестоимость той или иной медуслуги, где наиболее эффективно используется коечный фонд. Мы видим, что для большинства больниц себестоимость примерно одинакова, но есть клиники, где показатели выбиваются, где они намного выше или намного ниже. Тогда мы делаем ряд предположений, почему так происходит, и проверяем их. Иногда оказывается, что в клинике действительно лечат сложные случаи, но бывает, что там просто занимают койки, "капая гипертонию". Когда мы подсчитаем себестоимость на практике, когда поймем и увидим все эти разбросы, тогда и определим тариф. Если окажется, что в какой-то клинике затраты намного выше тарифа, они рискуют обанкротиться. Поэтому мы должны обеспечить качественный квалифицированный учет, чтобы можно было подсчитать действительную, реальную себестоимость. Например, Полтава год вгоняла все свои данные в новые формулы, чтобы мы получили адекватные цифры.

Вот в чем будет заключаться подготовка больниц к 2020 году.

- Эти тарифы будут рассчитаны по отдельным нозологиям?

- По группам нозологий, по так называемым "диагностически родственным группам" (DRG), группам заболеваний, схожих между собой финансово и клинически. Сначала группируются все клинические параметры, например, все, что касается аппендицитов. И уже среди аппендицитов группируются еще две группы - одна дешевая, вторая дорогая. Тариф будет рассчитываться так: базовая ставка, умноженная на коэффициент. Базовая ставка - это как бы средняя стоимость среднего случая по стране. Коэффициенты будут формироваться в зависимости от сложности, по группе заболеваний, типу больницы. Кроме того, коэффициент может быть также частью политики.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 10 января 2018 > № 2455827 Павел Ковтонюк


Казахстан > Миграция, виза, туризм. Медицина > inform.kz, 10 января 2018 > № 2453037

Марат Игалиев: Щучинско-Боровская курортная зона идеальна для оздоровительного туризма

В рамках Послания Главы Государства особое внимание в Акмолинской области будет уделено оздоровительному туризму. И идеально для этого подходит Щучинско-Боровская курортная зона. Об этом корреспонденту МИА «Казинформ» рассказал советник акима Акмолинской области по вопросам туризма Марат Игалиев.

«Глава государства, говоря о здравоохранении, отмечает, что нужно не лечить заболевания, а предупреждать их.

«Современное здравоохранение должно больше ориентироваться на профилактику заболеваний, а не на дорогостоящее стационарное лечение. Нужно усилить управление общественным здоровьем, пропагандируя здоровый образ жизни», - отметил Елбасы. Мне кажется, Щучинско-Боровская курортная зона идеально для этого подходит. Сейчас мы работаем совместно с Министерством здравоохранения в том направлении, чтобы именно в Боровое приезжали люди на реабилитацию перед и после операции. Кроме того, мы бы хотели, чтобы рабочие из различных областей нашей страны, шахтеры Карагандинской области, нефтяники Мангистауской области приезжали отдыхать и оздоравливаться в наш регион. Они должны иметь специальные медицинские договоры, оговаривающие это. У нас много санаториев, имеющих все современное оборудование для лечения», - отметил Марат Игалиев.

По словам советника акима, условия Акмолинской области дают возможность оздоровления. Однако многие до сих пор не знают, что здесь есть прекрасное санаторно-курортное лечение, которое можно проходить в любое время года.

«К нам много людей приезжает на лечение из соседней России, но мы также заинтересованы во внутреннем туризме. Сейчас мы сделаем инфотур для представителей Мангистауской области, чтобы они уже на месте ознакомились с нашими санаториями. Такие роуд-шоу хотим организовать для всех регионов страны», - добавил Марат Игалиев.

Казахстан > Миграция, виза, туризм. Медицина > inform.kz, 10 января 2018 > № 2453037


Казахстан > Медицина. СМИ, ИТ > newskaz.ru, 10 января 2018 > № 2451016

Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев считает, что в области здравоохранения в стране должна быть развернута масштабная работа по борьбе с онкологическими заболеваниями.

"Необходимо принять комплексный план по борьбе с онкологическими заболеваниями, создать научный онкоцентр. Должны быть обеспечены высокоэффективные ранняя диагностика и лечение рака на основе передового международного опыта. Необходимо провести такую же работу, которую мы провели в кардиологии, борьбе с туберкулезом и родовспоможении", — говорится в тексте послания народу Казахстана, опубликованном в среду на сайте главы государства.

Президент отметил, что с ростом продолжительности жизни населения и развитием медицинских технологий объем потребления медицинских услуг будет расти. При этом, по его мнению, современное здравоохранение должно больше ориентироваться на профилактику заболеваний, а не на дорогостоящее стационарное лечение.

"Нужно усилить управление общественным здоровьем, пропагандируя здоровый образ жизни. Особое внимание следует уделить охране и укреплению репродуктивного здоровья молодежи. Следует переходить от малоэффективной и затратной для государства диспансеризации к управлению основными хроническими заболеваниями с применением дистанционной диагностики, а также амбулаторного лечения", — пишет Назарбаев.

Он отметил, что соответствующий опыт давно есть в мире, казахстанской же системе здравоохранения нужно "смело и активно его внедрять".

"Требуется приступить к внедрению в медицине технологий генетического анализа, искусственного интеллекта, которые на порядок повышают эффективность диагностики и лечения заболеваний", — считает казахстанский лидер.

Глава государства в своем послании подчеркнул, что казахстанское здравоохранение будет поэтапно переходить на систему обязательного социального медицинского страхования (ОСМС), основанную на солидарной ответственности населения, государства и работодателей.

"Необходимость ее внедрения не вызывает сомнений, однако требуется более тщательно провести подготовительную работу, которая не была выполнена Минздравом и Минтрудсоцзащиты. Нужно разработать новую модель гарантированного объема бесплатной медицинской помощи, определив четкие границы обязательств государства. Услуги, не гарантированные государством, население сможет получать, став участником ОСМС или через добровольное медицинское страхование, а также сооплату", — пояснил Назарбаев.

Также, по его мнению, необходимо повысить доступность и эффективность медицинской помощи через интеграцию информационных систем, использование мобильных цифровых приложений, внедрение электронных паспортов здоровья и через переход на "безбумажные" больницы.

"Важным вопросом являются обеспеченность и качество подготовки медицинских кадров: сегодня мы имеем уникальную Школу медицины Назарбаев Университета, при которой функционирует интегрированная университетская клиника. Этот опыт должен транслироваться на все медицинские вузы", — убежден президент.

По его мнению, для реализации этих и других мер следует разработать новую редакцию Кодекса "О здоровье народа и системе здравоохранения".

Казахстан > Медицина. СМИ, ИТ > newskaz.ru, 10 января 2018 > № 2451016


Казахстан > Медицина. СМИ, ИТ > newskaz.ru, 10 января 2018 > № 2451011

Республиканский центр электронного здравоохранения провел социологический опрос более 200 тысяч граждан, чтобы определить степень удовлетворенности населения уровнем и качеством оказываемой медицинской помощи, сообщается на сайте комитета охраны общественного здоровья министерства здравоохранения Казахстана.

Для проведения опроса Минздравом были разработаны методические рекомендации, в анкете были предусмотрены вопросы по оценке деятельности организаций, оказывающих амбулаторно-поликлиническую помощь и стационарную помощь.

Анкетирование проводилось на добровольной основе с сохранением анонимности. В целом, по республике было опрошено 211 526 человек, из них в стационарах, включая научно-исследовательские институты, национальные центры – 32 882 респондента, в организациях здравоохранения, оказывающих амбулаторно-поликлиническую помощь – 178 644 респондента.

"По итогам проведенного социологического опроса показатель удовлетворенности населения качеством оказываемых медицинских услуг в стране составил 54,4 %. Наибольшая общая удовлетворенность качеством и уровнем оказанной медицинской помощи отмечается в Карагандинской, Костанайской областях и в Астане. Наименьшая – в Западно-Казахстанской области и Алматы", — сообщили в комитете охраны общественного здоровья.

Отмечается, что результаты анкетирования дают возможность выявить уровень удовлетворенности населения для принятия оперативных и управленческих решений и в конечном итоге повысить доступность и качество медицинских услуг в медицинских организациях регионов.

Казахстан > Медицина. СМИ, ИТ > newskaz.ru, 10 января 2018 > № 2451011


Россия > СМИ, ИТ. Медицина > comnews.ru, 9 января 2018 > № 2449411

Телемедицина на старте

Анна Устинова

С 1 января 2018 г. вступил в силу закон о телемедицине. Он предусматривает возможность оказания медицинской помощи с применением телемедицинских технологий путем проведения консультаций и консилиумов, а также дистанционного медицинского наблюдения за состоянием здоровья пациента.

Руководитель направления по внешним коммуникациям "АльфаСтрахование" Юрий Нехайчук в первую очередь задался вопросом, что понимать под словом "телемедицина". "Сейчас многие заявили о проектах телемедицинских услуг, на деле - это продажа услуги видеоконференций. Это не так сложно сделать, поскольку это, по сути дела, Skype с прикрученной CRM", - заметил он.

Юрий Нехайчук считает, что телемедицина может быть частью медицинских услуг. И доля тех, кто будет прибегать к онлайн, постепенно вырастет, так же как и во всех остальных сферах жизни.

Однако, как заметил специалист "АльфаСтрахования", существуют два нюанса. Телемедицина, несомненно, снизит нагрузку на офлайн-поликлиники. "Что является большим плюсом, поскольку, как известно, в России к врачам очень часто ходят пообщаться", - добавил он. Второй нюанс - это то, что телемедицина не сможет исправить существующие критические проблемы системы. По словам Юрия Нехайчука, в России катастрофический уровень выявляемости и предварительной диагностики любых заболеваний. И то, в какой форме (очно или онлайн) человек обратился, никак не повлияет на проблему диагностирования и профилактики заболеваний.

Данная проблема, по его мнению, складывается не только из некомпетентности врачей, но и из пренебрежения россиянами здоровьем. "Россияне не следят за своим здоровьем, и, как следствие, врачи, не имея доступа к телу пациента, не имеют возможности следить за его здоровьем. Если посмотреть на статистику, то взрослый россиянин приходит к врачам по собственной воле для того, чтобы что-то выяснить, раз в пять-шесть лет. А для того чтобы врачи понимали, что происходит с вашим организмом, нужно проходить медосмотр минимум раз в год и постоянно заниматься профилактикой", - объяснил специалист "АльфаСтрахования".

"Поэтому телемедицина - это не панацея, но это крайне интересный инструмент для того, чтобы подвигнуть россиян к тому, чтобы заниматься своим здоровьем", - считает Юрий Нехайчук.

Скорость роста доли тех, кто будет пользоваться телемедицинскими услугами, будет зависеть от того, сможет ли бизнес дать качественный сервис. "Увеличение цен за услуги - это традиционно для любого рынка. Аккуратно предположу, что около 2% россиян - и по большей части это будут жители Москвы и Петербурга - до конца 2018 г. воспользуются телемедицинскими услугами", - заметил Юрий Нехайчук.

Руководитель проекта "Здоровье Mail.Ru" Евгений Паперный считает, что рынок телемедицинских услуг находится в фазе бурной траты инвестиций и первичного захвата аудитории. Таким образом, он ожидает рекламную активность и видимость очень активной конкуренции между компаниями. "Хотя на самом деле единственный конкурент телемедицинской компании в ближайшие несколько лет - офлайновая медицина", - считает Евгений Паперный.

Юрий Нехайчук заметил, что пока на рынке телемедицинских услуг нет конкуренции, поскольку происходит процесс создания рынка. "Конкуренция начнется чуть позже, когда телемедицинскими услугами будет пользоваться уже не 2% населения, а все, кто могут пользоваться. Например, до половины жителей России. Тогда уже исчерпаются возможности роста по новой базе, и нужно будет перейти к снижению стоимости услуги, чтобы привлечь клиентов", - пояснил он.

Он привел в пример сотовых операторов. "Первая стадия - вы создаете инфраструктуру, инвестируете, а дальше отбиваете ее какими-то большими ценами, и у вас происходит рост. Через год-полтора, когда часть стартапов уже отомрет, а кто-то покажет свою эффективность, мы увидим конкуренцию между действительно состоявшимися проектами", - объяснил Юрий Нехайчук.

Генеральный директор ООО "Мобильные медицинские технологии" (ММТ), соучредитель и руководитель сервисов "Педиатр 24/7" и "Онлайн Доктор" Денис Юдчиц считает, что рынка телемедицины пока нет, но был сделан первый шаг.

"Учитывая монетизацию, получение комиссии с продаж и предоставления услуг напрямую, по нашим оценкам за 2017 год объем рынка телемедицинских услуг составляет не менее 1 млрд руб. Имея ввиду количество проектов, которые уже заявили о себе – это достаточно хорошая динамика", - отметил Денис Юдчиц.

В ближайшие годы, по оценкам специалиста, ожидается рост объема рынка телемедицинских услуг на уровне 20-25% по сравнению с 2017 г. А в перспективе на 3-5 лет у рынка есть потенциал достичь показателей в 18 млрд руб. В течение трех лет сформируются 3-4 основных игрока, которые займут 80% рынка телемедицинских услуг, прогнозирует Денис Юдчиц.

Он добавил, что на текущий момент участниками рынка телемедицинских услуг являются: провайдеры, страховые компании, банки, медицинские организации, потребительский и корпоративный рынки, где телемедицина может быть частью пакета в ДМС или входить в социальный пакет сотрудника компании.

Кроме перечисленных участников рынка, телеком-компании также будут заинтересованы в телемедицине, считает Денис Юдчиц. Например, за рубежом оператор Orange оказывает такие услуги. "Компания очень хорошо понимает своего пользователя и привлекает партнеров – нишевые компании, которые специализируются на телемедицинских сервисах. Orange не пытается создать внутри себя какой-то конкретный телемед-блок, а находит профильные проекты и встраивает их в свою линейку продуктов", - уточнил Денис Юдчиц. По его предположению, в России будут попытки двух форматов: как привлечение партнерств, так и создание своей полной вертикали.

Евгений Паперный перечислил три отрасли, компаниям из которой будет интересен данный сегмент рынка. Сюда он отнес клиники, коммуникационные и страховые компании.

Юрий Нехайчук считает, что вопрос не в том, кому интересен телемедицинский рынок. Вопрос в том, кто предложит потребителю удобную модель, то есть ту модель, которая пользователем будет воспринята хорошо, он будет ей регулярно пользоваться. А это, по словам специалиста "АльфаСтрахования", может быть любая компания.

Денис Юдчиц отметил, что большинство телемедицинских проектов оказывают информационные услуги. По его словам, если они хотят остаться на этом рынке дольше, то должны перейти на формат медицинских услуг. При этом Денис Юдчиц предупредил, что это будут совершенно разные уровни ответственности.

Что касается законодательного регулирования, то, как заметил Евгений Паперный, без подзаконных актов не получится запустить даже ту ограниченную форму телемедицины, которую разрешили сейчас. Это порядок оказания медицинских услуг с использованием телемедицинских технологий и в дальнейшем стандарты по специальностям.

"На следующем этапе необходимо разрешить в определенных случаях постановку предварительных диагнозов, назначение лечения, а также - это очень важно - отдельно оформить такую медицинскую услугу, как получение "второго мнения". Сейчас идея о том, что один врач может заочно посмотреть на назначения другого и дать им оценку, лежит полностью вне правового поля, что, конечно, вызывает недоумение", - заметил специалист проекта "Здоровье Mail.Ru".

В данный момент в законодательном регулировании существует огромное количество "белых пятен", отметил Денис Юдчиц. Во-первых, определение терминов. Например, кто является лечащим врачом. "Существует первичное и вторичное обращение. Лечащий врач – это тот, кто смотрел пациента при первичном приеме, или лечащий врач – это, тот, к которому пациент сам обратился? Это вносит в отрасль непонимание. От ответа на данный вопрос сильно зависит то, как будет развиваться рынок. Если лечащий врач - это любой врач, то это дает импульс к развитию отрасли. Если лечащий врач – это тот, к которому пациент пришел на первый прием, то это внесет серьезные ограничения в развитие всех вторичных консультаций, корректировки лечения и динамического наблюдения пациента у врача", - пояснил он. Также важно и нужно определиться с форматом идентификации пользователя.

Во-вторых, нужна ли обязательная сертификация приборов для динамического наблюдения. По словам Дениса Юдчица, многие телемедицинские компании во всем мире интегрируют в свои сервисы различные медицинские гаджеты без сертификации, что способствует развитию рынка.

В-третьих, для участников рынка остается непонятна методика интеграции иных информационных систем, таких, как ММТ или Яндекс в Единую государственную информационную систему в сфере здравоохранения (ЕГИСЗ). В частности, остается неясным то, как должен проходить обмен информацией и как должен регулироваться доступ к данным пациентов. "Для нас это важно, чтобы грамотно выстраивать аналитику и иметь возможность полноценно вести пациента. Если нас обязывают интегрироваться в ЕГИСЗ, то хотелось бы, чтобы это работало в две стороны. Не только для того, чтобы мы отдавали данные, но и чтобы мы могли получать информацию из карты пациента. Хорошо, если будет сформирована такая карта пациента, в которую будут стекаться сведения из разных информационных систем", - пояснил Денис Юдчиц.

В-четвертых, остается открытым вопрос, будут ли дорабатываться все протоколы по каждому из заболеваний отдельно для телемедицины, напомнил специалист ММТ.

Юрий Нехайчук уверен, что сначала нужно выработать практику, базис, а не спешить с выводами и стремиться менять законодательство "просто ради любви к процессу законотворчества".

Стимулом развития телемедицины Евгений Паперный назвал снижение объема социальных обязательств государства. Проще говоря, с закрытием очередной деревенской амбулатории телемедицинские стартапы получают очередных потенциальных клиентов.

Одним из препятствий на пути развития отрасли он назвал рассинхронизацию государственного регулирования и ряд мелких, но неприятных недоработок в документах. Еще одним препятствием специалист проекта "Здоровье Mail.Ru" считает сочетание дефицита квалифицированных врачей с огромным количеством врачей некомпетентных и не готовых к развитию. Из-за этого, по его словам, происходит столкновение как с неприятием телемедицины со стороны рядовых медиков, так и с некачественным оказанием телемедицинской помощи.

Одним из препятствий на пути развития телемедицины является низкая информированность пользователей об услуге, заметил Денис Юдчиц. Основную задачу он видит в том, чтобы сформировать понимание того, что эта услуга есть и что она доступна. Кроме того, важным пунктом является привлечение квалифицированных врачей и их обучение, тренинги.

"Поскольку мы не медицинское учреждение, а провайдер, который работает с различными ЛПУ, мы делаем запрос партнерам по некоторым направлениям, когда речь идёт об увеличении количества врачей, поиске нужного специалиста, готового вести удалённые консультации через наши сервисы. Существует определенный перечень требований к кандидатам. Медучреждение выделяет нам пул врачей, далее начинается процесс отбора. Отдельно у нас сформированы медицинский методический отдел и экспертный совет. Медицинский методический отдел занимается отбором врачей и курирует всю работу команды докторов. А экспертный совет является внешним консультантом и внешним контролирующим органом нашей деятельности и помогает с отбором квалификации специалистов. Даже если врач уже работает в медучреждении, мы со своей стороны выдвигаем ряд требований, а также проводим тестирование и собеседование. Мы выступаем арбитрами как сами, так и привлекаем внешного арбитра для наблюдения за нами", - рассказал про работу сервиса ММТ Денис Юдчиц.

По его словам, это пример работы, когда отрасль пока еще не получила каких-то вводных со стороны регулятора. Денис Юдчиц отметил, что компания идет по пути хедж-фондов. "Они знали, что требования к ним рано или поздно будут предъявлены, поэтому пошли по пути самоорганизации. Лучше выстроить для себя какие-то границы, чем получить эти границы потом. Мы создаем прецеденты, которые, надеюсь, будут рассмотрены дальше уже тем же регулятором при составлении требований со своей стороны", - пояснил он.

Евгений Паперный прогнозирует, что в ближайший год будет крайне выражен эффект "низкого старта": все будут хвастаться кратным ростом, достигая в прыжке показателей, будничных для любой районной поликлиники. Затем, как предполагает он, если считать в человеко-часах, в транзакциях, этот рынок может стать достаточно большим, но серьезных денег на нем никто не заработает еще минимум года два.

Юрий Нехайчук считает, что главный риск для нового сегмента рынка - репутационный. Он предположил, что проблемы с утечкой данных пациентов будут сказываться на репутации телемедицинских компаний. Вторая проблема - низкий уровень выявляемости и предварительной диагностики любых заболеваний.

"Грубо говоря, вы никогда, к сожалению, не сможете сдать анализ через телефон. Даже если вы сдадите эти анализы, где гарантия того, что вам отдадут именно ваши анализы, что они будут корректно взяты и корректно исполнены. Поэтому стоит лишь полагаться на участников нового растущего рынка, ведь все в их руках", - заметил он.

Управляющий партнер Medme Илья Слуцкий считает, что внимание к телемедицине явно преувеличено. Он предположил, что ничего особо нового на этом рынке происходить не будет. Более того, он не ожидает того, что телемедицина в ближайшие годы произведет переворот.

Напомним, что в конце прошлого года сразу две крупные российские финансовые организации объявили о проектах в области телемедицины. Так, Сбербанк, онлайн-сервис DocDoc.ru и сеть медицинских центров "Медскан" запустили прототип будущего телемедицинского проекта - информационный киоск "МодульЗдоровья". А "ВТБ Страхование" совместно с сервисом "Онлайн Доктор" (ООО "Мобильные медицинские технологии", ММТ) и розничной сетью "Связной" запустил проект, позволяющий клиентам ретейлера получить бесплатную онлайн-консультацию дежурного терапевта или педиатра (см. новость ComNews от 13 декабря 2017 г.).

Отметим, что летом прошлого года компания "АльфаСтрахование Жизнь" совместно с сервисом "Онлайн Доктор" запустила продукт "Крепкое Здоровье". Как сообщали в страховой организации, это первый массовый продукт "АльфаСтрахования Жизнь", который включает в себя неограниченное количество удаленных круглосуточных консультаций врачей-терапевтов. Премиальный вариант страхового продукта включает неограниченное количество удаленных консультаций врача-терапевта по вопросам здоровья, ежегодное обследование организма в соответствии с рекомендациями ВОЗ (Всемирная организация здравоохранения), страховую защиту на случай обнаружения онкологического заболевания с организацией и покрытием расходов на лечение.

Кроме того, телемедициной заинтересовались сотовые операторы. Например, ПАО "Мобильные ТелеСистемы" (МТС) выбрало систему видеоконференцсвязи от компании ООО "Спирит Корп" для разработки телемедицинского продукта.

А в сентябре 2017 г. Фонд ИРИ, созданный Институтом развития Интернета (ИРИ) для развития проектов в области цифровой медицины, объявил о запуске проекта "Третье мнение". Это информационная система диагностики заболеваний, которая включает в себя распознавание патологий по медицинским цифровым изображениям (рентген, УЗИ, КТ, МРТ). Данный продукт будет представлен в виде приложения для смартфона или компьютера.

Примечательно, что телемедицина стала доступна не только для людей, но и для животных. В декабре 2017 г. ретейлер "Евросеть" запустил программу по продаже новой услуги - телемедицины для домашних животных. Сервис дает возможность получить консультации по вопросам лечения, содержания и кормления домашних животных и перепроверить диагноз.

Россия > СМИ, ИТ. Медицина > comnews.ru, 9 января 2018 > № 2449411


Казахстан > Медицина. Приватизация, инвестиции > kt.kz, 9 января 2018 > № 2449187

В рамках Комплексного плана приватизации на 2016-2020 годы, в декабре 2017 года реализовано 5 объектов здравоохранения республиканской собственности, в том числе 2 крупных объекта, передает Kazakhstan Today.

По информации Министерства финансов РК, цена продажи составила 18 млрд 246 млн тенге.

В частности, на торгах в форме конкурса путем двухэтапных процедур с условием сохранения профиля деятельности и оказываемых медицинских услуг в течение 5 лет был реализован АО "Национальный научный медицинский центр". Цена продажи составила 6 млрд тенге.

За 5 млрд 801 млн тенге АО "Казмедтех" передано на 3 года в доверительное управление с правом последующего выкупа с условием сохранения профиля деятельности и социальной направленности. В том числе сохранения ставки вознаграждения по лизингу (по ранее заключенным договорам финансового лизинга), сохранение действующих условий предоставления лизинга для государственных организаций здравоохранения на срок доверительного управления.

Кроме того, состоялись торги в форме тендера с условием сохранения основного профиля деятельности в течение 10 лет АО "Научный центр урологии имени академика Б.У. Джарбусынова". Цена продажи составила 1 млрд 105 млн тенге.

Также состоялись торги в форме тендера с условием сохранения основного профиля деятельности в течение 10 лет АО "Казахский ордена "Знак Почета" научно-исследовательский институт глазных болезней". Цена продажи - 2 млрд 300 млн тенге.

По данным Минфина, в декабре состоялись торги в форме тендера с условием сохранения основного профиля деятельности в течение 10 лет АО "Южно-Казахстанская государственная фармацевтическая академия". Цена продажи - 3 млрд 040 млн тенге.

"За период реализации Комплексного плана приватизации на 2016-2020 годы всего реализовано 9 объектов здравоохранения республиканской собственности на сумму 23 434 млн тенге", - отметили в ведомстве.

Казахстан > Медицина. Приватизация, инвестиции > kt.kz, 9 января 2018 > № 2449187


Казахстан > Медицина. Приватизация, инвестиции > inform.kz, 9 января 2018 > № 2449178

Государство передало две поликлиники в Караганде частной компании

Две государственные поликлиники, расположенные в Караганде и Темиртау, переданы частной фирме в доверительное управление с правом дальнейшего выкупа, передает корреспондент МИА «Казинформ».

Отданы в доверительное управление поликлиника №2 в Караганде и поликлиника №2 в Темиртау.

«Государственные объекты переданы сроком на 5 лет в конкурентную среду фирме «Гиппократ». Население, ранее прикрепленное к этим поликлиникам, будет и дальше территориально в них обслуживаться. Медицинский персонал меняться не будет. В рамках гарантированного объема бесплатной медицинской помощи оказание услуг не будет сокращено, а наоборот расширится», - сообщили в управлении здравоохранения Карагандинской области.

В облздраве отметили, что медицинские объекты передаются в конкурентную среду в рамках постановления Правительства. Как известно, имеется перечень организаций коммунальной собственности по всем регионам страны для передачи в конкурентную среду.

Фирма «Гиппократ» ежегодно расширяет свои активы и спектр оказания медицинских услуг - имеет собственную службу «Скорой помощи», стоматологию, госпиталь, диагностический центр, реабилитационный центр.

Казахстан > Медицина. Приватизация, инвестиции > inform.kz, 9 января 2018 > № 2449178


Казахстан > Медицина. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > inform.kz, 9 января 2018 > № 2449169

Строительство 67 медпунктов планируют начать в Южно-Казахстанской области

В Южно-Казахстанской области в текущем году начнется строительство 67-ми медицинских пунктов. Об этом на расширенном заседании областного акимата сообщил руководитель областного управления здравоохранения Мукан Егизбаев, передает МИА «Казинформ» со ссылкой на пресс-службу акима ЮКО.

При полной реализации проекта потребность области в медицинских пунктах будет полностью обеспечена.

По словам руководителя управления, в прошлом году в регионе велось строительство 33 объектов здравоохранения. В 2018 планируется строительство еще 9 медицинских объектов, в том числе, 6 поликлиник, одной сельской поликлиники и 2 врачебных амбулаторий. Кроме того, в этом году в городе Шымкенте в рамках государственно-частного партнерства начнется строительство 3 поликлиник.

В ходе заседания с докладом об исполнении бюджета на 2017 год выступил руководитель областного управления финансов Абдрахман Тасыбаев. По итогам 2017 года план доходов государственного бюджета выполнен на 102,1%, тем самым в бюджет внепланово поступило 6,5 млрд тенге дополнительных доходов. В том числе, республиканский бюджет выполнен на 101,3 процента, наблюдаются бюджетные излишки в размере 2,5 млрд тенге. Наряду с этим план доходов местного бюджета выполнен на 103,4 процента, поступления увеличились на 4 млрд тенге.

«По сравнению с итогами 2016 года поступления увеличились на 18,4 млрд тенге», - сказал руководитель областного управления финансов А. Тасыбаев.

Докладывая о ходе проведения приватизации Абдрахман Тасыбаев отметил, что на сегодняшний день10 из 21 объектов, подлежащих приватизации в 2017 году, проданы на общую сумму 557, 63 млн тенге. В целом, в 2017 году от продажи имущества, находящегося в областной коммунальной собственности, в областной бюджет поступило 129, 9 млн тенге.

С предложением строго соблюдать существующие требования бюджетного законодательства при формировании или уточнении областного бюджета на плановый период выступил руководитель областного управления экономики и бюджетного планирования Арман Сабитов.

Подводя итоги заседания, глава региона Жансеит Туймебаев поручил уделить особое внимание исполнению бюджета, проведению комплексного плана приватизации в установленные сроки и недопущение сокращения республиканских средств, а также реализовать перспективный план по охране здоровья в соответствии с Государственной программой «Денсаулық».

«Необходимо максимально использовать механизмы государственно-частного партнерства в развитии инфраструктуры системы здравоохранения. В связи с этим, поручаю систематизировать работы, которые будут выполнены в этом году и утвердить конкретный план действий», - сказал Ж. Туймебаев.

Казахстан > Медицина. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > inform.kz, 9 января 2018 > № 2449169


Казахстан > Медицина > inform.kz, 9 января 2018 > № 2449163

100 североказахстанцев ждут очереди на пересадку внутренних органов, рассказали корреспонденту МИА «Казинформ» в областной больнице.

Стационарный координатор по трансплантации Ирина Грибкова говорит, что почки нужны 80 взрослым и 2 детям, в пересадке печени нуждаются 11 взрослых североказахстанцев. «Новое» сердце необходимо 5 маленьким жителям области и 2 взрослым, легкие требуются одному молодому мужчине.

Есть два варианта получения органов: родственная трансплантация и трупная пересадка. Родственники могут предоставить почку и долю печени.

«Перед этим нужно пройти обследование и сдать анализы. Основной - типирование. Это подборка органов по шести параметрам. После пересадки люди должны пожизненно принимать специальные препараты, чтобы не произошло отторжения органа. Если человек все делает правильно, орган прослужит 10-15 лет, пока не случится заболевание, которое привело к пересадке. Это, например, сахарный диабет, артериальная гипертензия, гломерулонефрит и другие. Возможна и вторичная пересадка органов. В нашей области есть пациенты, которым вторично пересадили почки», - рассказала И. Грибкова.

На реабилитацию после пересадки органов может потребоваться месяц, все зависит от организма человека.

Потенциальными донорами органов становятся люди, у которых констатирована смерть мозга. У одного тела врачи могут изъять почки, сердце, печень, легкие, кишечник и глаза. То есть можно спасти 7 человек.

В прошлом году в целом по Казахстану было пересажено около 300 органов. Из этого числа 80 органов - от доноров Северо-Казахстанской области. Вместе с тем, жители региона не получили ни одного органа.

«Когда появляется донор, мы направляем биоматериал в Астану. Там определяют потенциальных акцепторов, то есть тех, кому нужны будут его органы. Существует общая база данных казахстанцев, нуждающихся в пересадке органов. В зависимости от того, где проживает пациент, делают операцию. Между изъятием органа и его пересадкой должно пройти не более 24 часов», - отметила И. Грибкова.

Главный врач Северо-Казахстанской областной больницы Юрий Белоног сообщил, что сейчас трансплантология испытывает дефицит органов. Во многом это связано со сложным механизмом их изъятия.

В Казахстане без согласия родственников человек, у которого констатирована гибель мозга, донором органов стать не может. Законодательно врачи могут не предупреждать об изъятии, если при жизни человек не написал отказ. Тем не менее, без согласия близких органы все-таки не изымают.

Передовые позиции по трансплантации занимает Испания. В стране упрощенный порядок изъятия органов. При получении паспорта испанцы подписывают согласие или несогласие о пересадке его органов в случае смерти. Все сведения хранятся в базе данных и последующего согласия родственников не требуется.

Отрасль трансплантологии в нашей стране активно начала развиваться в 2014 году. Пока региональные больницы не получают финансирования за предоставление трупных доноров. По сути, врачи работают на энтузиазме.

«Несмотря на то, что изъятие органов проводят трансплантологи Астаны, расходы на проведение обследований несут местные больницы. Часть исследований проводится только в Астане. Затраты на отправку биоматериала ложатся на региональные больницы. К тому же нужно поддержать жизненные функции потенциального донора», - отметил Ю. Белоног.

Он рассказал, что Северо-Казахстанская областная больница была первой из региональных клиник, поставивших трупного донора. Сердце североказахстанца пересадили молодому человеку.

«Никакой выгоды от изъятия органов врачи не преследуют. Трансплантация у нас совершенно бесплатная, и никто не знает, кому пересаживаются эти органы. Когда мы с коллегой были на первом съезде трансплантологии, перед нами выступал молодой человек. Он рассказал, что месяц назад ему пересадили сердце. По датам мы поняли, что это был донорский орган из нашей области. Конечно, воодушевились, увидели результаты своей работы», - сказал Ю. Белоног.

По информации И. Грибковой, всего по Казахстану в трансплантации различных органов нуждаются более 3 тысяч человек.

Казахстан > Медицина > inform.kz, 9 января 2018 > № 2449163


Казахстан > Медицина > newskaz.ru, 6 января 2018 > № 2450987

Около 600 частных клиник будет обслуживать казахстанцев в рамках гарантированного объема бесплатной медицинской помощи в 2018 году.

По информации фонда социального медицинского страхования, в первую очередь договоры заключены на оказание первичной медико-санитарной помощи и скорой медицинской помощи.

"В 2018 году обслуживать население в рамках государственного заказа будет порядка 600 частных медицинских организаций, что составляет 43 процента от всех поставщиков фонда", — проинформировали в фонде и отметили, что в сравнении с прошлым годом количество частных поставщиков выросло на 130 медицинских организаций.

При этом сумма заключенных договоров с частными медицинским организациями составит в текущем году 95 миллиардов тенге, что практически в два раза превышает аналогичный показатель 2017 года.

Также в пресс-службе фонда назвали лидеров по количеству частных медицинских организаций, готовых оказывать медпомощь в рамках госзаказа. Ими стали Южно-Казахстанская, Восточно-Казахстанская, Карагандинская, Жамбылская области, а также Астана и Алматы.

В частности, население Астаны в рамках госзаказа в этом году будет обслуживать 81 медицинская организация. В их числе 36 государственных и 45 частных больниц и клиник, с которыми заключаются договоры на общую сумму 75,5 миллиарда тенге.

В Алматы — 171 медицинская организация, 71 из которых — частная. Рост количества частных поставщиков по сравнению с 2017 годом составил 42%. С ними заключаются договоры на оказание медицинской помощи в этом году на сумму свыше 80 миллиардов тенге.

Кроме того, частные медицинские организации Алматы приняли активное участие в размещении объемов на оказание амбулаторно-поликлинической помощи. Если в 2017 году там было 14 частных поликлиник, выполнявших госзаказ на сумму 859 миллионов тенге, то в 2018 — 27 частных медорганизаций, которые будут оказывать амбулаторно-поликлиническую помощь на сумму 1,9 миллиарда тенге, что в 2,2 раза больше по сравнению с 2017 годом.

Также в Алматы отмечается рост количества частных поставщиков по консультативно-диагностическим услугам в 2,5 раза.

Кроме этого, расширены и виды предоставляемой частниками медпомощи: в этом году в Алматы впервые появятся частные поставщики по оказанию онкологической помощи, скорой медицинской помощи и патологоанатомической диагностики.

Казахстан > Медицина > newskaz.ru, 6 января 2018 > № 2450987


Узбекистан > Медицина. Образование, наука > gazeta.uz, 6 января 2018 > № 2449137

Около 4000 выпускников медицинских вузов до конца года получат целевое направление на работу в регионы Узбекистана, сообщила пресс-служба Министерства здравоохранения.

В январе 1838 выпускников начнут работу в качестве врачей общей практики, 969 клинических ординаторов — в качестве узкопрофильных специалистов. До конца года выпускники заполнят 2500 и около 1500 вакантных мест, предназначенных для врачей общей практики и клинических ординаторов соответственно.

Ранее по поручению Президента Узбекистана Минздрав и причастные ведомства изучили потребность в медицинских кадрах в разрезе регионов, районов и учреждений. Было выявлено, что сегодня в системе лечебно-профилактических учреждений вакантными являются более 11 тысяч мест, из них 3462 для врачей общей практики, 8217 — узкопрофильных специалистов.

В разрезе регионов был составлен адресный список выпускников и клинических ординаторов высших медицинских образовательных учреждений. В первые дни января они сдали итоговую государственную аттестацию.

Составлены договоры о трудоустройстве по специальности студентов седьмых курсов бакалавриата «Лечебное дело», «Профессиональное образование (лечебное дело)», «Педиатрическое дело», шестых курсов по направлению медицинской профилактики и выпускников вторых курсов клинической ординатуры республиканских специализированных научно-практических медицинских центров, научно-исследовательских институтов, медицинских вузов и Ташкентского института усовершенствования врачей.

Ожидается, что до конца года свободные места заполнятся врачами общей практики на 88%, узкопрофильными специалистами — на 55%.

В эти дни идет подготовка к церемонии выдачи документов об окончании медицинского образования и проводам выпускников и клинических ординаторов в регионы, испытывающие потребность в медицинских кадрах. Молодых специалистов в назначенных местах обеспечили жильем. Ожидается, что они приступят к работе с 8 по 20 января.

Узбекистан > Медицина. Образование, наука > gazeta.uz, 6 января 2018 > № 2449137


Казахстан > Финансы, банки. Медицина > kapital.kz, 3 января 2018 > № 2452956

Как изменятся правила отчисления медицинских страховых взносов?

Внедрение ОСМС перенесли с 2018 на 2020 год

В Казахстане с 1 января вступили в силу поправки по вопросам налогообложения, согласно которым внедрение обязательного социального медицинского страхования переносится с 1 января 2018 года на 2020 год, сообщает sputniknews.kz.

Работодатели, которые начали делать ежемесячные взносы на страхование с 1 июля 2017 года, несмотря на отсрочку, продолжат платить деньги за своих работников. Если в 2017 году они платили 1% от заработной платы работника, то в 2018 и 2019 годах эта сумма составит 1,5% от зарплаты, 2% — в 2020 году, 3% — после 2022 года. Вместе с тем, отчисления делать не нужно, если работники входят в одну из льготных категорий. Платежи за льготные категории граждан вносит государство.

По словам главы Фонда социального медицинского страхования Елены Бахмутовой, вместе с тем для работодателей снижается размер отчислений в государственный фонд социального страхования с 5% до 3,5%. Соответственно, полученную разницу в 1,5% от дохода работника работодатель будет перечислять в фонд социального медстрахования.

Индивидуальные предприниматели, частные нотариусы, адвокаты и профессиональные медиаторы не будут платить за себя в 2018 и 2019 годах. Однако с 1 января 2020 года они будут платить за себя 5% от двух минимальных заработных плат. За своих работников — как работодатели — они начали делать ежемесячные взносы с 1 июля 2017 года. В 2018 и 2019 годах эта сумма составит 1,5% от зарплаты работника, 2% — в 2020 году, 3% — после 2022 года.

Физлица, работающие по договорам гражданско-правового характера, начнут платить с 1 января 2020 года ежемесячно в течение срока действия договора. Взносы с их дохода будет удерживать и перечислять услугополучатель. Взносы составят 1% от дохода, получаемого по договору в 2020 году и 2% — в 2021 году. При этом объект исчисления не будет превышать 15 минимальных заработных плат.

Взносы с дохода наемных работников будут удерживать и оплачивать работодатели. С 1 июля 2017 года отчисления за наемных работников делает работодатель. Кроме того, с 1 января 2020 года работодатель ежемесячно будет удерживать взносы с их зарплаты и перечислять их в Фонд социального медицинского страхования: 1% от заработной платы в 2020 году, 2% — в 2021 году.

Если гражданин относится к льготной категории, за него платит государство. Всего насчитывается 14 категорий граждан, которые имеют право на бесплатную страховку от государства, среди них дети, безработные, неработающие беременные женщины, неработающие лица, которые воспитывают ребенка до трех лет, инвалиды, неработающие оралманы и другие.

Физическое лицо, которое не имеет постоянного дохода и не входит в льготную категорию, будет платить за себя ежемесячно с 1 января 2020 года 5% от 1 минимальной заработной платы.

Казахстан > Финансы, банки. Медицина > kapital.kz, 3 января 2018 > № 2452956


Казахстан > Медицина > newskaz.ru, 31 декабря 2017 > № 2451045

Карагандинские нейрохирурги смогут спасать больше жизней благодаря открывшемуся операционному блоку со специальным оборудованием, сообщается на сайте акимата Карагандинской области.

Сообщается, что с помощью нового ангиографа Allura Centron фирмы Philips можно проводить сложные внутрисосудистые операции с минимальным разрезом, что дает возможность пациентам намного быстрее восстановиться. Также это оборудование позволяет наиболее точно диагностировать сосудистые заболевания.

"Этот аппарат дает нам возможность в 3D-режиме увидеть всю картину, наиболее точно поставить диагноз и, при необходимости, экстренно прооперировать пациента. Для работы с новым ангиографом наши специалисты прошли обучение в Астане. И уже сейчас мы проводим сложные высокотехнологичные операции. Надо сказать, что подобные операции за рубежом стоят очень дорого, потому что они реально спасают жизни тысячи людей. Это шаг в будущее", — сказал главный нейрохирург области Габит Махамбаев.

Отмечается, что специальная аппаратура проводит эндоваскулярное лечение, означающее, что все процедуры производятся внутрисосудисто, миниинвазивно. Основные заболевания, которые лечатся эндоваскулярно, — это инсульт, аневризмы, мальформации, стенозы.

Стоимость аппарата составляет 350 миллионов тенге. Установка была приобретена с помощью схемы финансового лизинга за счет областного бюджета.

Казахстан > Медицина > newskaz.ru, 31 декабря 2017 > № 2451045


Казахстан > Медицина. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > dknews.kz, 30 декабря 2017 > № 2449351

Центр семейного здоровья при поликлинике открылся в Караганде, передает МИА «DKNews» со ссылкой на МИА «Казинформ».

Принимать пациентов будут врачи, которые до сегодняшнего дня работали в поликлинике № 1. При этом они продолжат работать в поликлинике - на новом месте будут принимать больных в рамках скользящего графика.

Аким Карагандинской области Ерлан Кошанов, приехавший в новый центр, обрадовал горожан и другой новостью - в ближайшие дни в Караганде откроется уникальный в стране аллергологический центр.

Как сообщили в пресс-службе акимата Карагандинской области, в центре семейного здоровья можно будет попасть на прием к врачу широкого профиля, сдать анализы, пройти рентген, ультразвуковое исследование.

Центр оснащен современной техникой и информационными системами, позволяющими оптимизировать работу врачей и избавить их от бумажной волокиты.

«Открытие центра позволит разгрузить врачей из поликлиники и сократить очереди. Здесь есть все условия для комфорта пациентов и качественной работы врачей», - сказала директор поликлиники № 1 Роза Разиева.

К центру уже прикреплены 20 000 человек.

«Этот центр мы открыли по принципу государственно-частного партнерства. Мы всегда идем навстречу нашим бизнесменам: создаем условия, выделяем земли, решаем различные вопросы, размещаем долгосрочный госзаказ. Таким образом, бизнес в лице государства приобретает надежного партнера. Это выгодно и для государства, и для предпринимателей», - сказал Ерлан Кошанов.

На сегодняшний день в области реализован 21 проект по линии государственно-частного партнерства, что является лучшим показателем по стране.

«Благодаря такому партнерству мы решили множество социальных вопросов. Если бы это решалось без помощи бизнеса, то процесс бы занял несколько лет», - отметил Ерлан Кошанов.

Бизнесмен Даулет Мырзагалиев вложил в строительство центра порядка 400 миллионов тенге.

Казахстан > Медицина. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > dknews.kz, 30 декабря 2017 > № 2449351


Россия > СМИ, ИТ. Медицина > minsport.gov.ru, 29 декабря 2017 > № 2444050

Президент Российской Федерации Владимир Путин подписал ряд Федеральных законов. Документы опубликованы сегодня, 29 декабря, на портале правовой информации.

Федеральный закон от 29 декабря 2017 года № 461-ФЗ «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации» предусматривает, что одним из обязательных условий, включаемых в трудовой договор со спортивным тренером, является условие об его обязанности соблюдать общероссийские антидопинговые правила и антидопинговые правила, утверждённые международными антидопинговыми организациями.

Документ также устанавливает в качестве дополнительного основания прекращения трудового договора с тренером нарушение им общероссийских антидопинговых правил и (или) антидопинговых правил, утверждённых международными антидопинговыми организациями, признанное нарушением по решению соответствующей антидопинговой организации.

Федеральный закон от 29 декабря № 474-ФЗ «О внесении изменений в статьи 5 и 28 Федерального закона «О наркотических средствах и психотропных веществах» включает Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова в число юридических лиц, которые могут осуществлять ввоз в Россию и вывоз из неё наркотических средств, психотропных веществ, а также их прекурсоров в научных и учебных целях, а также в целях использования в экспертной деятельности.

Документ разработан в связи с наделением МГУ полномочиями по проведению анализа проб и образцов биологического материала для целей допинг-контроля, а также исследований, направленных на предотвращение допинга в спорте и борьбу с ним.

В соответствии с Федеральным законом от 28 декабря 2017 г. № 433-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» игристое вино с нанесённой надписью «не для продажи», ввозимое на территорию Российской Федерации в связи с организацией и проведением Чемпионата мира по футболу FIFA 2018 года и помещаемое под специальную таможенную процедуру, освобождается от уплаты ввозных таможенных пошлин, соблюдения требований по получению лицензий на оборот алкогольной продукции, сертификации соответствия средств учёта алкогольной продукции, маркировки продукции, установленных Федеральным законом об алкогольной продукции.

Положения Закона направлены на обеспечение выполнения правительственных гарантий, данных FIFA, а также закрепления на внутригосударственном уровне положений Решения Совета Евразийской экономической комиссии от 18.10.2016 № 165 «О внесении изменений в перечень категорий товаров, в отношении которых может быть установлена специальная таможенная процедура, и условий их помещения под такую таможенную процедуру», в соответствии с которым предусмотрена возможность помещения под специальную таможенную процедуру игристого вина, предназначенного для мероприятий, организованных FIFА, без уплаты ввозных таможенных пошлин и налогов.

Россия > СМИ, ИТ. Медицина > minsport.gov.ru, 29 декабря 2017 > № 2444050


Россия. США > Медицина > forbes.ru, 29 декабря 2017 > № 2443260

Первый миллиард в длинном ряду. «Биокад» выиграла спор у Genentech по «вечнозеленому» патенту

Ангелина Кречетова Forbes Staff, Александр Баулин Forbes Staff

Российская биотех-компания одержала победу в споре по «вечнозеленому» патенту международной фармкорпорации. Какие изменения ждут российский рынок, если иностранному производителю не удастся оспорить решение

Российская биотехнологическая компания «Биокад» выиграла спор у американской компании Genentech (входит в группу фармацевтических компаний Roche Holding) по признанию недействительным патента на применение лекарственных препаратов на основе действующего вещества ритуксимаб для лечения ревматоидного артрита. Заключение коллегии по результатам рассмотрения возражения опубликовано на сайте Палаты по патентным спорам.

«Коллегия пришла к выводу о наличии оснований для принятия Роспатентом следующего решения: удовлетворить возражение, поступившее 02.03.2016, патент Российской Федерации на изобретение № 2358762 признать недействительным полностью», — говорится в документе. Американская компания может подать апелляцию.

Таким образом коллегия утвердила резолютивную часть решения о признании патента недействительным полностью, которое озвучила 20 октября. Как рассказали Forbes в компании «Биокад», которая разрабатывает препарат-аналог, — «Ацеллбия», общий объем российского рынка ритуксимаба для лечения ревматоидного артрита составляет более 1 млрд рублей. Согласно сайту госзакупок, в 2017 году объем тендеров на закупку ритуксимаба превысил 1,2 млрд рублей.

Инна Пантелеева, руководитель отдела по юридическим вопросам, комплаенс и корпоративным коммуникациям «Рош» в России в беседе с Forbes заявила, что оспаривание патента, инициированное компанией «Биокад», в Роспатенте длилось полтора года. Теперь компания будет оценивать перспективы оспаривания этого решения.

В «Биокаде» выразили уверенность, что решение имеет «колоссальное влияние как на развитие отечественной фарминдустрии, так и на увеличение доступности качественных препаратов для пациентов». В компании пояснили, что оспоренный патент являлся одним из так называемых вторичных или «вечнозеленых» патентов. С его помощью, по словам представителя российской биотех компании, западные фармкомпании удерживают рыночные монополии на «жизненно-важные лекарства и убивают локальную конкуренцию на разных рынках». «Наличие таких патентов также позволяет компаниям патентообладателям не развивать новые технологии и не выпускать новые препараты на рынки до истечения жизни старых патентов, тем самым искусственно удерживая развитие новых лекарственных средств и собирая максимальную прибыль с пациентов в той или иной стране», — говорит представитель компании. По некоторым оценкам, в фармакологии такие вторичные патенты составляют более 70%, оценил для Forbes управляющий партнер Центра интеллектуальной собственности «Сколково» Антон Пушков.

Разбирательство длилось с 2 марта 2016 года по 20 октября 2017 года. Стороны привлекли два различных состава коллегии и Российскую Академию Наук (РАН) для принятия окончательного решения. В российской компании отмечают, что основание незаконности выдачи патента лежит в его несоответствии критерию «наличие изобретательского уровня». «Другими словами компания Genentech пыталась получить инструмент незаконного продления монопольного положения фармпроизводителя на рынке на способ лечения ревматоидного артрита, который был уже широко известен у специалистов начиная с 2001 года», — считает собеседник Forbes.

Компанию «Биокад» представляли юрист Анна Хрусталева, директор по интеллектуальной собственности компании Андрей Москвич и медицинский советник Антон Луцкий. Москвич в разговоре с Forbes отметил, что самым сложным было изменить взгляд коллегии на то, как необходимо оценивать критерии патентоспособности патентов, выданных в начале 2000-х, поскольку в этот момент применялись «немного другие нормы права». «Но так как эквивалентные споры по препарату ритуксимаб ведутся в США и велись в Европе, коллегия смогла прийти к правильному решению, полагаясь на российскую практику и международный опыт», — заключает он. В компании подчеркивают, что решение позволит сделать стоимость препарата в России более доступной.

Источник на рынке, пожелавший остаться неизвестным, пояснил Forbes, что в начале 2000-х Роспатент массово принимал решения о «вечнозеленых» патентах в пользу их держателей. Однако впоследствии оказалось, что у западных компаний права практически на все лекарства, что не позволяло развиваться российским фармацевтическим компаниям. В итоге отечественные производители стали бороться за пересмотр подхода к такого рода патентам и дело о ритуксимабе — показательный случай победы над глобальным игроком.

Что такое «вечнозеленые» патенты

«Если вкратце это называется «вечнозеленые патенты» evergreen patents стандартная деловая практика крупных фармкомпаний по всему миру. Дело в том что когда кончается патент, цена стремительно падает и ценность препарата для компании очень быстро устремляется к нулю. Поэтому они естественно идут на всяческие ухищрения, чтобы максимально продлить сроки действия патентов — помимо собственно формулы вещества стремятся запатентовать способ производства, способ применения, применение по новым терапевтическим группам, применение в комбинации с другими препаратами и так далее до бесконечности», — говорит Forbes Роман Кутузов, заместитель главного редактора в Vademecum.

Александр Горьков, директор по развитию и медицине компании в сфере цифровой онкодиагностики UNIM, отмечает, что особенно часто такой метод применяется на «развивающихся» рынках, где патентное право «не имеет сильной традиции и «отменяющие» решения могут быть пролоббированы в том числе с аргументацией выгоды государственным интересам». «Проблема в том, что глобальный игрок патентует свой препарат и затем устанавливает высокую цену, развивая рынок через рекламу (образование врачей, маршрутизация пациентов и т.д.). Затем появляется местный производитель с технической возможностью скопировать продукт (создать «дженерик») и перевести денежный поток из импортной во внутриторговую сферу», — объясняет Горьков. Сложность, по его мнению, заключается в том, что вложения глобального игрока «потеряны», качество продукта местного игрока «часто компромиссно, исходя из государственных интересов». Кроме того, централизация закупок препарата часто не приводит к падению цены, а лишь к перераспределению денежных потоков и массивному пиару в духе «возродили промышленность», заключает директор по развитию и медицине UNIM.

В Центре интеллектуальной собственности «Сколково» указывают, что в большинстве случаев, получение таких патентов сохраняет баланс между разработчиками и производителями аналогов и не несет угрозы развитию фармацевтического рынка. «Однако длительная патентная защита лекарственных препаратов противоречит интересам компаний-производителей аналогов этих препаратов. Поэтому судебные процессы, направленные на опротестование патентов, охраняющих наиболее востребованные и дорогостоящие лекарственные препараты, также является распространенной практикой, особенно в тех странах, где рынок фармацевтических препаратов наиболее», — говорит собеседник Forbes.

Представитель «Сколково» уточняет, что практика патентов на усовершенствование старого, уже известного продукта, распространенная практика не только в фармацевтике, но и в других областях. «Это отражает путь развития любой технологии, когда за прорывной идеей следует постепенное усовершенствование и доработка», — объясняет он. К таким патентам относятся, например, патенты на различные полиморфные (кристаллические) формы известного активного вещества, составляющего основу лекарственного препарата, фармацевтические композиции на основе активного вещества (для повышения стабильности, растворимости, биодоступности и т.д.), новые лекарственные формы на основе активного вещества, наиболее эффективные дозировки и режимы введения фармацевтических композиций, применение известных соединений или фармацевтических композиций по новому назначению, указывает собеседник Forbes. По его словам, во многих случаях получение таких патентов связано с проведением длительных и дорогостоящих исследований, а патентная охрана, обеспечиваемая такими патентами, покрывает достаточно узкую область техники (имеет малый объем притязаний), не препятствуя напрямую использованию известного активного вещества другим способом или по другому назначению.

Юридическая сторона

Юридически таких понятий, как «вторичные» или «вечнозеленые» патенты, нет, но они широко используются политиками и в СМИ, как объяснил Андрей Москвич. Такие патенты нацелены на то, чтобы продлить патентную защиту, т.е. получить временную монополию на известные лекарственные средства, которые используются либо в новых дозировках, либо применяются к новым группам пациентов, добавил он. Это связано со спецификой фарминдустрии, которая тратит много времени и средств на научные исследования и получение разрешений для выхода новых препаратов на рынок от Минздрава, FDA или эквивалентных организаций в Европе (в частности, проведение клинических исследований, анализы результатов и построения доказательной базы). В связи с чем фармацевтические компании стараются получить длительные патентные монополии в той или иной стране на свои препараты, чтобы окупить свои вложения.

«Для этого применяются хитрые схемы получения множества патентов в каждой стране, защищающие различные нюансы, связанные с одним препаратом. В этих нюансах и возникают возможности для big pharma получить необоснованно длинную патентную защиту препаратов, а для биоаналогов (дженериков) оспорить эти патенты», — говорит он. В то же время, поскольку понятие не имеет юридической силы, государства не могут законодательно отменить «вторичные патенты». При этом для того, чтобы контролировать возможность выдавать необоснованно длинные монополии отдельным фармкомпаниям на жизненно важные лекарства, разные страны прибегают к разным способам. Так, в Европе, Канаде, Китае и Индии, по его словам, существуют ограничения на патентование способов лечения. В США большинство штатов создали законы, нацеленные на предотвращение агрессивной судебной деятельности «патентных троллей», которые также могут применяться к недобросовестным фармкомпаниям.

В России пока подобных ограничения и законов нет, признает он. «Но в России существует развитое патентное законодательство, которого, с моей точки зрения, уже более чем достаточно, чтобы решить проблему необоснованных монополий (в любых индустриях), если его трактовать и применять правильно и осмысленно, что и сделала Палата по патентам спорам в данном решении», — уверен собеседник Forbes.

Говоря о конкретном кейсе с ритуксимабом, он замечает, что сейчас был отменен патент 2003 года, предоставляющий монополию на способ лечения ревматоидного артрита, известный с 2001-2002 годов. «В Европе такой патент отменили несколько лет назад, но в США споры по американскому патенту еще идут, ввиду того, что в Европе, РФ и США разные способы оценки того, что обозначает понятие «известно». В частности, в РФ и Европе было доказано, что этот способ известен, потому что с 2001-2002 годов он уже применялся в научных исследованиях для лечения пациентов, но в США суд пока не принял аргументы дженериковых компаний», — поясняет юрист.

По ритуксимабу «Биокад» спорит с «дочкой» «Рош» не впервые: 2015 году дочерняя компания «Рош» пыталась запретить российской компании выпуск аналога по другому патенту, описывающему лечение рака ритуксимабом. В 2016 чтобы избежать любых возможных претензий от «Рош», «Биокад» начал патентный спор, чтобы «досрочно завершить монополию американской компании, так как она пыталась продлить ее, используя патентную защиту уже известного препарата для лечения уже ревматоидного артрита», — уточняет он. То, что произошло сейчас, — это «убийство патента», объясняет Москвич. Таким образом, если американская сторона принятое решение не оспорит, она больше не сможет обратиться в суд по этому патенту.

Решение Палаты по патентным спорам показало, что Роспатент может успешно трактовать и применять как старые, так и новые нормы законов, чтобы сохранить баланс между защитой интересов граждан России и защитой прав патентодержателей, отмечает директор Департамента по интеллектуальной собственности. Для российских фармкомпаний это означает, что Роспатент будет «более нюансировано, хоть и долго, оценивать аргументы «за» и «против» при оспаривании патентов», — заключает собеседник Forbes.

Позиция Роспатента, которую Москвич назвал «нюансированной», может стимулировать иски российских производителей по отмене «вечнозеленых» патентов и на другие препараты.

Прошлый опыт

Ритуксимаб — не единственное лекарственное средство, ставшее поводом для разбирательств между «Биокадом» и швейцарской группой. Так, в июне прошлого года российская компания подала иск в федеральный суд Нью-Йорка к Roche Holding AG, а также F. Hoffman-La Roche, аффилированную с ними американскую Genentech и российскую группу «Р-фарм». В иске речь шла о трех противораковых препаратах от Roche (авастин, герцептин и ритуксан) и их дженериках от «Биокада», выведенных на рынок с 2014 по январь 2016 года. Российский производитель обвинял конкурента в том, что тот снижает цены на эти препараты в России, чтобы уничтожить бизнес «Биокада» и не допустить его препараты не только на российский, но и на американский рынок. В США исключительные права на все три препарата у Roche истекают в 2018–2019 году.

Ежегодная выручка швейцарской компании от производства и продажи трех препаратов составляет около $20 млрд, и половина из этой суммы приходится на США, которые остаются наиболее привлекательным рынком для компании, говорилось в исковом заявлении. В Roche заявляли «Ведомостям», что знают об этом иске, но обвинения «беспочвенны». В результате Федеральный суд Южного округа Нью-Йорка оставил без рассмотрения иск «Биокада».

Пользователь не всегда оказывается в выигрыше от увеличения конкуренции. Гендиректор DSM Group Сергей Шуляк в беседе с изданием говорил, что обычно цена на оригинальный препарат после выхода дженерика не снижается. Но это зависит от стратегии компании — она может и снизить цену, если хочет сохранить долю рынка, замечал эксперт.

Россия. США > Медицина > forbes.ru, 29 декабря 2017 > № 2443260


Казахстан > Медицина > kursiv.kz, 27 декабря 2017 > № 2440724

Елжан Биртанов: «Социальность и качество медицины – наши главные ориентиры»

Уходящий год в сфере здравоохранении прошел под знаком реформ. В итоговом интервью главный врач страны Елжан Биртанов рассказал о том, что из задуманного удалось воплотить в жизнь, с какими изменениями будет продолжена реформа по внедрению медицинского страхования, в чем заключается «цифровизация» медицины и какие проекты реализуются в сфере государственно-частного партнерства.

- Хотелось бы наше интервью начать с вопроса внедрения обязательного социального медицинского страхования (ОСМС). Дальнейшая судьба медстрахования сейчас бурно обсуждается гражданами Казахстана, общественностью. Какое продолжение получит реформа, ожидаются ли существенные изменения?

- С самого начала необходимо подчеркнуть, что основная цель обязательного медицинского страхования – это обеспечение граждан качественными и доступными медицинскими услугами. Поэтому переход от бюджетного финансирования здравоохранения к модели социального медицинского страхования должен пройти без ухудшения доступности медицинских услуг. Почему это так важно? Основными принципами ОСМС является обеспечение всеобщего охвата граждан медицинской помощью и обязательность уплаты взносов в Фонд медицинского страхования. Учитывая, что наша страна является социальным государством, мы вводим социальное медицинское страхование, при котором обязательства по уплате взносов распределяются с учетом социальной справедливости.

- А что с теми гражданами, которые не смогут делать взносы по ОСМС?

- Те граждане, которые по объективным причинам не могут работать – дети, пенсионеры, инвалиды, студенты, беременные и другие - освобождаются от уплаты взносов. Однако обязательство по их уплате государство берет на себя. Остальные граждане — это трудоспособное, экономически активное население — должны платить самостоятельно, неся бремя социальной ответственности за здоровье своих сограждан, детей и пожилых родителей. Понимая, что, когда они сами достигнут пенсионного возраста или по другим объективным причинам не смогут работать, медицинская помощь им будет оказываться за счет солидарности более молодого трудоспособного поколения. Однако, в ходе внедрения ОСМС оказалось, что в нашей стране имеется очень большой сектор «теневой» неформальной занятости.

- Насколько это может повредить успешному внедрению ОСМС?

- Пожалуй, впервые успешность внедрения медицинской реформы стала зависеть от реалистичной оценки масштабов неформального рынка труда в нашей стране. По официальным данным, мы имеем порядка 2,7 млн самозанятого населения, однако нам еще предстоит рассчитать достоверную статистику по этой категории. В свою очередь, анализ фактических сборов отчислений работодателей в Фонд медстрахования показал, что мы недосчитываемся почти 1 млн наемных работников, за которых не поступили взносы. Ни для кого не секрет, что владельцы бизнеса в торговом секторе, строительстве и сфере услуг зачастую предпочитают уходить от формализации трудовых отношений с работниками, чтобы сэкономить на налогах и соцотчислениях. Поэтому наша первая задача - правильный учет различных групп населения, чтобы понять, «кто есть кто», относится ли гражданин к категории, за которую платит государство, является ли он наемным работником или самозанятым. Затем следует «оцифровать» эти данные и создать единую информационную базу с корректными данными.

- Данная работа может занять много времени…

- Мы понимаем, что решение задачи по сокращению размеров «теневого» рынка труда займет определенное время, большее, чем необходимо для внедрения ОСМС. В тоже время мы не можем «оставить за бортом» здравоохранения наших граждан вне зависимости от их социального статуса или жизненных обстоятельств. Поэтому изначально для лиц, не имеющих постоянных официальных доходов, мы предложили вариант самостоятельной уплаты минимальных взносов в ФСМС в размере 5% от одной минимальной заработной платы, что составляет порядка 1 400 тенге. Эта норма сохраняется в законодательстве, предоставляя возможность получать обширный перечень медуслуг за достаточно символическую плату.

- Как будет дальше работать Фонд медстрахования и каковы планы на два предстоящих года?

- Пока мы взяли тайм-аут на два года, но при этом работа по внедрению медстрахования не останавливается. Фонд создан, мы намерены его дальше развивать, аккумулируя взносы от работодателей. Накопленные средства сформируют требуемые законодательством резервы Фонда - это порядка 200 млрд тенге, что даст возможность застрахованным людям получать более расширенный пакет ОСМС в сравнении с ГОБМП. Второе – фонд медицинского страхования уже вступает в права стратегического закупщика медицинских услуг от имени населения.

- Расскажите, как будет происходить весь процесс работы по ОСМС?

- Как это происходит: гражданин платит в фонд, а фонд от его имени закупает медицинские услуги у различных клиник и будет требовать качество медицинских услуг.

В соответствии с действующим законодательством Фонд является единым закупщиком гарантированного объема бесплатной медицинской помощи для всего населения страны.

Поэтому фонд уже сейчас осуществляет закуп медицинских услуг на 2018 год. И что мы видим? Если в прошлом году было определенное количество поставщиков, то в этом их количество увеличилось на 20%, и, в основном, за счет частного сектора. Таким образом, мы дали возможность всем частным клиникам оказывать медицинские услуги населению, которые будут оплачиваться фондом, но пока это деньги государственные. Тем самым, мы передаем гарантированный объем бесплатной медицинской помощи в конкурентную среду, финансирование будет идти не через государственные органы, а через единый фонд.

- В чем сейчас нуждается система ОСМС для успешного ее внедрения?

- В прозрачных действенных механизмах контроля качества оказываемых медицинских услуг лучшего результата можно добиться, внедряя автоматизацию и цифровизацию. К примеру, разработанное нами мобильное приложение позволяет пациенту практически не отходя от кабинета врача оценить качество приема в приложении. Это очень важное решение, поскольку у нас в стране внедряется новая идеология качества медуслуг, и это новшество практикуется во многих развитых странах. Нужно признать, что в нынешней системе накопились очень серьёзные проблемы. Основная наша «болевая точка» – это, конечно же, качество медуслуг.

- Часто люди сталкиваются с тем, что по факту им приходится платить за лечение и лекарства из собственного кармана. Как повлияет на эту ситуацию медстрахование?

- Действительно, частные платежи населения в здравоохранении все эти годы росли постепенно и достигли критического уровня в 40% от бюджета отрасли. Как известно из мировой практики, столь внушительные личные расходы граждан на здоровье влекут за собой социальные, финансовые риски, ставят под угрозу их дальнейшую платежеспособность. Одна из целей внедрения медстрахования как раз и состоит в уменьшении «карманных» расходов казахстанцев на медуслуги за счет солидарного финансирования здравоохранения. Мы также взялись за решение давно назревшей проблемы, связанной с непомерным наращиванием медуслуг в гарантированном пакете, но не обеспеченным бюджетными средствами. Перечень бесплатных услуг увеличивался, но внутри самой этой системы стоимость оставалась прежней. Оптимизация пакета ГОБМП позволит привести в соответствие объем медпомощи, финансирование и тарифную политику. Тогда заявленные бесплатные медуслуги станут на деле гарантированными, а не декларативными, как сейчас.

- А как обстоят дела с медицинскими кадрами?

- В последние годы, к сожалению, наблюдался просто колоссальный отток кадров из госбольниц в частные клиники, причем ушли врачи с хорошей квалификацией и опытом. Это одна из причин больших очередей и перегрузок в поликлиниках, где у нас особенно не хватает узких специалистов. Посудите сами, у нас один участковый врач вместо 1 500 человек принимает 2 200, адекватно такой труд не оплачивается, соответственно, он не успевает качественно осмотреть пациентов, наблюдать за ними. В службе скорой помощи похожая ситуация. По статистике, у нас в стране выездов в 5-6 раз больше, чем в других странах.

- Какие могут быть последствия?

- Обслуживая большое количество необоснованных вызовов, бригады скорой помощи не успевают к экстренным больным, и в результате мы получаем большие показатели смертности от травм, отравлений, несчастных случаев и так далее. Другая наша системная проблема - это большое количество госпитализаций, куда у нас уходит высокая доля финансирования в сравнении с первичной медицинской помощью. В нашей стране ежегодно госпитализируется 2,7-2,8 млн человек, из них 70% по экстренным показаниям. Люди хотят и любят лечиться в больницах, им кажется, что в стационарах врачи лучше наблюдают, ты лежишь, есть питание, лекарства и так далее.

- Это только в Казахстане так? Или же во всем мире подобная ситуация?

- Между тем, во всем мире стационарная помощь крайне непопулярна, а если больные задерживаются в больничных палатах, то только по двум причинам. При серьёзной операции пациент находится в больнице 3-4 дня, второй повод для госпитализации, когда нужна реанимационная система, то есть больной нуждается в интенсивной терапии. Нам нужно сменить прежние приоритеты и очень большую поддержку оказывать развитию амбулаторно-поликлинической помощи, уделить серьезное внимание профилактическим услугам и обследованиям. Иначе мы будем вынуждены догонять уходящий состав, спасать больных с помощью высоких технологий, но потом терять их на последующих этапах, когда требуется восстановительная терапия, наблюдение у своего участкового врача.

- То есть это будет одной из задач ОСМС?

- Система медицинского страхования должна создавать правильные ориентиры и стимулы: во-первых, для поставщиков медицинских услуг, они подотчетны, они отвечают за качество. Второе – нам нужно изменить в корне отношение самого общества, пациентов к своему здоровью. Если человек располагает определенными средствами, почему бы их не тратить на здоровый образ жизни. Ведь зачастую это не так затратно, как потом работать на лекарства и приемы врачей. Но люди у нас больше тяготеют к материальным выгодам, считая, что лучше, к примеру, купить машину, гаджеты. Это такой менталитет, надо от этого уходить, нужно вкладывать в свое здоровье.

- Министерство здравоохранения вот уже который год заявляет, что врачи все больше отходят от практики «бумажной волокиты», от бюрократии… Но, тем не менее, пациенты говорят об обратном. По их словам, врачи до сих пор погружены в бумаги. Ваше мнение по поводу сложившейся ситуации? Когда наша медицина полностью отойдет от бумаготворчества?

- На самом деле волокиту усиливали. Врачам приходилось вести двойную работу, они должны были при пациенте на приеме написать все на бумаге, потом эти же сведения ввести в компьютер. На днях я подписал приказ, согласно которому медицинские организации Карагандинской области должны перейти к безбумажной системе. Этой нормой мы запретили вести около 60 документов на бумаге, это касается историй болезни и справок. С 1 января следующего года медицинские сети еще трех областей будут автоматизированы, и с 1 января 2019 года все ключевые записи врачи обязаны будут вести в электронном формате.

- А насколько в регионах готовы к подобным нововведениям?

- Но тут кроется следующий вопрос – это готовность акиматов к данному новшеству. Уровень компьютеризации у нас был очень низок, не везде есть доступ к сети интернет, но мы вдвое увеличили количество программного обеспечения, количество организаций, имеющих программное обеспечение, компьютерное оснащение и так далее. Мы договорились с акиматами, что до конца следующего года они будут выделять деньги на компьютерное оснащение, и у каждого сотрудника будет свой компьютер, чтобы он мог спокойно ввести данные пациента. Но без критики, я уверен, не обойдется. Даже по той причине, что есть много людей, которые не умеют элементарно печатать, но все эти трудности преодолимы со временем.

- Это касается и электронного паспорта здоровья?

- С электронным паспортом здоровья все сложнее. Дело в том, что, когда вы приходите в больницу, ваша запись хранится где-то в поликлинике. Мы планировали завершить этот процесс в этом году, но по техническим причинам идет задержка. Суть в том, что все эти данные будут накапливаться на одном сервере, и у каждого будет своя ячейка. В пилотном режиме мы уже отрабатывали этот процесс по Астане. В следующем году планируем охватить таким новшеством 20% населения.

- А как он будет внедряться в селах?

- Все сельские амбулатории в нашей стране являются филиалами центральной районной больницы. Все будет зависеть от глубины охвата Интернетом. Но я уверен, что и эта проблема решится, т.к. везде ожидается проведение доступа к сети 3G. Наши медработники уже готовы, и мы с ними работаем.

- В последнее время все чаще обсуждается тема государственно-частного партнерства в здравоохранении. На недавнем форуме по инвестициям Вы сказали, что долю негосударственных вложений в медицину надо довести до 50-60%, а на обновление изношенной больничной сети требуется порядка триллиона тенге. Насколько успешно продвигается сотрудничество с частным сектором?

- Перечень проектов ГЧП в здравоохранении на текущую дату включает 110 проектов, в том числе три республиканского и 107 местного значения. Проекты предусматривают строительство и эксплуатацию врачебных амбулаторий, поликлиник, стационаров, оснащение медицинской техникой и другие социально-значимые проекты. Следует отметить, что все функции по планированию, разработке и реализации проектов ГЧП местного значения переданы в акиматы регионов. Отмечается рост активности отдельных регионов, таких как Актюбинская, Акмолинская, Алматинская, Карагандинская, Костанайская, Кызылординская, Южно-Казахстанская области. Так из 32-х заключенных договоров ГЧП, 31 договор заключен в текущем году, с обеспечением притока инвестиций на общую сумму более 20 млрд тенге. На стадии подготовки находятся 75 местных проектов, из них по 12 проектам ожидается заключение договоров ГЧП до конца 2017 года.

- Какие цели ставит перед собой министерство на ближайшее будущее?

- Что касается наших целей, то они достаточно высоки, мы планируем довести долю частных инвестиций до 50-60%, тем самым уменьшить нагрузку на государство. Сегодня мы, по сути, вытаскиваем эти деньги из экономики и вкладываем в здания. Это тоже нужно, конечно, но международный опыт показывает, что можно осуществлять строительство за счет частных инвестиций с последующей передачей в дальнейшую эксплуатацию. Высвободившиеся деньги можно направить на повышение тарифов, на повышение зарплат, лекарства и технологии. Это интересно частному сектору, поскольку за счет повышенных тарифов они могут возвращать свои инвестиции и более эффективно планировать услуги. Инвестиционная привлекательность сектора здравоохранения растет, мы это видим по числу частных клиник, это стабильная конкурентная сфера экономики, где при устойчивых объемах финансирования достигаются большие денежные потоки. Уровень потребления не снижается, а даже, наоборот, растет, поскольку есть старение населения, приток новых технологий. Наши потенциальные партнеры прекрасно видят риски и преимущества, и понимают, что вкладываемые инвестиции носят долгосрочный характер и являются высокоприбыльными.

Казахстан > Медицина > kursiv.kz, 27 декабря 2017 > № 2440724


Россия. Весь мир. ЦФО > Химпром. Медицина > rusnano.com, 26 декабря 2017 > № 2458110 Ольга Шпичко

Ольга Шпичко: Мы сталкивались со случаями, когда глазные капли добавляли в шампунь для роста волос.

Автор: Елена Николаева

Управляющий директор по инвестиционной деятельности УК «РОСНАНО» Ольга Шпичко рассказала «Снобу», зачем российские компании инвестируют в западный бизнес и когда появится средство против старения.

Мы в очень интересное время живем. То, что вчера казалось невозможным, сегодня — реальность. И конечно, хочется пожить подольше: дотянуть до, например, замены и модификации органов, чтобы увеличить продолжительность жизни человека. Продление жизни — главный тренд в фармацевтике?

В целом да. И для того чтобы удлинить активные годы жизни, как минимум надо диагностировать проблемы. И диагностировать нужно как можно раньше. Мой департамент в РОСНАНО специализируется на проектах в области фармацевтики, медицинских технологий и создания сервисов.

Технологии и сервис — это фактически создание инфраструктуры? Что такое инфраструктура в фармацевтике?

Когда мы начинали заниматься данным направлением, мы для себя определили цель — борьба с социально значимыми заболеваниями. Например, с онкологией и сердечно-сосудистыми заболеваниями. Это могут быть экспресс-тесты на выявление заболевания на ранней стадии, медицинское оборудование, которое позволяет производить своевременную диагностику.

Среди проектов, которыми мы очень сильно гордимся, — проект по созданию сети центров позитронно-эмиссионной томографии (ПЭТ), которые являются признанной технологией в мировой медицине. Это диагностика, которая позволяет обнаружить процессы в организме, связанные с начальной стадией онкологических заболеваний. Мы знаем, что раковые клетки наиболее активно потребляют глюкозу. И уже ранние процессы нарушения метаболизма, воспаления при онкологических процессах можно диагностировать методом ПЭТ.

Поддерживая то, что разрабатывается годами и редко приводит к результатам, нет опасения поймать нисходящий тренд?

Безусловно, есть, как и в любой технологии, даже не связанной с медициной. Потому что мир не стоит на месте, продолжаются исследования в различных областях, и мы, наверное, не можем успевать в той мере, в которой нам хотелось бы.

И как тогда справляться с этим риском? Деньги большие, годы идут. Я знаю много перспективных проектов, которые проваливаются еще на стадии исследования.

Любые проекты, связанные с областью здравоохранения, несут в себе дополнительные риски, в том числе риски непрохождения клинических испытаний. И в мировой статистике только один из тысячи препаратов доходит до финальной стадии, и действительно, прорывных рождается не так много. Можно подстраховаться только глубоким анализом мировых трендов, пониманием биологии, химии.

Почему в РОСНАНО вы занимаетесь развитием именно фармацевтического направления? У вас было какое-то распределение внутри РОСНАНО? У ваших коллег очень разные инвестиционные портфели.

До РОСНАНО я работала в компании, которая занималась разработкой и поставкой медицинского оборудования. Также была координатором проекта по ядерной медицине в Росатоме. И в 2008 году, когда РОСНАНО только формировалось, меня пригласили посмотреть на область здравоохранения и что можно в этой области сделать. Поскольку в РОСНАНО, инвестируя деньги в высокие технологии, понимали, что нужны проекты с социально значимым эффектом. И даже если они не станут высокодоходными, не принесут РОСНАНО много денег, то они окажутся полезными и понятными людям.

Как вы искали проекты и как долго формировали портфель?

Практически вся моя команда работает здесь с самого начала, с 2009–2010 годов. Это был период активного поиска, когда я объезжала наши институты, крупные компании, общалась с персоналом, искала, где мы могли бы сотрудничать. Мы просмотрели около 3 тысяч проектов, чтобы сформировать свой портфель.

Сколько проектов сейчас у вас в портфеле?

С учетом того, что мы что-то продали, что-то закрыли, у нас осталось 8 проектов. Из них два американских — Biomark Capital и Domain Associates.

Насколько они рисковые?

Если ранжировать мой портфель по уровню риска, то один из высокорискованных проектов — участие в американском фонде Biomark Capital, который специализируется на вложениях в компании на ранней стадии. Доля РОСНАНО в фонде — 40%, но мы являемся ограниченным партнером — управляет им управляющая компания, а мы ждем результата этих инвестиций. Нашей основной мотивацией к такому сотрудничеству был трансфер американских технологий в Россию. Как результат, одна из технологий по созданию вакцин сейчас используется нашей портфельной компанией «Нанолек».

Чему вы за это время научились у американцев?

Мы смотрели, как они выбирают проекты, мониторят их развитие, насколько они готовы к риску. Мы убедились, насколько важны всеобъемлющий анализ и глубокое понимание технологий, в которые ты инвестируешь. Партнеры внимательно следили, что с подобными технологиями происходит на других рынках, в других компаниях.

А чего нет у нас в фармацевтике, в нашей стране, что есть у американцев? У нас в этой сфере масса разных определяющих аспектов и разные законодательства. При этом РОСНАНО — крупный игрок, к которому прислушиваются на государственном уровне.

За последние десять лет законодательство в России очень сильно изменилось, оно приближается к западным стандартам. Регулирование производства и проведения испытаний фармпрепаратов на Западе гораздо более жесткое по сравнению с производством в России.

Какие последствия этих изменений?

Требуется больше времени для вывода продукта на рынок. Но при этом мы страхуем себя от некачественных лекарств. Приведу пример: сейчас мы планируем строить завод совместно с компанией Pfizer в Калужской области. Самым сложным и длинным этапом является процесс переноса технологии, потому что нужно соблюсти огромное количество регламентов, тома описаний. Если строительство здания и оснащение оборудованием занимает порядка двух лет, то перенос технологических регламентов займет еще несколько лет.

Успех в производстве новых препаратов на Западе — это заслуга жестких требований или вложения больших денег в развитие фармацевтического направления?

Сложно сказать, что влияет больше. Но, безусловно, фармацевтические и государственные компании, фонды на Западе вкладывают значительно больше денег, чем в России. Это факт, к сожалению.

Какой проект из вашего портфеля может быть самым понятным для широкого круга потребителей?

Есть «ионы Скулачева», реализованные группой ученых Московского университета. Идея — замедление процесса старения. Над проектом работает семья: отец и сыновья, и они добились значительных успехов.

С учеными вообще сложно делать бизнес?

Да. Процесс нашего общения был и остается достаточно сложным. У коллег существует много интересных идей, для этого необходимы длительные фундаментальные исследования. И это очень здорово и интересно, но мы финансовый инвестор и нацелены прежде всего на возврат инвестиций. Исследование, правда, развернулось очень широкое, но нам удалось приземлить планы и выделить в качестве промежуточного результата конечный продукт — глазные капли, чтобы выйти на самоокупаемость. Сейчас эти капли приносят около 170 миллионов рублей в год.

Это только капли столько приносят?

Только капли, только от двух нозологий. Небольшой сегмент в этой доле выручки занимают косметические средства. В этой товарной линейке компания недавно вывела на рынок активное вещество — митовитан, презентовали новый продукт на его основе, правильно упакованный. Это активатор, который можно подмешивать в любое косметическое средство.

То есть он увеличивает полезные свойства косметических препаратов, ускоряет доставку компонентов в организме человека?

Да. Мы сталкивались со случаями, когда продукцию «Ионы Скулачева» начали использовать не по назначению — например, глазные капли добавляли в шампунь для роста волос.

Я знаю, что капли, снимающие усталость и красноту глаз, используют как успокаивающее средство для кожи.

Да, они обладают сосудосуживающим эффектом.

Так еще и волосы лучше растут, оказывается?

Да. Второй частью проекта является так называемая «капсула системного действия». Вещество, которое принимается внутрь, чтобы замедлить процессы старения организма. Ведь любое заболевание, та же онкология — это, в общем-то, процесс старения, изнашивание клеток, которые перестают бороться с другими клетками. Но здесь самое главное — не переборщить. Потому что это активное вещество, если изменить дозировку, может стать ядом.

Фармацевтика, медицина, если оглянуться назад, связана с этапами, революциями. Открытие пенициллина, к примеру, сразу поделило мир на «до» и «после». Сейчас идут какие-то подобные производства, которые могут закончиться революцией?

Сейчас задача, скорее, состоит в создании препаратов от так называемых орфанных болезней — редких, которые не имеют действенных способов лечения и пациенты обречены. В той же онкологии какие-то препараты созданы, а вот отдельные виды лекарств для маленьких групп населения — их нет. Я ожидаю все-таки прорывов в этих областях.

Компании смещаются туда, потому что это свободные ниши?

Компании идут потому, что, несмотря на достаточно небольшую группу охвата, речь о достаточно дорогих лекарствах.

Не могу не спросить вас про портфельный проект «Кагоцел». Как думаете, почему этот кейс так возмутил общественность?

Это один из противовирусных препаратов, который стимулирует наш иммунитет к тому, чтобы он вырабатывал антитела против вируса. При оценке эффективности фармпрепаратов лучше ориентироваться на мнение профессионального сообщества, его индикатором можно считать высокую экономическую оценку проекту. Мы из компании вышли с большой доходностью — около 40%, и это, наверное, самый лучший «выход» РОСНАНО из портфельных компаний. Сумма выхода оказалась почти в два раза больше суммы инвестиций в данный проект.

Сколько лет вы работали над этим проектом?

Около трех лет, построили завод в Калужской области. И когда мы заходили, он занимал 2% российского рынка иммуномодуляторов, а когда мы выходили — уже 20%, то есть взрывной рост. Сейчас уровень продаж «Кагоцела» свыше 4 миллиардов рублей. И еще один важный фактор, который нам нравится в этом проекте: туда потянулись талантливые люди. Это редкий случай, потому что в России, к сожалению, утеряны хорошие команды, и их приходится собирать по крупицам. Таким образом, «Кагоцел» показал взрывной рост доли рынка, хороший выход, создано современное фармпроизводство. И с нашей помощью сформировалась очень сильная команда ученых и бизнесменов, на мой взгляд, одна из лучших в стране.

Вы думаете о том, как ваши проекты могут повлиять на жизнь человека? Вам хотелось бы изменить мир?

Я более приземленный человек, наверное. Мне просто хочется, чтобы наши проекты помогли человеку более комфортно жить, вылечить ту или иную болезнь, насытить рынок тем или иным препаратом, который будет либо чуть дешевле, либо чуть эффективнее, чем имеющиеся аналоги, то есть внести небольшой, посильный вклад в развитие нашего здравоохранения.

В чем лично вы сильны?

Мне кажется, у меня хорошая интуиция, любовь к порядку во всем и готовность пойти на риск.

Я разговаривала с шестью вашими коллегами, и вы единственная женщина. При этом кто-то из мужчин сказал мне: «Мы больше с математикой имеем дело, а женщины чаще руководствуются интуицией». Вы ощущаете на себе гендерные стереотипы?

Наверное, на начальном этапе работы в РОСНАНО была здоровая доля скептицизма в отношении меня. Но предрассудки исчезли, когда мы начали делать успешные выходы, когда стали появляться продукты.

А как вы сами изменились за время работы в private equity?

Я стала более жесткой. В начале своего пути у меня было больше эмоций, больше переживала. Сейчас удачи и неудачи вызывают меньше эмоций.

Россия. Весь мир. ЦФО > Химпром. Медицина > rusnano.com, 26 декабря 2017 > № 2458110 Ольга Шпичко


Россия > Медицина > ras.ru, 26 декабря 2017 > № 2443508

Российские ученые предлагают новый подход для лечения височной эпилепсии.

Ученые из Института Теоретической и Экспериментальной биофизики РАН выяснили, какие изменения происходят с пирамидными клетками гиппокампа у животных после продолжительного судорожного приступа (эпилептического статуса) на модели височной эпилепсии, и испытали вещество, смягчающее его воздействие на клетки гиппокампа. Результаты этой работы были опубликованы в 2017 г. в журнале Epilepsy Research.

Эпилепсия - это распространённое психоневрологическое заболевание, имеющее хронический характер. Эта болезнь проявляется возникновением внезапных судорожных приступов - эпилептических припадков. Припадки возникают в результате возникновения в определенных участках головного мозга многочисленных очагов перевозбуждения. Если такой очаг локализуется в височной доле мозга, где располагается гиппокамп, то развивается так называемая височная эпилепсия. Гиппокамп — это часть мозга, которая отвечает за формирование краткосрочной памяти и последующий ее перевод в долгосрочную. При тяжелых формах височной эпилепсии и резистентности к лечению, больным удаляют гиппокамп, после чего пациенты становятся полностью неспособными к запоминанию новой информации. Гиппокамп состоит из нескольких слоев нервных клеток, основная масса которых представлена пирамидными нейронами. Именно поэтому изменения в этих нейронах после эпилептического статуса и изучали ученые из ИТЭБ РАН.

Для того чтобы вызвать у экспериментальных животных эпилептический статус, крысам вводили нейротоксин - каиновую кислоту, провоцируя, таким образом, развитие эпилептического очага. В зависимости от того, насколько сильно был эпилептический статус, исследователи выделили среди животных две группы. У первой группы крыс статус проявлялся конвульсивными судорогами. После таких судорог в гиппокампе у них погибало около 81.4 % пирамидных нейронов. У животных второй группы, с неконвульсивными судорогами, гибло около 72.9% нейронов гиппокампа. Ученые проверяли, как меняется ультраструктура выживших пирамидных нейронов гиппокампа «больных» животных по сравнению с такими же клетками здоровых крыс. Оказалось, что повреждаются многие важнейшие органеллы нервных клеток. Например, цистерны эндоплазматического ретикулума, в которых происходит синтез белков — процесс, жизненно важный для любой клетки, укорачивались или фрагментировались, в них исчезали рибосомы, а значит и останавливался синтез белковых молекул. Серьезные изменения происходили также с энергетическими станциями клеток - митохондриями. В них появлялись полости, нарушающие их структуру и, следовательно, функцию. Ядра пирамидных нейронов меняли свою форму; хроматин, несущий наследственную информацию клетки, смещался к их периферии. Дендриты - отростки нейронов, по которым происходит передача сигналов, укорачивались, а находящиеся внутри них микротрубочки дробились на отдельные части. В результате, даже те нервные клетки, которые выживали после состоявшегося эпилептического статуса, оказывались очень серьезно поврежденными.

Для того чтобы уменьшить повреждения нейронов после судорожного приступа, пущинские ученые предложили использовать вещество URB597, блокирующее активность фермента, разрушающего один из эндоканнабиноидов — анандамид. Термином "каннабиноиды" обозначают химические соединения, содержащиеся в конопле, а также их синтетические аналоги. В конце прошлого века в головном мозге млекопитающих были обнаружены вещества, обладающие сходными свойствами. Эндогенная каннабиноидная система поддерживает гомеостаз мозга, модулируя высвобождение веществ, возбуждающих и тормозящих нервные клетки. Одним из этих важных для функционирования мозга веществ является анандамид. Он активирует СB1 рецепторы, расположенные на нейронах центральной нервной системы и способствует снижению гиперактивности. Но в головном мозге также присутствует вещество, разрушающее анандамид — гидролаза амида жирных кислот (FAAH - fatty acid amide hydrolase inhibitor). Ученые предположили, что если заблокировать действие гидролазы, то воздействие анандамида продлится, что благоприятно отразится на нормализации электрической активности в мозге после судорожного приступа. «Для того, чтобы подтвердить это предположение, через 24 часа после состоявшегося эпилептического статуса, мы вводили крысам ингибитор гидролазы URB597, - рассказывает доктор биологических наук, заведующая Лабораторией системной организации нейронов Валентина Федоровна Кичигина. - Такой длительный временной интервал был выбран по той причине, что пациенты, страдающие этим недугом, зачастую не могут получить лечение непосредственно после приступа».

Оказалось, что для группы животных с неконвульсивными судорогами введение URB597 дало заметный положительный результат: гибло меньше нейронов гиппокампа (37.4% по сравнению с 81.4%), а ультраструктура выживших клеток была подобна таковой у здоровых животных. К сожалению, у животных с более сильно эпилептическим статусом такого эффекта от применения ингибитора гидролазы не наблюдалось, хотя также были отмечены некоторые положительные изменения в структуре нейронов по сравнению с таковой в группе животных без применения URB597. Достоверность полученных нейрофизиологами данных показал множественный статистический анализ, проведенный сотрудником Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» Натальей Матвеевой.

«Использование нашего препарата или его аналогов может способствовать разработке нового подхода для лечения височной эпилепсии», - комментирует это исследование Валентина Федоровна Кичигина. Разработка новых стратегий лечения фармакологически резистентных форм эпилепсии может помочь уменьшить повреждения, наносимые клеткам мозга во время приступов, и открывает новые возможности для терапии этого заболевания.

Работа поддержана грантом РФФИ, № 15-04-05463, а также региональным грантом “р-центр-а” № 14-04-03607.

Источник: Irina B. Mikheeva, Liubov Shubina, Nataliya Matveeva, Luybov L. Pavlik, Valentina F. Kitchigina. Fatty acid amide hydrolase inhibitor URB597 may protect against kainic acid–induced damage to hippocampal neurons: Dependence on the degree of injury. Epilepsy Research 137 (2017) 84–94. http://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S0920121117300323

Татьяна Перевязова - пресс-службой ИТЭБ РАН

Россия > Медицина > ras.ru, 26 декабря 2017 > № 2443508


Россия. СФО > Медицина > fano.gov.ru, 26 декабря 2017 > № 2438006

Сибирские учёные изучили фазовое состояние липидов в замораживаемых преимплантационных эмбрионах

Исследуя процессы замораживания эмбрионов ранних стадий, сотрудники Института автоматики и электрометрии СО РАН и ФИЦ Института цитологии и генетики СО РАН изучили, как меняется фазовое состояние липидов преимплантационных эмбрионов мыши, замораживаемых при криоконсервации.

Криоконсервация – технология сохранения биологических объектов путём их охлаждения до криогенных температур. Этот подход, в частности, используется в задачах сохранения генетического материала. Семя, яйцеклетки и преимплантационные эмбрионы замораживаются с целью сохранения линий лабораторных животных, племенных пород скота, а также генетического материала вымирающих видов животных.

При криоконсервации очень важно, чтобы биологический материал не был повреждён на этапах замораживания и последующего отогрева. Процедуры замораживания и размораживания клеток проводятся по протоколам, обеспечивающим высокой процент выживания клеток после размораживания с учётом видовых особенностей. В настоящее время далеко не для всех видов животных разработаны соответствующие протоколы криоконсервации. Ситуация осложняется тем, что разработка этих протоколов, как правило, проводится эмпирическим путём. Такой подход к развитию методов криоконсервации оказывается особенно затруднителен в условиях ограниченного количества доступного материала. Для увеличения эффективности протоколов замораживания и отогрева необходимо расширять знания о том, что происходит с клетками при замораживании.

Особую роль при описании состояния замораживаемой клетки играют биофизические факторы, лежащие в основе нормальной работы клетки в физиологических условиях. Одним из таких факторов, нуждающимся в исследовании, является фазовое состояние липидов. Фазовый переход липидов из неупорядоченного в упорядоченное состояние приводит к тому, что липидные структуры становятся более жёсткими, снижаются скорость диффузии внутри них и пропускная способность мембран клетки, нарушается работа мембранных белков. Предполагается, что последствия фазового перехода липидов зависят от того, при какой температуре он происходит.

Для исследования фазового состояния липидов в замораживаемых клетках сотрудники ИАиЭ СО РАН и ИЦиГ СО РАН предложили использовать метод комбинационного рассеяния света (когда исследуется взаимодействие биологических веществ клетки и лазерного излучения) и продемонстрировали на преимплантационных эмбрионах мыши возможности этого подхода. Предложенный метод является бесконтактным и может быть использован без вмешательства в процесс замораживания клеток. Суть метода заключается в изучении эволюции линий комбинационного рассеяния света, относящихся к колебаниям СH2-групп (которые входят в состав липидов). При фазовом переходе липидов в упорядоченное состояние происходит изменение соотношения между интенсивностями этих линий.

Сибирскими учёными впервые на живых эмбрионах изучено фазовое состояние липидных структур в широком температурном диапазоне от -120 до +10 ?С. Установлено, что в замораживаемых эмбрионах мыши фазовый переход липидов происходит в интервале температур от - 7 до 0 ?С. При температурах ниже фазового перехода свойства липидных структур меняются, что приводит к нарушениям биологических процессов, протекающих в эмбрионах. В случае эмбрионов мыши температура фазового перехода оказалась достаточно низкой. Существует эмпирическое правило: чем выше температура фазового перехода в клетках, тем клетки должны быть более чувствительны к охлаждению. Низкая температура фазового перехода в эмбрионах мыши объясняет их способность успешно переносить замораживание и отогрев при криоконсервации.

В настоящее время уже существуют протоколы для замораживания преимплантационных эмбрионов мыши. В ИЦиГ СО РАН создан криобанк, в котором в замороженном состоянии хранятся десятки линий лабораторных мышей и крыс. Несмотря на это, даже для эмбрионов тех видов, для которых разработаны протоколы криоконсервации, многие биофизические аспекты замораживания остаются слабо изученными. Разработанный подход для исследования фазовых переходов липидов в одиночных клетках позволит лучше разобраться в этих процессах и будет применяться в дальнейшем при изучении фазовых переходов при замораживании других, более редких и актуальных образцов. Полученные данные о фазовом переходе в эмбрионах мыши позволят провести сравнение характеристик фазовых переходов липидов в яйцеклетках и эмбрионах, которые успешно переносят замораживание, и тех, для которых криоконсервация сейчас проблематична.

Россия. СФО > Медицина > fano.gov.ru, 26 декабря 2017 > № 2438006


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Медицина > roskazna.ru, 25 декабря 2017 > № 2444735

19 декабря 2017 года Федеральное казначейство приняло участие в организованной Министерством промышленности и торговли Российской Федерации пресс-конференции на тему «Значение Стратегии развития производства промышленной продукции реабилитационной направленности до 2025 года», состоявшейся в Пресс-центре Информационного телеграфного агентства России (ИТАР-ТАСС).

В пресс-конференции приняли участие заместитель Министра промышленности и торговли Российской Федерации Г.М. Кадырова, депутат Государственной Думы Российской Федерации, председатель Всероссийского Общества Инвалидов М.Б. Терентьев, председатель Фонда социального страхования Российской Федерации А.С. Кигим, начальник Управления развития бюджетных платежей Федерального казначейства О.Н. Рудь. Модератором пресс-конференции выступила телеведущая Е.А. Воскобойникова.

Целью представленной на пресс-конференции Стратегии развития производства промышленной продукции реабилитационной направленности до 2025 года является создание в Российской Федерации конкурентоспособной, устойчивой, структурно-сбалансированной отрасли промышленности по производству эффективных, высококачественных, доступных товаров реабилитационной направленности, обеспечивающих потребности граждан с инвалидностью, пожилых лиц и других маломобильных групп населения, а также значимый прирост их качества жизни.

На реализацию данной цели направлен и новый механизм – электронный сертификат, предполагаемый к внедрению в дополнение к уже имеющимся формам поддержки по предоставлению технических средств реабилитации и компенсации затрат на них.

В выступлении начальника Управления развития бюджетных платежей Федерального казначейства О.Н. Рудь отмечена подготовка Казначейством России концептуальных предложений в отношении предоставления адресной социальной помощи гражданам с использованием электронных сертификатов, обеспечивающих адресность и создающих условия для отказа от конкурсных процедур, необходимых при предоставлении помощи в натуральной форме, предоставляющих возможность выбора гражданином поставщика товаров (работ, услуг). Внедрение электронных сертификатов требует комплексного подхода, с их использованием можно предоставлять как технические средства реабилитации инвалидов, так и иные меры социальной помощи с осуществлением автоматизированного контроля целевого расходования средств.

В заключение мероприятия состоялась сессия вопросов и ответов с представителями средств массовой информации.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Медицина > roskazna.ru, 25 декабря 2017 > № 2444735


Россия. СФО. ДФО > Медицина > ach.gov.ru, 25 декабря 2017 > № 2444171

Коллегия Счетной палаты Российской Федерации под председательством Татьяны Голиковой рассмотрела результаты контрольного мероприятия «Проверка реализации в 2017 году приоритетного проекта «Обеспечение своевременного оказания экстренной медицинской помощи гражданам, проживающим в труднодоступных регионах Российской Федерации».

Объекты проверки: Минздрав России (камерально), Правительстве Республики Саха (Якутия), Правительстве Республики Бурятия.

Проверяемый период: истекший период 2017 г.

В 2017 г. в рамках приоритетного проекта «Обеспечение своевременного оказания экстренной медицинской помощи гражданам, проживающим в труднодоступных регионах Российской Федерации» (далее – Проект) 34-м регионам предоставлена субсидия в размере 3,3 млрд руб. на закупку авиационной услуги в целях оказания скорой специализированной медицинской помощи. На настоящий момент регионами использовано 82% выделенных средств (2,7 млрд руб.). Правила предоставления субсидий утверждены Правительством Российской Федерации в приложении 8 к госпрограмме «Развитие здравоохранения».

Результаты проверки свидетельствуют о недостаточности нормативно-правового регулирования и отсутствии должного контроля со стороны Минздрава России за расходованием регионами предоставленных бюджетных средств.

В частности, проверка показала, что, в действующем законодательстве отсутствует понятие «авиационная услуга», используемое в Правилах предоставления субсидий. Как пояснил в ходе своего выступления на Коллегии аудитор Александр Филипенко, Воздушный кодекс устанавливает понятие только авиационной работы в целях оказания медицинской помощи, а в Федеральном законе 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» дано понятие санитарно-авиационной эвакуации с использованием воздушного судна. «Счетная палата уже направляла свои замечания по этому вопросу в Правительство, но Минздравом они учтены не были», - подчеркнул аудитор.

Также Воздушным кодексом не определен статус пациента и медицинского работника на борту вертолета. Из-за этого на них не распространяются нормы по страхованию ответственности перевозчика за причинение вреда их жизни и здоровью. Такое страхование предусмотрено только в рамках добровольного. При этом в Бурятии в нарушение Воздушного кодекса перевозчиком не был заключен даже договор добровольного страхования, в Якутии заключен, но стоимость возмещения вреда по нему минимальна.

Правилами предоставления субсидий установлено 5 критериев отбора регионов. Один из них - отнесение регионов к труднодоступным по наличию хотя бы двух из трех установленных признаков (плотность населения менее 17 человек на кв. километр; наличие районов, в которых отсутствует круглогодичное сообщение населенных пунктов с районным центром в связи с отсутствием автомобильных дорог с твердым покрытием и (или) железнодорожного сообщения; принятие в регионе мер государственной поддержки по обеспечению для сельского населения транспортного сообщения с организациями здравоохранения).

При этом не может быть подтверждена обоснованность отбора Минздравом России для предоставления субсидий Республики Татарстан и Волгоградской области. Так, по данным Росстата, они имеют плотность населения выше 17 человек на 1 кв. км и высокую плотность автомобильных дорог. Первичные документы, подтверждающие наличие у них районов, в которых отсутствует круглогодичное сообщение населенных пунктов с районным центром, Минздравом не представлены.

Также Минздравом в нарушение Правил предоставления субсидий были отобраны Омская область и Республика Калмыкия, которыми на момент выхода распоряжения о предоставлении субсидий не были утверждены региональные программы или мероприятия по оказанию медпомощи с использованием санитарной авиации. Данные документы были утверждены только в конце февраля 2017 г. уже после выделения им субсидий.

Республике Бурятия субсидия в размере 237 млн руб. была предоставлена в отсутствие документов, подтверждающих начало в первом полугодии 2017 г. строительства или реконструкции вертолетных площадок. На настоящий момент вертолетная площадка в Улан-Уде отсутствует. Вертолет базируется на площадке завода – производителя.

Аналогичная ситуация выявлена и в отношении республик Крым, Татарстан и Хакасия, которым также в нарушение Правил были предоставлены субсидии на сумму свыше 180 млн руб.

К критериям отбора регионов также отнесен показатель «невозможность соблюдения без использования воздушных судов сроков оказания медицинской помощи в экстренной форме, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи по соответствующим профилям, заболеваниям или состояниям, в связи с затрудненной транспортной доступностью, а также с климатическими и географическими особенностями субъектов». При этом статистический инструментарий для оценки данного критерия отсутствует. Как показала проверка, для отбора регионов Минздрав использовал сведения о проценте госпитализаций по экстренным показаниям пациентов с инфарктами и инсультами в первые сутки, то есть только по 2 заболеваниям из 64, по которым утверждены порядки оказания медицинской помощи. Данные о фактически сложившихся сроках оказания медпомощи по иным профилям Минздравом не анализировались, что также не соответствует Правилам.

«Таким образом, процедура отбора регионов непрозрачна, что привело к предоставлению свыше 560 млн руб. регионам, не отвечающим всем критериям», - констатировал Александр Филипенко.

На Коллегии также было отмечено, что, согласно паспорту Проекта регионы должны утвердить схемы маршрутизации пациентов. Однако на текущий момент такие схемы утверждены лишь в 5 регионах, в Бурятии – не на все заболевания. В остальных, в том числе в Республике Саха (Якутия), такие схемы планируется утвердить только к 2019 г., что создает риски снижения доступности и госпитализации в непрофильные медицинские организации при санитарно-авиационной эвакуации.

Санитарно-авиационная эвакуация входит в программу государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медпомощи. Однако в территориальных программах данная медицинская услуга отдельно не выделяется и включена в общие расходы на скорую медицинскую помощь. При этом 9 регионов в расходы терпрограмм включили субсидию на закупку авиационной услуги, а 25 регионов – не включили. Это создает риски искажения показателей терпрограмм и непрозрачность расходов на оказание медицинской помощи в рамках санитарно-авиационной эвакуации.

По мнению Минздрава России, оплата работы медицинской бригады в рамках санитарно-авиационной услуги должна оплачиваться за счет средств ОМС, что противоречит 323-ФЗ и 326-ФЗ, согласно которым санитарно-авиационная эвакуация не входит в систему ОМС и оплачивается за счет региональных бюджетов.

Согласно Правилам предоставления субсидий авиационная услуга состоит из летного часа и часа дежурства вертолета, оснащенного медицинским модулем. При этом нормативная база по расчету стоимости летного часа и часа дежурства отсутствует. Стоимость услуги определялась на основе коммерческих предложений перевозчиков по результатам проведенных конкурсных процедур. Как следствие, стоимость авиационной услуги различается по регионам в несколько раз. Например, в Якутии летный час стоит почти 340 тыс. руб., а в Бурятии в полтора раза ниже. При этом в сопоставимом Ханты-Мансийском автономном округе – только 94 тыс. руб.

Как было установлено в ходе проверки, основные причины таких различий - это ограниченное количество перевозчиков на рынке услуг, а также различия в методиках, используемых ими при обосновании затрат на выполнение авиационных работ.

Например, в Якутии перевозчик определил расходы на оплату авиационной услуги на основании рекомендаций Федеральной службы воздушного транспорта 1999 г.. При этом данные расходы включают 11 статей затрат и не учитывают затраты на медицинскую поверку и амортизацию медицинского оборудования, входящего в медицинский модуль, установленный на борту вертолета, что, например, в Бурятии равняется около ста рублей в стоимости часа. То есть за реанимационное оборудование в случае его выхода из строя в Якутии никто ответственности не несет.

В Бурятии расчет авиационной услуги проводился на основании рекомендаций Ассоциации Вертолетной Индустрии, которые по затратам значительно отличаются от рекомендаций 1999 г. и включают уже 15 расходных статей. При этом себестоимость часа полета без учета дежурства вертолета в Якутии при неполных расходах составляет около 200 тыс. руб., а в Бурятии дешевле - почти 159 тыс. руб.

Также на стоимость услуги в Республике Саха (Якутия) оказали влияние различия в цене топлива, размер лизинговых платежей из-за разного количества используемых вертолетов.

Если в Бурятии все полеты выполнялись на одном вертолете типа Ми-8, то в Якутии - 6 таких вертолетов. В среднем за сутки вертолет летал около 1,5 часов, а в Бурятии – около 5 часов, остальное время вертолеты находились в режиме ожидания вылета (дежурство), что также входило в стоимость услуги. Так, в Бурятии час дежурства вертолета стоил 52 тыс. руб., а в Якутии – 140 тыс. руб. То есть в структуре затрат основные расходы регионов приходятся не на сам полет, а на оплату ожидания вылета.

В ходе проверки в трех регионах был проведен сравнительный анализ стоимости летного часа вертолетов с медицинским модулем со стоимостью такого часа в подразделениях МЧС России. Если в Магаданской области по контракту это 185 тыс. руб., то расходы по МЧС России не превысили 150 тыс. руб., что требует дополнительного анализа Минздрава России. «В данной связи предлагаем Правительству разработать отдельные правила определения начальной цены контракта на закупку летного часа и часа дежурства вертолета», - отметил аудитор.

Проверка также показала, что регионы закупают только услуги перевозчика. На оплату медицинской помощи им выделяются дополнительные средства. При этом если летный состав за один летный час получает около 300 руб. на человека, то зарплата медработника, находящегося на борту, за этот же час – около 50 руб. в Бурятии и 140 руб. в Якутии.

Всего в проверенных регионах за период контрольного мероприятия осуществлено почти 500 вылетов. В среднем проводится 2 вылета в день, в ходе которых медпомощь оказывается 3-5 лицам. При этом, например, в Бурятии ночные вызовы не обслуживаются и переносятся на следующий день или через день.

Структура вызовов - это роженицы, больные с инфарктами, инсультами, травмами. Основная причина - отсутствие в отдаленных малонаселенных пунктах возможности получить специализированную медпомощь и низкая оснащенность местных медицинских организаций. То есть сеть оптимизировали, а рентабельность (что менее затратно – содержать ФАП или вертолет) не просчитана.

При проверке закупочной деятельности выявлено, что в Бурятии больница провела конкурс и заключила договор в нарушение собственных Правил закупочной деятельности при отсутствии в представленных перевозчиком на конкурс документах сертификата эксплуатанта на вертолет. Кроме того, в нарушение 174-ФЗ данная закупка, относящаяся к крупной, не была согласована с наблюдательным советом учреждения.

При проверке в Бурятии также было установлено, что в нарушение Правил предоставления субсидии средства, которые выделены на закупку авиационной услуги, были доведены до больницы им. Семашко в виде госзадания на оказание скорой медпомощи, не включенной в ОМС, что создает риск их нецелевого расходования. При этом Минздрав России и Управление Федерального казначейства, которые должны осуществлять контроль за расходованием субсидий, данные нарушения не выявили. По указанному факту Счетная палата направит письмо в Минфин России и Федеральное Казначейство.

И в Якутии, и в Бурятии были выявлены случаи, когда перевозчиками в нарушение госконтрактов предоставлялись авиационные услуги на вертолетах, не оснащенных медицинским модулем (в Бурятии в течение 13 дней и 10 млн руб. посреднических услуг, в Якутии – в течение 51 дня или 48 млн руб.) При этом меры ответственности к перевозчикам не применены.

В рамках контрольного мероприятия дополнительно также был проведен анализ закупки авиационных услуг другими регионами, по результатам которого в Курганской области установлена разная стоимость летного часа и часа дежурства в течение 2017 г.

Как показала проверка, первоначально в аукционе на закупку авиауслуги участвовали 2 перевозчика – ДОСААФ и Русские вертолетные системы. В ходе аукциона начальная максимальная цена контракта была снижена Русскими вертолетными системами на 83%, летный час и час дежурства составили 14 и 5 тыс. руб., соответственно. Действие госконтракта с данной стоимостью продолжалось всего 2 месяца и завершилось по взаимному согласию сторон.

При объявлении Курганской областью повторного аукциона были внесены изменения в документацию в части требований, предъявляемых к вертолетам, на основании которых ДОСААФ был отстранен от участия в аукционе. То есть заказчиком были созданы условия ограничения конкуренции, что позволило области заключить госконтракт с Русскими вертолётными системами по цене летного часа и часа дежурства уже 83 и 29 тыс. рублей. При этом в нарушение Методических рекомендаций Минэкономразвития России при определении начальной цены контракта учреждением не была принята в расчет цена услуг, содержащихся в предыдущем госконтракте.

По данному факту подготовлено письмо в ФАС России.

На Коллегии также было отмечено, что оценка эффективности использования субсидии осуществляется Минздравом России исходя из показателя результативности «доля лиц, госпитализированных по экстренным показаниям в течение первых суток». При этом данный показатель не соответствует цели предоставления субсидий и не позволяет оценить число вызовов скорой медпомощи, осуществленных с помощью воздушных судов. Так, в проверенных регионах из 53 тыс. таких госпитализаций только чуть более 800 осуществлено при использовании воздушных судов. При этом в Якутии и Бурятии целевые значения этого показателя были достигнуты еще по итогам первого полугодия 2017 г., т.е. до начала расходования предоставленной субсидии.

Материалы направлены:

Коллегия приняла решение направить представления в Минздрав России, Правительство Республики Саха (Якутия), Правительство Республики Бурятия, информационное письмо в Правительство Российской Федерации, ФАС, Минфин России и Федеральное казначейство. Отчет о результатах проверки направляется в палаты Федерального Собрания.

Справочно:

Паспорт приоритетного проекта «Обеспечение своевременного оказания экстренной медицинской помощи гражданам, проживающим в труднодоступных регионах Российской Федерации» утвержден в октябре 2016 г. С марта 2017 г. Проект включен в подпрограмму «Развитие скорой медицинской помощи» государственной программы «Развитие здравоохранения».

В результате реализации Проекта к 2019 г. должны быть:

- утверждены региональные программы развития оказания медицинской помощи в экстренной форме с использованием санитарной авиации;

- построены в рамках государственно-частного партнерства 34 вертолетные площадки при медицинских организациях;

- отработаны схемы маршрутизации пациентов, госпитализируемых по экстренным показаниям в течение первых суток при жизнеугрожающих состояниях;

- заключены соглашения с субъектами Российской Федерации на закупку дополнительного 8 571 вылета для всех субъектов Российской Федерации в течение трех лет (срок реализации проекта).

Россия. СФО. ДФО > Медицина > ach.gov.ru, 25 декабря 2017 > № 2444171


Россия > Медицина > forbes.ru, 25 декабря 2017 > № 2436245 Максим Скулачев

Шок, трепет и суицид. Как генетическая программа загоняет людей в могилу

Максим Скулачев

ведущий научный сотрудник МГУ им. Ломоносова и гендиректор компании «Митотех»

Самая большая угроза для человека — биологическое старение, то есть медленное ослабление функций организма, неумолимо повышающее вероятность смерти. Есть все основания считать старение результатом деятельности генетической программы

В предыдущем выпуске моего душераздирающего, надеюсь, сериала про любовь, смерть и тиранию генома я постарался обратить внимание уважаемых читателей, что при всем величии Человека и Человечества, мы с вами не более чем биологические машины. Наши родители загрузили в нас программу — наш геном, наша жизнь — по сути, исполнение этой программы. В чем она заключается? В том, что нам надо развиться в виде эмбриона, родиться, подрасти и, если загруженная в нас копия генома была удачной, передать эту копию своим детям. Но на этом программа не заканчивается. Потому что в ней есть еще и финальный этап — надо освободить место в пещере следующему поколению, то есть умереть.

Если с первыми этапами программы все согласны, то о последней части как-то не очень любят думать. Причем не только обычные люди, но и профессиональные ученые. Наверное, это потому, что большинство биологов ужасно любят жизнь, во всех ее проявлениях. Собственно, поэтому мы и стали биологами. Нам всегда гораздо интереснее изучать, откуда что-то появляется, чем куда оно потом девается, как уничтожается.

В этой связи очень поучительна история изучения белков (другое их название протеины, это именно то, что закодировано в наших генах, самая важная часть любой живой системы). Процесс синтеза белков в клетках начали пристально изучать еще 50-х годах и довольно быстро разобрались, как это происходит. Во всех учебниках уже с 70-х годов было описан соответствующий механизм, который прекрасно работает и постоянно вырабатывает все необходимые нам белки. Вопрос: а куда они потом деваются? Они же не живут вечно. Клетка просто лопнула бы от постоянно синтезируемых белков. Но почему-то этим вопросом биологи как-то «не заморачивались». И проглядели огромную и сложнейшую систему деградации белков. Занимающую более 10% всех наших генов, и которая точно определяет сколько времени должен жить тот или иной протеин, в зависимости от его функции. Некоторые из них живут всего несколько часов, другие сохраняются в клетке годами. Об этом задумались только в конце 80-х, а за открытие системы точечного уничтожения белков была присуждена Нобелевская премия.

Испортить программу

А не произошла ли такая же история с запрограммированной смертью организма? Может быть биологи просто не захотели об этом задуматься? А зря! Потому что, если наш уход из жизни также запрограммирован, как и наше появление на свет, то это дает нам колоссальный шанс жить дольше и лучше. Дело в том, что при всех своих достижениях биология — это очень молодая наука. Мы все еще очень приблизительно знаем, как устроена живая природа и еще не умеем создавать какие-то новые биологические системы, которые могли бы нам понадобиться для продления своей жизни. Но если наша смерть происходит из-за действия программы, то ничего строить не нужно. Нужно наоборот — ломать. Ломать последний этап работы этой программы, который для нас смертелен. Причем можно даже не полностью ломать (это может быть опасно, да и наверняка пока еще невозможно), достаточно просто как-то ей помешать, навставлять этому механизму палок в колеса. При всей молодости биологии и биологической инженерии, ломать мы худо-бедно уже умеем. И тогда механизм будет работать хуже, а значит мы будем жить дольше.

И все-таки, заложен ли такой механизм запрограммированного самоубийства в организм человека? Может быть ученые его проглядели, просто потому что его нет, а не потому что не захотели искать? При всем уважении к моим коллегам, не думаю. И дальше я постараюсь доказать, насколько это вообще возможно в столь нестрогой науке, как биология, что да, эта программа у нас есть. И ней вполне можно начать бороться. Но чтобы узнать, о чем идет речь, вам придется дочитать мой биоинженерный сериал до конца.

Итак, о какой программе может идти речь? Есть несколько вариантов и, пожалуй, начнем самого простого. Есть такая неприятная и смертельная штука — сепсис. Обычно он происходит при заражении крови бактериями. То есть если в кровь попало достаточное количество микробов, это крайне опасно. У человека подскакивает температура, развивается так называемое системное воспаление, процесс с большой вероятностью заканчивается самым грустным образом — больной погибает. Кстати, точно также это работает и на других животных — мышах, крысах, любых зверях.

Почему так происходит? Казалось бы, все ясно. Бактерии принялись размножаться в крови, иммунная система с ними не справляется и они «съедают» организм человека изнутри. И чем, спрашивается, нас может не устраивать такое прямое и понятное объяснение?

Смертельный иммунитет

Но вот в чем проблема. В некоторый момент выяснилось, что того же эффекта можно добиться (не на человеке, естественно, а в эксперименте на мышах) если ввести в кровь мертвые (!) бактерии. Они ни размножаться, ни «съедать» ничего не могут. А симптомы те же — температура, воспаление, смерть от множественной органной недостаточности. Ага! — подумали заинтересовавшиеся ученые, — значит в бактерии страшны не сами по себе, а потому что в них есть какое-то очень ядовитое для человека (или мыши) вещество! Оно и вызывает септический шок. Стали разбираться и действительно выделили из бактерий, а точнее из их оболочек, такое вещество. Если его очистить и ввести в кровь животному, то несчастная тварь точно также погибает от септического шока. Что же это за вещество? Что за страшный бактериальный яд, который сразу назвали эндотоксином — то есть внутренним ядом бактерий?

Оказалось, что это простой полимер, состоящий из остатков сахаров и липидов — липополисахарид (английское сокращение — LPS). По своей химической сути, вещество совершенно безобидное, это просто строительный материал, из которого состоит клеточная стенка бактерий. Как LPS может быть ядовитым для млекопитающих? Стали разбираться дальше и выяснили, что есть у млекопитающих специальные белки — рецепторы LPS, которые постоянно мониторят кровь на предмет появления этого вещества. И если они засекают какое-то количество LPS, то запускают страшный каскад биологических реакций, который мы и называем септическим шоком. Если сделать мышь–мутанта, у которого будет сломан ген этого рецептора, то для такой ГМО-мыши самая смертельная доза LPS будет абсолютно безобидна.

Ее организм просто не заметит «эндотоксина» и продолжит благополучно жить дальше. Можно сломать эту самоубийственную программу и другим способом. Жуткий воспалительный каскад в ответ на LPS — это часть работы иммунной системы организма. Нам известны вещества, например кортикостероиды, вроде дексаметазона, которые хорошо подавляют работу иммунитета. Соответственно, если вколоть в мышь LPS вместе с дексаметозоном, то мышиные рецепторы LPS, конечно, засекут и передадут сигнал «наверх», в иммунную систему. Но ни к чему страшному это не приведет, потому что она будет отключена. И мышь выживет.

В общем, если опустить все эти жуткие подробности, то вывод получается следующий: смерть от септического шока наступает в результате работы специальной суицидальной программы. Организм убивает себя сам, если обнаруживает внутри себя достаточно большое количество болезнетворных бактерий. К настоящему моменту про эту программу многое известно: чем она запускается, какие части иммунной системы активирует, как и когда процесс переходит в необратимую фазу.

Жертва ради остальных

Возникает разумный, но очень нелюбимый биологами вопрос: зачем? Для чего у млекопитающих появилась эта смертельная система? Отдельному организму она точно не нужна. Без системы септического шока у него были бы хоть какие-то шансы «задавить» инфекцию и выжить. Но природа не дает этого шанса, добивая несчастного, причем даже если заразившие его бактерии уже мертвы. Почему?

Точного ответа на этот вопрос, конечно же, дать нельзя, ибо неисповедимы пути эволюции… ну или того, кто ее там направляет. Но, вообще-то, вся эта история выглядит очень разумно и практично. Правда, не с точки зрения отдельного человека, как венца природы, а с точки зрения его Величества Генома Homo sapiens.

В первобытные времена, которые по эволюционным меркам были всего несколько секунд назад, зараженный индивидуум был крайне опасен для остальных особей своего вида. Потому что он мог передать им инфекцию, заразить всю популяцию и… а вдруг это последняя популяция этого вида? Тогда он (вид) исчезнет, а вместе с ним и его геном. Хуже того, даже если болезнь не смертельная, то это все равно очень опасно. Дело в том, что на начальных стадиях организм борется с инфекцией синтезируя очень ядовитые вещества — свободные радикалы (о них я расскажу в одной из следующих колонок).

Эти вещества обладают мутагенной активностью. И если заражение было тяжелым, то радикалов синтезируется много, а это уже прямая угроза появлению слишком большого количества мутаций в геноме. А ну как заболевшая особь выживет и со всеми своими мутациями нарожает детей с непойми-какими геномами? Опасно! С точки зрения вида и, главное, его генома гораздо предпочтительнее если зараженный индивидуум никуда не побежит, ляжет спокойно под ближайший куст и… умрет, не заразив сородичей и не участвуя больше в размножении. Это и есть задача программы септического шока.

Вот только в современном мире человеку такая программа совершенно не нужна. Потому что у нас есть антисептики и антибиотики.

И о старости

Ну хорошо, скажет доблестный читатель, продержавшийся до этих строчек, допустим сепсис — это программа. Но, по счастью, септический шок — это далеко не главная причина смерти людей. Есть и другие, гораздо более распространенные. А они-то какое отношение имеют к программам, геномам и восстанию биологических машин?

Отвечаем: знаете какая самая распространенная причина смерти? Угрожающая 100% людей старше, скажем, 20 лет? Это биологическое старение! То есть медленное и согласованное ослабление функций организма с возрастом, неумолимо повышающее вероятность смерти. Так вот, автор относится к тем биологам, которые считают, что у нас есть все основания считать старение результатом деятельности подобной генетической программы. И в следующем выпуске нашего био-сериала я попытаюсь представить вам доказательства этой смелой гипотезы, а помогут мне в этом голые эволюционные чемпионы.

Россия > Медицина > forbes.ru, 25 декабря 2017 > № 2436245 Максим Скулачев


Россия > Медицина > forbes.ru, 23 декабря 2017 > № 2436243 Отари Гогиберидзе

Пластический хирург Отари Гогиберидзе: «Врач должен уметь отказывать пациентам»

Лия Казарян

Редактор отдела красоты ОК! и Forbes Woman

Справка Forbes Woman: в 2016 году российские пластические хирурги выполнили 153 700 операций, на которые пациенты потратили более 12 млрд рублей. Увеличение груди переместилось на вторую строчку рейтинга эстетических операций, уступив место блефаропластике, но абсолютное число операций по увеличению груди выросло – до 28 000 в 2016 году против 26 200 операций годом ранее.

FW: Логично, что лучше обращаться к хирургу, имеющему хотя бы 10 лет стажа. Но ведь и у вас случается свой «первый раз», когда вы внедряете совершенно новую методику пластической операции, не так ли?

Отари Гогиберидзе: Если хирург обещает выполнить любое ваше пожелание, стоит сразу же насторожиться, как минимум. Поинтересуйтесь, где он учился, с кем из врачей работает в команде, как проходит наркоз, есть ли у клиники лицензия на реанимацию.

Расскажу про свой опыт. Я попал на кафедру челюстно-лицевой хирургиив РУДН, где нас обучали в том числе и эстетической хирургии. Ee выпускниками были многие мэтры-хирурги например, Труфалов Вадим, Владимир Корчак, Леонид Павлюченко), мы на практике изучали, как работает лоскутная и замещающая хирургия, полевая, онкологическая. Только практика под руководством более опытных врачей дает понимание того, как всё обстоит в хирургии. Когда я только начинал работать хирургом, у меня всегда была возможность воспользоваться советом старшего товарища.

В медицине слишком много опыта не бывает. Врач обязан постоянно повышать квалификацию. Тем более, что сегодня с развитием социальных сетей складывается нездоровая ситуация: какой то молодой врач подсмотрел какую–то новинку и с деловым видом позиционирует себя как знатока…

Ваш рецепт поиска «своего хирурга».

Хороший врач не боится конкуренции — 70% пациентов ко мне приводит сарафанное радио. Распознать хорошего хирурга не так то сложно:он четко отвечает на все вопросы, даже те, которые вы сами можете считать не совсем уместными и даже неловкими. Поэтому сходите на примем сразу к нескольким врачам и сравните. Если доверие вы не испытываете, значит врач не ваш.

Клиенты рассказывают, что нередко Вы «разворачиваете» своих потенциальных пациентов. Зачем и почему?

Однажды ко мне на прием пришла миловидная девушка с аккуратными чертами лица. После детального осмотра выясняется, что у нее больше ЛОР-патологий, а не эстетических проблем. Как следствие, я отправляю ее в другую клинику ко врачу с хорошей репутацией именно в этой области, добавляя на прощание, что ко мне она всегда успеет прийти за эстетикой. Если конечно же после грамотного ЛОРа она вообще вспомнит обо мне (Смеется).

У меня такая позиция: если бы я был голодным хирургом с минимальным количеством пациентов, я бы рассказывал ей басни про надуманные лишние полтора миллиметра и вопрошал о том, как она вообще с таким носом живет. Грубо говоря «уложил» бы ее на операционный стол, если не в тот же день, то на следующий. (К слову, если хирург готов прооперировать вас хоть завтра – это второй самый большой повод сильно насторожиться.) Но если я не вижу объективных показаний к пластике, никогда не возьмусь за нее. Хирург должен уметь отказывать пациентам.

Какие операции Вы вообще не делаете? Возможно разочаровались в каких то методиках?

Я категорически не удаляю комки Биша (жировые ткани в области щек). Бытует ошибочное мнение, что это новая прорывная эстетическая методика. На самом же деле ею владели еще мои преподаватели. И только с годами поняли, что удалять комки Биша не только не нужно, а наоборот, их нужно беречь. Девушки жалующиеся на то, что они «щекастые» просто не понимают, что природа создала комки Биша неспроста. Если в 30-летнем возрасте вы уберете комки Биша, то в 45 лет проснетесь с осунувшимся лицом, впалыми старческим овалом лица.

Но точеные скулы – это так модно сейчас!

Вовсе нет. К счастью, в распоряжении косметологов сегодня есть филлеры, ботокс, различные аппараты. Они умеют очень мягко, корректировать формы лица: приподнимать скулы, брови плюс разглаживать морщины. Cначала отправляйтесь к косметологу. Грамотный специалист способен так распределить филлер в области щек, что он одновременно разгладит и носогубные складки и носослезные. Хирург должен быть последней инстанцией для молодых женщин.

Филлеры на основе собственного жира пациента — сейчас почти каждая клиника предлагает данную услугу для корректировки форм данных природой. Ваше мнение о процедуре?

С ними нужно быть очень осторожными. Жир хорошо приживается в ягодицах и в груди при грамотном введении. Но даже грамотное введение собственного жира пациента в зоны лица может дать плачевные результаты, а именно кисты. Я слишком часто наблюдал такие осложнения, чтобы поддерживать липофилинг (восполнение объемов при помощи жира) в зоне лица. Другое дело, например, ввести его в кисти рук, чтобы вернуть им молодость – против этого я не возражаю. Но с другой стороны, есть же и филлеры на основе гиалуроновой кислоты, которые действуют абсолютно предсказуемо. Так что с липофилингом я бы не стал заигрывать.

Нынешние 30 лет – это новые 20, а 40 лет – новые 30. Ваш совет, чтобы и к 50 годам выглядеть молодо.

Прежде всего, найдите грамотного косметолога. Он, кстати, способен отсрочить ваш визит ко мне или другому хирургу-эстетисту. Питайте свою кожу не от случая к случаю, и не по праздникам, а каждый день и системно. Уход за кожей должен быть, как фитнес — регулярный. Делайте массажи лица, маски, обертывания. Постепенно подключайте увлажняющие инъекции и аппаратные методики. Чем здоровее ваша кожа будет к моменту прихода к хирургу в более зрелом возрасте, тем легче ему с вами будет достичь максимально естественного результата. А на своей практике работы с самыми разными пациентками, я сделал вывод, что если женщина осознанно подходит к уходу за своей внешностью, то она никогда и не подумает требовать от хирурга губы «как у Анджелины Джоли»или ягодицы «как у Дженнифер Лопес».

Россия > Медицина > forbes.ru, 23 декабря 2017 > № 2436243 Отари Гогиберидзе


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука. Медицина > ach.gov.ru, 19 декабря 2017 > № 2444177

Коллегия Счетной палаты под председательством Татьяны Голиковой рассмотрела результаты проверки эффективности расходования средств, выделенных в 2015 – 2016 гг. и истекшем периоде 2017 г. в рамках Программы фундаментальных научных исследований и федеральной адресной инвестиционной программы подведомственным Федеральному агентству научных организаций учреждениям.

Объекты проверки: Федеральное агентство научных организаций, Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт океанологии им. П.П. Ширшова Российской академии наук, Федеральное государственное учреждение «Федеральный научный центр Научно-исследовательский институт системных исследований Российской академии наук», Федеральное государственное бюджетное научное учреждение «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского».

С докладом выступил аудитор Максим Рохмистров.

Счетная палата пришла к выводу, что для проведения полноценной оценки эффективности расходов на фундаментальные научные исследования не созданы базовые, на уровне стратегических документов и законодательных актов, условия. Так, в 2013 г. в Закон о науке введено понятие «поисковые научные исследования», которое частично определено через прикладные, а частично через фундаментальные исследования. Это создает чрезмерно широкие пределы усмотрения при отнесении научных исследований к одному из видов и, соответственно, выборе надлежащего источника финансирования.

Кроме того, принятые за последние 20 лет стратегические и программные документы в области инновационного развития содержат различные наборы целевых показателей, которые не соотнесены друг с другом, не синхронизированы (их число доходит до 35). Они не обладают преемственностью, что не позволяет вести достоверный учет достигнутых результатов и объективно оценить уровень развития приоритетных направлений научных исследований.

За 2015 – 2017 гг. на программы фундаментальных научных исследований было направлено 290 млрд руб., в том числе 200 млрд руб. – ФАНО России, которым при распределении указанных средств среди подведомственных научных учреждений допущены многочисленные нарушения.

На стадии формирования планов научно-исследовательских работ (НИР) и проектов государственных заданий учреждениями не осуществляется надлежащий расчет потребности в бюджетных ассигнованиях и финансовое обоснование стоимости каждой работы. Выявлены факты утверждения Агентством государственных заданий подведомственным учреждениям при отсутствии утвержденных планов НИР, а также государственных заданий, не соответствующих утвержденным планам НИР. Фактически финансовое обеспечение выполнения научных исследований в отношении каждой запланированной темы НИР определяется путем распределения предельного объема субсидии с использованием варьируемых корректирующих коэффициентов. Такой расчет в значительной степени носит формальный характер и не отражает реальных потребностей научной организации для выполнения фундаментальных научных исследований.

Выполнение государственных заданий согласно отчетам не подтверждается в связи с недостижением показателей по объему работы и по качеству работы (количество научных публикаций, охраноспособных результатов интеллектуальной деятельности). Публикации принимались к учету дважды и повторно (из года в год). Как отчетные заявлены учреждениями, утверждены ФАНО России и РАН, не относящиеся к публикациям материалы: вступительное слово редакции, патенты и др.

В отсутствие нормативного правового акта, разграничивающего обязанности и ответственность по контролю за проведением НИР подведомственными ФАНО учреждениями между ФАНО и РАН, вопросы контроля и координации научных учреждений при планировании, проведении и оценке результатов НИР регулируются 16 соглашениями и регламентами взаимодействия. По словам аудитора, на практике положения регламентов не соблюдаются. ФАНО не обеспечивает размещение планов НИР и отчетов о выполнении госзадания в своей информационной системе, которая является единственным источником информации, раскрывающим их содержание.

Отчеты о выполнении государственных заданий недостоверны. Их выполнение в части проведения фундаментальных и поисковых научных исследований во всех трех проверенных учреждениях не подтверждается в полном объеме, что указывает на формальный прием результатов выполнения госзаданий. Не обеспечена и открытость деятельности учреждений: «По меньшей мере 40 подведомственных ФАНО учреждений не разместили отчеты о выполнении государственного задания на официальном сайте о госучреждениях», - отметил Максим Рохмистров.

Результатами научных исследований являются не только публикации, но и охраноспособные результаты интеллектуальной деятельности (РИД). Однако в настоящее время ни одна информационная система не содержит полной и достоверной информации о созданных в рамках программ фундаментальных научных исследований охраноспособных РИД. Ответственость за непредставление либо представление в ненадлежащем объеме и качестве данных о РИД нормативно не установлена. Само ФАНО не формирует сведения о РИД своих подведомственных организаций, а Роспатент при осуществлении контроля и надзора в сфере правовой охраны и использования РИД не успевает охватить проверками учреждения ФАНО (за 3 года проведено только 15 проверок учреждений).

Должным образом ФАНО России не организована работа и по обязательной оценке результативности деятельности научных организаций, координируемой Минобрнауки России. По меньшей мере 31 и 46 научных организаций несвоевременно представили в федеральную систему мониторинга научных организаций необходимые отчетные данные за 2015 и 2016 гг. соответственно, а ФАНО России не обеспечено их своевременное подтверждение: сведения о результатах работы 16 учреждений науки в 2015 г. подтверждены только в 2017 г. Напротив, проверкой установлены факты подтверждения Агентством недостоверных сведений.

При этом ФАНО реализуется масштабная реструктуризация сети подведомственных научных организаций путем их присоединения к ведущей научной организации с присвоением статуса научного центра. Их создано уже более 50. «Такая реструктуризация осуществляется без проведения полноценной оценки результативности деятельности и отнесения научной организации к одной из предусмотренных законодательством категорий», - добавил аудитор.

В ходе контрольного мероприятия выявлено значительное количество финансовых, имущественных нарушений (в том числе с объектами интеллектуальной собственности), нарушений в сфере закупочной деятельности.

Результаты проверки свидетельствуют о наличии нарушений в закупочной деятельности учреждений на всех этапах закупочной деятельности: при планировании закупок, определении начальной (максимальной) цены контракта, исполнении контрактов. Например, в нарушение 44-ФЗ Институтом океанологии за три года неверно определен способ 74 закупок. Основная доля закупок Института системных исследований как по способам, так и по сумме, приходится на закупки у единственного поставщика, что имеет риски несоблюдения норм закона о защите конкуренции. Выявлен ряд закупок, осуществленных с нарушениями требований этого закона. Оплата поставки товаров по договорам осуществлялась без предъявления требований о выплате неустойки за просрочку исполнения обязательств.

Центром хирургии допущены факты оплаты невыполненных строительных и монтажных работ по государственному контракту на общую сумму почти 3 млн руб. В период проверки сумма возвращена подрядчиком.

В 2016 г. за счет целевой субсидии Институтом системных исследований закуплено оборудование на сумму почти 3 млн руб., которое не использовалось и не предполагается к использованию при проведении НИР в соответствии с утвержденным планом НИР. Объемы остатков целевых субсидий в 2015 – 2017 гг. увеличились более чем в 28 раз до 180 млн руб., что свидетельствует о неэффективном использовании и недостижении результата их предоставления в связи с поздними для проведения закупочных процедур сроками предоставления.

Ни один из 89 объектов интеллектуальной собственности Института океанологии не был учтен в реестре федерального имущества.

С 1994 г. по настоящее время Центром хирургии было получено 124 патента, из которых только 9 являются действующими – остальные прекратили действие в связи с неуплатой в установленный срок патентной пошлины за поддержание патента в силе. Бухгалтерский учет 120 патентов в качестве нематериальных активов учреждением не осуществлялся.

В нарушение положений закона о некоммерческих организациях Институтом системных исследований заключены 13 договоров об отчуждении исключительного права на объекты интеллектуальной собственности и передано 16 патентов и свидетельств в качестве имущественного вклада в автономную некоммерческую организацию без согласия учредителя. Выявлены факты несоблюдения требования по представлению информации учредителю в отношении заключения сделки с конфликтом интересов.

Институтом системных исследований и Центром хирургии своевременно не произведены ежемесячные выплаты государственных стипендий в начале 2017 г.

С 2014 г. объем выполняемой ФАНО федеральной адресной инвестиционной программы (ФАИП) сократился в денежном выражении в 4 раза (с 11 до 3 млрд в 2017 г.), а количество финансируемых объектов снизилось в 2 раза (с 37 до 19). К недостаткам исполнения ФАИП относится ежегодное неисполнение около 10% бюджетных назначений, а также необеспечение плановых сроков ввода объектов. Например, фондовая оранжерея Главного ботанического сада РАН (Москва) не введена в эксплуатацию с 2015 г.

Реконструкция объекта недвижимости Центра хирургии происходила в отсутствие корректировки проектной документациии, прошедшей государственную экспертизу в 2011 г. По существу, стройка велась по рабочей документации, имеющей порядка 70% расхождений с проектом. Включение недостроенного объекта в ФАИП на 2017 г. не обеспечено, при этом не была проведена и его консервация при отсутствии строительства.

Коллегия приняла решение направить представления ФАНО России, Институту океанологии, Институту системных исследований, Центру хирургии, информационные письма - Минобрнауки России, Минфину России, Федеральному казначейству, Росимуществу и ФАС России, а также отчет – в палаты Федерального Собрания.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука. Медицина > ach.gov.ru, 19 декабря 2017 > № 2444177


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 18 декабря 2017 > № 2432916 Максим Соколов

Эксперт рабгруппы по кардиологии при Минздраве: Стенты получат клиники, которые лечат экстренных пациентов

Эксклюзивное интервью эксперта рабочей группы по кардиологии при Министерстве здравоохранения, доктора медицинских наук Максима Соколова о программе создания сети реперфузинных центров для экстренного лечения острого инфаркта миокарда

- Вы говорили об изменении подхода к распределению стентов. Расскажите, пожалуйста, об этом подробнее?

- Раньше при распределении стентов мы (рабочая группа по кардиологии Министерства здравоохранения Украины) сталкивались, к сожалению, с критериями, которые во многом можно назвать субъективными. Мы имели дело с тем, что доктор, решал, кому достанется стент, решал какие-то свои личные задачи, иногда это было не очень справедливо. Кроме того, мы имели дело с тем, что на распределение влияли администраторы. Например, облздрав распределял стенты исходя из каких-то своих соображений: ты хороший парень – дадим, в вашем отделении сложные пациенты – поэтому мы вам дадим. Но до лечения инфарктов, до "скорой помощи", как правило, не доходило. Новый поход заключается в том, что стенты будут получать клиники, которые постоянно лечат экстренных пациентов. Мы покроем Украину работающей сетью центров, специализирующихся именно на лечении инфарктов со стойкой элевацией сегмента ST (STEMI) и стентировании.

Попытки создания такой сети были и раньше, но из-за субъективного распределения стентов система развивалась медленно. У всех областей уровень разный. Какие-то отставали в этом отношении, сколько бы стентов туда не направили. Например, в Житомирской области ангиограф есть уже девять лет, но за это время система там не развилась, хотя стенты распределялись пропорционально количеству населения. Сейчас там будет два центра, заработает система и инфраструктура, которая позволит ставить стенты.

- Очень часто пациенты жалуются, что в государственных клиниках им предлагают поставить стенты за деньги. Прокомментируйте, пожалуйста, такие заявления.

- Продавать государственные стенты - это уголовное преступление. Но нужно понимать, что есть много нюансов. Во-первых, нет ни одной страны в мире, где бы все это было бесплатно, какой-то процент пациентов во всем мире оплачивают стенты, на всех бюджетных ресурсов не хватает. Чтобы система помощи при остром инфаркте в Украине развивалась, мы решили сначала помочь тем людям, у которых эта проблема стоит остро.

Я немного проясню медицинскую сторону. Есть плановые больные, которым не нужно экстренно спасать жизнь, но есть больные, которым нужно оказать безотлагательную и наиболее эффективную помощь. Последние делятся на две категории, в зависимости от типа инфаркта: с элевацией ST сегмента (специфические отклонения на кардиограмме, характерные для некоторых заболеваний), признаки которой видны на ЭКГ, и без элевации. Смертность среди пациентов второй категории в стационаре около 1-3%, а среди первой - 14-15%. Такие пациенты больше нуждаются в стентировании потому, что оно эффективнее для спасения их жизни. Поэтому стенты по государственной программе будут получать в первую очередь, именно они. Конечно, есть разные случаи, свести смертность при инфаркте до нуля практически невозможно, но благодаря стентированию именно среди пациентов с элевацией ST сегмента может существенно снизится смертность.

- Ваши рекомендации нашли отражение в нормативной базе, каких-то документах, которые станут обязательными к применению? Ведь врачи и раньше знали, кому стентирование может спасти жизнь…

Мы понимаем, что намерения – это хорошо, но нужны документы, которые обяжут врачей оказывать помощь именно так, и создадут им для этого условия. Для развития кардиопомощи нужна инфраструктура, создание региональной реперфузионной сети, в центре которой находится реперфузионный центр, где проводятся вмешательства. Там должен быть ангиограф, лучше два, чтобы центр бесперебойно работал, подготовленные люди и налаженное дежурство врачей 24 часа в сутки семь дней в неделю. Пациенты должны быть доставлены в реперфузионный центр максимально быстро, в течение 1,5-2 часов от первого контакта с медицинским персоналом экстренной медицинской помощи.

Казалось бы, что тут сложного? Все есть: врачи, ангиографы, пациенты, а экстренных вмешательств в первые часы начала симптомов острого инфаркта миокарда в Украине долгое время не было. И для того, чтобы она была, должна быть создана система, которой до сих пор не существовало.

В ходе работы экспертной группы Министерства здравоохранения мы поняли, что если мы просто закупим и раздадим стенты в существующую систему, у медиков не будет мотивации для лечения "острых" пациентов, для которых стентирование – вопрос жизни. Ранее стенты выделялись тем клиникам, которые их запросили, стентирование проводилось не по "скорой помощи", а плановым больным (ведение плановых пациентов для врача гораздо проще и лучше). Сейчас же, согласно новой стратегии, стенты нужно выделять тем больницам, которые сформировали систему оказания экстренной медпомощи при остром инфаркте миокарда.

- Было много критики относительно того, что Минздрав закупает только стенты, а все необходимые расходные материалы пациент должен покупать сам. Так ли это?

- Министерство здравоохранения за средства госбюджета 2016 года закупило полный комплект, необходимый для оперативного стентирования.

Тут нам пришлось бороться с некоторыми манипуляциями. Например, пациенту говорили, что клинике выделили 100 стентов, но только 80 балончиков (расходные материалы), и что баллончики как раз закончились, и их нужно закупать.

- Это правда?

- Да, когда закупали по заказам регионов, и регионы, и больницы так формировали заказ: 100 стентов и 80 балончиков. Мы анализировали закупки, и нигде не видели, чтобы был закуплен полный комплект. Но мы должны понимать, что процедура стентирования далеко не всегда идет по плану, который создан в рекомендациях, администрацией клиники или клиническими протоколами. Иногда требуется дополнительный стент или дополнительный баллон или что-то еще, что не планировалось. Дело не в формировании плана закупок, а в желании сделать процедуру стентирования у пациентов с острым инфарктом бесплатной. Объяснять это можно как угодно – есть остатки, местный бюджет поможет и т.д. Но, фактически, получалось, что стент шел бесплатно, а все остальное пациенту нужно было покупать самому. Тут происходили достаточно масштабные злоупотребления. Даже при закупках за бюджет 2016 года регионы подавали заявки в разнобой – где-то больше стентов, где-то больше баллончиков.

Сейчас, благодаря сэкономленным Crown Agents деньгам, мы постараемся выровнять комплектацию, чтобы ни в одной клинике не было "нехватки баллончиков", добавляем расходные материалы, чтобы клиники были обеспечены полными комплектами, и стентирование при остром инфаркте проводилось полностью бесплатно.

- Закупаются ли наборы для стентирования за счет местных бюджетов?

- Да, но объем закупок зависит от бюджета области. Например, Черновцы – самая маленькая область, не самая богатая, там закупалось ничтожно мало. Да и ангиографической аппаратуры там пока нет, в Черновицкой области в государственной клинике пользовались частным аппаратом. Ангиографии практически не было также в Сумской области. Но есть регионы, где ангиографическое оборудование есть, но недостаточно используется для лечения острого инфаркта миокарда. В Житомирской и Николаевской областях стентирование при инфаркте недостаточно развито.

В Харькове или Днепропетровске, в больших индустриальных городах, проводили свои тендеры на закупку стентов. Но они, к сожалению, не были такими прозрачными, насколько хотелось бы.

- По вашему мнению, тендер, который провело агентство Crown Agents, как-то повлияет на местные тендеры?

- Безусловно. Рабочая группа Минздрава будет знать, сколько реально стоят расходные материалы для стентирования. Конечно, цен, которые удалось получить Crown Agents, не будет в локальных тендерах (т.к. закупки идут напрямую от производителя, без НДС и т.д.), но они будут ориентиром. Цены могут вырасти на 10-15%, но стенты не станут дороже на 200-300%. Я надеюсь, что закупка Crown Agents серьезно пошатнет "схемы".

Мы рассчитываем, что местные власти присоединятся к нашей инициативе, и будут дополнять ее местными бюджетами.

- Как вы подходили к выбору поставщиков ангиографического оборудования?

- На рынке работают пять крупных международных компаний, которые производят такое оборудование. Первое-второе место делят "Филипс" и "Сименс", третье-четвертое – "Дженерал Электрик" и "Тошиба", на пятом месте японская "Шимадзу".

Производители очень хорошо восприняли нашу программу. Мы проводили специальные совещания в Минздраве, на которых присутствовали представители всех пяти компаний. Мы предложили им универсальное техзадание, которое все поддержали.

Правда, когда деньги по этой программе пришли в регионы (программа предусматривает софинансирование из государственного и местных бюджетов - ИФ), некоторые из них начали отказываться от этого техзадания, так как оно слишком универсально. Очевидно, не везде на местах были готовы проводить прозрачные тендеры.

Мы пока не знаем, как препятствовать этому, потому что юридически в регионах на это имеют право. Если бы решение о закупке ангиографов принималось централизовано, в Минздраве или Кабмине, то мы смогли бы получить огромную скидку, выбрав одного поставщика. К сожалению, так не получается.

- Учитываете ли вы сервисное обслуживание ангиографов?

Универсальное техзадание позволяет сделать выбор на основании надежности техники, особенностей круглосуточной бесперебойной работы – она забивается в техзадание. Производители восприняли техзадание очень позитивно. Сервисное обслуживание техники крайне необходимо клиническим центрам, которые работают круглосуточно. Но центральные органы власти (Кабмин, Минздрав) не могут решать вопросы сервисного обслуживания, нельзя думать и принимать решения за всех, это задача местных руководителей. Серьезный администратор должен понимать, что если не будет достойного сервиса, то оборудование очень быстро перестанет работать.

Сколько нужно докупить?

Для покрытия всей территории Украины необходима сеть из 60 специализированных государственных кардиоцентров (реперфузионных центров), в каждом из которых должен быть минимум один ангиограф. На сегодня есть 23 таких центра, которые принимают пациентов в режиме 24/7/365. Сейчас программа предусматривает закупку 13 ангиографов. Бюджетный комитет Верховной Рады принял решение продлить эту программу и на следующий год заложено еще 13. Итого добавится 26. Это огромный прорыв. Если мы сможем реализовать эту программу, мы принципиально изменим кардиологию в стране.

Вписываются ли в государственную стратегию снижения смертности от инфаркта частные ангиографы?

Конечно. В некоторых регионах ангиография держится именно на частных ангиографах. Так, в Одессе ангиографией занимаются три или четыре частные компании. Город даже проводит тендеры среди этих компаний, закупая у них услуги. Правда, к этим тендерам есть вопросы. Например, простое стентирование стоит около 14 тыс. грн, плюс зарплата персонала, расходы. Итого получаем около 20 тыс. грн, а тендер проходит при цене 45 тыс. грн. Почему государство должно оплачивать частный бизнес? Мы готовы платить частной клинике, но, если там цена будет такая, как в государственной.

За те деньги, которые в Одессе потратили на расходники и закупки услуг у частных компаний, можно было купить два ангиографа и сделать государственный или коммунальный городской ангиографический центр, но его в Одессе нет (есть только центр в областной больнице). Планируется, что он будет создан в 2018 году, но я боюсь, что там придется преодолеть большое сопротивление.

Теоретически закупать ангиографию у частных клиник можно, весь мира так делает, но тогда расценки должны быть сопоставимы. У нас в этом отношении есть злоупотребления.

Минздрав опубликовал методику расчета стоимости медуслуги. Какова стоимость стентирования?

В какой-то момент существовали три методики. В нашем институте (Институт кардиологии им. Стражеско) мы использовали одну из них. По этим расчетам получалось, что стоимость самой коронарографии около 5 тыс. грн. Это не дешево, но и не супердорого, однако, когда эта цифра проходила все инстанции, она превращалась в 10 тыс. Оказывается, на всех этапах согласований к ней, например, добавляли НДС, отчисления на развитие (19,9%), зарплаты семи человек, хотя реально процедуру проводят два, амортизацию оборудования и другие расходы. Уверен, такую "пищевую цепочку", которая влияет на стоимость процедуры, можно оптимизировать. Какой-то компромисс должен быть, понимая, что простой случай может стоить 5 тыс. грн, а на сложный случай мы потратим больше 20 тыс. Со временем мы выйдем на среднюю цену, но пока слишком большие перепады.

Кстати, повышение зарплаты в эти расчеты не были заложены, но все время на энтузиастах нельзя выезжать.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 18 декабря 2017 > № 2432916 Максим Соколов


Россия. ЦФО > Медицина. СМИ, ИТ > ria.ru, 18 декабря 2017 > № 2428334

Около 350 тысяч человек ежемесячно записываются на прием к врачу через инфоматы в МО.

По поручению губернатора Московской области Андрея Воробьева в областных поликлиниках дополнительно установят 632 инфомата для записи на прием к врачу. Об этом сообщил телеканал "360" со ссылкой на заместителя председателя правительства Московской области Ольгу Забралову.

По словам министра здравоохранения Московской области Дмитрия Маркова, на прием к врачу записывается около 350 тысяч человек ежемесячно через инфоматы.

"Через портал госуслуг, например, в среднем в месяц записывается порядка 900 тысяч человек, а с помощью горячей линии — более 210 тысяч. У инфоматов постоянно находится работник поликлиники, который, при необходимости, помогает разобраться с техникой и отвечает на возникающие вопросы", — рассказал Дмитрий Марков.

Глава ведомства добавил, что с помощью дополнительных инфоматов запись на прием к врачу станет доступней.

Россия. ЦФО > Медицина. СМИ, ИТ > ria.ru, 18 декабря 2017 > № 2428334


Россия. СФО > Медицина > fano.gov.ru, 15 декабря 2017 > № 2424727

Томские ученые разработали хирургический инструментарий, снижающий травматичность при операциях на сердце

Томские ученые НИИ кардиологии Томского научно-исследовательский медицинского центра РАН (далее – Томский НИМЦ) разработали хирургический инструмент, способствующий снижению травматичности и кровопотери при операциях на сердце. Прибор представляет собой более совершенную альтернативу существующим методикам и не имеет аналогов в мире.

Более 90 процентов операций в кардиохирургии выполняется с применением методики срединной стернотомии, то есть путем рассечения кости грудины. Применение данной методики крайне травматично для пациента и связано с значительным интраолперационным кровотечением из ткани грудины. Для борьбы с данным состоянием, хирургами используется электрокоагуляция и медицинский воск, однако, оба метода имеют недостатки. Электрокоагуляция, вследствие высокотемпературного воздействия на надкостницу, питающую кость, негативно влияет на восстановление костной ткани после операции. Использование воска, в свою очередь, создает эффект интерпозиции между частями грудины, что препятствует сращению отломков кости.

«Наша система состоит из электромеханического стернотома, холодноплазменного аппарата и модифицированного наконечника, который два эти элемента объединяет, - рассказал аспирант НИИ кардиологии Томского НИМЦ Андрей Пряхин. - Обладая щадящим коагуляционным эффектом и, одновременно производя хирургический доступ к сердцу, данная система позволяет выполнить достаточно малотравматичную хирургическую манипуляцию. При использовании данной методики, в первую очередь, снижается общая интраоперационная кровопотеря, что приводит к значительному снижению возможных рисков послеоперационных осложнений».

Технология холодноплазменной стернотомии разработана учеными НИИ кардиологии Томского НИМЦ совместно с Институтом сильноточной электроники СО РАН. Рабочий прототип прибора прошел экспериментальную и клиническую апробацию и готов к серийному производству, разработка была запатентована в России.

«Наши пациенты часто страдают не только от болезней сердечно-сосудистой системы, но и, например, от сахарного диабета и выраженного остеопороза, вследствие чего, имеют повышенные риски возникновения различных осложнений, поэтому проблема поиска новых малотравматичных методик в кардиохирургии, на сегодняшний день, крайне актуальна», - подчеркнул Андрей Пряхин.

Россия. СФО > Медицина > fano.gov.ru, 15 декабря 2017 > № 2424727


Казахстан > Транспорт. Медицина > dknews.kz, 15 декабря 2017 > № 2423704

С 2018 года все автомобили скорой помощи в Казахстане будут унифицированы по единому утвержденному стандарту, сообщает BNews.kz.

Анализ международного опыта работы службы скорой помощи в развитых странах показал, что транспорт экстренных служб, окрашенный в яркие цвета, в том числе, лимонный, наиболее заметен в потоке и, следовательно, наиболее оперативен и безопасен.

«До этого времени мы всегда видели на дорогах много белых машин скорой помощи. Я всегда удивлялся, почему машины скорой медицинской помощи в Казахстане все белого цвета. Здесь более половины года погода белая, много снега. Более того, я не уверен, что водители мгновенно могут различить, что это и есть машина «скорой помощи». Население обращает внимание на яркие цвета, тем самым, водители будут быстрее реагировать и уступать дорогу, как в ночное время, так и дневное», - рассказал председатель комиссии по модернизации скорой медицинской в РК Кевин Фрик.

По информации Министерства здравоохранения, они взяли северо-американский и европейский опыт за основу, после чего создали собственную модель для Казахстана.

«Многие люди подумают, что это пустая трата денег на то чтобы перекрасить машину с белого на желтый цвет, но на самом деле этому есть много причин. Было доказано временем, что в европейских странах это действительно работает. Время ожидания оказания медицинской помощи критически важно, поэтому водителям следует сразу отъезжать направо при виде машины «скорой помощи» и уступать дорогу», - добавил Фрик.

Ранее стало известно, что со следующего года весь транспорт службы скорой медицинской помощи будет окрашен в лимонный цвет со светоотражающими элементами лилового цвета.

Казахстан > Транспорт. Медицина > dknews.kz, 15 декабря 2017 > № 2423704


Казахстан > Медицина > kursiv.kz, 14 декабря 2017 > № 2425642 Ижи Урбанец

Ижи Урбанец, гендиректор SANTO: «Доля импорта лекарств в РК составляет 88,6%»

Вячеслав ЩЕКУНСКИХ

В 2011 году завод «Химфарма» вошел в группу Polpharma, и с этого момента началась активная модернизация производства в соответствии с международными стандартами качества GMP. О том, как изменился за прошедшее время Шымкентский фармацевтический завод и какие перед ним открываются перспективы, нашему корреспонденту рассказал генеральный директор компании SANTO Ижи Урбанец.

– Скажите, какова доля импорта, какую долю занимает АО «Химфарм» c торговой маркой SANTO Member of Polpharma Group? Каков импорт продукции Polpharma Group? Какова динамика рынка за последние пять лет?

– Доля импорта лекарств в Казахстане, по данным компании IMS, на сегодняшний день составляет 88,6%. Доля, занимаемая компанией SANTO – 33% внутри отечественного производства и 5,3% – на общем рынке. Импорт продукции Polpharma составляет 27% от общего оборота компании в Казахстане. Хочу отметить, что за последние 5 лет рынок показал рост +15,2% в показателе CAGR (среднегодовой темп роста в сложных процентах. – «Къ») в денежном выражении.

– Когда вы начали работать по стандарту GMP, доля компании на рынке изменилась?

– Во время модернизации нашего предприятия мы приостанавливали производство некоторых наименований продукции, потому что на нее не было сертификатов GMP. Поэтому в первые три года мы росли в пределах 5%. В том числе речь идет и о тех препаратах, которые были в категории государственных закупок. С 2015 по 2017 год рост был уже в пределах 20%, потому что наше производство уже было частично модернизировано, и портфель компании был расширен за счет введения новых продуктов. Но до 2022 года мы ожидаем рост в пределах 10%. То есть, если сейчас у нас продажи на 26 млрд тенге, то через пять лет рост ожидается до 50 млрд тенге за счет новых продуктов, которые мы хотим привезти. И только для государственных закупок мы планируем ввести 50 наименований дополнительно.

– Если Вы говорите о таком росте, то, следовательно, это наращиваются мощности завода, или в большей степени здесь речь идет об импорте?

– Это наш завод. В 2015 году мы производили 58,7 млн упаковок, 51,3 млн – в 2016 году, 78,2 млн – в 2017 году. В нашей компании трудятся более 1 100 человек. Начиная с 2011 года мы инвестировали уже около $90 млн, при том что инвестиционный проект предусматривает сумму инвестиций более $108 млн. У нас было обязательство инвестировать в новое производство по стандартам качества GMP. Кроме того, отмечу, что в рамках программы форсированного индустриально-инновационного развития было задано направление по развитию фармацевтической промышленности по международным стандартам. И с января 2018 года в Казахстане будет запрещено производить и продавать препараты, которые не произведены по стандартам GMP. Под это направление и были сделаны инвестиции.

– Можно ли говорить о том, что общие инвестиции в фармрынок Казахстана увеличиваются, несмотря на кризис ликвидности?

– Если посмотреть на статистику, то мы видим, что отечественная фармпромышленность развивается, несмотря на кризис. Все компании продолжают инвестировать, строить свои заводы и вводить новые продукты. Однако отмечу, что из-за девальвации стало больше продаваться более доступных по цене лекарств, тогда как снизились продажи дорогих. Поэтому мы и видим рост казахстанских производителей, продукция которых дешевле импортной, но при этом она обеспечивает такую же эффективность и безопасность лечения. Также есть рост российских производителей. Можно сказать, что рынок растет больше в упаковках, чем в деньгах, потому что люди переключились на более доступную продукцию.

– Еще в январе текущего года президент Назарбаев говорил о регулировании цен на все лекарства. Можем ли мы полагаться только на стихийную девальвацию или все-таки должны сами регулировать цены на лекарства?

– Стремление снизить стоимость лекарственных препаратов и регулировать их становится очевидной задачей любого государства. И Казахстан, и Россия приняли систему reference price system, т.е. когда они проверяют цены на определенные виды лекарственных средств в других странах. Это происходит во всех странах. Так, к примеру, в Чехии есть правило, когда нельзя продавать импортные препараты выше, чем где-то еще. То есть существует давление на производителя для понижения цен. Но об этом можно говорить только в плане государственных закупок – там может быть применена reference price system.

В рознице это сделать тяжело. Да, возможно, они должны идти в этом направлении – попробовать понизить цену для того, чтобы пациенты покупали за меньшую цену. Но вопрос – как это сделать? Возможно, нужно регулировать не цену на импортируемый препарат, а наценку. Например, в той же Чехии установлена максимальная наценка в 18%. Значит, к примеру, дистрибьютор может накрутить 5%, а аптека – 10%. То есть аптека и дистрибьютор не могут дать цену в два раза выше, чем покупают. Впрочем, как регулировать импортные цены, я думаю, никто еще не придумал. Регулировать свободный рынок невозможно.

– Вы говорите о том, что компании наращивают свои продажи. Об этом же говорят и другие производители. Почему же доля импорта по всему рынку по-прежнему велика?

– Если раньше импорт занимал 90%, то теперь 88%. То есть процесс сдвинулся чуть-чуть. Однако это только в денежном выражении. А в упаковках доля импорта ниже – думаю, где-то 72%. Но радует, что доля отечественных производителей все же увеличивается. Для государства мы поставляем порядка 50% в денежном и натуральном выражении продукции в рамках ГОБМП.

– С 2009 года был введен этот самый единый дистрибьютор. Изменилась ли структура рынка после этого?

– Я думаю, что это самое хорошее, что было сделано. Потому что в каждой стране есть такая структура, которая курирует государственные закупки, проводит тендеры, мониторит стоимость и качество закупаемой продукции. А это означает, что он может регулировать поток лекарств, которые идут в страну. В России, например, нет такого единого дистрибьютора. В каждом регионе проводится свой тендер. Тогда как в Германии есть орган, который определяет, какой, к примеру, статин будет приобретаться, по какой цене, и проводит тендеры. В России компания вынуждена идти на тендеры во всем множестве регионов. При этом цены, стандарты, условия могут отличаться от региона к региону. Для Казахстана хорошо, что есть единый дистрибьютор, потому что это единый стандарт.

– Даже при постоянных скандалах с СКФ?

– Все что происходит в какой-либо компании – это всегда ответственность людей, которые там работают. Если ты хочешь работать для страны и делать для нее благо – это одно. Но если ты имеешь в этом деле личный интерес, то, соответственно, возникают вопросы к подбору таких людей, к их ценностям и целям. Наша компания положительно относится к таким расследованиям, поскольку, возможно, это позволит очистить ряды чиновников от недобросовестных. Расследование относительно возможного случая коррупции в СКФ не повлияло на нашу работу. SANTO является лидером, крупнейшим игроком в сфере государственных закупок. Мы полностью выполняем наши обязательства по поставкам нашей продукции в полном объеме для казахстанских пациентов, так как многие наши лекарства входят в список жизненно важных лекарств. Мы относимся к ней, как к нашей социальной ответственности – не только к бизнес-обязательствам.

Являясь частью крупной международной компании, мы не только внедрили стандарты GMP в наших производственных помещениях в Шымкенте, чтобы обеспечить высокое качество наших продуктов, но также внедрили прозрачные стандарты ведения бизнеса, которым теперь строго следуем, полностью в соответствии с законами Республики Казахстан.

– А падение курса тенге как-то повлияло на фармрынок?

– В целом, можно сказать, что на рынок девальвация повлияла отрицательно. У нас в долларовом выражении был спад, а в тенге – рост. Если в национальной валюте рынок вырос в 2016 году на 24%, то в долларовом эквиваленте снизился на 23%. Существенного падения в потребительском спросе не произошло, однако изменилась структура потребления. Потребители стали переключаться с европейских препаратов на дешевые российские, белорусские, индийские аналоги.

Доходы фармкомпаний резко снизились, так как рынок практически на 90% состоит из импортных лекарственных средств, то и все контракты также в иностранной валюте. И полностью возместить 100%-ный эффект девальвации в повышении цены в краткосрочной перспективе никому так и не удалось, в самом лучшем сценарии только 50%. Данная разница полностью отразилась на контрибуции зарубежных производителей в конечном итоге. Что касается казахстанских компаний, то им также пришлось повысить цену, так как все субстанции и вспомогательные средства для производства лекарств также закупаются за рубежом по валютным контрактам, однако повышение цен было намного меньше, чем у импортеров и в данной ситуации отечественные производители оказались в более выигрышной ситуации.

– Не так давно поднимался вопрос о включении в перечень и поставки лекарственных препаратов с недоказанной клинической эффективностью. Как Вы к этому относитесь? Это проблема мирового рынка фармпрепаратов или отсутствия отечественных лабораторных мощностей?

– Если речь идет о доказанной клинической эффективности – это не вопрос лабораторной аналитики, а вопрос о том, что считается доказанной эффективностью препарата, так как подход к этому отличается в разных странах.

Если на лекарственное средство получено регистрационное удостоверение после прохождения всех этапов экспертизы в уполномоченном органе, то разрешается использование данного лекарственного средства в медицинской практике на территории Казахстана, и тут можно задаться вопросом – разве этого недостаточно в подтверждение эффективности лекарственного средства? Отдельным вопросом будет стоимость препарата, чтобы на основе фармакоэкономического анализа принять решение о включении в перечни закупок лекарственного средства в системе здравоохранения.

Но если кроме указанных выше факторов за основу классификации препаратов по принципу доказанной и недоказанной клинической эффективности брать подобный лимитирующий список иной страны, например, Британский Национальный Формуляр, то в силу естественных различий в эпидемиологии, системы организации медицинской помощи, стандартов лечения при экстраполяции для Казахстана возникают перекосы. Лекарственный препарат может отсутствовать в БНФ, так как для Великобритании он не актуален, не применяется в рутинной клинической практике, а для нашей страны – этот препарат жизненно необходим, например, для лечения туберкулеза. Так вот отсутствие лекарственного средства в БНФ еще вовсе не означает, что препарат клинически не эффективен. Можно несколько таких примеров привести, когда на Западе, допустим, препарат не входит в Формуляры просто в связи с тем, что никогда в этих странах не регистрировался, а у нас препарат исторически эффективно использовался. Назвать такой препарат клинически не доказанным просто потому что ни одна западная мультинациональная фарм компания не инвестировала в исследования миллионы долларов, а у отечественных производителей таких ресурсов не было? Я считаю, что к этому вопросу нужно подходить очень продуманно.

– В фармацевтической индустрии страны в последнее время происходят значительные изменения в связи с интеграционными процессами в рамках ЕАЭС и гармонизацией законодательной базы. Как отразилось это на деятельности компании?

– Сейчас ранняя фаза, и пока сложно ощутить, что хорошо, а что – плохо. Но процедуры разрабатываются, и, возможно, через короткое время мы уже увидим результаты. В Евросоюзе тоже было поначалу тяжело. Первое, что мы увидели, это то, что российские и казахстанские GMP сертификаты взаимно признаются. Теперь возможен импорт-экспорт между этими странами безо всяких проблем. Следующим шагом будет взаимная регистрация препаратов. И я думаю, это будет один рынок со всеми плюсами и минусами.

– Какие глобальные тренды можно выделить сегодня на мировом фармацевтическом рынке?

– Я бы сказал так, что сегодня есть три направления. Первое направление – чисто генерические препараты. Далее – есть оригинальные препараты, которые находятся под патентной защитой. И третье, новое направление – это биосимиляры или биоаналоги. Это продукция биотехнологий, препараты, работающие на клеточном уровне, на уровне ДНК. Мы рады, что мы первыми запустили препарат из серии биосимиляров – он производится в Испании. Первые закупки этого препарата будут уже в следующем году. Это препараты, которые применяются при онкологии, почечной недостаточности, анемии и так далее. Биосимиляры были супердорогими препаратами, но теперь они становятся более доступными.

– Какие основные планы и стратегические цели ставит перед собой компания на ближайшую перспективу, в том числе в контексте продуктового портфеля?

– Во-первых, мы будем реализовывать поручение президента по увеличению отечественных препаратов. Планируется подготовить 50 наименований, которые мы должны начать производить через 4 года в Шымкенте и поставлять для госзакупок. В рознице мы разработали ряд направлений для того, чтобы достичь лидерства во всех терапевтических группах. Если мы работали только по двум направлениям – антибиотикам и педиатрии, то теперь у нас разработана стратегия дальнейшего выхода на гастроэнтерологию, кардиологию, гинекологию, дерматологию и так далее. Это будут импортные продукты. Это большая задача, поскольку для этого нужна диверсификация компании. И выход на новые терапевтические категории мы планируем в следующем году.

Казахстан > Медицина > kursiv.kz, 14 декабря 2017 > № 2425642 Ижи Урбанец


Россия. ЦФО > Медицина. СМИ, ИТ > remedium.ru, 14 декабря 2017 > № 2423951

Московские врачи получат электронные планшеты до конца 2018 года

До конца 2018 года все московские врачи, посещающие пациентов на дому, будут оснащены электронными устройствами. Педиатры, терапевты и врачи общей практики получат порядка 3,5 тысячи гаджетов, подключенных к Единой медицинской информационно-аналитической системе (ЕМИАС), говорится на информационном портале мэра и правительства Москвы.

Авторы инициативы ожидают, что рабочие планшеты в перспективе позволят медикам просматривать электронные карты пациентов, узнавать об их хронических заболеваниях и аллергии на лекарства, а также вносить показания и назначения по итогам визита в режиме онлайн.

«Работа с гаджетами, оснащенными ЕМИАС, строится по следующему сценарию. Вся информация о вызове, полученная диспетчером при звонке пациента, заносится в систему и автоматически передается врачу на планшет. Результаты посещения вносятся врачами в электронную карту вызова на планшете, а статус посещения автоматически передается диспетчеру», - отмечают в правительстве Москвы. Такая система позволяет существенно сократить длительность регистрации вызова, передачи информации врачам и формирования отчетности.

На первом этапе в планшеты будет занесена информация о причинах вызова врача, состоянии здоровья пациента, адресе его проживания и номере домофона. Однако в дальнейшем функционал гаджетов усовершенствуют. В частности, врачи смогут посмотреть с их помощью историю болезни пациента и узнать, какие препараты принимает больной. Это снизит вероятность назначения не сочетающихся друг с другом лекарств. Врачи также смогут оформлять листки нетрудоспособности и выписывать направления на исследования к специалистам вторичного звена онлайн.

Россия. ЦФО > Медицина. СМИ, ИТ > remedium.ru, 14 декабря 2017 > № 2423951


Россия. Весь мир > СМИ, ИТ. Медицина. Внешэкономсвязи, политика > dn.kz, 14 декабря 2017 > № 2423555 Юрий Сигов

БУДЕТ ВАМ ОЛИМПИАДА?

Со всей этой чертовщиной под названием "мировой спорт высоких достижений" давно пора заканчивать. А иначе...

Юрий Сигов, Вашингтон

...В начале 80-х годов очень короткое время существовала в Германии такая странная и более чем экстравагантная музыкальная групппа под названием "Чингиз-Хан". В тогдашнем СССР она запомнилась фактически только одним - в преддверии летних Олимпийских игр в Лос-Анджелесе, которые Советский Союз бойкотировал (после бойкота Западом Олимпиады в Москве в 1980 году), выпустили они одну песню, в которой в шутливой форме издевались и над олимпийскими играми в целом, и даже грозили "закидать бомбами" всех тех, кто проводит "неправильные игры" без участия "настоящих спортсменов".

Была там и такая фраза, вынесенная в заголовок этой статьи. Причем там все звучало в очень даже утвердительном тоне. Просто Олимпиаду, если она и пройдет, угрожали сорвать и бомбами, и ракетами, и всем остальным, что летает быстро и далеко. Но то, как вы сами понимаете, была песня. Да еще немецкой группы, да еще под столь экзотическим для тогдашних времен названием. То ли дело сейчас...

Не нужны нынче - да и давно уже - ни бомбы, ни ракеты, ни бойкоты разные всего того, что называется международным олимпийским движением. Достаточно где-то на складе найти поцарапанную склянку-банку, созвать пресс-конференцию (желательно, на глазах у основных мировых СМИ) - и чего-нибудь такое "олимпийское" провозгласить. А потом... А какая разница, что будет потом. Потому как все те благие и добрые намерения, которые более сотни лет назад вынашивали основатели Олимпиад в том виде, какими мы их сейчас знаем, давным-давно уже не существуют. А вся та чертовщина, которая ныне именуется по старинке международным олимпийским движением, превратилась в самую натуральную постыдность и подлинное человеческое сумасшествие.

Сколько и почем проводить Олимпиады,

и сколько и почем

на них побеждать?

Сразу хочу предупредить, что тема как такового профессионального спорта давно уже всем порядком надоела. И почти всегда вызывает только крайне отрицательные эмоции, если не сказать жестче. По той жизни, которая нынче на большей части нашей планеты установилась (не включая КНДР, Сомали и еще пару территорий), - никакого спорта как физической культры в жизни людей просто нет, и быть не может. Он давно уже потерял всякий смысл как элемент физического воспитания и развития людей. Как давным-давно никаких любителей, занимающихся в мире "большим спортом", не осталось (по крайней мере среди тех, кого мы видим на любых- подчеркиваю это слово - соревнованиях любого ранга и масштабов).

К тому же современный профессиональный спорт (в любом виде)- это элемент шоу-бизнеса. Оба слова, как видите, иностранные. Но они как нельзя более точно обрисовывают то, что нынче творится во всех именно профессиональных соревнованиях, где от спорта осталось фактически только название. А в основном- это примитивная показуха, шоу, спектакль. Плюс, что по нашей жизни тоже абсолютно понятно - бизнес, то есть деньги, деньги, и еще раз они же самые.

Не будем забывать, что практически во всех странах ведущие спортсмены - это часть правящих политических элит. Они не просто - гордость страны в мирное время (потому как именно они, по сути дела, единственные солдаты своей родины, которые воюют с другими такими же спорт-солдатами за ее славу и международный престиж), а уважаемые верхушкой государств люди. Их за те или иные титулы (а иногда и без таковых) делают членами парламентов, назначают министрами, и даже (та же Либерия в Африке) - избирают президентами.

Поэтому пока профессиональный спорт не перейдет в категорию эстрады, театра с цирком-шапито и других массовых развлечений для рядовых граждан - вся эта возня с допингами, подставами, натурализацией и раздачей паспортов "потенциальным победителям" на беговых и иных дорожках будет продолжаться до бесконечности. Причем чем дальше, тем лжи, обмана и прочих "хитростей" в данном направлении будет только все больше. А всякие "потусторонние" и около-спортивные скандалы будут устраиваться все чаще и все звучнее, и со все более непредсказуемыми последствиями.

Но проблема состоит в том, что для отмены всего этого профессионального спорта именно как спорта-массовой физической культуры - надо полностью ликвидировать все государственные структуры-кормушки, которые всем этим хозяйством "заведуют". А также на уровне первых лиц государств полностью отказаться от всех "спектаклей проявления национальной гордости", которые именуются то Олимпиадами, то Азиадами, а то и просто "чемпионатами мира по самым популярным видам спорта" (по типу футбола, который также к спорту в его нынешнем виде никакого, по большому счету, отношения не имеет).

Так вот, об Олимпиадах. Когда они только были задуманы древними греками, а затем оформились в некое всемирное спортивное движение в начале прошлого века, весь смысл подобного был ясен и понятен. Люди должны везде жить мирно, тратить свои силы и здоровье на созидание, на что-то полезное и разумное для других людей. А на фоне разного рода бесконечных войн, сражений друг с другом, массового истребления ни в чем неповинных живых существ всемирная спортивная встреча под названием Олимпийские игры для подобной цели как нельзя лучше подходила.

Но вот беда: тогда ведь спортсмены соревновались друг с другом в свое удовольствие, не получали кроме лавровых венков никаких "высоких государственных наград". По окончании состязаний не становились ни на рубль-доллар богаче. А вся их слава умещалась в их родном городке-поселке, где местные жители встречали земляка как героя вне зависимости от того, что по поводу тебя сказал глава государства, какой тебе Мерседес-БМВ вручил, купленный за госсчет по случаю победы. И уж тем более точно никому из победителей тогдашних Олимпиад не дарили ни квартиры, ни дачи в строго охраняемом от посторонних поселке.

А теперь задумайтесь над тем, что из всего вышеперечисленного имеет отношение к Олимпиадам современным (не важно, где и как они проводятся)? Кто-то может возмутиться: ну как же так, ведь и жизнь на дворе совсем нынче другая. Не в пример какой-то Древней Греции или мечтателю Пьеру де Кубертену, который современное олимпийское движение выходил-выпестовал. Ну, так раз времена другие - так и Олимпиады в том виде, в котором они нынче существуют, давно уже никому не нужны. Кроме, естественно, тех, кто на них делает и шоу, и бизнес, и все остальное, с этим связанное. От сооружения грандиозных стадионов-дворцов спорта до распила миллиардных бюджетов на сохранении "большого спорта" даже в самых маленьких, но гордых странах.

И еще. Все это нынешнее нескончаемое "олимпийское безумие" - вовсе не прихоть-придурь какого-то одного правителя или главы Международного Олимпийского Комитета (хотя для него - это конкретная должность, за которую он получает немалые деньги, окружен немыслимыми льготами и привилегиями, а еще больше - разного рода чиновничьими понтами). Это на самом деле - массовая, международного масштаба беда, которая все сильнее толкает всю эту псевдо-олимпийскую грызню всех со всеми к полному краху не только идей старины де Кубертена, но и всего доброго и порядочного, что еще осталось у человека на нашей планете.

Большой спорт - это еще и политика. Причем очень и очень большая

Нынешняя кампания, которая развернута вокруг не только сборной России, все еще намеревающейся участвовать в Зимней Олимпиаде в Корее, но и страны в целом, еще раз показывает, что никакого отношения по крайней мере Олимпиады в их нынешнем виде к спорту не имеют. Это - чисто политическое мероприятие, которым можно как угодно, кем угодно и с какими угодно целями манипулировать. Причем речь здесь не идет именно о России - также можно без проблем выкинуть с любой Олимпиады и другого крупного международного соревнования любую другую страну и любого спортсмена, каким бы известным и знаменитым он или она не были.

Отбросим в сторону всякие теории заговоров и подлых подстав со стороны "мирового империализма" - и особенно США. Все гораздо проще и циничнее, чем это может показаться на первый взгляд. Еще полгода назад, если вы помните, я в одном из материалов писал о примерном плане выведения России из спортивных структур и олимпийского, и мирового масштаба. Бессмысленно обсуждать, что сделали или не сделали с тех пор российские спорт-чиновники, которых, в принципе, вообще как таковых давно быть не должно на их постах.

Ключевой момент тот, что вся система современного международного спорта, и уж проведения Олимпиад - тем более находится под совершенно конкретным контролем и управлением. И если надеяться на то, что эти люди не будут вести дела так, как им скажут правящие миром политики - то это будет либо натуральным идиотизмом, либо сродни государственной измене.

А система мирового профессионального спорта очень проста и незатейлива. Та же так называемая допинг-расправа над неугодными построена на полном контроле со стороны пяти-шести стран, которые по своим интересам (причем все они - с "загнивающего Запада") решают, кто какие лекарства может принимать, кто - не очень, а кому все вообще запрещено. И даже если не принимаешь ничего, то тебя во всех грехах обвинят в шесть секунд (вспомните пробирки, которыми тряс американский госсекретарь Коллин Пауэл в стенах штаб-квартиры ООН как раз в преддверии уничтожения такой страны, как Ирак, А чем, спрашивается, нынешние Макларены-Освальды от него отличаются?)

И что, те же российские чиновники и сам президент страны об этом не ведали? Естественно, теоретически понимали, но сделать-то ничего не могут. То есть могут, но боятся просто прекратить все эти понтовые потуги на спортивном поприще под названием Олимпийские игры. Но как тогда можно оправдать все то, что было затрачено на игры в Сочи? На битву до последнего спортсмена за первое общекомандное место (которое не просто неофициальное и придумано американской телекомпанией Эн-Би-Си, а вообще никакого смысла не имеет) и последующие награждения победителей игр? У которых теперь "дяди с пробирками" что-то каждый день отбирают, конфискуют и позорят и людей, и страну на весь божий мир?

Есть ли выход

из нынешнего тупика? Вообще-то, имеется, но политикам дороже своя собственная одежка, а не оторванные от сегодняшней жизни олимпийские идеалы

Так что же остается делать? Можно ли каким-то разумным образом изменить существующий нынче беспредел, который царит вокруг любой Олимпиады и так называемого "международного олимпийского движения"? Ведь дело уже не в каких-то застарелых постулатах старика де Кубертена, а в прямой пропаганде под спортивной личиной войны, непримиримой вражды и прочих человеческих бед, которые и без Олимпиад есть кому "поддерживать" и "стимулировать"?

В принципе, решить вопрос подобный можно - и довольно оперативно. Но для этого понадобится не только политическая воля совершенно конкретных политиков, но и некое массовое отрезвление всех тех, кто по-прежнему верит в то, что было хорошее раньше. И не верит в то, что с этим хорошим по нынешней жизни быстро - и при большом желании (а оно, естественно, имеется) сделать можно.

Так вот, предлагаю начать с самого простого. Ни один спортсмен в мире, который даже минимально сегодня соревнуется в своем виде за деньги, не может выступать, тренироваться, даже просто участвовать в самом незначительном турнире без различных медицинских добавок, препаратов и прочего. Спросите любого - от штангиста до теннисиста - и все вам это так или иначе подтвердят. Соответственно, и весь тот бред, который существует и распространяется про допинг, - циничная грязь и мерзость. Таблетки принимают все, всякие, и это - огромный мировой бизнес, который просто так "не задушишь-не убьешь".

Далее - все спортсмены-профессионалы дерутся, бегают-прыгают и даже гоняют шайбу по катку за деньги. Соответственно, чем больше они чего выиграют, тем больше заработают. А вместе с ним - и все те, кто вокруг "спорта высоких достижений" крутятся-кормятся. А раз так, значит будут всегда и везде подкупать судей, разные комиссии - что Макларенов, что кого другого, менять-переставлять на полках пробирки-баночки. И все ради одной и той же цели- деньги, деньги и еще раз они же любимые-родные.

Что же тогда делать со спортом в том виде, в котором он нынче существует? Вариантов, в принципе, два - либо весь его объявлять натуральным шоу-бизнесом и рассматривать как очередной эстрадный концерт или оперный фестиваль. Либо прекращать весь этот спорт-балаган(включая Олимпиады) и перепрофилировать его на именно физическую культуру населения. На его реальное, а не мнимое с банкой пива у телевизора поддержание здоровья. Тем же, кто готов продолжать соревноваться в так называемом шоу-спорте, - никаких ограничений.

Бокс, теннис, другие единоборства, даже футбол с хоккеем - пусть за частные деньги тренируются, играют друг с другом, даже участвуют в разных чемпионатах мира и иных подобных соревнованиях (по типу Лиги Чемпионов). Ведь что такое сегодня команда "Манчестер Сити"? А "Реал" из Мадрида? Да фактически сборные мира, сформированные на клубном уровне для только одного - побед, заколачивания денег, политического и личного престижа тех, кто на подобные развлечения выделил собственные средства (что один арабский шейх или российский олигарх, что миллионы болельщиков - какая, в принципе, разница-то?)

А как быть со всеми этими помпезными понт-соревнованиями по типу Олимпиад или чемпионатов мира по футболу, которые становятся натуральными "отмывательными" проектами? И после проведения которых "особо приближенные к императору" становятся долларовыми миллиардерами, а стадионы-арены по большей части стоят без дела и никому не нужны? А перестать их просто проводить именно в том виде, в котором они существуют.

Вот те же зимние Олимпиады держатся только на деньгах крупнейших западных спонсоров-рекламодателей. Все эти медали, места в таблицах, судейские "заморочки" (одно фигурное катание чего стоит) - и все это ради чего? Спорта? Нет, я не обвиняю ни в чем самих спортсменов, но не смешите мои тапочки, как говорят в Одессе. Ведь все это - только ради шоу и ради денег. Ну так пусть и соревнуются на этих турнирах каждый сам за себя, за призовые деньги и собственный имидж. Кто из зрителей захочет поглядеть на подобное- пойдет и купит билет (или не купит). А страны-то здесь причем?

Вон у России какие-то комиссии по склянкам-банкам каждый день что-то отнимают за Олимпиаду в Сочи. Потом эта же публика доберется до китайцев за Пекин и Лондон, и так будет продолжаться до бесконечности. И тогда зачем, спрашивается, Россия в канун той самой Сочинской Олимпиады выдавала паспорта корейцу и американцам? Чтобы выиграть медали и занять какое-то место в какой -то таблице? А для чего? Кому это все приснилось? Правнукам де Кубертена? И не пора ли со всем этим дурдомом прекращать?

Так вот, перевернуть весь этот "сошедший с катушек олимпийский мир" могут только очень сильные и влиятельные политики. Своим словом, делом и конкретным ударом кулака по столу (что в штаб-квартире МОК, что в своем собственном правительственном кабинете). Но вот только один маленький вопросик на засыпку: а есть ли сегодня в мире такие политики-то? Не они ли на всем этом псевдо-спортивном "распиле" сами же (и приближенные к ним клиенты) кормятся? Не они ли сами породили весь этот "обновленный олимпийский дух", который с таким гнилым душком-запашком по всему свету распространяется, что без противогаза и не продохнуть?

Так вот, пока мировым спортом будут заправлять нынешние мировые политики от него, все будет оставаться именно таким, каким мы наблюдаем все сейчас. А значит точно такими же бессмысленными по сути и никакого отношения к спорту не имеющими будут и Олимпиады, и все остальное. Что будет по традиции и цинично именоваться "большим спортом", а на самом деле крутиться-вертеться вокрук своей оси в шоу-танце за очень и очень большие деньги...

Россия. Весь мир > СМИ, ИТ. Медицина. Внешэкономсвязи, политика > dn.kz, 14 декабря 2017 > № 2423555 Юрий Сигов


Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Образование, наука. Медицина > minsport.gov.ru, 13 декабря 2017 > № 2443958

Сегодня, 13 декабря, в Министерстве спорта Российской Федерации под председательством главы ведомства Павла Колобкова состоялось первое заседание Координационного совета по реализации соглашений о сотрудничестве между Министерством, Федеральным агентством научных организаций, Российской академией наук и Федеральным медико-биологическим агентством, а также Московским государственным университетом имени М.В. Ломоносова.

Как отметил Министр, открывая мероприятие, в состав Совета вошли представители фундаментальной науки различных областей знаний, специалисты в области спортивной медицины, учёные отрасли физической культуры и спорта.

«Создание Координационного совета и начало его работы – это отправная точка в формировании нового этапа развития спортивной отрасли, – сказал глава Минспорта России. – В результате совместных усилий мы сможем предложить новые технологии подготовки спортсменов и тренеров, разработанные с использованием результатов фундаментальных исследований».

«Цель нашей деятельности – координация сотрудничества наших организаций для реализации научно-технического потенциала, развития новых технологий. Я уверен, что сотрудничество Минспорта России с ведущими научными организациями будет плодотворным. Позволит вывести спортивную науку на принципиально новый уровень и эффективно использовать результаты фундаментальных исследований в практике спорта», – подчеркнул Павел Колобков.

В ходе заседания были обсуждены предложения по формированию инновационного спортивного направления в научно-технологической долине МГУ «Воробьёвы горы» и тематике научно-исследовательских работ, которые планируется реализовать в рамках этого направления.

Кроме того, рассмотрены вопросы по организации сотрудничества научных и образовательных организаций, подведомственных Минспорту России, ФАНО России, ФМБА России, а также структурных подразделений РАН и МГУ с целью профессиональной переподготовки и повышения квалификации специалистов в области физической культуры и спорта. Внесены предложения в сводный план научно-исследовательских работ и конференций Минспорта России, ФАНО России, ФМБА России, РАН и МГУ на 2018 год.

С докладами выступили статс-секретарь – заместитель Министра спорта Российской Федерации Наталья Паршикова, проректор МГУ – начальник Управления Программой развития Московского университета Сергей Егоров, директор Департамента науки и образования Минспорта России Татьяна Фомиченко.

Соглашение о сотрудничестве между Минспортом России, РАН, ФАНО России и ФМБА России было заключено в марте 2017 года. Ранее аналогичное соглашение было заключено между Министерством и МГУ.

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Образование, наука. Медицина > minsport.gov.ru, 13 декабря 2017 > № 2443958


Россия > Медицина. СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 13 декабря 2017 > № 2422658 Вероника Скворцова

Брифинг Вероники Скворцовой по завершении заседания.

Из стенограммы:

В.Скворцова: Сегодня на заседании президиума Совета при Президенте по стратегическому развитию и приоритетным проектам обсуждались определённые итоги реализации семи приоритетных проектов в области здравоохранения. Это в том числе проект по созданию эффективной системы родовспоможения и неонатологии. Хотелось бы отметить, что все контрольные точки этого проекта реализованы и, главное, реализован целевой показатель – снижение младенческой смертности более чем на 11%. За 10 месяцев текущего года мы достигли показателя 5,3 на тысячу родившихся живыми. Он ниже, чем целевой показатель, который стоял на 2018 год. И хотелось бы отметить, что достаточно резко – на 18% – за 10 месяцев текущего года снизилась материнская смертность. Она достигла беспрецедентно низкого для нашей страны значения – 7,3 на 100 тысяч родившихся живыми. Этот показатель много ниже – в 2,5 раза – того, что мы несколько лет назад прогнозировали на 2020 год.

Второй проект – развитие санитарной авиации. Благодаря тому, что этот проект активно реализовывался, в 34 регионах с наиболее сложной доступностью медицинской помощи нам удалось сделать дополнительно 6 тысяч вылетов и эвакуировать 8 тысяч пациентов с острыми, жизнеугрожающими состояниями, из них более 1,5 тысячи детей, в том числе почти 700 детей до года. Это реально позволило снизить смертность в этом контингенте пациентов, проживающих в труднодоступных областях. Основной целевой показатель – доля пациентов, которые получают своевременную экстренную медицинскую помощь, – достиг уже более 72%. Это лучше, чем мы планировали (71%). На будущий год нам надо уже превысить 80%, в 2019 году – 90%. Это хорошие показатели, мы к ним стремимся. Этот проект в развитии, он продолжен на два года.

Третий наш проект – это маркировка лекарственных препаратов и мониторирование движения лекарственных препаратов от производителей (независимо от того, отечественные они или зарубежные) через оптовиков, через розничные сети к непосредственному потребителю, то есть любому гражданину, который приходит в аптеку, либо медицинской организации, которая закупает централизованно эти препараты. В этом году осуществлён первый этап этого проекта. Это фактически пилотирование. Создано необходимое программное обеспечение. Сейчас уже 610 участников этого проекта, включая производителей, оптовиков, аптечные, медицинские организации. Всё работает. Мониторинг идёт активно. Мы создали специальное мобильное приложение (оно есть в открытом доступе на сайте Росздравнадзора), которое позволяет с любого смартфона проверить легальность лекарственного препарата и его соответствие тем кодам, которые на нём стоят. В каждом регионе есть не только ответственные за реализацию этого проекта, но и определены аптечные, медицинские организации, на базе которых созданы экселенс-центры – методологические центры для распространения системы в регионе. Сотрудники этих центров уже полностью обучены, проведены необходимые семинары.

С 1 января 2018 года этот проект начинает распространяться с верхнего стоимостного сегмента – с наиболее дорогостоящих препаратов из группы семи нозологий. Затем подключатся жизненно важные препараты стоимостью более 500 рублей за упаковку, потом – свыше 100 рублей, и последним войдёт дешевый сегмент.

В настоящее время эта работа проводится вместе с Федеральной налоговой службой, которая является создателем единого программного обеспечения, и с Министерством промышленности и торговли, потому что мы имеем большое количество производителей и они все должны внедрить спецаппаратуру для маркировки. Необходимы маркировочные линии.

Мы над этим работаем очень активно. Надеемся, что этот проект будет очень эффективно реализован. Хотела бы отметить, что 10 ноября прошло первое чтение специального законопроекта, который узаконивает наличие данной маркировки и мониторинг движения лекарств. В ближайшее время этот проект пойдёт на второе чтение.

Четвёртый наш проект из первой волны проектов – это «Электронное здравоохранение». Он имеет совершенно особую значимость для развития нашей отрасли, поскольку это решение управленческих задач, повышение доступности и качества медицинской помощи. Мы помним, что летом принят специальный закон по созданию единой государственной информационной системы в области здравоохранения, развитию телемедицины и электронного документооборота. В ноябре вышло распоряжение Правительства, которое зафиксировало основные блоки единой государственной информационной системы. С апреля открыт личный кабинет пациента на портале государственных услуг. В этом году реализовано три первых блока этого личного кабинета пациента, включая запись к врачу (уже 76 регионов осуществляют её через государственный портал), получение сведений о прикреплённой медицинской организации. А со следующего года, уже с I квартала, будет последовательно включено ещё семь модулей личного кабинета пациента, включая такие, как получение информации об оказанных медицинских услугах и их стоимости (бесплатные для пациента, но, естественно, не бесплатные для государства, для бюджета государства), информации о прикреплённой страховой медицинской организации, о полисе страховой медицинской организации. Следующий шаг – это попадание в свою интегрированную электронную медицинскую карту и получение эпикриза, а также получение доступа через этот эпикриз к медицинской документации. Все эти шаги нам предстоит проделать в 2018 году и дать возможность всем регионам быть подключёнными к этому порталу.

Хотелось бы отметить, что безусловным условием успеха для реализации программы по электронному здравоохранению является внедрение во всех медицинских организациях субъектов Российской Федерации медицинских информационных систем, которые сейчас формируются по единым требованиям, разработанным Министерством здравоохранения, и состоят из одних и тех же стандартных блоков. Это автоматизированные рабочие места – их сейчас уже более 500 тысяч. У нас всего в государственной медицинской системе работает 540 тысяч врачей, то есть практически мы подходим к тотальному наполнению. Это автоматизация всех проектов, это создание центрального информационного лабораторного сервера, чтобы можно было получать результаты онлайн, создание центрального архива изображений с медицинских приборов. Это электронный документооборот, электронные рецепты, электронные больничные листы и так далее.

Второй момент – это создание центральной региональной информационной системы, которая фактически принимает в себя все информационные системы медицинских организаций. И следующий шаг – подключение региональных систем к единой государственной информационной системе. Вместе с регионами мы разработали «дорожные карты» для каждого региона отдельно, которые закреплены главами регионов. И нам очень важно, чтобы до конца 2018 года основные блоки постепенно реализовывались. В целом мы отводим на эту программу регионального формирования электронного здравоохранения три года – 2018–2020 годы. Здесь могут быть какие-то вопросы, но в целом все ключевые показатели, которые мы ставили на этот год, исполнены.

С конца июля к программе подключилось ещё три приоритетных проекта. Очень важный проект – по формированию здорового образа жизни. Здесь в этом году отработаны концептуальные документы и нормативные акты, которые сейчас обсуждаются и согласовываются другими ведомствами и которые позволят нам ещё сократить табакокурение (сейчас у нас около 30% взрослого населения курит), потребление алкогольных напитков (сейчас у нас около 10 литров алкоголя в пересчёте на чистый спирт на душу населения), увеличить число людей, которые правильно питаются. Для этого мы вводим добровольную маркировку продуктов питания с пониженным содержанием соли, сахара, трансжиров и некоторых других компонентов.

С января у нас начнёт реализовываться очень важный блок – коммуникационные программы по мотивированию граждан разных социальных групп, разного возраста, разного образовательного уровня к ведению здорового образа жизни. Это особый проект, он должен быть очень интересным, и мы очень надеемся, что он привлечёт население к этой теме. То есть нам нужно из здравоохранения лечебного превратиться в здравоохранение медицинского сопровождения здоровых и профилактики заболеваний. Если этот переход мы все вместе плавно осуществим, это сразу даст качественный скачок и в длительности жизни человека, и в качестве его жизни.

Второй очень важный проект – повышение квалификации врачей. Этот проект запущен летом, он состоит из двух значимых блоков. Мы создали единый федеральный портал непрерывного профессионального образования. Уже за этот год более тысячи интерактивных модулей на этом портале, работает на нём уже половина всех врачей страны – 270 тысяч. Из этих более чем тысячи интерактивных программ более 200 программ – для врачей первичного звена. И нашей гордостью является целая программная серия для выработки настороженности по отношению к онкологическим заболеваниям. Я попрошу провести пресс-конференцию, где мы вам покажем этот проект. Он фантастический. Идёт определение базового уровня, и потом по всем основным локализациям злокачественных образований ведётся очень показательная подготовка с возможностью интерактивной оценки КПД усвоения знаний. И человек либо сертифицируется – имеет знания по настороженности, либо не имеет. По каждому из таких знаковых блоков мы планируем сейчас вместе с нашим сообществом увеличивать количество интерактивных модулей. За следующий год их число должно в два раза увеличиться – более 2 тыс.

Второе направление этого проекта – подготовка к аккредитации – всё для новых механизмов допуска к профессиональной деятельности. Мы два года уже работаем с этими механизмами. По восьми базовым медицинским специальностям в этом году 32,5 тысячи медиков – выпускников вузов прошли аккредитацию. Но нам предстоит нарастить это число существенно и на будущий год уже включить в систему аккредитацию для среднего медицинского персонала, а с 2019 года – ординаторов по 64 базовым, уже узким медицинским специальностям. До 2021 года мы должны вовлечь всех медицинских работников с высшим и средним образованием в систему аккредитации и после этого перейти к подключению повторной аккредитации, реаккредитации.

Эта система требует специального федерального методологического центра, который разрабатывает различные ситуационные задачи, кейсы, тесты, автоматизированные компьютерные программы для первого этапа экзамена – ЕГЭ. Это создание специальных центров по отработке навыков и умений, так называемые центры ОСКЭ, которые являются международным эталоном для допуска к медицинской деятельности. Мы планируем в рамках этого проекта создать 17 дополнительных независимых аккредитационных центров – в каждом округе Российской Федерации и в каждом городе-миллионнике. Плюс к этому – развить 97 первичных аккредитационных площадок, которые есть уже сейчас. Таким образом, это целая система, которая должна постоянно поддерживать уровень квалификации и пересматривать его для всех медицинских работников независимо от специальности.

И наш седьмой приоритетный проект – «Бережливая поликлиника». Это переформатирование первичной медико-санитарной помощи, технологических процессов внутри амбулаторных медицинских организаций, прежде всего взрослых и детских поликлиник, которые эту помощь оказывают. Этот проект стартовал в октябре 2016 года. Минздрав его реализует вместе с государственной корпорацией «Росатом», с экспертами, которые уже внедряли так называемые лин-технологии, или принципы бережливого производства, в совершенно других отраслях, в том числе в атомной промышленности, очень успешно.

В настоящее время уже 301 поликлиника в 40 регионах включена в этот проект. А наша задача – поэтапно внедрить все поликлиники. Проект позволяет провести сначала как бы инвентаризацию, срез ошибок, которые в процессах заложены. О чём мы говорим? Об очередях и неправильной работе регистратуры, о длительном ожидании, неразделении кол-центра и фронт-офиса в регистратуре, неразделении потоков больных и здоровых пациентов, длительном проведении диспансеризации, отсутствии центра здоровья, неправильных технологических процессах в работе лабораторной службы (и, соответственно, снижении скорости прохождения пациентов через лабораторную службу и уменьшении мощности, возможностей лабораторной службы), об отсутствии автоматизации и информационных систем – они входят в этот проект.

Уже сейчас мы видим, по первым нашим поликлиникам, что в разы уменьшается время ожидания как в регистратуре, так и у кабинета врача. Люди комфортно проходят диспансеризацию – максимум в два визита. Разделяются потоки, и нет возможности заразиться, когда вы находитесь в поликлинике. И самое главное, время непосредственного общения врача и пациента практически в два раза увеличивается. Уходит обременение врача различными бумажными обязанностями.

Поэтому проект замечательный, и здесь нужно сказать, что в рамках пакета поддержки демографической ситуации, который озвучен был Президентом Российской Федерации Владимиром Владимировичем Путиным, шестой пункт касается развития материально-технической базы детских поликлиник и поликлинических отделений детских стационаров. Их всего у нас 3800. По сути дела, этот блок заставит нас и все регионы в течение трёх лет все детские поликлиники и отделения сделать бережливыми и переоснастить современным оборудованием, подключить к информационным возможностям и внедрить специальные, продвинутые технологии. Поэтому всё очень позитивно, к счастью, развивается и даёт хорошие результаты.

Вопрос: Каковы сроки внедрения общей маркировки?

В.Скворцова: Сейчас этот вопрос обсуждается. Основной объём должен быть промаркирован в 2018 году. Возможно, самый последний, низкостоимостной сегмент (менее 50 рублей за упаковку) будет внедрён в первом полугодии, в первом квартале 2019 года.

Вопрос: Говорили об искусственном интеллекте. Это что за история?

В.Скворцова: Мы рассматриваем следующий этап развития электронного здравоохранения в том числе с запуском специальных систем, которые позволяют оказывать помощь врачу в принятии решений. Уже сейчас у нас есть для этого все условия. У нас более 500 тыс. рабочих мест автоматизировано, создан электронный рубрикатор, включающий все утверждённые клинические рекомендации и критерии качества оказания медицинской помощи на разных направлениях.

О чём идет речь? О создании для профильных медицинских организаций, профильных медицинских специалистов дизайна рабочего стола как клинического протокола, который не позволяет ошибиться, потому что сам компьютер подсказывает поля для диагностики и на основе внесённой информации подсказывает алгоритмы дальнейших действий – в плане и тактических лечебных (что нужно и как провести), и дополнительного обследования. Эти программы разработаны в ряде стран мира, мы их внимательно изучили. Они действительно имеют преимущество – во-первых, являются вытягивающими с точки зрения квалификации врачей, а во-вторых, даже если человек утомлён (речь может идти о ночном дежурстве или о какой-то внеурочной работе), исключается человеческий фактор, вам не дают ошибиться. Мы хотим начать с двух направлений, и мы это закладываем в продолжение – это онкология (приоритетное направление особой значимости) и неонатология. Это будут два направления, после которых мы уже будем подключать фактически все профильные медицинские направления.

Вопрос: А когда это может начаться?

В.Скворцова: Мы хотели бы это начать уже с 2018 года. У нас всё есть для этого.

Вопрос: И сегодня это было одобрено?

В.Скворцова: Это было одобрено, но требуется определённая техническая проработка, чтобы создать условия для реализации этого проекта.

Россия > Медицина. СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 13 декабря 2017 > № 2422658 Вероника Скворцова


Россия > СМИ, ИТ. Медицина. Финансы, банки > comnews.ru, 13 декабря 2017 > № 2422114

Финансисты осваивают телемедицину

Мария Андреева

Сразу две крупные российские финансовые организации объявили о проектах в области телемедицины. Так, Сбербанк, онлайн-сервис DocDoc.ru и сеть медицинских центров "Медскан" запустили прототип будущего телемедицинского проекта - информационный киоск "МодульЗдоровья". А "ВТБ Страхование" совместно с сервисом "Онлайн Доктор" (ООО "Мобильные медицинские технологии", ММТ) и розничной сетью "Связной" запустил проект, позволяющий клиентам ретейлера получить бесплатную онлайн-консультацию дежурного терапевта или педиатра.

По словам генерального директора "Медскан" Левана Дзигуа, проект "МодульЗдоровья" (на фото) - уникальный на российском рынке. "Мы не видели подобных модулей в российском исполнении. Однако на Западе такие проекты уже есть", - сказал он.

Директор по развитию проекта "Телемедицина" DocDoc.ru Дмитрий Домарев добавил, что, в отличие от телемедицинских проектов, где предусмотрено только голосовое общение, в "МодулеЗдоровья" есть медицинские приборы. Первый модуль установлен в столичном Agile Home Сбербанка, где и прошла пресс-конференция по случаю запуска модуля. Как сообщил первый заместитель председателя правления Сбербанка Лев Хасис, таких модулей в отделениях Сбербанка уже несколько. Где еще участники проекта установили информационные киоски - корреспонденту ComNews не уточнили.

"МодульЗдоровья" представляет собой кабину, в которой пациент может пройти дистанционное обследование врача. Общение с врачом проходит через видеосвязь. Внутри модуля есть устройство для определения сердечного ритма, четыре электронных микроскопа, которые позволяют доктору дистанционно оценить качество кожного покрова пациента, состояние его глазного яблока и ушной раковины. "Медицинское оборудование, которое расположено в киосках, никакой угрозы для здоровья не представляет, и производители гарантируют, что никакого ущерба быть не может. При этом в кабинках всегда присутствует медсестра", - пояснил Леван Дзигуа.

"Это только прототип, и он будет работать только для сотрудников банка, это будет бесплатно. По итогам пилота мы решим, каким образом дальше это развивать", - сказал Лев Хасис, добавив, что пилотный проект завершится в конце I квартала 2018 г. Говоря о том, какова стоимость модуля, Леван Дзигуа сказал, что сейчас трудно говорить о стоимости проекта. Однако он добавил, что такой прототип стоит очень дорого. В "Медскане" считают, что "если модуль будет масштабироваться", то затраты на его производство существенно снизятся. При этом проект будет доступен не только для Сбербанка, но и для других игроков рынка.

"Мы покажем, как "МодульЗдоровья" будет работать после вступления 1 января 2018 г. федерального закона "О телемедицине". Как только будет принят закон, услуги в кабинке можно будет оказывать за плату", - добавил Леван Дзигуа. "Мы в первую очередь ориентируемся на здоровых людей. Зачастую людям диагностируют заболевания уже на поздних стадиях. Проект позволит оптимизировать время. Достаточно человеку один раз в год пройти минимальный осмотр, чтобы иметь представление о состоянии здоровья", - рассказали в "Медскане".

В разговоре с корреспондентом ComNews Леван Дзигуа отметил, что участие каждой из сторон в проекте было строго регламентировано. "Медскан" разрабатывал дизайн киоска, занимался наполнением его медицинским оборудованием, а также отвечал за каналы связи - прописывал программу, возможности оперативной передачи информации врачу для связи с пациентом. Роль DocDoc.ru заключалась в том, что он стал агрегатором, благодаря усилиям которого участники проекта планируют осуществлять запись пациентов на услуги телемедицины.

"Сейчас мы готовимся заключить ряд стратегических соглашений с лидерами отрасли, которые зафиксируют уникальные условия для пользователей платформы, а также интересы поставщиков решений", - сказал Дмитрий Домарев. По словам представителей "Медскана", Сбербанк - якорь проекта. "Отделения банка присутствуют даже в самых отдаленных регионах страны, и банк обладает опытом по внедрению современных методов диагностики", - заметили в компании.

Управляющий партнер Medme Илья Слуцкий считает, что успешность такой бизнес-модели ("МодульЗдоровья") не доказана. Никто пока не продемонстрировал устойчивый прибыльный рост. "Компании банкротятся, поскольку непонятно, кто будет за это платить. Пациенты не хотят платить за простые ситуации (насморк, кашель), а со сложными они в киоске все равно не разберутся. Для страховых компаний масштаб эффектов не посчитан и не доказан", - высказал точку зрения представитель Medme.

По словам Ильи Слуцкого, есть ряд разработок, которые позволяют значительную часть функциональности киоска просто разместить дома у пациента (cloud dx). И такие проекты тоже играют против киосков. В Medme отметили, что сервис не заинтересован в подобных проектах, так как непонятна их бизнес-модель. При этом в Medme с интересом понаблюдают, что будет получаться у других игроков рынка.

По мнению директора Фонда развития цифровой медицины Института развития Интернета (ИРИ) Екатерины Лобановой, DocDoc.ru, "Медскан" и Сбербанк проделали большую работу. "Стартовавший проект соответствует законопроекту "О телемедицине", вступающему в силу 1 января будущего года. В ИРИ напомнили, что со следующего года врачи официально смогут консультировать пациентов с помощью интернет-коммуникаций. "Однако текущая версия законопроекта четко определяет, что первичный диагноз и врачебные назначения могут происходить только в очной форме. Тогда как повторные визиты, консультации и наблюдения на расстоянии допускаются", - заметила Екатерина Лобанова.

Она рассказала, что варианты различного уровня мобильности медицинских киосков создавались и ранее, в том числе в России. В случае с "МодулемЗдоровья" речь идет скорее не об уникальности, сколько о том, что это первый интеграционный проект, доведенный до реализации. "Качество медицинских услуг неравномерно распределено по территории России. Получить пусть даже дистанционную консультацию от опытного врача из Москвы может быть интересно жителям отдаленных регионов страны. Кроме того, есть предположение, что сервис может быть популярен среди жителей Москвы: ритм большого города заставляет нас оптимизировать время. И если можно получить дистанционную консультацию, не пересекая зачастую половину города, это всегда хорошо", - прокомментировали в ИРИ. Екатерина Лобанова добавила, что закон "О телемедицине" и нормативное поле в этой области будут наполняться, а это значит, что рынок будет расти.

Руководитель проекта "Здоровье. Mail.ru" Евгений Паперный отметил, что законопроект "О телемедицине" запрещает ставить диагнозы на расстоянии. "Лечащий врач пациента может скорректировать лечение, которое он назначил, но сервис как у DocDoc.ru не предусматривает такого рода связи, а если пациент врачу незнаком, то он может только принять решение о необходимости назначения очного приема. Таким образом, суть этих комплексов сводится к записи пациента к коммерческому врачу. Потому что в страховые услуги у нас такие консультации не входят, да и в поликлинике врачи заняты больше чем на 100 процентов, им просто некогда давать онлайн-консультации", - рассказали в Mail.ru Group. Евгений Паперный считает, что вРоссии сейчас "бум" телемедицины, и очень много проектов получают финансирование. До точки безубыточности большинство из них не доживет. "Мы как активные участники цифрового рынка заинтересованы в любом интернет-проекте. В данном случае телемедицинские киоски могут продвигать всю категорию и способствовать диджитализации услуги, поэтому мы только "за", - сказал он.

О новом проекте в области телемедицины вчера объявили также "ВТБ Страхование", сервис дистанционных врачебных консультаций "Онлайн Доктор" и розничная сеть "Связной". Партнеры запустили проект, позволяющий клиентам ретейлера получить бесплатную онлайн-консультацию дежурного терапевта или педиатра. "Чтобы воспользоваться бесплатным сервисом, нужно получить специальный промокод в салонах ретейлера - его выдадут сотрудники магазинов - и ввести его на сайте "Онлайн Доктора" или в приложении сервиса после регистрации. На первом этапе проекта услуга доступна в 121 магазине "Связного". В дальнейшем сервис будет доступен жителям 950 населенных пунктов.

"По нашей статистике, 70% консультаций - повторные, что говорит о готовности клиентов использовать дистанционный формат. Мы хотим снизить медицинское неравенство в стране. По статистике, 80% обращений в наши сервисы - из регионов России", - прокомментировал совладелец компании ММТ и глава проекта "Онлайн Доктор" Денис Юдчиц.

Отметим, что летом этого года компания "АльфаСтрахование Жизнь" совместно с сервисом "Онлайн Доктор" запустила продукт "Крепкое Здоровье". Как сообщали в страховой организации, это первый массовый продукт "АльфаСтрахования Жизнь", который включает в себя неограниченное количество удаленных круглосуточных консультаций врачей-терапевтов. Премиальный вариант страхового продукта включает неограниченное количество удаленных консультаций врача-терапевта по вопросам здоровья, ежегодное обследование организма в соответствии с рекомендациями ВОЗ (Всемирная организация здравоохранения), страховую защиту на случай обнаружения онкологического заболевания с организацией и покрытием расходов на лечение.

Согласно отчету Allied Market Research, мировой рынок mHealth оценивается в $10,5 млрд (данные 2014 г.), и ожидается, что в 2015-2020 гг. он вырастет на 33,5%. Об этом весной этого года на дискуссионной площадке "Делового эксперта" при участии "АльфаСтрахования" рассказал член Экспертного совета по ИКТ Минздрава РФ Борис Зингерман. При этом он отмечал, что основную долю рынка занимают системы мониторинга кровяного давления, устройства контроля сахара в крови и сердечной деятельности.

Россия > СМИ, ИТ. Медицина. Финансы, банки > comnews.ru, 13 декабря 2017 > № 2422114


Узбекистан. Австралия. Индия. РФ > Медицина > podrobno.uz, 12 декабря 2017 > № 2421196

Российские врачи из центра аудиологии и слухопротезирования помогут своим узбекским коллегам в лечение слабослышащих пациентов.

В Ташкент в рамках благотворительной акции приехали российские хирурги из центра аудиологии и слухопротезирования и уже провели первые уникальные операции для узбекских граждан. Также в скором времени планируется с их помощью начать подготовку узбекских специалистов по данному направлению.

Руководитель отделения профилактики и коррекции нарушения слуха профессор Нели Милешина отметила, что прибывшие из РФ врачи провели семь операций.

"В основном это дети, самому маленькому 9 месяцев, а тому, кто постарше, 3 года. Была также пациентка 27 лет, которая оглохла на оба уха вследствие перенесенного менингита. Теперь всем им предстоит курс реабилитации. С детьми будет работать педагог. В России за последние 10 лет было проведено около восьми тысяч таких операций, благодаря чему глухонемые не только обрели слух, но и стали говорить", – отметила она.

По подсчетам специалистов в Узбекистане каждый год рождается около 300-400 детей с тугоухостью и глухотой. Еще более тысячи приобретают этот недуг в течении жизни. Главная проблема в лечении таких больных заключалась в том, что для проведения сложной кохлеарной имплантации гражданам страны ранее в основном приходилось выезжать за границу. В республике такие операции практически не делались ввиду отсутствия на рынке качественных имплантов.

Стоит отметить, что приезд хирургов из РФ, это не единственный шанс для слабослышащих больных. На днях одна из столичных клиник подписала соглашение с австралийским производителем Cochlear на поставку новейших слуховых устройств.

Кохлеарный имплантат представляет собой сложную техническую систему, которая берет на себя функции поврежденного уха. На сегодняшний день проведение подобной операции – это дорогостоящее лечение в силу высокой цены на импланты. К примеру, в Казахстане этот вид слухопротезирования обходится в 30 тысяч долларов, в Индии – 35 тысяч, а в ОАЭ – 45 тысяч.

Производитель из Австралии предоставил эксклюзивные условия – стоимость слухового устройства обойдется в районе 12 тысяч долларов, причем это будут инновационные имплантируемые средства последней разработки.

В дополнение к требуемой сумме надо будет выложить еще около 3 тысяч за операцию, итого приблизительно 15 тысяч долларов. Сама процедура занимает 1 – 1,5 часа, если у пациента нет анатомических особенностей и заболеваний уха.

Узбекистан. Австралия. Индия. РФ > Медицина > podrobno.uz, 12 декабря 2017 > № 2421196


Россия. ДФО > Медицина > amurmedia.ru, 11 декабря 2017 > № 2451608 Сергей Фургал

Сергей Фургал: В медицине должен быть первичен человек, а не деньги

О проблемах здравоохранения региона - в интервью с депутатом Госдумы от Хабаровского края Сергеем Фургалом

Депутат Государственной Думы (ГД) от Хабаровского края, первый заместитель председателя комитета ГД по охране здоровья Сергей Фургал рассказал в интервью AmurMedia о своём видении решения самых актуальных проблем медицины в регионе. Были затронуты темы жалоб пациентов психоневрологических диспансеров, длинных очередей в районных больницах, нехватки врачей на селе и телемедицины. Отдельными темами разговора стали необходимость вакцинации от гриппа и регулярно появляющийся смог в Хабаровском крае, который, помимо прочего, провоцирует обострение хронических заболеваний у граждан, передаёт корреспондент ИА AmurMedia из Москвы.

Сергей Иванович, нам известно, что до того, как вы стали депутатом, вы работали врачом. Расскажите коротко о себе, своём профессиональном опыте.

Я родился в многодетной семье, 10 ребёнок. В 16 лет я поступил в Благовещенский государственный медицинский институт, закончил его. 8 лет проработал врачом, сначала терапевтом, потом неврологом.

После стал депутатом Хабаровского краевого собрания, затем – депутатом Госдумы, где работаю уже 3 созыв. Изначально я работал зампредседателя комитета по делам федерации и региональной политики. Потом комитет выполнил свои функции и был реформирован, и я перешёл в комитет по охране здоровья. Сейчас я первый заместитель председателя этого комитета. Помимо медицинского, имею второе высшее образование – закончил Российскую академию народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации.

С проблемами медицины, в том числе в регионе, вы знакомы более чем хорошо. Наверняка вам известно, что в Хабаровском крае поступают жалобы от пациентов психоневрологических интернатов на плохое обращение. Иногда даже доходит до уголовного разбирательства, как в КГБУ "Комсомольский-на Амуре дом-интернат для престарелых и инвалидов", где идёт проверка по уголовному делу о мошенничестве в особом крупном размере. Как решить эту проблему? Ведь тут необходимо учитывать специфику больных…

Эта проблема была ещё во времена СССР. Надо понимать, что психоневрологическая служба в то время была подчинена не Минздраву, а КГБ. Соответственно, служба была полностью закрытой, никакой информации никуда не поступало. Даже бытовало мнение, что всё это вроде как лишнее, бесполезное. Сегодня же ситуация тоже плачевная: финансирования нет практически никакого, зарплаты сотрудников очень низкие, сами помещения диспенсеров ветхие, как правило деревянные.

Но главная проблема в том, что вопрос психоневрологических интернатов никому не интересен, в прессе поднимается мало. Вот и получается, что больные, которые там находятся, ущемлены в своих правах. Они не могут пожаловаться, а если и жалуются, то жалобы не являются основанием для проверок и так далее. С одной стороны, этот вопрос не хотят решать те структуры, которые должны это делать, с другой стороны — общество за этим не следит, СМИ не освещают проблему. Как было это направление закрытым в СССР, так и осталось.

Как решить вопрос? Только кардинальным образом. Необходим новый закон и реформирование все системы медицины. Нужны новые помещения, новые условия содержания и лечения и другие, мотивированные, сотрудники. Но самое главное – надо изменить отношение общества к этой важнейшей проблеме.

Ещё один вопрос. В районных больницах Хабаровского края очень большие очереди. Из-за того, что не хватает врачей на местах, люди вынуждены приезжать в районные больницы, тратить на это большое количество времени и сил. Почему сложилась такая ситуация?

Об этой проблеме я говорю уже больше 10 лет. Почему это произошло? С одной стороны, в России началось развитие высокотехнологичной медицинской помощи, и добились хороших результатов. Но с другой стороны, было практически полностью уничтожено первичное звено в медицине — фельдшерско-акушерские пункты, участковые больницы.

Объясню вам на примере. Возьмём Михайловский район Амурской области. В длину этот район порядка 90-100 км. Как раньше было: центральная районная больница, плюс в одном конце района была одна участковая больница, на другом – другая, и в каждом населённом пункте были фельдшерско-акушерские пункты. Сейчас же участковые больницы закрыли, ФАПы сократили. И в районе, где проживает 19-21 тысяча человек, осталась только одна центральная районная больница. Естественно, её не хватает. Как врач скажу вам, что принять 50 человек за день невозможно.

Вторая причина нехватки врачей — оплата труда медработников. Если человеку мало платят, у него нет жилья, мотивации к дальнейшему продвижению на работе, он работать и не будет. В итоге, работающие врачи уходили на пенсии, а новые приезжать на село перестали. Они предпочитали оставаться в крупных городах или вообще уходить из медицины. Возник тотальный дефицит врачей. И для того, чтобы решить ситуацию, была запущена программа "Земский доктор", согласно которой врач, переезжающий работать в сельскую местность, получает 1 миллион рублей на благоустройство.

Однако тут надо понимать специфику Дальнего Востока. В регионе проживает 6,2 миллиона человек, идёт отток населения. Есть тотальная нехватка медперсонала. Возникает вопрос: можно ли решить проблему перераспределением врачей? Ведь если откуда — то убирается, то где-то прибавляется. Если в какое-то село приехали врачи, то в других их будет по-прежнему не хватать. Поэтому проблему надо решать комплексно. Если создавать хорошие условия для приезжих, но плохие для местного населения, можно получить социальный конфликт. Значит, нужно создавать условия для местных. Но закон един для всей страны, а должна быть региональная специфика. В этой связи, по моему мнению, для развития региона, и в том числе, решения проблем медицины, необходим специальный закон о Дальнем Востоке. После этого можно будет преступать к решению конкретных задач.

Не так давно глава региона Вячеслав Шпорт заявил о том, что "Ростелеком" планирует начать строительство новых линий связи, которые позволят подключить к высокоскоростному интернету больницы в отдаленных поселках Хабаровского края, а их жителям воспользоваться услугами телемедицины. Как вы оцениваете этот шаг и явление телемедицины в общем?

Телемедицина – вещь очень хорошая. Но важно помнить, что при онлайн диалоге пациента и врача должен быть ещё один врач, который занимается непосредственно лечением и вживую наблюдает больного. То есть, при отсутствии первичного медицинского звена в населённом пункте, оттого, что больной получит консультацию даже самого высококвалифицированного специалиста из другого региона, вряд ли можно ждать весомых результатов.

Простой пример. Человек вышел в интернет, врач провёл консультацию и сказал: у вас язвенная болезнь желудка. И что дальше? Лечение тоже будет проходить по интернету? Кто будет делать капельницы, уколы, брать анализы? Да, врач более высокой квалификации помогает в постановке диагноза и разработке тактики ведения больного. Но лечение – вещь крайне ответственная, тут нужно учитывать множество факторов. Проконсультироваться с более высококвалифицированным специалистом полезно, но окончательное лечение должен назначить врач на месте.

Хабаровский край часто страдает от задымления, дым приходит с китайской стороны. Из-за плотного смога растет число случаев обострения хронических заболеваний. Власти региона ни один раз направили официальное обращение в адрес губернатора провинции Хэйлунцзян о предотвращении пожаров и недопущении пожогов травы. Как можно повлиять на эту ситуацию?

Хабаровский край, Амурская область и Приморье попадают в так называемое "дымовое кольцо": горит не только в Китае, но и в регионах России. И это двойная нагрузка. Но вопрос задымлений с китайской стороны нельзя решить на уровне региона. Должны быть межправительственные договорённости с КНР.

Причём это касается не только дыма. Есть трансграничные реки, которые очень грязные, в КНР туда сбрасываются стоки, отходы. А ведь Хабаровск, например, берёт воду из Амура, в который впадает китайская Сунгари. Поэтому эту проблему без внимания тоже оставлять нельзя – на кону здоровье людей.

Давайте поговорим о ещё одной актуальной теме – гриппе. В этом году специалисты ожидают первых "ласточек" в Хабаровске – лабораторно подтвержденных случаев гриппа – намного раньше, чем обычно приходится всплеск заболевания, в январе-феврале. Почему сложилась такая ситуация? И нужна ли вообще вакцинация?

Что такое грипп? Это вирусное заболевание, которое активизируется, грубо говоря, после холодов. То есть, пока морозы, он находится в спящем состоянии. Плюс ослабление организма, авитаминоз. Что касается вакцинации – я считаю, что прививаться надо. Но не всем, конечно, перед прививкой врач должен оценить состояние организма и так далее. Ну и не стоит забывать о традиционных способах закаливания, конечно.

С какими вопросами к вам чаще всего обращаются граждане во время приёмов?

Основной вопрос, с которым ко мне обращаются – оказание медицинской помощи. Люди хотят знать, когда и как они смогут получить бесплатное качественное лечение.

Очень много вопросов по медицинскому образованию. В последнее время в этой сфере произошли серьёзные изменения, которые я не поддерживаю. Так, по новому закону, отменена интернатура. Предполагалось, что таким образом увеличится количество врачей. Но на самом деле это глубокое заблуждение, потому сегодня у нас в стране тотальный дефицит узкопрофильных специалистов, а этим законом мы ещё больше уменьшаем их число.

Расскажу об одном случае, над которым я сейчас работаю. В Хабаровском крае перестали выдавать пациентам-диабетикам инсулин по рецептам, бесплатно. Это катастрофа, но катастрофа, которая почему-то происходит каждый год. Отсутствие инсулина приводит в итоге к ухудшению состояния людей, смертям и так далее. Конечно, вопрос надо решить. Но вообще это говорит о том, что мы недостаточно внимательно относимся к системе здравоохранение, нет понимания, что первичен человек. Не бюджет, деньги, а именно человек. И если мы сможем поменять отношение, приоритеты, решатся многие проблемы здравоохранения и улучшится качество жизни. Ведь известно, что нет ничего важнее здоровья.

Россия. ДФО > Медицина > amurmedia.ru, 11 декабря 2017 > № 2451608 Сергей Фургал


Казахстан. США. Япония. РФ > Медицина > inform.kz, 11 декабря 2017 > № 2423683

Новыми препаратами начнут лечить туберкулез в Южном Казахстане

В Южно-Казахстанской области врачи планируют изменить препараты в лечении туберкулеза, передает корреспондент МИА «Казинформ» со ссылкой на главного врача областного противотуберкулезного диспансера Болата Сагимбекова.

«Всемирной Организацией Здравоохранения была рекомендована и научно доказана эффективность лечения новыми препаратами. Плюс их использования - уменьшение срока лечения в полтора раза. Один препарат был приобретен в США, другой в Японии. В России препараты были внедрены 2 года назад. Два дня мы будем проводить семинары, после чего будем отбирать больных с тяжелой формой туберкулеза для их лечения», - сказал Б.Сагимбеков.

По его словам, случаи диагностики устойчивых форм туберкулеза в последнее время участились. И эффективность от традиционного их лечения остается на низком уровне. Вопросы более прогрессивных методов лечения фтизиатры обсудили на семинаре, организованном специалистами из Алматы и Астаны в Шымкенте.

Новые лекарства будут использовать в сложных случаях с высокой устойчивостью к традиционному лечению. Казахстанские специалисты уверяют, что препараты уже доказали свою эффективность.

«Из тех пациентов, которые были безнадежные у нас процент конверсии, когда человек перестает быть заразным, составил 90%. То есть у 9 из 10 человек происходила конверсия мазка», - объяснил медицинский директор организации «Партнеры во имя здоровья» в РК Еркебулан Альгожин.

Согласно статданным, с начала года в ЮКО процент заболеваемости туберкулезом вырос на 18%. Это связано с внутрибольничным заражением Палочкой Коха в центре оказания социальных услуг в Туркестане, произошедшим в начале 2017 года. Тем не менее, общий показатель по региону остается ниже эпидемиологических значений по стране.

Казахстан. США. Япония. РФ > Медицина > inform.kz, 11 декабря 2017 > № 2423683


Россия. Корея. Бразилия. Весь мир > СМИ, ИТ. Медицина > carnegie.ru, 11 декабря 2017 > № 2423581 Илья Иноземцев

Без флага и гимна: можно ли оспорить отстранение сборной России от Олимпиады

Илья Иноземцев

Исходя из специфики санкций в спорте здесь применяется презумпция виновности, а это значит, что доказывать отсутствие допинговой системы придется российскому Олимпийскому комитету. А сделать это практически невозможно: международные спортивные организации набрали достаточно доказательств, которые хоть и не кажутся весомыми при поверхностном рассмотрении, очень сложно оспорить

Исполком Международного олимпийского комитета (МОК) приостановил членство российского Олимпийского комитета. Это означает, что сборной России будет запрещено участвовать в грядущих зимних Олимпийских играх в корейском Пхенчхане. Решение стало итогом двухлетнего расследования нарушений антидопинговых правил, которое проводила специальная комиссия МОК.

Еще никогда в истории мирового спорта ни один национальный олимпийский комитет не лишали аккредитации из-за допинга, но, парадоксальным образом, в случае с российской сборной такое решение было вполне ожидаемым и даже в чем-то полезным с точки зрения снижения напряжения вокруг российских спортсменов.

Заветы Пьера де Кубертена, основателя современного олимпийского движения, сформулированы в Олимпийской хартии – уставном документе МОК, который кодифицирует основные принципы мирового спорта и определяет структуру и компетенцию управляющих органов. Это объемный, но весьма пространный документ, который закрепляет лишь самые общие правила и наделяет широкими полномочиями непосредственно МОК.

Конкретика в хартии, конечно, присутствует, но в ней сложно будет найти ту самую норму, на основании которой российскую сборную отстранили от Игр-2018. Решение исходит из общего посыла хартии, а именно что национальные олимпийские комитеты должны способствовать соблюдению правил мирового спорта на местах, иначе они будут исключены. Олимпийский комитет России формально не справился с этой задачей (а неформально – еще и помогал нарушать), поэтому был наказан.

Тем не менее решение МОК позволяет тем российским спортсменам, кто не имеет нарушений антидопинговых правил, соревноваться на Олимпиаде в качестве независимых участников. Это гуманное и понятное решение, к тому же прямо вытекающее из принципа недопустимости дискриминации в спорте, который тоже провозглашается среди основных.

Российский случай – это первое отстранение сборной из-за допинга, но в истории спорта хватает примеров дисквалификации национальных олимпийских комитетов по другим причинам, не говоря уже про добровольные бойкоты, как с московской Олимпиадой-80. Например, Индию отстранили от Олимпиады в Сочи, а Кувейт – от Рио-2016 из-за вмешательства местных правительств в деятельность олимпийских комитетов. В результате на зимних Играх в Сочи индийские спортсмены участвовали как независимые, поскольку официальное избрание нового главы местного комитета должно было состояться непосредственно во время соревнований.

В 1992 году сборная СНГ выступала под олимпийским флагом просто потому, что после распада СССР новые органы по управлению спортом еще не были созданы. Десять независимых спортсменов, получившие политическое убежище, но не гражданство в новых государствах, выступали в Рио-2016 от сборной беженцев также ради соблюдения основополагающих принципов хартии.

Однако нынешнее решение МОК воспринимается многими как унизительное. В этом есть свой резон: в хартии имеются прямые указания на дисквалификацию комитетов в случае, если в их деятельность вмешивается государство, но про допинг там ничего не сказано. Существует, впрочем, общее предписание о запрете допинга, из которого как раз и исходил Исполком МОК.

Интересно сравнить нынешнее решение по российской сборной с другим похожим решением – Исполкома Всемирной легкоатлетической федерации перед Олимпиадой 2016 года в Рио. Тогда была дисквалифицирована только Всероссийская федерация легкой атлетики, но зато был прямой запрет на участие российских спортсменов в Играх, если они не сумели доказать свою обособленность от системы российского спорта. Причем критерии этой обособленности довольно размыты – в правилах говорится лишь о незапятнанной антидопинговой репутации и отсутствии вины в неправомерной деятельности национальной федерации легкой атлетики. Соответствовать таким критериям накануне Игр удалось только прыгунье Дарье Клишиной.

Остальные 67 спортсменов подали коллективный иск в Спортивный арбитражный суд в Лозанне, но проиграли. В результате Всероссийская федерация легкой атлетики по-прежнему остается дисквалифицированной, но нейтральных российских спортсменов становится все больше – последнее разрешение участвовать в соревнованиях было получено ими в июле 2017 года.

Нынешнее решение МОК также можно оспорить в лозаннском суде, но шансов на успех тут немного. Диспуты там разрешают профессиональные юристы, для которых арбитраж не является основным местом работы, а потому они часто ищут простейшего решения спора, которое в данном случае сводится к тому, чтобы оставить дисквалификацию в силе.

Если бы российские спортсмены решили судиться с МОК по отдельности, то шансов выиграть было бы больше. Но решение Исполкома МОК касалось непосредственно Олимпийского комитета России, поэтому именно он должен будет подавать апелляцию. Впрочем, российская сторона почему-то не стала использовать такой подход, даже когда могла это сделать, – в 2016 году был подан коллективный иск от 67 спортсменов, хотя можно было раздробить его на 67 процессов. Издержки бы увеличились, но взгляд на дело изменился бы от общего к более конкретному. Сейчас же такой возможности нет и не будет.

Осложняет ситуацию и особая система доказательств в спортивных процессах. Исходя из специфики санкций в спорте здесь применяется презумпция виновности, а это значит, что доказывать отсутствие допинговой системы придется российскому Олимпийскому комитету. Собственных доказательств он предоставить не сможет, и придется оспаривать доказательства, имеющиеся у МОК: показания Григория Родченкова, руководителя Антидопингового центра, который подробно рассказал о механизмах сокрытия положительных антидопинговых проб; лабораторные пакеты, где были обнаружены подозрительные царапины на пробирках с биоматериалами, а также аномальные химические значения, выраженные в повышенном содержании соли в моче.

Несмотря на эксцентричность Родченкова и косвенность показателей лабораторных пакетов, это сложнооспоримые аргументы, которые уже зафиксированы антидопинговыми органами. Опровергнуть свидетельства Родченкова можно лишь словами ответственных лиц, но тогда будет применяться баланс вероятностей – важный тип доказательства для спортивных процессов – и версия Родченкова, которую никто до сих пор не опровергал напрямую, будет иметь больший вес.

Кроме того, не стоит забывать, что суд в Лозанне – это коммерческий арбитраж, и следственных экспериментов тут проводиться не будет. Поэтому и сделать надлежащую экспертизу над пробирками невозможно. Усугубляет ситуацию и тот факт, что после заседания исполкома сам руководитель российского Олимпийского комитета Александр Жуков частично признал вину, извинившись за нарушения антидопинговых правил. Его слова вряд ли получится положить в основу обвинения, но в качестве вспомогательного аргумента при выстраивании позиции МОК использовать можно.

Сейчас, даже если допустить, что решение МОК было политизировано, необходимо признать, что обратить вспять процесс дисквалификации уже невозможно. Международные спортивные организации набрали достаточно доказательств, которые хоть и не кажутся весомыми при поверхностном рассмотрении, очень сложно оспорить. При этом само решение исполкома подводит итог целого олимпийского цикла, который начался еще в Сочи в 2014 году, ведь именно тогда, если верить обвинениям, национальная допинговая система заработала в полную силу. И, несмотря на жесткость санкций, необходимо отметить и то, что для не уличенных в допинге спортсменов мало что меняется, кроме флага и гимна на официальных церемониях. Это существенный шаг, которого не было сделано в 2016 году и который в перспективе должен снизить остроту споров российских спортивных органов с международными.

Россия. Корея. Бразилия. Весь мир > СМИ, ИТ. Медицина > carnegie.ru, 11 декабря 2017 > № 2423581 Илья Иноземцев


Россия > Образование, наука. Медицина > ras.ru, 11 декабря 2017 > № 2422298 Александр Коновалов

Академик Александр Коновалов: «Разработки российских ученых способны совершить переворот в медицине»

Новое открытие в области «сверхвысоких разведений» обещает серьезные перемены в фармацевтике и смежных областях.

Выделенные в ходе исследований российскими учеными молекулярные ансамбли, названные ими «наноассоциатами», в корне меняют представление о поведении высокоразбавленных растворов, применяемых, в частности, при производстве лекарств.

О неожиданных свойствах таких растворов и практическом применении открытия в интервью «Росбалту» рассказал известный химик, академик РАН Александр Коновалов.

— Александр Иванович, вы работаете и живете в Казани, с чем связан ваш нынешний визит в Москву?

— 7 декабря в Москве состоялась конференция «Перспективы применения релиз-активных препаратов в современной медицинской практике», организованная Российской академией наук. На данной конференции я представил результаты своей многолетней научной работы, которая посвящена исследованию наноассоциатов в высокоразбавленных растворах.

— Вы — известный отечественный химик, академик РАН. Почему вас заинтересовала практическая медицинская конференция?

— Тематика моих исследований связана с главной темой конференции. Строго говоря, медицина вбирает в себя все текущие фундаментальные достижения из других наук и одной из первых может применить их на практике. Есть множество примеров, когда достижения в области химии активно используются в медицине и окружающей нас жизни, и это не только вопросы фармакологии или лабораторной диагностики. Поэтому активное взаимодействие естественных наук и науки медицинской является исторической закономерностью.

Моя работа посвящена сверхвысоким разведениям различных соединений, в которых были найдены поразительные эффекты. Казалось бы, и это соответствует классическому воззрению, что вместе с уменьшением концентрации должны изменяться и физико-химические свойства таких образцов, вплоть до полного своего исчезновения. Но это в теории. А в наших исследованиях мы неоднократно показали, что на протяжении данного пути уменьшения концентраций можно наблюдать выраженные скачки физико-химических параметров растворов, которые позволили сделать вывод о формировании разноразмерных наноассоциатов в таких высокоразбавленных растворах.

Данные результаты ранее, в 2012 году, представлены мной на заседании Президиума РАН, где они активно обсуждались и были положительно отмечены коллегами.

— А как связано это явление с медициной?

— Если говорить о медицине, то уже более 20 лет в этом направлении работает профессор Эпштейн. Он открыл, что сверхвысокие разведения приобретают новые позитивные модифицирующие свойства, назвав этот феномен релиз-активность. Он доказал эффективность препаратов, производимых по этой технологии, тем самым открыв возможности для лечения широкого спектра заболеваний.

По сути, мы с ним в разных терминах описываем одну и ту же проблему. Я использую классическое понятие супрамолекулярная химия, подтверждая своими работами, что сверхвысокие разведения это не «пустота», а вполне материальный объект. Эпштейн же с использованием биологических моделей открыл новое техногенное свойство сверхвысоких разведений и разработал на его основе инновационные лекарственные препараты.

Собственно, говоря простым языком, российские ученые пришли к тому, что при многократном разведении исходного вещества, при уменьшении его концентрации, оно не исчезает, а переходит в другую форму. Более того, у вещества появляются новые качества и новые свойства — это настоящее открытие, которое не было предсказано даже теоретически.

— Это очень интересно. Но какая может быть практическая польза от данной разработки?

— Как я уже сказал ранее, в данном случае фундаментальная наука приблизилась к описанию и детализации физико-химических свойств, лежащих в основе биологической активности сверхвысоких разведений или релиз-активных продуктов, успешно внедренных в медицинскую практику. Конечно, данная тема, как и любая другая, требует очень большого научного внимания и изучения, что и происходит сегодня.

Новое российское открытие обещает серьезные перемены, даже переворот в медицине и фармацевтике: ведь при освоении соответствующих технологий можно будет получать необходимые эффекты от действия релиз-активных лекарственных препаратов. Это происходит в силу того, что в таких растворах образуются наноразмерные молекулярные ансамбли, названные нами «наноассоциатами». Размер наноассоциатов варьируется в зависимости от степени разбавления растворов не линейно и не монотонно: от нескольких десятков до нескольких сотен нанометров. Именно образование наноассоциатов является фактором неклассического поведения растворов.

А вот что является причиной — мы пока не знаем. Это вызов физикам, биологам, биохимикам. А о клиническом применении, конечно, лучше расскажут ведущие специалисты в своих областях, которые выступали на конференции.

***

Коновалов Александр Иванович — советский и российский химик-органик, доктор химических наук, профессор, академик Российской академии наук (РАН), председатель научного Совета РАН по органической и элементоорганической химии. С 1979 по 1990 год — ректор Казанского государственного университета. В настоящее время работает в институте органической и физической химии им. А.Е. Арбузова (Казань). Разработал различные аспекты химии веществ, способных к супрамолекулярным взаимодействиям. Опубликовал более 1000 статей в ведущих отечественных и международных журналах, имеет свыше 40 авторских свидетельств СССР и патентов РФ, Индекс Хирша в РИНЦ — 33. Член редколлегий научных журналов «Успехи химии», «Журнал общей химии», «Журнал органической химии»; член международного Совета по гетероатомной химии. Награжден Орденами «За заслуги перед Отечеством» IV и III степени, Орденом Трудового Красного Знамени, Орденом Дружбы народов, Орденом Почета (Россия).

Беседовала Дарья Истомина, Росбалт

Россия > Образование, наука. Медицина > ras.ru, 11 декабря 2017 > № 2422298 Александр Коновалов


Россия. ЦФО > Образование, наука. Медицина > ras.ru, 11 декабря 2017 > № 2422297

Язвой меньше. Развитие регенеративной медицины получило мощный импульс

Недавно в Московском университете им. М.В.Ломоносова проходил III Национальный конгресс по регенеративной медицине. Среди десятков интереснейших докладов особо выделялось выступление ученых из петербургского Института цитологии (ИНЦ РАН). От вуза в столицу прибыли около 30 специалистов, представивших девять докладов. Причем два из них - пленарные академика Н.Никольского и члена-корреспондента РАН А.Томилина. Похоже, активность питерцев не удивила участников форума: институт ведет исследования в области клеточной биологии и создании биомедицинских клеточных продуктов почти треть века и занимает здесь лидирующие позиции. Его проекты поддержаны Российским научным фондом.

По просьбе читателей газеты “Поиск” о работах питерских цитологов рассказала руководитель Центра клеточных технологий ИНЦ, и.о. директора института доктор биологических наук Наталья МИХАЙЛОВА.

- Нам действительно было что доложить коллегам. Инсти-тут цитологии фактически первым в стране начал изучать стволовые клетки и применять фундаментальные знания в практической медицине. Наши сотрудники, например, разработали эффективный клеточный продукт - дермальный эквивалент - для лечения больных, получивших тяжелейшие ожоги и страдающих от незаживающих трофических язв. Продукт, состоящий из коллагенового матрикса и живых клеток кожи человека, наносят на раны, и они быстро заживают. Клетки (дермальные фибробласты) секретируют вещества, стимулируют работу собственных клеток пациента, а коллаген является основным структурным белком кожи. Отмечу, что традиционные методы лечения пока не в состоянии справиться с трофическими язвами.

Министерство здравоохранения нас поддержало, и клиники страны с 2006-го по 2011 годы смогли пользоваться нашим клеточным продуктом. Эффективное лечение получили более 500 пациентов, спасены жизни ожоговых больных. Однако дальше работать с прекрасно зарекомендовавшим себя продуктом было невозможно - его необходимо было перерегистрировать, но сделать этого мы не могли. В стране тогда отсутствовали правила, разрешающие использовать клетки человека. Парадоксальная ситуация: биологи с помощью стволовых клеток создавали новые методы лечения, но опробовать их на практике им не разрешалось. Из-за этой, без преувеличения, трагической неувязки развитие клеточных технологий застопорилось, и мы начали отставать от Запада. Так продолжалось около пяти лет, пока в конце 2016 года не вступил в действие федеральный закон №180 “Об обращении биомедицинских клеточных продуктов”. Прошедший в Москве конгресс стал первой встречей ученых-разработчиков и, что важно, врачей, которые теперь смогут применять технологии. Выдающееся событие для нашей области науки! Заслуга в этом принадлежит академику В.Ткачуку, который взял на себя инициативу провести форум.

С принятием закона ситуация в корне изменилась, и биологические институты активизировались. Но сразу же возник вопрос финансирования разработок на основе стволовых клеток. Такие дорогостоящие работы на небольшие гранты (например, РФФИ) провести просто невозможно. Нашему институту в этой ситуации необыкновенно повезло - у нас уже был грант Российского научного фонда. В конце 2014 года мы выиграли престижный конкурс на выполнение комплексной программы развития ИНЦ “Молекулярно-клеточные технологии для лечения социально-значимых заболеваний”. Фонд едва ли не первым стал финансировать эти фундаментальные исследования и поддерживать развитие перспективных методов применения стволовых клеток для лечения тяжелых заболеваний, создание новых технологий, оснащение лабораторий современной техникой, подготовку кадров для нарождающейся отрасли регенеративной медицины и вывода ее на мировой уровень.

- Конкурентов у вас было много?

- Да, 12 академических институтов и ведущие университеты. Но среди победителей оказались всего три биологических института. Грант на пять лет мы получили в декабре 2014 года и к работе над проектом приступили в начале следующего. За это время сделано немало: мы расширили исследования стволовых клеток и методов их получения для создания эффективных клеточных продуктов. Разрабатываем их вместе с медиками для замещения органов и тканей (восстановление мочевого пузыря, поврежденной костной ткани), в том числе у больных туберкулезом. Развиваем фундаментальные исследования индуцированных плюрипотентных стволовых клеток для моделирования практически любых тканей человека. В этой области институт занимает лидирующие позиции благодаря работам члена-корреспондента РАН А.Томилина.

Наша гордость - Центр клеточных технологий, построенный с учетом требований к чистым помещениям и международного стандарта GMP. Это была одна из центральных задач гранта. Мы открыли центр в мае 2017 года (на верхнем снимке), первыми среди биологических институтов и, считаю, очень быстро - за 2,5 года. Центр занимает всего

100 кв. м, но, как говорится, мал золотник да дорог: он отвечает самым высоким требованиям чистоты. Это значит, что мы даем гарантию и при культивировании клеток контаминаций быть не может. В этом году наше чистое производство сумело подтвердить свой высокий класс. Сейчас готовим к аккредитации оборудование и технологии. Это делается впервые, и пока мы ждем окончательных регламентов от Росздравнадзора и Минздрава РФ.

Центр оснащен самым современным оборудованием, которое позволяет получать качественные клеточные культуры, в том числе для высокопроизводительного скрининга, наращивать стандартную клеточную массу для производства клеточных продуктов. У нас, например, действует одна из первых в России автоматизированных систем культивирования клеток - CompacT - компании Sartorius стоимостью более 100 миллионов рублей. Таких установок в стране две, но только наша работает в чистых помещениях. Клетки, напомню, культивируют вручную, процесс этот необыкновенно трудоемкий, занимающий массу времени. А роботизированная установка по заданным протоколам делает это без участия человека круглые сутки, не отвлекаясь на обед и перекуры, а главное, безошибочно. Благодаря отработанной совершенной технологии, а также стандартным методам и материалам мы можем проводить доклинические исследования создаваемых лекарств. Момент принципиальный: теперь мы готовы сами тестировать новые лекарства, проводить опытные испытания не на животных, а на клеточных моделях, наблюдая, как клетки реагируют на новинку. Поэтому так важно разрабатывать и совершенствовать подобные технологии.

Современное оборудование позволяет нам “строить” стандартные клеточные продукты, которые после сертификации можно передавать в клиники. В первую очередь это продукт, уже получивший разрешение, для лечения тяжелых ожогов и язв, о котором я говорила. Его можно рекомендовать и для медицины катастроф. Когда в Перми во время пожара в клубе “Хромая лошадь” пострадало множество людей, их доставляли в петербургские клиники, и на наш клеточный продукт был огромный спрос. Тогда мы все силы бросили на его производство. Обидно, когда случаются катастрофы, нас призывают: “Срочно давайте ваш продукт!”, а когда опасность миновала, требуют свидетельство о сертификации. Сейчас мы должны зарегистрировать наши разработки по новым правилам, определенным законом №180. И хотя метод прекрасно себя зарекомендовал (применялся в клиниках на протяжении пяти лет), предстоит заново повторить все этапы, включая доклинические и клинические исследования. Но есть надежда, что Минздрав пойдет нам навстречу и упростит процедуру регистрации. Это будет первый биомедицинский клеточный продукт, который мы собираемся зарегистрировать. Сейчас проводятся испытания подобного средства для восстановления мочевого пузыря, востребованного, как я говорила, больными туберкулезом. Еще одна технология предназначена для замещения костной ткани (имплантация протезов для замещения кости, в том числе восстановления туберкулезной костной ткани). Перспективные исследования проводим с офтальмологами: разрабатываем продукты для восстановления дефектов тканей глаза с помощью стволовых лимбальных клеток.

- На каком уровне находятся ваши технологии? Есть ли отставание?

- Аналоги нашим клеточным продуктам за рубежом, конечно, есть, особенно касающиеся лечения ожогов. И все же назову важные преимущества наших разработок: по эффективности они не уступают западным и значительно дешевле. В чем мы отстаем, повторюсь, так это в темпах внедрения: сначала применение тормозило отсутствие закона, теперь, боюсь, пройдет лет пять, пока наши методы сертифицируют. А пока страна по-прежнему вынуждена закупать за рубежом дорогостоящие лекарства и технологии.

- Удалось ли институту решить вопрос подготовки кадров, как того требует грант?

- В этом направлении мы интенсивно работали и в последние годы добились значительных изменений. В проекте, поддержанном РНФ, участвуют свыше ста специалистов, больше половины из них - молодежь, включая аспирантов и студентов (для института, в котором около 240 научных сотрудников, думается, совсем неплохо). Главное, что молодые ученые работают с энтузиазмом, у них горят глаза, им у нас интересно. Многие пишут статьи и публикуются в ведущих, высокорейтинговых иностранных изданиях. И все же специалистов не хватает, в первую очередь, способных культивировать клетки и обслуживать роботизированную технику. Поэтому мы обсуждаем разработку образовательных программ с санкт-петербургским и политехническим университетами по подготовке высококлассных специалистов, совмещающих знания клеточной, молекулярной биологии, материаловедения с навыками работы на новейшем оборудовании.

- Грант заканчивается в 2018 году, что будет дальше с центром и научным направлением?

- Конечно, мы и дальше будем развивать эту важную область регенеративной медицины. И уже сейчас, продолжая выполнять проект РНФ, занимаемся поисками финансирования. Замечу, что научная репутация института, большой опыт и достижения (открытие центра, статьи в зарубежных журналах, исследования и разработки) заметно облегчают эту непростую задачу и привлекают к нам внимание фармацевтических компаний, медицинских организаций, университетов. За три года действия гранта ИНЦ заключил около 20 договоров, включая соглашения на консультации и обучение сотрудников российских организаций разных ведомств. Есть среди них и соглашения с зарубежными университетами, например, с Мюнхенским (совместные исследования по использованию наночастиц и мезенхимных стволовых клеток, применяемых в онкологии). Недавно подписан договор с Центром системной биомедицины университета Люксембурга - будем создавать биосовместимые матрицы для культивирования нейронов. Вместе с американскими коллегами (университет Tafts, Бостон) занимаемся тестированием биосовместимых титановых материалов для протезирования костной ткани. Нашлись спонсоры, поддерживающие нас в выполнении этого проекта, в том числе наш учредитель ФАНО России, зарубежные и отечественные компании. Зная о наших научных возможностях и прекрасном оснащении, институт стали привлекать к тестированию новых лекарств. Один договор по доклиническим исследованиям уже выполнен по стандарту GLP. В этом году заключен договор о создании консорциума вместе с коллегами и медицинскими организациями из Казахстана - они заинтересованы в методах лечения ожогов, трофических язв и намереваются приобрести нашу технологию, совместно создавать новые клеточные продукты. С Белоруссией будем участвовать в реализации программы Союзного государства. И все эти подвижки произошли за последние три-четыре года.

- Вернемся к прошедшему в МГУ конгрессу: как были приняты доклады ваших сотрудников?

- Считаю, очень хорошо. Наши сообщения о перспективных стволовых клетках и применении биомедицинских клеточных продуктов вызвали большой интерес участников. Например, доклад академика Н.Никольского был посвящен стволовым клеткам эндомерия и возможности их применения для лечения бесплодия у женщин. Работа проведена огромная, доказаны, в частности, эффективность и безопасность этих клеток. М.Хотин представил новую инфраструктуру (по международному стандарту GMP) для создания биомедицинских клеточных продуктов, которые можно передавать в клиники, в соответствии с требованиями закона ФЗ-180. Заинтересованность нашими работами можно объяснить еще и тем, что классические методы лечения пока бессильны против тяжелых заболеваний, поэтому применение биомедицинских клеточных продуктов вышло на высокий уровень. Скажем, в НИИ онкологии в Петербурге делают противоопухолевые вакцины на основе клеток костного мозга и опухолевых клеток больного (биотерапия), показавших значительный противоопухолевый эффект. Эта технология также имела разрешение Минздрава на применение, но теперь ее надо регистрировать заново - сколько пациентов вовремя не получат лечение! Наша страна занимает едва ли не первое место в мире по количеству ампутаций конечностей - из-за того, что пока не поддаются лечению хронические трофические язвы. И вдруг появляются методы заживления ран, и пациенты восстанавливаются без операций, возвращаясь к полноценной жизни. Такие технологии должны получать поддержку от государства и Минздрава: применение новых методов снижает инвалидизацию населения и смертность. Так становятся реальностью казавшиеся фантастикой выращивание и замещение тканей и органов стволовыми клетками. Значение и важность этих революционных методов, на мой взгляд, столь велики, что я бы сравнила их с полетами в космос.

Юрий ДРИЗЕ, Поиск

Россия. ЦФО > Образование, наука. Медицина > ras.ru, 11 декабря 2017 > № 2422297


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 8 декабря 2017 > № 2419260 Александр Линчевский

Замминистра здравоохранения: Трансплантация в Украине будет развиваться, остается решить вопрос мотивации врачей и организации работы клиник

Интервью заместителя министра здравоохранения Александра Линчевского агентству Интерфакс-Украина

- Заработает ли система трансплантации в Украине с 1 января?

- В полном масштабе - нет, ведь в Украине все еще не принят новый закон о трансплантации, который как раз и должен заложить юридические основы для развития такой системы. Закон проголосован в первом чтении, полностью подготовлен ко второму, но когда он будет принят и вступит в силу, пока не понятно.

Тем не менее, мы уже предприняли ряд шагов для реализации пилотного проекта на базе существующих центров трансплантации в пяти регионах и Киеве. Это позволит проводить трансплантацию почки от неродственного донора даже до принятия нового закона.

- Что это за шаги?

- Сейчас мы говорим о развитии трупной трансплантации. Прежде чем произвести забор анатомического материала у подходящего донора, нужно констатировать смерть головного мозга. Мы внесли изменения в должностные инструкции - теперь анестезиолог имеет право это делать.

Далее возникает еще несколько вопросов. Что происходит после констатации смерти мозга? Кто должен принять решение о трансплантации, связаться с родными потенциального донора, найти реципиента и в случае необходимости организовать транспортировку? Все это – сфера ответственности трансплант-координатора. Предполагается, что его функции будут выполнять врачи анестезиологи-реаниматологи. Но им также придется пройти специальную программу подготовки.

Далее трансплант-координатор будет связываться с координационным центром трансплантации. Сейчас эта структура существует формально, это, скорее, научное учреждение, без каких-либо полномочий, финансовых рычагов, да и, по правде говоря, без особых научных достижений. После принятия закона придется менять статут, полномочия и правила работы этого центра.

Помимо этого, нужен работающий реестр доноров и пациентов, нуждающихся в трансплантации. И, совсем не в последнюю очередь, готовность общества к жертвованию органов или принятию решения о таковом в отношении своих близких.

Одним словом, дело не только лишь в принятии закона о трансплантации - под него необходимо практически с нуля создавать действующую систему.

- Сколько времени нужно для запуска системы?

- Сейчас сложно назвать конкретные сроки. Для сравнения: инсулиновый реестр запускался около полугода. Пока мы говорим об апробировании системы в шести центрах, где теоретически можно проводить трупную трансплантацию - Запорожье, Киев, Днепр, Харьков, Львов и Одесса. Там уже существуют некоторые списки ожидания, специалисты. Хотя специальная аппаратура для констатации смерти мозга есть не везде. Да и анестезиологов еще нужно научить работать на ней, они этого никогда раньше не делали, их этому в медвузе не учили.

В Запорожье, которое фактически является центром трансплантологии в Украине, создана программа обучения анестезиологов и трансплант-координаторов. Туда нужно будет направлять и действующих, и будущих анестезиологов. Запорожье – единственный город в Украине, где проводится трупная трансплантация, но и там - это всего 4-6 пациентов в год, хотя потребность исчисляется тысячами.

- Анестезиологам будут доплачивать за трансплант-координацию?

- Внести этот пункт в само положение по трансплант-координации было невозможно с юридической точки зрения. Но это будет сделано, обязательно.

Кстати, о деньгах. Кто будет оплачивать операции, медикаменты, шприцы, бинты? Пациент не должен платить за это, все затраты берет на себя государство. Мы предусмотрели, чтобы в госбюджет на 2018 год были заложены 112 млн грн на проект по трансплантации почки, приблизительно такие же суммы планируются на последующие два года.

Но, откровенно говоря, успех этой программы зависит от работы на местах, от врачей и руководства медучреждений. Пока, к сожалению, я не вижу у них особого желания заниматься развитием такой системы.

Со своей стороны мы делаем все, что зависит от Минздрава: готовим нормативные акты, убеждаем в необходимости принятия закона, добиваемся выделения финансирования, разрабатываем порядок его использования, готовим инструкции, положения, формы заявок и техзадание на разработку реестра. Нам еще предстоит научиться мотивировать врачей и больницы.

- Так все-таки: мы ждем принятия закона о трансплантации или можно работать без него?

- Мотивированная и организованная больница может и сейчас делать пересадку органов от неродственного донора, но ей придется значительно сложнее. Между тем новый закон даст возможность решить много организационных вопросов, например, в отношении забора трупного материала. Заработает ли пилотный проект с 1 января, во многом зависит от врачей.

- Но ведь в бюджет все-таки закладываются деньги, какова вероятность того, что они будут освоены?

- Мы заложили деньги с запасом. Было бы хуже, если бы их не хватило. Мы уверены, что трансплантация в Украине будет развиваться, остается решить вопрос мотивации врачей и организации работы клиник.

- В бюджете 2017 года были заложены деньги для создания реперфузионных центров, в частности, для закупки ангиографов. Сколько их было закуплено по этой программе?

- Деньги в бюджете были выделены, ангиографы закупаются совместно с областями, объявляются тендеры. Первый ангиограф был закуплен в Мариуполе. Сама тендерная процедура достаточно длительная, нужно ждать два-три месяца, но процесс идет.

- Но если еще не куплены ангиографы, то зачем эти стенты распределяются между регионами?

- Стенты с недавнего времени распределяются по новым правилам – только в клиники, где проводится стентирование. Раньше они распределялись вне зависимости от того, есть ли в клинике ангиографы или нет - просто исходя из численности населения.

- Можно ли говорить об эффективности этой программы?

- Эта программа позволяет снизить уровень смертности, но чтобы оценить этот показатель, должно пройти какое-то время. По нашим приблизительным подсчетам, мы имеем около 20 тыс. инфарктов в год, которые нуждаются в неотложном стентировании. Если мы поставим стенты всем этим пациентам, то, согласно мировой статистике, около 1 тыс. пациентов все равно не удастся спасти. Но если мы не поставим стенты никому, то умрут 4 тыс. Цена вопроса – три тысячи жизней. Мы знаем, что эта программа правильная - своевременное стентирование будет спасать как минимум 3 тыс. чел. в год и обеспечивать доинфарктное качество жизни большинству пациентов.

- И все же, эта система уже заработала?

- Система неотложной кардиологической помощи предполагает, кроме закупки ангиографов, еще ряд обязательных мероприятий, в том числе подготовку нормативных актов. Уже сегодня действует приказ, который регулирует создание реперфузионных центров. Приказ не говорит, где их нужно создавать, приказ говорит, о том, как это делать и как оны должны работать. Есть также второй приказ, который регулирует работу системы неотложной помощи в случае инфаркта. Теперь скорая помощь знает, в какую клинику везти больного, чтобы ему поставили стент и спасли жизнь.

Наша конечная цель – ангиограф в каждом госпитальном округе. Их должно быть около 100. Сейчас их 40, из них только 20 работают правильно. Например, в Виннице такой центр давно работает, там прекрасно все организовано. Но если такой центр захотят создать в Умани или в любом другом городе, то приказы покажут, как это нужно сделать правильно. Когда пациента вечером кладут в больницу с инфарктом, а на следующий день ему предлагают стентирование, то это неэффективно. Стентирование нужно делать своевременно – в идеале в течение двух часов после инфаркта. Мы для этого создали нормативную базу, обеспечили стентами, ангиографами реперфузионные центры, защитили скорую, которая будет везти пациента туда, где есть ангиограф. На самом деле, это революционная штука.

-Что происходит с расчетом стоимости медуслуги?

- Этот вопрос не входит в сферу моей ответственности. Этим занимается другой заместитель министра - Павел Ковтонюк.

-А пилотный проект з НАМНУ?

- Также.

Сегодня я вплотную занимаюсь изменением системы подготовки врачей – и вопросами поступления в медвузы, знаменитые 150 баллов ВНО, и вопросами повышения квалификации медиков и последипломной подготовки.

Подготовлен совместный приказ Минздрава и Минобразования по правилам приема на медспециальности, но пока он не опубликован. Ходят слухи, что в последний момент в него было внесено изменение, 150 баллов по ВНО установлено лишь по двум предметам, а не по трем, исключая украинский язык. Сейчас мы ждем публикации приказа.

Ректоры медвузов, конечно, не очень довольны, но приказ есть и его нужно выполнять. Кстати, за время подготовки этого новшества мы получили полную картину того, кто из ректоров поддерживает изменения, а кто-то - нет.

Думаю, что активное сопротивление этому новшеству начнется, примерно, в апреле-мае, когда кто-то увидит, что чей-то ребенок не проходит в медицинский вуз.

В следующем году планируем уделить еще больше внимания образованию, внести изменения в систему непрерывного профессионального обучения. По нашему глубокому убеждению, в медицину должны приходить только те, кто готов развиваться и помогать своим пациентам.

-Как проходят конкурсы на замещение вакансий руководителей директоратов Минздрава?

- Мало желающих идти сюда. Те, кто пришел, завалили конкурсные задания, продемонстрировали достаточно низкий уровень. Был объявлен повторный конкурс, прием документов завершился 7 декабря. На этой неделе Центр общественного здоровья возглавил Владимир Курпита. Ожидаем, что удастся также подобрать достойных руководителей директоратов.

Пользуясь случаем, хочу пригласить всех, кому небезразлично реформирование медицины, и тех, кто подавался, но не прошел на должность главы директората, принять участие в конкурсах на должности экспертов.

-Возможно, у вас завышенные требования?

- Требования высокие. Но мы ищем людей, от которых зависит медицинская реформа. Я политическая фигура – сегодня есть, завтра нет. А от них будет зависеть реформа. Они должны генерировать идеи, а политические фигуры – министры и заместители - должны их принимать или нет.

-Вам нравится работать в Минздраве?

-Нет (смеется). Но именно здесь я нужен и наиболее полезен в данный момент.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 8 декабря 2017 > № 2419260 Александр Линчевский


Казахстан > Медицина > camonitor.com, 8 декабря 2017 > № 2417765

Нетерпимость к курению

По данным Всемирной организации здравоохранения, ежегодно в мире табакокурение уносит около 6 миллионов жизней. Доля смертей, связанных с употреблением табака, среди мужчин составляет 35 процентов, среди женщин – 12. Существенную лепту в эту страшную статистику вносит и Казахстан. Табакокурение, наряду с гипертонией, является основной причиной хронических неинфекционных заболеваний, таких, например, как рак или инсульт, которые в 84 процентах случаев приводят к летальному исходу.

Почти каждый четвертый казахстанец – курильщик, причем многих из них можно назвать заядлыми. К таким выводам специалисты пришли в ходе проведенного два года назад с участием представителей ВОЗ первого глобального опроса взрослого населения на предмет потребления табака. Такую статистику можно рассматривать как прямое свидетельство наличия угрозы для развития главного капитала любой страны – человеческого.

На протяжении последних пятнадцати лет наше государство по всем фронтам ведет непримиримый бой с пристрастием казахстанцев к табаку. Бои эти носят как масштабный, так и локальный характер. На передовой, как всегда, находятся законодатели. Еще в 2002 году в Казахстане был принят Закон «О профилактике и ограничении табакокурения». В июне 2004-го наша республика присоединилась к Рамочной конвенции ВОЗ по борьбе против табака, а в 2006-м был принят соответствующий закон. Нормы этой конвенции стали своего рода «дорожной картой», движение по которой постепенно превращает Казахстан в зону, свободную от табачного дыма. В 2009-м глава государства подписал Закон «О запрете курения в общественных местах». Принятый вслед за этим документом Кодекс «О здоровье народа и системе здравоохранения в Республике Казахстан» объединил все антитабачные законодательные инициативы в отдельную статью, ставшую, по сути, сводом тактических и стратегических методов борьбы с табакокурением.

И этими мерами законодатели не ограничиваются. Практически каждый год осуществляется комплекс мер, направленных на борьбу с этой убивающей казахстанцев зависимостью. Одна из последних инициатив – введение ответственности за рекламу, стимулирующую спрос и интерес к табаку и табачным изделиям в форме проведения различных мероприятий, таких, как розыгрыши призов и лотереи.

Немаловажную роль в борьбе с любителями подымить и последствиями этой пагубной привычки играют неправительственные организации, которых всемерно поддерживают государственные органы. Их неоспоримая заслуга заключается в пропаганде здорового образа жизни и проведении разъяснительной работы среди населения. Ведущие позиции на этом фланге наступления вот уже тринадцать лет занимает Национальная коалиция «За Казахстан, свободный от табачного дыма». Ее основными целями и задачами являются формирование стратегии борьбы с табакокурением в Казахстане, снижение негативных последствий потребления табака для здоровья населения и сокращение связанного с этим социально-экономического ущерба. Сегодня коалиция объединяет около тысячи юридических лиц и сотни тысяч физических лиц.

Вообще же в этой сфере задействованы сотни НПО, помогающие государству в борьбе с курением. Они работают по социальному государственному заказу и охватывают различные ниши – от информирования до реализации проектов, направленных на выработку эффективных мер по профилактике табакокурения. На поддержку инициатив третьего сектора в 2015 году из государственного бюджета было выделено 200 миллионов тенге. Свыше 70 НПО за счет этих средств смогли реализовать почти 150 проектов. В прошлом году цифры были чуть скромнее, но все же довольно серьезные – 115 проектов на сумму, превышающую 185 миллионов тенге.

Впрочем, самая эффективная мера борьбы с курением в условиях Казахстана (что, кстати, признает и ВОЗ) – это бить по карману курильщиков и табачных компаний, как говорится, рублем. Поэтому из года в год растут акцизы на табачную продукцию. Сегодня за каждую тысячу произведенных сигарет компании, выпускающие их, платят в бюджет 6200 тенге. В следующем году ставка поднимется до 7500 тенге, а в 2019-м — до 8700 тенге. Это напрямую отразится и на розничных продажах. Минимальные розничные цены на 20 сигарет с фильтром, без фильтра и папиросы до конца нынешнего года составляют 320 тенге. А уже с 1 января 2018-го они достигнут 340 тенге, с 1 июля 2018-го – 360 тенге, с 1 января 2019-го – 380 тенге.

Конечно же, это далеко не полный арсенал средств, которые государство использует в борьбе с табакокурением. Определенный комплекс мер осуществляется в рамках реализации государственной программы «Денсаулық» на 2016-2019 годы. Они нацелены на совместную работу организаций здравоохранения по профилактике, ранней диагностике, лечению и надзору за основными социально значимыми неинфекционными заболеваниями и факторами риска с учетом руководящих принципов ВОЗ, включая Глобальный план действий по профилактике неинфекционных заболеваний и борьбе с ними на 2013-2020 годы, а также Рамочную конвенцию по борьбе против табака.

Кроме того, стоит отметить, что в Казахстане работают свыше 70 центров формирования здорового образа жизни, где все желающие завязать с курением могут получить помощь на бесплатной основе.

Автор: Маргарита Вайда

Казахстан > Медицина > camonitor.com, 8 декабря 2017 > № 2417765


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Образование, наука. Медицина > stroi.mos.ru, 7 декабря 2017 > № 2425571

Завершается строительство антидопинговой лаборатории в МГУ

Монтаж оборудования Национальной антидопинговой лаборатории, которая создается на базе МГУ им. М.В. Ломоносова, начнется в январе 2018 года, сообщил журналистам ректор вуза Виктор Садовничий.

«Сейчас заканчивается строительство, в январе начнется постепенный перевоз и монтаж оборудования. Мы надеемся, что продолжим ту работу, на которую сейчас есть лицензия у лаборатории», - сказал В. Садовничий, передает «Интерфакс-Недвижимость».

Он отметил, что МГУ представил Всемирному антидопинговому агентству (WADA) списочный состав будущей лаборатории и получил согласие на него от международной организации.

Ранее сообщалось, что в составе научно-образовательного комплекса МГУ будет создана Национальная антидопинговая лаборатория ФГБУ «Антидопинговый центр».

Дизайн-проект здания согласовала Москомархитектура. Это будет четырехэтажный корпус с панорамным остеклением верхних этажей.

Здание антидопинговой лаборатории строят на месте бывшей студенческой столовой № 14 университета на Ленинских горах, д. 1, стр. 59 (вход с ул. Колмогорова).

Для максимального использования дневного света и равномерного освещения лабораторные кабинеты разместятся по периметру, у них будут панорамные окна. Технические помещения расположат в центре здания.

В антидопинговой лаборатории будут разрабатывать методы экспресс-диагностики запрещенных лекарственных средств, проводить исследования в области допинг-контроля.

Столовая № 14 была построена в 1981 году. После реконструкции и ремонта там разместятся лаборатории, служебные и административные помещения. Здание разделят на офисную и научно-исследовательскую зоны, куда будет ограничен доступ.

МГУ им. М.В. Ломоносова создает антидопинговую лабораторию под контролем Всемирного антидопингового агентства. Будет разработан пошаговый план аккредитации лаборатории в WADA.

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Образование, наука. Медицина > stroi.mos.ru, 7 декабря 2017 > № 2425571


ОАЭ. Франция > Медицина. СМИ, ИТ > dxb.ru, 7 декабря 2017 > № 2418150

Дубай, ОАЭ. В больнице Авиценны в Париже прошла первая в мире операция по пересадке органов с участием искусственного интеллекта. В ней принял участие руководитель Директората медицинских услуг полиции Абу-Даби доктор Джабер Аль Хаили. Речь идет о трансплантации искусственного плечевого сустава.

Как отмечается, команда врачей использовала данные, полученные с использованием технологий виртуальной реальности и различных сканеров – данные были добыты специально созданным для этих целей шлемом и программ, которые были испытаны на теле пациента.

Нужно отметить, что операция в режиме онлайн транслировалась во многие страны мира. Сам же доктор Аль Хаили проходит стажировку во Франции, чтобы усовершенствовать свои навыки с целью их дальнейшего применения в ОАЭ.

Источник: Khaleej Times

ОАЭ. Франция > Медицина. СМИ, ИТ > dxb.ru, 7 декабря 2017 > № 2418150


Казахстан > Медицина > camonitor.com, 7 декабря 2017 > № 2417785 Юрий Пя

Как живет Жанибек Успанов, которому пять лет назад пересадили сердце русской женщины?

50 лет назад, 3 декабря 1967-го, южноафриканский кардиохирург Кристиан Барнард выполнил первую в мире операцию по пересадке человеческого сердца. С недавних пор это стало возможным и в Казахстане. В Национальном научном кардиохирургическом центре под руководством Юрия Пя на сегодня таким образом возвращены к жизни уже более шестидесяти человек. Первым пациентом, которому 8 августа 2012 года пересадили донорское сердце (оно принадлежало астанчанке Галине Воротниковой), стал костанаец Жанибек Успанов.

Трудный выбор

- Моя история, подозреваю, началась еще в детстве, которое проходило в деревне, - рассказывает Жанибек. - Зимы в Костанайской области, откуда я родом, суровые, а весной и осенью грязь по колено. Мы по полгода ходили в резиновых сапогах. Думаю, этот холод все-таки повлиял на мое здоровье: ангина была моей постоянной спутницей. Но в деревне не принято болеть неделями. Отлежишься, максимум, пару дней, пропотеешь - и идешь дальше.

Позже врачи скажут, что именно ангина спровоцировала такую серьезную сердечную болезнь, как дилатационная кардиомиопатия. Но я так думаю, что если бы не деревенская закалка, экологически чистые продукты и лесной воздух, то я, может быть, умер бы, не дожив до сегодняшних лет. А так - служил в армии, работал на тяжелых работах: трактористом, комбайнером, водителем грузовика. Потом серьезно заболел. Когда к 2006 году все имеющиеся в нашей стране методы лечения были уже испробованы, врачи заговорили о трансплантация сердца. В то время о таких операциях в Казахстане даже и разговоров не заходило. Поискал информацию в Интернете, узнал, что их делают только в самых развитых странах мира – в Израиле, Германии, США, Но увидев цены на саму операцию - от 200 до 250 тысяч долларов, тему трансплантации я для себя закрыл. Чтобы немного продлить жизнь, решил лечиться тем, что есть под рукой, выполнять назначения врачей и бережнее относиться к себе. Дожил так до 2009 года. В Астане на тот момент уже работал Национальный научный медицинский центр, где мне установили кардиостимулятор. Когда в 2012-м я приехал на очередное обследование, мне сказали, что улучшений нет. Посоветовали обратиться в только что открывшийся в столице Научный кардиохирургический центр, где делают операции по имплантации искусственного левого желудочка сердца. Эта дорогостоящая, но спасительная операция дает сердцу возможность отдохнуть, пока хозяин дожидается донора.

После обследования в этом центре мне назначили госпитализацию на начало августа. 7 августа, на пятый день пребывания там, медсестры вдруг забегали вокруг меня - стали забирать кровь на анализ. Ближе к вечеру пришли врачи, сказали, что есть возможность сделать первую в Центральной Азии и Казахстане операцию по пересадке сердца. Сообщили, что разрешение родственников донора – умершей от инсульта 46-летней женщины – уже получено, и теперь необходимо мое личное согласие на операцию. Я спросил: «А что, если откажусь?». Ответ прозвучал как приговор: мне давали полгода жизни. И все равно выбор оказался для меня тяжелым. В какой-то момент я даже рукой махнул: «Будь что будет! Доживу со своим сердцем». Но это длилось недолго, и опять нахлынуло желание схватиться за любую соломинку – лишь бы продлить жизнь, увидеть взросление своего еще не родившегося ребенка. Позвонил жене. Она тогда была на девятом месяце беременности. Услышав о пересадке сердца, супруга так напугалась, что ее испуг передался и нашей еще не родившейся дочке: малышка затаилась и до самых родов не шевелилась. До сих пор каюсь, что сделал тот звонок. Решение должно было оставаться за мной, не надо было никого впутывать, потому что при неудачном раскладе другой человек стал бы чувствовать за собой вину.

Видя, как я мучаюсь, врачи сказали, что у меня есть еще несколько часов на раздумья. 8 августа в 6 часов утра из Чехии прилетел консультант – профессор-кардиохирург. И сразу ко мне в палату. Я посмотрел на него, а он – будто на бал собрался. Особенно бросался в глаза галстук - яркая бабочка. Мне показалось, что на операцию, которую он считает, видимо, пустячной, именитый доктор заехал так, между делом. Не меняя костюмчик и не снимая свою красивую бабочку, постоит возле операционного стола и опять улетит к себе в Европу. Наши врачи тоже излучали спокойствие. Их настроение передалось мне, и я, наконец, дал согласие на пересадку сердца. Пока везли в операционную, полушутя-полувсерьез сказал, что мне ни в коем случае нельзя умирать, поскольку у меня на днях должен родиться ребенок.

Когда проснулся после наркоза, шум стоял на всю страну. За стеклянными перегородками моей палаты маячили целые делегации. Сейчас я уже привык к своему новому сердцу, а тогда ощущения были необычными. Прежний «мотор» еле стучал, тогда как этот бился как колокол - 80-90 ударов в минуту, а когда на меня начинала смотреть камера оператора с какого-нибудь телеканала, я боялся, что сердце выпрыгнет из горла.

Через пару недель познакомился с сыном моего донора – Галины Воротниковой.

Игорь, 20-летний паренек, может быть, сам того не понимая до конца, совершил подвиг. Давая разрешение на изъятие органов своей матери (помимо сердца, у Галины изъяли еще и почку для живущего на диализе парня), он просто сказал: «Чем они сгниют в земле, пусть лучше спасут чьи-то жизни».

История первой в Казахстане пересадки сердца никого не оставила равнодушным. После этого трансплантация органов в нашей стране стала бурно развиваться. Точнее, после моей операции года полтора было затишье. Потом динамика резко пошла вверх: 10 операций в год, 20, 30.

А для Игоря после смерти мамы настали нелегкие времена. На руках Вероника, сестра-школьница, сам он еще студент, живет у кого-то на квартире. Я ничем не мог ему помочь - у меня не было ни денег, ни ценных вещей, ни квартиры. В Костанае не было лаборатории, где можно было бы делать анализы. Приезжать на обследование в Астану нужно было на поезде, а это большой риск, потому что люди с пересаженными органами не имеют иммунитета: он сильно подавляется препаратами против отторжения чужого органа. Поэтому доктора настоятельно рекомендовали не уезжать из Астаны, и мне с семьей пришлось переехать сюда. Но постепенно все нормализовалось. А Игорь женился, совсем недавно у него родился сын. Мы с женой тоже решились на второго ребенка, нашему сыну уже полтора года, друзья помогли мне купить пусть небольшую, но свою квартиру в пригороде столицы.

…Я свято верю в принцип бумеранга: человек, совершивший благородный и добрый поступок, рано или поздно должен быть вознагражден. Сам я каждое утро и каждый вечер желаю Игорю и его семье только хорошего. Думаю, что все слова, пожелания и просьбы человека, которому помогли в критической ситуации, до адресата быстро доходят.

Надо жить!

- Люди, получившие второй шанс на жизнь, становятся, как правило, очень верующими. А вы?

- По моей версии, Всевышний все делает руками людей. В моем случае - врачей и тех, кто был со мною рядом после операции. Очень помогла мне разобраться в себе недавняя встреча с одним теологом. По его словам, в религии нет такого, чтобы что-то дать авансом, а потом отрабатывать молитвами. Всевышний, считает он, во-первых, дает то, что человек сильно хочет и просит. Во-вторых, просящий и сам должен что-то делать, чтобы получить желаемое. А я всегда хотел быть здоровым. Мне оставалось жить совсем чуть-чуть, но я не признавался, что сильно болен. И тот душевный труд и то волнение, которые я испытал, когда принимал решение идти или нет на пересадку сердца, - это и есть шаг навстречу.

- Чем вы сегодня занимаетесь?

- Работаю в кардиохирургическом центре администратором по работе с пациентами с тяжелой хронической сердечной недостаточностью. Пока они находятся в листе ожидания донора, провожу с ними беседы. Когда я подробно рассказываю о каких-то личных вещах и ощущениях, о которых доктор может и не знать, это действует на них вдохновляющее.

Реципиенты - это совсем молодая в нашей стране категория людей. Кроме врачей, нас мало кто понимает. Поэтому вместе с другими реципиентами я создал общественное объединение «Өмір тынысы», которое занимается вопросами социализации, реабилитации и взаимодействия с государственными органами.

В 2015 году я побывал на большом европейском симпозиуме «Спортивная активность после трансплантации». Узнав там, что занятия спортом помогают реципиентам не только поддерживать себя в хорошей физической форме, но и нейтрализовать побочное действие пожизненно прописанных препаратов, я решил, что нам тоже нужно пропагандировать спорт среди реципиентов, которым трансплантировали не только сердце, но и другие органы.

И мы стали активно продвигаться в этом направлении. В августе нынешнего года наша команда ездила в Испанию на Всемирные спортивные игры, в которых участвовали представители около 60 стран мира. Наша Гульмира Смаилова заняла там первое место по боулингу в своей возрастной категории. По возвращении домой, уже в сентябре, мы провели в Актау первые республиканские игры среди реципиентов и тех, кому предстоит операция. Последние не участвовали в соревнованиях, но мы хотели, чтобы они увидели, что жизнь после операции есть, и она лучше и ярче, чем до нее. Из этого города мы разъезжались как после казахского праздника сватовства (кудалык), где обычно с большой неохотой расстаются со вновь обретенными родственниками.

…То, чем занимается реципиент после пересадки органа – спортом или, допустим, подготовкой к полету в космос – все это идет в копилку популяризации трансплантации. Эти люди не потерялись где-то, не умерли. Они среди нас, они такие же, как все, - рожают детей, работают, радуются жизни… В первые годы есть некоторые ограничения по физическим нагрузкам, но потом под наблюдением врачей люди постепенно начинают ходить на фитнесс, в кардиозону, заниматься бегом, возвращаться к своей профессии.

Правда, сам я вряд ли теперь смогу работать трактористом или водителем большегрузной машины. Это не только моя проблема. В Германии, где я встречался с обществом реципиентов, мне рассказывали, что многие впадают в депрессию из-за потери профессии, которой посвятили долгие годы своей жизни.

Сейчас мы планируем создать большую спортивную ассоциацию на уровне паралимпийского движения с привлечением медицинских и научно-образовательных центров, где каждый реципиент мог бы заниматься продвижением своих проектов, переоучением и трудоустройством. Ведь, по большому счету, после того, как врачи сделали свое дело, он сам должен решать, как распорядиться вторым шансом на жизнь.

Наследие донора

- Это правда, что при трансплантации реципиенту передаются некоторые качества донора?

- Все зависит от того, насколько человек внушаем. Мы, деревенские, любим, когда все ясно и четко, без всяких там полутонов и мистики. Единственное, что я ощущаю в себе – огромное желание не существовать, а полноценно жить: работать, приносить пользу, больше времени проводить с семьей, путешествовать. А еще я стал более стрессоустойчивым и целеустремленным. Раньше от малейшего расстройства сердце у меня начинало ныть. На него, такое слабое, влияло все – перепады давления и даже настроения. И я, слушая его, много чего не сделал. Теперь, когда я, с одной стороны, очень бережно стал относиться к здоровью, а с другой – делать то, чего раньше не делал никогда, я задаюсь вопросом - что это? Позитивный настрой, передавшийся от прежней хозяйки, или просто ощущения, присущие любому человеку со здоровым сердцем?

- А с новым сердцем вы стали меньше белеть?

- Наоборот - больше. Чтобы не происходило отторжения, нам пожизненно прописали препараты, подавляющие иммунитет. Мы, реципиенты, можем заболеть даже от чьего-то чиха. Помогают только антибиотики, но там имеется эффект привыкания. Но что делать? Такова цена за жизнь. Надеемся, что скоро наука придумает препараты, которые подавляют иммунитет не полностью, а точечно.

- Люди в нашей стране легче стали идти на донорство после вашего случая?

- Динамика, конечно, прослеживается, но потребности еще не покрываются. К примеру, 80% случаев трансплантации почек - это родственные пересадки. Но лично я против этого. Забрать у здорового человека и пересадить больному – это крайняя мера. Получается, что вместо одного инвалида появляются два.

- Какой совет вы бы дали людям, получив второй шанс на жизнь?

- Беречь здоровье и относиться к жизни немного проще. Некоторые ведь жертвуют здоровьем ради какой-то карьеры или ради того, чтобы угодить другим, а настоящую жизнь оставляют на потом. Хотя никто не застрахован, к примеру, от того, что случилось со мной: обычная ангина привела к смертельной болезни сердца.

Только пройдя через трансплантацию, я понял цену жизни и времени. До 2012 года я никогда не брал отпуск, все работал и работал, у меня не было времени съездить даже в Алматы. Но к 38 годам, когда в моей жизни настал час Х, денег, как выяснилось, не заработал, а здоровье угробил. После операции я много что поменял в своей жизни. Понял, наконец, что время – это единственный ресурс, который не восстанавливается, поэтому его надо использовать по максимуму.

Тупое лежание на диване мое новое сердце воспринимает с горечью и с сожалением: ни себе удовольствия, ни людям. Я хочу, чтобы таких дней было меньше. Ну и, конечно, семья. Она дает стимул. Мне 43, а дети маленькие: дочке пять лет, а сыну – всего полтора года. Я не могу позволить себе расслабиться. После работы меня встречают мои дети. Мне надо с ними попрыгать, побеситься, наговориться…

Казахстан > Медицина > camonitor.com, 7 декабря 2017 > № 2417785 Юрий Пя


Россия > СМИ, ИТ. Медицина > inopressa.ru, 6 декабря 2017 > № 2414426 Анна Немцова

Фейковые новости способствовали распространению ВИЧ/СПИДа в России. Это прекратилось?

Анна Немцова | The Daily Beast

"Стоял суровый, ледяной день в этом работящем городе в сердце Сибири, в более чем 4800 км к востоку от Москвы. Женщина 39 лет и ее 42-летний муж ждали приема у дверей кабинета психолога в Иркутском центре по борьбе со СПИДом", - повествует корреспондент американского издания The Daily Beast Анна Немцова.

"Врачи центра рекомендовали паре начать терапию по лечению ВИЧ как можно скорее, - передает автор. - Но мысль о принятии таблеток до конца жизни дважды в день, не пропуская установленного времени, пугала их. Оба по-прежнему лелеяли слабую надежду на то, что СПИДа не существует, что этот вирус был просто фейковой историей, придуманной какими-нибудь американскими фармацевтическими магнатами - такое мнению с легкостью попадается и распространяется в российских интернет-блогах и местных СМИ годами".

"Процесс принятия ситуации требует времени, - рассказала изданию психолог центра Оксана Разумовская. - Многие пациенты обеспокоены принятием лекарства больше, чем риском передачи вируса другим людям".

"Процесс принятия ситуации занял у России много времени, - говорится в статье. - Пока власти игнорировали проблему, эпидемия ВИЧ/СПИДа распространилась, как пожар в сухом лесу: в 28 регионах более 1% населения заражено вирусом, и Иркутск - в числе трех наиболее пострадавших городов. Более 200 тыс. россиян умерли от СПИДа с тех пор, как были зарегистрированы первые случаи в 1988 году. До недавнего времени правительство делало недостаточно для информирования общества о вирусе - тысячи пали жертвами стигматизации, недостоверной информации и откровенной дезинформации. Эти проблемы были осложнены нехваткой финансовой поддержки и лечения".

"Пока мы не построили наш центр четыре года назад, люди дрались за лекарства в переполненных коридорах; их унижали, относились к ним, как к преступникам", - рассказала изданию Юлия Плотникова, главврач Иркутского центра по борьбе со СПИДом, который признан лучшим среди российских клиник, предоставляющих терапию по лечению ВИЧ.

Лишь 28 тыс. из примерно 36 тыс. людей, живущих с ВИЧ в Иркутской области, зарегистрировались в Центре по борьбе со СПИДом. И лишь 12 тыс. из них получают лечение, информирует журналистка.

Никто не может назвать точное количество людей в области, никогда не показывавшихся в Центре по борьбе со СПИДом, но Плотникова убеждена, что невежество - главный враг России в том, что касается эпидемии ВИЧ. Иногда такое невежество умышленно. "Иркутская область страдает от большого количества ВИЧ-"диссидентов", или людей, которые отказываются получать терапию, потому что верят в мифы, распространяемые несколькими местными врачами - те говорят, что ВИЧ не существует", - пояснила Плотникова.

В этом году Иркутский центр по борьбе со СПИДом получил финансирование из госбюджета, покрывшее расходы на лекарства только для 40% всех зарегистрированных ВИЧ-пациентов, сообщает автор. В следующем году центр получит государственный бюджет на 50% своих пациентов. Как рассказал изданию Виней Салдана, региональный директор UNAIDS, Россия должна в идеале обеспечивать лечением 90% всех своих ВИЧ-позитивных граждан.

Но, по крайней мере, есть признаки того, что элиты в Москве начали проявлять внимание, отмечает Немцова. "Замечательно, что Фонд социально-культурных инициатив, возглавляемый Светланой Медведевой, женой премьер-министра, сделал СПИД своей приоритетной повесткой", - отметил Салдана.

На прошлой неделе на конференцию под названием "Технология жизни" в Москве съехались волонтеры и профессионалы из множества российских регионов, передает автор. Две здоровые на вид женщины - 38-летняя Полина Сытых и 36-летняя Светлана Изамбаева - выступили перед участниками. Обе они живут с ВИЧ уже 15 лет. "Я отказывалась от лечения на протяжении пяти лет после диагноза и уже была в плохом состоянии, когда, наконец, решила бороться за жизнь, за мою собственную жизнь", - призналась Сытых.

"Полина и Светлана родили здоровых детей, - рассказывает Немцова. - Они и их семьи - живой пример, показывающий, что пора положить конец движению ВИЧ-диссидентов и бороться с невежеством".

Россия > СМИ, ИТ. Медицина > inopressa.ru, 6 декабря 2017 > № 2414426 Анна Немцова


Россия. СФО > Образование, наука. Медицина > fano.gov.ru, 5 декабря 2017 > № 2413023

Российские ученые разрабатывают препарат для диагностики метастазов рака в лимфатические узлы

Ученые НИИ онкологии Томского Национального исследовательского медицинского центра РАН (далее – Томский НИМЦ), подведомственного ФАНО России, разрабатывают препарат для диагностики метастазов раковой опухоли в сторожевых лимфатических узлах, который в пять раз активнее зарубежных аналогов.

Сторожевой лимфатический узел - это самый первый (но необязательно самый близкий) узел, через который идет отток лимфы от опухоли. При определении объема оперативного вмешательства очень важно знать, какой узел является сторожевым. Если изъять этот узел и сделать его экстренное морфологическое исследование, можно определить, поражен он метастазом или нет. Если да - высока вероятность распространения опухоли на остальные лимфатические узлы и их нужно удалять. Если сторожевой узел чист это хороший прогностический признак для пациента и хирургическое вмешательство может быть ограничено только удалением опухоли.

«Радиофармпрепараты, которые сейчас используются, имеют различную химическую структуру, но в целом это меченые наноколлоиды. Все они накапливаются в сторожевом узле в небольшом количестве, один-два процента, а иногда и «проскакивают» сторожевой узел, аккумулируясь в соседнем. Кроме того, ни один из этих препаратов не зарегистрирован в России», - объясняет заместитель директора НИИ онкологии Томского НИМЦ по научной работе и инновационной деятельности Владимир Чернов.

Томские ученые предложили нестандартное решение: использовать для диагностики гамма-оксид алюминия.

«При первых исследованиях он оставался в месте инъекции, не мигрировал по лимфатическим путям, - рассказал Владимир Черно, - Для повышения лимфотропности мы покрыли наночастицы гамма-оксида алюминия органической оболочкой. Теперь, когда наночастицы попадают в сторожевой лимфатический узел, оболочка поглощается макрофагами, а гамма-оксид алюминия приобретает изначальные свойства - прочно фиксируется в узле. При этом мы получили накопление раз в пять выше, чем у зарубежных аналогов. Препарат получился, с одной стороны, очень простой, а с другой - очень эффективный».

Радиофармпрепарат на основе гамма-оксида алюминия, который уже прошел доклинические испытания, аспирант НИИ онкологии Томского НИМЦ Максим Очиров презентовал на отборочном этапе федеральной программы «УМНИК». В случае победы в конкурсе ученые смогут завершить клинические испытания и через два года вывести препарат на рынок. НИИ онкологии уже заручился поддержкой промышленного партнера для производства пробной партии препарата.

Россия. СФО > Образование, наука. Медицина > fano.gov.ru, 5 декабря 2017 > № 2413023


Гонконг > Медицина. Агропром > offshore.su, 4 декабря 2017 > № 2420576

Гонконгский совет по вопросам здоровья населения (COSH) призвал правительство удвоить налог на табак в следующем году, чтобы помочь достичь цели сокращения курения в стране.

Налог на табачные изделия в Гонконге в настоящее время взимается в размере 1 906 гонконгских долларов (244 доллара США) за 1000 сигарет, что эквивалентно приблизительно 38 гонконгским долларам (USD 4.80) за 20 штук. При средней стоимости пакета пачки сигарет 57 гонконгских долларов (7,30 долларов США) это составляет около двух третей продажной цены. Это ниже, чем 75-процентный минимум, рекомендованный Всемирной организацией здравоохранения.

В заявлении, опубликованном 30 ноября, COSH призвал удвоить текущую налоговую ставку, что увеличит налог за пачку сигарет до 76.24 гонконгских долларов (USD 9.75).

В исследовании 2017 года, проведенном по заказу COSH Школой общественного здоровья Университета Гонконга, более 80 процентов респондентов поддержали повышение налога на табачные изделия в 2018 году.

Гонконг > Медицина. Агропром > offshore.su, 4 декабря 2017 > № 2420576


Израиль > Госбюджет, налоги, цены. Медицина. Армия, полиция > newsru.co.il, 3 декабря 2017 > № 2445519

Минабсорбции: ветераны Второй мировой войны получат лекарства из "корзины" бесплатно

Пресс-служба министерства алии и интеграции сообщила о подписании этим ведомством соглашения с минздравом и руководителями больничных касс, в рамках которого все ветераны Второй мировой войны получат 100-процентную скидку на лекарства. Финансирование этой льготы, полагающейся более чем 600 ветеранов, берет на себя министерство алии и интеграции.

Министр Софа Ландвер, комментируя подписанное соглашение, заявила: "Еще один важный шаг в нашей борьбе за достойную старость ветеранов Второй мировой войны сделан! Скидка на лекарства для ветерана - это серьезные деньги, которые теперь эти люди смогут использовать на другие цели. И пусть эта социальная помощь станет просто проявлением нашей заботы о тех, кто воевал и принес миру освобождение от нацизма."

Пресс-служба минабсорбции сообщает, что несколько недель назад по инициативе Софы Ландвер и ряда депутатов Кнессета из фракций "Куляну" и НДИ, начались интенсивные переговоры с минздравом об предоставлении всем без исключения ветеранам Второй мировой войны 100-процентной скидки на лекарства, которые входят в "корзину лекарств". Подобная скидка до 1 декабря 2017 года предоставлялась лицам, пережившим Холокост, а также тем ветеранам войны, которые имели статус "беженца Холокоста". При этом около 650 репатриантов-ветеранов не могли воспользоваться льготой, так как на них не распространялся статус "беженца Холокоста". Пресс-служба поясняет, что именно эта группа людей с 1 декабря получила 100-процентную скидку на лекарства, входящие в "корзину лекарств".

Израиль > Госбюджет, налоги, цены. Медицина. Армия, полиция > newsru.co.il, 3 декабря 2017 > № 2445519


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter