Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Российско-украинские отношения могут потеплеть, если в результате президентских выборов на Украине к власти придет бывший вице-премьер Сергей Тигипко, однако шансы на его победу невелики, считают опрошенные РИА Новости эксперты.

Согласно последним соцопросам, наибольшую поддержку как кандидат в президенты среди украинцев имеет один из богатейших бизнесменов Петр Порошенко. Второе место по уровню поддержки занимает экс-премьер, лидер партии "Батькивщина" Юлия Тимошенко, а третье — народный депутат Сергей Тигипко. Всего в выборах, которые назначены на 25 мая, принимает участие 21 кандидат.

Наиболее вменяемый кандидат

По мнению гендиректора Центра политической конъюнктуры Сергея Михеева, отношения между Киевом и Москвой, резко ухудшившиеся после смены в феврале власти на Украине, имевшей признаки государственного переворота, вряд ли будут улучшаться после выборов. Как пояснил эксперт агентству РИА Новости, "судя по всему, достигнут некий консенсус между нынешними группами влияния, пришедшими к власти, и американцами по поводу кандидатуры Порошенко", который придерживается прозападного и антироссийского пути развития страны.

Михеев считает, что из тройки лидеров президентской гонки "наиболее вменяемый — это Тигипко", однако "у него нет ни одного шанса на победу".

"Тигипко всегда выступал за тесную экономическую кооперацию с Россией, он считал, что в принципе есть смысл в предложениях по поводу Таможенного союза. Не то, чтобы он был однозначным сторонником, но, тем не менее, считает, что без кооперации с Россией экономика Украины на самом деле не выживет, по крайней мере целые ее отрасли исчезнут", — отметил эксперт.

Кроме того, собеседник агентства отметил, что даже если Порошенко и захочет наладить до некоторой степени отношения с Россией, то ему не позволят как внутриукраинские, так и внешние факторы.

"Националисты или просто разные конкуренты не дадут ему серьезно изменить политику, а вовне существуют американцы, с которыми он договорился о том, что они его поддерживают. Американцам тоже невыгодна нормализация отношений (Украины — ред.) с Россией", — уверен Михеев.

Крым — табу

Однако, по мнению заместителя директора Института СНГ Владимира Жарихина, "кто бы ни победил на выборах, в нынешней ситуации отношения между Россией и Украиной будут развиваться тяжело".

"Будут, конечно, какие-то нюансы в зависимости от степени прагматичности того или иного кандидата, но в общем-то я бы не стал находить существенные отличия, потому что ни один из них не признает Крым российским, а значит, межгосударственные отношения будут находиться в перманентном кризисе — это совершенно понятно", — отметил аналитик.

Крым и Севастополь, входившие ранее в состав Украины, присоединились к России после проведенного 16 марта референдума, это решение поддержали более 96% принявших участие в голосовании, после чего были подписаны соответствующие соглашения.

По мнению Сергея Михеева, в условиях подготовки к выборам ни один кандидат не может сказать, что поддержит отделение Крыма.

"В этой ситуации, в условиях выборов, ни один из кандидатов не может признавать Крым за Россией. Сейчас это такое же табу, как например, в Грузии вопрос о Южной Осетии и Абхазии, где независимо от позиции, все политики, которые активно участвуют в политике, считают, что Абхазия и Южная Осетия — это часть Грузии", — сказал эксперт.

Россия признала независимость Южной Осетии и Абхазии, входивших в состав Грузии, в конце августа 2008 года, после вооруженной агрессии Тбилиси против Цхинвала. В ответ Грузия разорвала дипломатические отношения с Москвой и объявила две закавказские республики оккупированными территориями. Между тем представители нового правительства Грузии, которые пришли к власти по итогам парламентских выборов 1 октября 2012 года, назвали одним из главных приоритетов внешней политики страны нормализацию отношений с РФ.

Гидроэлектростанции Северной Осетии работают в обычном режиме.

Эзминская и Дзауджикауская ГЭС Северо-Осетинского филиала РусГидро после стабилизации ситуации на р. Терек вновь функционируют в обычном режиме. В настоящее время уровень воды в Тереке после произошедшего 17 мая мощного ледникового обвала в Дарьяльском ущелье стабилизировался и больше не вызывает опасений у гидроэнергетиков.

«Поступление воды из стихийно образовавшегося озера на территории Казбегского района заметно снизилось. Мы наладили контакты с грузинскими гидроэнергетиками, от которых получаем оперативную информацию. Продолжаем вести усиленный мониторинг состояния русла реки в Дарьяльском ущелье», - сообщил главный инженер Северо-Осетинского филиала РусГидро Казбек Зангиев.

С 18 мая обе гидроэлектростанции работают в соответствии с диспетчерским графиком. В створах Эзминской ГЭС приточность составляет 37 м3/c, Дзауджикауской ГЭС - 56 м3/c.

17 мая 2014 года на территории Казбекского района Грузии в 4,5 км от погранично-таможенного пункта «Верхний Ларс» (15 км от Эзминской ГЭС) в результате обвала части ледника Девдорак, расположенного на северо-западном склоне г. Казбек, сошел мощный поток (гляциальный сель), состоящий из камней, песка и льда. Поток перекрыл русло р.Терек и Военно-Грузинскую дорогу, образовав завал площадью 13-14 га и высотой 20-40 м. В образовавшемся запрудном озере в течение 3,5 часов скопилось около 800 тысяч кубометров воды. После переключения стока Терека на деривационный тоннель строящейся Дарьяли ГЭС уровень воды в озере стал постепенно спадать.

На реке Терек расположены Эзминская и Дзауджикауская ГЭС, входящие в состав Северо-Осетинского филиала ОАО “РусГидро”. Обе гидроэлектростанции – деривационного типа, водохранилищ не имеют. Их плотины небольшой высоты (6,2 м и 5,9 м соответственно) обеспечивают забор воды в деривационные каналы. Для безопасного пропуска паводковых вод имеются водосбросы максимальной пропускной способностью 500 м3/c, что позволяет пропустить паводки, случающиеся 1 раз в 1000 лет.

После сообщения о стихийном бедствии на территории Казбегского района Грузии на Эзминской и Дзауджикауской ГЭС незамедлительно были приняты необходимые меры для пропуска возможного паводка и обеспечения безопасности гидротехнических сооружений. Обе гидроэлектростанции были остановлены, затворы водосбросов полностью открыты, по тревоге было поднято нештатное аварийно-спасательное формирование.

Аналитика Крыма и Новороссии. Эксперты: Кто «заказал» Украину?

За нарастающим трагизмом украинских событий как-то скрылись лица тех джентльменов, которые с большим интересом наблюдают за происходящим с безопасного расстояния. Кто они? Сейчас и будем разбираться. Для начала ряд фактов.

Факт номер один.

Американские компании помогут Украине достичь энергетической независимости, одним из главных приоритетов в сотрудничестве с Украиной является поддержка стремления украинцев достичь энергетической независимости, заявлял не так давно посол США в Украине Джеффри Пайетт. «Это важная коммерческая инициатива, поскольку мы имеем две большие американские нефтяные компании, которые заинтересованы в сотрудничестве с Украиной, – это ExxonMobil и Chevron. Но это тоже важная геостратегическая инициатива. Я уверен в этом, базируясь на дискуссиях с руководством этих компаний», - сказал Пайетт. Обратим внимание на слова «важная геостратегическая инициатива».

Далее посол добавил: ExxonMobil и Chevron очень заинтересованы в работе на украинском энергетическом рынке. «Ожидается согласование (этого соглашения) на областном уровне. Что же касается ExxonMobil, то сейчас проходят переговоры с правительством. Надеюсь, что за пару лет мы увидим значительные инвестиции – около сотен миллионов долларов», - резюмировал Пайетт. Поскольку интервью это было опубликовано в 2013 году, в августе, мы с Вами можем следить в масштабе реального времени, что произошло не «за пару лет», а за чуть меньше года, и где эти «сотни миллиардов долларов» «значительных инвестиций».

Факт номер два.

В последнее время американские компании все более активно приобретают украинские долги. К примеру, инвестиционной группой «Franklin Templeton» в начале ноября 2013 года была приобретена 1/5 часть государственных облигаций Украины. В результате американские инвесторы завладели 40% долгов страны.

Для заключения сделки они выложили около 5 миллиардов долларов. В результате этого американская инвестиционная группа «Franklin Templeton» стала основным украинским кредитором.

Другими словами Украина, в первую очередь, должна именно этому кредитору, который обдерет её, как липку. Уж, будьте покойны – норма прибыли там зашкаливает! Как написал по этому поводу весьма информированный блогер crimsonalter, «предлагаю посмотреть на украинскую ситуацию в разрезе действий одного из самых сильных игроков глобального финансового рынка - Марка Мёбиуса. Почему это важно?

Потому что Мёбиус - хладнокровная акула финансового мира, но умная акула. Как известно, фонд Мёбиуса купил примерно 20% евроблигаций Украины. А фонд Мёбиуса (Franklin Templeton) - это не vulture fund, инвестиции в проблемные/дефолтные активы это - совсем не его профиль… Слабо можно себе представить, кто может уговорить/заставить Мёбиуса сжечь «в ноль» 6,1 миллиардов из находящихся у него в управлении около 800 миллиардов…

Если план не сработает, и по инвестиции в украинские облигации пойдут потери, то Мёбиус мало того что потеряет деньги, так еще и получит удар по репутации, которой он очень дорожит. И, тем не менее, Мёбиус сделал так, чтобы его инвестиция стала публичной: теперь каждая собака, которой положено знать, знает, что один из тех, кто рулит деньгами очень влиятельной части демократов (видные члены демократический партии США - это вкладчики и выгодополучатели фонда Мебиуса) ставит на то, что Украина в ЕС не пойдет… (И не пошла! – С.Ф.). Все эти факты складываются в довольно однозначный паззл.

Часть (и довольно влиятельная) западного истэблишмента ставит на то, что Украине в ЕС не бывать, причем делает эту ставку через очень известного в узких кругах, влиятельного и крайне агрессивного человека», - отмечает блогер crimsonalter. Отметим – он утверждает, что часть западного в первую очередь, связанного с кругами демократической партии США, т.е. с партией Обамы, истеблишмента ставит на то, что Украине в ЕС не бывать. Значит, ЕС не получит 50-милионного рынка сбыта, о чем так надеются в Брюсселе.

Факт номер три.

Три года назад американские компании появились на Украине с предложением начать добычу сланцевого газа. При этом, по умолчанию, никто и слова не проронил, что появление газовых гигантов из США произошло именно в той точке Европы, через которую идут из России в ЕС многочисленные газопроводы.

Американцы сразу же нацелились на контроль за важнейшими газо-транспортными артериями на украинской территории… Компания «Нафтогаз Украины» уже в 2011 году заключила первые договоры с американцами. «Мы побывали в США, были в главных офисах компаний Exxon Mobil, ConocoPhillips, Shell и в других.

Я назвал лидирующие компании, которые вплотную занимаются сланцевым газом. Они с готовностью откликнулись на наше предложение - заявлял заместитель председателя правления украинской компании Вадим Чупрун. - Заключены соответствующие соглашения о сотрудничестве, подписаны соглашения о территории интересов, то есть, мы уже даём их соответствующие координаты, выявляем территории интересов, там, где можно было бы подтвердить наши возможности по добыче сланцевого газа».

Отметим слова про «соответствующие координаты» и «территории интересов». Дело в том, что американцы, проявив интерес к участию в разработке месторождений, тут же выдвинули свои условия. Они заявили, что готовы добывать сланцевый газ в Украине, но только если бассейны, т.е. земельные участки для добычи, отдадут им в собственность.

И вот, как стало известно из интервью премьер-министра Украины Николая Азарова, которое он дал в мае 2012 года агентству Euronews, победителями конкурса по добыче газа на Одесской площадке (находится на территории Львовской, Ивано-Франковской и Тернопольской областей) и Юзовской (простирается по Донецкой и Харьковской областям) стали американские транснациональные компании Chevron и Dutch Shell.

Земли были выделены американским компаниям для разработки газо-сланцевых месторождений в долгосрочную аренду (а потом, как говаривал Ходжа Насреддин, «то ли ишак сдохнет, то ли визирь умрет»). То есть частью украинских земель на годы вперед стали владеть гиганты ТНК.

Факт номер четыре.

Корпорация Monsanto — один из крупнейших в мире производителей семян и лидер… в насаждении по всему миру продукции ГМО, намерена построить в Украине комплекс по производству семян кукурузы, заявила директор по производству Monsanto в Украине и России Елена Фомина.

«Решение принято. Мы готовы инвестировать $140 млн»,— сообщила она в середине 2013 года. Сейчас для реализации проекта рассматривается несколько участков, один из которых в Виннице. «Мы ждем решения городских властей Винницы на земельный участок площадью 80 га»,— уточнила госпожа Фомина. Комплекс может быть запущен в 2015 году. («Ну, это вряд ли», говаривал рядовой Сухов…) Кстати, Monsanto укоренилась на Украине давно, в 2012 году, например, доля корпорации на украинском рынке семян кукурузы составляла почти 20%, и ТНК продолжает активно прибирать к рукам украинские угодия.

Факт номер пять.

Украина – это не только сланцевый газ, высокодоходные долговые облигации и другая собственность на которую позарились ТНК. Украина – это Сталь, Марганец и другие востребованные на мировых рынках продукты и товары.

Почему с большой буквы? Вот почему. Украина является десятым производителем стали в мире. Его общим объем производства составляет около 2% мирового производства. Если начнутся перебои с поставками украинской стали, то стальные американские компании займут освобождающийся рынок сбыта. Например, компания US Steel имеет представительства в Центральной Европе и находиться в идеальном положении, чтобы компенсировать сбоит поставок стали из-за дестабилизации ситуации в Украине.

Реакцией рынка стали может стать и рост цен на сталь из-за того, что общее предложение стали может сократиться на те же 2 украинских процента. Украина является восьмым в мире производителем марганца. На долю Украины приходиться около 8% мирового предложение марганца. Поэтому сбои поставок марганца, также могут открыть новые рынки сбыта для американских компаний. И также, поначалу, будет рост цен на марганец.

То же самое касается железной руды. Компаний BHP Billiton может извлечь немалую выгоду из падения производства железной руды на Востоке Украины. Есть также много других потенциальных победителей из-за развития геополитического конфликта.

Факт номер шесть.

2 марта 2014 года так называемый и.о. президента Украины господин Турчинов в присутствии послов США, Германии и Польши на Украине подписал предварительное соглашение с МВФ о предоставлении финансовой помощи Украине, согласно которому: - вся газотранспортная система Украины - с момента подписания итогового основного соглашения о финпомощи - безвозмездно передается в собственность американской компании Chevron, - владельцы Мариупольского, Запорожского, Днепропетровского металлургических комбинатов обязаны передать 50% акций компаний в собственность немецкой компании Ruhr, - угольное производство Донбасса также передается финской дочке компании Ruhr.

Также, помимо политических требований, в подписанном документе есть пункт о предоставлении блоку НАТО территорий под Харьковом для размещения систем американской противоракетной обороны, звена американской истребительной авиации для прикрытия объектов ПРО. Сейчас, даже при ослеплении огнем и горем украинской трагедии, нельзя забывать о тех, кто более всего на Западе заинтересован в её разжигании.

В двух словах – ТНК пришли на Украину и желают уже не её куски, отданные им бывшими властями, а все и сразу. Именно для этого надо довести страну до такой ручки, чтобы она упала им в руки, как созревший плод. И бесплатно.

Факт номер семь.

Прежде, чем переходить к дальнейшему разбору полетов, хотелось бы показать, до чего уже довели американские компании те участки украинской земли, где они начали добывать сланцевый газ. Вот – фотографии портала «Цензор.НЕТ» с места сланцевых разработок:

«Это геноцид. Вода отравлена: на Донбассе начали добывать сланцевый газ», пишет «Цензор.НЕТ». Посмотрите, во что превратилась Яремка, граница Харьковской и Донецкой областей. Все вот это красно-бурое сливают в Северский Донец. «Такой станет вся область, фрекинг отравляет воду и землю на многие километры вокруг», - цитирует Цензор.НЕТ рассказ жительницы области Полины Никулиной. «Яремовка гибнет. Вода отравлена. Рядом наш водозабор. Погибнет Изюм. Северский Донец в 700 метрах. Все, что вниз по течению, пьют эту воду. Идет черная разведка методом фрекинга. «Шелл» не тратит свои деньги. Бурят на наши первые разведочные скважины», - отмечает Полина. «Яремовка и Изюм не единственные. Мы просто первые. Львовская, Донецкая, Днепропетровская, Ивано-Франковская, Полтавская, Кировоградская, Харьковская области, Черное море - везде это будет. Поймите сами и объясните другим: это - геноцид. Не ждите онкологии и отравлений, поймите, что Украины просто не будет. Расскажите людям, как убивают за деньги прямо сейчас. Если вы живете ниже Яремовки по течению Донца, не пейте воду из крана и не купайтесь летом в реке!», - добавляет активистка.

Люди стали протестовать и задавать украинским властям неприятные вопросы: «Куда девать эти озёра химикатов? Откуда возить в бочках питьевую воду населению, живущему у скважин «Шелл-Шеврона», и кто за это будет платить? Кто будет лечить людей, заболевших от этой экологической катастрофы? Что станет дальше со средой обитания? Возродится ли эта земля и реки? Куда бежать людям от этого сланцевого пожара?» Но ТНК-то уже вложились в проект, и им надо деньги возвращать, а ещё лучше – приумножать, и вдруг украинцы начали подниматься против такого «сотрудничества».

Ответ на проблему у американцев всегда прост: «не хотите – заставим». Вот после этого печеньки на Майдане в Киеве и появились. Виктория Нуланд, помощник госсекратеря США, знала, что делала – цена мешка с печеньками значительно ниже прибылей от варварской эксплуатации украинских земель, уже отданных здесь в аренду «Шелл-Шеврона».

И вот здесь можно идти дальше в нашем рассказе. Основные планировщики и участники украинских событий — энергетические гиганты и американский ВПК. США, уверена автор сайта ПРАВОСУДИЯ.НЕТ Татьяна Волкова. Её точный анализ заслуживает того, чтобы процитировать рад его позиций. «Чтобы определить, кто является партнёром западных корпораций, а кто — конкурентом, нет необходимости разбираться в груде экономических выкладок и договорных обязательств. Достаточно включить телевизор: если правительство Соединённых Штатов озабочено состоянием прав человека или другими нарушениями права в определённой стране, то в ней доминирует корпорация, на данный момент воспринимаемая «ExxonMobil» и «Chevron», как конкурирующая, — со всеми вытекающими последствиями, включая соответствующую активность ВМС и других родов войск и соответствующую долю американского ВПК в бюджетных расходах.

За ту же команду играют «BP» с «Royal Dutch Shell», и соответственно любое правительство Великобритании», пишет Татьяна Волкова, и переходит на украинские события - «к фигурантам, их функциям, интересам и соответственно мотивам». «ЦРУ и его директор Джон Бреннан. Выполняют на Украине задания американских нефтяников и ВПК. Корпорации управляют Бреннаном (а заодно и руководимой им организацией), благодаря убийственному компромату на него, и этого фигуранта нельзя считать самостоятельным игроком. Владелец ЧВК «Greystone» Эрик Принс находится на перепутье.

В рамках получившей благозвучное название «стратегии сдерживания России», программы «вытеснения «Газпрома» с ключевых рынков», он рассчитывал на повышение спроса на услуги своих наёмников, и на выгодные заказы от американского правительства в Молдове, Украине, Грузии и Азербайджане. Однако после того как два десятка лучших бойцов «Greystone» не сумели уберечь порученного их попечению бреннановского супердиверсанта, и сами оказались в плену где на Юго-Востоке Украины, директору ЦРУ пришлось приезжать в Киев по фальшивым документам с тем, чтобы вызволять этого опасного свидетеля. Теперь Принс больше не может рассчитывать на заказы от Бреннана.

Рассчитывать же на скорую отставку Бреннана Принс не может, так как Обама уже просил того уйти на пенсию, и Бреннан отказался. Обаме приходится изображать на публике, будто он контролирует ЦРУ и Бреннана, в действительности работающего с заказчиками напрямую, и обходящегося без посредничества Обамы. При этом у него есть и свой интерес, зачастую противоречащий целям, как спонсоров, так и клиентелы, а именно: постараться чтобы первый чернокожий президент США не остался в истории в качестве лидера, приведшего человечество к порогу мировой войны».

И, напоследок, ещё парочку новостей из Вашингтона и Киева о том, как сейчас суетятся законодатели и спецслужбы США для обеспечения планов их крупнейших ТНК по поглощению Украины «задаром». Поставки на Украину противотанкового оружия и средств ПВО предусматривает законопроект, внесенный на рассмотрение сената Конгресса США в первых числах мая с.г. Предложенный республиканцами документ, в частности, «предоставляет президенту санкцию на оказание прямой военной помощи Украине, включая поставки противотанкового оружия, средств ПВО и легкого стрелкового оружия».

На эти цели уже в этом финансовом году предлагается выделить $100 млн. Кроме того, законопроект дает «добро» на предоставление украинскому правительству разведывательной и иной информации, достаточной, чтобы определить расположение, состав и потенциал российских вооруженных и разведывательных сил. В частности, речь идёт о дислокации и количестве российских войск. ПВО понадобилось, чтобы в будущем защитить американские владения на Украине.

А развединформация сгодится для того, чтобы киевские мятежники, захватившие власть в феврале, смогли хоть как-то выстоять, сохраняя свои позиции до объявленных на 25 мая выборов «президента Украины», после которых «на законном основании» будут отпущены любые тормоза в процессе поглощения украинской собственности и производственного потенциала названными выше ТНК, да и не только ими. Заметим, что в тот же закон Конгресс США совершенно сознательно вкладывает санкции против главных конкурентов ТНК на этом рынке – крупнейших российских компаний: если в течение семи дней с момента вступления закона в силу Россия не отведет значительную часть своих войск от границы с Украиной и не прекратит дестабилизировать ситуацию на востоке Украины, то карательные меры будут введены против таких организаций, как «Газпром», «Роснефть», «Новатек», «Рособоронэкспорт», Сбербанк, банк ВТБ, Внешэкономбанк, Газпромбанк и всех подконтрольных им структур. Ну, и в духе «холодной войны» в документ включен пункт о расширении вещания правительственных радиоголосов на русском языке на страны бывшего СССР.

Параллельно американцы сами включаются в процесс пропагандистского оболванивания не только украинского, но и европейского населения. Информационную политику Киева относительно карательной операции против сторонников федерализации на юго-востоке Украины формируют западные пиарщики, главная цель которых — европейское общественное мнение, считает источник РИА «Новости» в российских властных структурах. Он обратил внимание на изменившиеся в последнее время форму и тональность действий киевских властей в информационной сфере.

«Формируется она отнюдь не гражданами Украины, а прибывшими из-за границы специалистами. В группе по пиару так называемых «антироссийских действий» работают американские эксперты — насколько нам известно, у некоторых из них через пиджаки и свитера просвечивают погоны. Есть и европейские пиарщики, в частности из Бельгии, которые еще в период грузинского вторжения в Южную Осетию убеждали мир в «русской агрессии» и даже добились на какое-то время успеха». «Некоторые из этих специалистов, работающих сейчас в Киеве под крышей СБУ, нам хорошо известны. Известно и то, что одной из задач является донесение дезинформации до большого количества СМИ в США и Европе», — отметил он.

Фантастика? Нет. Эти же факты подтверждаются германскими источниками. Десятки сотрудников Федерального бюро расследований и Центрального разведывательного управления США работают на Украине, сообщает немецкое издание Bild. По данным газеты, среди прочего, специалисты содействуют Киеву в формировании силовых структур и консультируют по вопросу проведения спецоперации в юго-восточных районах.

Не хотелось бы повторять банальности, но, как не процитировать классическое – «картина маслом»… Украинская трагедия после таких вот новостей представляется совсем в ином виде – на Земле продолжается гигантская битва крупного капитала за новые территории. «Ничего личного – это бизнес»? Да, нет уж. На сей раз ТНК залезли не по адресу.

(i)http://rus.newsru.ua/ukraine/10aug2013/exxonmobil.html

(ii)http://u-news.org.ua/16355-amerikanskie-kompanii-aktivno-priobretayut-ukrainskie-dolgi.html

(iii) http://crimsonalter.livejournal.com/7247.html

http://www.odnako.org/blogs/amerikanskie-kompanii-nachinayut-dobichu-slancevogo-gaza-na-ukraine/

http://www.vremia.ua/rubrics/politika/1805.php

http://voprosik.net/monsanto-neset-gmo-na-ukrainu/

http://beststock-news.com/investment-ideas/birzhevye-drajvery/item/374-kakie-amerikanskie-kompanii-vyigrayut-ot-krizisa-na-uraine.html http://u96.livejournal.com/99624.html

http://censor.net.ua/photo_news/238116/eto_genotsid_voda_otravlena_na_donbasse_nachali_dobyvat_slantsevyyi_gaz_shokiruyuschie_foto

http://pravosudija.net/article/rossiya-na-voynu-ne-pridyot-okonchanie

http://russian.rt.com/article/30133

Там же http://m.ria.ru/world/20140503/1006345812.html

(xiv) http://russian.rt.com/article/30506#ixzz30pVRycRs

Сергей Филатов, обозреватель журнала «Международная жизнь»

Центральное информационное агентство Новороссии

Novorus.info

Kiev Snipers: Mystery Solved

Henry Kamens

Despite all the reporting on Ukraine, there is one aspect of the war which, perhaps not surprisingly, has not made it to most media outlets. The democratic West has largely ignored the revelation made by the Estonian Foreign Minister Urmas Paet, in an intercepted phone discussion with EU foreign affairs chief Catherine Ashton, that “that there is growing evidence that the snipers were under the control of the new Kiev authorities, and that the same snipers were shooting BOTH police and protesters!

It has also ignored Ashton’s response: “Well, yeah, that’s really terrible”. So what is the EU going to do about it? How come the EU wants to interfere in everything else in Ukraine, but give nothing more than a throwaway remark to this institutional murder committed simply to inflame the conflict further?

Sources agree

I have Jewish-Ukrainian friend who has family in Ukraine, whose father and grandmother survived a concentration camp after being turned in to the Germans by their Ukrainian neighbours for being Jewish. Somehow they escaped from a ghetto work camp in East Ukraine before it was closed and its inmates sent to death camps in Poland.

This woman has family members working in the Security Services. Two days after the first deaths in Maidan Square she told me that, according to these family members, the snipers were killing members of both sides equally. The intercepted phone call has since confirmed this information.

Paet also mentioned during the same conversation that “There is now stronger and stronger understanding that behind the snipers, it was not Yanukovich, but it was somebody from the new coalition.” This too is only just beginning to be investigated, as it undercuts the Western position. If it is the new government, not the old, which is killing people the West cannot continue supporting it unless some action is taken against the culprits. There has been no such action, the deaths of a few Ukrainians being considered a sufficient price to pay for whatever the West seeks to achieve in their country.

What else do we know?

If the Kiev snipers are ever investigated the conclusion which will have to be drawn, to save political face, is that if anyone misbehaved they were rogue individuals, acting alone, with dubious pasts which provoked them to kill. One wonders how many times the ghost of Lee Harvey Oswald can be dragged up and pinned on other people while it is still maintained that he too acted alone.

For several years there has been a practice of governments paying snipers to shoot people indiscriminately in Eastern Europe. It dates back to at least 2008, when snipers operating in Georgia and trained by US contractors were employed to kill civilians in South Ossetia even before the 2008 Georgian-Russian war. This information has been confirmed by one of the snipers involved.

Information is still unfolding about the various funding source behind various events in Ukraine. However, we do know that there is a direct connection with what went on in Georgia in 2008. It was reported several weeks ago in Interpress News that four of the snipers in Kiev were in fact Georgian nationals. The source for this story was Georgian General Tristan Tsitelashvili (Titelashvili), who later confirmed this in an interview with Rossiya TV.

Tsitelashvili claimed that at least four of the snipers shooting at people in Maidan Square were under the command of former Georgian president Mikheil Saakashvili, who is doing his best to destabilise his own country, and others if necessary, to find a way back into power.

“I know the identity of the four people who were there, as snipers, but I can’t name them as an investigation is underway. The materials will be sent to the Prosecutor’s Office in two weeks. I can tell you that these people were former officials under Saakashvili government. The previous government trained them for such work. Their teams in Kiev were led by Givi Targamadze and Gia Baramidze”, Tsitelashvili said. Targamadze and Baramidze are well-known members of the former Georgian government, with warrants hanging over them for various offences committed during that period.

This too has been confirmed by one of the snipers involved. He is currently in hiding, living without papers. He tells me that most of his colleagues have been terminated. Given what they might know, and what happens to those who know, I am inclined to believe him.

Who is behind this?

When Saakashvili was in power he never undertook a major programme, such as training “counterterrorism” operatives, without US approval and funding. Some of the snipers used in both Georgia and Ukraine were trained under an antiterrorism programme prior to the 2008 War, specifically by John Giduck, founder of the Archangel Group, a US-based security and anti-terror training agency.

Giduck was not the obvious choice to run such a programme. He makes his living appointing himself an authority on the tactics and training of Special Forces but had no actual experience of doing this before being appointed to do so on the basis that he DID have such experience.

There are deadly consequences to such on-the-job training. But then this is Georgia, the country which also bought useless bomb detectors, which were in fact golf ball detectors, from conman James McCormick, who is now serving 10 years in jail for selling them.

Giduck advertises himself as a world-calibre authority on radical Islam and counter-terrorism, a claim experts take exception to. He even claims to have been tutored in counter-terrorism by “Putin’s boss,” the former head of the KGB, and trained with Soviet-era Special Forces, during a visit to Russia late in the Gorbachev era. If true, this would disqualify him from being a US Department of Defense contractor in the first place, but apparently Georgia did not see this as an obstacle.

As in Ukraine, seven or eight South Ossetians ended up dead when used for target practice by Archangel’s team of Georgian and American snipers in July 2008, before the Georgian attack on South Ossetia. We also know from one sniper called Emzar, a Georgian national who has fought with Chechens in Russia, that the trained snipers were also involved in operations to terminate other Special Operations staff – as in the so-called “Anti-Terrorist Sweeping Operation” in the Lopota Gorge in Eastern Georgia in August 2012.

My sources, and many others, claim that the Lopota operation was a staged ambush, designed to eliminate anyone who could talk about Georgian government sponsorship of illegal operations dating back to when the Pankisi Gorge was first set up by US intelligence to train terrorists for use against the Russian Federation. About seven or eight targets were killed outright, in the same way the sniper I spoke to claims his colleagues were.

What can we expect next?

It can be reasonably concluded that the snipers killing people indiscriminately, and illegally, in Ukraine were trained by the US, through dodgy contractors they dare not employ at home, as there is a direct link with the operations in Georgia it was undoubtedly behind. The same personnel and the same methods were involved, and possibly we will see the same outcomes. Does Georgia’s experience give us any clue as to what will happen now the cat is out of the bag, even though the lack of mainstream reporting is desperately trying to put the cat back in?

The survivors of the Lopota Gorge operation, both snipers and targets, were provided with Georgian passports if, like the Chechens imported there and paid well to conduct terrorist operations, they were not already Georgian nationals. They crossed the border to Turkey at the Vale crossing point, near Georgia’s Akhaltsikhe and the Turkish village of Türkgözü, with the assistance of Valeri Zumbadze of Georgia’s Counterintelligence Department and the approval of the US Embassy.

They were given safe conduct to – strangely enough – Syria. They were met there by CIA assets who promptly eliminated them. The Georgian operation had gone wrong, they did not want it coming back to haunt US foreign policy. But some of those involved have survived, and are sharing information with trusted members of the Russian and Georgian media, including the US-based military and foreign affairs journal Veterans Today, whose legal teams are not justifying their salaries by ordering them not to run the story.

The US and EU are not going to hold their new friends in Ukraine accountable, even though they have now publicly admitted certain previously known facts about them, such as their neo-nazi links. Therefore, more people will have to be eliminated, but not Ukrainians. Former Georgian president Mikheil Saakashvili has been directly linked to the sniper team used in Ukraine against police and civilians alike. He is not in power now; no strategic relationship will be damaged by pinning the blame on him. So one way or another, he is the most likely fall guy.

If the story cannot be hushed up Saakashvili will have to face a war crimes tribunal. Any involvement he had in any war crimes could only have occurred through the funding, support and encouragement of the US. He knows more than anyone who really did what, so if he is indicted, he will have nothing to lose by singing louder than any canary yet discovered.

Украина. Грузия > Армия, полиция > ru.journal-neo.org, 17 мая 2014 > № 1203089 Генри Каменс

Авария на магистральном газопроводе "Север-Юг", через который идет транзит российского газа в Армению, произошла из-за оползня в Дарьяльском ущелье на территории Грузии, сообщает грузинское правительство.

Дарьяльское ущелье находится в долине реки Терек, по нему проходит Военно-Грузинская дорога, соединяющая Россию и страны Закавказья.

"На месте мобилизованы бригады службы по чрезвычайным ситуациям, патрульная полиция, бригады медицинской помощи. Спасатели также отправились и из Тбилиси", — говорится в заявлении правительства Грузии.

Ранее компания "Газпром Армения" заявила о прекращении подачи газа в Армению из-за аварии на газопроводе в Грузии. Предприятие заверило, что на время устранения аварии обеспечит газоснабжение потребителей Армении в полном объеме без ограничений.

Утром в субботу МЧС сообщило о сходе селя, который прервал движение по Военно-Грузинской дороге. По данным МВД по Северной Осетии, из-за селя образовался затор на Тереке. Уровень воды поднялся уже на несколько десятков метров. МВД сообщило о введении режима ЧС во Владикавказе. Эвакуируются жители населенных пунктов близ грузинской границы.

По данным грузинских СМИ, под оползень в Дарьяльском ущелье попали люди, которые работали на строительстве ГЭС, однако официального подтверждения о пострадавших и погибших пока нет. Мэги Кикалейшвили.

Режим чрезвычайной ситуации введен на территории города Владикавказ из-за затора на реке Терек, возникшего после схода селя в Грузии, сообщили РИА Новости представитель МВД Северной Осетии.

Соответствующее распоряжение подписал вице-премьер Северной Осетии Виталий Зангионов. Терек протекает вдоль всего Владикавказа и делит город на две части.

Ранее сообщалось о сходе горного селя, из-за которого прервано движение по Военно-грузинской дороге между Россией и Грузией через пункт пропуска Верхний Ларс. По данным МВД, уровень воды в Тереке поднялся уже на несколько десятков метров, эвакуируются жители населенных пунктов, расположенных близ грузинской границы.

"Есть опасения, что затор может прорваться, из-за чего во Владикавказе резко поднимется уровень воды в Тереке. Поэтому полицейские в настоящее время рекомендуют жителям города держаться подальше от русла реки", — сказал собеседник агентства.

Как добавил представитель МВД, в настоящее время сотрудники ведомства разворачивают все машины, которые следуют в сторону грузинской границы по Военно-грузинской дороге. Из транспорта, который уже успел проехать к границе, эвакуируются водители.

По неподтвержденным официально данным, из школ, расположенных в Затеречном районе Владикавказа, эвакуируются учащиеся.

Новые праворадикальные интеллектуальные круги в России:

Антиоранжевый комитет, Изборский клуб и клуб «Флориан Гейер»

Андреас Умланд (р. 1967) – историк и политолог, профессор Немецкой службы академических обменов (DAAD) факультета политологии Национального университета «Киево-Могилянская академия» (Киев). 

Некоторые из последних публикаций о русском национализме сосредоточиваются на различных внесистемных правых радикалах и их связях с новым городским протестным движением в России. Однако нисколько не менее важным является развитие внутрисистемного ультранационализма путинского режима. Эта статья освещает некоторые новые крайне антизападные интеллектуальные круги, появившиеся в течение последних четырех лет в России. На фоне новой поляризации между про- и антипутинскими силами авторитарный режим и его пропагандисты смыкают ряды с некоторыми праворадикальными интеллектуалами. Также наблюдается усиленное сотрудничество между ранее конкурировавшими антизападными интеллектуалами, такими, как Сергей Кургинян, Александр Дугин и Александр Проханов. Три новых крайне антиамериканских дискуссионных клуба, представленные в этой статье, включают в себя широкий спектр публицистов, журналистов, политиков и ученых.

Восход антизападного дискурса

После возрождения российского демократического движения в декабре 2011 года некоторые западные специалисты по русскому этноцентризму сконцентрировались на факте определенного сотрудничества демократов и ультранационалистов во время протестов[2]. Однако в течение последних лет радикально антизападный национализм, укрепляющийся как значимая политическая сила, стал важным не только и не столько в связи с российской оппозицией, сколько из-за его все более тесной связи с путинским режимом. Недавнее форсирование и без того высокого уровня антиамериканизма в публичной российской риторике и политике, правда, легко может быть распознано как пиар-маневр Кремля, предпринятый для отвлечения населения от внутренних проблем, таких, как широко распространенная коррупция, манипуляции на выборах или раздутый госаппарат. В то же время общественное воздействие все более агрессивных телевизионных кампаний и масштабные эффекты возрастающей демонизации США в российском общественном дискурсе нельзя оставлять без внимания и расценивать как всего лишь врéменные факторы. Это показали последствия схожих российских масс-медийных истерий, например, в связи с натовской бомбардировкой Сербии в 1999 году, Олимпиадой в Солт-Лейк-Сити в 2002-м, вторжением США в Ирак в 2003-м, российско-грузинской Пятидневной войной в 2008-м. Следя за освещением этих событий в российских СМИ, общественное мнение в России становилось все более негативным по отношению к Америке и, в какой-то степени, к Евросоюзу.

Все более «негражданское» общество

Возобновленное форсирование антизападного дискурса при помощи «политических технологий» ускоряет становление в России того, что можно было бы назвать «негражданским» обществом[3]. Антидемократическая фракция российского «третьего сектора» представляет собой сеть частично сотрудничающих, частично конкурирующих между собой антилиберальных групп, организаций и изданий. Многие из них сегодня пользуются поддержкой государственных ведомств и получают широкую рекламу на подконтрольных Кремлю телеканалах. Таким образом, они являются организованными государством негосударственными организациями, а не собственно независимыми общественными инициативами. Они опасны тем, что усиленная медийная кампания, направленная против США и Запада, в целом может, с одной стороны, прочно установить конспирологический параноидальный взгляд на окружающий мир, сделав его устойчивой моделью интерпретации международных событий, и, с другой стороны, способствовать укреплению политических сил, продвигающих это мировоззрение, как все более легитимных участников российского общественного дискурса.

В результате мы видим формирование агрессивного антизападного правого движения – все более заметного третьего полюса между авторитарным режимом и слабеющей демократической оппозицией (в то время, как коммунисты выполняют гибридную функцию, являясь частью обоих полюсов – как режима, так и оппозиции; а радикальный антиамериканизм наделяет их тесными связями так же и с российскими крайне правыми). Кремль, по-видимому, пытается реализовать рискованную политическую схему, нацеленную на реструктуризацию всей публичной сферы. В этом сценарии усиленное включение ультранационалистов в господствующий политический дискурс должно привести к всеобъемлющему правому сдвигу внутри российского идеологического спектра. Позиция Путина и его ближайших сподвижников покажется относительно центристской на фоне намного более радикальных требований «снизу», исходящих от пользующихся все большей известностью правых радикалов[4].

Некоторые ультранационалистические группы и их лидеры обладают связями – иногда через одних и тех же людей – как с государственной властью, так и с оппозицией. Примером может служить блогер и активист Владлен Кралин, известный в праворадикальных кругах под псевдонимом Владимир Тор. Он был членом и Координационного совета оппозиции, и двух националистических организаций, созданных под руководством Дмитрия Рогозина, нынешнего вице-премьера России, – «Родины» и «Великой России». Однако при этом контакты правых радикалов с правительством имеют большее политическое значение, чем участие ультранационалистов в протестном движении. В свою очередь внутри демократического движения существует активное меньшинство, открыто выступающее против любого сотрудничества либеральной оппозиции с радикальными националистами. Эти голоса были организованы посредством социальных сетей, например, в «Facebook» возникла группа «Россия без Гитлера! Нет митингам с фашистами, нацистами и националистами»[5].

На этом фоне особого внимания заслуживают праворадикальные интеллектуалы, а также их кружки, публикации и выступления. Эти публицисты, телекомментаторы, интеллектуалы, преподающие в высшей школе, оказывают воздействие на формирование общественного мнения, влияя на студентов, молодых ученых, политических блогеров, гражданских активистов и на широкую публику в целом.

Тенденции консолидации в праворадикальном крыле

Крайне правое крыло российского политического спектра в настоящий момент разделено по принадлежности тех или иных групп к пропутинскому или антипутинскому лагерю. После объявления о возвращении Путина в президентское кресло в сентябре 2011 года внутри радикально антизападной интеллектуальной среды усилились две тенденции, уже существовавшие ранее.

Во-первых, радикально антизападная интеллигенция переживает частичную консолидацию. Это означает, что прежние четкие различия между сходно ориентированными, но обособленными интеллектуальными кружками и их интерпретациями российской истории и мировой политики постепенно теряют значение. Соперничество между различными группами «славянофилов» – например, между приверженцами этнонационалистического и «евразийского» направлений, – которое еще присутствовало в 1990-е годы, теперь ослабляется на фоне новой поляризации между все более антизападным режимом, с одной стороны, и преимущественно прозападной оппозицией, с другой. Примером этого является недавнее сотрудничество между двумя влиятельными общественными деятелями и телекомментаторами – Сергеем Кургиняном и Александром Дугиным. В 1990-е годы, будучи сторонником восстановления советской системы в новых условиях, Кургинян резко критиковал Дугина за его в то время открыто неофашистские публикации. Тем не менее Кургинян, который уже имел тесные связи с консервативным истеблишментом последней фазы советского периода, начал налаживать все более тесное и публичное сотрудничество с Дугиным, который когда-то был политически изолирован как почитатель СС.

Во-вторых, растет взаимодействие между внесистемными ультранационалистами и внутрисистемными симпатизантами теорий заговора – тенденция, наблюдавшаяся с конца 1990-х годов, но усиливающаяся сейчас. Она выражается в частичной кооптации маргинальных публицистов, находившихся когда-то на самых дальних политических окраинах, в близкие к Кремлю структуры или иногда даже в правительственные организации. Известным примером является удивительная академическая карьера Дугина, преподающего в настоящий момент в качестве профессора МГУ имени М.В. Ломоносова и являющегося исполняющим обязанности завкафедрой социологии международных отношений в этом ведущем российском вузе.

Эти тенденции консолидации праворадикалов ниже иллюстрируются на примере трех новых интеллектуальных кружков, которые не существовали в 2009 году, когда Марлен Ларюэль опубликовала свой фундаментальный анализ российских националистических аналитических центров[6].

Антиоранжевый комитет Сергея Кургиняна

Основанный Кургиняном на базе его движения «Суть времени» Антиоранжевый комитет на какое-то время являлся заметной организацией. Среди прочих членов комитет включает в себя Александра Дугина, тележурналистов Михаила Леонтьева и Максима Шевченко, неосталинистского публициста Николая Старикова, Александра Проханова, главного редактора влиятельного праворадикального еженедельника «Завтра». Появление комитета стало результатом пропутинского митинга, организованного Кургиняном 4 февраля 2012 года на Поклонной горе в Москве в знак протеста против проходящего одновременно с ним оппозиционного митинга на Болотной площади. Название кружка отсылает к украинской «оранжевой революции» 2004 года, интерпретируемой внесистемными праворадикалами, а также многими представителями и апологетами путинского режима как заговор США или даже инспирированная «украинскими фашистами» акция.

Подобная связь «оранжевой революции» с фашизмом – ярким примером которой является пропагандистский телефильм Леонтьева «ОранжевыедетиТретьегорейха» (2010) – устанавливается в российских антизападных кругах благодаря подчеркиванию роли, сыгранной некоторыми украинскими эмигрантами в послевыборном протесте 2004 года. К ним относится, например, Катерина Чумаченко, вторая жена лидера «оранжевой революции» и украинского президента в 2005–2010 годах Виктора Ющенко. В 1970–1980-х годах Чумаченко росла в США. В североамериканской украинской националистической диаспоре в то время преобладали сторонники так называемой бандеровской фракции Организации украинских националистов (ОУН-Б), бывшей в начале Второй мировой войны фашистским подпольным движением. Несмотря на маргинальный характер, участие украинских националистов из западной диаспоры, равно как и некоторых местных украинских праворадикальных групп, – таких, как УНА-УНСО (Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона), недавно перевоплотившейся в партию «Правый сектор», – в украинском демократическом движении представляет собой проблематичное наследие киевского электорального восстания 2004 года и Евромайдана 2013–2014 годов. Сегодня этот факт используется кремлевскими политтехнологами как удобный предлог для дискредитации и украинского, и российского демократического движения как «фашистской» и/или «оранжевой чумы», занесенной на постсоветское пространство по злой воле США.

Так или иначе, согласно сайту Антиоранжевого комитета,он собирался только дважды – в феврале 2012 года. Несмотря на призывы подписать «антиоранжевый пакт», не ясно, продолжает ли эта организация свою работу или нет.

Изборский клуб Александра Проханова

Изборский клуб – проект, который, в отличие от Антиоранжевого комитета, уже можно назвать состоявшимся, был назван по месту его первого заседания в городе Изборске Псковской области. Этот относительно большой интеллектуальный кружок, порожденный признанным лидером российского правого сектора Прохановым, надеется объединить «красных» (национал-коммунистов) и «белых» (антисоветских националистов). Он действует на основе Института динамического консерватизма и, по-видимому, собирается конкурировать с международным дискуссионным клубом «Валдай», созданным российским информационным агентством «Новости». Валдайский клуб состоит из зарубежных экспертов и журналистов, специализирующихся на Восточной Европе, а также из российских политиков, ученых и интеллектуалов. Проханов является членом клуба «Валдай», и для своего нового антизападного проекта он, в некоторых отношениях, скопировал валдайский географический формат и практику широкомасштабных заседаний вне Москвы.

Одни и те же имена появляются и в прохановском клубе, и в Антиоранжевом комитете: Дугин, Леонтьев, Стариков и Шевченко. Однако список членов Изборского клуба шире и включает в себя многих других известных антизападных публицистов, таких, как Сергей Глазьев, Леонид Ивашов, Наталия Нарочницкая, архимандрит Тихон (Шевкунов), Юрий Поляков и Михаил Хазин. Связь этой группы с Кремлем может быть даже еще более тесной, чем в случае с комитетом Кургиняна. Это продемонстрировало, например, не только членство в нем путинского советника Сергея Глазьева, но и участие министра культуры Владимира Мединского в учредительном собрании в Изборске. Клуб Проханова, видимо, обладает солидным финансированием и проводит свои собрания в Химках, Екатеринбурге и Ульяновске. Клуб издает одноименный иллюстрированный журнал тиражом в 999 экземпляров.

Клуб «Флориан Гейер» Гейдара Джемаля

Пожалуй, самая поразительная организация в крайне правой интеллектуальной среде – это небольшая группа, которая была основана 22 сентября 2011 года и называется Концептуальный клуб «ФлорианГейер». Руководимый исламистом и откровенно антизападным активистом Гейдаром Джемалем, этот клуб использует имя исторической фигуры времен германской Крестьянской войны XVI века. Историческая личность Гейера не известна в России и не знакома даже многим немцам. Однако имя ФлорианГейер («Florian Geyer») хорошо известно среди экспертов по новейшей истории Европы как название 8-й кавалерийской дивизии СС, задействованной «третьим рейхом» на Восточном фронте в 1943–1944 годах.

Джемаль, Дугин и Шевченко, основатели клуба «ФлорианГейер», утверждают, что ссылаются в названии своего клуба на рыцаря Крестьянской войны, а не на дивизию СС. Однако прошлое, в частности, Дугина указывает на то, что основатели клуба скорее всего были знакомы с использованием этого имени в «третьем рейхе» и возможное двоякое истолкование этой референции было с самого начала осознано ими. С 1980-го по 1990 год Джемаль и Дугин были членами небольшого оккультного кружка в Москве, известного как «Черный орден SS»[7]. В течение 1990-х Дугин как под псевдонимом Александр Штернберг, так и под собственным именем неоднократно одобрительно высказывался об организациях, связанных с СС, например, об обществе «Аненербе» («Наследие предков»), об итальянском фашистскомтеоретике и почитателе Ваффен-СС Юлиусе Эволе, рейхсфюрере СС Генрихе Гиммлере и обергруппенфюрере СС Рейнхарде Гейдрихе (инициаторе Холокоста)[8].

Уже упоминавшийся телеведущий Шевченко – для широкой российской публики, вероятно, самый известный из трех учредителей – не признал связь названия клуба «ФлорианГейер» с одноименной дивизией СС. Однако в своей вступительной речи в момент основании клуба он сказал:

«Это имя было также использовано германскими национал-социалистами (левым крылом), которые были связаны с национал-большевизмом. А песня про Флориана Гейера, с которой молодое поколение знакомо по творчеству группы Rammstein, была очень популярна в тех левых и правых кругах, которые заняли антиэлитарную и антилиберальную позицию»[9].

Поэтому удивительно, что в организованных клубом «круглых столах» – наряду с несколькими праворадикалами – принимали участие и некоторые известные российские интеллектуалы, которые не вписываются в этот контекст: историк Игорь Чубайс, юрист Марк Фейгин, социолог Борис Кагарлицкий. Стоит также отметить, что на заседаниях клуба выступали и антиамериканские активисты из-за рубежа, включая знаменитого итальянского «традиционалиста» Клаудио Мутти.

Другим заслуживающим внимания участником клуба является скандально известный политический публицист Владимир Кучеренко – более знаменитый под псевдонимом «Максим Калашников», – состоящий так же и в Изборском клубе. Как и Дугин, он благожелательно относится к некоторым аспектам национал-социализма и развивает экстравагантные политические фантазии в своих публикациях. Например, в своей вышедшей большим тиражом книге «Вперед, в СССР-2» Кучеренко-Калашников размышляет над будущим «Нейромиром», который стал бы «структурой», комбинирующей черты «церкви, огромного медиахолдинга и финансовой империи вкупе со спецслужбой».

Как и в случае с Антиоранжевым комитетом, не ясно, продолжает ли клуб свою работу. Согласно сайту клуба последнее заседание состоялось в июне 2012 года. На момент написания этой статьи, в марте 2014 года, сайт был заблокирован провайдером из-за несвоевременной оплаты услуг хостинга.

Переводс английского АнтониныЗыковой

[1]Впервые опубликовано в цюрихском Интернет-журнале «RussianAnalyticalDigest» (2013. № 135. 8 августа).

[2]См., например: Popescu N. The Strange Alliance of Democrats and Nationalists // Journal of Democracy. 2012. Vol. 23. № 3. P. 46–54 (http://blogs.euobserver.com/popescu/files/2012/07/The-Strange-Alliance-of-Democrats-and-Nationalists.pdf); Satter D. The Threat of Russian Nationalism // FPRI E-Notes. 2012. April (www.fpri.org/enotes/2012/201204.satter.threat-russian-nationalism.pdf).

[3]Umland A. Post-Soviet «Uncivil Society» and the Rise of Aleksandr Dugin: A Case Study of the Extraparliamentary Radical Right in Contemporary Russia. Ph.D. in Politics. University of Cambridge, 2007 (www.academia.edu/2635113/Post-Soviet_Uncivil_Society_and_the_Rise_of_Aleksandr_Dugin_A_Case_Study_of_the_Extraparliamentary_Radical_Right_in_Contemporary_Russia_University_of_Cambridge_2007_).

[4]Idem. Restauratives versus revolutionäres imperiales Denken im Elitendiskurs des postsowjetischen Rußlands: Eine spektralanalytische Interpretation der antiwestlichen Wende in der Putinschen Außenpolitik // Forum für osteuropäische Ideen- und Zeitgeschichte. 2009. Vol. 13. № 2. S. 101–125 (www.academia.edu/205532/Restauratives_versus_revolutionares_imperiales_Denken_im_Elitendiskurs_des_postsowjetischen_Russlands_Eine_spektralanalytische_Interpretation_der_antiwestlichen_Wende_in_der_Putinschen_Aussenpolitik).

[5] www.facebook.com/groups/knbor/permalink/458823157522279.

[6]Laruelle M. Inside and Around the Kremlin’s Black Box: The New Nationalist Think Tanks in Russia. Institute for Security and Development Policy Stockholm Papers Series. 2009 (www.isdp.eu/images/stories/isdp-main-pdf/2009_laruelle_inside-and-around-the-kremlins-black-box.pdf).

[7]Челноков А. «Три богатыря» в форме Waffen-SS // Совершенно секретно. 2012. 2 июля (www.sovsekretno.ru/articles/id/3197/).

[8]Умланд А. Патологические тенденции в русском «неоевразийстве»: о значении взлета Александра Дугина для общественной жизни современной России // Вопросы философии. 2008. № 3. С. 74–83.

[9]Современная демократия как политический институт (www.floriangeyer.ru/lectures/sovremennaya-demokratiya-kak-politicheskij-institut).

Опубликовано в журнале:

«Неприкосновенный запас» 2014, №2(94)

Грузинские виноделы намерены снизить объем экспорта в Россию. Причиной такой стратегии является наличие возможных политических рисков.

Как сообщил «Коммерсанту» учредитель «Тбилвино» Зураб Маргвелашвили, компания продает в России 25% своей продукции и, исходя из политических рисков, не намерена увеличивать этот показатель.

«Несмотря на то, что у нас есть возможность экспортировать в Россию больше, мы не хотим оказаться в излишней финансовой зависимости от одного рынка. Кроме России, мы продаем продукцию в 30 стран мира. Наши крупные рынки, кроме России, – это Казахстан и Украина, хотя в последнее время экспорт в Украину сократился», - заявил бизнесмен.

В 2015 г. экспорт в Россию сократит и грузино-немецкая компания «Шухман уайнс». По словам гендиректора компании Нуцы Абрамишвили, решение принято с целью диверсификации поставок и ввиду нежелания компании зависеть от одного рынка.

«Тем более, если учитывать, что политическая ситуация в России является дополнительным риск-фактором. У нас уже есть опыт экономического эмбарго. Исходя из этого, нашей стратегией с 2015 г. будет экспорт на стабильные рынки и усиление продаж именно в таких странах», - заявила она.

О политических рисках российского рынка говорят и в компании «Телавский винный погреб».

По словам учредителя компании Зураба Рамазашвили, снижение курса российского рубля и украинской гривни создало грузинским экспортерам дополнительные сложности в конвертации прибыли, кроме того, объем продаж сократился.

«Все грузинские экспортеры должно отдавать себе отчет в этом. Впрочем, наша компания работает в режиме банковских гарантий, и в этой ситуации мы не намерены искусственно ограничивать объемы продаж», - заявил З.Рамазашвили.

Участников рынка удивила информация по рыбным торгам

ЗАО «Биржа «Санкт-Петербург» и ЗАО «Дальневосточная рыбная биржа» объявили о запуске «уникального проекта по биржевой торговле водными биоресурсами». Участники рынка недоумевают, почему их не ознакомили с этим проектом напрямую, и считают, что такой подход характерен скорее для пиара.

В пресс-релизе Дальневосточной рыбной биржи говорится, что проект осуществляется при поддержке Федерального агентства по рыболовству. «Работа рыбной биржи позволит дать выигрыш как производителям, так и потребителям рыбопродукции, будет способствовать установлению реальной рыночной цены на подобные товары», - считают авторы проекта.

Планируется, что основу составит система электронных торгов в рамках единой биржевой площадки. При этом участвовать в них смогут как дальневосточные производители рыбопродукции, так и предприятия из других, в том числе западных, регионов и стран АТР.

В ЗАО «Дальневосточная рыбная биржа» подчеркнули, что интерес к закупкам водных биоресурсов через систему электронных торгов уже проявили бизнес-структуры из Москвы и Санкт-Петербурга, Свердловской области, Приволжского и Южного федеральных округов, Крыма и СНГ (Грузии, Армении, Туркмении).

«Предполагается, что основу биржевых лотов составит лососевая рыбопродукция, добываемая дальневосточными рыбаками, прежде всего рыбопромысловыми компаниями Приморского края, Хабаровского и Камчатского краев, Сахалинской и Магаданской областей», - отмечено в пресс-релизе.

Как сообщает корреспондент Fishnews, участки рынка недоумевают, почему организаторы проекта не представили его на прошедшем накануне Дальневосточном научно-промысловом совете, где как раз обсуждалась подготовка к будущей лососевой путине.

«Если проект рыбной биржи настолько готов и к тому же поддерживается Росрыболовством, почему его авторы не выступили накануне на ДВНПС и не рассказали рыбакам напрямую о том, как они предлагают работать, а вместо этого предпочли общаться посредством пресс-релизов? Нам было бы интересно послушать из первых уст. Странная скромность», - комментирует президент Ассоциации добытчиков минтая Герман Зверев.

По мнению участников рынка, такой подход предназначен скорее для пиара, а не для бизнес-проекта. Отметим, что тема «О проработке правовых и организационных вопросов создания аукционных площадок (торговых бирж) и обязательной реализации водных биоресурсов на внутреннем и внешнем рынках через аукционные площадки» обсуждалась на заседании Межведомственной рабочей группы по противодействию незаконным финансовым операциям. «ФАС предлагала обсудить проект аукционной продажи уловов ВБР на заседании рабочей группы Минсельхоза, но пока такого заседания не было», - констатировал Герман Зверев.

ЕК приняла решение о выделении Молдавии и Грузии дополнительной помощи в сумме 30 млн. евро для поддержки внедрения соглашений об их ассоциации с ЕС.

Как отмечается в сообщении Еврокомиссии, эти средства помогут госучреждениям, гражданам и бизнес-сообществу двух стран воспользоваться выгодами и возможностями Соглашений об ассоциации с ЕС, в том числе, преимуществами доступа на европейский рынок.

В частности, дополнительная финансовая помощь для Молдавии предназначена для повышения конкурентоспособности малого бизнеса, разработки национального законодательства в соответствии с европейскими стандартами качества, продвижения экспорта и инвестиций, проведения информационных кампаний по Соглашению о зоне свободной торговли с ЕС.

6 мая 2014 г. / ИП «Инфомаркет»/

В январе-апреле 2014 года Грузия экспортировала 18,96 млн бутылок вина.

Согласно данным Национального агентства вина Грузии, за январь-апрель нынешнего года Грузия поставила в РФ 13,31 млн бутылок вина емкостью 0,75 л, что составило 70% от общего объема экспорта вин, пишет Alconews.Ru

Таким образом, РФ заняла первое место по объему импорта грузинских вин. За рассматриваемый период Грузия экспортировала 18,96 млн бутылок вина в 26 государств – это в 2 раза больше, чем за аналогичный период прошлого года.

Объем экспорта вин в стоимостном выражении составил 62,18 млн долл., что на 215% превышает показатель 2013 года.

Помимо этого Грузия экспортировала в 9 государств 4,38 млн бутылок бренди емкостью 0,5 л. Экспортная выручка составила 15,96 млн долл. (на 84% больше). Больше всего бренди было поставлено в Украину — 2,55 млн бутылок, а РФ оказалась на втором месте – в нее было поставлено 1,57 млн бутылок.

По результатам 2013 года РФ оказалась на первом месте среди импортеров грузинских вин — за ней следуют Украина, Казахстан, Белоруссия и Польша.

Кризис на Украине стал следствием выстраивания европейского мира по правилам, навязанным США, а также непонимания, что ни один крупный процесс в Восточной Европе не может происходить без участия России, сказал в четверг РИА Новости глава фракции "Центр согласия" в парламенте Латвии Янис Урбанович.

Унификация по-американски

По мнению Урбановича, политики в ЕС не понимают реалий Украины, общество которой фактически разделено на два лагеря: проевропейский и пророссийский. "Унификация европейского мира по вашингтонским лекалам и попытка решения застарелых проблем "кавалерийским наскоком" обернулась страшным уроком на Украине", — сказал собеседник агентства.

Он также отметил, что европейский проект "Восточное партнерство", запущенный в 2008 году для развития интеграционных процессов с шестью бывшими советскими республиками — Азербайджаном, Грузией, Молдавией, Украиной, Арменией и Белоруссией — по сути ставит эти страны перед выбором: или Россия, или Европа.

В ноябре прошлого года в Вильнюсе прошел саммит "Восточного партнерства", на котором Украина отложила подписание соглашения об ассоциации с ЕС, что дало старт затяжному кризису.

"Не нужно быть выдающимся аналитиком, чтобы понять очевидное — любой процесс в Европе невозможен без России. С географией ничего не сделаешь, и всякое действие, исключающее Россию, в конце концов, оборачивается против нее. Самый последний, но не единственный пример — программа "Восточное партнерство", которая после Вильнюса стала не просто бесполезной, а в нынешнем виде даже небезопасной для ее участников", — сказал Урбанович.

"Вильнюсское соглашение об ассоциации с Украиной поставило страну перед выбором, продемонстрировало пренебрежение историческими и социальными связями с Москвой. И ситуация вышла из-под контроля", — добавил латвийский законодатель.

Судьба "Партнерства"

Вместе с тем, собеседник агентства высказал мнение, что дальнейшая судьба европейского проекта по интеграции с бывшими советскими республиками может пойти по двум путям, один из которых — прямое участие в нем России, что фактически означает налаживание доверительного диалога между Москвой и Брюсселем.

"Восточное партнерство" может сжаться до формата переговоров с потенциальным участниками ЕС, а может и вырасти до новой доктрины, когда подготовка и "рисование" дорожной карты для будущих участников происходит в открытую при участии России", — сказал Урбанович.

По его мнению, именно такой вариант развития "Восточного партнерства" позволит создать общую экономическую зону от Лиссабона до Владивостока, за что на протяжении долгого времени выступает Россия.

Во время визита в Вашингтон во вторник министра иностранных дел Франции Лорана Фабиуса госсекретарь США Джон Керри заявил о нецелесообразности строительства для России двух десантных кораблей и о том, что он "пытается предотвратить его", сообщает The New York Times. Правда, сам Фабиус позже утверждал, что Керри не потребовал, чтобы Франция отменила продажу кораблей.

В то же время на минувшей неделе официальный представитель Госдепартамента Виктория Нуланд, выступая в Конгрессе США, заявила, что администрация Обамы "последовательно выражает недовольство по поводу этой сделки", — напоминает The New York Times.

Однако, по данным газеты, свое недовольство военно-техническим сотрудничеством Парижа и Москвы Белый дом начал высказывать значительно раньше — еще с 2009 года.

Издание ссылается на секретную дипломатическую переписку, обнародованную WikiLeaks. Согласно ей, в феврале 2009-го на закрытой встрече главы Пентагона Роберта Гейтса с министром обороны Франции Эрве Мореном Гейтс призывал французского коллегу отказаться от поставок кораблей, так как это "пошлет неверный сигнал и России, и нашим союзникам в Центральной и Восточной Европе", — пишет газета.

В свою очередь, Эрве Морен признал, что каждое судно класса "Мистраль", способное нести и войска, и вертолеты, "действительно является военным кораблем для расширения военного присутствия". Но при этом "задал риторический вопрос, как мы можем говорить России, что стремимся к партнерству, если не доверяем ей", — говорится в секретной дипломатической депеше, опубликованной WikiLeaks.

The New York Times приводит комментарий адмирала в отставке Джеймса Ставридиса, командующего войсками НАТО в 2009-2013 годах, который заявил, что "технологии и потенциал, которые содержатся в "Мистралях", не должны передаваться России, продолжающей угрожать своим соседям".

Эксперт по вооруженным силам России в Совете по внешней политике США Стивен Блэнк считает, что "поскольку вертолеты могут быть оснащены ракетами, корабли могут стать платформой для вертолетной ракетной атаки, а также того, что мы в США называем воздушной атакой, выбросом десанта с вертолетов или высадкой десанта".

По данным комитета сената США по разведке, каждый из кораблей может нести на борту 16 вертолетов, 4 десантных плавсредства, 60 единиц бронетехники, 13 танков и до 700 единиц живой силы.

"Если эти корабли будут доставлены в Россию, то они увеличат возможности российских военных в противостоянии со странами, которые сейчас кажутся наиболее уязвимыми, — черноморских государств Украины и Грузии, а также стран Балтии, которые являются членами НАТО", — пишет The New York Times.

В секретной депеше, раскрытой WikiLeaks, содержится мотивация сделки с французской стороны, ее экономическая логика. Кроме 1,2 млрд евро, которые выручит Париж, это и более тысячи рабочих мест в "больной" судостроительной отрасли Франции. Газета напоминает в этой связи об обещании президента Николя Саркози отказаться от участия в очередных выборах в том случае, если ему не удастся улучшить ситуацию с безработицей в стране.

В итоге в 2011 году контракт был подписан.

Сейчас по итогам встречи с Джоном Керри Лоран Фабиус заявил, что Франция будет принимать решение о судьбе сделки в октябре, заметив, что Париж нашел верный баланс между "диалогом и твердостью" в отношениях с Москвой.

The New York Times цитирует Twitter российского вице-премьера Дмитрия Рогозина, который написал, что "Франция начинает подрывать доверие к себе как к надежному поставщику" и что, "вероятно, наш коллега не знает о количестве рабочий мест, созданных во Франции, благодаря нашему партнерству".

Завершение поставки кораблей запланировано в 2016 году. Первый из них называется "Владивосток", второй — "Севастополь". Американское издание находит это символичным.

Комиссия по формированию и реализации государственной политики по эксплуатации воздушных линий Министерства инфраструктуры Украины на заседании 20 марта 2014 года приняла решение выдать ряду украинских авиакомпаний новые назначения на регулярные международные рейсы.

Как сообщила Интерфакс-Украина пресс-служба Мининфраструктуры, авиакомпания "Международные авиалинии Украины" (МАУ, Киев) получила назначения на направления Одесса-Барселона и Харьков-Ларнака.

Кроме того, авиакомпания "Днипроавиа" (Днепропетровск) получила право выполнять рейсы из Киева в Вильнюс, Ригу и Ростов-на-Дону а также из Днепропетровска в Кутаиси.

Авиакомпания "Авиалинии Харькова" (Харьков) получила назначения на маршруты из Киева, Донецка и Харькова в Монастир, и из Харькова в Барселону и Ларнаку.

Помимо этого, авиакомпания "Браво" получила право летать из Киева в Амман, Багдад и Дамаск.

Комиссия также приняла решение аннулировать ряд назначений у украинских авиакомпаний на регулярные международные перевозки. В частности у "Днипроавиа" отозваны назначения на рейсы из Симферополя в Москву и Вену и из Киева в Сочи.

Авиакомпания "Визз Эйр Украина" (Киев) лишилась назначений на маршруты Донецк-Лутон (Лондон) а также на выполнение рейсов из Киева в Ганновер и Стокгольм.

Кроме того, авиакомпании "ЮТэйр-Украина" (Киев) аннулированы назначения на рейсы из Киева в Братиславу, Тбилиси и Ригу, из Донецка в Тбилиси, Батуми, Санкт-Петербург, Рим, Бангкок, из Одессы в Тбилиси, Батуми, Бангкок и Дубай, из Харькова в Тбилиси, Батуми и Дубай, из Луганска в Ереван.

По внутренним полетам комиссия выдала лишь одно назначение - авиакомпании "Днипроавиа" на маршрут Киев-Харьков.

Военный корабль США Taylor прибыл 8 мая в грузинский порт Батуми, сообщает посольство США, пишет spacedaily.com 8 мая.

Визит объясняется как поддержка США союзников по НАТО «на фоне раскручивания спирали кризиса в Украине». «Присутствие американского военного корабля в Грузии подтверждает приверженность США укреплять связи с союзниками, а также партнерами альянса, такими как Грузия, для укрепления мира и стабильности в регионе», заявило посольство США.

Фрегат из состава 6-го флота ВМС США пробудет в Грузии три дня и проведет совместные учения с береговыми силами этой страны в Черном море. Недавно были завершены противолодочные учения с кораблями ВМС Румынии.

«Учения кораблей и самолетов подтверждают нашу бдительность и решимость от Балтийского до Черного моря. Мы будем укреплять безопасность НАТО», написал в своем твиттере генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен (Anders Fogh Rasmussen) в среду.

Противостояние Украины с Россией встревожило Тбилиси. Грузия потеряла часть своей территории в войне с Россией в 2008 году, и до сих пор «чувствует российскую угрозу».

Грузия стала страной-председателем Всемирной группы по торговле вином (WWTG). Передача председательства от США к Грузии состоялось на ежегодной межсессионной встрече WWTG в Брюсселе, сообщили корр. Black Sea Press в Национальном агентстве вина страны.

WWTG является неформальным объединением, целью которого является упрощение торговли вином между странами-членами организации, в которую входят США, Канада, Аргентина, Чили, Южная Африка, Австралия, Новая Зеландия и Грузия.

Как отмечает Минсельхоз Грузии, председательство в WWTG, в которую входят также Канада, Аргентина, Чили, Южно-Африканская Республика, Австралия, Новая Зеландия, возлагает на Грузию особую ответственность как на единственную представленную в ней европейскую страну.

На ежегодной межсессионной встрече было принято решение, что Грузия возглавит WWTG в течение одного года, включая апрель 2015 года.

Следующее пленарное заседание WWTG состоится 25-27 августа 2014 года в Тбилиси. Грузия в 2013 году экспортировала 46 млн 747 тыс. 800 бутылок виноградного вина.

По итогам встречи в Белом доме с канцлером Германии Ангелой Меркель объявлено о готовности ввести новые санкции в отношении России, если ситуация на Украине не стабилизируется до конца месяца. Союзники готовы ввести дополнительные санкции, если Москва помешает проведению президентских выборов на Украине 25 мая, заявил Обама в ходе совместной пресс-конференции с Меркель. В настоящий момент Еврокомиссия занимается выполнением указаний Белого Дома, идет разработка так называемых санкций третьей стадии. Кремль пока реагирует сдержанно, не поддаваясь на вызов начать обоюдную экономическую войну. Обе стороны просчитывают вероятные потери, обращаются к прогнозам негативного воздействия санкций на российскую экономику. Самым беспрецедентным примером экономического давления Запада до сих пор остается Иран, опыт сопротивления которого для нас приобретает сейчас ценнейшее практическое значение.

Санкции − инструмент ослабления «непослушных»

В отношении Тегерана санкции остаются основным враждебным аргументом Вашингтона. Спектр экономических санкций очень широк: от контроля над экспортом высокотехнологичных товаров до нефтяного эмбарго и блокирования международных расчетов. В настоящее время против Ирана действуют четыре санкционные резолюции Совета Безопасности ООН и многочисленные односторонние санкции США, по многим параметрам поддержанные Евросоюзом. Россия всегда считала, что все санкции, кроме принятых СБ ООН, являются незаконными, нелегитимными и наносящими прямой ущерб переговорам по ядерной программе ИРИ. Тем не менее, с точки зрения американской администрации иранское руководство настроено на заключение ядерной сделки исключительно благодаря беспрецедентному экономическому давлению на Иран. По этому поводу американский президент не без гордости отмечает: «Мы создали беспрецедентный режим экономических санкций, перекрыли Ирану возможности получать прибыль от продажи нефти. Иранская экономика за это время потеряла более 50% своего потенциала». В дальнейшем многое будет зависеть, как считает Барак Обама, от поведения Ирана, но «с точки зрения тактики очень важно проэкзаменовать иранцев». Несмотря на успешное продвижение переговоров по иранской ядерной программе искушение проверить новую дипломатию Ирана «на излом» у Белого Дома остается.

На фоне искреннего желания иранского руководства закрыть свое ядерное досье на переговорах с «шестеркой» Министерство финансов США ввело новые карательные меры против ряда компаний и физических лиц Ирана. Ранее президент Обама подписал в одностороннем порядке закон об ужесточении экономических санкций против Ирана, который не отменен. Основные параметры экономического давления на Тегеран остаются неприкасаемыми. США, как и прежде, будут бороться за обеспечение соблюдения эмбарго на импорт иранской нефти, введенного США и Евросоюзом. В США остается в силе запрет для американских предпринимателей на ведение бизнеса практически со всем нефтяным сектором Ирана, а также его судоходными и страховыми компаниями. Для всех союзников Вашингтона не снимается барьер на пути любых финансовых операций, включая торговлю ценными бумагами и золотом, с иранскими учреждениями, в том числе Центральным банком страны.

Как видно, практически все наиболее жёсткие торговые и финансово-экономические санкции, наложенные на Иран без согласия Совета безопасности ООН странами ЕС и США, остаются в силе, а со стороны американцев еще и усиливаются. У президента Обамы есть свой план реагирования на иранские предложения в ходе переговоров по ядерной проблеме. Американские уступки, по его твердому убеждению, не должны нанести ущерб для санкций, без которых внешняя политика США просто немыслима. На примере Ирана можно смело делать вывод о том, что у американских санкций сложилась долгая история, и можно говорить, что они живут уже собственной жизнью, являясь неотъемлемой частью противостояния Ирана с Соединенными Штатами и их союзниками.

Можно без сомнений говорить о том, что, родившись в первые месяцы Исламской революции, лишившей Белый дом его влияния в Иране, санкции против Тегерана не прекращались ни на один день. То, что Иран во главе с исламским режимом выстоял под нажимом экономического давления и сумел, несмотря на запреты и ограничения, тормозящие его развитие, остаться в числе региональных лидеров, представляет собой главное свидетельство недостаточной эффективности американских санкций в целом и умения Ирана их обходить. Хотя, если бы санкций не было, то трудно предполагать, насколько мощнее была бы в экономическом и военном отношении ИРИ сейчас. У Москвы также не должно быть сомнений в том, что американская кампания по принуждению своих европейских союзников поддержать экономическую войну против России имеет стратегический замысел ослабления России.

Украина − лишь повод для введения санкций

Замалчивая свое поражение в Крыму, ставшего на пути американской стратегии сдерживания России на ее же ближних рубежах, американцы не отказываются от вариантов дальнейшей конфронтации, пытаясь изолировать Москву. Тот же самый прием Вашингтон всегда применял и против Ирана, объявив эту страну международным изгоем. Ядерная программа Тегерана для Америки была и остается поводом для перетягивания на свою сторону международного сообщества. В этих же целях американская дипломатия продолжает спекуляции на тему поддержки иранцами терроризма и нарушения прав человека. Ложь и истерия в оценках намерений Ирана стала нормой западных СМИ. Американцам хотелось бы разговаривать с иранским руководством не как с партнерами, а как с послушными марионетками.

На Украине сейчас это получается, там к власти Вашингтон привел хунту, способную даже на войну с собственным народом. На фоне кровавых преступлений Киева и сотен погибших, искалеченных и брошенных в тюрьмы несогласных с режимом украинцев о соблюдении прав человека речи нет. Все происходит по американским сценариям. В Иране у США ничего подобного не получилось. Сейчас по многим параметрам ИРИ с точки зрения политики, безопасности, обороны за послереволюционный период превратилась в мощнейшее государство Ближнего Востока со значительным международным влиянием, которое признается как друзьями, так и врагами Тегерана. Иран выстоял, сломить и изолировать страну не удалось. Его пример крайне поучителен тем, что Америка и ее главные союзники серьезно заблуждаются насчет своего всесилия.

После того, как «большая семерка» объявила о выходе из «восьмерки», был брошен лозунг о том, что Россия оказалась в международной изоляции. Американцы предприняли попытку закрепить это ложный тезис при голосовании на Генеральной Ассамблеи ООН. Опять не получилось. Иран и десятки других стран осуждать Москву не стали. В этой связи министр иностранных дел России Сергей Лавров напомнил Вашингтону: «Изоляция – это термин, придуманный нашими западными партнерами, которые пытаются действовать, исходя из неоимперских ностальгических амбиций. Чуть что не так и не по их, они сразу хватаются за санкционную «дубинку». Время для этого уже прошло». Правда, Запад остается на своих гегемонистских позициях. Кроме санкций широко используются и другие методы диктата: «выкручивание руки», шантаж, угрозы и др. Поэтому число стран, поддерживающих американские односторонние санкции, не должно вводить в заблуждение. Стремление Белого дома представить Россию виновной за происходящее на Украине не находит поддержки у международного сообщества. На стороне Вашингтона лишь сателлиты США, даже у стран НАТО на национальном уровне нет единства.

Среди присоединившихся всегда много стран, вынужденных делать громкие заявления в поддержку США, но не имеющих реальных рычагов воздействия на экономику, будь то России или Ирана. К примеру, Республика Молдова присоединилась к санкциям ЕС против России. Так в этой стране даже в названии внешнеполитического ведомства указана политическая ориентация государства: «Министерство иностранных дел и европейской интеграции». Вся дипломатия официального Кишинева выстраивается на антироссийской платформе, включая и мечты о членстве в НАТО. Подобным же образцом «санкционного угара» можно оценивать решение Латвии о приостановлении военного сотрудничества с Россией или прекращение Канадой военного сотрудничества с Москвой. То, что Канада в санкционном порыве всегда стремится быть впереди даже Америки, и Ирану хорошо известно. Правда, Тегеран всегда отвечает жестко всем, не оставляя без внимания враждебные выпады в свой адрес. Представляется, что Москве есть чем ответить и Кишиневу и Риге, выживающим во многом благодаря экономическим связям с Россией, а не с Америкой или Европой.

В ответ на санкции необходим союз с Ираном

Американская администрация на фоне украинского кризиса пытается представить Иран страной, якобы стремящейся использовать противоречия между Россией и Америкой в своих интересах. Распространяются вымыслы о готовности Тегерана обрушить в ущерб интересам России цены на нефть и заменить российский газ в Европе. Вашингтон реально напуган возможностью ответных мер Кремля на иранском направлении и пытается не допустить решительного разворота Москвы в сторону Тегерана.

Россия в условиях обострения отношений с Западом должна находить новых партнеров в сфере мировой безопасности, и таким партнером может быть Иран. В Белом доме, имея в виду членство Украины в НАТО, считают, что президент Путин хочет создать «новый миропорядок», отрицающий принцип, согласно которому «страны обладают свободой выбирать альянсы». Американский сценарий уже написан: принять в члены НАТО Украину, Молдавию, Грузию и Азербайджан. Беря Россию в военную блокаду, создавая новые плацдармы у российских границ, Вашингтон отстаивает свою «свободу выбирать альянсы». Стратегический союз России и Ирана может заставить Вашингтон ощутить последствия своей украинской авантюры далеко за пределами Восточной Европы. Речь идет даже не о какой-то «геополитической мести» американцам, здесь уместно говорить о последовательной защите Россией своих национальных интересов совместно с государством, испытывающим потребность избавиться от диктата США.

У американцев нет никаких других сценариев, кроме злобного неприятия российско-иранского сотрудничества, обе наши страны не подвержены давлению США и не позволят разговаривать с собой с позиций силы. И, наверное, первое, что здесь могла бы сделать Москва, − это отобрать у Белого дома рычаги давления на Тегеран, разрушить американскую конструкцию антииранских санкций. Ведь Россия подписалась только под санкциями Совбеза ООН, а односторонние ограничения, принятые США, Евросоюзом и другими странами под давлением США, считает противозаконными. Уже по одной этой причине возвращение России к полномасштабному военно-техническому сотрудничеству с Ираном абсолютно правомерно. Эффектным, главное разумным шагом в этом плане может стать срочные поставки в Иран как минимум четырех дивизионов комплексов С-300, тем более данная оборонительная система под санкции ООН не подпадает. Пора наконец-то задаться вопросом: почему американцы вооружают десятки стран мира, в том числе и Саудовскую Аравию на десятки миллиардов в год, а Москва до сих пор опасается вернуться к выполнению своих обязательств перед Тегераном в сфере ВТС? Она все еще опасается чего-то и кого-то? Ведь более чем очевидно, что отказ от контракта с Ираном по С-300 не только не дал нам никаких выгод, но и Россия понесла огромные моральные и имиджевые издержки. Пример Украины более чем убедительно доказывает неизменность враждебной антироссийской политики Америки.

************

В расширенный санкционный список Запада чуть ли не ежедневно попадают новые российские банки и компании. В США на самом высоком уровне все громче раздаются голоса о том, что необходимо лишить российские финансовые институты доступа на западные финансовые рынки, вводить санкции против ключевых сегментов российской экономики и даже «запретить Аэрофлоту приземляться в американских аэропортах». Таково стратегическое мышление американских политиков. Речи о выстраивании равных партнерских отношений с Москвой не идет. Белый Дом свою экономическую войну против России начал. Новостная лента стала, по сути, сводкой враждебных действий Америки: США прекращают сотрудничество с Россией в космической сфере, США заморозили сотрудничество с РФ по мирному атому, российским физикам закрыли доступ в США, американцы приостановили сотрудничество с РФ в сфере борьбы с наркотиками и т.д. Одни за другими, чуть ли не ежедневно, раздаются призывы из Вашингтона ужесточить меры давления на Москву. Нет сомнений в том, что американцы преследует собственные экономические цели. Санкции сегодня используются США чаще, чем традиционное дипломатическое давление, операции спецслужб, военные действия или угроза применения оружия. И в этом плане у Ирана есть успешный опыт противостояния давлению Запада, который должен быть востребован Москвой.

Редакционная статья Iran.ru

28 апреля в г.Баку (Азербайджан) состоялась пресс-конференция ПАО "АК "Днеправиа", посвященная открытию нового рейса Днепропетровск-Баку-Днепропетровск.

В пресс-конференции принял участие Директор по коммерческим и административным вопросам авиакомпании Днеправиа Сергей Посылаев, официальный представитель авиакомпании в Азербайджане Азиз Алиев (ООО "Реформ"), а также Заместитель Посла Украины в Азербайджане Рустам Рустамов.

"Компания Днеправиа давно получала предложения от азербайджанской диаспоры в Днепропетровске о начале прямого оперирования на линии Днепропетровск-Баку. И наконец, в этом году мы, несмотря на экономическую ситуацию, приняли решение о начале полетов" - говорит Сергей Посылаев. 17 мая 2014 года запланирован первый рейс Днеправиа сообщением Днепропетровск-Баку-Днепропетровск.

"Открытие рейсов Днепропетровск-Баку-Днепропетровск является стратегически правильным шагом в правильное время" - утверждает господин Рустам Рустамов.

По данным Заместителя Посла Украины в Азербайджане Рустама Рустамова основная часть азербайджанской диаспоры в Украине сосредоточена в Центральном и Восточном регионе страны. Это объясняется широкими деловыми и культурно-гуманитарными связями между регионами. Также наблюдается рост числа студентов из Азербайджана, которые обучаются в украинских ВУЗах. Таким образом, новый рейс Днеправиа сделает "путь домой" для представителей диаспоры более коротким, комфортным, и доступным.

В последние годы отмечается положительная динамика роста туристических потоков между странами. При этом по данным статистики пограничной службы Украины за 2013 год количество граждан Азербайджана, посетивших Украину все еще в 5 раз больше, чем украинцев, посетивших Азербайджан. Не смотря на давние связи между странами, украинцы сегодня заново открывают для себя эту страну. На сегодняшний день Республика Азербайджан, расположенная на стыке Европы и Азии на побережье Каспийского моря - это активно развивающееся туристическое направление, 9 из 11 климатических зон, горящие горы и целебная нефть, фантастическая современная архитектура, красивейшая природа и традиционное Азербайджанское Гостеприимство с большой буквы.

Прямые рейсы из Днепропетровска в Баку будут удобны как жителям Днепропетровской области, так и ближайших Харьковской, Донецкой, Запорожской, Полтавской, Кировоградской областей.

Рейсы сообщением Днепропетровск-Баку-Днепропетровск будут выполняться по субботам: вылет из Днепропетровска в 10:15, вылет из Баку в 15:45. При положительной динамике спроса возможно увеличение частоты выполнения рейсов до 2 раз в неделю с вводом рейсов по вторникам. Время в полете - 2 часа 30 минут.

Стоимость билетов на данный рейс составит около 350$ туда и обратно.

До конца мая Авиакомпания планирует получить назначение на осуществление рейсов сообщением Харьков-Баку, соответственно открытие рейсов на этом направлении будет возможно уже в июне этого года. При наличии спроса возможно открытие рейсов также из Днепропетровска в регионы Азербайджана.

Страны Кавказа являются традиционным направлением культурного, рекреационного, горнолыжного и пешеходного туризма, семейного туризма, налажены широкие деловые и культурные связи между Украиной и странами Кавказа. Для их поддержки авиакомпания Днеправиа в этом году уже открыла регулярное авиасообщение между Днепропетровском и городами Грузии - Тбилиси и Батуми.

Заместитель министра нефти по международным вопросам Али Маджеди в ходе пресс-конференции заявил о готовности Ирана обеспечивать потребности европейских стран в газе путем поставок голубого топлива по трубопроводам или в виде сжиженного природного газа (LNG). По его словам, вопрос о поставках иранского газа в Англию, Германию и Францию обсуждался еще при президенте Хатами, однако тогда никаких результатов достигнуто не было.

Али Маджеди уточнил, что трубопроводные поставки иранского газа в Европу могут осуществляться по трем маршрутам: через территорию Турции, через Ирак, Сирию и Ливан и через Армению, Грузию и Черное море. Что касается действующего трубопровода, по которому иранский газ сегодня поставляется в Турцию, то его пропускная способность не достаточна для экспорта голубого топлива в Европу, и поэтому необходима прокладка нового трубопровода.

Как подчеркнул заместитель министра нефти, для реализации программы по поставкам иранского газа в Европу потребуется время, и с начала практических работ до получения первых результатов пройдет как минимум три года.

Указав на то, что события на Украине и разногласия между Россией и Европой никак не повлияют на поставки иранского газа на европейский континент, Али Маджеди подчеркнул, что это – право Ирана и Европы заключать подобного рода сделки.

Коснувшись вопроса о поставках иранского газа в Индию, Али Маджеди отметил, что индийское правительство отказалось от использования газопровода «Мир», который должен проходить по территории Пакистана, и недавно ряд индийских компаний выступил с предложением о прокладке трубопровода для поставок газа из Ирана в Индию по дну моря. В этой связи на данный момент проводятся предварительные переговоры по поводу такого варианта поставок газа в Индию.

В конце пресс-конференции заместитель министра нефти коснулся вопроса о планах министерства нефти Ирана возобновить своповые поставки нефти из соседних с Ираном стран. Он, в частности, отметил, что Иран готов к таким поставкам и соответствующие переговоры уже проводились с Казахстаном. О своей готовности к своповым поставкам нефти через территорию Ирана, пока еще в устной форме, заявляет и Туркменистан.

Россия может вскоре осведомиться у Интерпола, как идет рассмотрение материалов об объявлении в международный розыск лидера "Правого сектора" Дмитрия Яроша, сообщил РИА Новости в среду знакомый с ситуацией источник.

Националист Ярош, баллотирующийся в президенты Украины, был заочно арестован в России по обвинению в призывах к терроризму после того, как обратился к главарю чеченских террористов Доку Умарову с просьбой о поддержке.

Россия в апреле попросила Интерпол объявить Яроша в международный розыск. Тем не менее, досье на лидера одного из наиболее одиозных националистических объединений Украины на сайте международной полиции пока не появилось.

Сроки не ограничены

"Сам Интерпол не ограничен в сроках рассмотрения документов об объявлении в международный розыск. В свою очередь российские правоохранительные органы имеют право периодически запрашивать решение Интерпола до тех пор, пока фигурант либо не появится в базе, либо не будет получен официальный отказ", — пояснил собеседник агентства.

Просьбы к Интерполу объявить то или иное лицо в международный розыск не всегда приводят к желаемому для силовиков результату.Так, Россия ранее направляла в международную полицию материалы на грузинского политика Гиви Таргамадзе, которого СК РФ считает организатором беспорядков в ходе протестных митингов в Москве.

Позднее Таргамадзе объявил, что Интерпол изъял из своей базы данных просьбу России о его задержании.

Как обрабатываются запросы

Процедура объявления в международный розыск такова: поручение передается из Генпрокуратуры в национальное бюро Интерпола, откуда поступает в штаб-квартиру в Лионе (Франция). Генсек Интерпола сам выносит решение об извещении государств — членов организации о розыске конкретного лица.

Сначала в Интерполе вопрос об объявлении в розыск изучается. Если нет оснований для отказа (то есть человек действительно разыскивается на родине за уголовное преступление и скрывается от правоохранительных органов), — запрос удовлетворяется.

Международный розыск лиц, обвиняемых в совершении преступлений, носящих политический, военный, религиозный или расовый характер, Интерполом не осуществляется.

Если государство-инициатор объявления международного розыска обвиняемого не соблюдает этот пункт, Генеральным секретариатом Интерпола может быть в одностороннем порядке принято решение об отказе в международном розыске и исключении сведений о розыске лица из учетов Интерпола.

Дело Яроша

В среду стало известно, что российские следователи продлили срок расследования уголовного дела в отношении Яроша и других деятелей украинского националистического движения. Следствие считает, что эти люди участвовали в боях против федеральных сил в Чечне.

Еще одним фигурантов уголовного дела в России был другой известный украинский националист Александр Музычко (Сашко Билый), погибший в ходе спецоперации силовиков из Киева.

По данным СК РФ, во время войны в Чечне он зверски пытал пленных российских военнослужащих, после чего убивал — на его счету жизни не менее 20 пленников.

23-25 апреля молдавские винодельческие предприятия с обоих берегов Днестра впервые представили свою продукцию под единым брендом "Wine of Moldova" в Праге (Чехия), на международной специализированной выставке "Vino & Delikatesy".

Их участие было организовано Торгово-промышленной палатой РМ с финансовой помощью программы "Поддержка мер по продвижению доверия" (на средства ЕС и Программы развития ООН) для продвижения молдавских производителей на рынке Евросоюза и установления новых деловых контактов. На стенде площадью 48 кв. м разместились 15 компаний, в том числе и малые производители, - "Lion-Gri", "Chateau Vartely", "Cimişlia", "Barza Albă", "Ampelos", "Vinaria Nobila", "Crescendo", "Equinox", "Ilie Gogu", "Iurco Roman Petru", "Renaissance Perfect", "Kvint", "Букет Молдавии", "Stroent" и "Evrosad". Поддержать отечественные предприятия пришел президент РМ Николае Тимофти во время своей рабочей поездки в Чехию.

По словам директора Национального бюро винограда и вина Дмитрия Мунтяну, бюро подключилось к этому проекту, когда он уже был запущен (до создания НБВиВ). Бюро предложило оформить стенд с элементами и в стилистике бренда "Wine of Moldova" - ярко и заметно.

Пражская выставка "Vino & Delikatesy" рассчитана не только на специалистов. Первая половина дня ее работы открыта для профессионалов, а во второй — для широкой публики. Довольно много потребителей приходят продегустировать алкогольную продукцию и поинтересоваться новинками. Многие наши компании встретились там со своими партнерами. Все участники отметили, что на этой экспозиции лучше участвовать вместе со своими импортерами/дистрибьюторами либо организовывать мероприятия непосредственно для потребителей.

- Мы воспользовались тем, что на выставке есть коллективный стенд под брендом "Wine of Moldova" и постарались донести информацию о винном бренде страны и новом имидже молдавских вин посетителям стенда и на организованных презентациях. Поскольку первый день выставки традиционно посвящается местным винам (из Моравии), второй официально был назван Днем молдавских вин (в прошлом году отдельные дни посвящались австрийским и болгарским винам. - Прим. авт.). Кстати, молдавская продукция также была представлена и на стенде компании-импортера "Moldvin CZ" (от его партнеров). Эти два стенда были самыми заметными на выставке. В этот день мы провели две презентации. Одну - в Торгово-промышленной палате Чехии.

Вторую — в выставочном комплексе, в арендованном зале, где представили прессе, работникам HoReCa и дистрибьюторам (всего было 25 человек), информацию о молдавском виноделии, о коллективном бренде, рассказали, как мы собираемся его развивать и подали для дегустации вина, соответствующие уровню качества, которое будет продаваться под "Wine of Moldova". Для этого мы взяли для дегустации продукцию из выставленной на стенде, чтобы человек, попробовав ее на мастер-классе, потом мог подробнее познакомиться с более широкой гаммой вин или дивинов каждого предприятия. В мастер-классе, который вел редактор чешского журнала "Sommelier" Любош Барта, участвовала отобранная им продукция от "Cimislia", "Lion-gri", "Chateau Vartely", "Crescendo", "Vinaria Nobila", "Ampelos", "Equinox", "Vinaria-Tiganca" (со стенда "Moldvin CZ"), "Barza alba" и "Kvint".

Любош Барта был приглашен не случайно, т. к. он много раз бывал в Молдове и хорошо знает наши вина, его мнение считается авторитетным в Чехии. Он делился с присутствующими своими впечатлениями о нашей стране, давал советы о том, что посмотреть во время поездки в Молдову, и рекомендации по винам. В общем, г-н Барта хорошо выступил в роли нашего винного посла. После презентации ко мне подошел владелец винотеки, в которой продаются молдавские вина (в основном, полусладкие и "Кагоры"), и сказал, что был удивлен уровнем качества наших сухих вин. Один из присутствовавших сообщил о том, что задумался над тем, чтобы посетить Молдову после рассказа Любоша и дегустации вин, которые его впечатлили. И другие участники очень хорошо отзывались и говорили о своем желании работать с такими винами. Для нас было важно "бросить" информацию, которая бы расходилась, как круги по воде, чтобы люди друг другу рассказывали о том, что они узнали и попробовали новые молдавские вина. То, что люди говорят друг другу, у них вызывает больше доверия, чем прямая реклама. Поэтому любой контакт для нас очень важен.

В продолжение этой темы мы хотим организовать пресс-тур для чешских журналистов и, если удастся, привезти съемочную группу, чтобы снять фильм для показа на одном из чешских телеканалов. Мы уже работаем над планом дальнейших действий. В частности, хотим провести в Праге, в просторном зале, более обширную презентацию молдавских вин для специалистов, подключив для этого местное PR-агентство (нужно будет провести тендер для его отбора). Ведь Чехия для нас была и остается одним из важных рынков, где благоприятно воспринимают молдавские вина. Несмотря на то, что они в Чехии в первую очередь ассоциируются с "Кагорами", тем не менее на наши сухие высококачественные вина отклики самые положительные.

Чешский рынок перспективен для молдавских вин также благодаря тому, что собственное винное производство покрывает потребности местного рынка всего лишь на 40%, остальное удовлетворяет импорт, что нас не может не радовать. Наша задача — прочно закрепиться на этом рынке и не отдать ни пяди полочного пространства виноделам из других стран, поэтому будем работать с чешскими потребителями. Видимо, осенью, с привлечением местных специалистов, организуем мероприятие для потребителей типа "Вернисажа молдавских вин". По программе продвижения в тех же винных бутиках, где продается молдавская продукция, будем подавать информацию о Молдове по примеру грузинских производителей в США, где они на полки со своей продукцией вставляют карты, на которых обозначено расположение их страны и немного информации о ней и винных регионах. Такие вещи не стоят больших денег, но вот их размещение потребует серьезной подготовительной работы. Потребители ценят подобный интерактив, делая свой выбор. Когда покупатель, благодаря этому, что-то узнает о Молдове, он хотя бы из любопытства приобретет бутылку вина.

Аналогичные программы мы готовим и по другим странам - Польше и США. В ноябре будем участвовать в выставке в Китае "ProWein Shanghai" (уже заказана выставочная площадь — 120 кв. м). Из последних моих бесед с виноделами делаю вывод о том, что у них есть большие ожидания от деятельности бюро, и всё о чем я просил - немного терпения, дать нам время на подготовку. Запустить какую-то программу и просто "освоить фонды", конечно, нетрудно. Мы хотим, чтобы наши виноделы почувствовали осязаемый эффект от работы Национального бюро винограда и вина. Но для этого необходимо многое грамотно спланировать, подготовить нужные материалы, чтобы от вложенных средств эффект был максимальным, - полагает Дмитрий Мунтяну.

- "Vino & Delikatesy" предназначена для участия компаний, у которых уже есть дистрибьюторы или, как минимум, импортер, т. к. из потенциальных клиентов туда, в основном, приходят представители сегмента HoReCa, которые заинтересованы в качественных продуктах. Но они не могут сами их импортировать. Наилучший вариант участия в этой выставке, с учетом ее специфики, - выступить в тандеме "импортер-производитель". Наша компания работает с двумя импортерами полусухих и полусладких вин, но мы хотим также продвинуть на рынке Чехии и сухие высококачественные вина, для чего нам нужен импортер.

На мастер-классе, который провел Любош Барта по высококачественным винам, мы получили позитивный "feedback" по своей продукции. Но пока это — на уровне восприятия, а на уровне потребления еще надо поработать. Мы этим займемся с импортером. Такая работа может занять год-полтора, пока будет виден какой-то результат в продажах. С Чехией мы работаем уже лет пять-шесть, поставляя полусухие и полусладкие вина, и ежегодно отмечаем увеличение экспорта примерно на 10-15%, благодаря активности наших партнеров. Один из них работает с ритейлом, а другой — с оптовиками, достаточно хорошо продвигая вина "Chateau Vartely".

В последние годы культура потребления в этой стране заметно повысилась, все больше растет интерес потребителей к сухим винам. Если раньше вообще не с кем было вести речь о поставках такой продукции, то теперь мы увидели интерес и со стороны рестораторов к нашим сухим винам, и со стороны отельеров. На выставке мы получили контакты тех, кто заинтересован в сотрудничестве, передадим их нашим импортерам, - говорит коммерческий директор компании "Chateau Vartely" Людмила Гогу.

Кто на очереди после Украины

Украина все глубже погружается в состояние гражданской войны. Многие российские политики, политологи, экономисты оценивают происходящее как кризис украинской государственности. Они правы, но лишь отчасти.

На самом деле процессы, происходящие на Украине, — это прямой вызов для Казахстана, Азербайджана, Грузии, Армении, Молдавии, Узбекистана, Таджикистана, Киргизии, Туркменистана. В каждой из этих стран в большей или меньшей степени существуют предпосылки для организации Западом переворота по образцу Евромайдана. А в том, что Вашингтон и его союзники не ограничатся Украиной, сомневаться не приходится.

Национальный вопрос

И в Российской империи, и в Советском Союзе немало было сделано для развития национальных культур.

Например, вожди славянофилов активно поддерживали творцов украинской идеи — Тараса Шевченко и Пантелеймона Кулиша. В советское время были изданы полные собрания сочинений Тараса Шевченко и Ивана Франко. Огромная поддержка оказывалась молодым украиноязычным писателям, поэтам, композиторам, ученым. Массовыми тиражами выходили работы Олеся Гончара, Павла Загребельного и других. Сходная ситуация наблюдалась во всех национальных республиках единой страны.

В независимой Украине очень много говорилось о национальной идентичности. Но не нашлось ни денег, ни желания хотя бы выпустить запланированный дополнительный том к изданному во времена УССР полному собранию сочинений Шевченко. Политики и олигархи предпочитали грабить свою страну, а не выделять средства на поддержку новых талантов в сфере культуры и науки.

Во времена Советского Союза на Украине резких противоречий между западом и востоком страны не было. Треть жителей Львова составляли этнические русские — в основном инженеры, учителя, ученые. Жители Донбасса и Крыма любили отдыхать на Карпатах. Галичане, в свою очередь, с удовольствием ехали загорать на пляжах Одессы и Крыма, знакомились с местными памятниками истории и культуры.

Раскол начался, когда в годы перестройки представители украинской диаспоры, живущие в Канаде и США, стали массово ввозить в страну националистическую литературу, создавали радикальные группировки, разжигали ненависть к России. В результате в 1990 году с Западной Украины начали активно вытеснять русскоязычных жителей. И сегодня во Львове осталось лишь 4% этнических русских.

Каждый новый украинский президент (и Кравчук, и Кучма, и Ющенко, и Янукович) по тем или иным причинам поддерживал националистические, русофобские настроения. В результате за 23 года разные политические силы настолько раскачали некогда процветавшую страну, что привели ее к фашизму и гражданской войне.

Никогда нынешнее поколение жителей Донбасса, Одессы, Харькова не простит галичанам кровь, пролитую на юго-востоке страны. Не поверят они, что можно мирно жить в одной стране вместе с Львовом и Ивано-Франковском. Никогда и нынешнее поколение галичан не избавится от привитых им за годы независимости нацистских идей. Не будут они уже относиться к донецким шахтерам и металлургам как к людям.

Но самое опасное, что это может повториться в других странах, бывших советских республиках: в Азербайджане, Армении, Грузии, Молдове, Белоруссии, Казахстане или других центральноазиатских республиках.

В Российской империи и в Советском Союзе очень осторожно подходили к национальному вопросу. Именно поэтому армяне спокойно и дружно жили рядом с азербайджанцами, жители Приднестровья — с молдаванами, киргизы и таджики — с узбеками, русские — с казахами и украинцами.

Но после формирования независимых государств многие политики на постсоветском пространстве изменили этому подходу и стали поощрять националистические настроения.

В Грузии при Гамсахурдиа и Саакашвили господствовал этнический национализм. В Белоруссии — экономический. Выступая с публичными обвинениями относительно российской торговой и внешней политики, Александр Лукашенко формирует в сознании белорусов образ нового врага — России. Своими выступлениями против федерализации Украины и одобрительными высказываниями в адрес Турчинова он наносит удар жителям юго-востока Украины. Янукович и Азаров в течение 3 лет вели активную антироссийскую кампанию в газовом вопросе, что способствовало росту ультранационалистических идей.

Российские лидеры не позволяли себе подобных выпадов в адрес братских стран.

США как угроза всем постсоветским государствам

Между тем взаимная вражда выгодна Вашингтону, который действует по принципу "разделяй и властвуй".

США использовали подобную тактику еще в годы Первой мировой войны, продавая вооружение и продовольствие обеим сторонам и тем самым способствуя углублению конфликта.

В итоге, если США накануне 1914 года были должны европейским странам (на начало XX века этот долг составлял около 3 млрд долларов), то в 1919 году США стали основным кредитором Европы: размер займов европейским странам превысил 11 млрд долларов. При этом общая чистая прибыль американских монополий за 1914-1919 годы составила около 34 млрд долларов.

Ситуация повторилась в годы Второй мировой войны. Оружие, боеприпасы, продовольствие и сырье по программе ленд-лиза на общую сумму в 50 млрд долларов были отправлены в адрес Великобритании, СССР, Франции и Китая. Кроме того, программа ленд-лиза предполагала, что переданное в ее рамках имущество, оставшееся после войны, будет оплачено полностью или частично на основе предоставленных США долгосрочных, как правило, беспроцентных, кредитов. То есть немедленного и резкого обогащения во время Второй мировой войны корпорациям США не удалось добиться.

Однако страна получила поток частных капиталов, убегавших из Европы, плюс золотые запасы нескольких европейских стран, оказавшиеся в хранилищах Форт-Нокса. Сразу после окончания войны США стали предоставлять Европе займы уже на жестких условиях — вроде обязательства тратить их только на покупку американских товаров. В итоге, пока разрушенная Европа залечивала раны, Америка стала экономическим, финансовым и технологическим лидером мира.

При этом еще в годы Первой мировой войны Вашингтон проводил политику поощрения национализма на евразийском пространстве. В проекте мирного договора, подготовленного американским президентом Вудро Вильсоном, (так называемые "14 пунктов Вильсона"), который впоследствии лег в основу Версальского мирного договора, впервые открыто ставилась цель разрушить государства (например, Османскую империю) путем разделения их на мелкие национальные государства.

В новейшей истории США продолжили поощрять сепаратизм и национализм на территории СССР, Югославии, на Украине. Сталкивать между собой, разрушать изнутри государства на постсоветском и в целом евразийском пространстве, списывая в результате свои многочисленные долги, — эту тактику Вашингтон последовательно продолжает и сегодня.

Острие удара при этом направлено на Россию, единственное государство, посмевшее бросить открытый вызов политике нынешней американской администрации. Но попытки взорвать ситуацию изнутри, используя белоленточную оппозицию, закончились неудачей. Потому сейчас для воздействия на Россию используется ее периметр. И следующие после Украины цели, как мне представляется, — это Грузия, Армения, Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Узбекистан, Таджикистан. Обезопасить себя от разрушительного американского влияния они смогут, только если полностью исключат политический и экономический национализм, предоставят национальным общинам (русским, армянам, азербайджанцам, осетинам, абхазам, таджикам, узбекам, киргизам) гарантии культурно-национального развития; в странах, где присутствуют крупные русскоязычные общины, повысят статус русского языка до официального или государственного, и, наконец, будут относиться к России как к союзнику.

Никакие односторонние уступки не защитят эти страны от разрушительного влияния Вашингтона. Подобные уступки не помогли Януковичу. Да и ранее американцы в случае геополитической необходимости предавали своих ближайших союзников. Так было с Нго Динь Зьемом, Мануэлем Норьегой, Фердинандо Маркосом, Аугусто Пиночетом, и вряд ли что-то изменится в ближайшем будущем.

Украина. США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 5 мая 2014 > № 1068688

Исламская Республика готова способствовать достижению мира и дружбы между государствами Южного Кавказа. Об этом, в ходе совместной пресс-конференции с министром иностранных дел Армении Эдвардом Налбандяном, заявил глава иранского внешнеполитического ведомства Джавад Зариф.

По мнению иранского министра, отношения Тегерана и Еревана строятся сейчас на основе общих интересов и близости позиций по региональным и международным проблемам. Как стало известно Iran.ru, два министра обсудили развитие взаимодействия Ирана и Армении в сфере экономики и культуры, а также расширение межпарламентских связей.

В частности, Зариф и Налбандян коснулись таких вопросов, как сотрудничество в банковской и энергетической сфере, а также грузоперевозках. Напомним, что Иран является, наряду с Грузией, для Армении коридором, соединяющим страну с внешним миром. В этой связи, его значение в экономики этого государства трудно переоценить.

Меморандум, адресованный президенту США Бараку Обаме, подписали девять бывших сотрудников американской разведки, входящих в движение "Ветераны разведки за здравомыслие" (Veteran Intelligence Professionals for Sanity, VIPS). В нем они попросили Обаму предпринять неотложные меры для деэскалации напряженности на Украине.

Ветераны разведки призвали Обаму публично заявить о том, что НАТО не будет включать в свой состав Украину и Грузию, предложив Украине взять на себя обязательства по соблюдению нейтралитета, аналогичные тем, что взяла на себя Финляндия. В качестве второй необходимой меры VIPS предложила Обаме как можно скорее организовать встречу с глазу на глаз с Путиным, чтобы в личном разговоре вернуть взаимное доверие, обсудить пути решения кризиса и признать интересы всех заинтересованных сторон.

Как отмечают в своем меморандуме ветераны спецслужб, в охлаждении отношений между США и Россией виноваты, прежде всего, советники Обамы и глава Госдепартамента США Джон Керри. По мнению VIPS, в 2013 году Обама уже смог преодолеть их давление и отказаться от нападения на Сирию, несмотря на то, что его администрация настаивала на немедленном вторжении в эту страну из-за сведений о применении химоружия правительством Асада.

При этом они подчеркнули, что разрыв с Россией крайне невыгоден США, поскольку в сложившихся условиях только Россия может повлиять на Китай и на его намерения решить территориальный спор с Японией вокруг островов Сенкаку – Дяоюйдао.

VIPS впервые получила известность в 2003 году, когда своим меморандумом организация призвала Джорджа Буша-младшего не вводить войска в Ирак, назвав несостоятельными представленные доказательства о разработке в этой стране оружия массового поражения. Впоследствии власти США признали эти доказательства сфабрикованными. В 2013 году VIPS предостерегла Обаму и от вторжения в Сирию, отметив, что у США нет твердых доказательств применения правительства Башара Асада химического оружия.

США. Россия > Армия, полиция > ria.ru, 4 мая 2014 > № 1068718

Добровольцы из Южной Осетии выражают намерение помочь юго-востоку Украины.

"В связи с тем, что в партию поступают многочисленные обращения, Союз десантников Южной Осетии и партия "Единая Осетия" с целью защиты мирного населения юго-востока Украины объявили набор добровольцев из числа ветеранов войны 1989-2008 годов", — сообщили в воскресенье в офисе "Единой Осетии".

Как объяснили РИА Новости в политсовете партии, "на протяжении последних нескольких месяцев жители Южной Осетии с тревогой наблюдают за тем, как неонацисты, захватившие власть на Украине, ощущая всемерную поддержку западных стран, попирают права миллионов мирных жителей". Недавние события в Одессе, Краматорске и Славянске, как заявили в политсовете, "подтвердили опасения того, что целая страна отдана на растерзание фашиствующим молодчикам".

В партии также напомнили, что "боевики из украинских радикальных организаций хорошо известны в Южной Осетии, в 2008 году они поддержали и лично участвовали в грузинской агрессии против осетинского народа".

"Патриоты и ветераны Осетии не могут безучастно со стороны наблюдать за зверствами нацистов. К нам поступают многочисленные обращения и просьбы от ветеранов отечественной войны осетинского народа об организации помощи юго-востоку Украины", — сказали в партии.

В последние дни украинские силовики проводят масштабные операции на юго-востоке Украины по подавлению сторонников федерализации. Основными центрами сопротивления являются Славянск, Краматорск и другие города Донецкой и Луганской области. Дина Гассиева.

"Внятной доктрины, как вытягивать Украину из экономического болота, у ЕС нет"

Украина на треть сократила экспорт металла в Россию. Об этом сообщил начальник отдела анализа рынков черной металлургии украинской компании "Госвнешинформ" Александр Шейко. Он отметил, что в первом квартале этого года экспорт продукции в Россию сократился до $350 млн. Это на 34% меньше, чем в прошлом году. О том, как будет развиваться украинская экономика на фоне политических разногласий с Россией, рассуждает политолог Константин Симонов.

События на Украине как-то совершенно расфокусировали интерес к местной экономике. Между тем результаты первого квартала оказались совершенно ужасающими. Но революционные массы это волнует мало. У них готово объяснение — плохо, потому что идет демонтаж коррупционного режима и борьба с Россией. Все обязательно будет хорошо, когда придут европейские ценности. Ну и опять известная история про то, что хорошие европейские институты неизбежно приведут к тому, что будет построена современная экономика. И хотя все это сродни вере в то, что наличие хорошей удочки неизбежно должно привести к поимке кита в Днепре, все же людей в этом переубедить сложно. Блажен кто верует. Однако все же хорошо посмотреть на опыт прихода европейских ценностей в другие европейские страны именно с точки зрения экономических успехов.

Возьмем Молдавию, тоже сделавшую свой европейский выбор. Ситуация в экономике как была удручающей, так и осталась. Или пример с Грузией. Про хорошие институты там мы слышали много. Но экономического чуда не видно. Все очень просто — за счет внутреннего рынка малым странам развиваться очень сложно. Нужен экспорт. А экспорт в Европу невозможен. Потому что ценности ценностями, но Европе совершенно не нужны конкуренты на своей территории. Вот много вы видели молдавского вина в европейских магазинах? А грузинcкого? Новое руководство Грузии сумело снять напряженность в отношениях с Россией. Как результат — грузинское вино вернулось на российский рынок, да еще как вернулось. По итогам первого квартала Грузия заняла третье место среди стран-импортеров. Теперь в Грузии новому президенту устроили обструкцию за его взвешенную позицию по России. Ну что же, видимо, экономика заботит далеко не всех грузин. Очень жаль.

А в Молдавии на носу новые выборы. Успешных экономических прорывов как не было, так и нет. В итоге ЕС вынужден делать финт ушами — вводить безвизовый въезд в шенген. Идея простая — отвлечь внимание от экономического коллапса и опять сфокусироваться на ценностях. Типа не переживайте, что нет работы, зато и виз нет, будете ближе к нашим ценностям. Если нет экономической модели, надо продавать политику. Европейцы это и делают. Внятной доктрины, как вытягивать Украину из экономического болота, у ЕС просто нет. Денег ей давать не хочется. Что делать с ее архаичной экономикой, совершенно не ясно. Так что скоро мы сможем спросить своих соседей прям как Тарас Бульба: "Что, сынку, помогли тебе твои ляхи?"

В январе — апреле 2014 года объем экспорта грузинского вина увеличился на 180% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

За отчетный период в 26 стран экспортировано 18,965 миллиона бутылок (0,75 литра) вина, произведенных примерно 50 компаниями. В апреле 2014 года в 21 страну было экспортировано 3,477 миллиона бутылок вина, приводит агентство "Новости-Грузия" данные Национального агентства вина Грузии.

В первую пятерку входят Россия, на которую приходится 70% от общего объема экспорта — 13,313 миллиона бутылок вина (по состоянию на апрель). За ней следуют Украина, Казахстан, Польша и Латвия. За отчетный период экспортирована продукция на сумму 62,174 миллиона долларов, что на 215% больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

По данным грузинского винодельческого ведомства, за отчетный период экспорт бренди составил 4,38 миллиона бутылок (0,5 литра), в том числе в апреле — 492,5 тысячи бутылок. В денежном выражении экспорт бренди составил около 16 миллионов долларов, что на 84% больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Больше всего грузинского бренди экспортировано на Украину — 2,548 миллиона бутылок, на втором месте Россия — 1,571 миллиона бутылок.

В 2013 году было экспортировано 44,654 миллиона бутылок вина в 48 стран, что на 96% больше показателей аналогичного периода прошлого года. В том числе 21,78 миллиона бутылок вина вывезено на российский рынок.

27 марта 2006 года был введен запрет на поставки в Россию вин из Грузии, а также Молдавии в связи с выявленными нарушениями санитарных норм. По данным главного санитарного врача РФ, в грузинских и молдавских винах были обнаружены тяжелые металлы и наличие пестицидов. Молдавская винодельческая и коньячная продукция вернулась в Россию в ноябре 2007 года, но 10 сентября 2013 года Онищенко заявил, что поставки молдавской винодельческой продукции вновь приостановлены из-за претензий к качеству. Экспорт в Россию грузинских вин и коньяков возобновился в июне 2013 года.

Бизнес-миссия ООО «Чеченские минеральные воды» в Республику Таджикистан

В период с 22 по 25 апреля 2014 г. при поддержке Торгпредства России в Таджикистане состоялась бизнес-миссия российской компании ООО «Чеченские минеральные воды» в Республику Таджикистан.

Целью данного мероприятия являлась презентация продукции компании (безалкогольные напитки) и выбор дистрибьютора для её последующей реализации на территории республики.

В ходе мероприятия был проведен анализ представленной на рынке Таджикистана минеральной воды и лимонадов и определены основные конкуренты, занятые в данном сегменте рынка.

Кроме того, состоялись встречи и переговоры с представителями бизнес-сообщества республики. Несмотря на значительное присутствие на таджикском рынке местных производителей по выпуску столовой и минеральной воды, а также конкурентов из других стран (главным образом из Грузии) таджикская сторона проявила большую заинтересованность к продукции ООО «Чеченские минеральные воды».

По итогам бизнес-миссии Торгпредством совместно с представителями компании был подготовлен паспорт проекта «Продвижение продукции ООО «Чеченские минеральные воды» на рынок Республики Таджикистан».

Министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер 7 апреля с.г. сообщил, что он и его датский коллега Мартин Лидегорд имеют единую точку зрения по всем ключевым вопросам международной политики. Это заявление было сделано во время визита М. Лидегорда в Берлин, который он совершил на пути в Молдову и Грузию. Датский министр выразил согласие с высказыванием германского коллеги.

Министры не стали высказывать свои взгляды касательно курса по отношению к России в свете кризиса на Украине. На вопрос о том, являются ли русские противниками или партнерами, германский министр ответил, что он не хотел бы, чтобы его слова оказались в газетных заголовках. «Мы должны работать над тем, чтобы противостояние на Украине не переросло в вооруженный конфликт. Это сложная задача, и громкие заголовки не способствуют её решению», - заявил Ф-В. Штайнмайер.

М. Лидегорд поддержал своего коллегу: «найти пути выхода из конфликта непросто, и мы не должны позволять себе высказывания, которые приведут к еще большим проблемам. Сейчас сложно видеть в России партнера, но мы можем стремиться к тому, чтобы она им стала».

На пресс-конференции в посольстве Дании в Берлине, М. Лидегорд также не ответил, надо ли высказывать критику или проявлять понимание позиции Москвы. В этом вопросе он придерживается золотой середины.

Дания дистанцировалась от признания аннексии Крыма. «В этом вопросе Дания занимает твердую позицию, но при этом она готова «протянуть руку» Кремлю», - заявил М. Лидегорд.

Он рассчитывает на то, что в июне с.г., как было запланировано, Молдова заключит с ЕС Договор об ассоциированном членстве. Его визит в страну – это знак одобрения и солидарности правительству в Кишиневе. Согласно информации от наблюдателей в Молдове, Россия оказывает на неё значительное давление для предотвращения заключения такого соглашения.

В рамках визита в Молдову Мартин Лидегорд встретится также с губернатором автономного территориального образования Гагаузии Михаилом Формузалем.

«Моргенависен Юлландс-Постен»

Погрануправление ФСБ России в Абхазии отмечает пятую годовщину со дня образования

Погрануправление ФСБ России в Абхазии отмечает пятую годовщину со дня образования. 30 апреля 2009г. было подписано соглашение между Российской Федерацией и Республикой Абхазия о совместных усилиях в охране государственной границы Республики Абхазия.

Российские пограничники пять лет, эффективно решают задачи по защите и охране государственной границы Абхазии, сказал сегодня на пресс-конференции начальник Погрануправления ФСБ РФ в Абхазии генерал-майор Сергей Комаревцев.

Генерал обратил внимание журналистов на то, как пять лет, назад начинался процесс размещения и обустройства мест постоянной дислокации, отнюдь не с комфортных условий, а с палаток и землянок. Он рассказал о том, какая нагрузка была на сотрудниках, как приходилось в чем-то искать помощь у местных властей и жителей, так как размещение осуществлялось буквально с колес. Буквально уже через несколько недель возвели палаточные городки, а на некоторых участках границы, где дислоциро­вались подразделения, приспосабливали выделенные для размещения пограничников помещения, требовавшие минимальных затрат на ремонт.

Сотрудники Погрануправления ФСБ старались максимально комфортно оборудовать места расположения подразделений. Возводились удоб­ные на тот момент места приготовления и приёма пищи, пра­чечного обеспечения. По инициативе подразделений самостоятельно возводились бани, самодельные душевые кабины, но первым делом оборудовались позиции для несения службы по обеспечению собственной безопасности.

За пять лет российские пограничники возвели комфортабельные военные городки, в которых име­ется все необходимое для выполнения своих должностных обязанностей, обслу­живания техники, содержания служебных животных, обучения сотрудников, про­живания семей.

Генерал-майор Комаревцев уточнил, что подразделения расположены вдоль государственной границы Рес­публики Абхазия с Грузией, которая проходит по административной границе Галского и Зугдидского районов бывшей Грузинской ССР, а также на побережье, в тех местах, где раньше стояли советские пограничные заставы.

Генерал напомнил, что в период формирования Пограничного управления была очень сложная обстановка, были частые нарушения грузино-абхазской границы, контрабанда, просачивались криминальные группировки.

Пограничные подразделения разместились также и в Кодорском ущелье Абхазии, где сложный рельеф ме­стности. Ущелье отдалено от крупных населенных пунктов, отсутствует хорошая автомобильная дорога. Сотрудникам Погрануправления не раз приходилось самостоятельно возводить и ремон­тировать мосты, переправы, очищать дороги от завалов.

«В настоящее время обстановка в приграничных районах значительно изме­нилась, появились устойчивые доверительные отношения с местными органами власти, населением», - подчеркнул Комаревцев. Пограничники оказывают помощь местным жителям, ведется работа по разъяснению правил пересечения границы, по­граничного режима. В школах, где расположены подразделения, проводят уроки военной истории, военные помогают учебной литературой и спортив­ным инвентарем.

«Жители Кодорского ущелья с благодарностью воспринимают регуляр­ный ремонт дорог», - сказал Комаревцев. Он подчеркнул, что «сам факт присутствия российских пограничников положительно и благоприятно влияет на основную часть населения Абхазии, гарантируя мир, спокойствие и стабильность в республике».

Значительно влияет на обстановку появление новых технических средств охраны грузино-абхазской границы, кроме того проделана большая работа по прикрытию границы инженерными заграждениями.

С 2009 года, за пять лет, за нарушение государственной границы задержано более 10 тысяч человек, около 1000 единиц транспортных средств, не допущено более 800 случаев незаконного перемещения через государственную границу грузов и товаров вне пункта пропуска.

За нарушения пограничного режима задержано около 1 450 человек и более 340 единиц транспортных средств, на морском участке - более 130 единиц малых плавательных средств.

Обнаружено и изъято 595 грамм наркотических веществ.

На участке пограничного управления функционирует один автомобильный и пять пешеходных пунктов пропуска. В пунктах пропуска осуществляется совместный пограничный контроль с абхазскими коллегами. Открытие пешеход­ных пунктов пропуска позволило снять социальную напряженность, так как пунк­ты пропуска были открыты на тех направлениях, где была велика потребность жителей приграничных населенных пунктов в пересечении границы с целью посеще­ния родственников, учреждений здравоохранения и просто для приобретения предметов первой необходимости.

Комаревцев считает, что открытие пешеход­ных пунктов пропуска позволило создать цивилизованные условия для легального пересечения грузино-абхазской границы.

Российские пограничники в рамках планового взаимодействия с правоохранительными и силовыми структурами Абхазии проводят комплекс мероприятий, направленных на повышение эффективности охраны государственной границы. Созданы благоприят­ные условия для проведения мероприятий, проводимых Центром специального назначения СГБ Республики Абхазия, оказывается практическая и методическая помощь в подготовке специалистов кинологов Погранотряда СГБ РА. В школах приграничных населенных пунктов созданы классы юных друзей пограничников.

Совместно с Госинспекцией по маломерным судам УЧС Абхазия проводятся совместные рейды, направленные на учет и содер­жание маломерных плавательных средств, их передвижение в территориальном море и внутренних морских водах Республики Абхазия. Также на морском на­правлении осуществляются совместные рейды с Государственным комитетом по экологии и природопользованию РА в районах промысла рыбы во время рыбопромысловой путины.

«В марте этого года заместитель секретаря Совета безопасности России Рашид Нургалиев отметил роль российских военных и пограничников, дислоцированных в Абхазии, в деле обеспечения безопасности Олимпийских игр. Президент Абхазии Александр Анкваб также отметил, что слаженная работа абхазских и российских силовых структур, их совместная деятельность принесла серьезный, положительный результат», - сказал генерал Комаревцев.

По словам Комаревцева, благодаря слаженному и тесному взаимодействию силовых структур Абхазии, Погрануправления ФСБ РФ и российской военной базы в Гудауте не было ни одного противоправного факта нарушения границы, который мог бы повлиять на дестабилизацию ситуации и помешать безопасности проведения Зимних Олимпийских игр в Сочи.

«Активная работа по реализации соглашения о совместных усилиях в охране границы ускорила формирование нового облика границы, обеспечивающего адек­ватное реагирование на имеющиеся вызовы и угрозы безопасности Абхазии, по­зволила обеспечить рост социально-экономического и культурного развития, по­вышение жизненного уровня жителей республики», - подчеркнул начальник Погрануправления ФСБ РФ в РА генерал Комаревцев.

«Апсныпресс»

Южная Осетия войдет в состав РФ уже в 2014 году

Российский институт стратегических исследований будет работать над тем, чтобы Республика Южная Осетия вошла в состав РФ уже в текущем году. Об этом заявил, подводя итоги серии выступлений, посвященных перспективам воссоединения Осетии в контексте крымского прецедента, модератор дискуссии, руководитель группы консультантов директора РИСИ Владимир Козин. Собравшиеся в конференц-зале Северо-Осетинского института гуманитарных и социальных исследований специалисты и представители общественности встретили его слова аплодисментами.

Воссоединение Осетии в составе российского государства поддерживается подавляющим большинством граждан РЮО за исключением небольшой части «элиты», беспокоящейся лишь о сохранении собственных кресел, отметил профессор Северо-Осетинского государственного университета Альберт Дудайти. По его мнению, ситуация в Закавказье может достаточно быстро измениться. Если Тбилиси, воспользовавшись украинским кризисом, сумеет добиться вхождения Грузии в НАТО, вопрос о дальнейшей судьбе РЮО получит совершенно иную перспективу. Сегодня Южная Осетия и весь разделенный осетинский народ получили уникальный исторический шанс, которым необходимо воспользоваться, заключил профессор Дудайти.

Ведущий научный сотрудник РИСИ Яна Амелина напомнила, что российское руководство неоднократно разъясняло: судьба разделенного народа в руках самих осетин. У противников вхождения РЮО в РФ нет никаких аргументов, тогда как очевидно, что нынешний шанс, обусловленный крымским прецедентом, необходимо безотлагательно использовать. Амелина высказала уверенность, что руководство РФ не откажет осетинам в воссоединении в составе России после того, как они однозначно и публично продемонстрируют свою волю. Эксперт РИСИ также в очередной раз напомнила об опасности недооценки деятельности прогрузинского лобби в РФ, целью которого является «восстановление территориальной целостности Грузии», т.е. возвращение в ее состав независимых Абхазии и Южной Осетии.

Профессор Юго-Осетинского государственного университета, политолог Коста Дзугаев также подчеркнул важность крымского прецедента в контексте воссоединения Осетии. Процитировав соответствующие доводы из получившей в Осетии широкий резонанс статьи муфтия РСО - Алания Х.Гацалова, Дзугаев заметил, что тот фактически «поставил себя в число духовных лидеров объединительного процесса». Глава североосетинских мусульман убежден, что «территория Южной Осетии, как историческая земля осетин, сегодня должна решением народа обрести абсолютную защиту и гарантию от возможных геополитических изменений в структуре государств Большого Кавказа» в составе РФ. Южная Осетия находится в катастрофическом, прежде всего, демографическом положении, и времени для исправления ситуации остается все меньше, указал югоосетинский политолог. По его мнению, югоосетинское общество должно свободно и предметно обсуждать тему воссоединения, а Цхинвал, со своей стороны, - создать для Москвы все условия для снижения издержек от присоединения РЮО.

Автор изданной РИСИ книги «Современная Южная Осетия: уроки и вызовы», доцент МГЮА Александр Сергеев указал на ряд сложностей (в частности, организации пограничного режима, недопущения массовой скупки земель и т.д.), которые необходимо учесть при разработке будущего договора о вхождении РЮО в РФ. «Южную Осетию надо спасать, - констатировал он, отметив ряд особенностей югоосетинского общества и политикума, являющихся, по мнению ученого, модельными для РФ. - Спасая Южную Осетию, таким образом, спасем и Россию».

Дискуссия состоялась в рамках прошедшей 22 апреля во Владикавказе II международной научно-практической конференции «Стратегия России на Кавказе в условиях глобальной нестабильности». В ней участвовали эксперты из академических и прикладных институтов Северной и Южной Осетии, Абхазии, Польши, а также представители ведущих столичных научных центров.

Как показали последние события, тема воссоединения Осетии не только не сходит с повестки дня, но обретает дополнительную актуальность. На днях в социальных сетях со ссылкой на главного российского дипломата стали активно распространяться вырванные из контекста фразы: мол, по мнению Москвы, «у Абхазии и Южной Осетии нет настроения последовать примеру Крыма». Противники воссоединения делали из этого пораженческий вывод, что Россия якобы не хочет никаких разговоров, а тем более, действий в этом направлении, и любые решения по этому вопросу откладываются на неопределенный срок.

На самом деле, выступая на форуме молодых дипломатов стран СНГ, прошедшем 25 апреля в Москве, министр иностранных дел РФ Сергей Лавров сказал буквально следующее: «Я не слышал о том, чтобы абхазский народ, абхазское руководство поднимали вопрос о том, чтобы последовать примеру Крыма. Нет таких настроений - я о них не знаю. У нас будут встречи с руководством Абхазии и Южной Осетии, но я о таких настроениях не слышал». Очевидно, что Лавров говорит именно об Абхазии, где идея оформления более тесных отношений с Россией действительно воспринимается «в штыки», во всяком случае, на сегодняшний день. Не слышать же о желании разделенного осетинского народа воссоединиться в составе российского государства путем вхождения РЮО в РФ Лавров, разумеется, не мог, поскольку, в отличие от противников объединительного процесса, живет в реальном мире.

В конце своего выступления российский министр в очередной раз подчеркнул, что Россия будет всесторонне помогать и Абхазии, и Южной Осетии «в реализации того курса, который выбрали их народы». Из чего мы делаем единственно возможный вывод: если народ Южной Осетии однозначно определится относительно дальнейшего развития государственности в рамках РФ, РЮО, как немногим ранее - Крым, примут в России с распростертыми объятьями.

«Apsny Online»

В пятерку крупнейших торговых партнеров Грузии вошли Турция, объем торговли с которой достиг $368 млн, Азербайджан ($320 млн), Россия ($190 млн), Украина ($167,9 млн) и Китай ($165,8 млн). Об этом сообщил Статистический департамент Грузии.

Как сообщалось, по итогам января 2014 г., объем торговли Грузии с КНР превысил $58,1 млн. Это на 39,2% больше, чем в январе 2013 г. На долю торговли с Поднебесной во внешнеторговом обороте Грузии приходится более 7%. В частности, грузинский экспорт в Китай за первый месяц текущего года составил $2,09 млн, а импорт – $56,04 млн. Так, в КНР было отправлено 362,5 т остатков и лома меди на сумму более $2 млн, безалкогольных напитков – на $3800 (5 т). Китайский импорт металлоконструкций в Грузии вырос за январь на $6,68 млн – до $7,36 млн, мобильных телефонов – на $566 800, до $1,5 млн.

Отметим, что в целом по итогам января 2014 г., внешнеторговый оборот Грузии достиг $761 млн. Это на 15% больше, чем годом ранее.

Ранее сообщалось, что по итогам 2013 г., китайский экспорт составил $2,21 трлн – это на 7,9% больше, чем годом ранее. В то же время импорт достиг $1,95 трлн, превысив уровень 2012 г. на 7,3%. Активное сальдо внешней торговли страны составило $259,75 млрд, показав рост на 12,8% относительно аналогичного показателя предыдущего года. В настоящее время КНР торгует со 120 странами.

В первом месяце текущего иранского года (с 21.03.2014 г. по 21.04.2014 г.) из энергетической особой экономической зоны (ОЭЗ) «Парс» было экспортировано 846 тыс. 235 тонн газовых конденсатов на общую сумму 778 млн. 815 тыс. 457 долларов, что на 44% больше в ценовом и на 38% больше в весовом выражении по сравнению с соответствующим периодом прошлого года.

Как сообщает таможенная администрация энергетической ОЭЗ «Парс», за упомянутый период было также экспортировано 559 тыс. 555 тонн ненефтяной продукции, произведенной в ОЭЗ, на общую сумму 487 млн. 788 тыс. 411 долларов, что на 9% больше в ценовом выражении по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

В целом, за указанный период было экспортировано 1 млн. 405 тыс. 790 тонн различной нефтехимической продукции, в том числе полиэтилена низкой и высокой плотности, ди-, моно- и триэтиленгликоля, карбонита, бутана, пропана, газоконденсатов, метанола и т.д., на общую сумму 1 млрд. 266 млн. 603 тыс. 868 долларов. Это на 11% больше в весовом и на 28% больше в ценовом выражении по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Как сообщил глава таможенной администрации энергетической ОЭЗ «Парс» Ходадад Рахими, основными импортерами перечисленной продукции являются такие страны, как Китай, Япония, ОАЭ, Индия, Турция, Ирак, Тайвань, Таиланд, Малайзия, Вьетнам, Афганистан, Пакистан, Армения, Россия, Египет, Мозамбик, Сирия, Туркмения, Таджикистан, Украина, Катар, Танзания, Филиппины, Гана, Азербайджан, Грузия, Южная Корея и Мексика.

Ген демократии и синдром колониализма

В принятой 3 апреля сего года Европарламентом резолюции «О стратегии Европейского союза в отношении Ирана» нельзя не заметить ряд конструктивных моментов: Исламской республике предлагается сотрудничество в борьбе с наркотиками, в деле охраны окружающей среды, обмен студентами и парламентскими делегациями. Однако на этом конструктивная часть заканчивается и начинается критика и грубые рекомендации. Европейские парламентарии указывают о нарушениях прав человека в ИРИ, несоблюдении демократических норм на президентских выборах 2013 года, несовершенстве избирательного законодательства. Это еще более или менее привычно, а вот специальные рекомендация будущим парламентским делегациям от Евросоюза активнее встречаться с иранскими диссидентами выглядит как откровенное вмешательство во внутренние дела суверенного, не входящего в ЕС государства. И уж совсем провокационно звучит требование европейских депутатов к иранским властям об отмене ограничений и запретов для лиц нетрадиционной сексуальной ориентации.

Кто о чём, а евродепутаты о геях

Читаешь резолюцию и не можешь не задаться вопросом: да понимают ли они там у себя в Страсбурге, какой стране отправляют такие требования? Ведь для того, чтобы их принять и реализовать, Ирану пришлось бы ни больше ни меньше как отказаться не только от своей политической философии и государственной идеологии, но и от самой религии ислама, народных традиций, истории и культуры, то есть полностью от своей тысячелетней идентичности. Кто же на это пойдёт, и главное ради чего? Чтобы заслужить снисходительную похвалу от свихнувшихся на сексуальности безбожных либеральных политиков? Ведь даже в Грузии, которую на Западе выставляют чуть ли не образцом либеральной демократии, недавняя попытка провести гей-парад вылилась в массовое возмущение и на разгон содомитов в Тбилиси вышли десятки тысяч человек. А в иранском обществе, чьей сильной стороной является именно приверженность исламу и традиционным ценностям, такие призывы не могут вызвать ничего, кроме презрения и брезгливости.

Глава МИД Ирана Джавад Зариф с чувством глубокого такта расценил резолюцию как «контрпродуктивную и безответственную». «Правительство не позволит какой-либо делегации Европарламента посетить Иран на таких условиях», - подчеркнул министр. А председатель комиссии меджлиса ИРИ по национальной безопасности и внешней политике Аллаэдин Боруджерди в связи с принятием резолюции выступил категорически против открытия представительства ЕС в Тегеране.

Днями позже Парламентская ассамблея Совета Европы приняла резолюцию относительно украинского кризиса и возвращения Крыма в состав России, «чудовищную по лицемерию и антироссийскому накалу», как оценил её председатель комиссии Госдумы по международным делам Алексей Пушков. Согласно документу, делегация РФ до конца 2014 года лишается права голосовать в ассамблее и участвовать в миссиях наблюдателей ПАСЕ, а представители России исключаются из всех руководящих органов ассамблеи. В этом нет ничего особенного или неожиданного: ПАСЕ последовательно занимала, занимает и впредь будет занимать антироссийскую позицию абсолютно по любым обсуждаемым вопросам. От европейских парламентариев не раз звучала раздраженная критика законов РФ по ограничению влияния гомосексуальной пропаганды на молодое поколение, закона, получившего почти всеобщее одобрение граждан страны.

Но почему-то мы позволяем ЕС вмешиваться в наши внутренние дела и внешнюю политику под видом наблюдения за соблюдением прав человека и гражданских свобод. При этом реальная ситуация с демократией и правами человека на Западе мало кого волнует и уж точно не является первым критерием при определении характера отношений с той или иной страной. Следуя примеру Ирана, нам следовало бы серьёзней заняться восстановлением собственной государственной, правовой, общественно-политической и культурной традиции. Нашим странам не следует опасаться стать «изгоями» на мировой арене – всё большее число народов и государств начинают активно сопротивляться идейной и моральной агрессии Запада.

Наука на службе либеральной политики

О потрясающем научном открытии известила недавно британский телеканал ВВС: Специалистам Северо-западного Университета штата Иллинойс (США) удалось выявить «ген либерализма и свободомыслия». Данный продукт природы, если верить американским учёным, присущ не всему человеческому роду, а лишь народам, населяющим современные демократические страны Европы и Северной Америки. Следовательно, либерализм имеет «генетическую природу». «Мы впервые зафиксировали прямую взаимосвязь между социально-культурными ценностями либерального общества и деятельностью гена, отвечающего за скорость и характер действия серотонина, химического вещества, осуществляющего в головном мозге передачу электрических импульсов», - на полном серьёзе заявила руководитель работ Джоан Чиао.

Иллинойские ученые всего лишь в очередной раз продемонстрировали давно известный ген расизма и социал-дарвинизма, моральный императив которого - тотальная конкуренция, то есть принцип естественного отбора, перенесенный из животного мира в человеческое общество. Вот он-то действительно в наибольшей степени присущ западноевропейцам и североамериканцам, прославившимся в прошлом колониальными захватами и до сих пор не освободившимся от характерной привычки делить людей на «белых и чёрных». Этот ген то и дело проявляет себя в мировой политике.

Это он подталкивает европейских политиков и их североамериканских кураторов, ничем так не озабоченных, как распространением по всему свету «либерализма и свободомыслия», бесцеремонно навязывать народам мира свои представления о демократии и правах человека, причём не одними лишь словами и убеждениями, но нередко и военной силой. В таком случае интересен факт: ведь ген, как подтверждает наука, в отличие от вируса, от человека к человеку не передаётся. Выходит, как ни старайся, не сможет Иран или Россия перенять западный либерализм, не та у нас кровь, не те гены. Казалось бы, тут бы и оставить западным «цивилизаторам» нас в покое, позволить как-нибудь самим устроиться, лучше ли, хуже ли – им-то что за заботы? Нет же, обязательно высунутся с нравоучениями и нотациями, плавно переходящими (там, где не боятся получить сдачи) в военные угрозы и карательные рейды.

После распада СССР и социалистического лагеря либеральный мейнстрим возвращается к доктрине открытого колониализма, не замаскированного «сотрудничеством ради прогресса» и другими предлогами. Теряя идеологическую привлекательность и накапливая экономические проблемы, либеральный мир вынужден всё чаще прибегать к военной силе. Гибель мирного населения, гуманитарные катастрофы, потоки беженцев, разрушение социальной сферы и систем жизнеобеспечения, уничтожение экологии, стирание с лица земли населенных пунктов, межнациональные и межрелигиозные войны и конфликты, экономический упадок, засилье бандитизма, рост всех видов преступного бизнеса, запредельная коррупция – все это реальные результаты «экспорта демократии» по-американски в Афганистане, Ираке, Югославии, Ливии и теперь в Сирии. Такой же сценарий западные «цивилизаторы» пытаются реализовать сейчас на Украине. «В последние годы мы видели, как попытки навязать другим странам якобы более прогрессивную модель развития на деле оборачивались регрессом, варварством, большой кровью», - сказал Владимир Путин в ежегодном послании Федеральному собранию. Точно так же по надуманным предлогам против Ирана введены чудовищные санкции, породившие массу трудностей для иранского народа. Даже поверхностный взгляд на историю взаимоотношений Запада с Ираном позволяет понять, что за последние два столетия его методы нисколько не изменились.

Россию и Иран объединяет приверженность традиционным ценностям

Агрессивному поведению в мировых делах, основанному на расистском делении народов на полноценные и неполноценные, твёрдо противостоят христианство и ислам. Поэтому либеральными элитами берётся на вооружение воинствующее безбожие и «война с архаикой», демонстративный отказ от всех форм коллективной идентичности (религиозной, классовой, этнической, гендерной), космополитизм и призывы к отказу от национальных границ. На таких принципах строятся все последующие теории - идеология прав человека, гражданского общества, демократизации, либерализации, феминизма, защиты меньшинств и т.д. Признанным центром либеральной идеологии в мировом масштабе являются США.

В этой «новой идеологической войне», развернувшейся ныне на всех континентах и внутри всех обществ, естественным союзником России становится Исламская Республика Иран, которая своей внутренней и внешней политикой ежедневно подтверждает дуализм цивилизаций, конкуренцию двух альтернативных проектов исторического процесса. И нет ничего удивительного в том, что иранская революция, её идеалы и вожди вызывали и вызывают в правящих верхах Запада откровенное раздражение, а то и военные угрозы. Невозможно найти там понимание и сочувствие тому народу, кто вознамерится освободиться от влияния и гипноза заокеанских «ценностей», чтобы устроиться самому на основах своего традиционного миропонимания. Любой протест против ли экономического эгоизма Запада, против ли циничной философии «общества потребления», против ли растлевающей и оглупляющей масс-культуры воспринимается в «свободном мире» как бунт, требующий немедленного наказания.

Иран вступил с Западом в открытый спор о том, как людям жить дальше, какими путями выходить из общемирового кризиса. Однако неверно было бы представлять конфликт Юга и Запада как столкновение ислама и христианства. Западноевропейская цивилизация сама провозглашает себя «постхристианской», безбожной и по сути антихристианской. Иран обладает значительным влиянием в исламском мире, и сотрудничество с ним может придать веса Москве в ее контактах с мусульманскими странами. Кроме того, сотрудничество с иранской стороной является для России крайне выгодным в экономическом плане.

********

Здоровый политический и культурный консерватизм, о котором говорят в Москве, которого придерживаются в Тегеране, вовсе не является стремлением утянуть в прошлое, в средневековую архаику, лишить народы перспектив на будущее. Это – желание сберечь в быстро меняющемся мире вечные ценности, ради которых стоит жить и умирать, держаться за них в движении, не растрачивать золото народной души на блестящие побрякушки быстро проходящей политической моды. Мы все больше убеждаемся, что реальные духовные ценности невозможно заменить набором утилитарных свобод, сомнительных прав и понижением планки дозволенного. Россия и Иран предлагают не войну Западу или тотальную альтернативу, а спасительные для него же и для всей цивилизации коррективы развития, возвращающие в жизнь человека понятия Бога, Отечества, Веры, Семьи, и реальной свободы.

Геннадий Литвинцев,

Специально для «Iran.ru»

Международная конференция "Свободный и безопасный интернет для всех", на которую прибудет около 400 участников из 60 стран, пройдет в Таллине с 28 по 29 апреля.

В мероприятии примут участие главы государств и правительств, министры, специалисты в области информационных технологий, бизнесмены, эксперты международных организаций и неправительственных объединений.

Мероприятие организует МИД Эстонии под эгидой Коалиции за свободу в интернете, основанной в 2011 году по инициативе МИД Голландии. Целью организации является решение проблем свободы в сети на международном уровне, к настоящему времени в состав Коалиции входят 22 государства.

Президент Эстонии Тоомас Хендрик Ильвес выступит с основным докладом на открытии конференции. Среди участников и докладчиков конференции: президент Грузии Георгий Маргвелашвили, глава МИД Канады Джон Бэрд (John Baird), глава МИД Швеции Карл Бильдт (Carl Bildt), глава МИД Голландии Франс Тиммерманс (Frans Timmermans), министр по делам Европы Великобритании Дэвид Лидингтон (David Lidington), министр связи и информационных технологий Новой Зеландии Эми Адамс (Amy Adams).

В обсуждении роли бизнеса в продвижение открытого и свободного интернета примут участие представители Microsoft, Google, Facebook, Yahoo!, TeliaSonera и ряда других компаний. Николай Адашкевич.

Морская мощь на фоне политической бури

Как меняется стратегическая обстановка в Мировом океане

Резюме: Мировой океан – одно из ключевых пространств для международных отношений и военной политики великих держав. Лишь от самой России зависит, станет ли она здесь активным игроком или пассивным наблюдателем.

В XXI веке морская мощь будет играть едва ли не большую роль в арсенале внешней политики морских держав, чем в XX столетии. Уже вошла в широкое употребление формула «70-80-90» из текущей американской военно-морской стратегии: моря и океаны занимают 70% площади земли, вблизи морского побережья живет 80% человечества, на морскую торговлю приходится 90% всей торговли. Вокруг Мирового океана растет число противоречий и угроз международной, региональной и национальной безопасности. Символично, что украинский кризис, ставший самым серьезным испытанием для внешней политики России за последние годы, напрямую связан с вопросом о морской мощи. В этой связи стоит оценить стратегическую обстановку в Мировом океане, особенности взаимоотношений между морскими державами и некоторые аспекты военно-морской деятельности России в средне- и долгосрочной перспективе.

Мировой океан: стратегическая картина

Какова на данный момент иерархия на море и в чем особенности взаимоотношений между игроками? Воспользуемся специфической, но, как мы увидим, достаточно адекватно отражающей ситуацию классификацией морских держав: 1) глобальные, 2) крупные и малыесамостоятельные региональные морские державы, 3) крупные и малые региональные державы, тяготеющие к партнерству с глобальным военно-морским лидером.

Естественно, речь не идет о каких-то неизменных или абсолютных категориях. Страны второй категории могут вступать в партнерство с глобальным лидером, а страны третьей имеют собственные интересы, в которых не всегда совпадают с «боссом». Малая региональная держава может стать крупной, а та, в свою очередь, глобальной.

Под термином «морская мощь» подразумевается несколько модифицированная классическая формула Альфреда Мэхэна: «морская мощь = военно-морские силы (включая береговую охрану) + экономическая и научная деятельность в Мировом океане + военно-морские базы (в том числе зарубежные) + гражданское судостроение и оборонно-промышленный комплекс (в части, отвечающей за производство вооружения и военной техники для нужд ВМС и береговой охраны)». Признавая необходимость всех элементов, основное внимание обратим на военно-политический.

Очевидно, что единственной на сегодняшний день глобальной морской державой являются США. Этот статус подразумевает возможность и готовность защищать национальные интересы в любой точке Мирового океана, сохраняя за собой право, в случае необходимости, действовать в одностороннем порядке, не считаясь с мнением мирового сообщества. Политическая воля и готовность применять силу – не менее важная характеристика, чем сам масштаб потенциала. Вместе с тем очевидно, что морская мощь Соединенных Штатов в относительных величинах снижается. Это признают и сами американские военные. Так, в январе 2014 г. на Национальном симпозиуме Ассоциации надводного флота глава Тихоокеанского командования адмирал Сэмюэль Локлир заявил, что эра неоспариваемого господства во вверенном ему регионе подходит к концу.

Тенденция обусловлена внешними и внутренними факторами. К внешним относятся рост в абсолютных величинах морской мощи других государств, прежде всего Китая, и распространение современных технологий и военно-морской техники (ВМТ), которая становится дешевле и доступнее многим. Внутренние факторы – последствия экономического кризиса и масштабный секвестр военных расходов.

США оказались перед угрозой сокращения корабельного состава флота. Военно-морское строительство характеризуется созданием все меньшего числа все более дорогих кораблей. Многие ключевые программы, такие как сооружение головного авианосца нового поколения USS Gerald R. Ford, боевых кораблей прибрежной зоны типа LCS, палубных истребителей пятого поколения F-35B и F-35C, сталкиваются с проблемами роста стоимости, срыва запланированных сроков реализации и значительными техническими рисками. Открытым остается вопрос о способности этих и других технологий, на которые затрачено столько ресурсов, обеспечить превосходство в долгосрочной перспективе (30–50 лет).

ВМС США рассчитывают сохранить свой статус никому не уступающего флота и по количеству, и по качеству. Для этого реализуется 30-летний кораблестроительный план, призванный увеличить численность с 283 кораблей сегодня до 300 в 2019 финансовом году. Но, по последним оценкам Бюджетного управления Конгресса, для исполнения такой программы требуется ежегодно направлять на военно-морское строительство около 21,2 млрд долларов в течение 30 лет. Вместе с тем за последние три десятилетия выделялось (в сопоставимых ценах) лишь около 15,8 млрд долларов в год. Таким образом, осуществление тридцатилетнего кораблестроительного плана потребует увеличить расходы на 34% по сравнению с усредненными историческими показателями. Необходимость решения ряда технологических проблем и секвестр военных расходов лишь усугубляют проблему.

В чем-то ситуация схожа с периодом после вьетнамской войны, который часто называют временем «истощенных сил». На это указывал, в частности, замминистра обороны по закупкам, технологиям и логистике Фрэнк Кендалл. «Истощение» справедливо в отношении всех видов Вооруженных сил, но на флоте оно может сказаться едва ли не наиболее пагубно. Сейчас, как и в 1970-е гг., последствия высокой оперативной нагрузки на флот и недостаток финансирования серьезно отразились на техническом состоянии кораблей и морской авиации. Специфика механизмов секвестра ведет к негибкости сокращений расходов и в том, что касается защиты расходов на личный состав, наносит особый удар по боевой подготовке и техническому обслуживанию. Хотя траты на личный состав защищены от секвестра, проблема укомплектования кораблей и береговых объектов достаточным количеством квалифицированных специалистов также угрожает морской мощи.

Помимо Соединенных Штатов есть ряд самостоятельных региональных морских держав, которые уделяют значительное внимание укреплению военно-морского потенциала. Под термином «региональные» в данном случае подразумевается наличие возможностей и готовности применять морскую мощь в отдельных частях мира, в том числе удаленных от своих границ, в случае крупных и – в одном-двух регионах, преимущественно вблизи от своих границ – в случае малых морских держав.

К крупным самостоятельным морским державам относятся, помимо России (о которой будет сказано отдельно), Индия и КНР. Цели и задачи наращивания морской мощи, а равно пути и доступные для этого ресурсы, существенно отличаются. Как и отношение к США как к глобальной морской державе. Если Индия рассматривает Соединенные Штаты в качестве партнера, а, вероятно, и потенциального союзника (с возможностью частичного перехода в третью категорию, о которой ниже), то ключевая цель развития морской мощи КНР – ограничение способности Вашингтона влиять на китайскую политику в западной части Тихого океана, в том числе в тайваньском вопросе.

Особняком стоят малые самостоятельные морские державы, к которым можно отнести Бразилию, Турцию (несмотря на статус члена НАТО) и, с определенной натяжкой, Иран и КНДР. Бразилия и Турция, преследуя собственные интересы, стремятся усилить морскую мощь для укрепления влияния в регионе. Для Ирана и Северной Кореи ключевой задачей является недопущение атаки со стороны США.

Наконец, третья большая категория морских держав включает союзников Америки в Европе и Азиатско-Тихоокеанском регионе. К крупным морским державам здесь следует отнести Великобританию, Францию, Японию и, с определенной натяжкой, Южную Корею, а к малым – Испанию, Германию, Италию и Австралию.

В этой категории мы также наблюдаем некоторый рост морской мощи отдельных государств относительно Америки, в первую очередь за счет азиатских стран, реагирующих на усиление потенциала и амбиций Китая, а также имеющих ряд иных интересов и сталкивающихся с угрозами. Не менее важно и стремление самих Соединенных Штатов переложить на союзников часть бремени по защите существующего мирового порядка, обеспечению международной и региональной безопасности. Еще в 2005 г. тогдашний начальник штаба ВМС адмирал Майкл Маллен заявил: «В изменившейся международной стратегической ситуации открываются новые возможности для совместной деятельности военно-морских сил различных государств, иногда вместе с ВМС США, но зачастую и без их участия. На самом деле многие задачи сегодняшнего дня будут выполняться без их участия. По моему мнению, это прекрасно». Так рассуждает и администрация Барака Обамы. Например, в начале 2009 г. на 45-й Мюнхенской конференции по безопасности вице-президент Джозеф Байден заявил, что «Америка будет просить своих партнеров о большем [участии в борьбе с вызовами в сфере экономики и безопасности]».

Ключевой целью американцев и их союзников является сохранение существующего баланса сил, статус-кво и защита сложившейся мировой системы морской торговли. Эта цель воспринимается не только как национальный интерес конкретного государства, но и как «общее благо». В конечном счете речь идет о национальной безопасности каждого государства, но требуются дополнительные ресурсы. Зачастую к «общему благу» пытаются добавить унаследованную от концепции «гуманитарной интервенции» идею защиты прав человека, но сама по себе, без привязки к общим военно-политическим и экономическим интересам, она не может служить обоснованием прагматичной военно-морской стратегии.

В условиях глобализации, растущей взаимосвязи и взаимозависимости отдельных государств, морские державы не могут позволить себе сосредоточиться исключительно на обеспечении собственной безопасности и вынуждены заботиться об «общем благе», так как дестабилизация ситуации в одном регионе негативно отражается на многих внерегиональных странах и мире в целом. При этом остальные государства для участников западного альянса выступают в одной из четырех ролей: 1) партнеры и потенциальные союзники; 2) «маргиналы», не способствующие, но и не противодействующие «общему благу»; 3) «нетто-потребители» безопасности, не имеющие достаточных ресурсов и 4) источники угрозы.

Соединенные Штаты стремятся влиять на другие страны, подталкивая их к изменению поведения. Так, Китай, воспринимаемый как одна из самых серьезных потенциальных угроз существующему балансу сил, в Вашингтоне и ряде других столиц регулярно призывают быть «ответственным игроком» и вносить свой вклад в «общее благо». В отношении менее склонных к сотрудничеству государств, вроде Ирана и КНДР, США занимают более жесткую позицию, но всегда готовы к ее ограниченному смягчению в случае появления надежды хотя бы на временный компромисс.

Многие союзники Вашингтона, прежде всего в Европе, сталкиваются с теми же трудностями, что и сами Соединенные Штаты. Отсутствие непосредственной военной угрозы и экономическая ситуация ведут к сокращению военных расходов и осложняют стремление обосновать сохранение крупного военно-морского потенциала. И здесь опять стоит подчеркнуть не только возможности, но и готовность участвовать в защите «общего блага» и при необходимости ввязываться в новые конфликты.

Симптоматично заявление, с которым выступил в январе бывший министр обороны США Роберт Гейтс. Он сказал, что из-за сокращения военных расходов Великобритания лишилась полного спектра военных возможностей, особенно в военно-морской сфере, и, таким образом, не может действовать в качестве «полноценного партнера» Америки. Хотя обвинения Гейтса не вполне справедливы в отношении Великобритании, имеющей четвертый в мире военный бюджет и реализующей, несмотря на ряд трудностей, крупные программы военно-морского строительства, заявления бывшего главы Пентагона ярко иллюстрируют проблему. Имеются, естественно, и обратные примеры, в частности, более активная политика Франции, операции в Ливии и Мали.

Ситуация в АТР для США более благоприятна – страны региона, прежде всего из-за опасений перед Китаем и/или КНДР, активно наращивают морскую мощь, укрепляют партнерство в сфере безопасности с Вашингтоном, между собой и с третьими странами (например, Индией). В лице таких стран, как Индия и Вьетнам, Соединенные Штаты могут найти новых ценных союзников для выстраивания системы сдерживания Китая и сохранения статус-кво. Но и здесь все неоднозначно: неизвестно, смогут ли США рассчитывать на адекватную поддержку союзников (прежде всего Южной Кореи, но при определенных обстоятельствах Японии и Австралии) в случае серьезного военного столкновения с Китаем.

Место России

Несмотря на достаточно острую риторику и ряд противоречий в том, что касается вопросов международной безопасности, США и их союзники относят Россию скорее к категории «маргиналов». Москва, с их точки зрения, имеет интересы, обычно не совпадающие с их собственными, но и не представляет в настоящее время очевидной угрозы. Различные колебания и изменения в российской внешней политике открывают возможности как для сотрудничества, так и для конфронтации.

В отношении морской мощи Россия стремится прежде всего восстановить потенциал, утраченный после распада Советского Союза, очертить и обезопасить зону своих прямых жизненных интересов. Изначально последняя включала лишь территорию страны. В 1990-е и первой половине 2000-х гг. Россия была сосредоточена на борьбе с внутренней угрозой, защите суверенитета и территориальной целостности. Особых возможностей и жизненной потребности в отстаивании интересов в Мировом океане за пределами своих границ Россия не имела. Ярким примером была реакция на операцию НАТО в Югославии в 1999 году.

Появившиеся возможности и постепенное преодоление последствий распада Советского Союза привели к попытке Москвы расширить зону влияния и оспорить существующий мировой порядок. Декларацией новой политики стала мюнхенская речь Владимира Путина 10 февраля 2007 г., а уже в 2008 г., во время военного конфликта с Грузией, Россия показала готовность идти на односторонние действия вне пределов собственных границ. Политическое давление Запада и попытка США продемонстрировать силу в Черном море не имели особого эффекта, хотя, вероятно, частично и послужили причиной сдержанности Москвы в конфликте, не превратившемся в операцию по смене режима в Тбилиси.

В 2014 г. мы стали свидетелями стремительного развития конфликта на Украине, который привел к отказу Крыма признать легитимность перемен в Киеве и спровоцировал один из серьезнейших международных кризисов в XXI веке. Он напрямую затрагивает вопрос о российской морской мощи. Во-первых, именно наличие в регионе крупной военно-морской базы позволило России не допустить установления в Крыму новой украинской власти. Во-вторых, необходимость защиты базы и гарантии ее использования российским флотом на фоне острой антироссийской риторики Киева явилась одной из причин, почему Россия не стала мириться с фактом государственного переворота и пошла на резкое обострение российско-украинских отношений. Как и в 2008 г., стало понятно, что Соединенные Штаты не готовы применять морскую мощь для эскалации отношений с Россией и серьезно оспаривать ее положение в Черном море.

Смена приоритетов в сфере национальной безопасности в 2000-е – 2010-е гг. ключевым образом влияет на военную политику России в Мировом океане и требует соответствующей военно-морской стратегии. Москве следует быть готовой балансировать между КНР и США, рассматривая обе эти державы как потенциальных партнеров и соперников. России не выгодно изменение баланса сил в сторону резкого усиления либо ослабления Соединенных Штатов или Китая. Пока американский флот господствует в Мировом океане, Москве выгодно сотрудничать с Пекином, который оказывает молчаливую, но от этого не менее важную поддержку по ряду ключевых вопросов мировой политики.

Но если рост китайской мощи и секвестр военных расходов излишне ослабят американцев, встанет вопрос о большем сближении с Вашингтоном. Не стоит поддаваться иллюзии превращения Китая в долгосрочного стратегического союзника. Также не стоит преувеличивать угрозу прямого вооруженного столкновения с США и/или НАТО. Наличие стратегических ядерных сил и угроза эскалации конфликта вплоть до ядерной войны делают такой сценарий крайне маловероятным.

Россия должна стремиться укрепить свой авторитет на международной арене и способность влиять на процессы. Не стоит пренебрегать и участием в защите «общего блага». Прагматичная и взвешенная политика должна позволить выстраивать собственную зону влияния, так как готовность России сотрудничать и помогать Соединенным Штатам по отдельным вопросам международной безопасности позволит Москве убеждать Вашингтон в необходимости уступок по другим вопросам.

Морская мощь России призвана решать задачи: 1) в прибрежной и ближней морской зоне (БМЗ) и 2) в дальней морской зоне (ДМЗ). В настоящее время основной упор делается на первую группу задач, к которым относятся:

обеспечение стратегического сдерживания силами морской компоненты стратегических ядерных сил (МСЯС);оборона страны – прикрытие морских рубежей, обеспечение конвенционального сдерживания и оборона на театрах военных действий, прилегающих к российским границам, в случае гипотетической военной агрессии;защита экономических интересов в территориальных водах, исключительной экономической зоне (ИЭЗ) и на шельфе;обеспечение осведомленности о ситуации в Мировом океане (поддержание системы освещения воздушной, надводной и подводной обстановки) в пределах ИЭЗ и шельфа.

В перспективе Россия, вероятно, будет стремиться к расширению непосредственной зоны влияния в Мировом океане, которая сейчас включает российский сектор Арктики, Охотское море, часть Японского и Берингова морей, Черное море. В обозримой перспективе США сохранят превосходство с точки зрения морской мощи, и Россия, вполне вероятно, будет опираться, по примеру Китая, на «системы ограничения доступа». Но если между Пекином и Вашингтоном существует ряд противоречий, способных привести к военному или серьезному политическому конфликту, то, как отмечалось выше, каких-либо значительных коллизий, чреватых столкновением между Соединенными Штатами и Россией, в том числе в Мировом океане, нет.

Океанское будущее

Вторая группа задач, связанных с морской мощью России, ориентирована на действия в дальней морской зоне. В свое время СССР удалось создать океанский флот, который был вторым в мире после США. Но он являлся узкоспециализированным и преследовал единственную цель – успешное противодействие силам НАТО в мирное и военное время. Это определяло и океанские задачи: слежение и борьбу с атомными подводными лодками, вооруженными баллистическими ракетами (ПЛАРБ), и авианосными ударными группами вероятного противника. Кроме того, советский флот создавался в условиях непропорционального напряжения сил экономики. Эти два фактора в значительной степени предопределили развал флота в 1990-е годы.

Сейчас у ВМФ есть реальная надежда на возрождение. Эффективная политика национальной безопасности России невозможна без создания флота, способного решать задачи в ДМЗ. Чтобы флот мог сохраняться и выдерживать экономические кризисы и изменения во внешней политике и политическом руководстве страны, его строительство должно соответствовать возможностям экономики, а также необходимости создания кораблей многоцелевого назначения. Это подразумевает широкий спектр задач в ДМЗ, которые ВМФ призван эффективно осуществлять:

проецирование силы в локальных конфликтах против относительно слабого противника;проведение операций по завоеванию/оспариванию господства на море против сопоставимого или превосходящего по силам противника;в мирное время – конвенциональное сдерживание, военно-морская дипломатия и демонстрация флага, эффективная защита российских граждан и экономических интересов;операции в надводном, подводном, воздушном, космическом и информационном пространствах, а также операции «против берега»;обеспечение осведомленности о ситуации в Мировом океане вне пределов ИЭЗ и шельфа;обеспечение морской безопасности, в т. ч. борьба с пиратством, терроризмом, организованной преступностью и наркотрафиком;борьба с распространением оружия массового поражения;оказание гуманитарной помощи.

Действия ВМФ в ходе недавнего кризиса в Сирии продемонстрировали способность эффективно использовать российский флот для решения задач внешней политики в ДМЗ, но и острую нехватку инструментов. Замена советского наследства требует строительства новых кораблей ДМЗ, которые способны по своим количественным и качественным показателям решать широкий спектр задач. Кроме того, все это предусматривает постоянное присутствие российских кораблей в ключевых для национальной безопасности районах Мирового океана.

Возрождение флота: создание инструментов государственной политики

Формат статьи не позволяет детально рассмотреть главные направления строительства флота, способного решать указанные выше задачи. Тем не менее упомяну основные аспекты.

Военно-морское строительство нужно вести последовательно и системно, учитывая ограниченность ресурсов, то есть определиться с приоритетами и поиском компромиссных решений. Процесс должен постоянно находиться в сфере внимания высшего руководства. Во избежание ошибок советского периода подготовку кадров, создание инфраструктуры и системы материально-технического обеспечения предстоит вести параллельно, а в идеале – предваряя строительство кораблей. Необходим развитый вспомогательный флот, что особенно важно для океанской составляющей.

Строительству флота обязательно предшествует этап экономического и военно-политического обоснования: анализ и ранжирование угроз национальной безопасности в Мировом океане, задач флота, сил потенциальных противников, модели применения флота на тактическом, оперативном и стратегическом уровнях. Здесь требуется максимально возможная открытость процесса, способствующая информированности граждан России и иностранных правительств. Многие документы, естественно, не будут доступны общественности, но от традиционной политики «засекретить всё и вся» стоит отказаться.

Флот должен строиться как «система систем»: требуется сбалансированность структуры ВМФ, и каждая конкретная система, будь то ПЛАРБ или универсальный десантный корабль, должна представлять собой всю совокупность необходимых компонентов – единый комплекс вооружения. Нужно избежать повторения проблем, связанных с созданием комплекса «Булава»–«Борей», систем вооружения для других надводных кораблей и подводных лодок. В качестве примера достаточно упомянуть необходимость построения сбалансированных по составу и задачам авиагрупп и десантно-высадочных средств для российских «Мистралей». Если эту задачу не решить, то как минимум на первом этапе вертолетоносцы не станут полноценным комплексом.

Обоснование военно-морского строительства призвано обеспечить такую структуру и численность флота, которая одновременно отвечала бы и поставленным задачам военно-морской стратегии, и выделенным бюджетным ассигнованиям. Независимость собственного ОПК необходима, но закупку военно-морской техники за рубежом, особенно на первом этапе, не следует воспринимать как нечто недопустимое. Даже Соединенные Штаты и их союзники, а также Китай, уделяя приоритетное внимание развитию собственного военного производства, не избегают военно-технического сотрудничества. Глубокая модернизация и ремонт кораблей советского наследства – мера на первом этапе также неизбежная, пока флот не станет получать в нужных количествах новые корабли.

Говоря о структуре флота, следует четко определить баланс между задачами в БМЗ и ДМЗ, а также очередность строительства «прибрежной» и «океанской» составляющих. Необходим мощный прибрежный флот (неатомные подводные лодки, корабли охраны водного района, загоризонтные станции слежения, системы освещения подводной, надводной и воздушной обстановки, морская авиация наземного базирования, мощная береговая охрана), «океанский кулак» для решения задач военного и мирного времени (атомный подводный флот, десантные корабли ДМЗ и фрегаты), вспомогательный флот.

Уже сейчас пора задуматься о решении наиболее сложной задачи, а именно той, что касается разработки и строительства эсминца (многоцелевого корабля ДМЗ) и авианосца нового поколения. Успешная реализация этих программ крайне сложна и дорогостояща, но без них создание сбалансированного ВМФ невозможно.

Развитие и модернизация МСЯС необходимы, но они не должны осуществляться в ущерб силам флота общего назначения. Развитие МСЯС следует преимущественно рассматривать в свете развития стратегических ядерных сил как таковых, а не флота.

России стоит уделять большее внимание развитию Черноморского (ЧФ) и Тихоокеанского (ТОФ) флотов. В нынешней стратегической обстановке ТОФ предстоит отдавать приоритет по отношению к Северному флоту (СФ), а ЧФ – по отношению к Балтийскому флоту (БФ).

Роль ТОФа определяется смещением геополитического центра тяжести в Азиатско-Тихоокеанский регион на фоне ослабления там военно-политического потенциала России. Здесь сосредоточены ведущие крупные и малые морские державы (США, Китай, Япония, Республика Корея, Австралия) и многие точки межгосударственного противостояния. Значение ЧФ трудно переоценить на фоне грузинского, сирийского и украинского кризисов. Также именно через Черное море лежит кратчайший для России путь в Средиземное море и через него – в Индийский океан. Здесь располагается Новороссийск – крупнейший отечественный морской торговый порт. Наконец, именно на Черном море существуют наиболее благоприятные в России климатические условия для базирования флота. СФ, на который возлагаются задачи по прикрытию российских интересов в Арктике, останется крупным региональным флотом, сопоставимым по мощи с ТОФ, но перераспределение ресурсов в пользу ТОФ и ЧФ в перспективе лишит его статуса крупнейшего российского флота, каким он оставался с советской эпохи. БФ также необходимо обновлять, но ограничиться созданием небольшого современного прибрежного флота без существенных океанских функций. Здесь же в обозримой перспективе будут концентрироваться и новые надводные боевые корабли и неатомные подводные лодки, построенные заводами западного региона. После прохождения всех этапов испытаний и первоначальной подготовки экипажей большая часть кораблей будет уходить на ТОФ, СФ и ЧФ. На Каспии же России следует сохранять полное превосходство над другими странами региона, что, впрочем, является сравнительно легко выполнимой задачей.

По имеющейся информации относительно перспектив замены и модернизации корабельного состава ВМФ, перечисленные выше региональные приоритеты развития морской мощи уже приняты.

Флот – необходимость, а вовсе не «дорогая игрушка» или «обуза» для Вооруженных сил и страны в целом. Мировой океан является одним из ключевых пространств для международных отношений и военной политики великих держав. Лишь от самой России зависит, станет ли она активным игроком в этом пространстве или пассивным наблюдателем.

П.Ю. Тебин – кандидат политических наук.

Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 апреля 2014 > № 1110721 Прохор Тебин

Многомерный кризис

Разнообразное воздействие украинской коллизии на миропорядок

Резюме: Группы неоконсерваторов, стремясь перестроить мир по своим лекалам, не поняли направленность глобальных процессов. К тому же они не знают истории, без уяснения уроков которой любые планы обречены на провал.

Воздействие украинского кризиса на существующий миропорядок оказалось настолько многомерным, что пока трудно предугадать последствия – независимо от того, каким станет конечный исход (если о таковом вообще можно говорить). В этой короткой публикации мне хотелось бы затронуть лишь некоторые аспекты данной проблемы.

Сначала о мировом порядке.Происходящее на Украине – одновременно и порождение кризиса мирового порядка, и фактор, его усугубляющий. Произошедший на наших глазах распад украинской государственности едва ли можно рассматривать изолированно от общего кризиса международной системы. Его причиной стали и эрозия механизмов, поддерживавших традиционное, порой весьма искусственное и ущербное нацие-строительство, и крах неэффективного управления до предела коррумпированных авторитарных правителей, и спонтанные народные движения, и резкое обострение межэтнических и межконфессиональных противоречий, и безумный разгул «сменорежимных» политических инженерий Запада, и бурный рост активности обществ и властей, стремящихся оградить от этого опасного вмешательства свою исконную идентичность.

В отдельных кабинетах американского истеблишмента, в том числе в Госдепартаменте, присутствуют группы неоконсерваторов, которые все активнее стремятся перестроить мир по своим лекалам. Они рассчитывают на то, что инструменты транснациональной мобилизации массовых движений могут быть эффективно использованы для реализации определенных геополитических замыслов, деформирующих позитивные изменения в мировом порядке, и для реанимации институтов холодной войны, в частности НАТО. Однако они явно не поняли суть и направленность трансформационных процессов, к тому же проявляют незнание истории, без уяснения уроков которой любые планы почти всегда обречены на провал.

Не случайно известный американский аналитик Уильям Пфафф с недоумением вопрошает: «Почему славянская и православно-униатская Украина, история которой болезненно сплетена с российской, должна стать членом того, что было и в значительной степени остается постримской Европой Карла Великого?» Пфафф считает, что провоцирование некоторыми вашингтонскими чиновниками мятежа против законно избранного президента (в частности, Викторией Нуланд, активно действовавшей за кулисами) и вбрасывание 5 миллиардов долларов в поддержку «демократических институтов» на Украине с целью оторвать ее от России лишь создали «ненужный кризис» в американо-российских отношениях и разожгли «дестабилизирующую этническую напряженность в критически важном уголке мира». Несоответствие этого национальным интересам США настолько очевидно, полагает аналитик, что он даже допускает, будто Обама мог быть не в курсе действий этих чиновников.

Известный американский политолог Раджа Менон обращает внимание на то, что брюссельская штаб-квартира НАТО явно попыталась использовать крымский кризис как raison d’etre для альянса и механизм укрепления единства и решимости его членов. Но увы! – заключает Менон, украинское обострение не спасет альянс. Он пишет: «Как много членов старого НАТО, вы думаете, с облегчением вздохнули в 2008 г. в связи с тем, что Грузия не была членом НАТО и не могла прибегнуть к статье V Договора, чтобы потребовать защитить себя от России? Полагаю, что не меньшее число участников облегченно вздохнули и теперь в связи с тем, что в НАТО не входит Украина…». И еще одно заключение, с которым трудно не согласиться: «С учетом того, насколько уязвимыми чувствуют себя Молдавия, Грузия и Украина, крымский кризис делает перспективу их приглашения в альянс не более, а еще менее реальной». Наиболее здравомыслящим политикам понятно, что назрела необходимость замены обветшалых систем безопасности времен холодной войны на новые, инклюзивные и транспарентные структуры, основанные на принципе обеспечения равной безопасности для всех.

Теперь о российско-турецких отношениях. Влияние на них кризиса не ограничивается крымско-татарским фактором, хотя последний, безусловно, важен. По оценкам, в Турции живут около 5 млн потомков крымских татар, переселявшихся на протяжении более полутора веков (сравним это число с менее чем четвертью миллиона татар, проживающих в Крыму). Первая волна – после победы России в войне с турками в 1783 г. и присоединения Крыма, вторая – после окончания Крымской войны, т.е. с 60-х гг. XIX века, третья – после революции 1917 г. и четвертая – во время и после Второй мировой войны. Подавляющее большинство давно ощущают себя турками, но некоторая часть обладает стойкой исторической памятью. Среди них есть и те, кто мечтает о восстановлении крымско-татарской автономии, и те, кто хотел бы распространить среди живущих в Крыму татар радикальные исламистские взгляды. В Турции действуют несколько националистических группировок, объединяющих незначительное число потомков иммигрантов с полуострова, у которых, как считают турецкие коллеги, есть последователи и на исторической родине.

Тем не менее сегодня Турция ни в коем случае не заинтересована в дестабилизации, напротив, она могла бы стать союзницей Москвы в ее активных действиях по привлечению на свою сторону крымско-татарского меньшинства через его интеграцию в социально-политическую жизнь, привлечение к управлению двумя новыми субъектами федерации и удовлетворение национальных чаяний, которые игнорировались Украиной.Крым может стать выгодной площадкой для турецких инвестиций с учетом уникально короткого транспортного плеча. Однако пока препятствием является непризнание Анкарой воссоединения России с Крымом. Тем не менее есть немало способов преодолеть формальные ограничения, вызванные «трансатлантической солидарностью». Турция озабочена судьбой примерно 5 тыс. своих граждан, обосновавшихся на полуострове, большинство из которых занимаются бизнесом. В Крыму также активно действовало Турецкое агентство по сотрудничеству и развитию (ТИКА) – некий аналог американского US AID. Продолжение их деятельности под вопросом и, как мне думается, скорее всего, будет сведено к нулю. В крымских мечетях также служили около пяти десятков присланных из Турции имамов. Не будем забывать, что в Крыму активно действовали ячейки транснациональной исламистской организации «Хизб ат-Тахрир аль-Ислами», запрещенной в России; здесь проповедовали и ваххабитские эмиссары.

Нет сомнения, что подписанный Владимиром Путиным указ о реабилитации репрессированных народов Крыма и возможность создания на его основе в двух новых субъектах Российской Федерации национально-культурных автономий, в том числе крымско-татарской, будут значительно содействовать победе в борьбе за умы и души этой важной части населения полуострова.

Наконец, нельзя не согласиться с тем, что договориться об урегулировании кризиса должны в первую очередь сами украинцы. Однако никуда не деться и от того, что без согласия между Москвой и Вашингтоном никакие договоренности не могут быть выполнены.Похоже, все на Западе хорошо поняли, что «крымское досье» закрыто окончательно и бесповоротно, а Москва действительно не имеет намерений посылать войска в юго-восточные области Украины и вмешиваться в события. Но, по-моему, Вашингтону следует осознать, что, блестяще сыграв крымскую партию, Путин будет добиваться решения двух главных стратегических задач, жизненно важных для России.

Во-первых, обеспечение автономизации юго-восточных регионов Украины через конституционную реформу, параметры которой должны быть определены через общенациональный диалог с участием всех регионов (хорошо, что Сергей Лавров уже заменил в публичных речах лозунг федерализации, вызывающий отторжение у многих даже дружественных нам политиков вроде Александра Лукашенко, на лозунг децентрализации) при защите интересов русского и русскоговорящего населения, достойной роли русского языка.

Во-вторых, обеспечение нейтрального статуса Украины. Впрочем, продолжение курса на втягивание обанкротившейся и полуразвалившейся страны в военно-политический блок было бы полным безумием.

Хотелось бы думать, что украинцам удастся договориться о выполнении соглашений, достигнутых в Женеве. Однако исключать негативного развития событий не следует. Предположим, что разоружить все незаконные формирования не удастся, не получится и остановить эскалацию насилия. Рискну предположить, что при подобном сценарии может возникнуть вопрос о введении на Украину международного миротворческого контингента (естественно, с участием России и при безусловном соблюдении норм международного права, т.е. с получением соответствующего мандата). В этом будет заинтересован и Запад, ведь по сути интересы по сохранению целостности и стабильности Украины, ликвидации в ней очагов напряженности совпадают. Продолжив упорствовать в нежелании выполнять женевские договоренности, нынешние киевские лидеры сами сделают такую альтернативу неизбежной.

В.В. Наумкин – член-корреспондент РАН, профессор, доктор исторических наук, директор Института востоковедения РАН, член Группы высокого уровня и посол доброй воли Альянса цивилизаций.

Украина. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 апреля 2014 > № 1110720 Виталий Наумкин

Крым и Юпитер

О «быках» в мировой политике

Резюме: Силовые решения сегодня не дают права на легитимацию, как в XIX и XX веке. Шаги, выдержанные в консервативно-силовом ключе, не способствуют укреплению положения страны даже в пределах традиционной зоны влияния.

Существующая система международных отношений дает экспертам и политикам большой простор для прогнозов и спекуляций. Сейчас, на фоне обострения затухших было конфликтов в Восточной Европе, можно констатировать не только возвращение былых имиджевых суждений об «империи зла», но и неизбежную трансформацию миропорядка, который установился после распада Советского Союза. Глобальная энтропия не способствует ясности относительно будущего, но главное очевидно: предстоит крах прежних конфигураций и изменение статус-кво. Сложившаяся вокруг Крыма ситуация открывает новую страницу в системе международных отношений – с новыми рисками, угрозами и опасностями.

Выход на орбиту

Несмотря на массу концепций, ожививших политико-философские дискуссии во второй половине XX века, мировая система остается консервативной. С одной стороны, часть ее фундамента формировали принципы еще Вестфальской системы – с ее неизбывным обращением к логике государственного суверенитета и сопутствующей монополии государственных институтов на участие в мировой политике. С другой стороны, на внутреннюю логику миропорядка до последнего времени существенно влияло наследие Ялтинско-Потсдамской системы – естественно, за вычетом одной из сторон планетарного противостояния, что автоматически приводило к практически однополярному устройству.

При этом только с 1999 г. мир пережил военную операцию в Югославии, свержение режима Саддама Хусейна в Ираке, интервенцию в Афганистан и многие другие акты грубого нарушения государственного суверенитета со стороны глобального гегемона. Неудивительно, что некоторые страны стремились если не бросить вызов сложившейся конструкции мирового порядка, то хотя бы гарантировать себе безопасность, выступая в статусе региональной державы. К их числу в разные периоды можно отнести Иран, Ирак, Венесуэлу, Китай, Аргентину – и, что вполне очевидно, Российскую Федерацию.

Положение России в мировой системе после распада СССР было зыбким и неустойчивым: идеологический крах и деградация национального хозяйства, лишившие страну статуса «второго полюса» и сверхдержавы, соседствовали с сохранением прежнего ракетно-ядерного потенциала, а почти полумиллионная Западная группа войск покинула объединенную Германию лишь в 1994 году. Четкое позиционирование и внятно зафиксированная стратегия отсутствовали – «атлантическая» концепция внешней политики действовала с 1993 по 2000 гг., хотя с 1996 г., когда Евгений Примаков стал министром иностранных дел, объективно противоречила реальному курсу. Внешняя политика находилась в маятниковом состоянии и стабилизировалась лишь к середине 2000-х годов. В тот период зафиксированы основные параметры нового места страны в международных отношениях, часто представляющиеся исследователям излишне оптимистичными.

Во-первых, несмотря на возвращение России к многовекторной внешней политике, ни о какой серьезной конфронтации с США, напоминающей прежнее противостояние сверхдержав, речи не шло. На фоне продолжительной борьбы за отмену поправки Джексона-Вэника и процесса вступления в ВТО (в который, заметим, вложено больше усилий, чем в российско-украинское партнерство) Россия и Соединенные Штаты совместно осваивали континентальный шельф, американские компании проникали на российский потребительский рынок. Агрессивная риторика, воплощенная в Мюнхенской речи Владимира Путина, была направлена скорее на идеологическое размежевание с западными державами, что позволяло достигнуть ряда некоторых как внешне-, так и внутриполитических целей без существенных потерь в сфере экономики.

Во-вторых, место России в новой для нее системе международных отношений было связано с архитектурой, унаследованной от Ялтинско-Потсдамской конфигурации и биполярного мира. Вполне естественно, что ядерный арсенал не мог играть ключевой роли в повседневных дипломатических связях, однако наравне со статусом России как постоянного члена Совета Безопасности ООН позволял сохранять высокий уровень влияния на мировую политику. То, что в новой Концепции внешней политики прямо указывается на необходимость сохранения имеющегося статуса пяти постоянных членов СБ, а также на роль ООН как центра регулирования международных отношений, – не формальные, а наиболее содержательные замечания относительно актуального внешнеполитического инструментария.

В-третьих, стремление России вернуть утраченное положение определило создание разного рода партнерских структур, своим существованием закреплявших авторитет РФ как влиятельного субъекта международных отношений. В 1997 г. подписан Договор о Союзе России и Белоруссии. В 2001 г. образована Шанхайская организация сотрудничества и вступил в силу договор об учреждении Евразийского экономического сообщества. В 2009 г. в Екатеринбурге прошел первый саммит БРИК. Сейчас ведутся переговоры об углублении евразийской интеграции и более тесной кооперации в рамках G20. Таким образом, интеграционное направление внешней политики постоянно оказывалось на приоритетных позициях, что подчеркивает определенную неустойчивость обособленного (изоляционистского) положения; коллективное дипломатическое давление явно рассматривалось в качестве предпочтительной формы по сравнению с военно-силовым воздействием.

В современных условиях международная изоляция – действительно непозволительная роскошь практически для любой страны, не согласной с маргинальными позициями в мировой системе (как КНДР). С одной стороны, частое апеллирование к коллективному мнению союзников или сателлитов обусловлено общими тенденциями, когда любой внешнеполитический шаг нуждается в легитимации со стороны хотя бы части мирового сообщества: этому правилу неукоснительно следуют даже тогда, когда в пользу некоего решения высказываются Кирибати, Палау, Никарагуа или Тувалу. С другой стороны, интеграционные схемы объективно позволяют воспрепятствовать потенциальному внешнему давлению, и ключевые игроки как регионального, так и глобального масштаба стараются посредством консолидации увеличить вполне измеряемый политический и экономический потенциал.

Тем не менее в 2007 г. российские Вооруженные силы предприняли имиджевый шаг, связанный во многом с уже упомянутым позиционированием в политико-идеологическом пространстве, – дальняя авиация ВВС возобновила боевое дежурство в удаленных районах. Осмысленность этого действия с точки зрения военного паритета сомнительна, но политический сигнал был однозначным – типичное для монополярной системы желание «несогласных» оспорить ее основы.Грезы о титаномахии

Логика мирового порядка, какую бы конфигурацию он ни принимал, всегда несет на себе печать диалектики: каждая система международных отношений накапливает в себе изменения, трансформирующие саму ее основу. В рамках многополярных отношений постепенно выделяются лидеры, такие, какими были, например, великие державы Венского конгресса. Внутри биполярной системы идет глобальная игра с нулевой суммой, заканчивающаяся неизбежной победой одной из сторон или дроблением миропорядка на разорванные миры, за которым следует откат к многополярности. Современный же миропорядок, многими оцениваемый как однополярный мир, на самом деле не представляет собой контролируемую и лишенную конфликтов среду.

В условиях усложняющихся экономических связей, укрепления региональных игроков и вообще возрождения «второго мира», пусть и в рамках не единого социалистического лагеря, а конгломерата сил, наподобие ЕС, ALBA или исламского мира, сплачиваемого то Саудовской Аравией, то Ираном или Турцией, гегемония США регулярно подвергается сомнению – если не на практике, то на уровне теорий или публичных заявлений. Типичная динамика однополярного мира приводит к тому, что даже те державы, что были возведены в ранг региональных лидеров благодаря однополярности, начинают ее оспаривать. Кроме того, мировая экономика невольно выдвигает на ключевые роли такие страны, как Бразилия, Индия, Китай или Россия: одна только емкость внутренних рынков превращает их в центровые узлы международных отношений – со всеми сопутствующими обстоятельствами и амбициями.

Кроме того, желание Соединенных Штатов укрепить или подтвердить свой статус гегемона регулярно приводит к нарастанию противоречий и конфликтов внутри мировой системы. До последнего времени Пакистан, Саудовская Аравия и Египет считались традиционными союзниками США в пределах Ближнего и Среднего Востока. Сегодня отношения с Исламабадом разрушены нарочитой самостоятельностью американских действий в рамках борьбы с терроризмом. Саудовскую Аравию не устраивает смена приоритетов ближневосточной политики Вашингтона. А государственная система Египта и вовсе в критическом состоянии. Фактически Америка сама идет наперекор той самой интеграционной парадигме, о которой сказано выше.

В качестве потенциальных соперников США все чаще называются такие субъекты международной политики, как Китай, Россия, Бразилия, Индия, Турция и отчасти ЕС. Без сомнений, этот список можно расширить за счет амбициозных региональных игроков (Саудовская Аравия, Япония, Индонезия, Венесуэла), однако по разным причинам их потенциал не до конца раскрывается в рамках существующего миропорядка. Китай же наряду с Евросоюзом и Россией рассматривается исследователями как один из важнейших проводников многополярности и потенциальной «титаномахии» – глобального соперничества за лидирующие роли в международных отношениях. Каждая из перечисленных сторон имеет свой «образ будущего» и собственные представления о будущем мировой политики – объединяет их только статус «бросающих вызов», «претендентов», тех, кто призывает к обновлению миропорядка.

Вместе с тем до сегодняшнего дня логика происходящего укладывалась в лаконичную формулу латинского изречения «что дозволено Юпитеру, не дозволено быку». «Быками» мировой политики выступали державы, оспаривающие статус США, пытавшиеся вступить с Америкой в конкурентные отношения на уровне публичных заявлений, но на практике, к счастью или сожалению, не осуществлявшие шагов, подобных американским. За последние 15 лет именно Соединенные Штаты стали инициатором наиболее масштабных вооруженных конфликтов, в то время как операция Франции в Мали, столкновение КНР и Японии вокруг островов Сенкаку (Дяоюйдао) или протурецкая «Флотилия свободы» не приобрели серьезного резонанса, оставшись на глобальной периферии. Однако суровые законы мировой политики ставят конкурентные державы в жесткие условия: как и биржевые «быки», амбициозные государства вынуждены постоянно играть на повышение.

Крымский гамбит

Обострение российско-украинских отношений на рубеже 2013 и 2014 гг. связано не в последнюю очередь с общей логикой миропорядка, в котором демонстративное отмежевание России от мировых лидеров («Запада» в контексте внутрироссийского словоупотребления) регулярно приводило к столкновениям на постсоветском пространстве. К числу конфликтов, запущенных и поддержанных продвижением американских и европейских интересов в пределы российской зоны влияния, можно отнести и Приднестровье, и Грузию, и Киргизию, армяно-азербайджанский конфликт и вопрос о будущем военной базы в Айни (Таджикистан). Не стала исключением и украинская ситуация, начавшаяся с Евромайдана.

Первоначально Россия придерживалась достаточно умеренной линии, что позволяло самим украинцам обсуждать проблему экономической ассоциации с Европейским союзом лишь в контексте внутриполитического выбора и доверия политическому режиму Виктора Януковича. На пресс-конференции в Брюсселе в январе 2014 г. Владимир Путин заявил, что Россия будет вести диалог с украинскими властями вне зависимости от конфигурации правительства, а векторы европейской и евразийской интеграции вполне могут дополнять друг друга. Подобная позиция Кремля была сколь неожиданной (особенно с точки зрения отечественных «ястребов», принципиально отрицающих право Украины на независимость), столь и выигрышной: политическая конфронтация могла превратиться в рутинный процесс, где и российские, и украинские, и любые иные силы находились бы в пределах правового и дипломатического поля. Однако из-за углубления противоречий между режимом Януковича (то ли допустившим ряд грубейших ошибок, то ли просто неспособным удержать власть) и украинским обществом от прежней стратегии пришлось отказаться. Конфликт стремительно покинул правовое поле и свелся к серии принципиальных нарушений законодательства.

Очевидно неконституционным (вне зависимости от причин) являлось смещение Януковича с поста президента. И если многие державы, обратившись к практике двойных стандартов, легко смогли адаптироваться к новым условиям, то России, как ни странно, навредило принципиальное следование требованиям украинского и международного права. Через некоторое время, впрочем, эскалация конфликта продолжилась уже из-за нарушения Конституции Украины пророссийскими силами в Крыму. Сначала произошло неясное отстранение от власти лояльных официальному Киеву властей, в результате чего вся полнота власти на полуострове сосредоточилась в руках Сергея Аксёнова – лидера движения «Русское единство», а впоследствии на целом ряде стратегических объектов появились вооруженные люди без знаков отличия, к которым в российской прессе привязалось обозначение «вежливые люди», а в украинской среде – статус интервентов.

Градус российской политики в отношении украинского кризиса резко повысился: на государственных зданиях в Крыму то и дело появлялись российские флаги, а 11 марта выпущена весьма своеобразная Декларация о независимости Автономной Республики Крым и города Севастополя, в тексте которой напрямую указывалось, что Крым станет независимым лишь в том случае, если на региональном референдуме будет принято решение о вхождении в состав России. Подобная ситуация открыто нарушала как 73-ю статью Конституции Украины, так и условия Будапештского меморандума, подписанного Россией в 1994 году. Коллизия окончательно вышла из правового поля.

21 марта 2014 г., менее чем через неделю после референдума в Крыму, Владимир Путин подписал федеральный конституционный закон об образовании в Российской Федерации двух новых субъектов. 27 марта Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию о территориальной целостности Украины, не признав итоги крымского референдума и политику Москвы в отношении сопредельного государства. За документ проголосовало 100 стран – членов ООН, против – всего 11. 58 субъектов воздержалось.

В международном измерении действия России на заключительной фазе украинского кризиса (если представлять его условно завершенным) привели к сворачиванию значительной части сотрудничества с США и Евросоюзом, разговорам о введении экономических санкций и серьезной острастке на дипломатическом уровне. Среди 11 стран, выступивших против резолюции ООН, не оказалось ни Аргентины, ранее поддерживавшей российскую позицию в этом вопросе, ни Китая, ни Казахстана, ни Индии. Еще более примечательно влияние кризиса на внутриполитический процесс: при значительном доминировании лояльно настроенных граждан в обществе все же произошел раскол, обернувшийся поисками врага, «национал-предателей» и «пятой колонны».

Вне всяких сомнений, для значительной части населения Крыма возвращение в состав России (пусть и РФ, а не РСФСР) – действительно знаковое и положительно оцениваемое событие, которое воспринимается едва ли не как триумф «исторической справедливости». Однако это далеко не единственный итог крымско-украинского кризиса – хотя, пожалуй, единственный положительный.Шах и пат

Во-первых, своеобразной ценой присоединения Крыма стал стремительный отход Украины от прежней линии сотрудничества с Россией, а также рост популярности националистических сил – вплоть до откровенно праворадикальных. Апелляции к «исторической памяти» и общему культурному наследию, бесспорно, могут ретушировать драматизм ситуации, но стоит вспомнить, что еще в начале XX века у сербов и хорватов, ныне откровенно враждебных друг другу наций, было единое государство, а противоречия не выходили за рамки споров о лингвистике. Сегодня значительная часть украинского общества, несмотря на традиционные симпатии к России, не приемлет отторжения Крыма: по данным опроса GfK Ukraine, даже в Восточной Украине политику Владимира Путина поддерживает лишь 31% населения, а 47% всех украинцев уже сегодня считают Россию «недружественным государством» (для сравнения, в 2008 г., по опросам Киевского международного института и «Левада-центра», – 9%). Практически все украинские СМИ занимают жесткую позицию, точно так же как и российские демонстрируют одностороннюю оценку происшедших событий.

Во-вторых, крайне показателен выбор инструментария, при помощи которого разрешался украинский кризис. То же расширение ЕС и НАТО, о котором российские политики говорят во вполне справедливом негативно-осуждающем ключе, все-таки осуществлялось с применением инструментов «мягкой силы»: торгового сотрудничества, бизнес-кооперации, образования и институтов гражданского общества, активной пропаганды через сферу культуры и развлечений. За время же межгосударственных отношений России и Украины «мягкую силу» Москва, к сожалению, не использовала. Очевидно, что после силового решения крымского вопроса возможностей для этого еще меньше. Большей эмпатии со стороны украинских элит удавалось достигать финансовыми инструментами, однако потенциал этого ресурса в условиях нарастания кризисных явлений в российской экономике также сужается.

В отношении Крыма случилась та самая «игра на повышение», о которой сказано выше: под воздействием внешних или утративших управляемость обстоятельств игроки вынуждены были играть на углубление и эскалацию кризиса. Действия России, «претендента», также не способствовали сохранению стабильности мировой политической системы, однако возникает небезынтересный вопрос – а насколько она вообще должна ей содействовать? Ответ отечественного политического класса категоричен: после распада СССР Россия находится в неформальном статусе «проигравшего» и в современной архитектуре международных отношений занимает крайне невыгодное положение. Соответственно, если Россия желает занять более благоприятное и достойное ее представлениям место, она не может неукоснительно следовать правилам, установленным без участия Москвы, и сохранение текущего миропорядка не относится к внешнеполитическим приоритетам. Частично позиция подогревается неоднозначными высказываниями американских и европейских политиков, однако и они не проводят четкую границу между «борьбой за признание» и действиями, лишь усугубляющими нестабильность международных отношений.

В связи с этим необходимо переформулировать ранее заданный вопрос и спросить – а насколько действия России способствуют ее закреплению в статусе конкурентной державы? И здесь мы снова обращаемся к пункту, связанному с «мягкой силой» и трансформацией мировой системы, отчасти вытекающей из логики демократизации политического процесса.

Прежние силовые действия уже не имеют того права на легитимацию, каким они обладали в XIX веке и, вероятно, на протяжении части века XX. Мы не можем говорить о том, что действия, производимые в консервативно-силовом ключе, способствуют укреплению положения страны даже в пределах традиционной зоны ее влияния. В мире, где основные игроки используют более тонкие инструменты soft power илиsmart power, держава, опирающаяся исключительно на силовые средства, обречена на неудачу. Россия собственными руками размывает то самое партнерское пространство, конструирование которого было одной из ключевых целей МИД в последние десятилетия, и осторожная позиция Казахстана или Китая в отношении резолюции ООН – красноречивое тому свидетельство.

Важно отметить, что одним из ключевых оснований последнего обострения явилась территориальная локализация конфликта – на первый взгляд, вопреки тезису о снижении роли географических соображений в мировой политике. Конфликт происходит не на мировой периферии, к которой, увы, по-прежнему относится Ближний Восток, а ближе к корневым государствам глобального порядка, к Европе. В этом свете заявления некоторых представителей США – к примеру, Халила Хализада или Джона Керри – о том, что в XXI веке неприемлемы определенные действия в Европе, приобретают совершенно иной (и совсем не ироничный) смысл. Во время грузино-осетинского конфликта, для сравнения, никаких действий, сопоставимых с «крымской» реакцией, не предпринималось, хотя это было прямое военное вмешательство, связанное с дальнейшим отторжением территорий от суверенного, независимого государства. Однако даже призрачная перспектива военного конфликта на территории Восточной Европы вызвала резонанс, сравнимый, например, с появлением «вежливых людей» на территории Нижней Калифорнии.

Еще одним негативным обстоятельством, привносящим неопределенность, является ускоряющаяся эрозия процесса принятия решений в рамках ООН. Механизм Совета Безопасности создавался для того, чтобы гарантировать соблюдение интересов постоянных членов в любой ситуации. Но после холодной войны в его адрес все чаще звучит критика, поскольку состав СБ не соответствует современной расстановке сил, а «пятерка» обладает привилегиями, которыми активно пользуется. Конфликтов с начала 1990-х было немало, однако такого градуса противостояния, как теперь, – например, с исключением России из G8 или сворачиванием различных форм сотрудничества – до сих пор не наблюдалось. Потому не было и серьезных опасений того, что под грузом накопившихся противоречий сам статус или порядок формирования Совета Безопасности будет пересмотрен. Сейчас этот вопрос возникает все чаще, и крымская коллизия добавила ему актуальности.

Последним риском, связанным с эскалацией конфликта, является возможность того, что Россия из-за собственных действий утратит стратегическое положение на постсоветском пространстве, которым она обладала. Это традиционно воспринимается как уязвимое и связанное с утратой геополитического, экономического и иного потенциала после распада СССР и социалистического лагеря – и, конечно, в этой позиции есть рациональное зерно. Но Россия не до конца потеряла тот статус, который наряду со многим другим унаследовала от Советского Союза: ее система, экономическая, политическая и военно-политическая в особенности, оставалась в значительной степени скрепой такой части света, как «постсоветское пространство». Исследователи же не говорят о «постфашистском пространстве» и не слишком часто упоминают «постбританский мир», хотя и то и другое, особенно в случае с Соединенным Королевством, было бы уместно. На постсоветском же пространстве Россия сохранила роль если не гегемона, то крепкого регионального лидера, к которому примыкают другие государства. С приобретением Крыма Россия сталкивается не только с риском утраты Украины, о чем уже было сказано. Не слишком удачно пытаясь противостоять конкурентам, в итоге она сама привлекает их в те «слепые зоны», откуда оказывается вытесненной под гнетом собственных действий. Логика чисто географического приобретения – земли ради земли, моря ради моря – сегодня не работает; вокруг нас не времена вождя хуннов Модэ.

В российской науке и публицистике поднимается волна возмущения против оспаривания статуса России как великой державы; на законодательном уровне появляются инициативы, наказывающие за «умаление авторитета» России, СССР и даже Российской империи. Подобные настроения напоминают о замечании Леонида Ионина: «Гнев и возмущение (…) позволяют контролировать аудиторию лучше, чем рассуждение и анализ». Однако, пока во внутренней политике господствуют эти «демократические чувства», а внешняя политика руководствуется принципом «сначала ввязаться в бой, а потом поглядеть», Россия обречена оставаться вечным «быком-претендентом» мировой политики без перспектив стать тем Юпитером, которым она желает казаться.

К.О. Телин – кандидат политических наук, научный сотрудник факультета политологии МГУ им. Ломоносова.

Украина. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 апреля 2014 > № 1110719 Кирилл Телин

Европа и Россия: не допустить новой «холодной войны»

Резюме: На обозримое будущее Россия отбросила надежды стать частью Запада. Но еще не сделала выбора в сторону анти-Запада и тем более – в сторону антиевропеизма.

Дискуссия в связи с так называемым украинским кризисом вращается вокруг признания или непризнания присоединения Крыма к России, конфигурации будущего украинского государства. Если оно, будем надеяться, сумеет выжить. Это важные, но относительно второстепенные вопросы. Главные же – другие. Первый: какой будет система безопасности в Европе? Старому Свету, утверждаю, так и не было позволено выйти из холодной войны, а теперь может начаться еще один острый раунд. Второй: сможет ли Россия и ее общество преодолеть тот тупик развития, в котором она оказалась, восстановившись как государство к концу 2000-х годов? Третий – связанный: захочет ли Россия оставаться частью, хотя бы самостоятельной и особенной, Европы, или сделает судьбоносный выбор в пользу не только государственной, но и культурно-цивилизационной обособленности, экономически все больше поворачиваясь на Восток? Налицо жесткое намерение Москвы изменить правила игры, которые ей навязывали последние четверть века. Не сумев, да и не пожелав подстроиться, Россия отказывается от попыток стать частью Запада.

Кризис будет долгим. Но рано или поздно его нужно будет заканчивать. И для того, чтобы сделать это разумно, следует разобраться в причинах и истоках. Пока ситуация не располагает к обстоятельному анализу. Ставки высоки. Для Запада действия России – попытка ускорить перестройку международных отношений, правила и моду в которых задавал именно он. Но теперь западный мир утрачивает лидерство в экономике, теряет применимое военное превосходство и даже лишается господства в морально-политической сфере (исключением остается информационное доминирование). На фоне этого отступления решимость Москвы вызывает особенно болезненную реакцию.

Для России ставки еще выше. Реагируя на очередной вызов – экономически бессмысленную, но политически обусловленную попытку втянуть Киев в зону западного влияния через ассоциацию с ЕС, Москва пошла на резкое обострение, имея гораздо меньшую экономику, чем совокупный Запад. Россия рискует. Но, видимо, отступать не будет. Судя по всему, на кону – выживание и страны, и ее политического режима. Что в нынешней ситуации практически одно и тоже, хотя противники Кремля отказываются это признать. Предыдущий строй был навязан кровью и миллионами жертв. Нынешний вырос вполне органично – при поддержке или непротивлении подавляющего большинства населения.

Особая острота и ожесточенность кризиса и в том, что, требуя изменений правил игры, Россия фактически выступает от имени всего поднимающегося не-Запада. Он же желает ей победы, но не готов пока на столь жесткие действия.

Россия с ее историей и географией почти привычно оказалась на хребте очередного исторического перелома. Он начался еще в 1990-е гг. с подъема Азии, но тогда это явление осталось в тени антикоммунистической революции, которая дала Западу мощную экономическую и моральную подпитку. С одной стороны, открылись новые рынки потребителей и дешевых производителей. С другой – показалось, что западная система ценностей и управления победила, и окончательно.

«Открытая рана» и внешние «инфекции»

Спущусь с высоты теоретических рассуждений к прочтению конкретных факторов, приведших к нынешнему кризису.

Главный из них – отказ Запада де-факто и де-юре закончить холодную войну, которую провозгласили завершенной четверть века тому назад. Он систематически распространял зону своего влияния и контроля –

военного и экономико-политического (расширение НАТО и ЕС, соответственно). С интересами и возражениями России демонстративно не считались, вели себя с ней как с побежденной державой. Русские же побежденными себя не считали, да и вообще за полтысячелетия привыкли не проигрывать большие войны. России навязывалась версальская политика в «бархатных перчатках» – без жесткого отъема территорий или обложения формальными контрибуциями, как в случае с Германией после Первой мировой войны, но со стремлением ограничить и сократить влияние в международной системе. Превратив Россию периферийную, а то и следующую в фарватере Запада державу. Эта политика неизбежно порождала у великой нации, чье достоинство и интересы попирались, подобие «веймарского синдрома».

Особое раздражение российского политического класса вызывали систематический обман и лицемерие, когда обещания не выполнялись, а сама идея о наличии в мировой политике сфер контроля и влияния объявлялась концепцией устаревшей и не соответствующей современным реалиям. Между тем, Запад «несуществующую» сферу своего влияния планомерно расширял. Знаю: многие западные коллеги верили или хотели верить в свои слова. Но в России, да и во всем остальном мире, живущем совсем по другим правилам, они вызывали либо насмешку, либо недоверие.

Москва предлагала присоединение к западным структурам, переформатирование их в равноправные общеевропейские. Борис Ельцин говорил о желательности членства в НАТО. Этот вопрос ставил и Владимир Путин. В начале своего правления он безуспешно предлагал и кардинальное сближение с ЕС. Неизменно негативным был ответ на многочисленные инициативы (от Ельцина до Медведева) о заключении нового договора о европейской безопасности либо о создании единого человеческого, экономического, энергетического пространства от Ванкувера до Владивостока – Союза Европы или Большой Европы (Путин). Воплотись такие договоренности в жизнь, они помимо прочего зафиксировали бы новый статус-кво и положили конец борьбе за передел сфер влияния.До 2008 г. экспансия Запада носила открыто наступательный характер. И чуть было не дошла в 2007–2008 гг. до втягивания Украины в НАТО. Это создало бы России абсолютно нетерпимую военно-стратегическую ситуацию, угрожавшую стать casus belli. Разгром Грузии, напавшей на Южную Осетию и российских миротворцев в августе 2008 г., приостановил процесс. А мировой финансовый кризис в сочетании с двумя подряд политическими поражениями США в Ираке и Афганистане качественно подорвал политическое влияние Запада и его моральный авторитет. Подспудный кризис модели развития стал очевидным и в Европе.

Политика расширения зоны влияния и контроля на этом не закончилась. Только из наступательной она превратилась в арьергардную. В этом был смысл и «Восточного партнерства», и последней попытки подписать с Украиной Соглашение об ассоциации. От его экономической части как убийственной для остатков украинской промышленности и населения вынуждено отказаться даже нынешнее, явно прозападное киевское руководство. Имитация расширения Евросоюза на Украину была нужна европейцам, чтобы доказать самим себе и миру, что их проект еще привлекателен и жизнеспособен.

Были и менее уважительные причины последнего украинского гамбита Запада. Некоторые европейцы и стоящие за ними силы (не буду называть имен и стран, чтобы ограничить, насколько возможно, участие в нынешней войне обвинений и контробвинений; эти страны и имена известны) хотели насолить Москве, отомстить за поражения прошлого, связать руки, втянув в кризис. Присутствовало желание снизить внешнеполитическую капитализацию России, взлетевшую в последние годы за счет мастерства дипломатии и политической воли и позволившую стране играть на международной арене роль, которая кратно превышает ее экономические возможности. Недавних победителей раздражало демонстративное неприятие Москвой многих новейших западных ценностей и даже высокомерие руководства государства, еще недавно униженно просившего милостыни и набивавшегося в ученики. Хотелось «сбить спесь».

Среди таких не очень благовидных причин – создать расширением на Украину видимость прекращения геополитического и главное – социально-политического отступления Запада. И замаксировать пока безысходный кризис крупнейшего достижения человечества в международной сфере – европейского интеграционного проекта.

Лет десять тому назад только самые отчаянные эксперты решались говорить о кризисе современной демократии. Тогда рассуждали о «вызове авторитарного капитализма». Теперь очевидно, что главная проблема – неспособность сложившейся к концу ХХ – началу XXI века модели западной либеральной демократии эффективно ответить на вызовы новейшей глобальной конкуренции без опоры на военное превосходство. А оно было ликвидировано «ядерным уравнителем».

Выиграв, как казалось окончательно, в 1990-е гг., эта модель начала быстро отступать через десять лет. Сказанное, разумеется, не означает упадок демократии в мире вообще. Благодаря информационной революции люди и общества имеют беспрецедентную возможность влиять на политику и своих государств, и мира. В целом демократия побеждает. Но ее нынешняя западная модель сильно отличается от той, которая превалировала на протяжении XX века, а теперь уступает в соревновании. По крайней мере, временно. И этот проигрыш является крайне болезненным для политических классов западных стран, он ставит под вопрос их моральную и политическую легитимность. Трещит система ценностей, которую они создавали и на которой зиждется мировая власть. Это – почти экзистенциональный вызов для многих. Здесь одна из главных причин нынешнего ожесточения риторики. Во многом худшей, чем во времена поздней холодной войны. Когда коммунизм уже не рассматривали как серьезный вызов. И борьба все больше шла вокруг геополитики и безопасности.

Наконец, было и стремление сорвать российский евразийский проект. Намерение через политически вполне легитимные и вегетарианские Таможенный и затем Евразийский экономический союзы восстановить в новом, преимущественно экономическом, обличье значительную часть пространства Российской Империи. Усилить свои и партнеров конкурентные позиции в мире, распадающемся на экономические блоки. Заодно подлечив «веймарский синдром» большей части российской элиты и населения постоянно разжигаемый политикой Запада.

И российские государственные деятели, и эксперты предупреждали, что попытка втащить Украину в западную зону влияния через Соглашение об ассоциации (а за ней снова замаячила НАТО) обрекает украинский народ на бедствия и жертвы. Тем более что противодействие России в данном случае было гарантировано. Но русских не слушали, стремились продлить инерцию прошлых десятилетий, делая украинцев «пушечным мясом» очередной геополитической битвы.

Повторю: глубинная основа кризиса – незаконченность холодной войны, сохранение в центре Европы геополитически спорных территорий. В первую очередь Украины, но и Молдавии, стран Закавказья. В Европе имеется «открытая рана», на которую «садится» любая инфекция.

Нынешний кризис может стать новым изданием «холодной войны». В нем есть и геополитическая борьба и все более очевидный идеологический компонент, хотя и качественно иной, чем прежде. Парадоксально, но теперь Россия выступает в большей степени на стороне традиционных ценностей, которые когда-то отвергали большевики – веры, семьи, родины, патриотизма. А часть нового Запада предлагает ценности, которые большинством человечества отвергается. Эта коллизия, конечно, не так глубока как прошлое столкновение. Но обязывает быть настороже. Тем более что человечество, в том числе многие европейцы, не раз демонстрировало неспособность учиться на собственных ошибках. Чего стоит, например, проводившаяся в отношении России «мягкая» версальская политика. И это при том, что прошлая, порожденная почти иррациональным чувством мести, жадности и национальной ненависти к немцам, уже привела Германию к реваншизму, а Европу ко второй за поколение мировой войне. В ее развязывании повинен не только чудовищный фашистский режим, но и политический класс всей Европы.

В России Украина, пусть и независимая, считалась неотъемлемой частью русского исторического пространства. Колыбелью нашей государственности и цивилизации. Значительная часть украинского населения исторически тянется к России. За двадцать с лишним лет после распада СССР на Украине не сложилось государствообразующей элиты. Сменявшие друг друга правительства становились все менее компетентными и все более вороватыми. В результате страна с ее первоклассными ресурсами и трудолюбивым народом, бывшая в СССР одной из самых богатых республик, отстала от гораздо менее обеспеченных соседей. От Белоруссии – вдвое, если считать по доходам на душу населения. Становилось все более очевидным, что без внешнего управления Украина – несостоявшееся государство.

Запредельное воровство и коррупция, бедность, безысходность не могли не раздражать большинство украинцев. И когда их поманили в Европу, даже реально ничего не предлагая, они захотели поверить, что это возможно. К тому же российская модель и уровень развития привлекали гораздо меньше.

Очередной руководитель – Виктор Янукович – стал разыгрывать излюбленную карту всех его предшественников: шантажировать Европу и Россию, пытаясь выбить очередные подачки за демонстрацию «пророссийской» или «проевропейской» ориентации. На этот раз больше предложила Россия, и он «кинул» Евросоюз. Униженные, рассерженные горожане вышли на Майдан. К ним присоединились подготовленные боевики. Добавилась вполне объяснимая досада ЕС и желание любой ценой наказать недобросовестного партнера. Остальное известно. Противостояние закончилась кровавой бойней. Украина еще глубже провалилась в неуправляемость и экономический коллапс.Спасительный враг

Помимо «открытой раны», важнейшей причиной остроты кризиса вокруг Украины, его пропагандистской ожесточенности явился тупик развития, в котором оказались все участники. Европейцы, очевидно, неспособны в существующих идеологических и институциональных рамках выйти из глубокого комплексного кризиса европроекта. Проблемы в США выражены по-другому, но и там очевидны. Россия уже шесть лет по окончании периода восстановления не может сформулировать для себя ни стратегии развития, ни национальной цели. Становилось понятно, что при нынешней бюрократии, коррупции, расколе элит, их непатриотизме, уменьшающейся численности и ухудшающемся качестве человеческого капитала, незащищенности собственности независимым судом, правом, работающей модели не то что развития страны, но и удержания ее долгожданного суверенитета обеспечить нельзя.

Похоже, что внешнего врага, толчка, идущего извне кризиса явно или подсознательно хотели все. На протяжении 2012–2013 гг. западная пропаганда становилась все более негативной и даже тотальной. И ложилась на горький опыт последних двадцати лет. Пик пришелся на Олимпиаду. У меня, как, полагаю, и у других, гораздо более официальных, наблюдателей сложилось однозначное впечатление: Запад готовится к новому туру политики сдерживания и отбрасывания по модели холодной войны. Теперь она уже фактически объявлена. И России в этой ситуации терять было, собственно, нечего.

Москва понимала, что в сложившихся условиях нельзя отступать, оставляя западную границу уязвимой. Ведь лет через 10–15 к этой опасности может добавиться новый вызов со стороны гораздо более уверенного и сильного Китая. Тем более что сейчас Россия на пике мощи. Ближайшие годы усиления не сулят. Похоже, что Москва сознательно сместила фокус конкуренции с Западом с «мягкой силы» и экономической сферы – в сторону жесткой силы, воли и интеллекта. Туда, где она считает себя сильнее.

Попытка пока принесла положительные плоды. Но для того, чтобы закрепить усиление хотя бы в среднесрочной перспективе, необходимо переформатирование экономической и внутренней политики, убыстренная смена элит, появление целей развития, разделяемых большинством, национальной идеи.

Россия подготовилась. Развязана беспрецедентная со времен холодной войны антизападная кампания на телевидении, готовившая население. Появились современные вооруженные силы. Были и другие признаки надвигавшегося столкновения. Кризис на Украине ускорил его, послужил спусковым крючком, сделал практически неизбежным.

Промежуточные результаты благоприятны. Мастерски присоединен Крым. Захвачена и удерживается инициатива. Не признано руководство, пришедшее в результате переворота. Оставлена возможность непризнания будущих выборов, если они (почти неизбежно) будут проводиться в условиях беззакония, угроз со стороны вооруженных крайне правых. Не отвергнута теоретическая, но подкрепленная решениями парламента, возможность направления на Украину вооруженных сил в случае массового и кровавого насилия.

В российском арсенале большой набор инструментов влияния – и экономических, и политических. И главное – Москва, похоже, на этот раз решила не отступать, пока не добьется своих целей. Такая стратегия несет высокие риски, надолго осложнит отношения с Западом, ослабит позиции России в отношениях с Китаем (уменьшится поле ее маневра), хотя и повысит моральный авторитет в глазах не-Запада. Если, конечно, Москва не проиграет.

Среди целей, надеюсь и полагаю, не просто духоподъемное воссоединение с Крымом или, тем более, иными землями, временно укрепляющее легитимность власти. Основная цель – завершить на выгодных условиях неоконченную холодную войну, которую Запад де-факто продолжал. И в оптимальном варианте – даже заключить мирный договор на выгодных условиях. Программа-минимум – создание обстоятельсв, делающих невозможным или запретительно затратным дальнейшее одностороннее распространение зоны влияния и контроля Запада на регионы, которые Москва считает жизненно важными для своей безопасности.

В число целей Москвы входит и вероятно сохранение, насколько возможно, единой (уже без Крыма) федеративной Украины. Только такое устройство позволило бы сохранить хотя бы формальную целостность государства с его языковыми, культурными, экономическими различиями и почти без исторической памяти реальной государственности и без государствообразующей элиты.

Скажу прямо: не уверен в жизнеспособности украинского государства даже в его нынешних, усеченных уходом Крыма, границах. Им управляет недееспособная и безответственная элита, никакого обновления которой, судя по фаворитам президентских выборов, пока не ожидается. Но развал, особенно насильственный, повлечет недопустимые риски и издержки для всех украинцев, россиян, других европейцев. На территории Украины – 15 энергоблоков, множество опасных производств, уязвимых и предельно изношенных систем жизнеобеспечения. «Черный лебедь» – непредвиденная катастрофа или провокация – явление крайне маловероятное, но чреватое непредсказуемыми последствиями.Чижика съели?

Среди целей нынешней линии Москвы в евро-украинском кризисе есть, видимо, и желание обеспечить условия для жестких реформ, в том числе борьбы с бюрократией, офшорной аристократией, сытым засыпанием всех – и антилиберальных, и либеральных элит. Тех, что за последние годы так и не смогли предложить дееспособной программы развития страны. Для этого нужна реально выглядящая внешняя угроза. Раньше таковой видно не было. А без нее страна, привыкшая за тысячу лет своей истории объединяться вокруг опасности извне, не смогла и не захотела выйти из постреволюционного «отдыха».

У части российской элиты, вероятно, есть и программа-максимум –

воссоединение в той или иной форме с большей частью Украины. Думаю, что она нереалистична и недопустимо затратна. Во всяком случае, пока Россия не станет богатым, эффективным государством и привлекательным обществом, присоединиться к которому захочет большая часть жителей Украины.

Пока, полагаю, хватит Крыма, окончания холодной войны в Европе и начала, наконец, нового раунда преобразований. Включая ударную либерализацию условий для малого и среднего бизнеса, создание независимых судов, эффективно защищающих частную собственность, жесточайшую борьбу с коррупцией, очищение и национализации бюрократии, прекращение ее неприличного показушного потребленчества, вложения в образование, молодежь, упор на улучшение качества человеческого капитала, определяющего конкурентоспособность стран и обществ в мире. Только такой сценарий позволит эффективно использовать новую, обретенную благодаря крымскому подъему, легитимность российского руководства и сделает инструментально полезной риторику о необходимости противостоять «враждебным силам на Западе».

Такой сценарий обеспечит де-факто превалирующие позиции России на востоке и юго-востоке Украины. Но он станет возможен, когда Москва и Берлин, Россия и Евросоюз поймут бессмысленность и контрпродуктивность борьбы с нулевой суммой. И если и когда Вашингтон поймет пагубность политики, нацеленной на поддержку раскола Европы.

Пора совместно спасать Украину, превращая ее, как и другие сходные территории, из яблока раздора в инструмент сближения. Это и гуманная миссия. Элиты государств, за которые велась борьба, лишатся возможности, играя на противоречиях между Россией и Западом, провозглашая то «пророссийский», то «прозападный» курс, грабить и унижать свои народы. Придется, наконец, заняться развитием. Если Россия и остальная Европа продолжат игру с «нулевой суммой», Украина обречена на развал и длительную вялотекущую гражданскую войну.

Пока, разумеется, на фоне взаимной ругани и угроз мои мечты о новом договоре Союза Европы, завершающем холодную войну и закладывающем основу для слияния «мягкой» и технологической силы Европы и ресурсов, жесткой силы и воли России – выглядят прекраснодушными мечтаниями. Объективно и рационально такая интеграция выгодна России, она будет препятствовать ее дальнейшему отрыву от материнской – европейской – цивилизации. Выгодна она и Европейскому союзу, не способному без новой цели развития вырваться из своего внутреннего кризиса, обрекающего его на международную третьесортность и, возможно, деградацию. И миру – появился бы третий, в дополнение к Китаю и США, столп будущего миропорядка, делающий последний гораздо более устойчивым.

Может быть, отрезвит украинская встряска, которая далеко еще не закончена и почти неизбежно несет в себе новые драматические повороты? Понятно, что на обозримое будущее Россия отбросила надежды на вхождение в Запад. Но еще не сделала выбора в сторону анти-Запада и тем более – антиевропеизма.

И самое главное. Будет уже не международной, а российской драмой, может быть, даже настоящей трагедией, если кризис в отношениях с Западом, обостренный Москвой во многом сознательно, не приведет к курсу на серьезные реформы, ускоряющие развитие, дающие перспективу стране и людям. Или если увлечение Крымом отвлечет от начатого, но затухающего на глазах, хотя и так запоздавшего на десятилетие, экономического поворота к Азии через новое освоение Сибири и Дальнего Востока.

Страна уже не использовала для реформ кризис 2008–2009 годов. Будет совсем грустно, если прохлопаем и нынешний подъем патриотических чувств, укрепление легитимности и рост популярности руководства страны, не обретем стратегии, устремленной вперед. «Чижика съедим», используя крылатое выражение М.Е. Салтыкова-Щедрина.

Сергей Караганов — политолог, почетный председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, председатель редакционного совета журнала "Россия в глобальной политике". Декан Факультета мировой политики и экономики НИУ ВШЭ.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 апреля 2014 > № 1110718 Сергей Караганов

Почему Украину надо отдать России или Зачем Марсу учить английский

Резюме: США должны взять на вооружение мудрую политику британцев XIX века: выбрать себе противника – наиболее опасного соперника, но при этом удовлетворить амбиции других стран, чтобы не вести войну на много фронтов.

Название этой статьи смахивает на провокацию, по меньшей мере оно абсурдно. Контроль над Украиной с ее природными ресурсами и промышленностью явно усилит Москву – по крайней мере в краткосрочной перспективе, в то время когда отношения между Россией и Соединенными Штатами переживают небывалый спад. Негативное освещение России американским телевидением достигло наивысшего накала со времен Рейгана. Даже в 2008 г., когда Россия воевала с Грузией, только консервативный новостной канал Fox News представлял страну в столь негативном свете. Сегодня это делает более либеральная компания CNN, причем с такой интенсивностью, что даже люди в американских аэропортах (мой рейс как раз совпал с захватом Крыма) обсуждали происходящие события, хотя обычно здешний путешественник интересуется исключительно погодой или последними биржевыми сводками.

Наблюдателям может показаться, что идея отказа от Украины смахивает на новый Мюнхен, когда нацистская Германия захватывала Чехословакию. Эти два события действительно имеют структурное сходство, если вспомнить, что весь Мюнхенский кризис был вызван (или по крайней мере спровоцирован) недовольством судетских немцев. Проявив вопиющее пренебрежение к принципам западной политкорректности, они действительно хотели выйти из состава демократической Чехословакии и присоединиться к нацистскому государству.

Казалось бы, эта аналогия служит дополнительным аргументом для того, чтобы жестко противостоять Москве, и широко используется разными наблюдателями – от политических обозревателей до людей на Капитолийском холме.

Этот праведный гнев смешивается с некоторым удивлением. Действительно, долгое время казалось, что Россия уже вышла в тираж, превратившись в страну коррумпированных нуворишей и прозападного гедонистического среднего класса (причем обе группы якобы озабочены только собственными инвестициями и комфортной жизнью). Никто не думал, что Москва начнет действовать в американском стиле, как предписывают неоконсерваторы. На самом деле, в 2008 г. Кремль начал операцию в Грузии только после того, как нападению подверглись российские миротворцы. В данном случае Россия осуществила «упреждающую» операцию.

Эмоции захлестывают, но государственные деятели, принимающие важные решения, должны воздерживаться от поспешных действий или гневных обличений, если не способны претворить свои слова в конкретные действия. Логика событий подразумевает, что Вашингтону следует смириться с доминированием Москвы на Украине, по крайней мере любые действия должны быть плодом сознательных решений, принимаемых в более широком геополитическом контексте. Соединенным Штатам следует принять новую модель, как организованно и планомерно ретироваться, что нанесет США гораздо меньше ущерба, чем вынужденное отступление. Это хорошо понимает все большее число не только зарубежных, но и американских наблюдателей, таких, например, как Майкл Мазарр, профессор Военно-морского колледжа. В этом нам может помочь исторический урок политики Великобритании накануне Первой мировой войны.

Римский замах

Обращение политиков и широкой общественности к истории, конечно, обусловлено происходящими событиями. Со времен окончания холодной войны, и особенно в годы президентства Буша, США были чрезмерно уверены в своей мощи. В итоге они развязали несколько «превентивных» войн: бомбежки Сербии/Югославии Клинтоном в 1999 г., вторжение в Афганистан в 2001 г. и в Ирак в 2003 году. Американские стратеги всерьез рассматривали возможность удара по Ирану, хотя некоторые исследователи полагали, что это было бы большой авантюрой. В каждом из вышеперечисленных случаев использовались разные обоснования или, как выражались римляне несколько тысячелетий тому назад, разные поводы или предлоги для войны (casus belli). Подлинная мотивация заключалась не в спасении албанцев, наказании движения «Талибан» за укрывание Усамы бен Ладена и уж тем более не в поиске оружия массового уничтожения. Соединенным Штатам нужно было усилить позиции на Ближнем Востоке с его богатыми месторождениями нефти и газа или просто показать миру, кто подлинный хозяин на планете.

Вашингтонская элита была настолько уверена в собственном могуществе и в том, что никто не сможет оспорить мощь Америки на протяжении многих поколений, что даже особо не утруждала себя обычным в таких случаях морализаторством. Иногда звучали оговорки по Фрейду, которые обнажали американское геополитическое либидо. Например, Роберт Кейган, один из ведущих неоконсерваторов, ясно дал понять это в одной из знаменитых статей, заметив, что Европа – изнеженная и наивная Венера, верящая в силу международного права, а США – Марс, понимающий социальный дарвинизм и гоббсовскую природу мирового порядка. Следовательно, Марс не вдается в юридические тонкости и действует по собственному усмотрению, исходя из национальных интересов. Завоевание Ближнего Востока в полной мере оправдывалось американскими интересами, и составлялись даже более грандиозные планы.

В 2006 г., через несколько лет после статьи Кейгана, влиятельный журнал Foreign Affairs напечатал статью Кейра Либера и Дэрила Пресса. Авторы доказывали, что ядерный арсенал России и Китая настолько слаб, что «превентивный» ядерный удар полностью его уничтожит и устранит последнее препятствие на пути Америки к мировому господству. Предельная откровенность авторов была по своей природе сродни порнографии, то есть проповедь грубой силы не прикрывалась даже фиговым листком. Это ясно показывало, что некоторые представители вашингтонской элиты были настолько уверены в абсолютном превосходстве США, что не считали нужным скрывать свои подлинные намерения.

В истории опять же имеются уместные аналогии и объяснения. Вашингтон стал новым Римом, военная мощь которого была непревзойденной. Верно то, что мощь Рима приносила пользу завоеванным варварам. И все же фактическое применение силы отвечало интересам империи. К концу эпохи Буша «имперское перенапряжение», если кто-то еще помнит знаменитую теорию Пола Кеннеди, стало очевидным.

О чем бы ни разглагольствовали политики на Капитолийском холме, США начала 2000-х – уже не та страна, какой она была в 1950-е – ?1960-е годы. Экономические проблемы стали осязаемы. Брокеры с Уолл-стрит накопили гигантские прибыли со времен Рейгана, а Чикагская школа экономики отметила, что смерть американской промышленности – естественный и здоровый переход к передовой экономике услуг. Сам президент отметил, что «основа экономики прочна». Вместе с тем экономика рухнула в 2008 г. и была спасена от Великой депрессии лишь «количественным смягчением» – эвфемизм, означающий печатание ничем не обеспеченных денежных знаков и упование на то, что инновационные технологии, такие как новый способ добычи газа, помогут Соединенным Штатам сохранить роль ведущей экономической державы.И все же жизнь со всей очевидностью продемонстрировала слабость экономического фундамента, который не в состоянии поддерживать империю, опирающуюся на наемную армию, и джентльменский набор социального дарвинизма. Секвестр бюджета стал неизбежностью. На этом этапе Вашингтон, очевидно, обратился к модели Византийской империи, как было предложено Эдвардом Луттваком, влиятельным историком и политологом. В своей известной книге «Великая стратегия Византийской империи» он напомнил, что Византия просуществовала еще тысячу лет после падения Рима, потому что полагалась не на голую военную силу, а на искусное манипулирование противниками.

Похоже, что администрация Обамы последовала этому совету в отношении Ливии, где главная работа по низложению Каддафи была доверена исламистам; предполагалось, что их можно приручить или изолировать после того, как они выполнят главную задачу. Этот план провалился. Победившие джихадисты «отблагодарили» США тем, что убили американского посла и, по всей видимости, сыграли значительную роль в разрушении самой ткани общественной жизни в Ливии. Очевидно, что здесь одна из главных причин, по которым эта страна исчезла с телеэкранов как пример новой и процветающей демократии.

Марс, читавший по-гречески, потерпел такое же фиаско, как и до этого, когда читал на латыни. Москва это почувствовала и нанесла удар по Украине под предлогом спасения этнически и культурно близкого русскоговорящего населения.

Структурно это очень напоминает то, что произошло в 1999 г., когда США/НАТО нанесли удар по Сербии под предлогом спасения албанского населения. И все же в каком-то отношении ситуации разные. В 1999 г. Москва громко выражала свое возмущение. Вашингтон проигнорировал протесты и перешел к решительным действиям. Теперь история повторилась с точностью до наоборот: Америка громко выражала негодование, но ничего не предпринимала, и Россия перешла к решительным действиям. Причина – не просто ослабление экономических либо военных возможностей Соединенных Штатов, она гораздо глубже, чем признает большинство политиков на Капитолийском холме. Суть дела заключается в неверном предположении об абсолютном военном превосходстве США. Оно основано на исходной предпосылке, будто Соединенные Штаты могут одновременно воевать с несколькими крупными державами и при этом фактически игнорировать интересы большинства европейских союзников, между которыми тоже не наблюдается полного единства.

Вашингтон действительно обнародовал намерение перенести центр тяжести внешней политики на Азию, где Китай сегодня главная угроза, хотя более самонадеянная Япония однажды снова может посягнуть на американские интересы. В то же время Америка продолжает конфронтацию с Ираном, не давая Тегерану не только обзавестись собственным ядерным оружием, но даже оставить у власти Башара Асада в Сирии. Хотя воевать на два фронта само по себе обременительно, Вашингтон получил третий в виде Москвы. И здесь, как справедливо заметил Дмитрий Саймс, Белый дом фактически переиначил известный постулат Теодора Рузвельта: «Говорите мягко, но держите в руках большую палку». В данном случае американцы действовали совершенно иначе: использовали жесткую риторику, но не подкрепляли ее реальными действиями. Оно и понятно: военный вариант даже не обсуждался, а серьезные экономические санкции невозможно ввести из-за нежелания европейских союзников всерьез присоединиться к ним.

У Америки, по сути, не осталось альтернатив, и это фиаско, вкупе с выходом из Афганистана и Ирака и нежеланием бомбить Сирию, требует пересмотра глобального позиционирования США и иного взгляда на союзников. После Второй мировой войны таковых у Вашингтона действительно было много. Вместе с тем предполагалось, что они играют роль вспомогательной силы, и их расположение с ними не требует реальных жертв.

Учиться у британцев

В настоящее время актуален еще один исторический пример – Великобритания начала ХХ века. Подобно Америке времен холодной войны, Великобритания в XIX столетии была мировой державой с глобальными амбициями. У нее не было желания делиться с кем-то пирогом, и она конкурировала с Францией в Африке и с Россией в Азии. В определенный момент так называемый Фашодский инцидент поставил Париж и Лондон на грань войны. Вместе с тем после усиления Германии, которая заявила о своих претензиях на значительную долю британского колониального достояния, англичане изменили точку зрения. Они понимали, что не могут вступать в конфронтацию со всеми великими державами, и заключили с ними союз. Сделка предполагала, что Британия была готова дать обеим державам то, к чему сама стремилась: французы сохранят свои колониальные завоевания, а Россия – владения в Средней Азии. Более того, в случае победы в грядущей войне она могла бы получить вожделенные черноморские проливы и Стамбул.

Соединенные Штаты должны взять на вооружение мудрую политику британцев и перейти с латыни и греческого на английский. С учетом того, что экономические и военные ресурсы быстро тают, им нужно выбрать себе противника – серьезного и наиболее опасного соперника, но удовлетворить амбиции других стран. Вариантов немного. Если Вашингтон хочет умиротворить Пекин, ему следует не только смириться с тем, что Тихий океан станет китайским озером, но и в долгосрочной перспективе признать Китай мировым лидером. Согласиться с амбициями Ирана – значит не просто отдать Тегерану Ближний Восток с его нефтегазовыми ресурсами, но и открыто предать союзников США. Вряд ли после этого кто-то будет доверять американцам.

Сделка с Москвой гораздо более приемлема. У России ограниченные глобальные амбиции. Ее главная цель – доминирование на постсоветском пространстве, но даже там способность Москвы держать все под контролем отнюдь не абсолютна. Москва как американский союзник или по крайней мере благожелательно настроенная нейтральная сторона могла бы быть хорошим противовесом Ирану и Китаю, с которыми Россия конкурирует на разных фронтах.

Таким образом, США стоило бы согласиться с тем, что часть Украины перейдет под контроль России. Попытка давления ни к чему не приведет, потому что Москва чувствует слабость Вашингтона, которая останется даже после смены главы Белого дома, какие бы иллюзии ни питали те, кто все еще живет в призрачном мире недавнего прошлого. Нажим на Москву не возымеет никакого эффекта, если только Вашингтон и Брюссель не решатся конфисковать недвижимость российских олигархов и чиновников и не наложат запрет на российские нефть и газ.

Более того, Москва способна на ответные действия: отказаться от эмбарго на военно-техническую торговлю с Ираном, продать ему ракетные установки С-300, а если накат станет очень сильным, даже негласно помочь обзавестись ядерным оружием. Можно вспомнить пример Северной Кореи, которая вряд ли создала бы и усовершенствовала собственный ядерный арсенал без содействия Китая.

Понятно, что американскому Марсу не нравится переход с «латыни» – римской политики развертывания легионов в случае возникновения любой неприятности – на «британский английский», подразумевающий умиротворение противника и разделение с ним власти. И все же суровая правда жизни в любом случае заставит осуществить этот переход, и всякий военачальник подтвердит, что организованное отступление предпочтительнее беспорядочного бегства.

Дмитрий Шляпентох – профессор истории в Индианском университете Саут Бенд.

Россия. США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 апреля 2014 > № 1110714 Дмитрий Шляпентох

Возвращение геополитики

Ответный удар ревизионистских держав

Резюме: Знаменитый тезис Фукуямы о том, что после холодной войны наступил «конец истории», касался идеологии. Но многие восприняли распад СССР еще и как конец геополитики. Это оказалось иллюзией.

Опубликовано в журнале Foreign Affairs, № 3, 2014 год.

2014 г. начался очень бурно – на первый план вновь вышло геополитическое соперничество. Российские вооруженные силы захватывают Крым, Китай выступает с агрессивными заявлениями из своей прибрежной акватории, Япония отвечает на это все более резко, Иран пытается использовать альянс с Сирией и «Хезболлой», чтобы доминировать на Ближнем Востоке… Словом, старомодные силовые игры возвращаются в международные отношения.

Соединенные Штаты и Европейский союз обеспокоены таким поворотом событий. Они предпочли бы оставить в прошлом территориальные и силовые проблемы геополитики, сосредоточиться на вопросах мирового порядка и глобального управления, связанных с либерализацией торговли, нераспространением ядерного оружия, правами человека, верховенством закона, изменениями климата и т.д. С момента окончания холодной войны главной целью внешней политики США и ЕС было смещение акцента международных отношений с противостояний с нулевой суммой на тематику обоюдной выгоды. Втягивание в соперничество, от которого веет временами старой школы международных отношений, как сейчас на Украине, не только отвлекает от важных тем, но и влияет на сам характер международной политики. Атмосфера становится мрачной, перспективы поддержания и продвижения мирового порядка туманны.

Но Запад и не мог рассчитывать на то, что классические приемы геополитики так легко уйдут в прошлое. Крах Советского Союза был истолкован в корне неверно: речь шла об идеологическом триумфе либеральной капиталистической демократии над коммунизмом, а не о том, что жесткий режим отжил свой век. Китай, Иран и Россия так и не смирились с геополитическим порядком, сложившимся после холодной войны, и предпринимают все более активные попытки его разрушить. Процесс не будет мирным, и, независимо от того, преуспеют ли в этом ревизионисты, их действия уже подорвали баланс сил и изменили динамику международной политики.

Ложное чувство безопасности

Когда закончилась холодная война, многие американцы и европейцы, по всей видимости, думали, что наиболее жгучие геополитические вопросы в принципе решены. Оставалось несколько относительно менее значимых проблем, таких как раздираемая противоречиями бывшая Югославия и палестино-израильский конфликт. Границы, военные базы, борьба за национальное самоопределение и раздел сфер влияния перестанут, как они полагали, быть важнейшими проблемами мировой политики.

Людей нельзя винить в том, что им свойственно надеяться. Подход Запада к реалиям мира после биполярного противостояния был разумным. Вообще трудно представить, как обеспечить стабильность, не отказавшись от геополитического соперничества в пользу либерального миропорядка. Однако на Западе часто забывают о том, что сам этот проект базируется на геополитическом фундаменте, заложенном в начале 1990-х годов.

Реалии тогдашней Европы включали объединение Германии, распад Советского Союза, интеграцию государств бывшего Варшавского договора и республик Балтии в НАТО и Евросоюз. На Ближнем Востоке это доминирование суннитских держав – союзниц США (Саудовской Аравии, государств Персидского залива, Египта и Турции) и взаимное сдерживание Ирана и Ирака. В Азии – безоговорочное господство Соединенных Штатов, имевших договоры о безопасности с Японией, Южной Кореей, Австралией, Индонезией и другими странами региона.

Такое положение отражало тогдашнее соотношение сил, и оно оставалось стабильным, пока эта расстановка не менялась. К сожалению, многие наблюдатели ошибочно восприняли геополитические условия, временно сложившиеся в начале 1990-х гг., и окончательный исход идеологической борьбы между либеральной демократией и советским коммунизмом как единое целое. Знаменитый тезис политолога Фрэнсиса Фукуямы о том, что с завершением холодной войны наступил «конец истории», касался идеологии. Но для многих распад СССР означал не только прекращение идеологической борьбы человечества, но и финал геополитики.

На первый взгляд, такой вывод представлялся экстраполяцией аргументов Фукуямы, а не их искажением. В конце концов, идея конца истории вытекала из геополитических последствий идеологической борьбы со времен немецкого философа Георга Вильгельма Фридриха Гегеля, который сформулировал ее в начале XIX века. По мнению Гегеля, битва при Йене в 1806 г. положила конец войне идей. Для Гегеля полный разгром прусской армии Наполеоном в результате короткой кампании символизировал триумф Французской революции над лучшей армией предреволюционной Европы. Это означало конец истории, утверждал Гегель, потому что в будущем только государства, перенявшие принципы и методы революционной Франции, будут способны соперничать и выживать.В приложении к реалиям постбиполярного мира аргумент был истолкован в том духе, что в будущем, чтобы сохранять способность к конкуренции, государства должны перенять принципы либерального капитализма. Закрытые коммунистические общества типа СССР явили полное отсутствие творческой инициативы и неспособность развернуть эффективное производство. Поэтому они не смогли соперничать с либеральными государствами ни в экономическом, ни в военном отношении. Их политические режимы оказались непрочными, поскольку либеральная демократия – единственная форма общественного устройства, обеспечивающая свободу и человеческое достоинство, столь необходимые для поддержания стабильности современного общества.

Чтобы успешно бороться с Западом, нужно уподобиться ему, но тогда возникает риск превратиться в слабое пацифистское общество, не готовое вообще ничего отстаивать. Поэтому угроза миру может исходить только от «государств-изгоев», вроде Северной Кореи, но, хотя у них достаточно воли, чтобы бросить вызов Западу, устаревшая политическая и социальная структура не позволит им подняться выше уровня простого раздражителя (если, конечно, они не обзаведутся ядерным оружием).

Таким образом, бывшие коммунистические государства, включая Россию, оказались перед выбором. Они могли запрыгнуть на подножку уходящего экспресса модернизации и стать либеральными, открытыми и миролюбивыми, а могли продолжать держаться за свое оружие и свою культуру и смотреть, как их обгоняет весь остальной мир.

Вначале казалось, что это сработало. История закончилась, фокус сместился с геополитики на развитие экономики и ядерное нераспространение, в международной политике на первый план вышли такие вопросы, как изменение климата и торговля. В совокупности «закат геополитики» и «конец истории» открывали перед Соединенными Штатами заманчивые перспективы: меньше вкладывать в международную систему и больше от нее получать. Можно было сократить военные расходы, урезать ассигнования Госдепартаменту и уделять меньше внимания внешней политике – а мир все равно оставался бы процветающим и все более свободным.

Такое видение казалось привлекательным и либералам, и консерваторам. Администрация Билла Клинтона сократила бюджеты Пентагона и Госдепа и с трудом убедила Конгресс продолжать выплачивать взносы в ООН. В то же время политики полагали, что международная система станет более прочной и всеобъемлющей, продолжая при этом отвечать американским интересам. Республиканские неоизоляционисты, в частности бывший член Палаты представителей от Техаса Рон Пол, утверждали, что, учитывая отсутствие серьезных геополитических вызовов, Соединенные Штаты могут существенно сократить расходы на военные нужды и международную помощь, продолжая получать выгоду от глобальной экономической системы.

После 11 сентября 2001 г. президент Джордж Буш-младший строил внешнюю политику, рассматривая в качестве единственно опасных оппонентов ближневосточных террористов. Поэтому он начал против них длительную войну. В некотором отношении казалось, что мир вернулся в поле истории. Но представление администрации Буша о том, что демократию можно быстро перенести на арабский Ближний Восток, начиная с Ирака, свидетельствовало о глубокой вере в американскую фортуну.

Президент Барак Обама исходил из убеждения, что «война против терроризма» чрезмерно раздута, история действительно закончилась и, как и во времена Клинтона, приоритетом является распространение либерального мирового порядка, а не классические геополитические игры. Администрация сформулировала амбициозную повестку дня по поддержанию этого порядка: противодействие стремлению Ирана получить ядерное оружие; урегулирование палестино-израильского конфликта; глобальный договор об изменении климата; масштабные торговые соглашения в Тихоокеанском регионе и в Атлантике; договоры по контролю над вооружениями с Россией; налаживание отношений США с мусульманским миром; продвижение права на однополые браки; восстановление доверия европейских союзников и прекращение войны в Афганистане. Обама планировал значительно сократить военные расходы и уменьшить вовлеченность в дела ключевых регионов мира – Европы и Ближнего Востока.

Ось короедов?

Все эти благие намерения вот-вот пройдут проверку. Спустя четверть века после падения Берлинской стены мир выглядит менее постисторическим. Об этом говорит противостояние между ЕС и Россией по поводу Украины, в результате которого Москва присоединила Крым; активная конфронтация Китая и Японии в Восточной Азии; межрелигиозные конфликты как элемент международного соперничества и гражданские войны на Ближнем Востоке. Разными способами и с разными целями Китай, Иран и Россия пытаются пересмотреть итоги политического урегулирования коллизий холодной войны.

Отношения между этими тремя ревизионистскими державами очень непростые. В долгосрочной перспективе Россия опасается подъема Китая. Взгляды Тегерана на мировое устройство практически не совпадают с представлениями Пекина и Москвы. Иран и Россия экспортируют нефть и заинтересованы в том, чтобы цены оставались высокими; Китай – крупнейший потребитель, и ему было бы выгодно снижение цен. Политическая нестабильность на Ближнем Востоке может дать преимущества Ирану и России, но представляет серьезные риски для Китая. Поэтому говорить о стратегическом альянсе трех государств не приходится, а со временем, особенно если им удастся подорвать американское влияние в Евразии, противоречия между ними, скорее всего, усилятся.

Единственное, в чем они не перечат друг другу, так это убеждение в необходимости пересмотреть статус-кво. Россия хочет восстановить Советский Союз, насколько это возможно. Китай не намерен ограничиваться второстепенной ролью в мировых делах и не готов принять нынешний уровень влияния Соединенных Штатов в Азии и территориальный статус-кво в регионе. Иран мечтает изменить нынешний порядок на Ближнем Востоке, где лидирует Саудовская Аравия и доминируют суннитские государства, став его центром.

Лидеры трех стран также едины во мнении, что основным препятствием на пути к воплощению их ревизионистских планов является мощь США. Их враждебность по отношению к Вашингтону и поддерживаемому им миропорядку носит одновременно наступательный и оборонительный характер: они не только надеются, что ослабление Америки поможет установить собственные порядки в соответствующих регионах, но и опасаются, что Вашингтон попытается их свергнуть в случае роста недовольства внутри. Ревизионисты стараются избегать прямой конфронтации с Соединенными Штатами, за исключением тех редких случаев, когда ситуация явно складывается в их пользу (как при вторжении России в Грузию в 2008-м и при захвате и аннексии Крыма в этом году). Вместо того чтобы напрямую бросить вызов статус-кво, они ищут возможности ослабить нормы и отношения, на которые он опирается.

С тех пор как Обама стал президентом, каждая из трех стран реализовывала определенную стратегию с учетом своих сильных и слабых сторон. Парадоксально, но Китай, обладающий наибольшим из всей тройки потенциалом, недоволен результатами больше других. Его попытки укрепить позиции в регионе лишь прочнее сплотили азиатских союзников вокруг США и подогрели национализм в Японии. По мере роста возможностей Пекина у Токио все меньше надежды. Стремление Китая к власти встретит адекватное сопротивление Японии, и напряженность в Азии, скорее всего, отразится на глобальной экономике и международной политике.

Иран, по многим аспектам самое слабое из трех государств, оказался самым успешным. Вторжение американских войск в Ирак и их преждевременный вывод позволили Тегерану укрепить давние связи с основными центрами влияния вдоль иракской границы, что существенно изменило конфессиональный и политический баланс сил в регионе. В Сирии Иран при содействии «Хезболлы», своего давнего союзника, смог остановить наступление повстанцев и поддержать правительство Башара Асада, несмотря на активное противодействие со стороны США. Триумфальное шествие Realpolitik в регионе серьезно повысило влияние и авторитет Ирана. В целом «арабская весна» ослабила суннитские режимы, баланс сил продолжает смещаться в пользу Тегерана. Этому способствуют и растущие разногласия между суннитскими правительствами по поводу «Братьев-мусульман», их последователей и ответвлений.

Россия оказалась ревизионистом средней руки – более влиятельным, чем Иран, но слабее Китая, более успешным в геополитике, чем КНР, но не добившимся таких результатов, как Иран. России удалось достаточно эффективно вбить клинья в отношения между Германией и США, но стремление президента Владимира Путина возродить Советский Союз сковано недостаточными экономическими возможностями страны. Чтобы построить реальный евразийский блок, как мечтает Путин, России придется списать долги и оплачивать счета бывших советских республик, а это непозволительная роскошь.

Несмотря на подобную слабость замысла, российский президент тем не менее действовал необычайно успешно, срывая проекты Запада на бывшей советской территории. Ему удалось остановить экспансию НАТО, Грузия лишилась части территории, Армения вошла в сферу влияния России, присоединен Крым. Действия по ситуации на Украине стали неожиданным, неприятным и унизительным ударом для Запада. С западной точки зрения, Путин обрекает свою страну на беспросветное будущее – бедность и маргинализацию. Но Путин не верит, что история закончилась. На его взгляд, он укрепил свою власть внутри страны и напомнил враждебным западным державам, что у русского медведя по-прежнему острые когти.

Державы, которые будут

Ревизионистские державы преследуют различные цели и обладают далеко не одинаковыми возможностями, поэтому обеспечить глобальное, системное противодействие им, как это было во времена СССР, невозможно. Как следствие, американцы очень медленно осознают, что эти государства подорвали евразийский геополитический порядок и затруднили реализацию планов США и Европы по строительству выгодного всем постисторического миропорядка.

Следы ревизионистской деятельности остались повсюду. В Восточной Азии, где расположены самые быстрорастущие экономики мира, агрессивная позиция Китая пока не принесла ощутимых геополитических результатов, но уже кардинально изменила политическую динамику. Политика в Азии сегодня строится вокруг национального соперничества, территориальных претензий, наращивания ВМС и весьма схожих между собой исторических споров. Возрождение национализма в Японии как реакция на действия Китая запустило в регионе процесс, когда националистический подъем в одной стране подпитывает аналогичные настроения в соседних. Китай и Япония используют все более жесткую риторику, наращивают военные расходы, чаще провоцируют двусторонние кризисы и в целом все более явно вводят в практику противостояние с нулевой суммой.

Европейский союз по-прежнему остается в постисторической эпохе, но республики бывшего СССР за пределами Евросоюза живут в совершенно иных реалиях. В последние несколько лет надежды на трансформацию бывшего Советского Союза в постисторический регион померкли. Захват украинской территории Россией – только последний из серии шагов, превративших Восточную Европу в зону острого геополитического конфликта и сделавших невозможным стабильное и эффективное демократическое управление за пределами стран Балтии и Польши.

На Ближнем Востоке ситуация еще острее. Мечты о том, что арабский мир решительно движется к демократии, – а ими руководствовались администрации Буша и Обамы во внешней политике, – не оправдались. Вместо того чтобы строить либеральный порядок в регионе, Соединенные Штаты столкнулись с разваливающейся государственной системой, созданной еще в 1916 г. в результате соглашения Сайкса-Пико, по которому были разделены ближневосточные провинции Османской империи. Система управления разрушена в Ираке, Ливане и Сирии. Обама предпринимает максимум усилий, чтобы отделить рост влияния Ирана в регионе как геополитическую составляющую от вопроса соблюдения им Договора о нераспространении ядерного оружия. Но из-за того, что Израиль и Саудовская Аравия опасаются региональных амбиций Ирана, делать это все труднее.

Еще одним препятствием на пути заключения соглашений с Ираном является Россия, которая использовала свое место в Совете Безопасности ООН и поддержку Асада, чтобы помешать США добиться целей в Сирии.

Россия считает влияние на Ближнем Востоке важным фактором соперничества с Соединенными Штатами. Это не означает, что Москва на рефлекторном уровне будет противодействовать США, используя каждую возможность, но взаимовыгодные решения, к которым так стремятся американцы, иногда будут заложниками российских геополитических интересов. Решая, как надавить на Россию в связи с украинским кризисом, к примеру, Белый дом не может не просчитывать возможные последствия для ее позиции по войне в Сирии и ядерной программе Ирана. Россия не способна превратиться в гораздо более богатую или более крупную державу, но ей удалось утвердить себя как более важный фактор в американском стратегическом планировании, и теперь у нее в руках рычаги, которые она может использовать, чтобы добиться важных для себя уступок.

Успех ревизионистских держав осложняет положение государств, обеспечивающих статус-кво. Ухудшение ситуации особенно заметно в Европе, где катастрофа с единой валютой разделила общественное мнение и заставила сосредоточить все внимание на проблемах ЕС. По-видимому, Евросоюзу удалось избежать худших последствий кризиса евро, но его готовность и способность предпринимать эффективные действия за пределами европейских границ существенно подорвана.

Соединенные Штаты не испытали того экономического недуга, который пришлось перенести Европе. Но страна столкнулась с тяжелым внешнеполитическим наследием эры бушевских войн – масштабной системой слежки, медленным восстановлением экономики, непопулярным законом о здравоохранении. Общество охвачено пессимизмом. Американцы, придерживающиеся как левых, так и правых взглядов, ставят под сомнение преимущества нынешнего миропорядка и компетентность его архитекторов. К тому же простые обыватели разделяют мнение элиты о том, что в мире после холодной войны Америка должна меньше вкладывать в международную систему и больше от нее получать. Поскольку этого не произошло, люди стали винить своих лидеров. В любом случае общество не жаждет новых масштабных инициатив дома или за границей, а циники с презрением и скукой отворачиваются от поляризованного Вашингтона.

Придя к власти, Обама планировал сократить военные расходы и уменьшить значимость внешнеполитических вопросов, укрепляя при этом либеральный миропорядок. Пройдя чуть больше половины своего президентского пути, он оказался вовлеченным в разного рода геополитические соперничества, которых надеялся избежать. Реваншизм Китая, Ирана и России пока не разрушил миропорядок, сложившийся в Евразии после холодной войны; возможно, и не разрушит. Но эти государства превратили бесспорный статус-кво в оспариваемый. Американские президенты больше не обладают свободой действий при продвижении либеральной системы, им приходится укреплять геополитический фундамент.

Сумерки истории

22 года назад Фукуяма опубликовал книгу «Конец истории и последний человек», но возвращение геополитики в современный мир, кажется, окончательно опровергает его тезисы. И все же реальность намного сложнее.

Идея конца истории, напоминал читателям Фукуяма, принадлежит Гегелю. Последний утверждал, что, хотя революционное государство восторжествовало над старым режимом, противостояния и конфликты продолжатся. Он предсказывал мятежи на периферии, даже когда коренные земли европейской цивилизации перейдут в постисторическую эпоху. Учитывая, что к периферии Гегель относил Китай, Индию, Японию и Россию, неудивительно, что спустя более 200 лет мятежи не прекратились. Мы живем скорее в период сумерек истории, нежели ее конца.

Если взять за основу гегелевское представление об историческом процессе, сегодня можно было бы сказать, что с начала XIX столетия мало что изменилось. Чтобы обладать влиянием, государства должны предлагать идеи и развивать институты, которые позволяют им использовать титанические силы индустриального и информационного капитализма. Альтернативы нет – общества, которые не способны или не готовы идти по этому пути, превращаются в марионеток истории, а не ее творцов.

Но путь к постмодернити тернист. Чтобы укрепить свою мощь, Китаю, например, придется пройти процесс экономического и политического развития, требующего решения проблем, с которыми сталкивалось и современное западное общество. Однако нельзя быть уверенным, что движение Китая к стабильной либеральной современности будет менее бурным, чем, скажем, Германия. Сумерки истории – ?неспокойное время.

Вторая часть книги Фукуямы привлекла к себе меньше внимания – возможно, потому, что была не слишком лестной для Запада. Рассуждая о том, каким будет постисторическое общество, Фукуяма пришел к обескураживающему открытию. В мире, где главные проблемы решены и геополитика подчинена экономике, человечество будет очень похоже на склонного к нигилизму «последнего человека», созданного воображением философа Фридриха Ницше. Это самовлюбленный потребитель без особых устремлений, если не считать очередной поездки в торговый центр.

Другими словами, люди будут очень напоминать сегодняшних европейских чиновников или вашингтонских лоббистов. Они достаточно компетентны, чтобы решать свои проблемы в среде постисторических людей, но им трудно понять мотивы и противодействовать стратегии силовых политиков старого образца. В отличие от менее развитых и менее стабильных оппонентов, постисторические люди не готовы чем-то жертвовать, они сосредоточены на ближайшей перспективе, легко отвлекаются и не способны на дерзновенные поступки.

Реалии личной и политической жизни в постисторическом обществе кардинально отличаются от ситуации в таких странах, как Китай, Иран и Россия, где солнце истории еще высоко. Дело не только в личностях и ценностях, которые выходят на передний план, – по-разному работают институты, и сами общества сформированы на иной идеологии.

Общество, где преобладают ницшеанские «последние люди», не понимает и недооценивает своих предположительно примитивных оппонентов в считающихся отсталыми обществах. Это подобно слепому пятну, которое, пусть и временно, но закрывает другие преимущества этих стран. Возможно, история неумолимо течет в направлении либеральной капиталистической демократии, а солнце истории действительно может скрыться за горами. Но даже если тень увеличится и появятся первые звезды, такие фигуры, как Путин, останутся на мировой политической сцене. Они не исчезнут в ночи, а будут бороться до последнего луча света.

Уолтер Рассел Мид – профессор внешней политики и гуманитарных наук в колледже «Бард» имени Джеймса Кларка Чейса и обозреватель журнала The American Interest.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 апреля 2014 > № 1110713 Уолтер Рассел Мид

Два мира – два права?

Геополитика под прикрытием законности и морали

Резюме: Международное право не слишком хорошо работает в однополярном мире, поскольку правовая трактовка в нем диктуется из центра. Но планета слишком велика, сложна и многообразна, чтобы целиком принять такое положение вещей.

Конфликт на Украине и вокруг нее – следствие многих причин, по которым украинская государственность оказалась на грани распада еще до того, как ситуация в конце концов «взорвалась» на Майдане. Ни местная политическая элита, ни внешние силы, участвующие в процессе, никогда не действовали в интересах украинского народа в целом. Однако взглянем на последние события сквозь призму международного права, переживающего тяжелый кризис. Из мерила законности оно становится политическим инструментом. А интерпретации зависят от желаний заказчика.

Украина и Запад

Вспомним известный исторический эпизод. Заканчивая свою речь в Монреале в июле 1967 г. и покидая сцену, президент Франции де Голль, польщенный теплыми приветствиями жителей, крикнул: «Да здравствует свободный Квебек!». Оттава передала официальную ноту протеста, сочтя (и справедливо) это грубым вмешательством во внутренние дела Канады, и отношения с Францией какое-то время оставались весьма натянутыми.

Насколько незначительным выглядит этот дипломатический инцидент в сравнении с тем, что в течение многих недель происходило на Евромайдане, куда официальные лица из США и ЕС совершали постоянное паломничество для поддержки противников Виктора Януковича…

Когда в Киеве начались массовые протесты в ответ на отказ подписать соглашение об ассоциации с Евросоюзом, это могло оставаться внутренним делом Украины. Но представители западных государств, возмущенные тем, что украинский президент их «кинул», отвергли один из краеугольных принципов мировой политики – невмешательство во внутренние дела других государств. Аберрация сознания сегодня столь сильна, что на Западе очень многие, включая представителей власти, искренне не понимают: визиты официальных лиц США и Евросоюза на Майдан с обещаниями поддержки противоречили международному праву. Не говоря уж о том, что компромиссы стали невозможны, поскольку сторонники революции уверовали, будто внешние державы сделают все ради их победы, хотя ожидавшийся масштаб зарубежной помощи был преувеличенным. Любые договоренности о справедливом распределении власти, которые часто оказываются единственным способом избежать конфронтации в исторически, этнически и культурно разделенном украинском обществе, оказались исключены.

В годы холодной войны большинство экспертов и государств, по крайней мере на словах, признавали принцип невмешательства. И когда Вашингтон и Москва все же участвовали в событиях, происходивших на «заднем дворе» друг у друга, они делали это тайно, под прикрытием, а не демонстрировали явное взаимное неуважение. Теперь многие считают данный принцип устаревшим. Если мир, как полагают последователи Фрэнсиса Фукуямы (хотя сам автор доктрины о «конце истории» признал ее недостатки), движется к повсеместному торжеству либеральной демократии, борьба с режимами, не соответствующими либерально-демократическим стандартам – исключительно благое дело, а единственное вмешательство, достойное осуждения, – это попытки действовать вопреки логике всемирной истории.

Такой подход сталкивается по крайней мере с двумя серьезными проблемами. Во-первых, долгосрочные исторические прогнозы обычно не оправдывались, и нам неизвестно, куда движется мир. Ни одна социальная, экономическая или политическая система не вечна. Во-вторых, если либеральная демократия в самом деле призвана быть Землей Обетованной для обществ, которые пока еще к ней не пришли, попытки ускорить ее наступление способны повлечь за собой острые конфликты и хаос, не исключая гражданские и даже межгосударственные войны. Вместо расширения либеральной демократии мир может оказаться свидетелем ее сжатия. На этом фоне соблюдение принципа невмешательства, пусть и способствующее безнаказанности некоторых диктаторов, – сравнительно невысокая цена, которую придется заплатить.

К сожалению, в контексте сегодняшних геополитических конфликтов юридические аргументы в лучшем (или худшем) случае представляют собой словесное прикрытие информационной войны, в которой главной жертвой, как всегда, оказывается правда. Даже на Западе нужно быть если не Генри Киссинджером, то хотя бы Джоном Миршаймером, чтобы иметь возможность высказать сбалансированную точку зрения на события на Украине в ключевых СМИ. Только специалисты читают такие качественные источники, как Stratfor или The National Interest, где можно найти анализ, не обремененный лозунгами и оскорблениями. Обвиняя Владимира Путина в том, что он живет в нереальном мире, западные политики, СМИ и эксперты сами пребывают в измерении, созданном их собственной системой промывания мозгов. Поэтому известное предостережение Генри Киссинджера бьет, что называется, не в бровь, а в глаз: «Демонизация Путина на Западе – это не политика, а алиби, прикрывающее ее отсутствие».

Мы наблюдаем тревожное размывание принципов неприменения силы и невмешательства во внутренние дела государств. Соревнование России и Запада за Украину напоминало борьбу между европейскими империями за Африку в XIX веке. Неужели страны НАТО не понимают, что Китай или Россия могут также прибегнуть к манипуляциям из их арсенала? Но это явно не арсенал международного права.Косово и Крым

Законность референдума от 16 марта 2014 г. о статусе Крыма, а также цепочка событий, которая привела к нему, и последующие решения Симферополя и Москвы носят сомнительный характер. Конечно, международное право, хотя и не поощряет к выходу из состава государства отдельных территорий (право на самоопределение и выход из федерации лишь частично совместимы), не запрещает этого категорически. В этом смысле референдумы – раньше в провинции Квебек и скоро в Шотландии – международное право не нарушают. Но если бы третьи страны признали успешный исход голосования об отделении Квебека и Шотландии раньше Канады и Великобритании, такое действие считалось бы вмешательством во внутренние дела этих стран.

Обосновывая действия в Крыму, российская сторона апеллирует к косовскому прецеденту, который, к слову, Москва прежде жестко (и вполне справедливо) критиковала как нарушение международного права. Признание независимости Косово большинством западных стран состоялось вопреки всем решениям Совета Безопасности ООН как до (резолюция 1199 от 23.09.1998 г. и 1203 от 24.10.1998 г.), так и после (резолюция 1244 от 10.06.1999 г.) вторжения Североатлантического альянса. В них подчеркивалась важность гарантий территориальной целостности Югославии. Например, резолюция 1244 подтвердила «приверженность всех стран-членов принципу суверенитета и территориальной целостности Союзной республики Югославия и других стран этого региона, согласно Заключительному Хельсинкскому акту и приложению 2».

Консультативное заключение Международного суда от 22 июля 2010 г., в котором говорилось, что объявление независимости Косово «не было нарушением общего международного права» (его процитировал президент России в речи перед Федеральным собранием 18 марта), хотя и верно по форме, по существу стало самоуспокоением, а по последствиям – потенциально взрывоопасным прецедентом. Само по себе объявление Косово независимым государством, может быть, и не нарушало международное право. Но то, что оно стало возможным только вследствие военной кампании НАТО против Сербии, вынуждает признать крайнюю сомнительность акции.

Референдум в Крыму также омрачен присутствием Вооруженных сил РФ, даже если подразделения были расквартированы в Севастополе в соответствии с договором между Россией и Украиной. Достаточно задать один вопрос: состоялся бы референдум 16 марта, не будь в Крыму российских войск (кстати, не остававшихся на базах, что было бы необходимым требованием, если бы Россия в самом деле стремилась избежать вмешательства во внутренние дела соседней страны)? Если ответ отрицательный, а, с моей точки зрения, это так, то Москва нарушила международное право, хотя нет сомнений, что большинство и крымчан, и жителей России приветствуют воссоединение. В этом смысле действие можно считать легитимным, хотя и противоречащим международному праву.

Мы снова видим параллель с интервенцией НАТО против Сербии в 1999 г., которая в докладе Независимой международной комиссии по Косово во главе с судьей Ричардом Голдстоуном была определена как «незаконная, но легитимная акция». Обратите внимание: Россия также начала широко применять понятие «легитимность» вместо «законность». В глазах наблюдателя легитимность – более призрачный и субъективный критерий, нежели «законность».

Если говорить о конкретных юридических нормах, нарушенных Россией, я бы прежде всего обратился к определению агрессии 1974 г., ?которое также входит в обычное международное право. В Статье 3, в частности, говорится, что «любое из следующих действий, независимо от объявления или не объявления войны, должно, согласно положениям Статьи 2, считаться актом агрессии: <…> (е) применение вооруженных сил одного государства, находящихся на территории другого государства по согласию с принимающим государством, в нарушение условий, предусмотренных в соглашении, или любое продолжение их пребывания на такой территории по прекращении действия соглашения».

Очевидно, что российские Вооруженные силы в Крыму были использованы в нарушение соглашения. А референдум 16 марта ущербен с точки зрения международного права не потому, что он не соответствует Конституции Украины, и не потому, что принцип самоопределения народов менее применим в Крыму, чем в Шотландии или Квебеке. Незаконность референдума проистекает из того факта, что он проводился в условиях отказа Москвы от принципа неприменения силы (как и в случае с бомбардировкой Сербии и последующим провозглашением независимости Косово). Даже искренность желания абсолютного большинства крымчан войти в состав России не делает этот референдум законным. В лучшем случае его можно считать легитимным. Впрочем, мало у кого возникают сомнения по поводу того, что Крым останется частью Российской Федерации, независимо от законности, незаконности или легитимности процесса аннексии территории.

Одобрение западными странами независимости Косово облегчило Кремлю задачу признания двух отколовшихся от Грузии автономий в качестве независимых государств, а потом и способствовало крымскому блиц-присоединению. В совокупности с другими легковесными подходами к международному праву все это, от Югославии до Украины, способствовало подрыву его основ.

То, что НАТО в 1999 г. было озабочено отнюдь не участью косоваров, а чем-то иным, документально подтверждено, хотя эти документы или их анализ не так легко отыскать в западных средствах массовой информации. Например, согласно общепринятому мнению, к войне привел отказ Милошевича подписать так называемое «соглашение Рамбуйе», предложенное Вашингтоном. Однако, как отмечал Генри Киссинджер, «текст соглашения Рамбуйе, в котором Сербии было предложено допустить войска НАТО на всю территорию Югославии, был провокацией и поводом для начала бомбежек. Рамбуйе – не тот документ, который мог бы принять даже самый кроткий из сербов. Этот чудовищный дипломатический акт ни в коем случае нельзя было составлять в таком виде».

Точно так же лорд Гильберт заявил в Палате лордов британского парламента: «Условия, предложенные Милошевичу в Рамбуйе, совершенно недопустимы, как он мог их принять? В этом просматривается откровенный умысел». Получается, что главной причиной натовских бомбежек СРЮ в 1999 г. являлись не столько гуманитарные соображения, сколько упрямство и несговорчивость Милошевича. Как пишет Джон Норрис, директор по связям заместителя госсекретаря Строуба Тэлботта в период косовского кризиса, «войну НАТО можно объяснить сопротивлением Югославии общей тенденции политических и экономических реформ, а не бедственным положением косовских албанцев. Милошевич так долго был камнем преткновения для трансатлантического сообщества, и Соединенные Штаты сочли, что он отреагирует только на военное давление».Сферы влияния

С геополитической точки зрения, и в 2004 г. («оранжевая революция»), и в 2014-м налицо непрерывные усилия Запада по сдерживанию России, попытки взять ее в кольцо. Конечно, США вправе заявить, что дело не в геополитике, а в свободах, демократии и экономическом развитии. Невозможно отрицать, что бывшие коммунистические республики в Центральной и Восточной Европе, а также в Балтии сегодня свободнее и благополучнее, чем прежде. И более тесные связи между Украиной и остальной Европой в принципе пойдут стране на пользу. Однако в обозримом будущем у Киева нет шансов стать членом ЕС, он может разве что гордиться политической частью соглашения об ассоциации.

Украинская политика Вашингтона меньше всего имеет отношение к демократии и свободам, если об этом вообще можно говорить. Соединенные Штаты не раз свергали или помогали свергать демократически избранные правительства (Иран в 1953-м, Гватемала в 1954-м, Чили в 1973-м, это лишь несколько примеров), и сегодня они связаны союзническими обязательствами с некоторыми из наиболее одиозных автократий (например, монархиями Персидского залива). Это не значит, что США никогда и нигде не способствовали успеху демократии и защите прав человека, но такие цели всегда оставались второстепенными или побочными по отношению к геополитическим расчетам и соображениям.

Украина при Ющенко, как и Грузия при Саакашвили, была близка к подписанию Плана действий по членству в НАТО, открывавшего дорогу к полноценному участию в альянсе. В отличие от Евросоюза, НАТО – ?геополитический и военный блок, и его приближение к границам России преследует соответствующие цели. Вот что пишет Джордж Фридман: «Некоторые на Западе твердят о том, что опасения России – это анахронизм. Никто не стремится и не может вторгнуться в Россию. Подобные взгляды кажутся продвинутыми, но на самом деле страдают упрощенчеством. Намерения значат сравнительно немного с точки зрения оценки угроз, и они очень быстро меняются, равно как и возможности». А вот география и геополитика так быстро не меняются. Это относительные константы, поэтому Россия, естественно, встревожена приближением НАТО к своим границам.

Москва предпринимает ответные действия, реагирует на приближение Соединенных Штатов и их союзников к своим границам. Джон Миршаймер писал об украинском кризисе: «Вашингтон сыграл ключевую роль в эскалации этой опасной ситуации, и г-н Путин руководствуется теми же геополитическими соображениями, что и все великие державы, включая США». Реагируя на действия Вашингтона, Россия также нарушает нормы международного права. В этом смысле у России хорошие учителя.

Но если Америке многочисленные нарушения международного права пока сходили с рук (хотя в долгосрочной перспективе такая политика подрывает базовые американские принципы, и мы уже видим эффект бумеранга), Россия почти наверняка от этого пострадает. Москва слишком рано показывает зубы. Ей стоит поучиться у своего большого соседа – Китая, обратив особое внимание на совет Дэн Сяопина своим преемникам: «Трезво оценивайте события, отстаивайте нашу позицию, спокойно отвечайте на вызовы, скрывайте наши возможности и выжидайте, избавляйтесь от амбиций, никогда не претендуйте на лидерство». Иными словами: развивайте экономику, боритесь с коррупцией, уделяйте внимание «мягкой силе», а затем постепенно по необходимости увеличивайте военный бюджет.

Приходится, однако, признать, что Москва – не Пекин. Россия не привыкла мерить время веками. Более того, в отличие от Китая, который начал играть мышцами, пытаясь расширить свою сферу «жизненно важных интересов» (респектабельный термин, употребляемый Вашингтоном, когда речь заходит, например, о Ближнем Востоке или о многочисленных других регионах), Москва вынуждена противостоять сужению такой сферы в непосредственной близости от своих границ. Не отреагируй она сейчас, потом вернуть утраченные позиции было бы труднее, если вообще возможно.

Разные страны по-разному отвечают на попытки «цивилизовать» их и заставить соответствовать доминирующему тренду. Немало государств с восторгом следуют руководящим указаниям, другие делают это неохотно, а некоторые вообще ощетиниваются, и подталкивать их контрпродуктивно. Едва ли следовало ожидать, что Москва станет проводить политику присоединения к большинству, на которую согласны многие небольшие государства.

Владимир Путин в своей предвыборной статье 2012 г. указывал, что «Россия практически всегда проводила независимую внешнюю политику, и именно так дело будет обстоять в будущем». Россия слишком велика, чтобы подчиняться диктату какой-либо внешней державы, иначе все время будут возникать недоразумения и конфликты. Британский эксперт Ричард Саква несколько лет назад писал, что «современная система международных отношений не обладает механизмом для интеграции усиливающихся великих держав. Это касается Китая, а также России и некоторых других стран».Порядок и право

Конфликт вокруг Украины иллюстрирует столкновение различных планов будущего мироустройства.

С одной стороны, налицо стремление заставить человечество двигаться к однополярному миропорядку с управлением из единого центра – ?Вашингтона – при вспомогательной роли Брюсселя. Этот путь должен привести через цепочку смены режимов к всемирному торжеству либеральной демократии в «конце истории».

С другой – стремление региональных держав противопоставить этой тенденции многополярный мир с множеством сфер влияния, в котором правила поведения представляют собой следствие общемирового согласия наподобие постнаполеоновского «Европейского концерта наций» XIX века, который гарантировал самый долгий период мира в истории континента (1815–1914). Естественно, есть игроки, которым не нравится ни один из этих вариантов. Достаточно большое число небольших государств (я бы назвал их «анархофилами») ожесточенно защищают свою независимость, тогда как некоторые нации, не имеющие своей государственности, пытаются обзавестись ею (например, упомянутые Каталония, Квебек, Шотландия и многие другие), используя косовский, а теперь и крымский прецедент. Имеются «смутьяны», предпочитающие мировой беспорядок любому существующему или потенциальному порядку, чтобы иметь возможность «ловить рыбу в мутной воде».

Будущее международного права в наиболее деликатных и политически горячих сферах будет зависеть от того, какой из двух вышеупомянутых проектов мироустройства возобладает. Оно действует и, надеюсь, дальше будет действовать сравнительно успешно в более технических областях. Будет ли международное право по своим базовым предпосылкам и характеристикам подлинно межгосударственным, или оно станет чем-то вроде внутреннего права ЕС, то есть наднациональным, но уже всемирным, правом, соответствующим однополярному миру?

Один из величайших умов XX века, Вольфганг Фридман из Колумбийского университета, еще в 1960-х гг. предсказывал развитие международного права в двух направлениях – к праву сосуществования и праву сотрудничества. Первое соответствует традиционному межгосударственному взаимодействию, где государства, их суверенитет и независимость от внешнего вмешательства превыше всего. Второе больше соответствует тому, что, по мнению Фридмана, представляло собой нарождающееся мировое сообщество, в котором влиятельными игроками будут не столько государства, сколько люди и их права, а также всевозможные организации, включая наднациональные образования.

Действительно, с той поры право развивается именно в таких двух направлениях. В Европе вместо международного права мы имеем внутреннее право Евросоюза. Права человека больше не рассматриваются при таком подходе как вопрос исключительно внутренней юрисдикции. Появились международные уголовные трибуналы по бывшей Югославии и Руанде, а также Международный уголовный суд, хотя их функционирование демонстрирует, что механизмы, работающие нормально внутри суверенных государств, приводят к ограниченным, а порой и искаженным результатам при их переносе в область международных отношений.

В Европе мир стал локковским, тогда как в других местах он остался гоббсовским. Или, как пишет муж Виктории Нуланд Роберт Кейган, «американцы с Марса, а европейцы с Венеры». Если в Старом Свете действительно возобладало право сотрудничества и даже наднациональное законодательство, то в более широком гоббсовском мире, где бал правят «люди с Марса», по-прежнему необходимо более твердое соблюдение права сосуществования. А оно может быть продуктивным только в мире, который основан на соблюдении баланса сил. Однополярный мир ему противопоказан.

Международное право не слишком хорошо работает в однополярном мире, где трактовка принципов и норм диктуется из единого центра. Но планета слишком велика, сложна и многообразна, чтобы целиком принять такое положение вещей. Многообразие нельзя сплющить и вытянуть в ковер, на котором все функционирует по одной модели, будь то иудео-христианская, англо-саксонская, конфуцианская, мусульманская, светская либерально-демократическая или иные. Вот почему международное право сосуществования, с его принципами неприменения силы и невмешательства во внутренние дела других государств, должен осторожно укрощать гоббсовский мир, помогая ему двигаться в направлении локковского. А может быть, конфуцианского, кто знает?

Рейн Мюллерсон – президент Института международного права (Institut de Droit International), президент Академии права Таллинского университета.

Украина. США. Весь мир. Россия > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 апреля 2014 > № 1110712 Рейн Мюллерсон

Верхушка айсберга

Как украинский кризис может переустроить мир

Резюме: Саммит по евразийской безопасности под эгидой Секретариата ООН поможет переключить внимание России, США и ЕС на более значительные региональные проблемы, чем Украина, к работе привлекут Китай и Индию.

В потоке мнений и комментариев относительно событий на Украине и в Крыму на фоне противостояния между Россией и Западом два актора оставались практически незамеченными – ООН и БРИКС, объединение, в которое, подчеркнем, входит и сама Россия. Кризис способен оказать существенное воздействие на две эти структуры, учитывая геополитический характер конфронтации. Особенно интересны как прямые, так и косвенные последствия для БРИКС. Сомнения касательно укрепления БРИКС как геополитической силы существовали и раньше, а события на Украине и в Крыму только усилили их.

БРИКС – ревизионистская платформа, в рамках которой продвигаются идеи реформы глобального экономического управления. Учитывая состав группы, ее геополитический подтекст очевиден. Поэтому у мирового сообщества и СМИ возникли определенные ожидания. Но противоречия внутри БРИКС настолько серьезны и болезненны, что превращение группы в реальную политическую силу весьма маловероятно. Очень показательно решение Китая воздержаться при голосовании по резолюции Совбеза ООН насчет Украины, на которую Россия наложила вето (вполне соответствует «политике невмешательства» Пекина), так же как и сдержанная, ни к чему не обязывающая реакция других членов БРИКС.

Иными словами, БРИКС как коллективная платформа дает «пятерке» свободу маневра в преследовании стратегических целей в соответствии с национальными интересами, хотя это и осложняет существование общего бренда. При этом как экономический полуальянс БРИКС не способен сплотиться в случае геополитического конфликта. Украинский кризис ясно это продемонстрировал.

Подъем РИК?

Не исключено, что в случае ужесточения финансовых санкций против России проявятся пределы банковского механизма БРИКС. Однако если разобрать БРИКС на геополитические компоненты в северной Евразии, обнаруживается весьма интересная динамика, в частности относительно контактов на уровне МИД в треугольнике Россия–Индия–Китай (РИК).

По закону диалектики, по мере вытеснения России из G8 и ужесточения позиции G7 повышается вероятность того, что по крайней мере тактически Россия, Индия и Китай могут разыграть карту трехсторонней интеграции внутри БРИКС. Ответить по инициативе Москвы на мобилизацию Запада, направленную на то, чтобы изолировать Россию в международном плане. Ведь Индия и Китай (так же как Бразилия и ЮАР) не пойдут на изоляцию Москвы.

В то же время реакция Китая и Индии на предложения России будет обусловлена прагматичным расчетом – использовать напряженность в российско-американских отношениях для собственной выгоды, поскольку оба государства стремятся к сближению как с Москвой, так и с Вашингтоном. Азиатские гиганты, вероятно, постараются «везде поспеть», пока разворачивается кризис вокруг Украины и Крыма. У России есть огромный стимул наладить более тесное сотрудничество с обеими странами в энергетическом секторе, в первую очередь это касается оси Пекин–Москва, где все упиралось в стоимость транспортировки газа в КНР. Теперь ситуация близка к тому, чтобы измениться.

Это приведет к росту взаимных инвестиций в промышленный и энергетический сектор между Россией и Индией, а также Россией и Китаем. В результате, независимо от того как дальше будут складываться отношения Москвы с США и Европой, в рамках БРИКС появится северо-евразийская интеграционная основа. В этом случае сопротивление против ужесточения антироссийских санкций может заставить и Запад, и Россию пойти на определенный компромисс.Шесть уроков кризиса вокруг Украины и Крыма

Украинский кризис ярко продемонстрировал линии разлома, наметившаяся вдоль границ формирующегося многополярного порядка, а также ошибочные шаги конкурирующих лагерей, которые его строят. Урегулирование конфликта между Москвой и Западом вокруг дальнейшей судьбы Украины и Крыма может стать эндшпилем холодной войны, которая на самом деле так и не закончилась. На данный момент напрашивается по меньшей мере шесть выводов из возобновившейся конфронтации между Востоком и Западом (в прежнем политическом понимании).

Во-первых, кризис на Украине и отделение/аннексия Крыма Россией показали, что холодная война, которая, как мы думали, завершилась, в действительности находилась в стадии ремиссии. Триумф Запада во главе с США и объединение Германии на фоне краха Варшавского договора и распада СССР помешали прийти к более долгосрочному урегулированию большой конфронтации. Североатлантический альянс не был расформирован, на месте НАТО и ОВД не возникла новая единая архитектура мира и безопасности.

Поляризация внутри Украины (часть за ЕС, часть за Россию) отражала замороженные, но не разрешенные проблемы времен холодной войны. Это второй вывод.

Соглашение между ЕС и Киевом об ассоциированном членстве Украины и подписание Путиным закона о присоединении Крыма закрепляют разделение региона. Таким образом, мы приходим к третьему выводу: борьба за геополитические перегруппировки в межгосударственных отношениях в Евразии скажется на процессе трансформации мирового порядка.

В центре происходящих событий – судьба Российской Федерации, поэтому президент Путин проявляет такую агрессивность в своих гамбитах. Ему приходится координировать поддержку режима Башара Асада в Сирии, так как силы джихада грозят нанести ответный удар в мусульманских районах Северного Кавказа, поставив под вопрос стабильность в России. К этому добавится вывод сил Соединенных Штатов и НАТО из Афганистана, к которому Москва относится двойственно. Приход талибов к власти в Кабуле при поддержке Пакистана усилит геополитическую экспансию исламского фундаментализма в Центральной Азии, у границ России.

К тому же не исключено сближение США и Евросоюза с Ираном как следствие соглашения по иранской ядерной программе. Отношения между Москвой и Тегераном станут неоднозначными, учитывая обострение конкуренции на энергетическом рынке, которое выгодно Европе, так как поможет ослабить ее зависимость от российской нефти и газа. Не говоря уже о замаячившем на горизонте выходе на рынок Америки как крупного трансатлантического экспортера энергоресурсов. Эти перспективы Путин вполне может учитывать при расчете ответных шагов Москвы, которые способны затруднить переговоры о ядерном будущем Ирана, если экономическое давление Запада на Россию усилится.

Если принять во внимание все эти факторы, украинский кризис вполне вписывается в геополитическую матрицу российского понимания текущих угроз: отзвуки гражданской войны в Сирии, нестабильность в Афганистане после ухода войск США и НАТО, нормализация отношений с Ираном и его более активная роль в геополитической экономике Евразии. То, насколько Путину удастся преодолеть это минное поле, во многом определит успех или провал его проекта по восстановлению традиционного имперского статуса России в Евразии и избавит его от зацикленности на «катастрофическом» распаде СССР.

Отсюда четвертый вывод: статус великой державы с точки зрения России означает сохранение региональной гегемонии в ближнем зарубежье. Оно будет обеспечивать буферы стратегической глубины, гарантирующие защиту от проникновения американского глобального доминирования в «сферу влияния» Москвы посредством расширения НАТО. Недальновидное заявление вице-президента США Джо Байдена об отсутствии «сфер влияния» попало в точку и подтвердило представления Путина о лицемерии Америки и Запада. Поскольку некоторые и так считают американской сферой влияния весь мир, от заявления Байдена повеяло триумфализмом, с которым Россия не хочет смириться, так как, по ее мнению, холодная война должна была закончиться иначе.

Предложения Москвы по архитектуре безопасности после холодной войны, включавшие сотрудничество между НАТО и Организацией договора о коллективной безопасности (ОДКБ), были проигнорированы, хотя необходимость разделить ответственность за стабильность в Евразии с помощью подобной системы уже давно назрела. Чтобы система была надежной, ее вряд ли следует строить на базе доминирования Североатлантического альянса, особенно учитывая нежелание европейцев тратиться на наращивание национального военного потенциала и укрепления НАТО.

Бремя ответственности легло на плечи Соединенных Штатов, хотя Германия может осознать свою обязанность выделять больше денег на фоне значительного сокращения военных расходов Вашингтоном. Таким образом, кризис вокруг Украины и Крыма – следствие западного высокомерия. На протяжении десятилетий Россия чувствовала себя униженной. Поэтому глобальному доминированию Запада во главе с США Путин предпочел возврат к биполярности.

Здесь возникает еще одна проблема: Москве придется поделиться властью с Пекином, поскольку Китай начинает оспаривать доминирование России в Евразии. Путин не хочет играть роль второй скрипки в отношениях с Вашингтоном или Пекином, хотя тесное российско-китайское стратегическое партнерство позволило создать Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС). Именно поэтому консолидация Евразийского союза и экономического сообщества жизненно важна для его плана восстановления статуса России.

Следует пятый вывод: глобальный тренд по созданию региональных интеграционных сообществ и геополитическая конкуренция способствуют формированию иной, многополярной архитектуры.

Как Германия вышла на первые роли в ЕС, пытаясь не допустить распада союза и вывести его на новый наднациональный уровень, так и у Путина есть свой интеграционный проект. Он стремится к стратегической автономии между ЕС и ШОС, где доминирует Китай. И здесь мы подходим к шестому выводу. Россия хочет сохранить статус региональной державы в условиях меняющейся конфигурации глобального порядка, которая отражает регионализацию многополярности.Новый подъем ООН?

Несмотря на конфронтацию между Россией и Западом из-за Украины и Крыма, общая картина в Евразии и соседних регионах Ближнего Востока и Юго-Западной Азии говорит скорее о совпадении, нежели о расхождении интересов Москвы, с одной стороны, и Вашингтона и Брюсселя – с другой.

Однако конфронтацию, которая возникла в результате проведенной Путиным аннексии Крыма, можно погасить, если генсек ООН Пан Ги Мун выступит с долгосрочной посреднической миссией при участии Германии, чтобы наладить диалог между Белым домом и Кремлем. Сначала необходимо снизить градус конфликта, а затем способствовать продвижению к новой архитектуре безопасности в Евразии – организовать совместную работу НАТО, ОДКБ, ШОС под эгидой Совета Безопасности ООН. Таким образом будет реализована идея Франклина Рузвельта, который считал, что ООН должна строиться вокруг триумвирата США, России и Китая, гарантирующих мировой порядок.

Симметричность противостояния Вашингтона/Брюсселя и Москвы идеально подходит для того, чтобы ООН выступила в роли посредника в обеспечении мира и стабильности в момент, когда США и НАТО завершают свою миссию в Афганистане. Поскольку остро необходимо прекратить гражданскую войну в Сирии, выход ООН на авансцену потенциально способен возродить ее статус арбитра в глобальной системе безопасности и, возможно, даже откроет путь к реформированию Совета Безопасности в ходе урегулирования взаимосвязанных региональных проблем в Евразии.

Саммит по евразийской безопасности под эгидой Секретариата ООН, приуроченный к выводу войск США и НАТО из Афганистана, поможет переключить внимание России, США и Европейского союза на более значительные региональные проблемы, к работе будут привлечены Китай и Индия.

Одно из возможных следствий – «финляндизация» Украины (не исключено также – Грузии и Молдавии). Это позволит создать буферы стратегической глубины вокруг России и окончательно оформить завершение холодной войны, укрепив систему глобального управления в целом. Должен быть зафиксирован официальный отказ от экспансии НАТО в ближнее зарубежье России в рамках всеобъемлющего пакта о ненападении, защищающего соседние государства в сфере влияния Москвы.

Мониторинг соблюдения соглашения могла бы взять на себя Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ).

Подобный сценарий, инициированный Секретариатом ООН и поддержанный Генеральной Ассамблеей, должен быть одобрен Советом Безопасности ООН. Этому процессу не противоречило бы включение обязательства пяти постоянных членов реформировать Совбез, сделав его работу более прозрачной и повысив подотчетность Генеральной Ассамблее. Кульминацией этого процесса станет возвращение России в G8 (возможно, даже раньше, после того как будут запущены дипломатические механизмы урегулирования конфликта), где она, по сути, является мостом между БРИКС и G7.

Кто знает, возможно, от этого варианта в конечном итоге выиграют все: это будет инициированный ООН переход к постзападному многополярному порядку. Для Америки подобный амбициозный сценарий означает не только разрешение кризиса вокруг Украины и Крыма как эндшпиля холодной войны, но и в более широком смысле обеспечение мира и безопасности в Евразии после ухода США и НАТО из Афганистана. Потребуется сближение Соединенных Штатов и Ирана, а также мирное урегулирование между Израилем и Палестиной.

В эту логику вписывается и усталость американского общества от того, что США берут на себя роль «одинокого рейнджера» – мирового полицейского, в то время как основная борьба за власть разворачивается между растущим небелым электоратом Демократической партии и невосприимчивым к переменам, сокращающимся, но по-прежнему влиятельным белым реакционным электоратом радикального крыла Республиканской партии. Назовем это политической гражданской войной за «сплочение нации», обусловленной демилитаризацией продолжающегося глобального доминирования Америки, что может послужить механизмом сдержек и противовесов для многополярности. С этой точки зрения разрешение ситуации вокруг Украины и Крыма – лишь верхушка айсберга.

Фрэнсис Корнегей – ведущий сотрудник Института глобального диалога в Университете Южной Африки и сотрудник Центра Вильсона в Вашингтоне, соавтор книги «БРИКС как кирпичи нового мирового порядка».

Украина. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 апреля 2014 > № 1110711 Фрэнсис Корнегей

Благожелательный баланс

О позиции Китая в украинском кризисе

Резюме: Украинский кризис вновь продемонстрировал, что глобальная китайская бизнес-империя растет намного быстрее, чем военно-политические возможности Пекина.

Украинский кризис конца 2013 – начала 2014 гг. вывел КНР в центр мировой политики без каких-либо усилий со стороны Пекина. Китай еще в прошлом десятилетии превратился в альтернативный Западу полюс мировой экономики. Теперь же, сохраняя сдержанную и отстраненную позицию, он самим фактом своего существования оказал решающее влияние на развитие кризиса. Китайские официальные власти предпочитали избегать развернутого изложения мнения, но даже мельчайшие оттенки интонации заявлений китайских дипломатов были предметом пристального внимания на Западе и в России.

Сдержанная политическая поддержка российской позиции и неприятие Пекином санкций против России содействовали тому, что Москва чувствовала себя достаточно уверенно. «Если один экономический партнер с одной стороны света накладывает санкции, мы обратим внимание на других партнеров в другой части мира. Мир не однополярен, мы сконцентрируемся на других экономических партнерах», – заявил пресс-секретарь российского президента Владимира Путина Дмитрий Песков в интервью BBC 19 марта.

В речи по случаю принятия Севастополя и Крыма в состав России глава государства сказал: «Мы... признательны народу Китая, руководство которого рассматривало и рассматривает ситуацию вокруг Украины и Крыма во всей ее исторической и политической полноте, высоко ценим сдержанность и объективность Индии». Быстрый экономический рост КНР и, в меньшей степени, других стран БРИКС означает, что ни одна страна теперь не может быть подвергнута изоляции и сильному экономическому давлению без их участия. Это радикальным образом увеличило возможности крупных сырьевых экономик, к числу которых принадлежит и Россия, в противостоянии политике Запада.

Многочисленные высказывания американского президента Барака Обамы об «углубляющейся изоляции» России и ее «противопоставлении международному сообществу» показывают, что новая реальность, предопределившая ход украинского кризиса, еще не вполне осознана в Соединенных Штатах. В то же время страх перед возникновением прочного российско-китайского союза был, вероятно, одним из сдерживающих факторов усиления западного давления на Россию. Тихоокеанские союзники США, прежде всего Япония, ограничились лишь символическими санкциями. Контакты с японскими коллегами показывают, что интерес к развитию связей с Россией сохраняется в полной мере, а перспектива слишком быстрого сближения Москвы и Пекина вызывает опасения.

Эквилибристика Китая

Китайская политика по отношению к украинскому кризису формировалась под влиянием нескольких противоречивых факторов. В их числе:

возможное негативное влияние крымского прецедента на решение проблемы Тайваня;негативное отношение КНР к поддерживаемым США «цветным революциям» и необходимость противостояния западному влиянию;влияние кризиса на внешнюю политику и международное положение России и последствия этого для Китая;интересы КНР на Украине.

Остановимся на первом пункте. Референдум по вопросу о самоопределении долгое время был важным пунктом в программе сепаратистской Демократической прогрессивной партии Тайваня. Пекин жестко отреагировал на попытку президента Тайваня Чэнь Шуйбяня в первой половине 2000-х гг. сформировать правовую базу для проведения подобного референдума. Само рассмотрение в Законодательном юане (парламенте) закона о референдумах в 2003 г. вызвало серию жестких заявлений со стороны китайских руководителей, обвинивших Тайбэй в «провокациях». Китайские политические деятели не раз отмечали, что плебисцит о статусе острова сам по себе может являться основанием для воссоединения Тайваня с материком военным путем. Закон КНР «О противодействии сепаратизму», принятый в 2005 г., дает китайскому руководству право провести военную операцию, если Тайвань предпримет шаги по изменению своего статуса в сторону формального объявления независимости.

Таким образом, китайская позиция по тайваньскому вопросу, который остается одним из центральных для внешней политики КНР, полностью исключает возможность формального одобрения итогов крымского референдума. Такой шаг создал бы крайне нежелательный прецедент и лишил Китай правовых аргументов против проведения аналогичного референдума на Тайване. Независимо от содержания украинского кризиса и характера отношений с его участниками Пекин должен был выразить формальную поддержку суверенитета и территориальной целостности Украины (заявление МИД КНР от 28 февраля) и проигнорировать решения крымского референдума. Любая другая последовательность действий была бы для КНР самоубийственной.

Но насколько Китай не мог позволить себе признать законность проведения сепаратистского референдума, настолько же он не желал дать даже минимальные поводы для ухудшения отношений с Москвой. Комментарий официального представителя МИД КНР Хун Лэя от 17 марта в связи с прошедшим на полуострове референдумом заключался в том, что «Китай придерживается честности и объективности в украинском вопросе... Мы надеемся, что все стороны проявят сдержанность и как можно скорее найдут политическое решение путем диалога, должным образом разрешат крымский вопрос, основываясь на уважении к обоснованным опасениям и законным правам и интересам всех сторон». Китай неоднократно и определенно выступал против санкций в отношении России и воздержался при голосовании в СБ ООН по предложенной Соединенными Штатами резолюции по крымскому вопросу. В разгар крымского кризиса начала марта министр иностранных дел КНР Ван И, выступая на проходившей в Пекине сессии Всекитайского собрания народных представителей, подчеркнул, что российско-китайские отношения переживают «свой лучший период», а Китай и далее будет прилагать усилия для развития стратегического партнерства.

Можно вспомнить, что аналогичными факторами определялись и подходы КНР к вопросу статуса Абхазии и Южной Осетии после российско-грузинского конфликта 2008 года. В тот период Китаю также пришлось действовать в рамках жестких ограничений, которые накладывало на него наличие неурегулированного тайваньского вопроса. И тогда, и сейчас многие западные обозреватели хотели выдать желаемое за действительное и заявляли о расхождениях, якобы проявившихся между Москвой и Пекином из-за экспансионистских действий России.

В реальности, однако, конфликт с Грузией не омрачил российско-китайских отношений; партнерство скорее стало еще более тесным. Что касается отношения к непризнанным территориям, то в Пекине уже продолжительное время работает почетный консул Республики Абхазия, оказывающий китайским бизнесменам содействие в оформлении документов и организации визитов в республику. С точки зрения китайского законодательства этот человек, разумеется, остается частным лицом, однако никаких мер для предотвращения его деятельности не принимается (несмотря на протесты грузинского посольства). Абхазию регулярно и совершенно открыто посещают китайские бизнес-делегации; китайцы испытывают к ней интерес с точки зрения организации совместных производств ввиду особого режима торговли между Абхазией и Россией. Представители неправительственных структур КНР присутствовали в качестве наблюдателей и на референдуме в Крыму, и, очевидно, полуостров не останется без внимания китайского делового сообщества.Китай на официальном уровне придерживается линии на неприятие инспирированных Западом «цветных революций», тем более что сам опасается стать жертвой подобной вспышки нестабильности. На заседании СБ ООН 4 марта при обсуждении «крымской» резолюции представитель КНР Лю Цзеи, воздав обязательную дань территориальной целостности Украины, подчеркнул вместе с тем, что конфликт был порожден «внешним вмешательством». Осуждение этого постоянно присутствовало в китайской официальной риторике.

В то же время Пекин выдвинул собственные инициативы для разрешения украинского кризиса. 15 марта представитель КНР в ООН Лю Цзеи предложил план из трех пунктов: создание международного механизма политического урегулирования; отказ всех сторон конфликта от шагов, ведущих к его эскалации; срочное оказание международными финансовыми организациями помощи Украине. Это позволяло продемонстрировать активный и ответственный подход к украинской ситуации, не становясь явным образом ни на одну из сторон. По своему содержанию китайские предложения скорее отвечали интересам России, поскольку исключали дальнейшее введение санкций.

Что касается официальных СМИ «высшего ранга», таких как газета «Жэньминь жибао» (которую в России часто путают с входящим в тот же холдинг сайтом «Жэньминьван»), а также агентство «Синьхуа», там неприятие очередной «цветной революции», восхищение действиями России, давшей ей максимально жесткий ответ, и злорадство по поводу бессилия Запада проявлялись очень явно. Редакционные статьи «Жэньминь жибао», как и комментарии «Синьхуа», являются признанными трибунами для выражения официальной линии руководства КПК.

Первые материалы в китайской прессе с выражением одобрения линии Москвы еще можно было понимать как точку зрения неких «консервативных» и «антизападных» сил. Но серия схожих высказываний в различных ведущих официальных источниках не оставляет возможности для подобной интерпретации. Например, агентство «Синьхуа» в сообщении от 7 марта подчеркивает, что раскол Украины стал результатом «грубого и эгоистичного поведения Запада», а российское руководство проявило решительность и проницательность при защите «легитимных интересов», что привело к «поражению Запада на Украине».

Опубликованный за день до этого комментарий в «Хуанцю Шибао» подчеркивал, что Путин «преподал “цветным революциям” урок», его борьба имеет большое значение для КНР, а взаимодействие с Россией необходимо для обеспечения мирного развития Китая. Если крупнейшие официальные СМИ рассматривают проблему Украины с точки зрения большой стратегии, то в менее крупных изданиях можно встретить рассуждения и о практических выгодах, которые принесет Китаю поворот России на Восток под влиянием западных санкций. Например, указывается, что в новых обстоятельствах Пекин получит более благоприятные условия для контрактов по закупке российского газа, приобретению российских военных технологий. А финансовые санкции со стороны США создают возможности для расширения присутствия в России китайской платежной системы Union Pay (статья в газете «Шицзе Синьвэнь Бао» от 01.04.2014).

В целом из заявлений представителей руководства и комментариев ведущих медиа можно сделать вывод, что Пекин намерен использовать кризис для укрепления стратегического партнерства с Россией на более выгодных для себя условиях. Значение России для Китая в новой ситуации, когда Москва продемонстрировала силу и способность противостоять «цветным революциям», только повышается. Наоборот, падение нынешнего российского режима под западным давлением рассматривается как крайне нежелательная ситуация, чреватая стратегическим окружением КНР. Китай придерживается подобного подхода к России, даже несмотря на крайне серьезное дипломатическое давление Запада, о котором свидетельствовали опубликованные данные о динамике телефонных переговоров китайских руководителей с американскими и европейскими коллегами в разгар кризиса.

Житница и кузница?

Отдельного рассмотрения заслуживает вопрос об интересах Пекина собственно на Украине. Эта страна занимала особое место в китайской политике в Восточной Европе. По итогам визита Виктора Януковича в 2010 г. стороны договорились о повышении статуса двусторонних отношений до стратегического партнерства. Начиная с раннего постсоветского периода, Украина была важнейшим, возможно, вторым по значению после России поставщиком в Китай технологий военного и двойного назначения. Роль Киева в модернизации оборонной промышленности признается и в китайской литературе. По мере распада украинского промышленного потенциала и развития собственной промышленности роль китайско-украинского ВТС снижалась. Тем не менее в ряде сфер (авиационные и судовые двигатели; моторно-трансмиссионные отделения для танков; военная электроника; корректируемые боеприпасы и др.) оно продолжалось.

Помимо традиционного военно-технического сотрудничества, на новую активизацию которого правительство Януковича возлагало определенные надежды (состоявшийся уже в ходе начавшегося кризиса визит в Китай в декабре 2013 г. сопровождался подписанием долгосрочного плана ВТС), растущее значение приобретало взаимодействие в агросекторе. В 2013 г. Китай был вторым после России торговым партнером Украины с товарооборотом более 10 млрд долларов, опережая Германию. Украинское руководство имело серьезные планы превратить страну в основной плацдарм для продвижения китайских производителей на европейские (в случае подписания ассоциации с ЕС) либо на российские рынки.

Общие китайские экономические интересы на Украине были, очевидно, весьма значительны. Известный китайский эксперт-международник, экс-посол в ООН Дин Юаньхун в комментарии на сайте «Хуанцю ван» отметил, что общий ущерб КНР на Украине составил более 10 млрд долларов (вероятно, сюда входят и невыполненные украинцами поставки зерна, что привело к китайским заявлениям о намерении подать иск на 3 млрд долларов). Судя по всему, по масштабам ущерба от революций для китайских инвесторов Украина стоит на втором месте после Ливии, где только строительные компании, по данным Министерства коммерции КНР, потеряли 16,6 млрд долларов.

* * *

Украинский кризис вновь продемонстрировал, что глобальная китайская бизнес-империя растет намного быстрее, чем военно-политические возможности Пекина. Очевидна потребность в новой, более активной китайской политике по защите национальных интересов, и это уже заметно, по крайней мере на уровне экспертных комментариев. Что касается китайских подходов к новым властям Украины, Пекин не изменил обычной практике отношений с постреволюционными странами. Уже 25 февраля, вскоре после бегства Януковича в Россию, МИД КНР заявил о готовности Китая и далее развивать с Украиной «отношения стратегического партнерства на основе равенства и взаимной выгоды». Скорее всего, после майских президентских выборов и стабилизации украинской власти двусторонние политические контакты будут восстановлены в полном объеме. Однако общее ухудшение инвестклимата в сочетании с уходом с арены многих украинских политиков и бизнесменов, выступавших партнерами китайцев в таких чувствительных сферах, как недвижимость и строительство, позволяют предположить, что значение Украины для китайской внешнеэкономической стратегии заметно снизится.

В.Б. Кашин – кандидат политических наук, старший научный сотрудник Центра Анализа стратегий и технологий (АСТ).

Украина. Китай > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 апреля 2014 > № 1110710 Василий Кашин

«Финляндизация» постсоветского пространства

Станет ли Армения примером для других?

Резюме: Армения, пойдя на самоограничение, обеспечила себе минимизацию рисков. Однако является ли «финляндизация» примером для других постсоветских стран, зависит уже не только от их собственного выбора.

Украинский кризис создал новую политическую ситуацию, которая подвела черту не только под постсоветской историей, но, возможно, и под всей мировой политикой после холодной войны. Армении, как и остальным бывшим союзным республикам, придется переформатировать взаимоотношения с ведущими геополитическими акторами. По мере возвращения геополитики на постсоветское пространство не исключено, что новые (точнее, хорошо забытые) концепции и подходыRealpolitik также станут более востребованными.

Крымский прецедент и Армения: выбор без выбора

Армения, как и все ее соседи по постсоветскому пространству, оказалась абсолютно не готова к стремительным событиям. В первую очередь это отразилось в официальной позиции Армении, вернее – ?долгом отсутствии таковой. В разных регионах Украины проживает свыше 100 тыс. этнических армян и граждан Армении (по неофициальным данным – порядка 300 тыс.), оказавшихся по разные стороны конфликта. Немалая армянская община, примерно 12–15 тыс. человек, столетиями населяет Крым. Порядка 2 млн насчитывает армянская диаспора России. Соответственно, любой публичный фальстарт, преждевременная демонстрация позиции Еревана создали бы угрозу этническим армянам и гражданам Армении. Поэтому лишь после почти месячного молчания, 19 марта, 2014 г. Серж Саргсян поддержал референдум в Крыму в ходе телефонного разговора с Владимиром Путиным.

27 марта на заседании Генеральной Ассамблеи ООН Армения проголосовала против резолюции, поддерживающей территориальную целостность Украины и признающей незаконным референдум в Крыму. Армения оказалась одной из 11 стран, высказавшихся против. «За» проголосовали 100 государств – членов ООН, воздержались – 58. Еще 24 страны не приняли участие в голосование и тем самым также не поддержали направленную против России резолюцию.

Реакция политических сил Армении на голосование в ООН в целом оказалась скорее позитивной, чем негативной. Позицию официального Еревана поддержало даже большинство оппозиционных парламентских партий. При этом консолидация власти и оппозиции в Армении не была связана с отношением к самой Украине. Правда, стоит учесть, что еще со времен карабахской войны первой половины 1990-х гг. Киев является одним из ключевых поставщиков вооружений Баку. Более того, в качестве члена ГУАМ и фактического союзника Азербайджана Украина активно поддерживала антиармянские резолюции по Карабаху при голосованиях в Генассамблее ООН в 2008 и 2012 годах. Однако нынешний подход не обусловлен старыми обидами – в конце концов, исторически и культурно Армения и Украина всегда были очень близки. Так что, как говорится, ничего личного.

Прозападное студенчество и активисты НПО восприняли голосование негативно, поскольку сочли, что Армения фактически выступила в ГА ООН против западных стран и на стороне России. Армянские властные структуры и политические силы объясняли свое решение тем, что текст резолюции содержал положения, которые могли бы негативно повлиять на позицию Еревана в карабахском вопросе. В частности, пункт о том, что референдум в Крыму неправомочен и «не был санкционирован Украиной». Исходя из этого, власти Армении сознательно приняли политическое решение поддержать Россию, а не воздержаться или вообще не принять участие в голосовании.

В данном случае прослеживается связь с референдумом о независимости, который прошел в 1991 г. в Нагорном Карабахе, а также с Мадридскими принципами, которые являются единственным переговорным документом по конфликтному урегулированию. Напомним, что в Мадридских принципах, разработанных странами – сопредседателями Минской группы ОБСЕ (США, Францией и Россией), проведение референдума в Нагорном Карабахе рассматривается как ключевой механизм урегулирования конфликта и международно-правовой легитимации окончательного статуса.

Развитие событий в Крыму окончательно лишило сакральности идею нерушимости постсоветских границ. Это, в свою очередь, результат глубокого кризиса международного права, которое не смогло адаптироваться к переменам после окончания холодной войны. Очевидно, что после Крыма как минимум на постсоветском пространстве принцип самоопределения будет приоритет над схоластической идеей неприкосновенности прежних административных, а ныне межгосударственных границ. Соответственно, еще один прецедент на постсоветском пространстве, вне зависимости от реакции на него части мирового сообщества, может быть включен в дипломатический и политический арсенал армянской стороны.

Открыто выступая военно-стратегическим партнером России в ходе голосования в ООН по крымскому референдуму (равно как и в ПАСЕ в апреле), Армения рассчитывает на более предметную политическую поддержку Москвы и в карабахском конфликте, и по другим вопросам. В этой связи примечательна резкая реакция Москвы в конце марта на трагедию на севере Сирии, где исламские боевики, поддерживаемые Турцией, атаковали населенный армянами поселок Кесаб. Это повлекло за собой массовую депортацию небольшой общины потомков армянских беженцев из Турции, предки которых подверглись геноциду в годы Первой мировой войны.

В новых условиях Армении будет намного сложнее сохранять внешнеполитический баланс между Западом и Россией, не вызывая приступов ревности со всех сторон. Иными словами, проводить политику сбалансированного «комплиментаризма», визитную карточку армянской дипломатии в постсоветский период. Некоторые круги в Армении, как и в остальных постсоветских странах, опасаются, что дальнейшее усиление Москвы и ужесточение ее соперничества с Западом создадут проблемы для независимости и угрозу потери суверенитета соседей России. Соответственно, Армения также нуждается в балансирующем вовлечении ЕС и США, но не в той степени, чтобы опять столкнуться с угрозой небезопасного геополитического выбора.

Маловероятно, что в обозримом будущем Европейский союз сможет предложить Армении гарантии безопасности, соизмеримые с российскими, на карабахском направлении и в отношениях с Турцией. Но если взаимоотношения Еревана с Евросоюзом перейдут от попыток внести в них элемент геополитического противоборства в сферу чисто технических мер по углублению экономического и политического взаимодействия, Армении, возможно, удастся совместить евроинтеграцию и военно-стратегическое партнерство с Россией.

Армения в любом случае не захочет превращаться в площадку геополитического противостояния, подобно Украине, Грузии, Молдавии и отчасти Азербайджану. В отличие от остальных стран – участниц программы «Восточного партнерства», ценой для Армении грозит стать не только утрата неких территорий, а геополитическая и гуманитарная катастрофа и даже потеря государственности. После присоединения к России Крыма Армения остается единственным членом «Восточного партнерства» (за исключением Белоруссии, участвующей в этой программе лишь формально), полностью контролирующим свою территорию.

В ходе «пятидневной войны» в августе 2008 г. Армении удалось сохранить нейтралитет между ключевым военно-политическим союзником – Россией и исторически близким соседом и важнейшим коммуникационным партнером – Грузией. Однако во время украинского кризиса у Москвы, кроме прямого давления, есть аргументы иного рода, а у Армении существенно сужены возможности для маневра. Тем более что по масштабам и возможным последствиям для взаимоотношений России с Западом кризис вокруг Украины абсолютно несопоставим с российско-грузинским столкновением. Грозит ли откат к новой холодной войне, покажут ближайшие события, однако процесс будет иметь далеко идущие последствия, а Россия и Запад продолжат ужесточать борьбу за сферы влияния на постсоветском пространстве, в том числе и на Южном Кавказе.

Если речь идет о возвращении к холодной войне (как минимум на постсоветском пространстве и прилегающих регионах), пусть и в ее размытой форме, то участникам процесса придется соответствующим образом реагировать. В том числе брать на вооружение политические подходы и концепции, которые доказали свою эффективность в классический период биполярного противостояния. Одним из таких подходов может быть «финляндизация» внешней политики некоторых постсоветских стран, что наиболее четко проявляется на примере Армении.

«Финляндизация» Армении: пример или исключение?

Весной 2014 г. фактическая «финляндизация» Армении стала очевидной. Корни подобного подхода уходят в период обретения независимости, а название он получил в бытность главой МИД Вардана Осканяна (1998–2008 гг.) – комплиментаризм. Еще в разгар карабахской войны Ереван, используя уникальную внешнеполитическую конъюнктуру, получал оружие и военную технику от России, деньги на развитие экономики – от американцев, продовольствие и гуманитарную помощь – от европейцев (вплоть до марта 1993 г. даже через территорию Турции), а топливо для воюющей армии – из Ирана. Впоследствии Армения превратила комплиментаризм в отточенную технику «сидения одновременно на нескольких стульях». Причем это позволяло когда-то уравновешивать влияние Москвы, а когда-то сдерживать США или европейцев, например, на некоторых этапах карабахского переговорного процесса.

Армянская внешняя политика концептуально имела много общего с курсом послевоенной Финляндии. «Линия Паасикиви – Кекконена» эффективно использовалась официальным Хельсинки с 1950-х гг. вплоть до распада коммунистического блока и СССР, позволив путем балансирования между НАТО и ОВД не только сохранить независимость и суверенитет, но и получить значительные экономические дивиденды. При этом Финляндия, избежавшая и «советизации», и втягивания в противостояние антагонистических блоков, сыграла особую роль в европейской политике во многом благодаря доверительным отношениям одновременно с СССР/ОВД и странами Североатлантического блока. Именно в Хельсинки в 1973–1975 гг. проходил переговорный процесс и был принят Заключительный акт СБСЕ, ставший символом разрядки между СССР и Западом и кодифицировавший принципы действующего международного права.

«Финляндизация» не означает математически выверенного или зеркального баланса между внешнеполитическими партнерами. Наоборот, в зависимости от политической целесообразности она подразумевает демонстрацию пристрастий и поддержку одного из полюсов в тот или иной период. Именно так и поступила Армения в разгар украинского кризиса. Но концептуально ничего нового не произошло.

Любопытно, что 10 апреля 2014 г., в тот день, когда делегация Армении в ПАСЕ проголосовала против резолюции об ограничении полномочий российской делегации, Комитет по внешним отношениям Сената США принял резолюцию о геноциде армян в Османской империи, призвав президента проводить соответствующую политику в отношении Армении и Турции. Главным застрельщиком проармянской резолюции выступал председатель профильного сенатского комитета Роберт Менендес, один из наиболее критически настроенных по отношению к России сенаторов.

«Финляндизация» – не самый идеальный и выгодный способ внешнеполитического позиционирования, но как минимум – наиболее безопасный. Как и Финляндии в годы холодной войны, вынужденной под давлением СССР отказаться от участия в «Плане Маршалла», Армении придется периодически больше считаться с мнением Москвы и сталкиваться с более резкой реакцией США и ЕС.

Может ли «финляндизация» Армении быть воспринята другими постсоветскими странами в качестве примера или модели внешнеполитического поведения или же это некое особое исключение? Как уже отмечалось, однолинейность внешней политики в разные периоды постсоветской истории принималась на вооружение балтийскими странами, Азербайджаном (в первой половине 1990-х гг.), Грузией, Украиной (при Ющенко и после Януковича), Молдавией. Пророссийский настрой был заметен вплоть до начала 2000-х гг. у ряда центральноазиатских стран и Белоруссии. Однако сейчас в чистом виде он сохранился только у трех из четырех существующих де-факто государств постсоветского пространства (Приднестровье, Абхазия, Южная Осетия) кроме Карабаха, а также у Белоруссии, поскольку Запад не принимает режим Лукашенко. Другим типом внешней политики служила «многовекторность», во многом схожая с комплиментаризмом Армении и содержащая элементы «финляндизации». С конца 1990-х гг. такая политика в целом была присуща Украине (кроме периода Ющенко и после Евромайдана), Азербайджану и ряду центральноазиатских стран.

Азербайджан (особенно при Абульфазе Эльчибее и в начальный период правления Гейдара Алиева до середины 1990-х гг.) придерживался исключительно прозападной ориентации с упором на Турцию. Лишь попытка членства в ОДКБ (1994–1999 гг.) и одновременное начало реализации нефтяных проектов с участием западных компаний заставило Баку уравновесить эту тенденцию.

Западное влияние в Центральной Азии было минимальным, ресурсы Турции и Ирана, пытающихся активно действовать в регионе, – незначительными, а Китай вызывал слишком большую настороженность и страх, чтобы рассматриваться как надежный внешнеполитический партнер. Только из-за аморфности российской внешней политики в 1990-е гг. Центральная Азия не оказалась практически безальтернативно ориентированной на Москву. Даже сам термин «многовекторность» (особенно в случае с Казахстаном) возник как эвфемизм, призванный завуалировать отстраненность от России. Диверсификация происходила скорее под влиянием событий 11 сентября 2001 г. и начала операции США и их союзников в Афганистане, нежели в результате осознанного внешнеполитического выбора. Поэтому после завершения вывода американских войск из Афганистана параметры многовекторности в Центральной Азии могут измениться, и странам региона будет сложнее сохранять такой подход. Так что элементы «финляндизации» в случае с Азербайджаном и Центральной Азией вполне применимы, хотя и с особой восточной спецификой.

Вплоть до кризиса 2014 г. концептуально наиболее похожей на Армению модели (даже принимая во внимание разницу в размерах и географическом положении) придерживалась как раз Украина.

Существенным преимуществом комплиментаризма Армении является наличие многочисленных диаспор в России, Америке и европейских странах, а также достаточно влиятельных общин в Иране и ряде стран Ближнего Востока. Этот фактор позволяет Еревану изнутри корректировать политику перечисленных государств применительно к Армении и региону, а они, в свою очередь, могут влиять на подходы Еревана через каналы армянской диаспоры.

Наличие традиционных украинских общин в ряде восточноевропейских стран, в США и Канаде, с одной стороны, и многослойная субэтническая и «семейная» интеграция между населением России и Украины – с другой, долго способствовали балансу украинской внешней политики. Региональная разорванность Украины на запад, центр и юго-восток, казалось, даже фиксировала «многовекторность» в качестве безальтернативной модели. Наконец, исторические корни такой политики (на Украине примерно с XVII столетия, а в Армении – как минимум с XIX века) должны были выработать не только практику внешнеполитического поведения, но и закрепить стойкую традицию ее восприятия в обществах и политических элитах.

Однако в период с осени 2013 г. по весну 2014 гг. Ереван и Киев, оказавшись в схожей ситуации из-за перспективы подписания соглашения об ассоциации с Евросоюзом, пошли разными путями. Армения в сентябре 2013 г. отказалась парафировать экономическую часть документа и выразила готовность войти в создаваемый Россией Таможенный союз. Ереван заявил, что согласен на политическую часть, на что Брюссель ответил отказом. Как известно, правительство Виктора Януковича также отказалось от подписания в конце ноября 2013 г., что спровоцировало острый политический кризис. Власть, сменившая свергнутого Януковича, спешно приняла политическую часть соглашения и, как утверждается, готовится присоединиться к экономической.

Украина, как и Армения, почти весь постсоветский период стремилась не делать окончательного выбора. Когда же усилиями новых элит, пришедших к власти в конце февраля 2014 г., значительная часть политического класса и общественности Украины не избежала искушения определиться, это превратило страну в поле глобального геополитического противоборства. Горькая ирония истории заключалась в том, что не было услышано мнение таких жестких практиков или теоретиков политического реализма, как Генри Киссинджер, Збигнев Бжезинский или Джон Миршаймер, которые десятилетия назад стремились перетянуть Финляндию на сторону Запада, а ныне призывали к сдержанности и проецированию «финляндизации» на Украину. Предупреждения «рыцарей холодной войны» оказались невостребованными именно в тот момент, когда, казалось бы, сама логика и практика того времени вернулись в Европу и Евразию.

Армения, пойдя на добровольное самоограничение, обеспечила себе минимизацию рисков и потерь. Однако является ли «финляндизация» по-армянски примером для других постсоветских стран, зависит уже не только от их собственного выбора. Теперь почти все определят итоги украинского кризиса и степень адекватности оценки новых геополитических реалий национальными элитами.

Сергей Минасян - доктор политических наук, заместитель директора Института Кавказа (г. Ереван).

Армения. Украина. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 апреля 2014 > № 1110708 Сергей Минасян

Грузинских националистов начали вербовать для борьбы со сторонниками федерализации на Украине, сообщает газета "Известия" на своем сайте в воскресенье.

По информации издания, набор добровольцев для участия в боевых действиях против пророссийских активистов на территории Украины организовал скрывающийся в Финляндии бывший начальник личной охраны экс-президента 3виада Гамсахурдиа Гоча Бахия. Как рассказали газете источники в парламенте Грузии, вербовка рекрутов осуществляется преимущественно в Тбилиси из числа местных националистов.

"Финансирование набора добровольцев идет через грузинское НПО "Свободная зона" и партию "Единое национальное движение" (ЕНД), которая находилась у власти в период президентства Михаила Саакашвили", — пишет газета со ссылкой на источники.

Как заявил один из источников "Известий", вербуют в основном молодежь, "которая еще не определилась в своих политических пристрастиях, либо тех, кто ненавидит Россию и близок к радикальным группировкам и бандформированиям". В НПО "Свободная зона" и партии "Единое национальное движение" отказались разговаривать с российским изданием.

Остановиться на склоне

Александр Бессмертных – президент Международной внешнеполитической ассоциации, бывший министр иностранных дел, посол в Вашингтоне.

Резюме История с возвращением Крыма в состав России захлестнула все остальные вопросы американо-киевских отношений и весьма удачно отвлекла Вашингтон и Европу от обязанностей финансово поддержать и какое-то время содержать Украину.

Завершился определенный этап в развертывании украинской драмы. Четырехсторонняя встреча в Женеве преподнесла итоговый документ, в котором отсутствует какое-либо упоминание о вхождении Крыма в Российскую Федерацию. Что означает – это теперь само собой разумеется.

Впереди продолжение процесса, в ходе которого незаконное правительство в Киеве еще будет какое-то время фальсифицировать последствия своей разрушительной политики, но ему никак не удастся убрать свидетельства сотворенного против истинных интересов Украины.

Что касается США, то не припоминаю случая, когда Вашингтон проявлял бы такую нервозность и, пожалуй, даже растерянность, как это происходит в последние месяцы в связи с украинскими событиями. Дело дошло до того, что президенту Путину пришлось призвать американцев и их союзников «прекратить истерику», «отказаться от риторики холодной войны». И, конечно, совершенно неприемлемы нервические попытки Вашингтона угрожать нашей стране чем-то более серьезным, чем холодная война.

Различие подходов

Это, видимо, неосознанное подражание руководства США лексике и поступкам американских «неоконов» (неоконсерваторов), нанесших немало вреда международной репутации Соединенных Штатов, только ослабляет позицию нынешних руководителей. Более того, отодвигает перспективу взаимного понимания рисков деградирующей ситуации в Украине и достижения необходимого уровня согласия между Москвой и Вашингтоном по мерам, предупреждающим скатывание ситуации в пропасть не просчитываемого по последствиям конфликта.

По многолетнему опыту дипломатического взаимодействия с различными администрациями в США – демократическими и республиканскими – знаю, что взаимная способность остановиться на опасном и скользком склоне всегда спасала наши державы от катастроф, неприемлемых для них самих и для мира в целом. Необходимо хладнокровие. И важна повышенная степень информированности о подноготных обстоятельствах, влияющих на поведение другой стороны.

Некоторыми аналитиками высказываются предположения, что возросшая заносчивость США скорее всего связана с тем, что, обладая сейчас самым большим военным бюджетом, они поддаются искусу накинуть «доктрину Монро» (запрет на вмешательство в зоны жизненно важных интересов США) на весь нынешний мир. Поэтому, мол, и столь ревнивое отношение к ситуации вокруг Украины – крупного европейского государства, к которому Вашингтон давно питает повышенный интерес. Этот взгляд надуман и не соответствует реальному положению вещей. К тому же не учитывает тот основополагающий факт, что Украина исторически связана с Россией вековым родством, общностью судьбы, а наши народы – неразделимым прошлым, когда они были единым этносом. Они менее отдалены друг от друга, чем, скажем, англичане, американцы и австралийцы.

Конечно, не стоит отрицать, что события, связанные с развалом Советского Союза, смогли в определенной степени размежевать нас. Но не настолько, чтобы наши народы почувствовали себя чужими.

Многолетняя политическая нестабильность в Украине, неспособность раздробленной ее элиты обеспечить национальное единство ослабили страну, сделали ее уязвимой для воздействия со стороны США и Запада в целом. Они рассматривают Украину прежде всего и в основном как полигон для ослабления России и разрушения интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Она для них не столько субъект, сколько объект стратегии. Одновременно надо признать, что интересы США и Западной Европы в отношении Украины никогда не были полностью идентичными. Для европейцев, даже объединенных дисциплиной НАТО, Киев – это сосед, соучаствовавший вместе с остальными странами континента в основных исторических перипетиях. Это и партнер в экономике, культуре, торговле. Даже если судить по последним событиям, то подходы европейских столиц, несмотря на беспрецедентное давление со стороны Вашингтона, не огрублены воинственностью. Авторитетные политические и общественные деятели ведущих стран Европы выступают за решение кризиса с более взвешенных и прагматических позиций (правда, если они не занимают постов в НАТО – оттуда слышны только восторженные рыки агрессивности).

Чтобы отчетливее выявить возможные мотивы и причины нынешней американской линии в украинском кризисе, надо подробнее рассмотреть просчеты Вашингтона на его основных этапах.

Три варианта майдана

Активная фаза кризиса в Украине началась с киевского майдана. Американцы не успевали отслеживать его эволюцию и потому путали собственные карты. Первый этап майдана был связан с возбужденным несогласием молодежи с неожиданным решением президента Януковича приостановить процесс вступления Украины в ЕС. Дело в том, что, плетя паутину вокруг вступления Украины в ЕС, а потом в НАТО, он невольно породил в стране, особенно у части молодежи, мечту – разом перешагнуть из неустроенной родины в «европейский рай». Когда же обнаружилось, что президент без предварительных объяснений своих мотивов отказался от этих планов, молодежь вознегодовала и вышла на мирные баррикады.

Это был «классический» вариант майдана – сброс гнева, разочарования, вызванного тем, что власть непоследовательна и лжива. Этому способствовал тот факт, что в украинском обществе не было глубокого обсуждения различных путей развития страны, анализа ошибок и удач. Политическая мысль была скомкана – перспективы не проглядывались.

Думаю, причина крылась в том, что верхним слоям общества не хватало ясности в отношении предпочтительного пути развития. Погрязшие в коррупции, они избегали серьезного анализа, тем более публичного обсуждения ситуации в стране, сознательно уходили от обсуждения опасной для них темы: чего будет стоить неподготовленный переход страны в «европейское качество».

Первым, романтически настроенным участникам майдана это было неведомо. К тому же скоро их смыла вторая майдановская волна – экстремисты, хлынувшие в Киев из западных областей страны с целью жестко навязать программу укрепления своей самостийности, которая, впрочем, прикрывала другую цель – расширить возможности Польши влиять на всеукраинскую политику.

В ходе этого этапа кризиса весьма необычно вел себя Берлин. Было впечатление, что Ангела Меркель (возможно, впервые) вела не свою игру. Она фактически поддержала второй, более радикальный майдан. Скорее всего потому, что его инициировала Варшава. Польский министр иностранных дел Радослав Сикорский был наиболее активным, если не ведущим, участником переговоров в Киеве с майдановским правительством. Берлин явно учитывал превалирующий интерес Варшавы. Почему? По причине укрепившихся экономических взаимосвязей с Польшей. За последние годы Польша превратилась в важную производственную площадку Германии. Именно там сконцентрировался ряд отраслей тяжелой германской промышленности. Экономические успехи Польши, ее ускоренное развитие обязаны этой связке. Возникшая взаимозависимость вполне могла оправдывать необычную роль Берлина на указанном этапе украинского кризиса.

Очень скоро наступил третий вариант майдана – кровавый, с использованием огнестрельного оружия, со снайперами на крышах, с гибелью людей. На этот раз майдан был полностью в руках «Правого сектора» – фашиствующей организации с открытыми нацистскими лозунгами и жестокостью.

Основная ошибка американцев состояла в том, что они не заметили этой быстрой и опасной эволюции майдана и продолжали реализовывать свою программу смены власти в Киеве в пользу собственных ставленников. Их кандидатом был Арсений Яценюк. Когда обнаружилось, что Германия стремиться поставить во главе киевского правительства своего человека – боксера Кличко, американцы пришли в бешенство, заявив о готовности дать бой Берлину по этому вопросу. В конце концов Германия вывела из игры своего человека. Яценюк стал премьером и был благосклонно принят президентом Обамой в Вашингтоне. Однако денег, что просил киевлянин и что были обещаны руководством США (1,2 млрд долл.), ему так и не дали. Возможно, это произойдет позднее.

История с возвращением Крыма в состав России захлестнула все остальные вопросы американо-киевских отношений и весьма удачно отвлекла Вашингтон и Европу от обязанностей финансово поддержать и какое-то время содержать Украину.

Возросшая резкость и порой неадекватность публичной дипломатии США в первую очередь связана с реализованным стремлением Крыма воссоединиться с Россией, частью которой он был на протяжении столетий, пока не стал «подарком», преподнесенным Украине своенравным Никитой Хрущевым.

В рискованном поведении Вашингтона, психологически объяснимом, но политико-стратегически выходящем за рамки нормальности, в какой-то степени сказывается и влияние мало кому известной истории взаимоотношений американских властей с «украинским элементом» в США. По окончании Второй мировой войны США старательно собирали на своей территории выходцев из СССР и восточноевропейских стран. Особенно тех, кто был настроен враждебно к своей прежней родине. В 40-х годах в Америке разместились тысячи украинцев – в основном это были перемещенные лица, оставшиеся в конце войны западнее линии фронта, то есть в зоне наших американских союзников. Большинство из них переправились в США.

Со временем украинская диаспора обрела своих представителей в госорганах некоторых штатов и даже в Конгрессе США. Появились политические объединения националистического толка, как правило, враждебно настроенные в отношении СССР. Американцы курировали их и внимательно следили за их политическими взглядами. Это важное обстоятельство отмечал выдающийся американский дипломат и исследователь в области внешней политики Джордж Кеннан, говоря о существовании в США «одного громкоголосого и влиятельного элемента» – беженцев и эмигрантов из нерусских областей СССР, требующих «окончательного разлома традиционного русского государства». По его оценке, наиболее активными из них были украинцы. Они проповедовали «войну именно против русского народа как их главной цели». И рассчитывали, что только США помогут им в этом.

Их влияние постепенно нарастало в Вашингтоне и столицах ряда штатов.

Москва отслеживала эту ситуацию, особенно связи властей с такими организациями, протестовала, когда появлялись факты государственной поддержки антирусских украинских националистических центров. Важное место среди них занимал «Украинский конгрессовый комитет Америки», считавшийся одним из ведущих лоббистов по украинской политике. На заседаниях его исполкома обычно участвовали представители Госдепартамента США.

Надо признать, что и после холодной войны (сейчас возрождается ее уродливый близнец) вопрос о возможности или невозможности оторвать Украину от исторической близости с Россией оставался живым в американских планах. Указанный исторический «украинский аспект» играл определенную роль в формировании и нынешнего поведения Вашингтона.

Следует учитывать и другие обстоятельства.Фактор НАТО

На поведении американцев в Украине сказывается фактор нарастающего стремления США втянуть Украину в НАТО. Это означало бы де-факто разрыв во взаимоотношениях Москвы и Киева, возведение между ними «берлинской стены» XXI века. По свидетельству американского дипломата, бывшего посла США в Москве Джека Мэтлока, высказанному несколько лет назад, если для Грузии вступление в НАТО было бы неразумным, то для украинского правительства сделать это «означало бы самоубийство». Он при этом указывал, что главная проблема безопасности для Украины – не русский «империализм», а политические, социальные, экономические и языковые различия внутри самой страны. Любопытен с точки зрения последних событий и его давний анализ: украинское членство в НАТО заставило бы жителей Крыма и России потребовать возвращения полуострова в лоно России. Это произошло раньше по близкой тому причине.

Идея вовлечения Киева в НАТО широко обсуждалась в США особенно активно в конце прошлого и начале нынешнего века. Хотя американским политическим кругам она представлялась далеко не бесспорной. Мнения разделялись по линии несовпадающих оценок последствий такого шага.

Приведу в этой связи известный диалог между бывшими советниками американских президентов по национальной безопасности генералом Брентом Скаукрофтом (республиканцем) и Збигневом Бжезинским (демократом). Разговор, который состоялся в 2008 году, проливает свет на превалирующие настроения в американской элите относительно дальнейшей судьбы Украины.

Бжезинский утверждал, что Украину не следует обрекать на пребывание в тени Москвы. У нее, мол, есть программа, принятая не президентом Ющенко, а его пророссийским конкурентом Януковичем, который установил следующие сроки: 2006 год – вступление в программу «план членства в НАТО», а 2008 год – прием в НАТО.

Скоукрофт же предупреждал, что включение Украины в НАТО было бы воспринято русскими как попытка унизить их. Поэтому следует действовать осторожно и поощрять расширение ЕС. И вообще разумным было бы параллельное сближение НАТО с Украиной и Россией. Он понимал, что, настаивая на членстве Украины, США создали бы себе проблемы: ведь на востоке Украины большинство населения составляют русские.

Судя по публичным претензиям Белого дома к России, в том числе о якобы преследуемой Москвой цели «распилить Украину», американское руководство, похоже, недостаточно объективно оценивает информацию соответствующих служб. Трудно предположить, что побывавший в Украине директор ЦРУ пришел к такому же выводу. Скорее всего Белый дом в курсе реальных событий. Но не может их признать публично. На нем, как тяжелая гиря, висят не избранные народом майдановские руководители, взявшие власть в Киеве. Они сели на вашингтонские плечи, и скинуть их пока никак не удается.

В ноябре состоятся промежуточные выборы в США – будет переизбираться треть членов Сената, и Белый дом обеспокоен тем, к каким результатам эти выборы приведут, особенно ввиду падавшего в последнее время рейтинга популярности президента Обамы (до 41% в марте этого года). Поэтому украинская драма должна быть срежиссирована таким образом, чтобы Белый дом выглядел в ней если не победителем (что в силу сделанных ошибок невозможно), то по крайней мере хотя бы не проигравшим.

Для этого запущены механизмы активного воздействия на международное и особенно американское общественное мнение. Впервые в США были прикрыты почти все входы для проникновения объективной информации в страну. В акции «ослепления» американского общественного мнения были принуждены участвовать де-факто все крупные информационные системы страны. Заслон для истины стал почти непроницаем.

Не припоминаю случая из профессиональной дипломатической практики, чтобы высшее руководство страны высказывало столь неточную информацию по важнейшим аспектам ситуации (пример: «поддержка российским правительством действий вооруженных пророссийских сепаратистов, которые угрожают подорвать и дестабилизировать правительство Украины»).

Другим широко используемым инструментом воздействия на американское общественное мнение являются призывы к России отказаться от вооруженной интервенции в Украину. Поскольку Москва таких планов не строит, то отсутствие «интервенции» будет объявлено победой Вашингтона, результатом его жестких предупреждений Москве.

И наконец, украинский кризис будет использован США и НАТО для «укрепления коллективной обороны» в Европе. Там будут развернуты дополнительные вооруженные силы. Но едва ли в Германии и других европейских державах, скорее в податливой Прибалтике, всегда готовой к этому Румынии и, возможно, в Польше, делавшей большую ставку на киевский майдан. Но это их суверенное право проводить политику по своему вкусу. Даже если вкус обманчив.

Нужен совместный и честный поиск выхода из сложившейся ситуации. Он должен обеспечить реальный национальный суверенитет Украины и ее экономическое выживание. Это главное. Для этого Россия предлагает наиболее приемлемый вариант – интенсивный дипломатический диалог между всеми заинтересованными странами. Прежде всего между Москвой и Вашингтоном, который даже в более трудных ситуациях умел совместно с нами искать и находить компромиссы. Словом, ему нужно взять себя в руки и совместно добиваться исторически важных решений.

| Независимая Газета

Россия. Украина. США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 26 апреля 2014 > № 2851555 Александр Бессмертных

В Беларуси состоялось обсуждение развития лесного сектора республики.

В Министерстве лесного хозяйства состоялась встреча руководства отрасли со специалистами Всемирного банка, в ходе которой были обсуждены организационные вопросы по ходу подготовки и согласования предлагаемого проекта "Развитие лесного сектора Республики Беларусь".

Группа специалистов Всемирного банка провела несколько рабочих встреч со специалистами Минлесхоза и других заинтересованных ведомств, а также ознакомилась с деятельностью Осиповичского опытного лесхоза.

Как отметил старший специалист Всемирного банка по лесному сектору Эндрю Митчел, благодаря совместной работе заинтересованных сторон, все компоненты проекта представлены в наилучшей форме, все этапы реализации хорошо продуманы. Сейчас необходимо провести его социальную и экологическую оценку, а также определиться с условиями банковского займа.

Еще одно важное направление в подготовке проекта - проведение общественных слушаний и консультаций. Он будет представлен как специалистам, задействованным в лесном секторе, так и представителям общественности.

После проведения всех необходимых процедур предлагаемый проект будет представлен на заседании международного координационного комитета, которое состоится 7-10 июля в Тбилиси.

Министр лесного хозяйства Михаил Амельянович отметил, что со стороны специалистов отрасли никаких задержек по процедуре не будет. Вся необходимая информация уже подготовлена. Сейчас главное - определиться с условиями кредитования и окончательно уточнить компоненты проекта.

Проект "Развитие лесного сектора Республики Беларусь" основывается на опыте работы Всемирного банка в лесном секторе Республики Беларусь с середины 1990-х годов, включая первый проект по развитию лесного хозяйства, завершенный в 2002 году (с удовлетворительной рейтинговой оценкой), первый и второй этапы программы "Правоприменение и управление в лесном секторе стран восточного региона действия Европейского инструмента соседства и партнерства" (ЕИСП ФЛЕГ) (2008-2012 гг., 2012-2017 гг.) и подготовленную в 2013 г. Записку по вопросам лесного хозяйства.

В записке по вопросам лесного хозяйства был определен ряд отраслевых вопросов, а также некоторые возможности для потенциального сотрудничества в рамках инвестиционного займа, в том числе: необходимость внедрения более интенсивных методов ведения лесного хозяйства в целях улучшения структуры и продуктивности насаждений; оптимизация производства древесной биомассы с использованием продукции, не имеющей другого коммерческого применения; совершенствование лесопитомников в целях улучшения их потенциала в области лесоразведения и лесовосстановления, а также улучшения показателей выживаемости посадочного материала; и содействие в развитии и внедрении современных технологий для предотвращения, обнаружения мониторинга и тушения лесных пожаров. Кроме того, в записке рекомендовано усилить потенциал и оказывать непрерывную поддержку в сфере институциональных реформ. Некоторые из этих аспектов, такие как разработка нового стратегического плана развития лесного хозяйства (который содержит рекомендации по проведению институциональных изменений), охватываются в рамках этапа II Программы ЕИСП ФЛЕГ.

Предлагаемый проект по развитию лесного сектора включает два основных компонента:

- повышение эффективности лесохозяйственных работ и устойчивости ведения лесного хозяйства за счет увеличения интенсивности ранних рубок ухода, расширения использования порубочных остатков для производства древесной биомассы (в дополнение к недавно утвержденному проекту "Использование древесной биомассы для централизованного теплоснабжения в Республике Беларусь") и повышения качества выращиваемого посадочного материала для лесоразведения и лесовосстановления. Проведение рубок ухода на более ранней стадии позволяет повысить продуктивность лесов за счет уменьшения конкуренции среди стволов деревьев, что приводит к увеличению объемов вырубки одновременно с увеличением ценности прироста лесных насаждений после рубок ухода. Подобная оптимизация лесохозяйственных работ является одновременно устойчивой и экономически выгодной. Увеличение интенсивности рубок ухода в молодых и средневозрастных насаждениях и использование древесной биомассы, которая в противном случае оставалась бы в лесу позволит создать дополнительные рабочие места для рабочих кадров высокой и средней квалификации в сельской местности сверх текущей ситуации. Создание рабочих мест на селе будет способствовать экономическому развитию в настоящее время менее обеспеченных сельских районов Беларуси и, внесет вклад в обеспечение всеобщего благосостояния;

- совершенствование мониторинга, обнаружения и тушения лесных пожаров, совершенствование информационных систем лесохозяйственного сектора, в том числе, занятости женщин в лесозаготовительных работах. В рамках Проекта планируется обеспечить обучение операторов выполнению этих задач и создать достойные рабочие места для высоко- и среднеквалифицированных кадров, тем самым способствуя повышению благосостояния сельского населения. Материал, получаемый в результате рубок ухода, будет использоваться для увеличения производства древесной биомассы, на дрова или в качестве балансовой древесины. Большая часть этой продукции в настоящее время теряется в виде сухостоя в лесных насаждениях. В связи с этим, как производство, так и повышения производительности имеет сопутствующие углеродные выгоды, а также стимулирует развитие сельской экономики.

Оказание содействия лесхозам в развитии потенциала для проведения рубок ухода в молодых и средневозрастных насаждениях также поможет им отойти от выполнения более коммерчески ориентированных рубок ухода в более спелых лесах, выборочных рубок и рубок главного пользования, к которым все в большей степени будет привлекаться частный сектор на основе конкурсных торгов. Для создания благоприятных условий для внедрения этого более интенсивного подхода к ведению лесного хозяйства планируется разработать соответствующие стандарты и принять их в одном из регионов Беларуси. Эта деятельность будет включать в себя разработку проектов законодательных актов для внедрения интенсивных стандартов ведения лесного хозяйства.

Этот подход, предполагающий проведение активных рубок ухода в молодых и средневозрастных лесах, в настоящее время не относится к распространенной практике в Беларуси. В рамках проекта в Беларуси планируется разработать руководящие принципы, создать благоприятные условия и возможности для осуществления этих операций в качестве стандартной практики. В долгосрочной перспективе эти операции будут экономически целесообразными и станут частью нормальных эксплуатационных процедур. Таким образом, эти разработки являются устойчивыми и будут тиражироваться во всем лесном секторе (в зависимости от наличия финансирования), в том числе и после завершения проекта. Такие более интенсивные методы лесохозяйственных работ в настоящее время являются стандартной практикой в странах с более развитой лесной экономикой в Скандинавии и Западной Европе.

Подкомпонент: Расширение использования порубочных остатков для производства древесной биомассы

В настоящее время большинство лесосечных отходов (то есть, вершины и сучья), остающихся после рубок главного пользования и выборочных рубок, просто остается в лесу. Это создает риски для возникновения пожаров, а также приводит к потере теплотворной способности, которая можно было бы использовать для энергетических целей. В скандинавских странах порубочные остатки нередко оставляют в лесу на год, чтобы богатые питательными веществами иглы опали с ветвей, а древесные части подсохли, а затем измельчают для использования в качестве печного топлива. В Беларуси в настоящее время растет спрос на древесную биомассу для снабжения систем комбинированного производства тепла и электроэнергии и систем централизованного теплоснабжения, а также со стороны промышленных и сельскохозяйственных предприятий по всей стране. Для удовлетворения этого растущего спроса на древесную биомассу Беларуси необходимо максимально задействовать все источники древесной биомассы.

Предлагается внедрить передовые лесозаготовительные технологии, позволяющие расширить использование лесосечных отходов и использование современных измерительных приборов и оборудования для повышения производительности и устойчивости лесного хозяйства в целях укрепления их экономической и экологической занятости женщин в лесозаготовительных работах. В рамках Проекта планируется обеспечить обучение операторов выполнению этих задач и создать достойные рабочие места для высоко- и среднеквалифицированных кадров, тем самым способствуя повышению благосостояния сельского населения. Материал, получаемый в результате рубок ухода, будет использоваться для увеличения производства древесной биомассы, на дрова или в качестве балансовой древесины. Большая часть этой продукции в настоящее время теряется в виде сухостоя в лесных насаждениях. В связи с этим, как производство, так и повышения производительности имеет сопутствующие углеродные выгоды, а также стимулирует развитие сельской экономики.

Оказание содействия лесхозам в развитии потенциала для проведения рубок ухода в молодых и средневозрастных насаждениях также поможет им отойти от выполнения более коммерчески ориентированных рубок ухода в более спелых лесах, выборочных рубок и рубок главного пользования, к которым все в большей степени будет привлекаться частный сектор на основе конкурсных торгов. Для создания благоприятных условий для внедрения этого более интенсивного подхода к ведению лесного хозяйства планируется разработать соответствующие стандарты и принять их в одном из регионов Беларуси. Эта деятельность будет включать в себя разработку проектов законодательных актов для внедрения интенсивных стандартов ведения лесного хозяйства.

Этот подход, предполагающий проведение активных рубок ухода в молодых и средневозрастных лесах, в настоящее время не относится к распространенной практике в Беларуси. В рамках проекта в Беларуси планируется разработать руководящие принципы, создать благоприятные условия и возможности для осуществления этих операций в качестве стандартной практики. В долгосрочной перспективе эти операции будут экономически целесообразными и станут частью нормальных эксплуатационных процедур. Таким образом, эти разработки являются устойчивыми и будут тиражироваться во всем лесном секторе (в зависимости от наличия финансирования), в том числе и после завершения проекта. Такие более интенсивные методы лесохозяйственных работ в настоящее время являются стандартной практикой в странах с более развитой лесной экономикой в Скандинавии и Западной Европе.

Подкомпонент: Расширение использования порубочных остатков для производства древесной биомассы

В настоящее время большинство лесосечных отходов (то есть, вершины и сучья), остающихся после рубок главного пользования и выборочных рубок, просто остается в лесу. Это создает риски для возникновения пожаров, а также приводит к потере теплотворной способности, которая можно было бы использовать для энергетических целей. В скандинавских странах порубочные остатки нередко оставляют в лесу на год, чтобы богатые питательными веществами иглы опали с ветвей, а древесные части подсохли, а затем измельчают для использования в качестве печного топлива. В Беларуси в настоящее время растет спрос на древесную биомассу для снабжения систем комбинированного производства тепла и электроэнергии и систем централизованного теплоснабжения, а также со стороны промышленных и сельскохозяйственных предприятий по всей стране. Для удовлетворения этого растущего спроса на древесную биомассу Беларуси необходимо максимально задействовать все источники древесной биомассы.

Предлагается внедрить передовые лесозаготовительные технологии, позволяющие расширить использование лесосечных отходов и использование современных измерительных приборов и оборудования для повышения производительности и устойчивости лесного хозяйства в целях укрепления их экономической и экологической роли, а также разработки и тиражирования новых для Беларуси технологий. Это позволит оптимизировать и рационализировать использование лесных ресурсов и увеличить вклад сектора в удовлетворение растущего спроса на древесную биомассу. Планируется более широко применять выборочные рубки и, в некоторых случаях, увеличить возраст главных рубок. Использование продукции, которая в настоящее время используется нерационально, и инвестирование средств в новое оборудование и технологии позволит получить углеродные выгоды, а также будет способствовать росту сельской экономики. Для создания благоприятных условий будут разработаны нормативные, правовые и технические стандарты на основе передовой международной практики.

Подкомпонент: развитие усовершенствованных лесных питомников

В Беларуси, по мере возможности, возобновление лесных площадей после выборочных рубок осуществляется за счет естественного возобновления. Однако в некоторых случаях это является не самый оптимальным способом, поскольку иногда некоторые площади необходимо переформировывать с использованием других видов лесных, возникает необходимость лесовозобновления на пострадавших участках леса (ветровалы, снег, пожары, усыхание ельников и ясенников и т.д.), а в некоторых районах невозможно обеспечить успешное естественное лесовозобновление. В связи с этим существует постоянная потребность в производстве посадочного материала хорошего качества от выбранного плюсовых деревьев известного происхождения. Для улучшения показателей выживаемости и повышения эффективности производства посадочного материала предлагается модернизировать четыре лесных питомника для производства саженцев с закрытой корневой системой улучшенного качества. Предлагается увеличить долю посадочного материала с закрытой корневой системой с нынешних менее 1% выращиваемых саженцев до 11% к 2017 году. Повышение объемов производства в питомниках также позволит увеличить количество рабочих мест с высоким и средним уровнем квалификации для мужчин и женщин в бедных сельских районах.

В то же время планируется актуализировать нормативно-правовую базу и реализовать программа обучения на основе равных возможностей для подготовки технического персонала и работников питомников персонал к работе с новым оборудованием. В рамках этого компонента планируется внедрить инструменты, которые будут учитывать тендерные аспекты и интересы и других уязвимых групп, обеспечивать участие бенефициаров и гражданского общества в разработке политики и осуществлении контроля за реализацией проекта, тем самым способствуя повышению прозрачности Минлесхоза и улучшению реагирования лесхозов на потребности бенефициаров.

Компонент 2: Совершенствование мониторинга, обнаружения и тушения лесных пожаров, совершенствование информационных систем лесохозяйственного сектора

Подкомпонент: совершенствование профилактики и борьбы с лесными пожарами

Для снижения частоты возникновения, масштабов и тяжести лесных пожаров

предлагается реализовать три основных мероприятия:

- Профилактика через повышение осведомленности общественности и образование, улучшение рейтинговых оценок по пожароопасности и информирование общественности через работу со средствами массовой информации, а также проведение профилактических мероприятий путем создания минерализованных полос и очистки леса от лесозаготовительных отходов и прочих пожароопасных объектов в пределах лесосек, а также очистка границы лесосек и обочин дорог

- Улучшение обнаружения и мониторинга пожаров путем установления средств видеонаблюдения со специализированным программным обеспечением и улучшения коммуникаций

- Улучшение деятельности по пожаротушению путем предоставления оборудования для тушения лесных пожаров, обучения и совершенствование сети пунктов водоснабжения.

Местные власти и ОГО будут участвовать в работе по распространению информации и повышению осведомленности, а также в мониторинге мер противопожарной защиты на местном уровне. Кампании по информированию населения также будет иметь определенный тендерный аспект. В рамках данного подкомпонента будет осуществляться изучение лучших технологий и методов обнаружения и тушения лесных пожаров в странах ЕС. В то же время планируется разработать законопроект будет разработан в поддержку внедрения новых технологий и методов борьбы с пожарами в Республике Беларусь.

Подкомпонент: совершенствование информационных систем лесохозяйственного сектора В рамках данного подкомпонента планируется разработать программные средства и расширить применение современных измерительных приборов и оборудования в процессе лесоустройства и лесной инвентаризации. Это будет способствовать повышению точности собранных данных и, следовательно, позволит улучшить информацию о наличии лесных ресурсов в стране. Этот компонент будет включать в себя разработку веб-интерфейса для обмена информацией на разных уровнях (с помощью пароля, в случае необходимости) и позволит повысить прозрачность и улучшить доступ к данным для различных заинтересованных сторон.

Подкомпонент: развитие и обучение использованию передовых технологий Подготовка специалистов лесного хозяйства передовым технологиям ведения лесного хозяйства обеспечивает основу для их успешной реализации в практике лесохозяйственной деятельности в Республике Беларусь. Этот компонент будет включать в себя развитие учебно-производственной базы Республиканского центра повышения квалификации руководящих работников и специалистов лесного хозяйства. Все предлагаемое обучение будут равным образом доступно для мужчин и женщин.

Подкомпонент: развитие рационального использования радиоактивно загрязненных лесов Этот компонент будет включать в себя разработку и поддержание ГУ "Беллесозащита" с участием лесохозяйственных учреждений системы поддержки принятия решений информационной системы "Радиоактивное загрязнение лесов. RadFor", а также совершенствование системы защитных мероприятий и оптимизации работ по контролю радиоактивного загрязнения лесного фонда.

Вашингтон был потрясен, когда Россия присоединила Крым так, что этого не смогла предусмотреть его разведка, пишет The Daily Beast. Теперь в США задаются вопросом — как российские спецслужбы сумели настолько быстро выйти на такой высокий уровень и пытаются оценить роль Запада в этом процессе.

Россия поддерживает тесные экономические связи с рядом стран НАТО, особенно с Германией, пишет издание.

Так, в 2011 году немецкий концерн Rheinmetall подписал контракт с "Оборонсервисом" в $140 млн на строительство центра боевой подготовки на нижегородском полигоне Мулино. Центр должен был стать "наиболее совершенным среди своих мировых аналогов" и обеспечить обучение до 30 тысяч российских военнослужащих в год. В планах Rheinmetall было создание в России еще трех таких центров.

Немецкий концерн настаивал на продолжении строительства даже после присоединения Крыма, официально проект был заморожен в марте. Многие официальные лица США выражали недовольство такой настойчивостью и высказывали подозрение, что Германия обучала российских солдат уже несколько лет. В США заявляют, что именно Германия готовила спецназовцев, которые, "вторглись незамеченными в Крым, а также влияют на ситуацию в восточных районах Украины". В отчетах также говорится, что спецподразделения РФ используют самые новые средства связи, бронежилеты и оружие, которые "дают огромное тактическое преимущество над украинскими солдатами".

"Печально, что компании ФРГ оказывали непосредственную поддержку российской армии даже во время ее вторжения на Украину. Правительство США должно обратиться к странам НАТО с призывом прервать любое военное сотрудничество с Россией, пока Крым не будет возвращен Украине," — заявил изданию один из американских сенаторов.

В свою очередь, некоторые члены американского правительства заявляют, что действия Rheinmetall — лишь один из примеров недальновидных действий некоторых стран НАТО, которые поспешили заключить с Россией выгодные оборонные контракты, когда президент США Барак Обама объявил о политике "перезагрузки" в отношениях с РФ.

Западные страны и страны НАТО рассчитывали вовлечь Россию в военное сотрудничество, но теперь осознали, что Россия по-настоящему никогда не была заинтересована в этом, пишет The Daily Beast. Теперь российские войска могут достойно урегулировать конфликты, связанные и с народными революциями, и с политическими кризисами, и с внутренними беспорядками, отмечает газета.

Издание также ссылается на слова российского политолога Андраника Миграняна о том, что со времен вооруженного конфликта в Грузии, Россия направляла большие средства на совершенствование армии, и что Запад сам виноват в том, что не последовал ее примеру. "У нас теперь новая военная техника, новая армия, новая программа обучения. И странно то, что вы не следили за тем, что происходит", — заявил он.

Возобновились приостановленные в начале 2014 года поставки грузинского вина в Белоруссию, которые были связаны с «определенными бюрократическими вопросами с белорусской стороны», сообщает Alconews со ссылкой на russelhoz.ru.

Об этом сообщил глава Национального агентства вина грузинского Министерства сельского хозяйства Леван Давиташвили.

По его словам, агентством уже были выданы экспортные сертификаты – в числе первых ее получила компания «Тбилвино», которая теперь может экспортировать в Белоруссию около 80 тысяч бутылок с напитком.

В течение 2013 года Грузия поставила в Белоруссию более 1,5 млн бутылок вина. В I квартале 2014 года было экспортировано 25 тысяч бутылок вина, 15 тысяч бутылок коньяка и 180 тысяч литров виноматериалов.