Всего новостей: 2604829, выбрано 1278 за 0.215 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

США. Иран. Турция. РФ > Нефть, газ, уголь. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > oilcapital.ru, 20 сентября 2018 > № 2734997 Икбаль Дюрре

Икбаль Дюрре: Перспективы отказа от доллара пока туманны Мнение.

Заявление России, Ирана и Турции об отказе от доллара в торговых операциях между тремя странами уже стало определенным вызовом мировой экономике. Другой вопрос, насколько это реалистично и реализуемо в ближайшей перспективе в полном объеме. И тут ключевые слова – «в полном объеме».

Например, если мы возьмём за основу российско-турецкие экономические отношения, которые оцениваются примерно в $17-18 млрд в год (в лучшие времена было на $20 млрд больше), то около 80% из этой суммы составляет экспорт из России в Турцию.

Понятно, что России интересно производить взаиморасчеты в турецких лирах только в размере своего импорта из Турции, а самой Турции – наоборот. Эту же логику можно спроецировать на других участников договоренности. Получается, что подобная схема на данном этапе может эффективно работать только между равными.

И пока к договору о торговле в национальных валютах между Ираном, Россией и Турцией не подключатся Китай или европейские страны, он не даст, на мой взгляд, ожидаемого результата.

Для меня существует еще один вопрос: что будет с этим договором, когда хотя бы один участник помирится с Западом? Будет ли он так же настойчив в реализации подобного эксперимента?

Как видите, вопросов больше чем ответов.

Также хочу отметить, что подобный договор между Турцией и Россией уже несколько лет как существует. Но особого восторга мы не видим. Может быть я скептик, но считаю, что договор об отказе от доллара между тремя странами может стать хорошим началом, вернее продолжением, особенно с точки зрения доказательства их политического сближения, но в экономическом плане имеет туманные перспективы.

Несмотря на существующие и довольно серьезные противоречия между Турцией и США, Анкара все же уступит Штатам, потому что сегодняшнее тяжелое экономическое положение в стране вынудит Турцию пойти на послабления перед Америкой.

Но это не отразится на российско-турецких экономических договоренностях, в частности по трубопроводам и атомной станции. Некоторые эксперты в Турции считают, что иранские и азербайджанские углеводороды могут стать альтернативой российским. Однако, учитывая нестабильную политическую и экономическую ситуацию вокруг Ирана, которую инициируют западные силы, в первую очередь – США, и принимая во внимание факт, что запасы Азербайджана ограничены, такая точка зрения является как минимум несостоятельной. Надо понимать, что энергетические проекты с Россией помимо большого экономического значения для Турции еще и усиливают геополитическую позицию страны в регионе.

Примечание НиК: 7 сентября 2018 года в Тегеране состоялся трехсторонний саммит президентов России, Турции и Ирана по Сирии, в ходе которого обсуждался ряд экономических мер для отказа от использования американского доллара в торговле между странами.

М.Э. Икбаль Дюрре

Политолог, доцент кафедры Теории регионоведения МГЛУ

США. Иран. Турция. РФ > Нефть, газ, уголь. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > oilcapital.ru, 20 сентября 2018 > № 2734997 Икбаль Дюрре


Украина. Германия. Евросоюз. РФ > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 19 сентября 2018 > № 2734189 Владимир Гройсман

Владимир Гройсман: Трубопровод «Северный поток — 2» означает полную зависимость от России (Frankfurter Allgemeine, Германия)

Премьер-министр Украины Владимир Гройсман рассуждает о войне с Россией, о проблеме с трубопроводом «Северный поток — 2», а также о своих еврейских родителях

Герхард Гнаук (Gerhard Gnauck), Frankfurter Allgemeine Zeitung, Германия

«Франкфуртер альгемайне»: Господин премьер-министр, в Азовском море, к востоку от полуострова Крым, Россия препятствует судоходству. Нервозность в этом регионе повышается. К чему все это может привести?

Владимир Гройсман: Это еще один элемент гибридной войны, которую Россия ведет не только против Украины, но и против всего демократического мира. Блокирование иностранных торговых судов, заходящих в наши порты, — это, по моему мнению, бандитизм. Это серьезный сигнал для всего мира, и миру следует дать на него серьезный ответ. Мы реагируем на это дипломатическими и правовыми методами, а также усилением нашей обороноспособности.

— Киев хочет прекратить действие российско-украинского основополагающего договора, заключенного в 1997 году.

— Да, он не будет продлен, а срок его действия заканчивается весной 2019 года. Чего стоит этот договор о «дружбе и сотрудничестве» после того, как Россия направила танки на нашу территорию? Я ничего не имею против русского народа. Я имею кое-что против российских генералов и российских убийц. Мы ведь не хотим разрушить Россию или сменить там режим. Мы лишь говорим: восстановите границы и позвольте нам жить в мире.

— Вы опасаетесь того, что запланированный газопровод «Северный поток — 2» исключит Украину из транзита природного газа. Поэтому Берлин хочет обязать российскую сторону сохранить и в будущем транзит природного газа через территорию Украины. Это реалистичный план?

— Что касается транзита через Украину, нет никаких гарантий того, что Россия выполнит свои обещания. Поэтому, на мой взгляд, Россия будет обманывать, чтобы реализовать свой проект. Мы очень признательны федеральному правительству и госпоже Меркель за их поддержку, за их твердую позицию в отношении той войны, которую Российская Федерация развязала против нас. Однако реализация проекта «Северный поток — 2» будет означать полную зависимость от России. В качестве альтернативы мы предлагаем нашим европейским партнерам совместно управлять нашими транзитными трубопроводами. Они надежны, а наши большие хранилища газа уникальны.

— Многие украинцы страдают от повышения цен. Международный валютный фонд (МВФ) как кредитор требует теперь от Киева повысить цены на газ. Разве это не порочный круг: МВФ требует, настроенное на проведение реформ правительство выполняет требование, а затем вы проигрываете на выборах?

— Ради сохранения стабильности нужно принимать и непопулярные решения. Что касается повышения цены на газ, то мы хотим решить этот вопрос до конца сентября. В 2005 году рост экономики на Украине составлял 12%, а государственный долг находился примерно на уровне 12 миллиардов долларов. Когда наша команда пришла к власти в 2014 году, мы обнаружили долг в размере 70 миллиардов. Нам нужно его обслуживать. Многие возможности проведения реформ были упущены. Теперь наша стратегия состоит в том, чтобы к 2020 году сократить соотношение долга к ВВП с 65% до 48%.

— А люди все еще поддерживают проведение болезненных реформ?

— Мы проводим реформы в условиях войны. Полная перезагрузка: децентрализация, реформа общества, образования, приватизации, энергетического сектора, армии и полиции, налоговой системы. А старая система продолжает оказывать сопротивление. Естественно, это не самое легкое время в нашей жизни. Однако во второй половине года рост экономики составил 3,6%. Инфляция сократилась до 8,9%. Инвестиции растут.

— Однако борьба с коррупцией ведется сегодня не так активно.

— Пока еще люди не почувствовали успехов при проведении реформ. Борьба с коррупцией — важное дело. Она создает свободное пространство для нашей экономики. Когда был подготовлен антикоррупционный суд, я ясно сказал: либо это решение будет принято, либо я ухожу в отставку. Нужен честный суд для того, чтобы правил закон. И это действует. То есть, мы еще не устали от реформ.

— Но ведь никто из высокопоставленных чиновников не был осужден.

— Независимые суды еще не осудили ни одного высокопоставленного чиновника и не назначили справедливое — я подчеркиваю, справедливое — наказание.

— Еще одна спорная тема с Россией: Украина с благословения православного Константинопольского патриарха хочет основать собственную православную церковь без нынешнего московского влияния.

— Это для нас как для народа и как для государства очень важно. Иметь собственную, независимую церковь — историческое решение для нашего народа, для 45 миллионов человек. И развитие идет в правильном направлении.

— Ваши отец и мать были евреями.

— И я тоже. Вы знаете эту шутку? Один человек говорит другому: «Вы, случайно, не еврей?» На что тот отвечает: «Да, я еврей. Но не случайно».

— Что вы чувствуете, когда за границей говорят, что ваше правительство пришло к власти в 2014 году в результате «фашистского путча»?

— Так говорят люди, которые имеют неправильное восприятие действительности.

— Вы на Украине сталкивались с антисемитизмом?

— Никогда. Украина — моя родина. Мои предки жили здесь с 1732 года. Здесь они воевали и трудились, здесь они родили и воспитали нас.

— А ваши родители сталкивались в советское время с антисемитизмом?

— Они мне рассказывали, что существовали ограничения на доступ к определенным рабочим местам. Но когда мне сегодня говорят, что украинцы — антисемиты, это просто смешно. Украинцы — добросердечные и отзывчивые люди. Мы такие. И поскольку многие наши поколения здесь жили, то это нас объединяет. Пара сумасшедших, желающих разделить людей по признаку расы, цвета или веры, есть везде, однако у нас их не больше, чем в любой другой европейской стране.

— Недавно были случаи нападений правых экстремистов на цыган.

— Совершившие это люди — преступники. К сожалению, нападения такого рода происходят сегодня во многих европейских странах. Преступники должны сидеть в тюрьме.

— В одном из самых известных фотодокументов, относящихся к Холокосту, запечатлен расстрел, а подпись такая: «Последний еврей Винницы». Вы родились в этом городе и до 2014 года были его мэром. Что пережила ваша семья до 1945 года?

— Моя семья пережила Голодомор и Холокост. От Голодомора (устроенный государством голод в южных частях Советского Союза — примечание редакции газеты «Франкфуртер альгемайне») пострадали мои родственники и родственники моей жены, у которых польские и украинские корни. Кроме того, мои родственники сидели в советских лагерях. Что касается Холокоста: мой прадед ушел на фронт в 1941 году. Когда он вернулся, он узнал, что его жена и трое детей расстреляны. А бабушку должны были расстрелять на краю ямы, где лежали уже многие убитые. В нее и еще в нескольких людей пули не попали, однако все они упали в эту яму. Ночью простые украинцы вытащили их оттуда и спрятали. Так она выжила.

— В Киеве в 1941 году произошло массовое убийство в Бабьем Яру. Как сегодня следует поминать его жертв?

— Я считаю очень важным помнить о всех этих трагедиях и быть бдительными — ради будущего. Киевские городские власти создали общественный совет, который на негосударственные средства создаст в Бабьем Яру мемориал. У нас в Киеве уже несколько лет существует мемориал в память о Голодоморе. В 2017 году я присутствовал на церемонии, посвященной началу работы по возведению второй части этого мемориала, которая должна быть готова в конце 2019 года. Речь идет о миллионах жертв, о миллионах детей. Организаторы этого голода хотели убить украинцев.

— Прежде всего в Польше и в Израиле очень критично реагируют на то, что националистические партизаны из УПА (организация, запрещенная в России, — прим. ред.), совершавшие преступления в отношении польского гражданского населения, сегодня провозглашены героями на Украине.

— У каждого государства — свои герои. Что касается этой темы, то было бы неправильно действовать с помощью запретов. Тогда были очень сложные времена. Однако жить нужно только для будущего — и не подчеркивать то, что разделяет. Свои решения я буду всегда основывать на следующих трех основных ценностях: сближение, взаимопонимание и — если что-то раньше произошло — взаимное прощение.

— Кстати о прощении — когда это произойдет в отношениях между Россией и Украиной?

— Политика должна искать решения на дипломатических путях. Но за столом переговоров должны сидеть люди, которые этого хотят. Если бы с российской стороны было желание закончить войну, это могло бы произойти в течение пяти минут.

— Как вы оцениваете миграционный кризис в Европе?

— Люди стали более мобильными. Они ищут те места, где они могут лучше жить. Поляки поехали в Великобританию. Украинцы — в Польшу. Наша задача состоит в том, чтобы вернуть украинцев назад. Кстати, заработная плата у нас уже растет. Другие страны многое испытали в прошлом, а у нас еще многое впереди. Наш президент недавно внес законопроект, на основании которого вступление в Евросоюз и НАТО будут закреплены в Конституции как стратегические цели.

Украина. Германия. Евросоюз. РФ > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 19 сентября 2018 > № 2734189 Владимир Гройсман


Россия > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 18 сентября 2018 > № 2733307 Дмитрий Козак

Брифинг Дмитрия Козака по завершении совещания о развитии нефтяной отрасли.

Из стенограммы:

Вопрос: Дмитрий Николаевич, почему именно сейчас возник вопрос о необходимости стимулирования нефтяной отрасли – в условиях, когда инвестиции в отрасль растут, цена на нефть растёт, добыча нефти растёт и прибыль компаний растёт?

Д.Козак : Только потому, что в перспективе мы ожидаем истощение запасов доступной сырой нефти для добычи и существенное увеличение затрат. Ещё пару лет мы в рамках действующих правил поработаем, а затем будет наблюдаться снижение, потому что очень много трудноизвлекаемых запасов, обводнённых, находящихся в сложных геологических условиях, по которым себестоимость добычи растёт. Мы сегодня имеем сверхдоходы в том числе за счёт того, что у нас огромные запасы, низкая себестоимость добычи. Но перспективы такие: легкоизвлекаемые запасы истощаются, много брошенных месторождений, которые не осваиваются из-за того, что не являются выгодными с точки зрения реализации соответствующих проектов.

Поэтому встаёт вопрос о том, чтобы подойти дифференцированно к налогообложению. Не предоставить льготы, а подойти дифференцированно к налогообложению различных запасов нефти. Сегодня именно об этом договорились. Месторождения, которые сегодня осваиваются, на которых идёт добыча, будут функционировать в существующих налоговых условиях. Речь не идёт о том, чтобы потерять доходы федерального бюджета, речь идёт, наоборот, о том, чтобы их не потерять. Если мы не будем ничего делать, не будем осваивать месторождения, которые являются трудноизвлекаемыми, то к 2035 году по оптимистичному сценарию мы будем добывать в два раза меньше, а по пессимистичному – почти в четыре, до 146 млн т. Если будем работать таким же образом, как работаем сегодня.

Поэтому необходима выработка мер. Здесь не с наскока необходимо работать. Мы должны будем провести инвентаризацию всех запасов. Новые месторождения у нас не осваиваются, они все стоят на балансе тех или иных нефтяных компаний, они декларируются как имеющие соответствующие запасы. Это нужно для капитализации компаний. Но они не осваиваются. Мы должны будем провести инвентаризацию всего того, что стоит на балансе у нефтяных компаний, по единым критериям оценить эти месторождения: являются ли они трудноизвлекаемыми или не являются. И с учётом этих единых критериев оценки решить вопрос, к каким типам месторождений (не к кому, как чаще бывало, не к какой компании персонально, а к каким типам месторождений) какие дифференцированные методы налогообложения применять. Только об этом идёт речь. И уже к 1 ноября должна быть соответствующая «дорожная карта». Минприроды «застрельщик» в этом вопросе – они должны оценить месторождения с точки зрения геологических условий, с точки зрения извлекаемости ресурсов, выработать эти критерии – Минэнерго, Минприроды вместе с нефтяными компаниями – и наложить эти критерии на все те запасы, которые имеются в нашем распоряжении.

Вопрос: К 1 ноября будет «дорожная карта» по дифференциации налога?

Д.Козак: Нет, 1 ноября будет «дорожная карта» по инвентаризации месторождений, по подготовке нормативных правовых актов применительно к результатам этой инвентаризации по установлению дифференцированных подходов к налогообложению по этим месторождениям. Эту «дорожную карту» мы, по идее, должны к весне следующего года в принципе завершить. У нас должно быть полное понимание, что мы имеем, каким образом это всё будет осваиваться.

Кроме того, о чём мы говорили с нефтяниками, у нас должно быть не просто предоставление каких-то преференциальных условий ведения бизнеса на месторождениях с трудноизвлекаемыми запасами. Должно быть оформлено обязательство, инвестиционное соглашение по месторождениям, где пониженные ставки налогов будут применяться, – инвестиционное соглашение между государством и соответствующими нефтяными компаниями, у которых на балансе стоят эти месторождения. Они должны взять на себя обязательства, когда, в какие сроки они освоят эти месторождения, нарастят добычу нефти оттуда.

Вопрос: То есть к весне инвентаризация начнётся, а к 1 ноября будет подготовлена «дорожная карта»…

Д.Козак: «Дорожная карта», как только мы последовательно, пошагово придём к искомому результату. Для того чтобы уже со следующего года начать движение к освоению тех месторождений, которые в настоящее время лежат мёртвым грузом на балансе нефтяных компаний и не осваиваются.

Вопрос: Все предложения, которые сегодня озвучило Минэнерго, будут приняты? По поддержке добычи?

Д.Козак: Да, все они предварительно были обсуждены и сегодня Председателем Правительства поддержаны. Мы будем двигаться в этом направлении. Это необходимо, ещё раз хочу подчеркнуть, не для того, чтобы нефтяникам предоставить какие-то преференции. За счёт действующих месторождений никаких дополнительных доходов, дополнительных преференций они не получат. Речь идёт только о том, чтобы не снизить доходы бюджетной системы, в том числе федерального бюджета, от нефтяной отрасли. А для того чтобы их не снизить, надо удержать примерно на этом уровне объём добычи нефти.

Вопрос: Проведение инвентаризации с последующей выработкой некой системы, предоставлением новых льгот, заключением новых соглашений не идёт вразрез с идеей перевести в итоге нефтяную отрасль на НДД и новую налоговую систему?

Д.Козак: Что касается НДД, это один из инструментов. Он сохраняется, он пока будет в пилотном режиме реализовываться. Там есть сложности с администрированием. Плюс у нас нет единых критериев, какие месторождения подпадают под НДД.

Вопрос: Четыре группы месторождений…

Д.Козак: Очевидно, что этого недостаточно. Мы ещё даже не начали реализовывать этот закон, он только принят два месяца назад, но очевидно, что этого инструмента недостаточно. Надо заново, свежим взглядом оценить сложившуюся ситуацию. Сами нефтяники, прежде всего с точки зрения добросовестной конкуренции между ними, этого просят. Чтобы ко всем был одинаковый подход, чтобы по единым критериям мы оценили, что у них имеется и какие преференции могут предоставляться в будущем – в зависимости от качества месторождения, которое стоит у них на балансе.

Вопрос: То есть вы не отказались от идеи через три-пять лет перевести нефтяную отрасль на НДД?

Д.Козак: Нет, не отказались.

Вопрос: Есть какие-то прогнозы по добыче в среднесрочной перспективе, если все эти меры будут приняты? К 2025 году, 2030-му?

Д.Козак: Прогнозировать можно будет, когда мы проведём инвентаризацию, дадим оценку, решим, какие инструменты к каким категориям месторождений применяются, подпишем соглашения с нефтяными компаниями, они возьмут на себя обязательства. Вот тогда мы можем что-то прогнозировать. Сегодня можно говорить, что по потенциальным запасам – себестоимость их будет выше, но по потенциальным запасам мы можем сохранить и даже нарастить объёмы, которые сегодня есть. Но для этого нужны огромные инвестиции, дополнительные инвестиции в отрасль, и совместные усилия нефтяных компаний и государства.

Вопрос: По поводу демпфера. Опять же у нас ситуация, когда закон принят, а через месяц он изменяется. Обсуждается ли сейчас вопрос о том, чтобы ввести отрицательный акциз на нефть и демпфирующую составляющую раньше 2019 года? Если да, то из каких источников это будет делаться? И Минфин ставит вопрос о снижении индикативных цен в демпфирующей составляющей. Тоже непонятно, из каких источников оно будет финансироваться.

Д.Козак: Ставить вопрос можно. Источники есть, мы получаем дополнительные доходы. Кстати, две трети доходов просто от мировых цен на нефть получает государство, а не нефтяные компании. У нас есть источники – это нефтегазовые доходы, которые не связаны с расходными обязательствами Российской Федерации. Это и есть источник предоставления отрицательного демпфирующего акциза. Он есть как в 2019 году, так и в 2018 году, просто на эту тему надо принять решение. У нас есть дополнительные нефтегазовые доходы.

На самом деле отрицательный акциз – тоже хотел подчеркнуть, потому что есть разные интерпретации, что мы чуть ли не у граждан вынимаем из кармана эти деньги, – на самом деле речь идёт только о том, что дополнительные сверхдоходы нефтяной отрасли через бюджетную систему перераспределяются. Перераспределяются от добычи к переработке – для того чтобы выполнить социальную задачу: сдержать рост розничных цен на моторное топливо. Простая арифметика. Я сегодня об этом говорил: давайте создадим (чтобы это даже не заходило в бюджет) фонд социальной помощи потребителям дизеля и моторного топлива и туда этот отрицательный акциз направим… Не в бюджет, это не расходы бюджета. Просто способ перераспределения внутри отрасли нефтегазовых доходов, которые не идут по бюджетному правилу, не идут на расходы, это не расходы федерального бюджета.

Вопрос: То есть пока решения ввести отрицательный акциз раньше нет?

Д.Козак: Мы с нефтяниками на прошлой неделе договорились, что в середине октября соберёмся, посмотрим, какая будет ситуация на мировом рынке, какой будет курс рубля.

Вопрос: Но не приведёт ли снижение индикативных цен в формуле расчёта демпфирующей надбавки к тому, что у нас убьётся розничный рынок, независимая розница? Они-то этих средств от демпфирующей надбавки не получают, их получают только перерабатывающие компании.

Д.Козак: Нет, они получат более низкие оптовые цены.

Вопрос: То есть речь об опте идёт?

Д.Козак: Конечно. Речь идёт об опте. Получают нефтеперерабатывающие заводы, и они обязаны соблюдать индикативные цены. В случае если оптовые цены НПЗ превышают их на 10%, предоставление демпфирующего акциза прекращается.

Россия > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 18 сентября 2018 > № 2733307 Дмитрий Козак


Россия > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 18 сентября 2018 > № 2733306 Дмитрий Медведев

О развитии нефтяной отрасли и стимулировании добычи нефти.

Совещание.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Д.Медведев: Мы давно планировали собраться, обсудить некоторые вопросы, связанные со стимулированием добычи нефти, и иные вопросы, связанные с нефтяным сектором нашей экономики.

Наша страна по понятным причинам является здесь одной из ведущих держав. Нефтяная промышленность – важнейшая часть российской экономики. В инвестиционных, инфраструктурных проектах нефтяных компаний участвуют предприятия многих других отраслей. К тому же нефтяники выплачивают в бюджет в среднем две трети своей выручки. Благодаря этому в значительной степени обеспечивается решение национальных задач. И даже несмотря на то, что мы всё большее внимание уделяем несырьевому экспорту и изменению структуры экономики, ситуация пока именно такая. Поэтому мы должны адекватно воспринимать всё, что происходит в нефтяном секторе, нефтяной отрасли государства.

Мы уделяем этому серьёзное внимание. Сегодня обсудим меры, которые призваны обеспечить эффективное развитие отрасли на длительную перспективу.

За последние годы появились новые технологии добычи и переработки сырья. Конкуренция на энергетических рынках постоянно обостряется. Основными потребителями нефти становятся развивающиеся страны Азиатско-Тихоокеанского региона. Важно, чтобы российские нефтяные компании могли адекватно отвечать на эти вызовы, удерживать лидерские позиции даже в нынешние непростые времена. Мы стараемся для этого создавать различные стимулы. В частности, ряд преференций имеют компании, работающие на шельфе, в Дальневосточном и Северо-Кавказском федеральных округах, Арктической зоне. Также со следующего года определённые льготы получат компании, которые применяют наиболее современные технологии. Кроме того, в начале следующего года для ряда месторождений вводится новый, более гибкий налог на дополнительный доход от добычи углеводородного сырья – так называемый НДД. Он позволит перенести основную часть фискальной нагрузки на более поздние этапы разработки недр.

Для стратегического развития отрасли всё более важными становятся разведка и освоение новых месторождений. Если этого не делать, то, по прогнозам экспертов, уже после 2021 года уровень добычи начнёт снижаться, а к середине 2020-х годов будет заметно ниже нынешнего. К тому же извлекать сырьё из существующих месторождений будет всё менее рентабельно из-за ухудшения геологических условий добычи и дороговизны применяемых технологий. Необходимо увеличивать геолого-разведочные работы, а также обеспечивать добычу на месторождениях с трудноизвлекаемыми запасами.

Есть целый ряд предложений по созданию стимулов для нефтяных компаний в этой сфере. Они напрямую связаны с наполнением бюджета, поэтому являются чувствительными и требуют тщательного анализа. Но мы от этого не уклоняемся, обязательно будем этим заниматься совместно с руководителями нефтяных компаний, совместно с отраслью.

Тема стимулирования разведки и добычи нефти обсуждается давно. В отрасли существует мнение, что имеющиеся меры поддержки не всегда попадают в цель. Для решения этого вопроса необходимо провести инвентаризацию запасов углеводородного сырья, детально оценить существующую систему льгот, выработать предложения о точной настройке механизмов стимулирования, чтобы предоставление льготы давало ожидаемый результат.

Очевидно, что вопросы стимулирования отрасли невозможно рассматривать в отрыве от сложившегося налогового режима, в том числе в связи с налоговым манёвром в нефтяной отрасли. Были совещания у моих коллег, где обсуждалась необходимость определённой корректировки отдельных параметров налогового манёвра. Общая позиция заключается в том, что изменения налогообложения отрасли не должны идти в ущерб ни нефтяным компаниям, ни российским потребителям нефтепродуктов.

Весной этого года у нас уже складывалась непростая ситуация с ценами на топливо. Её пришлось исправлять буквально в ручном режиме. Понятно, что в этом году лимит повышения цен уже выбран и повторения таких событий допустить нельзя. Поэтому необходимо контролировать ситуацию на топливном рынке, причём очень жёстко. В случае если динамика цен станет неконтролируемой, появится угроза их галопирующего роста, нам придётся повысить вывозные пошлины на нефть и нефтепродукты. Как вы знаете, такая возможность законодательством предусмотрена, но рассчитываю, что к этому инструменту Правительству прибегать не потребуется. Рассчитываю, что руководители нефтяных компаний в этом смысле меня услышали.

Уверен, что решения, на которые мы сегодня выйдем (мы договорились, что в ходе сегодняшнего обсуждения по некоторым параметрам цифры сверим), будут помогать динамичному развитию отрасли на годы вперёд.

Давайте обсудим предложения.

Россия > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 18 сентября 2018 > № 2733306 Дмитрий Медведев


Китай. Азия. ДФО > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 14 сентября 2018 > № 2730605 Александр Климентьев

Александр Климентьев: Ускорить СПГ-проекты можно за счет Восточной Сибири.

В условиях растущей конкуренции на азиатских рынках сжиженного газа российским компаниям следует ускорить реализацию дальневосточных СПГ-проектов. Намерение Китая ввести 25-процентные пошлины на американский СПГ пока только угроза, но в случае ее осуществления российские производители получат хороший шанс обойти на быстрорастущем китайском рынке поставщиков из США.

Китай в 2017 г. стал вторым по объемам импортером СПГ в мире. При этом США в 2017 г. обогнали Россию по поставкам сжиженного газа в эту страну и сравнялись с российскими поставщиками на рынке Южной Кореи. Инвестиции Китая должны стать основным источником финансирования проекта «Аляска СПГ», включающего в себя газопровод протяженностью боле 1200 км и завод СПГ в Никиски мощностью 20 млн тонн в год. Запуск производства СПГ на Аляске намечен на 2025 г.

Американский СПГ уже давно заставляет нервничать «Газпром» и других производителей природного газа.

Поставки СПГ с Аляски в танкерах большой вместимости и без необходимости ледовой поддержки могут существенно осложнить перспективы российских СПГ-проектов на Дальнем Востоке – третьей очереди «Сахалина-2», новых проектов «Дальневосточный СПГ» и «Владивосток СПГ», – которые и без того сталкиваются с проблемами.

Главная сложность этих проектов – нехватка газа. Несмотря на реанимацию «Газпромом» проекта «Владивосток СПГ», его планируемая мощность снижена с 15 млн тонн до 1,5 млн тонн в год. Но даже для такого среднетоннажного завода проблема обеспечения газом не решена, в том числе по причине существенного изменения планов по добыче на Южно-Киринском месторождении, оказавшемся под санкциями.

В числе других причин, тормозящих реализацию экспортно ориентированных СПГ-проектов на Дальнем Востоке, – социальные обязательства по газификации Приморья и Хабаровского края, ограниченные возможности газотранспортной системы на Сахалине и газопровода Сахалин – Владивосток, на доступ к которым накладываются корпоративные ограничения со стороны «Газпрома». Хотя «Роснефть» и «Газпром» публично заявили о наличии договоренностей по поставке газа на третью очередь завода СПГ в Пригородном («Сахалин-2»), а FEED третьей очереди прошла государственную экспертизу в 2017 г., решение о ее строительстве до сих пор не принято.

В настоящее время сжиженный газ поставляется в АТР с дфействующего завода «Сахалина-2», начаты поставки с проекта «Ямал СПГ». При этом остается незадействованным потенциал месторождений Восточной Сибири с запасами 2,5 трлн м3.

Кардинально решить проблему нехватки газа для нефтегазохимических и СПГ-проектов в Приморье и на Сахалине можно лишь за счет объединения строящегося газопровода «Сила Сибири» с действующим газопроводом Сахалин – Владивосток.

Необходимо обеспечить доступ к «Силе Сибири» независимых производителей и увеличить добычу газа в Восточной Сибири. Поставщиками по новому маршруту могут выступить компании «АЛРОСА-Газ» и «Ленск-Газ», которые ведут добычу природного газа в Западной Якутии, а также «Сургутнефтегаз», «Роснефть» и ИНК, добывающие попутный нефтяной газ.

Александр Климентьев

Эксперт WWF по СПГ

Китай. Азия. ДФО > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 14 сентября 2018 > № 2730605 Александр Климентьев


Россия > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > oilcapital.ru, 14 сентября 2018 > № 2730603 Елена Корзун

Елена Корзун: Фискальная политика государства настроена на крупных игроков.

С 1 января 2019 г. нефтяную отрасль ждут серьезные изменения. В начале августа текущего года был принят полный пакет законов о завершении налогового маневра в нефтяной отрасли. О том, к чему готовится сектор независимых производителей и переработчиков нефти, в интервью «НиК» рассказала генеральный директор Ассоциации независимых нефтегазодобывающих организаций «АссоНефть», доктор экономических наук Елена Корзун.

«НиК»: Как Вы оцениваете в целом принятый закон о завершении налогового маневра в нефтяной отрасли, вызвавший в последнее время ожесточенные споры? Как он повлияет на независимых производителей и независимых переработчиков нефти?

– В 2019-2024 гг. будет проведено завершение налогового маневра в нефтяной отрасли. Основная задача этого процесса (кстати, пятого по счету налогового маневра в «нефтянке» с 1994 г.) заключалась в отмене устаревшего фискального механизма вывозных экспортных пошлин и сокращении субсидирования через пошлины российской нефтепереработки, внутренних потребителей нефтепродуктов и стран Евразийского экономического союза.

Ставка экспортной пошлины на нефть и нефтепродукты будет понижаться поэтапно в течение 6 лет путем умножения действующей формулы на понижающие коэффициенты, и ровно на эту же величину будет ежегодно повышаться НДПИ на нефть и газовый конденсат. При этом сохраняются все действующие льготы по НДПИ и сохраняется льгота по пошлинам для льготируемых объемов нефти.

Что касается нефтепереработки, то отмена субсидирования будет компенсирована через механизм возвратного акциза только для тех НПЗ, которые поставляют на внутренний рынок автобензин 5-го класса и нафту для нефтехимии, заключили или заключат инвестиционное соглашение для осуществления модернизации своих заводов до 2024 г., у кого объем переработки по 2017 г. составил более 600 тыс. тонн, а также для НПЗ, которые попали в санкционный список. В зависимости от географического расположения НПЗ вводятся логистические коэффициенты от 1,05 до 1,5 к возвратному акцизу.

Вот такая «структура-архитектура» закона о налоговом маневре!

«НиК»: Значит ли это, что закон ориентирован на крупных игроков рынка?

– Повторюсь, одной из целей закона о налоговом маневре, идеологом которого был и остается Минфин РФ, было вытеснение с рынка всех простейших нефтеперегонных производств, без анализа их производственного профиля. Однако надо отдать должное нашему отраслевому Министерству энергетики, которое после нескольких совещаний с представителями ряда независимых НПЗ, мониторинга их производственных показателей и анализа инвестиционных программ подготовило предложения по получению независимыми НПЗ «возвратного» акциза. Эти предложения были приняты Минфином (заключение инвестиционных соглашений, логистические коэффициенты, продукция для нефтехимии).

Тем не менее в результате налогового маневра резко ухудшаются экономические условия хозяйствования для НПЗ с объемом переработки менее 600 тыс. тонн в год.

По нашим оценкам, суммарный объем переработки на НПЗ, которые не получат отрицательный акциз, составит порядка 15 млн тонн в год. Велика вероятность, что эти производства уйдут с рынка, а жаль! Сектор независимой переработки очень важен для нормального функционирования рыночных отношений в такой высокомонополизированной отрасли, как «нефтянка».

В целом хочу отметить, что пятый налоговый маневр еще раз со всей ясностью и откровенностью показал, что государство в своей налоговой политике настроено на волну крупных вертикально интегрированных холдингов. Бесспорно, ВИНК – основа отрасли, однако и независимые, в том числе малые нефтедобывающие компании, также являются неотъемлемой частью ТЭК России. Объем добычи этой группы предприятий по итогам 2017 г. составил почти 23 млн тонн, или 4% общероссийской добычи. Независимые компании имеют специфические экономические особенности (отсутствие нефтепереработки, частный характер инвестиций, разработка мелких месторождений и т. д.), которые следует учитывать при проведении налоговой реформы.

Соблюдение интересов всех участников отрасли является ключевым фактором успеха реформ налоговой системы. Это аксиома. Особенно важно государству, как собственнику недр, учитывать интересы независимых недропользователей в свете нынешнего состояния минерально-сырьевой базы страны.

«НиК»: Что означает закон о налоговом маневре для независимых нефтяных компаний?

– Первое. Более 100 нефтедобывающих компаний сектора 70% добываемой нефти продают на российские НПЗ, то есть отмена экспортной пошлины для них обернется прямым увеличением налогового бремени через рост НДПИ. Финансовое положение независимых нефтяных компаний еще более осложнится, их возможности по разработке малых месторождений и ТРИЗов сократятся.

А ведь именно за счет этих месторождений, как я уже не раз говорила, прирастает в основном ресурсная база страны.

Второе. 46% нефти (6,5 млн тонн в год), поставляемой независимыми нефтяными компаниями на внутренний рынок, идет на группу независимых НПЗ. В свете предстоящих изменений на рынке нефтепереработки, в том числе и институционального характера, вопрос о стабильной реализации нефти на внутреннем рынке России для независимых производителей является крайне актуальным. Ведь у независимых компаний нет своих перерабатывающих мощностей.

Третье. Отмена экспортной пошлины снижает инвестиционную привлекательность освоения сложных месторождений в новых регионах добычи, в частности в Восточной Сибири, поскольку льготная ставка по экспортной пошлине отменяется. Дополнительным фактором, создающим еще большую неопределенность в налоговой системе отрасли, является введение режима налогообложения эффективности деятельности. В условиях введения НДД возникает множество рисков, связанных с завуалированным изъятием целевых льгот.

«НиК»: По Вашим оценкам, как изменится пропорция экспорт/внутренний рынок со снижением экспортной пошлины в 2019 г. и ее полным обнулением в 2024 г.?

– Экспорт нефти будет стимулироваться. Как сказал заместитель министра энергетики Павел Сорокин на Московском финансовом форуме 2018 г., нам нужно в ближайшее время монетизировать наши нефтяные запасы, через 20 лет прогнозируется избыток нефти на мировых рынках и цены будут низкие.

Модернизация НПЗ, которая завершится через 5-8 лет, должна привести к тому, что при меньшем объеме поставляемой на внутренний рынок нефти можно будет получать достаточное количество бензинов для покрытия растущего спроса со стороны транспортного сектора. Правительство заявило, что в случае возникновения дефицита топлива на внутреннем рынке готово ввести заградительные экспортные пошлины для увеличения поставок нефти на переработку внутри страны.

«НиК»: Каковы прогнозы по добыче и по реализации инвестпроектов у независимых нефтяных компаний и независимых НПЗ в связи с налоговым маневром?

– Прогноз – дело непростое. В связи с налоговым маневром возрастает налоговая нагрузка, есть опасность того, что налоговая система и дальше будет эволюционировать в сторону усиления фискальных функций и ослабления стимулирующих, без которых, я уверена, невозможно решение стратегических задач отрасли. В том числе будет затруднено освоение малых и труднодоступных месторождений, ТРИЗов. В сложных финансовых условиях многим нашим независимым переработчикам придется реализовать программы модернизации и перевооружения своих предприятий с целью увеличения глубины переработки, искать возможность более широкого привлечения банковских кредитов.

С другой стороны, свойство настоящих предпринимателей – поиск новых эффективных проектов даже в этих непростых условиях. Например, флагман независимых нефтегазодобывающих компаний Иркутская нефтяная компания реализует масштабный и уникальный для России газовый проект на базе Ярактинского нефтегазоконденсатного месторождения. Там уже построена установка комплексной подготовки природного и попутного нефтяного газа, продуктопровод до Усть-Кута и комплекс по хранению и отгрузке сжиженных углеводородов. Продолжается строительство объектов второго этапа – установки комплексной подготовки газа. А в ближайшие 4-5 лет в сотрудничестве с японской инжиниринговой компанией будет сооружен завод полимеров производительностью 650 тыс. тонн полиэтилена в год.

Вы скажете: ну, это большая добычная компания. Сейчас – да. Но свою добычу она начала с объемов 30 тыс. тонн в год, как малая нефтяная компания. Эффективный менеджмент позволил ей даже в условиях экономического и ценового кризиса реализовывать намеченные проекты.

«НиК»: Что Вы думаете о влиянии повышения НДС на независимые нефтяные компании?

– Повышение НДС коснется всего и всех: и производителей, и потребителей – нас с вами. Для всех это дополнительное бремя. НДС всегда ложится на плечи потребителей. Переработка, как потребитель нефти, будет покупать нефть по более высокой цене, которая будет включать уже 20%, а не 18% НДС. Но при продаже нефтепродуктов этот НДС перейдет на потребителя. Цены на топливо вырастут.

Беседовала Мария Славкина

Россия > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > oilcapital.ru, 14 сентября 2018 > № 2730603 Елена Корзун


ОАЭ. СФО > Нефть, газ, уголь > neftegaz.ru, 13 сентября 2018 > № 2730642 Вадим Яковлев

1-й замгендиректора «Газпром нефти» В. Яковлев раскрывает подробности создания СП с Mubadala Petroleum (ОАЭ) и РФПИ для освоения месторождений Палеозоя.

5 сентября 2018 г «Газпром нефть», Mubadala Petroleum и Российский фонд прямых инвестиций объявили о закрытии сделки и создании совместного предприятия на базе «Газпромнефть-Востока».

Партнеры нацелены на повышение эффективности актива и его дальнейшее развитие, а также на создание технологий рентабельной добычи углеводородов доюрского комплекса в Томской области.

Для любознательных напомним, что Палеозой - это геохронологическая эпоха, которая была перед эпохой Мезозоя, включающая в порядке хронологического возрастания периоды:триас, юра, меловой.

За нефтью приходится забуриваться все глубже, после мела и юры пришел черед триаса, а теперь и Палеозоя Доюрские залежи или Палеозой (см Спецпроект).

Подробнее - о партнерстве с Mubadala Petroleum и РФПИ, причинах образования совместного предприятия и потенциале разработки палеозойских отложений в Западной Сибири - в интервью 1го заместителя гендиректора «Газпром нефти» В. Яковлева:

Каковы причины создания совместного предприятия на базе «Газпромнефть-Востока»?

Можно говорить о новом этапе развития предприятия.

Задачи, которые стояли на предыдущем этапе, - это вовлечение в разработку основной части традиционных запасов и создание газовой инфраструктуры.

В основном эти задачи решены.

И привлечение партнера сейчас позволяет нам ускорить возврат тех инвестиций, которые мы выполнили ранее.

Для нашего же партнера это возможность сразу получать отдачу на их инвестицию, потому что актив генерирует положительный денежный поток.

Почему арабские компании проявляют интерес к сложным геологическим запасам в России?

Российские нефтяные активы показывают очень высокую устойчивость в условиях нестабильной ценовой конъюнктуры.

Я думаю, наши партнеры это увидели и оценили.

Если бы это были легкие запасы, то мы бы включили весь доход от добычи такой нефти в цену сделки.

Они бы заплатили, и в целом это была бы такая игра с «нулевой суммой».

Для того, чтобы объединение усилий партнеров действительно имело смысл, нужно создавать новую ценность.

И в данном случае эти перспективы связаны с вовлечением запасов палеозойских отложений.

Это интересная задача, мы умеем работать на палеозое: на Урмано-Арчинской группе месторождений мы ведем добычу на таких залежах.

Но перспективы гораздо шире.

Как компания оценивает потенциал работы с палеозойскими отложениями?

Потенциал на месторождениях - примерно 20 млн т.

Программа геологоразведки (ГРР), которую нам совместно с партнерами предстоит реализовать, включает в себя бурение 6 поисково-разведочных скважин, а также объем сейсмики, который примерно равен 950 км2.

Совместно с томскими НИИ и ВУЗами мы реализуем программу научно-исследовательских разработок.

После того, как эта программа будет выполнена (а рассчитана она на горизонт ближайших 3х лет), дальше, надеюсь, подтвердив геологические перспективы, мы начнем выполнять:

- задачи повышения эффективности разработки этих запасов,

- поиск наиболее эффективных подходов в управлении разработкой этого непростого вида запасов,

- совершенствования технологий разбуривания этих месторождений.

ОАЭ. СФО > Нефть, газ, уголь > neftegaz.ru, 13 сентября 2018 > № 2730642 Вадим Яковлев


Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 12 сентября 2018 > № 2730602 Александр Разуваев

Александр Разуваев: Нефть по $70 устраивает всех.

Что ждать в ближайшее время российской нефтегазовой отрасли, рассказал директор аналитического департамента «Альпари» Александр Разуваев

Осень 2018 года сулит мировой экономике большие геополитические потрясения. Проблемы сирийского урегулирования, санкции США в отношении иранского нефтяного экспорта, торговые войны, а также возможное IPO крупнейшей нефтяной компании мира Saudi Aramco не могут пройти незамеченными и для нефтяного рынка. О том, что ждать в ближайшее время российской нефтегазовой отрасли, портал «Нефть и Капитал» расспросил директора аналитического департамента «Альпари» Александра Разуваева.

«НиК»: Некоторое время назад началось массовое обесценивание валют развивающихся стран, в том числе и нефтяных. Что это значит для мировой нефтегазовой отрасли?

– На самом деле, это очень хорошо для бюджета нефтяных стран. В качестве примера можно взять Россию – дешевый рубль, дорогая нефть. Бюджет на этот год был запланирован дефицитным, однако поправки, принятые к нему летом, уже свидетельствуют о профиците. Если курс российской валюты будет в районе 60-67 руб. за доллар, а нефть Urals примерно $72 за баррель, то до конца года дополнительные доходы бюджета России составят более 2,5 трлн руб. Это хороший показатель.

Для падения национальных валют есть разные причины, в том числе и политические. Например, падение национальных валют России и Турции можно объяснить именно политикой. Однако главная фундаментальная причина, благодаря которой обесцениваются национальные валюты, – повышение процентной ставки Федеральной резервной системы США (ФРС США – прим. «НиК»). Это плохо для всех ценных бумаг и валют. С этим надо как-то жить. Экономики крупных, не зависящих только от нефти стран могут нормально развиваться и в таких условиях. В качестве яркого примера опять же можно привести Россию и Турцию.

«НиК»: А как Вы охарактеризуете ситуацию в Венесуэле?

– По отношению к этой стране действует очень жесткий санкционный режим США. Не стоит забывать и о том, что в Венесуэле проведен социалистический эксперимент. И сейчас там очень плохая криминальная ситуация. Вообще, для Латинской Америки это большая проблема, которую в свое время смог решить только очень жесткими методами Пиночет. В нынешних реалиях в такой экономике, как Венесуэла, очень сложно заниматься бизнесом и просто жить.

«НиК»: Не секрет, что ряд западных крупных нефтяных компаний так или иначе остались в России. Ожидаете ли Вы расширения их присутствия или наоборот?

– Хорошо, что они остались. Экономика не должна уступать политике. Но я думаю, что пока не будет никакого движения. Может, в будущем, когда санкции снимут или они серьезно ослабнут, российские и западные компании станут вместе бурить Арктику. Можно ожидать и увеличения их присутствия на Каспии. Недавний визит в Россию президента Азербайджана Ильхама Алиева показал, что Баку и Москва собираются вместе работать над различными нефтяными проектами. Но в будущем стоит ожидать, что свои доли в каспийских проектах получат и западные компании. Однако пока это все упирается в политику, так как геополитическая ситуация очень напряженная и далека от разрешения.

«НиК»: Была информация, что Россия, как ни странно, стала крупнейшим инвестором на Украине. Затронуло ли это нефтянку?

– Россией туда вложено порядка $436 млн, это небольшая сумма даже для Украины. И эти инвестиции не касаются нефтяного сектора. Вообще, важнейшим моментом плана экономической модернизации, который был официально предложен Украине со стороны Евросоюза, является создание производств, завязанных на рынок ЕС. А для этого Украина должна получать порядка €20 млрд иностранных инвестиций в год. Кстати, подобная перестройка экономик проводилась в Польше, Турции и Прибалтике. В Польше и Турции в целом получилось, в Прибалтике, возможно из-за их быстрого перехода на евро, план не сработал. Тем не менее пока Киев за 6 месяцев 2018 г. получил только $1,3 млрд. Даже если он получит еще столько же, в сумме получится $2,6 млрд – это 10% от того, что им нужно. Это свидетельствует прежде всего о том, что, по мнению европейского бизнеса, риски инвестиций в Украину очень велики именно из-за политических моментов.

В России в основном показывают на Восток Украины, но и Венгрия смотрит на свой кусочек, где живут венгры, а Польша – на Львов. И непонятно, что будет. Есть точка зрения, что следующим президентом будет Тимошенко. Но в любом случае инвесторы опасаются вкладывать деньги в эту страну. Для них даже выгоднее инвестировать в Белоруссию. Там жесткие правила игры, есть один президент, с которым, правда, трудно договориться, но если это сделаешь, можно спокойно вести свой бизнес.

«НиК»: Экспорт нефти из Ирана сокращается. Что будет со стоимостью черного золота после введения американских санкций в отношении иранского нефтяного экспорта? Смогут ли США полностью перекрыть экспорт нефти из этой страны?

– «Серый» экспорт нефти из Ирана был всегда, и цены это поддержат. В то, что Иран в ответ может начать боевые действия, я не верю. Поэтому «серый» экспорт так и останется, может быть, частично он даже пойдет через Россию.

Санкции в отношении иранской нефти дадут некоторый плюс к цене, но мне кажется, что нынешняя стоимость черного золота устраивает всех. Заложено повышение ставки ФРС США и ОПЕК+ с увеличением добычи, поэтому цены находятся в некотором равновесии.

«НиК»: То есть Саудовская Аравия все же договорилась с США о стоимости нефти?

– Мне кажется, все договорились. Надо добавить и то, что ближневосточные страны после распада СССР Москву не очень уважали. Из Афганистана вышли, в Чечне вначале вообще не получилось. После участия в Сирии Россия начала завоевывать уважение стран этого региона.

«НиК»: Пойдет ли Саудовская Аравия на IPO Saudi Aramco в этом году или следующем?

– По моему мнению, было бы хорошо. После продажи 5% всегда можно продать еще 5, вплоть до контрольного пакета. Но пока компания не вышла на IPO, она может оставаться непрозрачной. Кроме того, чтобы выйти на IPO, она должна дать данные по запасам. Те данные, что сейчас известны, очень старые, 80-х годов прошлого века. Представители Saudi Aramco сами говорят, что на нее не надо ориентироваться, мы дадим перед IPO цифру по запасам современную. Но пока никто новых данных по запасам не видел и никто не знает, сколько там реально нефти. По закону вся нефть Саудовской Аравии принадлежит королю. У российских компаний есть доказанные запасы, подтвержденные международным аудитом, а с Saudi Aramco все непонятно.

Можно лишь заметить, что Саудовская Аравия пыталась играть доминирующую роль на Ближнем Востоке, но все понимают, что Иран в военном плане намного сильнее. Много денег еще не означает сильную армию и сильное политическое влияние.

«НиК»: Данные по запасам Saudi Aramco могли бы повлиять на стоимость нефти?

– Поскольку нынешняя цифра с 1980-х годов, новая может сильно отличатся. К тому же Ближний Восток – это регион, в котором постоянно идет добыча. Конечно, новая цифра могла бы сильно повлиять на рынок.

«НиК»: Ожидаете ли вы роста сланцевой добычи в США? Этот сектор нефтедобычи находится в лучшем финансовом состоянии, чем прежде?

– Цена на нефть сейчас достаточно комфортная, в том числе и для сланцевых компаний США. Однако есть мнение, что очень большой объем «плохих» долгов в американской экономике у компаний нефинансового сектора, в том числе и нефтяников. Пока сланцевые компании рефинансируются, но с повышением ставки ФРС происходит рост стоимости обслуживания долга. Поэтому вполне возможно, что повышение ставки спровоцирует кризис для этих компаний. Но это касается всего реального сектора американской экономики. Кроме того, Дональд Трамп в целом не очень предсказуемый политик.

«НиК»: Произойдут ли какие-то изменения политики США в отношении нефтяного рынка после выборов в Конгресс?

– Не думаю. Мы можем делать ставки на то, досидит ли Трамп до конца своего срока, потому что он не очень адекватный президент США, по крайней мере в вопросах экономики. Например, в одном из своих последних заявлений он сказал, что США хотят выйти из ВТО. При этом Соединенные Штаты – второй экспортер в мире. Если они это сделают, им придется со своими основными торговыми партнерами – ЕС и Китаем – договариваться отдельно. В этом случае глобальная экономика начинает разрушаться мгновенно. Американцы после Второй мировой войны выстраивали систему глобальной экономики именно под себя, грамотно и обычно мягко, а тут пришел президент, который решил все это разрушить в силу своего понимания мира.

«НиК»: Могут ли антироссийские санкции повлиять на возможности РФ по экспорту углеводородного сырья?

– Нет, не могут. И с нефтью, и с газом все будет нормально.

«Северный поток – 2» и «Турецкий поток» будут работать. Более того, я думаю, что вне всякой политики не будет транзита через Украину. В этой стране очень большой износ ГТС, риск техногенной катастрофы очень высок.

Хотя считается, что останется небольшой транзит – 10 млрд куб.м. Но если у тебя угроза разрушения газотранспортной системы, вряд ли кто-то захочет пойти на такой риск.

«НиК»: Что ждет российский внутренний рынок нефтепродуктов, если осенью мировые цены на нефть еще вырастут? Есть мнение, что с рынка уйдут независимые компании, владеющие НПЗ и АЗС.

– Я эти разговоры слышу, сколько живу. Нефть была за $100 за баррель очень долго, и был сильный рубль. Сейчас рубль в любом случае слабый, но я думаю, что принципиально ничего не изменится. Просто крупные нефтяные компании получат дополнительный рост прибыли. «Роснефть» дивиденды увеличила в 4 раза, и, скорее всего, по итогам года они заплатят за второе полугодии больше, чем за первое. Слабый рубль и дорогая нефть – хорошая прибыль.

«НиК»: Почему растет стоимость бензина? Из-за подорожания нефти или по другим причинам?

– Во-первых, российская экономика вернулась к росту, то есть растет потребление нефтепродуктов. Во-вторых, всегда надо сравнивать внутренний рынок и внешний. Если выгоднее экспортировать, то цены на внутреннем рынке растут. Кроме того, присутствует фактор закрытия НПЗ на модернизацию. Это не видно потребителю, но это серьезный фактор для инвестиций в переработку.

«НиК»: Почему, в то время как независимые региональные АЗС кричат о невыгодности своего бизнеса, иностранные нефтегазовые компании расширяют свои сети АЗС?

– Всю жизнь слышу от региональных банков, что им мешает жить Сбербанк. Понятно, что за сильным игроком стоят инвестиции, но ничего страшного я не вижу. Покричать все любят, это элемент пиара.

«НиК»: Минэнерго РФ на днях сообщило, что считает беспошлинные поставки нефтепродуктов в Белоруссию нецелесообразными. Зачем они туда вообще поставлялись, ведь у Белоруссии есть свои крупные НПЗ?

– Нефтепродукты, которые производили два белорусских НПЗ, Новополоцкий и Мозырский, шли на экспорт. Российское горючее поставлялось для нужд белорусского сельского хозяйства. Мне кажется, сейчас было бы правильно попытаться договориться о доли России в их нефтеперерабатывающих заводах, а Белоруссии отдать долю в добыче. В этом случае белорусские НПЗ получили бы полную загрузку своих мощностей. Для президента Белоруссии Александра Лукашенко это было бы лучше. Но с 1 октября Россия ужесточает условия финансирования этой страны, поскольку Москва не всем довольна в отношениях с Минском, в том числе и в вопросах геополитики. При этом в 2019 г. там будут проходить выборы президента, и я не исключаю развития жесткого сценария на переговорах. Однако в любом случае Россия и Белоруссия придут к согласию.

«НиК»: А что будет с Евразийским экономическим союзом?

– Согласно документам, единый рынок должен быть создан к 2025 г. Однако нефть и газ не самое главное в этом объединении. Главное – это рынок труда, и он фактически уже создан. Кроме того, это единая валюта. Если будет введен алтын как единая валюта для Евразийского союза, то он будет очень похож на российский рубль. Возможно, эта валюта будет более сырьевая, потому что Казахстан сырьевой.

Если ввод единой валюты произойдет, то будет как с евро: сначала безнал, а потом наличные деньги. С другой стороны, ходят слухи, что в России пройдет деноминация 1:100, вернется копейка.

«НиК»: В каком состоянии НПЗ Белоруссии? Если их надо модернизировать, то за чей счет?

– На момент распада СССР они были в хорошем состоянии. Считается, что и сейчас это достаточно современные предприятия. В Белоруссии, в отличие от Украины, сохранены стоящие активы.

«НиК»: Правда ли, что белорусский бензин, дизель и даже авиационный керосин после обострения российско-украинских отношений формируют на украинском рынке порядка 80% предложения?

– Думаю, что так и есть. Украина и Белоруссия имеют общую границу, они торговые партнеры. Более того, от Минска до Киева не так далеко. Тем не менее политические разногласия у них присутствуют. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что еще какое-то время назад в Белоруссии был запрет на обмен гривны. При этом рубль, доллар, евро, польские злотые менять было можно. Поэтому у них достаточно сложные отношения.

«НиК»: Экспорт российского СПГ в страны Азиатско-Тихоокеанского региона в январе – августе 2018 г. вырос на 48,2%, до 15 млрд куб.м. Есть ли у России перспективы расширения поставок сжиженного газа?

– Потенциал для роста российских поставок СПГ присутствует. Более того, «Газпрому», когда он закончит свои мегапроекты «Сила Сибири», «Турецкий поток», «Северный поток – 2», надо будет что-то делать. И он наконец-то займется СПГ.

«НиК»: В каком состоянии сейчас американские СПГ-проекты? Могут ли они составить конкуренцию российскому газу?

– Пока для европейского рынка и для «Газпрома» они вообще не являются угрозой. И не только по цене. Европа понимает, что «Газпром» поставляет энергосырье без каких-то претензий. Трамп же американские поставки СПГ, которые еще и будут дороже, пытается совместить с кучей условий: деньги на НАТО и т. д. США – это такой поставщик, который тебе еще постоянно ставит какие-то условия. Российский «Газпром» этого не делает.

«НиК»: Поменяется ли европейский газовый рынок после разграничения Каспия? Сможет ли туркменский газ дойти до ЕС и будет ли он конкурентоспособным на этом рынке?

– Есть Трансанатолийский газопровод из Азербайджана, но пока никаких рисков для «Газпрома» нет – и с точки зрения поставок в Турцию, и с точки зрения поставок в ЕС. По Туркменистану информация очень обрывочна. Ясно, что там сильнейший экономический кризис. В голод я, конечно, не верю, но экономика у них не в лучшем состоянии. Из-за бедности населения в последние годы там стало нарастать распространение радикального ислама. Напомню, что современный радикальный ислам часто «красный», он внедряется под предлогом социальной справедливости. Поэтому сейчас сложно прогнозировать, что будет и с политической точки зрения в этой стране.

При этом для разработки и обустройства новых газовых месторождений Туркменистана нужны иностранные специалисты и инвестиции, своими силами страна этого сделать не сможет. Однако власти страны иностранцев не пускают, даже «Газпром». Поэтому в обозримом будущем туркменский газ вряд ли дойдет до ЕС.

«НиК»: А если деньги найдутся, он может конкурировать по цене с российским газом?

– Нет. Россия уже поставляет в ЕС около 200 млрд куб.м – это очень много. Я не думаю, что туркменский газ составит реальную конкуренцию. Может быть, если «Газпром» там что-то построит и будет покупать туркменский газ, я в это поверю. Но, опять же, «Газпром» туда надо пустить. Российская компания в свою очередь еще посмотрит, идти ли туда из-за больших рисков.

«НиК»: А Китай имеет крепкие позиции в Туркменистане?

– Там никто не может иметь крепких позиций, потому что власть совершенно непонятная и невменяемая. В Туркменистане нет политической стабильности.

«НиК»: А иранский газ может прийти на европейский рынок?

– Сейчас нет, но в перспективе сможет. В Иране крепкая власть, есть свои инженеры. Если политика ЕС поменяется, через Турцию иранский газ может дойти до Евросоюза. Но для этого Европа должна признать Иран торговым партнером. Европа готова это сделать, но пока она еще находится под сильным влиянием Соединенных Штатов. Тем не менее потихонечку Евросоюз начинает из-под этого влияния выходить. Для ЕС, конечно, лучше иметь много поставщиков газа, а не только Россию. Кроме того, Иран готов приглашать иностранных специалистов. В этой стране добыча углеводородного сырья может существовать отдельно от политики.

Беседовала Екатерина Дейнего

Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 12 сентября 2018 > № 2730602 Александр Разуваев


США. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 11 сентября 2018 > № 2730604 Алексис Родзянко

Алексис Родзянко: Приход русских компаний в США возможен в условиях санкций.

Прозвучавшая недавно идея пригласить российские компании в нефтегазовые проекты на Аляске – важный сигнал, свидетельствующий, что интерес американских деловых кругов к сотрудничеству сохраняется и в условиях санкций. Напомню, что санкции в нефтегазовом секторе распространяются на поставку в Россию товаров, услуг или технологий для добычи нефти в Арктике, на глубоководном шельфе и из сланцевых залежей, что не исключает партнерства по другим направлениям. Таким образом, приход российских компаний в проекты на территории США вполне возможен даже в нынешней геополитической ситуации.

Насколько мне известно, российские производители, уже работающие на американском рынке, не испытывают какого-либо давления в связи с санкциями.

Это относится, например, к Трубной металлургической компании – одному из крупнейших поставщиков стальных труб в США.

Новый пакет американских ограничительных мер, вступивший в силу в конце августа, не содержит принципиально новых положений, а потому с формальной точки зрения не должен привести к серьезным экономическим последствиям.

Вопрос в том, как поведут себя ведомства, которые на практике реализуют санкционные ограничения, выдают лицензии на поставку в Россию оборудования и технологий, – не начнут ли они, например, по-иному трактовать понятие «товар двойного назначения».

Для международных нефтяных компаний Россия – важный рынок, присутствие на котором имеет стратегическое значение. Американская торговая палата в России, в которую входит более 500 компаний, помогает своим членам организовать работу здесь в рамках существующих ограничений и минимизировать риски.

Не вмешиваясь в вопросы политики, мы при любой возможности стремимся донести до властей США позицию американских деловых кругов, развивающих бизнес в России. Говорим правительству, что бизнес – это здоровая часть двусторонних отношений, которую необходимо всячески сохранять.

Прим. «НиК»: Первый блок новых американских санкций, вступивший в силу 27 августа, подразумевает запрет на экспорт в Россию товаров, связанных с национальной безопасностью: электронных устройств и комплектующих, в том числе использующихся в авиационной отрасли.

Второй блок планируется ввести спустя 90 дней после первого. Он предполагает понижение уровня дипотношений с Россией, приостановку полетов в США российской госкомпании «Аэрофлот», а также почти полное ограничение экспорта и импорта. Санкции могут быть реализованы, если Россия не предоставит гарантии того, что она не будет использовать химическое оружие в будущем и не согласится на «локальные проверки» со стороны ООН.

Между тем на недавнем 23-м заседании Российско-американского тихоокеанского партнерства (РАТОП) в Анкоридже власти Аляски, а также американские нефтяные компании ExxonMobil и Baker Hughes высказались за участие российского бизнеса в проектах по добыче газа и нефти на территории этого самого северного штата США.

Алексис Родзянко

Президент Американской торговой палаты в России

США. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 11 сентября 2018 > № 2730604 Алексис Родзянко


Россия. США > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 11 сентября 2018 > № 2726799 Андрей Ляхов

Михельсон и санкции: чем «Новатэк» раздражает Соединенные Штаты

Андрей Ляхов

доктор юридических наук, арабист, директор группы «Третий Рим»

Хорошим и очень наглядным примером того, как российские компании приспосабливаются к санкционному давлению, является газовый гигант «Новатэк». Для попадания компании Леонида Михельсона в санкционный список куда больше экономических причин, нежели политических, но это не помешало «Новатэку» запустить свой главный проект «Ямал СПГ»

Нельзя сказать, что санкции, наложенные на российский нефтегазовый сектор в 2014 году, стали для него столь уж новым испытанием. Российская нефтянка уже была объектом санкций в прошлом. В 70-х годах прошлого столетия США ограничивали доступ советского нефтегазового сектора к передовым технологиям в надежде помешать сделке «газ-трубы». Но тогда санкции имели узконаправленный характер, и европейским партнерам удалось значительно уменьшить их эффект, а со временем — почти полностью отменить. С подачи президента Рональда Рейгана США также вводили санкции за строительство газопровода Помары — Ужгород в 1981 году. Впрочем, формальным поводом послужило введение чрезвычайного положения в Польше. Новые санкции затронули электронный и нефтегазовый сектор: американским компаниям было запрещено поставлять в СССР соответствующее оборудование и технологии. Чуть позже было сделано исключение для ряда договоров, заключенных до введения санкций.

Но санкции оказались малоэффективными вследствие большой степени самодостаточности народного хозяйства СССР, успешной работы различных внешнеторговых фирм по приобретению необходимых технологий и техники через третьи страны и собственным научным разработкам. В итоге США и другие западные производители вместо того, чтобы получить реальные деньги за свои изобретения и технологии, столкнулись с нелегальным копированием и теневым совершенствованием передовых решений и устройств. Более того, введенные санкции привели к развитию промышленного шпионажа со стороны СССР и его союзников.

Секторальные санкции, введенных против российского нефтегазового сектора в 2014-2017 годах, в основном направлены на «медленное удушение» российской нефтегазовой промышленности. Так во всяком случае говорится в недавнем докладе Центра исследований в области энергетики Сколково. Признавая, что в краткосрочной перспективе российские нефтегазовые компании полностью адаптировались к санкционному режиму США и до 2020 года сохраняют потенциал роста добычи за счет подготовленных месторождений, авторы утверждают, что в долгосрочной перспективе (после 2025 года) поддержка уровня добычи нефти и газа становится по крайней мере проблематичной. Авторы также считают, что наиболее критичным фактором, сдерживающим рост добычи, является запрет на передачу технологий гидроразрыва пласта («ГРП»), а также ограничения возможностей привлечения внешнего финансирования геологоразведки и цикла ввода месторождений в эксплуатацию.

Есть ряд фундаментальных факторов, ставящих под сомнение эти выводы. Во-первых, американские технологии ГРП не могут быть механически воспроизведены для добычи сланцевых углеводородов в России вследствие разницы в геологическом строении нефтеносных пластов. Во-вторых, технология ГРП отнюдь не нова, широко применялась для самых разных целей в СССР (от погашения пожаров на месторождениях до извлечения газа), который к тому же был первой страной, наладившей промышленную добычу сланцевых углеводородов. Эта добыча была прекращена в Эстонии в 1980 году по соображениям экологической безопасности. И в-третьих, в этом году уже начата экспериментальная добыча сланцевых углеводородов Баженовской свиты с использованием технологий ГРП отечественной разработки. Уже в 2025 году планируется начало коммерческой добычи.

Да и в целом односторонние санкции являются малоэффективными. В начале 1990-х годов Институт Петерсона опубликовал фундаментальное исследование по практике применения односторонних санкций. Его основной вывод — индивидуальные санкции достигают своих целей приблизительно в 13% случаев, и чем дольше они остаются в силе, тем они менее эффективны.

Хорошим и очень наглядным примером того, как компании приспосабливаются к санкционному давлению является газовый гигант «Новатэк».

Как Михельсон создавал «Новатэк»

Само включение «Новатэка» в санционный список США (в 2014 году санкции были наложены на саму компанию, в 2016-ом — на несколько ее «дочек») требует некоторого пояснения. Считается, что «Новатэк» и его основной акционер Леонид Михельсон F 3 попали под санкции (персональные санкции на Михельсона не наложены — в отличие от второго акционера «Новатэка» Геннадия Тимченко F 5. — Forbes) благодаря подозрениям американских спецслужб о близости к руководству страны и лично Владимиру Путину. Но ни история создания компании, ни предпринимательская деятельность Михельсона не наводит на такие выводы любого непредвзятого наблюдателя.

Леонид Михельсон не родился в Ленинграде, не был членом кооператива «Озеро», не «служил, не участвовал, не состоял» ни в каких громких бизнес-процессах 1990-х и начала нулевых. «Новатэк» вырос из строительной группы «Нова» и в отличие от «Итеры» Игоря Макарова F 46 не имел отношений с «Газпромом» и не увеличивал свою ресурсную базу за счет щедрости команды Рема Вяхирева. Имя Михельсона не мелькало ни в деловой, ни в светской прессе до IPO «Новатэка» в 2005 году и было известно в основном газовикам и руководству Ямало-Ненецкого региона. «Новатэк», в отличие от, например, «Сургутнефтегаза», не имел особых отношений с какими-нибудь трейдерами, продавал добываемые углеводороды на внутреннем рынке и не привлекал внимания иностранных инвесторов. Попытка французской Total приобрести 25% компании в 2004 году была заблокирована — по крайней мере формально — ФАС, что было расценено бизнес-сообществом как признак отсутствия у Леонида Михельсона необходимого уровня связей и влияния на федеральном уровне. В отличие от большинства российских нефтегазовых компаний «Новатэк» долгое время не пытался купить активы вне России, да и в ее пределах ограничивался деятельностью в Ямало-Ненецком автономном округе.

«Новатэку» еще и удалось избежать судьбы более «гламурной» «Итеры», которой, при смене управленческой команды в «Газпроме», пришлось расстаться не только с большой частью своих добывающих активов, но и чрезвычайно прибыльной ролью посредника в российско-украинских газовых отношениях. И пока департамент имущественных отношений «Газпрома» собирал разбросанные в 90-е годы активы, выяснял отношения с Евросоюзом и воевал с «Нафтогазом», «Новатэк» активно приобретал новые лицензии, строил инфраструктуру по очистке и транспортировке газа, исправно платил налоги, и занимался консолидацией активов. Ничто в это время не могло навести на мысль об особой приближенности компании и Михельсона к власть имущим.

Первым сигналом о меняющемся весе «Новатэка» и уровне влияния Михельсона стала достаточно запутанная история с приобретением компанией контрольного пакета «Ямал СПГ» в 2009 году. У этой покупки, конечно, была очевидная выгода в виде практического удвоения ресурсной базы с 4,9 млрд в 2008 году до более 8 млрд баррелей нефтяного эквивалента в 2010-м. Но покупка газового месторождения без экономически целесообразного подключения к газотранспортной системе, да еще практически по максимальной оценке имела смысл, только если у «Новатэка» было понимание перспектив развития сегмента СПГ.

До сланцевой революции в США в 2011-2012 годах технология сжижения газа использовалась для транспортировки в основном катарского газа в ЕС и Азию. Газпромовский «Сахалин-2» был в то время единственным российским СПГ-проектом и также был ориентирован на Тихоокеанско-Азиатский рынок. И никаких очевидных признаков того, что сегмент СПГ станет не только наиболее быстрорастущей частью газового сектора, но и будет оказывать значительное влияние на ценообразование, не было.

Умение Леонида Михельсона выбирать правильных партнеров, собирать талантливую команду и работать на перспективу сыграли решающую роль в истории приобретения «Ямал СПГ». Деловая мудрость Михельсона проявилась еще и в том, что приобретение этого актива вывело компанию на федеральный уровень, а появление солидного партнера в лице Тимченко помогло укрепить позиции «Новатэка» и позволило обеспечить экономическую целесообразность проекта за счет получения очень серьезных налоговых льгот. Укреплению деловых позиций и репутации Михельсона также способствовало его умение решать многочисленные проблемы, возникшие в ходе реализации «Ямал СПГ» в непростых условиях начала 2010-х годов. Что особенно выгодно смотрелась на фоне неповоротливости и забюрократизированности «Газпрома».

Тем не менее никаких очевидных поводов для включения в санкционный список «Новатэк» не давал. Одно место в совете директоров и пакет акций гораздо менее блокирующего ни по российскому, ни по американскому законодательству не делают компанию дочерним предприятием. Соответственно, «Новатэк» с юридической точки зрения никак нельзя считать компанией, подконтрольной Геннадию Тимченко, которому принадлежит в ней 23%. Так что утверждения американского Управления по контролю за иностранными активами (OFAC) о подконтрольности «Новатэка» Тимченко, по всей вероятности, базируются на ничем не основанных слухах. Более того, «Новатэк», чьи акции торгуются на Лондонской фондовой бирже, обязан соблюдать минимальные требования к корпоративному управлению, заключающиеся в обеспечении коллегиальности, прозрачности и независимости деятельности совета директоров. Во всей отчетности именно Леонид Михельсон указан как контролирующий акционер компании, к тому же возглавляющий ее правление.

Демократия против конкуренции

Так что же сподвигло США на введение санкций против «Новатэка»? Ответ в принципе лежит на поверхности — это проекты «Ямал СПГ» и «Арктик СПГ-2», реализация которых создаст возможность экспортировать до 35,7 млн т СПГ в год в Азию и в Европу по Северному морскому пути и создать конкуренцию американскому СПГ. Кроме этого, по всей вероятности, свою роль сыграли и американские партнеры Игоря Макарова по «Итере», практически вытесненные с российского газового рынка. Очевидно, что и особый налоговый режим этих проектов не мог не привлечь внимания поборников мировой демократии из OFAC. Видимо, перепутав защиту демократии с честной конкуренцией, они решили задушить в зародыше конкурента американским разработчикам более дорогих по себестоимости сланцевых месторождений газа.

Удивительно, но приобретение «Новатэком» регазификационного проекта в Польше в 2016 году не вызвало в польской прессе истерии, обычно возникающей при проявлении интереса российских компаний к любым проектам в этой стране. Еще более удивительно то, что «Новатэку» позволили купить этот проект не только в условиях санкционного давления и ограничений, но и в условиях, мягко говоря, недружественного настроя польских СМИ и гражданского общества по отношению к российскому бизнесу. Польские бизнесмены, знакомые с ходом переговоров, охарактеризовали относительно спокойное отношение польских СМИ к этому приобретению как личное достижение Леонида Михельсона.

«Новатэк», как и все российские нефтегазовые компании, работает под секторальными санкциями уже четвертый год. За это время они существенно сократили зависимость от западного финансирования, сумев привлечь для «Ямал СПГ» финансирование от китайских и японских банков — вдобавок к деньгам, предоставленным консорциумом российских банков. Китайские компании также обеспечили проект буровым оборудованием, а часть финансирования и работ была произведена Total, купившей значительную долю в проекте. А проект «Арктик СПГ-2» заинтересовал не только французов, но и саудовскую Aramco, корейский KOGAS, японские Marubeni и Mitsui, китайскую CNPC, а также немецкую Linde. Мобилизация столь разношерстных партнеров с очень разными интересами и способность сфокусировать их на реализации проекта ставится всеми контрагентами и партнерами «Новатэка» в заслугу лично Леониду Михельсону.

К концу 2017 года «Новатэк» не только сумел увеличить свою ресурсную базу, вернуться в один из индексов Лондонской биржи, запустить проект «Арктик СПГ-2», но и, по иронии судьбы, продать свой первый груз СПГ с Ямала, закрыв потребность в газе в «озябшем» Бостоне (по выражению лондонской Times).

Судя по опыту «Новатэка», «адский законопроект» о жестких санкциях против России, представленный сенаторами США ранее в августе, вряд ли окажет значительное влияние на российскую нефтегазовую отрасль. В нем содержатся предложения по широкомасштабным санкциям, в том числе на товары, услуги, технологии, финансирование и любую помощь, необходимую для обеспечения возможности России добывать сырую нефть и газ.

C 2014 года, как показывает пример «Новатэка», нефтегазовая отрасль сумела переключиться на использование технологий и оборудования собственной разработки и заменила партнеров на компании, готовые работать в России несмотря на санкционные риски. Поэтому, даже если предлагаемые санкции станут законом, их влияние на российский нефтегазовый сектор будет ограниченным. Это является одной из причин того, что российские акции не пострадали от новостей о намерениях сенаторов США ввести более жесткие санкции в отношении Москвы. В Reuters подсчитали, что с момента внесения законопроекта российский рубль потерял 10% стоимости, а акции банков упали на 20%. Однако акции нефтяных компаний выросли на 2%, а по сравнению с предыдущим годом — на 27%. За последние два месяца акции «Новатэка» достаточно стабильно росли в цене, за исключением небольших снижений. Если говорить о цифрах, то цена акций за это время выросла примерно на 27%.

Последние полтора десятилетия наблюдений за «Новатэком» позволяют сделать вывод, что ее выживание и успех в непростых условиях последних лет во многом объясняется личностью самого Леонида Михельсона, которому (в отличие от некоторых собратьев по цеху) еще интересно создавать и строить. Вполне вероятно, что неудачная смена Михельсона (а все российские нефтяники первой постсоветской волны уже далеко не юноши) у руля «Новатэка» может создать гораздо больше проблем для компании, чем санкции США, как бы это парадоксально ни звучало.

Россия. США > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 11 сентября 2018 > № 2726799 Андрей Ляхов


Россия > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > forbes.ru, 11 сентября 2018 > № 2726787 Алексей Алексеенко

Удар для любителей нефти: два шага к новой энергетике

Алексей Алексенко

Редактор Forbes

Недавние технологические разработки приблизили использование искусственного фотосинтеза для получения чистой энергии

Сразу две исследовательские группы объявили о серьезных успехах на пути к искусственному фотосинтезу — процессу, при котором вода расщепляется солнечным светом с образованием водорода и кислорода. Водород и кислород при этом образуют эффективное и экологически чистое топливо: при их реакции образуется опять же вода. Немецкие исследователи разработали эффективный катализатор, обеспечивающий разложение воды. Тем временем ученые из британского Кембриджа предложили систему полуискусственного фотосинтеза с использованием отдельных элементов живых организмов.

Почти вся энергия, используемая человечеством, поступает к нам от Солнца (исключение — энергия распада урана, которая идет от другого источника — давно потухших звезд). Именно энергия Солнца заключена во всех видах ископаемого топлива: ее запасли для нас живые организмы прежних эпох.

Живая природа выработала исключительно эффективный способ использовать энергию Солнца — фотосинтез. Прилетевший от Солнца фотон растения и цианобактерии используют, чтобы разбить молекулу воды на кислород и водород. Кислород они тут же выбрасывают, а водород в конечном счете используют для того, чтобы обвешать им молекулу углекислого газа, превратив ее в органику. Эту самую органику, то есть энергию химических связей между углеродом и водородом, человечество и использует, сжигая ископаемое топливо или непосредственно части растений (например, древесину).

Синтез органики из углекислого газа, воды и солнечного света — процесс, который удается растениям так хорошо, что людям нет никакого смысла его копировать: достаточно просто посадить побольше лесов. Однако инженеров очень привлекает другая возможность: если не доводить природный процесс до конца, а остановить его на стадии расщепления воды, можно запасать солнечную энергию в виде водорода и кислорода. Водород и кислород по отдельности выделяют многие микроорганизмы, но вот объединить эти процессы для обеспечения собственной энергетики живая природа не додумалась (она нашла для этого более изысканные и безопасные химические реакции). Между тем такой технологический процесс мог бы многократно покрыть все сегодняшние энергетические потребности человечества.

Йохен Фельдман и Яцек Столарчик из Мюнхена, а также Франк Вюртнер из Вюрцбурга решили важнейшую проблему: как эффективно разделить воду на водород и кислород и не дать им соединиться обратно. Их подход основан на довольно традиционной технологии использования полупроводников. После поглощения фотона в полупроводнике создается пара из электрона и положительно заряженной «дырки». Электрон используется для того, чтобы «восстановить» из воды водород. В прежних инженерных решениях «дырки» старались как можно быстрее удалить из полупроводника с помощью химических реагентов, и таким образом вторая, более медленная часть реакции — «окисление» кислорода «дыркой» — оставалась неосуществленной.

Зачем нам использовать наработки древних растений, если мы сами научимся делать то же, что и они, — только лучше?

Эту проблему и решили исследователи. В их системе две половинки реакции протекают на одной наночастице, хоть и разнесены в пространстве. Наночастицы представляют собой стержни из полупроводника, сульфата кадмия. На концы стержней нанесены частицы платины, которая служит акцептором для возбужденных электронов. Там и происходит реакция восстановления водорода. Тем временем на боковые поверхности стержней нанесен разработанный исследователями катализатор на основе рутения: он обеспечивает исключительно быструю доставку «дырок» к ионам кислорода. Скорость особенно важна, поскольку «дырки» химически активны и быстро разрушают катализатор. В итоге две части реакции катализируются одним типом наночастиц, и происходит полное расщепление воды на кислород и водород в одну стадию.

Ученые из Кембриджа придерживались другого подхода: они объединили в одном дизайне инженерные технологии человека и компоненты природных живых систем. Получившийся в результате процесс преподнес исследователям сюрприз: он позволил использовать энергию солнечного света даже более эффективно, чем это делает природный фотосинтез в растениях.

Преимущества полуискусственного фотосинтеза в том, что для него не нужны дорогие и токсичные катализаторы, ограничивающие возможности полностью искусственных систем, вроде описанной выше. С другой стороны, полуискусственные процессы, возможно, вскоре удастся масштабировать до промышленного уровня.

Авторы использовали молекулярное оборудование природной фотосистемы II, добавив к нему фермент гидрогеназу из водорослей, восстанавливающий протоны до водорода. В природном фотосинтезе ничего подобного не происходит, так как выделяющиеся при расщеплении воды протоны сразу же вовлекаются в другие биохимические процессы. Однако исследователям удалось совместить две биологические реакции, в обычных условиях разобщенные: работу фермента гидрогеназы и расщепление воды фотосистемой II. Оба «живых» компонента фиксировали на фотоаноде, покрытом особым красителем. В результате природный процесс был оптимизирован: вместо кислорода и восстановленной из СО2 органики модифицированный фотосинтез стал давать просто кислород и водород — два вещества, на которых, возможно, будет базироваться «зеленая» энергетика будущего.

Появление на протяжении одной недели сразу двух научных работ, с разных сторон атакующих проблему искусственного фотосинтеза, свидетельствует, что этой технологии, возможно, нам не так уж долго ждать. О том, как это достижение изменит все без исключения промышленные технологии, пока можно только догадываться, но оно несомненно будет означать конец эры ископаемого топлива. Зачем нам использовать наработки древних растений, если мы сами научимся делать то же, что и они, — только лучше?

Россия > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > forbes.ru, 11 сентября 2018 > № 2726787 Алексей Алексеенко


Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 10 сентября 2018 > № 2726340 Дмитрий Кипа

Санкциям вопреки: как российские нефтяники находят деньги в Европе

Дмитрий Кипа

директор инвестиционно-банковского департамента QBF

В условиях санкций ряду компаний удалось получить кредиты под гарантии европейских экспортных агентств, однако на фоне господдержки и займов китайских банков они играют второстепенную роль

В конце августа финансовый директор Uniper Кристофер Дельбрюк заявил, что немецкий энергетический концерн может отказаться от участия в строительстве газопровода «Северный поток — 2» в случае введения новых американских санкций. О подготовке ограничительных мер в отношении компаний-участниц проекта в середине августа сообщала WSJ со ссылкой на бывших и действующих американских чиновников. Если эти сообщения подтвердятся, «Газпром» во второй раз за три года лишится иностранного партнера при реализации крупного инвестпроекта.

Привлечение акционерного капитала

Другим таким партнером должна была стать Shell: в августе 2015 года главный исполнительный директор англо-голландской компании Бен ван Берден заявлял о намерении войти в проект «Сахалин-3», оператором которого является «Газпром». Однако вскоре эти планы сорвались из-за санкций США в отношении Южно-Киринского месторождения Охотского моря. С подобными проблемами столкнулась и американская Exxon Mobil, которая была вынуждена выйти из совместных с «Роснефтью» предприятий (СП), созданных для геологоразведки и нефтедобычи в Карском и Черном морях, — информацию о завершении сделок по покупке долей Exxon Mobil в СП российская компания недавно привела в отчетности за второй квартал.

Эту угрозу пока сумел обойти «Новатэк», попавший в американский санкционный список в июле 2014 года. Санкции не помешали французской Total сначала выполнить акционерные обязательства в рамках строительства СПГ-завода на Ямале, а затем договориться о вхождении в проект «Арктик СПГ-2», покупка 10% в котором была анонсирована в мае на Петербургском международном экономическом форуме. Присутствие Total отчасти можно объяснить характером санкций в отношении «Новатэка», которые не затронули привлечение акционерного капитала. Статус эксклюзивного западного совладельца крупнейших российских СПГ-проектов заставляет Total идти на риск, на который, впрочем, пока не готовы другие европейские компании: покупателем 9,9% в «Ямал СПГ», поиском которых еще до санкций занимался «Новатэк», стал китайский Фонд Шелкового пути, в числе же потенциальных инвесторов «Арктик СПГ-2» фигурируют корейская KOGAS, китайская CNPC и саудовская Saudi Aramco.

Кредиты под гарантии экспортных агентств

Некоторым участникам отрасли также удалось прорвать «кредитное эмбарго», под которое де-факто попали все российские банки и компании, вне зависимости от того, находятся они под санкциями или нет. Не случайно внешний российский корпоративный долг сократился за последние четыре года на треть — c $659,4 млрд в июле 2014 года до $423,3 млрд в июле 2018-го, следует из данных ЦБ. Одной из лазеек остались кредиты, завязанные на контракты с европейскими поставщиками технологического оборудования, гарантии по которым предоставляют зарубежные экспортные агентства.

В декабре 2014 года «Сибур» договорился с консорциумом европейских банков о кредитной линии на €1,575 млрд под контракты с немецкими Linde AG и ThyssenKrupp — проектно-закупочными (EP) подрядчиками установок пиролиза и полипропилена строящегося комплекса «Запсибнефтехим», — соглашение получило гарантии немецкого агентства Euler Hermes. А в сентябре 2015 года под реализацию того же проекта компания привлекла займы еще на €412 млн — гарантом выступило французское агентство COFACE, участие которого могло быть связано с контрактом с Technip (Франция) — EP-подрядчиком установки полипропилена, хотя в отчетности за 2015 год «Сибур» напрямую это не указывал.

Схожим образом поступил и «Нижнекамскнефтехим» (НКНХ), в минувшем мае подписавший кредитное соглашение c Deutsche Bank AG на €807 млн, гарантом по которому также стало Euler Hermes, — средства будут направлены на проект этиленового комплекса мощностью 600 000 т в год, технологическим партнером при строительстве которого выступит Linde AG. Этот инструмент использует и «Новатэк» для своего СПГ-проекта на Ямале: в декабре 2016 года компания привлекла кредит на €750 млн от банка Intesa San Paolo под покрытие COFACE и итальянского экспортного агентства SACE, а в июне прошлого года — займ на €425 млн от Raiffeisenbank, Intesa San Paolo и других европейских банков под покрытие Euler Hermes и EKN (Швеция). Эти займы позволили «Новатэку» не полностью выбирать кредиты китайских банков, заявлял предправления компании Леонид Михельсон, имея в виду финансирование со стороны China Development Bank и China Exim Bank, в 2016 году согласившихся предоставить для «Ямал СПГ» чуть более $12 млрд.

Выпуск еврооблигаций

Еще одним инструментом являются еврооблигации, продажа которых в Европе в 2014 году была запрещена для «Роснефти», «Транснефти» и «Газпром нефти». Их выпуск остается доступным для «Сибура», в сентябре прошлого года разместившего шестилетние еврооблигации на $500 млн по ставке 4,125%. К тому моменту один из акционеров компании — Геннадий Тимченко — уже три года находился под санкциями США. Санкционные риски в той или иной степени повлияли на инвестиционную привлекательность долговых бумаг — по объему размещения и срокам погашения они оказались для «Сибура» менее выгодными, чем средства ФНБ на $1,75, предоставленные в 2015 году в качестве облигационного займа сроком на 15 лет.

Более значимы — но уже в сравнении с европейскими кредитами — средства ФНБ и для «Новатэка», для которого 150 млрд рублей из Фонда были оформлены в виде 15-летних облигаций, привязанных к ставке LIBOR. Еще более важными для компании стали займы китайских банков, на долю которых пришлось свыше 40% общей стоимости «Ямал СПГ» ($12 млрд из $26,9 млрд) и без которых сам проект вряд ли бы состоялся. Второстепенную роль европейские кредиты играют и в финансировании «Запсибнефтехима», тем более что Сибур» частично их заместил займом от Внешэкономбанка на $400 млн, в декабре прошлого года одобренного правительством.

В этом, пожалуй, и заключается основной эффект санкций. Компаниям удается находить лазейки, чтобы привлекать финансирование в Европе, но для них оно не играет ключевой роли.

Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 10 сентября 2018 > № 2726340 Дмитрий Кипа


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Нефть, газ, уголь. Таможня > bfm.ru, 8 сентября 2018 > № 2730651 Алексей Сазанов

Зачем придуман налоговый маневр и как теперь регулировать внутренние цены на бензин?

На эти вопросы в интервью Business FM ответил руководитель департамента налоговой и таможенной политики Минфина Алексей Сазанов

Минфин против предоставления дополнительных финансовых льгот нефтяникам за сдерживание внутренних цен на нефтепродукты. Об этом заявил на Московском финансовом форуме глава Департамента налоговой и таможенной политики Минфина Алексей Сазанов. В интервью главному редактору Business FM Илье Копелевичу он объяснил, для чего вообще был начат налоговый маневр и как теперь происходит формирование цены на бензин на внутреннем рынке.

Наша тема — налоговый маневр. Люди, более сведущие, примерно представляют себе, о чем идет речь. Большинство людей только слышало это словосочетание, но оно прочно увязалось с ростом цен, который начался в 2018 году. В налоговом маневре речь идет о том, что экспортная пошлина постепенно сокращается и будет вообще ликвидирована. А экспортная пошлина — как шлюз между мировым рынком и внутренним. Грубо говоря, если на мировом рынке литр бензина стоит 100 рублей, если вы отправляете за границу, вы должны заплатить 50 рублей экспортную пошлину, внутренняя будет не больше 50 рублей, а остальное — вопрос внутренней конкуренции. Почему-то этот простой механизм решили отменить, налоговую нагрузку перенести на производство в виде повышенного налога на добычу полезных ископаемых, акциза, а теперь боремся с тем, чтобы все-таки с 50 или 45 рублей цена за бензин не доросла до тех 100 рублей, которые там, на внешнем рынке. Зачем? Объясните идею.

Алексей Сазанов: На самом деле на ценообразование на внутреннем рынке влияет не только экспортная пошлина, но и акциз, и НДС. Соответственно, у нас сейчас ставка акциза уже достаточно высокая, она практически в три раза превышает ставку экспортной пошлины, которая оказывала влияние на цену внутреннего рынка. Продолжая эту логику, надо налогообложение производить внутри, поскольку экспортная пошлина искажает ценовой механизм: выгодой от продажи нефти и нефтепродуктов по ценам ниже рыночных могут воспользоваться не только граждане РФ, но и различные компании, которые эксплуатируют этот дифференциал цен, покупая сырье по цене ниже рыночной, потом перерабатывая каким-то образом, либо вывозя его на экспорт с более низкими экспортными пошлинами, либо вообще вывозя его на экспорт под видом товаров прикрытия. Они эксплуатируют этот дифференциал в пошлинах и отправляют эти нефтепродукты на экспорт, зарабатывая на этом существенные деньги.

Вы говорите про Белоруссию в данном случае?

Алексей Сазанов: Я говорю не только про Белоруссию, я говорю про хозяйствующие субъекты внутри России, которые, просто покупая российскую нефть, не поставляя ни тонны нефтепродуктов на внутренний рынок, все эти нефтепродукты отправляли на экспорт и зарабатывали деньги практически из воздуха.

Но они же экспортную пошлину должны были заплатить?

Алексей Сазанов: Некоторые из них могут вывозить нефтепродукт в виде товаров прикрытия, поскольку границы РФ слишком длинные. И сам по себе исторически был заложен дифференциал между пошлиной на нефть и пошлиной на нефтепродукты, чтобы поддержать маржу переработки нефти внутри России. Пользуясь этим, те компании, которые даже не поставляли нефтепродукты на внутренний рынок, отправляли их на экспорт. Когда эта практика приобрела фантастические масштабы, когда мы увидели, что бюджет уже стал терять сотни миллиардов рублей на этом, мы стали задумываться о том, как нормализовать ситуацию. И здесь правильным, взвешенным решением было отказаться от экспортных пошлин, при этом предложить некий альтернативный механизм более адресной поддержки цен на внутреннем рынке. И в данном случае мы предложили демпфирующую компоненту, как раз призванную оказаться тем альтернативным механизмом, который неэффективные субсидии, которые через экспортные пошлины раздавались, изымает, а при этом адресную поддержку, а именно поддержку цен на внутреннем рынке, сохраняет.

Разъясните это абсолютно новое для большинства людей словосочетание «демпфирующий механизм для внутреннего рынка».

Алексей Сазанов: По результатам каждого налогового периода мы будем смотреть, по каким ценам нефтяные компании торговали нефтепродуктами на внутреннем рынке, и если они будут оказываться в том диапазоне цен, который определен на соответствующий налоговый период, им просто будет возвращаться определенная сумма денег из тех дополнительных доходов бюджета, которые в результате налогового маневра бюджет будет получать.

Это кажется довольно сложным процессом с точки зрения администрирования, потому что, во-первых, нужно контролировать, по каким реально ценам компании продают бензин, дизель и прочее на своих многочисленных заправках, во-вторых, сверять, подгонять под какие-то матрицы, насколько они пошли навстречу пожеланиям правительства и держали внутренние цены на достаточной дистанции от внешних. Не кажется все это невероятно сложным? А дальше еще всегда будет происходить торг между компаниями и правительством. Они скажут: на внешнем рынке, посмотрите, как было дорого, а мы здесь вон как дешево продавали, вы нам, значит, помогайте вот в таком объеме. А вы будете говорить: нет, не настолько. С таким ворохом процедур будет комфортно жить?

Алексей Сазанов: Замечу, что акциз уплачивается на НПЗ, и на всю РФ всего 30 нефтеперерабатывающих заводов, и никакого торга не будет.

То есть точка — это НПЗ.

Алексей Сазанов: Конечно. Если вы договариваетесь о цене на НПЗ, то все остальное ценообразование — это отправная точка, и все остальное ценообразование становится более или менее предсказуемым, если определить цену на НПЗ. Поэтому, когда у вас всего лишь 30 хозяйствующих субъектов, которые реально поставляют нефтепродукты на внутренний рынок, на наш взгляд, этот механизм абсолютно рабочий.

У нас эти НПЗ и значительная часть розницы, то есть заправки, в одних и тех же руках. Хорошо, цену на НПЗ они установят пониже, а в рознице, раз она не охвачена таким контролем, установят повыше. Почему нет?

Алексей Сазанов: Вопрос в том, что им осуществляется возврат денег в том случае, если они обеспечивают в оптовом звене цену в том диапазоне, который определен. По поводу того, что розница охвачена теми же владельцами, что владеют НПЗ, это не совсем корректно, потому что более 50% розницы — это как раз независимые АЗС, поэтому там это правило не сработает. Плюс у нас есть биржевые торги, ФАС, которые мониторят всю ситуацию. Это рабочий механизм. С учетом того, что на самом деле этими 30 заводами, по сути дела, владеют семь владельцев, я думаю, что мы можем договориться, тем более у нас с ними диалог есть, и свидетельство тому — текущая ценовая ситуация на внутреннем рынке.

Большинство людей и субъектов бизнеса, прежде всего, интересуют результаты. Тенденция проявилась с начала налогового маневра, затем цену удалось стабилизировать. Сейчас какова ситуация, каков прогноз?

Алексей Сазанов: Я считаю, что никакого влияния налогового маневра на цену на внутреннем рынке пока не произошло. Налоговый маневр начинается со следующего года, его полномасштабное развертывание. Ключевая причина диспаритета цен на внутреннем рынке и на экспорт сейчас — это курс и цена нефти. Цена нефти выросла уже более чем до 75 долларов за баррель, курс сейчас приближается к 70 рублям, это оказывает ключевое влияние на ценообразование на внутреннем рынке, на размер того диспаритета, который сейчас существует.

Раньше эти ножницы решали как раз при помощи размера экспортной пошлины, которую увеличивали. А сейчас это уже не входит в инструментарий.

Алексей Сазанов: Да, поэтому и снизили акцизы, потому что вообще использовать инструмент экспортных пошлин, которые оказывают влияние не только на ценообразование на внутреннем рынке, но и уменьшают прибыльность экспортных поставок, это на самом деле ухудшение ситуации, поскольку технологически и исторически сложилось, что, поставляя, условно говоря, 30 тонн нефтепродуктов на внутренний рынок, 65 тонн нефтепродуктов нефтяные компании вынуждены отправлять на экспорт. Поэтому, когда вы вводите экспортную пошлину, вы снижаете маржу поставок не только на внутренний рынок, но и на внешний рынок одномоментно, что в итоге может привести к полноценному кризису в нефтепереработке. Поэтому, когда мы говорим о поддержке цен внутреннего рынка, акцизы — это более правильный механизм, который позволит избежать доведения ситуации в нефтепереработке до кризиса.

К сегодняшним ценам. В течение этого года какие параметры цен правительство считает приемлемыми для внутреннего рынка, которые, соответственно, готово поддерживать при помощи тех механизмов, которые у него теперь есть?

Алексей Сазанов: Я не могу отвечать за все правительство. Моя личная позиция, что темп роста цен на внутреннем рынке не должен быть выше инфляции.

Значит, основной механизм — демпфирующий, то есть в том числе возврат денег, недополученной прибыли от эффективности экспорта, которая могла бы быть. Как мы уже читали и слышали, уже возникают споры и конфликты. Нефтяные компании говорят, что держат цены в таком-то диапазоне, теряют от того, что не поставляют на внутренний рынок, требуют больше возврата себе средств в рамках этого демпфирующего механизма. Какова ваша оценка ситуации, надо на это идти или не надо?

Алексей Сазанов: Спор на самом деле не вокруг самого демпфирующего механизма, а вокруг того, как распределить то бремя по ценам ниже экспортных цен поставок на внутренний рынок между нефтяными компаниями и государством. Нефтяные компании говорят, что хотят стопроцентной компенсации, мы говорим, что, как можно видеть из финансовых отчетов компаний, у них сейчас ситуация аномально хорошая: прибыльность растет в два раза, свободный денежный поток увеличился в 2,5 раза. И в таких условиях мы полагаем, что нефтяные компании могут разделить это бремя с государством. Наше понимание, что 50 на 50 — это справедливое распределение. Сегодняшние параметры демпфирующей компоненты распределяют это бремя — 55 в сторону государства, 45 в сторону нефтяных компаний. Мы считаем, что это оправданно и ничего менять не нужно.

Вы уже и раньше сказали и сейчас повторили, что действительно сейчас даже для всей последней экономической истории уникальная ситуация, когда и нефть очень дорогая, и рубль очень дешевый, 5-6 тысяч рублей за баррель в России нефть не стоила никогда. Действительно, у нефтяных компаний уникальное сочетание двух факторов. Как вы думаете, надолго ли это, может быть, вообще надо как-то привыкать и брать это за норму, но опять переоценивать всю нашу систему?

Алексей Сазанов: Я считаю, что мы пообещали стабильность налоговой системы на ближайшие пять-шесть лет. Я думаю, что нам надо придерживаться этого тезиса, чтобы не подорвать доверие бизнеса к той экономической политике, которую мы проводим.

Илья Копелевич

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Нефть, газ, уголь. Таможня > bfm.ru, 8 сентября 2018 > № 2730651 Алексей Сазанов


Россия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 7 сентября 2018 > № 2724566 Михаил Крутихин

Колосс на глиняных ногах. «Газпром» стоит дешевле «Новатэка»

Михаил Крутихин

Партнер консалтинговой компании RusEnergy

Частная российская компания «Новатэк», крупнейшими акционерами которой являются миллиардеры Леонид Михельсон и Геннадий Тимченко, впервые опередила по рыночной стоимости газового гиганта «Газпром», контрольный пакет которого находится в руках государства

Что происходит с рыночной стоимостью «Газпрома»? Почему капитализация газового монополиста, на зависимость от которого не перестает жаловаться половина Европы, так и не выросла до обещанного триллиона долларов? Как получилось, что другая российская компания, у которой добыча газа едва дотягивает по объему до 13% от объемов добычи у «Газпрома», стала обгонять ее на биржевых торгах по капитализации?

Действительно, 6 сентября управляемый государством «Газпром» впервые был оценен биржевыми игроками ниже, чем «Новатэк», находящийся в частной собственности (в том числе иностранной). Превышение пока выглядит небольшим: в моменте торгов капитализация «Новатэка» составляла 3,497 трлн рублей, а «Газпром» оценивался в 3,494 трлн рублей, но сам факт не может не настораживать. Более того, все выглядит так, будто мы имеем дело не с сиюминутным явлением, но с долгосрочной тенденцией.

Успех акций «Новатэка» оправдан. Компания давно зарекомендовала себя как эффективный и прибыльный экспортер газового конденсата, а сейчас вышла на новые рубежи. В ближайшее время она выведет на запланированную мощность уникальный проект «Ямал СПГ», став крупнейшим в России производителем и экспортером сжиженного природного газа (СПГ) — товара, которому на глобальном газовом рынке принадлежит будущее. Этот гибкий бизнес намного перспективнее и конкурентоспособнее, чем ограниченные по географии трубопроводные поставки, на которых специализируется «Газпром». (У «Газпрома» есть контрольный пакет в первом российском проекте СПГ на Сахалине, но только потому, что ему удалось «отжать» эту долю у иностранных участников проекта под мощным административным давлением.)

«Новатэк» смог доказать на деле, что проект осуществим, несмотря на арктические условия, высокую стоимость, технологические проблемы, а также первоначальное нежелание кредиторов связываться с попавшими под американские санкции бизнесменами. Проект привлек французскую Total и двух китайских участников: Китайскую национальную нефтегазовую корпорацию (CNPC) и Фонд Шелкового пути. Помогла солидная финансовая помощь из российского Фонда национального благосостояния, а также беспрецедентно льготные налоговые условия, созданные для проекта руководством России.

Внимание инвесторов к этой компании объяснимо. «Новатэк» имеет все шансы сохранить привилегированное положение в России и претендовать на новые льготы. В глазах Кремля он играет чрезвычайно важную геополитическую роль. Компания не собирается ограничиваться «Ямалом СПГ». В ее планы входит широкая экспансия в Арктике, на освоение которой у российского руководства есть далеко идущие планы. Она начинает подбор иностранных партнеров для нового проекта — «Арктик СПГ-2» на Гыданском полуострове (Total уже приобрела в нем 10% долю, и список других возможных участников охватывает компании из Китая, Японии и даже Саудовской Аравии). На очереди проекты «Арктик СПГ-1» и «Арктик СПГ-3», где идет разведка и оценка газовых запасов.

Для арктических проектов «Новатэк» строит в Белокаменке под Мурманском центр строительства крупнотоннажных морских сооружений (ЦСКМС), а на Камчатке — терминал по перевалке сжиженного газа из судов ледового класса, проходящих по Северному морскому пути, в океанские суда-газовозы. Этот терминал может в будущем превратиться в торговую площадку для реализации газа по всему Азиатско-Тихоокеанскому региону и даже в хаб, где будет формироваться региональный индекс цены на газ.

В Кремле, судя по всему, осознали, что обустройство Севморпути и экономическое развитие Арктики невозможно без таких инновационных проектов и без инициативы частного бизнеса, способного привлечь иностранных инвесторов и иностранные технологии. «Газпром» при всей его величине проявил себя как крайне неповоротливый и чудовищно затратный монстр, которому нельзя поручать дела таких масштабов и сложности. Его многочисленные проекты в области СПГ показали полную несостоятельность: от Штокмана до Владивостока и от Харасавэя на Ямале до Балтики. Поэтому в качестве пионера освоения Арктики и был выбран «Новатэк», что не преминули заметить потенциальные инвесторы.

Имея мощность нацеленных на европейский рынок газопроводов, вдвое превышающую объемы экспорта, «Газпром» пошел на колоссальные затраты на прокладку новых труб. Для двух инфраструктурных проектов на Балтике — «Северный поток — 1» и «Северный поток — 2» — проложили новый газотранспортный коридор с Ямала, хотя компания могла экономно и эффективно использовать для этого уже имеющиеся мощности, которые обслуживают умирающие гигантские месторождения на севере Тюменской области. По оценке американского журнала Russian Petroleum Investor, сделанной еще в 2000-2002 годах на основании данных «Газпрома», стоимость нового коридора Бованенково — Ухта — Торжок — Балтика достигает $44 млрд.

По существу, компания потратила эти средства только для того, чтобы «наказать» Украину, сократив транзит газа по ее территории. Никакого экономического смысла в этих проектах не было, как не было смысла и в «Южном потоке» (ныне — «Турецкий поток»), на который «Газпром» тоже потратил больше $17 млрд, не располагая ни гарантированным рынком в Южной Европе, ни разрешениями регуляторов Евросоюза на такую инфраструктуру. Больше 500 км уже уложенных труб «Газпром» сейчас выкапывает за дополнительную плату тем же подрядчиком.

Широко разрекламированная «Сила Сибири», как показывают расчеты газпромовских плановиков, не оправдается экономически и через 30 лет. Выйти на проектную мощность 38 млрд кубометров в год этот газопровод сможет не раньше 2028 года, да и то если в дополнение к якутскому месторождению Чаянда «Газпром» быстро добавит запасы Ковыкты в Иркутской области, освоив это месторождение и проложив дополнительно 800 км труб по тайге и сопкам.

Построенный непонятно зачем и практически бездействующий газопровод Сахалин — Хабаровск — Владивосток дополняет картину. Работает одна компрессорная станция из заложенных в проект двенадцати. С одного конца нет газа, с другого — потребителей.

Следуя не интересам акционеров, а политическим указаниям из Кремля, компания потеряла крупнейшего своего клиента — Украину, которая в 2006 году закупала в России 59 млрд кубометров газа. А другие клиенты в Европе идут сейчас на дополнительные затраты, чтобы обеспечить себе альтернативные маршруты получения газа: «Газпром» уже несколько раз по политическим причинам перекрывал или сокращал объемы поставок в периоды пикового спроса. Непредсказуемость «Газпрома» — самый опасный фактор для энергобезопасности Евросоюза.

Компания с такой стратегией развития и такой деловой репутацией не может считаться перспективным объектом для вложения денег. Отсюда и низкая рыночная капитализация. Если семь лет тому назад она доходила почти до $370 млрд, то сейчас стоимость монополиста упала до $51 млрд.

Россия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 7 сентября 2018 > № 2724566 Михаил Крутихин


Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Транспорт. Экология > oilcapital.ru, 31 августа 2018 > № 2718179

Хаос и путаница на рынке морской бункеровки.

В $1 трлн оценивают эксперты потери из-за введения с 2020 года новых экологических требований Международной морской организации (IMO). На морской транспорт приходится около 5% мирового нефтяного рынка, или примерно 5 млн баррелей в сутки. Уже появился прогноз Morgan Stanley о росте цен на нефть до $90 за баррель в связи с введением нового регулирования. Согласно вводимым IMO правилам, с 2020 года судам будет запрещено использовать топливо с содержанием серы выше 0,5% (сейчас допустимый уровень – 3,5%). В противном случае страны – участницы IMO будут взимать штраф с судовладельцев.

По информации Thomson Reuters, в связи с переходом на новые правила у судоходных компаний есть 3 варианта действий, но каждый из них имеет свои ограничения. Новый топливный регламент IMO подталкивает судовладельцев переходить на сжиженный природный газ, утверждают эксперты Thomson Reuters, как более экологически чистую альтернативу. СПГ выделяет на 10-20% меньше CO2, чем низкосернистое нефтяное топливо.

Как ожидается, к 2020 году число судов, использующих СПГ, увеличится до 400-600.

По данным международной сертификационной и классификационной компании DNV, на начало 2018 года таких судов было 125. Оценочная компания VesselsValue сообщила, что 78 судов с двухтопливными двигателями будут поставлены в 2018 году. Тем не менее пока доля СПГ-судов в мировом флоте все еще очень мала.

Использование СПГ вместо традиционных видов бункерного топлива может снизить уровень выбросов NO и SO2 на 90-95%, показали оценки экспертов. Примечательно, что Пакистан анонсировал в 2017 году отказ от тендеров на поставки мазута в пользу СПГ, аналогичные планы есть у Бангладеш.

Главные минусы этого решения – огромные инвестиции в строительство нового флота и соответствующей инфраструктуры бункеровки.

Многие видят в использовании СПГ лишь переходный этап к внедрению электрических и водородных двигателей в морском транспорте, а также к развитию сегмента автономных судов. На майской встрече Комитета по морской безопасности IMO было объявлено о создании в рамках Секретариата организации межотраслевой целевой группы по морским автономным надводным судам для оказания всесторонней поддержки работ по этому вопросу. Переход на сжиженный природный газ и электричество займет длительное время, а пока тяжелое нефтяное топливо заменяется на сорта с более низким содержанием серы. В разных регионах мира изменения будут происходить с разной скоростью, что создаст дополнительные сложности для судовладельцев.

Скрубберы или «непонятные смеси»

Установка на судах специальных скрубберов для удаления серы из топлива считается дорогостоящим решением, окупающимся в долгосрочной перспективе. По данным Thomson Reuters, более 2,1 тыс. судов ожидают установки таких систем. Однако скандинавская частная судоходная компания Wallenius Wilhelmsen в большей степени опасается роста стоимости низкосернистого судового топлива на 50% в ближайшее время. Судовладелец решил переоборудовать 25 своих судов скрубберами и использовать высокосернистое топливо, на которое, наоборот, ожидается низкий спрос.

Но большинство компаний ориентируются на использование топлива с содержанием серы 0,5%, что выглядит наиболее просто и эффективно с точки зрения затрат. Ожидается, что участники рынка к 2020 году предложат различные комбинации смесей с низким содержанием серы, что приведет к неустойчивому и беспорядочному состоянию рынка в различных ценовых категориях. В перспективе на рынке будут доминировать наиболее эффективные с точки зрения затрат смеси, а рынку придется адаптироваться под них. Предполагается, что эти смеси станут новым стандартом экологичного судового топлива.

Международная палата судоходства выступила в мае с резкой критикой IMO. По словам руководителя ассоциации судовладельцев Эсбена Поулссона, несмотря на смирение владельцев судоходных компаний в отношении затрат в связи с переходом на экологически чистое топливо, они не готовы мириться с хаосом, появление которого в январе 2020 года неизбежно из-за отсутствия глобальных стандартов для новых видов топлива. Поулссон не уверен, что в оставшиеся сроки можно будет организовать бункеровку соответствующим топливом в любом порту мира, из-за чего возникают проблемы для безопасного мореплавания.

Особые опасения вызывает возможное использование несовместимых смесей. Так, до сих пор неизвестны новые спецификации и объемы бункерных смесей, которые будут соответствовать стандартам IMO, вводимым через 16 месяцев.

Несмотря на критику, позитивные изменения уже происходят. Maersk и Vopak анонсировали в августе 2018 года создание СП по бункеровке низкосернистым топливом в крупнейшем европейском порту Роттердама с планируемой мощностью 2,3 млн тонн топлива в год. Shell начала тестирование низкосернистого топлива (very low sulphur marine fuel oil, VLSFO) в Роттердаме, Сингапуре и Новом Орлеане.

По данным Bloomberg, ГПЗ начали сокращать производство неэкологичных сортов.

Несмотря на то, что ограничения IMO вводятся с 1 января 2020 года, НПЗ уже снижают объемы выпуска высокосернистого топлива.

Его запасы уже сократились в США и Сингапуре, а трейдеры, непосредственно участвующие в покупке и продаже топлива, предупреждают о сокращении выпуска неэкологичных сортов в ожидании коллапса на рынке. В США запасы бункера сократились до 28,7 млн баррелей, это самый низкий уровень за последние 30 лет; в Сингапуре они снизились до минимума с 2010 года – до 14,8 млн баррелей. Это приводит к неоднозначным результатам. Так, по данным Thomson Reuters, производство нефтяного топлива в 2018 году сократится до 45-46 млн баррелей, что на 5,5 млн баррелей меньше, чем в 2017 году (51,22 млн баррелей).

Тем не менее большинство НПЗ не считают эффективным по затратам решением модернизацию для налаживания производства топлива с низким содержанием серы, так как оно пока не является высокоприбыльным. Morgan Stanley утверждает, что в наибольшем выигрыше окажутся Repsol SA, Reliance Industries Ltd., Valero Energy Corp. и Tupras Turkiye Petrol Rafinerileri AS, нефтеперерабатывающие мощности которых рассчитаны на производство средних дистиллятов с незначительной долей выпуска мазута.

Thomson Reuters считает наиболее вероятным решением использование смеси на основе газойля.

В мире существует избыток газойля ввиду роста нефтеперерабатывающих мощностей за последние 2-3 года. По оценкам Международного энергетического агентства, к 2020 году спрос на газойль вырастет на 1 млн б/с, до 1,74 млн б/с. А на мазут – сократится с 3,2 млн б/с в 2019 году до 1,3 млн б/с в 2020-м. Разница в стоимости между легкой малосернистой и тяжелой высокосернистой нефтью увеличится к 2020 году. Ожидается, что НПЗ отдадут предпочтение легкой малосернистой нефти в качестве сырья. Это ударит как по ближневосточным экспортерам, так и по российским в сегменте поставок нефти.

Россия также является крупным производителем и экспортером нефтяного топлива. В стране за последние годы сооружено большое количество установок гидрокрекинга и сооружений для гидроочистки вакуумного газойля.

На ближайшие 5-6 лет прогнозируется повышение качества поставляемого из Российской Федерации газойля, а также рост поставок малосернистого нефтяного топлива за счет модернизированных НПЗ.

Тем не менее на прошедшем в мае Петербургском международном экономическом форуме введение новых ограничений со стороны IMO раскритиковал глава «Роснефти» Игорь Сечин: «Мы наблюдаем полное отсутствие «ответственного регулирования», в котором так нуждается наша отрасль. В который раз принимаются регуляторные решения вопреки логике развития и в противоречии с объективными интересами участников рынка. Эти решения слишком быстры, масштабны и не встроены в существующие производственные и логистические цепочки. Ярким примером являются новые инициативы регулирования Международной морской организации (IMO) в части ограничений по использованию топливного мазута. Поддерживаем экологическую составляющую этих решений, но все-таки следует иметь в виду то, что замена сернистого флотского мазута более экологичными видами топлива, с учетом того, что этот процесс назрел, требует решения вопроса о том, что надо вводить новые требования с учетом готовности к ним рынка, производителей оборудования, перевозчиков. Не сорвет ли это рынок перевозок? При волюнтаристских подходах к регулированию не избежать новых волн волатильности на рынках».

Мария Кутузова

Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Транспорт. Экология > oilcapital.ru, 31 августа 2018 > № 2718179


Россия > Нефть, газ, уголь. Химпром > oilcapital.ru, 31 августа 2018 > № 2718165

Катализатор для производства топлива Евро-5 разработала «Роснефть».

Первый в России запатентованный катализатор гидроочистки дизельного топлива, который превращает прямогонное и вторичное сырье в топливо экологического стандарта Евро-5 и способен заменить импортные катализаторы, представил в Москве Объединенный Центр исследований и разработок «Роснефти». Разработка позволит получать несколько миллионов дополнительных тонн дизельного топлива.

«Доля отечественных катализаторов значительно снизилась, их вытеснили импортные поставщики. В настоящее время в режиме ужесточения санкций мы не можем ориентироваться только на них. Компания «Роснефть» уделяет огромное внимание безопасности страны в плане обеспечения собственными топливами, маслами и другими продуктами нефтепереработки», – отметил на презентации Вадим Фадеев, заведующий лабораторией каталитических процессов нефтепереработки.

Цена импортного катализатора гидроочистки составляет около €18 за кг. «Роснефть» разрабатывает рецептуру отечественных катализаторов таким образом, чтобы они оказались дешевле импортных, но оставались конкурентоспособными.

По словам Фадеева, потребность российской нефтяной промышленности в катализаторах гидроочистки дизельных топлив составляет 6-10 тыс. тонн в год. В настоящее время катализатор проходит промышленные испытания на установке в Уфе.

В России подобные катализаторы в промышленных масштабах не выпускаются, все заводы работают на импортной продукции.

Россия > Нефть, газ, уголь. Химпром > oilcapital.ru, 31 августа 2018 > № 2718165


Россия. ЦФО > Нефть, газ, уголь. Экология > neftegaz.ru, 31 августа 2018 > № 2718164

Мэр г. Москвы С. Собянин оценил ход строительства высокотехнологичной установки «Евро+» Московского НПЗ «Газпром нефти».

Строительство новой высокотехнологичной комбинированной установки переработки нефти «Евро+» на Московском нефтеперерабатывающем заводе «Газпром нефти» практически завершено. Строительную площадку на финальном этапе работ проинспектировали мэр Москвы С. Собянин и председатель правления «Газпром нефти» А. Дюков.

Об этом пресс-служба «Газпромнефть-МНПЗ» сообщила 31 августа 2018 г.

Комбинированная установка «Евро+» - это ключевой проект 2го этапа экологической модернизации Московского НПЗ, которую с 2011 г. успешно продолжает «Газпром нефть».

Благодаря современному комплексу «Евро+» МНПЗ выведет из эксплуатации 5 установок предыдущего поколения, т.е. фактически заменит так называемое «малое технологическое кольцо» предприятия.

Установка «Евро+» потому и называется комбинированной, что в ее состав войдут 5 новейших технологических комплексов: первичной переработки нефти ЭЛОУ-АВТ 6, риформинга бензина, гидроочистки дизельного топлива с блоком изодепарафинизации, газофракционирования и блок регенерации амина. Конечно, типология процессов (первичной переработки, гидроочистки, реформинга) останется прежней, но в новом комплексе глубокой переработки те же процессы станут более сложными, потому что установки принципиально другие, с гораздо более высокими качественными показателями и параметрами эффективности. Кроме того, «Евро+» дополнительно снизит воздействие предприятия на окружающую среду, а передовые технологии обеспечат рост производства авиационного и автомобильного топлива.

Мэр Москвы С. Собянин отметил, что модернизация Московского НПЗ это вклад в экологию города: «В настоящее время завод завершает строительство современного комплекса переработки нефти «Евро+», который заменит 5 морально устаревших установок «малого технологического кольца» 60-х годов прошлого века. Это главный проект 2го этапа модернизации НПЗ», - подчеркнул С. Собянин.

Председатель правления «Газпром нефти» А. Дюков в свою очередь подчеркнул: «Начиная с 2011 г. «Газпром нефть» инвестировала в модернизацию Московского НПЗ более 160 млрд руб. Были реализованы проекты по переходу завода на производство топлива Евро-5, строительству инновационных биологических очистных сооружений «Биосфера», внедрению первой в отрасли системы автоматизированного экологического мониторинга, будет построен новый комплекс «Евро+». На этом программа модернизации не завершится - впереди работы по выводу из эксплуатации устаревших установок «малого кольца» и подготовка строительства комплекса глубокой переработки нефти. Совокупный размер инвестиций «Газпром нефти» в обновление мощностей предприятия составит 250 млрд руб. до 2021 г.»

На сегодняшний день готовность комплекса «Евро+» составляет 97%. Специалисты уже завершили монтаж крупногабаритного оборудования и основных металлоконструкций. Продолжаются электромонтажные работы и настройка автоматизированных систем.

Пуск комплекса запланирован на 2019 г.

Преимуществ у новой комбинированной установки «Евро+» множество:

- повышение производительности процессов в 2 раза;

- увеличение глубины переработки нефти до 85%;

- существенный рост энергоэффективности;

- увеличение интервала между планово-предупредительными ремонтами с 2-х до 4-х лет;

- снижение эмиссии загрязняющих веществ;

- переход на работу на газовом экологическом топливе.

Годовая мощность первичной переработки нефти после ввода «Евро+» составит 6 млн тонн. Производительность блоков риформинга бензина и гидроочистки дизельного топлива составит 1 и 2 млн тонн в год. Годовой объем переработки нефти на МНПЗ вырастет до 12 млн тонн.

Кстати, несмотря на то, что по мощности «Евро+» будет превосходить «малое кольцо» в 2 раза, занимаемая ею площадь, наоборот, сократится на 15%.

Еще один важнейший аспект – экологическая эффективность. Выбросы загрязняющих веществ снизятся на 11% в расчете на каждую тонну переработанного сырья. Московский НПЗ вообще ставит повышение экологической безопасности одним из приоритетных направлений своего развития.

Так, благодаря реализованным мероприятиям в рамках модернизации, Московский НПЗ уже на 50% снизил воздействие производства на окружающую среду, в т.ч. на 36% уменьшил поступление загрязняющих веществ в атмосферу, а к 2020 г., когда модернизация завершится, воздействие на окружающую среду будет сокращено еще на 50%.

Россия. ЦФО > Нефть, газ, уголь. Экология > neftegaz.ru, 31 августа 2018 > № 2718164


Нидерланды. Украина. Евросоюз. РФ > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 30 августа 2018 > № 2717059

Нидерланды арестовали акции «Газпрома» в «Голубом потоке».

Суд Амстердама арестовал принадлежащие «Газпрому» акции совместного предприятия Blue Stream Pipeline Company. В отчете российского холдинга за первое полугодие 2018 года уточняется, что решение по этому поводу было принято 30 мая. Таким образом суд удовлетворил требования «Нафтогаза Украины», который добивается взыскания с «Газпрома» более $2,5 млрд. Стокгольмский арбитраж постановил, что российская сторона должна украинской $2,56 млрд, каждый день просрочки стоит «Газпрому» полмиллиона долларов. Холдинг решения международного суда не признает и намерен оспорить его. В начале июня Россия предупредила Украину, что у нее будут проблемы с газом из-за ареста активов «Газпрома».

Компания Blue Stream Pipeline Company B. V., совместное предприятие «Газпрома» и итальянской Eni, была создана на паритетных началах для реализации проекта по строительству газопровода «Голубой поток». Blue Stream Pipeline Company владеет морским участком газопровода и компрессорной станцией «Береговая». Владельцем и оператором сухопутного участка газопровода является «Газпром».

Газопровод «Голубой поток» проходит из России в Турцию через Черное море. Его мощность – 16 млн кубометров в год.

Нидерланды. Украина. Евросоюз. РФ > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 30 августа 2018 > № 2717059


Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Химпром > oilcapital.ru, 30 августа 2018 > № 2717057

100 млрд рублей инвестирует «ЛУКОЙЛ» в комплекс глубокой переработки нефтяных остатков в Кстово.

Началось возведение комплекса глубокой переработки нефтяных остатков на предприятии «ЛУКОЙЛ – Нижегороднефтеоргсинтез» в Кстово Нижегородской области. В реализацию этого проекта, старт реализации которого дал президент «ЛУКОЙЛа» Вагит Алекперов, будет инвестировано более 100 млрд рублей. «Планируем завершить строительство к 2021 году. Подобные комплексы позволят выйти компании на новые рубежи, новые конкурентные возможности – достигнуть показателя глубокой переработки нефти до 98%», – сказал Алекперов.

По словам врио губернатора Нижегородской области Глеба Никитина, реализация проекта придаст дополнительный импульс развитию экономики региона. С вводом комплекса на заводе дополнительно появятся несколько сотен рабочих мест. Уже сейчас на «ЛУКОЙЛ – Нижегороднефтеоргсинтезу» трудятся более 2 тыс. человек, отметил Никитин.

Комплекс глубокой переработки нефтяных остатков на базе процесса замедленного коксования будет возведен в несколько этапов. На первом этапе построят установку замедленного коксования и инфраструктурные объекты. На втором – комплекс гидроочистки дизельного топлива и бензина, газифицирующие установки, а также установки по получению элементарной серы.

Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Химпром > oilcapital.ru, 30 августа 2018 > № 2717057


Россия. УФО > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 30 августа 2018 > № 2716870

Третья линия «Ямала СПГ» будет запущена в конце 2018 года.

«НОВАТЭК» намерен ввести в эксплуатацию третью линию завода «Ямал СПГ» в конце 2018 года – практически на год раньше изначально намеченного срока, сообщил глава и совладелец компании Леонид Михельсон. «В декабре прошлого года мы пустили первую линию завода «Ямал СПГ». Вторая линия была введена в этом месяце. За счет ввода двух линий проекта производство СПГ в России выросло в два раза. Третью линию мы планируем ввести в конце этого года – практически на год раньше запланированного срока», – сказал Михельсон в Челябинске на форуме

По словам главы «НОВАТЭКа», с пуском в конце 2019 года всех четырех технологических линий «Ямал СПГ» выйдет на производство более 17 млн тонн СПГ и более 2 млн тонн конденсата в год.

«Ямал СПГ» реализует проект строительства завода сжиженного природного газа на базе Южно-Тамбейского месторождения.

Россия. УФО > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 30 августа 2018 > № 2716870


Россия. УФО > Нефть, газ, уголь. Образование, наука > neftegaz.ru, 30 августа 2018 > № 2716856

НОВАТЭК открывает новую школу-интернат в ЯНАО.

Новый учебный год школьники Гыданского полуострова встретят в новой школе: НОВАТЭК совместно с Правительством ЯНАО открывает школу-интернат на 800 учеников в заполярном поселении Гыда на территории Ямало-Ненецкого автономного округа.

Проект полностью профинансирован НОВАТЭКом.

Об этом сообщается 30 августа 2018 г.

Новая школа станет важным образовательным и культурным центром Гыданского полуострова.

Она укомплектована современным оборудованием для обеспечения учебного процесса, проведения культурных и спортивных мероприятий.

В школе размещены столовая, медицинский блок, мастерские, лингафонный кабинет, читальный и актовый залы, музей и кинопроекционная, где школьники смогут проявить свои творческие способности и приобщиться к искусству.

Председатель Правления НОВАТЭКа Л. Михельсон отметил: «Строительство новой современной школы-интерната в одном из самых отдаленных поселков Ямало-Ненецкого автономного округа является проектом, направленным на повышение уровня жизни коренных народов Крайнего Севера. Образование является базой для раскрытия безграничного потенциала молодежи и развития кадровых ресурсов региона в частности и страны в целом. Наш вклад в социальное развитие способствует росту взаимопонимания и сохранению культурного наследия в основных регионах деятельности Компании».

Также Компания реализует ряд других проектов, направленных на социальное развитие региона и оказывает поддержку коренному населению Ямало-Ненецкого автономного округа.

Россия. УФО > Нефть, газ, уголь. Образование, наука > neftegaz.ru, 30 августа 2018 > № 2716856


Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Химпром. Экология > neftegaz.ru, 30 августа 2018 > № 2716848

ЛУКОЙЛ установил памятный знак на площадке строительства комплекса переработки нефтяных остатков на Нижегородском НПЗ.

В г Кстово в Нижегородской области состоялось торжественное открытие памятного знака начала строительства комплекса переработки нефтяных остатков на базе процесса замедленного коксования.

Об этом ЛУКОЙЛ сообщила 29 августа 2018 г.

Объект расположен на нефтеперерабатывающем заводе (НПЗ) ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез.

О проекте 22 августа 2018 г подробно рассказал гендиректор ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез А. Коваленко.

В мероприятии приняли участие глава ЛУКОЙЛа В. Алекперов, глава Нижегородской области Г. Никитин и и.о представителя президента РФ в Приволжском федеральном округе И. Паньшин.

Помимо установки замедленного коксования комплекс включает в себя установки гидроочистки дизтоплива, газофракционирования, производства водорода и серы, а также инфраструктурные объекты.

Мощность комплекса по сырью составляет 2,1 млн т/год.

Строительство комплекса позволит существенно сократить производства мазута на Нижегородском НПЗ, увеличит глубину переработки нефти до 95,5% и обеспечит значительную синергию с уже действующими установками каталитического крекинга.

Выход светлых нефтепродуктов на Нижегородском НПЗ вырастет до 76% с текущих 64%.

Ввод комплекса в эксплуатацию, запланированный на 2021 г, увеличит налоговые отчисления в бюджеты различных уровней и создаст более 200 рабочих мест.

В. Алекперов и Г. Никитин также приняли участие в торжественных мероприятиях по случаю 60-летия завода.

18 работникам ЛУКОЙЛ-Нижегороднефтеоргсинтез вручены государственные, отраслевые и корпоративные награды.

В ходе рабочей поездки в г Нижний Новгород В. Алекперов и глава Нижегородской области Г. Никитин открыли выставку Движение к свету: русский импрессионизм из музейных собраний России в Нижегородском художественном музее.

Выставка организована при поддержке благотворительного фонда ЛУКОЙЛа.

Напомним, что ЛУКОЙЛ намерен сделать из Нижегородского НПЗ один из самых лучших заводов в Европе.

Глубина переработки, по словам директора НПЗ, там должна достичь 99% к 2021 г.

23 августа 2018 г сообщалось, что стоимость комплекса переработки нефтяных остатков составит 90 млрд руб.

На данный момент Нижегородский НПЗ остался единственным заводом, который выпускает достаточно большое количество мазута.

Лукойл-Нижегороднефтеоргсинтез (Нижегородский НПЗ) - 1 из крупнейших предприятий нефтепереработки в РФ.

Его установленная мощность по переработке нефти составляет 17 млн т/год.

Это 4е место в стране и 1е в ЛУКОЙЛе.

Предприятие выпускает свыше 70 наименований нефтепродуктов: автомобильное, авиационное и дизельное топливо, нефтебитум, парафины.

Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Химпром. Экология > neftegaz.ru, 30 августа 2018 > № 2716848


Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Химпром > neftegaz.ru, 30 августа 2018 > № 2716847

Роснефть разработала катализатор для производства топлива Евро-5.

Объединенный Центр исследований и разработок Роснефти в представил 1й в России запатентованный катализатор гидроочистки дизельного топлива, который превращает прямогонное и вторичное сырье в топливо экологического стандарта Евро-5 и способен заменить импортные катализаторы.

Об этом Роснефть сообщила 29 августа 2018 г.

Инновация Роснефти позволит получать несколько миллионов дополнительных тонн дизтоплива.

Заведующий лабораторией каталитических процессов нефтепереработки В. Фадеев отметил, что доля отечественных катализаторов значительно снизилась, их вытеснили импортные поставщики.

В настоящее время в режиме ужесточения санкций Россия не может ориентироваться только на них.

Роснефть уделяет огромное внимание безопасности страны в плане обеспечения собственными топливами, маслами и другими продуктами нефтепереработки.

Цена импортного катализатора гидроочистки составляет около 18 евро/кг.

Роснефть разрабатывает рецептуру отечественных катализаторов таким образом, чтобы они оказались дешевле импортных,но оставались конкурентоспособными.

По словам В. Фадеева, потребность российской нефтяной промышленности в катализаторах гидроочистки дизтоплив составляет 6-10 тыс т/год.

На данный момент выпущена партия катализатора гидроочистки, которая загружена в г Уфе на установке с небольшим объемом реактора.

Там она проходит промышленные испытания.

Испытания начались 17 августа 2018 г, и проходят достаточно успешно.

По результатам этих испытаний будет принято решение о выпуске катализаторов более крупных объемов.

Роснефть отмечает, что в настоящее время подобные катализаторы в промышленных масштабах в России не выпускаются, и все заводы работают на импортной продукции.

Катализатор - это вещество, которое ускоряет химическую реакцию, но само не входит в продукты реакции.

Катализаторы также позволяют значительно смягчить условия реакции.

В реакциях, приводящих к образованию высокомолекулярных продуктов, с помощью вариации свойств катализаторов можно регулировать строение получаемого вещества и благодаря этому свойства конечных материалов.

Таким образом, катализаторы играют важную роль в нефтехимической промышленности.

Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Химпром > neftegaz.ru, 30 августа 2018 > № 2716847


Россия > Химпром. Нефть, газ, уголь. Транспорт > rusnano.com, 29 августа 2018 > № 2717536

Группа компаний SP Glass принимает участие в модернизации АЗС «Лукойл».

Начавшееся еще в 2017 году сотрудничество между компаниями SP Glass и «Лукойл» продолжается. До конца 2018 года будут модернизированы еще как минимум 35 автозаправочных станций, стекло и стеклопакеты для которых разработали и поставили портфельные компании ГК SP Glass — STiS и Pilkington Glass.

В 2017 году группа компаний SP Glass обеспечила своей стекольной продукцией более 35 автозаправочных станций «Лукойл» в Москве, Московской и Тверской областях. В 2018 году программа по модернизации АЗС продолжается и расширяет свою географию — к перечисленным выше субъектам РФ добавится Нижегородская область. К концу года планируется остеклить еще как минимум 30 автозаправочных станций. По примерным подсчетами общий объем остекления превысит 1500 кв.м.

Целью масштабной реконструкции АЗС «Лукойл» является повышение уровня сервиса для клиентов. Главными требованиями к остеклению станций стали безопасность, высокие показатели энергоэффективности, солнцезащиты и прозрачности. «Именно таким запросам отвечает стекольная продукция группы SP Glass. В частности, на модернизируемых АЗС „Лукойл“ используются ударопрочные стеклопакеты STiS с высокоселективным стеклом Pilkington Suncool™ 70/40 Pro T, — рассказывает Михаил Геворкян, менеджер проектных продаж SP Glass. — Это стекло изготовлено по технологии магнетронного напыления Double Silver, отличается превосходной теплоизоляцией, эффективной защитой от солнечного жара и высоким уровнем светопропускания».

Со слов Геворкяна, остекление разрабатывалось с учетом индивидуальных особенностей каждой АЗС. Для обеспечения высокого класса безопасности, помимо стекла с напылением, в составе стеклопакетов STiS применялся триплекс (многослойное стекло), состоящий из двух стекол толщиной 44.1 мм. На АЗС, где требовался стеклопакет большего размера, установлен триплекс со стеклами толщиной 55.1 мм.

Работы по остеклению АЗС «Лукойл» проводят фасадные компании — партнеры ГК SP Glass: «Страйк-Р», «ВитражСтрой», ООО «Проектно-строительная компания».

СПРАВКА

Холдинг SP Glass — лидер России и СНГ в разработке и производстве высотехнологичной стекольной продукции — стекол и стеклопакетов с магнетронным нанонапылением для окон и фасадного остекления. Основан в 2012 году. Акционеры холдинга — РОСНАНО, NSG Group (Япония), Glasswall и Европейский Банк Реконструкции и Развития.

Холдинг объединяет компании «Пилкингтон Гласс» и «СТиС», которые развивают производство энергосберегающей стекольной продукции для остекления жилых домов и общественных зданий: стекло Pilkington и Lifeglass, стеклопакеты STiS, Теплопакеты DS.

Продукцию SP Glass используют крупнейшие оконные и строительные компании в России и странах ближнего зарубежья. С 2016 года холдинг экспортирует стекло с нанонапылением в Дубай, Ливан, Ирландию и Австралию. В 2017 году в географию поставок вошли страны Южной Америки.

Среди российских объектов, остекленных с участием SP Glass — стадион «ФИШТ» в Сочи, станции и пересадочные узлы Московского центрального кольца, Marriott Tverskaya Hotel Moscow, «Дом на Мосфильмовской» в Москве и крупнейший в Европе торгово-развлекательный комплекс «Авиапарк» в Москве.

Флагманские продукты SP Glass — стекла и стеклопакеты с магнетронным напылением, выполненным по технологии Double Silver. Это покрытие содержит свыше 15 слоев толщиной менее 20 нанометров, два из которых серебряные. Общая толщина покрытия в 1000 меньше, чем у листа бумаги, но с ним стекло обретает выдающиеся характеристики: беспрецедентный уровень светопропускания, превосходную теплоизоляцию и эффективную защиту от солнечного жара.

Россия > Химпром. Нефть, газ, уголь. Транспорт > rusnano.com, 29 августа 2018 > № 2717536


Россия. УФО > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 29 августа 2018 > № 2716402

«Ямал СПГ» отгрузил четвертый миллион тонн СПГ.

Четырехмиллионная тонна сжиженного природного газа отгружена с СПГ-завода в 54-й партии с момента запуска первой очереди в декабре 2017 года, сообщила компания. «В настоящее время работает две очереди завода общей мощностью 11 млн тонн в год, их загрузка соответствует проектной мощности, на третьей очереди завода начаты пусконаладочные работы», – уточняется в сообщении.

Акционерами «Ямал СПГ» являются «НОВАТЭК» (50,1%), Total (20%), CNPC (20%), Фонд Шелкового Пути (9,9%). «Ямал СПГ» реализует проект строительства завода по производству сжиженного природного газа на ресурсной базе Южно-Тамбейского месторождения мощностью 17,4 млн тонн в год, включая три линии мощностью 5,5 млн тонн в год каждая и одну линию мощностью 900 тыс. тонн в год.

Россия. УФО > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 29 августа 2018 > № 2716402


Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Химпром > oilcapital.ru, 29 августа 2018 > № 2716399

Уникальную технологию производства присадок к гидравлическим маслам разработала «Роснефть».

Специалисты Средневолжского НИИ в Новокуйбышевске, входящего в состав Корпоративного научно-проектного комплекса «Роснефти», запатентовали состав и технологию производства 1-го российского многофункционального пакета присадок к гидравлическим маслам для промышленного оборудования. Инновационные масла, отмечает «Роснефть», адаптированы к работе в самых тяжелых условиях эксплуатации: при высоких температурах, повышенном давлении, при наличии воды и пыли цветных металлов, предохраняя оборудование от износа и коррозии. Новый продукт «Роснефти» на 95% состоит из отечественного сырья, а его стоимость в 1,5 раза ниже стоимости импортных аналогов, применяемых в России.

В настоящее время специалисты НИИ разрабатывают пакет присадок для всесезонных гидравлических масел. Кроме того, планируется разработка пакетов присадок к моторным маслам для стационарных газовых двигателей.

Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Химпром > oilcapital.ru, 29 августа 2018 > № 2716399


Россия. УФО > Нефть, газ, уголь. Химпром > neftegaz.ru, 29 августа 2018 > № 2716238

М. Акимов посетил Запсибнефтехим.

Вице-премьер М. Акимов в ходе рабочей поездки в Тюменскую область посетил нефтехимический комплекс ЗапСибНефтехим, который СИБУР возводит в г Тобольске.

Об этом 28 августа 2018 г сообщается на сайте правительства.

М. Акимов совместно с врио губернатора Тюменской области А. Моором ознакомился с проектами 1й волны цифровой трансформации СИБУРА, которые позволят сократить сроки выполнения производственных операций и трудозатраты, а также повысить качество продукции.

Участники ознакомились с более чем десятком проектов-кейсов, в частности с платформой «Удалённый эксперт», использующей технологии дополненной реальности, системой управления корпоративными данными, программой управления парком железнодорожных цистерн, системой предиктивного обслуживания экструдера, приложением для мобильного обхода производства, цифровыми нарядами-допусками и проектом по роботизации заводской лаборатории.

Вице-премьер отметил, что строительство такого крупного и сложного объекта, каким является ЗапСибНефтехим, основано на эффективной адаптации лучших мировых практик проектного управления и цифрового проектирования.

Регуляторные барьеры, производящие бумажную архаику, должны быть в кратчайшие сроки устранены.

Также М. Акимов провёл рабочую встречу с врио губернатора Тюменской области А. Моором, на которой обсуждалось участие региона в реализации программы Цифровая экономика и национального проекта Безопасные и качественные автомобильные дороги.

По итогам М. Акимов высоко оценил вклад Тюменской области в реализацию нацпроектов

На данный момент в рамках программы Цифровая экономика СИБУР активно внедряет цифровые технологии на своих производствах и переводит управление своими площадками на единую ИТ-платформу.

24 августа 2018 г в г Томске СИБУР создал Центр технологического моделирования (ЦТМ) в R&D центре компании - НИОСТе для разработки технических решений по оптимизации режимов работы оборудования, повышения производительности и энергоэффективности установок, создания новых схем технологических процессов.

Напомним, что прогресс по строительным работам на Запсибнефтехиме на июль 2018 г составляет 85,4%.

ЗапСибНефтехим станет крупнейшим современным нефтехимическим комплексом в России.

Проект предполагает строительство установки пиролиза мощностью 1,5 млн т/год этилена, около 500 тыс т/год пропилена и 100 тыс т/год бутан-бутиленовой фракции (ББФ), установок по производству различных марок полиэтилена и полипропилена совокупной мощностью 2 млн т/год.

Реализация проекта направлена на развитие глубокой переработки значительных объемов побочных продуктов нефтегазодобычи Западной Сибири, в т.ч попутного нефтяного газа (ПНГ).

Также ЗапСибНефтехим обеспечит импортозамещение наиболее востребованных на российском рынке полимеров для строительства, автомобилестроения, медицины, ЖКХ и др сфер.

Строительство ЗапСибНефтехима СИБУР начал в сентябре 2014 г.

Россия. УФО > Нефть, газ, уголь. Химпром > neftegaz.ru, 29 августа 2018 > № 2716238


Россия > Нефть, газ, уголь. Транспорт. СМИ, ИТ > neftegaz.ru, 29 августа 2018 > № 2716094

Газпром нефть внедрила комплекс цифровых решений, обеспечивающих безопасность и качество перевозок моторного топлива автомобильным транспортом.

Об этом Газпром нефть сообщила 29 августа 2018 г.

Более 600 автобензовозов собственного парка и партнеров совершают 1100 рейсов/сутки.

В режиме реального времени по каждому бензовозу передается до 20 параметров на централизованный сервер:

- текущее местоположение,

- обороты двигателя,

- наличие топлива в бензобаке,

- скорость,

- стиль вождения,

- соблюдение режима труда и отдыха водителя и др

В систему онлайн-мониторинга включено более 2,5 тыс разрешенных геозон: нефтебазы, АЗС, места разрешенных стоянок бензовозов.

В случае незапланированных остановок и отклонения от маршрута система информирует диспетчера мгновенным уведомлением.

Для контроля сохранности топлива в пути на бензовозах установлены электронные пломбы, которые при несанкционированном вскрытии отсеков с нефтепродуктом отправляют диспетчеру сигнал тревоги.

В круглосуточном режиме система контролирует порядка 1450 электронных пломб, полученные сведения хранятся в течение 1 года.

Для визуального контроля на каждом бензовозе установлены 4 видеокамеры, фиксирующие транспортную ситуацию во время движения, а также действия водителя в кабине.

Каждые сутки камеры записывают порядка 22 тыс часов видео со всего парка, информация хранится в течение 30 суток.

В настоящее время компания работает над внедрением технологии анализа видео на основе искусственного интеллекта, оценивающей поведение водителя за рулем.

Эффективность цифрового контроля транспортировки топлива протестирована в экстремальных условиях международного ралли Шелковый путь.

С 20 по 27 июля 2018 г бензовозы компании заправляли автомобили участников гонки на всем пути следования.

После 3 тыс км пути сохранность заводского качества топлива была подтверждена специалистами передвижной лаборатории.

Для любознательных напомним, что для решения задач цифровой трансформации бизнеса Газпром нефть в апреле 2018 г создала Центр цифровых инноваций, где предполагается развивать и внедрять цифровые технологии в области логистики, переработки и сбыта.

Россия > Нефть, газ, уголь. Транспорт. СМИ, ИТ > neftegaz.ru, 29 августа 2018 > № 2716094


Саудовская Аравия > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > oilcapital.ru, 28 августа 2018 > № 2714881

Saudi Aramco лишилась бессрочного права на нефтяные и газовые месторождения.

Бессрочное право на освоение нефтяных и газовых месторождений Саудовской Аравии потеряла государственная нефтяная компания Saudi Arabian Oil Co. (Saudi Aramco), сообщила Financial Times. Теперь этот срок, отмечает газета, ограничен 40 годами. Предыдущий контракт давал на это бессрочное право.

«Будет возможность продления контракта. Такой шаг, как сообщили три знакомых с делом источника, стал частью подготовки королевства к размещению акций Saudi Aramco, которое было на неопределенное время отложено», – говорится в сообщении газеты.

Агентство Reuters сообщило 22 августа, что Saudi Aramco на неопределенный срок откладывает проведение первичного размещения акций компании (IPO). Позднее Saudi Aramco опровергла эту информацию, а министр энергетики Саудовской Аравии и председатель правления компании Халид Аль-Фалих отметил, что правительство все еще привержено первичному размещению акций компании.

Saudi Aramco, которая основана в 1933 году, контролирует практически все нефтедобывающие мощности страны.

Саудовская Аравия > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > oilcapital.ru, 28 августа 2018 > № 2714881


Россия. СФО > Нефть, газ, уголь. Экология > neftegaz.ru, 28 августа 2018 > № 2714855

В. Путин провел заседание комиссии по вопросам стратегии развития ТЭК и экологической безопасности РФ.

В. Путин сейчас разъезжает по Сибири. Первый пункт - Кемеровская область, далее – Новосибирск, где Путин посетит выставку Технопром, а после – Омск.

В г Кемерово 27 августа прошло заседание комиссии по вопросам стратегии развития топливно-энергетического комплекса (ТЭК) и экологической безопасности РФ.

В. Путин посетил угольный разрез «Черниговец», ознакомился с работой предприятий, а также встретился с шахтерами, которые обратились к нему в т.ч. с личными просьбами, и не забыл провести рабочую встречу с врио губернатора Кемеровской области С. Цивилевым.

Кроме того, президент возложил цветы к монументу «Память шахтерам Кузбасса» в музее-заповеднике «Красная горка».

Заседание Комиссии по вопросам стратегии развития ТЭК и экологической безопасности В. Путин начал с поздравлений: «Мы все понимаем, Кузбасс – один из крупнейших мировых центров угледобычи, именно мировых центров. И, кроме всего прочего, накануне, то есть вчера, был праздник у тех, кто работает здесь, и в отрасли в целом – День шахтера. Я от своего имени и от имени всех здесь присутствующих хочу поздравить горняков с их профессиональным праздником, пожелать им здоровья, всего самого наилучшего, успехов в очень нелёгком, но очень нужном стране труде.

После чего глава государства перешел к повестке заседания, которая включала в себя:

- текущую ситуацию в российском ТЭКе;

- ключевые направления и ориентиры развития отрасли;

- оценку выполнения ранее принятых решений комиссии.

Тезисы В. Путина:

- ТЭК играет важную роль в повышении темпов и качества экономического роста;

- на долю ТЭКа приходится около 22% ВВП страны, почти 60% экспорта и 40% дохода федерального бюджета;

- в условиях сложной рыночной конъюнктуры последних лет и искусственных внешних ограничений российский ТЭК сумел эффективно ответить на стоящие перед ним вызовы;

- по итогам 2017 г Россия подтвердила свой статус 1го из лидеров глобального энергетического рынка и заняла 1е место в мире по объему добычи нефти, 2е - по добыче газа, по объему выработки электроэнергии - 4е место и добыче угля - 6е место в мире. В 2017 г сумма инвестиций в отрасли выросла на 10% и составила 3,5 трлн руб;

- в 2017 г отечественные компании продали за рубеж более 190 млн т угля. По этому показателю Россия уверенно занимает 3е место в мире. Текущая конъюнктура дает возможность расширить присутствие России на мировом угольном рынке, укрепить свои позиции и нарастить долю;

- уровень газификации Кемеровской области, в т.ч. сельских территорий, растет недостаточными темпами - нужна координация между федеральными органами власти, Газпромом, независимыми производителями и местными региональными органами власти. «Последняя миля» - основная проблема, нужна дополнительная динамика по этому вопросу;

- объем экспорта природного газа 2 года подряд обновлял абсолютный максимум;

- нужно развивать экспортный потенциал российской энергетики;

- конкуренция на глобальном энергетическом рынке заметно обострилась;

- решать вопросы развития угольной промышленности необходимо на основе самых современных технологий, которые должны дать не только экономический эффект, но прежде всего обеспечить улучшение условий труда горняков, их безопасность.

- ресурсосберегающие экологические станции, которые заменят устаревшие, нужно строить с максимальной опорой на оборудование отечественного производства, вплоть до его 100%-ной локализации, если изначальным источником являются наши иностранные партнеры;

- нужно определить стабильные источники финансирования модернизации тепловой энергетики.

Тему продолжил министр энергетики А. Новак, выступив с основным докладом о повышении эффективности логистических решений, обеспечивающих увеличение объемов экспорта российского угля:

- за последние годы был принят целый ряд основополагающих решений и стратегически важных документов по вопросам развития угольной отрасли. В числе первых из них - Долгосрочная программа развития угольной промышленности России на период до 2030 г.

- угольная отрасль успешно преодолела период глубокого падения цен на мировых рынках и поступательно развивается;

- с 2012 по 2017 гг добыча российского угля выросла на 15,5% (до 410 млн т);

- в 2018 г будет превышен рубеж в 420 млн т, и, скорее всего, будет превзойден максимальный уровень добычи советского времени, достигнутый в 1988 г.

- объем обогащения увеличится до 195 млн т, это на 28% больше;

- инвестиции достигнут 130 млрд руб/год, налоговые отчисления превысят 100 млрд руб;

- отрасль развивается со значительным опережением долгосрочной программы. Уже сейчас достигнуты те ориентиры по добыче, которые были поставлены на 2030 г;

- была также изменена структура добычи угля в пользу более безопасного, открытого способа. За 5 лет его доля выросла с 70% до 75%;

- идет концентрация производства на наиболее эффективных предприятиях, растут нагрузки на очистной забой, на горнотранспортное оборудование;

- за последние 5 лет производительность труда рабочих по добыче угля увеличилась в 1,5 раза. Только в 2018 г шахтерами России установлено 7 мировых рекордов;

- в 2017 г зафиксирован самый низкий за всю историю отрасли удельный показатель смертельного травматизма и самый высокий уровень затрат на обеспечение безопасных условий. По итогам работы межведомственной комиссии под эгидой Минэнерго угольными компаниями в 2016 г разработаны и реализуются среднесрочные меры по повышению промышленной безопасности;

- целесообразно оказать государственную поддержку инвестиционному процессу угольной отрасли. В этой связи предстоит шире использовать для инвестиционных проектов в угольной промышленности механизмы территорий опережающего социально-экономического развития, Свободного порта Владивосток, специальных инвестиционных контрактов. Предстоит продолжить выполнение мероприятий по снижению импортозависимости угольной промышленности, в т.ч по созданию отечественного горношахтного оборудования и материалов, средств индивидуальной защиты, автоматизации и программных средств, обеспечивающих безопасные условия ведения горных работ. Стимулировать применение современных отечественных технологических решений в угольной генерации в рамках отбора проектов модернизации генерирующих объектов тепловых электростанций, прежде всего в регионах Сибири и Дальнего Востока, где уголь является основным топливом;

- принципиально важно оценить перспективу усиления позиций России на мировых экспортных рынках. Именно экспорт был ключевым драйвером роста отрасли в последнее десятилетие, и будет оставаться им впредь;

- анализ ситуации на мировых угольных рынках свидетельствует, что у России как у 3е в мире экспортера угля в среднесрочной перспективе появляется новое окно возможностей;

- в 2017 г возобновился рост мирового потребления угля, в т.ч за счет Юго-Восточной Азии, Индии, Турции и ряда др стран. Увеличилась международная торговля энергетическим коксующимся углем и превысила уже отметку в 1,3 млрд т. В 2018 г экспорт угля из России, по оценкам, ожидается выше 200 млн т: порядка 100 млн т в западном направлении и около 100 млн т в восточном направлении. В западном направлении перспективы представляются пока что крайне ограниченными из-за планов стран ЕС по сокращению потребления угля, а также в связи с прогнозируемой конкуренцией со стороны поставщиков из Колумбии и США. В целом на сегодняшний день доля России на европейских рынках составляет почти 40% и является достаточно высокой.

Россия. СФО > Нефть, газ, уголь. Экология > neftegaz.ru, 28 августа 2018 > № 2714855


Россия. США. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 24 августа 2018 > № 2711804 Дмитрий Кипа

Смена приоритетов: как санкции влияют на бизнес «Газпрома»

Дмитрий Кипа

директор инвестиционно-банковского департамента QBF

Вне зависимости от судьбы «Северного потока — 2» в ближайшие годы компания будет вынуждена переориентироваться с трубопроводных на СПГ-проекты, потенциал которых также ограничен санкциями США

В последний вторник августа совет директоров «Газпрома» обсудит влияние на компанию западных санкций. В отличие от «Новатэка», своего основного конкурента на российском газовом рынке, монополия не попала в санкционный список США. Однако ряд мер, одобренных американскими регуляторами и Конгрессом, негативно отразился на ее ключевых проектах.

Санкции и СПГ-проекты

В августе 2015 года Бюро промышленности и безопасности Министерства торговли США внесло Южно-Киринское месторождение Охотского моря в список компаний и лиц, в отношении которых действует специальный экспортный контроль. Поставка любого американского оборудования для этого месторождения была запрещена, что отразилось на планах «Газпрома» по его освоению — вести его компания собиралась с помощью подводных добычных комплексов, ведущими производителями которых являются американские General Electric, FMC Technologies и One Subsea. Их продукция была включена «Газпромом» в список технологий для импортозамещения, однако найти им альтернативу пока не удалось, из-за чего монополия была вынуждена сдвинуть сроки ввода Южно-Киринского в строй. До внедрения санкций компания рассчитывала сделать это в 2019 году, теперь же в ее официальном справочнике «Газпром в цифрах» фигурирует 2023-й.

Изменилась и датировка проектов по производству сжиженного природного газа, сырьевой базой для которых должно было стать Южно-Киринское — третьей очереди СПГ-завода «Сахалина-2», ввод которой «Газпром» перенес с 2021 года на 2023-й, и проекта «Владивосток СПГ», который не только не был введен в заявленный первоначально срок (2018 год), но и переформатирован из крупнотоннажного в малотоннажный: его заявленная мощность была снижена с 10 млн до 1,6 млн т.

Трубопроводные проекты: бремя одиночного финансирования

Другим значимым для «Газпрома» документом стал Закон о противодействии врагам Америки с помощью санкций (CAATSA), который наделил президента США правом вводить санкции против неамериканских компаний и лиц, инвестировавших в строительство российских нефте- и газопроводов более $1 млн единовременно или свыше $5 млн в год. Это осложнило реализацию «Северного потока — 2», который и без того встретил сопротивление в Европе. Сначала польский антимонопольный регулятор заблокировал вхождение в капитал Nord Stream 2 (оператора проекта) англо-голландской Shell, австрийской OMV, французской Engie и немецких Wintershall и Uniper, а затем датский парламент принял поправки к закону «О континентальном шельфе», предоставившие министерству иностранных дел право блокировать строительство трубопроводов в территориальных водах страны, исходя из соображений национальной безопасности.

Это во многом объясняет, почему Дания до сих пор не согласовала заявку на маршрут прокладки «Северного потока — 2», поданную «Газпромом» в январе, хотя это уже сделали Германия, Швеция и Финляндия — все остальные зарубежные страны, по территории которых пройдет трубопровод. В конце июня датский премьер Ларс Расмуссен призвал вынести согласование «Северного потока — 2» на общеевропейский уровень, отметив, что Дания не может самостоятельно решить этот вопрос. Тем самым он подчеркнул политическую подоплеку проекта, конечная судьба которого будет во многом зависеть от того, пойдет ли ЕС наперекор США, которые пытаются убедить европейских союзников отказаться от планов строительства «Северного потока-2», о таких попытках заявлял, в частности, госсекретарь Майкл Помпео в ходе июньских слушаний в Сенате.

Ситуация усугубляется планами администрации президента США ввести санкции против «Северного потока — 2», о которых на днях сообщила The Wall Street Journal. Ключевая развилка — в степени жесткости решения: затронет ли оно лишь трубопроводных подрядчиков «Газпрома», и так присутствующих в санкционном списке, или же в него попадут европейские партнеры монополии, которые в апреле прошлого года обязались профинансировать половину из общей стоимости проекта в €9,5 млрд. Во втором случае «Газпрому», возможно, придется в одиночку нести бремя расходов Nord Stream 2, затраты которой к началу лета достигли €4,5 млрд, такие данные в июне приводил финансовый директор проектной компании Пол Коркоран. Впрочем, к подобному сценарию «Газпрому» не привыкать, ведь «Турецкий поток» стоимостью $7 млрд он строит за счет собственных средств.

Сужающееся окно возможностей

Вне зависимости от исхода спора вокруг «Северного потока — 2» уже действующие санкции могут вынудить «Газпром» изменить структуру инвестиционной программы, ключевым приоритетом которой в последние годы являлись трубопроводные проекты. Под вопросом в первую очередь окажется «Северный поток — 3», возможность строительства которого ранее не исключал Алексей Миллер.

Поэтому после ввода в строй «Турецкого потока» и «Силы Сибири», намеченного на конец 2019 года, компания может переориентировать капиталовложения на СПГ-проекты — не только на упомянутый «Владивосток СПГ», судьба которого отчасти зависит от перспектив освоения Южно-Киринского месторождения, но и на «Балтийский СПГ», заявленный еще в 2013 году и до сих пор остающийся на бумаге. Чуть больше года назад «Газпром» и Shell договорились начать технико-экономические исследования по проекту и создать совместное предприятие, которое будет вести в Усть-Луге строительство завода планируемой мощностью в 10 млн т сжиженного газа в год. Там же монополия собирается построить газохимический комплекс, в состав которого войдут мощности по переработке 45 млрд куб. м газа и производству 1,5 млн т полиэтилена в год.

Выход — в контроле над издержками

Такое решение выглядит логичным, учитывая проблемы с сырьевой базой третьей очереди СПГ-завода «Сахалина-2» и удаленность от экспортных рынков Новоуренгойского ГХК — еще одного газохимического проекта «Газпрома», сроки завершения которого компания не единожды переносила, в последний раз остановившись на 2021-м. Однако у этого решения есть и недостатки, главный из которых — высокое транспортное плечо до азиатского рынка, который в ближайшие годы будет оставаться локомотивом потребления сжиженного газа и базовых нефтехимических продуктов. Так, на Китай до 2021 года придется почти половина прироста глобального спроса на полиэтилен — 10 млн и 21 млн т, как следует из прогноза IHS, в то время как на европейском полиэтиленовом рынке будет сокращаться дефицит — с 2,3 млн и 2,4 млн т в 2017 и 2020 годах соответственно до 0,23 млн т в 2027-м, по оценке S&P Global Platts. То же самое касается и рынка СПГ, где с июля 2017 года по июль 2018-го страны Северо-Восточной Азии нарастили потребление на 23,3% (до 253,9 млн т), тогда как Европа — лишь на 4,9% (до 65,1 млн т), согласно данным Thomson Reuters.

В этих условиях рентабельность новых проектов «Газпрома» будет зависеть от способности контролировать издержки, что хорошо видно на примере «Новатэка», который с момента принятия инвестиционного решения по «Ямалу СПГ» не пересматривал его общую стоимость ($26,9 млрд). Снижение доступности европейских кредитов вынудило главного акционера проекта сдерживать расходы и вводить мощности до наступления контрактных обязательств по продаже газа, чтобы продавать его на спотовом рынке и получать дополнительную экспортную выручку для скорейшей компенсации понесенных затрат. Время покажет, пойдет ли таким путем «Газпром».

Россия. США. Евросоюз > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 24 августа 2018 > № 2711804 Дмитрий Кипа


Россия. СЗФО. СФО > Нефть, газ, уголь. СМИ, ИТ. Транспорт > neftegaz.ru, 24 августа 2018 > № 2711252

Авиаблокчейн! «Газпром нефть» и S7 Airlines первыми в России переводят авиазаправку на технологию блокчейн.

«Газпромнефть-Аэро» (оператор авиатопливного бизнеса «Газпром нефти») и S7 Airlines разработали и внедрили совместные смарт-контракты (aviation fuelsmart contracts - AFSC), основанные на блокчейне.

Об этом пресс-служба «Газпром нефти» сообщила 24 августа 2018 г.

Проект:

- повысит скорость и эффективность взаиморасчетов при заправке самолетов;

- автоматизирует планирование и учет поставок топлива.

Это 1й для российского авиарынка опыт использования технологий распределенных реестров (блокчейн).

С ее помощью авиакомпания получает возможность моментально оплачивать топливо непосредственно при заправке в самолеты без предоплаты, банковских гарантий и финансовых рисков для участников сделки.

Напомним, что блокчейн - это распределенная децентрализованная база данных для хранения и передачи информации.

Все зафиксированные в блокчейн транзакции нельзя стереть или изменить.

Такой подход в разы повышает оперативность финансовых операций и кратно сокращает трудозатраты.

Инициируя смарт-контракт через систему AFSC, S7 Airlines:

- передает в «Газпромнефть-Аэро» информацию о плановой заправке будущего рейса;

- фиксирует предварительный объем топлива и его цену.

Данные используются для назначения технического задания водителю топливозаправщика в аэропорту.

В день заправки командир воздушного судна запрашивает у оператора через систему уточненный объем топлива.

В результате онлайн-заявка направляется в банк авиакомпании для резервирования нужной суммы на счете.

Моментальное подтверждение из банка дает старт заправке.

После выполнения услуги средства списываются, а в коммерческие службы поставщика топлива и авиаперевозчика передается информация о закрытии заявки на заправку со всеми отчетными документами.

Благодаря технологии блокчейн данные о сделках гарантированно сохраняются в системе AFSC.

Все операции производятся только по схеме, утвержденной участниками цифрового контракта, что исключает нарушение условий договора и повышает прозрачность расчетов.

Смарт-контракт - алгоритм, который удаленно запускается в сети блокчейн при выполнении заданных условий.

Результат запуска смарт-контракта подтверждается всеми участниками сети.

Таким образом, история логистических операций собирается в глобальном пространстве.

Доступ к зашифрованной информации имеют все стороны, задействованные в процессе снабжения материально-техническими ресурсами.

В рамках смарт-контрактов могут взаимодействовать как контрагенты, так и устройства, обменивающиеся данными.

Замгендиректора «Газпром нефти» по логистике, переработке и сбыту А. Чернер отметил: «Развитие и внедрение подобных цифровых сервисов является важным элементом создаваемой в «Газпром нефти» цифровой платформы для управления логистикой, производством и сбытом нефтепродуктов. Реализация проектов цифровой трансформации в сотрудничестве с крупнейшими партнерами позволяет компании уже сейчас достигать нового уровня технологической и операционной эффективности».

Гендиректор «Газпромнефть-Аэро» Владимир Егоров подчеркнул: «Газпромнефть-Аэро» работает по международным стандартам и внедряет лучшие мировые практики и инновации для повышения эффективности авиазаправок в России. Применение технологии блокчейн во взаиморасчетах авиакомпаний и топливных операторов даст новый импульс развитию всей авиационной отрасли».

Замгендиректора по информационным технологиям S7 Group П. Воронин также высказал свое мнение о новой технологии: «Как технологический лидер отрасли, S7 Airlinesанализирует и внедряет перспективные технологии, в том числе блокчейн. Мы первыми начали использовать смарт-контракты для проведения сделок-аккредитивов. После этого разработали блокчейн-платформу для автоматизаций торговых операций между несколькими контрагентами и запустили на ней сервис для взаиморасчетов с агентами, осуществляющими продажу авиабилетов. Наш очередной шаг – цифровой сервис для расчетов за топливообеспечение. Технология позволяет повысить прозрачность взаиморасчетов, отказаться от ряда ручных операций и ускорить процессы».

Презентация первой заправки регулярного рейса S7 с использованием новой технологии состоялась в международном аэропорту Толмачево (г. Новосибирск), где расположен заправочный комплекс «Газпромнефть-Аэро».

Напомним, что «Газпромнефть-Аэро» в 1м полугодии 2018 г. увеличила объем заправок «в крыло» на 16% по сравнению с аналогичным периодом 2017 г. (до 1,28 млн т).

Общий объем продаж авиатоплива за 6 мес. 2018 г превысил 1,7 млн т.

Клиентами компании являются более 160 российских и иностранных авиакомпаний.

Переход на передовые технологии при поставках нефтепродуктов является частью цифровой трансформации бизнеса «Газпром нефти», в рамках которой создается единая система цифровых проектов на каждом этапе производственной цепочки, как в геологоразведке и добыче углеводородов, так и в переработке, логистике, реализации продукции конечному потребителю.

Благодаря этому обеспечено существенное повышение эффективности бизнес-процессов на основе управления данными.

За последние несколько лет «Газпром нефть» уже реализовала проекты в области внедрения систем с искусственным интеллектом, предиктивной аналитики на основе Big Data, интернета вещей, создания киберфизических систем на основе цифровых двойников физических активов.

В настоящее время «Газпром нефть» разрабатывает единую долгосрочную стратегию цифровой трансформации в поддержку реализации бизнес стратегии компании.

Россия. СЗФО. СФО > Нефть, газ, уголь. СМИ, ИТ. Транспорт > neftegaz.ru, 24 августа 2018 > № 2711252


Германия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь. Судостроение, машиностроение. Экология > oilcapital.ru, 23 августа 2018 > № 2710443

Спущен на воду первый в мире круизный лайнер на СПГ.

Строительный док на верфи в германском Папенбурге покинул первый круизный лайнер, работающий на СПГ.

Лайнер AID Anova длиной 337 метров, на котором свыше 2,6 тыс. кают, отправится в первый рейс 2 декабря из Гамбурга, сообщает Deutsche Welle. Оператор круизных судов Aida заказал строительство трех судов, которые будут использовать в качестве топлива СПГ. Стоимость проекта превышает 3 млрд евро.СПГ считается менее вредным для окружающей среды, чем дизельное топливо.

Немецкая природоохранная неправительственная организация Nabu постоянно высказывает возмущение тем, что в 2018 году на рынке по-прежнему представлены корабли, рассчитанные на "тяжелое" топливо и не использующие эффективные технологии в решении проблемы выхлопных газов. В частности, многие суда не оборудованы фильтрами сажевых частиц. В результате, отмечает Nabu, развитие туризма приводит к "большим страданиям населения крупных портовых городов Европы из-за чрезмерного загрязнения воздуха". Союз призывает запретить вход "грязных судов" в европейские порты.

Германия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь. Судостроение, машиностроение. Экология > oilcapital.ru, 23 августа 2018 > № 2710443


Россия. Саудовская Аравия. США. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 22 августа 2018 > № 2709330 Андрей Ляхов

Перейти Рубикон: как компании готовятся к закату нефтяной эры

Андрей Ляхов

доктор юридических наук, арабист, директор группы «Третий Рим»

Сектор ископаемого топлива играет важную роль в экономике многих стран. Будущее многих государств зависит от того, как долго он просуществует и сохранит свои позиции. Однако даже эти страны, например Саудовская Аравия, понимают неизбежность превращения ископаемого топлива к концу нынешнего века во «вспомогательный» источник энергии

Мир трансформируется в общество, которое будет потреблять меньше ископаемого топлива. Этому немало причин, но основная — обеспокоенность состоянием окружающей среды. Никто не рассчитывает, что процесс трансформации пройдет быстро и легко. Предстоит решить немало проблем еще до того, как уголь поэтапно, но полностью будет выведен из энергетической цепочки. Чтобы отказаться от использования ископаемого топлива как источника энергии, нужны кардинальные научно-технические открытия, которые сделают электричество и другие виды топлива экономически выгодной альтернативой ископаемому топливу.

Значит, ископаемое топливо еще будет использоваться в коротко- и среднесрочной перспективе, а может, и дольше. Но, судя по растущему интересу к разработанным еще в СССР самолетам на низкотемпературном топливе и появившимся совсем недавно электромобилям Tesla, для ископаемого топлива свет в конце тоннеля уже не забрезжит.

Сектор ископаемого топлива играет важную роль в экономике многих стран. И будущее не одного государства зависит от того, как долго просуществует и сохранит свои позиции именно этот сектор. Однако даже эти страны (ярчайший пример — Саудовская Аравия) понимают неизбежность превращения ископаемого топлива к концу нынешнего века в большой (а по некоторым мнениям, незначительный), но все же «вспомогательный» источник энергии.

К тому же сектор ископаемого топлива — это один из главных мировых работодателей, обеспечивающих рабочими местами более 100 млн человек в разных странах мира. А еще это стимулятор для научных исследований в различных направлениях (от геофизики до спутниковой визуальной разведки) и «кошелек» для финансирования ряда масштабных программ рационального использования природных ресурсов. Кроме того, сектор занимает второе место в мире по уровню прибыльности (после производства и продажи пива).

И поэтому невозможно просто так сдать позиции и постепенно уйти в небытие, как старый круизный лайнер, отмеченный в свое время «Голубой лентой». Придется либо адаптироваться к новой макроэкономической ситуации, либо исчезнуть. И чем быстрее выяснится, какой путь избран, тем легче пройдет сам процесс трансформации.

Большинство производителей углеводородов осознают, что нужно меняться и приспосабливаться к новым реалиям. В последние три-четыре года некоторые крупные производители углеводородов стали включать в свои ежегодные отчеты заявления о «социально-экологической ответственности» и «трансформации» и создали на корпоративных веб-сайтах отдельные страницы, на которых делятся своим видением будущего. Компания Royal Dutch Shell пошла еще дальше и опубликовала полный «Отчет о трансформации энергетики» (Energy Transition Report) (далее — «отчет»), в котором изложено ее видение будущего и описан процесс трансформации, позволяющий компании и дальше обеспечивать энергией общество, не использующее ископаемое топливо.

Игры в новую энергетику

Shell начала поигрывать в то, что в отчете названо «новой энергетикой», с середины девяностых. Сегодня компания тратит около $1-2 млрд в год на новую энергетику и намерена существенно увеличить капиталовложения в это направление в будущие годы.

И хотя отчет кажется несколько оторванным от реальности и вызывает ряд опасений в отношении инвестиционной стратегии Shell, в нем изложены веские доводы в пользу диверсификации, например низкий уровень разведки нефтяных и газовых месторождений. К тому же отчет вполне вписывается в картину формирования мнения Shell о неизбежности исчерпания запасов и ресурсов ископаемого топлива. Главный геолог Shell М. Кинг Хабберт сформулировал концепцию «пика нефти», и с конца пятидесятых Shell, следуя тенденции, начало которой заложил в 1919 году главный геолог Геологической службы США (US Geological Survey Society) д-р Дэвид Уайт, регулярно публикует материалы, предрекающие конец сектору добычи ископаемого топлива.

Эта точка зрения подкрепляется предложенной в 2006 году математической моделью, опубликованной Королевским научным обществом в материале под названием The future of oil supply («Будущее нефтяных ресурсов»), и рядом более ранних исследований. Чтобы сохранить показатели разведки как минимум на прежнем уровне, нефтяным компаниям нужно заниматься разведкой и разработкой новых месторождений. В мире пик открытия новых месторождений углеводородов пришелся на начало семидесятых, но по мере открытия новых солидных месторождений темпы разведки снижались. Зато новые технологии дают возможность экономически эффективной добычи ресурсов, которые до недавнего времени списывали со счетов как неизвлекаемые.

Отказ от убыточных активов

В послужном списке Shell в последнее время немало свидетельств тому, что компания приспосабливается к новым тенденциям и не боится кардинальных изменений. За последние годы компания добилась серьезных изменений, открывающих перспективы на будущее, даже если она останется производителем углеводородов. Компания избавилась от своих участков в районе сланцевого месторождения Игл Форд, как только поняла, что это бездонная бочка для инвестиций.

В 2014 году Shell решила пожертвовать $2 млрд и продала нефтегазовый комплекс Катарина вместо того, чтобы и дальше использовать его себе в убыток.

Компания отказалась от планов по строительству завода по переработке газовой фракции в жидкость (GTL-технология) в штате Луизиана, справедливо оценив, что потенциальные доходы от такого завода не позволят окупить капитальные затраты на его строительство с нуля, учитывая цены на газ в долгосрочной перспективе. В ближайшее время цены на газ, производимый по GTL-технологии, скорее всего, сохранятся на низком уровне, поэтому потребуется не один десяток лет, чтобы окупить расходы на строительство подобного завода. К этому вопросу Shell подходит с осторожностью, ориентируясь на опыт южноафриканской компании Sasol, потратившей несколько лет и значительные суммы на изучение потенциальных возможностей продуктов, производимых на основе GTL-технологий, в США.

Свои нигерийские активы Shell тоже продала и теперь активно ищет покупателей на расположенный в Европе завод по производству смазочных материалов. Все это вполне вписывается в стратегию оптимизации ресурсов и, безусловно, идет на пользу компании с точки зрения экономической целесообразности. Возможности для оптимизации появились благодаря открытию Shell в 2010–2016 годы нескольких серьезных месторождения и росту доходов от проектов, реализуемых Shell в России.

Мировые прогнозы

Единственное, что вызывает массу всевозможных вопросов в отношении объявленного Shell общего курса, — это довольно громкая реклама своих планов по превращению в производителя энергии из возобновляемых источников. Когда громко трубят о таких инициативах, разобраться в них следует довольно скрупулезно и с определенной долей здорового скептицизма. Презентация Shell, в которой представлены материалы о изменении мирового спроса на энергию и планах компании по адаптации к этим изменениям, нуждается в некоторой расшифровке: нужно очистить истинное содержание от идеологической мишуры, используемой для прикрытия истинной сути и придания ей приемлемой формы, не подчеркивающей скрытых противоречий.

В основу отчета положено предположение о том, что к 2070 году ископаемое топливо составит лишь очень небольшую часть в общей структуре энергоресурсов, а основной спрос к этому моменту будет приходиться на энергию из возобновляемых источников.

В отчете отмечено, что страны Северной Америки и Европы к 2070 году почти не будут использовать ископаемое топливо, притом что сегодня все они в значительной мере зависят от него, а очевидных альтернатив пока не существует. Еще одно, довольно неоднозначное, предположение заключается в том, что во всех странах мира сохранится прежний спрос на энергию. Остальные же прогнозы по отрасли предрекают, что к 2070 году в Азии спрос на энергию удвоится. В отчете высказано предположение о том, что спрос на энергию в целом останется на прежнем уровне, но при этом спрос на ископаемое топливо уменьшится вдвое по сравнению с уровнем 2017 года.

Прогнозы по Африке еще более расплывчаты и противоречивы. Как заявляется, несмотря на удвоение населения Африки приблизительно раз в 35 лет и на сегодняшний низкий уровень ВВП/дохода на душу населения около $1800, африканские страны все же смогут развиваться без существенного увеличения потребления ископаемого топлива.

Сегодня страны Африканского континента, население которых составляет более миллиарда человек, потребляет в сутки менее 4 млн баррелей сырой нефти, то есть приблизительно одну пятую от общего объема потребления нефти-сырца в США. К 2070 году, когда численность населения возрастет ориентировочно до 3-4 млрд человек, судя по сегодняшним тенденциям, спрос африканских стран на нефть сократится. Иными словами, жители Африканского континента к 2070 году будут разъезжать в основном на электромобилях, несмотря на то, что на сегодня это достаточно дорогой вид транспорта. И конечно же, для заправки этих электромобилей будет использоваться энергия, производимая солнечными батареями или из других возобновляемых источников. То, что сегодня почти в 20 африканских странах ВВП/доход на душу населения составляем менее $1000, не стоит рассматривать как препятствие для перехода на самый дорогостоящий вид энергии и транспорт, по крайней мере ориентируясь на приведенные данные.

Скрытые причины

Само собой разумеется, что доверие многих инвесторов качнется в отношении компании, судя по всему, озвучивающей свои планы на будущее, которые на самом деле вряд ли воплотятся на деле. Абсолютно ясно, что у сотрудников Shell, ответственных за привлечение клиентов и инвесторов и за PR, имелись веские причины для создания столь утопического сценария. Но при этом в недавно сформированной бизнес-стратегии компании четко прослеживаются две тенденции, которыми и объясняется появление сего фантастического произведения, изложенного на 77 страницах. Первая — продавать активы на пике их стоимости. Вторая — узконаправленная, но при этом относительно скромная программа первичной геологоразведки. Упор на второе направление четко свидетельствует о том, что Shell по-новому расставляет акценты в отношении газа и новой энергетики. Иными словами, в отчете скрыты истинные причины того, почему Shell может интересовать перепрофилирование с нефти и газа (на альтернативную энергетику). Официальная версия: мир идет в этом направлении, и Shell нужно шагать в ногу со всеми.

Похоже, ответ скрывается в том, как на данный момент Shell вероятнее всего видит будущее нефтегазовой отрасли, основываясь на анализе полученных ею же результатов. Внешне все вроде бы хорошо: темпы прироста производственных мощностей опережают истощение запасов сырой нефти раз в три из пяти лет. Но если принимать во внимание только увеличение объемов производства и месторождений, то в среднем объем производства составляет 600 млн баррелей в год, притом что годовой прирост запасов составляет в среднем 100 млн баррелей в год, а это истинное мерило для определения устойчивости сегодняшнего уровня производства на долгосрочную перспективу. И причина не конкретно в Shell, скорее это часть общемировой проблемы сокращения месторождений традиционной нефти. За четыре последних года мировой объем открытых месторождений традиционной нефти был в среднем меньше годового объема, производимого в Саудовской Аравии, в этом году особых причин для оптимизма тоже не наблюдается, несмотря на значительное увеличение цен на нефть за последние три года.

Прогнозы по газу

Ситуация с газом чуть лучше, учитывая недавние открытия газовых месторождений в Египте, Израиле, на Кипре, в Норвегии и на севере России. Но даже открытие двух сверхгигантских месторождений в Восточном Средиземноморье и России не заменяет в полном объеме истощенные ресурсы.

На каком-то этапе прирост запасов за счет переклассификации существующих ресурсов, а также приобретения активов (например, как при слиянии с британской BG), уже не будет эффективным решением, учитывая, что по части открытия новых месторождений все компании отрасли оказались в одинаковом положении. Возможно, этим и объясняется прогнозируемое Shell серьезное снижение мирового спроса на нефть и газ к 2070 году. Невозможно требовать больше, чем предлагается, за цену, которую может позволить мировая экономика.

Но это не объясняет прогнозов по газу, здесь ситуация развивается, похоже, сама по себе, даже несмотря на отсутствие открытого беспокойства по поводу излишков газа в обозримом будущем. Но опять-таки, возможно, ввиду того что Shell на данный момент вроде бы не собирается ввязываться в угольный бизнес, она просто может позволить себе несколько преуменьшить свое якобы важное значение для будущего энергетики ровно настолько, чтобы все соответствовало тому, как представлено в отчете. Это довольно смелое утверждение, и не многие аналитики подписались бы под ним. Действительно, Великобритания уже полностью отказалась от использования угля для производства энергии. Правда и то, что вскоре ее примеру последуют Франция, Германия и страны Бенилюкса. Но это если исходить, главным образом, из предположения о том, что газ и ядерная энергия смогут заменить уголь. Если в результате нехватки газа сократится его потребление, а развитие ядерной энергетики так и будет «дальше развиваться», спрос на уголь снова начнет расти. Вопреки прогнозам, изложенным в отчете, потребление газа снова начнет уменьшаться задолго до 2070 года, главным образом, из-за ограниченности запасов и политических раскладов, а не из-за того, что его заменят электробатареи и ветроэлектростанции.

Сделка по слиянию с британской BG, которую большинство аналитиков назвали неудачной для Shell, принесла-таки значительное увеличение резервов. Но сделки такого вида не являются эффективным решением на долгосрочную перспективу для замещения запасов путем открытия новых и переоценки старых месторождений. Приобретение нетрадиционной нефти на сегодня тоже не считается мудрым решением. К тому же довольна высока стоимость акра на сланцевых участках и на участках с более глубоким залеганием газа, подобных участкам месторождения Игл Форд, которые Shell продала, частично списав в процессе балансовые запасы на $2 млрд. Поэтому выбор невелик: Shell и подобным компаниям нужно начинать учиться жить в условиях, когда объемы собственного производства нефти и газа начнут уменьшаться. В основном же вся суть плана «жизни в постуглеводородную эру» заключается в том, что пора начинать освоение альтернативных источников, не озвучивая при этом публично нелицеприятные факты.

Даже если, как кажется, Shell (и иже с ней) предвидят конец эры углеводородов в далеком (а может, и не столь далеком) будущем, и сама Shell, и большинство нефтегазовых компаний пока что продолжат добывать и продавать нефть и газ, хотя объемы (добычи и продажи) в ближайшие десятилетия снизятся. При этом разведка и освоение других источников энергии будут съедать все больше средств, выделенных на капитальные затраты. На эту статью расходов будет тратиться все больше заработанных средств, вероятно, в виде компенсации прибыли, недополученной в результате снижения объемов продажи нефти и газа. К тому же нужно иметь в виду, что когда Shell начнет понимать, что объемы нефти и газа серьезно и постоянно падают, осознание этого факта придет и к ее «коллегам по цеху»; но это не означает, что доходы обязательно упадут, так как не исключено, что сопровождающий этот процесс рост цен окажется более значительным, чем падение объемов добычи нефти и газа. При этом могут оказаться полезными и другие инициативы Shell по обеспечению роста доходов в целом, даже в условиях сокращения объемов производства нефти и газа; и даже если это будет временное облегчение, то уже неплохо.

Поводы для беспокойства

Помимо всего прочего, Shell ограничена и по части географии использования средств, выделяемых в рамках программ приоритетной геологоразведки. Сегодня большинство регионов с потенциально значительными запасами и ресурсами углеводородов оказались (и скорее всего еще некоторое время будут оставаться) либо в зоне военных действий (это в основном Ближний Восток), либо под санкциями (Россия, Иран, Демократическая Республика Конго и другие), или же и в зоне военных действий и под санкциями. Из-за наличия крупнейшей в мире сети АЗС и формирования основной части дохода в США (или в какой-либо связи со США) Shell вынуждена достаточно жестко соблюдать многочисленные санкции, введенные по инициативе США. А санкции в ближайшее время, похоже, сохранятся, что ограничивает возможность приобретения Shell новых ресурсов.

Еще один потенциальный повод для беспокойства — рентабельность компании в будущем. Число программ освоения альтернативных источников энергии увеличивается, главным образом, благодаря субсидиям; но и субсидии, и различного вида финансовая поддержка постепенно сокращаются. Несмотря на все разговоры о якобы бешеной прибыльности отрасли альтернативной энергетики и ее конкурентоспособности по сравнению с ископаемыми видами топлива, например, газом и углем, на самом деле приводимые в качестве цитат результаты исследований не объясняют, во что обходится содержание генерирующих мощностей или хранение электроэнергии, а это важно, учитывая ненадежность и нестабильность производства энергии солнца и ветра. Предстоит еще убедиться в том, захотят ли правительства разных стран и дальше нести дополнительные расходы. Возможно, Shell в ближайшие годы будет инвестировать в строительство объектов альтернативной энергетики, наращивая свой портфель «объектов новой энергетики» только для того, чтобы признать их нежизнеспособными, если правительство прекратит их финансирование.

Обязательства Shell в отношении новой энергетики вполне существенны и могут увеличиться в следующие десять лет. Объекты новой энергетики представляют собой инвестиционный риск для Shell, поскольку потенциально могут принести как доходы, так и потери. Эти объекты потенциально рискованны и для инвесторов, если окажется, что инвестиции не окупаются. Но при этом есть и свои плюсы: переход на альтернативные виды энергии будет постепенным, а значит, исключается вероятность внезапных бедствий и неприятных сюрпризов. На самом деле я уверен, что Shell сменит курс, если увидит, что в итоге инвестиции убыточны. Совершенно ясно, что Shell выбрала «новый энергетический курс» из верных практических соображений, а не из идеалистических соображений (что обычно плохо закачивается).

Shell — далеко не единственная компания, которая думает и готовится к жизни в условиях, когда не будет использоваться ископаемое топливо. Вполне возможно, что для вытеснения ископаемого топлива из энергетической цепочки понадобятся выдающиеся научно-технологические прорывы. То есть понятно, что на каком-то этапе спрос на большую часть (или на всю) ископаемого топлива заменит некая форма энергии из альтернативных источников. Но непонятно, когда это произойдет. Важно обеспечить достаточное количество ископаемого топлива, чтобы процесс трансформации прошел гладко.

Стремление США к освоению сланцевых месторождений и освоение Канадой резервов нефтеносных песков, кажется, позволяют хотя бы частично ответить на вопрос, на что рассчитывать в условиях дефицита ископаемого топлива. В США с начала 70-х наблюдается сокращение запасов и ресурсов традиционного ископаемого топлива, а по данным большинства стран-нефтепроизводителей, разведка новых месторождений ведется медленнее, чем истощаются имеющиеся ресурсы.

Но, по-видимому, Россия, Мексика и Иран — исключения из этого правила. Открытие богатых новых месторождений в этих станах обеспечило сохранение экономических извлекаемых запасов на прежнем уровне. Российское Министерство природных ресурсов недавно с гордостью заявило о том, что России удалось увеличить уровень экономически извлекаемых запасов ископаемого топлива. Саудовская Аравия пока что остается неизвестным в этом уравнении. Аналитики ожидали, что в маркетинговой компании по подготовке Aramco к IPO Саудовская Аравия раскроет информацию о своих запасах и ресурсах, но поскольку IPO пока откладывается, этот вопрос остается самой большой тайной сектора ископаемого топлива. Принятая программа «Видение-2030», возможно, свидетельствует о том, что королевство тоже признает неизбежность будущего без ископаемого топлива и готовится к нему. Выбор даты также может указывать на то, что это произойдет тогда, когда Aramco сочтет необходимым замедлить темпы добычи. Проявляемый в последнее время интерес к газу и зарубежным проектам тоже можно считать указателем на это направление.

Неудивительно, что, имея порядка 100 трлн тонн (если брать вместе с нефтяными песками и сланцем) нефтяных запасов и ресурсов, российские нефтяные компании активно разглагольствуют на тему развития альтернативной энергетики. А наличие почти 36 трлн кубометров газа (в прессе также приводится другая цифра — 76 трлн кубометров) не служит для них инициативой для исследований и инвестирования в новую энергетику. В «Роснефти» сохраняются скептические настроения по поводу необходимости развития новой энергетики, а «Лукойл», наигравшись с несколькими энергетическими проектами, закрыла большинство из них. При этом проекты, от которых она не отказалась, находятся за пределами России. Четким указанием на то, что «Роснефть» намерена и дальше быть производителем нефти, является ссылка в заявлениях компании о социально-экологической ответственности на «риски, связанные с альтернативной энергетикой, которые могут негативно повлиять на имидж компании в глазах общественности». Главный вопрос для компании и ее международных «коллег по цеху» в том, следовать ли примеру Shell и адаптироваться к меняющемуся миру или же сделать ставку на то, чтобы ископаемое топливо останется значительной частью мирового энергоресурса и в XXII веке.

Россия. Саудовская Аравия. США. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 22 августа 2018 > № 2709330 Андрей Ляхов


Россия. УФО > Госбюджет, налоги, цены. Транспорт. Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 21 августа 2018 > № 2708953 Дмитрий Артюхов

Встреча с врио главы Ямало-Ненецкого автономного округа Дмитрием Артюховым.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с временно исполняющим обязанности губернатора Ямало-Ненецкого автономного округа Дмитрием Артюховым.

В.Путин: Дмитрий Андреевич, добрый день! С чего начнём – с Северного широтного хода?

Д.Артюхов: Владимир Владимирович, хочу поблагодарить Вас за поддержку проектов развития в Арктике. У нас произошло долгожданное для всего Ямала событие: Правительство утвердило концессию по Северному широтному ходу.

Вы с самого начала этот проект поддерживали, знаете его очень хорошо. И наконец-то мы подошли к тому моменту, когда у нас есть всё для того, чтобы уже опережающе, этой зимой, начать строительство самого сложного, важного элемента – совмещённого моста через реку Обь. Сейчас делаем всё с инвестором для того, чтобы приступить к этому в самое ближайшее время.

В.Путин: Железнодорожный и автомобильный?

Д.Артюхов: Да, он совмещённый: железнодорожная часть нужна для экономики, а автомобильная, конечно, имеет большую социальную нагрузку, потому что на двух берегах находятся два города, исторически связанные, и это, конечно, для населения очень долгожданное событие.

В.Путин: Сколько получается протяжённость?

Д.Артюхов: Весь проект – 350 километров, это новое строительство. Но, учитывая, что необходимо развивать подходы, проект – порядка 700 километров.

Если говорить про развитие северного полигона, который идет вплоть до Балтики, там идёт ещё дополнительно полторы тысячи километров, которые также подлежат усилению. Это очень масштабный проект в целом.

Но мы на этом не останавливаемся. Наша следующая задача – привести железную дорогу в Сабетту. Владимир Владимирович, Вы там были. Это, конечно, особый центр развития Арктики сегодня – безусловно, главный центр развития Северного морского пути.

И наша задача – привести сеть «Российских железных дорог» в Сабетту. Уверен, что этот проект мы сделаем. Сейчас идёт очень продуктивный диалог с ключевыми компаниями: это «Газпром», «Российские железные дороги». Думаю, у нас получится сделать ещё одну концессию, и в Сабетту придёт железная дорога. Это очень нужно, чтобы в этом центре у нас Арктика развивалась, и всё для этого есть.

В.Путин: А в целом как ситуация?

Д.Артюхов: В целом экономика развивается достаточно устойчиво. Конечно, если брать основные показатели по промышленности, первое полугодие очень успешное, рост идет 12 процентов. Конечно, в основе наши крупнейшие проекты. Радует, что наши ключевые компании идут во многие проекты опережающе.

«Газпром» планирует в следующем году опережающе выйти на Харасавэйское месторождение, тоже одно из крупнейших (следующее за Бованенковским). Для нас, конечно, это очень хороший знак: это рабочие места, это очень существенные инвестиции.

И конечно, компания себя очень ответственно ведёт на территории. У нас очень много проектов взаимодействия: они связаны и с развитием наших городов, и с развитием волонтёрства; у нас отличные совместные экологические проекты.

В.Путин: Большой проект, мне Миллер докладывал.

Д.Артюхов: Радует, мы очень успешно с компанией работаем по экологической очистке Арктики. Вместе наши волонтёры – международный проект – успешно это делают.

Один из ключевых проектов, «Ямал СПГ», идёт опережающе: введена вторая очередь. Вы в декабре были на открытии первой очереди, уже с опережением введена вторая, и до конца года должна быть введена третья очередь – с опережением графика на год.

Это, конечно, отличные результаты в целом всей нашей нефтегазовой отрасли. Радует, что это происходит у нас на Ямале, и очевидно, уже ни у кого нет сомнения, что все запланированные крупнейшие проекты, будь то «Арктик СПГ – 2», также будут успешно в будущем реализованы.

В.Путин: Хорошо.

Россия. УФО > Госбюджет, налоги, цены. Транспорт. Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 21 августа 2018 > № 2708953 Дмитрий Артюхов


Россия. Белоруссия > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 20 августа 2018 > № 2707474

Белорусские новости (Белоруссия): Чем закончится нефтяной спор с Россией

На этой неделе продолжатся белорусско-российские переговоры по нефтяным вопросам. Стороны предъявили друг другу весьма серьезные претензии. Эксперты ожидают, что переговоры будут затяжными. Обозреватель «Белорусских новостей» задается вопросом, чем закончится очередной спор между двумя Москвой и Минском по нефтяным вопросам.

Дмитрий Заяц, Белорусские новости, Белоруссия

Нефтепродукты, которые раздражают Москву

В первом полугодии Белоруссия импортировала из России товаров на 11 млрд долларов, половина этого импорта (в денежном выражении —5,5 миллиарда долларов) связана с энергетическими товарами.

В январе-июне Белоруссия импортировала из России 9,09 миллиона тонн нефти, 10,1 миллиарда кубометров газа и 2,1 миллиона тонн нефтепродуктов. По сравнению с первой половиной прошлого года объем импорта нефти и газа практически не изменился, а вот импорт российских нефтепродуктов в Белоруссию увеличился в физическом выражении почти в 1,5 раза (на 49,4%).

В 2017 году, кстати, импорт нефтепродуктов из России в Белоруссию также существенно вырос — почти в 2 раза по сравнению с позапрошлым годом до 3,29 миллиона тонн.

Следует отметить, что это уже не первый случай в белорусской истории, когда наблюдается бурный рост поставок российских нефтепродуктов в Белоруссию. В 2010-2012 годы импорт российских нефтепродуктов в Белоруссию вырос почти в 10 (!) раз — с 898,7 тысячи до 8433,4 тысячи тонн.

Тогда российская сторона обвинила Белоруссия в реэкспорте нефтепродуктов под видом растворителей и разбавителей. Данная схема Москве крайне не понравилась, поскольку от ее существования российский бюджет не получал никаких доходов.

В результате, осенью 2012 года Белоруссия была вынуждена остановить экспорт растворителей. Россия пыталась получить от Белоруссии компенсацию ущерба в размере 1,5 миллиарда долларов за растворительный бизнес, но до этого дело так и не дошло. Показательно, что после завершения растворительной схемы в 2013 году импорт российских нефтепродуктов в Белоруссию рухнул почти в 100 раз — с 8,4 миллиона до 86,1 тысячи тонн.

Судя по всему, очередной бурный рост импорта нефтепродуктов из России в Белоруссию, который наблюдается в 2017-2018 годы, вновь стал раздражать Москву.

По информации БелаПАН, которая подтверждена документально, по инициативе Москвы уже подготовлено решение о том, что с четвертого квартала 2018 года Россия будет поставлять Белоруссии нефтепродукты исключительно для удовлетворения внутренних потребностей. Более того, проект межгосударственного решения предусматривает, что по требованию российских властей белорусские предприятия и госорганы должны будут обосновывать эти внутренние потребности.

В общем, Россия планирует ограничить поставки нефтепродуктов в Белоруссии и тем самым свести к нулю вероятность их реэкспорта. При этом, как сообщило агентство Reuters со ссылкой на официальные документы, Москва еще настаивает на получении от Минска компенсации за реэкспорт нефтепродуктов.

Впрочем, не только Москва, но и Минск предъявляет сейчас финансовые претензии по нефтяным вопросам.

Переговоры о «компенсационных механизмах»

Белорусские власти ожидают, что в результате реализации налогового маневра в нефтяной отрасли России белорусский бюджет недополучит уже в 2019 году 300 миллионов долларов. К 2024 году, когда завершится реализация налогового маневра, выпадающие доходы бюджета ежегодно будут составлять около 2 миллиардов долларов.

«Мы входим в консультации с российской стороной по вопросу последствий для экономики Белоруссии налогового маневра в России», — сообщил на недавней пресс-конференции в августе замминистра финансов Дмитрий Кийко, отвечая на вопросы БелаПАН.

Представитель Минфина обратил внимание, что, реализуя налоговый маневр, Россия вводит новый механизм субсидирования собственных переработчиков нефти (отрицательный акциз), для введения которого в белорусском бюджете средств нет.

«Если мы будем функционировать в рамках налогового маневра, а наши партнеры, конкуренты (российские НПЗ. — БелаПАН) будут пользоваться субсидиями, то у нас сложится непропорциональный рынок топлива. У нас в этом случае стоимость топлива намного будет превышать стоимость топлива в России», — предположил замминистра финансов.

В условиях открытой границы с Россией, пояснил он, «это приведет к неконкурентным условиям» работы белорусских НПЗ. «По сути, российские нефтепродукты будут вытеснять белорусские нефтепродукты с нашего собственного рынка», — заявил Дмитрий Кийко.

Поэтому, резюмировал замминистра финансов, необходимы консультации с Россией «для установления компенсационных механизмов в рамках межгосударственных отношений для сохранения равных конкурентных условий».

Таким образом, Минск настаивает на компенсации Россией белорусскому бюджету последствий налогового маневра, а Москва предъявляет претензии к Белоруссии, касающиеся реэкспорта нефтепродуктов. Чем закончится спор между двумя странами?

Новая нефтяная нормальность

Экономисты считают, что первопричина многих белорусско-российских конфликтов в энергетической сфере находится в Минске.

«Белоруссия привыкла к нефтегазовым субсидиям со стороны России, которые были характерны для 2000-х, и хотела бы, чтобы они в значительных объемах сохранялись. В то же время Россия старается сократить эти субсидии и столкновение этих интересов провоцирует возникновение конфликтов между Москвой и Минском», — считает академический директор Белорусского экономического исследовательско-образовательного центра (BEROC) Катерина Борнукова.

Эксперты ожидают, что очередной конфликт урегулировать без участия президентов вряд ли удастся.

«А практика показывает, что, когда вопросы выносятся на высший государственный уровень, решения принимаются не только исходя из экономических, но и политических соображений, поэтому исход переговоров предсказать сложно», — говорит научный директор Исследовательского центра ИПМ Ирина Точицкая.

Тем не менее, наблюдатели единодушны во мнении, что Россия вряд ли согласится полностью компенсировать белорусскому бюджету выпадающие доходы из-за налогового маневра.

«На фоне введения новых американских санкций в России складывается непростое экономическое положение, и на этом фоне наш восточный сосед вряд ли сможет выступать в качестве донора», — предполагает заместитель председателя Белорусской научно-промышленной ассоциации Георгий Гриц.

Аналогичного мнения придерживаются и белорусские экономисты.

«Россия принимает непопулярные решения на внутреннем рынке — повышает НДС, пенсионный возраст. На этом фоне Москва вряд ли будет готова принять решение о предоставление Минску ежегодно двух миллиардов долларов в качестве компенсации за налоговый маневр», — считает Катерина Борнукова.

По мнению экспертов, Белоруссии стоит готовиться жить в условиях так называемой новой нормальности, которая предполагает, что нефтяные доходы бюджета будут сокращаться.

«Вероятно, Россия согласится частично компенсировать Белоруссии негативные последствия налогового маневра и еще вопрос, как долго Белоруссия будет эту компенсацию получать. Сложно представить, что Россия станет дотировать нашу страну на сумму 2 млрд долларов ежегодно. Поэтому Белоруссии нужно готовиться жить в новых нефтяных условиях», — полагает Ирина Точицкая.

Сокращение нефтяных доходов — очередной сигнал, который говорит о том, что структуру белорусской экономики придется пересматривать, считают эксперты.

«Сейчас нужно вести речь не просто о компенсации последствий налогового маневра, а о пересмотре структуры экономики в сторону повышения ее эффективности. Штамповка традиционной продукции — это вчерашний день, нужно определить приоритеты и поддерживать инновационные производства, а это означает, что нужно менять структуру экономики», — резюмировал Георгий Гриц.

Россия. Белоруссия > Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 20 августа 2018 > № 2707474


Казахстан. Азербайджан. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь. Армия, полиция > carnegie.ru, 15 августа 2018 > № 2702947 Аркадий Дубнов

Дораспад СССР. Что изменит раздел Каспия

Аркадий Дубнов

Для России, равно как и для Ирана, газовые вопросы сейчас отступили на второй план, а главными стали соображения безопасности. Обе страны стремятся прежде всего не допустить присутствия в Каспийском море внерегиональных структур, особенно военных. Речь идет, и это не скрывается, главным образом о США

Много всего восхитительного и превосходного было сказано о том, что 12 августа в казахстанском Актау лидеры пяти каспийских государств наконец подписали Конвенцию о правовом статусе Каспийского моря. Путин назвал это «эпохальным» событием, а Назарбаев сказал, что конвенция – это ни больше ни меньше «конституция» Каспия.

Если это действительно так, то, зная, как на евразийском пространстве относятся к конституциям, невольно начинаешь переживать за дальнейшую судьбу каспийских договоренностей. Тем более что по сути своей 18-страничная конвенция, ставшая итогом трудных 22-летних переговоров, является рамочным документом, который еще предстоит дополнить значительным объемом соглашений или, как принято говорить в наших краях, подзаконных актов. И только после этого можно будет окончательно говорить о разделе Каспия, как об этом уже поспешили отрапортовать некоторые российские и казахстанские СМИ.

Тем не менее подписание каспийской конвенции в Актау – одно из самых значительных событий на постсоветском пространстве после распада СССР в 1991 году. Среди прочего оно дополнительно утвердило международно-правовую субъектность трех государственных образований, появившихся вокруг Каспия на месте канувшего в Лету Советского Союза – Азербайджана, Казахстана и Туркмении. Россия, ставшая правопреемницей СССР сразу после его исчезновения, подписав каспийскую «конституцию», теперь признала и новые государственные границы этих стран – на море. Если вспомнить ставшую знаменитой сентенцию Путина о распаде СССР как о «величайшей геополитической катастрофе ХХ века», то следует признать, что его подпись под конвенцией – это и его личный вклад в продолжение процесса распада Союза. Теперь стоило бы ожидать от российского президента столь же скорбного замечания, что назад в СССР пути уже нет.

Каспийские споры

Актау – это плод трудного компромисса и реального консенсуса на его основе. Мне лично довелось быть свидетелем каспийского переговорного процесса практически все эти двадцать с лишним лет. Самыми интенсивными они были в годы, когда эту проблему в Москве курировал профессиональный нефтяник Виктор Калюжный, назначенный замминистра иностранных дел России. Именно он первым в начале 2000-х годов жестко выступил против демилитаризации Каспия, что предлагали некоторые российские партнеры.

С другой стороны, Калюжный отстаивал в том числе интересы постсоветских республик, которым угрожало категорическое требование Ирана поделить Каспий «по справедливости», то есть на пять равных частей по 20%, включая акваторию, дно и толщу воды. Калюжный был не слишком дипломатичен в общении с западными партнерами, искавшими в богатом углеводородами Каспийском бассейне возможность застолбить право своего бизнеса добывать и транспортировать нефть и газ в Европу в обход России. Отчасти те позиции, что занимал тогда Калюжный, пусть и модифицированные временем, зафиксированы в подписанной конвенции.

Почему так долго, почти четверть века, искали компромисс? Во-первых, несговорчивыми были иранцы, требовавшие свои 20%.

Во-вторых, не были готовы к взаимопониманию Туркмения и Азербайджан, спорившие за право считать своими богатые нефтью месторождения, расположенные между этими странами в центре Каспия (их азербайджанские названия: Азери, Чираг и Гюнешли). Помню разговор, случившийся на первом каспийском саммите в 2002 году между двумя покойными ныне президентами – Сапармуратом Ниязовым и Гейдаром Алиевым. Ниязов тогда бросил в сторону сидевшего рядом Алиева: «На Каспии может пролиться кровь», имея в виду неразрешенный конфликт из-за месторождений.

Уже давно нет в живых ни Туркменбаши, ни старшего Алиева, но та ссора еще много лет отравляла отношения между Баку и Ашхабадом, мешая им договариваться.

Наконец, договориться мешало противостояние России и Туркмении. Последняя при поддержке ЕС настойчиво требовала для себя права проложить газопровод в обход России по дну Каспия на Запад и дальше в Европу. Россия последовательно этому сопротивлялась.

Шаги к согласию

Что изменилось сейчас? Что позволило сторонам отказаться от категоричности в претензиях и пойти на раздел? Сами участники стараются это не проговаривать вслух, но анализ текста конвенции вкупе с изменением текущих геополитических реалий позволяет назвать эти причины.

Главное, – впрочем, как раз этого не скрывают, – изменился концептуальный подход к определению статуса Каспия. В каком-то смысле революционным можно назвать решение не считать Каспийское море юридически ни морем, ни озером. Первое позволяет не применять к Каспию положения Конвенции ООН по морскому праву, а значит, расширить с 12 до 15 морских миль ширину территориальной зоны и определить десятимильную рыболовную зону в отличие от исключительной экономической зоны. Границы территориальной зоны считаются государственными границами.

Неприменимо теперь к Каспию и определение внутреннего озера, что потребовало бы поделить его целиком между сторонами. Теперь у него статус некоего «внутриконтинентального водоема».

Поиски компромисса упростило то, что вопрос об окончательном разделе дна Каспия отложен на будущие времена. Это дает Ирану право поторговаться о своей доле, о чем прозрачно намекнул, выступая на саммите в Актау, иранский президент Рухани.

Стороны также отказались от раздела Каспия по принципу срединной линии. Это делало позиции Баку в споре с Ашхабадом за принадлежность нефтяных месторождений в центре моря более выигрышными.

Россия, в свою очередь, отказалась от своего права вето на прокладку транскаспийского газопровода (формально возражения объяснялись опасениями за каспийскую экологию). Более того, утвержденные в каспийской конвенции принципы раздела на национальные сектора определяют, что такое строительство – дело исключительно сопредельных и противолежащих стран. Аналогичным образом только эти страны определяют маршруты прокладываемых через их сектора трубопроводов и кабелей. Другими словами, Россия не сможет вмешиваться в реализацию проекта транскаспийского газопровода, пролегающего через азербайджанский и туркменский сектора.

Однако у Москвы, впрочем, как и у остальных каспийских стран, все равно остается теоретическая возможность помешать прокладке Транскаспия, ссылаясь на положения подписанного в Москве 20 июля «Протокола по оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном аспекте к Рамочной конвенции по защите морской среды Каспийского моря от 4 ноября 2003 года». Хотя упоминание об этом протоколе есть только в совместном коммюнике по итогам саммита в Актау, на самом саммите о нем не говорили.

Готовность Москвы уступить Ашхабаду в вопросе строительства Транскаспия связана с изменениями на газовом рынке Европы. Если раньше Москва опасалась, что каспийский газ может составить конкуренцию «Газпрому», то теперь туркменские поставки скорее будут конкурировать со сжиженным газом из США.

Новые приоритеты

Для России, равно как и для Ирана, газовые вопросы сейчас отступили на второй план, а главными стали соображения безопасности. Обе страны стремятся прежде всего не допустить присутствия в Каспийском море внерегиональных структур, особенно военных. Речь идет, и это не скрывается, главным образом о США.

Это положение зафиксировано в конвенции, что теперь дает право Москве и Тегерану выражать «озабоченность» планами соответственно Казахстана и Азербайджана сотрудничать с Вашингтоном и предоставлять американцам свою территорию для транзита невоенных грузов для контингента США в Афганистане.

Полемика, как на официальном, так и на неофициальном уровне между Москвой, подозревающей, что использование перевалочных пунктов в казахстанских портах Актау и Кузык на Каспии позволит Штатам де-факто создать там американские военные базы, и Астаной, регулярно опровергающей такие подозрения, идет с начала нынешнего года. Тогда Назарбаев в ходе визита в США подписал изменения в соглашение о маршруте транзита, заключенное несколько лет назад с Вашингтоном.

Точно такое же соглашение о транзите через Ульяновск действовало между США и Россией, пока Москва не прекратила его в одностороннем порядке в 2015 году в ответ на введенные американские санкции.

Во времена президента Трампа Иран озабочен присутствием американцев на Каспии не меньше, чем Россия. Еще больше, чем уже существующее участие соседнего Азербайджана в транзите американских грузов в Афганистан, Тегеран волнует возможное согласие Туркмении на предложения США провести через ее территорию маршрут в Афганистан. Туркменский маршрут может оказаться более коротким и дешевым, чем действующий сейчас казахстано-узбекский через Термез – Хайратон.

Тегеран, очевидно, особенно беспокоит то, что значительная часть возможного туркменского маршрута транзита будет проходить в непосредственной близости от ирано-туркменской границы. Поэтому запрет на внерегиональное присутствие, на котором сделан особый акцент в каспийской конвенции, не может не импонировать Тегерану, а значит, подтолкнуть его к компромиссу по другим спорным вопросам.

Не исключено, что вопрос возможного американского транзита через Туркмению окажется в повестке переговоров в Сочи 15 августа президентов России и Туркмении, Путина и Бердымухамедова.

Наконец, главным пунктом, который сделал Конвенцию о правовом статусе Каспия важнейшим для России геополитическим документом, стало зафиксированное там согласие на беспрепятственную военную деятельность на общей неразделенной акватории моря военных подразделений всех сторон. Другими словами, подтверждено право мощнейшей из них, Каспийской военной флотилии России, оперировать практически на всем водном зеркале Каспия за исключением территориальных и рыболовных зон других стран.

Пока трудно сказать, станет ли это единственным новым ограничением для действий российской военной флотилии по сравнению с советскими временами, когда Каспий был внутренним советско-иранским морем, где судоходство определялось договорами между Москвой и Тегераном от 1921 и 1940 годов. Также неясно, сколь значимой будет теперь неформальная граница, разделявшая советскую и иранскую зоны Каспийского моря по линии с запада на восток, Астара – Гасан-Кули, с азербайджанского берега до туркменского. Линия была проведена в 1930-е годы картографами НКВД, никогда не признавалась Ираном, но на практике четко им соблюдалась.

Также неясным остается будущий режим рыболовства на Каспии. Сторонам еще предстоит определить размер национальных квот на вылов осетровых, на который сегодня наложен мораторий. Неясно также, как будет контролироваться выполнение этих квот. Как свидетельствует сегодня туркменский наблюдатель, «мораторий на вылов осетров существует много лет, но достаточно посмотреть на осетрину на базарах Ашхабада и на объявления о продаже икры и мяса осетрины в туркменских соцсетях, и станет понятно, что мораторий в Туркменистане не работает, а вот браконьеры – да».

Похоже, что исторический консенсус, позволивший наконец определить правила игры на Каспии, стал возможен скорее благодаря новой геополитической конъюнктуре в Большой Евразии и стремлению сторон как можно скорее упредить нежелательное развитие событий, а не их консолидации в желании обеспечить свои национальные интересы.

С другой стороны, налицо исторический прогресс в отстаивании этих интересов. Еще в конце XIX века ширина национальных территориальных зон на море считалась общемировой, всего три морских мили, средняя дистанция полета пушечного ядра. На большем расстоянии береговая охрана не могла обеспечить защиту своих кораблей. Теперь на Каспии разрешено защищать зону в пять раз больше.

Казахстан. Азербайджан. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь. Армия, полиция > carnegie.ru, 15 августа 2018 > № 2702947 Аркадий Дубнов


Украина. ЮФО > Нефть, газ, уголь. Металлургия, горнодобыча. Госбюджет, налоги, цены > oilcapital.ru, 14 августа 2018 > № 2702453

Лицензии Украины на недра Черного и Азовского морей недействительны.

В Крыму начал действовать новый порядок регистрации лицензий на пользование недрами, который устанавливает для недропользователей те же нормы, что и в остальной части России.

Документ был принят Госдумой 26 июля, 28 июля его одобрил Совет Федерации, а 3 августа его подписал президент Владимир Путин. Теперь правительство РФ будет принимать решения о проведении аукционов по каждому участку недр на шельфе Азовского и Черного морей, об определении порядка и условий их проведения, а также о составе и порядке работы аукционных комиссий. Право пользования участками недрбудет предоставляться по результатам аукциона. Лицензии на недра Черного и Азовского морей, выданные государственными и иными официальными органами Украины соктября 2015 года до дня воссоединения Крыма с Россией, признаются недействительными.

До момента вступления закона в силу право пользования участками недр, расположенными в Черном и Азовском морях, предоставлялось без проведения торгов по решению кабмина на основании заявки недропользователя.

Украина. ЮФО > Нефть, газ, уголь. Металлургия, горнодобыча. Госбюджет, налоги, цены > oilcapital.ru, 14 августа 2018 > № 2702453


Китай. США. Евросоюз. РФ > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 13 августа 2018 > № 2700671 Алексей Гривач

Вредные иллюзии. Почему Европе не нужен американский газ

Алексей Гривач

заместитель генерального директора Фонда национальной энергетической безопасности

Сейчас сжиженный газ стремительно утекает с европейского рынка. За 7 месяцев поставки сократились на 10%, а из США было поставлено всего 380 млн кубометров. Из России больше поставляется за один летний день, а зимой столько же за полдня. Однако Еврокомиссия, чтобы сделать видимость уступки Трампу, направит еще несколько сотен миллионов евро бюджетных денег на новые терминалы

Стратегия агрессивного маркетинга по продвижению американского сжиженного природного газа на мировые рынки порождает все больше абсурда. Не успел рынок оправиться от итогов встречи президента США Дональда Трампа с председателем Еврокомиссии Жан-Клодом Юнкером, на которой гость из Брюсселя пообещал, что Евросоюз построит больше терминалов для приема американского СПГ, хотя на сегодняшний день действующие терминалы в Евросоюзе загружены всего на четверть, как появился новый сюжет из той же серии.

Последние новости пришли из Китая — Пекин рассматривает возможность введения 25-процентной пошлины на СПГ из США в качестве ответной меры на торговые барьеры, введенные американской администрацией. На неискушенный взгляд это может казаться логичной мерой. Вашингтон недвусмысленно давал понять, что для смягчения дефицита торгового баланса в двусторонних отношениях ждет от Китая увеличения импорта американских товаров и прежде всего закупок СПГ. А заградительная пошлина, которая сделает поставки газа из США неконкурентоспособными на китайском рынке, серьезная угроза.

Однако на деле Китай проводит у себя политику «чистого неба», интенсивно переводя коммунальных потребителей с угля на чистые энергоносители, и последние полтора года демонстрирует взрывной рост спроса на газ, который удовлетворяется за счет массированного импорта СПГ, так как собственная добыча и поставщики газа в Средней Азии не готовы оперативно наращивать предложение, а с контрактом на закупку российского газа Китай в свое время затянул и начнет его получать только в конце 2019 года. То есть, по сути, в среднесрочной перспективе нет страны в мире, которая была бы заинтересована в увеличении предложения сжиженного газа, в том числе со стороны США, больше чем КНР.

С другой стороны, китайская пошлина, по большому счету, ничего не изменит. За первые пять месяцев 2018 года на рынок Поднебесной было поставлено около 1,7 млрд кубометров газа из Соединенных Штатов, примерно 14% от общего экспорта американского СПГ и 6% от китайского импорта сжиженного газа. Не так мало, но и не так много. И среди прямых покупателей или акционеров СПГ-проектов нет китайских компаний, что связано с общей взаимной настороженностью в сфере купли-продажи стратегических активов. Кроме того, не стоит забывать, что для экспорта газа в страны, с которыми у США нет соглашения о свободной торговле, нужно получать специальное разрешение Департамента по энергетике, который вовсе не спешит выдавать новые разрешения новым СПГ-проектам. А строящиеся мощности по сжижению в Соединенных Штатах в основном уже законтрактованы на 20-25 лет транснациональными нефтегазовыми корпорациями и крупными национальными компаниями-импортерами, среди которых, как уже отмечалось, нет китайских покупателей.

Но главное, рынок устроен таким образом, что в условиях устойчивого спроса Китай может купить дополнительные объемы, например, новогвинейского СПГ, произведенного американской корпорацией ExxonMobil и предназначенного изначально Японии, а японцы, в свою очередь, получат необходимый им газ с американского терминала из портфеля Shell или Total, которые могли бы поставить его напрямую в Китай, но из-за пошлины такая сделка экономически непривлекательна.

По той же самой причине не имеет смысла обещание Юнкера Трампу построить новые терминалы для приема СПГ в ЕС. Сейчас сжиженный газ стремительно утекает с европейского рынка. За первые семь месяцев поставки сократились на 10%, а из Соединенных Штатов было поставлено всего 380 млн кубометров. Из России больше поставляется за один летний день, а зимой столько же за полдня. А получается, что поставщики американского СПГ не хотят поставлять в Европу, европейские покупатели не хотят его покупать, но Еврокомиссия, чтобы сделать видимость уступки Трампу, направит еще несколько сотен миллионов евро бюджетных денег на никому не нужные терминалы. Ну а газ придет по расписанию. Из России.

Китай. США. Евросоюз. РФ > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 13 августа 2018 > № 2700671 Алексей Гривач


Азербайджан. Турция > Нефть, газ, уголь. Химпром > oilcapital.ru, 10 августа 2018 > № 2702275

Нефтехимкомплекс построит SOCAR Turkiye Enerji в Измире.

Комплекс позволит Турции на 40% сократить импорт нефтехимической продукции.

Строительство в Турции нефтехимического комплекса турецкая «дочка» Госнефтекомпании Азербайджана (ГНКАР) SOCAR Turkiye Enerji планирует начать в июне 2019 года. «В апреле 2019 года мы рассчитываем завершить разработку технико-экономического обоснования проекта строительства в Турции нового нефтехимического комплекса и начать его реализацию в июне того же года. Это будут большие инвестиции. Мы планируем, что новый комплекс в конце 2022 года – начале 2023 года начнет производство продукции», – сообщил глава компании Заур Гахраманов турецкому агентству Anadolu.

Завод, который позволит Турции на 40% сократить импорт нефтехимической продукции, будет построен рядом с действующими производствами ГНКАР в Измире, на острове Алиага. Стоимость проекта первоначально оценивается в $1,6-2,2 млрд. Мощность предприятия составит 1 млн тонн PTA (терефталевая кислота) и полипропилена в год.

SOCAR Turkiye Enerji является владельцем контрольного пакета акций (51%) нефтехимического комплекса Турции Petkim Petrokimya Holding. Компания в Турции построила нефтеперерабатывающий завод STAR, контейнерный терминал, электростанцию, занимается также поставками газа на внутренний рынок.

Азербайджан. Турция > Нефть, газ, уголь. Химпром > oilcapital.ru, 10 августа 2018 > № 2702275


Россия. Азия. ДФО > Нефть, газ, уголь. Транспорт > premier.gov.ru, 10 августа 2018 > № 2699227 Дмитрий Медведев

О проекте строительства морского перегрузочного комплекса для перевалки сжиженного природного газа.

Совещание.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Мы договорились сегодня провести совещание по перспективам создания морского комплекса для перевалки сжиженного природного газа в бухте Бечевинская на восточном побережье Камчатки. Идея в том, чтобы подобный пункт, хаб значительно улучшил логистику стратегических объектов: «Ямал СПГ» и в будущем «Арктик СПГ 2». Этот морской комплекс должен принимать танкеры ледового класса, которые транспортируют газ по Северному морскому пути из Сабетты в Обской губе, и перегружать на обычные газовозы для доставки в страны Азиатско-Тихоокеанского региона.

Возможности строительства комплекса просчитывает компания – владелец «Ямал СПГ» и «Арктик СПГ 2», то есть «Новатэк». Объём частных инвестиций – в районе 70 млрд рублей. Плановый срок запуска первой очереди комплекса – 2022 год.

Создание такого транспортно-логистического узла позволит решить сразу несколько важнейших для Камчатки и вообще всего Дальневосточного региона задач. Значительно нарастить экспорт нашего сжиженного природного газа в Азиатско-Тихоокеанский регион. Ожидается, что объём перевозок по Северному морскому пути здесь утроится и он перейдёт на круглогодичную загрузку. Во-вторых, это позволит обеспечить серьёзными заказами российских судостроителей. Планируется построить 10 танкеров-газовозов ледового класса. Кроме того, есть достаточно интересные идеи по газификации Камчатского края, что, безусловно, также является важным направлением.

Очевидно, что этот проект важен в целом для развития экономики Дальнего Востока, для укрепления позиций нашей страны на рынках АТР. Его успешная реализация в значительной степени связана и с поддержкой со стороны государства. Прежде всего речь идёт о создании объектов инженерной и портовой инфраструктуры, в том числе об углублении дна и сооружении системы защиты от цунами. Также есть предложение включить в границу нашего ТОР «Камчатка», то есть территории опережающего развития, комплекс и прилегающую акваторию. Для этого, правда, потребуется внести поправки в действующее законодательство о такого рода территориях.

Есть и некоторые другие проблемы, давайте их обсудим, для того чтобы выйти уже на окончательные решения.

Россия. Азия. ДФО > Нефть, газ, уголь. Транспорт > premier.gov.ru, 10 августа 2018 > № 2699227 Дмитрий Медведев


Китай. США > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 9 августа 2018 > № 2702261

Китайским госкомпаниям дано указание увеличить добычу нефти и газа.

Добыча нефти в Китае в первом полугодии 2018 года уменьшилась на 2%.

Председатель КНР Си Цзиньпин предписал китайским госнефтекомпаниям China National Petroleum Corp. (CNPC) и China National Offshore Oil Corp. (CNOOC) нарастить внутреннюю добычу нефти и газа с целью поддержания энергетической безопасности страны. Обе компании подтвердили получение «важных инструкций» от Си Цзиньпина.

CNPC, говорится в сообщении компании, примет «революционные меры» для обеспечения устойчивого роста добычи. «Важные с точки зрения обеспечения энергетической безопасности Китая инструкции, полученные от Си Цзиньпина, задают четкое направление для того, куда должна двигаться компания в плане разведки и добычи газа, а также того, как двигаться к этому», – отмечают в CNPC.

Тем временем, CNOOC заявила о намерении принять «адресные меры» для увеличения добычи нефти и газа, а также их резервов. Компания намерена активно наращивать производство природного газа, а также развивать сеть его продаж. Кроме того, CNOOC планирует активизировать инвестиции в ключевые нефтегазовые проекты и рассчитывает достичь прорыва в сфере глубоководной разведки нефти.

Китай в значительной мере зависит от импорта энергоносителей. Тем не менее власти страны планируют повысить ввозные пошлины на американские нефть и газ в ответ на торговые ограничения, вводимые США в отношении КНР.

Добыча нефти в Китае в первом полугодии 2018 года уменьшилась на 2%. Снижение производства нефти в стране отмечается третий год подряд, сообщает агентство Bloomberg. В прошлом году КНР стала крупнейшим мировым импортером нефти, обогнав США.

Китай. США > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 9 августа 2018 > № 2702261


Казахстан. Китай > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 9 августа 2018 > № 2702254

Казахстан поставит Китаю 5 млрд кубометров газа.

Казахстан рассчитывает на окупаемость газотранспортной системы уже в 2023 году.

Казахстан планирует экспортировать в Китай к октябрю 2018 года 5 млрд кубометров газа, подтвердил глава национальной компании «КазМунайГаз» (КМГ) Сауат Мынбаев. «Газовый экспорт в КНР не только дает значительные доходы группе компаний КМГ, но также покрывает убытки по поставкам газа на внутренний рынок. При нынешних темпах развития крупных газопроводов мы рассчитываем на окупаемость газотранспортной системы не в 2030-м, а уже в 2023 году», – сказал Мынбаев в интервью республиканской газете «Казахстанская правда». По его словам, подобная коррекция планов стала возможной благодаря «напряженной работе всего газового блока КМГ».

«Развитие транспорта газа в сторону КНР шло в то время, когда у КМГ были большие ограничения из-за накопившихся долгов. Газовики сумели выкроить необходимые денежные ресурсы, организовав финансирование из собственных средств. Приведу пример. Компрессорная станция «Караозек» – один из немногих проектов КМГ, который построен по стоимости ниже сметной и собственными силами», – отметил Мынбаев.

Казахстан начал экспортировать газ в Китай в 2017 году. Ожидаемая экспортная выручка – около $1 млрд. В 2019 году планируется увеличить экспорт газа в Китай до 10 млрд кубометров.

Казахстан. Китай > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 9 августа 2018 > № 2702254


Россия. УФО > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 9 августа 2018 > № 2702249

Вторая очередь завода «Ямал СПГ» запущена.

Изначально её планировалось пустить в конце 2018 года.

Вторую очередь завода по сжижению природного газа ввел в эксплуатацию «Ямал СПГ». Изначально её планировалось пустить в конце 2018 года. Отгрузка первой танкерной партии со второй линии прошла 9 августа. Первый СПГ на второй линии, которая работает с проектной производительностью 5,5 млн тонн в год, был получен 21 июля, говорится в сообщении компании. По словам гендиректора «Ямал СПГ» Евгения Кота, «первый СПГ на второй линии был получен за 8,5 суток с момента подачи сырьевого газа, в настоящее время производство ведется в плановом режиме на номинальной мощности, произведено уже более 250 тысяч тонн СПГ».

«Проект, – приводит слова главы «НОВАТЭКа» Леонида Михельсона пресс-служба компании, – реализуется в рамках первоначального бюджета и со значительным опережением сроков ввода производственных линий. Запуск третьей линии очереди также ожидается со значительным опережением графика – это выдающееся достижение в масштабах мировой СПГ-индустрии. Совокупная доля двух линий «Ямала СПГ» уже составляет около 3,5% от мирового объема рынка СПГ, и проект становится значимым на мировой карте СПГ-индустрии. Наша стратегическая цель – к 2030 году производить 55-60 млн тонн СПГ в год».

Первая очередь завода введена в декабре 2017 года, третью предполагается запустить в конце 2018 – начале 2019 года. В конце 2019 года будет пущена еще одна очередь завода на 900 тыс. тонн в год. Всего с проекта уже отгружено 47 танкерных партий, или более 3,5 млн тонн СПГ.

Ресурсной базой «Ямала СПГ» является Южно-Тамбейское месторождение на северо-востоке полуострова Ямал. Акционеры проекта – НОВАТЭК (50,1%), Total (20%), CNPC (20%) и Фонд Шелкового пути (9,9%). Первая очередь завода мощностью 5,5 млн тонн в год была введена в эксплуатацию в декабре 2017 года; по итогам года завод произвел около 0,3 млн тонн СПГ. Запуск второй и третьей очереди такой же мощности намечался на III квартал 2018-го и 2019 год соответственно.

В 2019 году НОВАТЭК также собирается принять окончательное инвестиционное решение по проекту «Арктик СПГ 2»; завод должен строиться на полуострове Гыдан на другом берегу Обской губы. Три очереди общей мощностью 19,8 млн тонн в год планируется последовательно запустить с 2023 по 2025 год.

Основным перспективным рынком сбыта сжиженного газа из российской Арктики считаются страны АТР. В июле первая партия газа «Ямала СПГ» была доставлена в Китай. СПГ-танкеры ледового класса впервые в истории прошли Северным морским путем из арктического порта Сабетта в китайский порт Цзянсу Жудун без ледокольного сопровождения.

Россия. УФО > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 9 августа 2018 > № 2702249


Россия. США. ДФО > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 9 августа 2018 > № 2698744 Константин Симонов

«Геологическое оружие». Зачем «Роснефть» подала в суд на ExxonMobil

Константин Симонов

Генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности

«Роснефть» считает, что нефть из ее части месторождения перетекает к «соседям». С точки зрения геологии такие процессы вполне возможны. И в мировой практике известны случаи споров по таким сюжетам. Но в России аналогичных судов еще никогда не было. Однако «Роснефть» обратилась в суд, хотя и в мировой, и в российской практике такие истории обычно решаются в рамках договоренностей, которые принято называть «понятийными»

«Роснефть» давно уже завоевала репутацию компании, не замечающей препятствий на своем пути. Она может потребовать и собственность, и деньги, а в особо неприятных для оппонентов случаях (как с «Системой») и то, и другое сразу. Так что новое разбирательство если и удивило, то двумя обстоятельствами: креативностью претензий и тем, что «Роснефть» добралась уже и до нерезидентов.

Напомним, что «Роснефть» подала иск на 89 млрд рублей на консорциум «Сахалин-1», сообщил РБК. Компания решила, что консорциум получает нефть из ее месторождения. Дело в том, что месторождение Чайво разделено между «Сахалином-1» и самой «Роснефтью». Последней принадлежит северный купол месторождения, а центральный и южный — консорциуму, состоящему из Exxon Neftegaz (оператор консорциума, 30% акций), индийской ONGC (20%), японской Sodeco (30%). И, что не менее пикантно, дочерних компаний самой «Роснефти» («Сахалинморнефтегаз-шельф» и «РН-Астра» — совокупно 20% акций). Иными словами, «Роснефть» не пожалела и сама себя — получается, что иск направлен против альянса, где пятая часть принадлежит самой «Роснефти». Что, согласитесь, тоже вещь нетривиальная.

Но давайте по порядку. Начнем с сути претензии, а потом уже перейдем на возможные причины этой судебной новации. Итак, «Роснефть» считает, что нефть из ее части месторождения перетекает к «соседям». В принципе с точки зрения геологии такие процессы вполне возможны. И в мировой практике известны случаи споров по таким сюжетам. Но в России аналогичных судов еще никогда не было. Поэтому такие кейсы даже не прописаны в нашем национальном законодательстве.

Геология вообще штука не такая простая, как может показаться. Особенно это касается запасов полезных ископаемых. Оценить их точно весьма затруднительно, поэтому любые оценки нефтяных запасов содержат определенную долю условности. А одно и то же месторождение может менять свои характеристики, в зависимости от новых данных.

Совсем недавно был интересный и очень показательный случай. В июне 2018 года «Лукойл» заявил о бесперспективности Восточно-Таймырского участка в районе Хатангского залива и прекратил там все работы, сообщил «Интерфакс». Компания сообщила, что перспективные запасы нефти там отсутствуют. Пикантность ситуации в том, что рядом, в том же Хатангском заливе, вела работы «Роснефть», которая, наоборот, заявила об открытии масштабных нефтяных запасов — Игорь Сечин даже рассказывал об этом во время визита к Владимиру Путину. Месторождения «Роснефти» и «Лукойла» (как и в случае с Чайво) — части одной геологической структуры. «Роснефть» на этом основании даже требовала не отдавать лицензию «Лукойлу».

Возникла серьезная коллизия: в рамках работы на одной геологической структуре «Роснефть» отчиталась о гигантских запасах, а «Лукойл» — фактически об их полном отсутствии.

Это было очень странно. Но «Роснефть» это никак не стала комментировать, посчитав, что никакой геологической аномалии тут нет. А вот на Сахалине компания вдруг решила, что нефть активно мигрирует. Можно, конечно, сказать, что Сахалин и Таймыр — разные истории. Но все равно подход к геологии оказался принципиально разным. И вопросы это вызывает.

Выходит, геология — наука тонкая. И гибкая. Но почему же «геологическое оружие» было применено сейчас? И почему «Роснефть» обратилась в суд? Хотя и в мировой, и в российской практике такие истории обычно решаются в рамках договоренностей, которые принято называть «понятийными». Да и тут подобных вариантов было немало. Тем более что «Роснефть», как мы уже сказали, является частью СРП-проекта «Сахалин-1» и давно и тесно общается со своими иностранными партнерами. А первую скважину на северной оконечности Чайво она пробурила аж в 2014 году. То есть были и время, и возможности договориться.

Думаю, что главная причина банальна — «Роснефти» очень нужны деньги. Как писал РБК, компания привыкла к особому отношению к себе — и в вопросах налогообложения, и в вопросах тарифной политики. Достаточно вспомнить налоговую льготу по Самотлору — после ее получения другие компании тоже побежали в Минфин за аналогичными льготами для обводненных месторождений, но им было отказано. Но теперь ситуация меняется. Глава Минфина Антон Силуанов (наверняка не забывший самотлорской истории) повышен до первого вице-премьера и наделен особым мандатом на поиск денег для выполнения нового иннаугурационного указа Путина. Нефтяникам это не сулит ничего хорошего — достаточно посмотреть, как быстро Минфину удалось пробить ускорение налогового маневра. На особые условия тут рассчитывать уже не приходится. А кредитная нагрузка «Роснефти» требует поиска дополнительных средств. Вот и приходится применять такие новаторские методы борьбы за денежные знаки.

Кроме того, у месторождения Чайво есть газовая «шапка». «Роснефть» давно хотела бы монетизировать газовые запасы. Можно сделать это разными способами: построить на острове СПГ-завод или направить газ на мощности строящейся «Роснефтью» Восточной нефтехимческой компании. Там масса нюансов, включая коллизию с «Газпромом», который является основным владельцем «Сахалина-2» и не хочет отдавать инфраструктуру проекта в пользование первому Сахалину. Но при этом нужно помнить, что Exxon всегда занимал очень консервативную позицию — на внутренний рынок по текущим ценам отдавать газ компания точно не хотела.

При этом возникает вопрос: не боится ли Сечин пожертвовать своим вроде бы стратегическим партнерством с ExxonMobil? Да в том-то и дело, что никакого стратегического партнерства уже нет. Exxon вышла из всех проектов на российской территории, кроме как раз «Сахалина-1», который давно генерирует компании кэш при минимальных затратах. Основным мотивом были санкции. Но на самом деле для «Роснефти» действительно стратегическими партнерами последние годы были китайцы. А дружба с Exxon была скорее идеей Путина, а не «Роснефти».

Многие, наверное, уже забыли, что главные совместные проекты с Exxon, вроде Карского моря, родились после того, как была заблокирована сделка по покупке «Роснефтью» доли ВР в ТНК-ВР, как ранее сообщалось в РИА Новостях. Именно она предполагала грандиозное сотрудничество, в том числе и участие ВР в добыче в Карском море. Но, что самое главное, планировалось вхождение «Роснефти» в акционерный капитал ВР. Но сделка была разрушена, после чего в качестве партнера и появилась американская компания. И уже никаких своих акций «Роснефти» она не передала. Что немаловажно. Но все равно политическая конъюнктура тогда была совсем другой, и с американцами все же пытались делать общий бизнес. Сомнительно, что сам Сечин видел в этом стратегические перспективы. Было решение президента, и его необходимо выполнять. Теперь же Сечин может со спокойной душой помахать американцам ручкой и вернуться к новым переговорам с Пекином. Без всякого сожаления.

Намерена ли «Роснефть» не только получить с акционеров «Сахалина-1» деньги, но и отнять весь проект? А вот в этом пока я все же сомневаюсь. Весьма показательна позиция Роснедр — в СМИ уже появились утечки из этого ведомства, которые свидетельствуют, что этот орган власти намерен остаться в стороне от конфликта. Конечно, при желании к теме недр можно добавить и другие сюжеты. Например, экологию. Как это было в случае с «Сахалином-2». Правда, тогда ситуация была все же другой: «Газпром» действительно вошел в проект, но при этом он заплатил за контрольный пакет абсолютно рыночную цену. Иностранные партнеры остались весьма довольны — не случайно они до сих пор являются его миноритариями, а Shell реализует с «Газпромом» новые проекты. Нефть тогда стоила дорого, и пакет был продан на пике стоимости. У нерезидентов ничего не отбирали. Но вот «Роснефть» вряд ли будет что-то выкупать, да еще по рыночной цене. В России это не ее стиль.

Не стоит забывать, что в «Сахалине-1» есть не только американцы, но еще и японцы с индусами. А с Индией «Роснефть» весьма активно развивает бизнес. Достаточно вспомнить продажу 23,9% в Ванкорском проекте в 2016 году консорциуму индийских компаний. Или покупку «Роснефтью» с нефтетрейдером Trafigura одного из крупнейших нефтеперерабатывающих комплексов в Индии Essar Oil. Если грубо обойтись с индийской госкомпанией в России — можно быстро получить ответ в Индии. Так что сомнительно, что ссора по «Сахалину-1» приобретет вселенский характер. «Роснефть» больше потеряет от этого. Думаю, что с иностранцев просто решили собрать денежек в непростые годы.

Тут уместно вспомнить другую недавнюю историю с еще одним СРП-проектом — Харьягой. Где 40% принадлежит «Зарубежнефти», 20% — Total, а 30% — Equinor. Половина, как мы видим, у нерезидентов. Правительство вдруг решило изменить форму выплаты роялти для проекта, увеличив отчисления с французов и норвежцев. Причина та же — тотальный поиск денег Минфином на выполнение инаугурационного указа Путина. Минфин собирает налоги со всех, включая и нерезидентов.

Если государству можно, то почему нельзя сделать что-то подобное государственной компании? Скорее всего именно такой и была логика «Роснефти» в этой истории.

Россия. США. ДФО > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 9 августа 2018 > № 2698744 Константин Симонов


США. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 7 августа 2018 > № 2702475 Кайл Дэвис

Кайл Дэвис: Санкции против Северного Потока – часть игры «большой политики».

Вопрос о возможности применения санкций против проекта «Северный поток – 2» является частью игры «большой политики» – и большого бизнеса – на самом высоком уровне

Внесенный в Конгресс США законопроект по противодействию новому магистральному газопроводу в Европу эксперты расценивают как противостояние между США и ЕС. Подавляющее большинство российских аналитиков убеждены, что эту стройку века уже не остановить. На фоне того, что до 40% газа, потребляемого Европой, поставляется из России, экономическая составляющая проекта «Северный поток – 2» ни у кого не вызывает сомнений.

Своим видением сложившейся ситуации и возможных последствий введения санкций поделился Кайл Дэвис, советник юридической фирмы Capital Legal Services, американский эксперт в области международного права.

«НиК»: Насколько санкции имеют правовое основание?

– Санкции США против определенных иностранных (с точки зрения США) организаций, физических и юридических лиц – явление, которое, как часто отмечают российские чиновники, не основано на строгом толковании международного права.

В то же время в соответствии с Конституцией США внешняя политика (в том числе торговая политика и тарифы), военная доктрина, миграционная политика и другие вопросы, касающиеся иностранцев, находящихся за пределами США, относятся к сфере полномочий президента США. Исключениями из этого общего правила являются ситуации, где федеральные законы, принятые Конгрессом США, или международные договоры, ратифицированные Сенатом США, устанавливают какие-то императивные нормы в этой сфере.

По Конституции США только для заключения международного договора или вступления в полноценную войну президент США обязан обратиться к Конгрессу за одобрением. Однако эти ограничения часто игнорируются. Например, это демонстрирует история с иранским ядерным договором, который администрация Барака Обамы заключила в порядке межправительственного договора, а также истории с большим количеством вооруженных конфликтов, в которых США участвовали без разрешения Конгресса.

Но с другой стороны, санкции США к неамериканским лицам могут лишить их прав владения, распоряжения и пользования (но с формальной точки зрения не права собственности) активами, находящимися в США или под их контролем. Им также может быть отказано во въезде в США (для физических лиц) или в возможности ведения любой экономической деятельности с гражданами и компаниями США, они могут быть исключены из долларовой банковской системы. Эти меры напрямую применяются только к территории США, к американским физическим и юридическим лицам и тем организациям, в первую очередь финансовым учреждениям, которые добровольно соблюдают некоторые аспекты американского регулирования как условие доступа к долларовой системе или американскому рынку.

«НиК»: Получается, что санкции США наиболее болезненны для международных компаний?

– Да, и прежде всего из-за глубокого проникновения США и доллара в мировую экономику. Плюс свою не менее важную роль играет повседневное внедрение технологий, услуг и продукции США на мировом рынке.

«НиК»: Какова роль политической подоплеки планируемых санкций?

– Она, безусловно, имеет место быть.

Напомню, 2 августа 2017 года 45-й президент США Дональд Трамп подписал федеральный закон Countering America's Adversaries Through Sanctions Act («О противодействии противникам Америки посредством санкций», CAATSA).

Раздел 232 CAATSA прямо предусматривает возможность (но не обязательство) применения президентом США экономических санкций против лиц, которые участвуют (в том числе посредством поставки товаров, работ и услуг) в строительстве, расширении или модернизации трубопроводов для экспорта российских углеводородов через международную границу в любое направление из России.

В то же время раздел 257 CAATSA гласит, что США намерены «работать с государствами – членами Европейского Союза (ЕС) и европейскими институтами для продвижения энергетической безопасности путем развития диверсифицированных, либерализированных энергетических рынков, в которых присутствуют различные источники, поставщики и маршруты транспортировки энергии».

Таким образом, власти США пытались сгладить опасения европейских союзников, многие из которых зависят от поставок газа и нефти из России, заверив их, что США не намерены принимать односторонние действия против поставок российских углеводородов в Европу. Следовательно, до недавнего времени вопрос о возможном применении санкций против трубопровода «Северный поток – 2», особенно в отношении его европейских инвесторов и подрядчиков, ушел на второй план, а спонсоры проекта смело продолжали процесс получения необходимых разрешений, организации финансирования и подготовки к активной фазе строительства.

Однако в I полугодии 2018 года возникли серьезные разногласия между США и ЕС. Речь идет о финансировании военных расходов НАТО, торговых тарифах, балансе международных расчетов, миграционной политике, о политике в части Украины, России и Сирии.

Эти разногласия привели к тому, что на саммите НАТО в июле 2018 года президент Трамп публично упрекнул ЕС, в частности Германию, в том, что, находясь под «зонтом безопасности» военной мощи США, немецкие власти заключают многомиллиардные сделки с Россией о новых поставках газа. Американский лидер буквально заявил: «Так что мы должны вас [европейцев] защищать от России, но они [немцы] платят миллиарды долларов России, и я думаю, это очень неуместно». При этом Трамп уточнил, что речь идет именно о проекте «Северный поток – 2».

Позже Трамп пояснил, в том числе в своем микроблоге в Twitter, что государства – члены НАТО должны постараться покупать газ в виде сжиженного природного газа (СПГ) из США, а не газ по трубопроводу из России.

Далее, уже 26 июля 2018 года, по результатам визита в США президента Европейской комиссии Жан-Клода Юнкера, Юнкер и Трамп объявили, что достигнуты договоренности о строительстве на территории ЕС новых импортных терминалов для принятия (по словам Трампа) «в массовых количествах» СПГ из США. Так что вопрос о возможности применения санкций против проекта «Северный поток – 2» является частью игры «большой политики» – и большого бизнеса – на самом высоком уровне.

И, конечно, 18 июля Сенатор Джон Баррассо, республиканец из штата Вайоминг, внес на рассмотрение Конгресса законопроект об обязательном применении санкций к участникам «Северного потока – 2». Этот законопроект имеет исключительно показательный характер и не имеет ни малейшего шанса на принятие. Но тем не менее указывает на политическую накаленность этого вопроса в США – ведь до недавнего времени члены Конгресса не заостряли свое внимание на том, откуда Европа берет газ. Примечательно, что, по официальным данным, 16 из самых больших месторождений газа в США находятся в штате Вайоминг, в том числе найденное минувшей зимой месторождение, способное (по оценкам открывшей его компании) производить более 14 млн м3 в день.

Дополнительно 2 августа шесть сенаторов США, в том числе Линдси Грэм и Джон Маккейн, известные «ястребы» в отношении России, внесли другой законопроект о санкциях против России на рассмотрение Конгресса. Он направлен и против участников нефтегазовых проектов, если в проекте есть доли российских госпомпаниях. Текст законопроекта пока не опубликован. Шансы этого законопроекта считаются более высокими, чем у законопроекта сенатора Баррассо. Тем не менее его принятие далеко не гарантировано, так как он должен быть одобрен Палатой представителей, контролируемой республиканцами, в основном лояльными президенту Трампу, который все еще держит курс на улучшение отношений с Россией. Если Палата представителей перейдет под контроль демократов по результатам выборов в ноябре (все члены Палаты представителей избираются каждые два года, в отличие от Сената, где только треть палаты избирается каждые два года), то шансы принятия значительно повысятся. Если же Трамп его не подпишет, то несмотря на вето президента США закон может быть принят, если две трети членов обеих Палат его одобрят. Таких случаев было чуть больше сотни за весь 231 год существования Конституции США.

«НиК»: Эта игра реально нацелена на защиту интересов США?

– Вполне возможно, что угрозы Трампа были своего рода блефом, чтобы создать условия для наращивания экспорта СПГ на рынок Европы, где Россия давно пользуется преимуществом. Став самым большим производителем газа в мире, США испытывают острую необходимость в открытии новых рынков экспорта СПГ, тем более что единственные соседи США, Канада и Мексика, также являются экспортерами углеводородов и цены на газ в США находятся на критически низком уровне из-за переизбытка производства.

Что касается проекта «Северный поток – 2», то со стороны Трампа жребий брошен и теперь вопрос в том, будет ли он мешать проекту санкциями.

Трамп, наверное, предпочел бы создать такую атмосферу политической накаленности, в которой европейские спонсоры проекта или власти Германии и ЕС сами положат конец проекту без внедрения новых санкций со стороны США.

Было бы странно, если бы Трамп давал проекту спокойно развиваться после громких высказываний вокруг саммита НАТО. Однако от Трампа можно ожидать чего угодно.

«НиК»: Каковы последствия возможных санкций?

– Если (и это большое если) есть политическая воля на их применение и на неизбежно вытекающее из этого обострение конфликта между США и Германией, то существующий арсенал американских санкций объективно достаточен для того, чтобы остановить проект «Северный проект – 2» посредством исключения из него европейских участников. Но так как побочные эффекты самых жестких вариантов американских санкций очень серьезны, это большой вопрос, есть ли политическая воля на их применение.

Например, президент США (или Госдепартамент, или Казначейство США по своей инициативе) может включить юридические или физические лица, связанные с проектом, в список Specially Designated Nationals («Специально обозначенные иностранные лица», SDN). Включение в список SDN означает заморозку всех активов в США и запрет, применимый к долларовой международной банковской системе и ко всем физическим и юридическим лицам США, на ведение любых дел с такой компанией. Для западных спонсоров проекта «Северный проект – 2» – ENGIE, OMV, Shell, Uniper и Wintershall – быть включенным в список SDN означало бы фактический конец их существования.

Но важно отметить, что такую большую и важную компанию, как Shell, США никогда не включат в список SDN – это имело бы огромные последствия для западных стран, в том числе для американского нефтяного бизнеса. Можно смело утверждать, что Трамп не рискнет это сделать.

Побочные эффекты, связанные с включением большой (даже не западной) компании в список SDN, можно увидеть на примере компании «Русал». Колебания на международном рынке алюминия, вызванные включением «Русала» в список SDN 27 апреля 2018 года, были такими масштабными, что европейские и даже американские алюминиевые компании и трейдеры обратились к властям США с просьбой снять санкции с «Русала». По некоторым сведениям, администрация Трампа уже готовится это сделать.

Если США ограничатся включением в список SDN проектной компании Nord Stream AG, зарегистрированной в Швейцарии, то это может потребовать достаточно серьезных изменений в договорной и организационной структуре проекта. Но так как никто из спонсоров проекта не является американским лицом, проект может, наверное, развиваться и дальше, если его спонсоры готовы рискнуть вызвать гнев Трампа и других американских политиков.

Еще один инструмент американских санкций – так называемые секторальные санкции. Они направлены на создание ограничений в сфере инвестирования, деловых партнерств (совместных предприятий), международного сотрудничества и долгового финансирования. Эти санкции в настоящее время применяются к таким большим российским компаниям, как «Газпром», «Сбербанк», «Роснефть», НОВАТЭК и ЛУКОЙЛ.

Как мы все знаем, каждая из этих компаний продолжается существовать и развиваться, в том числе посредством осуществления больших международных проектов.

Аналогично применение секторальных санкций к участникам проекта «Северный поток – 2» могло бы потребовать внесения изменений в концепцию проекта, но при достаточности силы воли его участников реализация проекта может вестись и дальше.

«НиК»: Какие варианты развития событий?

– В любом случае источник интриг вокруг «Северного потока – 2» в меньшей мере касается российско-американских или даже российско-европейских отношений. В большей степени эта история относится к состязанию воли между Европой и Америкой, связанному с накопленными претензиями внутри Западного альянса, а также к политике Трампа, направленной на превращение США в крупного экспортера углеводородов (это касается и нефти, и газа).

С точки зрения американского законодательства и инструментария американских экономических санкций президент Трамп мог бы приостановить участие западных партнеров «Газпрома» в проекте «Северный поток – 2», но одновременно с этим США потерпели бы огромные геополитические и экономические потери и Трамп попал бы под сильное давление как со стороны своих союзников в Европе, так и международных и американских бизнес-лобби в нефтегазовой (и не только!) отрасли.

Намного более вероятным выглядит вариант, при котором Трамп, используя «пряник» и «кнут» во взаимоотношениях с властями Европейского союза и Федеративной Республики Германия, попытается заставить европейские власти отказаться от проекта и/или запретить его европейским участникам дальше работать по проекту.

Учитывая недавнее развитие событий с договоренностями о строительстве терминалов для импорта американского СПГ в Европу, цель Трампа может даже ограничиться просто созданием задержек в графике реализации проекта «Северный поток – 2». Это необходимо для того, чтобы дать время развитию импортной инфраструктуры СПГ, чтобы лишить «Северный поток – 2» экономической обоснованности.

«НиК»: Как вся эта история отразится на России?

– Для России налицо негативная сторона появления агрессивного и геополитически влиятельного конкурента на газовом рынке Центральной и Восточной Европы, где РФ доминирует десятилетиями. В то же время есть и положительные аспекты: это может дать новый импульс для дальнейшей активизации затянувшегося национального проекта по глубокой переработке сырья и повышению добавленной стоимости экспортной продукции.

В целом развитие технологий в сферах электрического транспорта, возобновляемых источников энергии и батарей вкупе с возрастающим в Европе чувством ответственности за состояние окружающей среды на фоне всемирного потепления указывает на то, что долгосрочные инвестиции в европейский рынок сопровождаются новыми структурными рисками, не связанными с конкуренцией или геополитикой. Безусловно, высшее руководство России и «Газпрома» будет учитывать и эти факторы при разработке ответа на новый вызов из Нового Света.

Беседовала Мария Ромашкина

США. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 7 августа 2018 > № 2702475 Кайл Дэвис


Катар. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 2 августа 2018 > № 2704809 Данила Бочкарев

Антимонопольные расследования ЕК: цель — смарт-контракт для рынка Европы?

Результат антимонопольного расследования в отношении Qatar Petroleum окончательно оформит новые «правила игры» на европейском газовом рынке.

21 июня 2018 года Еврокомиссия объявила о начале антимонопольного расследования по поставкам газа в Европу Qatar Petroleum. Катарская энергетическая компания является крупнейшим экспортером сниженного природного газа (СПГ) в Европейский Союз – на долю Qatar Petroleum приходится более 40% всего европейского импорта СПГ. Расследование касается предполагаемых препятствий для свободного потока природного газа внутри Европейского Союза в нарушение европейских норм по конкуренции. В частности, клиенты Qatar Petroleum в странах Евросоюза не всегда могут беспрепятственно перепродавать катарский СПГ другим покупателям внутри Евросоюза и Европейского экономического пространства.

Исходя из результата аналогичных расследований в отношении алжирской «Сонатрак» (2002-2007 гг.) и российского «Газпрома» (2011-2018 гг.), можно предположить, что расследование Генерального директората по конкуренции завершится скорее наложением обязательств об отмене конечного пункта назначения, чем взысканием штрафа с катарской компании. Международная юридическая фирма Akin Gump Strauss Hauer & Feld LLP считает, что компромисс может быть достигнут уже через полтора года, но при определенных обстоятельствах может затянуться и на три года.

Как представляется, результат антимонопольного расследования в отношении Qatar Petroleum окончательно «оформит» новые «правила игры» на европейском рынке и будет актуален для всех поставщиков энергоресурсов.

Сейчас мы наблюдаем своеобразное тестирование новых регуляторных норм и адаптацию к ним существующих контрактных отношений между поставщиками и потребителями энергоресурсов. Как представляется, при отсутствии политически мотивированного вмешательства со стороны исполнительных и законодательных властей Евросоюза новые правила позволят практически автоматизировать транзакции на энергетическом рынке, по крайней мере на стратегическом уровне, в рамках своеобразного смарт-контракта, в котором роль технологии блокчейн отводится своду правил и норм ЕС, регулирующих энергетические рынки Евросоюза (acquis communautaire).

Что такое смарт-контракты и как они применимы к данной ситуации?

Смарт-контракт (или «умный контракт») — алгоритм, предназначенный для заключения и выполнения (коммерческих) договоров. По технологии блокчейн исполнение договора происходит автоматически, как только система посчитает пункты контракта выполненными. В таком случае европейский энергетический блокчейн состоит из «аппаратных средств»/hardware (энергетической инфраструктуры) и программного обеспечения/software (регулирующих норм). Таким образом, энергетический рынок Евросоюза – как сочетание «программного обеспечения» и «аппаратных средств» — выполняет функцию блокчейна и обеспечивает выполнение своих обязательств поставщиками и потребителями энергоресурсов.

Исход «катарского дела» можно предугадать, изучая результаты расследования Еврокомиссии в отношение ПАО «Газпром», краткий анализ которого представлен в материале Международного дискуссионного клуба «Валдай» «Газпром принял европейские правила игры. Что это значит для энергетической безопасности ЕС?» (07.06.2018).

Месяцем ранее Генеральный директорат по конкуренции завершил длившееся семь лет антимонопольное расследование деятельности российской газовой компании на европейском рынке.

Газпром обвинялся, в частности, в нарушении правил ведения бизнеса на энергорынке Евросоюза и ограничении конкуренции на газовых рынках некоторых стран — членов Европейского Союза. Еврокомиссия обычно не стесняется налагать штрафы на ведущие мировые компании за нарушение антимонопольного законодательства Европейского Союза, а зачастую и просто игнорирует обращения лоббистов о смягчении или отмене штрафов.

Многие аналитики и комментаторы ожидали, что следующим в этом списке станет «Газпром».

Но вместо штрафа антимонопольный орган ЕС постановил наложить на «Газпром» «ряд конкретных (правовых) обязательств, существенно меняющих характер деятельности «Газпрома» на газовых рынках в Центральной и Восточной Европе».

В случае их игнорирования комиссия оставляет за собой право «наложения штрафа в размере до 10% совокупного годового оборота компании» ($9-10 млрд). Кроме того, «Газпром» де-факто принимает на себя правовые обязательства по завершению создания единого газового рынка на территории ЕС и поддержанию его функционирования в странах Центральной и Восточной Европы.

Сделка базируется на трех положениях, имеющих принципиальное значение для газового рынка ЕС.

За поставки природного газа в Центральную и Восточную Европу (ЦВЕ) «Газпром» обязуется назначать конкурентную цену, сопоставимую с ценами на природный газ в Западной Европе, что должно обеспечить «виртуальную связь» ЦВЕ с западными рынками. Даже в случае полного прекращения поставок газа в Центральную и Восточную Европу из западной части ЕС, страны ЦВЕ будут по-прежнему иметь возможность получать природный газ по ценам западноевропейских хабов, таких как TTF в Нидерландах. До заключения данного соглашения цены на трубопроводный газ, поставляемый «Газпромом» в ЦВЕ, были, как правило, привязаны к корзине нефти/нефтепродуктов, что означало повышение цен на газ для потребителей в Центральной и Восточной Европе в случае повышения цен на нефть. Принятие «Газпромом» условий Еврокомиссии означает, что потребители в восточной части Евросоюза смогут получать природный газ по доступным ценам, сравнимым с ценовыми бенчмарками на газовых хабах в Западной Европе.

«Газпром» обязуется отменить положение о конечном пункте назначения, что позволяет его клиентам перепродавать газ как внутри своей страны, так и за рубеж, тем самым способствуя ликвидности европейского газового рынка и выравниванию цен на природный газ в разных странах ЕС.

И последнее. «Газпром» должен предпринять «активные шаги по интеграции газовых рынков в Центральной и Восточной Европе». Новая энергетическая инфраструктура в ЦВЕ, созданная преимущественно на деньги ЕС, повысила взаимосвязанность «старых» и «новых» государств-членов. Перемычки между газопроводами и возможности реверсных поставок позволили изменить традиционные направления поставок газа в Центральной Европе с востока на запад. Как следствие — Чехия, Венгрия, Польша и Словакия почти полностью интегрированы в единый европейский газовый рынок. Интеграция же газопроводных сетей Болгарии, Эстонии, Латвии, Литвы и соседних государств – членов ЕС ещё не завершена. По плану комиссии именно «Газпром» должен содействовать взаимосвязанности рынков этих частично изолированных стран, не создавая новую инфраструктуру, а предоставляя своим покупателям право перекачивать купленный газ в другие страны. Такую возможность получат владельцы контрактов на поставки газа в ЦВЕ, и в дальнейшем она будет применяться ко всем договорам, заключенным на срок более 18 месяцев. На практике это означает, что компании, закупавшие газ «с целью его доставки в Венгрию, Польшу или Словакию, могут требовать от «Газпрома» поставлять его вместо этого полностью или частично в Болгарию и прибалтийские государства (и наоборот)». Так европейские энергетические компании смогут напрямую конкурировать с «Газпромом» на территории ЕС. Кроме того, «Газпром» – совместно с Фондом соединения Европы (CEF) – будет способствовать интеграции и ликвидности европейских газовых рынков, а также снижению цен на энергоносители для европейских потребителей.

Таким образом, если Еврокомиссия и Qatar Petroleum придут к аналогичному соглашению, европейский энергетический смарт-контракт станет реальностью.

Играть по правилам становится выгодно – обязательства сторон исполняются практически в автоматическом режиме. Альтернативы здесь попросту нет. Нарушение норм поставщиками энергоресурсов из третьих стран, как и злоупотребление своим положением на рынке, автоматически приводит к штрафам и потере своей доли на рынке в пользу конкурентов.

Данила Бочкарев, Senior Fellow, EastWest Institute (Brussels)

Точка зрения автора может не совпадать с мнением его организации.

Катар. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 2 августа 2018 > № 2704809 Данила Бочкарев


США. Португалия. Великобритания. Весь мир. СЗФО > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > oilcapital.ru, 1 августа 2018 > № 2690866

Россия выиграла у США и Португалии право проведения Всемирного энергетического конгресса.

Конгресс проходит с 1924 года и объединяет более 90 стран.

Россия получила право на проведение 25-го – юбилейного – Всемирного энергетического конгресса – 2022, который пройдет в Санкт-Петербурге с 11 по 15 июня 2022 года, сообщил организатор форума – Мировой энергетический совет (МИРЭС). Заявки на право проведения конгресса подавали также Национальные комитеты США и Португалии, однако безуспешно. Глава Минэнерго Александр Новак поблагодарил организаторов форума за выбор в пользу России и подчеркнул важность «неполитического диалога в таком важном секторе, как энергетика».

Конгресс проходит раз в три года с 1924 года и объединяет более 90 стран. Постоянным местом расположения центрального офиса МИРЭС является Лондон. В ноябре 2016 года председателем РНК МИРЭС был избран министр энергетики России Александр Новак.

Предыдущий конгресс прошел в Стамбуле в 2016 году, следующий состоится в Абу-Даби в 2019 году. В форуме принимают участие лидеры нефтегазовой индустрии мира, министры стран-производителей, эксперты и представители медиа. Всего форум собирает более 4 тыс. участников.

Конгресс МИРЭС обрел свое современное название в 1968 году на Мировой энергетической конференции в Москве. «С момента памятной конференции в Москве прошло уже больше 50 лет. За это время изменилась география мировой энергетики, произошли подвижки в топливном балансе, отрасли энергетики столкнулись с новыми экономическими и технологическими вызовами. Изменилась и Россия: сегодня у нас другая экономика, другие цели и задачи энергетической политики. Но и сегодня, как и 50 лет назад, наша страна является одним из лидеров мировой энергетики, обеспечивает энергоресурсами миллионы людей на всех континентах, активно участвует в разработке современных энергетических технологий, организует и успешно проводит дискуссионные площадки по вопросам энергетики в рамках международных форумов», – приводятся слова Новака в пресс-релизе Минэнерго.

США. Португалия. Великобритания. Весь мир. СЗФО > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > oilcapital.ru, 1 августа 2018 > № 2690866


Россия. США > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 31 июля 2018 > № 2699284 Станислав Митрахович

Кровожадная элита. Чем обернутся новые санкции США для российской энергетики

Станислав Митрахович

Ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности и Финансового университета при правительстве РФ

После саммита Путина и Трампа американские сенаторы и конгрессмены оказались столь «воодушевлены», что анонсировали целый комплекс новых санкций в отношении России. Новые меры действительно возможны, но на деле для них уже есть политико-правовая инфраструктура, можно обойтись и без новых законов. Чего ждать энергетическому сектору России от возможной новой волны американских санкций?

После саммита Путина и Трампа американские сенаторы и конгрессмены оказались столь «воодушевлены», что стали анонсировать целый комплекс новых санкций в отношении России, ее ТЭК и энергетических проектов с российским участием в частности. Новые меры действительно возможны, но на деле для них уже есть политико-правовая инфраструктура, без новых законов можно и обойтись.

Политический мейнстрим и значительная часть истеблишмента США настолько жестко накинулись на Трампа за его попытки хотя бы начать договариваться с Путиным, что американский президент не выдержал и пошел на попятную. Сначала он признал, что оговорился в ходе пресс-конференции с российским лидером, отвечая на вопрос о вере в российское вмешательство в американские выборы. Потом и вовсе отменил ранее анонсированную на осень очередную встречу с Путиным.

Видя, что Трампа все-таки можно заставить поменять позицию, его оппоненты стали «фонтанировать идеями». Спикер палаты представителей Конгресса республиканец Пол Райан после заявлений Трампа об оговорке заявил, что «будет более чем счастлив рассмотреть вопрос о новых санкциях против России». Второй по старшинству республиканец в Сенате Джон Корнин также призвал к новым санкциям.

А сенатор-республиканец Джон Баррассо оперативно представил законопроект под звучным названием «О прекращении российской энергетической агрессии». В нем есть целый набор мер, включая персональные санкции против лиц, осуществляющих инвестиции в российские проекты по экспорту энергоносителей, предоставляющих гарантии для займов на эти цели, а также осуществляющих поставку товаров и услуг для этих проектов.

Строго говоря, под эти формулировки можно подвести практически любого контрагента из числа иностранных компаний, сотрудничающих с российским ТЭК. Не то что крупных кредиторов «Северного потока — 2», но и, например, даже относительно небольшой финский бизнес, который недавно получил заказы на укладку на дно каменной подушки для труб газопровода, подъем старых боеприпасов, защиту подводных кабелей и т. п. Или норвежский бизнес в лице компании Kværner, которая будет строить для «Северного потока — 2» наземные сооружения в районе Выборга.

Сложнее назвать тех, кто точно чувствовал бы себя в безопасности от возможного последовательного применения норм указанного законопроекта. Кстати, в нем есть и еще одна особенно «плодотворная» идея: настоятельно предложить или, еще лучше, обязать членов НАТО закупать американский газ просто в силу членства стран в военном альянсе. Забавно, что сам Трамп тоже требовал от НАТО в лице его генсека Йенса Столтенберга, говоря о «Северном потоке — 2», «что-то с этим сделать».

То есть бить по «Северному потоку — 2» Трамп предлагал бюрократу непосредственно той международной структуры, к которой он испытывает откровенный скепсис и которая от политики самого Трампа становится менее дееспособной. Но до требования к членам НАТО в принудительном порядке закупать американский газ (что отвергает базовые принципы свободного рынка и капитализма) не дошел даже «экстравагантный» Трамп. Теперь же это требование выдвигают те политические силы США, которые рисуют себя ответственными и серьезными игроками и противопоставляют себя сумасбродному президенту.

Еще один «всеобъемлющий документ о санкциях» — закон «О защите Америки от вмешательства России» — готовят сенатор от Республиканской партии Линдси Грэм и его коллега-демократ Боб Менендес (любимым выражением которого, как стало ясно после недавней встречи сенаторов с госсекретарем США Майком Помпео, является фраза «Нужно больше санкций»). В этот пока еще законопроект вписана среди прочего необходимость «требовать отчетности о действиях России по подрыву европейской энергетической независимости».

Упомянутое требование будет, однако, обращено не к кому иному, как к администрации Трампа. А как бы того ни хотели конгрессмены и вообще политический мейнстрим США, именно исполнительная власть реализует все санкционные меры на практике, а вовсе не Конгресс. Последний создает лишь институциональную рамку для действий исполнительной власти, но не может ее подменить.

Стоить помнить, что у администрации уже год как есть инструментарий для введения санкций против России и ее партнеров в энергетике: Трамп подписал соответствующий закон (CAATSA) еще летом 2017 года. Требование ужесточить меры в соответствии с CAATSA, что предусматривается упомянутыми выше законопроектами о новых санкциях, на самом деле просто излишне. Ведь все равно только исполнительная власть решает, оправдано введение санкций против конкретной компании или нет.

Формально CAATSA подразумевает еще и консультации с Европой по антироссийским санкциям. Трамп всегда может сказать своим внутренним оппонентам, что он не вводит в действие меры по CAATSA просто потому, что по итогам консультаций с Европой не считает соответствующей интересам США излишнюю конфронтацию с Евросоюзом, которая неизбежна, если начать тотально бить по всем европейским партнерам того же «Газпрома». И никакие новые законопроекты из числа упомянутых выше этот расклад не изменят.

Показательно, что по мере ужесточения законодательства о санкциях уровень долженствования (по вводу в силу санкций) применительно к президенту США повышался. Сейчас это уровень модального глагола shall, но не более того. Shall обозначает меньший уровень долженствования, чем must (президент «должен», но не «обязан»). Есть еще в тексте CAATSA mandatory imposition, это сильнее по смыслу, чем shall, но все еще не must. Поэтому за год реальных санкций против тех же партнеров «Газпрома» по «Северному потоку — 2» американцы так и не ввели. И если Трамп резко не изменит свою позицию или не покинет досрочно Белый дом, то серьезного отличия нового года в этом аспекте от предыдущего не будет.

Если же политический мейнстрим все же победит президента, то тогда уже будут реальны и меры против партнеров «Северного потока — 2», и расширение SDN-списка на «Газпром» (тогда американским компаниям вообще нельзя будет иметь с ним дело). Но пока это маловероятно, поскольку тогда внутриамериканским оппонентам Трампа, рисующим себя сейчас в качестве «друзей Евросоюза в противовес изоляционисту и протекционисту Трампу», придется брать на себя ответственность за обвал отношений с Европой, не желающей кардинально рвать с Россией.

Россия. США > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 31 июля 2018 > № 2699284 Станислав Митрахович


Россия > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > oilcapital.ru, 31 июля 2018 > № 2689722 Анатолий Голомолзин

Анатолий Голомолзин: От плавающих акцизов выиграют и нефтяники, и экономика.

От акцизов, привязанных к рыночной конъюнктуре, выиграют все нефтяники и экономика в целом.

В июле Госдума рассмотрела и приняла в трех чтениях с короткими временными промежутками законопроект о завершении налогового маневра в нефтяной отрасли, который в числе прочих мер предусматривает введение гибкой системы пошлин на нефть и акцизов на нефтепродукты. Но, судя по всему, дискуссии по проблеме завершения налогового маневра еще не закрыты.

Так, глава Комитета ГД по энергетике Павел Завальный заявил, что у депутатов еще немало вопросов. «В весеннюю сессию были приняты поправки в налоговое законодательство, призванные стабилизировать ситуацию, но насколько они эффективны, насколько они будут способствовать рыночному ценообразованию на топливном рынке в действующей системе налогообложения?» – отметил он, добавив о планах обсудить с игроками рынка в октябре на парламентских слушаниях, что еще предпринять, «чтобы цены не росли выше инфляции».

В разгар рассмотрения поправок Госдумой заместитель руководителя ФАС России Анатолий Голомолзин в интервью «НиК» рассказал о сути гибких акцизов на нефтепродукты.

«НиК»: Анатолий Николаевич, именно ФАС принадлежит инициатива введения гибкого («плавающего») акциза на нефтепродукты. Пожалуй, это самый обсуждаемый аспект завершающего этапа налогового маневра. Чем вызвана его необходимость?

– Суть проблемы состоит в том, что топливные акцизы у нас не меняются гибко, в зависимости от конъюнктуры нефтяного рынка. Это создает сложности, аналогичные тем, которые были, например, в мае этого года. Когда уровень акциза – при сложившемся на тот момент уровне мировых цен – приводил к существенному увеличению цен на внутреннем рынке. Вследствие чего было принято решение по снижению акцизов с 1 июня. А с 1 июля 2018 года было принято решение отказаться от планировавшегося очередного повышения акцизов.

Мы говорили и продолжаем настаивать на том, что механизм установления акцизов не может быть спонтанным, он должен быть встроен в налоговую систему. И этот механизм должен быть аналогичным механизмам изменения НДПИ и пошлин, которые привязаны к конъюнктуре внешнего рынка. Только акциз на нефтепродукты не зависит от изменения мировых цен на нефть. Поэтому и обсуждался вопрос, каким образом внедрить этот инструмент в законопроект о завершении налогового маневра.

«НиК»: Каким будет механизм применения акциза?

– Механизм такой: если, например, уровень мировых цен высокий и их эквивалент по нетбэку внутреннего рынка тоже высокий, то это означает, что акциз должен снижаться. Низкие цены – акциз может повышаться. Например, тот акциз, который действовал и должен был применяться с 1 июля 2018 года, был принят в условиях, когда это соответствовало параметрам примерно $50 за баррель. Соответственно, когда нефть стоит $75, то акциз должен быть существенным образом снижен.

Проблема мая 2018 года вообще не возникла бы, если наше много лет обсуждаемое предложение по гибкому акцизу уже было бы внедрено. В этом и состоит механизм гибкого акциза – в необходимости изменения его ставки в зависимости от конъюнктуры.

Механизм будет работать точно так же, как сейчас отслеживается конъюнктура в рамках действующего налогового кодекса, без участия, кстати, ФАС России. В этом смысле ничего не меняется. Те же самые параметры, только применительно еще к акцизу на нефтепродукты. Точно так же сейчас проводится мониторинг по данным информационно-аналитических агентств, с их учетом публикуются окончательные ставки по налогам.

Впрочем, в ближайшем будущем мы надеемся, что на смену котировкам мировых информационных агентств придут биржевые котировки экспортных контрактов на российскую нефть. Работа по их формированию ведется в рамках поручения президентской комиссии по ТЭК, это мероприятие закреплено как одно из основных направлений конкурентной политики, утвержденных указом президента РФ в конце прошлого года.

«НиК»: То есть правительство просто должно получить право менять ставку акцизов достаточно часто, по мере изменения цены на нефть?

– В настоящее время НДПИ и экспортные пошлины меняются раз в месяц. Акциз меняется, как правило, раз в год (иногда раз в полугодие). А нужно, чтобы он так же, как НДПИ и пошлина, менялся раз в месяц в привязке и с учетом конъюнктуры рынка.

Механизм гибкости налогообложения (установления пошлин) должен быть аналогичным по отношению к каждому из этих платежей. В рамках налогового маневра поэтапно снижали таможенные пошлины, соответственно, НДПИ возрастал, акциз также должен был снижаться, но вместо этого возрос. Учитывая, что доля акциза в настоящее время составляет уже примерно 30% в общей налоговой нагрузке, то, конечно, у этого налога должна быть точно такая же регуляторная функция, как и у двух других платежей.

Раньше доля акциза в налоговой нагрузке находилась на уровне 10%, а основные объемы доходов в бюджет поступали от экспортных пошлин и НДПИ. Сейчас на долю акциза приходится 30%. Это означает, что акциз стал существенным фактором влияния на цену нефтепродуктов. И если раньше акцизный платеж мог и не быть гибким – потому что он был менее значимым по сравнению с экспортными пошлинами, – то в ситуации снижения пошлин и роста акцизов последние становятся все более значимыми, а их влияние на уровень и динамику цен становится решающим. Что и подтвердила ситуация в мае этого года.

Если налоги и другие обязательные платежи на волатильных рынках нефти и нефтепродуктов не меняются в соответствии с адекватными гибкими механизмами, это создает проблемы для внутреннего рынка. Именно поэтому необходимо, чтобы основные налоги и другие обязательные платежи менялись в увязке с конъюнктурой рынка.

«НиК»: Помимо динамики цен, какие другие факторы будут учитываться при пересмотре ставки акцизов?

– Кроме цен, большое влияние на наш внутренний рынок оказывает курс рубля. Например, ситуация двухлетней давности: курс рубля менялся в динамике, противоположной динамике цен на нефть. Сейчас курс рубля «отвязался» от этой динамики и гораздо меньше зависит от конъюнктуры нефтяных цен. И если раньше решению таких задач, как гибкость налогообложения и защита внутреннего рынка, способствовал плавающий курс рубля, то сегодня этого нет. Поэтому значение гибких акцизов и любых других налоговых механизмов возрастает.

Таким образом, главными с точки зрения регулирования налоговой нагрузки стоит считать именно эти два фактора: конъюнктуру цен на нефть и динамику курса рубля. Их влияние на уровень и динамику цен внутреннего рынка было и будет оставаться наиболее существенным.

Также акцизы могут устанавливаться дифференцированно, стимулируя выпуск той или иной продукции. Так, понижение ставки акцизов на топливо высокого класса экологичности и увеличение ставки акциза на топливо низкого класса экологичности способствовали проведению модернизации НПЗ. Сниженные по сравнению с бензином ставки акциза на дизельное топливо стимулируют потребление этого избыточно производимого у нас в стране топлива (в отличие от бензина).

Понятно, что свое влияние оказывают и другие факторы, такие как сезонный спрос, ремонты НПЗ, достаточность предложения топлива в биржевом и внебиржевом сегментах, условия конкуренции во всех сегментах рынка нефти и нефтепродуктов и многое другое.

«НиК»: Предусмотрены ли какие-то новые функции или дополнительные полномочия ФАС, например, для совершенствования системы мониторинга рынка и более оперативного реагирования?

– Что касается мониторингов, они и сейчас у нас хорошо организованы и проводятся регулярно. Также на регулярной основе публикуются все котировки – биржевые, внебиржевые, параметры нетбэк. В этом смысле основная функция мониторинга нами вполне обеспечена в рамках работы Биржевого комитета.

Кроме этого, мы мониторим и контролируем вопросы исполнения четырехсторонних соглашений с нефтяными компаниями. Будет ли этот механизм работать в прежнем режиме или контроль исполнения соглашений будет обеспечен каким-то иным образом, пока однозначно нельзя сказать.

Мы инициировали заключение четырехсторонних соглашений тогда, когда возникла проблема дефицита топлива на внутреннем рынке. Вы, наверное, помните период, когда вводились новые требования регламента: от внеклассового топлива и топлива второго класса мы переходили на пятый класс экологичности. И когда этот переход начал осуществляться, возникали проблемы с достаточностью предложения моторного топлива требуемого класса экологичности на внутреннем рынке. А эти проблемы, в свою очередь, возникали в связи с неурегулированностью вопросов модернизации НПЗ. В этой ситуации мы вынуждены были подписать четырехсторонние соглашения (ФАС, Ростехнадзор, Ростехрегулирование и компания), чтобы иметь гарантии, что топлива будет достаточно и дефицита на рынке не будет.

Сейчас наполнение этих соглашений, в нашем понимании, должно быть более широким – чтобы они отвечали проблематике развития топливного рынка в гораздо более широком ключе, учитывая задачи создания и развития современного производства.

Программа-минимум, которую мы решили и решаем, касалась в первую очередь проблемы достаточности предложения топлива на рынке. Но по большому счету в рамках соглашений с компаниями должна быть программа, которая направлена на расширение ассортимента выпускаемой продукции, на повышение ее качества, на обеспечение структурных реформ, на создание новых производств, на развитие нефтехимии и многих других направлений, которые создают значительные объемы добавленной стоимости на следующих этапах переработки. Это уже гораздо более широкая задача, чем та, которую мы вынуждены были решать в экстренном порядке во время бензиновых кризисов. Поэтому в дальнейшем мы, возможно, будем также участвовать в четырехсторонних соглашениях (или их модификациях), но, скорее всего, это участие будет наряду с другими ведомствами.

«НиК»: Сегодня на топливном рынке работают порядка десяти крупных игроков, из них три мейджора – «Роснефть», «Газпром нефть» и ЛУКОЙЛ. В какой мере они пострадают или выиграют?

– От плавающих акцизов выигрывают все компании и экономика в целом.

Потому что плавающие акцизы на параметры налогового маневра – с точки зрения объемов поступления доходов в бюджет и, соответственно, расходов компаний – не влияют.

Они влияют на обеспечение устойчивости ситуации на рынке. А устойчивая ситуация на рынке означает нормальное эффективное функционирование и развитие бизнеса в целом. Поэтому подобного рода налоговые механизмы выгодны в равной степени всем – и крупным, и мелким игрокам.

У нас, в принципе, нет особых разночтений на этот счет с бизнесом. Сложности возникают скорее технического характера. Например, как вписать новый механизм в систему действующего налогового правила и конструкцию обсуждаемого законопроекта о налоговом маневре. Это задача Минфина.

«НиК»: Какая роль в проведении акцизных новаций отводится биржевой торговле?

– Биржевая торговля позволяет, во-первых, получать реальные и надежные рыночные индикаторы цен. А с другой стороны, это инструмент хеджирования рисков, механизм управления рисками в условиях существенного колебания цен. Поэтому механизм биржевой торговли является не менее важным для рынка. И здесь важно еще отметить, что рынки наличного товара развиваются совместно с финансовыми рынками, рынками производных инструментов.

Развитие биржевой торговли на внутреннем и на экспортном рынках нефтепродуктов как раз и позволяет заводить на российские рынки дополнительную ликвидность, обеспечивать перелив капитала из финансового сектора в реальный сектор и наоборот, обеспечивать устойчивый механизм их работы и тем самым способствовать созданию в России одного из мировых финансовых центров.

Мы традиционно играем значимую роль в мире как страна с развитым топливно-энергетическим сектором. И мы являемся крупным игроком на мировых рынках. Но при этом наши базовые топливно-энергетические активы используются не в полной мере. Основные обороты финансовых рынков, генерируемых на топливно-энергетических базовых активах, осуществляются сегодня не на наших площадках. И это тоже создает проблемы. То есть фактически мы являемся значимым игроком мировых рынков только в одной компоненте – сырьевой или в лучшем случае нефтепродуктовой. Но мы должны стать столь же значимым игроком и в формировании бенчмарков.

Сейчас идет речь о необходимости создания в России как крупнейшем мировом экспортере экспортных бенчмарков на нефть марок Urals, VSTO.

Такую же задачу ставит перед собой и Китай, продвигая свой бенчмарк. Как крупнейшая в мире страна-импортер, Китай также считает, что по определению должен участвовать в формировании мировых цен.

Вторая важная задача с точки зрения развития биржевой торговли состоит в том, чтобы создать оптимальные условия для привлечения той ликвидности, которая имеется на мировых рынках, на российские площадки. И чтобы при этом вся заведенная в страну ликвидность имела возможность быть востребованной здесь же. Для этого сегодня есть все предпосылки. И это тоже серьезная и масштабная задача, которая нам была поставлена решением президентской комиссии по ТЭК, и мы активно ведем такую работу. В том числе в рамках Биржевого комитета, в сотрудничестве с Центробанком, Федеральной налоговой службой, Минфином, Минэнерго. Все компании нефтегазового, угольного и других секторов экономики наряду с игроками финансового рынка (банками, брокерами и т. д.) сегодня вовлечены в эту работу.

«НиК»: Существует ли мировой опыт по применению плавающего акциза в нефтяной отрасли?

– Дело в том, что в других странах к моторному топливу в принципе относятся несколько по-другому, чем в России. Например, в США цены в рознице меняются примерно теми же темпами, как и цены оптового рынка. То есть на американском рынке волатильны не только оптовые, но и розничные цены на топливо.

В РФ ситуация другая. В оптовом звене цены могут меняться достаточно волатильно, отражая в целом конъюнктуру нефтяного рынка, сезонные условия и т. д. Но в розничном сегменте подобная волатильность не может проявиться в связи со спросовыми ограничениями. Российские потребители не получают таких доходов, которые позволяют им платить за топливо с таким разбегом, как на оптовом рынке. В этом и есть главное отличие системы и условий ценообразования на российском рынке нефтепродуктов и, скажем, на американском.

Поэтому мы вынуждены сегодня использовать совокупность механизмов, чтобы оказывать регуляторное воздействие на цены. Включая в том числе гибкий механизм налогообложения.

Далеко не во всех странах он есть, поэтому не так много в мире примеров, когда применяется подобного рода привязка налогов к изменению конъюнктуры, хотя развитой является система дифференциации налогов, особенно в нефтедобыче. У нас актуальной является проблематика изъятия и природной ренты, и ренты конъюнктурной. Плюс ко всему эта регуляторная мера позволяет обеспечить устойчивость ситуации на внутреннем рынке.

И кстати, многие зарубежные коллеги говорят, что при мировых кризисах российская система налогообложения гораздо надежнее защищает внутренний рынок. Именно благодаря такому гибкому ее устройству. В то время как многие другие страны испытывают гораздо больше потрясений.

Периоды благополучия сменяются периодами кризисов для экономик, которые не имеют достаточно надежных механизмов, учитывающих смену конъюнктуры в процессах регулирования. В России такие гибкие механизмы уже показали свою эффективную работу на протяжении порядка 15 лет, если говорить о пошлинах и НДПИ. Лишь топливный акциз таким гибким образом до сих пор не менялся.

Во многих государствах применяются аналоги нашим акцизам – это так называемые «топливные» налоги. Как правило, от их величины зависит уровень цен на топливо. В США налоги ниже всех – там и цены ниже всех (примерно на уровне России), но меняются очень значительно. В ЕС топливные налоги высокие, соответственно, высокие и цены на топливо (в 2-2,5 раза выше, чем в России). Но по этим же основаниям не очень высокая волатильность розничных цен.

Во многих странах в условиях существенных изменений конъюнктуры и разного рода кризисов вынуждены предпринимать разовые действия по корректировке акцизов.

России с учетом низкой транспортной доступности нужно иметь приемлемый уровень цен на топливо и механизмы, которые бы обеспечивали плавное их изменение в зависимости от конъюнктуры. Последние 8-10 лет нам это удавалось делать: при диапазоне изменения цен мировых рынков от $40 до $140 за баррель цены на внутреннем рынке менялись темпами, близкими к темпам инфляции, когда-то опережая, когда-то отставая от нее.

Тот механизм «плавающего акциза», о котором мы сегодня говорим, позволяет бизнесу заблаговременно понимать, какие решения по налогам будут приниматься в той или иной меняющейся макроэкономической ситуации. Таким образом, государственная налоговая политика становится прогнозируемой. И это, конечно, существенно повышает эффективность принятия компаниями долгосрочных решений. Когда у нас налоги в течение пяти лет, в том числе в части акцизов, менялись многие десятки раз, то и нефтяные компании примерно столько же раз вынуждены были корректировать свою инвестиционную стратегию.

Ситуация в других добывающих странах с точки зрения обеспечения инвестиционного процесса формируется в других условиях. Там другие процентные ставки, другие возможности финансового обеспечения, в том числе по современным проектам в добыче и нефтепереработке. В этом смысле Россия всегда находится в более сложных условиях. Поэтому мы вынуждены свою систему экономического регулирования делать гораздо более эффективной.

«НиК»: Можно ли говорить о том, что предлагаемая модель налогового маневра в нефтяной отрасли, и прежде всего идея плавающего акциза, – это в своем роде уникальный формат налогового регулирования, разработанный специально под российскую специфику?

– Да, пожалуй, можно так сказать. Хотя в предлагаемых налоговых изменениях есть, конечно, общие черты и стандартные подходы, а накопленный опыт применения гибкой системы налогообложения в нефтяной сфере и гибкого установления пошлин на нефть и нефтепродукты – многолетний, но в целом эта система действительно уникальна. Но где еще в других странах мира, за редким исключением, такую роль играли бы налоги на нефть и ее производные, как в Российской Федерации?

Справка «НиК»

Налоговый маневр предусматривает постепенное снижение ставки экспортной пошлины на нефть с 30% до 0% в течение 6 лет, начиная с 1 января 2019 года. Равномерно будет повышаться НДПИ (льготы сохраняются). Установлены вычеты по акцизам для высокооктанового бензина пятого класса и дизтоплива. Ставка акциза на прямогонный бензин, бензол, параксилол, ортоксилол, используемые в нефтехимии, будет устанавливаться с учетом коэффициента, который постепенно будет увеличивать ставку на величину снижения ставки пошлины на нефть. В 2021 году ставки акцизов будут индексированы на инфляцию.

Беседовала Ирина Роговая

Россия > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > oilcapital.ru, 31 июля 2018 > № 2689722 Анатолий Голомолзин


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter