Армения > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 28 декабря 2017 > № 2446778

Армения между Севером и Западом

После СССР

Распад СССР и образование новых независимых государств предопределили неизбежность формирования внешней политики национальных республик постсоветского пространства, что, с одной стороны, является свидетельством суверенитета и отражением природы национальных интересов, с другой же — следствием геополитического положения страны, ее ресурсов (экономических, энергетических, коммуникационных, этнокультурных, интеллектуальных, научных, военных, демографических и др.) и зависимости от внешних факторов.

Правящие элиты фактически всех стран постсоветского пространства формально стараются проводить взаимодополняемую и многовекторную внешнюю политику с целью укрепления собственного суверенитета, исключения новых тенденций потери субъектности и учета влияния на региональные процессы ведущих держав мира. В реальности же, как правило, так называемая комплементарная внешняя политика рано или поздно приводит к необходимости решающего выбора и определения стратегической ориентированности государства. При этом выбор для тех же стран постсоветского пространства не так уж и велик: в конечном итоге он сводится к выбору между Россией и США.

Даже тюркские республики СНГ (в частности, Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан, Туркменистан и Узбекистан), которые стараются с учетом своего выгодного экономико-географического положения, сырьевого потенциала и демографического фактора вести более равноудаленную политику между названными двумя мировыми центрами и поддерживать стратегическую связь с той же братской Турцией, тем не менее вынуждены учитывать и приспосабливаться к региональной стратегии Москвы и Вашингтона.

Внешняя политика современной Армении в силу исторически сложившегося положения разделенности страны на восточную и западную части (фактически разделение нации на восточных и западных армян) должна оставаться комплементарной и сочетать два основных вектора (Север и Запад). Однако трагическая судьба Первой Республики Армения 1918—1920 гг., когда Запад в лице стран Антанты (Европы и США) не оказал реальной помощи Еревану в отражении агрессии Турции и реализации положений Севрского договора и арбитражного решения президента США В. Вильсона 1920 г., вынуждает Третью Республику Армения сохранять более высокую ориентированность на Север (Россию).

Россия — Армения: Стратегические союзники

В условиях конфликта с Азербайджаном за независимость Нагорного Карабаха Армения в начале 1990-х гг. определила своим стратегическим союзником Россию и заключила с Москвой ряд международных соглашений и договоров (особенно в военной сфере).

Армения по договору 1995 г. согласилась на сохранение российской военной базы и пограничников (пребывание которых в 2010 г. продлено на 49 лет), выступала за единые вооруженные силы СНГ под командованием русского Генштаба, но из-за несогласия остальных партнеров поддержала образование ОДКБ и с первых дней функционирования данной организации стала ее надежным участником. Армения в 2013 г. резко изменила решение о необходимости соглашения с ЕС и вступила в Таможенный, а затем и в Евразийский экономический союз (ЕАЭС) для еще более активного сотрудничества с Россией (прежде всего в интересах укрепления своей национальной безопасности).

ЕАЭС

Противники вхождения Армении в ЕАЭС считают, что данный союз не оправдал надежд Еревана ни в сфере экономики, ни в плане укрепления национальной безопасности. Свою позицию они аргументирует тем, что апрельская война 2016 г. в Карабахе показала активное применение азербайджанской стороной современных наступательных видов российского вооружения против армян, при этом армянская армия получила от России устаревшее советское стрелковое оружие 1960—1970-х гг. В свою очередь, страны ЕАЭС (особенно Казахстан и Беларусь) выразили открытую политическую поддержку Азербайджану. Наконец, Россия решила продать члену НАТО Турции ЗРК С-400 «Тайфун». И против кого же Турция станет использовать данное вооружение российского производства? Против НАТО или ИГИЛ (у которого нет соответствующих ракетных угроз для Турции)? Однако есть мнение, что турки скорее «сдадут в аренду» данный ЗРК братскому Азербайджану, так сказать, в оборонительных целях для вероятного отражения армянской угрозы «Искандеров». Получается, что Россия одной рукой держит Армению и передает ей грозное вооружение «Искандер», а другой — через Турцию предлагает Азербайджану «противоядие» с применением С-400? И где же обещанное укрепление национальной безопасности Армении от вступления в ЕАЭС?

В качестве контраргументов следует отметить:

— во-первых, Армения получила за истекший период после вступления в ЕАЭС два целевых кредита на сумму 200 и 100 млн долларов США с минимальной процентной ставкой (3% в год) для приобретения по внутренним российским ценам современного вооружения, что в 3—5 раз дешевле цен на мировых рынках;

— во-вторых, Армения единственная страна, кому Россия предоставила ракетную систему «Искандер»;

— в-третьих, Россия и Армения после 2014 г. подписали два важных соглашения в сфере обороны и безопасности (в частности, создание совместной ПВО и Общей группировки войск);

— в-четвертых, в Гюмри планируется развивать совместное российско-армянское оборонное производство с использованием современных технологий;

— в-пятых, Армения сохраняет за собой высокий потенциал взаимодействия с Россией в сфере стратегической разведки, и подобного ресурса нет ни у одной страны ОДКБ и ЕАЭС в отношениях с РФ.

Перечисленные аргументы позволяют предположить, что от вступления в ЕАЭС по согласованию с Россией Армения всё же на данный момент не понесла стратегических потерь в Карабахе. Правда, и не продвинулась в укреплении статус-кво НКР или окончательном урегулировании карабахского вопроса.

Фактически все основные отрасли экономики Армении (энергетика и транспортные коммуникации) находятся в сфере российских экономических активов, ряд объектов промышленности армянская сторона в начале 2000-х гг. сознательно передала России в зачет государственного долга (чуть более 120 млн долл.). Россия списывает государственные долги на более высокие суммы другим странам СНГ (например, тому же Узбекистану 865 млн долл. и Кыргызстану свыше 400 млн долл.), но к Армении пока что аналогичная практика не применяется. Правда, никто и не заставлял армянские власти предложить подобную схему списывания долгов.

Армения упростила паспортный режим для российских граждан, и с недавнего времени россияне могут по внутренним паспортам без всяких штампов армянских пограничников въезжать на территорию Армении. В свою очередь, СНБ Армении передает российской стороне (ФСБ) информационную базу данных о въезде и выезде иностранцев на территорию республики.

Практически ни одно серьезное решение в области внешней политики Армении не принимается без консультаций с Россией, что, с одной стороны, свидетельствует о высоком уровне стратегических отношений и доверии между странами, но с другой — может представляться следствием тотальной зависимости властей Армении от российской стороны. Последнее вызывает немало критических оценок местных и зарубежных экспертов, где особенно преуспевают азербайджанские коллеги и называют Армению «губернией России» (нередко и более цинично). Однако данное мнение скептиков можно и не принимать всерьез либо представлять как некую зависть к сложившейся исторической традиции армяно-российского союза.

Американский фактор

Вместе с тем армянская дипломатия не может не учитывать роль Запада (США, НАТО и ЕС) в региональной повестке на Южном Кавказе и фактор многомиллионной армянской диаспоры из этих стран.

США на данном этапе остаются ведущей мировой державой и проявляют активный интерес к делам Ближнего Востока и Южного Кавказа. Фактически уже сложился американо-грузинский региональный союз, американские военные силы размещены вблизи границ Армении на территории члена НАТО Турции и кандидата в НАТО Грузии.

США являются одним из сопредседателей Минской группы ОБСЕ по урегулированию карабахского вопроса. По итогам Венских соглашений 2016 г. США выступили с инициативой размещения в зоне карабахского конфликта систем технического мониторинга и отвода снайперов с линии соприкосновения для снижения военной напряженности, сохранения мира и создания условий последующего переговорного процесса, с чем согласилась Армения и возражает Азербайджан. По мнению Баку, отсутствие угроз Степанакерту может означать признание де-факто границ НКР. Однако Вашингтон продолжает настаивать на комплексном применении принципов международного права в качестве основы урегулирования карабахского вопроса, то есть на обеспечении безопасности, права самоопределения и территориальной целостности.

США имеют противоречивые отношения с Турцией по ряду вопросов региональной политики и выступают сдерживающей силой на пути возрождения имперских амбиций Анкары, что, по сути, не может не представлять интереса для Армении. НАТО под управлением США и Великобритании не рекомендует Турции вмешиваться в карабахский конфликт и предлагает Анкаре восстановить отношения с Арменией без исключения проблемы ликвидации последствий геноцида армян. И это также не может обойти внимание армянской дипломатии, поскольку США в данном случае выступают как некий сдерживающий фактор очередной турецкой авантюры.

С учетом карабахского конфликта и высокой интегрированности Азербайджана с натовской Турцией в военной области Армения не может отказаться и от новых форм сотрудничества с блоком НАТО в контексте учебы, учений, тренингов, миротворческих акций и, быть может, военно-технического компонента отношений.

В США проживает представительная и влиятельная армянская диаспора (более 1,5 млн чел.), которая обладает высоким экономическим, финансовым, технологическим, институциональным, информационным, научным и лоббистским ресурсом. Американский Спюрк является важнейшим потенциалом армянской дипломатии для расширения связей с США, оказания выгодного влияния на болевые вопросы, и выступает ключевой частью мирового армянского фактора.

Наконец, экономические антироссийские санкции Запада по инициативе США так или иначе создают новые проблемы для маленького рынка армянской экономики из-за высокой зависимости армянского драма от российского рубля. Однако Америка не исключает экономическое сотрудничество с Арменией при определенной свободе армянской экономической политики.

Россия не против членства Армении в ЕС

Примерно с тех же позиций Армению интересуют отношения с Европой, где ключевыми странами-партнерами выступают Франция и, быть может, Германия (особенно с учетом признания в 2015 г. Берлином и Веной факта геноцида армян, резкого обострения германо-турецких отношений, перспектив германо-иранских экономических связей через территорию Армении). Бесспорно, на Европейском континенте Армения поддерживает более приватные отношения и с рядом других государств с учетом исторических традиций тесных связей, то есть с Грецией, Кипром, Сербией, Болгарией, Италией, Ватиканом.

Серьезной темой остаются армяно-британские отношения, поскольку от позиции Лондона зависит урегулирование территориальных и экономических проблем Армении. Тем не менее главным стратегическим партнером Армении в Европе является Франция с учетом исторических традиций армяно-французских отношений и новых императивов Парижа на Южном Кавказе и Ближнем Востоке.

Азербайджан считает Францию и Россию проармянскими странами и старается предложить замену французского сопредседателя в Минской группе ОБСЕ по урегулированию карабахского вопроса британским представителем, а азербайджанский нефтяной капитал по большей части концентрируется на Лондонской бирже и в британских банках. Однако и британские надежды азербайджанской дипломатии могут оказаться несбыточными по теме карабахского кризиса, поскольку Лондон всегда выступает в союзе с Вашингтоном, и обе англосакские державы решили для себя вопрос вхождения в каспийский нефтегазовый рынок, но не гарантировали Баку передачу Карабаха. В британском Форин-офисе считают нереальным возвращение Нагорного Карабаха под юрисдикцию Азербайджана. В этом вопросе Баку может рассчитывать только на безоговорочную поддержку братской Турции, у которой сейчас немало собственных проблем на Ближнем Востоке и во внутриполитической ситуации, да и отношения с ключевыми странами НАТО оставляют желать лучшего.

В контексте европейской политики Армении актуализируется вопрос активного партнерства с Европой. Фактически Армения первая и пока что единственная страна ЕАЭС, к которой демонстрируется более высокое внимание ЕС. Брюссель вновь предложил Еревану соглашение с Европейским союзом с адаптированным по факту членства Армении в ЕАЭС текстом. Сам процесс согласования содержания документа с ЕС прошел тщательную экспертизу и ревизию. Россия, которая в целом не поддерживает членство своих партнеров в ЕС, на сей раз не проявила резких шагов по блокированию армяно-европейского соглашения, что позволило 24 ноября 2017 г. подписать Брюссельский договор. Придаст ли данный документ большой вес развитию армянской экономики и безопасности, покажет недалекое будущее. Во всяком случае, в среде армянской оппозиции убавятся контраргументы по теме ЕАЭС.

Одним из проблемных вопросов подписания соглашения Армения — ЕС вновь стал вопрос Карабаха. В частности, Ереван исключал любую возможность включения в официальный текст документа принципа территориальной целостности без его сочетания с правом наций на самоопределение. Азербайджанские же лоббисты и эксперты старались оказать влияние на Брюссель в плане включения в текст соглашения с Арменией только принципа территориальной целостности как основы урегулирования карабахского кризиса. Более того, азербайджанские СМИ проявляли особую активность по срыву армяно-европейского соглашения, выставляя Армению то в качестве «губернии России», то «предателя и ненадежного союзника России», то «прозападного агента». Словом, бакинские эксперты сами запутались в своих оценках Армении в плане союзника или противника России.

В результате в тексте соглашения с Ереваном Брюссель изъял карабахский индекс и призвал стороны конфликта к мирному урегулированию. Между тем в Армении рассчитывают, что соглашение с ЕС способно оказать позитивное воздействие и на карабахский процесс.

В контексте урегулирования карабахского вопроса внешняя политика Армении и Азербайджана, как правило, оказывается перед выбором между Севером и Западом. Естественно, Ереван остается крайне недовольным фактом активного военно-технического сотрудничества России и Азербайджана, многомиллиардными поставками российских наступательных видов вооружения азербайджанским ВС, новыми соответствующими соглашениями двух независимых государств. Армения выражает свое недовольство на уровне политических институтов, оппозиции и СМИ, но, увы, ничего не может изменить. Естественное недовольство Армении понятно, поскольку таким образом стратегические союзники не ведут себя по отношению друг к другу. Тема российских военных поставок Азербайджану вовсе не носит экономического характера, а если и имеет значение (все же порядка 4% от общей суммы экспорта вооружения), то не главное. В данном вопросе мы вновь имеем дело с политикой и региональными интересами России, ибо «продажа оружия, — как говорит министр иностранных дел Армении Э. Налбандян, — это не продажа овощей».

Во-первых, Москва не желает дрейфа Армении в сторону Запада (США), что чревато окончательной утратой позиций России на Южном Кавказе. Российские структуры вынуждены отслеживать процесс армянской дипломатии на данном направлении и в качестве предупреждения о возможных негативных последствиях по тому же Карабаху развивают военно-техническое сотрудничество с противником Армении — Азербайджаном. Опыт апрельской войны 2016 г. показал, что Азербайджан без всяких ограничений применил часть приобретенного российского оружия против армянской стороны, но, правда, не решил главной задачи — военного реванша и возвращения Карабаха с занятыми территориями силовым путем.

Во-вторых, Москва уже не первый год пытается расположить к себе Баку по теме более активного двустороннего сотрудничества, что вполне устраивает Азербайджан, и вероятного втягивания Азербайджанской Республики в российские интеграционные проекты (ЕАЭС и ОДКБ с размещением российских миротворцев в зоне карабахского конфликта). Последнее неоднозначно воспринимается азербайджанской стороной.

Баку неоднократно через посредство аналитических экспертиз в СМИ и выступлений официальных лиц ясно и недвусмысленно отмечал, что особой экономической заинтересованности в ЕАЭС не видит. Аргументация: высокие темпы развития Азербайджана на нефтегазовые доллары, участие республики в крупных региональных энергетических и транзитно-коммуникационных проектах (в частности, нефтепровод Баку — Тбилиси — Джейхан, газопровод Баку — Тбилиси — Эрзерум, железная дорога Баку — Тбилиси — Карс, строящиеся газопроводы TAP и TANAP, а также железная дорога Север — Юг и др.), политика неприсоединения и укрепления суверенитета.

Политическая же мотивация вступления Азербайджана в ЕАЭС ограничивается темой Карабаха, что в понимании Баку сводится к активизации роли России для безоговорочной передачи всех 7 занятых по праву войны армянскими силами районов вокруг Карабаха, а затем и самого Нагорного Карабаха (то есть территории бывшей Нагорно-Карабахской автономной области) в состав Азербайджана. В подобном случае Азербайджан может подумать о целесообразности участия в ЕАЭС. А чего не подумать, если Москва всё решит за Баку по проблеме Карабаха на условиях Азербайджана? К тому же в ЕАЭС ситуация не очень-то и интегрированная, если учесть отношения той же Армении с Казахстаном и Белоруссией. Да и какие проблемы у Азербайджана со всеми членами данного союза, за исключением Армении?

По вопросу вступления Азербайджана в ОДКБ в Баку эксперты пока что выражают категоричность, мол, данное участие может нанести ущерб национальной безопасности республики. Апрельская война 2016 г. в Карабахе показала, что Ереван так и не получил никакой относительной помощи со стороны ОДКБ (ни политической, ни военной, ни технической), а Казахстан и Беларусь официально поддержали позицию Баку. Если же Азербайджан заявляет, что Россия для него стратегический партнер, то какая же угроза от России? И к чему при этом азербайджанским экспертам и политологам (например, Э. Шахиноглу) заявлять, что размещение миротворцев ОДКБ в зоне карабахского конфликта можно принять с оговорками и при условии, что в составе миротворцев российские войска будут. Вроде Турция не является членом ОДКБ, или же Баку рассчитывает на членство Турции в ОДКБ на равных с Россией и последующее ее вхождение в Карабах?..

Максималистский подход Азербайджана обречен, карабахцы отличаются не меньшим максимализмом

После официального открытия железной дороги Баку — Тбилиси — Карс президент Турции Р. Эрдоган пообещал поднять карабахский вопрос на встрече с президентом России В. Путиным. Азербайджанский политолог Э. Шахиноглу со ссылкой на неизвестный, но влиятельный российский источник (судя по последующей реакции в тех же азербайджанских СМИ, очевидно, А. Дугин) предположил, что В. Путин способен безоговорочно передать Азербайджану 5 из 7 занятых армянами районов вокруг Нагорного Карабаха (то есть за исключением Кельбаджара и Лачина, составляющих территориальный коридор безопасной связи Карабаха с Арменией). Однако в ответ на эту уступку Армении тот же Путин может выдвинуть три условия Р. Эрдогану для передачи И. Алиеву: присоединение Азербайджана к ЕАЭС, вступление в ОДКБ и согласие на размещение российских миротворцев в зоне карабахского конфликта. И все эти предложения — без всякого мнения Армении и Карабаха, будто в 1991—1994 гг. в Карабахе воевали не армяне, а русские во главе с Путиным. Однако при этом решается судьба не России, а армянского Карабаха. Политолог Шахиноглу вместе с Дугиным, очевидно, вновь решили с выдвижением безответственной повестки постараться прозондировать реакцию заинтересованных кругов на подобный разворот по теме Карабаха.

В скорой последовательности на страницах азербайджанских сайтов (например, haggin. az и minval. az) появляется интервью с авторитетным азербайджанским профессором права и бизнесменом Ильхамом Рагимовым, который является давним студенческим другом В.В. Путина и с известных времен стал некой влиятельной фигурой в азербайджано-российских отношениях, мнение которого заслуживает особого внимания.

И. Рагимов, будучи воспитанником фундаментальной советской школы права, состоявшимся ученым и опытным человеком, подверг обоснованной критике мнение политолога Э. Шахиноглу по карабахской повестке встречи Эрдогана и Путина. Как и ранее, Рагимов справедливо отмечает, что президент России В.В. Путин не выдвигает никому никаких условий (тем более дружественному Азербайджану). Участвовать или нет в ЕАЭС, Баку должен решить самостоятельно, исходя из соображений национальной экономической выгоды. Решение же карабахского вопроса, по мнению уважаемого профессора, не может быть между Эрдоганом (Турцией) и Путиным (Россией) без участия Алиева (Азербайджана). Как опытный юрист, Рагимов считает, что иначе решение по Карабаху за спиной Азербайджана покажет, что Баку не обладает полным суверенитетом, и за него договаривается братская Турция. Получается, что Азербайджан, так часто критикуя Армению и называя ее «губернией России», в реальности представляет зеркальное отражение данного статуса и является «вилайетом Турции». Однако национальный лидер Гейдар Алиев вместо лозунга Абульфаза Эльчибея «Одно государство — два народа», как известно, выдвинул идею «Один народ — два государства» (завещание же лидера забывать нельзя).

Ильхам Рагимов справедливо напоминает, что Россия вовсе не решает вопрос Карабаха вместо Азербайджана и Армении, а, как один из ключевых посредников, предлагает конфликтующим сторонам договориться на основе компромиссов и гарантирует реализацию достигнутых решений. При этом Рагимов прав, что данный вопрос может принять обязующее значение для сторон, если за столом переговоров окажутся не только Россия и Турция, а будут участвовать главы государств и Азербайджана, и Армении. Правда, Ереван не соглашается на посредническую роль Анкары, а турки, как минимум, не ратифицируют Цюрихский протокол 2009 г. по теме разблокирования Армении и установления с ней дипломатических отношений.

Что же касается возможного размещения российских миротворцев в зоне конфликта, то азербайджанский профессор поддерживает данную перспективу и видит в ней логическую связь и целесообразность, поскольку русские лучше других (стало быть, и турок) знают регион и историю конфликта, мы все имели общую историю совместного проживания в составе единого государства (Российской империи и СССР), а русский язык будет объединять и упрощать вопросы квартирования и функционирования миротворцев в Карабахе.

Однако главная мысль профессора И. Рагимова свелась к тому, что возврат 5 районов вокруг Нагорного Карабаха не есть решение карабахской проблемы для Азербайджана, поскольку Баку желает получить весь Карабах. Что ж, с таким максималистским подходом Азербайджан вряд ли добьется искомого результата, ибо карабахцы отличаются не меньшим максимализмом.

Видимо, обсуждение «утечки» Э. Шахиноглу вызвало определенную негативную реакцию в известных высоких кругах российской стороны, что «вынудило» идеолога неоевразийства выступить в азербайджанских СМИ с собственной оценкой сочинской встречи Путина и Эрдогана по Карабаху. Дугин подчеркнул, что повестка президента В.В. Путина всегда насыщенная и строго секретная, поэтому утечки исключаются и не могут быть по определению. Можно подумать, что Эрдоган с Путиным вместо Карабаха будут обсуждать тему Сенегала.

Дугин также подтвердил готовность передать Азербайджану 5 районов из «зоны безопасности НКР», на что якобы согласны сам президент Армении Серж Саргсян и другие «мыслящие» армянские политики (видимо, из правящей РПА, поскольку там не обсуждают, а соглашаются с мнением и решением партийного и государственного лидера). По мнению русского мыслителя, данная передача территорий вовсе не станет уступкой Армении и Карабаха, а наоборот, позволит армянской стороне: а) получить долгожданный мир от Азербайджана (возникает вопрос: а к чему тогда в Карабахе русские миротворцы, если Баку, получив желаемое, гарантирует мир?); б) снять транспортную блокаду со стороны Баку и Анкары и разблокировать коммуникации; в) иметь доступ к региональным энергетическим и транспортным проектам (правда, этот пункт не особо желаем для России, поскольку в подобном случае Армения, как и Грузия, может переориентироваться от Севера на Запад).

В Армении данное предложение сопоставляют с мнением Сержа Саргсяна после недавней встречи с Ильхамом Алиевым в Женеве, то есть о «болезненных решениях» по урегулированию карабахского вопроса. Иными словами, в армянских аналитических кругах появляется некая обеспокоенность по теме «компромиссов» и возможных уступок территорий Азербайджану без определения независимого статуса НКР. Мне представляется, что армянские эксперты всё же торопятся с выводами, а Серж Саргсян при всех издержках и сложностях переговорного процесса не согласится на «болезненные» односторонние уступки без реальных компромиссов со стороны Баку.

«Обещанного три года ждут!»

Год назад другой одиозный российский политолог Сергей Марков в СМИ обещал Азербайджану до конца 2016 г. возврат 5, затем 2 районов вокруг НКР. Но скоро завершится 2017 г., а азербайджанцы всё еще ждут обещания Маркова. В России говорят: обещанного три года ждут (стало быть, лимит времени у Маркова и К° еще сохраняется, как минимум, на один год). Однако Маркову, Проханову, Дугину и их патронам надо понять, что Армения и Карабах не могут пойти ради бездарных идей евразийства на очередную национальную жертву, как это имело место в 1921 г. во имя идей мировой пролетарской революции.

Возврат части (и не уверен, что 5) районов из «зоны безопасности НКР» Азербайджану возможен и безболезнен лишь в одном случае: если Баку признает Нагорный Карабах вместе с Кельбаджаром и Лачином как независимый субъект или часть Армении. Для Азербайджана лучше второй вариант с целью исключения образования второго армянского государства, иначе Баку вновь окажется перед выбором между Севером и Западом, а Турция — перед угрозой образования третьей армянской государственности. Излишняя категоричность Азербайджана по теме компромисса может резко завершиться на западном фланге с перехватом стратегических коммуникаций, куда вложены немалые средства. Баку при поддержке Москвы и Тель-Авива может рассчитывать на некоторые районы на юге Карабаха (то есть на джабраильско-физулинском направлении), если Тегеран сохранит свою удаленность от Степанакерта.

На сочинской встрече В. Путина и Р. Эрдогана 13 ноября 2017 г., без всякого сомнения, обсуждалась и тема Карабаха с известными предложениями турецкого президента. Однако особого анонсирования данный вопрос в СМИ не получил, по признанию же самого Реджепа Эрдогана, российский президент хорошо владеет темой, положительно относится к процессу политического урегулирования (быть может, и к территориальным компромиссам), но не особо верит в успех скорейшего урегулирования в силу сложности вопроса и неуступчивости сторон. В переводе же с дипломатического языка на обычный становится понятным, что Россия не особо спешит с уступками Турции и Азербайджану, да и позиции стран Запада могут не сочетаться с подходами Анкары и Баку. Между тем российский сопредседатель вместе со своими американским и французским коллегами по Минской группе ОБСЕ недавно поддержал идею имплементации решений венской встречи 2016 г. по Карабаху, то есть по теме размещения средств мониторинга и укрепления безопасности. России незачем совершать очевидные антиармянские действия и отталкивать от себя Ереван в пользу США и Европы, что способно нанести чувствительный ущерб и по теме интеграции в рамках ОДКБ и ЕАЭС. И всё во имя чего, если Азербайджан продолжает через Грузию и Турцию реализовывать серьезные региональные проекты в обход России, но почему-то не спешит участвовать в российских союзах.

Представленные в бакинских СМИ анализы не учитывают мнения Армении и самого Карабаха, что заставляет армянских экспертов предположить о нервном беспокойстве азербайджанских коллег. Возникает необходимость очередного напоминания, что тема Карабаха входит в повестку Минской группы ОБСЕ, где наряду с Россией остаются еще два крупных игрока в лице сопредседателей от США и Франции (ЕС), но без Турции.

Соответственно, Армения в своей внешней политике, сохраняя стратегический союз с Россией, не может в интересах национальной безопасности исключить сотрудничество с США и Европой. В российских экспертных кругах (например, экс-чемпион мира по шахматам Анатолий Карпов, политолог Сергей Маркедонов, депутат Владимир Жириновский и др.) нередко появляются мнения, что Армения в случае разрыва союзнических отношений с Россией может потерять значительно больше, чем приобрести. И, естественно, главная угроза — это турецкая агрессия и потеря Карабаха, не говоря уже об экономических издержках. При этом расчет на помощь США вряд ли состоятелен, как минимум, из-за географической удаленности Америки. Эти оценки особо стали проявлять себя в российских СМИ после апрельской войны 2016 г., то есть когда в армянских общественно-политических кругах активизировалась критика России за ее военные связи с Азербайджаном и политическую удаленность от Армении.

А между тем в Армении нет реальных сил, выступающих за разрыв отношений с Россией. Вместе с тем сегодня аргументация географической удаленности США крайне неубедительна, поскольку Соединенные Штаты, будучи морской и ведущей мировой державой, располагают всеми видами мобильных сил для переброски стратегических соединений в любую точку мира. В условиях технологического прогресса тема географических расстояний теряет свою актуальность. При этом, несмотря на географическую близость той же России к Армении, между Москвой и Ереваном сохраняются транспортные проблемы из-за конфликтных отношений России с Грузией и Армении с Азербайджаном. Вряд ли сегодня можно встретить регион, где бы США не имели своих стратегических интересов и при необходимости не присутствовали там. Опыт соседней Грузии (да и Турции) тому пример.

Будут ли США сдерживать Турцию и Азербайджан против Армении? Если Вашингтон сдерживает Турцию и Грецию в системе НАТО, то аналогичное отношение возможно и к теме армяно-турецкого и армяно-азербайджанского противостояния. К тому же, если Армения окажется в союзе с США и НАТО, то автоматически Ереван станет партнером Анкары и Баку, а тема территориальных споров и конфликтов может получить иное звучание в системе единых координат. Ведь примерно то же самое предлагает и Россия через ЕАЭС и ОДКБ Азербайджану и Армении.

Экономические издержки Еревана в случае стратегического союза с США вряд ли будут столь значительными, чем нынешнее состояние заблокированной Армении со стороны Турции и Азербайджана, а также отсутствие территориального соприкосновения со странами ЕАЭС (Россией). В случае нормализации отношений с Баку и Анкарой при решающей роли Вашингтона Ереван получит доступ ко всем региональным проектам энергетического и транспортного значения, расширит рынок торговли и сократит военные расходы. Однако в подобном случае Армения не может надеяться на решение того же карабахского вопроса в свою пользу, да и с Турцией сложившиеся отношения не позволят урегулировать проблему ликвидации последствий геноцида.

Армения между Севером и Западом (Россией и США) выбирает национальный интерес, сохраняет верность стратегическим отношениям с Россией и старается развивать партнерство с Западом. До каких пор такая политика и дипломатия будут свойственны Армении? Очевидно, что сама история определит данный период, пока Москва, Вашингтон и Анкара не сойдутся в единой координате, пока региональный кризис не получит сбалансированного развития либо не приведет к радикальному столкновению интересов внешних игроков. Но во всех случаях Армения должна сохраниться как связь глубины веков, а может, и разделиться на восточную и западную части с политико-правовым оформлением армянских образований под гарантии двух мировых держав и с соответствующей зоной ответственности.

По моему мнению, Армения, по факту своей многотысячелетней истории, культуры, вклада в мировую цивилизацию, интеллектуальных дарований, возможностей диаспоры и национального капитала должна абстрагироваться от всяких ориентаций и стать самостоятельным фактором в системе международных отношений. И это вовсе не сказочная мечта идеалиста-утописта, а реальная возможность с учетом внутренних национальных ресурсов. Данная идея станет реальностью, если в Армении сохранится ответственная политическая власть, ориентированная на национальные интересы, искоренение масштабов коррупции и консолидацию нации. В этой системе координат армяне способны решать любые задачи и во всех сферах.

Александр Сваранц

Армения > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 28 декабря 2017 > № 2446778