Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

В Евразийской экономической комиссии обсудили перспективы развития международного молодежного предпринимательства в ЕАЭС

4 марта в здании Евразийской экономической комиссии состоялась рабочая встреча начальника отдела международной деятельности Росмолодежи Татьяны Селиверстовой с Директором Департамента протокола и организационного обеспечения Евразийской экономической комиссии, Председателем Молодежного совета ЕЭК Данияром Турусбековым и Вице-Президентом Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «ОПОРА РОССИИ» Эдуардом Омаровым.

Участники встречи отметили важность развития молодежного предпринимательства и международного молодежного сотрудничества по вопросам ЕАЭС. В ходе встречи стороны обсудили возможности по расширению форматов взаимодействия, а также совместную подготовку к организации и проведению Международного слета успешных предпринимателей – 2021, который запланирован к проведению в августе текущего года в Тюмени.

Эдуард Омаров отметил важность комплексного подхода к развитию молодежного предпринимательства: «Активная работа с молодыми предпринимателями является тем самым локомотивом, который обеспечивает рост экономики. В этой связи важным является создание площадки для налаживания контактов между молодыми предпринимателями стран-участниц ЕАЭС».

По итогам встречи стороны договорились о совместных мероприятиях, направленных на развитие международного молодежного предпринимательства на пространстве ЕАЭС.

Напомним, что Росмолодежь является партнером Международного слета успешных предпринимателей – 2021, оказывающим содействие в организации международной площадки в рамках слета, а также совместно с ЕЭК содействует в приглашении молодых иностранных представителей бизнес-сообщества для участия в Слете успешных предпринимателей.

10 дней до окончания подачи заявок на Международную премию «КАРДО»

В мае этого года представители уличной культуры 35 стран встретятся на Международной премии «КАРДО». 15 марта – последний день приема профайлов на конкурс в 13 номинациях популярных уличных направлений: скейтбординг, воркаут, паркур, фриран, трикинг, брейкинг, стрит-арт, стрит-дэнс, стритбол, слэклайн, BMX, скут и другие. Победители получат денежные премии, призы от партнеров, статус и новые возможности в продвижении своего дела. Подать заявку, узнать какие эксперты стали жюри конкурса можно на kardoaward.com.

На финал в мае 2021 года в Ставропольском крае организаторы планируют собрать 50 тысяч участников из 35 стран. Там же станут известны имена победителей, а также пройдут финальные мероприятия для всех желающих: форум, фестиваль, соревнования, концерты и церемония награждения победителей.

«Улица сегодня – это узнаваемые бренды, атлеты, танцоры, деятели культуры, перспективные общественные и бизнес-проекты. Тысячи реальных историй улиц о том, как райтеры, трейсеры, бибои и другие представители культур меняют города и мир к лучшему. Каждая история – это личный пример, который доказывает, что «улица» уже давно не субкультура, хоть и начинается с прыжков по гаражам, громкой музыки и недовольных бабушек во дворе. Сегодня «Культура улиц» – это искусство, спорт, развитие человеческого потенциала, польза городу и обществу», – отмечает руководитель Премии Валентин Работенко.

Премия пройдет в три этапа:

1. Онлайн-регистрация, в рамках которой участники должны рассказать о себе, своей команде и проделанной работе. Регистрация продлится с 15 января до 15 марта 2021 года.

2. Онлайн-отбор, во время которого судьи из 15 стран мира будут отбирать заявки и определять лучших в несколько шагов. Участникам предстоит выполнить заочные задания.

3. Финал.

Финальные мероприятия Международной конкурс-премии уличной культуры и спорта «КАРДО» состоятся в городе Пятигорске Ставропольского края 19-23 мая 2021 года:

19 мая – Съезд участников, церемония открытия «КАРДО»;

20 мая – Всероссийский образовательный форум «Улицы России»;

21 мая – Международный фестиваль, селекшен\отборы;

22 мая – Международный фестиваль, финалы;

23 мая – Экскурсионная программа, церемония награждения «КАРДО».

За три года событие объединило 27 894 человек, 350 городов, 85 регионов. За звание лучших боролись 2037 претендентов на премию.

В 2021 году впервые состоится Международная конкурс-премия «КАРДО», расширив свою география для участников в следующих странах: Австралия, Австрия, Азербайджан, Армения, Беларусь, Бразилия, Великобритания, Вьетнам, Германия, Дания, Египет, Израиль, Индия, Испания, Казахстан, Канада, Китай, Кыргызстан, Латвия, Литва, Мексика, Молдова, Нидерланды, Пакистан, Португалия, Республика Корея, Россия, Сербия, Сингапур, США, Таджикистан, Узбекистан, Украина, Филиппины, Финляндия, Франция, Чехия, Швеция, ЮАР, Япония.

«КАРДО» – международный проект, направленный на развитие и социализацию уличной культуры. Главная цель премии: поддержать развитие талантливой молодежи, показать возможный рост и направление развития, заявить о российском опыте, дать возможность хобби превращать в социально полезные бизнесы.

Организатором выступает Молодежная общественная организация «ОФФБИТС» при поддержке Общероссийской общественной организации «Улицы России», Фонда Президентских грантов, Федерального агентства по делам молодежи и Правительства Ставропольского края. Официальный партнер – бренд Gorilla Energy.

Событие входит в План мероприятий в сфере реализации государственной молодежной политики на территории Российской Федерации на 2021 год Федерального агентства по делам молодежи.

Алена Владимирская: пандемия критически снизила вознаграждения топ-менеджеров

«Главный хедхантер рунета» дала интервью главному редактору Business FM Илье Копелевичу

Хедхантер Алена Владимирская и главный редактор Business FM Илья Копелевич поговорили о том, насколько упали зарплаты топ-менеджеров после пандемии, можно ли все еще устроиться по блату и, конечно, о Clubhouse, в котором Владимирская стала одной из звезд.

Наш гость — Алена Владимирская, которую чаще всего называют хедхантером рунета. Расшифруйте, что бы это значило.

Алена Владимирская: Это не я придумала. Честно говоря, уже даже не помню, кто это придумал. Мне кажется, что люди, которые это придумали, меня троллили. Я, наверное, один из самых известных людей, занимающихся подбором персонала. Сначала это была сфера интернета, диджитал, медиа. А дальше фактически это стала вся страна, потому что все бизнесы пришли в диджитал, в интернет: и стройка пришла, и госсектор пришел, и банки. Я к чему это? Знаете, кем до последнего времени был хедхантер? У тебя есть визиточка, условно, какого-то хедхантера, значит, ты уже крутой, потому что ты ему можешь позвонить. А я пришла такая, знаете, не то чтобы совсем с улицы — из Сорбонны, из Mail.ru Group, из всего прочего, но я в эти правила не играла, они мне не близки. И поэтому такая: а давайте я буду в Facebook честно писать о том, как трудоустроиться топ-менеджером, давайте я размещу вакансию, в которой зарплата миллион — «смотрите, есть такая вакансия».

Если вы разместите у себя, у вас были разные ресурсы, и ваш личный, именно поэтому, мне кажется, вас именно к рунету прикрепили — потому что вы через сети орудуете.

Алена Владимирская: Все так, да.

Хорошо, вот взять и разместить на любом ресурсе в Сети: есть вакансия с зарплатой миллион. Что начинается? Вообще, стоит это делать? Кто так делает?

Алена Владимирская: Так делаю я. Но так делать не стоит, потому что дальше вас смывает поток откликов. На эту вакансию начинают откликаться все — а вдруг повезет. И вы за час получаете в почту 2-3 тысячи писем. Меня, например, в Facebook читает 180 тысяч человек, ну и 2-3 тысячи с этого получить легко, потому что люди начинают шерить, друг другу присылать.

Но толк от этого какой?

Алена Владимирская: Никакого.

Кроме потом гневных откликов, что никто не ответил. Потому что ответить невозможно.

Алена Владимирская: Да, Владимирская зазналась и не отвечает. Объясняю: толку от этого никакого, если вы правда просто хотите закрыть эту вакансию. Если вы хотите дальше из этого сделать для себя большой так называемый кадровый резерв, распределить людей и дальше им присылать те вакансии, которые им подходят, с ними коммуницировать и делать из этого, например, нормальное хантинговое агентство, то в этом есть довольно большой толк, потому что ты набираешь базу, которая делится следующим образом: вообще невменяемые люди — и таких в интернете довольно много, давайте будем честны; люди очень вменяемые, но не соответствующие этой позиции, и дальше им надо присылать другое; третьи — люди вменяемые и соответствующие этой позиции, но которых по какой-то причине конкретно на эту вакансию нельзя. Например, компания сказала: мы не смотрим из того-то, из того-то, из того-то, вам нельзя. И четвертые — люди абсолютно подходящие. С людьми абсолютно подходящими вы начинаете переговоры об этой позиции, а всем остальным вы начинаете предлагать другие позиции, кроме невменяемых людей. Вот это так работает.

Следующий вопрос. Если речь идет о таких достаточно редких и высокопоставленных позициях, с хорошими зарплатами и, соответственно, с набором довольно уникальных качеств, которые человек должен предъявить, если его ищут не из своих, а ищут в огромном мире через хедхантера. Вы собрали несколько, как вам кажется, подходящих резюме, представили его работодателю, на той стороне начинаются собственные процедуры. В последнее время поиск кадров принят по процедурам. Это на Западе началось, к нам перекинулось, там миллион инстанций. Первого отдела нет, но чем-то напоминает. Главная цель, как я понимаю, все провозглашают, чтобы не брали по блату, чтобы все это было зарегулировано: внешний хедхантер нашел, свои кадровики поговорили, и только потом он увидит своего нанимателя, допустим, своего начальника, который ищет себе какого-нибудь начальника отдела. Если вообще увидит. Чье слово будет решающим?

Алена Владимирская: Во-первых, этот процесс чаще всего на бумаге существует, или если даже существует реально, то как бы как отдельный формальный процесс, который надо пройти.

Для вида скорее?

Алена Владимирская: Во многом да.

Для акционеров, что у нас сыночков не берут?

Алена Владимирская: Во многом да, для комплаенса. В реальности, когда ты показываешь, говорят: окей, смотри, вот этот интересен, этот интересен — и их тоже потом пропустят. То есть, вероятнее всего, будет с ними встреча другая. У вас сначала тогда с ними будет встреча с лицом, принимающим решение, а потом — «слушай, а теперь пройди», при этом на этой стадии «а теперь пройди» иногда бывают срывы. Например, служба безопасности нарыла чего-то.

Служба безопасности — это святое дело.

Алена Владимирская: Тут уж святое. Или еще что-то случилось, например, кандидат за это время вдвое поднял свою зарплату, такие вещи тоже бывают, когда люди сначала «ой, хочу», а потом — «ой, я чувствую, что тут я востребован».

Службу безопасности я уже прошел, время на меня уже потрачено, усилия — тоже.

Алена Владимирская: Да, все может быть. Но, в принципе, вся эта штука строится по двум вещам. Либо просто по процедуре (понятно, есть компании, которые жестко идут по процедуре), а чаще всего в таких компаниях, работающих в России, причем не только в российских, она работает так: вот эти — по процедуре, а этих двух — сначала к лицу, принимающему решение, а потом, если они понравились, то по процедуре. Если же все идет по процедуре жестко, то тут это главная беда. Дело в том, что решающего слова нет ни у кого. Оно, конечно, у лица, принимающего решение, но до него доходит... Вот главный ужас хантинга, причем не только российского, в Европе этого больше.

Извините, по-другому скажу. Для кого-то это хантинг, а для кого-то это личное трудоустройство. Ужас трудоустройства.

Алена Владимирская: Да, ужас трудоустройства строится на том, что если тебя ведут по процедуре, то на первичном этапе отбора сидит девочка-эйчар, у которой чаще всего очень маленький опыт и уж точно очень маленькое понимание бизнеса компании. Очень редко почему-то на начальном этапе отбора в компании сидят умные, профессиональные люди. Бывает, но редко. И дальше девочка работает...

С закрытыми глазами она смотрит в бумаги.

Алена Владимирская: Нет, как поиск каких-нибудь 1990-х годов, когда поисковики только начинались. Они даже не по ключевым фразам, а по ключевым словам смотрят. Условно, есть какой-то конкретный опыт, образование такое-то, возраст такой-то. И она, поскольку не понимает бизнеса...

Не понимает смысла этих слов зачастую, я много слышал таких историй. Совершенно неуместные вопросы, неприменимые к этой работе: «Вы занимались проектами?»

Алена Владимирская: Погодите, еще до интервью речь не дошла, мы говорим про резюме. Так вот, до этого этапа, если резюме немножко другое, но крутое, то через девочку по процедуре пробиться невозможно, если — внимание! — тебя не ведут люди уровня, условно говоря, есть шесть-семь фамилий хантеров, именно моего уровня, влияния. То есть у меня, например, бывают такие вещи, что идем по процедуре, кандидата запороли, я звоню или пишу лицу, принимающему решение, это всегда доступ к первому лицу, я говорю: «Смотри его». Он такой: «Не буду». Я говорю: «Смотри его, я настаиваю, вам надо посмотреть именно этого человека, он вам нужен». И тут вопрос влияния именно лички, то есть ты можешь пробить эту процедуру. У меня были случаи и не раз, когда я, например, говорила следующее. Во-первых, мало кто знает, что хедхантер — это вообще профессия очень жесткая, потому что мы все время рискуем собственными деньгами. Если человек вышел на работу от нас и не прошел испытательный срок, мы либо делаем бесплатную замену, либо — внимание! — возвращаем весь гонорар.

Хорошо, что не зарплату этого человека.

Алена Владимирская: Человек отработал, если это топ-менеджер, шесть месяцев, за это время мы эти деньги приняли. У нас есть люди, офис, прочие расходы, мы потратили на этот поиск довольно большое количество ресурсов. Если мне говорят, не замена, а вернуть деньги, я должна вернуть всю сумму — неважно, без вычета расходов. Поэтому мне очень важно вывести человека, который проработает долго. Поэтому пару раз я говорила следующую историю. Например, я твердо знаю: вам нужен этот человек. Этот профессионал вам нужен. Вообще, мы всегда рискуем деньгами, а здесь я рискну следующим: я не возьму сейчас этот гонорар, вообще ничего, пока этот человек не пройдет испытательный срок. Я уверена, он вам нужен. Всегда это срабатывало. Я не говорю, что я хедхантер, у которого не бывает ошибок. У всех бывают, у меня тоже бывают, и возвраты денег бывают, и человек не прошел испытательный срок и замены бывают. Но ты эту систему можешь пробить сейчас, к сожалению, только своим личным брендом, условно говоря, звонком: «Нет, я ручаюсь, смотрите его». Это, конечно, ужас и кошмар нашего времени. Я не против процедур. Это чрезвычайно важная вещь, потому что она правда открывает двери, что называется, кандидатам с улицы, но убирает блат. Но из-за того, как она чаще всего работает в компаниях, ее результат хуже, чем было бы по блату.

А в реальности по блату сейчас меньше?

Алена Владимирская: Меньше.

Вы сказали, что в Европе это еще более жестко, чем вообще на Западе. Это, вообще, пришло оттуда: там акционерная культура, регламентировано все, чтобы не было ничего субъективного.

Алена Владимирская: Мы много работаем с европейскими компаниями по хедхантингу. Сейчас, в пандемию, меньше, а раньше работали очень много. Уровень профессионализма рядовых рекрутеров и уровень процедур чудовищен по сравнению с Россией. Но есть, с другой стороны, большой плюс, чем они отличаются: там нет такого унижения соискателя. Чаще всего рекрутер в Европе хуже образован с точки зрения понимания должности, понимания бизнеса, у него хуже построены эти процессы автоматизации. Какая-нибудь хваленая компания, в которой мечтают работать все, может взять кандидата, потом исчезнуть с этим резюме на шесть месяцев, потом вернуться и сказать: мы подумали, мы начинаем смотреть. Но при этом чем они отличаются в хорошую сторону от нас, — там нет этой истории «вас много, а я одна». Во-первых, вам там точно дадут очень хорошую обратную связь, почему вы не прошли, чего вообще нет в России.

У нас скажут очень вежливо, да.

Алена Владимирская: Не просто вежливо — вам дадут хорошую обратную связь: на наш взгляд, вам не хватает этого, этого и этого, если вы это доучите, доберете, потом обращайтесь к нам. Во-вторых, вас будут вести от этапа к этапу, помогая, рассказывая: сейчас вы будете общаться с таким-то человеком, он у нас занимается тем-то, и там ключевое это. Этого в России нет вообще, из серии: завтра у вас собеседование с Иван Иванычем. Кто такой Иван Иваныч? Рекрутер не отвечает, ничего не происходит. В этом смысле, как ни странно, в Европе больше душевности, но с процедурами еще хуже, чем у нас.

А если я, руководитель какого-нибудь креативного и творческого направления в какой-то компании, у меня есть вакансия, я знаю, кого хочу взять, но по правилам этой компании исключено такое, что я хочу и я взял. У меня должны пройти конкурсы, тендеры и так далее. Я могу заранее решить, что я тебя беру, а все остальное решим?

Алена Владимирская: Можете. Но, во-первых, я бы на вашем месте посмотрела еще людей, которых вам приводят, потому что довольно часто там могут оказаться люди сильнее.

Если сложная профессия, да еще вопрос личного взаимопонимания, то я все равно их не разгляжу.

Алена Владимирская: Почему вы их не разглядите?

Так сейчас принято считать, что совсем недооценивается в этом процедурном процессе, что есть некий прораб и у него будет его рабочий и у них еще должен быть общий язык.

Алена Владимирская: Это важно. Но, с другой стороны, я никогда не видела такого количества болезненных разводов по работе на высоком уровне, как в тех случаях, когда брали кого-то по личке. «Мы друзья» и так далее — а потом это все на первых же приличных деньгах или на первом же провальном проекте уходит в такой конфликт, в такое мясо. Поэтому я бы очень вам советовала тут ограничивать. Я работал с этим человеком, мне с ним хорошо, я его держу первичным кандидатом — подойдите к вашему эйчару, скажите: давай мы денег на агентстве сэкономим, я хочу его. Но пусть агентство покажет, что еще. В результате с рынка может прийти человек круче. И в этом смысле для вас вопрос: вам хочется трудоустроить вашего знакомого друга? Ну такое. А вдруг с человеком с рынка вам комфортнее и интереснее?

А может быть и так. Гуманные стороны этого процесса тоже исключать нельзя.

Алена Владимирская: Вероятнее всего, честно, вы разосретесь. Причем совсем в мясо. Если это выводится на высокий уровень, через какое-то время практически все дружбы сходят если не во вражду, то в отсутствие дружбы.

Перейдем к нашим сегодняшним необычным дням. На кого сейчас спрос, на кого — избыточное предложение, какие явления на рынке?

Алена Владимирская: Давайте я сначала пошучу. Последнюю неделю я с трудом отбиваюсь от спроса на модераторов Clubhouse. Это прямо хит хитов, ищут все компании, причем по интернету ходит мем, а он не мем: «Ищу специалиста по Clubhouse с опытом работы три года». Все ржут, а я объясню, как возникла эта вакансия. Это опять же от девочек-рекрутеров. Так как она вообще, вероятнее всего, плохо понимает, что такое Clubhouse, она взяла стандартную вакансию СММ-щика, которая уже описана в ее компании. Там стоит опыт работы три года. Что такое Clubhouse? А, это еще один вид СММ. Условно, мы сеем в «Одноклассниках», во «ВКонтакте», в Instagram, в YouTube. Что там стоит? Опыт работы три года. Ну и зашибись, поменяла YouTube на Clubhouse и вперед — и запустила. Все такие: «Ааа!» А у нее-то все нормально. Кого ищут? Если говорить по серьезке, то постпандемия вообще изменила в очень многих бизнесах понимание функций. Вроде ищут тех же самых, стали много искать эйчаров, финансовых директоров, коммерческих директоров, продакта, но название то же, а внутри все не то. Про что идет речь? Первое: все поняли, что эта штука про кратный рост — не про сейчас, и все про такую немножко протестантскую экономику. То есть найти внутри какие-то небольшие точки роста, очень сильно пересмотреть экономику, уменьшить косты, выйти на какие-то новые направления, но без денег...

Способы выживания.

Алена Владимирская: Нет, это уже не про способы. Полгода назад это были способы выживания, а сейчас это про протестантский рост. То есть это рост без ресурсов, и не надо нам капитализации в 800 тысяч процентов, а нам надо тихонечко расти, но без того, что деньги будут где-то через два-три года.

Но не залезая в долг.

Алена Владимирская: Да, не делая кассовых разрывов. И от этого очень поменялся спрос к людям. Сейчас практически исчез спрос, который во многом в России определил в последние годы, прости господи, Герман Оскарович Греф: визионерство, на будущее, что мы станем большой технологической компанией или мы пойдем в лидеры какого-то сегмента. Компании разделились на два типа: есть очень большие компании, типа «Сбера», ВТБ, которые продолжают это, или, условно, «Яндекс», Mail.ru Group, они про визионерство. И они, конечно, переделивают рынок. «Сбер», который сегодня отчитался о доходах уже не в банковском сегменте, — это вполне себе история. Mail.ru Group или «Яндекс», которые лезут в доставку, в еду, «Яндекс», который выделил прям отдельным предприятием свое «Такси», «Лавку», «Еду» и прочее, — это, конечно, про передел рынка. Но это прям гиганты-гиганты. А при этом даже очень большие компании, но не гиганты, сказали: «Тихо! А мы стоим». Мы выжили в пандемию, и это круто, потому что это был в том числе вызов для очень больших компаний, которые к этому были не готовы, например для нефтяных: нефти нет, денег нет, ничего нет.

Нефть не нужна.

Алена Владимирская: Да. Нефть есть, а никому не надо. Они такие: «Спокойно, мы выжили. А дальше мы хотим...» Что такое любой бизнес? Это же про прибыль. «Мы хотим расти, но тихонечко. Эти пусть будут визионерами, а мы — про такие шажочки». И тем большим компаниям нужны визионеры и руки, которые это визионерство делают. Но в основном бизнес, если мы говорим про уровень топ-менеджеров и близкий к топам, то они такие: а нам надо осторожного менеджера, но при этом умного и современного. Косты сейчас иначе не урезать, как на какой-нибудь автоматизации, на каком-нибудь устойчивом развитии, но нам больше не надо консультантов, эти огромные проекты — ты нам сделай тихонечко эту грядку, и мы два-три года тихонечко порастем, посмотрим, что будет и экономически, и политически, и с точки зрения пандемии, и дальше вырулим. Поэтому пришло время современного, но осторожного менеджера. Этого в России не было давно. Потому что у нас же всегда эта история: либо резко в рост, либо антикризисник, который режет все. Антикризисники были очень нужны год назад на пандемию.

Это не могут быть одни и те же люди в зависимости от обстоятельств?

Алена Владимирская: Где-то могут, где-то — нет. Обычно антикризисник к этому не приучен вообще. У него задача — мы режем все, чтобы PnL (Profit and Loss, сравнение доходности и убыточности. — Business FM) у нас была хорошенький. Визионер не приучен к этому вдвойне.

Вообще считать деньги.

Алена Владимирская: Потому что это «мы летим в космос, мы второй Маск…»

Какие деньги? Деньги к черту.

Алена Владимирская: Да. «Мы же про идею, мы же про смыслы». Я не говорю, что это плохо. А такие современные управленцы правда могут из PnL вытащить какой-то новый смысл, но без потери денег. Это, на самом деле, ни визионеры, ни собственно антикризисники не умеют. Некоторые антикризисники еще как-то переучиваются, визионеры не переучиваются вообще. Поэтому потребовались такие...

Назовем их «реалисты, прагматики».

Алена Владимирская: Да, это правильная история, это про такого реалиста. И поэтому очень изменилась и потребность в людях, и, кстати, процесс собеседования. Садится собственник или садится первое лицо, и он стал в этом смысле более открытый. Стали больше открывать цифры. Например, раньше какой-нибудь топ-менеджер говорил: «А покажите ваш PnL за последние два года перед тем, как я приду». И в результате все равно тебе ни черта не показывают. А сейчас: «Ты сам, пожалуйста, посмотри и из этого нам расскажи, что и как можно сделать». В этом смысле стали какие-то более реальные вещи происходить. И ищут на более реальные деньги — вознаграждение топ-менеджеров снизилось критически. И причем оно снизилось, прежде всего, в фиксированной части. Условно, на треть оно снизилось в целом.

А давайте по отраслям. Нефтянка. Как ни странно, нефтяная отрасль перестала быть этим жирным бараном, с которого стекает.

Алена Владимирская: Слушайте, количество людей из нефтянки, которые приходят с такими круглыми глазами: «Блин, как жить-то?» Потому что они выходят на рынок и вдруг обнаруживают: «Что, 100 тысяч — это зарплата? Хорошо, а сколько раз в месяц будет премия? Как это — еще раз в год премия в один оклад? Вы вообще о чем?» Практически во всех отраслях, включая IT, про которую все так рассказывают, система вознаграждения топ-менеджеров очень изменилась. В фиксированной части где-то уменьшили, где-то просто не выросли, но фикс не растет практически нигде. Везде может расти KPI-ная часть, везде сейчас очень активно раздается вознаграждение опционами. И это недутые опционы, потому что большое количество компаний правда собирается идти и на IPO, и на разные другие биржи, такой серьезный бум, и поэтому к опционам относятся серьезно, а не как когда-то. Но в целом эта история «я хочу прийти на миллион, а лучше полтора фиксом, а KPI чтобы занимал не больше 20%» — эта штука умерла в пандемию. Она и до этого-то жила плохо, а пандемия прямо ее похоронила.

Поговорим о Clubhouse. Вы, во-первых, звезда Clubhouse. Ваши личные ощущения: интересно это или нет, надолго вы там или нет? Что там интересного? Сколько времени вы на это тратите? Понятно, что это у вас часть бизнеса, все же сейчас стараются сделать бизнес в Clubhouse.

Алена Владимирская: Для того чтобы сделать бизнес в Clubhouse, не делайте бизнес в Clubhouse. Это та социальная сеть, где все держится на доверии. Как только вы начинаете там что-то продавать, тем более втюхивать — все, вы на этом умерли.

Любая соцсеть — это еще и ярмарка тщеславия.

Алена Владимирская: Да, но Clubhouse в этом смысле немножко меньше, потому что это соцсеть активного взаимодействия. В отличие от Instagram, где ты просто выложил фоточку и ты звезда, либо говорите мне о том, какая я звезда, либо я забаню ваши комменты, то здесь к тебе может прийти эксперт и, извините за такое слово, по щам тебе надавать так, что мало не покажется.

Прямо в лицо, прямо сразу. На глазах других.

Алена Владимирская: Да. И ты в этот момент уже не можешь его убрать из спикеров. Ты выглядишь вообще идиотом, и тебе приходится доказывать, что ты не идиот, или уходить со своего эфира, что ты идиот. Мне Clubhouse был очень интересен, потому что в начале туда зашли очень интересные люди, которые много интересного рассказывали. Одна из самых интересных вещей, о которых я слышала: Тиньков после своего двухлетнего молчания, связанного с болезнью, первый свой публичный эфир проводил в Clubhouse и рассказывал о том, чем он будет заниматься, отвечал на вопросы — это было дико интересно.

А будь он не в Clubhouse, было бы так же? Вы же можете оценить. Clubhouse дает какую-то другую возможность этого прямого диалога.

Алена Владимирская: Есть категория людей, первая часть Clubhouse: неважно, где бы они ни выступали, то есть Тиньков первый раз после двух лет молчания, где бы он ни выступал, если бы я об этом узнала, туда бы я и пошла слушать. Потому что это интересно, причем это же большая личностная история. Он рассказывал, каким он стал. Это метаморфоза. Не дай бог кому-нибудь такую онкологию переживать. Условно, как она изменила его, его взгляды на бизнес. Это драматургия, это дико интересно. И в этом смысле Clubhouse или Первый канал, или что-нибудь такое — да какая разница, я бы пошла. Есть категория людей, для которых «мне неважно, какая это площадка», а есть категория людей, для которых «мне важно». Например, Центробанк проводил эфир про цифровой рубль. И я бы в жизнь не пошла слушать. Я бы послушала из серии «работа», примерно понимая, какие люди нужны и что как с ними делать. Может быть, забежала на 15 минут послушать левым ухом. Но когда в ответ пошли эксперты из разных коммерческих банков, из финансовых агентств, просто те люди, которые в этом понимают, эта история уверенности Центробанка... Люди же вещают уверенно, а когда ты не очень понимаешь, тебе кажется: значит, правду говорят. А тут пошли другие люди, и ты понимаешь, что они профессионалы. Они начали говорить: «Нет, а давайте конкретненько». И это становится интересно именно в Clubhouse, потому что пока никто не дает такой возможности. На радио, условно, один-два приглашенных эксперта, один-два звонка. Не мне вам объяснять, что звонки чаще всего (никого не хочу обидеть) довольно шизофренические. А тут ты понимаешь, что в диалог к тебе приходят неожиданные эксперты. И они прям эксперты. То есть ты поднимаешь экспертов. И это интересно. Плюс Clubhouse выделил новых звезд, которые про те темы, которые тебе неожиданны. Например, я с огромным интересом слушала эфиры по палеонтологии. Я в детстве, как многие люди, мечтала…

Найти скелет динозавра.

Алена Владимирская: Да. А тут ты уже не в детстве, и тебе рассказывает реальный чувак, который на этом помешан, и он тебе рассказывает какие-то дико интересные вещи. Или девочка, которая оказалась великолепным экскурсоводом по Риму, по которому я дико скучаю, она рассказывала какие-то очень интересные исторические вещи. Это такое народное радио, которое вытащило других людей, которых ты тоже можешь спросить: «Слушайте, а я ходила по этой Вилле Адриана, а зеленый пруд непонятный. Вы мне расскажите, что и как» — и тебе отвечают. Но если в целом говорить про Clubhouse, я не очень понимаю, какое количество интересных людей, которых можно слушать, еще появится в ближайшее время. Эфир требует новизны. При этом если ты заявляешь интересную для людей тему, то даже от того, что Clubhouse сам не сильно сейчас прибывает, у него прошел пик скачиваний, то аудитория у тебя держится и нарастает. Например, у меня есть моя утренняя по понедельникам история. Каждый понедельник с 9:30 утра мы обсуждаем три самые интересные кадровые темы и три самые интересные вакансии в неделю, и аудитория растет. Сколько я времени провожу? В понедельник это занимает два часа.

Это вы сами, со своей аудиторией, зачастую со своими клиентами, потому что им интересно вас послушать, обменяться.

Алена Владимирская: Да, часть из них становится моими клиентами, потому что и радио, и хантинг — это бизнес и доверие. То есть когда ты слышишь человека, когда ты слышишь, как он говорит, ты, вероятнее всего, к нему придешь — либо отдашь вакансии на хантинг, либо придешь на карьерное консультирование. Я периодически слушаю те эфиры, которые мне интересны. Другой вопрос, что очень сложно их найти.

Понять заранее.

Алена Владимирская: Да. Поэтому я захожу вечером пару раз, чтобы понять, что там происходит. На самом деле, из Clubhouse уже на моем уровне можно делать бизнес, но я не буду эти заниматься, именно потому что это рынок доверия. Сейчас в день возникает два-три предложения на тему «Алена, проведите у нас комнату».

Мне кажется, это вещь, которую многие вообще недооценивают. Потому что можно оживленно, интересно, весело и неожиданно поговорить в составе пяти человек, десяти человек. Когда у вас уже 100 человек потенциально участвуют в разговоре, не становится ли это все неуправляемым? Чем все-таки хороши сценарии, что люди знают, что все это не просто так, чтобы разговор шел и имел смысл, имея некую массу перед собой. Чем, грубо говоря, регулярная армия отличается от партизан.

Алена Владимирская: Там ведь какая история. Да, все партизаны, но выживают и растут только те комнаты, где есть модераторы и где есть сценарий. Поэтому большое количество комнат просто не выживают, разваливаются, потому что этого нет. То есть управлять этим надо. Драматургия у твоего эфира должна быть.

Помимо драматургии — умение управлять. Тремя-то спикерами управлять уже непросто, а когда еще даешь слово неизвестным людям... Вы наблюдали процесс превращения интересных разговоров в хаос?

Алена Владимирская: Да, конечно. И уводы от темы, когда тема комнаты одна, а ушли в другую. Я вчера ругалась в одной такой комнате. Комната «Подбор айтишников», а ушла вообще непонятно во что. Это очень зависит от личности модератора, от того, кто эту комнату ведет, насколько ты собираешь людей, насколько ты можешь сказать «нет» человеку, даже если пришел кто-нибудь крутой, сказать «нет, ты не по теме», при этом не вызвав скандал. Насколько ты следишь за таймингом. Это все, конечно, очень важно. Если возвращаться к теме про бизнес и про Clubhouse, поскольку я, видимо, единственный хантер, раскрученный в Clubhouse, то в среднем примерно дважды в день ко мне приходят с предложением «проведи эфир». Это либо виртуальные собеседования в Clubhouse, либо просто поговорим про HR в нашей компании, про такие темы. Суммы, которые сейчас называют, минимальная от 25 тысяч, сегодня мне пришла сумма в 150 тысяч за час. Я знаю, что Варламов анонсировал — я не знаю, брал он эти деньги или не брал, но анонсировал 900 тысяч. И 500 тысяч за то, что он помолчит. Я не знаю, предлагали ему это реально или не предлагали…

Есть цитата Жванецкого: мало знать себе цену — надо еще пользоваться спросом.

Алена Владимирская: Да, и обозначить ее. Просто то, что 150 тысяч за час эфира предлагают, — я это видела сегодня в письме, которое мне пришло. Я этого делать не буду — и не потому, что не люблю деньги. Мне это не очень интересно. У тебя возникают определенные обязательства. Если тебе заплатили 150 тысяч, это как коммерческий эфир. Ты говоришь: это коммерческий эфир, я не могу спросить у работодателя «а почему вы такие дураки и, например, зарплату задерживаете», а проводить эфир и рассказывать «Петр Иванович — такой прекрасный человек» — нет.

Банки хлынули в Clubhouse — показать своим клиентам, что они на волне хайпа. А что они представили? Первыми из бизнеса туда залезли банки.

Алена Владимирская: Конечно, поскольку аудитория такая, это все что связано с инструментами инвестирования, все что связано с поддержкой private banking, и третье — это виртуальное собеседование. Мне кажется, уже все банки провели. При этом все коллеги честно понимают, что виртуальное собеседование в Clubhouse никаким собеседованием не является. Это витрина: вот мы так прогрессивно, круто нанимаем людей.

А про инструменты инвестирования, на что это похоже?

Алена Владимирская: Они рассказывают простую историю: собирают двух-трех экспертов и, например, говорят: «Давайте проведем эфир, во что сейчас вкладываться».

И сколько, человек 150 у них собирается?

Алена Владимирская: Сейчас, я думаю, не очень много. Я думаю, сейчас человек под 300, а на первых эфирах про инвестирование было тысячи полторы-две. Нормальной сейчас в Clubhouse считается комната, которая утром собирает больше тысячи человек… Но на самом деле утренних комнат, которые собирают больше тысячи человек, я кроме своей не припомню — именно потому что утро. А вечером нормальная комната набирает от трех тысяч, и очень хорошая набирает от пяти тысяч. Это в российском [сегменте Clubhouse]. В европейском, как ни странно, поменьше. Две тысячи — это шикарная комната. Если, конечно, к вам не приходит на эфир Илон Маск или Цукерберг. Но это космос, держат руками сервера, чтобы все не упало. Верю я в будущее Clubhouse или не верю? Я точно верю во второй пик Clubhouse, когда откроется приложение для Android, потому что все пойдут смотреть. Дальше все зависит от нас. Один важный вопрос: нам есть что сказать друг другу или нет?

Я бы добавил «в этой форме».

Алена Владимирская: Вообще. Понятно, есть люди, которым есть что сказать. Понятно, есть профессиональные журналисты, которым есть что сказать, но непонятно, зачем говорить это постоянно на этой площадке. А нам как просто людям есть что сказать друг другу? Если есть, Clubhouse, конечно, изменится. Там будут, конечно, очень массовые события — например, когда Цукерберг пришел. А все остальное уйдет в более приватную комнату на 100-200 человек с обсуждением каких-то интересных, актуальных тем.

Я не исключаю, что в России как раз с учетом наших обстоятельств политическая тематика со временем может вполне там жить.

Алена Владимирская: Пока там растет совершенно другая история, очень печальная, все эти «успешный успех, прокачай себя».

Потому что бизнес пришел заявить о себе первым делом.

Алена Владимирская: И этой истории инфобизнеса там, конечно, стало очень много, и это пугает.

Илья Копелевич

Россия > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > bfm.ru, 5 марта 2021 > № 3673098 Алена Владимирская

Дублер несогласия

Общественники требуют приостановить крупную дорожную стройку в Москве

На столичной карте строек стало на одну «горячую точку» больше: жители нескольких районов Западного округа Москвы требуют приостановить работы по прокладке Северного дублера Кутузовского проспекта. На днях в Московской городской думе прошло специальное заседание, в котором приняли участие представители концессионеров проекта, муниципальные депутаты и жители районов, по которым пройдет платная трасса.

Напомним, строительство Северного дублера Кутузовского проспекта началось в прошлом году. Предполагается, что трасса, длина основного хода которой составит около 10 км, протянется от Молодогвардейской транспортной развязки до делового центра «Москва-Сити». Магистраль станет продолжением автодороги «Северный обход города Одинцово». Она пройдет вдоль путей первого Московского центрального диаметра (МЦД-1) по промзонам. На новой трассе будет по три полосы для движения в каждом направлении, кроме моста через Москву-реку: там предусмотрено по две полосы в каждую сторону. Дублер должен стать новой вылетной магистралью, которая сделает более комфортным въезд на платный дублер трассы М-1 «Беларусь» и улучшит транспортную доступность районов Дорогомилово, Фили-Давыдково, Можайский, Кунцево и Филевский парк.

Проект новой трассы прошел все необходимые экспертизы и согласования и был утвержден столичной мэрией. Однако жители районов, по которым проходит дублер, утверждают, что их мнение при обсуждении проекта не учли. Особую обеспокоенность у них вызывают вырубки зеленых насаждений, необходимые для прокладки маршрута трассы, а также ее близость к жилым домам. В связи с этим муниципальный депутат района Дорогомилово Валентина Тарасова потребовала создать специальный общественный совет с участием представителей власти, концессионеров и местных жителей, а работы до выработки компромиссного проекта приостановить. «Ключевым вопросом является отношение к зеленым насаждениям в зоне строительства. В результате этой стройки жители Москвы лишаются почти 30 га зеленых насаждений, а компенсационное озеленение предполагает высадки деревьев на площади чуть более 0,5 га, причем не в нашем районе, а во Внуково», — заявила депутат.

Однако с ней не согласен главный эксперт ГБУ «Городское агентство управления инвестициями» Роман Копылов. Он заметил, что за счет пересмотра проектного решения при строительстве дублера уже спасено от вырубки порядка 5,5 тыс. зеленых насаждений. «Не соглашусь, что власть не прислушивается к жителям. Тот факт, что здесь отменили строительство пунктов взимания платы, на мой взгляд, очень характерный пример того, что власти к жителям прислушиваются», — подчеркнул представитель горадминистрации.

В свою очередь, руководитель фракции КПРФ в Мосгордуме Николай Зубрилин отметил важность строительства новых дорог в столице, но потребовал большей вовлеченности города в согласование проектов. «Безусловно, Москва — крупный живой город, который требует улучшения и развития транспортной инфраструктуры, однако эта работа должна вестись с учетом интересов горожан, — считает столичный парламентарий. — В случае со строительством дублера требуется актуализация и пересмотр проекта». В частности, по его словам, необходимо рассмотреть вопрос о присвоении статуса природных территорий роще и Яблоневому саду на Кутузовском проспекте, а также парку на улице Ивана Франко. «Для этого надо проработать возможность уменьшения количества полос дублера, а также прохождения трассы над железнодорожными путями в зоне пересечения», — добавил он.

Резолюция, принятая по итогам заседания, со всеми этими предложениями направлена мэру Москвы Сергею Собянину, а также городскому прокурору. «Стройгазета» будет следить за развитием событий.

Кстати:

Для строительства Северного дублера Кутузовского проспекта специалистами группы компаний (ГК) «Моспроект-3» была разработана уникальная цифровая модель местности, включающая в себя рельеф и существующие коммуникации на площади 320 га. По словам генерального директора ГК Анны Меркуловой, в условиях плотно застроенного мегаполиса развитие дорожной инфраструктуры становится вызовом для инженеров: «Каждый новый объект необходимо не только вписать в насыщенный городской ландшафт, но и аккуратно интегрировать в сложное подземное пространство с многочисленными сетями и коммуникациями», — пояснила она.

№08 05.03.2021

Автор: Антон МАСТРЕНКОВ

«Белорусский вокзал». Конечная

Зачем Тигран Кеосаян замахнулся на святое

Леонид Павлючик, кинообозреватель «Труда»

Вот и дожили. Киноконцерн «Мосфильм» сообщил о съемках фильма «Бессмертные» — современной версии фильма «Белорусский вокзал». Как явствует из анонса нового фильма, вместо участников Великой Отечественной войны на экране появятся четверо друзей, воевавших в Афганистане и потерявших друг друга в лихие девяностые. По сюжету афганцы встречаются в канун Дня Победы на похоронах своего боевого товарища... На съемки ремейка по шедевру советского кино замахнулся знатный «пилорамщик» Тигран Кеосаян.

Тигран Кеосаян даже набрался смелости (или скорее наглости) позвонить автору советского фильма, знаменитому кинорежиссеру Андрею Смирнову, с тем чтобы испросить благословения на этот замысел. Андрей Сергеевич, опешив от неожиданного звонка, такого благословения не мог дать по определению. Да и как вы себе представляете эту мизансцену? Где Андрей Смирнов, а где, прости господи, Кеосаян?

Первый — живой классик отечественного кино (скоро ему исполнится 80 лет), выдающийся актер, сценарист, режиссер. Автор изрезанных «полочных» фильмов. Один из героев знаменитого V съезда кинематографистов СССР, друг и соратник Элема Климова. Человек со стойкими демократическими убеждениями, в свое время протестовавший против возвращения страны к советскому гимну. Подписавший письмо против развернутой на ТВ антиукраинской кампании. Поддержавший мирные протесты в Белоруссии и осудивший их жестокое подавление силовиками Лукашенко. Считающий, что «пока мы окончательно не сведем счеты с советским прошлым, оно будет возвращаться».

Второй — суетливый телеведущий пошлой «Международной пилорамы» — худшей, по мнению телекритиков, передачи на нашем ТВ, напичканной низкопробной лексикой, оскорблениями европейских политиков, расистскими и гомофобными выпадами, сортирным юморком. Кроме того, весьма посредственный режиссер, постановщик заказного «Крымского моста», который с треском провалился в прокате. Что не мешало Кеосаяну и его семейству неплохо заработать на этом произведении, о чем в свое время широко писала пресса.

Так о чем могли вести диалог в этой ситуации две столь несопоставимые фигуры? Тем не менее автор «Белорусского вокзала» попытался коротко, но внятно объяснить Кеосаяну, что уравнивать Великую Отечественную войну и войну Афганскую (по мнению Андрея Смирнова, колониальную) — это, мягко говоря, недомыслие. И благословения на ремейк не дал. На что Кеосаян ответил, что обойдется без благословения и кино все равно снимет. На том разговор закончился.

Самое печальное, что у авторов великих советских фильмов нет прав на свои произведения. Они могут только морально осудить произвол по отношению к своим картинам, но юридических рычагов, для того чтобы пресечь глумление над ними, у режиссеров нет. Не по этой ли причине в последние годы на наши экраны хлынули бездарные ремейки советских фильмов?

Жертвами этого морового поветрия уже стали «Веселые ребята», «Ирония судьбы», «Кавказская пленница», «Служебный роман», «Джентльмены удачи» и другие шедевры нашего экрана, наспех и тупо переснятые дельцами от кино.

Теперь вот пришла очередь «Белорусского вокзала» — одного из лучших фильмов о великой народной войне, о счастье и горечи победы, о святом фронтовом братстве. Почему бы Кеосаяну не снять на тему Афганской войны — куда менее знаменитой в народе — свой фильм, не копирующий сюжетную канву, героев, драматургические обстоятельства «Белорусского вокзала»? А потому, что скандала, хайпа не будет. А без этого, без скандальной рекламной раскрутки и говорить не о чем и смотреть нечего.

Ну что ж, рекламный звон о грядущем ремейке уже пошел по всей Руси великой. Но ни минуты не сомневаюсь, что Тиграну Кеосаяну не удастся даже отдаленно приблизиться к творческому, эмоциональному уровню оригинального фильма. И сам он талантом будет куда как пожиже, и выдающегося драматурга Вадима Трунина заменить никто не сможет, и Булат Окуджава новую песню для фильма не напишет, и актеров такой мощи, которые снялись в классическом фильме, подобрать не удастся, и Нина Ургант не споет с экрана под гитарные переборы:

Горит и кружится планета,

Над нашей Родиною дым,

И значит, нам нужна одна победа,

Одна на всех, мы за ценой не постоим...

Утешает только то, что от «Белорусского вокзала», как говорится, не убудет. Как смотрит его народ уже 50 лет, так и дальше будет смотреть. А то, что задумал Тигран Кеосаян, древние называли одним емким словом: профанация. Или «оскорбление святыни», говоря по-нашему.

Россия > СМИ, ИТ > trud.ru, 5 марта 2021 > № 3664128 Леонид Павлючик

Евгений Кузнецов: трансформация потрясет мировую политику и экономику

Новая коронавирусная инфекция нарушила привычную жизнь людей и экономику стран. Окажет ли она влияние в долгосрочной перспективе, и что ждет человечество через 20 лет? О медицине будущего, дизайне детей, переходе на электромобили и автопилоты, а также полете на другой край Земли за два часа в первой части интервью специальному корреспонденту РИА Новости Дмитрию Струговцу рассказал член президиума Совета по внешней оборонной политике, глава представительства Singularity University в Москве, футуролог Евгений Кузнецов.

– Как на ваш взгляд ситуация с пандемией коронавирусной инфекции сказалась и как будет дальше сказываться на развитии человечества?

– На самом деле, это ожидаемая катастрофа. Довольно давно профессиональные эпидемиологи говорили, что из-за климатических изменений вероятность перехода вируса с животных на людей увеличивается. И это случилось. Сам характер эпидемии неприятен, потому что он в каком-то смысле разрушил привычный образ жизни. Но коронавирус не создал ни одной новой тенденции, а лишь резко проявил те, которые возникли раньше. Во-первых, достаточно давно шла речь о более распределенном образе жизни: дистанционная работа, дистанционные коммуникации, дистанционное образование. Это тренды, которые развивались последние 20 лет. Во-вторых, усилился тренд на автоматизацию и замену людей роботами, потому что такая замена стабилизирует ситуацию в промышленности и сервисных службах. Люди из-за карантина или болезни не могут прийти на работу, а роботы трудятся всегда. Считаю, что в этом смысле коронавирус ускорил переход к новому технологическому укладу. А учитывая, что с вирусом нам жить еще долго, то наметившиеся процессы сохранятся.

– Помните, как герой фильма "Москва слезам не верит" говорил, что через 20 лет ничего не будет – одно сплошное телевидение. Как на ваш взгляд будет выглядеть жизнь через два десятилетия?

– Футурологи видят тренды, элементы паззла, но не всю картинку, которая иногда в итоге выглядит парадоксально. В 1970-1980-х годах почти все ожидали, что мы будем летать в космос по путевкам, но почти никто не предполагал массового внедрения сотовых телефонов. Если говорить в целом о самых фундаментальных вещах, то идет полная индустриальная трансформация. Она охватит 20 лет и потрясет мировую политику и экономику. Грубо говоря, произойдет полный отказ от традиционных индустрий, связанных с нефтегазовой отраслью. Это будет вызвано переходом на значительно более "электрическую" экономику, связанную с удешевлением "зеленой" энергии.

Второй тренд – переход в "цифровое государство". Наша жизнь будет все больше интегрирована в цифровые системы. Мы и сейчас не мыслим себя без смартфонов и социальных сетей, все больше в "цифру" уходит экономика. Самым драматичным в ближайшие 20 лет для всего мира станет выбор форматов между "цифровой диктатурой" и "цифровой демократией". О чем идет речь? Цифровая среда позволяет чрезвычайно плотно окружить человека заботой. Изменил скорость подъема по лестнице – твой смартфон сообщил об этом врачу. Это кажется фантастикой, но примерно то же самое сейчас происходит с информационными роботами. Ты посещаешь какие-то сайты, а робот подбирает рекламу под твои интересы. Роботы, которые научились считывать с нас информацию, они уже есть, только в будущем они будут действовать тотально, во всех сферах деятельности. Конечно, в такой ситуации у кого-то может возникнуть искушение действовать на упреждение. Только человек задумался о чем-то нехорошем, тут же к нему выехали компетентные органы для разъяснительной работы.

– Мыслепреступление.

– Совершено точно. В Китае это уже начинает постепенно происходить с вводом системы социального рейтинга. Европа и Америка хотят нащупать "цифровую демократию". Это влияние общественного мнения на политические процессы, как это было с BLM. С помощью цифровых платформ люди создавали общественные организации, начали давление на тех, кто не поддерживал требования меньшинств. Общественное мнение в социальных сетях обладает силой и эффектом быстрого сплачивания. Это ломает привычные устои социальной жизни. Если раньше для какой-то общественной кампании необходимо было время, сейчас достаточно одного твита. Ближайшие 20 лет нас ожидает определенная эпоха нестабильности, потому что уже сейчас количество выходящих на митинги людей в мире растет. Просто это стало очень легко: прочитал и вышел. Пример – Белоруссия. Telegram-канал с миллионом подписчиков, создание которого стоит ноль копеек, становится центром агитации для целой страны. Такие истории будут множиться. И это будет сильно менять нашу жизнь.

Третье направление – изменение человека через редактирование генома. Это чрезвычайно мощный инструмент, который можно использовать как для лечения редких болезней и продления жизни, так и для дизайна детей, например, выбора цвета глаз. Совершенно непонятна ни этическая, ни медицинская сторона этого вопроса, но ящик Пандоры открыт. "Редактированные" дети созданы в Китае. Через 20 лет это будет тренд. У этой технологии есть своя цена, но мы пока не знаем, какая. Может быть, это будет просто дорого и доступно только отдельным категориям граждан или обществам, а возможно будет приводить к каким-то генетическим последствиям.

– Имеете в виду доступность "золотому миллиарду"?

– Может быть не миллиард, а миллиарды, потому что Китай обгоняет Америку не столько, может, в качестве экспериментов, сколько в смелости. Поэтому, возможно, это будет доступно не одному миллиарду людей.

Не исключено, что кто-то будет стремиться к генной модификации, а кто-то ее избегать. Мы не знаем, это полностью tabula rasa (чистый лист). Человек становится инженерным существом, начинает сам себя проектировать, сам себя строить.

– Что еще ждет человека в медицине будущего?

– Разработка лекарств будет полностью проводиться при помощи компьютерного моделирования. Это в несколько раз снизит стоимость и увеличит скорость. Клеточные культуры и подопытные мыши больше окажутся не нужны.

Геном каждого человека будет секвенирован. Врач будет знать, какое лекарство и как подействует на конкретного человека. Вся медицина станет персонализированной, а лекарства индивидуальными.

Гаджеты постоянно будут следить за состоянием здоровья. Сейчас рухнула стоимость измерения сахара в крови. Раньше нужно было ходить сдавать анализ, потом стало возможно использовать глюкометр, а сейчас можно прилепить сенсор с микроиглой, и он будет измерять сахар непрерывно. Уже сейчас можно не заболеть диабетом, занимаясь превентивной медициной.

Анализами данных будут заниматься цифровые системы. Они будут ставить более верные диагнозы, разрабатывать терапевтические модели. Для примера, по онкологии выходит 300 тысяч научных статей в год. Прочитать даже основные врач физически не может. Big-data "проглотит" их с легкостью. Робот лучше подберет терапию под конкретную историю болезни и конкретную генетику. Изменится роль врачей. Они больше станут психотерапевтами, партнерами по лечению, их задачей станет обеспечить приверженность лечению, выработку долгосрочных конструктивных целей лечения.

В результате человек станет дольше жить, потому что, во-первых, превентивное лечение будет отодвигать все дальше возрастные заболевания, а генетические инструменты добавят еще 10 лет жизни. Таким образом, через 10 лет прогнозный образ дожития достигнет в развитых странах 120 лет. При этом до 100 лет люди будут ощущать себя, как сейчас до 60. Продуктивный возраст с 20 до 60 лет вырастет и будет с 20 до 100 лет, то есть в два раза.

Всю эту идеалистическую картину разрушает COVID-19, который крадет 10 лет жизни. Пока мы не победим коронавирус, вся история прогнозируемого долголетия будет балансировать на грани.

– Тренд последних лет – массовый переход на электромобили. Перейдет ли мир полностью на такой тип автомобилей?

– Осенью в Европе каждый четвертый новый проданный автомобиль был электрическим. Если продолжится экспоненциальный тренд на электромобилизацию, то потребление бензина упадет радикально – в несколько раз, может быть в 10 и более до конца текущего – середины следующего десятилетия. Существует консервативный прогноз, что к 2030 году будет продаваться 50/50 новых бензиновых и электрических автомобилей, а есть радикальный прогноз, что бензиновые к этому сроку будут занимать проценты – доли процентов рынка. Я сам относился к этим прогнозам с осторожностью, пока не ознакомился с планами крупных автоконцернов, которые просто перестали вкладываться в разработку новых бензиновых автомобилей. Вложения идут только в электрические. Старый бензиновый автопарк, естественно, будет не сразу выводиться из эксплуатации. Но бензиновые автомобили в последние годы изготавливались с программируемым износом и через несколько лет начинают "сыпаться". Кроме того, во многих странах начинаются задумываться о законодательных запретах на продажу бензиновых автомобилей. Если рост электрокаров продолжится как прогнозируется, потребность в бензине упадет в разы или десятки раз в течение 10-15 лет.

Вторые по объему потребители нефтепродуктов – производители пластмасс. Давно известны технологии по выработке всех необходимых пластмасс из воздуха и воды. Но они были на 2-3 порядка дороже, чем обычная нефтехимия. Через 20 лет это станет безальтернативной технологией. Кроме того, стоимость выработки солнечной энергии за 20 лет упала в 300-400 раз и продолжает снижаться. Солнечная энергия уже стоит дешевле газа. Китайцы завалили мир дешевыми электрогенераторами и батареями. Объемы потребления газа начнут падать через 10 лет, с углем это начало происходить уже сейчас

– Что в этих условиях ждет российской авторынок?

– Россия, конечно, останется заповедником бензиновых автомобилей значительно дольше, чем другие страны, поскольку электромобили разрабатываются скорее для более умеренного климата. Но будут проблемы с обновлением автомобилей, потому что крупные автоконцерны будут отказываться выпускать новые бензиновые автомобили. Да, обеспеченные люди пересядут на электрокары, а массовому автовладельцу будет помогать рынок техобслуживания более старых бензиновых авто. В этом отношении мы будем уникальными, потому что на всех других рынках электромобили будут доминировать.

– Если электрокары выпускают многие автоконцерны, то с действующим автопилотом только Tesla. Когда это станет массовой технологией?

– Сейчас главным ограничением на широкое внедрение автопилотов являются непонятные правовые последствия ДТП со смертельным исходом, когда автомобиль с автопилотом сбивает человека. Думаю, что правовой вопрос будет решен в ближайшие пять лет, а за это время будет решена вторая проблема – научить автомобиль ездить в неблагоприятных погодных условиях, когда не видна дорожная разметка.

Одно из базовых правил футурологии – что мы переоцениваем скорость изменений, но недооцениваем масштаб. Мы считаем, что роботы-автомобили появятся быстро, но на самом деле это будет более длительный процесс. Однако, когда реальные автопилоты появятся, они "захватят" все машины. Думаю, через 10 лет каждый второй автомобиль будет с автопилотом, а через 20 лет он будет во всех машинах.

– Какие новые транспортные средства могут появиться в будущем?

– В морском и авиационном транспорте будет прослеживаться та же электрификация, которая сейчас задает тренд электрокарам. В авиации первый шаг – это переход на "зеленый керосин", второй – переход на водород, применение электродвигателей. Почему "зеленый керосин" не пугает экологов? Потому что его синтезируют из воздуха. В природе существует углеродный цикл. При горении и дыхании углерод выделяется. При фотосинтезе поглощается. Человек нарушил баланс, он начал выкапывать углерод, превращать его в диоксид углерода. Если ты вырабатываешь керосин из воздуха, а потом возвращает все это обратно в атмосферу, то ты не нарушаешь баланс. Отказ от природной нефти в пользу синтетической – это вполне экологично.

Появятся новые типы транспорта – сверхскоростные железные дороги и гиперлуп. Эти технологии позволят развивать гигаагломерации, объединяющие десятки и сотни миллионов человек. Воздушное пространство городов станет отрыто для грузовых и пассажирских дронов. Инженерных и технологических трудностей здесь уже не осталось. Главный барьер – законодательный. В Китае уже действуют дрономаты, когда беспилотники развозят посылки в пункты выдачи. В Сингапуре, Дубае и Франкфурте в этом году начинаются туристические полеты на аэротакси. После этого начнутся развертывания таких систем для доставки пассажиров в аэропорты. Через 10 лет – это будет привычная бизнес-услуга, через 20 лет – бытовое транспортное средство.

Еще одно новое направление – то, что делает Илон Маск, это трансконтинентальные ракеты. Starship предназначен не только для полетов на Марс. Перелет из Сан-Франциско в Новую Зеландию на этой ракете будет занимать где-то два часа, а на самолете – 18 часов. Мы подсчитали, что при текущих ценах полет на такой ракете может стоить в пять раз дороже полета на бизнесджете. Но для кого-то серьезная экономия времени может стать экономически оправданной.

Россия. Китай. США. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Медицина. СМИ, ИТ > ria.ru, 5 марта 2021 > № 3659440 Евгений Кузнецов

Любомир Регак: хочу, чтобы россияне знали, что Словакия – классная идея

Посол Словакии в России Любомир Регак в феврале приступил к работе в Москве. В первом интервью в новом качестве дипломат рассказал корреспонденту РИА Новости Ксении Алейниковой, почему Словакия закупила вакцину "Спутник V", и сколько людей ее получит, о том, когда могут возобновиться рейсы между Москвой и Братиславой, и как коронавирус отразился на сотрудничестве двух стран.

– Раньше вы уже работали в Москве. Как, на ваш взгляд, изменилась российская столица за это время?

– Приступая к работе в Москве, я должен сказать, что она очень похорошела за те более чем 20 лет, в течение которых я работал в других странах. Город получил новый архитектурный облик – не только в лице Москва-сити, но и других мест, проведена реконструкция многих зданий. Гуляя по обновленным переулкам и пешеходным зонам в центре столицы с магазинчиками и кафе, я, пожалуй, только теперь впервые почувствовал исторический дух города – атмосферу, которая присуща многим городам, но в Москве она была скрыта под амплуа серого советского города. Сегодняшняя Москва предлагает намного больше возможностей для досуга, отдыха, покупок. Впечатляют новые дороги, современный автопарк в контрасте с загазованным мегаполисом 90-х годов. Мне кажется, что сейчас экологическая ситуация улучшилась. В чем-то Москва остается неизменной, а именно – в высоком уровне культурной жизни, что мы очень ценим. Мы с супругой с подачи ректора Дипакадемии Александра Яковенко уже успели посетить выставку Роберта Фалька в Новой Третьяковке, замечательный музей "Собрание" на Солянке, собираемся в Большой театр на балет.

– Какие задачи стоят перед вами на новом посту?

– Каждый посол ставит перед собой задачу внести какой-то свой вклад в межгосударственные отношения, помимо всего того, что поручает его руководство. В мои задачи входит объективное информирование моего правительства о развитии дел в России, анализ возможностей и рисков в интересах моей страны, а также экспертный взгляд по темам, которыми занимаемся в рамках наших интеграционных объединений, прежде всего ЕС. Что мне близко, и на чем я также хочу сосредоточиться – это развитие межчеловеческих контактов, культурных связей, поощрение туризма и знакомства со Словакией в России – не только в столице, но и в регионах. У нас уже несколько лет успешно существует бренд страны – Good Idea Slovakia, и я хочу, чтобы как можно больше россиян согласилось с тем, что Словакия – это классная идея. Меня в этих намерениях поддерживает и новый директор Словацкого института в Москве, нашего культурного центра, маэстро Петер Феранец. В России он известен как выдающийся дирижер, в прошлом был художественным руководителем оркестров Большого театра в Москве и Михайловского театра в Санкт Петербурге.

– Как вы оцениваете нынешний отношения между Словакией и Россией?

– Наши страны связаны историей с ее светлыми и темными моментами, связаны славянством, которое облегчает наше межкультурное общение и взаимопонимание. В буквальном смысле мы также связаны трубопроводами, которые стимулируют торгово-экономическую составляющую наших отношений. С другой стороны, Словакия намного теснее связана всесторонними союзническими узами с пространством, которому она исторически всегда принадлежала, поэтому мы так ценим наше членство в Европейском союзе или коллективную оборону в рамках НАТО. Отношения Словакии и России на сегодняшний день можно охарактеризовать как комплексные, партнерские и построенные на поисках обоюдно выгодных проектов. Хочется выстраивать наши отношения на положительном опыте прошлого, но, как и положено друзьям, не обходить молчанием и разногласия, которые, естественно, присущи любому виду отношений, не исключая межгосударственные.

– Каковы наиболее перспективные сферы для развития сотрудничества?

– Мы видим потенциал роста нашего торгового оборота в развитии как традиционных отраслей, так и новых направлений экономики. Ценим возможности обучения наших специалистов в российских вузах – я сам выпускник МГИМО, также существует сотрудничество в научных разработках. Важным направлением является культурная и спортивная дипломатия – через наших хоккеистов, которые играют в КХЛ, тема России часто звучит в Словакии. Важна и народная дипломатия, где так активно работают наши парламентарии. На основании опросов среди предпринимателей перспективным является сотрудничество в области энергетики, возобновляющихся источников энергии, решений для "умных городов", а также в области поставок медицинского оборудования и продовольственной продукции. Больше внимания надо уделять новым трендам – "зеленой" экономике и борьбе с последствиями климатических изменений. Кроме того, мы видим потенциал в сотрудничестве с российскими регионами. С многими у нас уже развиваются отношения – например, с Татарстаном, Екатеринбургом, также словацкие компании активно работают в Ростове на Дону и в Нижнем Новгороде.

– Что касается товарооборота, какие результаты показал 2020 год, ознаменованный пандемическим кризисом, и какие ожидания от 2021 года?

– На динамику торговли в прошлом году негативно повлиял коронавирусный кризис: был спад как в экспорте, так и в импорте. За 11 месяцев 2020 года словацкий экспорт в Россию упал в сравнении с тем же периодом 2019 года на 20%, составив чуть больше одного миллиарда евро, а импорт в Словакию из России упал на 23,4%, в общей сумме (составив – ред.) 3,1 миллиарда евро. Для словацкой экономики эти цифры, однако, не представляют серьезного риска: в доле общего импорта Словакии Россия занимает 5,25%, в рамках которых свыше 85% занимают энергоносители. В Россию направляется меньше 2% от всего словацкого экспорта. В структуре экспорта доминируют легковые машины – 45%, автозапчасти – свыше 5%, а также двигатели внутреннего сгорания, автошины и котлы. Что касается текущего года, еще рано прогнозировать динамику торговли – многое зависит от пандемической ситуации и темпов вакцинации, от чего зависят возможности путешествий, в том числе и для предпринимателей.

– Обсуждается ли возобновление регулярного авиасообщения между нашими странами?

– Сейчас ситуация сложная, и пока непонятно, когда это может произойти. Однако такое решение может прийти очень быстро. Как только заболеваемость пойдет на спад, в течение нескольких недель может быть принято решение об открытии границ. Но пока у нас считают, что если не сработает текущий локдаун, его придется ужесточить. Авиакомпания "Победа" намеревалась возобновить регулярные полеты между Москвой и Братиславой с февраля, но перевозить пока некого, потому что и в Словакию, и в Россию запрещен въезд иностранцам. В зависимости от отмены ограничений мы надеемся на возобновление полетов и будем рады приветствовать российских туристов в нашей прекрасной стране.

– Буквально в понедельник первая партия российской вакцины от коронавируса "Спутник V" прибыла в Словакию. О каком объеме идет речь, и сколько составит общее количество поставляемой вакцины?

– Словакия оказалась в сложной ситуации нехватки вакцин на фоне резкого роста заболеваемости COVID-19 и перегруженности больниц. В штатной ситуации мы бы просто увеличили закупки вакцин, сертифицированных Европейским агентством лекарственных средств (ЕМА). К сожалению, производство вакцин не успевает покрывать нужды стран Евросоюза, поэтому некоторые страны решили использовать чрезвычайную форму приобретения вакцин за рубежом – вакцин, у которых пока нет регистрации в Евросоюзе, но которые в ходе клинических испытаний во многих странах мира показали высокую эффективность и безопасность для здоровья граждан. Речь идет прежде всего о российской разработке "Спутник V" и китайской Sinovac. В понедельник в Словакию прибыли первые 200 тысяч доз вакцины "Спутник V" из контракта на поставку до июня двух миллионов доз вакцины, что позволит привить миллион граждан Словакии, то есть примерно одну пятую часть населения страны. Вакцинация "Спутником V", как ожидается, начнется через две недели, после проверки поставленной партии нашими органами надзора над лекарствами. Как сообщил министр здравоохранения, со следующей недели будет открыта запись желающих привиться российской вакциной.

– А вы делали прививку российской вакциной?

– Мы получили приглашение из министерства иностранных дел России о том, что есть такая возможность. Мы с благодарностью приняли эту ноту, правда, не давали никаких конкретных имен. Но я знаю, что в нашем посольстве есть сотрудники, которые вакцинировались в частном порядке или планируют это сделать.

– Учитывая сложную ситуацию с коронавирусом в Словакии, польские врачи помогали проводить тестирование на коронавирус в стране. Рассматривается ли возможность обращения за помощью к российским медикам в борьбе с пандемией?

– Особенностью тестирования в Словакии является то, что сбор пробы со слизистой оболочки носа может делать по закону только врач. Естественно, в ситуации общегосударственного тестирования нам в некоторых регионах, особенно приграничных, не хватало врачей. Здесь нам быстро и эффективно помогли наши соседи – поляки, австрийцы, чехи, венгры, которые прислали своих врачей, за что мы им очень благодарны. Польша также предложила и места в польских больницах в случае перегруза словацких больниц в приграничных регионах. Слава богу, мы пока справляемся собственными силами, хотя в последний месяц число людей, нуждающихся в госпитализации, резко возросло. Сотрудничество с российскими медиками мы пока использовали лишь в консультациях по научным разработкам, связанным с пандемией, на уровне экспертов-эпидемиологов.

– Вы также работали в Белоруссии, Казахстане и Киргизии. Будете ли использовать свой опыт для того, чтобы развивать отношения Словакии не только с Россией, но и со странами ЕАЭС?

– Я сейчас аккредитован для Российской Федерации, а наши отношения с Белоруссией, Казахстаном и Киргизией находятся в ведении моих коллег в Минске и Нур-Султане, что, естественно, не мешает мне поддерживать тесные контакты со многими друзьями и знакомыми в этих странах и следить за развитием дел в странах, где я раньше работал. И так как в Москве находятся штаб-квартиры интеграционных объединений, например, Евразийского экономического союза, то естественно, да, я буду вносить свой скромный вклад и в развитие словацких отношений с другими странами.

– Планируются ли в ближайшие месяцы контакты и визиты по внешнеполитической линии и по линии других министерств, а также на высшем уровне?

– Краткосрочное планирование с прошлого года весьма затруднено из-за пандемии COVID-19. Закрытие границ и временные ограничения в разных государствах затронули и дипломатическое планирование, где мероприятия переносятся на более поздний срок или в виртуальную сферу. Для решения неотложных задач это целесообразно, однако в этой странной ситуации мы поняли, насколько дипломатия нуждается в личных встречах и переговорах. На сегодняшний день у нас не определены даты конкретных встреч на министерском уровне, однако в перспективе работаем над визитом нашего министра иностранных и европейских дел. Когда эпидемиологическая ситуация позволит, проведем и межмидовские консультации по темам обоюдного интереса на основе протокола о сотрудничестве внешнеполитических ведомств.

– Когда состоится очередное заседание российско-словацкой межправительственной комиссии?

– Здесь тоже все зависит от нормализации эпидемиологической ситуации. Очередное заседание должно было пройти в прошлом году в Словакии, его перенесли на этот год, но пока определяются возможные даты заседания. В прошлом году сменился председатель словацкой части комиссии, которым стал министр экономики Рихард Сулик, а в феврале этого года – и российский сопредседатель, которым стал министр науки и высшего образования Валерий Фальков. Поэтому очень важно, чтобы они встретились во главе своих делегаций, как только ситуация позволит.

Россия. Словакия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 5 марта 2021 > № 3659439 Любомир Регак

Европейское агентство лекарственных средств (EMA) инициировало процедуру последовательной экспертизы регистрационного досье вакцины против коронавируса Спутник V, сообщили в РФПИ.

Решение о начале процедуры последовательной экспертизы принято с учетом результатов лабораторных и клинических исследований вакцины. EMA проведет оценку соответствия вакцины Спутник V установленным в ЕС стандартам по эффективности, безопасности и качеству.

Ряд государств ЕС уже одобрили применение Спутник V в индивидуальном порядке, не дожидаясь общеевропейской регистрации. В настоящее время вакцина зарегистрирована в Венгрии и Словакии.

Спутник V, созданный на хорошо изученной платформе аденовирусных векторов человека, является первой зарегистрированной вакциной против коронавируса в мире. Применение вакцины Спутник V одобрено в России, Беларуси, Аргентине, Боливии, Сербии, Алжире, Палестине, Венесуэле, Парагвае, Туркменистане, Венгрии, ОАЭ, Иране, Республике Гвинея, Тунисе, Армении, Мексике, Никарагуа, Республике Сербской (энтитет Боснии и Герцеговины), Ливане, Мьянме, Пакистане, Монголии, Бахрейне, Черногории, Сент-Винсенте и Гренадинах, Казахстане, Узбекистане, Габоне, Сан-Марино, Гане, Сирии, Киргизии, Гайане, Египте, Гондурасе, Гватемале, Молдове, Словакии, Анголе, Джибути и Республике Конго.

Россия. Евросоюз. Весь мир > Медицина > remedium.ru, 5 марта 2021 > № 3656242

За 2020 год российское фармпроизводство выросло на 20%, заявил руководитель департамента развития фармацевтической и медицинской промышленности Минпромторга Алексей Алехин. Он отметил, что 21 из 27 рекомендованных Минздравом препаратов для лечения COVID-19 производятся на территории России, а объем выпуска таких препаратов за год вырос на 200%.

«Безусловно, сегодня такой резкий скачок продиктован приоритетами в лечении наших граждан в период пандемии. Однако выстраивать отечественное фармпроизводство необходимо, ориентируясь на долгосрочное планирование и долгосрочные госконтракты», - приводит «Российская газета» слова Алехина. Он подчеркнул, что в ближайшее время будет принята госпрограмма «Фарма-2030».

По его словам, сегодня важно не только обеспечить россиян необходимым препаратами, но и поставлять российские лекарства за рубеж. Так, в 2020 году отечественная фармацевтическая продукция поставлялась в 131 страну мира на сумму свыше 600 млн долларов, прирост к 2019 году составил 32%, при этом около 40% поставок пришлось на страны ЕАЭС.

АКТУАЛЬНОСТЬ ЛИБЕРАЛЬНОГО ПРОЕКТА ДЛЯ АРМЕНИИ || РУКОВОДСТВО К ДЕЙСТВИЮ

АНДРЕЙ КОРТУНОВ

Генеральный директор и член Президиума Российского совета по международным делам.

РУКОВОДСТВО К ДЕЙСТВИЮ || ЛИБЕРАЛЬНАЯ ШКОЛА

От редакции:

Журнал «Россия в глобальной политике» продолжает серию публикаций под рубрикой «Руководство к действию». В этой рубрике видные учёные-международники рассматривают текущие события с позиций одной из доминирующих школ международных отношений. У каждого своя линза и свой угол зрения. А нашим читателям мы предоставляем возможность выбирать, чья теория убедительнее интерпретирует события современной политики. Очередной взгляд на текущие события с либеральной башни из слоновой кости. Андрей Кортунов – об Армении.

↓ ↓ ↓

В относительно свежем (2017 г.) голливудском блокбастере «Тор: Рагнарёк» есть запоминающаяся сцена, живописующая гибель небесного царства Асгарда. Бог и по совместительству царь Асгарда Тор, ставший невольным свидетелем и участником последней великой битвы добра и зла – Рагнарёка, не в силах предотвратить происходящую катастрофу. Внезапно, когда всё уже кажется безнадёжно потерянным, на Тора нисходит озарение: «Асгард – не точка в пространстве, не место. Асгард – там, где асгардцы». И Тор приступает к эвакуации своего народа из рушащегося города.

В этот момент Тор перевоплощается из отстранённого бога-автократа в деятельного лидера-либерала. Разумеется, не в постмодернистского неолиберала начала XXI века, но в классического либерала конца XVIII столетия. Он осознаёт, что главная и единственная ценность его царства – не территория, не государство, не недвижимость и не мистические артефакты, но его народ. Мужчины и женщины. Старики и дети. Все вместе и каждый в отдельности. Сохранится народ – будет отстроен и новый Асгард, пусть даже на другом конце Вселенной.

Последние события в Армении – это, конечно, ещё не Рагнарёк. Не конец света и не гибель армянского государства. Однако острый политический кризис на фоне недавнего военного поражения, усугубленный глубоким расколом армянского общества, ещё не завершившейся пандемией COVID-19 и экономической рецессией, – всё это более, чем серьёзно. Вопрос уже не в том, удержится ли у власти Никола Пашинян, как сложатся отношения между гражданскими властями и военной верхушкой и каким окажется статус Нагорного Карабаха. Вопрос стоит о будущем армянской государственности, и стоит он более драматически, чем когда-либо прежде за тридцать лет постсоветской истории Армении.

Положение усугубляется тем, что либерально-демократическая перспектива развития страны сильно потускнела за последние пару лет. Правление Никола Пашиняна, на которое возлагалось столько надежд, не принесли армянскому обществу ни обещанного процветания, ни хотя бы стабильности. Это ведёт к росту настроений пессимизма, социальной апатии и цинизма, разочарования в демократических институтах и демократическом пути развития. Не случайно, сегодня в Ереване всё громче звучат призывы передать власть техническому «правительству национального согласия». Некоторые идут ещё дальше, полагая, что неплохо было бы на какое-то время привести к власти военных.

Но есть ли работающая альтернатива либеральному проекту в Армении? С точки зрения традиционной Realpolitik, Армения обречена. У страны с населением около трёх миллионов человек и с территорией меньше Московской области нет ни значительных запасов нефти и газа, как у соседнего Азербайджана, ни плодородных почв, которыми богата соседняя Грузия. Геополитическое положение Армении – удручающее: она даже не имеет общей границы с союзной Россией и находится в окружении откровенно враждебного турецко-азербайджанского альянса и, мягко говоря, несколько двусмысленных партнёров в лице Ирана и Грузии. Возвращение в эпоху «до Пашиняна» означало бы, что Армения должна свыкнуться с ролью смиренного просителя, год за годом обивающего пороги в далёких кремлёвских кабинетах.

Только либерально-демократическая парадигма даёт Армении шанс на будущее. Первая, самая срочная и самая важна задача состоит даже не в реформе политической системы, а в том, чтобы нащупать новую национальную идею, уведя общества от губительных соблазнов бесконечного ирредентизма. Навязчивые идеи продолжения противостояния с Азербайджаном и возвращения утраченных в прошлом году территорий должны остаться в прошлом.

Армения, как и Асгард, – не точка в пространстве, не территория, а народ. Причём в это понятие входят не только три миллиона армян, пребывающих в пределах национального государства, но и те семь-восемь миллионов, которые живут за его пределами, но так или иначе чувствуют свою принадлежность к «армянскому миру».

Именно диаспора была и остаётся уникальным и главным сравнительным преимуществом Армении, которым не располагает ни один из её соседей. До настоящего времени диаспора относилась к Армении примерно так же, как успешные молодые горожане иногда относятся к своим старикам-родителям, доживающим век в далёкой умирающей деревне. Денежные переводы (порой весьма щедрые), ностальгические туристические поездки, неизменный «шашлычок под коньячок», декларативная поддержка «армянского дела» – вот, собственно, и всё, что связывает диаспору с исторической родиной мирового армянства.

В случае отката страны во времена «до Пашиняна» даже этот уровень поддержки сохранить будет чрезвычайно трудно. А превратить Армению в привлекательное инвестиционное направление для немалых финансовых ресурсов диаспоры – вообще невозможно. Нужны принципиально новые приоритеты развития, преобразующие Армению из вечного «бедного родственника» в страну-возможность. В страну, живущую не только своим прошлым, но и своим будущим. Настойчивые поиски таких приоритетов развития, а не химерические сценарии «возвращения Арцаха» должны главным предметом общественной дискуссии.

Сегодня армянские технократы говорят о перспективах развития страны как транспортно-логистического коридора Южного Кавказа. Но здесь Армении придётся столкнуться с жёсткой конкуренцией альтернативных транзитных проектов, в том числе транскаспийских. Есть планы превращения Армении в огромную кавказскую майнинговую ферму, но такой фермой уже успела стать соседняя Грузия. А вот, скажем, в развитии «зелёной энергетики» Армения пока ещё может занять позиции регионального лидера. Тем более что в стране найдётся много мест с изобилием солнца и ветра, с минимумом дождей и снега, с высокими горами и безлюдными плоскогорьями.

В любом случае перед Арменией стоит задача возродить свой научно-технический потенциал, резко повысить качество «человеческого капитала», преодолеть обозначившуюся провинциальность. А для этого необходимо провести радикальную «демилитаризацию» общественного сознания при обязательном сохранении демократических институтов и процедур.

Либеральный проект для Армении совсем не означает, что Ереван должен отвернуться от Москвы, связав свои надежды исключительно с Западом. Но российско-армянские отношения нужно строить как отношения двух равноправных партнёров, а не как отношения клиента со своим патроном. Именно Армения, оставаясь членом ЕАЭС и ОДКБ, могла бы стать основной площадкой для продвижения Россией многосторонних проектов развития кавказского региона с вовлечением Грузии и Азербайджана.

С учётом своего уникального геополитического положения Армения могла бы также претендовать на роль моста между Россией и Европой, между Евразийским экономическим союзом и Европейским союзом.

Не менее важна и потенциальная роль Армении в долгосрочных проектах интеграции «Большого Кавказа». Устойчивый мир и развитие на Кавказе, учитывая национально-этническую и культурно-религиозную пестроту последнего, возможны только в случае постепенного и последовательного превращения Кавказа из набора стран в совокупность регионов (каковой Кавказ исторически почти всегда и являлся). В эту единую экосистему могли бы войти в том числе Карабах, Абхазия, Южная Осетия и другие исторически сложившие области со своими особенностями.

Такие модели в мире существуют – например, Швейцарская Конфедерация, где отдельные кантоны не объединены в Швейцарскую Германию, Швейцарскую Францию и Швейцарскую Италию, но обладают большой автономией в рамках единой экосистемы. Понятно, что против «Кавказа регионов» будут выступать в первую очередь консервативно настроенные группировки национальных элит, заинтересованные в максимальном укреплении контроля над своими государствами – как признанными, так и непризнанными. В передаче даже части своих полномочий на региональный уровень они никоим образом не заинтересованы. Поэтому стабильная и гармоничная экосистема на Кавказе возникнет очень нескоро. Но и Швейцарская Конфедерация складывалась не одно столетие.

Армения > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 4 марта 2021 > № 3708386 Андрей Кортунов

«Вам, любимые!»: волонтеры поздравят женщин

С 6 по 8 марта во всех уголках России и более чем 30 странах мира волонтеры проведут акцию «Вам, любимые» под хештегами #ВамЛюбимые и #MakeHerSmile. Во время акций добровольцы подарят женщинам цветы, а также опубликуют в социальных сетях поздравления.

К акции присоединятся: Азербайджан, Армения, Беларусь, Болгария, Бразилия, Гана, ДР Конго, Египет, Индия, Израиль, Казахстан, Камерун, Кипр, Киргизия, Китай, Латвия, Македония, Намибия, Пакистан, Румыния, США, Таиланд, Танзания, Того, Тунис, Узбекистан, Финляндия, Чад, ЮАР. Самые интересные поздравления появятся на главном сайте акции www.makehersmile.world.

В этот день мужчины поздравляют своих любимых с праздником. К теплым словам и реальным делам присоединятся волонтеры разных возрастов и профессий: подарят цветы случайным девушкам на главных улицах и площадях городов, местах работы и отдыха.

Так, участники конкурса «Большая перемена» поздравят своих учителей. На территориях медицинских учреждений пройдут творческие мероприятия с привлечением региональных вокальных коллективов, кавер-групп и добровольцев, увлекающихся вокалом.

В ходе акции создадут фотопроект, главная цель которого – показать живые эмоции и уникальную женскую красоту. Также оригинальные поздравления в формате видеопроекции появятся на стенах домов в утреннее и вечернее время в разных районах города.

При организации и проведении мероприятий организаторы учтут эпидемиологическую обстановку в регионе и используют средства индивидуальной защиты.

R&D-центр компании «НовоМедика» выпустил первую коммерческую партию антиковидного препарата «Авифавир»

Технологический центр «НоваМедика Иннотех» (дочернее предприятие фармацевтической компании «НоваМедика», инвестиционный проект РОСНАНО) сообщает о выпуске первой коммерческой партии антиковидного препарата «Авифавир®» в рамках партнерства с ООО «Кромис», совместным предприятием Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) и ГК «ХимРар».

Объем производства Авифавира в «НоваМедике Иннотех» составит 100 тысяч упаковок в месяц.

«Трансфер технологий был осуществлен эффективно и в кратчайшие сроки благодаря упорной работе команды специалистов R&D-подразделения и оптимальному профилю производственного оборудования», — прокомментировал генеральный директор Технологического центра «НоваМедика Иннотех» Александр Рудько. — «Первая коммерческая серия препарата уже готова к отгрузке».

Производство таблеток Авифавира налажено на технологических линиях, сертифицированных в соответствии с требованиями стандарта GMP. Все процессы фармацевтической системы качества Технологического центра «НоваМедика Иннотех» обеспечивают выпуск качественного препарата. Контроль качества проводится на каждом этапе технологического процесса, что позволяет оценить соответствие продукта требованиям спецификаций и нормативных документов.

СПРАВКА

«НоваМедика Иннотех» (100% дочернее предприятие компании «НоваМедика») — динамично развивающийся российский фармацевтический R&D-центр, открытый в апреле 2017 года в Технополисе «Москва». Технологический центр специализируется на разработке, внедрении и производстве инновационных, конкурентоспособных и эффективных лекарственных средств, предоставляет полный спектр услуг на рынке фарминдустрии в соответствии с требованиями GMP России и ЕАЭС. «НоваМедика Иннотех» обладает уникальным исследовательским и производственным оборудованием, которое позволяет решать задачи модификации фармакологических свойств лекарственных препаратов, изменять их биодоступность и другие свойства действующих веществ или совмещать в одной форме несколько активных ингредиентов, а также осуществлять их коммерческое производство на собственных мощностях. Значительная часть применяемых технологий пока не имеет аналогов в фармацевтической отрасли России.

Производственные и лабораторные возможности R&D-центра позволяют осуществлять масштабирование технологических процессов, трансфер технологий, изготовление образцов для клинических исследований и также коммерческий выпуск твердых лекарственных форм.

* * *

В Группу «РОСНАНО» входят Акционерное общество «РОСНАНО», Управляющая компания «РОСНАНО» и Фонд инфраструктурных и образовательных программ. Благодаря инвестициям РОСНАНО работает 126 предприятий и R&D центра в 38 регионах России.

В настоящее время Правительство России проводит реконфигурацию системы институтов развития, предусматривающую интеграцию РОСНАНО в управленческий периметр ВЭБ.РФ. На базе ВЭБа создается централизованный инвестиционный блок для реализации проектов, способствующих достижению национальных целей развития. Приоритетом группы ВЭБ становится консолидация государственных и частных инвестиционных ресурсов для прорывного развития страны, повышения качества и создания комфортных условий для жизни людей.

«Хиагда» организовала опытное производство светодиодных светильников

Сборка опытной партии энергосберегающих светильников серии «Хиагда-Пром» организована на производственных площадях предприятия в Чите.

Получен пакет необходимых разрешительных документов, в том числе о соответствии продукции требованиям технических регламентов Таможенного союза и Евразийского экономического союза (ЕАС). Светильники «Хиагда-Пром» имеют электронный паспорт, позволяющий проектным организациям использовать продукцию при проектировании различных объектов.

Светильники серии «Хиагда-Пром» предназначены для освещения улиц, торговых, складских и других зданий, дворовых, придомовых и промышленных территорий, парков и площадей. Светильник рассчитан на шестьдесят тысяч часов или семь лет непрерывной работы.

«В этом году нашему предприятию необходимо 218 таких светильников. В случае выхода на промышленное производство, мы сможем обеспечить потребности предприятий Горнорудного дивизиона, а также сторонних заказчиков», — рассказал главный энергетик АО «Хиагда» Борис Трифанов.

Светильники имеют блочную схему и производятся в комбинациях от 55 до 1100Вт и высоким световым потоком от 8500 до 170000 Лм. Каждые 55 Вт потребляемой мощности имеют отдельный блок питания и светодиодную матрицу. «Если требуется нестандартное решение, то есть возможность спроектировать и изготовить светильник по требованием заказчика», — добавил ведущий инженер АО «Хиагда» Иван Березанский.

12-я министерская конференция ВТО пройдет 29.11 – 3.12 в Женеве под председательством Казахстана

1-4 марта состоялось первое в 2021 году заседание Генерального совета Всемирной торговой организации (ВТО). Примечательно, что это также первое заседание рабочего органа после официального вступления в должность нового Генерального директора ВТО Нгози Оконджо-Ивеалы (1 марта).

Руководитель ВТО обратилась к членам организации с призывом «подойти к решению вопросов по-новому» - к реформе ВТО, а также решению текущих задач. Переосмысления переговорных подходов, по ее словам, требуют такие срочные вопросы как ограничение рыболовных субсидий, расширение мощностей по производству вакцин от коронавирусной инфекции и обеспечение их доступности для населения.

Напомним, что вопрос о продвижении переговоров по рыболовным субсидиям был одной из основных тем неформальной министерской встречи ВТО, которая состоялась 29 января 2021 г. "на полях" Давосских диалогов при участии ключевых членов организации. Министр экономического развития России Максим Решетников тогда отмечал, что правила в этой сфере необходимы для сохранения и обеспечения рационального использования водных биоресурсов и среды их обитания.

Одним из ключевых итогов Генсовета стало утверждение даты и места проведения 12-й Министерской конференции ВТО (высший орган ВТО), перенесенной из-за пандемии коронавируса на 2021 год (напомним, что она должна была состояться в июне 2020 г. в Нур-Султане). Принято решение провести Конференцию с 29 ноября по 3 декабря 2021 г. в Женеве, где расположен Секретариат ВТО. При этом формально мероприятие пройдет под председательством Республики Казахстан.

Одним из важных пунктов повестки прошедшего Генсовета традиционно стало обсуждение ежегодного доклада Секретариата ВТО по присоединениям к организации. На сегодняшний день на стадии присоединения к ВТО 23 страны, включая находящуюся на продвинутом этапе переговорного процесса Республику Беларусь, а также Боснию и Герцеговину, Сербию, Узбекистан, Азербайджан, Эфиопию, Сомали.

Минэкономразвития России ведет активную работу по формированию и учету российской позиции в рамках переговорных процессов о присоединении новых членов к ВТО. Переговоры о присоединении, среди прочего, предоставляют возможности для улучшения условий доступа и ведения экономической деятельности для российского бизнеса на рынках соответствующих стран.

В ходе заседания также обсуждались инициативы отдельных стран по содействию позитивному завершению переговоров по рыболовным субсидиям, по торговле и здравоохранению, а также продление мораториев о невзимании пошлин с электронных трансмиссий и на инициирование споров при отсутствии нарушений норм Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (т.н. non-violation complaints).

Заседание Генсовета продемонстрировало высокую планку ожиданий от предстоящей МК-12, несмотря на сохраняющиеся разногласия членов ВТО по ряду элементов переговорной повестки и объективные сложности, вызванные текущей пандемией.

Казахстан вводит запрет на экспорт нефтепродуктов автотранспортом

Казахстан планирует ввести запрет на вывоз нефтепродуктов автомобильным транспортным, говорится в проекте приказа «О некоторых вопросах вывоза нефтепродуктов с территории республики Казахстан», вывешенном на сайте для опубликования законопроектов и публичного обсуждения «Открытые НПА».

«Исключение составит вывоз в бензобаках, предусмотренных заводом-изготовителем автомобильных транспортных средств и установленных в соответствии с техническими условиями, а также в отдельных емкостях объемом не более 20 литров», — цитирует документ «Интерфакс-Казахстан».

Министерству торговли и интеграции Казахстана приказано в установленном порядке информировать Евразийскую экономическую комиссию о введении запрета.

В настоящее время вопрос о запрете находится на стадии публичного обсуждения, которое продлится до 19 марта. Приказ будет введен в действие по истечении десяти календарных дней после дня его первого официального опубликования, он будет действовать в течение шести месяцев.

Поперёк батьки

Елена Пономарёва об адской кухне белорусских протестов

Андрей Фурсов Елена Пономарёва

Андрей ФУРСОВ. 2020 год памятен, конечно, не только "ковидом", но и чрезвычайно возросшим напряжением по периметру российских границ. Самым серьёзным испытанием года минувшего стала ситуация в Белоруссии. С тех пор прошло немало месяцев, и самое время подвести итоги, поговорить о политтехнологиях, соотношении внутреннего и внешнего факторов. Вы, Елена Георгиевна, как специалист по "цветным революциям", какие закономерности тут прослеживаете? Появились ли какие-либо новинки у наших противников?

Елена ПОНОМАРЕВА. Я предпочитаю использовать понятие "политические перевороты современности", а не "цветные революции", потому что революция — это иное явление, отличающееся от того, что мы наблюдаем последние лет двадцать, начиная с Белграда 2000 года, когда был запущен процесс использования новых технологий по смене политических режимов.

Естественно, технологии развиваются, и сегодня позволяют осуществить политический переворот практически в любой стране мира вне зависимости от формы правления и государственного устройства. В то же время под каждый конкретный случай подбирается своя методика. Необходимо отметить, что сама возможность и успех деструктивных действий зависят от комплекса внутренних и внешних факторов. В то же время огромно значение организационно-финансовой, методической и технической составляющей переворота, а политические или социально-экономические характеристики режима при этом даже менее важны.

Технологичность современных политических переворотов достигла невероятных вершин. Следующим и последним этапом в этом процессе может быть только прямое управление сознанием человека и контроль над его мыслями.

Что же касается Белоруссии, то она продемонстрировала, возможно, уникальный пример того, как можно противостоять технологиям длительных и масштабных протестов и сохранить государственную систему. Очевидна существенная разница по сравнению с событиями "арабской весны", украинского майдана, с переворотами в Грузии и на Украине в 2003 и 2004 годах. Как правило, деструктивные технологии предполагают лишь смену лидера и его окружения, а в Белоруссии была поставлена цель изменить социально-экономический и политический строй, вплоть до замены символов государства и разрыва союзных отношений с Россией. Неслучайно в оппозиционных телеграм-каналах Лукашенко обвиняли и в том, что он когда-то голосовал против Беловежских соглашений, и даже в том, что ездил на открытие Ржевского мемориала.

Удивительной была масштабность белорусских протестных акций. Почти во всех городах и местечках происходили внушительные манифестации. Почему же так получилось, если социально-экономическая модель, которая была реализована в стране, часто именуется "белорусским чудом"? Ведь Белоруссии, действительно, удалось преобразовать позитивный опыт, который был накоплен в советский период; там нет столь серьёзного социального расслоения, как в России.

Полагаю, ситуацию проглядела сама белорусская власть. Все знают, что главным символом протестов стала атрибутика Белорусской Народной Республики (БНР), провозглашённой в 1918 году, которая, к слову, не просуществовала и года. Это бело-красно-белый флаг, гимн, герб… Но мало кто из белорусской молодёжи знает, что под этим самым флагом проводились зачистки мирного населения в период Великой Отечественной войны. По всей видимости, об этом не рассказывали в белорусских школах; на протяжении последних двадцати лет власть не проводила серьёзной разъяснительной работы на эту тему среди молодёжи. Зато населению не возбранялось собираться 25 марта на празднование Дня воли, приуроченного к самопровозглашению БНР. Именно с этими самыми флагами! Более того, в 2018 и 2019 годах власть присоединилась к участию в этом "празднике", предоставив административные и финансовые ресурсы: были организованы концертные площадки, развёрнуты торговые ряды — всё, вплоть до биотуалетов. Таким образом все двадцать лет эти символы БНР завоёвывали место в сознании населения.

Стремление белорусской оппозиции изменить полностью систему очень напоминает то, что мы пережили в 1991 году. Тогда у нас сменились и символы, и вся система. В этом смысле Белоруссия воспринимается как последний оплот советского проекта. Потому её и хотят переформатировать, уничтожить.

Андрей ФУРСОВ. Перепланировщики с Запада хотят именно этого, да… Но получается, что белорусская власть в течение последних двадцати лет взращивала своих противников.

Елена ПОНОМАРЕВА. В высоких кабинетах, наверное, думали, что заигрывания с национализмом сделают его сторонников лояльными действующей власти. Это грубейшая ошибка. Нужно было с самого начала сделать невозможным употребление этих националистических символов с этической и культурно-исторической точек зрения. В результате сама власть подготовила почву для протестов, в сознании людей была сформирована альтернатива как минимум на уровне символьного ряда.

Следующий момент тоже очень важен. Любая власть персонифицирована: всегда есть тот, кто олицетворяет существующую систему. В Белоруссии эта персонификация гипертрофирована. Как говорят и оппозиционные, и лояльные к белорусской власти политики, "система, которая сегодня есть в Беларуси, — детище Лукашенко". Это его проект, личное его ви?дение. И, соответственно, отношение к нему формирует отношение к системе. И, наоборот, отношение к системе переносится на личность Лукашенко. Поэтому главный удар наносили по фигуре лидера. По сути, оппозиция запустила масштабную программу по его расчеловечиванию.

Я наблюдала этот процесс по оппозиционным телеграм-каналам ещё с декабря 2019 года. По мере приближения к выборам, к 9 августа 2020 года, уничижительный тон по отношению к президенту нарастал. Здесь, кстати, мы видим некую параллель с "полосканием" Трампа в соцсетях — та же травля феноменальных масштабов.

В то же время нужно отметить, что массовости и масштабности белорусских протестов не было бы без смычки с российскими либеральными блогерами и журналистами. Это так же неоспоримо, как и то, что сейчас ведущими площадками по аккумуляции российских протестов являются белорусские каналы. Полагаю, можно назвать главный из них, мы ему уже не создадим рекламы, всё давно известно…

Андрей ФУРСОВ. Врагов нужно знать в лицо. Это телеграм-канал "Нехта".

Елена ПОНОМАРЕВА. Да. Но это не просто телеграм-канал, а целый пул сетевых структур, начиная с сайта, великолепно, кстати, сделанного. Кураторы этих ребят, конечно, сидят в ЕС, а на нашей территории у этой сети есть "дочки" разного уровня: производные телеграм-каналы, сообщества в соцсетях "ВКонтакте", "Одноклассники", "Фейсбук". Вся "поляна" новых медиа занята.

С этих площадок целый пласт новояза перекочевал в российские оппозиционные телеграм-каналы. У меня есть список кличек, которыми назывался белорусский лидер, но по естественным причинам мы не будем их здесь озвучивать. Эта вызывающая лексика постоянно звучала у российских оппозиционных блогеров и так называемых журналистов "Эха Москвы".

Андрей ФУРСОВ. Уже применительно к российскому руководству?

Елена ПОНОМАРЕВА. Нет, к руководству белорусскому. Когда нехтовцы говорят "агрофашизм", они подразумевают Белоруссию, Лукашенко обозначается не иначе как "президент-колхозник". И это самые мягкие понятия. Кстати, первое зарубежное интервью Светлана Тихановская дала телеканалу "Дождь". Так что всё здесь ясно.

Говоря о расчеловечивании фигуры лидера, уместно вспомнить 2000 год, когда в Белграде в парке Калемегдан молодые люди устраивали перфомансы, например, "Дать пинка Милошевичу", предлагая пнуть канистры с нарисованным портретом Милошевича. В тот момент участники этих сборищ чувствовали себя героями. А теперь многие из них вспоминают, что единственный лидер, который пытался отстоять интересы страны, но был отправлен их руками в Гаагу — это Слободан Милошевич.

Ещё один важный момент: Белоруссия показала всему миру, что социальные сети — реальное оружие. Оружие деструкции, переформатирования сознания совершенно разных социальных групп. Это нельзя не учитывать и нам. В последние годы у многих сформировалось убеждение (причём не только у школьников, студентов или диссидентствующего среднего класса), что вся правда высказывается только в социальных сетях, а официальные ресурсы лгут. В отличие от последних, соцмедиа якобы не ангажированы, свободны и самостоятельны. Да, конечно, соцсети сложно контролировать государству, но эти медиаплощадки контролируются корпорациями. За лицами, вбрасывающими резонирующий, нужный Западу контент, всегда торчат уши соответствующих спецслужб. Достаточно вспомнить белорусского розовощёкого протестного фигуранта Степана Путило. Всего 22 года, и вдруг он оказывается способным раскрутить маховик гигантских протестов! Понятно, что это не его "заслуга". Он лишь пешка, а пульты управления находятся за рубежом, и их государство сейчас не может контролировать.

Вообще, социальные сети являют собой ризоморфную (нелинейную) среду. Каждый их корешок (побег, ответвление) обладает креативным потенциалом, так как может добавлять контент, который ранее нигде не выкладывался. Множественность этого спутанного корневища позволяет системе в случае "отрубания" того или иного корешка развиваться далее в других направлениях.

Эту самовоспроизводящуюся конструкцию описали ещё в 1976 году французы Жиль Делёз и Пьер-Феликс Гваттари. Кстати, в 1955—1965 годах последний был редактором троцкистской газеты "Коммунистический путь", а потом долгое время работал в "Центре инициатив по созданию нового пространства свободы". Мы сейчас часто слышим об этом "новом пространстве свободы". Но самое интересное, что Гваттари в 1968 году во время известных событий был инициатором штурма школы "Нормаль" и театра "Одеон"!

Андрей ФУРСОВ. Вообще, штурм театра "Одеон" — потрясающая история. Мне рассказывал о ней Самир Амин, ныне уже покойный политолог, франкоязычный экономист, активный революционный деятель. Он участвовал в событиях 1968-го и знал многое о роли провокаторов. Самир Амин и другие руководители считали, что нужно было идти на набережную Орфевр, в здание полиции, чтобы получить список стукачей. И только они решили выдвинуться туда, как, по словам Самира, путь им преградили два крепких парня лет тридцати. Они закричали: "Граждане! Все на штурм "Одеона"! Там разворачивались главные события Великой французской революции!" И послушная толпа побежала на "штурм" "Одеона", где штурмовать-то было нечего. Поход на набережную Орфевр был перенесён на следующий день, но к тому времени все досье уже были вывезены.

А главной задачей глобалистов было свалить де Голля, что и было сделано. После него в президентское кресло сел Помпиду — человек Ротшильдов.

Елена ПОНОМАРЕВА. И спустя столько лет тот же ризомный способ создания "нового пространства свободы" дошёл до Белоруссии! Социальные сети, которые не имеют, казалось бы, центра и строгой иерархии, способны серьёзным образом докучать государственным иерархичным структурам.

Андрей ФУРСОВ. Центра нет внутри них, но такой центр управления находится за их пределами.

Елена ПОНОМАРЕВА. Да, конечно, это хорошо просматривалось в белорусских событиях. На первый взгляд, имеется хаотичное множество различных каналов (площадок, сообществ), но информация там группируется определённым образом. Есть команда, которая формирует повестку дня на ближайшие протесты, она пересылает людей на другие каналы "по интересам". Есть, например, те, которые занимаются только листовками или исключительно речёвками. Или только флагами и лозунгами. Есть отдельные "паблики" по "мерчу", то есть сопутствующей продукции с соответствующей символикой (футболки, толстовки, кружки и так далее). Есть каналы, где учат, как бороться с силовиками: как разворачивать "сцепку", как противостоять омоновцам при столкновении, что говорить при задержании и допросе.

Таким образом, социальные сети стали инструментом формирования определённого отношения к власти, убеждённости в своей правоте, перехвата смыслов любых альтернативных ментальных конструкций. Они стали управлять "большой толпой", которая превращается в так называемую "умную толпу". Что касается перехвата смыслов, то я, прежде всего, имею в виду самую значимую страницу в истории Белоруссии — события Великой Отечественной войны. Современные деструкторы называют свои действия победой, себя именуют партизанами, а представителей власти — оккупантами и фашистами. Но многие люди, которые под этим "подписываются", не знают, что именно под бело-красно-белыми флагами в годы войны действовали пособники нацистов.

Андрей ФУРСОВ. Коллаборационисты.

Елена ПОНОМАРЕВА. Да. Для них флаг Победы не является красным. Более того, новые коллаборанты формируют свой план "победы", в котором выделяют несколько "фронтов": экономический, политический, информационный, пропагандистский. На каждом фронте фиксируют конкретные действия. Но эти люди работают не во благо Белоруссии. К примеру, есть памятка, которая везде тиражируется, типа "не покупайте белорусские продукты, а покупайте импортные" (привет полякам и литовцам!), "не платите за коммунальные услуги — тяните до последнего!", "не работайте в госструктурах — увольняйтесь!". И некоторые дурачки их послушали в надежде, что какие-то "фонды поддержки" будут выплачивать им заработную плату.

Андрей ФУРСОВ. Но ведь в Польше так когда-то и было: на пике обострения ситуации в стране фонды ЦРУ платили деньги работягам.

Елена ПОНОМАРЕВА. Всё верно, это и есть технологии. Но сейчас сторонники бело-красно-белого помешательства всё чаще рассказывают о другом. В частности, Светлана Галузо, ассистент Андрея Стрижака, сооснователя фонда BySol, которая искренне полагала, что за протестующими в Белоруссии настоящее будущее, в ютьюбовском ролике рассказала, как "пилятся" очень большие деньги из Литвы и Польши, при этом обычным людям, лишившимся работы в обмен на новую "идею", ничего не достаётся. А этот Стрижак, вообще, вроде Остапа Бендера: он давно беззастенчиво утилизирует не только европейские гранты, но и "донаты" от неразборчивых пролиберальных белорусских граждан.

Андрей ФУРСОВ. Деньги идут ему в карман?

Елена ПОНОМАРЕВА. Естественно! На него, я полагаю, литовцы вскоре заведут уголовное дело о мошенничестве и воровстве.

Я перепроверила эту информацию от Светланы Галузо. Действительно, оказалось, что есть серьёзные "расстыковки" между белорусскими фондами солидарности, так называемым Координационным советом белорусской оппозиции и Светланой Тихановской лично. Многие вещи, которые инициируют эти фонды и, конечно, получают определённые средства на них, оказываются не известными Тихановской, которая черпает информацию не "изнутри", а "извне" — из телеграм-каналов, узнавая из них, например, что она объявила сбор средств на так называемый Международный день солидарности с Беларусью (7 февраля).

Тут ещё революция не пожирает своих детей, но из-за денег они дерутся, как пауки в банке. Но возникает главный вопрос: как может быть патриотом и лидером нации человек, который призывает к очередному пакету санкций против своей страны?! Обращаясь к сотням дипломатов со всего мира на площадке Европейского Совета по международным отношениям, этот человек говорит: "Запад должен действовать смелее, санкции не должны быть скромными".

Андрей ФУРСОВ. Напоминает призывы Солженицына к США в 70-х годах действовать жёстче против Советского Союза. Тоже был "радетель" за русские интересы.

Елена ПОНОМАРЕВА. Некоторые персонажи у нас в России тоже призывают к санкциям против нашей страны. Хотя ясны последствия этого и для экономики, и для каждого конкретного человека.

Андрей ФУРСОВ. Им плевать на страну.

Елена ПОНОМАРЕВА. Это факт. Все эти тихановские и стрижаки преследуют свои узкокорыстные интересы. Но за ними стоят действительно серьёзные люди.

Тут уместно коснуться роли внешних факторов в процессе смены политрежимов. Примечательно, что оппозиция в любой стране, где бы ни осуществлялась попытка политического переворота, преподносит Запад своим главным союзником, единственной надеждой. Вспомним Саакашвили, Гуайдо, "берлинского пациента".

А что означает "внешний фактор" применительно к Белоруссии? Тут действовала тяжёлая "артиллерия"… В Польше был создан пресловутый Белорусский дом, ключи от которого как символ альтернативного правительства были переданы Светлане Тихановской в присутствии высших руководителей Республики Польша. Выделили под это красивый особняк в центре Варшавы, и все польские телеканалы об этом радостно сообщили. А далее последовали "ангажементы" лидеров европейских стран — от Макрона и Меркель до прибалтийских карликов.

Андрей ФУРСОВ. Притом, что они прекрасно понимают, кто такая Тихановская. Но их готовность сажать её за один стол с собой и разыгрывать этот спектакль говорит о том, что сами они фигуры весьма и весьма мелкие.

Елена ПОНОМАРЕВА. Это делается в расчёте на публику, для которой такое внешнее признание белорусских оппозиционеров многое значит.

Андрей ФУРСОВ. Вечная мантра: "Запад нам поможет".

Елена ПОНОМАРЕВА. Кстати, относительно недавно вышел доклад Атлантического совета. Эта аналитическая структура, созданная в 1961 году при НАТО, постоянно разрабатывает планы, направленные против нашей страны. Накопленный опыт показывает, что значительная доля рекомендаций, исходящих от этого органа, реализуется в той или иной форме. Поэтому его доклады заслуживают внимания. Авторы свежего документа пишут, что послу США, который приедет в Беларусь, не нужно (!) встречаться с Лукашенко и вручать верительные грамоты. Ему настоятельно рекомендуют съездить в Вильнюс (!), так как там расположена штаб-квартира белорусской оппозиции. Тут волосы дыбом могут встать: как это — не вручать верительные грамоты?! Белорусской власти надо в таком случае потребовать высылки этого человека, раз он хочет действовать через "марионеток" в Вильнюсе! Или вообще не разрешать въезд тому, кто даже не собирается вручать верительные грамоты!

В этом же докладе говорится о том, что не надо упоминать Лукашенко как действующего президента. Предлагается выделять ежегодно "на развитие гражданского общества" в Беларуси не менее 200 миллионов долларов и существенно усилить финансирование Белорусской службы радио "Свобода"*. Как многие помнят, трансляции протестов велись этим каналом на белорусском языке в онлайн-режиме. Следующий важный момент в документе — пригрозить России санкциями за поддержку режима Лукашенко (в том числе журналистам, позитивно освещающим его деятельность). Если эти предложения будут приняты Госдепартаментом США, то наш ответ должен быть совершенно адекватным и зеркальным.

Андрей ФУРСОВ. Это наглость того же сорта, когда американское посольство вывешивало маршруты, которыми предлагалось передвигаться протестующим по Москве. В такой ситуации ответ может быть только один: высылка посла США из России и отзыв нашего посла из Штатов. Это может их отрезвить.

Елена ПОНОМАРЕВА. Совершенно верно. При этом не надо путать "отзыв" посла с разрывом дипломатических отношений. Это предусмотрено определением "для консультации".

Андрей ФУРСОВ. Когда говорят о возможности компромисса с Западом, полезно напомнить сцену убийства Каддафи. Вот цена компромисса! Ошибка Каддафи заключалась в том, что он поверил мерзавцам, которые с самого начала задумывали его убийство. Лучший компромисс с хищником — вырвать ему зубы.

Елена ПОНОМАРЕВА. Андрей Ильич, вы всегда находите самые точные слова. Тем более что внешний фактор присутствует и в экономике, и в политике, и в информационной сфере. Белорусские события усугублялись "маршами солидарности", которые были предприняты по всему миру якобы диаспорой. Были изготовлены потрясающие по дороговизне ролики о сочувствующих французах, австралийцах, канадцах, которые говорили, что, мол, "белорусы, мы с вами, свергайте диктатора". Хотя о какой диктатуре в Белоруссии может идти речь, если уже лет двадцать оппозиционерам разрешалось маршировать по улицам городов?

Андрей ФУРСОВ. Если бы в Белоруссии был жёсткий авторитарный режим, то такого и близко бы не было. Все эти люди славили бы режим, как наши "перестройщики" в 60-х—70-х годах славословили систему, а потом вдруг "прозрели"…

Елена ПОНОМАРЕВА. Весь периметр, который возможно было охватить с внешнего контура, был подготовлен, и видно, что работали над этим давно.

Кстати, в пользу технологичности, продуманности белорусских протестов говорит даже такой маленький факт. На днях Татьяна Лазарева, известная всем по роли женщины в халате, пожаловалась по поводу частушек о Путине… Помните?

Андрей ФУРСОВ. Бездарная актриса, кстати.

Елена ПОНОМАРЕВА. Она пожаловалась, что перед протестами хотела найти в Интернете частушки про Путина, но так и не смогла их обнаружить! Вот ведь кошмар для этих людей! И она заказала что-то у "креативщиков — друзей-писателей". А вот в Белоруссии в этом плане было всё продумано (кричалки, плакаты). Более того, всё время вбрасывалось что-то новое. Так, "женский марш" сменялся "маршем мудрости" — выходили пенсионеры. Далее был организован "марш людей с (не)ограниченными возможностями", "марш велосипедистов", автопробег. Брались в оборот совершенно разные социальные группы.

Удивительными в "белорусском опыте" для меня были заявления оппозиционеров о ненасильственных методах борьбы с режимом. На самом деле это пример иезуитской логики, поскольку практика их в данном случае оказалась вовсе не мирной. Например, в обращении к автомобилистам на телеграм-каналах говорилось: "Двигайтесь медленнее, останавливайтесь на светофорах, не пропускайте скорую помощь, пока не убедитесь, что это действительно скорая помощь, создавайте заторы…". То есть создавайте проблемы на дорогах, в том числе для экстренных служб! Следующий момент — постоянно сигнальте! Постоянная какофония, производимая автомобилистами, крайне вредна для психики людей, провоцирует хаос! Третий момент — "рельсовая война": поперёк рельсов растягивалась проволока, или мотки её забрасывались на электропоезда, которые идут, как известно, под проводами с высоким напряжением. Это прямой терроризм! Поражало лицемерие, с которым в телеграм-каналах указывалось, что-де "старайтесь ломать технику, но не трогайте людей". Где тут грань между мирным и немирным поведением? Она пунктирна, мягко говоря.

Агрессивность "протестунов" (используем терминологию Лукашенко) увеличивалась по ходу событий. Это особенно коснулось силовиков и государственных служащих, которых подвергли деанонимизации (нарушение анонимности): в соцсетях были размещены личные данные людей, занимающихся охраной правопорядка. Сначала выложили сведения о десятке сотрудников, потом сведений становилось всё больше и больше. Я уже не говорю о поджогах автомобилей сотрудников милиции и дач омоновцев, о физическом насилии. Раздавались призывы к агрессии в отношении их семей.

Андрей ФУРСОВ. Посягательство на жизнь государственных служащих должно пресекаться и жёстко наказываться.

Елена ПОНОМАРЕВА. На самом деле, в Белоруссии старались минимизировать все последствия бурных протестов. Была проведена колоссальная работа по выявлению зачинщиков агрессивных действий, постоянно велась работа с участниками акций. Это та работа, которая обычно не видна. Но вот что было очень заметно, так это наведение порядка на улицах городов после каждой такой акции. Наутро Минск, Брест, Гродно всегда встречали жителей вымытыми улицами, ухоженными палисадниками. Вот пример государственного великодушия, а ведь можно было бы, наверное, взять и выставить счёт за все безобразия хулиганам, засветившимся на камерах!

Кстати, в ходе протестов "креативили" не только оппозиционеры, но и власть. Например, стали красить биотуалеты в бело-красно-белый цвет, что вызвало ужасное раздражение протестующих. Власти попали в точку!

Какие выводы можно извлечь из белорусских протестов? Протестные настроения есть при любых режимах, где-то градус их выше, где-то ниже. Но необходимо помнить, что протестующих виртуально всегда больше, чем реально выходящих на улицы. Более того, протестующие часто выходят не против политического лидера, а из-за мелких обид на того или иного чиновника, нерешённости конкретных проблем, которые они автоматически переносят на лидера страны. Почву для такого рода настроений необходимо своевременно устранять.

Применительно к России я считаю, что серьёзное решение внутренних проблем невозможно без изменения социально-экономической модели общества.

Андрей ФУРСОВ. Безусловно! Нерешённость социальных проблем создаёт благоприятные условия для сноса власти. И, как показывает история, такой снос приводит к ещё худшим последствиям.

Елена ПОНОМАРЕВА. Совершенно верно. В Белоруссии власть продемонстрировала стойкость, умение должным образом отреагировать на критическую ситуацию. Правовые и силовые структуры показали пример чёткого взаимодействия. Это очень важно. В верхах белорусской власти мы не увидели предательства. Конечно, было не без перебежчиков (типа Павла Латушко), но это далеко не то, что имело место в окружении Саддама Хусейна, например.

Андрей ФУРСОВ. Единство правящих элит — необходимое условие, чтобы все усилия врагов провалились.

Елена ПОНОМАРЕВА. И для этого должен быть сильный лидер. Лукашенко не кривит душой, когда говорит, что у него единственная любимая — Беларусь. У него действительно цель жизни — благополучие родной страны. Либо он умрёт, либо её отстоит. И, конечно, такого бегства из страны, которое мы наблюдали на украинском примере в 2014 году, Лукашенко не допустит. Его убеждённость и, если хотите, упёртость, готовность биться за родную страну стали главным сдерживающим фактором протестов. Конечно, эти акции ещё не "сдулись", но ощутимое затухание произошло (не без помощи погодных условий, конечно).

Андрей ФУРСОВ. Да, может пойти вторая волна, третья, они будут пытаться и дальше.

Елена ПОНОМАРЕВА. Это будет продолжаться, тлеть, разгораться вновь, пока не будет сокрушено ядро ярых оппозиционеров, пока не вскроют и не развалят на составные части весь продажный механизм протестной "движухи", кормящейся с Запада. Пока не объяснят всем, что бело-красно-белый "символ свободы" использовался нацистами, врагами Белоруссии. Необходимо перехватывать пропагандистскую инициативу, тиражировать информацию о подлинной истории Белоруссии, создавать ролики на всех европейских языках. Иными словами, власть должна, выиграв первый тайм, работать на перспективу.

Андрей ФУРСОВ. Врага нужно бить на его территории, а его территория — медийное пространство. Сегодня битвы выигрываются в медиасфере. Вот там и нужно нам работать в первую очередь!

Елена ПОНОМАРЕВА. Что мы с вами сейчас и попробовали сделать, Андрей Ильич.

Андрей ФУРСОВ. Спасибо за беседу, Елена Георгиевна!

* данное СМИ выполняет в РФ функции иностранного агента

Чижик-пыжик

дискуссия вокруг Лубянки, так внезапно оборванная, имеет свои историософские результаты

Александр Проханов

Вот и кончилась история с памятником Дзержинскому на Лубянке. Власть, заставив народ выбирать между Феликсом Дзержинским и Александром Невским, довела народ до остервенения. Месяц люди не думали ни о пенсионной реформе, ни о Навальном, ни об автозаках, ни о падении доходов, ни об увеличении смертности. Не пытались понять, почему нет долгожданного развития и что в действительности происходит в Белоруссии. Все рвали на себе рубахи: Дзержинский или Александр Невский.

Что ж, теперь народ на время успокоится — до апреля, когда власти предложат людям решать: вынести тело Ленина из Мавзолея или оставить его там. И тридцать лет подряд народ снова будет рвать на себе рубахи, красные будут грызться с белыми, ни о каком примирении не будет и речи, а сознание будет харкать кровью.

Но и тема выноса Ленина из Мавзолея не вечна. Она в конце концов угаснет, и ей на смену придёт тема переименования городов и улиц: оставить ли станцию метро называться Войковской или переименовать её в станцию Андрея Первозванного? А город Тутаев на Волге так и будет Тутаевым или вернуть ему старое название — Романов-Борисоглебск?

Вы слышите, как чёрт потирает свои когтистые лапки? Эти трюки ему удаются десятилетия подряд, и он считает, что русский народ — это народ-шалопай.

И всё-таки дискуссия вокруг Лубянки, так внезапно оборванная, имеет свои историософские результаты.Что общего между Дзержинским и Александром Невским, и почему либералы, предложившие поставить на Лубянке памятник Чижику-пыжику, проиграли и не получили желаемого? Дзержинский стоял у истоков нового советского государства, того государства, что построило на пустошах и неудобицах множество городов, проложило дороги и возвело великие плотины, одержало Победу в 1945 году, запустило первый в мире ядерный реактор и взлетело в космос. Об этом грезило красное государство в самые первые мгновения своего рождения. Дзержинский был повивальной бабкой этого государства. Он принимал у истории роды. История отправила в морг империю Романовых и ждала нового младенца. Как всякий младенец, он рождался в крови. И акушер истории Феликс Дзержинский был обрызган кровью этого рождения, ибо одна русская империя уступала место другой, и время хлюпало кровью.

Александр Невский велик. Время его княжения — это безвременье. Канула в прошлое великолепная Киево-Новгородская Русь, Московское царство ещё не народилось, и длилось мучительное столетие, когда решалось: быть или не быть новой империи русских.

Все русские империи, начиная от древних языческих и включая сталинскую, грезили возвышенным идеалом совершенного государства, благодатного общества — грезили Царствием Небесным. Тевтоны, наступая на Русь, отнимали у русских не только землю, не только угодья, они затаптывали русскую веру — это православное Небесное Царство. Александр Невский из двух мучительных зол — Тевтонского ордена и Орды — выбрал Орду, ибо Орда не требовала от русских отказа от веры, а довольствовалась данью. Отстояв веру, разгромив тевтонов, Александр Невский открыл путь новому русскому царству. Его дело завершил Дмитрий Донской, освободив Русь от Орды. Оба князя — Александр Невский и Дмитрий Донской — святые, ибо они в период безвременья сберегли драгоценную Русскую Мечту — мечту о небесной обители.

Но почему теперь православной церкви не затеять общенародную дискуссию, кому поставить памятник: Льву Толстому или Иоанну Кронштадтскому? Или был ли Иосиф Виссарионович Сталин гонителем церкви? Ведь он вернул в русскую жизнь церковь — уже не ту, тучную, пресыщенную, что распивала чаи в Мытищах и отказала государю-императору в прибежище. А церковь, исполненную страдания, исполненную новомучеников, церковь, в которую вернулся Христос-мученик.

Эти дискуссии актуальны и сулят нашему обществу прозрение после десятилетий слепоты.

P.S. Возмущённые толпы Санкт-Петербурга с революционными матросами и вооружёнными солдатами во главе снесли памятник Чижику-пыжику. Но опомнились, решили вернуть его на место — на Фонтанку. И стали решать: следует ли воздвигнуть на прежнем месте монументальный памятник Чижику-пыжику или поставить там памятник Александру Глебовичу Невзорову? Состоялся плебисцит. Петербургское общество разделилось почти надвое. Но всё же решили вернуть на это место Чижика-пыжика.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 4 марта 2021 > № 3656713 Александр Проханов

Коллегия Евразийской экономической комиссии утвердила Руководство по асептическим процессам в фармацевтическом производстве. В документе приведены единые правила обеспечения стерильности при производстве лекарственных препаратов, правила подготовки и выполнения технологических процессов, квалификации помещений, оборудования и вспомогательных систем, подготовки персонала, работающего в зонах асептического производства, правила валидации стерильных фармацевтических производств и методы выполнения процедур валидации.

Также руководство устанавливает единые подходы к инспектированию асептических производств и контролю обеспечения стерильности в рамках производственного процесса.

«Применение руководства позволит обеспечить взаимное признание результатов инспектирования асептических производств, устранение барьеров, связанных с различными подходами к оценке производств и допуску стерильных лекарственных препаратов на единый рынок», - говорится на сайте Евразийской экономической комиссии.

Ранее Евразийская экономическая комиссия (ЕЭК) разрешила проведение в ЕАЭС инспекций фармпроизводств в дистанционном режиме. Это позволит не останавливать инспекционный процесс в результате распространения коронавируса.

Объемы фармацевтических рынков стран СНГ в 2020 году выросли на 16-28%, что было связано с дополнительными затратами госбюджетов и населения, направленными на борьбу с коронавирусной пандемией. Такие данные 2 марта привел региональный представитель IQVIA по странам Восточной Европы, России и страны СНГ Алексей Савин, открывая 12-й ежегодный Евразийский фармацевтический форум. Мероприятие проходило в гибридном (очно-виртуальном) формате.

По данным агентства, затраты стран СНГ на профилактику коронавирусной инфекции, ее лечение и борьбу с последствиями пандемии составили порядка 2-4% ВВП. «Это значительно ниже, чем в развитых странах, например, в США, Великобритании – там эти средства составили порядка 16%, в Германии – 11% ВВП, но тем не менее, это значительные средства и это будет определять структуру рынков, — отметил эксперт. — В нашем регионе значительная часть фармрынка финансируется населением. Государства участвуют в госпитальном сегменте, в виде программ возмещения, в пределах 20-25%. По доле участия государства страны СНГ отстают от стран Европы, где доля участия государств составляет более 80%».

Значительное отставание стран СНГ от многих других стран мира заключается в уровне цифровизации здравоохранения – полагает спикер. Эффективность доведения средств до каждого пациента требует прозрачности и контроля, а отсутствие должной цифровизации здравоохранения ограничивает такую возможность. Для правительств региона вопрос цифровизации и построения систем (электронных медкарт, рецептов, направлений) имеет высокий приоритет.

В 2020 году главными бенефициарами пандемии в СНГ стали производители противовирусных, антибактериальных препаратов, антикоагулянтов и антисептиков, а также те, кто принимал участие в формировании запасов ЛП для хронических больных различных социально-значимых нозологий – ССЗ, диабета, онкологии. Несколько «просели» поставщики препаратов для госпитального звена других направлений из-за карантинных мер.

По словам А. Савина, одним из трендов, которые будут определять развитие рынка евразийского региона в 2021 г. будет значительный рост продаж биосимиляров. «В целом доля биологических препаратов в потреблении региона критично мала. Мы считаем, что биосимиляры как более доступные аналоги биологических препаратов, будут иметь успех практически во всех странах ЕАЭС» — заметил докладчик.

Ковид показал важность устойчивости системы поставок. Когда страны мира вводили карантинные ограничения на трансграничные передвижения, это неизбежно коснулось и лекарств, и фармсубстанций. «В США задумались о высокой зависимости от поставок фармсубстанций из Индии и Китая и теперь принимают меры по снижению этой зависимости, — отметил Савин. — Вводились ограничения и в странах СНГ. Поэтому локализация продолжится. Два фактора успеха для локализации – это консолидация рынков в рамках ЕАЭС, единый рынок привлекательнее для производителей чем рынок отдельной страны. И взаимоотношения с внешними рынками на предмет взаимообмена препаратами, диверсификации поставок».

Кризис показал, что банкротятся мелкие дистрибьюторы, мелкие аптечные сети, поэтому консолидация будет только ускоряться... По мнению Савина, страны СНГ, не имея такой регуляторики, как в Западной Европе, будут стремиться к повторению американской модели фармрынка с более концентрированным рынком. «Для производителей это будет означать более высокие барьеры для входа» — пояснил спикер.

«Несмотря на ковидный всплеск в 2020 г., мы считаем, что в 2021 г. рынки стран СНГ ожидает умеренный рост порядка 10-8%, — подытожил аналитик. — Роль системы здравоохранения была пересмотрена, мы увидим дополнительные инвестиции государств и частного бизнеса в фармацевтику и медицину, в том числе интенсификацию капитального строительства. Я думаю, это главный итог пандемии, но его результаты мы увидим не в ближайшие 2-3 года, а в перспективе 5-10 лет».

Экспорт в маске

Контрабанда леса и лесоматериалов из регионов Сибири выросла вдвое

Текст: Светлана Сибина (Новосибирск)

Пандемия ощутимо снизила обороты международной торговли в регионах СФО. По данным Сибирского таможенного управления, в прошлом году экспорт сократился на 16 процентов, импорт - на 4,3 процента, положительное сальдо составило 21,2 миллиарда долларов, что на 20 процентов меньше, чем в 2019-м. Тем не менее торговля осуществлялась с 156 странами, а наиболее активно - с Китаем, Нидерландами, Республикой Корея, Казахстаном.

- Евразийская экономическая комиссия установила перечень товаров критического импорта, на которые до 30 июня 2020 года не распространялась пошлина, и их ввозили в значительных объемах, - пояснил начальник Сибирского таможенного управления Александр Ястребов. - Послабления касались медицинских изделий, которые были крайне востребованы, а также детского питания, лука и стручкового перца.

В Западной Сибири в международной торговле наиболее преуспела Новосибирская область, которая сотрудничала с 137 странами.

- Значительно увеличился экспорт товаров в Монголию, Кыргызстан, Китай. Вырос спрос на рапс, пшеницу, рапсовое масло. На шесть процентов увеличился вывоз угля в африканские страны, а также Бразилию, Чили, США и Канаду, - сообщил Александр Ястребов.

Произошла рокировка в структуре торговли овощами и фруктами. Ввоз грузов из Китая и Казахстана сократился, а из Узбекистана, Ирана и Кыргызстана увеличился. Помимо этого, вырос импорт яиц, сгущенного молока, сыров, творога, сливочного масла и других молочных продуктов. В числе крупных поставщиков - Казахстан и Беларусь, на долю которых пришлось 65 процентов общего объема.

Что касается леса, то его экспорт в минувшем году снизился на двенадцать процентов. При этом обработанной древесины вывезено в шесть раз больше, чем необработанной.

А вот черный рынок заметно активизировался. Возбуждено 149 уголовных дел, связанных с контрабандой леса и лесоматериалов из Сибири, - это в два с лишним раза больше, чем год назад.

Одно из самых резонансных дел расследуется в Томской области. Здесь под видом санитарной вырубки было вывезено в Узбекистан более ста тысяч кубометров деловой древесины. Ущерб превысил четыреста миллионов рублей.

По данным следствия, преступления были совершены в труднодоступных районах Томской области. Нелегальный бизнес поставили на широкую ногу. Финансовым обеспечением занимался гражданин Узбекистана, фиктивные справки выписывал главный лесничий. Руководители еще двух фирм отвечали за оформление сделок с незаконной древесиной и декларировали экспорт черного груза, предоставляя в таможню недостоверные сведения о его происхождении.

- Таможенные органы начали серьезно работать в направлении декриминализации лесной отрасли в Сибирском федеральном округе. И рост уголовных дел - один из показателей этой деятельности, - пояснил Александр Ястребов.

Всего в Сибирском федеральном округе в минувшем году возбуждено 360 уголовных дел о контрабанде. Каждое десятое касалось наркотиков. Одним из основных способов поставки запрещенных препаратов стали международные почтовые отправления.

Впрочем, специалисты полагают, что открытие нового логистического почтового центра в Новосибирской области, в который инвестировано три миллиарда рублей, поможет обеспечить надежный контроль посылок даже в период пиковой нагрузки, которая может достигать двух миллионов отправлений в сутки.

Тем временем

По данным Федеральной таможенной службы, оформление ввозимой в Россию цветочной продукции осуществляется без задержек, несмотря на рекордный объем поступающих партий. За последнюю неделю через центры электронного декларирования прошло более 1 453 тонн срезанных цветов и бутонов - в 2,5 раза больше, чем за аналогичный период 2020 года.

Собянин: Москва обеспечила четверть российского экспорта в 2020 году

Текст: Любовь Проценко

За минувший год столица увеличила объем экспорта на 31 процент по сравнению с годом ранее. Об этом сообщил мэр Москвы Сергей Собянин в своем персональном блоге.

Он отметил, что и в целом по стране объем экспорта превысил 161 миллиард долларов - рекордное достижение за несколько последних лет. И почти четверть из этого количества - поставку за рубеж товаров на 39,86 миллиарда долларов - обеспечила Москва.

Причем речь идет только о несырьевом экспорте, подчеркивает Собянин. В 183 страны мира поставлялась столичная продукция. А в список крупнейших импортеров продукции made in Moscow вошли не только традиционные партнеры - Беларусь и Казахстан, но и Китай, США, Германия и Япония.

Что же интересного загранице производит Москва? Многое. Механическое оборудование, технику и компьютеры, автомобили, химическую продукцию (например, нетканые материалы и полиэтилен) и, разумеется, знаменитые московские продукты - конфеты, напитки и мясные деликатесы. На первый взгляд, неожиданный результат, особенно для коронавирусного года. На самом же деле, считает мэр, такой рекорд подготовлен несколькими годами новой индустриализации Москвы. Но как раз в прошлом году власти Москвы приняли несколько новых решений, значительно расширяя целевую поддержку экспорта из Москвы. Например, впервые был введен "экспортный кешбэк" - грант в размере 10% выручки по экспортным контрактам (но не более 10 миллионов рублей). И теперь экспортерам не только компенсируют затраты на транспортировку товаров за рубеж, но и на подготовку к выходу на экспорт. Большим подспорьем для потенциальных экспортеров стала возможность получить бесплатные аккаунты на мировых маркетплейсах Alibaba.com, Europages.com, а также создание магазинов на Ebay.com и продвижение продукции на Tmall.com. Популярностью пользуется и единственная в своем роде акселерационная программа Е-com Success.

Есть надежда, пишет Собянин, что в этом году "выстрелит" еще одна мера - размещение товаров московских производителей в магазинах Duty Free в столичных аэропортах. Все зависит от того, как скоро москвичи вновь смогут летать по всему миру и принимать гостей со всей планеты. В целом же объем выделенных экспортерам средств из бюджета города за минувший год вырос в 7 раз - почти до 500 миллионов рублей. А число компаний, получивших субсидии и гранты, увеличилось в пять раз. Что еще интересно? Например, один поставщик высокотехнологичной продукции занимается разработкой мобильных приложений, сайтов, высоконагруженных сервисов любой сложности. Эта компания экспортировала на Кипр AI-платформу для распознавания шахматных партий. Город помог участием в выставке Web Summit 2019, по итогам которой компания впервые вышла на экспорт. Еще одна компания продает за рубеж технику для производства крафтового шоколада. Особым спросом она пользуется в США. Но за последние два года география экспорта расширилась за счет Аргентины, Индонезии, Албании, Танзании и Мексики. Город компенсировал производителям затраты, связанные с международными перевозками по данным контрактам, в размере более 750 тысяч рублей. " Экспорт - это несложно, - заключает Собянин. - Необходимы оригинальная идея и качественный продукт. А правительство Москвы поможет доставить его потребителям в любую точку мира".

ВОЗВРАЩЕНИЕ КЕЙНСА: НОВЫЕ ИМПУЛЬСЫ РОСТА ГЛОБАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ

КРИСТИНА ИВАНОВА

Кандидат экономических наук, аналитик Департамента стратегических проектов ПАО «НК «Роснефть».

ЯРОСЛАВ ЛИСОВОЛИК

Программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай», член Экспертного совета при Правительстве России.

--

Загрузить PDF https://globalaffairs.ru/wp-content/uploads/2020/03/valdajskaya-zapiska-%E2%84%96112.pdf

--

В ситуации, когда всё интенсивнее проявляются признаки замедления темпов роста мировой экономики, а на мировых рынках усиливаются опасения в связи с ожидаемой рецессией, международное сообщество с высокой вероятностью будет больше внимания уделять эффективному антикризисному реагированию. О новых импульсах роста глобальной экономики читайте в Валдайской записке №112.

В 2019 г. на ежегодных совещаниях Международного валютного фонда (МВФ) и Всемирного банка в Вашингтоне проявилась растущая озабоченность по поводу всё более явных признаков замедления роста мировой экономики. МВФ пришёл к выводу о «синхронизированном замедлении» во всём мире, пересмотрев прогноз роста мировой экономики в сторону понижения и оценив его в 2019 г. на самом низком уровне со времени финансового кризиса 2008–2009 гг. На семинарах и конференциях в ходе ежегодных совещаний звучали различные предложения о возможных путях противодействия дальнейшему экономическому спаду в мире. В качестве предпочтительного пути ускорения экономического роста в основном предлагалось проведение структурных реформ. Однако краткосрочные потребности глобальной экономики неизменно сводились к необходимости денежного и/или бюджетно-налогового стимулирования для поддержания роста.

В ситуации, когда всё интенсивнее проявляются признаки замедления темпов роста мировой экономики, а на мировых рынках усиливаются опасения в связи с ожидаемой рецессией, международное сообщество с высокой вероятностью будет больше внимания уделять эффективному антикризисному реагированию. Ещё в 2008–2009 гг. одним из ключевых факторов преодоления кризиса были скоординированные меры крупнейших экономик, которые заключались в проведении политики налогово-бюджетного стимулирования, координируемой МВФ. Нынешняя ситуация отличается более сложными условиями для эффективной межстрановой координации. Тем не менее, ухудшающееся состояние мировой экономики диктует необходимость поиска возможностей для принятия глобальных антикризисных мер.

Сейчас центральные банки крупнейших экономик по мере необходимости предпринимают скоординированные действия по смягчению кредитно-денежной политики в связи с замедлением темпов мирового экономического развития. Однако обстоятельства диктуют необходимость создания официального механизма, обеспечивающего не только смягчение кредитно-денежной политики, но также и скоординированное налогово-бюджетное стимулирование. Последнее, в сущности, уже практиковалось МВФ в 2008 г., когда Фонд координировал международные усилия в борьбе против глобального финансового кризиса. Можно привести доводы и в пользу более формального механизма налогово-бюджетного стимулирования кейнсианского типа, имеющего отношение не только к глобальным институтам, подобным МВФ, но привлекающего также региональное стимулирование через региональную сеть интеграционных схем и договорённостей. Это предоставит в распоряжение глобальной экономики более широкий набор инструментов и откроет возможности более полного использования потенциала глобальной сети финансовой безопасности (Global Financial Safety Net).

Кейнсианская парадигма в общемировом масштабе: антикризисные меры 2008–2009 гг.

Сформулированная Джоном Кейнсом парадигма преодоления рецессий и полномасштабных кризисов 1920-х и 1930-х гг. предполагает использование налогово-бюджетного стимулирования, чтобы помочь ослабленным западным экономикам в стимулировании внутреннего спроса в противофазе циклу. Для использования этой парадигмы в масштабах глобальной экономики её необходимо усовершенствовать с учётом возросшей взаимозависимости и более масштабного экономического взаимодействия между странами. Изначально кейнсианские идеи налогово-бюджетного стимулирования в противофазе циклу для противодействия экономической депрессии формулировались в условиях одной страны, при этом мало учитывались последствия такого стимулирования в международном масштабе. Поэтому есть необходимость пересмотра кейнсианской идеи о налогово-бюджетном стимулировании применительно к глобальному контексту, принимая в расчёт возросшие взаимозависимости стран и особенно в рамках региональных интеграционных форматов.

Хотя теория «глобального стимулирования» ещё не до конца разработана, уже имеется определённый практический опыт широкомасштабного стимулирования экономики в координации с МВФ.

В частности, в 2009 г. МВФ в целях борьбы с замедлением темпов роста глобальной экономики координировал действия стран-членов по налогово-бюджетному стимулированию, которые оценивались примерно в 2% ВВП. В то время его усилия были признаны в основном успешными: был дан импульс росту мировой экономики, которая в последующие годы встала на путь выздоровления. Скоординированные антикризисные меры 2008–2009 гг. считаются беспрецедентными по своему масштабу и синхронизированности. По данным Международной организации труда (МОТ), «только в странах G20 объём налогово-бюджетных стимулов достиг совокупно $2 трлн, что составляет около 1,4% мирового ВВП. Ещё более важная особенность — данные меры противодействия глобальному кризису проводились основными экономиками синхронно на всех фронтах, включая финансовую, денежно-кредитную и налогово-бюджетную политику»[1].

Масштабы антикризисного реагирования заметно различались между странами: Азия (без учёта Японии и Южной Кореи) выделяла на эти расходы более 9% ВВП — самый высокий показатель среди макрорегионов. Среди стран G20 лидировал Китай, направивший 12,7% ВВП на антикризисные меры. На втором месте оказалась Саудовская Аравия, затем Южная Корея, Турция и США. В результате анализа антикризисных мер МОТ пришла к выводу, что «относительно быстрое восстановление уровня ВВП и занятости наблюдалось в тех странах, которые больше вложили в меры налогово-бюджетного стимулирования в процентах от ВВП. В частности, в эту категорию попали развивающиеся страны Азии и другие развивающиеся экономики»[2].

Наблюдался и значительный разброс по структуре пакетов антикризисных мер, причём развивающиеся страны, такие как Китай и Индия, направляли основную часть средств на инфраструктурные проекты. В странах с развитой экономикой больше внимания уделялось снижению налогового бремени в экономике и увеличению социальных выплат и пособий по безработице. Последние стали важной частью антикризисного инструментария, отчасти благодаря своей роли «автоматических стабилизаторов» (повышение во время кризиса, снижение вместе с восстановлением экономики). В целом, если разрабатывать некий глобальный пакет финансовых стимулов на ближайшую перспективу, то следует учитывать эффект мультипликатора, а также вторичный эффект от мер налогово-бюджетного стимулирования в различных странах и регионах, которые наблюдались во время реализации глобальных мер по преодолению кризиса 2008–2009 гг.[3]

Общий результат таких совместных усилий представляется положительным. По оценкам МОТ, «с точки зрения эффективности мер налогово-бюджетного стимулирования, существует общее понимание того, что никакие бюджетные вливания или стимулы налогового характера не могли бы серьёзно повредить мировой экономике в части недопроизводства. Сегодняшнее восстановление мировой экономики во многом связано с активным применением мер финансового стимулирования для преодоления глобального кризиса»[4]. Кроме того, анализ МОТ обнаруживает положительную связь между объёмом антикризисного стимулирования и динамикой ВВП: «Оценка усилий стран показывает, что страны, в которых отмечалось относительно быстрое восстановление уровня ВВП и занятости, были теми, которые больше вложили в меры налогово-бюджетного стимулирования в процентах от ВВП. В частности, в эту категорию попали развивающиеся страны Азии и другие развивающиеся экономики. Однако в том, что касается скорости реагирования, страны в этой категории не продемонстрировали высокой динамики, за исключением Китая. Наоборот, оперативнее всего отреагировали страны с более высоким ВВП на душу населения (страны с высоким уровнем дохода)»[5].

Примечательно, что в 2008–2009 гг. налогово-бюджетное стимулирование в России в рамках скоординированной антикризисной политики находилось на достаточно низком уровне. В значительной мере восстановление экономики произошло на фоне роста цен на нефть. Сегодня Россия находится в лучшем положении с точки зрения возможностей применения мер налогово-бюджетного стимулирования:

Фонд национального благосостояния превышает порог в 7% ВВП, по достижении которого и сверх которого средства могут быть потрачены.

Выравнивается освоение средств, выделенных на реализацию национальных проектов, финансирование которых отставало от графика в течение 2019 г.

Внедрение ключевых показателей эффективности (KPI) и ужесточение условий распределения средств между регионами, что повышает способность государства осуществлять целевые расходы.

Уверенный положительный баланс — профицит государственного бюджета, умеренный уровень не-нефтяного бюджетного дефицита и низкий уровень государственного долга.

Благоприятный момент избирательного цикла: в 2020 г. Россия фактически вступает в предвыборный период, когда, судя по предыдущим циклам, власти более склонны увеличивать расходы на налогово-бюджетное стимулирование.

Небольшой рост на фоне относительно жёсткой макроэкономической политики; ограниченные возможности ослабления денежно-кредитной политики.

Действительно, в течение 2019 г. наблюдались более явные признаки смены парадигмы в экономической политике России от ориентации на обеспечение макроэкономической стабильности к достижению более высоких темпов роста. В центре внимания и обсуждений — тема национальных проектов стоимостью в 25,7 трлн руб. Реализация этих проектов в период 2019–2024 гг. предполагает значительное увеличение бюджетных расходов в ключевых приоритетных областях, таких как инфраструктура и развитие человеческого капитала.

Кроме того, что Россия, возможно, имеет сейчас больше возможностей для участия в скоординированных глобальных механизмах налогово-бюджетного стимулирования, развивающиеся страны также обладают значительно большими возможностями внести свой вклад. Такая ситуация частично отражает продолжающееся перераспределение экономического веса в мировой экономике от развитого к развивающемуся миру.

Возрастающая роль Глобального юга

На практике подобное стимулирование может быть применено не только в отношении стран-членов МВФ, но также и стран Глобального юга, то есть крупнейших развивающихся рынков, где сейчас наблюдается замедление темпов экономического роста. Одной из возможных модификаций таких мер могла бы стать скоординированная кампания налогового стимулирования, предпринятая экономиками БРИКС, с целью повышения экономической активности в основных регионах развивающегося мира. Это возможно благодаря тому, что каждая экономика БРИКС представляет один из ключевых регионов Глобального Юга и сообщает импульсы роста своим партнёрам по региональным торговым соглашениям (РТС). Стимулы, исходящие от основных стран БРИКС, могут благотворно повлиять на их региональных партнёров. Целью бюджетно-налогового стимулирования станет поощрение капитальных расходов, особенно в инфраструктурной сфере, которые способны принести наиболее значимые дивиденды более широкому региону каждой из соответствующих стран БРИКС.

В интеграционных блоках, которые возглавляют соответствующие экономики БРИКС, бюджетно-налоговое стимулирование могло бы координироваться Бразилией (члены МЕРКОСУР), Россией (члены Евразийского экономического союза), Индией (члены Инициативу стран Бенгальского залива по многоотраслевой технико-экономической кооперации), Южной Африкой (члены Сообщества развития Юга Африки), Китаем (партнёры по зоне свободной торговли АСЕАН–Китай, а также среди более широкого круга развивающихся стран, учитывая ведущую роль Китая на Глобальном юге). Такую стратегию могла бы координировать и общая платформа региональных интеграционных блоков, действующая на основе расширенной концепции БРИКС+.

При разработке структуры мер стимулирования по линии Юг–Юг следует принимать во внимание несколько обстоятельств. Во-первых, финансовую и долговую устойчивость основных экономик БРИКС. В то время, как некоторые экономики БРИКС, такие как Россия, имеют низкий уровень государственного долга, другие — как Бразилия — ограничены в своей способности осуществлять широкомасштабные меры стимулирования. Важна и структура мер налогово-бюджетного стимулирования, а также оценка условий, при которых проведение подобного рода мероприятий имело бы гарантии со стороны БРИКС. В последнем случае дополнительным механизмом оценки макроэкономического состояния дел в рамках платформы БРИКС+ мог бы послужить Пул условных валютных резервов БРИКС, который при необходимости мог бы также предоставлять помощь экономикам, нуждающимся в дополнительной поддержке.

В 2009 г., координируя антикризисные меры, МВФ не проявил особого внимания структуре скоординированного бюджетно-налогового стимулирования. Что касается мер бюджетного стимулирования в исполнении БРИКС, то приоритетной областью бюджетных расходов могли бы стать инфраструктурные проекты, которые повысят качество сопряжённости с региональными партнёрами, укрепят региональную связанность и дадут импульсы к росту от стран БРИКС к их региональным партнёрам. Эти капиталовложения могли бы быть дополнены и поддержаны соответствующими региональными банками развития, действующими в соответствующих регионах стран БРИКС, в том числе Новым банком развития БРИКС и Евразийским банком развития. Осуществляемое по линии Юг–Юг на основе платформы БРИКС+, такое стимулирование необходимо координировать с многосторонними институтами, в том числе и с МВФ, а также с региональными финансовыми механизмами (РФМ).

Важнейшим условием претворения в жизнь идеи скоординированного бюджетно-налогового стимулирования является экономическая интеграция, в том числе в таких областях, как торговля или создание платформ для региональных банков развития и других институтов развития. В сфере торговли интеграция экономик БРИКС+ укрепит пропускные каналы между основными странами БРИКС и их региональными партнёрами. Формирование общих платформ на основе институтов развития круга стран БРИКС+ дополнит воздействие государственных расходов, предпринятых соответствующими странами. Необходимо также, чтобы экономики БРИКС+ постепенно вырабатывали систему координации своей кредитно-денежной и структурной политики. Это позволит расширить потенциал совместного решения проблем экономических спадов.

Наконец, имеется ряд возможностей для запуска программ экономического и бюджетно-налогового стимулирования в мировом масштабе. Один из вариантов предполагает координирующую роль МВФ в рамках реализации мер налогово-бюджетного стимулирования, предпринимаемых его государствами-членами, как это происходило в 2009 г. Другой вариант — координировать этот процесс между региональными блоками путём налаживания сотрудничества между глобальными институтами и региональными финансовыми структурами и другими региональными органами. Ещё один вариант — активизация роли G20 и её сотрудничество с региональными структурами и глобальными институтами, такими как МВФ, в деле осуществления программ экономического стимулирования. Одним из ключевых компонентов следующего этапа скоординированных мер стимулирования должно стать привлечение региональных структур и их резервов к противодействию глобальному экономическому спаду.

Глобальное стимулирование 2.0: глобальная сеть финансовой безопасности

Хотя результаты первой попытки скоординировать стимулирующие меры налогово-бюджетного характера в период 2008–2009 гг. в целом оцениваются положительно, в мире существует значительный потенциал для совершенствования стимулирующих механизмов и усиления их воздействия на глобальный рост. Это может включать изменение в структуре согласованных расходов в сторону более эффективных с этой точки зрения инвестиций, таких как развитие инфраструктуры. Это также могут быть скоординированные структурные меры (в том числе, возможно, в сфере либерализации торговли или инвестиций посредством многосторонних или других типов соглашений), направленные на усиление и подкрепление положительного трансграничного эффекта от налогового стимулирования.

Другим важным аспектом согласованной антикризисной структуры в мировом масштабе является готовый, чёткий и прозрачный механизм скоординированных действий — в противовес чрезвычайным либо ситуативным мерам, предпринимаемым относительно узкой группой тяжеловесов в условиях начавшегося кризиса. Эффективность такой перманентной системы в отношении стабилизации ожиданий рынков, а также доверия бизнеса/инвесторов и потребителей должна быть выше по сравнению с отсутствием таких чётко определённых рамок и разрозненными антикризисными усилиями на страновом уровне. Кроме того, согласованная антикризисная система, служащая своего рода «якорем» в глобальном масштабе, должна также включать в себя механизм координации денежно-кредитных политик разных стран как между собой, так и с антикризисными мерами налогового характера.

Однако, возможно, наиболее существенному повышению эффективности глобального антикризисного стимулирования могло бы способствовать вовлечение региональных структур, таких как региональные банки развития, а также механизмов региональной интеграции. Участие региональных банков развития, а также региональных финансовых механизмов (РФМ) ценно, прежде всего, с точки зрения его объёма: ресурсы региональных банков развития значительно превосходят возможности глобальных институтов, таких как Всемирный банк, а также МВФ, который в последние годы уступает РФМ. Соответственно, использование региональных институтов для совместной поддержки и стимуляции глобального роста позволит в большей степени использовать потенциал Глобальной сети финансовой безопасности (ГСФБ), которая может обеспечивать поддержание мирового экономического роста.

Одна из ключевых целей ГСФБ фактически и заключается именно в предоставлении средств/ликвидности для преодоления кризисов, а также в обеспечении запаса прочности и защиты от последствий экономической нестабильности. ГСФБ включает в себя четыре уровня механизмов: валютные резервы на национальном уровне, двусторонние своп-линии центральных банков, РФМ на региональном уровне и глобальные институты, такие как МВФ. Значимость регионального уровня заключается в потенциальном эффекте мультипликатора от экономических стимулов и более широких возможностях использования региональных институтов и механизмов для поддержания позитивного вторичного эффекта этих мер в соседних странах.

Ещё одно важное региональное измерение системы налогово-бюджетного стимулирования в общемировом масштабе связано с координацией этих мероприятий с региональными интеграционными механизмами, такими как ЕС, АСЕАН или ЕАЭС. Региональные институты обладают значительным потенциалом для отслеживания вторичных эффектов проводимой политики, а также опытом содействия координации экономической политики в соответствующих регионах. Также важно использовать преимущества региональных передаточных механизмов, которые были разработаны в рамках региональных интеграционных схем и институтов развития. Такими механизмами могут быть портфели «интеграционных проектов», финансируемых региональными банками развития, в которых инфраструктурные или другие ассигнования приносят дивиденды более широкому кругу региональных партнёров, чья экономическая интеграция обеспечивается соответствующими региональными институтами развития.

Создание антикризисного механизма в глобальном масштабе может стать частью решения более масштабной задачи — перестройки глобальной экономической архитектуры путём включения в неё регионального уровня глобального управления. Это, в свою очередь, может быть достигнуто путём создания платформы для региональных интеграционных механизмов и региональных институтов, в рамках которой координирующую функцию может выполнять G20. Такой формат сотрудничества, который можно назвать «Региональной двадцаткой» (R20), объединит региональные интеграционные механизмы и институты, где ведущая роль будет принадлежать странам G20. Такая платформа может способствовать горизонтальной координации между региональными институтами, а также вертикальному сотрудничеству с глобальными многосторонними объединениями — РФМ с МВФ, региональных банков развития с Всемирным банком и региональных интеграционных форматов с ВТО[6].

«Cинхронизированный» спад требует синхронизированного ответа.

Ограничение скоординированного антикризисного механизма рамками одной страны существенно уменьшает масштаб ресурсов, которые могли бы быть направлены на налогово-бюджетное стимулирование на глобальном уровне. Необходим уже готовый, действующий на постоянной основе механизм, который позволял бы координировать реагирование на всех уровнях Глобальной сети финансовой безопасности и использовать весь спектр резервов и ресурсов для стимуляции роста. Такой механизм необходим, в том числе, и как возможность объединения структурных мер и денежного стимулирования, что могло бы усилить общий глобальный антикризисный эффект. При всех признанных достижениях прошлого этапа глобального антикризисного реагирования, его положительный эффект оказался непродолжительным, в то время как значительная часть структурных дисбалансов оказались, напротив, слишком устойчивыми.

Заключение

На фоне нарастающей эскалации противостояния между ведущими торговыми державами всё более целесообразной представляется разработка скоординированного на межстрановом уровне пакета мер налогово-бюджетной поддержки. В противовес ситуативным мерам, предпринятым отдельными государствами десять лет назад, необходимо разработать всеобъемлющий, скоординированный механизм, функционирующий на основе чётких правил, который бы сделал антикризисные меры системной частью эффективного использования Глобальной сети финансовой безопасности (ГСФБ). Задействовав остальные уровни этой сети, а именно — меры стимулирования, вводимые региональными/глобальными банками/ институтами развития, а также РФМ, — можно усилить эффект синхронности бюджетных расходов, предпринимаемых на страновом уровне.

Хотя кейнсианские меры разрабатывались в первую очередь для противодействия экономическим кризисам в рамках одной страны, сегодня пришло время пересмотреть их с точки зрения противостояния глобальным вызовам. В современном мире для противодействия экономическим спадам всё больше стран предпочитают проводить экспансионистскую фискальную политику — в том числе такие, как Германия, которые стремятся в целом придерживаться сбалансированных бюджетов. Но в нынешних условиях необходимо работать над координацией этих финансовых стимулов и созданием основы для антикризисного реагирования на глобальном уровне: такая идея выглядит в духе Джона Мейнарда Кейнса. Его наследие сводится к двум основным постулатам: необходимость проведения антикризисной политики (налогово-бюджетное стимулирование) и развития международной координации (создание Бреттон-Вудской системы).

Сегодняшняя задача состоит в том, чтобы извлечь уроки из имеющегося опыта и направить глобализацию по пути большей устойчивости, что создаст условия для дивергенции и сосуществования разных национальных экономических систем. Антикризисный механизм, встроенный в новую глобальную экономическую систему, позволит координировать кредитно-денежную и финансово-бюджетную политику на различных платформах — от регионального уровня до глобальных институтов, — играющих роль механизмов антикризисных мер. Действующий на постоянной основе, системный антикризисный механизм может придать большую стабильность глобальной экономике и укрепить уверенность участников, действующих на мировых рынках.

Данный материал вышел в серии записок Международного дискуссионного клуба Валдай. С другими записками можно ознакомиться по адресу http://ru.valdaiclub.com/a/valdai-papers/

--

СНОСКИ

[1] ‘A Review of Global Fiscal Stimulus’, EC–IILS Joint Discussion Paper Series No. 5, International Labour Organization. URL: https://www.ilo.org/wcmsp5/groups/public/—dgreports/—inst/documents/publication/wcms_194175.pdf

[2] Ibid.

[3] Ibid.

[4] Ibid.

[5] Ibid.

[6] Lissovolik Y., Bespalov A., Bystritskiy A. Regional Trade Blocs as Supporting Structures in Global Governance. 2019. March 31. URL: https://t20japan.org/policy-brief-regional-trade-blocs-global-governance/

Россия. США. Евросоюз. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 3 марта 2021 > № 3708398 Кристина Иванова, Ярослав Лисоволик

Рынок шоколада уменьшился и в России, и в Китае

В России в 2020 году сократилось потребление шоколада: на 10% по сравнению с 2019 годом, до 6 кг в год на человека. Произошло смещение спроса в сторону недорогих и более питательных кондитерских изделий, в первую очередь мучных и сахаристых сладостей. Об этом сообщает Россельхозбанк.

Внутреннее производство шоколада по итогам прошлого года также снизилось на 9%, примерно до 1 млн тонн. При этом производители перешли с более дорогих ингредиентов (какао-масло) на более дешевые (какао-бобы). Так, в 2020 году объем импорта какао-масла снизился на 6%, до 35 тыс. тонн, а импорт какао-бобов, наоборот, вырос на 6%, до 70 тыс. тонн.

В то же время экспортное производство российского шоколада увеличилось. В прошлом году поставки в страны дальнего зарубежья выросли на 8%. Основными покупателями российского шоколада стали Китай, Казахстан и Белоруссия.

В Китае рынок шоколада также сокращается. По итогам 2020 года объем розничных продаж шоколада составил в КНР примерно 20,4 млрд юаней, что на 2 млрд юаней меньше, чем годом ранее. В 2019 году этот показатель составлял 22,34 млрд юаней.

Китайские эксперты назвали основные причины падения спроса на шоколад. Об этом сообщает ИА Sputnik.

Старший аналитик Euromonitor International Чжоу Цзинцзин считает, что причинами снижения спроса на шоколад в Китае в 2020 году стало снижение потребности в шоколадных подарках в условиях эпидемии коронавируса и уменьшение доли покупок в офлайн-магазинах.

Генеральный директор компании по производству шоколадных изделий Barry Callebaut China Чжан Цзяци отметил: «Китайский рынок шоколада пострадал из-за эпидемии в 2020 году. Традиционно свадьбы увеличивают продажи китайского шоколада. Но в условиях эпидемии свадеб справляли гораздо меньше, что сказалось на продажах шоколада».

Хотя шоколад появился на китайском рынке более 60 лет назад, общий рынок китайских шоколадных изделий все еще невелик. Согласно статистике Китайской ассоциации производителей шоколада, годовое потребление шоколада в Китае на душу населения составляет всего 70 граммов. Потребление шоколада в Японии и Южной Корее составляет около 2 кг, а потребление шоколада на душу населения в Европе составляет 7 кг в год.

Чжан Цзяци сказал, что для большинства китайских потребителей шоколад не является повседневной необходимостью, они могут обходиться и без него. «Молодое поколение ищет более здоровые продукты. При этом мы продолжаем получать запросы от клиентов на разработку шоколада с низким содержанием сахара, шоколада без сахара, шоколада с высоким содержанием белка и темного шоколада».

Надо сказать, что признание российского шоколада на китайском рынке неуклонно растет. Согласно статистике ФТС РФ, Китай стал крупнейшим импортером российского шоколада в 2020 году с объемом импорта 64 тыс. тонн, что на 30% больше по сравнению с 2019 годом. Сумма импорта достигла $132 млн, увеличившись на 17% в годовом выражении.

Согласно прогнозам, в среднесрочной перспективе потребление шоколада на душу населения в Китае сильно не изменится, но в то же время будет расти спрос на качественный шоколад и качественные ингредиенты. Структура спроса будет сдвигаться в сторону темного шоколада и шоколада с меньшим содержанием сахара.

Рыбакам представили механизм топливных субсидий

Минсельхоз предложил правила компенсации затрат на приобретение топлива компаниям, которые ведут промысел в удаленных районах. Планируется, что поддержка из бюджета поможет повысить рентабельность такой работы.

Для поддержки российских компаний, занимающихся рыболовством в отдаленных районах промысла, власти рассчитывают использовать механизм субсидий из федерального бюджета.

Согласно проекту постановления правительства, компенсировать планируется 30% объема прямых понесенных затрат на приобретение судового топлива (но не больше 30% объема соответствующих затрат, рассчитанных исходя из предельной стоимости тонны топлива).

При этом организация рыбохозяйственного комплекса должна выполнить условие о перегрузке и (или) поставке в течение предшествующего года объема продукции на сумму, которая больше запрашиваемой господдержки не менее чем в десять раз.

Речь идет о продукции, произведенной из уловов, добытых в удаленных районах, на судах, сообщает корреспондент Fishnews. Перечень должно будет сформировать и утвердить Министерство сельского хозяйства РФ.

Уже предложен проект приказа Минсельхоза о перечнях районов и объектов промысла, на которые будет распространяться мера стимулирования. Это район действия Комиссии по сохранению морских живых ресурсов Антарктики (АНТКОМ), исключительные экономические зоны африканских государств, Юго-Западная Атлантика за пределами ИЭЗ Аргентины, экономзона Эквадора, район действия Организации по рыболовству в северо-западной части Атлантического океана (НАФО) – подрайоны 3М, 3О, 3+4, 3LNO, район действия Конвенции о сохранении и управлении рыбными ресурсами в открытом море северной части Тихого океана (здесь мера поддержки предусмотрена и для добычи сайры).

Отбор получателей субсидии, согласно проекту, будет проводить Росрыболовство.

В пояснительной записке отмечено, что топливные субсидии помогут организациям отрасли повысить рентабельностьпромысла в удаленныхрайонах, нивелироватьриски на период налаживания внешнеторговых отношений и снизить затраты на обеспечение промысловой экспедиции.

Также в сопроводительных материалах говорится, что проект постановления отвечает положениям Договора о ЕАЭС, документов на уровне ВТО и других международных договоров РФ.

Вице-премьер Виктория Абрамченко поручила ведомствам обеспечить внесение в правительство проекта постановления по топливным субсидиям к 5 апреля.

Во Всероссийской ассоциации рыбопромышленников сообщили, что аналитическая группа объединения уже приступила к изучению и оценке текущей версии проекта постановления. «После завершения этих процедур ВАРПЭ сформирует позицию по документу», – приводятся в сообщении слова президента ассоциации Германа Зверева.

Fishnews

Машиностроительный завод создал участок фабрикации ядерного топлива для китайского реактора CFR-600

На Машиностроительном заводе (ПАО «МСЗ»; предприятие Топливной компании Росатома «ТВЭЛ» в г. Электросталь Московской области) создан производственный участок по фабрикации топлива для реактора CFR-600 флагманского проекта КНР в области реакторов на быстрых нейтронах.

На Машиностроительном заводе (ПАО «МСЗ»; предприятие Топливной компании Росатома «ТВЭЛ» в г. Электросталь Московской области) создан производственный участок по фабрикации топлива для реактора CFR-600 флагманского проекта КНР в области реакторов на быстрых нейтронах.

В рамках реализации проекта на предприятии была проведена модернизация производства топлива для «быстрых» реакторов. Создано и смонтировано уникальное оборудование, на котором уже изготовлены макеты тепловыделяющих сборок реактора CFR-600 для проведения испытаний.

Новый производственный участок создан для исполнения экспортного контракта между АО «ТВЭЛ» и китайской компанией CNLY (входит в корпорацию CNNC) на поставку уранового топлива для строящегося энергоблока с реактором CFR-600, включая стартовую загрузку, а также перегрузки топлива в течение первых семи лет. Начало поставок топлива CFR-600 в Китай намечено на 2023 год.

«Российская атомная отрасль обладает уникальным сорокалетним опытом эксплуатации реакторов на быстрых нейтронах, а также производства топлива для таких установок. Топливный дивизион Росатома полностью выполняет свои обязательства в рамках российско-китайского сотрудничества по развитию технологий быстрых реакторов. Это уникальные проекты, когда топливо зарубежного дизайна производится именно в России».

«Первый китайский реактор на быстрых нейтронах CEFR с 2010 года работает на топливе, изготовленном на Машиностроительном заводе, а для поставок топлива CFR-600 команда специалистов ПАО „МСЗ“ и АО „ТВЭЛ“ успешно выполнила сложный высокотехнологичный проект по модернизации производства», — отметила президент АО «ТВЭЛ» Наталья Никипелова.

Особенностью нового участка также является его универсальность: на этом оборудовании будет изготавливаться топливо, предназначенное как для китайских реакторов CFR-600 и CEFR, так и для российского реактора БН-600 Белоярской АЭС. Уже в ближайшее время здесь начнется выпуск штатной продукции для БН-600.

Контракт на поставку топлива для CFR-600 был заключен в декабре 2018 года в рамках выполнения Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о сотрудничестве в сооружении и эксплуатации на территории Китайской Народной Республики демонстрационного реактора на быстрых нейтронах. Фактически это часть масштабной комплексной программы сотрудничества в сфере атомной энергетики на ближайшие десятилетия.

В частности, речь идет о серийном сооружении новейших российских энергоблоков АЭС с реакторами ВВЭР-1200, относящихся к поколению 3+, на двух площадках в Китае (АЭС «Тяньвань» и АЭС «Сюйдапу»). Пакет межправительственных документов и рамочных контрактов по этим проектам были подписаны в 2018 году в ходе встречи президента России Владимира Путина и председателя КНР Си Цзиньпина.

Топливная компания ТВЭЛ, помимо производства уранового топлива, также активно разрабатывает и внедряет технологии фабрикации уран-плутониевого топлива для быстрых реакторов из вторичных продуктов ядерного топливного цикла. В частности, на Горно-химическом комбинате в г. Железногорске Красноярском крае создано производство оксидного МОКС-топлива, которое уже поставляется для реактора БН-800 Белоярской АЭС. На площадке Сибирского химического комбината в г. Северске Томской области создается производство по фабрикации нитридного СНУП-топлива для будущего реактора БРЕСТ-ОД-300.

В 2020 году экспорт российского стального сортового и фасонного проката вышел на рекордный уровень

За 12 месяцев 2020 года экспорт российского стального сортового и фасонного проката составил 4,6 млн тонн. Это на 12,2% выше аналогичного показателя 2019 года.

Отметим, что доля поставок этой продукции составила примерно 16% всего стального российского экспорта.

Добавим, что это самый высокий итоговый годовой показатель за десятилетие

На первом месте среди покупателей - Казахстан, доля поставок в который составила 17,2%, а объемы выросли на 3%. Далее следует Белоруссия (10,7%,-5,8%). Израиль 5,6%) нарастил импорт на 50%. Поставки в Гонконг (5%) выросли почти в 7 раз, а в Узбекистан(4,6%) - на 6,5%.

В 2020 году экспорт российских стальных труб остался на уровне 2019 года

За 12 месяцев 2020 года экспорт российских стальных труб (без фитингов) составил 2,1 млн тонн. Это на 0,3% выше аналогичного показателя 2019 года.

Отметим, что доля поставок этой продукции составила примерно 7% всего стального российского экспорта.

Добавим однако, что по сравнению с 2017 и 2018 годом объемы поставоок сократились на 0,9% и 14%, соответственно.

На первом месте среди покупателей - Казахстан, доля поставок в который составила 29%, а объемы выросли на 14,7%. Далее следует Узбекистан (15%, +3,2 раза). Белоруссия (13%) нарастил импорт на 6,9%. Поставки в Болгарию(9%) выросли нв 84%.

Следует отметить, что в прошлом году начались поставки труб в Алжир, объемы которых за год составили примерно 14 тыс. тонн. Почти в 9 раз выросли поставки в Бангладеш (8,3 тыс. тонн)

500 школьников представили научные проекты на инженерной конференции НИУ «МЭИ» «Потенциал»

«Потенциал» — ежегодное мероприятие, которое вот уже 30 лет собирает учащихся инженерных и академических классов и дает им возможность представить проектные работы в различных научных областях, включая физику, математику, информационные технологии, биотехнологию, энергосбережение, астрономию и космос.

В этом году участниками мероприятия стали более 500 учащихся из 77 учебных заведений России и Республики Беларусь, которые продемонстрировали более 350 инженерных и научных проектов по следующим дисциплинам: цифровая энергетика, машиностроение, лазерные технологии, нанотехнологии, моделирование, генетика и другие.

«В «Потенциале» участвуют лучшие школьники России, готовые связать себя с наукой и с энергетикой. Обмен опытом, отзывы и поддержка старших коллег, встреча с экспертами отрасли — всё это помогает школьникам определиться с будущей профессией, а вузам найти будущих студентов», — комментирует ректор НИУ «МЭИ» Николай Рогалев.

Для участников также были организованы онлайн лекции и интерактивные мастер-классы от кафедр НИУ «МЭИ» по энергетике, экологии, робототехнике, прикладной физике, химии, радиоэлектронике, IT-технологиям, энергосбережению, экономике и многим другим. Конференция является тренировочной перед участием в Открытой городской научно-практической конференции «Инженеры будущего».

Соорганизатором конференции является Школа №1502 «Энергия». В экспертное жюри вошли преподаватели ведущих столичных вузов и института РАН.

Мероприятие традиционно проходит при поддержке департамента образования и науки города Москвы в рамках столичного проекта «Инженерный класс».

810 тысяч тонн белорусских нефтепродуктов готов принять Петербургский терминал в 2021 году

Петербургский нефтяной терминал в 2021 году готов принять около 810 тыс. тонн белорусских нефтепродуктов в рамках межправительственного соглашения между двумя странами, подтвердил совладелец терминала Михаил Скигин в интервью изданию «Коммерсант». Петербургский нефтяной терминал ожидает 680 тыс. тонн мазута и 130 тыс. тонн масла с белорусских НПЗ, уточнил Скигин.

Конкурентами Петербургского нефтяного терминала выступают терминалы, работающие на российской Балтике: Высоцк, Усть-Луга, Приморск, сказал он, отметив, что конкурировать с ними за белорусские грузы решено «ставками и гибким подходом по приему различных продуктов».

Межправительственное соглашение о перевалке белорусских нефтепродуктов в российских портах предусматривает максимальные тарифы на перевалку белорусских нефтепродуктов в российских морских терминалах в размере $10,5-15,46 за тонну. Размер тарифа зависит от вида нефтепродукта и не будет превышать установленную величину в течение 2021–2023 годов.

Ранее сообщалось, что минимальный объем отгрузок белорусских нефтепродуктов на экспорт через балтийские порты России в текущем году предусмотрен на уровне 1,86 млн тонн. Такую информацию содержит итоговый вариант межправительственного соглашения о перевалке нефтепродуктов, подписанный 19 февраля. И хотя минимум отличается от изначальных 2,045 млн тонн, индикативные объемы сохранены.

По словами замминистра транспорта РФ Дмитрия Зверева, портами, в которые будут направлены белорусские грузы, выбраны Усть-Луга и Петербургский нефтяной терминал. Начало поставок белорусских нефтепродуктов в российские порты ожидается в марте 2021 года.

Временный запрет на экспорт нефти и нефтепродуктов ввела Киргизия

Правительство Киргизии ввело временный запрет на вывоз из республики нефти и нефтепродуктов, сообщила пресс-служба киргизского кабмина. «Введен временный запрет на вывоз (экспорт) нефти и нефтепродуктов из Кыргызской Республики за пределы таможенной территории Евразийского экономического союза. Соответствующее решение подписал премьер-министр Кыргызской Республики Улукбек Марипов», — говорится в релизе.

Решение принято «в целях недопущения критического недостатка на внутреннем рынке нефти и нефтепродуктов». Запрет не распространяется на мазут и будет действовать «до насыщения внутреннего рынка или формирования общих рынков нефти и нефтепродуктов» в ЕАЭС.

При этом, уточняет finanz.ru, физическим лицам разрешается при выезде из республики вывозить с собой полный топливный бак автомобиля и 20-литровую канистру бензина или дизельного топлива. Соответствующим структурам республики, в том числе таможенной службе и пограничникам, дано указание «принять необходимые меры, направленные на пресечение незаконного вывоза нефти и нефтепродуктов». «Настоящее решение вступило в силу со дня подписания», — подчеркивается в сообщении. Основным поставщиком ГСМ в Киргизию являются российские нефтеперерабатывающие заводы.

Европейская экономическая комиссия ООН и Минстрой России проводят онлайн-семинар по жилищной политике в России и СНГ

На семинаре, который состоится 10 марта с 12 до 14 часов, будут обсуждаться государственная политика и программы по обеспечению доступности жилья в России и странах СНГ. Участниками выступят заместители руководителей профильных ведомств России, Узбекистана, Молдовы, Белоруссии и Казахстана, а также эксперты от Организации экономического сотрудничества и развития, ООН-Хабитат, Межправительственного совета по сотрудничеству в строительной деятельности СНГ.

Семинар организован Министерством строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации совместно с Европейской экономической комиссией ООН и призван поддержать обмен опытом и лучшими практиками стран СНГ по продвижению доступа к качественному и доступному жилью.

Зрители могут зарегистрироваться по ссылке:https://indico.un.org/e/unece_conf_031021.

В ходе семинара будет возможность направить свои вопросы спикерам, заранее можно представить свои вопросы по адресу электронной почты: d02.ag@minstroyrf.gov.ru.

Семинар также станет подготовительной площадкой перед Министерской встречей по городскому развитию, жилищной политике и землепользованию 2021 «Доступное, приемлемое и устойчивое жилье в городах проживания, включая города с суровыми климатическими условиями» для региона СНГ. Министерская встреча планируется к проведению с 6 – 8 октября 2021 года в г. Женева, Швейцария.

Создание Ассоциации органов молодежного самоуправления Евразийского экономического союза

2 марта в онлайн-формате состоялся круглый стол на тему: «Вопросы создания и функционирования Ассоциации органов молодежного самоуправления государств-членов Евразийского экономического союза».

С приветственным словом к участникам круглого стола обратились председатель Ассоциации молодежных правительств Российской Федерации Дина Гайзатуллина, начальник отдела международной деятельности Росмолодежи Татьяна Селиверстова, руководитель Департамента по международному сотрудничеству и внешнеэкономическим связям Ассоциации молодежных правительств Российской Федерации Ринат Губайдуллаев и другие.

В круглом столе приняли участие представители Молодежного центра Армении, Белорусского республиканского союза молодежи, Конгресса молодежи Казахстана, Конгресса молодежи при Правительстве Кыргызской Республики.

В своем выступлении Татьяна Селиверстова отметила: «При создании Ассоциации органов молодежного самоуправления государств-членов ЕАЭС важно уделять внимание продвижению бренда Евразийского экономического союза в молодежной среде, а также расширять практико-ориентированное партнерство с молодежными объединениями государств-членов ЕАЭС. Росмолодежь готова оказывать Ассоциации необходимую методическую, экспертную и информационную поддержку и включаться в работу проводимых мероприятий».

В ходе круглого стола обсуждены Меморандум об образовании Ассоциации органов молодежного самоуправления государств-членов ЕАЭС, реализация проекта «Школа молодежной дипломатии стран ЕАЭС, вопрос развития медиаплатформы стран ЕАЭС, а также достигнута договоренность проведения первой отчетной конференции Ассоциации в апреле текущего года в Ростове-на-Дону.

В 2021 году Федеральным агентством по делам молодежи также планируется приглашение молодых людей из государств-членов ЕАЭС к участию в ряде крупных мероприятий, таких как Международный слет успешных предпринимателей – 2021, VI Международный молодежный форум «Евразия Global», Диалог молодых лидеров в формате СНГ–ШОС–ОДКБ.

Организатором круглого стола выступила Ассоциация молодежных правительств Российской Федерации.

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Республики Узбекистан А.Х.Камиловым, Москва, 2 марта 2021 года

Добрый день.

Переговоры с моим узбекистанским коллегой А.Х.Камиловым прошли, как всегда, в конструктивной, дружественной атмосфере. Подробно рассмотрели весь комплекс российско-узбекистанских отношений. Констатировали, что, невзирая на непростую эпидемиологическую обстановку, удается поддерживать контакты на всех уровнях, в том числе и в очном формате.

По вопросам двустороннего сотрудничества прежде всего уделили особое внимание подготовке государственного визита Президента Республики Узбекистан Ш.М.Мирзиёева в Российскую Федерацию. У нас в высокой степени готовности несколько десятков двусторонних документов. Предстоящее вскоре второе заседание совместной комиссии на уровне глав правительств внесет особый вклад в успешную подготовку встречи в верхах.

Высоко оцениваем межпарламентское взаимодействие, контакты между различными ведомствами, в том числе между министерствами иностранных дел. Продвигается культурно-гуманитарное сотрудничество. Мы выразили поддержку проекту, инициированному Министерством просвещения России, Министерством народного образования Узбекистана и благотворительным фондом «Искусство, наука и спорт» А.Б.Усманова. Проект называется «Класс!». Он направлен на повышение качества преподавания русского языка в Узбекистане и общеобразовательных предметов на русском языке.

Со своей стороны подтвердили готовность России и далее обеспечивать широкие возможности для получения узбекистанской молодежью российского высшего образования. В Узбекистане работают и пользуются поддержкой руководства страны 12 филиалов отечественных вузов. В Российской Федерации высшее образование получают порядка 35 тысяч граждан Республики Узбекистан, из них около 9 тысяч за счет средств российского бюджета.

Говорили о том, что по мере ослабления эпидемиологических ограничений будет восстанавливаться и стремиться к прежним объемам наше взаимодействие в сфере трудовой миграции. На этот счет есть конкретные договоренности, позволяющие координировать действия соответствующих служб.

Обсудили взаимопомощь в борьбе с распространением новой коронавирусной инфекции. Отмечена важность скорейшего запуска производства российской вакцины «Спутник V» в Узбекистане. Хотел бы, пользуясь случаем, поблагодарить наших друзей за то, что препарат был быстро зарегистрирован в Республике Узбекистан.

У нас единые или очень близкие позиции по ключевым международным региональным проблемам. Россия выступает, как и наши узбекские коллеги, за безальтернативность решения любых кризисов и конфликтов на основе международного права, мирными средствами при центральной, координирующей роли ООН.

Условились продолжать согласование наших действий в ООН, в Содружестве независимых государств (СНГ), в Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и в Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ).

Приветствуем энергичный, конкретный, эффективный вклад Узбекистана в работу наших общих интеграционных объединений. Хотел бы еще раз, пользуясь случаем, поздравить друзей с успешным председательством в СНГ в 2020 г. Главным итогом этого председательства стало принятие Стратегии экономического развития СНГ на период до 2030 г. и принятие плана мероприятий по реализации этой Стратегии.

Также приветствуем получение Узбекистаном статуса государства-наблюдателя при Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС). Рассматриваем этот шаг в качестве первого на пути дальнейшего сближения с ЕАЭС. Уверены, что Ташкент будет получать выгоды от евразийской интеграции и статус наблюдателя позволит полноценно и всесторонне оценить такие перспективы. В свою очередь Россия готова конкретными делами оказывать узбекистанским друзьям необходимое практическое содействие в развитии отношений с ЕАЭС.

Подробно говорили о положении дел в соседнем Афганистане. Убеждены, что конфликт не имеет военного решения (история уже не раз это доказывала), и может быть урегулирован исключительно политико-дипломатическими средствами. Сошлись во мнении, что данную работу необходимо продолжать с использованием зарекомендовавших себя механизмов, в том числе контактной группы ШОС-Афганистан, Московского формата консультаций по Афганистану. Отмечаем внимание, проявляемое Узбекистаном по отношению к мобилизации многосторонних усилий в поддержку мирного урегулирования. Пару лет назад прошла очень важная конференция в Ташкенте, в которой я имел честь участвовать, представляя Российскую Федерацию.

С большим интересом ознакомились с деталями новой узбекистанской инициативы проведения летом 2021 г. международной конференции «Центральная и Южная Азия: региональная взаимосвязанность. Вызовы и возможности». А.Х.Камилов любезно пригласил меня принять участие в этом мероприятии. Мы обязательно поможем сделать так, чтобы оно было успешным и привело к практическим результатам.

В целом переговоры были весьма полезны. Признателен моему коллеге и другу за традиционно доверительный, товарищеский разговор по любым вопросам. Убежден, что только так мы должны продвигать наши отношения союзничества и стратегического партнерства.

Вопрос: Было отмечено, что из-за пандемии снизился поток трудовых мигрантов из Узбекистана в Россию. Какой план выработали Москва и Ташкент, чтобы решить эту проблему?

С.В.Лавров: Я упоминал о факторе эпидемиологических ограничений. Он сказался не только на трудовых мигрантах, но и на студентах. В период отмены очных занятий в вузах многие из них уехали домой. Сейчас это постепенно будет восстанавливаться.

Уже есть рекомендация Оперативного штаба на усмотрение каждого учебного заведения возобновлять очные программы с февраля с.г. По трудовым мигрантам недавно был принят специальный алгоритм, единый для всех стран, чьи граждане трудятся в России. Он предполагает заявку со стороны соответствующей компании-работодателя, которая должна быть одобрена на региональном уровне. Субъекты Российской Федерации имеют полномочия по принятию решений, связанных с эпидемиологическими ограничениями или с их снятием. С учетом требований Оперативного штаба, каждый субъект на основе заявки работодателя может возвращать и приглашать новых трудовых мигрантов.

Буквально в эти дни начнется массовая вакцинация населения в Узбекистане от коронавируса. Сегодня здесь находится делегация Министерства здравоохранения Республики. Она проводит соответствующую работу с российскими коллегами. По всем этим направлениям будет достигаться прогресс. В обозримом будущем мы вернемся к нормальным критериям и условиям трудовой миграции.

Рассматривается вопрос о производстве вакцины «Спутник V» в Узбекистане. Она была там в ускоренном порядке зарегистрирована. Ценим наше сотрудничество на этом направлении.

Вопрос: По данным СМИ, уже сегодня США могут ввести против России санкции из-за ситуации вокруг А.Навального. Как бы Вы могли это прокомментировать? Будет ли Москва реагировать в таком случае?

С.В.Лавров: Однозначно будем реагировать. Никто не отменял правил дипломатии. Одно из них – взаимность. Комментировать особо нечего. Уже многократно выражали наше отношение к нелегитимным односторонним санкциям, к которым практически всегда без повода прибегают американские коллеги и берущие с них пример евросоюзовцы. Когда нечего предъявить, чтобы хоть как-то обосновать свои утверждения об «отравлении» А.Навального, когда все те, кто его лечил, тщательно скрывают факты, которые помогли бы понять, что же с ним все-таки произошло, и когда вместо того, чтобы честно сотрудничать, а не темнить, начинают «наказывать» нас (как они считают), никому из принимающих такого рода решения это не делает чести. Обязательно ответим.

Вопрос: В понедельник Председатель Еврокомиссии У.фон дер Ляйен сообщила о том, что в ЕС разрабатывается проект по введению т.н. «ковид-паспортов», или сертификатов, для тех, кто прошел вакцинацию. Такой проект может быть представлен уже в этом месяце. Как российская сторона относится к подобной инициативе? Как это может сказаться на перспективе возобновления сообщения России с европейскими странами?

С.В.Лавров: Насколько я понимаю, это пока еще идея, которая разрабатывается. Как пишут Ваши коллеги в Европе, она неоднозначно воспринимается в европейских странах. К этому замыслу брюссельской бюрократии отношение даже не двоякое, а очень серьезное. Многие высказывают следующие соображения: получается, эта задумка противоречит правилам демократии, потому что есть решение в странах Евросоюза о том, что вакцинация – дело добровольное. Введение «ковидного паспорта» будет противоречить принципу добровольности. Значит, людей будут насильно заставлять вакцинироваться, если они хотят перемещаться. А в Европе без перемещения между странами-членами ЕС население едва ли может представить себе свою жизнь.

Посмотрим, чем это закончится. Надеюсь, решение будет приниматься с учетом мнения стран-членов, а не навязываться им. Фактор добровольности вакцинации очень серьезный.

Как это скажется на возможностях российских граждан - пока еще не могу сказать. Надо дождаться окончательной развязки в этом вопросе. На своем уровне проинформировали наших есовских коллег о том, что рассчитываем на принятие решений, которые не будут дискриминировать российских граждан. Конкретнее можно будет сказать, когда эта идея обретет хотя бы предварительные очертания.

Россия. Узбекистан > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 2 марта 2021 > № 3666324 Сергей Лавров

ЕЭК обнуляет импортные пошлины на сырье с драгметаллами

Коллегия Евразийской экономической комиссии 1 марта приняла решение снизить до 0% ставки ввозных таможенных пошлин на отдельные виды сырья, содержащего драгоценные металлы и их соединения. Решение одобрено сроком на три года. Сегодня соответствующие пошлины составляют от 3 до 15% от таможенной стоимости.

В настоящее время рынок драгоценных металлов в Евразийском экономическом союзе обладает недостаточным запасом источников сырья для загрузки мощностей аффинажных предприятий. Принятое решение должно повысить уровень загрузки производства в государствах ЕАЭС, а также увеличить налоговые поступления.

«Введение тарифной меры будет способствовать развитию инвестиций в новые технологии аффинажного и ювелирного производства, в охрану труда и промышленную безопасность, а также защиту окружающей среды», – отметил член Коллегии (министр) по торговле ЕЭК Андрей Слепнев.

Вступление документа в силу синхронизировано с датой вступления в силу решения Совета Комиссии, учитывающего внесенные в ТН ВЭД ЕАЭС изменения.

С учетом дефицита сырья на внутреннем рынке ЕАЭС ставки нулевых ввозных таможенных пошлин уже применялись для некоторых видов товаров в период со 2 января 2017 г. по 31 декабря 2017 г. и с 24 июня 2018 г. по 30 июня 2020 г.

Загрязнение нефти в «Дружбе» уже обошлось «Транснефти» в более чем 6 млрд рублей

«Транснефть» в связи с инцидентом с загрязнением нефти на нефтепроводе «Дружба» в 2020 году выплатила компенсации в размере 6,069 млрд рублей, сообщает ТАСС, ссылаясь на отчетность компании по РСБУ за 2020 год. «В декабре 2020 года подписано соглашение с грузоотправителем о возмещении имущественных потерь, выплата по которому осуществлена в январе 2021 года. На 31 декабря 2020 года резерв был уменьшен на 1,949 млрд руб. и признана кредиторская задолженность», — говорится в отчете.

В 2019 году «Транснефть» выплатила 3,322 млрд рублей в качестве компенсации из-за инцидента на «Дружбе».

По мнению руководства «Транснефти», ожидаемый срок внесудебного урегулирования последствий инцидента — не более года после отчетной даты при условии заинтересованности грузоотправителей в реализации предложенного механизма и документального подтверждения имущественных потерь.

В ОАЭ начали тестировать российские карты "Мир"

Первые операции по картам российской платежной системы "Мир" проведены в Объединенных Арабских Эмиратах, говорится в пресс-релизе системы.

"Первые тестовые транзакции по российским платежным картам проведены в Дубае (Объединенных Арабских Эмиратах, ОАЭ) в рамках реализации эксклюзивного договора о сотрудничестве между платежной системой "Мир" и ведущей компанией в сфере цифровой коммерции на Ближнем Востоке и в Африке Network International", - отмечается в сообщении.

В дальнейшем эта компания продолжит работу по подключению к приему карт "Мир" своих партнеров - торгово-сервисных предприятий в ОАЭ.

Карты "Мир", помимо России, принимаются в других странах Евразийского экономического союза (ЕАЭС) - Армении, Белоруссии, Киргизии и Казахстане, а также в Узбекистане, Таджикистане, Турции, Вьетнаме.

Лукашенко заявил о готовности Белоруссии выпускать авиадетали для России

Президент Белоруссии Александр Лукашенко заявил, что республика заинтересована наладить выпуск комплектующих для российских самолетов в рамках развития кооперации.

"Очень серьезно был подвергнут анализу вопрос нашей кооперации", - заявил Лукашенко во вторник в Минске, говоря об итогах своей недавней встречи в Сочи с президентом России Владимиром Путиным. Его слова приводит пресс-служба президента на официальном сайте.

В качестве примера президент привел гражданский авиационный завод, который был вынесен за пределы столицы республики в район Национального аэропорта "Минск". Президент напомнил, что на саммите ЕАЭС российской стороной поднималась тема возможной кооперации в авиационной отрасли с учетом того, что в России создан среднемагистральный лайнер. Речь, например, может идти о том, чтобы некоторые части, комплектующие, обслуживание передать зарубежным партнерам в ЕАЭС, пояснил он.

"И я в Сочи, продолжая этот разговор, поблагодарив, сказал ему об этом, что мы такой завод перенесли из центра Минска, построили. И мы готовы не только обслуживать эти самолеты, которые производятся в России, но и производить некоторые узлы и комплектующие. То есть осуществлять более тесную кооперацию. Нам это выгодно", - заявил белорусский президент.

В этом же ключе он высказался и о сотрудничестве по линии предприятий военно-промышленного комплекса, включая "Интеграл", авиационное, бронетехническое направления. "Эти наши заводы там востребованы. Давайте, говорю, кооперироваться. Президент России сказал, что это им очень интересно. Поэтому в этом направлении и правительству, и Госсекретариату (совбеза - ред.), Минобороны надо более активно себя вести", - сказал Лукашенко.

Встреча Михаила Мишустина с представителями промышленной отрасли Алтайского края

Встреча прошла на территории Алтайского завода прецизионных изделий в Барнауле.

До начала встречи Михаил Мишустин ознакомился с производством Алтайского завода прецизионных изделий. Председатель Правительства осмотрел цеха предприятия, в том числе цех производства корпусов форсунок, цех станкостроения, цех обработки корпусов деталей топливной системы, цех сборки современных топливных систем, а также пообщался с работниками.

История предприятия началась в 1956 году, когда на Алтайском моторном заводе был организован цех топливной аппаратуры №2. В 1991 году на базе цеха было создано самостоятельное производство – Алтайский завод прецизионных изделий. В настоящее время ООО «УК “Алтайский завод прецизионных изделий”» – инновационное производство, оснащённое современным металлообрабатывающим оборудованием, на котором проводятся разработки и модернизация топливной аппаратуры (форсунки, распылители, системы в сборе).

Предприятие реализует программу собственного станкостроения. Доля оборудования, изготовленного и модернизированного своими силами, составляет 80% станочного парка предприятия. Все работы по данному направлению ведутся за счёт собственных средств. Номенклатура выпускаемой продукции: полнокомплектные топливные системы типа Common Rail, топливные насосы высокого давления, форсунки, распылители, управляющие клапаны, а также запасные части к перечисленной номенклатуре.

Завод реализует свою продукцию в России и за рубежом. Основными покупателями топливной аппаратуры Алтайского завода прецизионных изделий являются КамАЗ (Набережные Челны), холдинг «ММЗ» (Беларусь), «Автодизель» (Ярославль), «Туламашзавод» (Тула), «ЧТЗ-Уралтрак» (Челябинск), «Звезда» (Санкт-Петербург).

Производственные возможности позволяют заводу ежегодно выпускать более 300 тыс. форсунок, более 2,5 млн штук распылителей, около 10 800 топливных систем высокого давления Altay Common Rail System (ACRS).

Из стенограммы:

М.Мишустин: Добрый день, дорогие друзья! Рад вас всех приветствовать. Только что мы с Виктором Адольфовичем (Германом) осмотрели завод и новые элементы современного производства на этом предприятии. Оно оснащено разным оборудованием, в основном современным, выпускает продукцию, которая востребована, в частности, в автопроме. И что мне особенно приятно – выпускает также продукцию собственного станкостроения. Такой подход можно только приветствовать. Он помогает повышать конкурентоспособность.

И конечно, подобные точки роста в регионах Правительство стремится всячески поддерживать. Особенно те, дальнейшее развитие которых способно подтянуть также и смежников к такой коллаборации. Не случайно в конце прошлого года ваше предприятие стало победителем сразу в двух конкурсах по федеральным субсидиям на освоение новых технологий – на сумму около 200 млн рублей. Правда, Виктор Адольфович сказал, что этого недостаточно. Согласен. Эти средства позволят снизить затраты на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ.

Развитию промышленного потенциала страны Правительство уделяет особое внимание. Во время поездок по регионам мы обязательно смотрим, что происходит на конкретных производствах. Это важно, чтобы оценить эффект, который дают различные меры государственной поддержки и различные государственные программы. Мы также стараемся обсудить с предпринимателями, какие дополнительные решения необходимы, в первую очередь с точки зрения развития ситуации с занятостью. Сегодня у нас будет такая возможность. Мы это обсудим.

Уверен, что у Алтайского края хороший потенциал. Несмотря на все сложные моменты, которые были связаны в том числе с коронавирусной инфекцией, объём промышленного производства вам удалось сохранить на уровне предыдущего года, а уже в январе – достаточно существенно нарастить (плюс 5,3%). Значительный вклад здесь внесли как раз обрабатывающие производства. Кроме того, увеличился оборот розничной торговли, который мы зафиксировали.

Пока ваш край входит в число 10 субъектов Российской Федерации с достаточно сложной социально-экономической обстановкой. Для исправления ситуации Правительство разработало специальную индивидуальную программу в размере 1 млрд рублей. До 2024 года вы также будете продолжать получение этих средств. Ежегодное финансирование, ещё раз скажу, в размере 1 млрд рублей.

Также мы существенно увеличили объём федеральной поддержки местных предприятий. В прошлом году по различным федеральным программам они получили субсидий на общую сумму около 485 млн рублей. Это примерно на две трети больше, чем за предыдущий год, – примерно около 300 млн рублей было. Также финансирование идёт по линии Фонда развития промышленности. В прошлом году на производство антисептиков было выделено 360 млн рублей.

Хотелось бы сегодня с вами обсудить, какие проблемы сдерживают расширение промышленного потенциала вашего региона, услышать идеи и предложения по тем мерам, которые были бы хороши для укрепления и развития экономики Алтайского края. Давайте начнём наш разговор. Пожалуйста, Станислав Александрович, вам слово.

С.Кедик (член правления Союза промышленников Алтайского края, генеральный директор ЗАО «Рубцовский завод запасных частей», модератор встречи): Михаил Владимирович, добрый день! Добрый день, коллеги!

Мы очень рады принимать Вас на благодатной земле Алтая. Алтайский край – уникальный регион с богатой историей, а самое главное, с большим потенциалом.

Исторически сложилось так, что широкое развитие в нашем крае получили такие отрасли, как сельское хозяйство, добывающая промышленность, сельхозмашиностроение, оборонно-промышленный комплекс и иные виды машиностроения в целом. Сегодня ситуация складывается так, что именно эти направления и являются ключевыми в экономике Алтайского края.

Сегодня на встречу приглашены руководители предприятий, которые как раз работают в этих отраслях. Данные предприятия развиваются очень динамично, поэтому я думаю, что суть нашего разговора будет предельно актуальной и значимой для развития нашего края.

Позвольте первое слово предоставить нашему авторитетнейшему коллеге – председателю Союза промышленников Алтайского края, председателю правления Алтайского завода прецизионных изделий, где сегодня мы находимся и где сегодня воочию вы могли убедиться в уникальности этого предприятия, Виктору Адольфовичу Герману.

В.Герман (председатель Союза промышленников Алтайского края, председатель правления Алтайского завода прецизионных изделий): Я рад всех приветствовать сегодня.

Надеюсь, мы проведём эту встречу с пользой как для нашего края, так и для промышленности в том числе. Потенциал есть и у края, и у страны. Я считаю, что мы должны расти и можем расти с двухзначной цифрой. И резервы для этого есть, и куда приложить руки есть. Проработав столько лет в производстве, знаю всё изнутри. У нас, повторяю, эти резервы есть – и у края, и у страны, и у отдельных предприятий.

Что касается нашего сектора, и российского, и краевого, то речь идёт конкретно о компонентах. Мы в том числе тоже к компонентам относимся, но только к высокотехнологичным компонентам. Есть сельскохозяйственные орудия, которые имеют меньшую сложность, меньшую трудоёмкость и так далее. Но компоненты – это всё. Если взять двигатель, то это блок, коленвал, головка, распредвал, картерные детали. А всё остальное – это компоненты. То же у трактора. То же у автомобиля. Что мы сейчас имеем? Имеем несколько заводов двигателей. Но это, повторяю, несколько деталей буквально. То же самое – сборочное производство. Наши или же Ford, или ещё кто-то. Пока мы не займёмся компонентами, у нас толку не будет. А это огромный пласт трудоёмкости и затрат, и труда, и экономики. Наша только топливная аппаратура занимает в дизелях 30% стоимости, а если всё остальное прибавить. Вот это то, что лежит на поверхности, то есть чем надо заниматься. То есть мало того, что это не просто компоненты, а, как правило, это чисто импортозамещение, как правило, из Европы. Потому что «Евро-6» сейчас нам надо будет делать – китайцы ещё не тянут, даже близко. Кстати, инжектор они до сих пор не могли освоить. Мы сейчас придём к ним со своими изделиями. Поэтому это тот пласт, которым надо заниматься. У нас в министерстве это понимают, вышли, по-моему, с таким предложением. Где сейчас находится этот документ, я не в курсе.

А что касается нашего завода, то в этой отрасли мы самый высокотехнологичный сектор, если взять из компонентов. Лидер у нас в мире – это Bosh, с которым мы сейчас конкурируем. В прошлом году я у них забрал 41% от своего объёма с плюсом, у Bosh забрал. Поэтому потенциал есть, надо работать. А работать – это слышать друг друга, как-то находить решения, и тогда всё пойдёт.

М.Мишустин: Виктор Адольфович, объём реализации продукции позволяет вам концы с концами сводить? Разговор абсолютно откровенный. Мы шли с Вами, говорили о том, что 200 млн на НИОКР – мало, субсидии 70% на НИОКР – это всё-таки значительные средства. Но Вы говорите – мало. Что значит мало? Забирая 40% у Bosh, сколько бы вы хотели на НИОКР получить?

В.Герман: Михаил Владимирович, вот какое дело. Мы сейчас сколько можем переварить, обслужить кредитов, столько и берём, потому что больше – залететь можно на банкротство или ещё какие-то неприятности. Задача очень большая. Bosh, Siemens – представьте, такие гиганты. Надо помочь государству таким предприятиям, как наше.

М.Мишустин: Есть три варианта, как вам помогать. Первый вариант, с губернатором вы можете об этом поговорить, – это та самая индивидуальная программа, с помощью которой вы можете на субсидии брать деньги. Специально по миллиарду выделяется каждый год. Поэтому это источник номер один. Второй источник – Фонд развития промышленности, по локализации. Это федеральная программа, которую Денис Валентинович (Д.Мантуров) ведёт. Мы туда дали соответствующие средства на реализацию федеральной программы по поддержке локализации компонентов. Там автомобильные, для всех видов самоходной техники. Средства есть. Вы говорите, программа пока не началась. Но это только начало, Денис Валентинович докладывал об этом. Там, по-моему, миллиард рублей уже есть. Правильно, Денис Валентинович?

Д.Мантуров: Для начала в этом году – да.

М.Мишустин: Для начала в этом году. Надеюсь, что, посещая этот завод, мы обязательно договоримся с Виктором Адольфовичем и с губернатором. Но от региона должна быть заявка, чтобы вы эту заявку подали. Третий вариант – это ваш региональный фонд развития промышленности. В этом году по линии Минпромторга на его докапитализацию выделено 250 млн рублей. Надо тоже посмотреть. В принципе – всё средства.

В.Герман: Регион нам помогает, сколько может. Мы там главные грантополучатели.

М.Мишустин: Вы сейчас показали всю линейку, и линейку станков, и оборудование, с чего начинали, видел, что у вас работают высококвалифицированные рабочие. От старого оборудования переходят к новому, для того чтобы поддерживать профессионализм, чтобы руки остались и передавать компетенцию молодёжи. Потому что новое оборудование работает больше на цифровых технологиях, однако и руками надо работать. Вы сегодня показали... Почему-то очень много женщин, процентов, наверное, 70 женщин делают достаточно сложные операции с технологическим процессом. Наверное, они более усидчивые, более профессиональные, более аккуратные.

В.Герман: Аккуратные, терпеливые.

М.Мишустин: Но я хочу сказать, что эти три источника есть, нужно ими заниматься. И второе. Мы обязательно поговорим с Денисом Валентиновичем по возвращении, как ещё можно помочь. Здесь Вы правы, здесь надо комплексно посмотреть на весь объём рынка, но прецизионные изделия, которыми вы занимаетесь, – конечно, это гордость, это здорово, что на сегодняшний день в России способны...

В.Герман: В пятёрку мировых лидеров мы можем попасть.

М.Мишустин: Да, и обязательно по импортозамещению нужно продолжать эти программы. Спасибо Вам.

С.Кедик: Виктор Адольфович, спасибо. И, продолжая нашу беседу, позвольте передать слово Алексею Геннадьевичу Подкопаеву, представителю ещё одного уникального предприятия в Алтайском крае – Алтайского научно-исследовательского института технологии машиностроения. Данное предприятие работает в отрасли сельхозмашиностроения и на сегодняшний день занимает одно из лидирующих положений в области производства прицепных сельскохозяйственных почвообрабатывающих машин. И должен заметить, что данное предприятие ведёт свою историю с 1957 года.

А.Подкопаев (заместитель директора АО «Алтайский научно-исследовательский институт технологии машиностроения»): Добрый день! Наше предприятие является одним из ведущих производителей сельскохозяйственной техники в Алтайском крае. Изготавливаемые нашим предприятием почвообрабатывающие машины спроектированы собственными силами. Разработка ведётся конструкторским и технологическим отделами предприятия. Наша техника очень широко известна в России и в странах ближнего зарубежья.

На каждое разрабатываемое и производимое изделие в соответствии с постановлением Правительства №719 необходимо получать заключение о подтверждении производства промышленной продукции на территории Российской Федерации. Само это требование мы считаем справедливым и необходимым условием. До 1 февраля 2018 года в данном постановлении существовала норма, чтобы мы эту процедуру проходили один раз в три года. Далее внесли изменения, и мы эту процедуру начали проходить ежегодно. В связи с этим приходится в постоянном режиме, практически в непрекращаемом, подтверждать производство этой продукции на каждый вид выпускаемой техники. Мы делаем одно и то же. Можно ли вернуть ранее существовавшие нормы, которые существовали до этого?

М.Мишустин: Алексей Геннадьевич, спасибо за вопрос. Идея понятна. Во-первых, на продукцию станкостроения мы продлили до двух лет соответствующий норматив, и на сегодняшний день этот вопрос решён. То, что касается всех остальных видов продукции, сейчас Денис Валентинович рассматривает возможность продления до трёх лет. Но тут есть один нюанс.

Пока Минпромторг думает о том, как изменить правила продления, мы также думаем о том, как контролировать, чтобы не прятались иностранные в основном компоненты за локализацией. Есть параллельные требования к тому, что такое российское. Они не простые, они динамические, требуют большей локализации каждый год. И расписаны они по годам. Здесь трёхлетка с трёхлеткой должна быть синхронизирована, то есть по мере повышения локализации вы должны соответствующим образом подтверждать это сертификатом или заключением о российском производстве.

По станкостроению вопрос решён, по остальным, знаю, Денис Валентинович сейчас должен решать. Пожалуйста, Вам слово, Денис Валентинович.

Д.Мантуров: Спасибо, Михаил Владимирович.

Алексей Геннадьевич, дело в том, что в сельхозмашиностроении мы изменили правила ровно потому, что процесс внедрения технологий, обеспечивающих уровень локализации и повышения «российскости», каждый год быстро ускоряется. Поэтому, если мы сделаем на три года, то вам же будет некомфортно с точки зрения достижения тех баллов, которые вам позволят получить ту или иную преференцию по государственным субсидиям. Поэтому, с одной стороны, – да, это обременительно. С другой стороны, это вас и всех других производителей защищает и мотивирует. Поэтому я бы не торопился в части сельхозмашиностроения и автопрома. Это отрасли, где быстро происходят изменения и баллы наращиваются каждый год.

С.Кедик: Так исторически сложилось, что именно отрасль сельхозмашиностроения в нашем крае широко развивалась. Я хочу предоставить слово ещё одному представителю данной отрасли, руководителю, чьё предприятие на сегодняшний день поставляет свою продукцию – сельскохозяйственные машины – во все сельскохозяйственные регионы Российской Федерации, страны ближнего зарубежья. Но уникальность данного предприятия в том, что оно одно из первых начало поставлять свою продукцию на европейский рынок и на сегодня делает это достаточно успешно.

Татьяна Викторовна, Вам слово.

Т.Филидова (генеральный директор ОАО «Алтайский завод сельскохозяйственного машиностроения»): Здравствуйте! Спасибо Вам большое за то, что Вы так глубоко погружаетесь во все вопросы, – это впечатляет!

Регион у нас уникальный. Здесь и сельское хозяйство развито, и мощная отрасль по сельскохозяйственному машиностроению. В этом зале присутствуют директора трёх заводов алтайских, которые входят в топ-5 российских заводов, производящих почвообрабатывающую технику. Поэтому можно с уверенностью сказать, что именно в Алтайском крае производится очень много техники для почвообработки. И мы предлагаем кроме этого ещё и посевную технику. Реализуем её по всей России.

Конечно, нашей задачей является обеспечение всех аграриев качественной российской техникой. Именно российской. Мы очень долго работаем в направлении импортозамещения. Но, к сожалению, не всегда у наших аграриев есть средства для технического перевооружения. Мы понимаем, что аграрии работают в очень сложных условиях и иногда с платёжеспособностью могут быть какие-то проблемы временные. И здесь очень хорошо помогает поддержка государства – это постановление Правительства №1432. Наши аграрии могут компенсировать часть стоимости техники.

От лица всех сельхозмашиностроителей очень прошу эту реально работающую меру поддержки оставить и не сокращать объёмы финансирования. Поскольку благодаря этой поддержке не только наши аграрии могут пользоваться техникой российской, но и заводы машиностроительные тоже. Мы за счёт увеличения спроса на нашу технику можем наконец-то приобретать новое оборудование современное. И благодаря этому мы улучшаем качество каждый день. То есть это такой круг. Мы взаимно две отрасли поддерживаем.

Поэтому очень прошу оставить средства на эту поддержку.

Мы продаём нашу продукцию не только на территории России, но и в другие страны. Я с гордостью всегда говорю, что мы первые в истории России начали продавать немецким фермерам технику для почвообработки. Мы уже третий год это делаем. На данный момент мы поставляем свою технику в 11 европейских стран. Вот из этой глубинки мы поставляем в Европу технику.

И конечно, здесь очень большая роль государства. Очень своевременно была введена мера поддержки, которая позволяет компенсировать часть затрат на транспортировку техники до конечного клиента. Это сразу дало нам толчок после участия в международных выставках, и на нашу технику появился спрос. Здесь есть нюанс, нам бы очень хотелось оставить эту меру поддержки по постановлению №496. И не срезать средства на это постановление, потому что у нас у всех есть цель – увеличить объём экспорта, а именно возможность доставить технику до конечного клиента, это делает нашу технику более конкурентоспособной.

М.Мишустин: Спасибо, Татьяна Викторовна.

Абсолютно поддерживаю, потому что сегодня субсидии – отличный инструмент для того, чтобы и покупателей, и продавцов именно нашей сельхозтехники поддержать и, самое главное, поддержать наших производителей, потому что импортозамещение – непростой процесс. И сегодня как раз мы видим, насколько эта мера эффективна.

Я немалое количество сельхозпредприятий, где производится сельхозтехника, посетил, и все об этом говорят. Мера эта будет продолжена, даже не сомневайтесь. Это первое.

По поводу субсидирования транспортных или логистических затрат. Конечно, страна огромная, но Алтай – это не глубинка, в центре практически, Россия-то какая страна! И конечно, иногда логистические затраты могут превышать стоимость самой продукции, бывает и так. Конечно же, субсидии, которые сегодня работают, будут продолжены. В этом году было примерно, Денис Валентинович, 14 млрд рублей? В следующем году знаю, что 10 млрд рублей предусмотрено, но Вы должны увеличивать до 14 также, правильно?

Д.Мантуров: Разрешите, Михаил Владимирович? У нас 14 млрд было в прошлом году с учётом того, что мы 4 млрд отдали за долги 2019 года, поэтому в чистом виде – 10 млрд. И тоже 10 млрд в этом году. У нас стоит по десятке, поэтому мы не снижаем, мы, наоборот, сохраняем. Более того, если брать результаты прошлого года, рост производства сельхозмаша составил 30%, и экспорт увеличился, Татьяна Викторовна правильно говорит, что мы уже в Западную Европу поставляем плюс 30%.

М.Мишустин: Важно сохранить субсидии логистических затрат при экспорте. У нас ещё также есть Российский экспортный центр, который помогает в том числе организовывать мероприятия, выставки. Можно обращаться в этом смысле за помощью к нему. И я уверен абсолютно, что все программы будут сохранены и вы только увеличите объём экспорта и реализацию продукции. Спасибо, Татьяна Викторовна.

С.Кедик: В продолжение нашего разговора позвольте перейти от наших традиционных отраслей в новые направления, которые развиваются в Алтайском крае. Сегодня присутствует Денисенко Константин Александрович – руководитель компании «Зиас машинери». Помимо производства систем крепления вентилируемых фасадов компания запустила в серийное производство уникальный промышленный 3D-принтер, который помогает нашим металлургическим предприятиям. Константин Александрович, Вам слово.

К.Денисенко (генеральный директор ООО «Зиас машинери»): На нашем предприятии, кроме того что мы перерабатываем методом холодной штамповки тонколистовую сталь, мы самостоятельно проектируем и изготавливаем автоматизированные штамповочные комплексы, прокатные линии и на них перерабатываем, выпуская продукцию строительного назначения. Вместе с этим компетенции хватило, чтобы разработать и запустить в серию 3D-принтер для печати песчаных форм, используемых в литейке, что в свою очередь совершенно на новый уровень выведет литейную отрасль в стране. На сегодняшний день она не в самом передовом состоянии по сравнению с другими странами. Высокая стоимость оборудования серьёзно сдерживает спрос на эту продукцию. В настоящее время действует постановление Правительства №823, в рамках которого субсидируется скидка производителям специализированной техники или оборудования, что серьёзно повышает спрос на подобную продукцию. Можно ли распространить действие этого постановления на 3D-принтеры, работа которых основана на аддитивных технологиях, что в свою очередь сильно бы помогло как литейной отрасли, так и производителям подобного оборудования?

М.Мишустин: Спасибо, Константин Александрович. Сегодня мы посещали барнаульскую школу, и маленькая девочка Вероника сделала на 3D-принтере герб Барнаула, подарила и сказала, что в будущем хочет работать на 3D-принтере. Я вспомнил, что дети уже сегодня серьёзно занимаются, читают, интерес в инженерных классах вашей школы есть.

Это очень интересное и перспективное направление абсолютно точно будет развиваться и в мире, и в Российской Федерации. Но для производителей такого оборудования и установок, как ваши, у нас предусмотрены не в 823-м постановлении, а в 1206-м скидки для покупателей. Посмотрите, может, вам подойдёт этот механизм. Он есть, Денис Валентинович Вам разъяснит нюансы. Это важнейшее направление будем поддерживать. Мы скоро в Правительстве будем рассматривать соответствующую стратегию развития технологий в нашей стране на последующие 10 лет. Я попрошу в том числе Ваше мнение, как Вы видите развитие, отправить в Минпромторг, который занимается этим плотно. Уверен, 3D-принтеры и вообще аддитивные технологии на сегодняшний день должны являться важнейшим стратегическим ресурсом для создания современной промышленности в России.

Д.Мантуров: Вы в прошлом году поддержали, Михаил Владимирович, постановление по станкостроению в части компенсации скидок покупателям нашей продукции. Мы видим рост и результат – сразу же почти 15%. Поэтому 1206-е – вы полностью туда вписываетесь, и не нужно никаких изменений в 823-е, подавайте на конкурсной основе свои заявки, и вы получите такую поддержку.

С.Кедик: Позвольте затронуть ещё одно новое направление для нашего края, это производство кожи. Данный проект был реализован с использованием современных мер поддержки как на краевом уровне, так и на федеральном. Я думаю, что более подробно об этом проекте и о вопросах расскажет Сурин Игорь Николаевич, председатель совета директоров группы компаний «Русская кожа».

И.Сурин (председатель совета директоров группы компаний «Русская кожа»): В октябре 2019 года в городе Заринске на территории ТОСЭР состоялось торжественное открытие нашего нового кожевенного завода. Он играет важную роль в развитии экономики региона и за его пределами. Благодаря алтайскому заводу мы планируем не только увеличить объём выпуска продукции, но и повысить конкурентоспособность нашей отечественной продукции на рынках Юго-Восточной Азии. При строительстве завода были применены самые современные и передовые технологии и самое современное оборудование. Помимо создания новых рабочих мест регион получил стимул к комплексному развитию сельскохозяйственной и лёгкой промышленности. Реализация данного проекта стала возможной благодаря поддержке государства. По линии Министерства промышленности Российской Федерации мы получили субсидию по программе льготного лизинга, а также поддержку от Фонда развития моногородов. Я считаю, что программа льготного лизинга является одной из самых эффективных и востребованных программ для инновационного развития производств, и хотелось бы её сохранить на ближайшие годы. И у меня вопрос: предусмотрено ли в федеральном бюджете сохранение финансирования данной программы?

М.Мишустин: Действительно данный механизм показал свою эффективность и очень хорошо востребован предприятиями лёгкой промышленности. То, что касается средств федерального бюджета, – да, свыше 700 миллионов предусмотрено. В прошлом году мы вообще увеличили не только размер самой субсидии, но и проценты. То есть у нас фактически с 30 до 50% от стоимости приобретаемого оборудования. И на сегодняшний день, как я уже сказал, 700 миллионов ежегодно предусмотрено на трёхлетку. То есть это 2,1 млрд рублей. Денис Валентинович, если недостаточно будет средств, посмотрите, пожалуйста, на предложения об увеличении.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 2 марта 2021 > № 3652033 Михаил Мишустин

Вклад по-соседски

Киргизия ждет инвестиций из России

Текст: Константин Волков

Киргизии необходимы инвестиции, и главные надежды в этом плане Бишкек возлагает на Москву. В ближайшее время страна разработает новые законы для бизнеса, нацеленные на защиту инвесторов. "Сразу после проведения конституционной реформы (референдум по внесению изменений в конституцию намечен на 11 апреля. - "РГ") мы намерены разработать комплекс мер по защите инвесторов", - заявил президент страны Садыр Жапаров на встрече в Российском союзе промышленников и предпринимателей (РСПП).

Как рассказал директор недавно созданного Агентства по продвижению и защите инвестиций Киргизской Республики Алмамбет Шыкмаматов, уже запланировано создание нацпрограммы по привлечению инвестиций в Киргизию. Также в стране будет разработан инвестиционный кодекс, и особое внимание там станут уделять стратегическим инвесторам. Кроме того, на киргизском фондовом рынке, который сегодня практически законсервирован, планируется выпуск ценных бумаг под конкретные инвестпроекты.

Киргизская делегация привезла список из 21 проекта, которые могут быть интересны для инвесторов из России. На первом месте в нем - энергетика. Это Камбаратинская ГЭС мощностью 1860 МВт и стоимостью 2,869 млрд долл., Суусамыр-Кокомеренский каскад ГЭС (1305 МВт и 3,3 млрд долл.), а также еще несколько проектов, сопоставимых по требуемым вложениям.

Однако, как отметил спецпредставитель президента РФ по вопросам международного сотрудничества в области электроэнергетики Сергей Шматко, для того, чтобы энергетические проекты стали привлекательными, надо регулировать тарифную политику, поскольку нынешние расценки на электроэнергию в Киргизии достаточно низкие, а инвестор должен понимать отдачу. Жапаров ответил, что вопрос тарифов скоро будет рассматриваться. Сегодня себестоимость киловатт-часа в Киргизии в два раза выше, чем его цена для населения.

Также Киргизия предлагает вложиться в индустриально-торговый логистический комплекс (276 млн долл.), который включает таможенный контроль и предназначен для торговли как с партнерами по ЕАЭС, так и с другими странами. Кроме того, есть ряд дорожных проектов стоимостью 25-600 млн долл.

Как отметил глава РСПП Александр Шохин, Россия и Киргизия - стратегические партнеры. И хотя в 2020 году приток российских инвестиций в Киргизию составит, по всей видимости, менее 20 млн долл., что связано в том числе и с пандемией, "есть возможности для развития отношений и совместного укрепления на рынках третьих стран". В том числе речь идет о выходе на площадки ШОС и БРИКС.

Однако для развития инвестиционного сотрудничества требуется, по словам российских участников встречи, создание в Киргизии благоприятных условий. Речь идет о преференциях для российских компаний, размещающих производство в Киргизии, о гарантиях вложений со стороны государства, о выстраивании тарифной политики. Как заявил президент Кыргызского союза промышленников и предпринимателей Данил Ибраев, в ближайшее время будет разработана "дорожная карта" экономического и инвестиционного сотрудничества двух стран.

При этом Бишкек ведет переговоры не только с Россией, рассказал "РГ" Ибраев, но и с соседними странами, и с Евросоюзом. Однако, подчеркнул он, Россия остается ключевым партнером Киргизии, и все международные экономические проекты страны рассчитаны в первую очередь на участие РФ.

Время на вес золота

Правительство отложило маркировку ювелирных изделий

Текст: Ирина Алпатова, Игорь Зубков

Правительство пошло навстречу малому и среднему бизнесу и отложило маркировку ювелирных изделий.

Обязательная регистрация всех операций с ними в новой системе учета драгметаллов и камней (ГИИС ДМДК) перенесена на 1 марта 2022 года, обязательная физическая маркировка QR-кодами, которые наносятся лазером на металлическую часть украшения рядом с клеймом, - на 1 марта 2023 года. После этого еще в течение года будет возможна продажа остатков изделий из золота, платины и палладия без такого QR-кода, а с 1 марта 2024 года система заработает в полном объеме. Драгоценные камни физической маркировке не подлежат. Постановление правительства об этом есть в распоряжении "РГ".

Ранее планировалось, что ГИИС ДМДК станет обязательной с 30 июня 2021 года. В добровольном режиме она работает с 1 января. Минфин предложил перенести сроки, чтобы отрасль успела подготовиться и перестроить свои производственные процессы.

Внедрение системы не переносится на 2024 год, оно начнется уже в этом году, но теперь процесс разбит на этапы с промежуточным тестированием каждого из них, обращает внимание зампред правления Ассоциации ювелиров ЕАЭС Вадим Серов. Он считает этот подход максимально эффективным, а новые сроки - разумными и выполнимыми.

Маркировка - это только элемент системы, самое важное - прослеживаемость движения сырья, продукции, говорит Серов. Система должна застраховать покупателей от покупки подделок, в том числе синтетических аналогов, и завышенных цен, а также очистить рынок от контрабанды. Сейчас происхождение более половины изделий из драгметаллов и камней носит нелегальный характер. Кроме того, объем драгоценных камней в ювелирных изделиях почти в 50 раз превышает объем официально ограненных в стране или ввезенных в Россию камней. В первую очередь это вызвано пошлиной на мелкие бриллианты в размере 10%, огранка которых не выгодна в России (и минфин поэтому планирует добиться отмены этой пошлины, как это сделано для мелких драгоценных камней).

"В отличие от маркировки на ярлыке, физическую маркировку, нанесенную Федеральной пробирной палатой, невозможно подделать, - говорил замминистра финансов Алексей Моисеев "Интерфаксу". - ГИИС ДМДК сделает бизнес открытым и позволит защитить потребителей от некачественных аналогов ювелирных изделий. В этом прежде всего заинтересованы добросовестные производители".

В производстве ювелирных изделий заняты 5 тыс. организаций (около 50 тыс. работников), в торговле - более 15 тыс. компаний (110 тыс. работников), при этом 95% организаций - микро-, малый и средний бизнес. Часть компаний готова к старту маркировки уже в этом году. "Мы приняли решение максимально оперативно включиться в процесс, но у разных предприятий разный уровень оснащенности. В любом рабочем процессе возникают сложности, и важно, что регуляторы слышат голос отрасли и принимают его к сведению", - говорит директор по маркетингу компании Sokolov Алексей Карев. Внедрение маркировки отрасль однозначно поддерживает, говорит Карев, она позволит по номеру изделия узнавать, из какого материала и кем оно сделано, какие в нем ювелирные вставки. Основным бенефициаром системы станет именно конечный покупатель, подчеркивает он.

УЙТИ ПО-НЕМЕЦКИ: ПУТЬ ПОСЛА ПО РОССИЙСКОМУ БЕЗДОРОЖЬЮ

МИХАИЛ ПОЛЯНСКИЙ

Младший научный сотрудник и аспирант Гессенского фонда исследований мира и конфликтов.

РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ

Rüdiger von Fritsch. Russlands Weg. Als Botschafter in Moskau. Aufbau Verlag, 2020. 349 Seiten (Рюдигер фон Фрич. Путь России. Глазами посла в Москве. Издательство Aufbau, 2020. 349 с.).

«Если кто и сможет наладить отношения с русскими, то только эта дама», – указав рукой на здание ведомства федерального канцлера, сказал в марте 2014 г. Дитрих Геншер вновь назначенному послу ФРГ в России Рюдигеру фон Фричу[1], пятому по счёту в период президентства Владимира Путина.

Как известно, российский президент питает особые чувства к Германии (в этой связи журналист-международник Александр Рар даже окрестил его «немцем в Кремле»[2]), а с рабочего стола Ангелы Меркель на канцлера с портрета пристально смотрит Екатерина Великая. Тем не менее, отдавая дань уважения личностному фактору в поддержании связей между двумя странами, в своих мемуарах бывший глава германской дипломатической миссии всё же приходит к выводу, что в развитии двухсторонних отношений системные закономерности перевешивают любые предпочтения лидеров, будь они позитивного или негативного характера.

«Восточная политика» Германии, берущая свои истоки в далёких 1960-х гг., находится в экзистенциальном кризисе. И истоки этой проблемы заключаются даже не в пересмотре российским руководством своего внешнеполитического курса, сколько в том, что немецкая Ostpolitik по-прежнему определяет курс внешней политики ФРГ по отношению к младоевропейцам – странам бывшего Варшавского договора, не отделяя их от независимого блока российско-европейских отношений.

Именно поэтому Берлину необходимо провести собственную «перезагрузку» с Москвой, чтобы выработать отвечающую духу времени Russlandpolitik, политическую парадигму, которая будет ориентирована на Россию и её интересы – к такому выводу приходит бывший посол Рюдигер фон Фрич.

Мемуары дипломатических представителей рассчитаны, как правило, на специалистов достаточно узкого профиля, но за редкими исключениями (например, книга «Сугубо доверительно» бывшего посла СССР в США Анатолия Добрынина) работам подобного формата всё же удаётся выйти за рамки исключительно биографического повествования. В этом плане книга фон Фрича выгодно отличается от схожих трудов, поскольку в процессе критического осмысления широкого комплекса отношений Москвы и Берлина он не повторяет ошибок многих его коллег-предшественников, которые концентрируются на изложении событий, произошедших в период их службы. Более того, на фоне объявленного ухода Ангелы Меркель из политики в 2021 г., данная книга представляет интерес не только в силу свежей оценки современного состояния российско-германских отношений, но и из-за нетривиальных рассуждений о будущем европейской политики.

Лиха беда начало

Прибыв в Москву 23 марта 2014 г. (спустя неделю после начала крымского кризиса), миновав дипломатические формальности и экспресс-курсы русского языка, новый посол ФРГ был вынужден в экстренном порядке начать осваивать язык санкционно-обвинительный. Германия выступила инициатором первого раунда санкций ЕС против России, заморозила ряд двусторонних экономических проектов и приостановила политическое сотрудничество по многим направлениям.

Несмотря на изобилие фактов и обстоятельств разлада в российско-германских отношениях на данном этапе, автор отмечает, что после шести лет взаимных обвинений лейтмотивом рассуждений должно стать не перечисление симптомов кризиса, а осознание фундаментальных причин его возникновения. Вероятно, подобная постановка вопроса покажется амбициозной для работы в чуть более 300 страниц (без предисловия), однако сама попытка осмысления подобной темы в столь нехарактерном формате не может не вызывать симпатий у неравнодушного читателя.

Правнук депутата обеих палат парламента Российской Империи до Первой мировой войны, фон Фрич, по собственным заверениям, всегда чувствовал глубокую связь с Россией и всегда интересовался ею. Несмотря на то, что он провёл значительную часть своей дипломатической жизни в Польше, ему, тем не менее, достаточно чётко удаётся улавливать и отображать в своём повествовании часто невидимые внешнему наблюдателю внутрироссийские настроения и переживания. Этот детальный и информированный взгляд на Россию создаёт львиную долю «добавленной стоимости» книги даже для тех, кто хорошо знаком с российскими политическими реалиями.

Холодное партнёрство

Несмотря на общий конструктивный и порой даже понимающий тон работы, бывший посол не стесняется открыто говорить о болевых точках во взаимоотношениях Берлина с Москвой. Так, фон Фрич считает, что Россия «пробомбила в Сирии путь обратно к мировой политике» (105), что демонстрирует разнонаправленность методов ведения её политики с подходами Запада и Германии в частности. На фоне предложенной инициативы ФРГ «Альянса за мультилатерализм»[3] подходы России в духе Realpolitik представляются Берлину чуждыми, хотя между строк фон Фрич справедливо отмечает, что Запад также прибегал к силовым методам, которые значительно подорвали доверие к нему в глазах России. В данном контексте он пишет, что «репортажи бомбардировок НАТО Белграда, вероятно, ужаснули русских так же, как кадры бомбардировок Грозного пятью годами ранее шокировали западную общественность» (88).

Не обходит стороной бывший посол и события на Украине. Обвиняя Россию в «нарушении мирного европейского порядка», он при этом достаточно расплывчато говорит о роли Германии в данном конфликте. Размышляя о том, что немецкое руководство могло предпринять для предотвращения эскалации конфликта в Киеве после провала так называемых «Февральских соглашений», достигнутых Виктором Януковичем и представителями оппозиции в 2014 г., он пересказывает разговор с тогдашним министром иностранных дел Франком-Вальтером Штайнмайером, который на обвинения Берлина в бездействии удивлённо ответил: «А что я должен был сделать? У меня даже перочинного ножа с собой не было» (74).

Многое, что определяет сегодня динамику российско-германских отношений (как, к примеру, ускорение политических процессов, вызванных пандемией COVID-19 или история с Алексеем Навальным) произошло уже после того, как фон Фрич сложил с себя полномочия официального представителя ФРГ в России. Занятно, однако, что заданная концептуальная рамка, основанная на опыте общения с первыми лицами двух государств, в целом даёт автору возможность рационально объяснить вектор движения двусторонних отношений уже после его ухода из политики. Неудивительно, что знания и контакты фон Фрича остаются востребованы транснациональными корпорациями, работающими в России (сегодня бывший посол является партнёром в Berlin Global Advisors).

Глобальный контекст

Отношения России и Германии не ограничиваются географическими границами Европы. Признавая это, фон Фрич предпринимает попытку инвентаризации всего комплекса двусторонних отношений, демонстрируя, как, к примеру, «арабская весна» или протестные движения в Латинской Америке, изменяют их качество. Бывший посол пишет, что согласие России на интервенцию НАТО в Ливии и неофициальные контакты Кремля с Хуаном Гуайдо в начале кризиса в Венесуэле (154) говорят о прагматичности, если не циничности, российской внешней политики. Приводя пример исхода «цветной революции» в Египте, где в результате переворота к власти пришёл более расположенный к России лидер, фон Фрич делает вывод, что разговоры о западных «происках» на постсоветском пространстве являются ничем иным, как прикрытием российской Realpolitik и стремлением Кремля сохранить зону влияния в регионе. Как показывает практика, забот у России в этом регионе, действительно, достаточно, особенно в свете происходящего в Белоруссии, Киргизии или Нагорном Карабахе.

В том же ключе бывший немецкий посол утверждает, что способность России самостоятельно проецировать мощь за пределы своих непосредственных границ остаётся пока незначительной. Несмотря на активно создаваемый в последние годы Соединёнными Штатами политико-военный вакуум (будь то в Сирии или в Афганистане) (336), без помощи Китая Москва не может в полной мере воспользоваться открывающимися возможностями. «Победа» в Сирии объявлена президентом Путиным несколько лет назад, а контингент российских вооружённых сил там почему-то продолжает увеличиваться. При этом фон Фрич отмечает, что вероятность создания российско-китайского блока возрастает с каждым днём, несмотря на кажущийся мезальянс второй и двенадцатой экономик мира (по номинальному ВВП)[4].

Россия, неосознанно стремящаяся в Европу

Важное место в мемуарах фон Фрича занимают рассуждения об идентичности России и её принадлежности к Европе. Как ему представляется, Россия внутренне всё ещё стремится в общий европейский дом, хотя и активно отрицает это[5]. Более того, по его мнению, Москва больше остальных заинтересована в построении будущего порядка на континенте, так как крайне зависима от Европы в плане собственного внутреннего развития.

Фон Фрич приходит к мысли, что одной из основополагающих проблем европеизации России является то, что она опасается в случае достижения этой цели потерять свою уникальность и загадочность, раствориться в Европе.

Россия осознанно закрывается от внешнего мира и даже не пытается стать более понятной другим, дорожа своей самостийностью.

Автор убеждён, что, оставаясь непонятной страной с «загадочной душой», Россия тем самым отталкивает других, поскольку часто это стремление воспринимается как равнодушие к внешнему миру, переходящее в гордыню (21).

Согласно последним опросам «Левада-центра», «движение России в Европу» действительно прекратилось, поскольку большинство россиян не считают ни собственную страну Европой, ни самих себя европейцами.[6] Вряд ли данное обстоятельство играет на руку европейцам, надеющимся не допустить появления антизападного союза Москвы и Пекина. При этом фон Фрич отмечает, что Западу уже приходилось сталкиваться с подобными самопровозглашёнными «изгоями» и прежде (например, с франкистской Испанией), и проблемы во многом были сопоставимы с теми, что Берлин и Москва переживают сегодня (101). Ответ на вопрос, каким может быть разрешение этих противоречий, автор оставляет за скобками, в то же время уверяя читателя, что этот «цикл» рано или поздно закончится.

Разделяют ли такое оптимистичное мнение в Кремле, не совсем понятно. Однако если верить коллеге фон Фрича, послу РФ в ФРГ Владимиру Гринину (2010–2018), который в 2019 г. опубликовал мемуары «Двуединство судьбы. Как России и Германии распорядиться будущим во благо себе и миру», то можно сделать вывод, что база для нового взлёта ещё остаётся. Бывший российский посол соглашается с фон Фричем и в том, что возвращение российско-германского союза неизбежно, поскольку рано или поздно им бок о бок придётся противостоять великим державам по обеим сторонам Тихого океана.

--

СНОСКИ

[1] По заверениям автора, работа над переводом книги на русский язык уже ведётся.

[2] Рар А. Владимир Путин: «Немец» в Кремле. Издательство «Олма-Пресс», 2002.

[3] Alliance for Multilateralism: Official Website. URL: https://multilateralism.org/

[4] United Nations Statistical Division, National Accounts – Analysis of Main Aggregates (AMA). Year/Country Selection for China and Russia for Year 2019. URL: https://unstats.un.org/unsd/snaama/Basic (дата обращения: 19.02.2021)

[5] Сурков В. Ю. Одиночество полукровки (14+) // Россия в глобальной политике. 2018. №2. С. 124-129.

[6] Отношение к странам // Левада-Центр. 2019. URL: https://www.levada.ru/2019/09/10/otnoshenie-k-stranam-4/

Россия. Германия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 1 марта 2021 > № 3708353 Михаил Полянский

МЕЖДУ АНГЕЛОМ И БЕСОМ

ДМИТРИЙ ЕВСТАФЬЕВ

Кандидат политических наук, профессор департамента интегрированных коммуникаций факультета коммуникаций, медиа и дизайна Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

УРОКИ-2020 ДЛЯ СОВРЕМЕННОГО ИНФОРМАЦИОННОГО ОБЩЕСТВА

Общепризнано, что информационное общество оказалось одной из немногих глобальных систем, успешно развивавшихся в 2020 году. Однако пока ещё не осмыслено, что именно оно становится платформой, позволяющей глобализации сохранять устойчивость в противодействии экономической регионализации. Именно оно обеспечивает не только глобальный характер экономической и политической повестки дня, но и стабильность глобального финансового сектора.

Развитое и цифровизированное информационное общество на глобальном и региональном уровнях позволило человечеству, в особенности жителям крупнейших мегаполисов, пережить локдауны, карантины, как минимум не умирая с голоду от невозможности дойти до магазина. Ведь горожане практически утратили навыки выживания в социально неблагоприятном пространстве. Без цифровизированного и глобализированного информационного общества невозможны были бы даже простейшие карантинные мероприятия.

Несмотря на безусловное ослабление мировой геополитической монополярности, то есть доминирования Соединённых Штатов в глобальной политике и экономике, информационное общество как система остаётся под контролем США и формально американских корпораций. Но информационное пространство становится «многополярным», в нём возникают новые игроки, стремящиеся если не к информационной независимости, то по меньшей мере к установлению согласованных и устойчивых «правил игры». Противоречие между монополярным характером управления глобальным информационным обществом и всё более многополярным и многовекторным глобальным информационным пространством, вероятно, следует считать ключевым для развития глобальных коммуникаций. Оно будет и дальше обостряться внутренним кризисом Соединённых Штатов как «метрополии» информационного общества. Тем более что самым выраженным элементом кризиса стала борьба за контроль над классическими и в особенности – цифровыми медиа.

Описанное противоречие приведёт к усложнению соотношения преимуществ и рисков в развитии информационного общества. Предсказуемость и контролируемость информационных процессов заметно снизится. В информационном пространстве «ангелы» часто превращаются в «демонов».

Диалектика развития

В 2020 г. мы воспринимали информационное общество как данность, хотя ещё пятьдесят лет назад оно было лишь концептом в умах футурологов и наиболее продвинутых управленцев. Но к началу пандемического периода информационное общество, построенное на цифровых интегрированных коммуникациях, превратилось не просто в главную «скрепу» глобализации, важнейший элемент её привлекательности. Цифровое информационное общество стало инструментом, доступным в режиме пользователя практически каждому потребителю на планете.

Согласно мейнстриму западной социальной философии, подключение к цифровым системам информационного общества давно стало условием социализации и развития человека[1]. Но сейчас в качестве принципиального условия начинает формулироваться идея интеграции социальной и персональной жизни человека в одну из так называемых «цифровых экосистем». На практике они определяют модель не только потребления, но и социального поведения. Эти системы лишь в первом приближении можно назвать исключительно «потребительскими». В глобальном масштабе происходит активная синхронизация потребительских экосистем с государством, сращивание с ними, использование их в качестве технологической основы для всех видов управления. Порой доходит до подмены государства информационными «экосистемами», что объяснимо: и информационные системы (сети и платформы), и государство претендуют на универсальность и всеохватность в управлении обществом, хотя и по разным причинам. Такова новая среда обитания человека как биологического вида, попытка выхода из которой означает в сущности социальную маргинализацию. Это провозглашалось западными социологами, хотя вряд ли они имели в виду «цифровую сегрегацию».

Диалектика информационного общества является двигателем его развития. С одной стороны, чтобы использовать потенциал информационного общества, человек должен быть потребителем, частью общества потребления. С другой стороны, человек может использовать потенциал информационного общества, не до конца понимая, как работают его алгоритмы и технологии. Это открывает бесконечное пространство для манипуляций.

Именно противоречие между постоянно расширяющимся пользовательским потенциалом информационного общества и сужающейся его познаваемостью пользователем и является наиболее важным аспектом данного явления.

Такая диалектика порождает постоянное балансирование между «ангелами» и «демонами», между инструментами улучшения жизни человека и общества и платой за это, порой с лихвой перекрывающей бонусы. Где и как случится сбой, способный оказаться безвозвратным, предсказать не может никто. Информационное общество всё менее познаваемо как на технологическом, так и на социальном уровне.

«Демоны» информационного общества – производная от социальных процессов современного мира, считавшихся благом. Главным социально-политическим процессом, наблюдавшимся в основном в скрытой, а с 2020 г. уже и в открытой форме, стала окончательная эмансипация общества от политики, его атомизация, разрушение институтов структурирования и самоорганизации, ранее считавшихся естественными и социально безопасными.

Путь к суррогату

Человечество свыклось с новой средой обитания и начинает её активно осваивать. Универсальность и потребительская простота в данном случае крайне важны. Как и учил Маршал Маклюэн[2], человек, при жизни считавшийся почти городским сумасшедшим, а теперь – классик, информационное общество стало не просто элементом общества потребления, а его системообразующей частью. Потребительская доступность, едва ли не глобальная универсальность, возможность почти неограниченной индивидуализации, насыщенность элементами игрового продуктового и социального маркетинга, – всё это вытекает именно из характера современного постиндустриального общества. Это делает жизнь в неуютном, если хотите, «антидомашнем» пространстве современного мегаполиса существенно более комфортной для отдельного человека, что и проявилось в период пандемии.

Однако ведь это и есть тот самый «ангел», легко превращающийся в «демона». Такова логика общества не столько информационного, сколько потребительского. Давайте не лукавить – современное информационное общество рассчитано, прежде всего, на жителей пространств с высокой степенью атомизации и распадом большинства структур социальной консолидации и самоорганизации. Дело не только в эрозии таких институтов, как «большая семья» или «городские племена», хотя и этот фактор изменил контекст, в котором человек формируется как личность. В развитых странах очевидна неустойчивость всех основных «больших» социальных систем[3]. Информационное общество лишь даёт возможность заменить «слабые связи» традиционного и индустриального общества на связи виртуальные (социальные сети и тому подобное), существенно менее обременительные и более «дешёвые» для поддержания.

Стремясь построить единый мир, разумно управляемый меритократией, элиты, считавшие себя «глобальными» (как выяснилось, ошибочно), проскочили черту, отделявшую реальную, функциональную демократию от имитационной. Форма подменила содержание. Имитация не только институциональной демократии, но и обычной социальной вовлечённости (а возможностей для имитации современное информационное общество предоставляло с лихвой) начала вытеснять реальные социальные и политические процессы. Мы ещё недавно смеялись над уверенностью Дональда Трампа, что обществом и его настроениями можно управлять через Twitter, но 45-й американский президент был продуктом определённой среды, где имитация чего угодно – от «жёстких переговоров» до политических взглядов – считалась нормальной.

Проще говоря, «клик» мышкой оказался приравнен к «голосу», то есть информационная сопричастность равноценна социальному действию. Реальную демократию заменила её информационная реплика, голограмма.

А главным критерием стало формальное наличие набора институтов, считавшихся атрибутами демократии. Об этом убедительно пишут учёные Иван Крастев и Стивен Холмс[4], говоря о формировании «ментальности имитатора», что, впрочем, характерно не только для «новых демократий», но и для всего мира.

Не информационное общество породило этого «демона». Оно просто предоставило питательную среду для развития имитационной демократии. Страны коллективного Запада попытались использовать потенциал информационных технологий для внешнего управления суверенитетом в Венесуэле и Белоруссии и, вероятно, готовятся использовать эту модель в отношении других стран, не исключая Россию. Предупреждения о том, что демократия становится «политической пустотой», звучали уже давно[5], и впору было бы прислушаться. Но сыграла роль как раз пользовательская доступность: кликнуть гораздо проще, чем принять участие в митинге, выдвинуться на выборы или стать волонтёром. В контексте социальной атомизации простота информационного общества для потребителя из «ангела» превратилась в «демона». Превращение цифровой демократии в суррогат, видимость, имитацию, управляемую на непрозрачной корпоративной основе, вероятно, следует считать главным «демоном».

Современное информационное общество, – удивительно социально контекстный феномен. Оно лишь предоставило операционную среду для развития дистанционного образования, а магистральным путём стало уже благодаря общему процессу деградации образовательных систем во всём мире. Но и здесь «ангел», созданный информационным обществом, – возможность в условиях пандемии продолжить хоть в какой-то форме образовательный процесс, быстро превратилась в «демона» выхолащивания отношений ученика и учителя. Об этом, к слову, говорил и президент России Владимир Путин, отмечая ограниченность социального потенциала дистанционного образования. Проблема, вероятно, как раз в том, что за каждым «ангелом» скрывается «демон».

Провал целого ряда стран с развитыми системами управления информационным обществом в осуществлении карантинных и санитарных мероприятий (наиболее характерные примеры – страны Бенилюкса, Великобритания, США) показывает: информационные технологии и информационное общество в целом являются сервисными по отношению к обществу и человеку. Их эффективность зависит от степени структурированности общества, его способности к консолидации в кризисной ситуации и к осмысленному действию. Возможно, это главный «ангел» информационного общества, позволяющий разобраться, с чем же мы столкнулись в 2020 году. «Ангел», предостерегающий от опасностей бесконечной потребительской атомизации постиндустриального общества. И попытка информационного структурирования это не компенсирует.

«Цифровые космополиты»[6] несут в себе те же пороки, что и люди прошлого, но с одним нюансом: они считают знание и информацию взаимозаменяемыми, если не тождественными. Постоянное нахождение внутри только информационного пространства – такая же, если не худшая маргиналия, чем отказ от пользования цифровой средой.

Пребывание преимущественно внутри цифровой среды и системы социальных связей, порождённых ею, создаёт эффект утраты социальной референтности мнений и моделей социального поведения.

А самоуверенность, порождённая доступностью информации/знания, предоставляет возможность неограниченного манипулирования, особенно, если использовать фактор групповой конформности, о чём речь ниже.

Сила и бессилие государства

Вторым «демоном» современного информационного общества стал, конечно, постоянно снижающийся уровень прозрачности и предсказуемости его развития. С пользовательской точки зрения этот процесс хорошо ощущается в России. Алгоритмы западных социальных сетей подбирают то, что можно, и убирают в тень нежелательное. В ряде случаев они даже выходят за рамки традиционного для информационного общества «скрытого управления». То же происходит в других странах, где заблокировать и забанить умудрились даже президента США, причём исключительно на базе корпоративных решений, а не судебных процедур. В последние недели своего президентства Трамп был фактически исключён из информационного пространства.

Разница проста: государственное регулирование, каким бы жёстким оно ни было, обязано оставаться в большинстве случаев относительно прозрачным. У частных компаний, действующих по внутренним регламентам, нет потребности публично демонстрировать эти нормы и правила. Опасная грань, обозначившаяся после выборов президента США, сводится к следующему: если раньше частными были только каналы коммуникаций, вводившие ограничения на доступ согласно корпоративным нормам (например, тот же Facebook), то теперь возникает возможность распространить корпоративную регулятивность на информационное общество в целом. В Соединённых Штатах как минимум, а как максимум – во всём мире информационное общество превращается в мегаэкосистему, полностью отданную на откуп частным компаниям. Чтобы изменить такое положение, потребуется государство иного типа, для которого перспектива неограниченной глобализации не будет безусловным приоритетом.

Иными словами, «свобода слова» как принцип может сохраниться, но доступ в информационное общество, повторимся, цифровой интерфейс между глобальным информационным пространством и человеком окажется в перспективе приватизирован и станет ситуативно ограничиваться. Это будет означать возможность введения – причём иногда и негласное – рестриктивных мер в отношении транслируемой по этим каналам информации. Де-факто это уже случается, когда происходит управление доступом к контенту, рассматриваемому модераторами социальных сетей в качестве «нежелательного» или потенциально дестабилизирующего.

Встаёт вопрос о контроле над процессами социального развития, в которых информационное общество начинает играть исключительно важную роль. Позволительна гипотеза: процесс «оцифровывания» моделей общественного развития, внешне выглядящий как усиление влияния государства на общественные процессы, в совокупности с другими процессами на практике способен превратиться в приватизацию систем цифрового государственного и социального управления коммерческими структурами, обслуживающими и обеспечивающими эти системы. А значительная часть таких структур транснациональны и могут находиться под влиянием враждебных России групп интересов. Объективной реальностью становится перспектива развития современного информационного общества вне систем национального контроля и национального законодательства. Что и доказала поствыборная ситуация в Соединённых Штатах. И это уже не просто риск, а новая операционная реальность, в которой России придётся не просто выживать, но и бороться за статус одного из центров консолидации многополярного мира.

Не менее важен и опасен третий «демон», – нарастание недоверия между участниками коммуникационных процессов на фоне манипулятивности в цифровых коммуникациях и прямого администрирования социальных сетей. Чем дальше, тем больше пользователь мира «интегрированных коммуникаций» сталкивается с необходимостью разграничить информацию по степени надёжности и достоверности. Естественной реакцией на многоликость и манипулятивность информационного пространства становится формирование пользователем своего коммуникационного «круга». Туда он включает источники, которые считает «надёжными», то есть, если разобраться, близкими по восприятию картины мира.

Создание комфортного пространства коммуникаций порождается доступностью информации, но одновременно разрушает эту свободу – по мере реализации права пользователя на комфортную информационную среду возникает кастомизированная картина мира, возможно, бесконечно далёкая от реальности.

Но и сам пользователь начинает – в полном соответствии с принципом социальной (на практике – социально-коммуникационной) конформности подстраивать своё поведение, свои коммуникации, а значит – и свои взгляды, под «эталоны» его коммуникационного «круга». Третий «демон» современного информационного общества в перспективе лишает пользователя индивидуальности.

Больше открытости, меньше доверия

Последний «демон» напрямую касается внешней политики: возникает недоверие между ключевыми игроками, даже к официальным заявлениям и документам. Мы сталкиваемся с поразительным феноменом: формальная открытость государственной политики, прозрачность, если хотите, «проникаемость» современных государств и обществ находится на беспрецедентном уровне, но степень доверия падает. Стратегическая неопределённость между ключевыми государствами (наиболее ощутимая в отношениях между Россией и США, США и Китаем, США, Китаем и Индией, Ираном, США и Китаем, Россией, Турцией и Ираном), длящаяся не менее десятилетия, усугубляется нарастающим недоверием и участившимися комплексными информационными манипуляциями, допустимые масштабы которых постоянно растут. Это наиболее яркий пример того, как «ангел» информационного общества превратился в «демона» на наших глазах: чем больше политики и дипломаты говорят, чем больше используют современные интегрированные коммуникации, тем меньше им верят, тем меньше их слышат. И это – один из важнейших аспектов развития современного информационного общества: увеличение объёмов коммуникации прямо пропорционально снижению доверия к ним.

На уровне персональных коммуникаций это противоречие, как уже говорилось, разрешается через формирование человеком «коммуникационного круга», селекции контактов, что ведёт к анклавизации информационного пространства и разрушению картины мира. Но не происходит ли нечто подобное и в межгосударственных отношениях, когда любая информация из «своего» круга воспринимается как априори правдивая, тогда как любые возражения за пределами «круга» отметаются?

Катастрофический рост недоверия происходит на фоне разрушения институциональных механизмов контроля над потенциально дестабилизирующими сферами деятельности, например, сферой ядерных вооружений или программы биологического оружия. Рост неопределённости в условиях расширения «серой зоны» военно-силового противоборства, конструирование пространства «тёплой войны» означает расширение востребованности превентивных методов реакции на прогнозируемые действия потенциального противника, даже если это и снизит уровень военно-силовой и стратегической стабильности. И этот «демон», порождённый тенденциями в информационном обществе, вышел далеко за его пределы.

Порой политики становятся жертвами собственных пропагандистских конструкций.

Вымышленная история о «российском вмешательстве в американские выборы», первоначально сконструированная в целях внутриполитической борьбы, стала неконтролируемо разрушать американскую элиту.

Схожая информационно-манипулятивная конструкция – «сверхтолерантность как основа новой европейской идеологии» – привела к постепенному перетеканию политической власти из рук слабеющих национальных элит к наднациональной бюрократии ЕС, именно в 2020 г. откровенно заявившей о своём лидерстве в определении путей развития Европы. Правда, провозгласив лидерство, общеевропейская бюрократия пока ничем не смогла подтвердить, что способна его в реальности осуществлять. Тем самым ситуация ещё больше запутывается, заставляя национальные правительства метаться между суверенностью и интеграцией.

Этот «демон» выделил важнейшую черту современного информационного общества, прежде не считавшуюся критической. Ранее человечество и в особенности структуры, управлявшие каналами коммуникаций, наивно считали информационное общество полностью управляемым. Однако это саморазвивающийся феномен, а создаваемые им процессы, сюжеты, фейки и прочее живут своей жизнью. И главное – они обладают в силу интегрированности информационных процессов колоссальным потенциалом информационной инерции. Попав в смысловой коридор, человек не может из него выбраться.

Как, например, европейские элиты не могут выбраться из смыслового коридора, навязанного «казусом Навального», хотя большинство из них явно понимают, что здесь что-то не так. Как, например, крайне трудно сейчас ответить на вопрос: финансовый сектор воздействует на сектор цифровых коммуникаций, создавая запрос на новые технологии и спрос на соответствующие услуги, или же цифровые коммуникации определяют развитие глобальных финансов, критически зависимых от устойчивости цифровых соединений.

Работа над чужими ошибками

Современный мир становится внеинституциональным, внеправовым, а правила игры формируются ad hoc. Но информационное общество даже на этом фоне выглядит «диким полем», поскольку здесь и рушить ничего, – оно всегда находилось за пределами какого-либо международного регулирования. Но, оставаясь вне международного регулирования, оно в последние семь-десять лет является объектом интенсивных попыток регулирования на национальном уровне. Это происходит, например, в Китае и России, но и другие страны не застряли в парадигме 2000-х годов. И данное противоречие между ужесточающимся национальным регулированием и отсутствием регулирования на межгосударственном уровне, вероятно, станет одним из важнейших для будущего глобального информационного общества.

Ключевым вопросом становится то, насколько информационное общество достигло пределов безопасного развития в современном формате и с современным технологическим наполнением. Из этого прямо вытекает и другой вопрос: насколько общество в развитых постиндустриальных и предпостиндустриальных странах, ставшее жертвой социальной атомизации и разрушения ключевых структурирующих институтов, способно отличать «ангелов» от «демонов». Может ли оно остановиться у черты, где одно трансформируется в другое, особенно учитывая отсутствие в мире универсального образа будущего?

Вероятно, предложение регулировать информационное общество на базе принципов «свободы слова» и «невидимой руки рынка» уже не актуально.

Даже самый «умеренный» ответ на данный вопрос подразумевает признание неизбежности ужесточения государственного регулирования информационного общества. Что само по себе не является ни «ангелом», ни «демоном». Равно как не является таковыми необходимость существенного повышения защищённости цифровых информационных сегментов в российском обществе, что подразумевает приоритет в развитии национальных коммуникационных платформ. Важна прозрачность этого регулирования и наличие хотя бы минимального публичного, общественного контроля, признаваемого свободным от чрезмерной политической аффилированности и способного ограничить неизбежный – это надо признать – «двойной стандарт». Нужно попытаться избежать формирования системы регулирования «явочным порядком», что является неизбежным риском в случае передачи части функций оперативного управления и модерирования контента компаниям-операторам национального сегмента информационного общества. Это как раз тот случай, когда учиться стоит только на чужих ошибках.

--

СНОСКИ

[1] Урри Дж. Мобильности. Пер. с англ. – М.: Праксис, 2012. 567 с.

[2] Гордон Маршалл Маклюэн (1911–1980) – канадский социолог и культуролог, изучал развитие информационных технологий. Один из авторов концепции «глобальной деревни». Одним из первых признал неизбежность доминирования электронных средств массовой информации, а, как результат – и форматов коммуникаций, принятых в «массовой культуре». Считал формат коммуникаций первичным, определяющим по отношению к контенту и оказался прав, что в особенности подтвердилось в период массового перехода на электронные коммуникации.

[3] Урри Дж. Как выглядит будущее. Пер. с англ. – М.: Издательский дом «Дело», 2018. С.118.

[4] Крастев И., Холмс С. Свет, обманувший надежды. Почему Запад проигрывает борьбу за демократию. Пер. с англ. – М.: Альпина Паблишер, 2020. С.15–53.

[5] Майр П. Управляя пустотой. Размывание западной демократии. Пер. с англ. – М.: Издательство института Гайдара, 2019 г. 216 с.

[6] Термин заимствован у социолога Этана Цукермана, автора книги «Новые соединения. Цифровые космополиты в коммуникативную эпоху» (Москва: Ад Маргинем Пресс, 2015). Но в наибольшей степени свойственная этой социальной категории асимметрия восприятия действительности мира проявилась, на взгляд автора, в книге одного из активистов египетской «цветной революции», так называемой «революции Площади Тахрир», Ваэля Гонима, по профессии компьютерного специалиста – «Революция 2.0» (СПб: ИГ Лениздат, 2012).

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > globalaffairs.ru, 1 марта 2021 > № 3708343 Дмитрий Евстафьев

ПОСЛЕДНЯЯ ИМПЕРИЯ И ЕЁ СОСЕДИ

ТИМОФЕЙ БОРДАЧЁВ

Кандидат политических наук, научный руководитель Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ «Высшая школа экономики», программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай».

НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ КАК ЕДИНСТВЕННЫЙ ПРИОРИТЕТ РОССИИ

Через тридцать лет после ликвидации СССР можно констатировать, что Россия относительно благополучно преодолела период, критический для любой империи после распада. На его протяжении этот наиболее мощный из осколков прежней общности не раз сталкивался с соблазном попытаться восстановить разрушенное здание. Целью подобных действий (вне зависимости от результата) было бы создание нового сообщества безопасности на пространстве бывшего единого государства. Но Россия уже имела такой опыт в течении нескольких столетий имперской внешней политики, итоги заставляют как минимум глубоко задуматься о целесообразности.

Россия избежала соблазна попробовать восстановить Советский Союз, потому что утрата этого государства не означала качественного изменения российских силовых возможностей. Страна уникальна тем, что она – единственная из европейских империй XIX века почти в неизменном виде сохранила основной потенциал (материальные ресурсы и силовые рычаги), в то время как все её «коллеги» давно покинули мир великих держав. Геополитическая катастрофа 1991 г. сократила физические размеры Российского государства, но не лишила его важнейших атрибутов и активов, как это произошло с Британской, Австрийской, Германской или Османской империями в первой половине ХХ века. Как заметил в 1995 году Доминик Ливен, избавление советской империи от внешнего контура, который был бременем не в меньшей степени, чем преимуществом, не затронуло силовую основу – ресурсные кладовые и военные возможности. Эта особенность является определяющей для российской внешней политики. Россия, как и прежде, в наименьшей степени нуждается в международном порядке и в полной мере готова нести ответственность за безопасность только тех территорий, которые находятся в её непосредственном управлении.

Колоссальные природные богатства и географические масштабы Сибири, население, численностью превосходящее любой из европейских народов, внушительная армия и обеспеченная ядерным оружием стратегическая автономия – совокупных силовых возможностей России достаточно для того, чтобы требовать уважения своих интересов и ценностей в рамках любого международного порядка. Эти же возможности позволяют стране обеспечивать собственное развитие и безопасность без опоры на институты международного управления, которые необходимы торговым великим державам – США и Китаю. Последние вынуждены создавать и предлагать другим правила игры ради собственного выживания и развития.

Сочетание имперского масштаба и силовой автономии приводит к политике колебаний и непоследовательности в отношении ближайшей периферии, возникающей по принципу «есть хочется, худеть хочется, всё хочется».

Искреннее стремление создавать вокруг своих границ и на мировой арене постоянные институты сотрудничества, противодействие попыткам других ведущих держав диктовать условия игры органично сочетаются со способностью обеспечить собственное выживание, не прибегая к контролю над другими государствами. Следовательно, не создавая для этого институциональных механизмов, известных нам в рамках либеральной теории под названием «международное управление». В российской внешнеполитической дискуссии присутствует запрос на формирование по своему периметру «кольца друзей» и огорчение по поводу того, что у России «нет союзников». Однако искренность таких сетований всегда будет ограничена тем, что потенциальные друзья и союзники не играют важной роли в выживании и развитии Российского государства.

В каком-то смысле российская внешняя политика до сих пор руководствуется подходом Александра I, который на Венском конгрессе поражал участников тем, как абстрактные рассуждения о необходимости более морального устройства мира сочетались у него с жёсткими требованиями сохранения прямого территориального контроля над Польшей. Первое отражает претензию на то, чтобы мир прислушивался к российским этическим аргументам, второе – реальную способность нести ответственность только за то, что является частью России. Баланс сил, на котором был основан Венский порядок и внутреннее устройство современного Европейского союза, как таковой России не нужен. Хотя в периоды наивысшего могущества – после побед над Наполеоном и Гитлером – Россия обретала силовые возможности влиять на международный порядок непосредственно. Но сама она практически никогда не выступала в качестве революционной силы по отношению к международному порядку. Россия не может видеть в создании нового международного порядка источник своего могущества, – это то, что сейчас делает Китай, а сто лет назад – США. Единственное исключение – доктрина «мировой революции», но Сталин, по сути, отверг её уже в 1930-е гг., обратившись к концепции «осаждённой крепости», гораздо более естественной для отечественной внешнеполитической традиции. Когда же силы страны ограничены, она думает о порядке только в пределах собственных границ и концентрируется на том, что британский историк Доминик Ливен считает важнейшей задачей любой империи: на «управлении многоэтничностью».

2020 г. принёс несколько важных событий, заставляющих рассмотреть внешнюю политику России по отношению к ближайшему окружению, – завершение эпохи в развитии белорусского государства, разрешение военным путём конфликта вокруг Нагорного Карабаха, смена политической системы в Киргизии. Приближается значимая дата: в декабре 2021 г. исполнится тридцать лет с момента крупнейшей, как её определил президент России, «геополитической катастрофы» ХХ века – распада СССР. Однако при всей важности внутренних изменений и внешнеполитических зигзагов, которыми наполнена история новых независимых государств, для международной политики подлинное значение имеет эволюция только российского поведения, поскольку именно Россия – определяющий фактор развития этой части мира.

Важное и не очень

Россия действует в принципиально новом для себя окружении, и это позволяет иначе раскрыть её уникальный внешнеполитичес­кий потенциал. Гибкость международной среды первой половины XXI века способствует участию Москвы в эволюции мирового порядка, даже если она не ставит цели его сломать и заменить. Россия участвует в соглашениях, определяющих цены на природные энергоресурсы, влияет на развитие ситуации в сравнительно удалённых от её границ странах – Сирии, Венесуэле или Центральноафриканской республике. Открытое отрицание Россией правил и норм, которые Запад ради своей выгоды стремится формировать в глобальном масштабе, также отражается на международной политике в целом.

Полностью изменилась ситуация и вокруг России. Одна из причин того, что её влияние на международную безопасность вдоль собственных границ является решающим, – отсутствие прямого соприкосновения с другими мировыми державами. Перед Первой мировой войной Россия граничила на западе с Германской, Австро-Венгерской империями, на юге – с Османской и Британской, на востоке – с Китаем. Сейчас относительно прямое соприкосновение с другим многоэтническим образованием сохранилось только на Востоке, хотя и здесь присутствует суверенная Монголия. Европейский союз – международный порядок, созданный после холодной войны без российского участия и даже вопреки интересам Москвы. Но он не является единым государством, и степень контроля ЕС даже над присягнувшими ему на верность Украиной и Молдавией, ограничена, если посмотреть на поведение властей этих двух стран.

Вместо других имперских порядков Россию окружает сонм малых и средних стран, поведение которых незначительно и ситуативно определяется великими державами – США или Китаем, в ряде случаев – европейцами. Это заставляет Россию постоянно задумываться о мере своей ответственности за происходящее вокруг её границ. И такие размышления неизбежно сталкиваются с противоречием между способностью создать здесь международный порядок и отсутствием реальной необходимости в нём. Наблюдаемая нами эволюция российской политики относительно периферии в полной мере отражает данное противоречие и попытки его преодолеть. Поведение Москвы в отношении ключевых событий 2020 г. даёт богатый материал для анализа того, в какую сторону движется российская политика по периметру собственных границ.

После распада СССР российская политика оставалась достаточно стабильной. В её основе лежало предположение о том, что страны, возникшие на руинах общего государства, представляют собой целостность, сравнительно изолированную от внешнего мира, а бывшие союзные республики объединяет нечто большее, чем географическое пространство. Однако постепенно из базовой гипотезы произрастает более точечное отношение к конкретным проблемам соседей. И влияние фактора российской самодостаточности явно возрастает. Реакция Москвы определяется не тем, насколько ситуация представляет собой вызов порядку под управлением России, а насколько непосредственно она угрожает её национальной безопасности. Заинтересованность Москвы в союзниках для решения этих задач в принципе невелика по причине уникальных военных возможностей. Как ведущая ядерная держава Россия не может видеть в странах, настолько несопоставимых с ней по военной мощи, источник дополнительного усиления в случае конфликта с равными себе. А чтобы иметь дело с более слабыми, то есть со всеми странами мира, кроме членов «ядерной пятёрки», Россия и так располагает достаточным военным потенциалом.

События осени – зимы 2020 г. в Киргизии, крайне важные для внутреннего развития этой страны, имеют второстепенное значение в контексте анализа российской политики на пространстве бывшего СССР – они просто не содержат сколько-нибудь заметной международно-политической составляющей. В свою очередь, Армения и Белоруссия – не только формальные союзники Москвы в рамках Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и участники Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Они находились в центре событий, имеющих ярко выраженное международное измерение. На протяжении всего периода после распада СССР оба государства были военными союзниками России и никогда не доставляли ей серьёзных хлопот. Сейчас их внутренняя стабильность и международное положение под вопросом – меняется статус, возникший ещё в первой половине 1990-х гг. и, в общем, устраивавший Москву.

Поэтому любые изменения возможностей и статуса Армении и Белоруссии неизбежно оцениваются наблюдателями с точки зрения их влияния на позиции России. Да и в целом – на её способности обеспечить контроль над ближайшими к своим границам территориями.

Речь идёт о приверженности Москвы классическому имперскому поведению: играть решающую роль в делах соседей ради обеспечения собственной безопасности, которой может угрожать проникновение враждебных держав или просто неконтролируемый хаос.

И если в случае с Белоруссией российские власти достаточно недвусмысленно выразили поддержку легитимному правительству, то на Южном Кавказе подход оказался более нюансированным. Это заставило наблюдателей предположить, что Москва не готова втягиваться в серьёзный конфликт и вообще может уступить напору внешнего игрока.

В обоих случаях в качестве противников, вмешивающихся в дела российской периферии, выступают не мировые державы первого ряда, а второразрядные игроки – Польша и Турция. То, что обе страны далеко уступают России по совокупным возможностям, делает дискуссию ещё более эмоциональной. Международная политика на российской периферии словно возвращается к геополитическим реалиям XVII–XVIII веков, когда Украина была расколота, а ещё недостаточно окрепшая Россия противостояла Польше и Османской империи. Но уже в конце XVIII и первой половине XIX века обе державы были Россией ликвидирована в одном случае и низведена до внешнеполитического ничтожества – в другом. Способность этих двух соседей к хищническому поведению сейчас неизбежно оценивается как проявление российской слабости. Тем более что она контрастирует с уверенностью руководства России в значимой роли Москвы на глобальной арене и решающей – в своём евразийском окружении.

Отличие реакции России на события в Белоруссии и вокруг Нагорного Карабаха показывает в первую очередь ценность каждого из регионов для российской национальной безопасности. В первом случае Москва не может допустить возникновения на западном направлении очередного форпоста НАТО и готова пойти ради этого на решительные действия. Своими заявлениями и действиями президент Александр Лукашенко неоднократно давал поводы для сомнений в его лояльности России. Хотя Белоруссия под его руководством никогда не бросала настоящего вызова российским интересам, заигрывания с Западом («многовекторность») не могли остаться незамеченными.

Это, однако, не стало поводом оставить его наедине с давлением европейских соседей и собственной оппозиции. Причина в том, что у России нет сомнений относительно наиболее вероятной внешнеполитической ориентация оппонентов Лукашенко. Польша, выступившая вместе с Литвой основным спонсором оппозиции, – это страна НАТО и важный союзник США в регионе. Внешнеполитический активизм Варшавы не является её собственным автономным изобретением, а отражает многолетние усилия Запада по выдавливанию России с пространства бывшего СССР. Выступления белорусской оппозиции – продолжение расширения на Восток двух наиболее важных институтов Запада – НАТО и Европейского союза. Оба института сейчас – главные противники России, они вводят против неё экономические меры давления и проводят у российских границ военные учения. Вооружённый конфликт на территории Белоруссии будет означать для России и Европы практически неизбежное сползание к ситуации, эскалация которой может сделать реальностью всеобщую войну. Предотвращение такого развития событий имеет для Москвы принципиальное значение.

В случае конфликта между Арменией и Азербайджаном ситуация не столь очевидна. Даже если оставить за скобками, что оба враждующих народа являются для России дружественными, на её территории проживают большие диаспоры, а ряд решений руководства Армении за последние два года мог вызвать в Москве недоумение. Качественно иначе выглядит международный контекст. Военное наступление Азербайджана на дипломатическом уровне поддержала Турция. Эта держава хотя и остаётся членом НАТО, по своим размерам, амбициям и тревогам явно не вписывается в круг «нормальных» союзников Соединённых Штатов в Европе. Отношения Анкары с большинством европейских государств скорее неважные, а с главной после США ядерной силой Запада – Францией – откровенно плохие. Военный конфликт с Турцией не угрожает России серьёзной эскалацией – периодические столкновения между сторонами случались в Сирии и всегда приводили к дипломатическим договорённостям.

Во многом поэтому события вокруг Карабаха для России – не вопрос выживания, а предмет для дипломатического взаимодействия. Тем более что результатом может стать завершение работы Минской группы. Этот международный формат возник в 1992 г. в рамках ОБСЕ с участием США, Франции и ещё нескольких стран – все они, кроме России, Белоруссии и непосредственных участников противостояния, являются сейчас членами НАТО или Евросоюза. Вряд ли у Москвы есть причины действительно сожалеть о том, что канет в небытие один из дипломатических артефактов эпохи максимальной слабости России. Даже если это отвечает интересам Турции, которая к тому же является для Москвы удобным партнёром.

Таким образом, действия России в двух этих ситуациях напрямую зависели от того, как развитие событий повлияет на баланс сил в её отношениях с Западом. Сократившиеся совокупные возможности России определяют политику ранжирования внешних вызовов. Это предполагает взгляд на одни из них как на действительно принципиальные для выживания, а на другие – как на возможность дипломатической игры. Посредничество одной из ведущих европейских держав в урегулировании белорусского кризиса Россию совершенно не интересовало, поскольку за ним всё равно стояло бы неблагоприятное для неё изменение общего баланса. Взаимодействие с Турцией было приемлемым, так как не влекло за собой таких изменений, а наоборот – позволило закрыть один из каналов влияния США и Европы на пространства бывшего СССР. Снимая обязательства нести полную ответственность за дела периферии, Российское государство адаптируется к нарастающему вокруг хаосу, но сохраняет имперскую способность так или иначе эту периферию контролировать.

К тому же в современных условиях мы не можем с той же уверенностью, как и раньше утверждать, что имперское могущество обязательно должно подкрепляться прямым контролем над зависимыми государствами. Анархическая и конкурентная природа международной политики остаётся неизменной, но конкретные требования к принимаемым решениям могут меняться. Они всё более связаны с возрастающими техническими возможностями, которые отсутствовали в эпоху, когда дистанция от столицы до границы означала время, необходимое для военной мобилизации.

Ведущие европейские государства и Соединённые Штаты также стремятся сохранить имперский контроль над определёнными странами и целыми регионами. Однако – за редкими исключениями – делают это через манипулирование экономическими режимами. Глобальное влияние США, конечно, отличается – военное присутствие сохраняется в большинстве регионов мира, но оно далеко не всегда предполагает готовность выступать защитником своих подопечных. Дискуссии о том, какую степень военных рисков Вашингтон может на себя принять даже ради самых ближайших союзников, ведутся постоянно. Среди европейских стран только Франция сохраняет контингенты в нескольких бывших африканских колониях. Как мы видели на примере событий в Мали, эти силы могут успешно применяться для купирования тактических угроз на локальном уровне. И в том, и в другом случае обе державы полностью контролируют только своё окружение – США в Канаде и Мексике, Франция – в рамках европейской интеграции. На более удалённых участках способность оказывать влияние связана либо с передовыми техническими возможностями и военным перенапряжением (США), либо с ограниченностью целей и задач (Франция и Великобритания).

Нарастание подвижности международной среды заставляет великие державы проводить более осмотрительную и сдержанную политику в части собственных обязательств, и Россия – не исключение.

Вряд ли стоит ожидать, что в современных условиях она сохранит в первозданном виде черты имперского поведения, присущие весьма удалённым историческим эпохам. Россия, в отличие от Австрии, Великобритании, Турции или Франции, и так сохранила в своём составе главное приобретение периода активной территориальной экспансии – пространство от Урала до Тихого океана. Эти территории – единственное имперское достижение, приносившее Российскому государству прибыли, а не убытки, как это было с другими её владениями от Балтики до Памира. Все остальные могут рассчитывать на действительно заинтересованное российское участие, только если занимают критически важное для безопасности России географическое положение. В случае с пространством бывшего СССР – это Белоруссия и Казахстан.

Союзничество как необязательная роскошь

Отказ великих держав от своих обязательств за минимально необходимыми пределами – новый вызов для самой концепции мирового порядка. Гегемония одной державы в категориях науки о международных отношениях – способ преодолеть последствия анархичности международной системы. Сейчас актуальным становится вопрос, возможен ли вообще порядок в условиях, когда державы, теоретически способные претендовать на гегемонию, не нуждаются в порядке для обеспечения собственной безопасности и развития? Международные институты находятся в состоянии глубокого кризиса. И чем больше великие державы будут экономить силы в соответствии с чётко определёнными приоритетами, как сейчас это делает Россия, тем меньше надежды на то, что нарастающая анархия сменится какой-либо формой «концерта».

Нравится нам это или нет, у великой державы – участницы глобального ядерного клуба – не может быть союзников. Отношения стран «пятёрки» Совета Безопасности ООН со всеми остальными определяются их решающим военным превосходством. Оно создаёт основу для перманентного состояния «холодной войны», по выражению Джорджа Оруэлла, между ними и другими участниками мирового сообщества. Эта «война» может протекать разными способами, но даже если её практическим выражением становится весьма тесное сотрудничество, никто из участников не способен инкорпорировать интересы партнёра в систему своих национальных интересов.

Поэтому мы не должны удивляться, что для Соединённых Штатов неочевидна даже защита своих формальных союзников, если российские интересы безопасности вступят в противоречие с их суверенитетом, или что Россия не считает интересы своих союзников приоритетом собственной внешней политики. Особенно, когда речь идёт не о выживании союзника, а о потенциальном изменении силовых возможностей. В международных отношениях более сильные участники не могут вступать в борьбу за интересы менее сильных. Исключение – прямая зависимость выживания более сильного государства от того, насколько защищены интересы его младшего партнёра. Но эту задачу решает, как мы видим, только география, диктующая расположение стратегических объектов на территории сопредельного государства. Даже если более слабые страны не создают поводов усомниться в собственной лояльности, доказать свою действительную нужность им крайне сложно.

Особенно, когда речь идёт об отношениях с ядерной державой. С учётом того, что среди стран «пятёрки» даже наименее сильные Великобритания и Франция могут решить проблему выживания самостоятельно, сложно убедить ведущие ядерные державы в том, что интересы союзников имеют для них принципиальное значение. Именно в таком положении находится Россия, и не надо забывать об этом, оценивая текущие события на её ближайшей периферии.

В действительности история международной политики знает мало примеров отношений, которые мы могли бы определить как союзнические. Тем более когда речь идёт о разных по силам государствах. Идеальным примером союзнических отношений было взаимодействие Великобритании, СССР и США в годы Второй мировой войны. Сопоставимые силы участников и наличие у них общей цели – уничтожение Германии, проводившей агрессивную революционную политику, – обеспечивало устойчивость альянса на протяжении нескольких лет. Концом этой коалиции стало создание Соединёнными Штатами ядерного оружия, немедленно и необратимо изменившего баланс сил. К тому же общий враг был повержен. Коалиция держав, победивших в 1813 г. революционную Францию, также не просуществовала долго. В ходе Венского конгресса 1815 г. разногласия между Россией, Пруссией, Великобританией и Австрией стали настолько велики, что пришлось вернуть Францию в число великих держав в качестве общего балансира.

Союзнические отношения между США и Великобританией, а также другими партнёрами по НАТО основаны на абсолютном военном превосходстве Вашингтона и именно поэтому центральный вопрос Североатлантического альянса с момента его основания – готовность США принимать на себя риски, связанные с реализацией интересов остальных участников. Великобритания и Франция в 1956 г., Франция в ходе колониальных войн в Индокитае и Алжире, а также Великобритания в ходе конфликта с Аргентиной за Фолклендские острова в полной мере ощутили, что их главный союзник будет оказывать поддержку только там, где затронуты его непосредственные интересы.

Великие державы идут на создание формальных институтов союзничества, если это необходимо для обеспечения их собственных интересов. Например, возможностей развёртывания сил и средств в случае военного конфликта. Но по мере того, как развёртывание становится ненужным (возрастают технические возможности или снижаются угрозы), ценность союзников становится весьма относительной. Так вправе ли младшие партнёры в союзнических отношениях в принципе на что-то рассчитывать? Да, вправе, если международный контекст складывается в их пользу и конкретный регион нужен великой державе в связи с её собственными интересами. Например, перспективы российского военного присутствия в Закавказье по истечении пяти лет, необходимых для полноценной реализации гуманитарной миссии, будут зависеть исключительно от отношений между Россией и Азербайджаном. То, что во всём остальном российское участие в делах обеих стран региона имеет моральную, а не корыстную природу, прекрасно иллюстрируется упоминанием невозможности повторения геноцида армян в ходе встречи президента России с участниками Валдайского клуба в октябре 2020 года.

Было бы академическим упрощением считать, что форматы многостороннего сотрудничества, созданные Россией и несколькими странами на пространстве бывшего СССР, – продукт исключительно российской международно-политической слабости или могущественных внешних ограничителей. Хотя, безусловно, соотношение сил в рамках ЕАЭС или ОДКБ диктует именно такую логику. Однако ЕАЭС, например, был создан в современном виде (в 2015 г.) уже после того, как Москва восстановила необходимые возможности для возвращения к полноценной политике великой державы.

Аргументация представителей институционалистского подхода, ратующих за то, что институты в любом случае снижают транзакционные издержки и поэтому выгодны, здесь имеет убедительные основания. Россия в рамках ЕАЭС имеет те же права в механизме принятия решений, как и государства, силовые возможности которых не могут быть сравнимы с её собственными. Но она существенно экономит за счёт того, что целый ряд важных вопросов решается здесь совместно.

Столь же неправильно абсолютизировать российскую заинтересованность в сохранении присутствия и обязательств за пределами своих границ. Она не выше, чем у других великих держав и повсеместно имеет ярко выраженную тенденцию к сокращению. Мы не можем назвать ни одной третьей страны, союз с которой имел бы действительно жизненное значение для выживания России, Китая или США. Более того, мир всё больше зависит не от сложных институционализированных систем, а от рационального осознания государствами гибельности военных решений. Наличие или отсутствие формальных союзников также меняет в этой ситуации природу и значение.

Способность Америки или Европы мобилизовать союзников в момент принятия решений в международных институтах мало что значит в реальности. Если эти решения направлены против слабейших членов международного сообщества, то они и так находятся в уязвимом положении. А если против сильных – Китая или России, то последствия доставляют неудобства, но не являются критическими. То, что у Москвы и Пекина нет союзников в том смысле, как у США, ничего в соотношении сил в рамках международной политики не меняет.

Но если они создадут формальный союз между собой, международная система окажется на грани революционной ситуации, поскольку такой союз равных по силам будет нуждаться в определении общей конкретной цели и противника.

Когда речь идёт о великих державах, феномен союзнических отношений неравных по силам наталкивается на две сложности концептуального характера. Во-первых, эти отношения не нужны, а, во-вторых, они невозможны. Но если мы, говоря о союзничестве, подразумеваем другое, формально неравноправное состояние отношений, необходимо использовать другой термин. Как заметил ещё в начале октября 2020 г. весьма уважаемый коллега из Армении, иллюзией было то, что Россия должна бороться за армянские интересы, но правда в том, что это Армения должна бороться за интересы России. То есть стране на основе рациональной оценки своих возможностей следует вести себя так, чтобы её место в системе интересов великой державы было не только результатом субъективной самооценки, но хоть как-то стремилось к отражению объективной реальности.

Добродетель воздержания

Великие державы утрачивают интерес к принятию на себя избыточных обязательств. Последним исключением остаются ведущие европейские страны, но их ограниченные возможности сами диктуют необходимость избавляться от обязательств, если не на словах, то на деле. Этот процесс объективен и нет оснований думать, что он может быть обратим.

Последние несколько лет мы много рассуждали (с полным на то основанием), что в современных условиях малые и средние державы могут проводить более многовекторную политику. Большинство государств на территории бывшего СССР, но также и страны, например, Юго-Восточной Азии, вполне официально заявляют, что возможности, предлагаемые им великими державами, делают рациональным отказ от жёсткого выбора в пользу одной из них. Но точно в той же мере возрастает и внешнеполитическая гибкость самих великих держав – они всё меньше нуждаются в союзниках, всё меньше готовы инвестировать в создание международного порядка на глобальном или региональном уровне и всё меньше стремятся рисковать, там, где не затронуты их жизненные интересы. Материальная основа для такого поведения у них всё равно намного более солидная, чем у всех остальных.

Распад сообщества безопасности СССР в 1991 г. и последующее поведение его бывших субъектов, вполне, впрочем, естественное для новых независимых государств, позволили России гораздо лучше, чем Европе или США, подготовиться к миру, где обязанности государства перед создавшими его гражданами имеют первостепенное значение по сравнению с любыми этическими соображениями. В 2020 г. технологические возможности и гибкость в привлечении ситуативных союзников позволяют решать задачи национальной безопасности без опоры на институты. Но это не означает, что Россия начнёт менее внимательно относиться к тому, что происходит у соседей, скорее – внимание будет даже более сконцентрированным. Хочется, чтобы это стало для них стимулом тщательнее соотносить свои действия с интересами России в области безопасности и экономического развития.

Переход к новой политике на постсоветском пространстве не случился в одночасье. Драматические события на Украине в 2014–2015 гг. не стали началом восстановления СССР, хотя к тому моменту у России были для этого военные возможности. Концепция «русского мира», прозвучавшая тогда несколько раз со стороны Москвы, вызывала опасения в том, что у неё есть намерения масштабно переформатировать международную политику в своём окружении. Но возвращение Крыма, как и сочувствие к событиям на востоке Украины стали лишь мерами обеспечения собственной безопасности, а не создания нового безопасного пространства для всех. Если бы Россия думала в 2014 г. о будущем украинского народа, то в течение нескольких недель военным путём решила бы проблему февральского переворота в Киеве. Несмотря на то, что она и сейчас связана с Украиной значительными экономическими и человеческими отношениями, их структурная функция – уже не поддержание общего пространства развития, а реализация практических интересов. Даже если в будущем Москва окажется в ситуации необходимости действовать здесь более решительно, вряд ли её цели будут альтруистическими.

Примерно тогда же Россия осознала, что для неё не является проблемой внимание Китая к Центральной Азии. Те, кто в 2014 г. ожидал там конфликта и конкуренции Москвы и Пекина, исходили из того, что попытки сохранить изолированность региона от окружающего мира остаются главным инструментом российской политики. Хотя уже тогда, наверное, стоило задуматься о том, что доброжелательная реакция на инициативу «Пояс и путь» говорит об изменении алгоритмов российского поведения. Отношение Москвы к действиям Китая было отчасти продиктовано желанием создать здесь «очаг мира» на фоне разгоравшегося конфликта с Западом. Ради достижения этой цели Россия с лёгкостью приветствовала китайские амбиции в Центральной Азии. Сейчас сожаление может вызывать только то, что за семь лет Китай не смог преодолеть собственные ограничители и региональные особенности и создать там достаточно много рабочих мест.

В 2020 г. Турция сыграла значительную роль в изменении баланса сил в Закавказье. Разрешение конфликта вокруг Нагорного Карабаха – самого старого и наиболее масштабного из межнациональных конфликтов эпохи распада СССР – в пользу Азербайджана было невозможно вне контекста новой турецкой внешней политики и привело к значительному укреплению позиций Москвы и упрощению ситуации в целом. Новые международные условия гораздо более комфортны и выгодны для России, разместившей в Карабахе свой миротворческий контингент. Поэтому в современной международной политике нет деятеля, который бы настолько хорошо послужил эгоистическим российским интересам, как Эрдоган. Турция, всё ещё являющаяся членом НАТО, теперь тоже ближнее российское зарубежье, вовлечённое в орбиту силовой политики России.

Такая последовательность решений Москвы подводит к мысли, что для российской внешней политики страны-соседи представляют интерес не как таковые, а применительно к тому, как она оценивает угрозы и возможности более широкого глобального контекста. Соседи её по причине скромных силовых возможностей и зависимости от внешних центров влияния вряд ли могут участвовать в решении даже частных внешнеполитических задач России. Белоруссия остаётся в центре внимания, потому что её подчинение НАТО и ЕС будет угрожать российской безопасности, экономическим интересам и миру в Европе.

Южный Кавказ – зона широкого международного взаимодействия, число участников которого ограничено только их намерениями в отношении российских интересов. Приднестровье может иметь смысл лишь в связи с местом Румынии в стратегическом планировании НАТО, ничего личного. Центральная Азия – регион взаимодействия с Китаем ради того, чтобы там не было стран Запада и радикальных исламистов. Обе задачи, как и поставки рабочей силы из Киргизии, Узбекистана и Таджикистана в Россию, Пекин полностью разделяет. Достаточно неопределённой становится судьба евразийской экономической интеграции. Видимо её важнейшей функцией в ближайшие годы станет не повторение опыта ЕС – создание экономическими средствами регионального сообщества безопасности, а техническое содействие трансграничной торговле.

Конечно, уже упомянутые Белоруссия и Казахстан занимают особое место на карте российских приоритетов. Но только потому, что географически расположены вблизи основных «центров силы» суверенной территории России. Однако задачи обеспечения защиты от внезапного удара со стороны Запада и свободной коммуникации между европейской Россией и Дальним Востоком должны решаться вне зависимости от того, какие у Москвы отношения с политическими образованиями на этих пространствах. Особенно в условиях, когда даже самые решительные тактические действия в военно-политической области являются скорее способом достижения мира, а не приглашением к большой войне.

Значение имеет не природа политического режима или институциональный формат отношений с Россией, а его поведение, прогнозируемое путём простейшего контент-анализа. Об этом, кажется, прекрасно осведомлены участники внутриполитического процесса в Киргизии, где каждый переворот сопровождается подтверждением добрых намерений новой власти в отношении российских приоритетов. При этом в новых условиях мы вряд ли мы можем рассчитывать, что отказ России от попыток оказывать кому-то покровительство или развивать «особые отношения» – гарантия невмешательства в ситуациях, которые могут стать критическими для её интересов.

Данная статья расширяет и углубляет тезисы, изложенные в материалах, написанных для Валдайского клуба. С ними можно ознакомиться здесь: https://ru.valdaiclub.com/about/experts/3813/

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > globalaffairs.ru, 1 марта 2021 > № 3708338 Тимофей Бордачев

Комментарий для СМИ Посла России во Вьетнаме К.В.Внукова по случаю 20-летия принятия Декларации о стратегическом партнерстве между Российской Федерацией и Социалистической Республикой Вьетнам

1 марта 2000 г. по итогам визита Президента Российской Федерации В.В.Путина в Социалистическую Республику Вьетнама главами двух государств была принята Декларация о стратегическом партнерстве, которое уже в 2012 году было выведено на уровень всеобъемлющего.

За два десятилетия наши страны проделали большую работу по реализации масштабных и сложных задач, которые были поставлены высшим руководством России и Вьетнама. Высоко оцениваем достижения в торгово-экономической сфере, особенно после вступления в силу Соглашения о свободной торговле между странами-членами ЕАЭС и Вьетнамом в 2016 г. Оно способствовало увеличению товарооборота до 5,7 млрд долл США в 2020 г., несмотря на пандемию.

Успешно развивается кооперация в нефтегазовой области с участием СП «Вьетсовпетро» и СК «Русвьетпетро», «Роснефти» и «Газпрома». Перечень тем и направлений всеобъемлющего стратегического партнерства включает также высокие и информационные технологии, науку и образование, машиностроение, банковское дело и многие другие области. Большое внимание уделяется военно-техническому сотрудничеству, включая подготовку кадров.

Не утратили актуальности положения Декларации, касающиеся поддержки Россией и Вьетнамом формирования справедливого и равноправного миропорядка, совершенствования деятельности ООН в решении глобальных проблем, укрепления глобальной и региональной стабильности и мира.

В то же время мы понимаем, что предстоит сделать еще очень многое в непростых условиях современности. Наши страны готовы к совместной работе на благо российского и вьетнамского народов.

Барбара Вудворд: есть много областей, в которых мы можем работать с РФ

В воскресенье завершилось председательство Великобритании в Совете безопасности ООН. Впервые заседаниями Совбеза руководила постпред Барбара Вудворд, за плечами которой опыт работы в том числе в посольствах в России и Китае. В интервью РИА Новости она рассказала о сферах, в которых Лондон и Москва могут сотрудничать, о том, поможет ли "Спутник V" наладить отношения РФ и Запада, о будущем СВПД и переговорах в сфере контроля над вооружениями, а также о том, могут ли постоянные члены СБ ООН лишиться права вето. Беседовал Алан Булкаты.

– У вас уникальный опыт: вы работали в посольствах в двух странах, являющихся постоянными членами Совбеза, – в России и в Китае. Означает ли такой бэкграунд, что форин-офис решил с вашим назначением как-то изменить свой подход к России и Китаю в Совете безопасности?

– Нет, я не думаю, что это говорит об изменении подхода Великобритании. Я думаю, что наша работа в ООН, с момента ее основания 75 лет назад, заключалась в сотрудничестве по вопросам, представляющим общий интерес, в следовании ценностям и принципам ООН, в исполнении нашего мандата в качестве страны пятерки постоянных членов Совета безопасности и в поддержании международного мира и безопасности. Конечно, у меня свой опыт за плечами, мои коллеги по Совбезу обладают своим опытом, и повестка дня меняется. Например, в прошлом месяце мы обсуждали риски, которые представляет для международного мира и безопасности изменение климата, риски, которые COVID может представлять для международного мира и безопасности. Великобритания последовательно придерживается ценностей ООН и старается поддерживать международный мир и безопасность, насколько это в наших силах.

– В двух словах можете рассказать о ваших приоритетах при взаимодействии с Россией в СБ ООН?

– Думаю, это то же, о чем мы только что говорили. Ценности и принципы ООН, мандат Совета безопасности (в частности, пятерки постоянных членов) по поддержанию международного мира и безопасности также актуальны сегодня, как и при создании ООН 75 лет назад. Великобритания и Россия являются постоянными членами. И поэтому я думаю, что обе страны несут серьезную ответственность.

Думаю, что мы можем сотрудничать по ситуациям в Йемене – там 16,2 миллиона человек сталкиваются с голодом – и в Ливии, где, очевидно, есть вопросы относительно поддержки нового временного правительства и вывода иностранных сил. И есть области, в которых наши подходы различаются: Сирия, Украина, Белоруссия. И мы должны учитывать эти сферы. Однако важнее всего то, что мы можем поручить ООН и соответствующим правительствам обеспечивать мир и безопасность, а не препятствовать этому.

– На днях сенат США утвердил Линду Томас-Гринфилд на должность постпреда при ООН. Каких изменений во взаимодействии США и европейских партнеров в СБ ООН вы ожидаете?

– При новой администрации США мы слышали много заявлений об их возвращении на международную арену – возврате к многостороннему подходу, что Линда Томас-Гринфилд приветствовала, выступая на слушаниях (в сенате – ред.) и заявив, что ООН должна находиться в центре этого (процесса – ред.). Мы видели выступление президента Байдена в госдепартаменте, в котором он снова говорил о США на международной арене и важности мультилатерализма.

Так что мы горячо приветствуем возвращение США. В частности, я думаю, что это их возврат к взаимодействию по некоторым из давних проблем мира и безопасности (мы упомянули Сирию, мы не особо коснулись еще Африки) и в то же время их подключение по неотложным вопросам сегодняшнего дня, новейшим угрозам миру и безопасности, таким как COVID. Это их возврат в ВОЗ, их вклад в COVAX, а, значит, в снижение рисков, которые представляет коронавирус. Но и по климату – их возвращение в Парижское соглашение действительно чрезвычайно приветствуется. И на мероприятии, которое прошло во вторник под председательством нашего премьер-министра, прозвучал не только голос Дэвида Аттенборо. Мы очень четко услышали от Джона Керри о национальных обязательствах США в вопросе климатической безопасности, а также об их международных обязательствах. Так что, полагаю, сейчас у нас есть реальная энергия и возможности для очень тесного сотрудничества по этим насущным вопросам.

– Не так давно на Мюнхенской конференции президент США Джо Байден выступил с довольно резкими словами в адрес РФ. Означает ли это, что России следует готовиться к росту полемики с европейскими странами и США в Совете безопасности?

– Как мы только что сказали, есть много областей, в которых мы можем работать с Россией, мы хотим работать с Россией. И США очень открыты. Продление СНВ-3 я считаю одним из наиболее очевидных положительных примеров. Но, думаю, мы также должны четко понимать, что наш ответ (и я подозреваю, что то же самое будет верно и применительно к США) в отношении России, будет зависеть от политического выбора, который сделает Россия. Когда Россия решает блокировать гуманитарные коридоры в Сирии, когда мы смотрим на незаконную аннексию Крыма, когда мы думаем об отсутствии уважения к территориальной целостности Украины, я боюсь, что Россия не может ждать ничего, кроме международного осуждения.

– США заявили, что готовы участвовать в переговорах в формате "5+1" с Ираном о будущем СВПД. Когда вы ожидаете такую встречу? И на каком уровне она должна пройти?

– Прежде всего следует сказать, что мы глубоко обеспокоены систематическим и продолжающимся невыполнением Ираном своих ядерных обязательств в рамках СВПД. И самое главное, чтобы Иран вернулся к соблюдению (условий СВПД – ред.). Это важнейший момент. И мы, Великобритания, весьма приветствуем обязательство, данное президентом Байденом, о том, что, если Иран вернется к соблюдению сделки, США снова присоединятся к соглашению, а также будут стремиться к его укреплению и продлению. И тогда это дает важную возможность возобновить взаимодействие между Ираном и США, а затем перейти к реализации целей СВПД. Думаю, что это самая важная вещь на данный момент.

– Означает ли это, что Великобритания считает, что Иран должен сделать первый шаг навстречу США в этом отношении?

– Нет, я думаю, суть в том, что обе стороны согласны с тем, что СВПД – это то место, где они хотят быть. Президент Байден очень четко дал понять, что если Иран вернется к соблюдению (условий сделки – ред.), то США снова войдут в соглашение. Так что определенно есть возможность для договоренности и возможность начать взаимодействие между США и Ираном, а затем, как я сказала, осуществить цели СВПД. И это должно быть нашей главной целью.

– Есть ли у вас идеи, какие шаги нужно предпринять "на земле" для движения навстречу друг другу?

– Ситуация "на земле" развивается довольно быстро, мы видели, как генеральный директор МАГАТЭ посетил Иран в минувшие выходные, и, очевидно, дальнейшие обсуждения продолжаются.

– Есть ли для Ирана некая точка невозврата, если мы говорим о будущем СВПД?

– В действительности ситуация настолько деликатная и чувствительная, что спекуляции, наверное, в данный момент совсем не на пользу. Мы уже прошли крайний срок – 23 февраля (Иран с 23 февраля ограничил инспекционную деятельность МАГАТЭ в стране – ред.). В минувшие выходные генеральный директор МАГАТЭ находился в Иране. И мы знаем, что из этого вышло. Думаю, сейчас важно, чтобы у нас была возможность вернуть СВПД в нужное русло.

– Совет безопасности принял в пятницу подготовленную Великобританией резолюцию о временном прекращении огня в зонах конфликтов для проведения там вакцинации. Вы думаете, это сработает?

– Как вы знаете, никто из нас не находится в безопасности, пока все мы не будем в безопасности. Что касается вакцин от COVID, во многих странах наблюдается значительный прогресс. Около 60 государств сейчас развертывают программы вакцинации. Второй этап заключается в распространении вакцин (механизмом – ред.) COVAX в 92 государствах-членах, и вот сейчас этот этап начался с доставки вакцин в Гану. Но остаются еще 160 миллионов человек, которые живут в государствах, затронутых конфликтами, либо были вынуждены переехать из-за конфликтов. И это было в центре нашей дискуссии с участием министра иностранных дел (Великобритании – ред.) на прошлой неделе. На этом фоне, как вы знаете, Совет безопасности принял резолюцию, опирающуюся на прошлогоднюю резолюцию №2532, с целью достижения перемирий, чтобы охватить все эти 160 миллионов человек. Подобное уже делалось ранее. В течение двух дней в Афганистане в начале 2000-х 35 000 медработников привили от полиомиелита 5,7 миллиона детей.

– Планируете ли вы какие-то еще шаги в смысле подготовки каких-либо других резолюций?

– Впереди еще много всего. Будет много вопросов, касающихся мира и безопасности. Так, например, Великобритания очень заинтересована в продвижении работы, касающейся проблемы свободы религий и вероисповеданий в конфликтах. У нас будет заседание по "формуле Арриа" (неформальная встреча членов Совбеза – ред.) по данному вопросу в этом месяце, и мы посмотрим, где мы находимся по этому вопросу. Так что впереди много работы над резолюциями.

– Считаете ли вы возможным введение санкций СБ ООН против военного руководства Мьянмы?

– В самом начале нашего председательства у нас была дискуссия по Мьянме в Совете Безопасности – 2 февраля, и мы согласовали мощное заявление 4 февраля. В нем была выражена наша глубокая озабоченность в связи с действиями военных, и звучал призыв к немедленному освобождению всех задержанных, подчеркивалась важность поддержки демократических институтов, и выражалась обеспокоенность из-за ограничений в отношении гражданского общества и журналистов. Важно, что было проявлено единодушие (при подготовке заявления Совбеза – ред.). У нас не было такого уровня единодушия с 2008 года. Полагаю, что любые дальнейшие шаги должны согласовываться и потребуют последующего обсуждения между членами Совета, так что мы открыты для этого.

– Ничего более конкретного на этот счет?

– Пока у меня нет никаких планов на этот счет, но, как я уже сказала, мы внимательно следим за ситуацией.

– Недавно авторитетный медицинский журнал The Lancet написал о российской вакцине "Спутник V". Издание выяснило, что вакцина довольно надежна и безопасна. Считаете ли вы, что "Спутник V" может как-то помочь улучшить отношения между Россией и Западом на фоне нашей общей борьбы с коронавирусом?

– Это действительно важная отправная точка – общая борьба с COVID. И я считаю, что международные ответные меры по разработке, производству и распространению вакцин должны основываться на сотрудничестве, а не на конкуренции. Так что мы приветствуем любой прогресс, достигнутый в деле обеспечения мира надежными вакцинами. Я знаю, что The Lancet дал положительную оценку, но, насколько я понимаю, вакцина "Спутник V" еще не была представлена на одобрение ни в регулирующие органы здравоохранения Великобритании, что будет иметь важное значение для внедрения (вакцины – ред.) в Соединенном королевстве, ни в ВОЗ. Я считаю, это важные моменты.

Конечно, Великобритания очень гордится своим вкладом в нашу собственную программу вакцинации: разработкой вакцины AstraZeneca и нашим вкладом в (механизм – ред.) COVAX. Поэтому ключевой момент в том, чтобы Россия продолжала работать с международным сообществом, используя общие платформы – COVAX и ВОЗ – и помогая совместно распространять вакцину среди наиболее нуждающихся, как только она получит одобрение от ВОЗ. Потому что это важно для укрепления доверия.

И я думаю, также важно, чтобы мы больше не видели атак дезинформации ни из России, ни откуда-либо еще, против других программ вакцинации, которые были одобрены. Потому что это может замедлить вакцинацию и, следовательно, отдалить момент, когда мы всех привьем. Так что я надеюсь, что этого не будет.

– Пара уточнений. Насколько я знаю, Россия подала вакцину в ВОЗ и ожидает одобрения. Но вы упомянули о некой дезинформации. Вы не могли бы в двух словах сказать об этом? Что вы подразумеваете под дезинформацией?

– Ну, мне кажется, что были разные попытки дискредитировать различные вакцины, программы вакцинации, ни одна из которых не помогла укрепить доверие среди населения, которое получает вакцины. Мы стали свидетелями очень успешного запуска (программ по вакцинации – ред.) в Великобритании, например, в Израиле. И я думаю, что в этом есть положительная динамика. Но действительно важно помочь людям понять, что вакцины подлежат очень тщательному тестированию и регулированию, прежде, чем препараты будут одобрены национальными регулирующими органами или ВОЗ для использования. И следовательно пропаганда против различных вакцин с целью сорвать процесс совершенно не помогает.

– Честно говоря, я не слышал какой-либо дезинформации с российской стороны. Вы слышали, что президент РФ Владимир Путин предложил российскую вакцину для сотрудников ООН? Какова ваша позиция по этому поводу? Готовы воспользоваться этим предложением?

– Здесь важны два момента. Во-первых, ООН – и Совету Безопасности, и Генеральной ассамблее – удалось продолжить выполнять свои функции, несмотря на ограничения, связанные с эпидемией COVID. И людей в целом удалось уберечь. У нас было несколько случаев, но в целом люди в безопасности. Это действительно важно.

Конечно, мы хотели бы вернуться к большему количеству очных заседаний, если бы могли. Но я думаю, очень важно, чтобы дипломаты не требовали какого-то особого отношения к себе, когда речь идет о вакцинах. Мы знаем, что мы важные сотрудники, то, что мы делаем, важно.

Но здесь, в Нью-Йорке, важно то, что мы являемся сотрудниками, которые могут минимизировать риски в нашей работе, работая удаленно. Вот отличие от людей, которым нужно находиться в зданиях, водить автобусы, обучать детей или работать в больницах. Так что, я считаю, что они должны быть в приоритете. Мы дождемся своей очереди в соответствии с планом вакцинации Нью-Йорка.

– Довольно смелые слова. Но, насколько мне известно, пока право на вакцинацию имеют только приоритетные группы в Нью-Йорке – это люди старше 65 лет. Вам не кажется, что, учитывая, что Совет Безопасности и Генассамблея все еще не могут работать в полномасштабном очном формате, необходимо провести срочную вакцинацию тех, кто участвует в заседаниях СБ? Вы не считаете, что было бы полезно лично участвовать в заседаниях?

– Нет, все мы хотели бы вернуться к очным заседаниям, когда это будет безопасно. Но я думаю, сложно утверждать, что мы не можем снизить риски, работая на удалении, тогда как этого не могут позволить себе другие работники. Так что, если вы водите автобус, если вы уборщик, если вы оказываете услуги в больницах или в образовательных учреждениях, то вы вынуждены поддерживать контакт с другими людьми, и вы не можете выполнять свою работу каким-либо другим способом. Я думаю, что это как раз те люди, которые должны быть в приоритете. Вы абсолютно правы, программа вакцинации в Нью-Йорке уже идет. Так что некоторые сотрудники ООН, отвечающие ряду критериев, будь то возраст или факторы здоровья, уже были вакцинированы. И наша очередь придет. И я думаю, правильно, что мы не претендуем на особую привилегию в этом вопросе.

– Недавно США и РФ договорились о продлении Договора СНВ-3. ООН заявила, что это продление даст время на переговоры о новых соглашениях по контролю над ядерными вооружениями. США добиваются включения Китая в некие новые договоренности. Россия считает, что было бы справедливым в таком случае подключить к ним Великобританию и Францию как ядерные державы. Считаете ли вы возможным присоединение Великобритании и Франции к новым договоренностям между США и РФ по контролю над вооружениями? Когда это может произойти и при каких условиях?

– Прежде всего нужно отметить, что Великобритания очень твердо привержена сохранению эффективного международного контроля над вооружениями, разоружению и нераспространению. Во-вторых, мы искренне приветствуем продление на пять лет СНВ-3, о котором договорились США и Россия. Я думаю, это очень важно.

Но СНВ-3 – это только часть общей картины. Как вы знаете, с момента заключения СНВ-3 мы наблюдали разработку и развертывание ядерных систем вооружения, не охватываемых СНВ-3 или любым другим соглашением о контроле над стратегическими вооружениями. Это одна проблема.

И вторая проблема связана с отсутствием прозрачности в отношении доктрин или расширения ядерных программ, что увеличивает риск просчета. Это очень серьезно. Что мы собираемся с этим делать – мы безусловно взглянем на любые новые предложения, которые будут исходить от США, России и Китая, или от любого сочетания (стран – ред.).

Но я хотела бы подчеркнуть, что Великобритания уже предприняла очень существенные шаги в направлении выполнения своего обязательства по ядерному разоружению в соответствии со статьей 6 ДНЯО. Таким образом, мы поддерживаем надежный минимум ядерного сдерживания, у нас единственная система доставки, и мы открыты и прозрачны в контексте нашей доктрины. Так что на данный момент мы считаем, что полностью выполняем свои обязательства, мы осознаем новые проблемные сферы и сферы риска и остаемся открытыми для дальнейших дискуссий.

– Считаете ли вы, что Китай должен присоединиться к этому двустороннему соглашению между США и Россией?

– Если Китай заинтересован и способен, и желает соответствовать критериям, то это будет важным дополнением к построению ядерной стабильности и эффективного контроля над вооружениями, но это, скорее, зависит от точки зрения Китая.

– Некоторое время назад звучали рассуждения о необходимости ограничить право вето для России и Китая. Как вы относитесь к этому, считаете ли вы, что необходимо как-то ограничить их право вето?

– Я думаю, что вопрос о реформе Совета безопасности и привилегиях участия в пятерке постоянных членов остается очень острым даже сейчас. Это вето было неотъемлемой частью создания ООН после Второй мировой войны. Оно (право вето – ред.) закреплено в уставе ООН, для изменения которого потребовалась бы ратификация пятерки постоянных членов СБ.

Так что я думаю, что с практической точки зрения реальный вопрос об ограничении права вето не стоит. Но я полагаю, важнее, особенно в сегодняшнем мире, спустя 75 лет после основания ООН, то, как мы, будучи пятеркой постоянных членов СБ, используем это право вето.

Великобритания не использовала свое вето более 30 лет. Но еще более важно, как мы считаем, что ни один член совета не должен голосовать против заслуживающих доверия резолюций в ситуациях, когда происходят массовые зверства. И это касается и пятерки постоянных членов. Так что, с нашей точки зрения, вопрос, скорее, заключается в использовании права вето, а не в его существовании.

Я должна сказать, что мы сожалеем в связи с тем, как Россия и Китай использовали свое право вето, в частности по Сирии, что стоило жизней, что продлило страдания, и усложнило ситуацию "на земле" и, полагаю, нанесло фундаментальный ущерб репутации Совета безопасности. Поэтому я считаю, что предмет для беспокойства это то, как используется вето, а не то, что оно существует. А если оно применятся ответственно, и при этом не причиняется вред, то, думаю, тогда это меньшая из проблем.

– Не считаете ли вы нужным принять какие-либо процедурные меры для того, чтобы как-то рассмотреть упомянутые вами ситуации?

– Мы много времени уделили рассмотрению, например, ситуации в Сирии. Вы знаете, что конфликту уже 10 лет. И мы видели множество вето со стороны России и Китая за эти 10 лет. Думаю, что это весьма прискорбно, прежде всего для народа Сирии и ситуации "на земле", а также для репутации Совета безопасности. Так что это тема, о которой стоит подумать.

– Президент РФ Владимир Путин предложил провести саммит лидеров стран – постоянных членов СБ ООН. Какие вопросы Великобритания хотела бы поднять на этой встрече?

– Думаю, когда у нас будет возможность провести подобную встречу (и я знаю, что это остается очень актуальной темой), в центре повестки обсуждения лидеров "пятерки" должны быть вопросы международного мира и безопасности. И на данный момент, я думаю, это темы, касающиеся COVID и климата, но это меняющаяся повестка. И нам нужно как следует подумать над этим. Но актуальные вопросы международной безопасности должны быть во главе повестки любой подобной встречи.

Великобритания. США. Китай. ООН. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция. Медицина > ria.ru, 1 марта 2021 > № 3659443 Барбара Вудворд

За 12 месяцев 2020 года экспорт российского стального плоского проката превысил лишь уровень 2019 года

За 12 месяцев 2020 года экспорт российского стального плоского проката составил 8,28 млн тонн. Это на 7,9% выше аналогичного показателя 2019 года. Отметим, что доля поставок этой продукции составила примерно 29% всего стального российского экспорта. Добавим, что итоговые показатели предыдущих 5 лет все же заметно более высокие.

На первом месте среди покупателей - Турция, доля поставок в которую составила 22,4%, а импорт сократился на 10,6%. Далее следует Белоруссия (9%,+4%). Вьетнам (8,5%) нарастил импорт почти втрое.

Добавим, что в декабре средняя цена этой продукции на границе РФ составляла 561,7 долларов США за тонну, что на 1,8% выше цены ноября и на 6,1% - цены декабря 2019 года.

Минск повышает экспортные пошлины на нефть и нефтепродукты

Экспортные таможенные пошлины на сырую нефть и нефтепродукты, вывозимые за пределы ЕАЭС, повышает Белоруссия с 1 марта в соответствии с постановлением № 111 принятым правительством республики 25 февраля, сообщается на Национальном правовом интернет-портале.

Экспортная пошлина на сырую нефть, отработанные нефтепродукты, нефтяной битум, мазут, парафин и вазелин повышается с $43,8 до $49,6 за тонну.

Ставка вывозной пошлины на прямогонный бензин повышается с $24 до $27,2 за тонну.

Экспортную пошлину на дизельное топливо, товарные бензины, легкие и средние дистилляты, толуол, бензол, ксилолы и смазочные масла повышают с $13,1 до $14,8 за тонну.

Белоруссия традиционно гармонизирует вывозные пошлины на нефть и нефтепродукты с Россией, где с 1 марта экспортная пошлина на сырую нефть также повышена до $49,6. Предыдущее повышение состоялось 1 февраля — тогда вывозные пошлины тоже были повышены.

Спасибо, не надо!

Возможно ли совместное будущее России и ЕС

Сергей Переслегин

«ЗАВТРА». Сергей Борисович, Верховный представитель Европейского союза (ЕС) по иностранным делам и политике безопасности Жозеп Боррель после провального визита в Россию в своём блоге выразил мнение, что пути России и Евросоюза расходятся как минимум на ближайшие сто лет. Скажите, так ли важно для нас в текущей геополитической обстановке учитывать наличие Европейского союза и сонаправленность путей с ним?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. В этой связи вспоминается эпизод, когда на советско-американской встрече в начале 1960-х годов в очередной раз зашёл разговор о мирном урегулировании и необходимости наконец «подвести черту под Второй мировой…», один из дипломатов взял лист бумаги, провёл на нём карандашом линию и сказал: «Вот я провёл черту, имеет ли это моё действие какое-либо конкретное содержание?» Так и сейчас, прежде чем рассуждать о взаимоотношениях России и Евросоюза, необходимо определиться с понятиями.

Всегда было принято считать, что граница между русской и европейской этнокультурными плитами проходит либо по Днепру — Даугаве, либо по Висле, либо, в особых случаях, по Одеру — это полоса иногда позитивного, но чаще очень жёсткого соприкосновения. На сегодняшний день русский этнос отброшен далеко на восток. Мы потеряли линию Днепра и Даугавы, утратили Украину и Прибалтику, практически лишились тех территорий, что с незапамятных времён были частью Российской империи.

«ЗАВТРА». Кто-то уже рассматривает версию о скором распаде России и образовании на её территории мини-государств — Московии, Сибирии, при этом Дальний Восток захватят китайцы...

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. И всё же разочарую этих оракулов: проведённые на эту тему исследования говорят о том, что Россия не распадается, наоборот, её интенция направлена на присоединение территорий. Это не означает воссоздание Советского Союза или Российской империи либо вторжение русских танков в Прибалтику. Тем не менее, стоит ждать интеграции с Казахстаном, Белоруссией, Киргизией. И, безусловно, с Украиной — после завершения там этапа диссимиляции: когда она окончательно будет разрушена на локальные объекты, каждый из них по отдельности начнёт слияние с сопредельными территориями.

Я не рассматриваю для России вариант серьёзной войны и версию того, что фазовая катастрофа у нас быстро приобретёт трагический характер. Россия — это проект византийского типа с медленным временем. И, скорее всего, на фоне общего мирового коллапса кризис у нас будет развиваться более или менее умеренно.

«ЗАВТРА». Нас, как это бывало не раз, выручит запасённая на предыдущих этапах развития инфраструктура. А что поможет выжить Евросоюзу?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Ситуация с ЕС гораздо сложнее. Я сомневаюсь в том, что сейчас Европейский союз жив. Да, существует пространство евро. Но, во-первых, не все страны, входящие в ЕС, пользуются им. Во-вторых, в России эта денежная единица тоже применяется, хотя в ЕС мы не входим. Поэтому наличие общего финансового пространства вовсе не является основанием считать ЕС существующей структурой.

Евросоюз строился на целом ряде общностей. Это была свобода перемещения людей, товаров, информации, услуг. На данный момент времени, похоже, не осталось ни одной из названных свобод. В ЕС могут, конечно, сказать: «Мы преодолеем коронавирус и снова откроем границы». Но принципы не могут зависеть от локальных проблем типа COVID-19. Если один раз удалось эти границы закрыть, то обязательно найдутся поводы закрыть их и во второй, и в третий, и в четвёртый раз. Поводы найдутся — эпидемия, терроризм, информационная «инфекция» в виде компьютерного вируса, обрушивающего сервера, и прочее.

Нужно сказать и о том, что Евросоюз до сих пор не имеет собственной реальной истории и географии. Потому что создание любых объединений предполагает некое общее образовательное пространство. Естественно, везде учат своему языку, но есть понятие об общей истории, общей географии, общей культуре. Болонская система образования, существующая в Евросоюзе, подобные форматы просто не поддерживает. И как только возникают проблемы в ЕС, например, в период пандемии, молодёжь тут же задаётся вопросом собственной идентичности. Как-то в Нормандии я спросил местных жителей, кем они себя осознают. И получил жёсткий ответ: «Мы — нормандцы, в какой-то мере французы, но точно не граждане ЕС».

С учётом огромного миграционного потока эта проблема становится ещё острее. Там началось сильнейшее этническое перемешивание. И если сегодня понятно, какие страны входят в Евросоюз, то на вопрос, какие этносы его образуют, ответить сложно.

«ЗАВТРА». Среди государств Европейского союза тоже есть расслоение — на старую Европу, ядерную Европу, на страны «третьей» Европы, испытывающие вечные кризисы …

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Италия — это старая Европа, но она находится в перманентном кризисе. Пиренеи кризис охватывает вообще с XVII века. При этом люди там не живут плохо. Речь идёт о другом, прежде всего — о культурном коде, о том, для чего существует данная цивилизация.

Именно здесь кроется ключ к словам Борреля о том, что Россия разойдётся с Европой. Здесь, конечно, имеются в виду не торговые отношения — они не прервутся, хотя в условиях фазового кризиса и сократятся, как, впрочем, сократятся они и внутри самого Евросоюза, а то, что культура, онтология, идеология России и Евросоюза будут со временем всё больше разниться.

Но это ещё не всё. Европа достаточно разнородна. Есть культурные нормы, к примеру, британские, есть пиренейские (куда я добавляю Южную Италию и Францию), есть германские, есть скандинавские и так далее. Разница между ними больше, чем между любой из них и Россией. Поэтому, думаю, будет наблюдаться деструкция ЕС как идеологической, онтологической, культурной общности. А финансовые отношения, значительная часть единых инфраструктур, связанных с производством и правом, вероятно, останутся.

«ЗАВТРА». Что это даст России?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. У нас будет великолепная возможность выстраивать свои отношения не в целом с ЕС, а с отдельными его элементами: с той же Францией, с теми же Бельгией, Италией и так далее. И тогда получится, что Россия окажется намного ближе ко многим европейским странам. Или они окажутся ближе к России, что в условиях деструкции ЕС также возможно.

«ЗАВТРА». При таком развитии событий станут ли Соединённые Штаты предпринимать спасительные меры относительно Евросоюза?

Сергей ПЕРЕСЛЕГИН. Америке никогда не был нужен Евросоюз. Она всегда предпочитала более или менее разобщённую Европу. Поэтому маловероятно, что американцы поддержат существование ЕС в условиях, когда будут возникать соответствующие кризисы.

Конечно, у Европейского союза достаточно инерции, чтобы какое-то время просуществовать, но в условиях фазового кризиса его распад столь же неизбежен, как развал Западной Римской империи в IV–VI веках нашей эры. России же, как в своё время Восточной Римской империи, такой распад предстоит выдержать, пережить, пусть и не самым лучшим образом.

А Жозеп Боррель, следуя устаревшим правилам, должен понять, что их уже никто не придерживается — ни в России, ни у него на родине.

«ЗАВТРА». Судя по всему, так оно и есть. Спасибо, Сергей Борисович, за беседу!

Беседовала Наталья Луковникова

Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 1 марта 2021 > № 3656712 Сергей Переслегин

РФПИ, АО «Генериум» и РУП «Белмедпрепараты запускают производство вакцины против коронавируса Спутник V. На сегодняшний день осуществлен розлив первых валидационных серий вакцины.

После получения результатов изучения стабильности вакцины Спутник V будет произведена наработка промышленных серий препарата. Кроме того, РФПИ и партнерами ведется работа по тестированию технологии полного цикла выпуска Спутник V на производственных мощностях в Республике Беларусь.

Беларусь стала первым государством после РФ, официально зарегистрировавшим Спутник V. Регистрационное удостоверение было выдано 21 декабря 2020 года. Также на территории Беларуси в октябре 2020 года начались первые зарубежные клинические исследования Спутник V. Поставка первой партии и старт вакцинации в Беларуси состоялись 29 декабря 2020 года.

Международный инженерный чемпионат CASE-IN: старт IX сезона

В Москве начался IX сезон Международного инженерного чемпионата «CASE-IN» – одного из проектов президентской платформы «Россия – страна возможностей». Старт чемпионату дан на пресс-конференции в ТАСС.

Новый сезон посвящен теме «Устойчивого развития» России. В этом году участники смогут попробовать себя в большем количестве отраслей: от горного дела до «проектного инжиниринга».

Соревнования чемпионата пройдут с февраля по май в пяти лигах: Школьная лига, Лига рабочих специальностей, Студенческая лига, Лига молодых специалистов и Специальная лига. Будущим инженерам и молодым специалистам предстоит разрабатывать решения кейсов по темам топливно-энергетического и минерально-сырьевого комплексов, атомной промышленности и смежных отраслей.

Соревнования Студенческой лиги чемпионата «CASE-IN» проводятся для студентов России, Белоруссии и Казахстана в восьми отраслевых направлениях: геологоразведка, горное дело, металлургия, нефтегазовое дело, нефтехимия, цифровой атом, электроэнергетика и новое направление «проектный инжиниринг».

В марте и апреле участников ждут очные или дистанционные отборочные этапы на базе 70 вузов и полуфиналы в каждом федеральном округе. В конце мая лучшие команды встретятся в финале в Москве.

Командам студентов в каждом отраслевом направлении предстоит решить трехступенчатый кейс: на каждом следующем этапе задания по кейсу будут усложняться. Это даст возможность попробовать свои силы в чемпионате даже студентам младших курсов, а в финал каждого из отраслевых направлений Студенческой лиги смогут пройти от 10 до 20 команд.

В основе кейсов – самые актуальные задачи ТЭК, МСК и атомной промышленности, предложенные компаниями-партнерами чемпионата. Например, будущие горные инженеры по заданию АК «АЛРОСА» оптимизируют затраты на проветривание подземного рудника «Удачный» им. Ф.Б. Андреева в Республике Саха (Якутия), а геологи «вычислят» перспективные участки для последующей разведки полезных ископаемых.

Победители и призеры чемпионата получат предложения по прохождению практики, стажировок и трудоустройству в ведущих отраслевых компаниях, таких как АЛРОСА, Росатом, СИБУР и другие. А 20 вузов-партнеров предоставят льготы для студентов при поступлении в магистратуру и аспирантуру. Также победители и призеры 2018-2020 годов смогут получить президентский грант при поступлении в магистратуру.

Отправить заявку для участия и узнать более подробную информацию можно на сайте.

Проект «CASE-IN» реализуется в рамках федерального проекта «Социальные лифты для каждого» национального проекта «Образование». Планируется, что в новом сезоне не менее 10 000 школьников, студентов и молодых профессионалов включатся в решение реальных производственных задач и предложат полезные идеи для устойчивого развития ведущих отраслей российской экономики.

Россия. ЦФО > Образование, наука > minobrnauki.gov.ru, 26 февраля 2021 > № 4064313