Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
![Главное](/images/star.png)
Семья французского исследователя подала в суд на владельца аппарата "Титан"
Максим Макарычев
Семья французского исследователя глубоководных морей Поля-Анри Наржоле по прозвищу "Мистер "Титаник", который погиб в прошлом году в результате взрыва "Титана", туристического подводного корабля OceanGate, обвиняет эту компанию в "халатности" и требует от нее 50 миллионов долларов.
В иске утверждается, что пятеро находившихся на борту батискафа, пытавшегося добраться до обломков "Титаника", знали, что подлодка вот-вот взорвется, сообщает NBC News. В нем говорится, что соучредитель и генеральный директор компании Стоктон Раш использовал для создания корпуса судна углеродное волокно - материал, ранее не применявшийся в подводных аппарата. Истцы утверждают, что он отказался от сертификации, которая могла бы предоставить внешнюю экспертизу, способную предотвратить трагедию.
Наржоле, Раш и еще три человека погибли, когда в июне 2023 года взорвался подводный аппарат, пытавшийся добраться до обломков Титаника. Одному из погибших было 19 лет. "Возможно, Наржоле погиб, занимаясь любимым делом, но его смерть, и смерть других членов экипажа TITAN - была неправомерной", - говорится в иске, поданном во вторник в округе Кинг в США.
Исчезновение подлодки 18 июня 2023 года спровоцировало лихорадочные поиски ее экипажа, и несколько стран направили ресурсы, чтобы помочь Береговой охране США. Эта служба в конечном итоге заявила, что обломки были обнаружены, а человеческие останки были найдены и возвращены на сушу.
"Титан" пытался добраться до обломков "Титаника", которые находятся на дне Атлантического океана на глубине около четырех километров.
Наржоле был опытным дайвером и за свою карьеру совершил 37 погружений к знаменитым обломкам. OceanGate наняла его, чтобы он помог провести "Титан" к месту крушения, поскольку он был хорошо знаком с этим местом, говорится в иске. После катастрофы компания OceanGate приостановила все коммерческие операции.
![Главное](/images/star.png)
Парижский дневник. "Легенды российского спорта" рядом с Эйфелевой башней
Недалеко от Эйфелевой башни открылась фотовыставка легенд российского спорта
Вячеслав Прокофьев (Париж)
Примечательная деталь: на следующий день после ставшей печально известной церемонии открытия летней Олимпиады-2024 на набережной Бранли, что в паре сотен метров от Эйфелевой башни, открылась фотовыставка "Легенды российского спорта на протяжении олимпийского века". Конечно, на этот шаг пошла не столичная мэрия (вспомним слова градоначальницы Идальго о том, что "русским спортсменам здесь не рады"). Постаралось наше посольство, Минкульт при поддержке Олимпийского комитета России.
Разместилась экспозиция в Российском культурно-духовном православном центре, отстроенном в этом престижнейшем квартале Парижа восемь лет назад. Сразу замечу, что орды туристов, к примеру, направляющиеся к Марсову полю, где проходят соревнования по пляжному волейболу, оказавшись рядом с белокаменным строгих форм комплексом, невольно замирают от неожиданности. И есть с чего. Ведь над ними возвышаются сказочной красоты золотые купола Свято-Троицкого собора, являющегося неотъемлемой частью центра на Бранли. Кстати, не так давно к названию набережной добавили еще имя Жака Ширака в честь одного из самых уважаемых президентов Франции.
Экспозиция разместилась на двух этажах центра. На первом - редкие фотографии российских представителей в только созданном Международном олимпийском комитете, фото чемпионов, начиная с фигуриста Николая Панина-Коломенкина, завоевавшего золото на Олимпиаде-1908 в Лондоне. И, конечно, целая плеяда наших чемпионов. На втором этаже фоторассказ о франко-российской дружбе в спорте.
Как заявила на презентации директор центра Анна Котлова, "этой выставкой мы хотели рассказать парижанам о славных традициях нашего спорта, и, конечно, не будем забывать, что спорт как явление есть богатство всего мира и принадлежит всем народам".
Активное участие в организации выставки принял атташе по культуре и спорту нашего диппредставительства во Франции Антон Токовинин.
И вот что примечательно. С идеей о проведении такой фотовыставки выступил 43-летний француз Жереми Буи, неравнодушно относящийся к нашей стране. Вот что он рассказал "Российской газете":
- Мне было лет десять, когда я услышал о спортивных подвигах легендарного пловца Александра Попова. Именно благодаря ему я проникся интересом к России. Стал много читать, познавать. А позже мне захотелось открыть вашу страну соотечественникам через спортивные достижения россиян. Сам-то всегда был погружен в спорт - так воспитали родители. Увлекался командными видами, индивидуальными, боевыми. Впервые побывал в России ровно 20 лет назад - летом 2004-го. С тех пор был там раз пятьдесят. А вот в будущем месяце отправлюсь в Москву вместе с 10-летней дочкой Викторией - для нее это будет первая поездка в вашу страну. Сейчас мы представили российский спорт в Париже, а теперь планируем сделать то же самое с французскими спортсменами, устроив экспозицию в Москве. Надеемся на содействие посольства Франции в России.
Кстати, как я узнал, Жереми сотрудничает с международными спортивными инстанциями, а во Франции является представителем "Игр будущего", которые проводит Россия.
Надо сказать, что нынешняя олимпийская выставка, которую уже посетили тысячи парижан и туристов, есть звено, несомненно, яркое в цепи многочисленных инициатив, что на регулярной основе проводятся в российском центре на Бранли.
- Наша задача рассказывать, что реально из себя представляет современная Россия, какие у нее талантливые люди, делиться нашим наследием, - говорит директор центра Анна Котлова. - Ведь в угоду смыслов, распространяемых на Западе, картинка замыливается, но мы не готовы с этим мириться. Наши мероприятия открыты для любого гостя - француза, иностранца, россиянина, и мы стараемся предлагать разнообразную программу. Выставки, конференции, концерты. Мы представляем государство, являемся частью посольства РФ. А наша особенность состоит в том, что мы делим эту территорию с православной церковью. Поэтому и такая определенная духовная наполненность нашей деятельности. К примеру, на Пасхальной неделе в мае вместе с патриархией и Минкультом РФ провели "Дни духовной культуры России во Франции". На этот фестиваль приехали исполнители из Мариинского театра, Московской консерватории, с восторгом встреченные французами.
![Главное](/images/star.png)
Эволюция парфюмерии
Автор знаковых парфюмов для Kenzo, Givenchy и Nina Ricci Оливье Кресп: Я создал аромат зависимости от счастья
Создатель любимых во всем мире ароматов Light Blue от Dolce & Gabbana, Black Opium от Yves Saint-Lauren, L'Eau par Kenzo от Kenzo и десятков других - Оливье Кресп - за годы работы стал парфюмером-легендой, а за композицию Angel для бренда Thierry Mugler его удостоили официального звания мастера-парфюмера. Оливье Кресп работал со многими брендами, буквально превращая их ольфакторное портфолио в золото, а в 2018 году, вместе с дочерью Анаис, основал собственную парфюмерную марку - Akro. Парфюмер лично приехал во Владивосток, чтобы рассказать о бренде, уже созданных ароматах и трендах, которые, по его словам, витают в воздухе. Оливье Кресп рассказал о семейном бизнесе, новых технологиях и планах по созданию аромата, на который его вдохновила Россия.
Оливье, почему вы выбрали для визита именно Владивосток - настоящий "край света" для большинства людей?
Оливье Кресп: Я приехал сюда для продвижения собственного бренда Akro. Мне кажется важным лично быть здесь, потому что Владивосток - большой город, в котором живет почти 1 млн человек, это большая аудитория для рынка парфюмерии. Мы хотели лично рассказать жителям Приморья о своих ароматах, многие из которых хорошо сочетаются с местными предпочтениями. Мы понимаем, как важно заявлять о себе в Москве и Санкт-Петербурге, но рядом с Владивостоком находятся Китай, Корея, Япония, и вкусы жителей отличаются - близость Азии дает о себе знать.
К примеру, аромат Infuse я три года создавал в своей лаборатории в Шанхае, основной аккорд, который в нем можно различить - чай улун - компонент, с которым до меня не работали пафюмеры. Идея возникла во время китайского чаепития, и именно такой аромат ассоциируется с Азией. Здесь, на границе с Китаем, запах чая напоминает что-то близкое, а ноты бергамота, магнолии и османтуса дополняют композицию. В самом названии парфюма - Infuse - отражен способ приготовления и переливания чая, который непременно заваривают при температуре 80 градусов. Красивый процесс, который заставляет радоваться жизни, - небольшая, но очень приятная зависимость. Именно таким аддикциям и посвящен наш бренд.
Такие зависимости не всегда пагубны, к примеру, кто-то каждый день пьет кофе или кока-колу, получая от этого удовольствие, кто-то не может жить без путешествий, кому-то нужно выкурить сигарету или выпить виски. И определенно, люди хотят быть счастливыми. Я создал Smile - аромат зависимости от счастья. Он передает настроение, когда нам хочется улыбаться. Я добился этого эффекта, используя немного лимона, мускус и натуральный экстракт свежей малины, который буквально можно пить. Уверен, что успешным эту композицию делают современные технологии - экстракт малины мы получаем, пропуская через него микроволны. Могу сказать, что использую лучшие методы получения компонентов. А работа в собственном бренде дает возможность не ограничивать себя при выборе сырья.
Насколько я знаю, аромат Smile был посвящен вашей дочери Анаис. Почему она решила подарить свой эксклюзивный аромат всем людям?
Оливье Кресп: Когда Анаис было 15-16 лет, она попросила меня сделать для нее аромат. Он получился очень чистым, мускусным, с фруктовыми нотками бергамота и свежей малины- то, что нужно для девчонки. Запах нравился окружающим, люди могли остановить ее на улице - не только потому, что она красивая, но и чтобы узнать, чем от нее так здорово пахнет.
Прошло 20 лет, и она предложила вспомнить этот аромат, дать ему вторую жизнь, только использовать новые, более современные компоненты, которых не было во времена ее детства. Я взял ту же формулу, заменив мускус на более качественный, добавил экстрагированную малину, прекрасные цитрусы - лимон, бергамот. Из композиции ушли оттенки искусственности, которые нравились девочке-подростку, но не подошли бы современной женщине. Получилось приятно, легко, современно и просто.
Хороший парфюм, на мой взгляд, должен быть понятен, без нагромождения десятков компонентов. Когда человек приходит в магазин, делает тестовое распыление, он должен сразу чувствовать, что пахнет, например, цитрусами, цветами, мускусом. Этого достаточно. А если смешать десятки компонентов, то у клиента не возникнет ассоциации, и он попросту растеряется.
Кстати о материалах, используете ли вы натуральное сырье, к примеру, масло, полученное из настоящих цветов, или все компоненты создаются искусственно, в лабораториях?
Оливье Кресп: В нашей компании мы работаем с примерно 1,2 тыс. натуральных ингредиентов и 2 тыс. синтетических молекул. Но и с натуральным сырьем можно работать по-разному, добиваться разного восприятия. Работая на себя, я не ограничен. Я не смотрю на стоимость компонентов, мне важно получить и исполнить идею. А при реализации замысла, по сути, не так важно, используем ли мы синтетический или натуральный компонент - главное, чтобы он давал нужный эффект, приносил пользу запаху и радовал человека, который будет обладать флаконом с парфюмерной композицией.
Кажется, вся ваша семья связана с производством парфюмерии: отец занимался продажей ароматического сырья, сестра - известный парфюмер Франсуаза Карон, дочь Анаис - сооснователь и вдохновитель бренда Akro. Легли ли семейные связи в основу концепции марки?
Оливье Кресп: Akro - дело, где ключевые позиции занимаем мы с дочерью и наш партнер Тибо. Анаис занимается маркетингом и позиционированием. Я занимаюсь созданием и производством парфюмерии. Тибо отвечает за дистрибьюцию, за работу с клиентами и так далее. Всего же, на момент запуска марки, в нашем стартапе было около 15 сотрудников. Однако даже этот небольшой бизнес не был семейным, например мой сын Себастьян - замечательный парфюмер - работает в Италии, у него там собственная и вполне успешная компания. Он создает прекрасные и очень разные ароматы, но наши бренды не связаны. Каждый работает самостоятельно.
Но с дочерью мы не только работаем над созданием парфюмерии. При рождении нового аромата кто-то из нас может пробовать образцы на себе. Когда мы понимаем, что композиция близка к завершению, я или Анаис носим парфюм около недели. И если за это время запах получил три-четыре комплимента, значит, работу можно заканчивать. При таких хвалебных отзывах мы можем брать на себя финансовые риски, понимая, что для продвижения на рынке потребуется еще и грамотный маркетинг. Чтобы быть замеченным, нужно привлекать внимание.
К примеру, наш аромат Bake - бестселлер, в нем запах лимонного пирога сочетается с кремом, кофе, ванилью и вкраплениями соленой карамели. Это самый продающийся аромат бренда. В основе лежит идея зависимости от сладкого. Люди сразу узнают десертное настроение, если распыляют композицию. Наша задача - пригласить покупателя к знакомству.
Можете ли вы рассказать, как формируется идея для нового аромата? Как вы понимаете, чего захотят люди?
Оливье Кресп: Во-первых, я стараюсь предугадать тренды. Два-три года назад я говорил, что ваниль будет на пике популярности, что солнечные аккорды будут очень востребованными. Чтобы предсказать новые веяния, я много путешествую, беседую с разным людьми. Именно так рождается идея. Но я никогда не вдохновляюсь ароматами, которые уже стали успешными на парфюмерном рынке.
Вы не в первый раз в России, удалось ли вам в этих поездках найти идею, которая легла в основу парфюмерной композиции?
Оливье Кресп: Это мой 55-й визит в Россию за последние 10 лет. И здесь я, конечно, почерпнул вдохновение. Уже в следующем году мы планируем представить аромат, который полностью посвящен России - не отдельному городу - не Владивостоку, не Сочи и не Москве, а всей стране.
Что касается вашего сотрудничества с российскими торговыми сетями - все ароматы Akro эксклюзивно представлены в парфюмерно-косметической сети "ЛЭТУАЛЬ". Вкладывали ли вы дополнительный смысл в такую избирательность, при которой получить аромат можно только в определенном месте?
Оливье Кресп: Сотрудничество Akro с "ЛЭТУАЛЬ" позволяет представить наши ароматы в более 1 тыс. магазинов - в России и странах Средней Азии. Я дал "ЛЭТУАЛЬ" эксклюзив, потому что они лучшие.
Популярность брендовых ароматов в России зародилась не так давно - как раз с развитием парфюмерно-косметических сетей - в начале 2000-х. Именно в это время вы создали несколько ароматов, которым многие женщины верны до сих пор: Ange ou Demon для Givenchy, Light Blue для Dolce & Gabbana, Nina для Nina Ricci и другие. Как вы относитесь к такому постоянству, не мешает ли оно пробовать что-то новое?
Оливье Кресп: За эти годы парфюмерное производство эволюционировало. Так всегда происходит во время кризисов, а их за последнее время было несколько: в 2000 году, затем экономические потрясения 2008-го, потом несколько лет пандемии коронавируса. И привычки потребителей, особенно молодых, изменились. Старшее поколение все еще может носить один парфюм долгие годы, и это действительно хорошие ароматы, у этих дам есть вкус. Но все чаще люди имеют по 5-10 флаконов разной парфюмерии. Это нормально, и я могу только посоветовать - не смешивать их.
![Главное](/images/star.png)
Французский дирижер, живущий в Берлине, Клеман Нонсье: Моя карьера в России развивается куда активнее, чем на Западе
Французский дирижер Клеман Нонсье дал интервью "РГ" на русском языке
Ольга Русанова
Молодой французский дирижер Клеман Нонсье, живущий в Берлине, резко ворвался в нашу жизнь, став лауреатом Первого Международного конкурса имени Рахманинова в Москве (2022). С этого момента жизнь обаятельного француза из небольшого городка Тура, что находится в долине Луары, кардинально изменилась. Да, он по-прежнему живет и выступает в Европе, но карьера Клемана, по его собственному признанию, главным образом выстраивается в нашей стране.
Я встречалась с ним неоднократно - в Москве, Калининграде… Очередная встреча состоялась на 13-ом Международном фестивале "Белая сирень" имени Сергея Рахманинова в Казани. До сих пор мы всегда разговаривали на английском языке, и каково же было мое изумление, когда Клеман заговорил по-русски…
Теперь мы можем записать интервью на русском языке?
Клеман Нонсье: Давайте попробуем.
Как вы достигли такого прогресса? Занимались с репетитором?
Клеман Нонсье: Совсем чуть-чуть, еще смотрел уроки на ютубе. Теперь уже бросил занятия. Просто я стал чаще бывать в вашей стране, и здесь у меня железное правило: говорить в России только по-русски. Конечно, пока до совершенства далеко, я еще не всё могу выразить словами, но стараюсь знание языка постепенно улучшать.
А что для вас самое трудное?
Клеман Нонсье: Словарный запас, вокабуляр. Пока мне его недостаточно. Ну и грамматика сложная.
Вы в Казани впервые?
Клеман Нонсье: Да, и я покорен красотой этого города. Вот вчера гулял по Кремлю ночью, это было потрясающе. На мой взгляд, это самый красивый город в России из тех, что я видел. Особенно сейчас, когда все цветет.
За два года с первого появления в России вы прочертили на нашей карте серьезный маршрут. Каковы его главные точки?
Клеман Нонсье: Пермь, Новосибирск, Калининград, Тюмень, Красноярск. Впереди Нижний Новгород, Сочи… И вот уже три дня я в Казани: репетировал и с оркестром в Центре современной музыки Софии Губайдулиной, даже побывал на экскурсии в ее Доме-музее, и, конечно, работал с ГАСО Татарстана, с которым у меня сегодня концерт в зале имени Сайдашева.
Программу открыла симфоническая фантазия Рахманинова "Утес", которую вы дирижировали на конкурсе?
Клеман Нонсье: Да, в первом туре, и она навевает чудесные воспоминания о начале моего знакомства с Россией, и это особые эмоции.
Далее в программе должны были прозвучать Первый и Четвертый фортепианный концерты Рахманинова, но из-за внезапной болезни солиста (Бориса Березовского) оба произведения пришлось срочно менять. Когда вы узнали об этом?
Клеман Нонсье: Примерно за четыре часа до концерта.
Конечно, подобная ситуация - это настоящий форс-мажор! Как вам удалось так быстро найти выход из положения?
Клеман Нонсье: Программа в любом случае должна была остаться полностью рахманиновской. Организаторы предложили сыграть "Остров мертвых" и Вторую симфонию, но я никогда не дирижировал ни тем, ни другим, и за два-три часа решиться дебютировать сразу в двух произведениях я не мог. Поэтому вместо Второй симфонии я предложил исполнить Третью, которую я по крайней мере играл, хотя и всего единожды, на конкурсе имени Рахманинова тогда, в 2022. И главное, Госоркестр Татарстана, к счастью, знал оба произведения.
Как вам этот коллектив?
Клеман Нонсье: В этой особой ситуации оркестр поразил меня дисциплинированностью и профессионализмом. Это отличные музыканты. Не скрою, я, конечно, был в стрессе, но в конце концов не я играл, а оркестр - и они большие молодцы, что могут так исполнить произведения с одной репетиции. Просто молодцы… Правда-правда.
Несмотря ни на что, концерт прошел более чем удачно, поздравляю вас. И вот что любопытно. Казалось бы, публика пришла не в последнюю очередь послушать Бориса Березовского: все-таки это один из наших лучших пианистов, и две трети программы составляли фортепианные концерты Рахманинова. Однако, когда ведущая перед началом объявила, что солиста не будет, а программа почти полностью изменена, публика даже ухом не повела (знаете такое русское выражение)?
Клеман Нонсье: Нет, а в чем его смысл?
В том, что новость проигнорировали, не возмутились, восприняли спокойно.
Клеман Нонсье: Вот что значит Россия! Во Франции и публика устроила бы "революцию", и оркестр выразил бы крайнее недовольство. Там вообще музыканты негибкие, они не умеют так быстро перестраиваться.
Ну а у вас после всего этого какие ощущения?
Ну а у вас после всего этого какие ощущения?
Клеман Нонсье: Концерт мне дался непросто, не скрою, нужно было максимально концентрироваться. Но все равно я получил удовольствие от этой музыки и от оркестра.
А правда, что Рахманинов - один из ваших любимых композиторов?
Клеман Нонсье: Да, это так.
А кто еще?
Клеман Нонсье: Шуберт, почти вся французская музыка: Равель, Дебюсси, Сен-Санс, Бизе. Причем не только самые известные имена. Есть еще, например, Этьенн Меюль, композитор рубежа 18-19 веков, автор четырех симфоний и опер. Это хорошая, ни на что не похожая музыка, которую даже во Франции никто не знает. Мне было бы интересно поделиться ей с публикой, но пока такой возможности нет: организаторы концертов во всем мире больше всего боятся неизвестных имен в афише.
Куда вы поедете из Казани?
Клеман Нонсье: Полечу на родину, в Тур, потом снова вернусь в Россию. В июне у меня концерт из музыки Курта Вайля в Нижнем Новгороде - это мне особенно интересно как человеку, живущему в Берлине, ведь именно там он начинал карьеру. Я даже бывал в театре "Берлинер Ансамбль", основанном его знаменитым соавтором Бертольдом Брехтом.
До конца сезона в московском театре "Новая опера" продирижирую двумя французскими операми: "Почтальон из Лонжюмо" Адана и "Кармен" - это моя давняя мечта, которую я осуществлю впервые. В июле у меня также концерт с РНО на фестивале "Лето.Музыка.Музей" в Новом Иерусалиме. Осенью предстоит концерт с БСО в Москве, а в октябре мы покажем "Почтальона" в Сочи.
Я смотрю, за неполные два года со времени конкурса Рахманинова вы успели поиграть едва ли не со всеми ведущими российскими оркестрами…
Клеман Нонсье: Да, это РНО, Госоркестр имени Светланова, Госоркестр Татарстана, БСО, Новосибирский симфонический оркестр, оркестры театров "Новая опера", НОВАТ, Пермского оперного, а также оркестр Мариинского театра.
Что вы о них скажете?
Клеман Нонсье: В основном у меня позитивные впечатления обо всех коллективах, но у каждого свои особенности. А общее то, что они особенно хороши в русской музыке. Что касается французского репертуара, то здесь его часто играют не совсем в том стиле, в каком представляю себе я.
А в чем расхождение?
Клеман Нонсье: Чаще всего в недостаточной легкости, гибкости в темпе. Еще не хватает тихого звука. Разумеется, я говорю о музыке 19-20 веков.
Вот вы сейчас снова поедете во Францию, вас никто там не осуждает за работу в России?
Клеман Нонсье: Может быть, так и думает кто-то, но вслух не высказывается. А я просто делаю то, что считаю правильным. К тому же сейчас моя карьера в России развивается куда активнее, чем на Западе. Здесь объективно работы больше.
Завершая наш разговор, вернусь к самому началу. Вот мне интересно: когда вы решили приехать к нам в первый раз, на конкурс дирижеров имени Рахманинова, какое слово в этом словосочетании было для вас главным? Конкурс? Дирижер? Или Рахманинов?
Клеман Нонсье: Как музыкант я сказал бы - Рахманинов, как человек - Россия.
Почему?
Клеман Нонсье: Рахманинов - потому что я люблю этого композитора и теперь, кстати, знаю его гораздо лучше, чем два года назад. Россия - потому что это другая страна, притом страна с большой культурной традицией, это мне было интересно. Захотелось погрузиться в эту культуру, и вот я здесь. А вообще я вижу свое призвание в том, чтобы быть человеком мира и развивать культурные связи между разными странами. Сейчас я единственный французский дирижер в России, и считаю важным наводить мосты, налаживать контакты между странами и культурами. Вот почему я был бы рад больше работать и на Западе, и на Востоке - например, в Китае. Я даже уже начал учить китайский язык.
Кстати
Международный фестиваль "Белая сирень" - это фестиваль Госоркестра Республики Татарстан под управлением Александра Сладковского. В этом году он прошел с 14 мая по 1 июня.
![Главное](/images/star.png)
Французский политолог: Почему де Голль предпочитал проводить юбилеи высадки союзников в Провансе, а не в Нормандии
Во Франции стартуют торжества в честь 80-летия высадки союзников в Нормандии
Вячеслав Прокофьев (Париж)
6 июня в Нормандии, на атлантическом побережье которого 80 лет тому назад высадились западные союзники по антигитлеровской коалиции, начинаются юбилейные торжества. Программой предусмотрены фейерверки, выступление парашютистов, открытие памятников, в том числе участникам французского Сопротивления, генералу Дуайту Эйзенхауэру, который руководил операцией "Оверлорд", ознаменовавшей открытие второго фронта во время Второй мировой войны.
Съехались и гости французского президента Эмманюэля Макрона. Из них, конечно, главный, это Джо Байден. Здесь предупредили, что у президента США, учитывая его возраст, по крайней мере, на первые два дня пребывания во Франции, намечена "облегченная программа". В числе приглашенных десятка два глав государств. В том числе канадский премьер Джастин Трюдо. Заметим, что Олаф Шольц , канцлер Германии и президент Италии Серджо Маттарелла представляют страны, если и имеющие отношение к нынешнему мероприятию, то с исторической точки зрения исключительно с отрицательным знаком.
Широко представлены на этом мемориально-политическом рауте титулованные персоны. Это британский король Карл III c cупругой Камиллой, короли Бельгии Филипп и Дании - Фредерик Х. Понятно, что нормандский слет не обошелся без Гийома - наследного великого герцога Люксембурга и князя Монако Альбера II.
По какому-то геополитическому недоразумению из Украины, где регулярно сносят памятники советским солдатам-победителям, в Нормандию прилетел и киевский визитер с непонятным статусом Владимир Зеленский.
К немалому сожалению собравшихся, было объявлено, что традиционный гала-ужин в виде шикарного застолья в этом году из-за "сжатого графика" будет заменен буфетом "на ногах". Правда, закуски, устрицы, знаменитый нормандский сидр и прочее, судя по всему, будут все же предложены.
"Российская газета" попросила французского политолога Эмманюэля Леруа поделиться своими мыслями об этом событии.
Россия не оказалась среди приглашенных. Что вы думаете по этому поводу?
Эмманюэль Леруа: Горечь и удивление. Нынешние французские власти все больше отходят от некогда тесных, плодотворных по многим направлениям связей с Россией. Особенно это выглядит возмутительно, если учесть, что в Нормандию приглашен Владимир Зеленский. Во-первых, хочу напомнить, что Украина в годы Великой отечественной войны не существовала как отдельное государство, а была частью Советского Союза. Ну а во-вторых, насколько мне известно, Зеленский исчерпал свою демократическую легитимность в качестве главы Украины, ибо его президентский срок закончился две с лишним недели тому назад. Так что его приглашение со стороны французских властей, на мой взгляд, вызывает, по меньшей мере, недоумение.
Пять лет назад, когда праздновалась 75 годовщина нормандской операции, российскую делегацию также не позвали. Это что - феномен прогрессирующей "короткой памяти" или ревизия исторических событий? Той решающей роли в разгроме Третьего рейха, которую сыграл СССР, законным наследником которого является Россия.
Эмманюэль Леруа: Знаете, у нас во Франции, да и в других западноевропейских странах многие десятилетия граждане подвергаются "промыванию мозгов". В конце 40-х - начале 50-х годов прошлого столетия большинство французов на вопрос о том, кто победил Гитлера, отвечали: "Конечно Советский Союз". Но время шло, и мало-помалу в ходе опросов стали давать другие ответы. Мол, американцы с англичанами это сделали. Дошло до того, что нынешнее поколение считает, что именно благодаря высадке союзников в Нормандии был одержан верх над гитлеровской Германией. Когда им говоришь, что свыше 80 процентов фашистских полчищ были перемолоты на Востоке, делают круглые глаза.
Напомню, что генерал Шарль де Голль не считал эту операцию решающей для хода войны. Поэтому предпочитал участвовать в других торжествах, связанных с юбилеями высадки союзников, в том числе нескольких французских дивизий в Провансе на юге Франции в августе 1944 года.
Говорят, что у генерала были непростые отношения с американцами…
Эмманюэль Леруа: В те тяжелые для Франции годы ему часто приходилось иметь дело как с американцами, так и с англичанами. У генерала было достаточно времени, чтобы убедиться в их подчас двойной игре. Ему явно не понравилось, что нормандскую операцию они первоначально планировали как "вторжение во Францию", а не ее освобождение. Шарль де Голль знал, что США намеревались установить в стране оккупационное правительство во главе с американским генералом. Благо, что генералу удалось сорвать эти прожекты.
На фоне торжеств в Нормандии идет отказ стран Запада от провозглашенного тогда лозунга о том, что "Европа это мир"
Наверное, великий де Голль перевернулся бы в гробу, если до него дошли бы антироссийские речи, звучащие сейчас в парижских верхах. А ведь он говорил о том, что для Франции "быть с Россией - значит быть сильными, порознь - значит находиться в опасности".
Эмманюэль Леруа: Знаете, Шарль де Голль слыл большим поклонником писателя и дипломата XIX века Шатобриана, который после наполеоновской эпохи был активным сторонником альянса между Францией и Россией. Генерал продолжил этот внешнеполитический проект, что привело к франко-российскому сближению, союзничеству во время двух мировых войн. Был сторонником равновесия в международных делах, в частности, в евро-азиатском регионе. Именно под этим углом он видел союз между нашими странами, позволяющий сохранять мир на континенте.
А у вас не вызывает удивление то, что некоторые руководители западных стран все больше говорят не о мире, это слово как бы исчезло из их лексикона, а о "нанесении поражения" России на полях Украины?
Эмманюэль Леруа: В этом невероятный парадокс, отказ от некогда провозглашенного лозунга о том, что "Европа это мир". Удар по этой важнейшей установке был нанесен еще в конце прошлого века, когда вопреки международному праву НАТО развязала войну против Сербии. И вот в эти дни разворачиваются еще более трагические события на Украине, когда большинство западных стран, забыв о необходимости защищать свои народы, в пароксизме милитаристского угара повышают ставки, накачивают киевский режим оружием, что может обернуться страшной катастрофой для Европы, да и не только. Ведь происходит что-то совершенно невероятное. Социал-демократы, либералы, "зеленые" тратят десятки, если не сотни миллиардов евро на перевооружение армий этих стран, заявляя во всеуслышание, что готовы противостоять России. И к великому сожалению, французский президент в их первых рядах. Так что есть причины серьезно беспокоиться за будущее.
Тем более, что сейчас разрешили Киеву использовать дальнобойные вооружения, способные поражать территорию России.
Эмманюэль Леруа: Такова опаснейшая реальность. Им стоит учесть, что российская военная доктрина предусматривает использование ядерного оружия в случае, если жизненные интересы России окажутся под ударом. Агрессивные заявления, воинственные планы могут привести к дальнейшему росту напряженности, а после - к невиданным ранее драматическим последствиям.
Почему на Западе некоторые обличенные властью политики в один голос твердят, что "в случае поражения Украины Россия нападет на Европу"?
Эмманюэль Леруа: Чистейшей воды риторика, пропаганда. То, что скрывается за этой фразой, есть конфликт, выходящий за рамки Украины. Конфликт между Россией и коллективным Западом. Так что, как мне представляется, поражение Украины, станет не поражением народа этой страны, а проигрышем НАТО. А значит - ударом по статусу, престижу альянса, а они, как известно, важны в международных делах. Учитывая то, что альянсом фактически управляет Вашингтон, фиаско НАТО ускорит упадок Запада, самих Соединенных Штатов. Вот почему европейские вассалы американцев активно ввязываются в драку. Понимают, что общее поражение станет и их политическим крахом.
Что касается России, то Владимир Путин неоднократно заявлял, что Россия не собирается нападать на Европу. Это очевидно. России нужны безопасность, мир, порядок. Ведь специальная военная операция была начата, чтобы защитить русскоязычное население Донбасса, принявшего решение присоединиться к России, чтобы остановить втягивание Украины в НАТО. Достаточно напомнить о базах альянса в Одессе, Очакове, других местах.
В 50-е годы в Европе было развернуто широкое движение за мир - Стокгольмское. В нем участвовали сотни тысяч, миллионы европейцев. Почему подобного нет сейчас, если не считать спорадические манифестации то тут, то там?
Эмманюэль Леруа: В те годы в Европе были сильны левые - коммунисты, социалисты. Они-то все и организовывали. Теперь же эти подлинные левые практически повсюду сошли со сцены. А те, что пришли им на смену в 80-е и 90-е годы, переродились и сильно подвержены англосаксонскому влиянию. К этому стоит добавить, что люди, отстаивающие альтернативную точку зрения на вопросы войны и мира, скажем так, диссиденты, подвергаются обструкции. В нынешних условиях высказывать нечто, противоречащее пропагандистскому мейнстриму, становится, действительно, актом политической отваги.
![Главное](/images/star.png)
Интерфакс; Финмаркет; РБК-онлайн; Лента.ру. Повышение пошлин не повлияло на поставки в РФ вина из Франции и Испании – комментарий начальника ГУФТДИТР ФТС России Максима Чморы
Введение в прошлом году повышенных пошлин на импорт вина из недружественных стран не ограничило их ввоз из таких стран, как Франция и Испания, более того, поставки даже выросли, сообщил начальник ГУ федеральных таможенных доходов и тарифного регулирования ФТС России Максим Чмора в ходе «Недели российского ритейла 2024» в понедельник.
«В отношении итальянских вин эта мера сработала и стали ввозить меньше. Но вот испанские и французские поставщики спокойно отреагировали на это решение, оно на объем ввоза продукции не оказало, по сути, никакого (влияния - ИФ), они даже увеличили объемы ввозимой продукции», - сказал он.
Согласно презентации, лидерство в поставках из недружественных стран по-прежнему сохраняет Италия, но ее доля снижается, доля испанских вин и французских вин растет. В топ-5 поставщиков из этой категории стран также входят Португалия и Германия.
Всего же доля недружественных стран в импорте вин в РФ оценивается в 64%.
В результате повышения пошлин таможенные платежи в январе-мае этого года по сравнению с аналогичным периодом прошлого года выросли в 4,2 раза, до 16,5 млрд рублей против 3,9 млрд рублей. Но поставки из этих стран снизились лишь на 17-18%.
В целом, по данным ФТС, география поставщиков импортных вин в РФ не меняется в течение последних лет, «несмотря на принимаемые решения», сообщил Чмора. С существенным отрывом идет Италия, далее - Грузия, Испания, Франция, Португалия, и все эти государства в текущем году сохраняют лидирующие позиции, отметил он.
РФ с августа 2023 года ввела повышенную пошлину на импорт вина из недружественных стран - в размере 20%, но не менее $1,5 за литр (до 1 августа 2023 года пошлины составляли от 10% до 12,5%). Повышенная пошлина пока действует до конца текущего года.
Между тем, обсуждается вопрос о резком - до 200% - повышении пошлин. «Сейчас обсуждается вопрос повышения таможенных пошлин. Безусловно, у каждого такого вопроса есть и сторонники, и противники. Можно радикально повысить пошлину, можно установить на уровне 100% или 200%. Но мы должны понять, что при наличии незамещенного внутреннего спроса эта продукция будет востребована и все равно будет попадать на рынок», - сказал Чмора.
По его словам, вопрос повышения пошлин очень сложный и дискуссионный. Отсутствие конкуренции может сделать отечественное вино качественнее, но не исключено, что оно станет дороже.
Оригинал публикации: https://www.interfax.ru/russia/962553
![Главное](/images/star.png)
Ответ Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова на вопрос программы «Москва. Кремль. Путин», Москва, 19 мая 2024 года
С.В.Лавров: Пора киевскому режиму признать реалии «на земле». Надеюсь, что этот посыл, который многократно повторялся будет воспринят и Запад осознает, что пора перестать приносить Украину в жертву своим абсолютно бесперспективным целям.
Вопрос: Президент Франции Э.Макрон выступил с таким удивительным заявлением, что он опасается, если Россия победит, то российская военная инфраструктура окажется ближе к Европе, и российские ракеты будут ближе к Европе. А ведь Президент В.В.Путин двадцать лет подряд говорил, что западная инфраструктура приближается к нам. А Запад нам отвечал, мол, не волнуйтесь, расслабьтесь. Что бы Вы сейчас Западу посоветовали?
С.В.Лавров: Если у них получится, пусть тоже расслабятся. Прекрасно понимаем возможности, которые у нас есть, включая все случаи развития ситуации вокруг Украины.
![Главное](/images/star.png)
Николя Чинкуини: в ВСУ воюют военные и нацисты из Франции
Николя Чинкуини – бывший французский полицейский, успевший поработать в контртеррористической разведке. Он участвовал в движении "желтых жилетов", полицейское насилие при подавлении которого заставило бывшего разведчика разочароваться в работе на государство. С начала специальной военной операции России на Украине Чинкуини занимается поиском информации о французах, участвующих в боях на стороне Киева. В разговоре с корреспондентом РИА Новости он рассказал, кто именно и почему едет воевать в рядах ВСУ, что обещают французским государственным агентам за работу на Украине, как он находит информацию о французских наемниках, которую так тщательно скрывает французский МИД, и сколько французов погибли на Украине или вернулись во Францию после февраля 2022 года. Беседовала Екатерина Иванова.
— Вы ранее были полицейским и работали в контртеррористической разведке. Почему вы начали заниматься отслеживанием французов, отправляющихся воевать на Украину?
— В 2014 году по профессиональной привычке, но из личных побуждений, я начал интересоваться механизмом войны в Сирии, имевшей впоследствии, как вы знаете, трагические последствия для Франции. Со временем вывод стал неоспоримым: Европа, подчиняющаяся Соединенным Штатам (давно прошли те времена, когда Жак Ширак выступал против англо-американского вторжения в Ирак), участвует в общей политике, которая ведет к войнам по всему миру. А террористические атаки, подобные теракту 13 ноября 2015 года в Париже, являются побочным ущербом, незначительными трагедиями по сравнению со страданиями в других частях мира. Будь то, например, радикальные суннитские повстанцы в Сирии или украинские нацисты, Запад поддерживает союзы, чтобы ослабить тех, кого он считает врагами: Россию, Китай, активистов панафриканизма и, в конечном итоге, "весь остальной мир" с целью увековечить свою гегемонию, которая, тем не менее, обречена на окончание по причинам демографии и развития.
Именно в этом контексте российская специальная военная операция стала необходимостью в феврале 2022 года. Меня заинтересовало сражение в Мариуполе, где я заметил следы причастности Франции. Одно из указаний – увольнение 30 марта 2022 года генерала Эрика Видо, главы Управления военной разведки (DRM), которое управляет спутниками наблюдения, которое заставило меня подозревать, что субъекты, нанятые французским правительством, в том же месяце оказались в окружении в городе.
Затем я расширил свое расследование на французов, замеченных на всем поле боя на Донбассе и на Украине, и сделал печальное открытие. В отличие от правительственных деятелей, французы по личной инициативе пополнили ряды атлантистов и демонстрируют свой нарциссизм в социальных сетях, где их легко вычислить. Там широко представлены известные нацистские активисты, и, более того, французская пресса пытается сделать из них героев.
— Есть ли какие-то препоны со стороны французских властей, почему вы скрываетесь?
— Мое уважение к французским властям было уничтожено полицейским и судебным насилием, жертвами которого стали "желтые жилеты" до 2020 года. Именно по этой причине меня уволили в том году, чему я рад сегодня. Никаких административных притеснений я пока не испытал, разве что бесконечное ожидание получения нового паспорта. На самом деле я подозреваю, что нахожусь в списке S (списке лиц, представляющих угрозу государственной безопасности) – как и многие другие жертвы режима Макрона.
Я уехал из Парижа в корсиканские дебри, где жизнь приятна, а осмотрительность — это кредо местной жизни. Публикация в моем блоге хроники моего расследования о французах в рядах атлантистов на Украине вызвала неприязнь среди последних. Корсика — это территория, которая мне благоприятствует, но я хочу как можно больше избегать встреч, которые могут привести к трагическим последствиям.
— Как вы ищете информацию? Насколько это сложно? Какие данные получить сложнее всего?
— Благодаря нарциссизму отдельных волонтеров и их потребности в социальном признании, социальные сети являются главным источником информации, которую впоследствии достаточно проанализировать и сопоставить, например, со статьями в прессе, административными актами, доступными в интернете, документами, полученными на Украине российскими IT-экспертами, информацией, предоставленной источниками, анонимность которых я гарантирую, а также и ответы, которые иногда дают мне сами эти волонтеры... Это также командная работа, мы делимся нашей информацией между аналитиками международного телеграм-канала TrackANaziMerc.
Эта работа для меня удовольствие, я занимался ей всю жизнь. Сложность с открытыми источниками заключается в том, чтобы выявить присутствие на Донбассе или на Украине людей другой категории – агентов, работающих по заказу французского правительства, профессионалов в командировке, которые не занимаются самолюбованием в социальных сетях.
— Какие категории людей едут сражаться на стороне Киева? Каковы их основные мотивы?
— Я предполагаю, что французские правительственные агенты мотивированы деньгами, бонусами, которые увеличивают их обычную зарплату, потому что среди действующих военнослужащих, по крайней мере среди офицерского состава, кажется, что подавляющее большинство довольно благосклонно относится к России.
Со своей стороны, добровольцы, уехавшие в индивидуальном порядке, часто являются обозлившимися бывшими военными, чью карьеру в армии урезали максимум до унтер-офицеров, с ограниченным знанием истории или геополитики, расистами, сторонниками или открытыми активистами ультраправых или даже признанными нацистами.
— Сколько, по вашим данным, французов отправилось воевать на Украину после февраля 2022 года?
— Включая убитых, раненых и вернувшихся, опубликованный мной список на сегодня включает 75 лиц, которые идентифицированы точно или под псевдонимами, что уже может многое нам рассказать. В этот список также входят двое мужчин, которых правительство представило как гуманитарных работников, сотрудников некой швейцарской НПО, но я убежден, что они были государственными агентами. Их существование открылось нам с их смертью 1 февраля. Остальные только что были обнаружены и о них пока недостаточно сведений для публикации.
— Как выглядят основные схемы отправки французов на Украину? Какую роль в этом играет украинское посольство в Париже? Имеет ли место вербовка?
— Источники рассказали нам, что в рядах французской армии специалистам делались заманчивые предложения: ложная отставка, гарантия восстановления на службе по окончании, а между тем – доход, значительно превышающий их обычный заработок. Это агенты, которые остаются очень скрытными и которых трудно идентифицировать.
С начала российской специальной военной операции украинские посольства выполняют функции вербовочных центров. Также я отметил, что первые волонтеры, оказавшись в Украине, также начали заниматься вербовкой через социальные сети. Я лично протестировал имеющийся официальный канал вербовки. Кандидаты должны отправить письмо в централизованную службу на Украине и прикрепить файл, созданный после ввода их персональных данных на специальном сайте.
— Официально известно только о нескольких погибших. Как вы думаете, насколько это соответствует действительности? Какова вероятность, что Франция вообще узнает реальные цифры? У вас есть свои оценки по этой статистике?
— Среди 75 человек, имена которых я опубликовал, на данный момент установлено 11 смертей. Это 15%, а это уже много. Лишь немногие из них были официально признаны французскими властями под давлением СМИ, когда ими заинтересовались. В своих переписках в социальных сетях французы на сайте рассказывают нам как минимум о двух других смертях, а среди людей, чьи имена я опубликовал, двое других подозрительно молчат и не объявлялись нескольких месяцев.
16 января 2024 года Россия нанесла удар по заброшенному роддому в Харькове, преобразованному в базу для иностранных военных. В пресс-релизе говорилось, что их ядро составляли французы и что всего было убито около шестидесяти человек. Я пришел к выводу, что этот персонал относится к категории агентов французского правительства.
— Власти Франции не признают присутствие своих граждан в рядах ВСУ, слово "наемник" является табу. Почему?
— Слово "наемник" в массовой культуре в первую очередь носит уничижительный характер, и, более того, наемничество преследуется французским законодательством. Но его определение в уголовном кодексе достаточно строгое, чтобы позволяет отдельным волонтерам, которых я знаю, избежать уголовного преследования во Франции. Со своей стороны, русские совершенно справедливо называют их наемниками. Юридические дебаты станут интересными тогда, когда русским удастся поймать разоблаченного агента французского правительства.
![Главное](/images/star.png)
TotalEnergies надеется на здравомыслие в вопросах санкций против российского СПГ
Французская TotalEnergies надеется на здравомыслие в вопросах санкций против СПГ из России, но если их введут — объявит форс-мажор по поставкам с «Ямал СПГ»
Европейские политики должны понимать все риски нового газового кризиса, когда обсуждают санкции против СПГ из России. С таким мнением выступил руководитель Патрик Пуянне.
Он высказал надежду, что еврочиновники осознают, как быстро может вырасти цена на газ в Европе на фоне рестрикций в отношении российского СПГ.
Он также отметил, что TotalEnergies вынуждена будет объявить форс-мажор по действующему проекту «Ямал СПГ», если Европа решится-таки на санкции против СПГ из России. Отметим, по построенному, новому проекту «Арктик СПГ 2» TotalEnergies объявила форс-мажор после введения против него американских санкций в декабре 2023 года.
При этом Пуянне напомнил, что в ближайшие пару лет ситуация на рынке может напряженной, поскольку введение некоторых крупных проектов задержится. А вот с 2027 года, когда новые активы будут введены, положение дел поменяется.
Напомним, по итогам минувшего квартала Франция обогнала Испанию и стала лидером по импорту российского СПГ в Европу, и все из-за долгосрочных контрактов TotalEnergies на поставки сжиженного метана из России.
![Главное](/images/star.png)
Владимир Преснов: Александр I вошел в Париж не из мести за Москву
В этом году в России отмечается памятная историческая дата – 210-летие взятия Парижа коалиционными войсками, в том числе русскими. Через полтора года после вхождения Наполеона в Москву русские войска вместе с союзниками взяли штурмом Париж, тем самым победно завершив заграничный поход 1813-1814 годов.
Какова роль русской армии в этом историческом событии, кто штурмовал бастионы Монмартра, откуда, наконец, появилось слово "бистро", рассказал руководителю профильной редакции РИА Новости Сергею Сафронову директор музея "Бородинская панорама" Владимир Преснов.
— Какая дата считается официальной – взятие Парижа 18 или 19 марта 1814 года?
— В исторической литературе существуют две даты, относящиеся к этим событиям. 18 (30) марта 1814 года – дата сражения за Париж, когда на подступах к городу развернулись ожесточенные бои между союзными войсками и корпусами наполеоновских маршалов Мармона и Мортье, усиленных Национальной гвардией. В результате чего французские войска были оттеснены с занимаемых ими позиций, но в город союзники не вступали. И 19 (31) марта 1814 года – вступление союзных войск в Париж, после того как Мармон и Мортье в 2 часа ночи подписали капитуляцию, обязывающую их в 7 часов утра 19 (31) марта покинуть столицу Франции. Естественно, что именно этот день, когда в город вступили союзные войска, всегда считался датой взятия Парижа.
— Какое было соотношение сил союзников к моменту начала штурма города? Сколько было русских воинов?
— Общая численность французских войск с учетом Национальной гвардии – 40 тысяч. Непосредственно в сражении принимало участие около 23,5 тысяч. Общая численность союзных войск: около 100-115 тысяч, из них более 60 тысяч – русские войска. Непосредственно в сражении принимало участие 47,5 тысяч. Численность российских войск, участвовавших в сражении, историки пока отдельно не подсчитывали. Можно предположить, что из 47,5 тысяч "северных варваров" было около половины или, быть может, чуть больше.
— Почему русскими частями командовали Блюхер и Шварценберг, а не Барклай де Толли?
— Армии 6-й коалиции не формировались по национально-государственным признакам, а были смешанными. Всего было три армии: Главная (Богемская), Силезская и Северная. Российские корпуса (кстати, прусские тоже) входили в состав каждой из армий. Назначение главнокомандующими иностранцев (Шварценберга, Блюхера и Бернадотта) вызывалось политическими причинами и должно было укрепить единство антинаполеоновского союза. Ключевые стратегические решения все равно принимал совет трех монархов, в котором Александр I лидировал, опираясь на поддержку прусского короля. Михаил Богданович Барклай де Толли командовал русско-прусскими войсками в составе Главной армии.
— Как удалось обмануть Наполеона, направив удар прямо на Париж, чего император не ожидал?
— Ошибка Наполеона была, скорее, психологического свойства. В марте он повел свою небольшую армию в глубокий тыл союзников, рассчитывая, что осторожный Шварценберг, узнав об этом, отступит, как бывало не раз. Наполеон не предвидел, что Александр I и его военное окружение в резкой форме потребуют от Шварценберга решительных действий, то есть идти прямо на Париж, и сумеют настоять на своем. Кроме того, вслед армии Наполеона был направлен корпус генерала Винцингероде, что, возможно, ввело французского императора на некоторое время в заблуждение, поскольку он мог посчитать, что этот корпус – авангард главных сил союзников.
— Почему при взятии Парижа наибольшие потери понесли российские войска?
— Союзники, по данным отечественных историков, потеряли под Парижем около 8 тысяч, из них русские – 6 тысяч.
Трудно было согласовать во времени и пространстве движение огромных войсковых масс, а потому в начале сражения только 6-й пехотный корпус Раевского оказался на положенном по диспозиции месте и некоторое время дрался в одиночестве — с 5 до 11 утра. Это, естественно, увеличило российские потери.
— Почему потери французов оказались почти в два раза меньше – порядка 4 тысяч?
— Есть иные цифры потерь: союзники — 8 тысяч, французы — около 5 тысяч. Трудно сказать, насколько точны подсчеты. При атаке на укрепленные позиции, насыщенные артиллерией, подобное соотношение потерь совершенно неудивительно. У Бонапарта такое тоже частенько случалось.
— Ключевым моментом сражения было взятие воинами Воронцова Монмартра?
— Монмартр, действительно, был одной из ключевых позиций. Правда, штурмовал его корпус генерала Ланжерона, а непосредственно высоту взяла пехота генерала Рудзевича. В это время уже начались переговоры о капитуляции, и известие о падении Монмартра могло повлиять на их ход.
— Можно ли считать, что взятием Парижа Александр I отомстил Наполеону за сожженную Москву?
— Александр Павлович в 1813-1814 годах руководствовался прежде всего определенной политической целью, а не эмоциями. Цель – ликвидация политического режима Наполеона Бонапарта, как гарантия европейской стабильности. Взятие Парижа в наибольшей степени обеспечивало реализацию этой цели: кто правит Парижем, тот правит Францией.
— Как праздновала Россия победу в этой войне?
— В Петербурге взятие Парижа отмечалось 15 апреля. Был произведен салют из 151 пушечного выстрела с Петропавловской крепости, а в Казанском соборе отслужен благодарственный молебен.
После взятия Парижа, 30 августа 1814 года, Александр своим манифестом и указом Синоду установил "ежегодное празднование в день Рождества Христова "избавление державы нашей от лютого и сильного врага", которое должно было проходить 25 декабря (7 января). Торжества носили, в основном, характер церковного празднества.
— Как долго русские войска и войска союзников находились в городе?
— С 31 марта по 3 июня 1814 года.
— Были ли грабежи, насилия или жалобы на поведение русских?
— Были, но в минимальном количестве. Российские войска (в Париже, фактически, была только гвардия и немного казаков) квартировали не в домах обывателей, а в казармах и открытых биваках на бульварах, площадях и в парках. Александр I строго следил за дисциплиной. Случались дуэли и драки между союзными офицерами и бонапартистами, но тут никто не жаловался.
— Действительно ли русские воины защитили Вандомскую колонну от парижан?
— 19 (31) марта 1814 года группа роялистов (сторонников Бурбонов) пыталась сбросить с колонны статую Наполеона работы Шоде. Александр I приказал поставить у колонны караул. Было объявлено, что памятник находится под покровительством российского императора. Через несколько дней по распоряжению Временного правительства статую без шума демонтировали, а на ее месте водрузили белый флаг с лилиями – символом династии Бурбонов.
— Действительно ли "бистро" произошло от русского слова "быстро"?
— Действительно, согласно историческому преданию, российским военным обслуживание и готовка блюд в парижских заведениях по сравнению с отечественными казались слишком медленными, и так они подгоняли персонал.
— Идея поставить Триумфальную арку в Москве подсказана Александру I пребыванием в Париже?
— Деревянные триумфальные арки в честь победы летом 1814 года начали воздвигаться в Петербурге и Москве по инициативе местных властей, еще до возвращения в Россию Александра I. Они предназначались для торжественных мероприятий по встрече царя и армии. Александр Павлович рескриптом от 7 июля 1814 года все торжественные мероприятия категорически запретил. Но в Петербурге деревянную арку уже воздвигли у Нарвской заставы – не ломать же.
При Николае I в Петербурге деревянную арку заменили на каменную, а в Москве он также распорядился в 1826 году воздвигнуть аналогичные Триумфальные ворота. Так что Александр I здесь не при чем.
— Как музей намерен отметить 210-ю годовщину взятия Парижа?
— Безусловно, в выставочных планах на 2024 год присутствует эта юбилейная дата. Выставка откроется 19 марта 2024 года и будет называться "Ликуй, Москва! В Париже росс!". В качестве названия принята строка из стихотворения Пушкина "Воспоминание в Царском Селе", прочитанного им на лицейском экзамене 20 января 1815 года. Это название довольно точно отражает военно-политическую ситуацию, оформившуюся после взятия Парижа весной 1814 года: российский император получил возможность реализовать на практике свои идеи послевоенного устройства Франции и Европы, а мощь российской армии служила ему весомым аргументом (во время второго взятия Парижа в 1815 году ситуация была уже качественно иной). На выставке будут представлены предметы из коллекции музея и частных собраний. В частности, из собрания коллекционера Александра Николаевича Вихрова.
![Главное](/images/star.png)
Флориан Филиппо: новая архитектура безопасности невозможна вместе с НАТО
Лидер французской партии "Патриоты" и кандидат на выборах в Европарламент, политик Флориан Филиппо, известный своими призывами выйти из ЕС и НАТО и перестать поддерживать Украину, рассказал РИА Новости, почему новая архитектура мировой безопасности исключает существование НАТО, и почему не стоит ждать расследования подрыва "Северных потоков". Он отметил, что французы больше не верят в победу Киева, и рассказал, что будет с ЕС при победе Дональда Трампа на выборах в США. Беседовала Екатерина Иванова.
– Насколько способна Франция продолжать и наращивать поставки вооружений Украине с учетом того, что финансирование пенсий, меры поддержки аграриев и прочее, согласно властям, уже представляют сложность для бюджета?
– Объективно свобода действий Франции ограничена. Сегодня мы не располагаем большими военными и производственными мощностями. Вопрос в том, где граница: решат ли они разобрать на части французскую армию, готовы ли они обойти собственный закон о военном программировании, созданный для французской армии, и насколько. Я думаю, что для них нет границ, они готовы ощипать французскую армию до конца.
– Что, по-вашему, означает понятие "экономика войны", которым оперирует президент Франции Эммануэль Макрон?
– Они говорят, что это способ нарастить военное производство. Но, на мой взгляд, они подразумевают нечто более глобальное. Они, скорее, должны говорить об "обществе войны": необходимо контролировать информацию, социальные сети, дискуссии в обществе, что можно говорить и что нельзя. А также риторику: может быть лишь один источник информации, лишь одна версия событий на Украине. Одно единственное объяснение. Мы видим это больше, чем что-либо еще. Сегодня французские заводы не получили нового инвестирования. Мы перешли к форме общества войны. Людей надо заставить думать, что мы постоянно находимся в опасности, чтобы они боялись. Насаждать страх и готовить к идее, что завтра, возможно, война будет здесь.
– Как вы оцениваете слова Макрона, что Россия может напасть на ЕС?
– Необходим "враг". И даже если этот "враг" говорит: "Я не ваш враг, я не имею намерения на вас нападать", в любом случае, людям будут говорить: "Нет-нет, он все же хочет на нас напасть", что бы ни говорила Россия.
Можно постараться быть мыслящими и понять, что Украина исторически находится в совершенно иной ситуации по отношению к России, чем Германия или Франция. Это совершенно иная перспектива. Но никто не хочет этого объяснять, надо заставить их верить, что Путин – это Гитлер. Он будет завоевывать оду страну за другой, и это будет такая же ситуация. В реальности они хотят послать это сообщение, достаточно простое, которое показывается в американских блокбастерах, где есть злодей: Путин – злодей, русские – злодеи.
Мэр Парижа (Анн Идальго) заявила недавно, что она не пожмет руки российским и белорусским спортсменам. Это называется ксенофобия. Мы так долго говорили, что нельзя смешивать государство и его народ, а сегодня мы это делаем.
Нам объясняют, что русские в ответе за все плохое: победу Трампа в 2016, протест желтых жилетов в 2018, протест против санитарных пропусков во время пандемии в 2021, а сейчас постельные клопы тоже русские. В России разводят клопов, чтобы потом натравить их на Францию. Это называется пропаганда, лагерь хороших против лагеря плохих.
– Почему, на ваш взгляд, это происходит?
– Сейчас мы наблюдаем крах французской дипломатии. Уровень президента и министров гораздо ниже, чем 20 лет назад. Сравните Стефана Сежурне и Доминика де Вильпена. Французская дипломатия полностью подчинена НАТО и США посредством ЕС, который играет роль согласовывающего фактора. Он все больше навязывает общую внешнюю политику. Мы переняли все стратегические интересы Вашингтона, который считает, что в мире есть Китай и Россия – две враждебные державы, и мы должны считать точно так же. Мы скопировали даже американскую риторику о лагере плохих и лагере хороших и свободных. Раньше мы так не говорили. Французская дипломатия даже смеялась над этим. Когда Джордж Буш-младший говорил о лагере хороших, мы над этим смеялись. Когда мы говорили: "Нет войне в Ираке", мы говорили это вместе с Германией и Россией.
– Изменится ли это, если Дональд Трамп выиграет выборы в США?
– Да. Мы более не сможем быть синхронизированы с американцами, потому что они сами перейдут в лагерь плохих. Если Трамп выиграет выборы, это будет настоящей проблемой для ЕС, сбоем в стратегическом программировании.
Если Трамп будет избран, то, вероятно, вот, что произойдет: самые рьяные сторонники войны попытаются сделать из ЕС свое звено. Проблема в том, что страны ЕС имеют совершенно разные финансовые и военные возможности и стратегическое лидерство, чем в США. Так что, чтобы компенсировать это они, вероятно, предложат создать европейскую армию, чтобы компенсировать то, что нас бросили США и НАТО. Трамп уже объявил, что закончит войну на Украине и покинет НАТО. Так что это подтолкнет самых безумных к желанию создать европейскую армию, чтобы защититься от России. Я не считаю, что победа Трампа закроет этот вопрос, я думаю, здесь будет создано передаточное звено, с которым попытаются сделать то, что более не будет делать НАТО. Но это смешно, так как многие страны ЕС с этим не согласны, у многих нет средств, тех средств, как у США, которые финансируют НАТО на 85%.
– Реальна ли перспектива создания общего ядерного зонтика ЕС, и что она будет означать для архитектуры международной безопасности? Франция как ядерная держава наверняка не сможет остаться в стороне. Как сейчас в политических кругах страны смотрят на эти идеи?
– Эти заявления Макрона крайне серьезны. Это то, что должно быть первой гарантией национального суверенитета, ядерное оружие, которое нужно в случае, если ваши жизненные интересы подвергаются опасности, в этом заключается ядерная доктрина, одинаковая для всех ядерных держав. А то, что он говорит, означает, что если завтра Польша будет воевать с Россией, то она сможет пользоваться ядерным оружием, в то время как мы не находимся в опасности, мы не в войне. И если завтра Украина станет частью ЕС, то потенциально мы можем дать его использовать Украине, это полное безумие. Это показывает, что Макрон не руководствуется национальными интересами, но это мы и так знали.
За этим также стоит давление со стороны Германии заполучить наше ядерное оружие. Давно еще они были готовы финансово инвестировать в наше ядерное оружие в обмен на то, чтобы совместно его контролировать. Отсюда же требование, которое Франция выдвигает для Германии или ЕС, чтобы они заняли место среди постоянных членов Совбеза ООН. Это идет рука об руку.
– Президент России Владимир Путин указал на необходимость выстраивания новой архитектуры мировой безопасности, отметив, что Россия открыта к подобному диалогу. Заинтересован ли в этом Запад?
– Запад не хочет говорить об этом, потому что они не хотят признать, что настал другой мир, более сбалансированный, – это БРИКС, это факт. Однополярный мир американского империализма закончился. Он закончился со всех точек зрения: экономической – в том году впервые ВВП стран БРИКС превысил ВВП стран "большой семерки", что очень символично, военной, демографической. Происходит перебалансировка международной торговли и даже дипломатии. Кто сегодня пытается разрешить палестино-израильский конфликт? Кто старается вести более сбалансированную риторику? Это страны БРИКС, например, Бразилия. Двадцать – двадцать пять лет назад эту роль могла играть Франция. Но эстафету сегодня переняли страны юга. Мне жаль, что Франция молчит и также подчинена по этому вопросу США.
Так что это очевидная перебалансировка, и она будет еще больше выражена по демографическим, экономическим, политически и военным причинам. Франция могла сыграть хорошую роль, пользуясь традициями голлизма. У нас есть заморские территории, наша самая длинная граница – с Бразилией во Французской Гвиане. Не с Францией или Италией. У нас множество причин быть державой сбалансированности. Мы могли быть мостом между англо-американским миром, который скорее находится в упадке, и странами БРИКС, которые развиваются. Скорее создать диалог, чем вести войну. Мы могли, и мы должны играть эту роль, и так мы могли бы создать эту новую мировую архитектуру безопасности, которая не стала бы НАТО-2 или Варшавским договором-2. Просто иметь национальные армии и суверенные системы с достаточным пространством для диалога, чтобы избежать напряженности и рисков войны, вот что такое новая мировая архитектура безопасности. Мы должны вернуть диалог туда, где его больше нет, это первостепенная вещь. Насаждение войны – это искусственная и бесплодная конфронтация.
Я не поддерживаю создание новых военных альянсов. В зависимости от тематики могут быть союзы, соглашения о безопасности, о военном сотрудничестве, это итак существует. Но первое – это необходимость отдать себе отчет в этом новом сбалансированном мире, и этот мир не может сосуществовать с НАТО, они несопоставимы, так как НАТО – это пережиток старого мира. Также, как и не может более быть эквивалента Варшавского договора. Нужно найти инстанции и страны, которые готовы создать это диалог, перезапустить инстанции, которые позволят странам севера и юга говорить и больше сотрудничать. Именно из этого прорастет мировая безопасность, а не постоянного укрепления военных баз США в Европе. Это напротив создаст больше напряженности.
– ЕС готовит юридическое обоснование для изъятия доходов от замороженных российских активов и использования их на нужды Украины. Как вы оцениваете этот шаг и его последствия?
– Это нелегально и глупо, так как в России больше западных активов, чем российских активов здесь, в том числе, там много французских активов. Если они это сделают, я думаю, Россия сделает то же самое. Это будет война. Это будет крайне неприятно. Я надеюсь, что это не станет окончательным и сможет быть решено с обеих сторон наилучшим образом. Это очевидно – это глупость, но этого все и ждут, они ждут, что Россия сделает то же самое, чтобы сказать: "Смотрите, какие злые русские". И это будет еще причина, чтобы их атаковать и наложить санкции. Но это также станет пагубным сигналом всем мировым инвесторам: "Инвестируйте в нас, но, если однажды мы с вами будем в войне, мы у вас отберем ваше имущество". И больше никто не будет инвестировать. Так что это крайне агрессивное и глупое действие.
– Как вы думаете, почему мы до сих пор не получили никаких выводов следствия сразу нескольких стран по теракту на "Северных потоках"? Кому это было выгодно?
– У вас нет расследований, если они не причинят вреда России. Нет расследования, потому что виновник – НАТО. Это было ясно с самого начала: виноваты США и ряд стран, типа Норвегии и Великобритании. Мы не знаем. Но это не соответствует "правильной риторике". Потому с учетом серьезности дела в СМИ мы об этом говорим слишком мало. При этом все судьи подряд – в Дании, в Швеции – заявляли, что они не компетентны. Франция также была затронута, но не выразила протест официально. Германия еще больше задета, но также никогда не опротестовала это официально. Но в рамках международного права – это акт войны. Саботаж энергоинфраструктуры – это акт войны. Но он исходил из лагеря хороших, поэтому публика не должна об этом знать, потому что она иначе поймет пару-тройку вещей. Поэтому об этом и не говорят. Это еще один знак провала наших демократий: если тема смущает, ее не существует.
– Верят ли во Франции в победу Киева?
– Нет. Недавний опрос показал, что лишь 9% французов в это верят. Я думаю, французы поняли, что Украина не сможет победить. Заслуга заявления Макрона о возможной отправке войск в том, что очень многие, у кого не было мнения по поводу конфликта на Украине, теперь говорят, что если необходимая цена такова, то мы должны прекратить вовлекаться в эту войну. Это изменило мнение части людей, которые говорят теперь, что это зашло слишком далеко. Люди резко против отправки войск на Украину – более трех из четырех человек. Так что те, кто были более или менее нейтральны, теперь говорят, что "это слишком, я не хочу отправлять своих сыновей и внуков на войну". Так что Макрон подтолкнул многих в лагерь тех, кто выступает за прекращение конфликта и начало переговоров. Тем лучше, что его слова стали электрошоком и спровоцировавшим это. Проблема в том, что нашему правительству все равно, что думают люди, это правительственный междусобойчик, который оторван от народа, так же, как и ЕС.
– Что будет представлять собой обсуждение соглашения о безопасности с Украиной в парламенте, в чем его смысл?
– Мы сами подали прошение в госсовет. Мы потребовали применения статьи 53, так как соглашения, обязывающие страну финансово, должны проходить через голосование в парламенте. Госсовет отказался рассматривать эту заявку, он ее отклонил, как обычно. Мы не были удивлены. Но это создало политическое давление, и Макрон вынужден был объявить о голосовании. Не о самом соглашении, оно не будет вынесено на голосование, но по крайне мере у парламентариев будет возможность высказаться, обсудить его и проголосовать. На встрече с лидерами партий в четверг он попытается запудрить им мозги, сказать, что "русские нам очень угрожают, и у вас нет выбора".
– Сталкиваетесь ли вы или ваша партия со сложностями от французских властей, с учетом вышей позиции по выходу из НАТО и ЕС?
– Нет, нам не затыкают рот, но и не дают способа высказаться, у нас крайне мало медийных возможностей высказываться. Мы – кандидаты на выборах в Европарламент, я возглавию выборный список, то есть у нас есть гораздо больше права присутствовать в информационном поле. Но у нас нет к нему доступа, и мы знаем почему: наша позиция не соответствует ожиданиям. Здесь терпят оппозицию при условии, что они особо ничего не заявляют. Во Франции огромное лицемерие в плане того, что есть демократия. Да, у нас есть выборы, но в то же время есть огромные препятствия для этого. Чтобы стать кандидатом на президентских выборах, необходимы подписи, в том числе 500 мэров! Ранее необходимы были лишь 100. В итоге это власть имущие распределяют подписи. Есть также медийный барьер, который все более и более жесткий. Как только телеканал позволяет чуть больше разных мнений, против него начинается парламентское расследование, соцсети цензурируются. Твиттер еще ничего, но это только благодаря Илону Маску, а не французскому правительству. Франция и ЕС делают все больше для того, чтобы цензурировать соцсети или даже их закрывать. Это то, что было сделано недавно с рядом телеграм-каналов по причине конфликта на Украине.
Мы все более сталкивается с атмосферой паранойи. Все чаще медийные личности говорят: мы находимся в войне, нужно отправить войска, у нас есть враги внутри: НКО, газеты, организации, их даже называют, скоро дойдут до политических партий. Мы все чаще видим это. Это маккартизм. Французская демократия в упадке. Но мы и голосуем за людей, у которых больше нет власти, так как вся власть – у Евросоюза.
– Могут ли предстоящие выборы в Европарламент что-то изменить?
– Они могут что-то изменить, если будет сюрприз, и будут избраны депутаты, поддерживающие фрекзит. Все остальное ничего не поменяет. В 2019 "Национальное объединение" уже выиграло на евровыборах, и это ничего не изменило. Если они выиграют снова, как показывают опросы, это ничего не поменяет. В то же время если впервые туда попадет наше движение "Патриоты" – а наша позиция ясна: выход из ЕС и НАТО, мир, защита свобод, защита суверенитета Франции – это не приведет к фрекзиту, но это станет электрошоком для стран и создаст дебаты. Это единственное, что может привести к чему-то в политическом плане. Остальное забудется через три дня.
– Будет ли больше сил, лояльных к России?
– Вероятно. Если мы будем избраны в ЕП, мы прекратим безумную агрессивную паранойю против России, проголосуем против санкций, проголосуем за диалог, за сотрудничество. Мы проголосуем за мир, за прекращение поставок вооружений и денег. Все французские евродепутаты проголосовали за пакет помощи Украине в 50 миллиардов евро. "Непокорившаяся Франция", "Национальное объединение", все проголосовали "за". Так что нужна настоящая альтернатива в Европарламенте.
![Главное](/images/star.png)
Торага Жогорку Кенеша Нурланбек Шакиев принял участие в церемонии открытия первого национального чемпионата рабочих профессий WorldSkills Kyrgyzstan.
Чемпионат среди учащихся профессиональных лицеев, где готовят поваров, сварщиков и специалистов технологии моды, продлится два дня. Победители получат возможность принять участие в международном конкурсе, который пройдет в городе Лионе (Франция) в сентябре текущего года.
Нурланбек Шакиев в своей речи обозначил изменения в сфере образования. «В эпоху глобализации мы видим новые направления в науке и новые требования к образованию. В качестве примера приведу тот факт, что можно находиться на Ала-Тоо, но работать за океаном благодаря интернету. Нам нужно реформировать профессиональные лицеи, колледжи и в кроткие сроки выпускать специалистов, владеющих современными технологиями», - сказал он.
Нурланбек Шакиев подчеркнул, что в настоящее время в мире, как и в Кыргызстане, наблюдается большой спрос на выпускников профессионально-технических училищ. «У нас в стране есть большая необходимость в работниках легкой промышленности, специалистах сферы услуг, строительства и ремонта», - добавил торага.
Он отметил, что чемпионат рабочих профессий WorldSkills Kyrgyzstan будет способствовать профессиональному росту и улучшению навыков молодежи. «У наших профессиональных лицеев есть возможность обучать не только по специальностям сварщика, повара и технологии моды, но и по другим профессиям. Уверен, чемпионаты и конкурсы будут проводиться и по другим направлениям, победители которых также будут принимать участие уже в международных соревнованиях. У нас много талантливых молодых людей, улучшая их потенциал, профессиональные навыки, мы сумеем построить образованное общество. Ведь процветающее и развитое государство можно создать только с образованным обществом», - сказал он.
Наряду с этим торага добавил, что Жогорку Кенеш поддерживает все законопроекты и другие инициативы, направленные на развитие системы образования, обозначив, что данная сфера всегда будет иметь приоритетное значение. Кроме этого, Нурланбек Шакиев пожелал удачи участникам чемпионата WorldSkills Kyrgyzstan, выразив уверенность, что победители данного состязания также займут призовые места и в международных соревнованиях.
WorldSkills International – международная ассоциация, целями которой являются повышение статуса и стандартов профессиональной подготовки и квалификации, популяризация рабочих профессий через проведение международных соревнований по всему миру. Кыргызстан впервые принимает участие в данном состязании.
![Главное](/images/star.png)
Алексей Мешков: западные ВПК заинтересованы в конфликте на Украине
Западные страны заинтересованы в затягивании конфликта на Украине, которое выгодно их военно-промышленным компаниям, при этом западная дипломатия терпит кризис, и выработка совместных решений более невозможна. О том, как и почему Париж пытается скрыть наличие на Украине своих наемников, а также почему в европейской прессе муссируется угроза "войны с Россией", в интервью РИА Новости рассказал посол РФ во Франции Алексей Мешков. Беседовала Екатерина Иванова.
— О чем, по вашему мнению, говорит желание Парижа всеми силами откреститься от своих граждан, воюющих на Украине?
— Дело в том, что во Франции по закону наемничество является преступлением, поэтому само признание того, что беспрепятственно французы становятся наемниками, для официальных властей, конечно, проблема. Хотя они пытаются найти разного рода объяснения, как министр обороны (Себастьян Лекорню), который сказал, что "Франция – демократическая страна, и он не может запретить французским гражданам ездить на Украину". Приводятся смешные аргументы: "Они же воют не во французской официальной форме". Это, конечно, вызывает неудобство, поэтому идут поиски того, как их переписать в волонтеры.
— Продолжает ли украинское посольство внаглую набирать в стране наемников с попустительства властей Франции?
— Многих из них вербует украинское посольство здесь, в Париже. Я дважды спрашивал французов: "Как это сообразуется с вашим законодательством по наемничеству?" Посмотрим, как это будет развиваться, потому что мы действительно специально проверили, остается ли эта публикация в открытую на официальном сайте посольства и в социальных сетях тоже. Там прописано, что должен уметь этот человек, прикладывается длинная анкета, то есть там это все серьезно. В последнее время наши французские коллеги не очень задумываются о дипломатии, и зачастую мы никаких ответов не получаем.
— То же касается и обращения Госдумы к депутатам Нацсобрания Франции в связи с участием французских наемников в действиях киевского режима?
— Я продублировал обращение Госдумы. Ответа никакого с французской стороны не последовало, они берут бумагу и все.
— То есть Париж никак не может признать, что французы участвуют в военных действиях на Украине?
— Признать они это могут, но тогда они должны будут завести уголовные дела против этих людей, особенно когда они вернутся во Францию. Весь Запад, вся эта западная коалиция является участником так называемой прокси-войны. Французы отнюдь не на первом месте стоят по количеству наемников. По разным оценкам, речь идет о сотне человек, из соседних стран цифры совсем другие. Наши военные на линии боевых действий слышат много разных иностранных языков. Среди них французский не главный, но для нас принципиально, что пусть даже небольшая группа французских граждан, но они участвуют напрямую в боевых действиях.
Более того, Франция поставляет современное оружие. Одно из них – это гаубица Caesar, и у многих специалистов возникает масса вопросов, может ли мобилизованный украинский солдат управлять такой сложной техникой?
— Не так давно президент Франции Эммануэль Макрон объявил о дополнительных поставках вооружений Украине, включая ракеты Scalp. Есть ли для Москвы какие-то красные линии в действиях Франции по поддержке Украины?
— Любая поставка вооружения, помимо того, что это, кстати, является нарушением международных договоренностей, запрещающих поставку вооружений в зону конфликтов, любая такая поставка – это уже красная линия.
Действительно, сегодня Франция занимает только 10 место среди стран, поставляющих вооружение на Украину. Но под прессом критики своих соседей они начинают делать подобного рода заявления. Посмотрим, как это трансформируется в реальность.
— Все чаще французские СМИ пишут о возможных поставках французских истребителей Киеву. Как на это может отреагировать Москва?
— Пока это очень гипотетическая вещь. Те истребители, про которые пишут в прессе, – истребители Mirage – на них летали еще дедушки современных французских летчиков. Я не знаю, сколько у них этих истребителей, и действительно ли они собираются их поставлять. То, что известно, – что идет речь о поставках F-16, но во Франции этих истребителей нет. Тоже правда, что Франция готовит летчиков, но под какой истребитель они их готовят, если этот истребитель не поставляется и не является во Франции боевым самолетом? Это трудно сказать.
Вы видите, сколько различной риторики есть в западной прессе, особенно после полного провала украинского контрнаступления. Пытаются сейчас хотя бы словами прикрыть дыру.
— Не кажется ли вам, что сейчас официальный дискурс сменился от "помощи Украине" к противостоянию с Россией, что западное общество готовят к возможной конфронтации с Москвой?
— Подготовка западного общественного мнения к тому, что Россия является противником, сейчас даже говорят врагом, началась до украинских событий и до 2014 года. Кстати, это было связано с тем, что готовился вывод натовских войск из Афганистана и надо было искать применение НАТО где-то. Вот они выбрали восточный фланг.
Что сегодня говорят некоторые политики – это, конечно, полная безответственность. Все же понимают, что Россия – это крупнейшая ядерная держава, и рассуждения о том, что они начнут воевать с Россией… Приведет просто к уничтожению человечества как такового. На мой взгляд, это пока пустая риторика для того, чтобы накачивать свои военные бюджеты.
— Насколько, на ваш взгляд, Франция вообще заинтересована в скором и мирном завершении конфликта? Президент Франции Эммануэль Макрон одно время делал вид, что хочет урегулировать конфликт, ездил в Китай со своими предложениями. Имеет ли вообще смысл говорить с Парижем об урегулировании конфликта?
— Это неоднократно заявлялось руководством России, что мы двери для контактов не закрываем. Но, естественно, во-первых, не видно, как может та же Франция с этой точки зрения сыграть. Они уже сыграли в 2014 году, выступив гарантами вместе с немцами и поляками соглашения (Виктора – ред.) Януковича и оппозиции. Мы помним, что случилось на следующий день после этого. (Франсуа – ред.) Олланд с (Ангелой – ред.) Меркель признались не так давно, что они пошли на заключение Минских соглашений, но никогда не собирались их выполнять. Поэтому какого-то особого доверия к европейцам, в том числе к французам, это не добавляет. При этом так или иначе все они в кулуарах говорят о том, что главный начальник сидит за океаном, и для того, чтобы определиться с политикой главного начальника, надо дождаться американских выборов.
— Западную публику также готовят к тому, что война – это выгодно. Об "обороне как бизнесе" заявлял Эммануэль Макрон. Глава миноброны Франции, посещая Киев, признал, что контракты на покупку и изготовление вооружений выгодны французским компаниям. Перешел ли Запад к логике контрактов?
— Это действительно очень серьезная тема, потому что от правительств западных стран военно-промышленный комплекс требует гарантий. Они говорят: да, мы будем наращивать производство вооружений, но вы должны дать нам гарантии – вдруг в один момент придет мир, и все наше вооружение пойдет на свалку? Вот эти требования военно-промышленного комплекса Запада – это как раз стимул правительств не идти на поиск мирных договоренностей, а пытаться затягивать на годы и годы украинский кризис.
— Что на практике означает выражение "военная экономика", которым бравирует Макрон?
— Мне тоже было бы интересно узнать, что это значит. Скажем, раньше они производили в месяц две гаубицы Caesar, а теперь будут шесть производить, увеличили производство с тысячи снарядов (155 калибра) до трех тысяч. Военная это экономика? По крайней мере, продовольственных карточек пока не раздают, всеобщей мобилизации не проводят…
— Официальный Париж обвиняет Россию по любому поводу, вплоть до того, что Москва приложила руку к "дезинформации" о распространении во Франции постельных клопов. Можно ли в этой связи говорить о кризисе французской дипломатии? В чем цель такой политики, и каковы будут последствия?
— Можно говорить о кризисе западной дипломатии. Дело в том, что последние 30 лет американцы занимались тем, что разрушали вообще само понятие "дипломатия". Дипломатия имеет два лица: это наука, с одной стороны, и искусство, с другой. Это все было выкорчевано сначала американцами, потом к ним присоединились западные европейцы. Сегодня это мегафонная дипломатия а-ля Геббельс: тебя не слушают, с тобой не готовы что-то обсудить. С тобой встречаются, по бумажке зачитывают какие-то лозунги, и на этом все, дискуссия заканчивается. Если говорить о западной дипломатии, сегодня это, конечно, серьезный кризис, и таких мастодонтов, как (Генри – ред.) Киссинджер, еще поискать и поискать.
Последствия очень серьезные, потому что нету диалога, нету возможности совместно вырабатывать какие-то решения, ведь признаки такой болезни сначала появились в международных организациях. Там работа начала делиться на две части: кулуарная работа, когда еще о чем-то можно было договориться. А потом все садились за круглый стол, каждый говорил о своем, и никто его не слушал. Он сказал и вышел из зала. С этой точки зрения особую ценность имела двусторонняя дипломатия, а сейчас она превратилась в то же самое: спорадические встречи и зачитывание методичек.
— На каком уровне сейчас поддерживаются двусторонние контакты?
— Есть спорадические контакты, прежде всего по линии МИД. В большинстве отраслевых министерств продолжает действовать запрет на контакты с российской стороной. Поэтому, в общем-то, контакты редкие, в основном на уровне посла и моего заместителя.
Одно из первых решений французских властей после начала СВО – полный запрет на культурные связи с Россией. Если раньше несколько раз в году во Францию приезжали Большой театр, Мариинский театр, крупные драматические театры, то сейчас этого нет. Постепенно нам удается пробивать брешь. Конечно, тут большое значение имеет то, что у нас есть наш Духовно-культурный православный центр на (набережной – ред.) Бранли и "Русский дом ", там постоянно проводится работа, готовятся разного рода мероприятия. Скажем, в "Русском доме" весной будут мероприятия, посвященные нашему знаменитому киноактеру Вячеславу Тихонову, в центре на Бранли будут выставлять молодого питерского художника Тишина в апреле. Целый блок мероприятий уже прошел и готовится по линии министерства культуры, по линии Фонда кино. В прошлом году успешно прошел фестиваль наших фильмов по югу Франции. Это встретило поддержку и желание повторять эти мероприятия. Они будут повторяться, думаем над тем, чтобы добавить новые города.
Работа идет, но она идет, скорее, на регионально-муниципальном уровне и на базе наших центров. Это как раз делается во многом для французов. У французов как раз большой интерес, и они, конечно, глубоко разочарованы тем, в каком состоянии сегодня находятся культурные связи. Представьте себе, они привыкли, были перекормлены даже выступлениями наших ведущих коллективов, а сейчас что? Может, кто в кафе-шантане споет? Это их не интересует, они привыкли к высокому искусству.
— В этом году будет отмечаться 80-летие высадки союзников в Нормандии. Будет ли Россия представлена на церемонии?
— Во-первых, последние два года французы официально нас не приглашают. Принято говорить "официально приглашают", а тут нас официально не приглашают. Пока такого приглашения на мероприятие, посвященное высадке союзников в Нормандии, не поступало. Но дело в чем: наши отцы, деды, прадеды ждали открытия второго фронта, но при этом бились против фашистов и побеждали. Так и сегодня. Я не могу сказать, что мы ждем этого приглашения, но наша СВО против современных неонацистов будет продолжаться.
Все-таки большинство французов себя ассоциируют с де Голлем, сражающейся Францией, а не с эсэсовской дивизией Шарлемань, которая состояла из французов, и до последнего они бились в Берлине. Скажу больше, мне не столько важно наше присутствие на этой разовой акции с высадкой в Нормандии. Что мне особенно больно – видеть, как переживают наши друзья из ассоциации "Нормандия-Неман", которым официально запретили какое-либо общение с нами. Это значительно важнее, потому что это люди, которые действительно связаны с исторической памятью, дружбой между нашими народами.
— Немного об экономике. Франция продолжает закупать российский СПГ, работает "Росатом", многие французские компании продолжают работать на российском рынке. Можно ли сказать, что Париж исчерпал арсенал средств давления на Москву?
— Давления как такового и не было. Это было, в основном, стреляние по собственным коленкам. Поэтому отменить можно все. Вы видите, какое огромное значение для бельгийской экономики имела обработка алмазов. Ну, запретили бельгийцам алмазы. Конечно, французы, я убежден, будут добиваться, биться до конца, чтобы атомная энергетика не попала под ограничения и еще какие-то области.
Вся санкционная политика Запада иррациональна. Какой может быть следующий шаг? Сегодня они еще не знают, но уже работают над 13 пакетом санкций.
Как просят нас наши многие французские партнеры, мы будем работать, но сегодня бизнес не любит публичности. Есть крупные компании, которые на слуху, как "Ашан", вы его никуда не спрячете. Сам принцип такой: в основном продолжают работать крупные семейные компании, которые не участвуют в IPO, и малый и средний бизнес, не имеющий интересов в США. Это те, кто продолжают работу. А те, кто так или иначе завязан на США или на долларе, конечно, боятся.
— Франция поддержала идею использования доходов от замороженных российских средств в пользу Украины. Есть ли в России французские активы, в отношении которых могут быть приняты ответные меры?
— Этот вопрос еще только прорабатывается. Скажу одно: еще три года назад французы на всех мероприятиях активно говорили, что Франция превращается в основного прямого инвестора, основные прямые инвестиции в российскую экономику идут из Франции. Это ответ на ваш вопрос, есть или нет.
— Журналистов российских СМИ систематически лишают возможности полноценно работать во Франции, отказывая в аккредитации, не отвечая на запросы. Почему Москва не отвечает тем же?
— Вас они боятся больше, чем других, потому что они не приемлют правды. А правда очень вредна, потому что даже чисто психологически общественное мнение ищет какую-то альтернативную точку зрения. А когда она одна, один канал…
Как был в свое время один анекдот. Тогда было четыре канала, и выступал генеральный секретарь. Человек, сидя дома, включает первый канал — выступает Леонид Ильич Брежнев. Включает второй — выступает Леонид Ильич Брежнев, включает третий — выступает Леонид Ильич Брежнев Включает четвертый, а там сидит человек в черном костюме и говорит: "Я тебе попереключаю!". Это полностью соответствует тому, как действуют западные СМИ и западные правительства, в том числе Франция. Конечно, можно пойти по их пути… Но тогда даже такая малая часть объективной информации, которую вынуждены работающие в России западные корреспонденты сообщать домой, тоже будет перерезана, поэтому в отличие от них у нас зовут на пресс-конференции, у нас дают возможность задать вопрос. Посмотрим, поживем — увидим.
— Почему, по-вашему, во Франции так боятся распространения любой альтернативной Елисейскому дворцу точки зрения?
— Правды здесь боятся. Общество как таковое переживает ренессанс ханжества, когда уже все определено, все прописано, все сказано. Как только появляется луч света, что-то правдивое, тут же начинают преследовать. Преследуют же не только вас, но и французских журналистов, которые пишут правду про Донбасс. Это, скорее всего, западная пропагандистская машина не справляется, не может преодолеть полностью, полностью исключить правду из информационного поля.
— Во Франции все больший вес набирают представители оппозиции, в том числе партия "Национальное объединение". Возможна ли, на ваш взгляд, смена парадигмы во Франции, где все чаще говорят об усталости от диктата Брюсселя и Вашингтона? Как вы в целом можете оценить настроения во Франции касательно отношения к России и к конфликту на Украине?
— Я на этот ваш вопрос отвечать не буду. Нас постоянно пытаются обвинить во вмешательстве во внутренние дела Франции, хотя сами с удовольствием активно раскачивают внутреннюю ситуацию в России.
Это правда, что общество в принципе устало от украинской темы. Надо отдать должное украинским беженцам так называемым, которые не добавляют любви к ним. Когда обычный француз, у которого растут цены на продукты питания, идет по улице где-то на юге Франции, и его все время обгоняют огромные "Мерседесы" и "Роллс-Ройсы" с украинскими номерами, он не может понять, зачем из его кармана берут деньги и отдают этим людям? Это тоже действует психологически.
Есть такое раздвоение. Есть официальная линия, официальные структуры, есть часть – не буду преуменьшать, — в том числе интеллектуальной элиты, которая живет представлениями о бедной маленькой демократической стране, на которую медведь нападает. Но то же самое они писали в период Крымской войны в середине 19 века. Но все-таки те люди, с которыми мы общаемся на улице, простые люди — и я не говорю о тех, кто всегда хорошо относился к России, — у них настроений никаких негативных нет.
Мы бытового отторжения не встречаем. Да, есть проблемы, как у всех: в банках, крупных компаниях, а на рабочем уровне Франция все-таки долгие годы…У нас первое посольство в современную эпоху при Петре Первом приехало сюда в 1701 году. Французы, в общем-то, знают нашу историю.
— Несколько месяцев назад вы говорили о потеплении в отношениях России и Франции, но сейчас мы наблюдаем новый виток агрессии. Справедливо ли об этом говорить?
— Это характерно для французской политики, я это называю для себя "эффект маятника Фуко". Это было еще до событий СВО, когда на определенном этапе идет какое-то улучшение, потом – какой-то испуг, и идет откат назад. То, как мы видим, менялась ситуация с конца осени по январь, я с вами полностью согласен: каждый день на официальном уровне звучат жесткие антироссийские заявления, и при этом обвиняют нас, что мы жестко говорим о французской политике.
— Вокруг здания посольства РФ в Париже продолжает дежурить полицейский кордон. Сохраняется ли риск провокаций в отношении российских граждан и сотрудников диппредставительства?
— Мы благодарны французским силовым структурам, они тут действуют вне политики, а исходя из террористической угрозы.
Вынуждены сейчас применять эти меры, но я бы не преувеличивал трудности тех, кто работает в европейских странах. Вы сравните наши посольства в Афганистане, Ираке, Ливии. Тут тоже проблемы есть, от них никуда не уйдешь, но есть места в мире, где значительно сложнее. Риски провокаций всегда сохраняются, но их сейчас стало меньше, и в принципе в общем не дают проводить митинги прямо у стен посольства. Но бывают. Не могу сказать, что мы привыкли, но все-таки надо понимать, в каком мы мире живем, и те неизбежные проблемы, с которыми приходится сталкиваться.
![Главное](/images/star.png)
Эксперты оценили реалистичность планов Киева получить французские "Миражи"
Владислав Шурыгин (член Изборского клуба:)
- На Украине ищут новые стимулы для возбуждения психического угара среди обитателей бандеровского логова.
14 января командующий ВВС Украины Николай Олещук в своем Telegram-канале написал, что, хотя прибытие в страну истребителей F-16 американского производства и остается приоритетом для ВСУ, но он также рассматривает возможность поставок Киеву других западных самолетов.
Таких, например, как французский многоцелевой истребитель Mirage 2000D или американский штурмовик А-10 Thunderbolt II.
Заявление Олещука выглядит довольно неожиданным на фоне того, что ни в Париже, ни в Киеве никогда не подтверждали наличие договоренностей о поставке Украине этих самолетов.
Однако не стоит забывать, что в сентябре прошлого года Владимир Зеленский многозначительно говорил о "важном соглашении" между Украиной и Францией по подготовке пилотов.
Принятый на вооружение в 1984 году Mirage 2000D является скорее штурмовиком, чем истребителем. Французская армия имеет на вооружении 225 таких самолетов, 55 из которых соответствуют последним стандартам НАТО.
Mirage 2000D может, в частности, нести арсенал бомб с лазерным наведением. У него на вооружении также есть ракеты Scalp, которыми ВСУ регулярно атакуют объекты Донбасса и Крыма.
Однако сейчас Mirage 2000D снимается с вооружения и заменяется многоцелевыми истребителями Rafale. Это позволяет предположить, что вероятность передачи "Миражей" украинской армии все же существует.
"Приоритетом сегодня, конечно, является освоение F-16, для чего украинские пилоты уже проходят переподготовку", - подчеркивает Олещук. - Однако наши эксперты изучают другие возможности для повышения боевого потенциала авиации в целом".
Очевидно, что украинский командующий ВВС явно забегает вперед. На мой взгляд, Mirage 2000D едва ли появится на фронте в 2024 году. Но вполне вероятно, что секретные переговоры о передаче таких самолетов ВСУ уже ведутся.
Это еще раз подтверждает, что США намереваются тянуть войну на Украине минимум до 2025 года. И тогда, вполне вероятно, американцы снова погонят ВСУ в наступление. На этот раз с авиационным прикрытием...
Источник - Telegram-канал Владислава Шурыгина
Игорь Коротченко, главный редактор журнала "Национальная оборона":
- На мой взгляд, возможность поставок Киеву других типов натовских самолетов, кроме F-16, маловероятна.
По американским штурмовикам А-10, насколько я знаю, решения такого нет. Во всяком случае, в публичном поле этот вопрос не обсуждается.
То же касается французских и шведских истребителей. Полностью исключать их появление на Украине, конечно, не следует.
Но пока нам надо серьезно готовиться к встрече с F-16. Это куда более реальная угроза, чем гипотетическая передача Киеву французских "Миражей".
Тем более что вопрос поставки Украине истребителей F-16 уже решенный. Думаю, что нынешней весной мы увидим там и украинских пилотов, и подготовивших их западных инструкторов - якобы гражданских. Увидим и прибытие этих машин на Украину.
Главные здесь два фактора. Первый - только профессиональные украинские летчики смогут применять F-16 в зоне СВО.
Второй - надо понимать, какие авиационные средства поражения эти самолеты будут нести на борту. В том, что они поступят на Украину, повторю, у меня никаких сомнений нет.
Для России это реальная угроза, и надо ее адекватно оценивать. Шапкозакидательские настроения здесь явно неприемлемы.
Упор надо сделать на ее парирование и отработку возможных сценариев перехвата F-16 и их боеприпасов с использованием в первую очередь современных зенитных ракетных комплексов "Бук-М3".
Данная система войсковой ПВО среднего радиуса действия хорошо себя зарекомендовала. Она с одинаковой эффективностью может поражать как аэродинамические воздушные цели, так и тактические баллистические ракеты.
Поэтому упор необходимо сделать на развертывание таких комплексов и их работу в связке, в том числе с системами ПВО С-400 и С-300В4 - плюс в контуре с получением целеуказаний от самолетов дальнего радиолокационного обнаружения А-50У.
На последнем рубеже обороны прикрывать объекты от ударов F-16, судя по всему, будут комплексы ПВО "Тор-М2".
Ну и, конечно, надо думать, как поражать украинские военные аэродромы. Со времен СССР многие оборудованы железобетонными капонирами, что весьма затрудняет их уничтожение. А ведь именно такие укрытия ВСУ наверняка будут использовать для стоянок F-16 после их перебазирования на Украину.
Подготовил Юрий Гаврилов
![Главное](/images/star.png)
Пьер Малиновски: Политика меняется, а связи между людьми - никогда
Как молодой француз, ставший гражданином России, помогает сохранять общую память о героях
Елена Новоселова
Когда мировые СМИ облетела новость, что некий француз нашел в России останки школьного друга Наполеона, которые не могли отыскать с 1812 года, этому сначала поверили немногие. За заслуги в налаживании российско-французских отношений во времена, когда Запад трясет от недружественности, президент нашей страны дал ему гражданство. Сегодня Пьер Малиновски, в прошлом капрал Иностранного легиона Франции и помощник депутата Европейского парламента, занимается раскопками и захоронением солдат Русского экспедиционного корпуса Первой мировой. Выступает за возвращение городу на Волге имени Сталинград и убежден, что французы никогда не предадут свою благодарную память о русских воинах. Что двигает этим упрямым, бескомпромиссным и азартным человеком?
Пьер, для россиян вы пока личность таинственная, чуть ли не персонаж Жюля Верна. И если одно из западных издательств предложило вам написать книгу о своей жизни, значит, наше впечатление не обманчиво?
Пьер Малиновски: Я всегда мечтал о путешествиях - есть во мне и азарт, и даже некая толика авантюризма, что ли. В 17 с половиной лет поступил в Легион, после этого несколько лет проработал в Европарламенте, но политика - не мое, хочется делать что-то более важное, свои проекты создавать. По поводу книги скажу так: мемуары в 36 лет писать рано, но у меня вышла в свет монография "В поисках потерянной могилы" о погибшем под Смоленском генерале Гюдене, соратнике Наполеона. Предисловие к ней написала Элен Каррер д'Анкосс - постоянный секретарь Французской академии наук и большой специалист по российской истории. К сожалению, в минувшем году ее не стало.
Но издательство, о котором вы вспомнили, интересовала совсем другая история. Я участвовал в нескольких секретных миссиях. Одна из них заключалась в спасении французских летчиков, которые попали в тюрьму в Доминиканской Республике, и им грозил большой срок. Я тогда работал в Европарламенте, ко мне обратились коллеги с просьбой вызволить соотечественников. Выяснилось, что пилоты обвинены в том, чего они не совершали, и я, как бывший военный, даже из солидарности обязан был им помочь. Я решил ввязаться в эту непростую историю. Летчики вернулись на родину. К сожалению, о каких-то деталях я говорить не могу, поскольку это относится к гостайне. Но об этом скоро выйдет на Netflix фильм.
Летом 2022 года президент своим указом дал вам российское гражданство. В этом документе вы названы президентом Фонда развития русско-французских исторических инициатив. Еще лет десять назад могли ли вы предположить, что будете жить на две страны?
Пьер Малиновски: Что вы, даже пять лет назад я об этом не думал. Но вот впервые еще по делам Европарламента приехал в Россию и понял: мое место!
Признаюсь, что мои преставления поменялись радикально. Я очарован этой страной, какими-то ее парадоксами, можно сказать, что влюблен. Народ здесь очень сильный. Я заметил, если люди видят, что ты понимаешь, ради чего все затеваешь, тебя начинают уважать. Во Франции достаточно сложно с реализацией любых проектов. Я гражданин двух стран. Политика меняется, а связи между людьми - никогда. Это и является основой моей работы, построенной на истории, общих воспоминаниях, на жертвах, принесенных друг за друга.
В ноябре этого года на русском военном кладбище близ французской деревушки Курси под Реймсом состоялось торжественное захоронение троих солдат Русского экспедиционного корпуса, сражавшегося на стороне Франции во время Первой мировой войны. Если бы не вы, наши люди так бы и остались лежать на полях, засеянных капустой и свеклой?
Пьер Малиновски: Наша семья жила в местах кровопролитных боев Первой мировой. Как раз там, где стояла 1-я пехотная бригада Русского экспедиционного корпуса. В детстве я все окопы там облазил. Эта земля буквально звенит от артефактов войны. Отец приобщил меня к археологии и истории, мы постоянно что-то находили. Впервые я увидел останки солдата в пять лет. Был, конечно, в шоке. До тех пор наши прогулки и поиски мне казались развлечением. Но этот момент перевернул мои представления об истории, о том, что мы обнаруживали. Даже будучи совсем ребенком, я понял: этот человек, чьи кости лежат передо мной, десятки лет назад отдал свою жизнь за то, чтобы я сейчас мог вот так гулять и играть…
В 10 лет я услышал от отца о Русском экспедиционном корпусе. Был в очередной раз поражен. В 2013 году отслужив в армии, я опять вернулся к мыслям о погибших россиянах. Почему до сих пор их никто не нашел и не похоронил с почестями, которые они заслужили? Поиски заняли четыре года. А интерес к этой теме все больше разгорался. Подумал, что найти всех и похоронить - мой долг перед историей моей же страны и памятью тех, кто за нее погиб.
Что самое сложное в вашей работе? Наверное, не копать?
Пьер Малиновски: Понимаете, в чем дело: между Россией и Францией сегодня не так много открытых каналов. Поэтому так важно найти какие-то вечные символы нашей общей истории. С моей точки зрения, это "Нормандия - Неман" и Русский экспедиционный корпус, в котором было 20 тысяч солдат. Около 5 тысяч были убиты в сражении близ Реймса, и ни один из них до последнего времени не был найден.
Мы обыскали 300 гектаров, сделали 1500 ям на глубину два метра и больше. Искать было сложно, ведь во время Первой мировой не было такой локализации погибших, как, например, во Вторую мировую. И протокол подъема останков довольно сложный. Сами мы не имеем права к ним прикасаться. Приезжает полиция, антропологи, все оформляют. Таким образом, шестеро солдат были подняты с поля. У пятерых оказались жетоны, то есть мы сразу определили их имена. Поисковики знают, что такая удача выпадает одному проценту археологов. Четверо из опознанных были моложе 20 лет - почти мальчишки! Самому старшему из солдат, по фамилии Бушуев, - 39. Мы выяснили, что и его сын находится в братской могиле, еще не поднят. По меньшей мере 17 человек остались еще в месте захоронения.
Но процесс пока законсервирован - по не зависящей от меня причине... Я хочу, чтобы мир узнал: вот эти 23 русских солдата (в ряду других пяти тысяч) пали на поле боя за освобождение Франции! К февралю нам обещали разрешить возобновление раскопок и поиска.
Западные СМИ писали, что во Франции захоронение солдат Русского экспедиционного корпуса прошло незамеченным…
Пьер Малиновски: Во-первых, похороны троих героев состоялись на Русском военном кладбище с военными почестями. Минобороны Франции их с большим уважением оплатило. Об этом российскому послу в Париже было направлено официальное письмо. Мало того, республика будет финансировать раскопки, а также поездки двух членов семьи каждого найденного солдата к месту гибели. И это дипломатический мост между нашими странами. Торжественное захоронение - символический шаг. О нашей находке пока мало знают, но, когда мы поднимем остальных солдат, это вызовет эффект разорвавшейся бомбы - оказывается, русские воевали за Францию и побеждали! Думаю, для сегодняшней сложной ситуации, связанной с конфликтом России и Украины, - это архиважно.
Пьер, не связан ли ваш интерес к Русской экспедиции с тем, что в ней принимал участие будущий маршал Победы Родион Малиновский?
Пьер Малиновски: Нет, мы просто однофамильцы. Отец мой имеет польские корни и никакого отношения не имеет к героическому маршалу. А мама - француженка. Совпадение только в том, что у отца оказалась часть архива Русского корпуса, ну и бои шли там, где стоял родительский дом.
Волонтеры, которые участвуют в раскопках, называют вас "тираном"... Сами копаете или только командуете?
Пьер Малиновски: Да, это знают все, кто со мной работает. Что поделаешь, я очень строг и требователен, почти перфекционист. Во время раскопок мне нужно контролировать буквально все. И кому-то такой интенсивный стиль кажется очень тяжелым, почти неприемлемым. Но поверьте, все это ради результата. Да и, несмотря на сложности, участие в таких проектах оставляет память на всю жизнь. Я сам копаю, орудую лопатой с детства. И это мне доставляет удовольствие, потому что делается ради понятной и важной для истории цели.
В одном из интервью вы рассказали, что таким жизненным ритмом "заразились" в армии. Позвольте, процитирую: "Служба навсегда останется важнейшим этапом моей жизни. Я научился дисциплине, пунктуальности, организованности, физической культуре, гордости за защиту родины". По вашему мнению, если бы каждый молодой человек получил военный опыт, хотя бы на несколько месяцев попав в армию, стало бы больше "настоящих мужчин" и меньше "курящих всякую дрянь двадцатилетних" или "псевдореволюционеров, выходящих на улицы, чтобы сбежать из школы". Последнее очень хлестко, но точно…
Пьер Малиновски: Именно так. В армии мне привили строгие требования к жизни, которые очень помогают сегодня в работе. Сейчас возьму небольшой отпуск, чтобы приступить к мечте всей своей жизни - раскопкам на Бородинском поле.
Во французской истории Бородинское сражение называется битвой у Москвы-реки…
Пьер Малиновски: Там погибли мои предки. Чтобы копать на Бородинском поле, нужно официальное решение самого высокого уровня, поскольку это ответственное и масштабное мероприятие. Будет все непросто в плане протоколов и разрешений. Бородино известно всему миру благодаря Льву Толстому и роману "Война и мир". И имена Наполеона и Кутузова у каждого образованного человека на слуху. В проекте примут участие эксперты российской и французской академий наук, известные археологи и историки. Уже два года ведется подготовка. Мы нашли семьи участников сражения: Кутузова, Раевского, Тучкова (пропал без вести во время битвы), Багратиона. С французской стороны - Мюрата, де Коленкура, Монбрена, Мариона и Ромефа (все генералы, кроме Мюрата, пропали без вести на Бородино). Потомки героев войны 1812 года примут участие в раскопках в качестве волонтеров. Работы будут происходить на Батарее Раевского - знаковом месте битвы, где за несколько часов погибли тысячи солдат.
На руках у своего одноклассника Наполеона в 1812 году во время сражения за Смоленск умер от ран (ядром ему оторвало ногу) известный французский полководец - генерал Шарль Этьен Гюден. Его останки искали более 200 лет. Вы нашли. Как?
Пьер Малиновски: Согласен, такое нечасто случается, если речь, конечно, идет об известных исторических персонажах. Однако Смоленск не такой уж большой город, да и в архивах была информация, правда, всего лишь две строчки. Мы действовали вместе с Институтом археологии РАН. Предполагаемое захоронение французских военных находилось в одном из парков Смоленска. Я подумал, а если бы я был Наполеоном, где бы я похоронил своего друга? Стали копать. Это "пятачок" всего лишь 25 на 25 метров. Мало, кто верил в успех, но мы все же нашли, что искали.
Для идентификации подходили только близкие родственники Гюдена, жившие с ним в одно время. Во Франции были эксгумированы останки матери и сестры генерала. Нужно было срочно доставить туда найденные нами материалы. Дело в том, что в России есть некоторые сложности при проведении таких тестов, много запретов и препятствий, много времени потребовалось бы, чтобы их преодолеть. Во Франции с этим попроще. Мне не терпелось узнать результат, и я решил перевезти останки в обычном багаже. Генерал путешествовал со мной в рюкзаке, и никто даже представить не мог, "кто" летит в самолете. Признаюсь, я испытал огромный душевный стресс и не хочу больше повторять такой эксперимент. Но дело стоило того: мы смогли доказать, что останки, найденные в Смоленске, принадлежат легендарному французскому генералу.
Впрочем, самой тяжелой частью таких проектов является не сам процесс археологических раскопок, а его, скажем так, "политическая составляющая". Нам было сложно убедить французские власти, что это дело чести для страны захоронить останки генерала Гюдена рядом с его другом Наполеоном в Доме Инвалидов.
Может быть, эти сложности связаны с тем, что во Франции вас считают "пропагандистом Кремля"? Все, кто связан с Россией, даже найденный под Смоленском свой собственный герой войны, - это "персона нон грата"?
Пьер Малиновски: Я стараюсь не зацикливаться на том, что пишет наша пресса. Но я слышал, что меня так называют. Это извращенное представление обо мне и моей работе. Все проекты приносят пользу обеим нашим странам. Разве Франция не была заинтересована, чтобы один из главных героев наполеоновской войны нашел свое законное место упокоения? Именно Россия пошла мне навстречу в его поисках, мне разрешили забрать останки Гюдена. Я не представляю, что где-нибудь в другой стране я сделал все это в такой короткий срок, без лишней административной волокиты. Никогда я не получал каких-то указаний, где и как копать, никто не сомневался, что то, что я делаю, важно, в том числе и для дипломатических связей между нашими странами. Мне полностью доверяют, поскольку я уважаю российские законы, хотя это и непросто мне дается, поскольку отодвигает сроки проектов. Я благодарен России за то, что именно в этой стране у меня появилась возможность личной реализации.
Не так давно отмечалось 80-летие разгрома фашистов в Сталинградской битве, которой был посвящен один из ваших проектов. У нас в очередной раз поднялась дискуссия о переименовании Волгограда в Сталинград. На фоне обвинений России во всех смертных грехах во Франции не собираются предпринять обратные шаги: переименовать бульвар Сталинград и метро?
Пьер Малиновски: Может быть, я кого-то сейчас шокирую, но скажу: я как раз за то, чтобы дать легендарному городу название Сталинград. Это более адекватно отражало бы его героическую историю, память о том, что там происходило. Рядовые граждане Франции не поддержали идею сменить название метро. Поднялась такая буря протеста, и новаторы отступили. Одно дело политика, другое дело - мнение обычных людей. Это часто не совпадает. Менять что-то вообще не в ментальности французов. Народ отдает дань истории, хранит ее. Ну да, кое-что в Париже поменяли, но, когда речь идет о такого уровня сражениях, как Сталинградская битва, во имя свободы и жизни всего человечества, менять ничего нельзя. Сталинград стал именем нарицательным, это слово обозначает грандиозную силу духа, и это навечно.
Вторая мировая война, сопротивление, де Голль… То, что нас объединяло, теперь стало разъединять. В Европе СССР приравнивают к фашистской Германии, пересматривают историю. Как это произошло?
Пьер Малиновски: Я, как и многие в европейских странах, не подвержен пропаганде западных СМИ. Обвинять народ, который потерял 27 миллионов жизней в борьбе с этим злом! Подобное можно услышать от политиков Франции, но в своем кругу я не знаю ни одного человека с таким мнением. К тому же французы помнят историю и помощь России и в Первую, и во Вторую мировые войны. Мы связаны одной Победой.
Преподаванием истории в школе недовольны во всем мире. По инициативе президента Франции Эмманюэля Макрона несколько лет назад Совет Европы начал изучать этот вопрос, назвав проект "Обсерваторией". Но это высокие материи, а вам нравились уроки истории в вашей школе? Когда вы полюбили этот предмет?
Пьер Малиновски: Действительно, есть определенное недовольство. Я не могу сказать, что страсть к истории зажгла школа. Раскопки вместе с отцом подпитывали интерес к истории и к чтению книг. А это, в свою очередь, привело к тому, что я преуспевал на школьных уроках. Если во Франции, например, спросить молодых французов, что вы знаете о Наполеоне, надеюсь, вспомнят победу в битве при Аустерлице и его разгром в российской кампании. Думаю, что благодаря проекту с Гюденом я смог всколыхнуть интерес к прошлому Отечества, да и мира тоже. Франция и Россия имеют вековую историю взаимоотношений, и мне важно донести до молодых эту связь, чтобы помнили о взаимопомощи и взаимовыручке.
Хватает ли вам сил еще на что-нибудь, кроме работы?
Пьер Малиновский: Я очень стрессоустойчив. Иногда возникает ощущение, что плыву против течения, один против всех. Я прекрасно понимаю, что сил и энергии на долгую жизнь мне не хватит. И уж точно не хочу скучно и спокойно прожить до старости и бесследно раствориться в небытие, не оставив никакой памяти о себе. В этом смысле я амбициозен. Живу и горю своей работой, у меня нет ни семьи, ни детей.
Пьер, привыкли ли вы к нашей еде? За каким столом встретили Новый год?
Пьер Малиновски: Я все перепробовал и стараюсь соблюдать традиции места, где живу. Но все-таки новогоднего русского стола я побаиваюсь - несколько килограммов набежит. А это помешает быть в хорошей физической форме перед новыми раскопками. Я прекрасно знаю, что такое борщ, пельмени и каши. Признаюсь, трюфели и шампанское люблю больше. Но и в России есть блюда, с которыми ничто не может сравниться. Я оценил русскую водку и икру: во Франции пытаются приготовить что-то похожее, но никогда в этом не преуспеют. И морепродукты Камчатки - моя гастрономическая любовь. Я здесь пристрастился к чаю. Во Франции принято пить кофе. К сожалению, пока не говорю по-русски, хотя многое уже понимаю и могу читать. Я это к тому рассказываю, чтобы подчеркнуть: когда я общаюсь и выпиваю с красивыми русскими женщинами, я говорю очень хорошо (смеется).
В связи с этим новогодним заявлением задам последний вопрос. Вот смотрю на вас, а вижу д'Артаньяна. Умный, бесстрашный, хитрый и неотразимый, необыкновенно удачливый. Своим умом добивается всего, о чем мечтал, в том числе покровительства короля и королевы… Ну похож же?
Пьер Малиновски: Я польщен, таким меня пока никто не увидел. Но я не могу назвать себя блестящим и целиком публичным человеком, у меня довольно закрытая личная жизнь. В ней я далек от мечтаний о славе и регалиях, люблю простые вещи, друзей детства и новых из России. Кто-то даже может назвать меня человеком сложным и недипломатичным. И характер у меня пробивной и сильный, на меня нельзя повлиять извне. Единственный человек, который это может сделать, Андрей Анатольевич, благодаря поддержке которого Фонду удается реализовывать столь масштабные, социально и культурно значимые проекты. А я просто делаю свою работу, в которую верю. Когда делаешь то, во что ты веришь, и имеешь благородную цель, получаешь отличный результат.
![Главное](/images/star.png)
Как «гигантам» Зураба Церетели выпало неудачное время в Москве
Почему мы смеялись над Зурабом Церетели, хотя его знает весь мир
Анастасия Миронова
Совсем недавно, гуляя по Москве, зашла в парк скульптур Церетели на Большой Грузинской. Впечатляет, конечно. Поход в его музей и усадьбу — словно поездка в ассирийское царство. Ходишь среди всех этих огромных царей, христов, чеховых такой маленький. Его Александр II висит над тобой — как божество Шеду, охраняющее солнечные ворота. Стоит прийти туда, чтобы почувствовать себя беспомощным крошечным жителем большого царства.
Вы знаете, я там, посреди этой церетелевской Ассирии, вдруг поняла, что нахожусь под юрисдикцией еще старой Москвы. Была та Москва дикая, несуразная, обляпанная ларьками, обставленная дурацкими новостройками, изъезженная дымящимися маршрутками. Но было в ней что-то теплое, что-то, как теперь говорит молодежь, ламповое.
В конце концов, это наша молодость. Человек всегда скучает по временам, когда он был молод, здоров, полон сил и надежд. Когда впервые влюблялся, ходил на свидания, строил планы. И в войну люди наслаждались жизнью. Чья-то молодость, чьи-то первые свидания пришлись на бои подо Ржевом и блокаду. В блокаду, между прочим, даже детей рожали. И делали их. И вспоминали потом не только голод и бомбежки.
Наша молодость пришлась не на такие уж тяжелые времена. Поэтому Москву 1990-2000-х я лично вспоминаю местами с теплотой. И одна из ее доминант — это, конечно, Церетели.
Уверена, многие удивятся, что Зураб Церетели еще жив. Оказывается, да, жив-здоров, отмечает сегодня девяностолетие!
Мое поколение и я сама запомнили Церетели по насмешливым публикациям в прессе. Помню эту борьбу с церетелевским гигантизмом. Я уже в сознательном возрасте была, когда ставили в Москве его Петра I — помню постоянные насмешки. Сравнение с его же гигантскими скульптурами. С многострадальным Колумбом высотой 126 метров, которого много лет отказывались принять в дар США, пока наконец монумент не обрел покой в Пуэрто-Рико.
Петр I в Москве вызывал бурю эмоций. Думаю, роль сыграло недовольство людей контрастом между разлившейся тогда бедностью и размахом скульптуры. Ведь то был пик задержки зарплат и пенсий, а в это время в Москве на намытом острове ставят дорогой памятник.
Было это как бы неуместно. И все смеялись, разумеется. Я помню те разговоры: Церетели представляли этаким выжившим из ума старичком, который замучил мир своими скульптурами. Все привыкли к новостям, типа «Петербург не знает, куда поставить громадных Романовых от З. Церетели». Тогда мастер решил подарить городу 14 скульптур Романовых высотой от пяти до восьми метров. Украшать Романовых должна была 80-метровая скульптура Христа. Помню волнения в городе. Люди собирали подписи, чтобы Христа того Христа ради увезли в какой-нибудь другой город.
Эээх, были времена, когда народ волновали размеры скульптур! И большой общественной проблемой было появление в городе гигантского памятника. Не так уж, видимо, тяжело мы жили, раз находилось время на подобные мелочи.
Кроме того, знали б мы, когда хохотали над гигантами Церетели, которых он пристраивает по миру, что придет им на смену. Петр I стоил России много сил и денег — можно представить, сколько потратили лишь на его установку, если известно, что установка того самого монумента в честь 500-летия открытия Америки, который Церетели подарил Пуэрто-Рико, обошлась в 12 млн долларов. Деньги — это, конечно, аргумент.
Какие еще были аргументы? Пошло, громоздко, даже сатирично.
Прошло несколько лет. Церетели ничего больше городам не дарит. Вероятно, предполагалось, что у нас в связи с уходом Церетели начнется ренессанс монументальной скульптуры. А что мы получили?
Чемодан Louis Vuitton на Красной площади помните? Как вам? Это лучше?
А недавняя скульптура Урса Фишера «Большая глина № 4»? Стояла рядом с храмом Христа Спасителя, к восстановлению которого, кстати, Церетели тоже приложил руку. И что скажете? Читаем про Урса Фишера: «В детстве плохо учился. Поступил в школу дизайна в Цюрихе. После освоения базового курса искусства и дизайна Фишер перевелся на отделение фотографии. Подрабатывал вышибалой в ночных клубах».
А как насчет Петербурга? Поставили Петра I работы Шемякина — знаменитая скульптура с маленькой головой. Ну ок, как бы интересно. Но следом пошла «Царская прогулка» с очень сомнительной четой Романовых. В Москве появился монумент «Дети и зло». Потом на Петербург обрушились микроголовые памятники скульптора Ротанова: Блоку, Шаляпину, впрочем, последний пока в модели.
Претензия-то к Церетели какая была? Что он один все занял и не пускает талантливых скульпторов к работе. Ну отошел Церетели — что мы получили?
Читаем: «Окончил Тбилисскую академию художеств, учился во Франции, где общался с Пабло Пикассо и Марком Шагалом».
Может, не так и плохи были гиганты Церетели? Лучше гигантов от вышибалы? В конце концов, его скульптуры стоят по всему миру. В Севилье композиция, по которой Церетели знает весь мир, — «Рождение нового человека». И там, кажется, никто не жаловался, что она почти 50 метров.
Перед штаб-квартирой ООН в Нью-Йорке установлен огромный церетелевский монумент в честь окончания холодной войны. Можно представить, чтобы сегодня кто-то из современных наших скульпторов добился бы такого же успеха?
Или, к примеру, смог бы сейчас кто-то из россиян установить в Нью-Йорке, прямо рядом со статуей Свободы, огромный монумент в память о жертвах терактов 9/11? А Церетели смог!
Я вообще сегодня иначе смотрю на его жизнь, его работу. Человек как будто из эпохи Ренессанса. Живописец, скульптор. Общался с Пикассо. Живопись его очень европейская. Его музей современного искусства в Москве отличный. Представитель уходящей натуры. Человек хорошего образования и добротного подхода к искусству. Поставил в Нью-Йорке два огромных знаковых монумента. Не так уж он, может, и плох был со своими гигантами? Просто время выпало ему неудачное: когда кругом все голодные и злые, скульптуры нужны поменьше и подешевле. А он злил нас большими и дорогими. Сейчас мы отошли от бедности, успокоились, осмотрелись.
Я лично, присмотревшись, поняла, что есть в современном искусстве много чего похуже Церетели. Вы заметили, что сама эта специальность уже утрачена? Новейшему миру монументальные живопись и скульптура не нужны, гигантов теперь лепят на набережных бывшие клубные вышибалы. Ушла широта души. Церетели остался как горькое напоминание о временах, когда человечество еще было способно на широкие жесты и безумные поступки и для их воплощения ему нужны были большие монументалисты.
![Главное](/images/star.png)
Сирия двадцать лет спустя
Грустные свидетельства очевидца
ПАТРИК ПАСКАЛЬ
Французский дипломат, бывший посол в Сирии.
ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:
Паскаль П. Сирия двадцать лет спустя // Россия в глобальной политике. 2024. Т. 22. № 1. С. 166–177.
Ближний и Средний Восток переживает очередные потрясения, и желание рассказать о Франции, одном из прежде активных действующих лиц региональной политики, проследив эволюцию её политики за последние двадцать лет, может показаться неактуальным. Однако новейшую историю франко-сирийских отношений – пик в начале 2000-х гг., ухудшение и затем некое подобие нормализации не стоит считать анахронизмом, особенно если мы возьмём более широкий контекст.
Автор основывает свои выводы на практическом знании региона, обретённом на различных дипломатических постах. Данный анализ, частный и не отражающий государственную позицию, можно рассматривать как свидетельские показания, призванные помочь понять страну и регион, столь много значившие для Франции и равновесия в мире.
«Арабская весна» начала прошлого десятилетия потрясла Сирию, которая стала одним из театров событий вслед за Тунисом, Ливией и Египтом.
Страна захлебнулась в конфликте, длящемся уже второе десятилетие. Конца не видно, и противостояние напоминает Столетнюю войну.
Это не просто столкновение между сирийцами, там проходит линия разлома между национальными амбициями, религиозными течениями и правящими режимами, фоном для которых становится конфронтация между Востоком и Западом. Последняя никогда не исчезала, даже когда официально говорили о её прекращении.
Интересы Франции всегда были тесно связаны с Сирией, официально Париж не разрывал дипломатические отношения, но закрыл посольство в Дамаске (в первую очередь по соображениям безопасности) и фактически исчез из региона в целом. Неспособность повлиять на ситуацию в Ливане – яркая тому иллюстрация. Рассчитывать на сохранение прежней лидирующей позиции наивно, но можно попытаться восстановить присутствие и традиционную роль посредника и модератора – это было бы разумно, как и содействие изуродованной и израненной стране.
Мне довелось служить дипломатом в Дамаске и в благоприятный для франко-сирийских отношений период, и в момент их ухудшения. Необходимо пристально взглянуть на страну, задаться вопросом о причинах нашей дистанцированности и поразмышлять о возможных путях и средствах восстановления стабильности в регионе, жизненно важном для Франции.
Апогей двусторонних отношений
25 лет назад отношения между Францией и Сирией находились в зените. В ноябре 1999 г., незадолго до смерти Хафеза Асада, президент Жак Ширак принимал в Париже его сына Башара. Приём на таком уровне придавал будущему лидеру определённую легитимность. Ширак стал единственным главой западного государства, прибывшим на похороны Асада-старшего в июне 2000 года. За пределами Сирии его критиковали за этот шаг, но исторические связи со страной удалось укрепить. Сирийцы воспринимали Францию непредвзято. Приезд Франсуа Миттерана в 1984 г., первый визит французского президента с момента провозглашения независимости Сирии в 1943-м, произвёл неизгладимое впечатление. Находясь в Дамаске, Миттеран сформулировал суть нашей позиции: «На Ближнем Востоке ничего невозможно добиться без участия Сирии».
После избрания президентом Башара Асада наступила короткая «дамасская весна», давшая надежду. Результатом стали яростные дискуссии в среде интеллигенции и запуск ряда реформ. Для наших отношений это был период эйфории, поскольку удалось наметить дорожную карту. Один из проектов, предложенных двумя президентами для модернизации, – создание Сирийской национальной школы госуправления по французской модели. Реализации намеченного помешали дальнейшие потрясения в регионе.
Сирийская идентичность
Чтобы лучше понять Сирийскую Арабскую Республику, следует обратить внимание на позиции, которые занимают в ней религии, меньшинства и культуры. Территория была христианской с I века н.э., но сейчас доминируют мусульмане, тем не менее Дамаск официально признаёт 11 христианских конфессий. К меньшинствам относятся армяне, которые живут на землях Сирии с тех пор, как во II–I веках до н.э. Киликия была частью царства Тиграна II. С XV века армянские семьи обосновались в Алеппо, где сформировалась большая община. Поток увеличился в период геноцида армян в 1915 г., особенно в район реки Евфрат близ города Дейр-эз-Зор. Алавиты, как и друзы, относятся к мусульманам-шиитам, но выделить религиозную составляющую общины достаточно сложно. Кроме того, президент Асад женился на суннитке, родившейся в Лондоне в семье выходцев из Сирии. Отношения с саудовским ваххабизмом нормализовались, когда будущий король Абдалла взял в жёны сирийку из кочевого племени шаммар, расселившегося от Неджда до Пальмиры и по другим странам региона.
В центре Дамаска в конце древнеримской Виа Ректа, где был обращён в христианство апостол Павел, располагался еврейский квартал. Ныне он скукожился до синагоги и нескольких домов, а представители общины переселились, особенно после Шестидневной войны и Войны Судного дня. Но ни один дом не был осквернён, сирийцы говорят, что будут сохранять их, ожидая возвращения хозяев. Самые красивые экспонаты Национального музея в Дамаске – уникальные фрески одной из старейших известных синагог, датированные II–III веками. Здание, находившееся под землей – благодаря чему оно и сохранилось, – удалось раскопать вместе с крепостными стенами Дура-Европос, известного как Помпеи Востока, в 1930 г. и восстановить в период французского мандата.
Курды, в свою очередь, постоянно будоражили северо-восток страны – так называемый «утиный клюв». Но ситуация оставалась под контролем, пока они пользовались относительной автономией. Крупную общину образовали и палестинцы. У них особый статус, их деятельности никто не препятствовал. Наконец, есть и шииты, но их сложно идентифицировать, если не считать большие группы иранцев, которых можно встретить в аэропорту, – это паломники к мавзолею Саиды Зайнаб, внучки пророка Мухаммеда, в пригороде Дамаска.
Многостороннее сотрудничество и переломный момент (2004–2005 гг.)
Французское взаимодействие с Сирией было многосторонним, прежде всего политическим, экономическим и культурным. Сотрудничество в военной сфере оставалось умеренным. Каждый год 11 ноября на французском военном кладбище в пригороде Дамаска Дмейре проходила церемония в память о жертвах Киликийской кампании 1920–1921 гг., Джебель-Друзской операции 1924—1925 гг. и Второй мировой войны, всего там насчитывается более четырёх тысяч могил.
Главной целью Франции было содействие в поддержании стабильности в регионе, который относится к зоне ключевых интересов, учитывая выход в Средиземное море.
Связи и раньше бывали на низком уровне, особенно в период Ливанской войны в 1980-е гг., но государственные интересы взяли верх, что позволило возродить связи с режимом Хафеза Асада. Но в 2004–2005 гг. началось серьёзное ухудшение отношений с Сирией, обусловленное несколькими факторами.
Франция делала ставку на молодёжь и реформы, но эту игру невозможно выиграть по мановению волшебной палочки, а Париж охватило нетерпение. Кроме того, острая политическая борьба на самом высоком уровне шла в Ливане между президентом Эмилем Лахудом, якобы просирийским политиком, который хотел избираться на третий срок, чего тогда не позволяла Конституция, и премьер-министром Рафиком Харири (октябрь 2000 г. – октябрь 2004 г.). Наконец, возможно, самое важное – в 2003 г. Доминик де Вильпен на заседании Совета Безопасности ООН выступил против планов США начать новую войну в Ираке, выразив позицию Франции. В Париже считали: существование оружия массового поражения не доказано, результаты работы ООН на месте (комиссия Батлера, кризис вокруг президентского дворца) не убедительны. В первые месяцы 2003 г. практически одновременно с двадцатидневной операцией (до падения Багдада) американцы усилили давление на Сирию, которую обвинили в предоставлении убежища высокопоставленным иракским чиновникам, близким к Саддаму Хусейну. Франция оказалась в деликатном положении. Возможно, решимость, проявленная в Совбезе в 2003 г., заставила затем ради восстановления трансатлантических связей перейти к новой, более ориентированной на американцев, политике.
В феврале 2005 г. бывший ливанский премьер Рафик Харири был убит, что вызвало шок в Париже. Виновных так и не нашли, спустя несколько лет предполагаемого члена «Хезболлы» трибунал ООН заочно приговорил к пожизненному заключению. Из-за международного давления и подозрений Дамаску пришлось вывести войска из Ливана. Убийство Харири вызвало особую реакцию в Париже, в том числе из-за дружеских отношений президента Жака Ширака с ливанским политиком.
Война на фоне «арабской весны»
После восстания в марте 2011 г., ставшего следствием «арабской весны», Сирия надолго погрузилась в ад: несколько тысяч жертв, потом десятки и сотни тысяч. Число перемещённых лиц и беженцев, которые в основном оказались в Ливане, превысило миллион. Летом 2012 г. в Париже преобладало мнение, что режим не сможет сопротивляться. Франция только что закрыла посольство в Дамаске, хотя не разорвала дипломатические отношения. Послы западных стран принимали участие в первых крупных демонстрациях против Асада, особенно в Хомсе. Подобное отступление от дипломатической практики неизбежно спровоцировало жёсткую реакцию.
2013 г. стал переломным в сирийской трагедии (100 тыс. жертв по оценкам того времени), которая вышла на новый виток ужаса. Параллельно с силовыми операциями предпринимались и дипломатические усилия, в основном для определения ключевых фигур с обеих сторон и начала диалога. Стали поступать тревожные сообщения о применении летальных химических веществ, сначала в малых количествах и без возможности идентифицировать их происхождение. В Сирии имелись значительные запасы такого оружия – насчитывалось около двадцати крупных хранилищ «ядерного оружия для бедных». Но смертоносное оружие можно изготовить и из безвредных компонентов. Например, из некоторых сельхозпродуктов производят так называемое бинарное оружие.
Должно ли было международное сообщество, где существовал консенсус по этому вопросу, учитывать все возможные риски? Разве не нужно было бросить вызов режиму с самым мощным потенциалом в этой области, чтобы заставить его уничтожить запасы химического оружия и следовать международным конвенциям? Весной 2013 г. вопрос обсуждался на самом высоком дипломатическом уровне с представителями сирийской оппозиции. Их просили без промедления выступить против применения химического оружия и публично выразить намерение в случае прихода к власти присоединиться к международным конвенциям по химоружию. Никакой реакции не последовало.
Весной 2013 г. за реализацию идеи требовать от режима действий по избавлению от химической угрозы так и не взялись. Многие страны Европы и Запада в целом были «за», но не хотели заниматься практическими аспектами таких действий и брать на себя ответственность за последствия. Одни считали, что даже такое взаимодействие с официальным Дамаском будет означать возобновление контактов с ним, что способствовало бы восстановлению его легитимности. Хотя те же государства спустя несколько недель вполне могли оказаться в Женеве и встречаться не только с оппозицией, но и с представителями режима. Для других вариант вступления в коммуникацию с Асадом был неприемлем, поскольку означал бы отдаление от оппозиции, и это перевешивало другие соображения. Оппозиционеры, пусть и неохотно, в итоге приняли идею дипломатического процесса, но с одним условием: Башар Асад должен уйти. Это был явно непроходной вариант. Оппозицию, которая позже предстала главной жертвой оружия такого типа (кстати, запрещённого к применению Женевским протоколом 1925 г.), эта тема не очень беспокоила. Но что собой представляла оппозиция? Кто-то предложил формулу: есть «оппозиция в отелях» и «оппозиция в траншеях».
21 августа 2013 г. появилась новость о масштабном применении химических средств в Восточной Гуте, урбанизированном районе к востоку от Дамаска, где правительственные силы до этого не могли остановить восставших. По данным Сирийской освободительной армии, более 1800 человек погибли, около 10 тыс. пострадали, в основном мирные жители. Наиболее враждебные страны сразу возложили ответственность на режим, говоря «о множестве доказательств». В реальности неопровержимых свидетельств не было, но это никого особо не беспокоило. Происходящее напоминало ситуацию с Саддамом Хусейном и якобы имевшимся у него оружием массового поражения.
Обвинения со стороны Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО), в том числе в адрес «Исламского государства» (запрещённого в России. – Прим. ред.) и других экстремистских группировок, неоднократно всплывали во время конфликта. Помимо Женевского протокола 1925 г. существует ещё Конвенция о запрещении химоружия 1992 г., направленная непосредственно против обладания такими летальными средствами и обязывающая ликвидировать арсеналы в течение 10–15 лет после подписания документа. В октябре 2013 г. ОЗХО получила Нобелевскую премию мира за успешную реализацию программы ликвидации арсеналов, в итоге приписанных Сирии.
В любом случае президент Барак Обама ещё годом ранее прочертил «красную линию»: применение запрещённого оружия неминуемо повлечёт за собой военную интервенцию. Франция тоже готовилась к такому развитию событий. Однако 30 августа 2013 г. президент США отступил. А 28 августа палата общин не дала британскому правительству разрешения на операцию. Голосование «самого старого» парламента, безусловно, перевесило чашу весов, тем более что Обама не был уверен, что ему удастся добиться согласия Конгресса. Колебания Вашингтона и в итоге отказ от операции имели свои причины. Обама шёл на выборы, обещая закончить войны в Ираке и Афганистане, и поэтому не хотел ввязываться в новый конфликт с непредсказуемыми последствиями.
Подозрения по поводу причастности сирийского режима к химическим атакам были серьёзными, но неопровержимых доказательств найти не удалось.
Подозрения не приравняешь к решительному осуждению, а прецедент Колина Пауэлла в Совбезе все отлично помнили.
Как и в 2003-м, международной легитимности не было, значит, речь могла идти об односторонней интервенции, которая не подпадает под Статью 51 Устава ООН о самообороне. К тому же Обама, вероятно, опасался, что сама военная операция приведёт к серьёзным разрушениям, арсеналы так и не будут ликвидированы, и химическое оружие попадёт в руки экстремистов.
В этом случае предполагаемый победитель мог потерпеть поражение. Каким должен был быть масштаб ударов? Должны ли атакующие «испепелить» Сирию или ограничиться уничтожением президентских дворцов в Дамаске и Латакии? Или было бы достаточно ударов по промышленным объектам, инфраструктуре и основным институтам страны, чтобы не произошёл стратегический сдвиг и экстремистские силы не одержали победу? Но кого мы на самом деле поддерживаем? Чего хотим? Способны ли мы сегодня ответить на эти фундаментальные вопросы?
«Перезагрузка» по-французски
Детально изучить Сирию, попытаться понять, что случилось и почему существование народов и общин оказалось под угрозой, а нашим интересам в регионе был нанесён серьёзный ущерб, – не дело прошлого, это необходимо для извлечения уроков для настоящего и будущего.
История Сирии, французского присутствия в так называемом Леванте была перевёрнута с ног на голову из-за роста экстремизма в регионе и бесконечной войны. В начале 2000-х гг. Сирия переживала период расцвета, несмотря на постоянные трудности, связанные с развитием страны, а франко-сирийские отношения находились на высоте. В то время Франция, бесспорно, была ведущей державой на территории Сирии и в регионе в целом. Такое положение дел давало пространство для манёвра, возможность говорить с кем угодно и вообще играть стабилизирующую и позитивную роль в продвижении долгосрочного мира, что также отвечало французским интересам. Принимая верительные грамоты от посла Франции в 2002 г., президент Сирии сказал: «Господин посол, я принимаю вас здесь сегодня, но обычно я не общаюсь с послами на протяжении их миссии в Сирии. Однако вы посол Франции, и для вас двери президентского дворца всегда открыты, если нужно». Необходимость возникла, когда двусторонние отношения стали ухудшаться в 2004–2005 гг., в основном из-за Ливана. Асад попросил о диалоге, когда шторм уже надвигался. Ответили ли мы?
Ни с чем не сопоставимый статус Франции в Сирии я осознал, когда получил назначение в страну. Французский посол Шарль-Анри д’Арагон в конце шестилетнего пребывания на посту был приглашён на грандиозный приём в Сейд-Найе, центре христианства в Сирии, где собрались высокопоставленные религиозные сановники. Вечную Францию чествовала Сирия с десятитысячелетней историей, которая стала многоконфессиональным государством только после создания Сирийской Арабской Республики.
Все двери в Дамаске были открыты для нас.
Практически каждый вечер мы ужинали с высокопоставленными должностными лицами. Меня как поверенного в делах пригласили на ужин в квартале Меззе в доме генерала Тласа – бессменного министра обороны Хафеза (и Башара) Асада – в окружении его сыновой и невесток из Французского лицея. Министерство иностранных дел Сирии, располагавшееся в небольшом здании, и наше посольство, примыкавшее к нему, фактически дополняли друг друга. Замминистра Валид Муаллем, позже возглавивший МИД, регулярно принимал нас и был готов консультировать по вопросам, не связанным с двусторонними отношениями. Директор департамента международных организаций Башар Джафари, позже ставший постпредом Сирии при ООН, замминистра, а сейчас возглавляющий посольство в Москве, всегда был требовательным, но открытым для диалога. Наш привилегированный доступ распространялся на структуры безопасности и спецслужбы, которые обладают существенным весом в сирийском аппарате. Это открывало возможности для плодотворного сотрудничества, например в борьбе с исламистами, помогало французским спецслужбам и позволяло урегулировать деликатные вопросы. Провалов по этой линии не было.
Проблемы возникали. Президенты Асад и Ширак договорились о сотрудничестве в целях модернизации системы управления Сирии. С французской стороны аудит сирийских административных органов проводили Мари-Франсуаза Бештель, бывший директор Национальной школы управления (ENA), и Жак Фурнье, бывший заместитель генерального секретаря Елисейского дворца. Бештель и Фурнье неоднократно приезжали с инспекциями в Сирию, несмотря на недовольство некоторых госслужащих, сомневавшихся, что их президент дал разрешение на работу французов. 67-страничный доклад, содержащий ряд рекомендаций, был вручён лично президенту Асаду. Часть рекомендаций он реализовал, но с учётом состояния страны. Конечно, нам бы хотелось большей решимости, но движение началось.
Послания от французских президентов
Обращаясь к президенту Хафезу Асаду в Дамаске в октябре 1996 г., президент Ширак процитировал Шарля де Голля, который за полвека до этого говорил о «прочном альянсе и нерушимой дружбе» освобождённой Франции и независимой Сирии. Лидер Пятой республики также повторил слова президента Миттерана, сказанные в Дамаске в 1984 г.: «Мы знаем, что ничего на Ближнем и Среднем Востоке нельзя достичь без Сирии». Об этом же, вероятно, думал Николя Саркози, давший шанс на нормализацию двусторонних отношений. С тех пор, несмотря на противодействие Катара, Кувейта, Египта и Иордании, Сирия смогла вернуться в арабское сообщество.
Если мы ещё раз оглянемся назад, то поймём, что история французского присутствия в Леванте никогда не была «протяжённой тихой рекой». Во времена, которые мы привыкли считать победными и славными, генерал Анри-Жозеф Гуро оставил о себе не очень приятные воспоминания. Подавление восстания в Джебель-Друзе в 1925 г., позже распространившегося на Дамаск, было жестоким. Травматические воспоминания живы поныне, на столичных стенах сохранились следы боёв. Точно так же в сирийском конфликте разве мы не делали ставку на решение с помощью оружия? Может быть, стоит вернуться к дипломатии, не требуя уступок по правам человека? Проблемы Голанских высот – вопрос легитимности для правительства Сирии – и тем более санджака Александретта изначально неразрешимы. С другой стороны, особые связи Сирии с соседним Ливаном основаны на географии и истории. Сирии нужно взаимодействия с Ливаном даже больше, чем раньше, потому что доступ к порту Бейрута – экономическая артерия. Кстати, проблемы Сирии никогда не шли на пользу Ливану.
В своём выступлении в Дамаске в 1996 г. (в сентябре 2004 г. он ещё раз приезжал в сирийскую столицу) президент Ширак часто обращался к истории: «Вряд ли есть территории с более высокой и древней цивилизацией, чем земли между Оронтом и Евфратом. У нас есть опыт преодоления трудностей и вкус к достижениям».
Сирии десять тысяч лет, и она выживет благодаря своей истории, в которой сплелись все цивилизации, народы и религии Средиземноморья.
Она попытается укрепить структуры государства, в создании которого принимала участие Франция. Сирии необходимо приложить максимум усилий, чтобы освободиться от прямых и косвенных зависимостей, потому что, даже решив полагаться исключительно на себя, она не сможет игнорировать меняющийся региональный контекст.
Разрешение гуманитарного кризиса, который пока только усугубляется, – первоочередная задача для Сирии, региона и Франции. Арсенал международных санкций прописан в Уставе ООН как невоенные меры принуждения. Не будем оспаривать принципы, но нужно осознавать трагедию, которая разворачивается на наших глазах и жертвами которой становятся самые уязвимые слои населения.
Несколько лет назад в Риме папский нунций в Дамаске в присутствии всего дипломатического корпуса и госсекретаря Ватикана призвал «не дать надежде умереть». Путь в Дамаск – это не только синоним обращения в веру, это возврат к прямой линии, к тому, кто мы есть, к тому, что священник-иезуит Паоло Далл’Олио, пропавший во время нынешнего конфликта, назвал «гуманистическим и универсальным служением». Об этой миссии нам напомнило землетрясение, разрушившее северо-восток страны.
* * *
В ретроспективе самый благоприятный период кажется привилегированным, но он был ограничен по времени и необязательно должен повториться. Главное – не повторить совершённых ошибок. Достоинства Сирии слишком часто недооценивались. Сирийская Арабская Республика – очень точное название. Да, это не идеальный режим для Европы, но это светская республика под эгидой партии Баас, и поэтому толерантная к различным религиям. Многие французы считают образцом Ливан, но на самом деле это конфессиональная республика (что само по себе является противоречием): властные полномочия делятся между президентом-христианином, премьером-суннитом и главой парламента – шиитом.
Ещё одна ошибка, которую Франция допустила в период благоприятных отношений двух стран, – попытка заставить Сирию развиваться в соответствии с европейскими представлениями. Именно такие амбиции стояли за реформой государственного управления, хотя речь шла о проекте модернизации системы. Конечно, подобные цели несопоставимы со «сменой режима», но проект не соответствовал отношениям государств, которые уважают идентичность друг друга.
Главная ошибка Франции в регионе – это, вероятно, неспособность правильно оценить вес всех задействованных игроков.
Дипломатия нередко зависит от глобального видения и правильного фокуса. Французское руководство и особенно общественное мнение в своём восприятии Леванта слишком часто забывали Сирию, отдавая приоритет мифологизированному Ливану. В результате мы встроили сирийскую политику в ливанский курс, хотя по иерархии всё должно быть наоборот.
Когда-нибудь придёт время, и Сирия будет восприниматься как самостоятельная единица, и это станет важным шагом. Страна, которую мы, безусловно, принесли в жертву, сначала бросив на алтарь нормализации трансатлантических отношений после нашего резкого «нет» на Совбезе ООН, а потом и ради других региональных связей, имеет собственную ценность. Президент Ширак любил Сирию, как и Ливан, и знал, что отношения с ними в интересах Франции, региональной стабилизации и мира. Он хотел быть ближе к Дамаску и в то же время дистанцировался от него. В итоге всё свелось к крику сердца, который был криком разума: «Я вернулся к вам, чтобы восстановить нити старой дружбы».
Автор: Патрик Паскаль, французский дипломат, бывший посол в Сирии.
![Главное](/images/star.png)
Праздник, который уже не с тобой
Как эволюционирует французская великодержавная традиция
АЛЕКСЕЙ ЧИХАЧЁВ
Кандидат политических наук, старший преподаватель кафедры европейских исследований СПбГУ, научный сотрудник Лаборатории анализа международных процессов ИМИ МГИМО МИД России.
ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:
Чихачёв А.Ю. Праздник, который уже не с тобой // Россия в глобальной политике. 2024. Т. 22. № 1. С. 151–164.
Семьдесят лет назад увидел свет первый том «Военных мемуаров» Шарля де Голля, и на первых же страницах читатели встретили следующие высказывания: «Инстинктивно у меня создалось впечатление, что провидение предназначило Францию для великих свершений или тяжких невзгод. <…> Франция, лишённая величия, перестаёт быть Францией»[1].
Через сорок лет, рассуждая о трансформации международной системы в начале 1990-х гг., один из крупнейших представителей внешнеполитической мысли страны Юбер Ведрин приходит к выводу, что «ни одно из текущих изменений в мире в каком бы то ни было плане… не было для нас благоприятным»[2]. Хотя он же, во многом по инерции, продолжал считать Пятую республику одной из семи-восьми «держав с мировым влиянием», находящейся в одной весовой категории не только с Великобританией или ФРГ, но и с Россией и КНР. Ещё три десятилетия спустя в речи перед послами 2023 г. президент Эммануэль Макрон признал факт нарастающего ослабления Запада, Европы и самой Франции. Последняя теперь отводит себе роль лишь некоей «державы равновесия» (puissance d’équilibre), суверенитет которой всё теснее переплетается с европейской «стратегической автономией», а главное призвание заключается в спасении прозападного «порядка, основанного на правилах»[3].
Приведённые высказывания вполне ёмко демонстрируют суть эволюции французской внешней политики. Во второй половине XX века элиты страны, опираясь на многовековую великодержавную традицию, ещё могли взывать к «провидению» и ставить вопрос о выдающейся роли в международных отношениях. Биполярная система, несмотря на её кажущееся неудобство, оставляла за Парижем уникальную роль моста между двумя блоками, особые зоны интересов (лидерство в европейской интеграции, «Франсафрик») и, в совокупности, статус одной из ключевых держав сразу после США и СССР. Даже в годы «однополярного момента» французская дипломатия иногда находила в себе силы противостоять «миру по-американски», вершиной чего стало нежелание присоединяться к вторжению в Ирак в 2003 году. Однако параллельно накапливалось желание разменять амбиции на более комфортное существование внутри западного лагеря. Об этом свидетельствовало возвращение в военные структуры НАТО в 2009 г. или последовательное присоединение к антироссийским санкциям после 2014 года.
Как указано в наиболее свежем основополагающем документе внешней политики – Стратегическом национальном обзоре 2022 г. – Париж ныне стремится выступать «образцовым союзником» внутри альянса[4], что практически исключает наличие сколь-либо оригинального прочтения международных процессов. При этом по многим параметрам: доле в мировой экономике, численности населения, размеру и боеспособности вооружённых сил – его отставание от более динамичных игроков продолжает расти. Недавняя серия переворотов в нескольких африканских государствах, обычно относимых к сфере французского влияния, или «кризис подлодок», разразившийся из-за создания AUKUS в сентябре 2021 г. за счёт интересов Франции, только усилили впечатление «осыпающегося» влияния Парижа, как и отсутствия у него внятных решений для исправления положения.
Дополнительно подтачивают международные позиции Пятой республики болезненные социальные трансформации внутри страны. Характерно, что в последние годы события из Франции, попадающие на первые полосы мировых СМИ, обычно связаны с кризисными проявлениями: выступлениями «жёлтых жилетов», беспорядками в пригородах. Частые акции протеста и забастовки уже воспринимаются как часть национального фольклора[5]. Всё более убедительна предложенная социологом Жеромом Фурке концепция «общества-архипелага»[6], согласно которой французская нация де-факто превратилась во множество «островков», оторванных друг от друга по ряду критериев и потерявших убедительные ориентиры для совместной жизни. Социальным пессимизмом (déclinisme) пропитаны высказывания многих известных полемистов и интеллектуалов, включая Эрика Земмура, выстроившего программу на президентских выборах 2022 г. вокруг идеи «сделать Францию снова великой», или писателя Мишеля Уэльбека, неоднократно предрекавшего скорый крах западной цивилизации вообще. Как показал один из опросов в ноябре 2022 г., семь из десяти французов констатируют комплексный упадок, называя в числе его проявлений деградацию системы образования, слабый экономический рост, эрозию демократических институтов[7].
Означает ли всё это, что Франция, привыкшая, согласно расхожему выражению, «путешествовать первым классом, купив билет во второй»[8], закономерно превращается в среднюю державу? Предопределён ли этот процесс исключительно позднейшими сдвигами или начался в истории страны задолго до текущего момента? А если никакого понижения в ранге нет, то какими атрибутами влияния Пятая республика всё ещё обладает и чего она реально может добиться в различных регионах мира? Эти вопросы продолжают волновать экспертное сообщество страны и отчасти – политический истеблишмент, пусть тот и во многом потерял масштабность геополитического мышления по сравнению с голлистскими временами. Однако для поиска беспристрастных ответов, возможно, необходим взгляд со стороны – тем более из России, где традиции изучения французской политики и общества пока весьма сильны.
Неосязаемое величие
Когда Шарль де Голль формулировал тезис о величии Франции (grandeur), он не только излагал собственное кредо, которое впоследствии должно было выразиться в конкретных внешнеполитических шагах, но и проявлял себя как большой ценитель национальной истории. Середина 1950-х гг., отмеченная выходом его мемуаров, – трудный период в жизни генерала, т.н. «переход через пустыню» без должностей и соратников, когда его звезда, как могло показаться, уже безвозвратно закатилась. Несмотря на это, «последний великий француз» и тогда, и после возвращения к власти в 1958 г. всё равно рассматривал свою фигуру в широком историческом контексте, считая себя продолжателем дела всех властителей, когда-либо правивших Францией. Как никто другой из современников, он чувствовал, что французская великодержавная традиция, естественно, началась не с него, а протянулась через долгие столетия, полные разнообразных потрясений, побед, неудач и ярких фигур. В этой связи де Голля часто и по праву ставят в один ряд с Франциском I и Генрихом IV, кардиналом Ришелье и Людовиком XIV, Наполеоном I и Жоржем Клемансо – персонажами, чьи деяния пересказывать нет необходимости, но так или иначе ковавшими французскую славу. Соответственно, в отсутствие кого-то сопоставимого в современных реалиях, когда политики один за другим погружаются в скандалы, имеют хронически низкие показатели поддержки в обществе и горизонт планирования не дальше ближайших выборов, соблазн встать на позиции деклинизма особенно велик.
«Нового де Голля» нет и не предвидится; знамя величия, некогда гордо развевавшееся по всему миру, подхватить некому.
Существует и иная точка зрения: невозможно потерять то, чего никогда в чистом виде не существовало. Как размышлял на страницах газеты Le Figaro бывший высокопоставленный функционер министерства обороны Лоран Джовачини[9], в своей истории Франция неоднократно проваливала тесты на великодержавность: 1763 г. – потеряла канадские и индийские владения по итогам Семилетней войны; 1815 г. – пережила крах наполеоновских амбиций под Ватерлоо; 1870—1871 гг. – испытала позор Франко-прусской войны; 1940 г. – попала под немецкую оккупацию и коллаборационистский режим Виши. Печальный ряд продолжил период Четвёртой республики (1946—1958), запомнившийся правительственной чехардой, катастрофой индокитайского контингента при Дьенбьенфу, алжирской травмой и Суэцким кризисом. В скобках можно заметить, что исключением, подтверждающим правило, стала Первая мировая война, которая завершилась победой только с помощью союзников и ценой колоссальных жертв, привела к самоуспокоению элит, не позволившему вовремя удержать Германию от попытки реванша.
Отсюда реальная заслуга де Голля состоит в том, что он просто сумел выжать максимум из ограниченных возможностей: сначала в 1945 г., добившись для Франции статуса державы-победительницы наравне с «Большой тройкой», а затем в период своего президентства (1958–1969), введя Париж в ядерный клуб и обеспечив экономический рост. Тем не менее само правление генерала, несмотря на все успехи, увенчалось «красным маем» 1968 г. и досрочным уходом в отставку. «С величием покончено»[10], – горько признал сам отец-основатель Пятой республики, едва покинув пост.
По этой логике, величие есть не более чем искусственно созданный нарратив, в котором французы находят утешение от проблем сегодняшнего дня. Это своеобразный клей, позволяющий нации хоть как-то держаться вместе, ведь внятный проект на будущее, способный вновь надёжно соединить разрозненные элементы «общества-архипелага», пока никто не предлагает. И всё же, неожиданно заключает Джовачини, при всех сложностях именно нынешний этап можно назвать наиболее комфортным в истории. В отличие от вышеперечисленных «моментов Х», Франция больше не сталкивается ни с внешней угрозой существования своей государственности, ни с революциями, ни с распадом колониальной империи. Наоборот, она аккумулировала в своих руках многие атрибуты, о которых на прежних витках развития не могла и помышлять, включая ядерный арсенал, постоянное членство в Совбезе ООН, по-прежнему ведущую роль в европейской интеграции (вместе с Германией) или всё ещё обширные заморские владения (второе место в мире по размерам исключительной экономической зоны). Проще говоря, если реального величия почти никогда не было, то некорректно ставить вопрос и об упадке: вопрос лишь с чем сравнивать.
Подобный софизм, естественно, можно было бы считать лишь приёмом отдельно взятого эксперта. Однако он в целом достаточно характерен для французского политического класса и академического мира, в один голос не устающих цитировать аналогичный перечень «объективных» факторов остаточного влияния. На поверку здесь имеет место скорее попытка выдать желаемое за действительное, поскольку реальная ценность каждого из современных компонентов французской мощи далеко не очевидна. В частности, ядерный статус Пятой республики пусть и не подлежит сомнению, скорее остаётся вещью в себе, слабо связанной с решением текущих задач. Наличие ядерного оружия не уберегло, например, от необходимости ускоренно сворачивать военное присутствие в Сахеле после переворотов в Мали, Буркина-Фасо и Нигере. Постоянное членство в Совбезе ООН можно было бы счесть фактором влияния, используй его Париж для продвижения действительно оригинальной повестки, отличной от США и Великобритании, – чего по факту сейчас не наблюдается. Франко-германский тандем с приходом канцлера Олафа Шольца начал явно демонстрировать кризисные тенденции. Заморские владения, хотя и обеспечивают присутствие в удалённых регионах мира, слабо защищены, отстают от метрополии по уровню жизни, а некоторые из них (как острова Эпарс) имеют неясный правовой статус. Наконец, даже французский язык – ключевой элемент «мягкой силы» страны (во французском политологическом лексиконе – influence, влияние, или также rayonnement, «сияние») – удерживает глобальные позиции во многом лишь за счёт быстро растущего населения африканских стран. Как согласился ещё в 2017 г. Эммануэль Макрон, сердце франкофонного мира теперь скорее бьётся «в бассейне реки Конго», нежели на берегах Сены[11].
Тем не менее слабость козырей, которые Франция обычно предъявляет миру, в некотором смысле проблемой не является. Ответственность за принятие решений можно переложить на Вашингтон и Брюссель, а самой играть удобную роль соавтора общих инициатив, иногда их критика, но непременно лояльного. В такой системе координат собственные компоненты мощи не имеют принципиального значения, ведь они всё равно служат лишь частью совокупного потенциала Запада. Именно так обычно рассуждают французские «атлантисты», с которыми не согласны их извечные оппоненты – «голло-миттерандисты», верящие, что величие Франции не только в прошлом, но при должных усилиях отчасти возможно и теперь.
Большой спор
Строго говоря, дебаты двух вышеупомянутых лагерей корнями, опять же, уходят в 1940—1950-е гг., когда французские элиты впервые отвечали для себя на вопрос, нужно ли стране членство в НАТО, ядерный статус, деколонизация, участие в начавшейся евроинтеграции. Любопытно, что, по замечанию исследователя Фредерика Шарийона, выбор, сделанный в те годы, фундаментально никогда не пересматривался: тактика действий могла варьироваться от президента к президенту, но базовые ориентиры – нет[12]. Четвёртая республика, чью страницу голлистские власти с 1958 г. пытались быстрее перевернуть, предопределила рамки для внешней политики республики Пятой, указала той на приоритетные альянсы и форматы. Соответственно, и спор атлантистов с голло-миттерандистами состоял в том, как действовать с учётом уже принятых магистральных решений и как их скорректировать в текущих условиях – с упором на ценности или интересы.
Содержание обеих позиций, не прекращавших сталкиваться все последние десятилетия, в концентрированном виде сводится к следующим положениям. С одной стороны, атлантисты убеждены, что Франция – полноправный член западной семьи, с которой она связана своими демократическими ценностями. Претензия на какой-либо привилегированный статус или тем более лидерство – утопия, потенциал Парижа недостаточен для ведения самостоятельной большой игры. Для ответа на актуальные вызовы (прежде всего, возвышение Китая) нужно «безоговорочно примкнуть к линии, проводимой Соединёнными Штатами, – единственной страны, которая имеет возможность справиться»[13] с ними. Максимум, на что вправе рассчитывать Франция, – положение одного из доверенных союзников Вашингтона, которому будет отведена своя зона ответственности внутри НАТО или формальное командование той или иной военной операцией. Соответственно, трансатлантическое направление должно иметь безусловный приоритет, а собственная повестка в отношениях с другими игроками не слишком и нужна: достаточно лишь применять унифицированные западные подходы.
В числе наиболее ярких представителей данного течения обычно называют президентов Николя Саркози и Франсуа Олланда: помимо возвращения в военные структуры Североатлантического альянса, их атлантизм показал себя применительно к ливийскому и сирийскому конфликтам. Среди других публичных деятелей репутацию убеждённых атлантистов приобрели, например, Бернар-Анри Леви и Жак Аттали. Однако основные силы этого идеологического лагеря ведут тихую работу в ведомствах иностранных дел, экономики и, в меньшей степени, обороны на уровне заместителей министров, начальников управлений и отделов. Эти чиновники, нередко связанные в своих биографиях с американскими университетами, мозговыми центрами, стипендиальными программами и всевозможными «школами лидерства», составляют «глубинное государство», способное скорректировать даже самые суверенистские начинания первого лица.
С другой стороны, голло-миттерандисты (название отсылает не только к де Голлю, но и к Франсуа Миттерану, как считается, продолжившему голлистский курс в 1980-е гг.) ставят во главу угла независимость и особую роль Франции в мире. В их восприятии французские интересы слишком многообразны, чтобы их можно было адекватно защитить без взаимодействия с иными центрами силы. Необходимо постоянно расширять пространство для манёвра, играть на нескольких досках одновременно, предпринимать прагматичные, а не идеологизированные шаги. В отношениях с США Париж должен следовать формуле «друг, союзник, но не подчинённый» (ami, allié mais pas aligné), означающей сохранение в любой ситуации автономии принятия решений. Повышенное значение имеет развитие национального военного потенциала – не только ядерного, но и конвенционального, позволяющего проецировать силу вдали от метрополии.
Предпочтительная для Пятой республики архитектура миропорядка – многополярное устройство, где Европа была бы самостоятельным полюсом, имеющим сбалансированные отношения и с Россией, и с США, и с Китаем.
К сторонникам этого взгляда относятся многие тяжеловесы французской дипломатии: Юбер Ведрин, Доминик де Вильпен, Жан-Пьер Шевенман, чей пик карьеры, правда, давно прошёл (президентства Миттерана и Ширака). Отчасти сюда же можно отнести армию, аппарат министерства обороны и спецслужб – коллективного «великого немого» (la Grande Muette), по заведённой традиции воздерживающегося от участия в политических дискуссиях.
Проводя параллель с «большими спорами» в теории международных отношений, уместно отметить, что оба течения будто бы похожи на две классические парадигмы в ТМО: атлантисты занимают нишу либералов, а голло-миттерандисты – реалистов. Однако во французском контексте граница между ними расплывчата. В частности, голлистская традиция считает неотъемлемым атрибутом величия Франции её «республиканское мессианство» – особую ответственность за распространение гуманистических ценностей и прав человека, иной раз в ущерб конкретным интересам. Более того, с голлистских позиций можно прийти к разным оценкам одних и тех же событий. Ту же реинтеграцию в НАТО эссеист Режис Дебре рассматривал как важнейший симптом ослабления роли Франции в мире[14], но Юбер Ведрин видел в ней возможность влиять на альянс изнутри[15]. Невозможно чётко ассоциировать обе точки зрения с партийными ярлыками: свои атлантисты и голло-миттерандисты отыскивались как в рядах Социалистической партии, так и в правоцентристских объединениях. А некоторые представители указанных взглядов на разных этапах своей биографии легко переходили из одной парадигмы в другую. Даже Николя Саркози сегодня наперекор доминирующим атлантистским установкам призывает к возобновлению контактов с Россией[16], провозглашая вполне голло-миттерандистский тезис.
В силу многочисленных смысловых пересечений и накладок «великие дебаты» о внешней политике Франции ко второй половине 2010-х гг. во многом успели выдохнуться. По мнению исследователя Жюстена Ваисса, в современном мире, где нужна гибкость и адаптивность, пытаться соблюдать концептуальную строгость означает добровольно связывать себе руки. Оба лагеря должны объединиться вокруг поиска ответов на более прикладные вопросы: каким образом перестраивать отношения с Африкой, как добиться прогресса в евроинтеграции и другие[17]. В этом смысле фигура Эммануэля Макрона – ни левого, ни правого представителя нового поколения политических лидеров – появилась как нельзя кстати.
Больше слов, меньше дела
Когда действующий президент делал первые шаги на дипломатическом поприще, многие аналитики, по обыкновению, пытались применить к его курсу привычные аналитические схемы. Так, осенью 2017 г. директор института IFRI Тома Гомар обращал внимание на интерес Макрона к самому понятию «национальные интересы», осторожно ставя вопрос о возращении реализма во внешнюю политику[18]. Два года спустя руководитель центра IRIS Паскаль Бонифас тоже отмечал, что дипломатия нового президента хотя и не может быть в чистом виде названа «голло-миттерандистской», но существенно отличается от неоконсервативных («атлантистских») императивов Саркози и Олланда[19]. Такие выводы можно было сделать, наблюдая за главными тенденциями в дипломатии Макрона после прихода к власти: попытками возобновить диалог с Россией путём нескольких встреч с Владимиром Путиным, умеренным антиамериканизмом на волне противоречий с Дональдом Трампом, продвижением пакета реформ для ЕС, нежеланием втягиваться в конфронтацию с Китаем.
Тем не менее, с нашей точки зрения, справедливее было бы отметить, что внешняя политика Франции при Макроне скорее продемонстрировала склонность к эклектике – стремлению противоречиво соединить в себе оба взгляда, отчётливо не отдавая предпочтение ни одному из них. Продолжая параллель с ТМО, отрезок с 2017 г. оказался для Парижа в некоторой мере «постпозитивистским поворотом», где прежние смыслы вольным образом переизобретаются, несочетаемые вещи легко стыкуются друг с другом.
Важен дискурс как таковой, а вместо больших и логически стройных стратегий достаточно сформулировать несколько разрозненных идей, открытых к любым интерпретациям.
К слову, для такого поворота сложилась солидная интеллектуальная база, ведь как раз французские философы в лице Мишеля Фуко, Жана Бодрийяра, Ролана Барта и других ранее сформулировали подобное мировоззрение. Интерес же Эммануэля Макрона к модной философии общеизвестен: период ассистентской работы на теоретика-герменевта Поля Рикёра (1999–2001) – значимая страница в его биографии, которая отчасти объясняет образ мышления главы государства. И хотя о степени преемственности с учением Рикёра нет однозначной точки зрения, главный метод для своей внешней политики Эммануэль Макрон, по всей видимости, всё же заимствовал – постоянные интерпретации одного и того же, их намеренное сталкивание между собой, поиск смысла через дискурс и метафоры (вроде «смерти мозга НАТО»).
С точки зрения эволюции французской великодержавной традиции это говорит об одной принципиальной вещи. Когда тезис о величии легко оспорить как на историческом, так и на современном материале, остаётся переводить его в единственную оставшуюся плоскость – риторическую. Как сформулировал данный сдвиг уже упоминавшийся Фредерик Шарийон, на современном этапе французская дипломатия опирается на неписаный принцип «трёх P» – Présence, Proposition, Prise de parole (участие, инициативность, публичное выступление)[20]. Становится важнее не реальный вклад в решение той или иной международной проблемы, а сам факт участия в её обсуждении; не доведение до ума уже выдвинутых инициатив, а приумножение их числа; не конкретные шаги «на земле», а эффектное выступление первого лица. Словом, в лучших постпозитивистских традициях форма превалирует над содержанием: не нужно быть великой державой на самом деле, если достаточно ей лишь казаться, главным образом – в собственных глазах.
В свою очередь, многие приоритеты Макрона удачно вписываются в такую парадигму. Так, в Европе Франция до сих пор, вопреки видимой консолидации Запада на трансатлантической платформе, продолжает рассуждать о стратегической автономии ЕС (ранее и вовсе называя её «европейским суверенитетом» без пояснений, как он должен сопрягаться с суверенитетом национальным). В отношении Африки президент уже седьмой год обещает отказаться от неоколониальных практик «Франсафрик» и выработать модель равноправного партнёрства. В Индо-Тихоокеанском регионе Париж пробует отстаивать концепцию т.н. «третьего пути» между США и КНР. Растёт число многосторонних инициатив, предлагаемых французской дипломатией в сфере защиты климата, цифрового регулирования, выравнивания дисбаланса между Севером и Югом (из последних – саммит «за новый финансовый пакт» в июне 2023 г.). Для всех этих направлений характерна одна и та же проблема – слабая конкретизация при обилии лозунгов, делающая Пятую республику достаточно трудным собеседником даже для ближайших союзников. Яркие заявления, по логике «трёх P», помогают ситуативно привлекать внимание, затушёвывать нехватку реальных идей и материальных возможностей (на африканском направлении последнее обстоятельство особенно заметно[21]). Среди экспертов-франковедов бытует мнение, что Макрон со своими идеями, иногда внешне здравыми, угодил не в тот исторический период. Возможно, это так, но пока в сухом остатке – накладывающиеся друг на друга кризисы и просчёты, от Украины до Сахеля, в совокупности создающие, по выражению Доминика де Вильпена, «эффект 1956 г.» (столь же чувствительное падение влияния и престижа, как на завершающем отрезке Четвёртой республики)[22].
* * *
Чем все эти метания французской внешней политики могут быть интересны для России? Как напомнил на ХХ Ежегодном заседании клуба «Валдай» Пьер де Голль, внук генерала, между двумя странами существует запас взаимной симпатии, накапливавшийся исторически. Кризисные процессы во внутренней и внешней политике Пятой республики не без горечи отзываются в нашей стране в сердцах тех, кто профессионально занимается Францией, интересуется её языком и культурой. Как и, наоборот, там ещё остаются люди науки и культуры, бизнеса и, в меньшей степени, политики, сберегающие ткань двусторонних отношений с Москвой до лучших времён. Этот багаж вновь будет востребован, когда отношения России и Запада придётся восстанавливать заново, и тогда именно Париж может стать одним из приоритетных собеседников среди европейцев для определения нового статус-кво.
Однако будет ли к тому моменту Франция ощущать себя великой державой, хотя бы на сугубо риторическом уровне, – вопрос открытый. Автор не склонен впадать в чрезмерный пессимизм и тем более не считает себя вправе выносить окончательные вердикты. Французское общество и политический класс всегда отличала особая изобретательность, творческая энергия, позволявшая раз за разом выходить из сложных ситуаций. Тем не менее, как показывает пример Эммануэля Макрона, одной только инициативности и энергичности мало. Для возобновления диалога недостаточно изменения международного контекста: с той стороны должен найтись лидер, готовый к обстоятельному разговору. Системная же проблема в том, что, помимо разрыва между амбициями и реальными возможностями, в Пятой республике формируется новое поколение элиты, не имеющее такого же внешнеполитического опыта, как их предшественники. Этот процесс сегодня заметен в Великобритании из-за частых правительственных перестановок[23], но во Франции приобрёл даже большие масштабы в свете того, как за 2017–2022 гг. переформатировалось партийно-политическое поле. Споры о французской великодержавности наверняка выйдут на новый виток после ухода Макрона в 2027 г., особенно если его преемником окажется представитель сил, исторически несовместимых с голлизмом (крайне левых или крайне правых).
Автор: Алексей Чихачёв, кандидат политических наук, старший преподаватель кафедры европейских исследований СПбГУ, научный сотрудник Лаборатории анализа международных процессов ИМИ МГИМО МИД России.
СНОСКИ
[1] Голль Ш. де. Военные мемуары. Т. 1. М.: Издательство иностранной литературы, 1957. С. 29.
[2] Védrine H. Les mondes de François Mitterand. 1981–1995. Paris: Fayard, 1996. P. 760.
[3] Conférence des Ambassadrices et des Ambassadeurs: le discours du Président Emmanuel Macron // Élysée. 28.08.2023. URL: https://www.elysee.fr/emmanuel-macron/2023/08/28/conference-des-ambassadrices-et-des-ambassadeurs-le-discours-du-president-emmanuel-macron (дата обращения: 01.10.2023).
[4] Revue nationale stratégique 2022 // Secrétariat général de la défense et de la sécurité nationale. 28.11.2022. URL: https://www.sgdsn.gouv.fr/files/files/Revue%20nationale%20strat%C3%A9gique%20-%20Fran%C3%A7ais.pdf (дата обращения: 01.10.2023).
[5] Руткевич Н., Лукьянов Ф. Бунты и протесты: национальный фольклор Франции // Россия в глобальной политике. 08.07.2023. URL: https://globalaffairs.ru/articles/naczionalnyj-folklor-franczii/ (дата обращения: 01.10.2023).
[6] Fourquet J. L’Archipel français: une nationa multiple et divisée. Paris: Seuil, 2019. 384 p.
[7] Sondage: 7 Français sur 10 pensent que la France est en déclin // CNews. 03.11.2023. URL: https://www.cnews.fr/france/2022-11-03/sondage-7-francais-sur-10-pensent-que-la-france-est-en-declin-1285253 (дата обращения: 01.10.2023).
[8] Giovachini L. «La thèse du déclin résulte d’une vision fantasmée de la grandeur française d’antan» // Le Figaro. 14.01.2022. URL: https://www.lefigaro.fr/vox/histoire/la-these-du-declin-resulte-d-une-vision-fantasmee-de-la-grandeur-francaise-d-antan-20220114 (дата обращения: 01.10.2023).
[9] Ibid.
[10] Молчанов Н.Н. Генерал де Голль. М.: Международные отношения, 1988. С. 469.
[11] Discours d’Emmanuel Macron à l’université de Ouagadougou // Élysée. 28.11.2017. URL: https://www.elysee.fr/emmanuel-macron/2017/11/28/discours-demmanuel-macron-a-luniversite-de-ouagadougou (дата обращения: 05.10.2023).
[12] Charillon F. La politique étrangère de la France. Paris: La Documentation Française, 2011. P. 23.
[13] Бонифас П. Перемены и преемственность. Что зависит, а что не зависит от личностей во внешней политике Франции // Россия в глобальной политике. 2013. Т. 11. No. 3.1. С. 62–70.
[14] Debray R. La France doit quitter l’OTAN // Le Monde diplomatique. Mars 2013. P. 1, 6-7.
[15] Védrine H. L’OTAN, terrain d’influence pour la France // Le Monde diplomatique. Avril 2013. P. 10.
[16] Nicolas Sarkozy: «Nous avons besoin des Russes et ils ont besoin de nous» // Le Figaro. 16.08.2023. URL: https://www.lefigaro.fr/politique/nicolas-sarkozy-nous-avons-besoin-des-russes-et-ils-ont-besoin-de-nous-20230816 (дата обращения: 01.10.2023).
[17] Vaïsse J. Le passé d’un oxymore. Le débat français de politique étrangère // Esprit. 2017. No. 439. P. 76–91.
[18] La politique étrangère d’Emmanuel Macron: retour au réalisme? // Revue des deux mondes. 08.11.2017. URL: https://www.revuedesdeuxmondes.fr/politique-etrangere-demmanuel-macron-retour-realisme/2/ (дата обращения 07.10.2023).
[19] Boniface P. Why the Concept of Gaullo-Mitterandism Is Still Relevant // IRIS. 29.04.2019. URL: https://www.iris-france.org/136272-why-the-concept-of-gaullo-mitterrandism-is-still-relevant/ (дата обращения: 01.10.2023).
[20] Charillon F. Op. cit. P. 131–134.
[21] Бордачёв Т. Колониальные дилеммы Запада // МДК «Валдай». 29.08.2023. URL: https://ru.valdaiclub.com/a/highlights/kolonialnye-dilemmy-zapada/ (дата обращения: 01.10.2023).
[22] Dominique de Villepin x Hubert Védrine: Gabon, Niger, Ukraine, l’été où la diplomatie française a vacillé // Radiofrance. 31.10.2023. URL: https://www.radiofrance.fr/franceinter/podcasts/le-debat-du-7-10/le-debat-du-7-10-du-jeudi-31-aout-2023-1096491 (дата обращения: 01.10.2023).
[23] Худолей К. Премьер Риши Сунак: испытание на прочность // МДК «Валдай». 01.11.2022. URL: https://ru.valdaiclub.com/a/highlights/premer-rishi-sunak-ispytanie-na-prochnost/ (дата обращения: 01.10.2023).
![Главное](/images/star.png)
Продюсер Депардье рассказал "РГ", почему во Франции идет атака на актера
Вячеслав Прокофьев (Париж)
Великому французскому актеру Жерару Депардье исполнилось 75 лет. "Российская газета" связалась с его продюсером и близким другом Арно Фрилле и задала ему несколько вопросов.
Господин Фрилле, с каким настроением Жерар Депардье встретил свой юбилей?
Арно Фрилле: С невеселым. Вот уже несколько месяцев во Франции против него в СМИ ведется оголтелая атака, связанная с обвинениями в неких сексуальных домогательствах. Причем каких-либо доказательств, не говоря уже о судебных решениях, нет. Сегодня утром с ним разговаривал. Скажу однозначно: Жерар держит удар. Это в его характере. Что касается нынешнего дня рождения, то он по понятным причинам, прямо скажем, в этом году не самый радостный.
Что вы думаете о кампании дискредитации столь знаковой фигуры не только французского, но и мирового кинематографа?
Арно Фрилле: Знаете, несколько лет назад мы были в Санкт-Петербурге, где Жерар встретился с президентом Владимиром Путиным. Поинтересовался положением дел в России, на что получил ответ в том духе, что оно стабильно, есть продвижение вперед. При этом отметил, что на Западе на это не обращают внимания, а образ России там формируется ангажированными массмедиа. И действительно - пропагандистский прессинг велик, им навязывается определенная повестка. Это верно и в отношении подачи мейнстримом конфликта на Украине.
Так вот в наших СМИ, отбросивших принцип презумпции невиновности, вовсю настаивают на том, что Депардье уж точно виновен. Мол, прав тот, кто первым бросил обвинение и массово заполняет информационное пространство своим нарративом.
Хотя факты говорят об обратном. К примеру, некая Шарлот Арну с 2018 года инкриминирует Жерару сексуальное насилие. Разбирательство жалобы идет уже пять лет. Суд первой инстанции, не найдя подтверждения ее обвинениям, отклонил иск, и сейчас рассматривается ее апелляция. Тем не менее в головы людей вбивается утверждение, что он виноват. И это невзирая на то, что даже президент Франции напомнил всем о презумпции невиновности и о том, что вердикт может вынести только суд.
В чем причины вакханалии? Ведь на протяжении пяти десятилетий блистательной карьеры Депардье был кумиром публики и предметом всеобщего поклонения.
Арно Фрилле: Мне кажется, что ему мстят за то, что всегда был свободным человеком, не держал язык за зубами. Был способен на сильные поступки, когда десять лет тому назад из-за конфликта с властями перебрался в Бельгию, а после попросил российское гражданство. Как сейчас мы видим, в высших сферах, судя по всему, ему этого не простили.
Кто, по вашему мнению, стоит за этой волной охаивания?
Арно Фрилле: Приведу некоторые факты, а вы уж сами делайте выводы. Так вот руководство государственного телехолдинга France Television заявило о намерении запретить показ фильмов с его участием на своих каналах. А это пять общенациональных, 24 региональных, не считая ряда цифровых интернет-платформ. Как вам это? Более того, в эфире госкомпании France 2 показали тенденциозный репортаж о Депардье, по всей видимости, специально смонтированный, чтобы представить его в негативном свете.
Как Депардье отнесся к открытому письму в его поддержку, подписанному 50 деятелями культуры, которое было опубликовано в газете Le Figaro?
Арно Фрилле: С благодарностью, большой радостью. Все они - его друзья, которых он знает много лет. И Кароль Буке, и Бертран Блие, и Пьер Ришар... Но есть и те, кто остался в стороне.
Среди подписантов, как вы заметили, был и Пьер Ришар. Так вот буквально на следующий день Ришара отлучили от благотворительной ассоциации Les Papillons ("Бабочки"), которая занимается детьми-жертвами насилия. А он ведь там был в качестве "посланника", всеми узнаваемого и любимого персонажа. Глава "Бабочек" Лоран Бойе назвал демарш знакового актера "непристойным". Как вам это?
Арно Фрилле: Ришар - молодчина! Он старый и верный товарищ Жерара. Ну, а жест господина Бойе я бы оставил без особых комментарием. Пусть останется на его совести.
Какие планы у Депардье? Насколько мне известно, он в скором времени намеревается приехать в Россию.
Арно Фрилле: Жерар давно питает к России самые теплые чувства. Бывает там регулярно. У вас ведь другая сердечная атмосфера. В начале будущего года планируем организовать серию музыкальных вечеров в ряде российских городов. На них Депардье выступит вместе с российскими актерами. На этих вечерах, приуроченных к 75-летию, он будет, в частности, петь французские песни, а его российские друзья - русские.
![Главное](/images/star.png)
Павел Шинский: винная дипломатия способна решить политические вопросы
Деловое взаимодействие между Россией и Францией продолжается, несмотря на громкие заявления и уходы некоторых крупных компаний, говорит генеральный директор Франко-российской торгово-промышленной палаты (ССI France Russie) Павел Шинский. В интервью РИА Новости он рассказал, как французский бизнес в РФ приспосабливается к новым реалиям, в чем преимущество вина перед нефтью и газом, и, наконец, стоит ли вводить в России понятие "дружественная компания из недружественной страны". Беседу вел Серго Кухианидзе.
— Недавно вы провели в Москве винный салон с участием 18 виноделов из Франции – редкое по нынешним временам событие, не правда ли?
— По нынешним временам – точно. За последние полтора года я ничего подобного не припомню, чтобы в Россию съехалось такое количество европейских профессионалов из какой бы то ни было отрасли. В прошлом на винных салонах было, конечно, куда больше французов, но те виноделы, что приехали из Франции, в эти дни своим присутствием в Москве подтвердили желание продолжать и сейчас сотрудничество с российским потребителем.
— Что, французские виноделы начали уходить с российского рынка?
— Нет, так сказать нельзя. Во-первых, враз ничего не прекращается, а во-вторых, картина абсолютно не черно-белая. Хотя конкретных цифр у меня нет, известно, что покинули Россию несколько крупных винных домов Шампани и французских экспортеров бургундских вин, однако, поставки последних и так были незначительны. С другой стороны, в Россию еще до нашего салона пришел целый ряд более мелких французских домов шампанских вин. Их названия мало, если вообще что-то, говорят российскому покупателю, поэтому сейчас на базе нашего "Винститута" (экспертный центр о французском вине в Москве – ред.) мы организуем мастер-классы по этим новым для рынка шампанским винам.
В российских магазинах по-прежнему продается большое количество разнообразных французских вин. И если их стало меньше, то причина заключается в пошлинах на импорт, которые были подняты до 20%, из-за чего кому-то стало невыгодно ввозить в Россию свою продукцию. Это просто результат политического решения.
— Стало труднее?
— Да, в целом, ситуация, к сожалению, усложняется по мере объявления новых пакетов санкций. Но на сегодняшний день никакие санкции мы не обходим. По европейскому законодательству в Россию до сих пор можно ввозить вино, цена которого за литр не превышает 300 евро. Эта планка позволяет ввозить в Россию множество очень качественных французских вин на любой вкус и кошелек, кроме, разумеется, редких, уникальных и эксклюзивных вин, цена которых и во Франции может доходить до не одной тысячи евро за бутылку.
— В эти дни трудно было убедить французских виноделов приехать в Россию? Были ли те, кто отказался?
— Знаете, высказываться можно о чем угодно, а вот поступки говорят сами за себя. Приехавшие французы проголосовали ногами. Все это разные люди. Одни уже давно ведут бизнес с Россией и воспользовались удобным случаем, чтобы представить свои новинки. Другие оказались в России впервые, что, возможно, свидетельствует об их мушкетерском задоре. Тем не менее, никаких опасений ни у кого из них не было. Никто из французских виноделов от нас в процессе подготовки салона не скрывался, не прятался и по приезде в Москву не вел себя инкогнито.
— Винный салон оправдал ваши надежды?
— Абсолютно, и не только с экономической точки зрения. У этого мероприятия была очень важная символическая составляющая. Ее суть в том, чтобы показать, что, если работать в соответствии с европейским законодательством, не нарушать ограничения, то Россия остается желаемым и естественным партнером для французского бизнеса. Тезис этот, возможно, и не так очевиден сегодня, в свете того, как многие связи между нашими странами, включая даже культурные, научные, спортивные, сходят на нет. Но вино, и я в этом не сомневаюсь, способно творить чудеса. Конечно, вино не так "серьезно" ни по объемам, ни по суммам контрактов, как нефть или газ, но и оно имеет свою "мягкую силу". Ведь вино – это живое общение и контакты между людьми. Винная дипломатия для меня – совсем не пустой звук.
— Ну да, вино – это теплое застолье, наконец, может, оно и впрямь поможет находить сегодня общий язык и деловым людям, и банкирам?
— Верно, тем более, что именно среди них во всем мире так много любителей, настоящих ценителей этого напитка! Иными словами, если действовать по винному вектору, то, благодаря вину, можно выйти на тех, кто имеет самое непосредственное отношение к принятию политических и экономических решений во многих странах по всему свету.
Признаюсь, мне импонирует мысль, высказанная в этом году на съезде Российского союза промышленников и предпринимателей, о необходимости ввести понятие "дружественная компания из недружественной страны". Думаю, стоило бы активно использовать эту формулу в наших взаимоотношениях. Например, виноделы, что приезжали в Москву, определенно дружественные.
Мне кажется, надо научиться видеть разницу между глобальной политикой и так называемым человеческим фактором. Это уже будет большой взаимной победой, серьезным шагом навстречу друг другу.
— Не говоря о том, что вино – вторая статья французского экспорта…
— Да, вино – визитная карточка страны. Франция – колыбель виноделия. Подавляющее большинство технологий, оборудования, которые используются, как в виноградниках, так и в погребах во всех винодельческих странах, в той или иной степени были разработаны или позаимствованы у Франции. Поэтому есть очевидный смысл в том, чтобы нашей франко-российской ассоциации заниматься темой вина.
В России производство вина тоже очень важная тема. Достаточно сказать, что пару лет назад русский язык стал шестым официальным языком Международной организации по виноградарству и виноделию, которую нередко называют винной ООН. Таким образом, был зафиксирован статус России, как одной из ведущих винодельческих держав мира. И сейчас она по-прежнему остается интегрирована в мировое винное сообщество.
— Как вы видите сосуществование на рынке российских и импортных вин в силу идущего процесса по максимальному продвижению российских вин и ограничений для импорта?
— Успех российских виноделов, о котором говорят сейчас власти и которым обосновывают целесообразность ограничения импорта, обусловлен именно интегрированностью россиян в мировую экосистему производства вина. Российское вино становится лучше и лучше не из-за ограничений, а потому что ему надо конкурировать и своим качеством находить своего преданного покупателя, долю на рынке. И этот процесс идет весьма успешно на данный момент. Пока введенные ограничения и выросшие пошлины, в частности, сохраняют конкуренцию и рынок, но в какой-то момент новые запреты могут обернуться не в интересах самих же российских виноделов, когда пропадет стимул к здоровому соревнованию.
Я лично высоко оцениваю многие российские вина и поэтому запускаю в ближайшее время агрегатор "Винный компас", который будет включать и импортные, и российские вина, исходя из всех существующих в России рейтингов. Кроме того, некоторым винам буду давать личный значок. Поверьте, он точно будет и у местных вин. По моему глубокому убеждению, к отечественному вину куда лучше привлекать потребителя, исходя из качества. А не по остаточному принципу. Самая искренняя любовь – без принуждения.
— Как вообще французский бизнес чувствует себя в настоящее время в России?
— Много французских компаний пока остаются. Покинули страну в основном те компании, которые либо попали под прямое воздействие санкций, либо те, кто испытывает большие проблемы с доставкой комплектующих, поскольку их производство не локализовано в России и локализовать не представляется ни экономически, ни технологически возможным.
— Что дальше? Как вы видите будущее французского бизнеса в России? Что вас тревожит?
— Что тревожит? Это судьба французских компаний, которые остались в России. Они, как, впрочем, большинство западных компаний, работающих в России, находятся под бешенным давлением со стороны Брюсселя, Вашингтона, своих парламентов, западного общественного мнения, в дополнение к тем сложнейшим коммерческим проблемам уже в России, которые у них возникли с логистикой, с доставкой необходимых деталей, с техническим обслуживанием, с IT-управлением…
Конечно, все наши компании пытаются приспособиться к новым реалиям. Просто сидеть сложа руки невозможно. Я часто вспоминаю сегодня слова классика, что выживает не самый сильный, а тот, кто сумел лучше адаптироваться.
При этом способы адаптации у всех разные. С нашей точки зрения, один из лучших – так называемый менеджмент buy-out, когда компания выкупается менеджментом, сохраняя, таким образом, свои сети, партнеров, клиентов. То есть, когда управляющими французских компаний становятся россияне. Надо сказать, что Россия уже вырастила поколение весьма грамотных менеджеров, которые даже лучше, наверное, чем приезжие иностранцы, способны адаптироваться к рыночным условиям в стране. Но здесь становится важна реакция российской власти и политиков на деятельность оставшихся работать в России в таком формате компаний. От этого в очень большой степени зависит будущее.
![Главное](/images/star.png)
“Повышенное внимание к Казахстану”: почему Макрон прилетел в Астану?
Президент Франции Эмманюэль Макрон находится у нас с официальным визитом.
Маржан Бакиева
Политолог, PHD, политический консультант Дина Айткенова поделилась мнением с Liter.kz, чего ожидать казахстанцам от визита главы французской республики. По ее словам, помимо заявленных намерений обсудить торгово-экономические, энергетические и логистические вопросы, возможной темой обсуждения будут поставки урана, передает Liter.kz.
Казахстан и Франция имеют более чем 30-летний опыт эффективного сотрудничества. Подтверждением этому является тот факт, что Франция входит в топ-5 инвесторов в казахстанскую экономику. С 2005 года более 17 миллиардов долларов были инвестированы французской стороной в Казахстан. На территории Казахстана действуют около 170 крупных французских предприятий Alstom, Peugeot, Renault и другие представители автомобилестроения, фармацевтической и аэрокосмической отраслей, – говорит Дина Айткенова.
Сильны и культурные связи между Казахстаном и Францией. Этому пример – функционирование вот уже на протяжении 20 лет французского альянса, в чьих институтах около двух тысяч человек учат французский язык, историю и культуру.
В сфере высшего образования действует институт Сорбонна-Казахстан на базе Казахского национального педагогического университета имени Абая. В нем на базе бакалавриата преподают французскую филологию. Кроме этого, по всей стране работают мозговые центры, в которых обучаются порядка 500 студентов магистратуры.
Визит главы Франции примечателен тем, что Эмманюэль Макрон не часто посещает другие страны. Поэтому его приезд стоит рассматривать как повышенное внимание к нашей стране. На фоне беспрецедентных саммитов с Россией, Китаем, США, теперь и Франция хочет усилить и подтвердить взаимное сотрудничество с Казахстаном и Центральной Азией, поскольку 2 ноября ожидается визит президента Франции в Узбекистан, – отметила политолог.
По мнению Дины Айткеновой, в период своего второго президентского срока Эмманюэль Макрон хочет укрепить свою внешнюю политику и усилить имидж Франции как крупного игрока на международной арене в условиях изменяющегося миропорядка и геополитических штормов.
Казахстан и Франция имеют большой опыт сотрудничества в сфере атомной энергетики. Одно время Франция относилась к странам, владеющим ядерным оружием, и порядка 80% электроэнергетики страны производится при помощи атомной энергетики. У Франции большой опыт в этой сфере. В то же время президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев в своем Послании народу Казахстана объявил о планах провести общенациональный референдум по строительству АЭС. И Франция, также как Россия, Южная Корея и Китай, заинтересована в реализации этого проекта. Мы будем ждать предложений по этой теме, – резюмировала политолог.
Возможной темой обсуждения станет поставка урана из Казахстана во Францию, считает эксперт. Ранее республика покупала топливо из стран Африки, но сейчас Франция уходит оттуда из-за внутреннего недовольства. Казахстан может рассматриваться как один из партнеров, так как у нас в этой сфере работает “Казатомпром”.
![Главное](/images/star.png)
Шесть документов о сотрудничестве подписали делегаты Казахстана и Франции
Встреча прошла 1 ноября в Астане.
Редакция Liter.kz
После переговоров в расширенном и узком кругу делегаты Казахстана и Франции подписали ряд документов о взаимном сотрудничестве, передает Liter.kz со ссылкой на Акорду.
По итогам переговоров президенты Казахстана и Франции приняли совместное заявление. Членами официальных делегаций были подписаны следующие документы:
Соглашение между правительством Республики Казахстан и правительством Французской Республики об учреждении и функционировании группы Французского агентства развития в Республике Казахстан;
Соглашение между правительством Республики Казахстан и правительством Французской Республики относительно создания международных (французских) школ в Республике Казахстан и преподавания французского языка в средних учебных заведениях Республики Казахстан;
Совместная декларация между Казахстаном и Францией о намерениях по сотрудничеству по стратегическим минералам;
Соглашение о сотрудничестве, лицензии и поставках между АО НХ QazBioPharm и компанией Boehringer Ingelheim Animal Health France по локальному производству вакцины против ящура в Республике Казахстан;
Соглашение о совместном предприятии по проекту строительства ветроэлектростанций совокупной мощностью 1 ГВт с системой накопления энергии;
Соглашение об инвестициях о реализации проекта “Производство и сервисное обслуживание железнодорожных локомотивов и подвижного состава, а также комплектующих к железнодорожной технике в Республике Казахстан”.
![Главное](/images/star.png)
Франция инвестировала в экономику Казахстана около 18,7 млрд долларов
Токаев провел переговоры с президентом Франции в расширенном составе.
Редакция Liter.kz
Первый визит французского лидера в Астану придаст мощный импульс развитию двусторонних отношений и позволит вывести многоплановое сотрудничество на качественно новый уровень. Об этом сообщил президент РК Касым-Жомарт Токаев, передает Liter.kz со ссылкой на Акорду.
Франция – важный и надежный партнер Казахстана в Европейском союзе. В прошлом году взаимный товарооборот вырос на 30% и достиг четырех миллиардов долларов. Объем двусторонней торговли за восемь месяцев текущего года увеличился на 21% по сравнению с прошлым годом, составив 2,7 миллиарда долларов, – сказал президент.
Как сообщил Касым-Жомарт Токаев, Франция инвестировала в экономику нашей страны около 18,7 миллиарда долларов. Совместные проекты реализуются в энергетической, строительной, аэрокосмической, фармацевтической отраслях, горнодобывающей и химической промышленности, машиностроении.
Глава нашего государства особо отметил личный вклад президента Франции в развитие взаимовыгодных отношений и подтвердил готовность Казахстана к дальнейшему укреплению сотрудничества на благо народов двух стран.
В ходе переговоров стороны также определили приоритетные направления дальнейшего взаимодействия, включая “зеленую” энергетику, логистику, транзит, сельское хозяйство, здравоохранение, цифровизацию и образование.
Касым-Жомарт Токаев в своем выступлении уделил особое внимание развитию культурных связей, заявив о необходимости продвижения французской культуры и языка в Казахстане.
Эмманюэль Макрон отметил, что наши страны отмечают 15-летие Соглашения о стратегическом партнерстве, и подтвердил приверженность Франции дальнейшему укреплению двусторонних связей в различных сферах, представляющих взаимный интерес.
Думаю, что нашим экономическим отношениям, в том числе в области сельского хозяйства, энергетики, возобновляемой энергетики, будет придан новый импульс. Мы поддерживаем инвестиции как в уже реализуемые проекты, так и в новые инициативы. Кроме того, динамично развивается наше культурно-гуманитарное сотрудничество. Достигнуты конкретные договоренности в сфере образования и науки. С сентября 2024 года планирует начать свою работу казахско-французский университет, – отметил президент Франции.
Кроме того, лидеры двух стран заявили о важности позитивного и устойчивого взаимодействия по ключевым вопросам региональной и глобальной повестки дня и отметили необходимость углубления диалога по линии международных организаций.
![Главное](/images/star.png)
Президент пригласил французские компании осваивать месторождения Казахстана
В стране есть около пяти тысяч неразведанных месторождений.
Редакция Liter.kz
Перспективные направления сотрудничества двух стран перечислил Токаев на казахско-французском бизнес-форуме в Астане, передает Liter.kz со ссылкой на Акорду.
Одним из таких направлений Токаев назвал энергетический сектор. Казахстан готов увеличивать поставки сырой нефти во Францию. Также большой потенциал он отметил в в области геологоразведки нефти и газа, экспорта урана, реализации крупных проектов в области ветровой, солнечной и гидроэнергетики.
Казахстан занимает первое место в мире по производству урана, обеспечивая более четверти ядерного топлива, потребляемого в Европе. Поскольку атомная энергетика составляет 63% в энергетическом секторе Франции, существует огромный потенциал для дальнейшего сотрудничества. Наши интересы также сходятся в том, что касается достижения в будущем нулевого уровня выбросов углерода. Как и Франция, Казахстан является региональным пионером в этой области. Что касается возобновляемых источников энергии, то все больше крупных международных игроков приходят в Казахстан для реализации крупных проектов в области ветровой, солнечной и гидроэнергетики. Один из таких проектов – инвестиции французской компании Total Energies в размере 1,3 млрд долларов в создание ветропарка мощностью 1 ГВт, - отметил президент Казахстана.
Также большой потенциал, по мнению Токаева, имеется и в области “зеленого” водорода. В случае успешной реализации проекта Казахстан может войти в десятку крупнейших экспортеров.
Кооперация в добыче и переработке критически важных сырьевых материалов также может получить большое развитие.
По мере развития глобальной технологической революции спрос на редкие металлы будет расти в геометрической прогрессии. В целом ожидается, что к 2040 году спрос на них увеличится в четыре раза, а потребности в литии – в 10 раз. Казахстан, на территории которого расположено примерно пять тысяч неразведанных месторождений стоимостью более 46 трлн долларов, может стать надежным партнером для совместного освоения этой ниши. Сегодня мы уже производим 16 из 30 редкоземельных материалов, необходимых для экономики ЕС, и обеспечиваем 70% потребностей европейского рынка в фосфоре. Мы располагаем месторождениями еще девяти видов сырья, которые могут быть освоены при наличии необходимых инвестиций. Мы приглашаем французские компании присоединиться к этому взаимовыгодному партнерству, – отметил президент.
Приоритетным направлением также назван агропродовольственный сектор. Казахстан готов оказать всестороннюю поддержку совместным проектам в области животноводства и растениеводства.
![Главное](/images/star.png)
Французский политолог Миркович о выступлении Путина: Коренной интерес Европы - быть вместе с Россией
Вячеслав Прокофьев (Париж)
Николя Миркович - видный французский политолог, президент ассоциации "Запад - Восток" и автор книг по современной геополитике, таких как "Украинский хаос", "Американская империя". "Российская газета" расспросила его о том, какое впечатление на него произвела речь президента Владимира Путина на площадке Международного клуба "Валдай".
Что привлекло ваше внимание в выступлении российского лидера, а также в его ответах на вопросы участников клуба?
Николя Миркович: Акценты, на которые сделал упор российский президент. На Западе предполагали, что он будет в основном говорить о конфликте на Украине, длящемся вот уже полтора года, но заблуждались. Владимир Путин большую часть своего выступления посвятил тому, как он видит мир будущего, тот, который рано или поздно придет на смену нынешнему. И это будет радикально изменившийся мир.
Конечно, Путин не обошел критикой Соединенные Штаты, Запад в целом, который не оставляет попыток навязать народам свою гегемонию, хотя с каждым годом у них все это хуже получается. В новом мире должны править не произвольные правила, что создали американцы и их сателлиты в своих эгоистических интересах, а принципы равноправия, открытости, всеобщей, а не только для избранных, безопасности, уважения суверенитета наций, справедливости и многообразия.
Причем речь, на мой взгляд, идет не о какой-то "уравниловке", а именно об уважении идентичности народов, а именно она составляет богатство рода человеческого. То, что глава российского государства обозначил эти принципы, дорого стоит.
Россия готова их придерживаться сама и призывает присоединиться к ним других. Так что впереди сложная, но крайне важная работа.
Как вы оцениваете слова Владимира Путина, а они имеют непосредственное отношение к ЕС, о том, что именно Европа "отгораживается, создает новый "железный занавес" в то время, как Россия не закрывает дверь для общения?
Николя Миркович: Можно только сожалеть, что Евросоюз, следуя внешнеполитическим указаниям США, пошел этим путем. А ведь еще в 2001 году российский президент, выступая в бундестаге ФРГ, подчеркивал важность создания "единой Большой Европы", прочной архитектуры ее безопасности. Что бы сейчас ни говорили противники России, как мне представляется, своей позиции Путин не изменил.
И ведь, действительно, коренной интерес Европы - это быть вместе с Россией по известной формуле генерала де Голля "от Атлантики до Урала" и далее до Владивостока. Как можно поворачиваться спиной к стране с богатейшей культурой, огромными ресурсами человеческими, природными, в том числе энергетическими? Как можно было отказаться от протянутой русскими руки? Увы, американцы нанесли удар по этой мечте - исконно европейской, а сами европейцы оказались жителями континента, на котором с подачи Вашингтона и НАТО вспыхнул вооруженный конфликт на Украине.
Те, кто надеялся изолировать Россию "железным занавесом", явно просчитались. Россия не изолирована. Достаточно лишь напомнить, что только на заседания клуба "Валдай" приехали представители 42 стран мира, включая известнейшего американского экономиста Джеффри Сакса, Пьера де Голля - внука генерала де Голля. В действительности, это Европа, фигурально выражаясь, выстрелила себе в ногу и рискует оказаться на обочине мира. По сути дела, слепое следование США, империи, чье влияние идет по нисходящей, может плохо закончиться для ЕС. Вслед за американским локомотивом, прицепленный к нему евровагон имеет все шансы врезаться в стену.
Говоря о европейцах, вы имеете в виду политические элиты. Не так ли?
Николя Миркович: Именно так. К сожалению, их нынешнее поколение по большей части воспитано в университетах, газетами, телевидением, голливудскими поделками в том ключе, что Соединенные Штаты - это "оплот и спаситель" западной цивилизации. А значит, и всего мира. У тех, кто сейчас у власти, вот такой менталитет. Создается впечатление, что они не способны задуматься об интересах населения стран, которыми руководят. Не суицидальное ли поведение?
Правда, начинают появляться люди с критическим мышлением, которые бросают вызов этому политическому бомонду. Если в медийный мейнстрим их не допускают, то на альтернативных интернет-платформах они становятся все более заметными. В неотдаленном будущем должно произойти то, что итальянский социолог Вильфредо Парето называл "циркуляцией элит". Это когда на смену старым неминуемо приходят новые, ибо в противном случае общество погружается в глубокий кризис. Думаю, нечто подобное произойдет и с нынешними проатлантистскими евроверхушками.
![Главное](/images/star.png)
Востребован политико-дипломатический диалог
Военный путь урегулирования кризиса в Нигере может привести к затяжному противостоянию в этой африканской стране.
Небольшая африканская страна, о которой прежде мало кто знал, сейчас неожиданно оказалась в центре мирового внимания. Речь о расположенной в Западной Африке Республике Нигер, в которой к власти пришли военные. Как это произошло? Почему столь нервная реакция у объединённого Запада во главе с США? На эти и другие вопросы в интервью «Красной звезде» ответил известный политолог доктор экономических наук Владимир Васильев, главный научный сотрудник Института США и Канады РАН.
– Владимир Сергеевич, давайте прежде всего напомним читателям, что это за государство – Нигер. Почему в нём произошло то, что одни называют переворотом, другие – закономерным итогом национально-освободительной борьбы народа за свою независимость и суверенитет?
– Нигер – одна из самых бедных стран мира, стабильно занимающая последнее место по индексу человеческого развития. Более 80 процентов её территории расположено в пустыне Сахара. Остальная часть занята полупустыней Сахель, которая постоянно находится под угрозой засухи. Население численностью более 23 миллионов человек сосредоточено на крайнем юге и западе страны. Более 90 процентов принадлежат к негроидной расе. Основные отрасли экономики – сельское хозяйство и добыча полезных ископаемых, главным образом урана. Есть месторождения железной руды, фосфоритов, угля, олова, вольфрама, тантала, молибдена, золота, марганца.
До минувших событий Нигер находился под фактическим протекторатом Франции. Когда в 1958 году произошёл первый кризис французской колониальной империи, президент Шарль де Голль предложил африканским колониям на выбор полную независимость либо самоуправление в составе Франции. По итогам голосования Нигер стал автономной республикой французского сообщества. С 2 апреля 2021 года до последних событий главой государства там был президент Мохаммед Базум.
О текущей ситуации в Нигере
Сообщение МИД России для СМИ от 11 августа 2023 года
Продолжаем внимательно следить за развитием событий в Республике Нигер, где 26 июля от должности был отстранён президент М. Базум и о своём приходе к власти объявили военные.
Экономическое сообщество стран Западной Африки (ЭКОВАС) предпринимает шаги по восстановлению конституционного порядка в Нигере путём политико-дипломатического диалога с новыми нигерскими властями. В России поддерживают посреднические усилия ЭКОВАС, направленные на поиск путей выхода из создавшегося кризиса.
Вместе с тем, по поступающей информации, 10 августа на внеочередном саммите в Абудже сообществом было принято решение о подготовке к развёртыванию резервных сил ЭКОВАС, которые могли бы осуществить вооружённое вторжение в Нигер с целью освобождения М. Базума. Нигерские военные заявили о готовности дать отпор любому иностранному вмешательству. Кроме того, они сообщили о создании переходного правительства, в состав которого вошли представители гражданского общества.
Полагаем, что военный путь урегулирования кризиса в Нигере может привести к затяжному противостоянию в этой африканской стране, а также к резкой дестабилизации обстановки в Сахаро-Сахельском регионе в целом.
– А 26 июля он был отстранён от власти. Как это произошло и почему?
– Согласно опубликованным сообщениям, в среду, 26 июля, солдаты из президентской гвардии Нигера заблокировали здание, где находится офис Базума, а командующий гвардией генерал Абдурахман Тчиани объявил себя председателем национального совета спасения родины. По сути, произошла национальная революция, а не «мятеж военных», как пытаются представить ситуацию некоторые.
Дело в том, что отстранённый от власти президент считался ставленником Парижа и встроил страну в фарватер политических интересов Франции. Так называемый конституционный строй, который существовал, был лишь декорацией. Народ бедствовал. Достаточно сказать, что в Нигере один из самых высоких показателей смертности, мужчины доживают всего до 52 лет. Во Францию по бросовым расценкам (в несколько раз ниже рыночной цены) уходила добываемая урановая руда – основной валютный товар страны.
Представители новой власти сразу же заявили, что экономика должна работать на свой народ. Чтобы население получало выгоду от эксплуатации природных ресурсов, развития сельского хозяйства. Сегодня в повестку дня стала выработка продуманной стратегии развития его экономики в интересах народа Нигера, а не транснациональных корпораций. И его армию в этом поддержало более 80 процентов населения.
– За последние 20 лет в разных странах Африки произошло более десятка госпереворотов. В том же Нигере их было до этого пять или шесть. Почему же теперь на Западе оказалась такая нервная реакция на произошедшее?
– Вы правы, только с 2008 года в Западной Африке осуществлено как минимум 10 госпереворотов, в частности в Буркина-Фасо (2014, 2015, 2022), Гамбии (2014), Гвинее (2021), Мавритании (2008), Мали (2012, 2020, 2021). В чём особенность событий в Нигере? Смена власти в этой республике была осуществлена без участия американских и французских спецслужб.
В западных столицах опасаются, что Нигер станет примером для подражания. Тем более что на Чёрном континенте всё более набирает силу стремление самостоятельно определять свою судьбу, свободно выстраивать отношения с партнёрами. Кстати, это показал недавний Петербургский международный экономический форум, в котором приняли участие представители многих африканских стран, и второй саммит Россия – Африка.
Есть у западных стран и чисто экономический интерес. Они не хотят допустить потери контроля над урановыми рудниками, другими богатыми месторождениями. Франция, например, в случае перепрофилирования поставок урана может очень сильно пострадать, поскольку 40 процентов урановой руды поступает туда из Нигера. 79 процентов электроэнергии вырабатывают работающие на этом уране французские АЭС.
– Насколько вероятен военный сценарий?
– Трудно сказать. Пока Экономическое сообщество стран Западной Африки (ECOWAS), которое осудило смену власти в Нигере и потребовало вернуть к исполнению своих обязанностей Базума, не спешит переходить к радикальным мерам. Хотя оно, по сути, выдвинуло ультиматум новым властям Нигера, дав им неделю для восстановления ситуации, в противном случае введёт войска. Но неделя прошла, а никто в Нигер не вторгся. Встреча начальников генштабов вооружённых сил государств ECOWAS, посвящённая ситуации в Нигере и возможным контрмерам, пройдёт, как ожидается, в Гане – возможно, уже 14 августа.
Новые власти Нигера объявили о приведении вооружённых сил страны в полную боевую готовности и своей решимости дать отпор иностранной интервенции. Действия новых властей поддерживает большинство населения страны. Вполне вероятно, что военные раздадут оружие населению в случае вторжения. Новую власть в Нигере поддержали Мали, Буркина-Фасо, Алжир и ряд других стран, объявив, что нападение на Нигер будет считаться нападением на них.
– А какова позиция США и Франции?
– США располагают в Нигере крупной базой для разведывательных беспилотников. Она находится в городе Агадесе и представляет собой центр для ведения наблюдения за территориями Западной Африки, где наблюдается распространение джихадистских идей среди приверженцев ислама. Там же размещены военнослужащие космических сил и авиаотряда объединённого центра специальных операций. Вашингтон явно заинтересован в сохранении своего военного присутствия в этой стране. Скорее всего, об этом и шла речь во время недавней поездки исполняющего обязанности первого заместителя госсекретаря США Виктории Нуланд в Ниамею, столицу Нигера.
Что касается Франции, то сейчас она готовится вывести из Нигера в соседний Чад свой весьма ограниченный контингент – около 40 солдат, дислоцированных на севере страны. Власти Нигера денонсировали 3 августа все подписанные с Парижем соглашения в области обороны и безопасности. Анализ соотношения военных сил показывает, что ECOWAS может рассчитывать на успех, если только решится действовать Нигерия, обладающая многочисленной боеспособной армией. Ни Бенин, ни Кот-д’Ивуар, который готов выставить для операции 850–1100 солдат, не способны взять верх. Париж в одиночку также не рискнёт на операцию, силы у Франции уже не те…
Олег Фаличев, «Красная звезда»
![Главное](/images/star.png)
Глава РАН направил соболезнования в связи с кончиной постоянного секретаря Французской академии Элен Каррер д'Анкосс
Элен Каррер д'Анкосс (1929-2023) возглавляла Французскую академию с 1999 года, став первой женщиной во главе институции с момента её основания в 1635 году. Историк, специалист по истории России, госпожа Каррер д'Анкосс с 2003 года была иностранным членом РАН и внесла важный вклад в укрепление сотрудничества России и Франции в научной сфере. Кроме того, она выступила автором нескольких десятков научных работ, посвящённых российской истории.
Элен Каррер д’Анкосс, урожденная Елена Георгиевна Зурабишвили, родилась в семье выходцев из Российской империи. Она в совершенстве владела русским языком и испытывала особый интерес к российской истории и культуре. Изучала историю в Сорбонне и политологию в Парижском институте политических исследований. За свою долгую научную карьеру удостоилась многих званий и титулов от академий и университетов ряда стран. В 1990 году была избрана членом Французской академии, а в 1999 г. – ее постоянным секретарем, став первой женщиной на этом посту. С 2003 года являлась иностранным членом Российской академии наук по Отделению историко-филологических наук.
Из-под ее пера вышло свыше 50 научных работ, главным образом, по истории России, ряд из которых опубликован не только на французском, но и на русском, английском, немецком, японском и других языках. В любые, даже самые непростые времена в межгосударственных отношениях она старалась писать о российской истории честно и объективно. Много раз посещала нашу страну и внесла неоценимый вклад в налаживание научных связей между российскими и французскими историками. Ее деятельность на этом поприще была отмечена рядом государственных наград Российской Федерации и Большой золотой медалью М.В. Ломоносова Российской академии наук.
Российские коллеги отмечают, что ее отличали широчайшая эрудиция, глубокие знания, научная честность и человеческое обаяние. Российская академия наук выражает глубокие соболезнования родным и близким Элен Каррер д’Анкосс. Светлая память о ней сохранится в наших сердцах на многие годы.
Президент РАН Геннадий Красников направил соболезнования членам Французской академии, родным и близким Элен Каррер д'Анкосс.
От лица Российской академии наук и от себя лично позвольте выразить вам глубокие соболезнования и слова участия в связи с кончиной госпожи Элен Каррер д'Анкосс.
Выдающийся историк, политолог, Элен Каррер д'Анкосс сникала высокое признание в мировом профессиональном сообществе. долгие годы она занимала пост постоянного секретаря Французской академии, посвятила немало сил укреплению сотрудничества между Россией и Францией, между учёнь1ми наших стран. Выступила автором целого ряда научных трудов по российской истории. Элен Каррер д'Анкосс всегда с особым теплом относилась к России, поддерживала тесные контакты с Российской академией наук и в течение двадцати лет была иностранным членом РАН.
Уверен, что многие представители российского научного сообщества, члены нашей Академии, все, кому довелось лично знать Элен Каррер д'Анкосс, навсег'да запомнят её как деятельного, преданного делу человека. Яркого и талантливого организатора науки.
Президент РАН академик РАН Г.Я. Красников
![Главное](/images/star.png)
Французский политолог Николя Миркович: У европейских элит стокгольмский синдром
Вячеслав Прокофьев (Париж)
Во Франции вышла книга "Украинский хаос". Ее автор - эксперт-геополитик, президент ассоциации "Запад - Восток" Николя Миркович неоднократно еще задолго до начала СВО бывал с гуманитарными миссиями на Донбассе. Он внимательно следил за развитием событий на Украине и решил поделиться с соотечественниками своим взглядом на причины, что привели к нынешнему, пожалуй, самому опасному конфликту в Европе со времен Второй мировой войны. С ним беседует наш корреспондент в Париже.
На фоне односторонних прокиевских публикаций на Западе ваша книга представляет собой серьезную попытку взвешенного анализа ситуации как на Украине, так и вокруг нее.
Николя Миркович: Геополитикой стал интересоваться в конце 90-х годов, когда возник кризис вокруг Косово и страны НАТО совершили агрессию против Югославии. Сравнивая информацию из разных источников - как западных, так и сербских, я увидел, что против Белграда развернута целенаправленная пропагандистская кампания, затем переросшая в бомбардировки Белграда. Уже тогда многое для меня стало ясно. После госпереворота 2014 года на Украине я понял, что в противостоянии России с Североатлантическим альянсом, планомерно продвигавшимся на восток к российским границам, наступает новый этап. Примерно в те же годы начал ездить на Донбасс с гуманитарными миссиями, а возвращаясь во Францию, на встречах и в ходе конференций предупреждал: осторожно! То, что происходит в том регионе, - дело крайне серьезное и может привести к опасным последствиям.
Когда началась СВО, для многих это было своего рода шоком. Чего только не писали о действиях Москвы в прессе на Западе, словно по команде в одночасье ставшей на сторону Киева! Публиковались брошюрки, фолианты с соответствующим антироссийским содержанием, но главное, что их объединяло, - это ангажированность и ноль попыток пролить свет на реальные причины конфликта. Отсюда мое решение объективно разобраться во всем этом.
Среди прочего вы пишете, что западный мейнстрим нарочито оставляет за скобками политический курс США, приведший к нынешнему кризису.
Николя Миркович: Сразу заметим, что у него давние корни. Еще в начале прошлого века тамошние идеологи, такие как Николас Спикмэн и Хелфорд Маккиндер, писали о том, что наиболее важным регионом для США с точки зрения геополитического соперничества и господства над миром является Евразия. Особенно ее "сердцевина" - "Хартленд", которая приходится как раз на нынешнюю Россию и некоторые прилегающие к ней территории. Напомню, что сразу после распада СССР заместитель министра обороны США Пол Вулфовиц выдвинул план, позже он просочился в прессу, где подчеркивалось, что необходимо всеми способами предотвратить возникновение конкурента на том географическом пространстве. А таковым, как мы знаем, являются в первую очередь Россия и Китай. Так что эти планы хорошо известны. Джеймс Бейкер, госсекретарь США в 1990 году обещал Горбачеву в момент объединения Германии, что НАТО не продвинется "ни на дюйм" на восток. И что же? С тех пор все бывшие соцстраны оказались втянутыми в этот блок. И Украину ждала бы идентичная судьба, если бы в феврале прошлого года не отреагировала Россия.
С американцами в принципе все более или менее ясно: хотят удержать господство над миром. Но вот Евросоюз?
Николя Миркович: Если коротко, то позиция ЕС в этом конфликте вызывает глубокое разочарование. Еще в школе нас убеждали, что Европа должна быть континентом мира. И это правильно. Ведь после двух мировых войн, что стальным катком прокатились по нашему континенту, унеся жизни многих десятков миллионов людей, все были искренне убеждены в том, что этому надо положить конец. Когда был затеян процесс европейского строительства, нам говорили, что так называемая единая Европа станет надежным щитом от новых войн. И что же? В 2014 году на Украине вспыхнула настоящая гражданская война, но Евросоюз закрыл на нее глаза, саботировал, как сейчас выяснилось, мирное разрешение конфликта. Когда же грянула российская спецоперация, Евросоюз сразу же встал на сторону киевского режима, накачивая его оружием. Дипломатия была отброшена в сторону, слово "мир" напрочь забыто, а в речах руководителей ЕС главным стало другое слово - "война".
Так что же с ними произошло? Что это за элиты, которым наплевать на интересы народов, которые, в принципе, они должны представлять?
Николя Миркович: Посмотрим на вещи трезво. Давно уже, многие десятилетия, со времен окончания Второй мировой войны они находились под влиянием США. Еще в 1948 году был основан так называемый Американский комитет объединенной Европы, который вкладывал миллионы долларов в потенциально угодных континентальных политиков. В таких как, к примеру, Жан Монне, одного из так называемых отцов-основателей Европейского союза. Идеология этого объединения, его задачи выстраивались так, чтобы соответствовать стратегическим планам Вашингтона. Недаром генерал Шарль де Голль относился к этой структуре с большим скепсисом. Напомню, что в начале 60-годов он прямо заявил, что самая большая проблема европейцев - это "американская империя". Во Франции тогда это понимали и коммунисты, и окружение генерала. Однако со временем и сменой поколений голлизм, как движение сторонников национального суверенитета, стало размываться, исчезать. Причем это коснулось и других стран, включившихся в процесс евроинтеграции.
И на сцене появились такие фигуры, как Жозеп Боррель, Урсула фон дер Ляйен…
Николя Миркович: Естественно, произошло это не случайно. Интриги, лоббистские группы широкого профиля, продвигающие идеологию атлантизма. Личности, на которые Вашингтон делал ставку, всячески пестовались, им создавался благоприятный климат в мейнстримных СМИ. Многих приглашали за океан, их обхаживали, к ним присматривались, составляли досье с прицелом на вовлечение в свои далеко идущие схемы. Так, во Франции существует "Франко-американский фонд", который выискивает перспективную молодежь, проводит разного рода двусторонние обмены, даже встречи с президентами, прочими заокеанскими видными политиками, внедряя мысль о том, что США - это главный защитник демократии, оплот западного мира. Не будем также забывать "мягкую силу" - через глобальные информационные сети, голливудский кинематограф, прославляющий в лоб или косвенно американский образ жизни. И добиваются своего. К примеру, Николя Саркози, который начинал свою политическую карьеру как убежденный приверженец Шарля де Голля, став президентом, вернул Францию в военное командование НАТО - альянс, столь ненавистный генералу. Упомянутые Жозеп и Урсула - типичные представители проамерикански, проатлантически настроенных политиков. Так вот и получилось, о чем писал в 1997 году Збигнев Бжезинский в "Большой шахматной игре", что Западная Европа в целом превратилась в "протекторат США", плацдарм, нацеленный острием на Евразию.
Ну а как же интересы европейских народов, от имени которых эта публика вещает?
Николя Миркович: На словах якобы заботятся, а что получается на деле? Везде происходит примерно то же самое, что и во Франции. А ведь наша страна лет 30-40 тому назад считалась первостатейной мировой державой с великой историей, традициями. С мощной армией, развитым сельским хозяйством, передовой промышленностью. И все это постепенно утрачивается. Упадок переживает и Германия, и другие страны ЕС. А потому что "верхи" растранжирили наш суверенитет, оказались в подчиненном положении, когда важные решения за нас принимают в Вашингтоне, навязывают свою волю. Возьмем хотя дело крупнейшего французского банка BNP. Один из его филиалов проводил сделки с компаниями Ирана, Судана и Кубы. Они были стопроцентно чистыми с точки зрения международного и французского права. И тем не менее США заставили банк заплатить гигантский штраф в девять миллиардов долларов только потому, что эти страны тогда находились в черном списке американцев. Ну а в Париже утерлись.
Откуда, на ваш взгляд, эта остервенелость, с которой ЕС один за другим вводит пакеты санкций против России, подчас давая в этом вопросе фору американцам?
Николя Миркович: Стокгольмский синдром - эти люди хотят казаться большими роялистами, чем сам король. Предстать лучшими учениками Вашингтона. К тому же страх перед гневом сюзерена в случае неповиновения.
Как вам видится выход из того, что вы назвали украинским хаосом?
Николя Миркович: Чтобы избежать большого столкновения между Россией и США и их сателлитами, необходимо, чтобы в лагере атлантистов произошел раскол. И мне бы хотелось, чтобы инициатором стала Франция со своим историческим, политическим потенциалом, конечно, не столь внушительным, как прежде. Если Франция сказала бы "стоп", что Украина никогда не будет интегрирована в НАТО, конфликт стал бы затухать, и можно было бы перейти к переговорному процессу. Отважится ли на это хозяин Елисейского дворца? Вот в чем вопрос.
![Главное](/images/star.png)
ПЬЕР ОГЮСТЕН КАРОН ДЕ БОМАРШЕ
Французский писатель.
ДЛЯ ЦИТИРОВАНИЯ:
Бомарше П. «Политика, интрига – называйте, как хотите». Вместо вступления // Россия в глобальной политике. 2023. Т. 21. № 3. С. 5–8.
Безумный день, или Женитьба Фигаро.
Комедия в пяти действиях.
Действие третье. Явление V.
Г р а ф (пересилив себя). Я не то хотел сказать, довольно об этом. У меня… да, у меня было намерение взять тебя в Лондон в качестве дипломатического курьера… однако по зрелом размышлении…
Ф и г а р о. Ваше сиятельство изволили передумать?
Г р а ф. Во-первых, ты не знаешь английского языка.
Ф и г а р о. Я знаю god-dam / Чёрт возьми (англ.).
Г р а ф. Не понимаю.
Ф и г а р о. Я говорю, что знаю god-dam.
Г р а ф. Ну?
Ф и г а р о. Дьявольщина, до чего же хорош английский язык! Знать его надо чуть-чуть, а добиться можно всего. Кто умеет говорить god-dam, тот в Англии не пропадёт. Вам желательно отведать хорошей жирной курочки? Зайдите в любую харчевню, сделайте слуге вот этак (показывает, как вращают вертел), god-dam, и вам приносят кусок солонины без хлеба. Изумительно! Вам хочется выпить стаканчик превосходного бургонского или же кларета? Сделайте так, и больше ничего. (Показывает, как откупоривают бутылку.) God-dam, вам подают пива в отличной жестяной кружке с пеной до краёв. Какая прелесть! Вы встретили одну из тех милейших особ, которые семенят, опустив глазки, отставив локти назад и слегка покачивая бедрами? Изящным движением приложите кончики пальцев к губам. Ax, god-dam! Она вам даст звонкую затрещину – значит, поняла. Правда, англичане в разговоре время от времени вставляют и другие словечки, однако нетрудно убедиться, что god-dam составляет основу их языка. И если у вашего сиятельства нет других причин оставлять меня в Испании…
Г р а ф (в сторону). Ему хочется в Лондон. Она ничего ему не сказала.
Ф и г а р о (в сторону). Он думает, что я ничего не знаю. Не будем выводить его из этого заблуждения.
Г р а ф. Что это вздумалось графине сыграть со мной такую шутку?
Ф и г а р о. Честное слово, ваше сиятельство, вы это знаете лучше меня.
Г р а ф. Я предупреждаю малейшие её желания и осыпаю подарками.
Ф и г а р о. Вы осыпаете её подарками, но вы ей не верны. Если вас лишают необходимого, станете ли вы благодарить за роскошь?
Г р а ф. Прежде ты говорил мне всё.
Ф и г а р о. Я и теперь ничего от вас не таю.
Г р а ф. Сколько тебе заплатила графиня за участие в этом прелестном заговоре?
Ф и г а р о. А сколько мне заплатили вы за то, что я вырвал её из рук доктора? Право, ваше сиятельство, не стоит оскорблять преданного человека, а то как бы из него не вышло дурного слуги.
Г р а ф. Почему во всех твоих действиях всегда есть что-то подозрительное?
Ф и г а р о. Потому что когда хотят во что бы то ни стало найти вину, то подозрительным становится решительно всё.
Г р а ф. У тебя прескверная репутация!
Ф и г а р о. А если я лучше своей репутации? Многие ли вельможи могут сказать о себе то же самое?
Г р а ф. Сто раз ты на моих глазах добивался благополучия и никогда не шёл к нему прямо.
Ф и г а р о. Ничего не поделаешь, слишком много соискателей: каждому хочется добежать первому, все теснятся, толкаются, оттирают, опрокидывают друг друга, — кто половчей, тот своё возьмет, остальных передавят. Словом, с меня довольно, я отступаюсь.
Г р а ф. От благополучия? (В сторону.) Это новость.
Ф и г а р о (в сторону). Теперь моя очередь. (Громко.) Вы, ваше сиятельство, изволили произвести меня в правители замка: это премилая должность. Правда, я не буду курьером, который доставляет животрепещущие новости, но зато, блаженствуя с женой в андалусской глуши…
Г р а ф. Кто тебе мешает взять её с собой в Лондон?
Ф и г а р о. Пришлось бы так часто с ней расставаться, что от такой супружеской жизни мне бы не поздоровилось.
Г р а ф. С твоим умом и характером ты мог бы продвинуться по службе.
Ф и г а р о. С умом, и вдруг – продвинуться? Шутить изволите, ваше сиятельство. Раболепная посредственность – вот кто всего добивается.
Г р а ф. Тебе надо было бы только заняться под моим руководством политикой.
Ф и г а р о. Да я её знаю.
Г р а ф. Так же, как английский язык, – основу!
Ф и г а р о. Да, только уж здесь нечем хвастаться. Прикидываться, что не знаешь того, что известно всем, и что тебе известно то, чего никто не знает; прикидываться, что слышишь то, что никому непонятно, и не прислушиваться к тому, что слышно всем; главное, прикидываться, что ты можешь превзойти самого себя; часто делать великую тайну из того, что никакой тайны не составляет; запираться у себя в кабинете только для того, чтобы очинить перья, и казаться глубокомысленным, когда в голове у тебя, что называется, ветер гуляет; худо ли, хорошо ли разыгрывать персону, плодить наушников и прикармливать изменников, растапливать сургучные печати, перехватывать письма и стараться важностью цели оправдать убожество средств. Вот вам и вся политика, не сойти мне с этого места.
Г p a ф. Э, да это интрига, а не политика!
Ф и г а р о. Политика, интрига – называйте, как хотите. На мой взгляд, они друг дружке несколько сродни, а потому пусть их величают, как кому нравится. «А мне милей моя красотка», как поётся в песенке о добром короле.
Г р а ф (в сторону). Он хочет остаться. Всё ясно… Сюзанна меня выдала.
Ф и г а р о (в сторону). Я поддеваю его на удочку и плачу ему той же монетой.
Бомарше П. Безумный день, или Женитьба Фигаро. Комедия в пяти действиях. Перевод Н.М. Любимова. Библиотека всемирной литературы. Серия первая. М.: Художественная литература, 1971.
![Главное](/images/star.png)
Шаромыги
Европа отправила Макрона в эту поездку не случайно
Илья Титов
Прошлая неделя в среде католиков, протестантов и прочих еретиков была Страстной. И ровно так же, как постхристианская Европа закружилась в танце многочисленных ритуалов и обрядов, только обозначающих покинувшую эти края веру, мировое экспертное сообщество принялось смаковать обряды и ритуалы другой ушедшей веры — веры в международные отношения. Причиной всему стал громкий, помпезный, анонсированный чуть ли не осенью и ожидавшийся всей политической прессой визит лидеров Европы в Китай. На прошлой неделе в "Завтра" выходил текст о том, как Китай пытается встроить Европу в свои схемы распространения континентального влияния. Европа — какой бы безропотной колонией США она ни казалась сегодня — слишком важна, чтобы в перспективе десятилетий просто так игнорировать её роль в евразийском концерте. Если это понимают авторы опубликованной на прошлой неделе новой Концепции внешней политики РФ, этого не могут не понимать в Пекине. Именно поэтому поездка в Поднебесную напоминала трёхслойное торговое предложение.
Итак, на поверхности лежал слой тактической популистской необходимости. Западные эксперты — и я говорю не только про склонные к истерике говорящие головы с больших телеканалов или про лысеющих колумнистов в ежедневных газетах — очень болезненно восприняли поездку Си в Москву. Нет, иллюзий по поводу "нейтралитета" Китая ни у кого не было и до этого, просто сотрудничество Пекина и Москвы выглядело ситуативным и продиктованным внешним давлением, а после встречи глав государств приобрело черты целенаправленного удара по американоцентричной модели мира. Именно поэтому на поездку президента Франции в Китай возлагались большие надежды — куда бóльшие, чем на аналогичный визит Олафа Шольца прошлой осенью. Тогда, напомню, германский канцлер слетал в Пекин на самолёте, доверху набитом представителями немецкой бизнес-элиты, ни о чём не договорился сам, но способствовал расширению канала эвакуации промышленности из Германии в Китай. Макрону Брюссель и Вашингтон устами транснациональной прессы давали строгий наказ: переманить Китай, заставить его отказаться поддерживать Россию. В качестве авторитетного надзирателя в компанию к сомнительной надёжности Макрону снарядили руководительницу Единой Европы, чья лояльность целям Вашингтона не вызывает сомнений — такова была видимость высшего состава делегации. Таков был настрой информационного гама вокруг поездки — все только и говорили о том, что Китаю срочно необходимо вправить мозги.
Но первый слой торгового предложения, о котором шла речь, — политический призыв срочно занять сторону Запада в краеугольном конфликте распада глобального мира — едва ли кто-то воспринял всерьёз. Перемены сердца такого масштаба происходят не под напором таких людей, как Макрон, и не у таких людей, как Си, так что протокольная часть большого визита была сколь тщательно соблюдённой, столь и бессмысленной.
Но пару моментов всё же стоит отметить. Во-первых, Макрон рванул в Пекин на фоне протестов во Франции. Да, сочетание слов "протесты во Франции" последние несколько лет звучит так же тавтологично, как "жара в Сахаре" или "бесовство на Украине", но в этот раз бешенство французов, недовольных пенсионной реформой и ростом цен, сходит на нет намного медленнее, чем хотелось бы Елисейскому дворцу. Бастующий Париж завален мусором, что, как утверждают местные, придаёт улочкам французской столицы очарование, а расплодившиеся крысы лишь приносят пользу — подборку таких цитат собрала газета New York Post. Такой фон для поездки куда-то на другой конец света кто-то воспринял как удачный электоральный ход: дескать, президент выставляет себя миротворцем в глазах народа. Другие, напротив, винят Макрона в том, что он таким образом декларирует приоритет международной повестки, особенно связанной с Украиной, над внутренней. Разгадка, кажется, куда проще: президента утомил парижских улиц смрад и душная пасмурность французской весны, так что поездка в Пекин пришлась очень кстати. Во-вторых, издание Politico опубликовало большой материал о том, что Макрона принимали в соответствии с его должностью, а фрау Урсуле оказали крайне сухой и формальный приём. Удивление атлантических журналистов понятно: в их представлении глава Европы стоит выше президента Франции, но именно ради показательного игнорирования этой глобалистской иерархии мадам фон дер Ляйен не получила и четверти от китайского дипломатического гостеприимства. Пока Макрона таскали по парадам и банкетам, пускали ему салют на площади Тяньаньмэнь, гоняли ради него оркестры и собирали толпы студентов и фанаток, Урсулу тихо встретил министр экологии (самая бесполезная должность в Китае) и отвёз в здание диппредставительства ЕС на пресс-конференцию перед тремя с половиной журналистами. В связи с этим можно вспомнить аналогичный случай, произошедший два года назад в Анкаре. Тогда к турецкому президенту Эрдогану в гости приехали главные европейцы — глава Европейского совета Шарль Мишель и знакомая нам Урсула, глава Еврокомиссии. В большом и красивом кабинете высокие гости турецкого президента обнаружили, что на троих участников есть два стула. Вот и пришлось Урсуле ютиться на диванчике в углу, издалека участвуя в переговорах серьёзных мужчин. Тогда замаскированный под протокольный провал политический жест связывали с турецким "похолоданием" в отношении Германии (фон дер Ляйен наверх продвинула тогдашняя канцлерин Меркель), с сексизмом Эрдогана или даже с его авторитарными устремлениями. Стоит, однако, вспомнить, что общего между Эрдоганом и Си: уверенность в несправедливости сложившегося порядка международных отношений — первый не устаёт напоминать о нём в своих речах, второй разрушает его делом. Кто-то усмотрел в скудном приёме фрау из Берлемона в Китае (налоговых инспекторов — и тех встречают с большим радушием) попытку подорвать единство европейского фронта, декларировать которое вроде бы ехали Эммануэль с Урсулой. Другие связали неприязнь китайцев к фон дер Ляйен с её недавними заявлениями в адрес Пекина, но если бы дело было в этом, то Макрона, тоже отмечавшегося привычным для западной политики риторическим хамством в адрес Китая, отправили бы давать пустые интервью в посольство Франции. Показательная разница между королевским приёмом для Макрона и командировочной встречей фон дер Ляйен связана, как уже было сказано, с явным нежеланием принимать посланницу Вашингтона и руководительницу враждебного Китаю блока как равную главе суверенного государства и со столь же образцовым пренебрежением в отношении теневой иерархии. Видите ли, дело в том, что Макрона в рамках складывавшейся веками европейской системы управления нельзя воспринимать никак, кроме как человека с улицы, временного наёмного менеджера или, если угодны параллели с историей так тепло встретившей Макрона страны, дворцового евнуха. Роль безликих болванчиков — рядов из Макронов, Шольцев и тысяч прочих Кай Каллас — претворять в жизнь решения серьёзных людей, стоящих за их спинами и предпочитающих не светиться. Вместе с этим Урсула — настоящая аристократка. Это не фигура речи: она происходит из сверхвлиятельного рода Альбрехтов, решавших вопросики на севере Германии ещё во времена Ивана Грозного. Прапрапрадед, получавший титул барона из рук Александра II, и отец, стоявший у истоков Еврокомиссии, — лишь небольшие черты портрета этой аристократки, чьё высокое происхождение и значимое положение (замужество за пиарщиком Pfizer и главным европейским лоббистом генной инженерии и рождённые ему шестеро наследников другого дворянского рода, фон дер Ляйенов) Си напоказ проигнорировал. На этом разбор первого слоя можно считать законченным: от китайского председателя европейские ходоки добились разве что обещания как-нибудь позвонить Зеленскому. В ответ на это Макрон, польщённый пышным приёмом, заявил, что у Европы нет интереса лезть в тайваньский кризис. Reuters прямо утверждает, что благосклонную риторику Си купил у французского коллеги именно красочно обставленным визитом. Впрочем, это лишь слова — мы все понимаем, как он запоёт после начала военного конфликта, сидя в Париже.
Второй слой предполагает особенное внимание к составу делегации. Выше был упомянут Шольц, летавший в Китай на тесном бизнес-джете. Внутрь набились ключевые лица германской химической, машиностроительной, автомобильной, фармацевтической и какой угодно промышленности — ходят слухи, что некоторые из них зацепились за шасси. Словом, если бы с тем самолётом случилось то же, что на днях случилось с самолётом замдиректора американского оружейного гиганта Raytheon, то Германия оказалась бы обезглавлена. Это же касается Франции, но в куда большей степени: в бизнес-джет весь свет европейской промышленности не поместился, так что пришлось фрахтовать полноценный "Аэробус" президента Франции. Руководитель корпорации "Аэробус" Гийом Фори, кстати, сидел в этом самом "Аэробусе" вместе с Люком Ремоном, главой энергокорпорации EDF, председателем гигантского производителя ж/д транспорта Alstom Анри Пупар-Лафаржем и ещё с полусотней руководителей калибром поменьше. Эти товарищи летели в Китай, разумеется, не ради попыток убедить Си отказаться поддерживать Россию. Сложно оценивать подлинный объём заключённых в Китае сделок: такие данные не публикуются не только из-за привычной закрытости крупного бизнеса и не только в свете желания не подставлять мсье президента, поспособствовавшего переориентации (и, очевидно, переезду) значительной части французской промышленности на Восток. Помалкивать о таком нужно, дабы лишний раз не злить глобалистскую прессу. Скажем, Reuters хватило только нескольких имён из делегации Макрона, чтобы выпустить полный желчи, но не несущий никаких цифр материал, где деловые отношения с китайцами как бы невзначай изображались "игрой в кошки-мышки", в ходе которой отсталые китайцы так и норовят свистнуть у продвинутых французских инженеров технологии. Обида американцев понятна: несмотря на то, что в Штатах пресса охвачена эйфорией по поводу небывалого роста инвестиций в производство (интересно, от кого же?), переманить к себе европейскую промышленность в той степени, на которую рассчитывали дирижёры континентального кризиса, не вышло — виной тому во многом Китай. Знакомый нам мсье Фори подписал контракт о расширении сборочной линии "Аэробусов" в Тяньцзине, мсье Ремон подписал контракт на строительство атомных станций с китайской China General Nuclear, а корпорация Suez собралась инвестировать в Китай ради разработки новых систем опреснения морской воды. Это только то, что лежит на поверхности — о каких-то заключённых в эти три дня в Пекине контрактах мы узнаем по фактам сотрудничества в ближайшие недели, месяцы и годы, а о многих — не узнаем вообще. Таков второй слой франко-китайского торга.
Третий слой, далёкий от политической бесцеремонности и набитых бизнес-элитами самолётов, касался стратегического значения визита. Мы видели, как Макрон отправлялся делать внушение, но по итогу внушение сделали именно ему. Сложно сказать, чем именно должен был прельщать французский президент товарища Си: очевидно, что в условиях неизбежной перестройки глобальной иерархии сохранение статус-кво относительно положения Китая более невозможно. Безвозвратно ушла эпоха глобальной фабрики, кончилось время дружелюбного нейтралитета, уходит даже декларируемая и плохо замаскированная беспристрастность. Китаю дали понять, что единственный путь к выживанию для него лежит через победу в конфронтации с Западом. Спешный сбор союзников и склеивание блоков лояльных государств на основе полузабытых синекур из начала нулевых (БРИКС, ШОС) неизбежно должен был привести Китай к необходимости менять Европе "крышу". Если о том, до чего договорились французские бизнесмены с китайскими, мы можем узнать в перспективе нескольких лет, то самые важные разговоры китайских геостратегов с европейскими мы сможем смоделировать лишь спустя десятилетия по результатам усилий Китая по включению Старого света в собственную орбиту. В контексте возможности подобных бесед (если они действительно происходили) радикально иной видится роль фрау Урсулы: в конце концов, глобальные стратегические планы на десятилетия вперёд нет смысла обсуждать с наёмным менеджером, который через 4 года гарантированно уходит с поста. Фрау фон дер Ляйен, в девичестве Альбрехт, подходит для разговоров о том, на чьей стороне будут симпатии европейского костяка, куда лучше. Ну а что до показательного пренебрежения — разве подлинного аристократа напугать такими вещами?
Пока для президента Франции устраивали сытные банкеты, а китайские женщины бросали в воздух чепчики, для всех тех, кто смотрит глубже, Китай устроил демонстрацию намерений совершенно иного рода. 6 апреля Пекин анонсировал трёхдневные учения в Тайваньском проливе. Ничего особенного: просто 42 самолёта и 8 военных судов принялись кружить по всей перемычке между Южно-Китайским и Восточно-Китайским морями, досматривать все замеченные суда и всячески нервировать тайваньцев. Пока с другой стороны океана призывали всячески наказать ядерную державу за наглость проведения учений — шуму наделал председатель комитета по иностранным делам Палаты представителей Майкл Маккол, предложивший в случае нападения отправить войска и объявить Китаю войну — аналитики со всего мира пытались понять, что же под всем этим имел в виду Пекин. Одни утверждали, что этот намёк на агрессию вызван недавним неофициальным визитом президента Тайваня Цай Инвэнь в США, где её заверили в вечной дружбе и безоговорочной поддержке. Другие усмотрели связь с противоположным событием: примерно в то же время в КНР съездил Ма Инцзю, бывший президент Тайваня и лидер Гоминьдана — партии, ныне фактически выступающей за мирное воссоединение с КНР. Но военные манёвры можно трактовать и как флирт с Европой, особенно в свете военных пунктов франко-китайского соглашения, того, как эти манёвры бесят США и неизбежности обеспечения безопасности морских торговых маршрутов между Китаем и Европой.
Из всего поколения безликих болванчиков, выращенных в подвале Берлемона, европейских евнухов и одноразовых автопилотов, рождённых создавать иллюзию власти, Макрон, несомненно, является самым интересным. Марионетка, осознавшая собственную марионеточность, он достаточно остроумен, чтобы риторически обыгрывать безвыходность своего триумфа. Он называл себя маоистом, славил маршала Петена и обличал нацизм, советовал читать Маркса и завидовал Тэтчер, сетовал на проказу популизма и объявлял себя настоящим популистом, называл Францию "нацией стартапов" и предрекал скорый конец капитализму. Этот голосистый галльский петух, назвавший себя Юпитером, не так прост, как его пытается представить пресса, и не так скучен, как те рамки, в которые вынуждает его вмещаться европейская несамостоятельность и французская несостоятельность. Европа — будь то сознательная Европа в лице старых денег видимо проигнорированной в Пекине Урсулы фон дер Ляйен или же бессознательная Европа, бушующая на парижских улицах, — отправила Макрона в эту поездку не случайно. Старый свет стоит перед одним из важнейших своих выборов со времён "Шарлеманя". Любой из вариантов не сулит Европе полной независимости, любой — в долгой или не очень перспективе — ведёт к падению уровня жизни. Но наученная десятками веков явного и не очень феодализма Европа не упустит шанса поднять свой политический вес в процессе смены сюзерена.
![Главное](/images/star.png)
Тьерри-Поль Валет: настоящей демократии во Франции уже почти нет
Во Франции набирает обороты кризис вокруг пенсионной реформы, которую правительство приняло без голосования в парламенте. О том, насколько опасно нынешнее протестное движение для французских властей, что думают "желтые жилеты" о политике президента Эммануэля Макрона, почему Париж не может учить Россию демократии, и о том, кто может победить на следующий президентских выборах во Франции рассказал в интервью корреспонденту РИА Новости в Париже Анастасии Ивановой основатель французской ассоциации "Граждане в желтых жилетах" Тьерри-Поль Валет.
– Вы являетесь основателем политического ядра движения "желтых жилетов" во Франции – ассоциации "Граждане в желтых жилетах". Это движение существует уже больше четырех лет. Что сейчас происходит с ним? Как изменились ваши требования?
– С момента появления движения "желтых жилетов" многие вещи изменились. Важно отметить, что это движение стало предвестником тех событий, которые произошли уже позднее: когда начался топливный кризис, когда людям уже надоела политика Эммануэля Макрона. Требования "желтых жилетов" были как социальные, так и политические. Что происходит сегодня? Мы видим, как растет инфляция, как дорожает жизнь: цены выросли не только на бензин, но и на все продукты питания: и муку, и хлеб, и рис, а также на электричество, газ, следом подорожает и вода. Кроме того, наш президент Эммануэль Макрон – это президент, который отрицает демократию, который не слушает своих граждан, который управляет всем в одиночку. Мы это увидели, когда была применена статья 49.3 конституции, когда он решил пойти против воли граждан, против воли Нацсобрания, и когда навязал в разгар социального кризиса реформу, который не должно было быть. То, что произошло в рядах движения "желтых жилетов", – это то, что оно возродилось сегодня в усиленном виде при тех же политических механизмах, полицейском насилии и президенте, который не понимает и не слушает ни граждан, ни профсоюзы.
– Когда закон о пенсионной реформе принимается без голосования в парламенте и вопреки общественному мнению, можно ли вообще после этого говорить о демократии во Франции?
– Демократии по-настоящему больше не существует. Ведь что такое демократия? Это выражение мнения народа, это когда считаются с волей граждан, которые выбрали себе президента, чтобы улучшить свою повседневную жизнь. Демократия – это различные свободы, а сейчас все эти свободы подорваны. Право протестовать также подорвано. Нам внушали, что устраивать манифестации запрещено, если они не согласованы. Однако глава судебного профсоюза пояснил, что протесты полностью законны, даже если они не согласованы. Протестовать – это не преступление. Так что свобода выражения и свобода собраний были подорваны произвольными арестами и многочисленными содержаниями под стражей, их сотни. Так что ее (демократии – ред.) практически не существует. С Эммануэлем Макроном демократии становится все меньше и меньше. Мы не можем выразить свое мнение, народ никто не слушает, а когда люди все же выходят на улицы, чтобы выразить протест против пенсионной реформы, они сталкиваются с полицейским насилием. Так что Франция Эммануэля Макрона не может учить ни Иран, ни Россию, ни любую другую страну.
– На ваш взгляд, опасно ли для нынешней французской власти нынешнее движение "сопротивления" пенсионной реформе?
– Правительство в опасности, правительство боится. Именно поэтому власти увеличили количество полицейских на местах. И именно потому, что правительство боится, оно руководствуется логикой полицейского насилия. Префект (полиции Парижа – ред.) Лоран Нуньес, который отвечает за полицейскую бригаду по подавлению насильственных действий (BRAV-M), на днях заявил, что нет никакого насилия со стороны этой бригады, при этом есть много видео, вызвавших большую полемику. Правительство, которое реагирует подобным образом, просто боится. А боятся власти потому, что они все еще помнят, что было в самом начале появления "желтых жилетов" – люди, которых они не могли контролировать, дикие вещи, происходящие на улицах, когда французы выражали свою злость, круша все вокруг. Я сейчас не говорю конкретно о "желтых жилетах", но о тех, кто примкнул к ним – это антикапиталисты, сторонники крайне правых взглядов, радикалы black bloc.
– Тем не менее, в последние дня протесты стали немного терять обороты. Почему так происходит?
– Они стали терять обороты – и да, и нет. Они ослабевают потому, что правительство придерживается той же линии, какой оно придерживалось в начале появления "желтых жилетов". Это означает, что власти отказываются говорить с профсоюзами, пытаются выиграть время. А манифестанты уже устали. Они устали постоянно бегать, так как за ними все время гоняется полиция. Кроме того, сегодня мы живем в очень сложном экономическом контексте: инфляция, постоянный рост цен. Поэтому бастовать не так просто, и стоит это дорого. По этим причинам протестное движение пошло на спад. Однако это явление кратковременное, ситуация остается взрывоопасной, и в любой момент все может взорваться. Нет никаких сомнений в том, что это произойдет в ближайшие дни или недели. Эммануэль Макрон – президент, который всегда всех провоцирует. Он не сможет удержаться от того, чтобы не спровоцировать. Эммануэль Макрон продолжит продавливать эту реформу, несмотря на сложный социальный контекст. А злость людей будет только усиливаться. Протестное движение не заканчивается за пару недель.
– В последнее время участники движения "желтых жилетов" стали чаще выступать против втягивания Франции в конфликт на Украине. На ваш взгляд, спустя год изменилось ли отношение французов к помощи, которую власти оказывают Киеву?
– Отношение меняется, и я об этом сожалею. В начале войны на Украине здесь была большая солидарность с украинскими беженцами, в особенности женщинами и детьми. Это не вопрос политики. Это не вопрос того, за кого мы – за Зеленского или за Путина. Это вопрос помощи беженцам. Это была общенациональная солидарность. Однако спустя год мы оказались в очень серьезном экономическом кризисе. И люди во Франции больше не понимают, почему мы отдаем столько миллионов евро Украине, в то время как от них требуют усилий для того, чтобы справиться с повседневной жизнью. Они видят, как подскочили цены на хлеб, и как пекарни не могут справиться с кризисом. Люди больше не понимают этого. С одной стороны – сотни миллионов евро, которые утекают, с другой – деньги, которые власти требуют от народа вместо того, чтобы облагать налогом самых богатых граждан и дивиденды в крупных компаниях. Так что из-за роста непонимания происходит подъем популистских взглядов. Война на Украине, помощь Украине вызывает все больше неодобрения. И я хочу сказать, что с политической точки зрения это понятно, но с точки зрения гуманитарной, если отбросить все причины этого конфликта, страдают всегда народы, женщины и дети, которые становятся заложниками властей. Так происходит всегда, и вот об этом я сожалею.
– А что думают "желтые жилеты" по поводу поставок оружия Украине?
– Они против, потому что у этого есть цена. Бюджет французской армии увеличат до 400 миллиардов евро, и это значительное увеличение. А "желтые жилеты" – это ведь очень экономически неустойчивые слои населения. И этих людей власти будут просить всячески ужаться, в то время как они увеличивают военный бюджет на миллиарды евро, в том числе и для того, чтобы поддержать промышленность войны, которая происходит не на территории Франции. Люди этого не понимают.
– Как вы думаете, призывы "желтых жилетов" к прекращению поставок оружия Украине могут как-то повлиять на решения официального Парижа?
– Думаю, что нет, так как все-таки основную борьбу "желтые жилеты" ведут за покупательную способность. А что касается конфликта между Россией и Украины, этот призыв – только одно из требований, которое не имеет большого воздействия. Нельзя смешивать эти вопросы. И хочу отметить, что "желтые жилеты" всегда будут нападать на Макрона, когда он дает повод, в том числе касательно поддержки Украины. Но это не станет главным пунктом борьбы.
У движения "желтых жилетов" нет одной дороги, по этой причине его сложно было структурировать с самого начала, так как внутри движения соседствуют разные позиции. Например, среди участников движения есть те, кто выступает за помощь украинскому народу, беженцам, среди таких людей – я. Есть те, кто считает иначе, а есть "жилеты" с радикальными взглядами, которые выступают против любых форм помощи (Украине – ред.) и поддерживают президента (Владимира – ред.) Путина потому, что он как бы находится в противостоянии с Макроном.
– Франция, как и вся Европа, сильно пострадала от санкций, введенных ЕС против России из-за Украины. Стоило ли это того?
– Если мы говорим о высокой инфляции, о подорожании жизни, насколько я знаю, чашка кофе подорожала не из-за войны на Украине, но если речь об электроэнергии, газе, сельскохозяйственной продукции, то ситуация (на Украине) это объясняет, однако она не может объяснять все. Я думаю, что мы используем конфликт на Украине, чтобы навязать внутри страны радикальную политику. В любом случае политика и позиция Эммануэля Макрона не имеют оправданий.
Что касается санкций – эта ситуация вызывает сожаление… У Франции и России длинная история, насыщенная событиями, однако все было хорошо в целом. А теперь эти отношения деградировали. Макрон по приказу Брюсселя полностью поставил себя в оппозицию к российскому президенту. Мы спровоцировали сами Россию в ситуации НАТО. А каковы последствия? Газ, например. Экономика. Очевидно, что Путин может перекрыть импорт газа и нефти в Европу, и тогда Франция должна будет искать альтернативы, покупать газ, например, у США. И все это обойдется ей гораздо дороже.
Да, это все поставило нас в сложное положение. Санкции против РФ повлияли на Францию и французский народ, который ни о чем подобном не просил.
– Как вы думаете, простые французы готовы затягивать пояса еще туже?
– Нет, ситуация становится все серьезнее. Мы это наблюдаем на примере протестного движения в связи с пенсионной реформой. И мы видим, что требования и недовольство не ограничиваются уже одной реформой пенсий, но затрагивают в целом политику Макрона, позицию Европы, так как позиция Европы очень вредит Франции. И мы видим также, что люди больше не приемлют позицию, которую заняла Франция по украинскому конфликту, они больше не хотят ее. И так происходит не только во Франции.
– Кого поддерживали "жилеты" на прошедших президентских выборах во Франции?
– "Желтые жилеты" против Макрона и его политики, я – в первую очередь. Однако на последних выборах его переизбрали. "Желтые жилеты" не представляют все французское общество, и идеи "желтых жилетов" поддерживает не все французское население, а лишь часть. Многие французы голосовали не за Макрона, но против "Национального объединения". Большинство же "желтых жилетов" – за "Национальное объединение", однако есть и те, кто против. Внутри движения также много разных групп, кто-то стал более радикальным из-за Макрона, из-за полицейского насилия, а также из-за существующей все эти четыре года политики.
– Будут ли на следующих выборах призывать голосовать против промакроновских сил?
– Да, конечно. Но я бы не проголосовал за "Национальное объединение", даже если я не хочу голосовать за Макрона. Так было на европейских выборах. В любом случае, Макрон через четыре года не сможет быть кандидатом, так как конституция не позволяет. А все близкие к нему политические силы окажутся в плохом положении, так как народ припомнит им то, что происходит сейчас, и что происходило во время существования "желтых жилетов".
Так что промакроновские силы у власти не останутся. Люди им припомнят применение статьи конституции 49.3. Ведь к ней власти прибегали уже пять раз. Эта пенсионная реформа не стала первой Франции, однако многократное применение 49,3 еще надолго застрянет в горле у многих французов.
Смогут ли левые воссоединиться? Сможет ли (основатель левой партии "Непокорившаяся Франция" – ред.) Жан-Люк Меланшон смягчить позицию, чтобы привлечь более широкий электорат? Мы не знаем. Но если нет – впереди окажется "Национальное объединение", и это заставляет меня чувствовать себя некомфортно. "Национальное объединение" действительно может одержать победу на следующих выборах.
![Главное](/images/star.png)
Невеликая французская
посмотрите на то, сколько массовых протестов пережила Пятая республика в последние годы и на то, к чему эти протесты привели
Илья Титов
Гены не обмануть. Какую бы либеральную демократию или очаг мировой революции ни строили в России, из этого всегда получается могучая империя с централизованной властью. Как бы англичане ни пытались выращивать пшеницу, норманнская кровь зовёт вершить морской разбой в глобальном масштабе. Как бы немцы ни изображали из себя вегетарианцев, людоедская суть их романтизма время от времени проглядывает сквозь грим розовощёкого пацифиста. Вот и французы, как бы они ни старались устроить себе нудную западноевропейскую идиллию, вечно тянутся на баррикады вершить революцию. Только на своём веку мы видели это по множеству самых разных поводов: от забастовок мусорщиков до безумных ковидных ограничений, от недовольства повышением налога на дизель до финала Лиги чемпионов в Париже. Недавние события и очередная неумелая постановка надоевшей пьесы "Свобода на баррикадах" подталкивает нас к интересному выводу о сути Франции в частности и Европы в целом.
Разговор о протестах вокруг пенсионной реформы нельзя вести без упоминания сути французской пенсионной системы. Вообще-то всё это относится и к пенсионным системам в других западноевропейских странах, но французская специфика сделала проблемы пенсий у них особенно выпуклыми. Итак, пенсионный фонд во Франции — в буквальном смысле финансовая пирамида, нехитрая схема Понци, где дурачком неизбежно оказывается тот, кто присоединился последним. Деньги в пенсионный фонд в идеале должны платить молодые и здоровые, только вот с учётом демографического перекоса не в пользу оных (характерного для всех европейских стран, включая Россию) пенсионная нагрузка на плечи юных Франсуа и Валери становится неадекватно высокой. Это вынуждает их бросать работу или уходить в серую зону экономики, где уменьшены или вообще убраны отчисления в пенсионный фонд (а молодёжь справедливо полагает, что их собственные руки до пенсионного фонда не дойдут). Это, разумеется, увеличивает нагрузку на тех, кто всё же остаётся платить отчисления. Добавьте к этому орду смуглых нахлебников, не платящих никаких налогов или отчислений, но жадно сосущих из государственных кубышек, и вы получите прекрасную систему распределения средств в пользу всех вокруг за исключением составляющего основу любой здоровой экономики трудоустроенного и законопослушного человека.
Подлость демографической реальности состоит в том, что с ней не поспоришь: рано или поздно государство вынуждено будет поднимать пенсионный возраст. Мы видели это в России, в Британии, в Италии, в Германии, в Аргентине, в Израиле — страны с регрессирующей демографией поднимают пенсионный возраст во всём мире, а государства, где демографические пирамиды действительно напоминают пирамиды, пользуются радикально иной системой выплат пенсий, к примеру, в Индии и Китае пенсии положены только госслужащим и только по достижении определённого стажа.
Вернёмся во Францию. Эммануэль Макрон чуть ли не с начала своего первого срока пытался привести французские законы, по которым пенсия начиналась с 62 лет, в соответствие с суровой реальностью, где пенсионные фонды просто не могут тянуть накапливающуюся массу пенсионеров за счёт тающей массы работающих людей.
Первые попытки были ещё в 2018 году, но тогда президент Макрон столкнулся с первым большим бунтом эпохи своего правления — движением "жёлтых жилетов". Вообще массовые забастовки в 2019-м были связаны не столько с объявленным повышением пенсионного возраста, сколько с другими важными моментами: ростом налога на топливо, огромными долгами граждан перед государством и прочими вполне стандартными для Европы проблемами. Но упорное желание Макрона повысить пенсионный возраст к концу 2019-го сделало отмену пенсионной реформы ключевым требованием светоотражающих протестующих. Затем последовали два года протестов по другому поводу — не напомните, что тогда происходило, как же оно называлось? В период ковида, когда французские власти были особенно изобретательны в ограничениях — как вам запрет на пользование транспортом для невакцинированных? — проталкивать пенсионную реформу было совершенно не к месту. 2022 год, когда ковид, по выражению журнала The Economist, "исчез", протестовать тоже было не с руки: война на дворе! В 2023-м стало ясно, что для французов война не слишком-то и на дворе: далёкая разборка в Восточной Европе никак не касалась бы Парижа, если бы Макрон не влетел с разбега в эту разборку, потратив на помощь Киеву кучу денег и связав с украинским кризисом (и местом Франции в нём) глобальные проблемы, неизбежность которых стала ясна ещё в 2020 году. Такова затянувшаяся преамбула нынешнего протеста. Этот самый протест, о котором большая пресса услышала только в марте, начался едва ли не в декабре. Тогда всю страну охватила забастовка сотрудников АЗС — напоминаю, что породившие "жёлтых жилетов" проблемы никуда не делись.
В конце декабря к забастовке присоединились ядерщики: с учётом того, что АЭС производят ¾ всей французской энергии, это должно было заставить Париж прислушаться к требованиям. К слову, другим распространённым требованием, помимо отмены повышения пенсионного возраста, стало повышение зарплат работникам сферы энергетики (от заправщиков до ядерщиков) на фоне громадных цен на энергию и, как следствие, сверхприбылей воротил отрасли. На фоне новостей о скорой реформе к протестам присоединились многие другие, и вот уже в середине января профсоюзы кинули клич: спасаем всеобщий выход на пенсию в 62!
19 января протест собрал суммарно около полутора миллионов французов, в последний день первого месяца года к забастовке присоединился общественный транспорт, в феврале число протестующих стабильно росло, а в начале марта к общенациональной забастовке присоединились мусорщики. Пресса сообщала о том, что улицы и бульвары Парижа оказались завалены горами мусора, но забастовка здесь ни при чём: последний раз, когда Париж не был погребён под тоннами отходов, он назывался Лютецией. Тогда же, 7 марта, в день голосования в Сенате, на французские улицы в Париже, Марселе, Лионе и прочих Тулузах и Страсбургах вышло около трёх миллионов человек с требованиями ни за что не допустить принятия ненавистной реформы. Сенат, ничтоже сумняшеся и поспорив для виду пару часов, реформу принял. Французы принялись за беспорядки, а поддерживавшие протестующих газеты принялись уповать на голосование в Национальном собрании — нижней палате французского парламента.
Следует держать в уме тот факт, что впервые за четверть века французский парламент неподконтролен президенту: прошлым июнем на выборах победила партия Макрона "Возрождение", но сделала это так нерешительно, что не получила абсолютного парламентского большинства. Вместе с этим неожиданно много мест получила левая коалиция с партией "Непокорённая Франция" Жан-Люка Меланшона. Главный французский левый всеми силами создавал видимость поддержки протестующих, обещал не допустить принятия реформы и вообще разгромить идею Макрона в парламенте. На пару с "Непокорённой Францией" выступила группа депутатов от правоцентристской партии "Республиканцы" — они, неожиданно объединившись с идеологическими соперниками, принялись изо всех сил представлять Макрона главным врагом французского народа и тоже пообещали задушить реформу. Получилось бы у них или нет, мы уже не узнаем: 16 марта мсье Макрон вспомнил, что Пятая республика вообще-то имеет президентский характер и воспользовался статьёй 49.3 Конституции для принятия реформы без согласия Национального собрания. Самым интересным в связи с этим представляется тот факт, что пресса рисует инициатором срочного принятия реформы не самого Макрона, а премьер-министра страны Элизабет Борн. Своего рода схема "президент хороший, министры плохие". Схема становится тем более ясной, если вспомнить, что Борн была назначена одной из ответственных за поражение макронистов на выборах прошлым летом и даже пыталась уйти в отставку, но Макрон её не принял, оставив непопулярную премьершу до более удобного случая.
Сам же Макрон попытается как можно сильнее сгладить углы конкретно для себя — лояльные СМИ не перестают уточнять, что вообще-то изначально законопроект предполагал повышение пенсионного возраста до 65 лет, но лишь благодаря чуткому заступничеству президента Макрона, этого настоящего "Л’Ами дю пёпль", удалось сбить эту цифру до 64 (но это пока не точно). С чего бы отбывающему свой второй срок Макрону так трястись за собственный рейтинг? С того, что Макрон смертен, а макронизм — нет. Под крыльями этого галльского петушка крепнет настоящий брюссельский ястреб Брюно Лё Мэр, которого уже сейчас прочат в фавориты выборов 2027 года. Ныне занимающий пост министра финансов Франции, Лё Мэр уже сейчас ведёт свою предвыборную кампанию: пресса неустанно напоминает о том, что именно Брюно в одиночку создал французскую ядерную энергетику (на деле — рядом стоял), телепублицисты рисуют его спасителем Европы и даже главный французский писатель Мишель Уэльбек непрозрачно включил агитацию за Лё Мэра в свой последний роман "Уничтожить". Разумеется, будущему президенту Пятой республики ни к чему социальная нестабильность, так что Элизабет Борн бросят под поезд общественного недовольства, реформу примут с аттракционом невиданного великодушия от Макрона, а товарищу Лё Мэру никто не помешает стать товарищем Лё Президентом.
А что же французы? Последние пару недель в российской публицистике, как либеральной, так и патриотической, часто можно встретить мнение, что французы — большие молодцы. Они, дескать, отстаивают такое незыблемое человеческое право, как выход на пенсию в 62 года, а все остальные (на этом месте наши моральные камертоны многозначительно поднимают бровь в нашу сторону) молча терпят.
Но посмотрите на то, сколько массовых протестов пережила Пятая республика в последние годы и на то, к чему эти протесты привели. Способы организации общественного недовольства (профсоюзы и пресса) намекают на то, что ежегодный балаган на улицах французских городов является дополнительным элементом устойчивости системы управления Франции. Показательный и грубый жест президента, нарочно протащившего максимально непопулярный проект мимо враждебного парламента, оказался проигнорирован протестующими, но стал отличной иллюстрацией тезиса о балагане как об основе политической стабильности во Франции.
Протесты лишь укрепляют структуру политической власти, отданной на аутсорс. Французы побунтуют, побарагозят, попозируют в образе Демуленов и Дантонов, Тьеров и Ламартинов, сожгут пару машин, побьют пару "космонавтов", получат пару тумаков и с чувством выполненного долга разойдутся по домам, чтоб через четыре года выбрать своим президентом очередного брюссельского клона Макрона.
![Главное](/images/star.png)
Флориан Филиппо: французы устали от гонки навстречу третьей мировой войне
Во Франции все больше людей выходят на демонстрации с призывом к правительству прекратить поставки вооружений Украине и сконцентрироваться на решении внутренних проблем, которых накопилось немало: спорная пенсионная реформа, кризис системы здравоохранения, высокая инфляция и рост цен на продукты и электроэнергию. О том, почему Париж продавливает пенсионную реформу, как менялось общественное мнение во Франции относительно украинского конфликта, какие планы строит Запад по контрнаступлению на Украине, и что мешает французскому президенту Эммануэлю Макрону выступить полноценным посредником в урегулировании конфликта, рассказал в интервью корреспонденту РИА Новости в Париже Анастасии Ивановой один из инициаторов "марша за мир", лидер французской правой партии "Патриоты" Флориан Филиппо.
– Пенсионная реформа вызвала огромную волну протестов по всей Франции, забастовки затронули многие отрасли. Профсоюзы грозились "поставить французскую экономику на колени", если правительство не откажется от своих планов. В четверг власти Франции приняли закон без голосования в парламенте, прибегнув к статье 49.3 конституции республики.. Каковы могут быть последствия?
– Думаю, что образуется еще большая пропасть между французским народом, который серьезно настроен против этой реформы, и руководством страны, которое насильно ее продавило. Кроме того, оппозиция в Национальном собрании и Сенате, а оппозиция составляет большинство в Нацсобрании с 2022 года, оказалась не способна объединиться, чтобы заблокировать эту реформу. Принятие такой реформы повлечет за собой серьезные бедствия, большое недоверие народа и много злости.
– Из-за забастовок на улицах Парижа скопились тонны отходов, мусорщики не вывозят их уже неделю, и вопрос никак не решается. Можно ли сказать о том, что французские власти потеряли контроль над ситуацией?
– Это, конечно, неприятная ситуация, но я поддерживаю эту забастовку, так как она демонстрирует, что правительство нападает на тех, кто работает, кто выполняет грязную, тяжелую работу. Единственный ответственный за эту ситуацию – это французское правительство. Все французское общество выражает недовольство реформой: мы проводили и забастовки, и манифестации, и блокировали Елисейские поля автомобилями. Правительство с каждым разом все больше теряет легитимность. Есть ощущение, что оно воспринимает нас не как народ, а как 68 миллионов узников; представители же власти словно тюремные надзиратели, которые в любой момент могут нас пнуть и которые никогда не держат слово. Кроме того, мы знаем, что по вопросу пенсионной реформы французское правительство попросту подчинилось Евросоюзу, который требовал ее проведения. Это эдакий секрет Полишинеля. Это признало и правительство Испании, и правительство Бельгии, но французское правительство делает вид, что эта инициатива не исходит от ЕС, хотя она исходит именно оттуда.
– В субботу по вашей инициативе в Париже пройдет "марш за мир". Вы уже не раз проводили манифестации с призывом к выходу Франции из НАТО и прекращению поставок оружия Украине. На ваш взгляд, много ли во Франции людей не поддерживают идею вооружения Киева?
– Да, в прошлый раз мы организовали такие демонстрации в более, чем 30 городах Франции. В этот раз мы планируем то же самое. Думаю, все больше французов стали уставать от этой гонки навстречу третьей мировой войне. Мы видим, что нас подталкивают к вовлечению в этот конфликт, хотя такого быть не должно. НАТО и США толкают нас к отправке оружия Украине и к тому, чтобы мы отправляли много денег, даже если у нас нет такого оружия, и нам самим нужны деньги. Тем временем, антироссийские санкции способствуют росту инфляции и цен на энергоносители. Люди видят, что цены растут, что мы уже год поставляем оружие и отправляем деньги, и это ни на что не влияет. Западные страны только подливают масло в огонь, они не ищут мира. Если мы так и продолжим слушать НАТО и США, мы никогда не придем к миру, мы придем к третьей мировой войне. Мы видим, что они все настроены против России, а также против Китая. Так, например, они провоцируют Тайвань и так далее. Они следуют очень воинственной повестке, а мы хотим, чтобы Франция образумилась и вышла из НАТО. Этот альянс необходимо распустить, у него нет никакой причины для существования, это организация войны, чему служат доказательством последние годы. Мы должны прекратить эту повестку мировой войны против России и Китая, это совершенно безумная повестка.
Я вижу, что все больше и больше французов хотят, чтобы Франция занималась своими внутренними делами, и чтобы не добавляла войну к тем многочисленным проблемам, которые у нее уже есть.
– При этом власти Франции продолжают заявлять о планах по военной помощи Украине. Почему же деньги на оружие у Парижа находятся, а на пенсии для своих граждан – нет?
– Это хороший вопрос, который себе задают многие французы. За год Франция уже потратила где-то 8,5 миллиарда евро на Украину – и деньгами, и оружием. Это очень большая сумма для одного года. И мы так и не увидели, для чего все это было. Кроме того, деньги эти сильно разворовываются на Украине, которая, как мы знаем, очень коррумпирована. А потом французские власти говорят, что у них нет денег на пенсии, нет денег на систему здравоохранения, нет денег на больницы и так далее. Народ этого не понимает. Мы видим, что правительство лжет, и что у этого правительства собственный народ не находится в приоритете, у них в приоритете – США. Судя по всему, Макрон и его правительство находятся у власти не для того, чтобы служить французскому народу, а для того, чтобы служить американскому правительству. И это составляет для нас большую проблему.
– Получается, что власти страны игнорируют призывы своего народа?
– Я не думаю, что эти призывы полностью игнорируются. Думаю, если бы никто не подал голос, Франция уже отправила бы Украине танки Leclerc и еще больше гаубиц CAESAR. Так что думаю, что позиция народа имеет свое влияние, она останавливает власти и вынуждает умерить пыл в вопросе поставок вооружений. Я считаю, что мы должны говорить об этом еще громче, нужно продолжать пробуждать общественное мнение и дальше. И действительно, все больше людей стали понимать ситуацию. Ведь еще год назад многие французы считали, что это конфликт между хорошими и плохими, где плохие – это русские, а хорошие – украинцы вместе с Зеленским. Год спустя многие поняли, что конфликт начался гораздо раньше, не в 2022 году, что там было много проблем. Раньше во Франции многие даже не знали, что такое Донбасс, и где он находится. Понадобилось время, чтобы люди стали понимать природу этого конфликта, роль в нем американцев, что на самом деле из себя представляет украинское правительство, и то, что неонацисты и батальон "Азов" (запрещенная в России террористическая организация) – это не фантазии. Чем больше информации об этом распространяется, тем больше у людей появляется понимания ситуации, и больше давления они начинают оказывать на французское правительство. Французы заставляют власти "притормозить", поставлять меньше оружия и денег.
– Вам кажется, что Франция не пойдет на поставки истребителей и тяжелых танков Украине?
– Конечно, все возможно. Однако, я думаю, что для французского правительства это становится все более сложным вопросом, так как французы, как мы видим по опросам общественного мнения, все больше выступают за переговоры и прекращение поставок оружия Украине. Даже в США опросы показывают, что и среди американского народа появляется больше противников поставок вооружений.
Кроме того, из-за нынешней ситуации во Франции с пенсионной реформой и системой здравоохранения правительству будет сложно отправить оружие и деньги Украине. Думаю, что власти замедлят решение этого вопроса, у них просто не будет другого выбора.
– И президент Франции Эммануэль Макрон, и глава МИД республики Катрин Колонна недавно заявляли о том, что Запад должен помочь Киеву в контрнаступлении. Что это может означать на практике? И возможно ли, на ваш взгляд, при такой позиции говорить о переговорном процессе?
– Я считаю, что у американцев есть план по началу контрнаступления этой весной. Как известно от информированных лиц, грядет большое контрнаступление, организуемое американцами, НАТО. И я думаю, что это чрезвычайно опасно, ведь такие страны, как Польша, а также страны Прибалтики, которые хотят, чтобы этот конфликт стал глобальным, они готовы на все. Если французское правительство проинформировано об этом контрнаступлении, которое готовит НАТО этой весной, оно совершенно точно должно отстраниться от него, так как это рискует превратиться в мировую войну.
Вместо того, чтобы делать такие заявления, господину Макрону и госпоже Колонна стоило бы быть помудрее и сконцентрироваться на насущных проблемах французов.
– Макрон долгое время пытался играть роль посредника между Россией и Украиной. В последнее время от него не слышно ничего об этом. Как вы думаете, мог ли он помочь? И что пошло не так?
– Если бы Франция была свободной, если бы она была голлистской, если бы Франция не находилась в подчинении ЕС и НАТО, она могла бы сыграть уравновешивающую роль, роль посредника, я уверен в этом, так как у нас есть дипломатическая традиция, есть исторические связи с Россией, мы всегда умели вести переговоры с разными странами. Но сегодня это невозможно, так как мы подчинены США, мы не можем играть такую роль.
После того, как ЕС расширился на Восток в 2004 году, когда в него вошли Польша и прибалтийские страны, гравитационный центр союза сместился в сторону атлантизма, так как мы приняли много атлантистских стран. Например, новый президент Чехии – очень проамерикански настроенный. Франция должна освободиться и от ЕС, и от НАТО, чтобы играть посредническую роль. Я уверен, что только в этом случае Франция могла бы это сделать. Но сегодня она является узником организаций, находящихся на стороне Вашингтона.
– То есть вы считаете, что это Соединенные Штаты препятствуют Франции, Макрону играть роль посредника в конфликте?
– Да, конечно. Но думаю, что у Макрона нет настоящей воли играть такую роль. Я считаю, что Макрон – комедиант: никогда нельзя понять, что правда, а что нет из того, что он говорит. Сегодня он может сказать одно, а завтра – все с точностью да наоборот. Он несерьезен. Мы это наблюдали также в ходе его турне по Африке: он был совершенно смешон.
Так что у Макрона нет воли для этого, а также ему не хватает дипломатической культуры. Кроме того, это человек, который всегда служил американским интересам – экономическим, финансовым и политическим. Поэтому я ничего не жду от него.
Я считаю, что у Франции есть для посреднической роли привилегированная позиция – политическая, историческая и географическая, но нынешняя Франция, которая и на Францию-то не похожа, является пешкой Вашингтона, а такое положение мешает ей действовать.
– Почему, на ваш взгляд, европейские страны приняли озвученную США позицию "войны до последнего украинца" вместо идеи ведения переговоров?
– Потому что Евросоюз – структура, призванная трансформировать страны-члены в маленьких приспешников Соединенных Штатов, и все. ЕС не пытается быть противовесом США, он пытается разрушить государства-члены, их независимость и суверенитет и отдать их Вашингтону.
Урсула фон дер Ляйен, которая руководит Еврокомиссией, – человек, тесно связанный с американскими интересами. Вы наверняка видели сообщения о том, что она может возглавить НАТО в 2024 году. Это уже о многом говорит. У ЕС нет своей международной политики, это политика США. Поэтому сегодня Европа – колония американской империи, и эта империя будет использовать Европу для нападения, потому что, если будет мировая война, она будет проходить не на территории Америки, а на нашей территории. И американцы хорошо это знают.
– Почему же Европа делает столько всего в ущерб себе, ведь в конечном итоге пострадает именно она?
– Хотелось бы это знать, но дело в том, что у нас совершенно иррациональная политика. Люди, которые нами управляют как на уровне ЕС, так и на национальном, не страдают от этой политики. Не они страдают от нынешней экономической ситуации, а простой народ. Они предают свой народ. Нет никакого рационального объяснения этому. То, что происходит – настоящее безумие.
Наша политика не направлена на благо народа. ЕС готов даже на самоубийство ради США. Сегодня у нас существует так называемый западный мир, который все больше изолирует себя. Мы не хотим строить будущее рядом с Россией, Китаем, Индией, Бразилией, африканскими странами, которые пытаются стать независимыми, хотя это прекрасный мир, с которым мы должны пытаться сотрудничать. Франция могла бы стать мостом между англо-американским миром и миром БРИКС, но вместо того, чтобы быть мостом, мы выбрали быть американской колонией. Но это не путь к миру.
– Европа рвет отношения с Россией, как политические, так и экономические. Хотя статистика показывает, что очень большой процент европейских компаний остался в РФ. Как вы думаете, если бы не политическое давление, остались бы крупные компании в России?
– Конечно. Причина, по которой они покинули Россию, исключительно политическая. Концерн Renault мог бы остаться в России, и, я думаю, что он хотел бы там остаться. Для этой компании Россия являлась вторым рынком в мире. Renault многое потерял, уйдя из РФ. И никакого давления со стороны общественного мнения не было. Никто из французов не требовал от Renaultуйти из России.
Мы видим, что Auchan и Leroy Merlin остались в России, и во Франции никто не перестал ходить в эти магазины, французы не устраивали им бойкот. Никакого давления со стороны народа не было, давление было исключительно со стороны властей. Так что думаю, если бы политического давления не было бы, все наши компании продолжали бы работать в России, и никто не просил бы их уйти с российского рынка, французам вообще все равно.
– По вашей оценке, какое влияние на экономику Европы оказал разрыв экономических отношений с Россией?
– Думаю, наибольшее влияние на Европу оказал разрыв энергетических отношений. Это имело катастрофические последствия. Особенно это затронуло Германию, но также немного и Францию. Мы теперь покупаем сниженный природный газ у США, который стоит гораздо дороже российского. И это не может не беспокоить. Дефицит торгового баланса в Франции стал рекордным, историческим. Он увеличился за год вдвое.
Кроме того, есть и сильное экологическое влияние, ведь российский газ мы получали по трубопроводу, а американский СПГ мы получаем в танкерах, что очень плохо для экологии и окружающей среды.
Ну и, конечно, экономические последствия. Это мы уже проходили, когда ЕС впервые ввел санкции против России в 2014 году. Тогда Россия стала сильнее, а нас эти ограничения, напротив, ослабили. Поэтому мы уже знали, что новые санкции вновь обернутся против нас. Так что мы проиграли как с энергетической, так и экономической точек зрения. По причине выросших цен на энергию многие европейские компании стали перебираться в США. Во Франции многие пекарни и маленькие предприятия стали закрываться, так как они не могут платить такие деньги за электроэнергию. Так что ситуация по истине катастрофическая.
– Не займут ли место европейцев на российском рынке Китай и другие страны?
– Я думаю, что Россия станет еще более самодостаточной, чем раньше. И потом да, Китай придет на рынок. История учит нас тому, что это могут быть и американцы, ведь они невероятно циничны. Помните, такое уже происходило с Ираном: когда после санкций многие европейские и французские компании покинули страну, а спустя несколько лет их там заменили американские фирмы. Так что это будут не только китайцы. США наверняка воспользуются ситуацией.
– Вы наверняка знаете о теории подрыва "Северных потоков", выдвинутой американским журналистом Сеймуром Хершем. Эту версию почти не освещали на Западе, однако была широко растиражирована версия про шестерых проукраинских активистов на небольшой яхте. Как вы относитесь к этим версиям?
– Еще до теории, выдвинутой Хершем, который является очень авторитетным журналистом, было очевидно, что за подрывом стоят американцы. Ведь еще до войны на Украине США годами боролись с газопроводом "Северный поток", это стало постоянный элементом их политики. И в начале февраля 2022 года Байден публично заявил, что американцы способны сделать так, чтобы газопровода не стало. И так и произошло. Ведь это было в интересах американцев. Вопрос в том, сделали ли они это в одиночку, или же вместе с Норвегией, как об этом сообщается. И ничего абсурдного в этом нет, ведь Норвегия – конкурент России по газу, и во многих странах российский газ заменили норвежским. Так что они тоже имели свой интерес и обогатились за счет этого. Я этому не удивляюсь. Но я также не удивлен тому, что западные СМИ об этом почти не говорили. Они предпочитают говорить, что это сделали либо русские, что не имеет никакого смысла, либо проукраинские активисты. Но это несерьезно рассуждать о том, что подрыв мог быть совершен с какой-то маленькой яхты. Ведь чтобы осуществить такую операцию, необходимо иметь большую компетенцию в этом вопросе, нужно быть сильной державой, такой, как США, чтобы провернуть подобное. Думаю, это диверсия с целью снять ответственность с Соединенных Штатов, потому что нельзя ведь испортить им имидж "империи добра". Но я в версию проукраинских активистов не верю, я считаю, что подрыв совершили именно американцы.
– Как вы относитесь к тому, что расследование проводят без участия России, с которой даже не делятся информацией о его ходе?
– Это просто абсурдно, ведь Россия – собственник этих газопроводов, ее это расследование касается в первую очередь. Не допускать ее к участию – это ненормально. Но об этом западные СМИ не говорят, и люди здесь даже не знают об этом. Я в курсе, потому что меня это интересует, но французы об этом и не слышали. Французские СМИ не сообщают об этом.
Но знаете, даже Германию не включили в расследование, оно остается очень закрытым. Если бы они были в себе уверены, то расследование было бы открытым и международным, с участием и России, и Германии, и всех остальных.
Поразительно также то, что после откровений Сеймура Херша ни правительство Германии, которое затронуто произошедшим, ни правительство Франции, которое тоже затронуто, не потребовали официальных объяснений от США. Это в очередной раз доказывает степень нашего подчинения Америке. Мы не потребовали объяснений, не выразили протест, не вызвали американского посла – мы не сделали ничего. Мы полностью им подчинены, и я считаю, что это необходимо прекратить.
![Главное](/images/star.png)
Рудольф Нуреев? Забираем обратно!
Елена Караева
Сегодня, в день 85-летия великого танцовщика, сломавшего каноны классической мужской хореографии, чтобы по кусочку, по камешку, по крупице создать тот балет, что Запад знает сегодня (и на котором зарабатывает по-прежнему миллионы в разнообразной валюте), Россия возвращает себе Рудольфа Нуреева.
Сам он говорил, будучи очень закрытым человеком, что испытывал панику, волнение и ужас перед каждым выступлением, мечтая убежать и спрятаться в маминых руках. Туда, где дом, тепло, забота.
Нуреев, в отличие от тех, кто методично и аккуратно готовил "уход на Запад", никогда и не думал, чтобы стать тем, кого тогдашняя пропаганда (с обеих сторон) назвала "невозвращенцем". Единственное "прегрешение", которое поставлено было в вину, — нарушение "Основных правил поведения советских граждан, выезжающих в капстраны", когда-то секретного документа, в котором на 15 страницах объяснялось, что нельзя сделать или себе позволить. Нуреев не следовал ни единому пункту инструкции, поэтому те, кто такого рода бумаги составлял, задумали его наказать. Отрубив возможность выступить в Лондоне. И вслед за его решением остаться на Западе лишили его — волюнтаристски и беззаконно — Родины. Такие вот мелкие Понтии Пилаты, убоявшиеся верховного начальства.
Двадцатитрехлетний танцовщик остался во Франции. Без жилья. Без денег. Без работы. Без документов. Это в Кировском балете он был звездой и, выступая в качестве солиста знаменитой труппы, заставил и партер, и галерку Гранд-опера сойти с ума в приступе "рудимании", а сам по себе он в тот момент ничего и никого не представлял. Имя — свое, отдельное — предстояло только заработать, а место в галактике балета завоевать. Ногами, руками, плечами, каждым мускулом, каждым сухожилием, каждой каплей крови и пота. Медленно.
Лавочники, кто измеряет все, что только существует, деньгами, славой и иными внешними бенефициями, называя все это "свободой творчества, которую Запад подарил Нурееву", не знают или знать не хотят, что дар, талант, гениальность, особенно в балете — это рабство. И что вот уж точно никакой свободы, кроме как свободы проводить десятки часов у станка, а потом репетировать, а потом выходить на сцену, несмотря на боль, — не существует. Боль снимается страстью. К делу, которым занимаешься.
Нуреев оказался столь успешен на Западе потому, что за каждый поступок в жизни, художественное решение, пируэт и прыжок платил собственной жизнью. Полная гибель всерьез — это о нем. И так — практически в ежедневном режиме все три с небольшим десятилетия, что он танцевал, работал балетмейстером, учил других и учился у других.
Это очень русская черта характера парня, в жилах которого (он невероятно этим гордился) текла кровь потомков Чингисхана. Неутомимого, резкого, требовательного. И конечно, абсолютно бескорыстного. Он дарил себя миру так, как ни до него, ни после него не дарил никто. А его — предавали. Его предавали сэры и пэры Королевской оперы в Лондоне, отказав в контракте, до этого заработав на одном его имени миллионы.
Его точно так же предали в Гранд-опера, потому что он, будучи ее главным балетмейстером, заставил труппу пахать по-русски. То есть с полной отдачей. Возражений, когда речь шла о труде, он не слышал. "Вы тут не разговаривать, вы тут работать", — сказал он тем, кого часами заставлял правильно, то есть как принято в русском балете, танцевать на полупальцах, бесшумно приземляясь после прыжка, и выполнять поддержки так, словно на вытянутой руке — не балерина, а легкий, почти невесомый цветок. Он сделал из сборища, каким был коллектив танцовщиков Гранд-опера, труппу, озолотив ее счета. В прямом смысле. Более коммерчески успешного периода в истории театра, чем когда у штурвала балета стоял русский хореограф Рудольф Нуреев, не было. Мелкие душонки и бездари ему этого не смогли простить. И контракт с Нуреевым и здесь не продлили.
И вот тогда, когда в его жизни не осталось сцены, то есть дома, он приехал в Россию. Где его не предал никто. Хотя за поступок "я выбираю свободу" его друзей вышибали из университета, лишали возможности гастролировать, шантажировали так, что мало не казалось никому. Чуть раньше ему разрешили попрощаться с умирающей матерью. А вот сейчас ему позволили вновь прикоснуться к сцене, которой в итоге он был обязан всем. Он помнил трещины в ее паркете. Он помнил впадинки на полу репетиционного зала. Он был наконец-то дома. Среди своих. Тех, кто его ждал почти 30 лет. Нуреев станцевал для них. В последний раз.
Ему ответили любовью. Той, материнской, в которой и защита, и тепло, и восхищение, и гордость.
Его постановки в Гранд-опера остаются самыми кассовыми. Парижская опера, как старая содержанка, стрижет купоны с подаренного ей Нуреевым состояния. И солистами там назначают по принципу разнообразия и инклюзии. Талант, ярость, страсть и самопожертвование? Нет. Там этого не слышали.
Рудольф Нуреев? Забираем обратно!
![Главное](/images/star.png)
«Ни одна русская могила не будет уничтожена»
Ксения ФОКИНА, Париж
Как выживает русский некрополь в Сент-Женевьев-де-Буа
Что ждет знаменитое Русское кладбище в парижском предместье Сент-Женевьев-де-Буа? Станет ли отказ мэрии ныне заштатного городишки, в ведении которого находится некрополь, принять «русские деньги» причиной исчезновения памятника? Казалось бы, официальное заявление мэрии должно было поставить точку. Однако вопросы остались. Ведь, как стало известно «Культуре», именно в эти дни, под шумок скандала вокруг Сент-Женевьев, под каток пущены русские могилы на другом русском захоронении под Парижем.
Самый большой русский некрополь
Стандартная солидная каменная стела с сопроводительным текстом перед входом на кладбище — как страж. Такие установлены у всех исторических памятников во Франции — это вселяет уверенность в завтрашнем дне русского некрополя. С 1927 года он был местом паломничества не только русских туристов. Здесь, как в открытой книге, читаются судьбы сотен русских фамилий, вплетенных в историю Франции. Их не вычеркнуть и не забыть. Они продолжают жить в потомках, гражданах Франции, их подвиги, изобретения, вклад в искусство неоценим. И во Франции об этом помнят.
Шум, поднятый публикацией во французской прессе о том, что мэрия Сент-Женевьев-де-Буа отказалась принять ежегодный перевод от России, заставил вздрогнуть многих. Ставит ли это под угрозу захоронения знаменитых русских, среди которых весь цвет белой эмиграции, включая Ивана Бунина, Андрея Тарковского, Надежду Тэффи, Зинаиду Серебрякову, генералов и офицеров Белого движения и многих-многих других известнейших деятелей мировой культуры, героев войны и Сопротивления, за многими из которых стоят истории невероятного героизма и самопожертвования во имя французского государства? Неужели Франция позволит их уничтожить?
За сохранность могил отвечает французское государство в лице мэрии Сент-Женевьев-де-Буа. А все ассоциации, так или иначе причастные к работам по сохранению надгробий, а их несколько, должны получать разрешение в мэрии на какую бы то ни было деятельность. Россотрудничество осуществляет патронат мемориала. Но решения все равно остаются за мэрией.
Надежду на сохранение русского некрополя вселяет его статус исторического памятника. Лишить подобный объект этого статуса достаточно сложно. Даже полуразрушенные могилы трогать не имеют права. Хотя не совсем понятно, какая участь ждет могилы, не сохранившие никакой идентичности, — упавшие кресты на сиротливом холмике, поросшем сорняком. Говорят, Россотрудничество готовило сметы по восстановлению захоронений, ведь их списки, всех без исключения, есть, однако теперь это вопрос открытый. И, по мнению некоторых членов семей, не пожелавших быть названными, не исключено, что концессии на эти могилы могут быть перепроданы.
«Уже почти сто лет город Сент-Женевьев-де-Буа заботится о сохранении этого важного как для нашего города, так и для России исторического и культурного наследия, — говорится в коммюнике мэрии городка. — За последние годы были сделаны серьезные вложения в обустройство общественных территорий — посажены деревья, приведен в порядок газон и аллеи. Однако что касается содержания самих могил, то оно, как и на всех кладбищах Франции, находится в ведении исключительно концессионеров и правообладателей». Тем не менее местные власти ясно дают понять, что город продолжит «делать все для сохранения этого важного международного наследия, которое насчитывает более 5200 русских захоронений». В мэрии «настоятельно подчеркивают, что ни одна русская могила не будет уничтожена». И в заключение: «Война никогда не будет предлогом для посягательства на долг памяти и уважение к умершим».
Как поясняет обелиск у входа, это самый большой русский некрополь в мире, а захоронения его «исключительны» по своей культурной и исторической ценности. А еще, что «даже деревья здесь напоминают о России». Это правда. Русскую часть городского погоста, что называется в миру Cimetiere des liers, легко узнать — там, в отличие от совершенно голых обычных участков по соседству, ветви деревьев почти закрывают небо. Даже сейчас, зимой. Старые ели, ровесницы первых захоронений, торжественно возносятся ввысь, живописно окаймляя голубые маковки, тут и там венчающие русские могилы. И на фоне — прекрасный, почти из любой точки кладбища виднеющийся купол русской церкви Успения Богородицы, построенной в 1938–1939 годах по проекту Альберта Бенуа в древненовгородском стиле.
Балерины, таксисты, воины
Корни огромных берез взламывают плиты, а плющ закрыл одно надгробие, другое. Прямо из могилы вырос куст лещины, продев сквозь деревянный крест свои уже окрепшие прутья. Кусты молочая сиротливо покрывают безымянный холм. Лежащий на могиле подгнивший деревянный крест порос мхом. Такое нездешнее лицо в сестринском белом платке, как в раме, с выглядывающим случайно краем фамильного медальона. Совсем детское, имени нет — табличка исчезла. На других с трудом можно разобрать «донской казак, донская казачка, сестра милосердия Клавдия Георгиевна Прилуцкая-Чернобровкина»… И деревянные кресты, кресты. С шапочками или без, простые, восьмиконечные, уравнявшие в правах и княгинь, и солдат, и священников. Яти даже на захоронениях 1950–1960-х годов. Настоящий музей. Здесь все — члены императорского дома, писатели, художники, все, кого потеряла Советская Россия. Вот тенор Парижской оперы, надпись на его мраморном обелиске блестит свежей позолотой, а недалеко у княгини Козловской покосился деревянный крест. Вот половина креста, едва читается «Капнистъ». На надгробии некогда блистательной балерины Веры Трефиловой, скончавшейся в 1943 году, расколотый на три каменные части крест — лежит, изогнувшись лебедем, словно в память о партии солистки Мариинского Императорского театра в балете Чайковского. Состояние могил в сочетании с невероятными, утраченными по большей части фамилиями, придает особый драматический лад всему, что видишь вокруг. Это похоже на симфонию — имена звучат причудливо и потусторонне, как древний текст, проявляясь и исчезая, сливаясь с неистовым щебетом птиц и монотонными напевами мусульман где-то за оградой. Время никого не щадит. Вот и кладбище, когда-то раскинувшееся в окружении полей, сейчас со всех сторон обступили бедняцкие ашелемы (HLM, habitation a loyer modéré), блочные многоквартирные дома. И эмигранты — совсем иные.
А внутри высокой ограды — тишина и покой. Толстые, Рябушинские, Рейнбот-Резвые, Римские-Корсаковы, Долгоруковы, Вяземские, Горчаковы, Долгоруковы, Лобанов-Ростовский, Проскудины-Горские, Сытины, Струве, Витте, Гагарины, Стравинские, Бенуа, Столыпины, Шереметевы, Голицыны, Воронцовы-Дашковы, Мусины-Пушкины и многие-многие-многие. Книга, бесконечная книга памяти ушедшей России.
Не все могилы в плачевном состоянии. На многих — новые таблички, где-то свежая позолота. Видимо, поступавшие с 2007 года деньги из России пошли-таки на благое дело. Лучше всего выглядят «военные» участки — казаки, генералы, кадеты, офицеры. Еще один удивительный раздел русской истории в «книге памяти» Сент-Женевьев-де-Буа — русская воинская слава. С ней связаны и удивительные памятники. Например, Галлиполийский мемориал, организованный на средства ветеранов. Памятник ценен тем, что поставлен как реплика выстраданного мемориала в турецком Галлиполи, сооруженного в тяжелейшие для русской армии в изгнании 1920-е годы. Тот памятник русским воинам на созданном генералом Кутеповым русском военном кладбище в Галлиполи не сохранился. Он был демонтирован еще в 1949 году. Но французский монумент протягивает живую нить памяти между сегодняшними трагическими днями, памятью Белого движения и подвигом русских солдат, погибавших от голода, болезней и холода на турецком берегу. В 1920 году почти 150 тысяч русских на 126 кораблях покинули Россию. И большую их часть составили воины Русской Армии генерала Врангеля. Самый многочисленный 1-й армейский корпус под командованием генерала Кутепова сошел на берег в районе турецкого городка Галлиполи. Власти Турции предоставили русским военным полуразвалившиеся бараки. В тяжелейших условиях люди умирали от холода и голода. Так возникло русское военное кладбище и впоследствии памятник, собранный по камню всеми участниками образовавшейся и организованной генералом Кутеповым коммуны — 24 тысячи камней.
«О жди ж меня, дитя, до новой, лучшей встречи. Мама». Такая эпитафия высечена на надгробии юной балерины Тамары Семенниковой, трагически ушедшей в 22 года. Среди русской эмиграции было немало танцовщиц, артистов оперы, актеров, украсивших своим искусством парижскую сцену. Почему-то самой ухоженной выглядит могила русского танцовщика Сержа Лифаря, звезды «Русских сезонов» Сергея Дягилева, главного хореографа Гранд Опера, в прошлом красного командира, приветствовавшего Гитлера. Черный мрамор, золотые буквы, а в нише с иконкой, традиционной для русского кладбища, — кем-то всунутый украинский флажок, видимо, потому что русский танцовщик Сергей Лифарь был родом из Киева. А внизу, на цоколе, выгравированы ордена, среди которых… Георгиевский крест.
Надгробие писателя Гайто Газданова — одно из самых примечательных. Парижский таксист (кстати, есть здесь и участок, посвященный русским эмигрантам-таксистам), участник Сопротивления, редактор подпольного журнала, литератор. Памятник работы Владимира Соскиева в виде раскинувшего крылья ангела поставлен при поддержке главного дирижера Мариинского театра Валерия Гергиева, земляка писателя, в 2001 году. В тот год Гергиев выступал с аншлагами в Париже. К слову, в нынешнем сезоне его тоже ждали в стенах Парижской оперы, даже ежегодный каталог с программой Гранд Опера включал гастроли Мариинского театра. С каким же разочарованием жаждущие увидеть маэстро прочли на последней странице, что русские артисты допущены все-таки не будут.
Русское кладбище кажется огромным, наверное, еще и оттого, что невозможно пройти мимо ни одной могилы. Имена и даты притягивают, рождают ассоциации, навевают размышления. На многих могилах — листки с оповещением о прекращении концессии в случае неухода за захоронениями с призывом к родственникам проявить интерес к могилам. Однако испуг от того, что эти «черные метки» могут стать предлогом для уничтожения русских захоронений, проходит, когда узнаешь, что раскладывают эти листки как раз члены ассоциаций — для привлечения внимания потомков. Но проблема в том, что у многих усопших нет потомков: или они слишком дальние, или вовсе не знают о своих далеких теперь уже предках. Это чудовищно затрудняет работу по восстановлению надгробий. В том числе принадлежащих таким невероятным женщинам, как Алла Дюмениль.
Русские на службе у Франции
Глава ассоциации Memoire russe («Русская память») Сергей Дыбов приложил немало усилий для обновления надгробий русских военных и тех, кто увековечил их память. В этот непростой момент он продолжает работу по восстановлению памятника Алле Басиной-Дюмениль — уникальной русской женщине, создательнице женских авиационных частей сражающейся Франции в 1940 году. Будучи майором французских ВВС, она была единственной женщиной, которая занимала столь высокий офицерский пост в то время. Именно под началом Аллы Дюмениль служила знаменитая чернокожая актриса и певица Жозефина Бейкер. Дочь контр-адмирала и председателя Зарубежного Союза русских военных инвалидов в Париже, Алла создавала свой авиационный женский корпус по примеру советских авиачастей. Поддержка Жозефины Бейкер помогла привлечь внимание к проекту, было создано несколько частей, в том числе обучено 13 женщин-пилотов. Сегодня могила Аллы Дюмениль заросла кустарником, надписи на надгробии не видно, деревянный крест вот-вот упадет. А проведению восстановительных работ мешает неожиданный факт. Алла была шесть раз замужем, и в данный момент сложно разобраться, кто наследник концессии. Без него мэрия не дает разрешения на работы. Между тем Сергей Дыбов подготовил проект и надеется на благополучный исход. Впрочем, для того чтобы получить разрешение на обновление доски на могиле матери Марии Скобцовой, ушло два года…
Истории русских женщин на войне — целый особый раздел русского некрополя. Одна из них — Анна Воронко, по заказу которой был построен замечательный мемориал в память о погибших русских воинах, воевавших на полях Второй мировой войны. Ее сын отправился на фронт в составе французской армии и погиб в 1940 году. Уже после войны она начала искать его могилу. В результате были обнаружены около двух десятков русских воинов, останки которых Анна Воронко перевезла в Сент-Женевьев-де-Буа, где выкупила восемь участков. Именно она заказала строительство часовни Альберту Бенуа, на ее деньги и был установлен этот знаменитый мемориал, у которого возлагал цветы Владимир Путин. По мнению Сергея Дыбова, Анна Воронко заслуживает внимания, хоть и не была лично героиней Сопротивления и не погибла на фронте. Анна умерла в 1971 году и была похоронена рядом с сыном. Его захоронение ей все-таки удалось найти. Сергей считает, что об Анне незаслуженно забыли, ее скромный труд померк перед громкой и заслуженной славой княгини Веры Оболенской, которая не похоронена фактически на территории мемориала, здесь находится лишь надгробная плита с ее именем. Героиня подполья, Вера была казнена фашистами в Берлине перед самым освобождением, в 1944-м, отказавшись сотрудничать с ними и выдать товарищей по подполью, а тело ее они уничтожили. Ее муж, князь Николай Оболенский, ставший впоследствии священником и настоятелем собора Святого Александра Невского в Париже, как и она, участник Сопротивления, похоронен в одной могиле с приемным сыном Максима Горького Зиновием Пешковым, тоже сражавшимся за освобождение Франции от фашизма. Рядом с плитой Веры Оболенской — скромное надгробие матери Марии Скобцовой, также замученной фашистами.
Среди выдающихся женщин, служивших Французской республике и похороненных на русском кладбище, есть еще одна невероятная героиня современной истории—- Эльмесхан (Гали) Хагундокова. Наследница древнего дворянского черкесского рода терских казаков, дочь героя Русско-турецкой, Русско-японской и Первой мировой войн, удостоенного невероятного количества наград командира бригады знаменитой «Дикой» дивизии Константина Хагундокова. Гали унаследовала благородство и мужество отца. Участница двух мировых войн, заслуженный легионер 1-го класса, командор, бригадный генерал, великий офицер национального ордена Французской Республики «За заслуги», обладатель многочисленных правительственных наград: Крест войны 1939-1945, Крест великого мужества, Золотой крест Польской армии, Алая медаль Парижа, медали за Тунисскую и Итальянскую кампании. Все это она, утонченная черкешенка, прославившаяся уже в 1920-е годы как модель … Коко Шанель. Маленькое черное платье и жемчужное ожерелье, утонченность и изысканность — именно такие русские эмигрантки, выпускницы Смольного института благородных девиц, создали образ богемной красавицы, столь востребованный до сих пор в мире моды. Впоследствии графиня Ирэн де Люар с началом Второй мировой войны пожертвовала всем своим состоянием для создания передвижного госпиталя, бросалась в самую гущу фронта, спасла тысячи жизней на фронтах Испании, Франции, Италии и Северной Африки, где под началом американского генерала Кларка сражался ее сын Николай Баженов. «В ее солдатском ранце с самого начала лежал маршальский жезл», — сказал де Голль в момент присуждения Гали ордена Почетного легиона. Перечислять ее регалии можно долго. О заслугах этой великой женщины, удостоенной после смерти наивысших воинских почестей — никого ни до ни после нее не отпевали в Соборе Инвалидов, — красноречиво говорит склеп на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. Это прекрасная часовня в русском стиле. Да, похороненной она хотела быть здесь, в фамильном склепе, который когда-то выкупила у семьи Орловых для своих родителей и единственного, рано погибшего сына.
Однако за шумом вокруг некрополя в Сент-Женевьев-де-Буа незамеченным осталось разрушение другого русского кладбища — в Монморанси. В эти дни там под каток пущено более двухсот захоронений. «Мы нашли 370 фамилий, среди которых около 30 генералов Русской армии, а еще Серж де Шассен, который способствовал выдвижению Ивана Бунина на Нобелевскую премию. Его могила уже уничтожена», — рассказал «Культуре» Сергей Дыбов.
Тем временем Memoire russe пытается спасти еще одно захоронение — в бургундском городке Имфи. Это небольшой некрополь — 70 могил русских офицеров-галлиполийцев. Когда-то они работали на расположенном там металлургическом заводе как рабочие — такая участь ждала во Франции практически всех русских белоэмигрантов. В задачу ассоциации входит отремонтировать надгробия и восстановить кресты. Будем надеяться, что препятствий не возникнет, и память о русских солдатах на французской земле будет жить.
![Главное](/images/star.png)
Свидетель истины
Пророк от-кутюр видел солнце синего цвета
Ушёл на Восток вечный Пако Рабанн, в миру – Франсиско Рабанеда-и-Куэрво. «Металлург моды», «кутюрье с плоскогубцами», «архитектор родоида» (пластикового материала)… Как только не называли в массмедиа этого пророка от-кутюр двадцать первого века!
В февральский день 1966 года сеньор Пако взорвал навсегда гламурный мир парижских модных салонов. В лощёном отеле-паласе «Жорж V» он представил под громким названием «Манифест» двенадцать нарядов из невообразимых в мире высокой моды материалов: пластика, бумаги, кожуры кокосового ореха и прежде всего – из металла. Такой наряд мог весить до восьми килограммов. Создавать вечерний туалет с помощью газовой горелки – ничего подобного никто никогда не видел!.. Не говоря уже о том, что среди манекенщиц появились чернокожие девушки – ранее невообразимое дело! – и показывали они модели не под дежурные анонсы ведущего, а под музыку. И какую – самого Пьера Булеза! «Сразу стало ясно, что появилась новая мощнейшая фигура современной цивилизации», – будет вспоминать о явлении Пако народу Пьер Карден.
Мне довелось не раз общаться с Пако Рабанном, и это интервью представляет собой своеобразное попурри из впечатлений после нескольких встреч с испанско-французским магом наших дней.
– Бабушка прозвала меня Пако. Это сокращённо от Pater Comunitatis – «отец общины». Так вошёл в историю Франциск Ассизский, основатель ордена францисканцев. Моя бабушка по матери была бруха – по-испански «ведьма», «колдунья». Когда мне едва исполнилось пять лет, она тихо сказала мне: «Никому не показывай своего дара! Люди глупы и завистливы, они не поймут…»
– Что имелось в виду?
– Я с семи лет путешествую в астрале. Этой способностью обладала и моя мать, мощный медиум. Но она была убеждённой марксисткой и задушила воинствующим материализмом свои магические таланты. Кстати, именно мама определила мою будущую профессию, ведь она была первой, самой главной, швеёй у Кристобаля Баленсиага. Как и мы, он баск. А баски, как известно, народ особый, мы потомки атлантов.
– Об Атлантиде потом, давайте, маэстро, поговорим сначала о марксизме…
– С первого дня Гражданской войны мои родители встали в ряды республиканцев. Отец был одним из создателей их армии, Франко расстрелял его вместе с другими «красными полковниками». А мама вместе с Баленсиага бежала из Сан-Себастьяна во Францию. Совсем малыша, меня бросили в лагерь для перемещённых лиц, он мало чем отличался от концлагеря. После победы над фашистами – везде, кроме Испании, – мою мать позвали в Москву. Как видную фигуру испанской компартии её пригласили в Кремль. Мама взяла с собой и меня. Помню встречу со Сталиным. Он был суров и одновременно снисходителен. Погладил меня, которому было едва больше десяти, по голове. Меня поразило, что ладонь «вождя народов» была совершенно холодная, снулая, без малейшего тепла.
– А почему, маэстро, вы всегда ходите в чёрном?
– Это, с одной стороны, – скорбь по моему самому древнему на земле народу, баски перенесли столько страданий из-за франкизма. А с другой – я был в прежней жизни кюре, а католический священник не может быть нескромным.
– Кем ещё вы были раньше, в иных воплощениях?
– Я «человек дежавю» и видел солнце синего цвета. Около семидесяти восьми тысяч лет назад я пришёл сюда с планеты Альтаир. На Земле произошёл катаклизм, умертвивший высокоразвитую цивилизацию, и человечеству пришлось всё начать с нуля. Человечество вошло в эру Весов, и это мы, атланты, принесли ему цивилизацию на фоне диких кроманьонцев и неандертальцев… Помню, я был древнеегипетским жрецом, верховным – заметьте, и участвовал в убийстве фараона Тутанхамона, именно я проломил ему череп… А в эпоху Людовика XV я был обманом завлечён в королевское окружение, где стал мальчиком-проституткой для потех циничных вельмож... В наполеоновскую же эпоху я служил венгерским офицером в австрийской армии...
– Как сказались эти такие разные жизни на вашем творчестве? В ваших моделях? Духах?
– Если говорить о духах, то – вспомните! – у меня была марка XS, весьма успешная, надо сказать. Люди гадали, откуда такое зашифрованное название. На самом же деле всё раскрывалось очень просто. XS – это Ихтис. Рыба по-гречески – раннехристианский символ и одно из имён Христа. Кстати, с Иисусом я встречался неоднократно: в первый раз, когда он был ещё совсем ребёнком.
– Не обижайтесь, маэстро, но я давно хотел спросить: вас не смущает, что некоторые весьма практичные люди, крепко стоящие двумя ногами на грешной земле, принимают вас за сумасшедшего?
– Я был готов к этому и именно поэтому до шестидесяти лет старательно скрывал свои магические способности. Но, когда решил уйти из бизнеса от-кутюр, выпустил книгу под названием «Траектория», в которой рассказал о моих астральных странствиях…
– А потом у того же издателя, Мишеля Лафона, вышел и другой бестселлер – «Огонь с неба».
– Это отдельный разговор. Я как-то шёл по набережной Сены на острове Сите, и вдруг мне послышались страшные крики. Такие громкие, что я даже присел на корточки, схватившись за уши. Зажмурился и увидел пламя вокруг и обожжённых людей. Всё было так явно, выпукло, но, оказывается, кроме меня, никто этого не замечал… Пришёл к себе в студию на улицу Берже и открыл откровения Нострадамуса. Он предсказывал гигантский пожар в Париже. Я начал сопоставлять факты, события и понял, что риск исходит от обветшалой российской космической станции «Мир», которая вот-вот может рухнуть на Землю.
– Но почему, чёрт возьми, именно «Мир» и как раз на Париж?
– Так мне сообщили из астрала, ничего поделать не могу... Причём я узнал тогда даже точное время Апокалипсиса: 11 августа 1999 года, в 11 часов 22 минуты. Что и рассказал всем и вся, каюсь, каюсь... Хвала Всевышнему, ничего подобного не случилось… Но какой травле меня подвергли после этих моих откровений! На несколько лет я затих. А потом случился пожар в Нотр-Дам, и я понял, о чём на самом деле предупреждали мои огненные видения.
– Что вам, пророку от-кутюр, сообщает астрал о будущем моды?
– Когда на планете будет двадцать миллиардов обитателей, на земле больше не останется тканей для одежды, пропадут хлопок, лён, шерсть, синтетические материалы… Землянам придётся осваивать производство вторичных материй из хозяйственных и промышленных отходов, из отбросов. Моими костюмами из металлов и пластика я предугадал новую эру. Мода – знак времени. Она анонсирует будущее. Мне же завтрашний день представляется сущей катастрофой… Экономический кризис двадцатых – тридцатых годов двадцатого столетия был предсказан стилем одежды, более сумрачной и бедной, с длинными, скучными линиями. Сегодня же происходит нечто похожее. Смелые идеи от-кутюр исчезли, резкие, короткие линии на новых материалах почему-то сейчас не в почёте. Тревожность человечества ощущается и в моде, это нормально. Эра Весов соотносится с пифагорейским числом 6 и с планетой Венера. Это эпоха страданий, самопожертвования, сосредоточения, и всё это – для зачатия нового общества. Удастся ли добиться этого? Зависит только от людей. Я же на Земле больше не останусь. Мной исчерпаны более семи астральных жизней, и теперь уйду в мой истинный дом, вернусь на Альтаир. Хотите – верьте мне, хотите – нет, но я уже засвидетельствовал обо всём, что видел в этом мире. Такова истина.
Кирилл Привалов,
Париж – Москва
![Главное](/images/star.png)
Французская компания GTT уходит из России
Она была важна как партнер при строительстве танкеров арктического класса. Тем временем цены на газ в Европе снизились
Французская GTT — мировой лидер по производству контейнеров для перевозки СПГ — прекратила работу в России.
Если слегка вдаться в подробности, то это контейнеры, которые позволяют в больших количествах хранить такое топливо при температуре минус 163 градуса. И сейчас компания решила уйти из России, потому что не может здесь работать из-за очередных европейских санкций. Они запрещают оказывать России, в частности, инженерные услуги. А поскольку GTT — инжиниринговая компания, то и работать она здесь больше не может.
Компания сотрудничала с судоверфью «Звезда» на Дальнем Востоке. Это подразумевало строительство 15 газовозов ледокольного класса. Правда, в сдаче двух судов компания все-таки участвовать будет, потому что ей нужно обеспечить безопасность проектов. И почему два газовоза из этого принципа строить все-таки можно, а остальные нет, корпорация не объяснила.
Как писала Financial Times, это может поставить под угрозу российские газовые проекты в Арктике — «Ямал СПГ» и «Арктик СПГ — 2», с которого планировалось экспортировать сырье уже в этом году. А еще есть проект «Сахалин-2» на Дальнем Востоке, который, к слову, важен для Японии, и японские компании сохранили в нем участие.
Как будет решаться этот большой газовый пасьянс — пока не очень ясно. Комментарий ведущего эксперта Финансового университета и Фонда национальной энергобезопасности Игоря Юшкова.
«Возникает вопрос к французской компании: она вообще отказывается работать с российскими бенефициарами или отказывается работать в России? Потому что если даже в Южной Корее строить, то там, опять же, французы поставляют технологию для танкеров СПГ. Если даже в Китае работать, все равно французы поставляют. Китай пытается выйти на этот рынок строительства газовозов, и можно было бы на этом сыграть и сказать, что окей, давайте мы у вас будем размещать, у вас появятся заказы, вы будете развиваться в этом направлении. Но и там французы тоже поставляют ту же самую технологию для СПГ-танкеров. Поэтому если они займут жесткую принципиальную позицию, что все газовозы, которые заказываются в пользу российских арктических проектов, не будут обслуживать, это для РФ будет очень плохой новостью. Потому что в мире не существует готовых танкеров арктического класса, которые мы могли бы где-то с рынка купить. Большие вопросы, как строить подобные суда».
Но дело еще в том, что только на «Ямал СПГ» в 2020 году приходилось 5% мирового экспорта сжиженного природного газа. А это не единственный российский СПГ-проект. То есть в теории решение французской компании может повлиять и на мировые цены на газ. Хотя пока, когда еще ничего толком не ясно, об этом, наверное, рассуждать рано. Тем более что сейчас на европейской бирже газ сильно подешевел и 3 января торговался на уровне ниже 800 долларов. Правда, нельзя говорить, что это уж очень низкая цена. Но по сравнению с тысячами долларов за тысячу кубометров в прошлом году не такая уж и высокая. Причина — теплая и ветреная зима в ЕС. Но с учетом того, как газ дорожал в ушедшем году, цены на коммуналку там все равно сильно выросли. Сотрудники Business FM спросили об этом жительницу Берлина Ольгу Аруину.
«С июня 2022 года газовое отопление поднялось в цене почти в три раза. Стоит около 11,3 цента за киловатт-час. Если люди платили раньше около 70-75 евро в месяц, то сейчас около 200 евро в месяц. Что касается газового отопления — оно очень поднялось в цене, и люди на эту тему очень переживают. Центральное отопление тоже, но это не так сильно ощущается, может быть, процентов на 30 поднялось».
В декабре Международное энергетическое агентство напоминало, что Европа с конца еще 2021 года направила 330 млрд евро на борьбу с энергокризисом. Это субсидии для потребителей. Правда, вывод эксперты сделали такой: это лишь ослабило стимул к экономии энергии. А в этом году, по мнению аналитиков МЭА, ЕС потребуется еще 100 млрд евро, чтобы восполнить дефицит газа, который перестал поступать из России. И, возможно, история с французами закончится не так печально, как можно было бы предположить. У РФ проблема в том, что если нефтяной танкерный флот можно купить на рынке, то арктические газовозы строятся с нуля с помощью иностранных партнеров.
Впрочем, когда-то в России не умели строить и ледоколы, но потом хорошо научились. А еще в 2022-м были разные сообщения на эту тему: и о том, что Южная Корея — еще один наш партнер в строительстве судов — расторгает контракт, и о том, что «Новатэк» заказал 30 газовозов, которые повезут топливо по «Севморпути», и о том, что судоверфь «Звезда» не успевает в срок, то есть к марту, сдать судно для проекта «Новатэка» «Арктик СПГ — 2». Но как пояснял глава «Новатэка» Леонид Михельсон, все строится, а задержка компанию «не напрягает».
Михаил Сафонов
![Главное](/images/star.png)
Титан науки
к 200-летию Луи Пастера
Георгий Судовцев
Великий французский учёный, о котором пойдёт речь, — одна из самых ярких фигур «классического» периода науки. Классического не только по своим корням, полностью врастающим в почву причинно-следственных связей нашего бытия, но и по тем плодам, которые деятельность принесла и Франции, и всему человечеству, — в полном соответствии с далеко не чуждой учёному евангельской мудростью: «Не может древо доброе приносить плоды худые, ни древо худое приносить плоды добрые» [Матф.7:18].
Если говорить о «личном древе» Луи Пастера (27 декабря 1822 — 28 сентября 1895), то оно и в национальном, и в мировом общественном мнении вот уже более века считалось и считается исключительно добрым, бесконечно плодоносящим, почти священным древом. И вряд ли что-то в этом отношении может в ближайшее время измениться, и «добрый Пастер» (Le Bon Pasteur по-французски) звучит точно так же, как словосочетание «добрый пастырь», являющееся одним из именований Бога.
Возможно, перечисление научных открытий Луи Пастера сегодня будет выглядеть уже не настолько впечатляющим, чтобы безусловно поставить его в первый ряд учёных всех времён и народов, но в своей эпохе, несомненно, он был примером и образцом для подражания, ибо его исследования помогали спасать жизнь тысячам и улучшать жизнь миллионам людей. Мир, в котором мы все живём, во многом является «миром Пастера».
Это мир, в котором многие болезни — не только человека, а всех живых существ — лечатся и предупреждаются; это мир, в котором питания больше, и оно дольше пригодно к употреблению; это мир, в котором «наука становится непосредственной производительной силой», то есть, знание становится умением. Кажется невероятным, но это действительно так: Пастер практически неизменно добивался успеха в решении тех проблем, за которые он брался.
Можно сказать: не мытьём, так катаньем, проводя десятки, сотни, а порой и тысячи экспериментов, последовательно меняя их условия, пока «на выходе» не получался нужный результат или хотя бы намёк на него, «ухватившись» за который, учёный доводил дело до конца. Для создания эффективной вакцины, то есть культуры ослабленного вируса как средства иммунизации человеческого организма против неизлечимого ранее бешенства, — одного из величайших своих триумфов — Пастеру приходилось проводить серии до 90 перезаражений подопытных морских свинок, кроликов, собак… Ни о каких «правах животных» речи тогда вообще не шло, сообщества по защите братьев наших меньших были куда менее популярны и значимы, чем в настоящее время, но их участники всерьёз угрожали учёному убийством за его «жестокие» эксперименты…
Конечно же, люди, благодаря открытию Пастера спасённые от мучительной смерти (их счёт к настоящему времени уже перевалил за миллион человек), а также их ещё более многочисленные потомки имели на этот счёт прямо противоположное мнение. Во всяком случае, первый из них, девятилетний на момент курса вакцинации Йозеф Майстер (1878–1940), в знак благодарности впоследствии всю жизнь проработал в Институте Пастера…
Впрочем, к моменту триумфа над бешенством Луи Пастер уже давно был научной звездой первой величины. Не только в родной Франции — во всём мире. Прежде всего благодаря своим экспериментам, которые опровергли представления о «самозарождении» жизни, в разных формах бытовавшие со времён Аристотеля, а в середине XIX века ещё сохранявшиеся в академической среде применительно к микроорганизмам. Пастер продемонстрировал принципиальную возможность создания стерильной, то есть свободной от микробов органической питательной среды путём её нагревания до различной температуры.
Основой для этих экспериментов послужили многолетние исследования учёным различных процессов брожения: спиртового, уксусного, молочнокислого и маслянокислого, относительно которых им была доказана их биохимическая, а не чисто химическая, как утверждалось ранее, природа. В итоге французские (а следом — и все прочие) виноделы с сыроварами получили возможность значительно снизить риски и повысить эффективность своего производства. Чуть позднее, в 1870-е годы, уже после поражения Франции во франко-германской войне 1870–1871 годов, исследования Пастера в сфере пивоварения позволили разрушить немецкую «пивную монополию» и, по оценкам ряда экономистов, в совокупности возместить наложенную на Францию по итогам этой войны контрибуцию в 5 млрд золотых франков — колоссальную сумму по тем временам, примерно равную нынешним 250 млрд долл.
Собственно, после этой неудачной для Франции войны, при всём своём пацифизме и прогрессизме: «Я абсолютно убеждён, что наука и мир одержат победу над невежеством и войной, что страны в конечном итоге объединятся не для того, чтобы разрушать, а чтобы строить, и что будущее принадлежит тем, кто много сделал для блага человечества», — полного неприятия «бошей» и даже ненависти к ним добрый католик по религиозным и бонапартист по политическим убеждениям Луи Пастер не скрывал. Но здесь важно отметить, что касалось это немцев прежде всего как носителей определённой системы ценностей, проявившейся сначала в милитаризме Второго рейха, а затем и в нацизме Третьего.
«Наука не знает Родины, потому что знания принадлежат всему человечеству», — утверждал Пастер, однако сам он не только хорошо знал и любил свою родину, полностью служил её интересам, причём настолько успешно, что соотечественники «носили его на руках», осыпая всевозможными государственными и общественными почестями. Своему пониманию миссии учёного: «Наука — это душа процветания наций и источник всего прогресса», — он следовал неукоснительно. К числу перечисленных выше достижений Пастера можно добавить ещё и открытые им процессы термической обработки пищевой продукции, по фамилии изобретателя названные пастеризацией (однократный непродолжительный нагрев до температуры ниже 100°С, то есть ниже температуры кипения воды), и спасение такой знаковой отрасли французской индустрии, как производство шёлка, от болезней тутового шелкопряда, а также множество других моментов, вплоть до того, что ещё в молодости Луи Пастер был избран действительным членом французской Академии художеств, разрабатывая и совершенствуя технологии живописи (он и сам был неплохим художником, о чём свидетельствуют десятки написанных им картин, по большей части — портреты родных и близких).
Но всё же главной отраслью применения открытий Пастера, физика по образованию (звание профессора он получил в 26 лет за открытие поляризации света в растворах L- и D-изомеров винной кислоты), оказалась медицина, где принципы асептики и антисептики были поставлены на научную основу: выяснилось, что многие болезни человека — точно так же, как процессы гниения и брожения в органических субстратах, — вызываются взаимодействием с различными микроорганизмами, которые, во всём их многообразии, стали предметом самого пристального внимания учёных. Не преувеличивая, можно сказать, что почти все отрасли врачебного знания либо претерпели фундаментальные изменения, либо вообще — как, например, эпидемиология или иммунология — сформировались благодаря исследованиям Пастера.
При этом своими главными достоинствами он называл методичность (упорство) в достижении результатов и отсутствие каких-либо предубеждений относительно того, что ему доведётся наблюдать и изучать. А главное — лежащие в основе этих качеств вдохновение, энтузиазм, который он трактовал как «внутреннего Бога», присутствующего в человеке. «Чем больше я изучаю природу, тем более изумляюсь неподражаемым делам Создателя». «Удивление — первый шаг к открытию». Возможно, эти слова Пастера проливают свет на истоки его многочисленных и взаимосвязанных между собой открытий — как будто, ухватившись за кончик нити, он вытягивал весь невод следствий, полный «рыбы», то есть научных результатов, чаще всего — выдающихся. Учёный также постоянно в разных вариациях повторял мысль Фрэнсиса Бэкона: «Немного науки уводит от Бога, большее количество науки возвращает к Нему».
О том, что он не был «рабом пробирок», говорят, например, такие его прозрения, касающиеся самых таинственных глубин бытия: «Вселенная асимметрична, и я убеждён, что жизнь является прямым результатом асимметрии Вселенной или её косвенных последствий». В этих словах ясно видна опора на ранние, 1845 года, исследования Пастера, посвящённые оптическим L- и D-изомерам винной кислоты, а также на тот факт, что бактерии питались только D-изомером, оставляя L-изомер нетронутым...
К сожалению или к счастью, но развитие научного знания продолжается, и пути такого развития оказались далеки от прямого, линейного прогресса. Если Пастер, работая над вакциной от бешенства, добивался получения ослабленных штаммов вируса высушиванием спинного мозга кроликов, то сумма технологий современной науки уже создаёт возможность буквально «печатать» новые патогенные вирусы методами генной инженерии, на что наглядно указала, например, разгоревшаяся в 2020 году и до сих пор длящаяся пандемия COVID-19. И те западные учёные, которые активно создают и даже патентуют генетически изменённые штаммы вирусов, в том числе опасных для человека, вовсе не руководствуются в своей работе золотым правилом «Не навреди!» Даже наоборот, многие исследования в этом направлении неизбежно оказываются «заточены» как раз на создание и совершенствование биологического оружия… Вспомним в этой связи, например, признание британского принца Филиппа, мужа королевы Елизаветы II и отца нынешнего монарха Соединённого Королевства Карла III: «Я должен признаться, что у меня есть искушение попросить перевоплощения в особо смертоносный вирус…» И это не какой-то специфический английский юмор высшей аристократии — это выражение тех же человеконенавистнических настроений, которые пронизывают и концепцию «Великой отмены» от главы Давосского форума Клауса Шваба, и программу «инклюзивного капитализма», под которой подписались и Ротшильды с Рокфеллерами, и папа Римский Франциск…
Да, прогресс всегда сопряжён с нравственным выбором. Так, атомная энергия — это не только электростанции, дающие свет и тепло миллионам людей, это ещё и ядерное оружие, способное уничтожить человечество и всю нашу планету в целом. Интернет — не только возможность почти мгновенной коммуникации с любым человеком, но и угроза «электронного концлагеря». И так далее, и тому подобное, практически до бесконечности. Но «нравственный закон внутри нас» не должен исчезать под натиском новых технологических и прочих возможностей. Память о Луи Пастере — один из маленьких, но необходимых элементов этого «нравственного закона». Он говорил: «Когда я подхожу к ребёнку, он внушает мне два чувства; нежность к тому, что он есть, и уважение к тому, кем он может стать». Нельзя никого из детей, настоящих и будущих, нельзя никого из людей лишать такой возможности.
![Главное](/images/star.png)
Российские технологии используют в первом термоядерном реакторе ITER
«Профотек», портфельная компания «РОСНАНО», реализовала первый контракт в рамках стратегического партнерства с НИИЭФА им. Д. В. Ефремова. Инженеры разработали опытные образцы волоконно-оптических датчиков тока для проекта ITER. НИИЭФА совместно с «Профотек» начаты их комплексные испытания, в том числе на подтверждение стабильной работы в условиях действия внешних постоянных магнитных полей, имитирующих поля рассеяния магнитных систем удержания плазмы.
ITER — экспериментальный термоядерный реактор на базе концепции токамака и один из крупнейших примеров международного сотрудничества в сфере развития ядерной энергетики. Цель мegascience проекта — продемонстрировать возможность управляемого термоядерного синтеза с временем горения и мощностью промышленного масштаба. Над решением этой задачи совместно работают страны ЕС, а также Россия, США, Индия, Китай, Южная Корея и Япония.
Успешная реализация контракта с НИИЭФА позволит «Профотек» освоить новые компетенции и закрепиться на формирующемся международном рынке термоядерных технологий.
Организацией, ответственной за выполнение обязательств российской стороны в проекте, определен «Росатом». Работу координирует Частное учреждение «Проектный центр ИТЭР». Головной исполнитель технических решений, лежащих в зоне ответственности РФ в проекте ITER — НИИЭФА — ведущий научный, проектно-конструкторский и производственно-стендовый центр РФ по созданию электрофизических установок и комплексов для решения научных и прикладных задач в области физики плазмы, атомной и ядерной физики, физики элементарных частиц, здравоохранения, радиационных и энергетических технологий, интроскопии.
СПРАВКА
АО «Профотек» (портфельная компания АО «РОСНАНО») с 2010 года занимается разработкой и производством продукции: электронно-оптических трансформаторов тока и напряжения. На сегодняшний день компания «Профотек» является единственным российским производителем, обладающим собственной технологией и полным циком производства данной продукции. Измерительные оптические трансформаторы производства «Профотек» использованы при строительстве энергообъекта высокого класса напряжения — ПС 500 кВ «Тобол», применены на Волховской ГЭС, объектах электроснабжения компании «Транснефть» (на двух подстанциях 110/10 кВ). Партнерами компании на международном рынке стали швейцарская компания Condis и португальская корпорация EFACEC.
![Главное](/images/star.png)
Лола или… Лолита?
Казалось бы, при чём здесь Набоков
Анатолий Ливри
Этой осенью Францию потрясло убийство 12-летней Лолы Давье, чемпионки страны по спортивной аэробике среди юниоров. Девочка была зверски убита нелегалкой "африканского происхождения" (как принято называть таких во Франции). Учитывая, что антибелый расизм стал единственной официальной религией Запада, можно быть уверенным, что судьба Лолы будет стёрта из памяти белых народов. Точно так же можно предсказать, что ни одна спортивная команда никогда не преклонит колен перед матчем в память о 12-летней француженке, как повсеместно это делается на Западе в честь негритянского наркоторговца Флойда. И ни один истерическо-феминистский конгломерат никогда не заклеймит "фемицид" (убийство представительницы женского пола, совершённое преимущественно белым мужчиной, приверженцем традиционных норм) Лолы, ведь палачом и насильницей этой девочки стала женщина, давно известная полиции и психиатрам парижского региона.
Убийство маленькой парижанки случилось в момент более чем судьбоносный для Франции: издавна раздробленные адекватные политические движения Пятой республики могли объединиться после серии международных унижений (разрыв контракта на постройку атомных подлодок в пользу AUKUS, фиаско французской дипломатии в украинском конфликте, планомерное разорение индустрии Франции, теракты против "Северных потоков", энергетически обездолившие также и Францию, а главное — позорное молчание французского правительства после диверсии…) и начать обоюдовыгодное сближение с Россией — сотрудничество, рентабельное с финансовой, геополитической, а главное, с антропологической стороны: европейцам для выживания необходим контакт с государствами, конституционно узаконившими традиции. Именно в этот момент убийство 12-летней парижанки вызвало краткий медийный шок, который увёл в сторону от насущных долгосрочных проблем французских правых.
Итак, сейчас позволительно задаться вопросом: было ли убийство белой француженки спланированной акцией, к которым столь привычен истеблишмент Пятой республики? Ведь уже давно глобалистские элиты Франции убирают неугодных диссидентов или слишком разболтавшихся системных политиканов — здесь стоит вспомнить убийство политика и историка Франсуа Дюпра, убийство разведчика Тьерри Эмбо (старшего сына Рене Эмбо, шефа Главного управления внешней безопасности Франции), убийство депутатки Янны Пья, убийство "масона, ставшего неудобным" и близкого друга Жака Ширака Мишеля Бароэна… Следовательно, чего стоит направить африканскую садистку для уничтожения 12-летней девочки, дабы кратковременным всплеском эмоций отвлечь от возможного спасения и французов как нацию, и их правых политиков?
А задаться таким вопросом меня вдохновил мой личный, скоро 30-летний, опыт общения и с французскими политиками, и с их академическими советниками: около трёх десятилетий я изучал республиканский истеблишмент не с парадной стороны или по газетам, а будучи приглашён внутрь человеконенавистнической системы парижских редакторов, профессоров Сорбонны и сформированных ими более или менее тайных обществ. В отместку за мои нынешние свидетельства очевидца о реальном франкоязычном Западе, распространяемые мной в Русском Мире и его СМИ, меня дважды пытались уничтожить физически здесь, а главное, не раз "отменяли" мои русские книги в России при поддержке вездесущей пятой колонны, чьи гуру и спонсоры мне давно знакомы по совместным конференциям в Цюрихском университете и Сорбонне.
В связи с убийством Лолы необходимо вспомнить "Лолиту" Набокова. Для растлителей, погрязших в реальном безнаказанном насилии над детьми, эта книга стала настольной. Кстати, удушенный в нью-йоркской тюрьме извращенец-миллиардер, мой сородич ашкеназ Джеффри Эпштейн (имевший в своей записной книжке целый список массажных заведений с несовершеннолетними в Париже), окрестил личный самолёт Lolita express. В конце 40-х годов прошлого века был взят курс на активизацию разложения белых народов через секс, в том числе через нормализацию растления детей: "Отчёты" Альфреда Кинси, профессора энтомологии и зоологии (то есть коллеги Владимира Набокова) Индианского университета стали псевдонаучным предлогом для оправдания такой политики.
Но до того момента, как четверть века спустя всякие Сартр, Фуко, Бовуар, Кушнер и прочие Дюрас начали подписывать воззвания в "Монде", призывая к уголовной безнаказанности педоманьяков, требовалась "литературно-медийная нормализация" первертов. Здесь-то касте могущественных социопатов подвернулся Владимир Набоков, мусоливший педоманские сюжеты ещё с эпохи написания им русского "Волшебника" (Париж, 1939 г.), когда он впервые украл идею "Лолиты" из одноимённой немецкой новеллы Хайнца фон Лихберга (1916 г.), одиозного национал-социалистического публициста (в Völkischer Beobachter) времён берлинского проживания Набокова: женившийся на моей единоверке иудейке Вере Слоним, а точнее, породнившийся с западными связями её отца Гамшея, некогда разбогатевшего на экспорте русского леса в Европу, Набоков был готов на всё, чтобы вырваться из многолетней нищеты апатрида. Логично, что состоялось естественное сближение Набокова с "британцем" Морисом Кахане, владельцем парижского издательства Obelisk Press, после переименованного в Olympia Press, где и вышла оригинальная версия "Лолиты", запрещённой к публикации в тогда ещё традиционных США. Французский перевод романа был впоследствии сварганен братом издателя Эриком Кахане, по совместительству торгашом кошерного мяса в Аргентине.
Однако основную статью дохода братьев Кахане представлял нелегальный "клубный бизнес", например, принадлежавшее им трёхэтажное парижское кабаре La Grande Séverine — место незаконной проституции, в том числе и малолетней. Нелицензионное заведение "набоковедов" Кахане, где под маской ценителей музыки собирались педоманы со всего Запада, было закрыто в октябре 1964-го префектом Парижа.
Именно рекламная акция, организованная всемогущими группировками педоманьяков вокруг опубликованной Каханами набоковской "Лолиты", стала одним из факторов, позволивших массовый прорыв первертов во французское, а затем и во всё европейское общество.
Как же случилось, что университетские и издательские структуры стран Русского Мира, в том числе существующие исключительно на государственные субсидии, не могут позволить себе распространять информацию, изложенную мною в этой статье? Как получилось, что Музей В.В. Набокова, финансируемый через Санкт-Петербургский государственный университет и прочие официальные учреждения России, десятилетиями благоденствует на деньги российских налогоплательщиков? Как оказалось, что "Набоковские чтения", организуемые питерским Пушкинским Домом (а значит, госслужащими Российской Федерации — функционерами Института русской литературы Российской академии наук!) отказываются исследовать влияние Набокова на универсальную рекламу растления малолетних?
Ведь я не просто участвовал в "Набоковских чтениях" 2001 года, когда моё выступление было зачитано профессором СПбГУ Борисом Авериным, мужем Марии Виролайнен из Пушкинского Дома (сам я не смог тогда приехать в Петербург из-за своего преподавания в Сорбонне), нет, мне знакома вся структура профессиональных русофобов — западных профессоров русистики и их лакеев из российских вузов. А знакома она мне изнутри: меня пригласили в эту систему как еврея (выражение тогдашних зазывал на жалованьи Министерства образования Франции), чтобы я участвовал в университетском оправдании геноцида русских, отрабатывая будущее место профессора славистики Сорбонны и орден Почётного легиона. И я не позабыл ни единой фамилии из российской пятой колонны, приезжавшей на конференции в Европу за оплатой своих русофобских услуг в вузах России. Я помню, сколько какой российский профессор-"набоковед" или иной "филолог" получил наличными деньгами или натурой — американскими и шенгенскими визами, дармовыми гостиницами, авиабилетами, чеками на еду в грошовых забегаловках с парижскими тараканами… И, конечно, бесплатными услугами университетских проституток. Нынче эти профессора сохранили свои места на российских кафедрах и с нетерпением ожидают поражения России в СВО, чтобы снова заняться привычной "научной деятельностью". А московские миллиардеры, хоть и репатриировавшиеся в Израиль, продолжают подкармливать дрессированных академических "набоковедов", госслужащих РФ, через свои оставшиеся в России фонды и издательства вроде НЛО.
Автор — писатель, доктор филологии (Швейцария)
![Главное](/images/star.png)
Роковая сделка
Фрагмент из книги "Экономические уроки России: том 2"
Валентин Катасонов
Катасонов Валентин. Экономические уроки России: том 2. — М. : Наше Завтра, 2022. — 416 с.
Во второй части своего большого проекта, посвящённого истории "альтернативной" отечественной социально-экономической мысли XIX–XX веков, Валентин Юрьевич Катасонов представляет её "славянофильскую" ветвь в лице Фёдора Михайловича Достоевского, а также Сергея Фёдоровича Шарапова с его немногочисленными в то время единомышленниками и последователями, к числу которых принадлежали генерал-лейтенант, участник Русско-японской и Первой мировой войн Александр Дмитриевич Нечволодов, Георгий Васильевич Бутми, Павел Васильевич Оль и ряд других авторов.
Их общей позицией было неприятие "западного" пути социально-экономического развития для России, развенчание выдаваемого за аксиому мифа о том, что этот путь является единственно возможным в истории для всех без исключения стран мира. И если отношение к "западному" буржуазному строю со стороны Достоевского определялось не столько собственно научными, сколько ценностными, нравственными критериями: "Провозгласили… liberté, еgаlité, fraternité. Очень хорошо-с. Что такое liberté? Свобода. Какая свобода? Одинаковая свобода всем делать всё что угодно, в пределах закона. Когда можнo делать всё что угодно? Когда имеешь миллион. Даёт ли свобода каждому по миллиону? Нет. Что такое человек без миллиона? Человек без миллиона есть не тот, который делает всё что угодно, а тот, с которым делают что угодно", — то экономисты-"славянофилы" конца XIX — начала ХХ века диагностировали болезнь "периферийного", "зависимого" капитализма в России по всем правилам современной им науки. И предлагали рецепты её лечения, часть которых вполне применима даже в современных, XXI века, условиях. Например, переход к "абсолютным деньгам", имеющим исключительно знаковую, т.е. информационно-управленческую, природу, и использование их в качестве "мнимого капитала" для создания и накопления реальных активов, "запасного капитала". С этой точки зрения главным объектом их критики было подключение России к международному рынку капиталов через введение "реформами Витте" золотого рубля, что С.Ф. Шарапов и его единомышленники считали "золотой мышеловкой" для России, передачей функций "мнимого капитала" капиталу заёмному, то есть ползучей утратой государственного суверенитета. И доказывали пагубность такого курса с полным набором точных цифр на руках.
Что, пожалуй, самое интересное и показательное — то, что экономический курс Советской власти, партии большевиков/коммунистов, казалось бы, политически самых крайних в России "западников", во многом основывался — особенно в эпоху "сталинского рывка" — на круге идей, разработанных этими "консерваторами и реакционерами". Да и современные "цифровые деньги" более чем полностью укладываются в концепцию "мнимого капитала". Так что в этом отношении "консерваторы" оказались далеко впереди "прогрессистов".
А потому не стоит удивляться, что некоторые их оценки, в том числе и выходящие за рамки обсуждения финансово-экономических проблем, и сегодня, через век с лишним после того, как они были сделаны, выглядят настоящими пророчествами. Например, такие: "Poccии придётся отстаивать и от пробуждающегося Жёлтого Востока, и от фанатизуемого всё более и более ислама, и от своих мнимых западных друзей не только свою целость и независимость, но, быть может, и самое своё существование…" Что лишний раз подтверждает старую, но неоднократно проверенную истину о том, что нет ничего практичнее хорошей, то есть правильной, теории.
"В целом за период 1881–1913 годов Россия была ограблена иностранным капиталом на сумму, равную примерно 2 млрд рублей. Такова была цена приобщения России к капитализму и её опоры на иностранный капитал… Отсчёт бесчинств, которые Запад начал творить в нашей стране, надо вести не с 1918 года, а на несколько десятилетий раньше…"
Между Францией и Россией в 1914 году было подписано соглашение, предусматривавшее привлечение российскими компаниями на Парижской бирже под гарантии правительства России займов на строительство железных дорог стратегического назначения (на сумму 400–500 млн франков в год). Данная сделка является достаточно ярким примером того, как Запад, используя рычаги долговой зависимости России, втягивал её в мировую войну.
Долговая зависимость России неизбежно вела к её внешнеполитической зависимости от стран-кредиторов. Россию вынудили подписать серию неравноправных экономических и политических договоров с Германией, Францией и Англией. По договорам с Францией и Англией Россия должна была оплачивать свои долги не только деньгами, но и "пушечным мясом", корректируя в угоду им свои военно-стратегические планы. Французские и английские правительства, пользуясь союзническими договорами с Россией, принуждали царское правительство размещать свои зарубежные военные заказы только на их предприятиях. С помощью кредитов и займов мировые ростовщики постепенно втягивали Россию в сети военно-политического альянса под названием "Антанта" (Великобритания и Франция). Одновременно они вбивали клинья в отношения между Россией и Германией, подготавливая заранее почву для военного противостояния этих двух стран. "Практически весь мировой капитал боялся прочного русско-германского союза, боялся, пожалуй, больше, чем чего-либо другого. Такой союз делал невозможной большую континентальную войну в Европе, мог сорвать множество замыслов. Противостоять же военной силой такому союзу было бы очень сложно. Англия и США не имели сухопутных армий, а Франция… Вот Франция-то как наиболее обеспокоенная сторона и ринулась обрабатывать Россию в пользу заключения прямого военного союза с ней. Естественно, против Германии". Именно по указанной выше причине Франция в Европе оказалась самой "отзывчивой" на просьбы России о предоставлении займов. Россия начала "заглатывать" французские займы ещё в 1880-е годы. В 1891 году Министерство финансов пыталось получить новый заём, но возникли неожиданные препятствия. Глава французской ветви Ротшильдов, Альфонс, заявил, что не будет организовывать нового займа ввиду того, что в России имеют место "преследования евреев". Россию начали загонять в угол.
По дипломатическим каналам царю намекнули, что несмотря на "нерешённость еврейского вопроса", заём всё-таки можно получить, но для этого России надо стать военным союзником Франции, и тогда, мол, Ротшильды согласятся. Деньги были получены даже авансом, в 1892 году. Но Россия поняла "сигнал" из Парижа и энергично вела военные переговоры. В том же 1892 году в Париже были проведены переговоры начальников генеральных штабов двух стран. К началу 1894 года франко-русская военная конвенция уже была подписана и ратифицирована. Теперь, начав войну с Францией, Германия автоматически получала и войну с Россией.
На первом месте в мире по экспорту капитала в то время находилась Англия, а Франция была на втором месте. Англия преимущественно ввозила капиталы в страны Британского Содружества, т.е. в свои колонии и зависимые страны. На Европу приходилось лишь немногим более 5% накопленных на начало 1914 года зарубежных инвестиций Англии. У Франции была совершенно другая география экспорта капитала: на начало 1914 года 67% её зарубежных накопленных инвестиций находилось в Европе. С конца XIX века до начала Первой мировой войны Россия занимала первое место среди стран, получавших инвестиции из Франции.
В первую очередь Франция экспортировала ссудный капитал. В том числе и в Россию. Однако вслед за предоставлением России займов Париж также продвигал в нашу страну французских экспортёров товаров и предпринимательский капитал. Подписывая соглашения о займах, Париж добивался от России снижения импортных пошлин для французских товаров и режима наибольшего благоприятствования для прямых инвестиций.
Накануне Первой мировой войны Франция занимала первое место среди других стран по величине капиталов, вложенных в российские акционерные общества. Доля французских инвесторов в общем объёме иностранных инвестиций в акционерный капитал в России перед Первой мировой войной была равна 31% против 24% у английских, 20% у германских, 15% у бельгийских и 5% у американских инвесторов. Надо иметь в виду политическую близость Франции и Бельгии, общность их интересов в начале ХХ века, часто французский и бельгийский капиталы действовали в России сплочённо, как единое целое. На франко-бельгийский капитал приходилось 46% прямых иностранных инвестиций в России.
Первое место по сравнению с другими иностранными инвесторами французский капитал занимал в банковском секторе (на втором месте находился немецкий, на третьем — английский капитал).
За кулисами игры по затягиванию России в сети финансовой и политической зависимости стояли, прежде всего, лондонские и парижские Ротшильды, а в России их агентом был С.Ю. Витте. Он им оставался и после смещения с должности министра финансов в 1903 году, до конца своей жизни (1915 год). В 1907 году Россию благодаря займам Парижа заманили в Антанту, до начала войны оставалось семь лет.
Французские банкиры после заключения франко-русской военной конвенции 1894 года и особенно после присоединения России к Антанте стали активно использовать имеющиеся у них рычаги (займы и подконтрольные им петербургские банки) для давления на Россию. Во-первых, добиваясь ослабления и разрыва нормальных экономических и политических отношений России с Германией. Во-вторых, активизируя военно-экономическую подготовку России к будущим сражениям. Автор интересной монографии "Империализм до 1914 года" Георг Хальгартен отмечает: "Французский финансовый империализм, который до войны в основном контролировал южнорусскую тяжёлую промышленность, в это время не только вёл борьбу против германского участия в русских железнодорожных обществах, но даже размещение новых русских займов в Париже ставил в зависимость от строительства русских стратегических железных дорог и значительного увеличения армии".
Примечательно, что втягиванию России в Антанту способствовали не только банкиры, но также военные промышленники Франции и Англии. Займы России фактически были "связанными": от России Запад требовал, чтобы свои военные заказы русские размещали на европейских заводах. Уже упоминавшийся Георг Хальгартен пишет: "Из-за этих гигантских сделок происходила драка между концернами военной промышленности всей Западной Европы, особенно, конечно, Антанты; её концерны не только снабжали Россию извне, но контролировали также немногие мнимо русские предприятия (курсив мой — В.К.) и таким образом закрепляли за странами Западной Европы монополию поставок для русской армии, а это, согласно, правда, пристрастному мнению тогдашнего русского военного министра Сухомлинова, препятствовало созданию достаточно сильной национальной военной промышленности и тем самым обусловило русскую катастрофу 1915 года, которая, несомненно, была вызвана в первую очередь недостатком боеприпасов".
Примечательно, что западногерманский историк говорит о контроле со стороны европейских концернов военной промышленности "мнимо русских предприятий". Речь идёт о предприятиях, которые располагались на территории России, на них работали русские люди. Но при этом они частично или полностью зависели от западных поставок основных элементов, полуфабрикатов, деталей и узлов, необходимых для производства конечной продукции (что-то типа сборочного производства).
Впрочем, был ещё один тип "мнимо русских предприятий". Там, где даже персонал был преимущественно иностранный. Взять, например, известный Путиловский завод в Петербурге. Принято считать, что это "цвет и гордость" русской индустрии, причём работающий преимущественно по заказам военного ведомства. А вот уже упоминавшийся нами Хальгартен даёт нам иное представление об этом заводе: "…из 32 директоров 21 директор, а из общего числа рабочих и монтажёров 60% принадлежали немецкой национальности". Финансовый контроль над заводом осуществлял банк "Унион паризъен". Иностранные компании, получавшие заказы от российского военного ведомства ("Виккерс", "Крезо" и прочие), имели своих людей во всех сферах власти: Думе, правительстве, окружении царя.
За полгода до начала Первой мировой войны член Госсовета П.Н. Дурново в своей записке императору Николаю II писал о почти полной неизбежности военного столкновения России с Германией, раскрывая финансово-экономические причины и последствия такого столкновения. Вот лишь одна выдержка из записки: "Последствием этой войны окажется такое экономическое положение, перед которым гнёт германского капитала покажется лёгким. Ведь не подлежит сомнению, что война потребует расходов, намного превышающих ограниченные финансовые возможности России. Придётся обратиться к кредиту союзных и нейтральных государств, а он будет оказан, разумеется, не даром… И вот неизбежно, даже после победоносного окончания войны, мы попадём в такую финансовую и экономическую кабалу к нашим кредиторам, по сравнению с которой теперешняя зависимость от германского капитала покажется идеалом".
Пётр Николаевич Дурново оказался прозорливым политиком. Действительно, вскоре началась война. Действительно, имела место победа над Германией. Действительно, России эта победа ничего не дала — а вот потери оказались громадными и трудно измеримыми (Революция 1917 года, Гражданская война, интервенция). Более или менее измеримыми были лишь потери в виде долгов, которые Россия сделала за годы войны. В 1914–1917 годы военные заимствования России составили 7,7 млрд руб. Теперь на арену вышли английские банкиры, которые стали играть решающую роль в размещении военных займов в России. К моменту взятия власти большевиками основная часть внешнего долга России стала приходиться на Англию (46–47%), а Франция перешла на второе место (34–35%). Во время переговоров с советской делегацией на Генуэзской экономической конференции Запад представил детально подготовленный счёт по внешним долгам России (включая военные займы). Сумма внешнего государственного долга округлённо была равна 16 млрд руб., причём эта величина делилась примерно на две равные части: долги, сделанные Россией до начала войны, и военные займы. Признание таких гигантских долгов обрекло бы Россию "на финансовую и экономическую кабалу к нашим кредиторам", как писал в своей записке П.Н. Дурново.
Резюмируя всё сказанное по вопросам внешней задолженности, следует ещё раз подчеркнуть, что Россия несла большие (и всё возрастающие) издержки, привлекая внешние займы. Эти издержки выражались в следующем.
1. Уплата процентов, начисляемых на сумму полученного займа. В случае реструктуризации и пролонгации займов могло происходить начисление сложных процентов. Примечательно, что никакие другие заёмщики не платили такие высокие проценты по ссудному капиталу, как Россия (в лице казначейства). Средняя процентная ставка по русским займам в 1885 году составляла 5,5% годовых. Для сравнения: она была равна 4,0% по немецким займам, 3,0% по французским и бельгийским, немного менее 3% по английским и 2,5% по голландским займам. По некоторым выпускам государственных облигаций российского казначейства, предназначенных для размещения во Франции в начале ХХ века, предусматривались выплаты 10 и более процентов годовых.
2. Погашение основной суммы долга, которое иногда начинались через много лет после получения займа. В силу постоянного вздорожания золота России приходилось для покрытия каждого рубля долга расплачиваться большим количеством товаров (по сравнению с моментом получения займа).
3. Потери при размещении займа, когда цена покупки бумаг оказывалась ниже номинальной цены. Реализационная цена бумаг на европейских рынках в последние два десятилетия XIX века была почти всегда ниже номинала. В среднем она находилась в диапазоне 83–96% номинала. Впрочем, реализация крупных займов в начале ХХ века также происходила по ценам ниже номинала. Мы уже отмечали, что международный заём 1906 года размещался по цене на 14% ниже номинала.
4. Издержки, связанные с обеспечением обязательств России по займам. Для гарантирования выплат ренты по облигациям Запад требовал от российского казначейства резервирования валюты и золота. Особенно это требование стало актуально после того, как в 1893 году российское правительство приняло решение выплачивать проценты по ренте не в рублях, а в иностранной валюте. Резервируемая валюта размещалась на счетах иностранных банков. За пределы России для обеспечения обязательства по займам также вывозилось золото в слитках и монетах. Валюта и золото в зарубежных банках официально в отчётности Государственного банка назывались "золото за рубежом". Мы уже отмечали, что на начало 1914 года эта позиция была равна 635,3 млн руб. Непосредственно накануне войны стоимость "золота за рубежом" оценивалась в 640 млн руб. Большая часть валюты размещалась на счетах в банках Франции. Когда началась Первая мировая война, и России срочно потребовалась валюта для военных закупок, правительство Франции заблокировало эти счета. Париж, являясь на словах главным союзником России в войне, ставил интересы французских держателей российских ценных бумаг выше соображений военного характера.
5. Для размещения займов за границей Министерству финансов приходилось тратить немалые деньги на подкуп иностранной прессы, государственных и политических деятелей европейских стран, содержание своих агентов (при Витте появился институт финансового агента — представителя Министерства финансов за границей). Для подобного рода деятельности только в 1904 году было во Франции истрачено 3,3 млн золотых франков.
О печальных результатах экономического развития России, опирающегося на "помощь" иностранного капитала, Шарапов предупреждал ещё в конце XIX века в своей работе "Бумажный рубль" (1895), а также в совместной с П. Олем записке "Цифровой анализ расчётного баланса России за пятнадцатилетие 1881–1895 гг." (1896). Проведённый Шараповым и Олем анализ показывает, что уже в то время (ещё до введения золотого рубля) иностранный капитал вполне эффективно осуществлял ограбление России. Согласно расчётам, содержащимся в указанной записке, за период 1881–1895 годов Россия выплатила за границу в виде процентов и в порядке погашений займов в общей сложности 1867 млн руб. Общий объём различного рода заимствований, оценённый на основе различных аналитических методов, составил за указанное пятнадцатилетие 1173 млн руб. Получается, что чистый результат "инвестиционного сотрудничества" России с остальным миром (почти исключительно — с Западом) составил минус 694 млн руб. Иначе говоря, с помощью иностранного капитала Россия за период 1881–1895 годов была ограблена на сумму, примерно равную 0,7 млрд руб.
Насколько нам известно, С. Шарапов не делал подобного рода обширных и глубоких исследований за более поздний период времени. Воспользуемся данными Государственного банка Российской империи, который с конца XIX века начал регулярную подготовку и публикацию расчётного баланса страны.
Базируясь на официальной статистике платёжного баланса России за период 1898–1913 годов, приведём следующие обобщённые данные: нами за полтора десятилетия было выплачено за границу в виде процентов, дивидендов и на выкуп ценных бумаг 5400 млн руб.; за это время Россией было получено государственных займов из-за границы на сумму 2000 млн руб., а также иностранных инвестиций в предприятия и банки на сумму 2225 млн руб. Таким образом, Россия за полтора десятилетия накануне Первой мировой войны получила в общей сложности иностранного капитала на сумму, равную 4225 млн руб.
Чистый результат бурной "интеграции" Российской империи в мировое капиталистическое хозяйство в конце XIX — начале XX века исчислить несложно: 4225 млн руб. — 5400 млн руб. = минус 1175 млн руб. Для России чистый убыток от привлечения иностранного капитала составил почти 1,2 млрд руб., а для западных ростовщиков чистый прибыток от капиталистической эксплуатации России — соответственно, те же 1,2 млрд руб.
Если сложить оценки за период 1881–1895 годов, сделанные П. Олем и С. Шараповым, и оценку, которые мы получили на основе официальных данных Государственного банка Российской империи за период 1898–1913 годов, то получим, что суммарная величина ограбления России иностранным капиталом за два рассматриваемых периода составит: 0,7 млрд руб. + 1,2 млрд руб. = 1,9 млрд руб.
Фактически эта оценка охватывает широкий период времени с 1881 по 1913 год включительно за исключением двух лет: 1886–1887. Будем отталкиваться от самого консервативного предположения, что в указанные два года чистый финансовый результат деятельности иностранного капитала был равен среднегодовому значению за период 1881–1895 годов (694 млн руб. : 15 = 46,3 млн руб.).
Итак, мы имеем следующие обобщающие показатели о деятельности иностранного капитала в России за период 1881–1913 годов:
— совокупные вложения западного капитала (как в форме займов, так и прямых инвестиций) в Россию составили примерно 5,5 млрд руб.;
— инвестиционные доходы, выведенные из России, равнялись 7,5 млрд руб.;
— чистая прибыль западных кредиторов и инвесторов составила 2,0 млрд руб. (7,5 млрд руб. — 5,5 млрд руб.), а рентабельность иностранных инвестиций — 136% (7,5 млрд руб. : 5,5 млрд руб.).
![Главное](/images/star.png)
С улыбкой и средним пальцем
Почему Запад не замечает геополитических угроз в адрес России
Эммануэль Макрон заявил, что «никто больше не понимает, что делает Россия»… Заявление удивило: неужели действительно «никто не понимает»? Или всё-таки не хочет понять?
Франция, само собой, замечательная страна, символ интеллектуальной утончённости, возможно, самое значимое культурное явление Европы... Мы, конечно, это знаем. Правда, как у всех крупных личностей и наций, у Франции есть особенность (сегодня она присуща западному миру в целом): Франция немного, может быть совсем немного, «слишком влюблена» в себя, что серьёзно искажает её мировосприятие. Это, кстати, затрагивает почти все культуры, которые когда-то доминировали: поговорите с кем-нибудь из Ирана – и вам скажут, что всё в истории началось с Персии, поговорите с греком – и услышите то же самое о его стране...
Недавно на радио France Culture была замечательная программа, посвящённая тому, чем по праву гордится Франция, – философии. Программа сделана тонко, остроумно, интеллигентно. Участники проявляют проницательность и в то же время лёгкость, ведут себя в типично французской манере (ведь рассуждать слишком серьёзно – дурной тон, этим грешат только депрессивные немецкие философы). Надо отдать должное французам, они могут говорить обо всём с улыбкой. Они могут вести блестящую беседу, говоря обо всём понемногу, порой ничего не зная о предмете разговора. Просто болтают для удовольствия, «мы всё-таки среди своих, в приличном обществе»... Или такая манера представляется грациозной и остроумной только потому, что беседа ведётся по-французски? Кто знает...
Ну вот, радиопередача в названии имела вопросительную интонацию: «Отрицание – классика повседневной жизни, а также дипломатии и войны?» Она была посвящена анализу частичной мобилизации в России. Путин в своём выступлении заявил, что Россия теперь сталкивается не только с украинскими националистами, но и с коллективным Западом.
Ради важной темы в радиостудию пригласили двух известных психологов. И для экспертов обсуждаемое событие стало ярким примером психологического концепта, известного как «отрицание» (они даже умудрились использовать немецкое слово Verneinung, ведь идея принадлежит Фрейду). Россия, сказали эксперты, просто отрицает, что является агрессором, изображает себя жертвой агрессии. Эксперты долго рассуждали о том, что Россия искажает реальность. Мысль эта высказывалась с такой безапелляционной уверенностью, с такой иронией, с таким умиротворяющим спокойствием! А ещё – с использованием такого мудрёного научного лексикона! Ведь, в конце концов, кто посмеет сомневаться в науке?
Между тем проблема с наукой и с такого рода «научным подходом» заключается в том, что науки как таковой не существует. Существует множество научных дисциплин, и отличаются они до такой степени, что можно быть ходячей энциклопедией физики и полным идиотом, например, в физиологии. Попытка осмыслить события вокруг Украины с помощью психологии, а не с помощью инструментов геополитики и военной безопасности подобна попытке понять поведение ребёнка с помощью астрономии. Аргументы астронома будут звучать мощно, поражать наукообразностью, но совсем не приблизят к осмыслению объекта исследования. Попытки свалить всё на Путина, строить анализ, обращаясь к «психологии Путина», – это что-то сродни гаданию на Таро.
Любой, кто хотя бы немного изучал международные отношения, по крайней мере, краем уха слышал о «дилемме безопасности». Это базовое понятие, оно упоминается на вводных курсах для начинающих, однако в последние месяцы о нём почти не слышно в публичном дискурсе на Западе. Если кто-то и посмеет его упомянуть, тему тотчас замнут или представят как фальшивку.
А вообще, концепция дилеммы безопасности проста: когда одно государство становится сильнее в военном отношении или образует военный союз, это вызывает реакцию другого государства, опасающегося за свою собственную безопасность. Идеалистам, утверждающим, что Украина имеет право свободно выбирать военных союзников, хотелось бы напомнить, что НАТО по определению – антироссийский блок. Как должна была реагировать Россия на расширение НАТО? Как должна была реагировать на присутствие враждебного государства прямо за её плоской и проницаемой южной границей?
Допустил бы любой другой российский лидер расширение НАТО за счёт Украины? Даже Ельцин, первый русский «демократ», которого так любили американцы и для которого американцы так много сделали, чтобы удержать его у власти (кстати, об иностранном вмешательстве), был очень недоволен расширением НАТО. Как и Горбачёв. И всё же Запад не мог остановиться. Запад не слушал. Запад купался в идее конца истории. Запад отказался от компромисса. Ведь весь мир скоро должен быть поглощён Западом...
Кто-то станет возражать, что Украина не является членом НАТО, но Украина де-факто интегрирована в НАТО с 2014 года, когда она резко сменила вектор – против России и всего русского, а цель членства в НАТО была закреплена в Конституции Украины. Непоколебимая поддержка и вооружение Западом Украины является доказательством, что де-факто Украина уже была поглощена НАТО.
Тем не менее всё, что мы слышим на Западе, – «вторжение России не было спровоцировано». Но как вторжение России может быть «неспровоцированным», если Украина сама говорила, что последние восемь лет воюет с Россией. Да, именно с Россией, а не с группой сепаратистов, которых Россия поддерживает. Весь постмайданный революционный нарратив на Украине строился вокруг «войны с Россией» – а теперь получается, что Россия «неспровоцированную войну» начала только в феврале? Восемь лет Украина воевала с Россией, и Россия должна была просто сделать вид, что не видит этого? Конечно, не обращать внимания на баловство детей и маленьких стран (дорогая Украина, не обижайся, это просто метафора) – признак великодушия, но сколько великодушия могло быть в запасе у России после восьми лет войны? После двух несостоявшихся Минских соглашений и полного отсутствия перспектив мирного решения? Донбасс был для России не просто абстрактной проблемой за тысячи километров, это был регион, где люди в основном чувствовали себя русскими, подвергались нападениям и были заклеймены террористами, потому что хотели остаться русскими после переворота на Майдане. Украина, как выразился герой «революции достоинства» кинорежиссёр Олег Сенцов, должна подумать о возвращении территории Донбасса, не заботясь о людях, потому что люди, которые там живут, голосовали за пророссийские партии и они будут мешать Украине вступить в НАТО и ЕС... Ну, это всё, что нужно знать о легендарной украинской демократии.
Да, ряд западных экспертов по международным отношениям выражали озабоченность по поводу расширения НАТО. Однако их оценку проигнорировали. Все опасения России были отвергнуты с пренебрежением. Россия много раз говорила, что воспримет расширение НАТО как угрозу. Запад предпочёл показать России, простите за метафору, средний палец. «Нет никаких изменений; не будет никаких изменений <...> НАТО открыто, остаётся открытым, и это наше обязательство», – заявил госсекретарь Блинкен после переговоров с российским коллегой в конце января, за месяц до начала спецоперации.
Беспокойство России в области обороны было высмеяно и публично отвергнуто Западом. А теперь западные эксперты высказываются так, будто не существует ситуаций, рождающих множество сложных проблем, как, например, упомянутая дилемма безопасности. Западные эксперты продолжают разглагольствовать, как будто на самом деле есть только одна Абсолютная Истина, разумеется, их истина. И эксперты на французском радио лишь продолжили эту традицию самоуверенности. И снова задаюсь вопросом: не лучше ли политологам давать советы по международным отношениям, а психологам говорить об эмоциях? Тогда беседа получилась бы не очень-то приятной и comme il faut...
Энцо Ригони,
итальянский политолог
![Главное](/images/star.png)
Dior потребовал от жительницы Биробиджана заплатить за фальшивую сумку
Инесса Доценко (ЕАО)
Очередной виток совершила история о найденной на биробиджанском прилавке китайской сумке с гордым логотипом Dior. Должен ли продавец выплатить французскому правообладателю товарного знака 146040 рублей, выяснял Верховный суд Российской Федерации. Ранее этим же вопросом задавались еще три суда.
Началось все в мае 2018 года. В столице ЕАО продавца одной из торговых точек "ЦУМа" уличили в "осуществлении реализации" поддельной сумочки Dior. Цена товара - 4600 рублей - не оставляла сомнений в его происхождении. Такого рода "шанелями" заполнены все дальневосточные рынки. Тем более в приграничных регионах, где до Китая рукой подать. Контрафакт российская правовая система не уважает, и Биробиджанский районный суд назначил продавцу административное наказание - пять тысяч рублей. Почему козлом отпущения стала продавец, а не предприниматель, чей товар, собственно, красовался на прилавке, непонятно. Но стала. Торбу, кстати, конфисковали.
Поставить точку в этой истории на начальном этапе помешал правообладатель. Да, тот самый "Кристиан Диор Кутюр С.А." в лице своего представителя "ТКМ". В Сети можно найти компанию с таким названием, она оказывает на территории России услуги по "защите бренда от контрафакта" и, судя по изложенному на ее сайте, ведет мониторинг в интернете, собирает "разведывательную информацию", проверяет торговые точки... Биробиджанский районный суд удовлетворил требование обиженного французского производителя и обязал продавца выплатить истцу 146 тысяч рублей. В данную сумму оценили аналогичную по категории оригинальную продукцию.
- В чем отличие этого дела от большинства подобных? Обычно правообладатель обращается с требованием о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак. В данной ситуации представитель правообладателя обратился в суд с заявлением о возмещении причиненных убытков в виде упущенной выгоды. Конечно, такой выбор - это право правообладателя, но размер упущенной выгоды необходимо доказать, - говорит уполномоченный по защите прав предпринимателей в ЕАО Вячеслав Пастухов.
Дальше была апелляционная инстанция - судебная коллегия по гражданским делам суда ЕАО. Да, нарушение права на товарный знак было, согласились там, но... Во-первых, сумку так и не продали, во-вторых, аналогов среди оригинальной продукции она не имеет, да и торговых точек, реализующих сумки Dior, в Еврейской автономии нет. То есть бедный контрафакт никак не мог помешать продать в соседнем бутике настоящий товар по 150 тысяч рублей.
И тут в спор вступил Девятый кассационный суд общей юрисдикции во Владивостоке.
"Вероятно, что, если бы не было нарушения исключительных прав на товарный знак, правообладатель увеличил бы свою имущественную массу пропорционально не реализованной по вине ответчика оригинальной продукции", - написано в его решении. Другими словами, если б не китайский конкурент, нашелся бы и в Еврейской автономии покупатель на творение французских мастеров.
Продавец не сдалась, и дело дошло до Верховного суда, который, рассмотрев все обстоятельства, направил его на новое рассмотрение в суд кассационной инстанции. По простой причине: в кассации ранее признали, что ответчик ходатайств о назначении судебной экспертизы для определения размера ущерба не заявлял, тогда как на самом деле это было сделано еще в суде первой инстанции.
Вот такой детектив. Ждем продолжения.
Борис Белобородов, общественный бизнес-омбудсмен Амурской области:
- В Амурской области подобные случаи тоже не редкость. Может быть, эта сумка попала в Россию не по официальному контракту, а как серый импорт. То, что завозится таким образом, не оформляется, к сожалению, в соответствии с таможенными правилами. Если предприниматель купил продукцию официально на оптовом складе и у него есть документы об этом, то в порядке регресса он может направить этот иск тому, кто ему продал товар. Но мы знаем, что в жизни то, что поступает из Китая, часто не имеет документов. Это остатки девяностых нас периодически догоняют. Хотя я считаю, что сейчас в условиях санкций, когда экономике трудно, нельзя из простых продавцов и маленьких предпринимателей делать козлов отпущения в угоду владельцам брендов из недружественных стран.
![Главное](/images/star.png)
Алексей Мешков: во Франции борются не с Россией, а с простыми россиянами
Россия и Франция находятся в постоянном контакте с начала российской спецоперации на Украине; Париж, в отличие от многих других западных столиц, регулярно заявляет о необходимости продолжать вести диалог с Москвой. О том, может ли Франция реально способствовать завершению военных действий на Украине, стоит ли ожидать разморозки российско-французского сотрудничества, и почему французский бизнес остался в России после санкций, рассказал посол РФ во Франции Алексей Мешков в интервью корреспонденту РИА Новости в Париже Анастасии Ивановой.
— Российская военная операция на Украине продолжается уже более полугода. Франция остается из одной из немногих стран, которые продолжают вести диалог с РФ, президенты двух стран находятся в постоянном контакте. Можно ли расценивать Францию как реального игрока, который может содействовать завершению конфликта? И каких шагов Москва ждет от Парижа?
— Действительно, с момента начала нашей спецоперации телефонные контакты между президентами не прекращались, а также был разговор по линии министров иностранных дел. Но сегодня, говоря о западном мире, главный игрок находится не в Европе, он находится за океаном, поэтому европейские страны не могут играть какой-либо решающей роли в возможном процессе урегулирования. Кстати, у Германии и Франции был свой звездный час, когда они были гарантами минских соглашений. Они, к сожалению, ничего не сделали для их реализации, поэтому рассчитывать на какое-то глобальное участие Франции сегодня не приходится.
Вместе с тем, действительно, одним из элементов нашего диалога являются отдельные компоненты, связанные с происходящими событиями на Украине. Это вопросы, связанные с Запорожской АЭС, это вопросы, связанные с вывозом зерна, поэтому логичнее было бы рассчитывать на подключение Франции к решению каких-то конкретных вопросов.
— А какие тогда это могут быть вопросы? Гуманитарные?
— Пока гуманитарных никаких вопросов нет, так как единственное, что Франция делает – это поставляет вооружения, из которых убивают наших женщин и детей, я почему говорю "наших", потому что они уже наши, это Донбасс, это Запорожье. Так что пока гуманитарный термин к позиции Франции отнести нельзя.
— Вы упомянули о поставляемых Францией вооружениях. После объявлении в РФ частичной мобилизации и референдумов на востоке Украине Франция и ряд других западных стран заявили, что будут и дальше наращивать поставки оружия Киеву и участвовать в подготовке их военных. Как РФ оценивает такие заявления?
— Во-первых, надо понимать, опять же, возвращаясь к тому, кто играет первую скрипку. Где-то 15 лет назад у меня был интересный разговор с моим британским коллегой по вопросу Косово. И он сказал: "Если мы, британцы и американцы, скажем всему миру признать Косово – всем мир признает". А я его спросил: "А если возникнет ситуация, что нам надо будет кого-то признать?" Он сказал: "Тогда мы скажем вместе с американцами всему миру, и они не признают". Поэтому они слово свое сказали, и реакция ЕС неудивительная. Что касается поставок вооружений, мы категорически против, потому что это только затягивает конфликт, только ведет к тому, что появляются новые жертвы, в том числе среди мирного населения. И мы об этом прямо говорим. Я об этом говорил на соответствующей беседе в министерстве иностранных дел Франции. На днях, как вы знаете, вызывали по этому вопросу моего коллегу, французского посла в Москве. Мы очень внимательно следим за этими недружественными шагами.
— Президент Франции Эммануэль Макрон раскритиковал прошедшие референдумы о вхождении ЛНР, ДНР и двух областей в состав России, заявив, что Париж их никогда не признает. Стоит ли ожидать очередного витка ухудшения отношений и недружественных шагов со стороны Франции?
— Не европейцам решать, признавать им эти регионы или не признавать. Если старший брат им разрешит – они признают. Что касается Франции, ситуация еще более удивительная. Есть известный международный прецедент: когда на Коморских островах проходил референдум о независимости от Франции, на одном из островов – Майотте – большинство жителей проголосовало за то, чтобы остаться, и Франция на этом основании присоединила к себе этот остров, несмотря на то, что были различные резолюции, в том числе Генассамблеи ООН, по вопросу деколонизации Майотты, Поэтому тут у французских властей явное раздвоение сознания. Майотта после референдума может войти в состав Франции, а эти четыре региона – не могут. В чем принципиальная разница, я не вижу.
— Значит наши отношения будут деградировать?
— Отношения деградировать не будут, потому что им некуда деградировать. И реакция Запада была вполне предсказуемая. Это было видно после крымского референдума. Я бы сказал, что они отыгрывают свою политическую карту.
— Не могу не затронуть последние события – взрыв на Крымском мосту. В ходе брифинга МИД Франции отказался комментировать этот инцидент. Как вы оцениваете молчание Парижа?
— Ну вы понимаете, французы выработали для себя такую позицию: когда мы говорим: "Украинцы бомбят Запорожскую атомную станцию, украинцы ударили по Крымскому мосту", ответ такой: "Если бы Россия не начала спецоперацию, то этих ударов бы и не было". Вы сами понимаете полное отсутствие тут логики и, по сути, нежелание принимать участие в поисках мирных развязок. Поэтому удивителен на фоне заявления, если его можно называть заявлением, по Крымскому мосту, тот крик, который поднялся здесь в связи с российскими ударами по объектам инфраструктуры на Украине.
— А французский МИД не вызывал вас случайно и по этому поводу?
— Они прекрасно понимают, кто устроил теракт на Крымском мосту. Поэтому, естественно, у них нет интереса нас вызывать хотя бы за тем, чтобы поинтересоваться той информацией, которой мы владеем в связи с этим терактом.
— Несмотря на то, что после начала спецоперации многие западные компании отказались от сотрудничества с Россией и ушли с российского рынка, французские, такие как Auchan, Leroy Merlinи Danon, продолжают работу в РФ, несмотря на критику в свой адрес. На ваш взгляд, почему именно французский бизнес оказался самым упорным и остается в РФ? Есть ли сейчас контакты с французским бизнес-сообществом, и о чем они?
— Дело в том, что это серьезный вопрос цены. Крупному бизнесу сложнее, так как на него оказывается давление со стороны заокеанских партнеров, и те, у кого есть одновременно бизнес в США, они как правило сокращают и переформатируют свою работу у нас. А тот бизнес, который не связан с заокеанскими делами, он не хочет стрелять себе в ногу, и он развивается. У нас есть компании, такие как Auchan, у которой порядка 100 тысяч работников в России. Компании в области ритейла, они понимают: тот, кто ушел, вернуться будет ему очень сложно, если вообще возможно. Поэтому да, бизнес остается. Другое дело, как говорят некоторые банкиры, деньги любят тишину, поэтому в нынешних условиях многие бизнесмены, работающие с Россией, просто стараются не привлекать внимание недоброжелателей к своим компаниям.
— Если говорить о цифрах, насколько сократился товарооборот между РФ и Францией после нескольких пакетов санкций, введенных ЕС с февраля?
— Дело в том, что товарооборот не сократился, а увеличился. Но это связано, прежде всего, с ростом цен на энергоносители, а по некоторым другим, достаточно важным позициям, действительно было сокращение. Но в общем плане – товарооборот вырос. Сейчас конкретные цифры по понятным причинам не приводятся, но товарооборот вырос.
— Есть ли сейчас сферы сотрудничества между нашими странами, где возобновляется работа – например, культура, образование? Если нет, то предпринимаются ли попытки с обеих сторон эту работу восстановить?
— Пока в основном сотрудничество помимо бизнеса, о котором мы говорили, приостановлено. Особенно сильный удар был нанесен по области культуры, по области образования, по студенческим обменам. И пока какого-то желания со стороны французов размораживать эту работу мы не видим. Но это не означает, что мы сидим на месте. Вы знаете, что в самом Париже у нас два крупных культурных центра, которые проводят регулярную работу, выставки, но делать это стало значительно сложнее. Некоторые традиционные наши проекты свернуты. Например, в этом году было бы 30 лет кинофестивалю в Онфлере, который проходит всегда осенью. Сейчас власти Онфлера этот фестиваль, надеюсь, временно, но закрыли.
— Планируются ли до конца года какие-то культурные мероприятия?
— У нас они проходят каждый день. Сейчас проходят выставки в нашем культурном центре на Бранли, в октябре будет выступление известного российского пианиста, организованное вместе с министерством культуры России. Не так давно проходил съезд российского географического общества во Франции – в центре Россотрудничества. На октябрь планируются еще несколько выставок – и художников, и прикладного искусства.
— Что касается политического диалога, в ближайшее время запланированы какие-то контакты по линии президентов, МИД или Минобороны?
— Нет, специально подготовленных контактов нет, но они происходят достаточно регулярно, и связаны с общей обстановкой. Как я и говорил, были разговоры президентов, министров иностранных дел, министров обороны. Эта линия для общения сохраняется, но больше в ситуационном режиме.
— В апреле Франция выслала более 40 российских дипломатов. Как это отразилось на работе посольства РФ в Париже?
— Вы сами понимаете, что сейчас для всех непростые времена, поэтому жаловаться не приходится. Конечно, это создало массу дополнительных неудобств, но мы работаем и работаем в регулярном режиме, продолжает активно действовать наш консульский отдел, но, конечно, высылками отношения между странами не развивают.
— Франция не поддержала запрет на выдачу туристических виз россиянам, заявив, что не намерена рушить связи с русским народом. Можно ли это считать позитивным сигналом для будущего двусторонних отношений?
— Я еще раз хочу сказать, что не все готовы себе постоянно наносить вред. Вы прекрасно знаете, что Франция – это одна из крупнейших стран по приему туристов в мире. И российский турист был всегда одним из самых элитных, если можно так сказать, туристов во Франции, и потеря российских туристов уже нанесла достаточно сильный удар по местному бизнесу – будь то на юге, будь то в горах, поэтому французы совершенно не заинтересованы вообще в прекращении этих обменов, тем более, что сегодня это и так стало сильно затруднено, так как нет прямого авиационного сообщения, ужесточены ЕС правила по выдаче туристических виз. Но мы, со своей стороны, всегда готовы принимать французских туристов, мы никаких ограничений не вводили.
— После начала военной операции во Франции были случаи заморозки счетов российских граждан, проживающих в этой стране, также сообщалось об отказах в выдаче виз студентам. Поступали ли в посольство РФ новые жалобы от россиян о случаях дискриминации?
— Действительно, это все сохраняется. Я возвращаюсь к мысли о том, что это делается с оглядкой на старшего брата. Как вы знаете, десяток лет назад некоторые французские банки попали под жесткие американские санкции, и теперь они действительно дуют на воду, чтобы в очередной раз не обжечься, закрывают счета не только российским гражданам, но и членам смешанных семей, когда закрывают семейный счет только из-за того, что у француза жена русская. Были случаи намеков на выход из российского гражданства с тем, чтобы сохранить свой счет в банке.
Двадцать второго августа порядка 70 наших сограждан подали жалобу в прокуратуру за дискриминацию по национальному признаку. Процесс пока ни шатко, ни валко идет, но ситуация я бы не сказал, что улучшилась. Я уже не говорю о том, что максимально затруднены переводы денежных средств из России во Францию, причем иногда удар идет по чисто гуманитарным проектам, в которых заинтересованы обе стороны.
— Помимо заморозки счетов, были ли еще какие-то жалобы от россиян?
— Были жалобы и на неадекватное отношение к детям в школах, хотя теперь их стало меньше. Во французском обществе постепенно растет понимание того, что не все так просто, особенно, когда они сталкиваются с поведением украинских беженцев здесь, то они начинают понимать разницу. Такие вещи есть, но они не всегда касаются только наших граждан. Недавно узнали, что одной французской журналистке, которая сняла несколько вполне объективных репортажей в Донбассе, по сути нигде не дают работать, в том числе в университете, где она преподавала долгие годы. То есть идет полный запрет на все русское.
— Недавно Франция отказалась выдать визы руководителям "Роскосмоса", в результате участие в конгрессе и встречи были сорваны. Есть ли еще какие-то мероприятия, где участие российской стороны было сорвано из-за подобных причин?
— Есть такие мероприятия. Например, на этой неделе будет сельскохозяйственная выставка (CIAL Paris) в Париже. Во-первых, российским представителям просто даже не дали возможности онлайн зарегистрироваться для участия в этой выставке, а на наши прямые обращения к организаторам было прямо сказано, что российских посетителей на выставке не ждут.
— Значит до виз даже дело даже не дошло, так как их не пригласили?
— Да, и не только не пригласили, даже мы с вами не сможем попасть на эту выставку, потому что мы – русские. То есть идет преследование чисто по национальному признаку.
— Вы поднимали этот вопрос в МИД Франции?
— Конечно, мы постоянно этот вопрос поднимаем и здесь, и в Москве с представителями французского посольства. Но, к сожалению, это общая логика современного политического класса ЕС. То есть фактически игнорируются все элементарные права человека в борьбе против россиян. Борются не с Россией, борются с простыми россиянами, вне зависимости от их политических, религиозных или каких-либо других убеждений.
— То есть никакой реакции от Парижа не было?
— Нет. По этим вопросам мы разговариваем со стенкой.
![Главное](/images/star.png)
Квантовая механика: кто поставил точку в споре Бора и Эйнштейна
АЛЕКСЕЙ ФЁДОРОВ
Профессор, руководитель научной группы Российского квантового центра.
РУСЛАН ЮНУСОВ
Сооснователь Российского квантового центра.
Нобелевская премия по физике за этот год присуждена Алену Аспе, Джону Клаузеру и Антону Цайлингеру за исследования в квантовой механике – они провели эксперименты, в которых две частицы ведут себя как единое целое, даже когда разделены.
Со времён своего становления в начале XX века квантовая механика будоражит умы исследователей. Свойства квантовых систем парадоксальны: наша интуиция, основанная на классическом опыте, не работает при объяснении квантовой суперпозиции и запутанности. Когда мы думаем о монетке, то представляем её либо «орлом», либо «решеткой», тогда как квантовая механика говорит об одновременном сосуществовании этих состояний – квантовой суперпозиции. Возможность «связи» между квантовыми объектами на огромном расстоянии – квантовая запутанность – тоже загадочна.
Непредсказуемость, недетерминированность поведения квантово-механических систем не устраивала многих физиков. Традиционная школа физики базировалась на том, что если уравнения известны и их можно решить, то всё можно просчитать заранее с огромной точностью. Квантовая механика показала, что это не совсем так.
Одним из главных идеологических противников квантовой механики был Альберт Эйнштейн. Это само по себе интересно, так как им Нобелевская премия была получена как раз за квантовый фотоэффект, а не за теорию относительности как гласят расхожие заблуждения. Тем не менее Альберт Эйнштейн говорил: «Бог не играет в кости» – этим выражалось неудовлетворенность в недетрминистичности описания квантовых систем. Один из отцов квантовой физики Нильс Бор отвечал: «Эйнштейн, не учите Бога, что ему делать».
В течение последующих десятилетий явления квантовой механики многократно проверялись на практике – особую роль в этом сыграли эксперименты Лауреатов Нобелевской премии 2022 г. – Алена Аспе, Джона Клаузера и Антона Цайлингера. Именно в их экспериментах благодаря квантовым свойствам света удалось «прикоснуться» к необычным эффектам квантовых систем. Лауреаты показали все основные эффекты квантовой механики в экспериментах.
А Ален Аспе поставил точку в споре Бора и Эйнштейна: квантовая механика хоть и парадоксальна, но верна настолько, насколько это в принципе можно проверить.
Вклад Клаузера и Цайлингера также очень важен. Например, именно группой Цайлингера была показана возможность квантовой телепортации (к сожалению, из неё не следует возможность перемещения людей).
Все эти замечательные результаты позволили получить подтверждение правоты квантовой механики, а также создать «кирпичики» для будущих технологий. Высокопроизводительные квантовые вычисления, защищённые квантовые коммуникации и сверхточные квантовые сенсоры не были бы возможными, если бы не те элементы, которые разработали и продемонстрировали лауреаты в своих экспериментах. Отдельно стоит отметить, что нашумевший спутниковый эксперимент по квантовой телепортации и передаче данных делал ученик Цайлингера – Жанвей Пан. Именно поэтому сеанс связи с помощью квантовых технологий был именно между Пекином и Веной.
Нобелевская премия – традиционно главное научное достижение, но кванты не обошли в этом году вниманием и при присуждении премии по фундаментальной физике. Она присуждена Дэвиду Дойчу, Питеру Шору, Чарльзу Беннету и Жилю Брассару. Беннет и Брассар придумали первый протокол для квантовой криптографии, а Дойч и Шор внесли решающий вклад в формирование концепции квантовых компьютеров. Именно Шор показал, что одним из их применений будет взлом традиционной криптографии, что, с одной стороны, указало на необходимость квантовой криптографии (которую уже взломать нельзя), а, с другой стороны, привело к тому, что квантовые технологии относятся к классу стратегических направлений.
Нобелевская премия 2022 г. – тот замечательный случай, когда научные эксперименты не только показали новую сторону мира, в котором мы живём, но и заложили основу современных технологий. Ален Аспе всегда призывал «копать глубоко» и не закрывать глаза на вопросы физики, которые стоят на грани между естественными науками и философией. Теперь ясно, что этот подход приводит к Нобелевским премиям и новым технологиям.
![Главное](/images/star.png)
Распутать квантовую запутанность: за что дали «Нобеля» по физике
Эксперты по квантовым технологиям объяснили, за что присуждена Нобелевская премия по физике
Алла Салькова, Анна Урманцева
Нобелевскую премию по физике в 2022 году получили исследователи Ален Аспе, Джон Клаузер и Антон Цайлингер за исследования в области квантовой механики, открывшие путь для новых технологий. Какие именно эксперименты проводили нобелевские лауреаты, в чем их роль для современной науки и для чего их идеи активно развиваются в России, разбиралась «Газета.Ru» с помощью ученых.
Нобелевскую премию по физике 2022 года получили физики Ален Аспе из Университета Париж-Сакле, Джон Клаузер из исследовательской компании J. F. Clauser & Associates и Антон Цайлингер из Венского университета за эксперименты в области квантовой запутанности, изучение нарушений неравенств Белла и «новаторство в квантовой информатике». Об этом сообщили представители Нобелевского комитета на церемонии в Стокгольме.
Исследования лауреатов «открыли путь для новых технологий», основанных на квантовой механике, пояснили в комитете.
Квантовая запутанность
Квантовая запутанность возникает в тот момент, когда две или более частицы становятся связанными между собой. При этом явлении то, что происходит с одной частицей, сразу же влияет на другую, несмотря на расстояние между ними.
Исследования Аспе, Клаузера и Цайлингера позволили значительно продвинуться в понимании квантовой запутанности и того, как можно использовать ее в прикладных целях. Сегодня этот феномен лежит в основе современных квантовых технологий и, в частности, играет важную роль в системах защищенной квантовой связи, — они полностью исключают возможность незаметной «прослушки».
В 2015 году доказательство существования квантовой запутанности читатели журнала Science признали пятым по значимости событием года — после пролета зонда New Horizons над Плутоном и развития технологии редактирования генов CRISPR/Cas9.
Сломали систему
Долгое время оставался открытым вопрос, не обусловлена ли квантовая запутанность тем, что частицы в паре содержат скрытые параметры, которые влияют на результаты экспериментов. В 1960-х годах физик-теоретик Джон Стюарт Белл разработал математические неравенства, позволяющие проверить, есть ли в квантовой системе такие скрытые переменные — если неравенства выполняются, значит, переменные есть.
А в 1970-1980-х годах сначала Клаузер, а затем и Аспе смогли экспериментально добиться нарушения неравенств, что подтвердило отсутствие скрытых параметров.
В частности, Аспе закрыл возможную «лазейку», которая могла повлиять на результаты Клаузера. Ему удалось переключить настройки измерения на экспериментальной установке после того, как запутанная пара покинула источник, так что настройки, существовавшие в момент испускания частиц, не могли повлиять на результат. В дальнейшем добиться нарушений неравенств Белла удалось более чем 30 исследовательским группам.
Эксперименты с неравенствами Белла внесли большой вклад в развитие квантовых коммуникаций, рассказал «Газете.Ru» научный руководитель группы «Атомные и оптические квантовые вычисления» Российского квантового центра Станислав Страупе.
«Есть физика классическая, в которой все детерминировано. Зная начальные условия, вы точно будете знать, что произойдет в классической системе. С квантовой теорией оказывается, что есть неопределенность.
Даже если вы думаете, что все знаете о системе, существуют ситуации, в которых вы предсказать результат не можете, есть только вероятности того или иного исхода. Эта особенность квантовой теории многим не нравилась, в частности Эйнштейну. Он считал, что должна быть другая, более глубокая теория, в которой вероятности не будет.
Однако в ХХ веке Джон Белл решил, что можно придумать эксперимент, результаты которого могли бы показать, необходима ли эта вероятность. Они были проведены нынешними лауреатами и продемонстрировали, что квантовая теория верна, и она прекрасно описывает наш мир. И, даже если ученые придумают новую теорию, более глубокую, то в ней все равно будет присутствовать вероятность. Неопределенность всегда будет», — пояснил он.
Россия не отстает
Технологии, за которые Аспе, Клаузер и Цайлингер удостоились премии, активно развиваются и в России, рассказал «Газете.Ru» руководитель квантового центра МГУ им. Ломоносова Сергей Кулик.
«Квантовая криптография уже активно используется в России. Идеи, которые развивают Аспе, Клаузер и Цайлингер, параллельно развивались и в СССР, что, конечно, не умаляет заслуг нобелевских лауреатов перед наукой. Это выдающееся достижение, им неоднократно прогнозировали вручение этой премии, прогнозировали заслуженно. Тем более сейчас эти технологии реализуются бурно и не за горами тот день, когда мы будем говорить о появлении каких-то пользовательских устройств с квантовыми системами», — заявил Кулик.
По словам Сергея Кулика, он знаком с работами всех трех физиков, и смог лично поработать с Цайлингером.
«Я лично знаю Антона Цайлингера. Мы ежегодно проводим школу в Сочи по квантовым технологиям, и в прошлом году он там выступал. Мы много лет работаем совместно», – отметил Кулик.
В частности, идеи, к развитию которых приложили руку нобелевские лауреаты, нашли применение в исследованиях, проводимых в НИТУ МИСиС.
«МИСиС использует многие принципы, которые были предложены в экспериментах трех нобелиатов, например, принципы приготовления квантовых состояний света, которые используются в коммуникации. Квантовая коммуникация в России очень серьезно развита. Некоторые компании уже производят для нее технологическое оборудование. В этой сфере Россия находится на мировом уровне», – рассказал «Газете.Ru» руководитель лаборатории теории квантовых коммуникаций НИТУ МИСиС Алексей Федоров.
По его словам, вся область квантовых технологий выстроилась на идеях Аспе. Однако российских разработчиков нельзя назвать прямыми «продолжателями» его работ.
«В России ведется демонстрация различных применений квантовых коммуникаций. Не только в оптоволоконном варианте реализации, но и в открытом пространстве в каналах прямой видимости. Также работа над новыми протоколами квантовых коммуникаций, как оптимальным образом использовать ресурсы, даваемые нам квантовой механикой и природой, чтобы делать наши технологии лучше. Одним словом, квантовая связь в России есть и она работает. Приборы есть, следующий шаг – сертификация и внедрение», – объяснил Федоров.
Несмотря на важность работы исследователей, обычные пользователи вряд ли пока могут ощутить преимущества квантовых технологий.
«Квантовые технологии гарантируют стопроцентную защиту от прослушивания, что может быть преимуществом, например, в онлайн-банкинге. Но квантовый интернет не быстрее обычного. Квантовому компьютеру можно задать несколько арифметических задач одновременно, он будет решать их параллельно, а не последовательно.
Нельзя сравнивать скорость, потому что здесь действуют другие принципы. Но есть математические задачи, которые суперкомпьютер не сможет решить за миллиарды лет, а квантовый компьютер сможет.
Благодаря параллельному методу расчета он обладает огромными возможностями», — рассказывал Цайлингер ранее в интервью немецкому изданию Profil.
Также он выступил против исключения российских ученых из международных исследований в связи с событиями на Украине — по крайней мере, тех, кто настроен оппозиционно.
Эксперты сходятся на том, что исследования тройки физиков стали фундаментом для активного развития квантовых технологий в наши дни и найдут широкое применение в будущих проектах. В частности, как отметил в беседе с «Газетой.Ru» директор НОЦ Функциональные Микро/Наносистемы (НОЦ ФМН) МГТУ им. Н.Э.Баумана Илья Родионов, нобелевские лауреаты этого года внесли особый вклад в изучение однофотонных процессов, открывающих дорогу к методам передачи информации, основанным на принципах квантовой механики — так называемого «квантового интернета».
«Мы с командой имели уникальную возможность посетить лекцию господина Аспе в рамках конференции SPIE в Страсбурге в 2018 году, и используем материалы коллег в собственных разработках систем интегральной фотоники.
Исследования Алена Аспе, Джона Клаузера и Антона Цайлингера довольно четко рисуют картину ближайшего будущего, активно формируемого сегодня достижениями в области квантовых технологий, включая коммуникации», — заключил Родионов.
![Главное](/images/star.png)
Нашествие языцев: как объединенная Европа 210 лет назад пыталась покорить Россию
Валерий ШАМБАРОВ
В ноябре 1941 года фельдмаршал Гюнтер фон Клюге, приветствуя лично прибывший в его распоряжение французский добровольческий полк (под французским знаменем!), вдохновлял новых подчиненных рассказами о том, как их предки и немцы в 1812 году «сражались бок о бок против общего врага». Причем дрались с русскими там же, где и на сей раз предстояло идти на штурм Москвы, — по Смоленской дороге, через Бородинское поле.
Германский военачальник неплохо знал историю, недаром ту Отечественную войну — она началась 210 лет назад — у нас называли «нашествием двунадесяти языков». Число «двенадцать» в данном случае чисто условное. К примеру, Михаил Барклай-де-Толли писал о шестнадцати народах, приведенных на нашу землю Наполеоном. А можно при желании насчитать и больше...
В составе 650-тысячной Великой армии крушить и грабить Россию шли французы, поляки, голландцы, итальянцы, швейцарцы, пруссаки, саксонцы, баварцы, вестфальцы, хорваты, словенцы, испанцы, португальцы, австрийцы (в войсках последних служили также венгры, чехи, словаки, галичане). Отсюда, надо полагать, и возникают разночтения, вопросы вроде этого: немцев целого ряда государств считать одним «языком» или несколькими? Наречия-то у германских народов между собой заметно различались...
Как бы то ни было, проще назвать тех, кто к наполеоновским армиям не присоединился. Швеция не примкнула потому, что русские ее незадолго до этого изрядно отлупили, отобрав Финляндию. Османам крепко всыпал Кутузов, буквально накануне нашествия принудив их к миру (примерно так же, как Жуков на Халхин-Голе вразумил Японию перед Великой Отечественной).
Тот «крестовый поход» Запада с целью уничтожить Россию был далеко не первым и отнюдь не последним. Можно вспомнить нахлынувшие на Русь — при поддержке и финансировании всей Европы — многонациональные полчища Стефана Батория в союзе со шведами, датчанами, турками и вассалами Османской империи. Примерно то же случилось в Смуту. А после первой Отечественной была, как известно, Восточная война 1853–1856 годов, когда на нас напали Англия, Франция, Турция, Сардинское королевство, корпуса добровольцев из Германии и Швейцарии при поддержке (и вооруженном антирусском шантаже) со стороны Австро-Венгрии, Пруссии, Дании. В годы Гражданской войны интервентами на нашей земле были вояки четырнадцати держав. Вторжение гитлеровских войск и их союзников стало шестым «крестовым походом» и опять-таки не последним...
Параллели между двумя Отечественными войнами весьма очевидны. Тильзитский мир России с Наполеоном, помогший ему окончательно подмять под себя остальную Европу, разве не походит на пакт Молотова — Риббентропа? Для Бонапарта (как и для Гитлера) договоры действовали лишь до тех пор, пока были ему нужны, выгодны. Долгое время его вернейшей и надежной союзницей была Испания, но «в один прекрасный день» он, ничтоже сумняшеся, обрушился и на нее. Военное могущество, безнаказанность и гордыня породили у Наполеона (как позже у Гитлера) глобальные экспансионистские замыслы. Еще в 1811 году император французов указал своему послу в Варшаве аббату Дюфуру де Прадту: «Через пять лет я буду владыкой всего мира. Остается одна Россия — я раздавлю ее». Осенью 1811-го царский посол Александр Куракин докладывал в Петербург: война неизбежна. Бонапарт даже распорядился в то время выбить медаль с изображением Бога и надписью: «Тебе небо — мне земля».
Приказ о вторжении Наполеон отдал 22 июня. Неизвестно, руководствовался ли он, подобно бесноватому фюреру, какими-то оккультными соображениями, выбрав «магический день» летнего солнцеворота, но совпадение налицо. Правда, средства связи в 1812 году были куда менее совершенными, и наведение мостов для переправы через пограничный Неман началось уже вечером 23-го. И тем не менее наполеоновская стратегия во многом предваряла план «Барбаросса», предусматривала одновременное наступление по трем направлениям — на Москву, Санкт-Петербург и Киев. Численность армий тогда была намного скромнее, поэтому фланговые группировки оказались гораздо слабее гитлеровских. Продвижение врага русские приостановили в боях под Кобрином, Луцком, Клястицами, Полоцком.
Аналогия прослеживается и во взаимоотношениях России с союзниками. После Тильзитского мира Англия считала ее своим врагом (как и много лет спустя, в 1941-м), и только когда загромыхала война, произошел разворот к «дружбе». В июле 1812-го британцы, подписав договор с нашей страной, начали поставлять ей оружие. Как и во всех прочих войнах, союзниками они были весьма коварными: продолжалась русско-персидская война, в которой англичане поддерживали наших тогдашних противников, ставя перед собой задачу вытеснить Россию с Кавказа. Сторону шаха приняла и часть грузинской знати, хотя подобное ни в какие логические рамки не вписывалось: война-то как раз и началась из-за того, что грузины умолили принять их под власть русского царя, дабы персы окончательно не вырезали.
Порой ситуация выглядела трагически парадоксальной. Петр Багратион вслед за Суворовым о себе говорил: «Мы русские! С нами Бог!» — и в итоге стал нашим национальным героем. А его родственник, царевич Александр Багратиони, в том же 1812 году с отрядами изменников и наемников ворвался в Грузию, стремясь взбунтовать ее и оторвать от России. Причем сопровождал главного смутьяна английский офицер Уильям Монтейт, оставивший впоследствии записки о том рейде. Технологии массовой оболванивающей пропаганды в XIX веке еще не были отработаны, грузины князя Александра не поддержали, а его призывы отвергли. Под ударами русских войск и местного ополчения ему пришлось улепетывать обратно в Персию.
В войне с Наполеоном нас предали литовцы с поляками. Те воодушевились обещанием Бонапарта возродить марионеточное Великое княжество Литовское (разумеется, под собственной эгидой). Тамошнее дворянство сформировало Литовский корпус, польско-литовскую жандармерию, добавившись таким образом к «двунадесяти языкам». При отступлении русской армии немало солдат с западных окраин нашей империи дезертировало. Созданное Наполеоном некое подобие литовского правительства по приказам французов опустошало свои села, подчистую выгребая для захватчиков продовольствие и фураж. Белорусские крестьяне посмотрели на это безобразие по-своему: поскольку паны стали изменниками, люди взялись за вилы-топоры и принялись громить усадьбы. Литовские и польские помещики сбегались в города, прося помощи у французских комендантов, а те высылали на места усиленные «туземной» жандармерией отряды. По всей Белоруссии горели деревни, каратели усмиряли народ расстрелами и виселицами.
Что же касается «двунадесяти языков», то здесь аналогия полная. Под знаменами фюрера на нашу страну обрушилась почти вся Европа. Не только союзницы Германии, но и граждане оккупированных ею стран охотно шли громить Россию. В рядах вермахта и СС одних только поляков служило полмиллиона, чехов — едва ли меньше (в советском плену их насчитали 70 тысяч). Массовых сдач в плен, переходов на советскую сторону среди них почти не наблюдалось. Хорошо известны эсэсовские дивизии, состоявшие из датчан, норвежцев, бельгийцев, голландцев. Французов за фюрера воевало куда больше, нежели в эскадрилье «Нормандия — Неман». Подразделения дивизии «Шарлемань» были последними защитниками обреченного Берлина, а в советском плену потомков наполеоновских солдат оказалось 23 тысячи. Дивизия из «нейтральной» Испании, добровольческие полки из Швеции, батальоны швейцарцев, литовские, латышские, эстонские, украинские, грузинские, туркестанские формирования, кавказские, казачьи легионы — кого только не было в годы Второй мировой на Восточном фронте.
После Победы над Гитлером массовые проявления еврофашизма (и русофобии) по политическим причинам предали забвению. Так было и после первой Отечественной: сателлитов и младших союзников Наполеона изображали подневольными, дескать, они и сражались-то не по-настоящему, больше для видимости. В действительности все интервенты верили в непобедимость Бонапарта, в возможность получить от него жирные куски военной добычи: кому — возрождение Польши (с Литвой, Белоруссией, Украиной), кому — прибалтийские земли, кому — еще что-нибудь. Грабежами и бесчинствами в России отметились все «языки».
Поляки в Великой армии были лучшей легкой конницей, их там насчитывалось 80 тысяч. В битве у Городечно «подневольные» австрийцы сумели через густой лес обойти неприступную позицию 3-й армии Александра Тормасова, которая, отбивая жестокие атаки австрияков, была вынуждена отступить. В Бородинской битве полки вестфальцев проломили левый фланг русских сил и спасли от плена маршала Иоахима Мюрата. В том же сражении штыки итальянцев остановили прорыв кавалерийского корпуса Федора Уварова и казаков Матвея Платова в тыл наполеоновских войск. Самую неприступную нашу позицию, батарею Николая Раевского, взяла в итоге уничтожившая последних защитников саксонская тяжелая конница. А пруссаки и баварцы из корпуса Жака Макдональда пытались атаковать осажденную ими Ригу даже тогда, когда погибавшая армия Наполеона катилась на запад.
Тот, очередной «крестовый поход» Запада не расколол, не раздробил, а сплотил Россию. Бонапарт пытался оправдать собственную катастрофу вмешательством «генерала Мороза». И ведь в этот исторический миф поверили очень многие. Свирепая зима была отражена на полотнах русских художников, в отечественных кинофильмах, хотя документы и воспоминания современников тех событий свидетельствуют: осень 1812-го была довольно теплая, а первый снежок выпал уже тогда, когда остатки Великой армии подбирались к Смоленску; даже Березина еще не замерзла! До тех мест дошли лишь 40 тысяч боеспособных солдат противника, остальных успели перебить и пленить наши регулярные части и партизаны. За реку Березину вырвалось всего 9 тысяч боеспособных наполеоновских солдат и офицеров. Лишь после этого грянули морозы, добивая оставшихся.
Итог кампании для «двунадесяти языков» был общим. Из гигантской по тем временам армии выбраться с нашей земли смогли 30–40 тысяч человек, а прочие удобрили ее своими телами.
Православные люди давно заметили еще одно явно не случайное совпадение. Великая Отечественная, по сути, завершилась в Пасху Христову, которая в 1945 году совпала с днем памяти святого великомученика Георгия Победоносца, 6 мая. Тогда германское правительство адмирала Карла Деница согласилось с требованием безоговорочной капитуляции, разослало приказ о прекращении огня. Первая Отечественная тоже закончилась в великий праздник — 25 декабря по юлианскому календарю. Александр I издал тогда Манифест о полном очищении Российской империи от захватчиков. Поэтому Рождество в нашей стране долгое время ассоциировалось с днем «избавления России от нашествия галлов и с ними двунадесяти языков в 1812 году». В честь двойного праздника проводились официальные торжества, парады, во всех храмах шли особые службы.
Заслуживает внимания и то, что закончивший войну «за полным истреблением неприятеля» Кутузов был поначалу против дальнейшего наступления на Европу, не хотел чтобы ради ее освобождения лилась русская кровь: мол, родную страну очистили, а чужеземцы пусть сами расхлебываются. Александр I лично убеждал военачальника в том, что заграничный поход — государственная необходимость. Ведь недобитый враг оставался реальной опасностью и для России. Мудрый Михаил Илларионович согласился с монархом, однако предсказал: главные выгоды от сокрушения Бонапарта и его империи постарается заполучить Англия, а признательность европейцев к русским за освобождение их государств быстро забудется.
В 1945 году необходимость добить нацистов в их логове была еще более очевидной, но и кутузовские прогнозы разве не оказались вновь слишком актуальными?
![Главное](/images/star.png)
Оборудование портфельной компании «РОСНАНО» — «Новомет» стали использовать на нефтедобывающей платформе Total в Катаре
Специалисты пермского предприятия смонтировали две установки Colibri ESP на площадке международного концерна.
Насосная установка Colibri ESP монтируется на грузонесущем кабеле, обычно используемом при работе в скважинах с агрессивной средой, когда надёжности стандартных геофизических кабелей недостаточно. Для монтажа не требуется подъём колонны насосно-компрессорной трубы, которая служит для извлечения жидкости и газа из скважин, нагнетания воды, сжатого воздуха или газа.
Кроме того, разработка «Новомет» не нуждается в бригаде подземного ремонта и громоздком спуско-подъемном оборудовании, экономит деньги и время на монтаж и демонтаж системы, позволяет быстро возобновить добычу без глушения скважины и монтируется с использованием крана без привлечения буровой.
«Новомет» с 2013 года является успешным российским разработчиком, поставщиком и обслуживающим подрядчиком полнокомплектных скважинных компоновок для добычи нефти и поддержания пластового давления при эксплуатации морских месторождений. Наработанный опыт и серьезный кадровый потенциал компании позволяют осваивать и оперативно внедрять перспективные решения в данной области. Сегодня установки производства «Новомет» работают на платформах в Египте, Венесуэле, Малайзии, Саудовской Аравии, Вьетнаме, Туркменистане.
СПРАВКА
АО «Плакарт» — портфельная компания АО «РОСНАНО», созданная в 2010 году для реализации проекта создания сети инновационных центров производства нанопокрытий методами газотермического напыления и наплавки. Будучи лидером рынка газотермического напыления России и СНГ, АО «Плакарт» выполняет работы как в собственных цехах, расположенных в Московской области, Перми, Тюмени, Нижнем Новгороде, и Набережных Челнах, так и на месте монтажа и эксплуатации оборудования — по всей территории России и СНГ.
![Главное](/images/star.png)
Дмитрий де Кошко: Большинству французов не свойственна русофобия
Вячеслав Прокофьев (Париж)
Несколько лет назад Дмитрий де Кошко, в прошлом журналист информагентства AFP, а ныне организатор ежегодных Дней русской книги в Париже вместе с единомышленниками основал ассоциацию "Комитет бдительности, против ненависти и за мир в Европе". А после на фоне растущих на Западе антироссийских настроений запустил сайт с говорящим названием "StopRussophobie.info" - "СтопРусофобии". О том, с чем ему и его друзьям довелось столкнуться с началом военной спецоперации на Украине, и не только об этом наш разговор.
Дмитрий, сразу же уточним, что ваша ассоциация 100-процентно французская. Не так ли?
Дмитрий де Кошко: Точно. Все ее члены - французские граждане. Лишь у нескольких, как у меня, российские корни. Наши деды и прадеды оказались во Франции после рокового для России 1917 года. Наша цель - это защита интересов Франции и Европы в целом, у которых, на наш взгляд, прямая выгода быть не против России, а с Россией.
Так что вы увидели после 24 февраля?
Дмитрий де Кошко: Увы, понятие "русофобия" стало кошмарной реальностью, к чему, несомненно, приложили руку телевидение, радио, газеты. Когда началась интенсивная пропаганда против России, то появилось такое явление как дискриминация в банках. Кое-где закрывали счета, блокировали денежные переводы людям с русской фамилией. Даже тем, кто жил во Франции 10-20 лет и не имел российского гражданства. То есть по этническому, национальному признаку. Затем ряд владельцев жилья стали отказывать сдавать им квартиры. Более того, особенно первые недели, в некоторых книжных магазинах начали снимать с полок книги русских авторов, в том числе Достоевского, Пушкина, Чехова, а часть из них возвращать издателям. Правда, позже тенденция изменилась. Несусветная шумиха в СМИ вокруг событий на Украине подстегнула интерес людей, чем воспользовались книготорговцы. Поначалу на них обрушили волну русофобской литературы. Но оказалось, что читатели хотят иных книг, политически не ангажированных. Поэтому русские классики и не только сейчас вернулись на свое прежнее место.
Вы человек видный и взгляды ваши хорошо известны. Оказывали на вас давление?
Дмитрий де Кошко: Да, мне и моим друзьям угрожали. Как агрессивно настроенные французы, так и украинцы из числа "майданутых". Звонили по телефону. Были и нападения. В пригороде Парижа раскрасили в желто-синее автомобиль русской женщины, там проживающей. Откровенный вандализм. Но сейчас это ушло. Если несколько месяцев назад концерты российских музыкантов регулярно отменялись, то теперь все вернулось на круги своя. Они опять желанные гости, и отныне ни у кого из организаторов выступлений не поворачивается язык требовать от них скандальных заявлений с осуждением действий России на Украине.
Удавалось ли высказывать свою точку зрения на дискуссионных платформах, скажем, телевизионных?
Дмитрий де Кошко: Крайне редко. Несколько раз приглашали, и я обычно оказывался в положении "один против всех", когда другие участники дружно педалировали прокиевскую линию. В частности, на новостном канале LCI, отличающимся особенно злостной русофобией.
Не кажется ли вам, что настроение многих французов отличается от официальной позиции Парижа по отношению к России, хотя и тех, кто поддался пропаганде, также немало?
Дмитрий де Кошко: Достаточно зайти в социальные сети, чтобы убедиться в том, что газетно-телевизионный мейнстрим далеко не всем задурманил головы. Все-таки французам со времен Вольтера всегда был свойственен здоровый скептицизм и критический подход к происходящему. К тому же надо иметь в виду, что в целом мои соотечественники в силу давно сложившейся традиции симпатизируют России. Им не свойственна русофобия. Она - удел определенной политико-олигархической среды и ангажированных СМИ.
Кстати, и у них иногда случаются осечки. Вспоминается июльский репортаж телеканала France 24 из Лисичанска об украинских волонтерах, которые уговаривали тамошних жителей эвакуироваться перед наступавшими российскими подразделениями. Так вот те отказывались, а одна женщина прямо заявила, что "украинские солдаты нас обстреливают, убивают наших детей", а "союзник - не Европа, а Россия". Надо полагать, что редактору телеканала, пропустившему этот сюжет, наверное, после пришлось объясняться со своим начальством...
Дмитрий де Кошко: Помню, что и на государственном телеканале France 2, весьма критически настроенном к России, как-то раз в эфир просочилось видео из восточных районов Украина, где люди говорили о том, что намереваются ждать российскую армию. С другой стороны, правдивый документальный фильм о Донбассе, который еще до военной спецоперации РФ на Украине отсняла журналистка Анн-Лор Боннель, был повсюду запрещен к показу. Не так давно я беседовал с коллегами по журналистской профессии. Никто из них не помнит, чтобы местные СМИ до такой степени были столь односторонними и лицемерными. Думается, что это происходит и потому, что все они принадлежат десятку французских олигархов, которые и контролируют практически все бумажные СМИ, многие теле- и радиоресурсы.
Насчет лицемерия хотелось бы привести довольно свежий пример, касающийся ситуации вокруг Запорожской АЭС. Всем ясно, что ее обстреливают украинские военные. Но как подается здесь эта информация? "Противоборствующие стороны (читай, российские и украинские. - В.П.) обвиняют друг друга в нанесении ударов по инфраструктуре АЭС". И такая откровенно иезуитская формулировка во всех газетах...
Дмитрий де Кошко: Что тут скажешь? Можно только развести руками. И если там, не дай Бог, произойдет ядерная катастрофа, будьте уверены, что на Западе всю вину свалят на русских.
А как вам желание целого ряда стран ЕС, включая Польшу, Финляндию, опустить "железный занавес" между западом континента и Россией?
Дмитрий де Кошко: Ироническая ухмылка истории. Когда то советским гражданам был практически недоступен выезд за пределы СССР, за что раньше в Европе политики гневно осуждали советские власти. Сегодня такая мера - вопиющее нарушение одного из основных принципов самой западной демократии, а именно - свободы передвижения граждан.
![Главное](/images/star.png)
Кутузов и британцы
как начиналась "Большая игра"
Валерий Шамбаров
В Отечественную войну 1812 года на Россию обрушилась почти вся Европа. Но нашлись и союзники. Самые искренние и бескорыстные – черногорцы и сербы. Под властью митрополита Петра Негоша, причисленного Сербской Церковью к лику святых, Черногория в 1796 году освободилась от турок. Фактически объединилась с сербами, восставшими в 1804 году под предводительством Карагеоргия. Они вместе с моряками адмирала Сенявина остановили продвижение французов на Балканы, а Кутузов при подписании Бухарестского мира с султаном в 1812 году добился автономии для Сербии. При нападении Наполеона на нашу страну святитель Пётр открыл боевые действия с французами в Далмации и на Адриатике (всех черногорцев и сербов, которые будут выступать против дружбы с Россией, он предал анафеме). Но и турки при этом нарушили Бухарестский договор, ринулись на Сербию и Черногорию.
Швецию вовлекал в альянс Бонапарт, обещая вернуть ей Финляндию. Александр I перетянул её к себе, посулив Норвегию. Хотя в 1812 году союз выразился лишь в том, что шведы не ударили в спину. А самой весомой союзницей в этот период стала Англия. Но к ней-то русский главнокомандующий Кутузов относился с крайней неприязнью. Британский комиссар при его штабе Вильсон озлобленно писал, что Кутузов – «прожжённый плут, ненавидящий всё английское». Впрочем, и Михаил Илларионович высказался ему откровенно: «Мы никогда, голубчик мой, с тобой не согласимся. Ты думаешь только о пользе Англии, а по мне, если этот остров сегодня пойдёт на дно моря, я не охну».
В чём же была причина подобной «аллергии»? Возможно, её истоки лежат в войне с турками 1787–1792 годов. Предыдущую, 1768–1774 годов, организовали французы, но Англию озаботил выход России к Чёрному морю, строительство флота. Она стала помогать султану и толкать на реванш. Чтобы он смог отбить морское побережье и Крым, британцы вовлекли в войну ещё и Швецию.
Екатерина II обладала даром замечать талантливых людей. В Кутузове, уже прославившемся под Измаилом, Бабадагом, Мачином, она увидела не только военные, но и дипломатические дарования. По окончании войны направила его послом в Турцию. Задача ему ставилась сорвать козни Франции, натравливавшей турок расторгнуть мир. А в Константинополе он обнаружил, что пакостят не только французы, но и британский посол Энсли, «недоброхотный России». В данное время Англия воевала с Францией, но против нашей страны нацеленность получалась общая. Дипломатом Кутузов оказался выдающимся, разрушил происки обеих держав.
Глубокий ум и дипломатические таланты выдвинули его и при Павле I. Он мастерски выполнил миссию посла в Пруссии, сумел склонить её к союзу против революционной Франции. А Пруссия была личной слабостью Павла. Он возвысил Михаила Илларионовича, приблизил к себе. Тем временем французская агрессия ширилась, был захвачен целый ряд государств. В том числе Мальта, принадлежавшая рыцарям Мальтийского ордена. Они привезли в Россию хранившиеся у них великие святыни, умоляли царя взять их под защиту. Избрали его великим магистром, передав ему права на Мальту.
Павел был по натуре рыцарем, а Мальта – лучшей морской базой прямо по центру Средиземного моря, там можно было разместить целый флот. Царь вступил в союз с Австрией и Англией. Послал на французов армию Суворова, эскадру Ушакова. В помощь англичанам, для десанта в Нидерландах, был отправлен 17-тысячный корпус генерала Германа. Высадившись 19 сентября 1799 года, русские штурмом взяли Берген. Но командующий, герцог Йоркский, нерешительно мялся, не поддержал их. Французы навалились на наш корпус. Потеряв 4 тысячи солдат, мы оставили Берген, Герман попал в плен.
Заменить его Павел назначил Кутузова, но он туда не успел. Англичане скисли, десант два месяца просидел на берегу в холодах, под дождями, и его эвакуировали. Но изменилась обстановка не только в Нидерландах. Русские победы не обрадовали, а переполошили союзников. Опасаясь усиления влияния России, они отвергли планы Суворова о наступлении на Францию. Австрия постаралась удалить русских из Италии, причём крепко их подставила. Корпус Римского-Корсакова в Швейцарии был разбит. Маленькая армия Суворова лишь его талантами и героизмом воинов вырвалась из ловушки в Альпах.
Возмущённый Павел разорвал союз с Австрией, велел войскам возвращаться. Что же касается дальнейшей войны, у царя возник новый план: собрать на западной границе две армии. Если французы полезут на германские земли, выступить на них с Пруссией. А если будут громить Австрию, то и она одумается, будет молить о помощи. Для формирования одной из армий Павел назначил Кутузова военным губернатором Литвы. А в мае 1800 года умер Суворов. Перед императором встал вопрос: кого поставить главнокомандующим в будущих кампаниях?
Армии готовили два военачальника, два его любимца: губернатор Литвы Кутузов и губернатор Петербурга Пален. Пален тоже отличился на турецких войнах, имел два ордена Святого Великомученика и Победоносца Георгия. К тому же постоянно был рядом с царём, выступал самым верным помощником (хотя именно он напоследок оклеветал Суворова). Но Павел решил на деле проверить, кто же из двух генералов лучше. Назначил в сентябре 1800 года большие манёвры под Гатчиной. Половиной войск командовал Кутузов, другой – Пален. Для Павла он был всё-таки ближе, царь находился с его армией.
Пехота и конница разошлись на исходные позиции. Началось «сражение». Но сюжет разыгрался анекдотически. Царь в подзорную трубу увидел – Кутузов выбрал командный пункт в стороне, далеко от войск. С ним было только несколько адъютантов и казаков. Павел загорелся – сейчас он сам блеснёт, и полководца проучит! Позвал эскадрон гусар, велел им быть «тише воды ниже травы» и повёл в обход, вокруг леса. Удивлялся, вот так Кутузов! Какую грубую оплошность допустил, не позаботился о собственной безопасности! Обогнув лесок, царь остановил гусар. Ещё раз прокрался в кустах, всматриваясь через трубу. А Кутузов уже и всех адъютантов разослал с приказаниями. Остался один. Торжествующий Павел крикнул: «За мно-ой!» За ним помчался эскадрон.
Но… едва они вылетели из леска, как с двух сторон, из лощин и кустов, поднялись шеренги егерей. Бахнули холостыми, окружая. Ошарашенный император пальбу остановил. Подъехал к Кутузову уже не торопясь, шагом. Только и сумел сказать: «Хорош, батюшка, хорош! Я-то думал тебя взять в плен, а на поверку сам угодил в него!» Конечно, ему было обидно, что так осрамился. Но Павел был честным человеком. По окончании манёвров, собрав генералов, он открыто рассказал, как думал перехитрить Михаила Илларионовича, а тот «отплатил звонкой монетой».
Царь обнял Кутузова, сказав: «Обнимаю одного из величайших полководцев нашего времени». И тут же вручил высший в России орден Святого апостола Андрея Первозванного – за прошлые заслуги перед Отечеством. Мало того, его жену за заслуги мужа наградил женским орденом Святой великомученицы Екатерины, пожаловал в придворные статс-дамы, а дочерей – во фрейлины. Да, Павел сделал выбор, кого поставить главнокомандующим – Кутузова. В глазах царя он обошёл Палена. Хотя война с французами так и не началась. Ситуация переменилась.
Во Франции Наполеон захватил единоличную власть, вдребезги разбил Австрию. Пруссия воевать с ним сразу передумала. А наша союзница Англия проявила себя в полной мере. Русский корпус из Нидерландов вывезли на остров Джерси, держали без жилья, тёплой одежды, впроголодь. Но и домой долго не отправляли, корпус вернулся в жалком виде. А в Средиземном море Нельсон всячески срывал предложения Ушакова штурмовать Мальту, потому что и англичане оценили её значение. Дождались, когда Ушаков получил приказ возвращаться в Севастополь. Сразу окружили Мальту эскадрами, а гарнизону за сдачу предложили самые заманчивые условия. В сентябре 1800 года над островом поднялся британский флаг.
Павел был поражён. Напомнил, что по договору Мальта принадлежит России. Но выполнить соглашения и отдать остров Великобритания отказалась. Тут уж царь осерчал. Разорвал отношения с англичанами. Арестовал 300 их судов в наших портах. Запретил им торговать в нашей стране, прекратил поставки в Англию хлеба и других товаров. Хотел и воевать. Государь рассудил, что Наполеон покончил с революцией, значит, с ним можно иметь дело. Предложил ему союз. К сожалению, в этом Павел ошибался. В коварстве Бонапарт стоил британцев – выдвинул проект похода в Индию (угнать русские силы подальше, чтоб не мешали ему в Европе).
Но царь позвал в союз и Пруссию, Данию, Швецию – Англия многих допекла, душила торговлю. Правой рукой Павла в этих приготовлениях стал Кутузов. Он тайно провез через границу в Петербург шведского короля Густава-Адольфа для личных переговоров с царём и подписания соглашения.
Но для англичан секретов не было, их агенты находились рядом с государем. Они ударили первыми, когда никакой войны ещё не было. Дания успела лишь дать согласие на союз, а к Копенгагену внезапно нагрянул огромный флот Нельсона и Паркера, погромил датские морские силы, бомбардировал мирный город, заставив Данию капитулировать.
Осознав опасность, Павел поручил Кутузову оборону Петербурга с моря. Михаил Илларионович вывел войска на берега Финского залива, выставил батареи. Почти каждый день бывал у императора с докладами. Но англичане использовали и совсем грязные методы. Их посол в России Чарльз Уитворт организовал заговор. И главным лицом в нём стал соперник Кутузова, царский доверенный — Пален. 11 марта 1801 года государь после доклада пригласил Михаила Илларионовича остаться на ужин. А ночью Кутузова разбудили известием – Павел «скончался от апоплексического удара». Был убит.
На престол взошёл его сын Александр I. Англичане давно уже позаботились окружить его своими сторонниками и агентами. Он сразу прекратил подготовку к войне. Снял арест с британских судов, разрешил Англии свободную торговлю в России, подписал с ней договор о дружбе, отказавшись от любых претензий – в том числе и от Мальты. Кутузов получил царский приказ снять войска с побережья, вернуть к местам постоянного базирования.
Карьера слишком засветившегося исполнителя британских замыслов Палена оборвалась. Он был сослан в своё имение безвыездно. А на его место, военным губернатором Петербурга, в июне 1801 года Александр поставил Кутузова. Добавил ему ещё и Выборгскую губернию, гражданское управление, командование войсками в Финляндии. На место Кутузова, в Литву, уехал другой заговорщик, Беннигсен. Он тоже побывал в спальне Павла, но в момент цареубийства благоразумно улизнул.
Михаил Илларионович с его редким обаянием и умом сумел быть любимцем и Екатерины, и Павла. Но со стороны Александра постепенно стал замечать откровенное охлаждение. Поводами служили мелкие происшествия в столице, неисполнение указов о запрете дуэлей, азартных игр – хотя с этим не мог сладить ни один губернатор. В сентябре 1802 года итогом стала фактическая отставка, увольнение на год для лечения «по собственному желанию» (которого Кутузов не высказывал). Однако и через год царь его на службу не вернул, генерал завис в своём имении Горошки.
О причинах внезапной опалы историки гадают до сих пор, не находя ответа. Но можно вспомнить, что Александр в эти годы правил под подавляющим британским влиянием. Доходило до того, что морской министр Чичагов объявлял флот «обременительной роскошью» для «сухопутной» России. А вот Ушакова Англия считала опасным для себя. Его вроде бы повысили, перевели в Петербург, на высокие должности – но на берегу. Потом и вовсе выжили в отставку.
Мудрый Кутузов давно разобрался в истинном отношении Великобритании к нашей стране. Был главным помощником Павла в подготовке войны с ней. Наверняка разгадал заказчиков цареубийства (или даже разузнал о них досконально, став столичным генерал-губернатором). Поэтому и он был для англичан нежелательной фигурой. Его и убрали интригами.
В строй его вернула война с Наполеоном. Союзной Австрии хотелось получить в помощь лучшего полководца, как когда-то Суворова. В 1805 году Кутузов беспримерным маршем спас 32-тысячную русскую армию от преследовавших её 220-тысячных полчищ Бонапарта. Но, когда соединился с главными силами, Александр I отверг его советы, принялся командовать сам, что привело к разгрому под Аустерлицем и новой немилости с «почётными ссылками» для Михаила Илларионовича.
А после Тильзитского мира с Наполеоном Англия стала врагом нашей страны: захватывала русские суда на морях, во время нашей войны со Швецией присылала ей флот, поддерживала и воюющих с Россией Персию, Турцию. В 1811 году, блестяще заманив в ловушку на Дунае и уничтожив османскую армию, Кутузов вынудил турок к переговорам о мире. Они открылись в Бухаресте, и там Михаил Илларионович встретился с весьма примечательными личностями.
Англия в переговорах навязала свои посреднические услуги. Её представлял молодой дипломат Чарльз Стрэтфорд-Каннинг. Впоследствии именно он будет курировать в России заговор декабристов. А ещё позже станет режиссёром провокаций, вовлёкших нашу страну в Крымскую войну.
Другая непростая фигура – полковник Роберт Вильсон. Он участвовал в провальной операции в Нидерландах, куда не попал Кутузов. Но потом перешёл на более благодатное поприще военной дипломатии. Стал специалистом-разведчиком, особенно отличился в информационной войне. Побывав в Египте, издал сенсационную книгу с пропагандистскими фейками – будто Наполеон отравил собственных солдат в госпиталях, поголовно уничтожал турецких пленных.
Ещё в 1806 году Вильсон был направлен в Россию, находился при армии бывшего заговорщика Беннигсена, с которым сошёлся душа в душу. Готовил и материалы для новых сенсаций. Не кто иной, как Вильсон, стал автором очень известных фейков: будто Россия жаждет захватить Константинополь и угрожает владениям англичан в Индии. По сути, подвёл пропагандистскую базу под политику «Большой игры» Лондона против нашей страны. Хотя опубликованы эти фейки были только в 1817 году, когда в роли союзницы Россия стала англичанам не нужна, и начался открытый поворот к «Большой игре». Ну а Вильсон после ещё нескольких командировок был направлен комиссаром и советником в армию великого визиря Ахмед-паши. Ту самую, которую Кутузов обнулил на Дунае.
На переговорах оба английских представителя активно противодействовали урегулированию, мешали Михаилу Илларионовичу. Только его изумительное искусство дипломатии и хитрые игры (то угрозами, то блефом) помогли добиться успеха и за три недели до вторжения Наполеона заключить мир. Кстати, уже и Александр I не верил, что он это сделает. Не дождавшись конца переговоров, царь отстранил его от командования, заменил другом британцев адмиралом Чичаговым – но тот приехал через три дня после подписания договора.
А мирные переговоры между Россией и Англией начались уже после нападения Бонапарта. Союз заключили 18 июля 1812 года. Впрочем, помощь англичан была более чем скромной. Они воевали на «втором фронте», поддерживая повстанцев в Испании. На ходе сражений в России это никак не сказалось. Три британских корабля пришли для обороны Риги, осаждённой неприятелем. Основной же вклад выразился в поставках оружия (в далеко не достаточном количестве). Да и искренностью эта союзница не отличалась.
В это же время продолжалась война России с Персией. Именно её считают началом «Большой игры» Лондона, задавшегося целью вытеснить русских с Кавказа. На здешнем театре англичане деятельно поддерживали персов и грузинских изменников. Да-да, были и такие. Хотя сами же грузины попросились в состав России, умоляя защитить их от персов, чтобы не вырезали полностью. Из-за этого и война началась. Иногда ситуация выглядела трагическим парадоксом. Князь Пётр Багратион вслед за Суворовым говорил о себе: «Мы русские! С нами Бог!» Стал национальным героем России, смертельно раненный на Бородинском поле. А в том же 1812 году его родственник, царевич Александр Багратиони, с отрядами изменников и наёмников ворвался в Грузию, силясь взбунтовать её и оторвать от России. И сопровождал его «союзный» советник, английский офицер Уильям Монтейт. Но в те времена простые грузины на призывы царевича не поддались. Под ударами русских войск и местного ополчения ему пришлось скрываться в горах и удирать обратно в Персию.
Что же касается пробританских советников в окружении Александра I, то они никуда не делись. С возобновлением союза снова активизировались. 19 августа 1812 года под давлением всей общественности и по представлению Чрезвычайного правительственного комитета царь назначил главнокомандующим Кутузова. Но ему пришлось выполнить личное «пожелание» императора – взять к себе начальником штаба Беннигсена. А с ним явился и Роберт Вильсон – сменивший должность британского комиссара при турецкой армии на русскую. Царь настолько ему доверял, что разрешил писать себе лично.
Интриги в армии развернулись нешуточные. Вторжение врага на Украину остановил талантливый ученик и соратник Кутузова, командующий 3-й армией Тормасов. Он одно время возглавлял войска на войне с Персией, о происках британцев хорошо знал. При объединении 3-й и Дунайской армий командующим назначили не его, а Чичагова, не умеющего воевать на суше, зато поклонника Англии. Тормасов отправился в распоряжение Кутузова и отличился во всех сражениях от Малоярославца до Красного.
А в главной армии Беннигсен с Вильсоном усиленно копали под Михаила Илларионовича, чтобы убрать его и заменить Беннигсеном. Подталкивали к «решающим» битвам, от которых главнокомандующий уклонялся, следуя собственным планам. Завалили Петербург и Лондон жалобами на его «пассивность». Наконец, Беннигсен по подсказкам англичанина настрочил на него царю грязнейший донос.
Но… Кутузов такими методами не пользовался. Не ябедничал. Хотя разведка и информированность у него всегда была изумительной, это отмечали ещё Суворов, Потёмкин. Он (может быть, и зная про донос) представил Беннигсена к награде за Тарутинский бой. Дал превосходную характеристику, ни словом не упомянул про его грубейшие ошибки, сорвавшие разгром корпуса Мюрата. И вышло так, что представление с доносом легли на стол Александра I одновременно. Сравнение получилось слишком уж некрасивым. И произошло это уже после сражения под Малоярославцем, освобождения Москвы – когда авторитет Кутузова достиг наивысшего уровня.
Царь принял мудрое решение. Прошение он исполнил, Беннигсена наградил алмазными знаками к ранее полученному ордену Святого апостола Андрея Первозванного и сотней тысяч рублей. Но и Кутузова наградил золотой шпагой с бриллиантами. И донос переслал ему же. Вот тут Михаил Илларионович отыгрался. Созвал генералов. Адъютант зачитал вслух текст представления к награде с похвалами Беннигсену. Кутузов вручил её. А потом адъютант зачитал перед всеми донос. Начальник штаба то краснел, то бледнел, с него градом катился пот. После такого позора ему осталось только покинуть армию, сославшись на здоровье. Кутузов написал в приказе, что он увольняется из-за «болезненных припадков».
Избавиться от Вильсона главнокомандующий не мог. Но неужели он не представлял, что это за птица? Ещё в Бухаресте изучил его. Кутузов отлично понимал, что Англия добивается сокрушения Наполеона – при одновременном максимальном ослаблении России. На очередные подталкивания Вильсона к битве, на его призывы стать «спасителем вселенной», Михаил Илларионович ответил: «Я вовсе не убеждён, будет ли великим благодеянием для вселенной совершенное уничтожение Наполеона и его армии. Наследство его достанется не России и не какой-нибудь иной из континентальных держав, но той державе, которая уже завладела морями, и тогда её владычество станет невыносимым».
Да, матёрый британский мастер по закулисным играм нарвался в лице Кутузова на куда более опытного и проницательного специалиста. Замыслы победить Наполеона кровью последнего русского солдата потерпели неудачу. Но Вильсон отомстил Михаилу Илларионовичу, уже мёртвому. Оклеветал его в своих «сенсационных» дневниках и записках. На них стали опираться не только зарубежные, но и отечественные историки, вроде Тарле, совершенно не учитывая два фактора: насколько искренним был Кутузов в разговорах с таким собеседником и насколько правдив был сам Вильсон.
Именно из его воспоминаний внедрилась версия, будто Кутузов, избегая сражений, строил врагам «золотой мост» для ухода из России. Хорош же «золотой мост», если на нём полчища Бонапарта полностью погибли! И при минимальных потерях с русской стороны. А то, что упустили самого Наполеона, тут уж англичанам следовало бы попенять на собственные интриги. Если бы 3-й армией командовал Тормасов, а не Чичагов, он не распылил бы силы по Белоруссии, выведя на Березину лишь половину, и не клюнул бы на элементарный обман с демонстрацией ложной переправы в другом месте.
Вслед за историками А.А. Керсновским и В.М. Безотосным можно справедливо усомниться и в желании Кутузова остановиться на границе, отказаться от похода в Европу. Да, он мог поворчать, что приходится русскими руками «таскать каштаны из огня», а заслуги нашей страны в их освобождении европейцы быстро забудут. Но на самом-то деле Михаил Илларионович не мог не понимать: если такую амбициозную фигуру, как Наполеон, не добить, он наверняка захочет взять реванш. Через год или два на Россию хлынет новое нашествие, опять вместе с послушной Европой. А факты подтверждают, что к заграничному походу Кутузов готовился заранее — планы у него оказались уже чётко продуманы.
Завершили войну без него. Но ведь и его прогнозы оправдались. Главный выигрыш постаралась урвать Англия. Претендуя на мировое первенство, развернула борьбу против России – и экономическую, и пропагандистскую, и политическую, а потом и вооружённую. И у остальной Европы благодарности за освобождение хватило совсем ненадолго, она снова оказалась в антироссийском лагере. Кстати, то же самое повторилось после Великой Отечественной, разве что к Англии приплюсовались США. Но тут уж, очевидно, сказываются закономерности западной морали и психологии, ведь и в наши дни они снова проявились в полной мере.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter