Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
![Главное](/images/star.png)
Хесвар Джанке: в новых условиях Россия стала важным партнером Маврикия
На Маврикии рассчитывают, что прямые рейсы из России будут запущены в течение нескольких месяцев, вопрос практически решен, заявил корреспонденту РИА Новости Балжан Самигуллиной посол Маврикия в Москве Хесвар Джанке. В эксклюзивном интервью он также рассказал, в каких областях Москва и Порт-Луи могут развивать сотрудничество, оценил перспективы того, когда на Маврикии начнут принимать российские карты "Мир" и рассказал о том, почему это островное государство в Индийском океане хотело бы узнать больше о русских банях.
– В каких отраслях сегодня возможно развитие сотрудничества РФ и Маврикия? Есть ли перспективы для наращивания взаимодействия в сферах рыболовства, сельского хозяйства, здравоохранения и образования, где у Москвы и Порт-Луи уже есть ряд соглашений?
– Прежде всего, позвольте мне поблагодарить Россию за поддержание очень тесных двусторонних отношений с Маврикием. СССР одной из первых оформила официальные отношения с моей страной – уже через две недели после обретения нами независимости. Многие маврикийцы учились в СССР, а потом и в России, получали стипендии, обучались инженерному делу, медицине и другим специальностям. Думаю, что отношения между нашими странами продолжат укрепляться.
А сейчас, с большим количеством изменений на международной арене и диверсификацией экономики Маврикия, я думаю, Россия стала важным партнером для нас не только в области образования. Я подписал множество соглашений, и мы завершаем согласование ряда меморандумов с Россией: с министерством обороны, с правительством города Москвы в целях развития наших городов, также мы работаем над соглашением в сфере образования. В настоящее время правительство Маврикия поручило мне выяснить, как мы можем импортировать нефтепродукты из России, дизельное топливо и бензин.
Многим россиянам нравится бывать на Маврикии, и мы с "Аэрофлотом" работаем над запуском прямых рейсов, так что дела идут хорошо. Я вижу также много возможностей в области информационных технологий, которые интересны Маврикию. С российской стороны существует большой спрос на сахар и рыбопродукты.
– Вы упомянули соглашение с министерством обороны, расскажите подробнее, чего оно будет касаться?
– Это соглашение, которое касается помощи в обеспечении морской безопасности в регионе. А также поможет, если это будет возможно, модернизации нашей армии, полиции, в борьбе с незаконным оборотом наркотиков.
– В октябре прошлого года в комментарии нашему агентству вы говорили, что Порт-Луи заинтересован в покупке российских удобрений. Рассматривается ли торговля по бартеру?
– Тогда я был не в курсе, но теперь знаю, что одна крупная российская компания вместе с маврикийским партнером поставляет удобрения в нашу страну. Так что договоренности уже есть, единственное, что мы можем сделать сейчас, – это только увеличить экспорт удобрений в Маврикий. Мы уже работаем в этом направлении.
– Какие товары составляют основу двусторонней торговли?
– Российская сторона заинтересована в наших сахаре, тунце и многих других продуктах. Я связывался с советом по экономическому развитию и другими заинтересованными сторонами по вопросам экспорта, все уже начало работать: стороны находятся в контакте друг с другом и пытаются понять, каким образом партнерство может принести пользу обеим странам.
Маврикий импортирует говядину и морепродукты из России. Маврикийские импортеры заинтересованы в любом продукте, который они могут импортировать по хорошей конкурентоспособной цене. Возможно, проблема в том, что у инвесторов может не быть информации из-за сложностей с языком, они не могут связаться с компаниями.
– Как вы оцениваете масштаб нынешних инвестиций со стороны России, и перспективы их возможного наращивания? В какие области, с вашей точки зрения, было бы интересно вложиться российскому бизнесу, и какие условия может предложить Порт-Луи?
– У Маврикия много возможностей для России. Я обратился к судоходным компаниям с просьбой отправиться на Маврикий. В рыбной промышленности мы подписали соглашение, я думаю, оно поможет Маврикию развивать судоходство, или как мы называем, "голубую экономику".
С точки зрения инфраструктуры: когда вы смотрите на здешнюю инфраструктуру, это хорошо построенные здания, мосты, дороги. Поэтому я считаю, что инвесторы могут приехать на Маврикий для того, чтобы помочь построить инфраструктуру, и инвестировать в отели, в наши "умные города". Кроме того, обе страны на высоком уровне должны приложить свои усилия, на уровне премьер-министров и ведомств. Я продолжаю приглашать премьер-министра и его делегацию посетить нас. Когда они приедут, между двумя странами возникнет некая химия.
– Можем ли мы говорить о визитах на высоком уровне в обозримой перспективе, особенно учитывая, что Россия сегодня активно развивает сотрудничество с африканскими странами?
– Предполагается, что у нас будет политический диалог. Я принимал участие в саммите Россия-Африка, и пока я не знаю решения правительства, но я ожидаю, что делегация Маврикия приедет на второй саммит.
– Состав делегации на участие во втором саммите еще не определен?
– Еще нет, потому что на Маврикии есть проблемы из-за наших исторических отношений с Европой. У нас должна быть сбалансированная дипломатия – это то, чему мы следуем. Наша страна заинтересована в поддержании хороших отношений со всеми странами и регионами.
– Какие вопросы являются для вашей страны приоритетными при участии в саммите, если делегация Маврикия все-таки будет присутствовать на нем?
– Главный вопрос касается развития двусторонних отношений, нужно попытаться понять, каким образом мы также можем получить какую-то помощь. Нам нужна помощь во многих областях. Например, в области обороны: в обучении полицейских, в разработке некоторых учебных программ в образовательном секторе, а также во многих сферах, даже с точки зрения технологий, систем связи, которые могли бы содействовать в обнаружении циклонов. Мы надеемся, что наши отношения с Россией будут развиваться, и тогда мы сможем работать над всеми этими вопросами.
– В конце февраля тропический циклон "Фредди" унес жизни почти 500 человек в Малави и также затронул Маврикий. Как циклон может повлиять на турпоток в целом и из России в частности? Есть ли риск посещения страны на данный момент?
– Нет, эти циклоны не являются регулярными. В этом плане Маврикий вполне безопасен: у нас нет цунами, бывает приходит циклон, но это нормально, занимает один или два дня. У нас очень мощная электрическая система, и правительство предоставляет множество средств для борьбы с циклоном.
– Говоря о туризме, можем ли мы рассчитывать, что россияне смогут отправиться на майские каникулы на Маврикий прямыми рейсами?
– Вопрос о прямых рейсах почти закрыт, но есть несколько вопросов, над которыми мы работаем. И как посол, я сам жду, когда откроется прямое авиасообщение. Мы работаем над этим с января прошлого года, прошел уже год, так что теперь мы надеемся, что в течение нескольких месяцев появятся прямые рейсы. Также есть план разработки рейса Маврикий-Сейшельские острова-Россия. Компании работают над этой альтернативой с "Аэрофлотом". Власти направили соответствующий запрос на Сейшельские острова.
– Вы ранее говорили, что медицинский туризм может быть сферой потенциального сотрудничества. Что именно в этой отрасли может предложить Маврикий и на каких условиях?
– Наша страна ориентирована на туристов, но российская сторона могла бы представить Маврикию свою продукцию, например, показать русские бани. Кроме того, нужно помнить, отправляясь на Маврикий, что там не только пятизвездочные отели, но есть и отели других категорий, есть квартиры и дома, которые сдаются в аренду.
– А есть ли у посольства данные, сколько россиян посетили Маврикий в последние годы?
– Обычно, до коронавируса, у нас было около 15-16 тысяч туристов, в последнее время около семи-восьми тысяч. Я не знаю точной статистики на этот год, но количество увеличится. Проблема в том, что из-за санкций россияне должны привозить с собой деньги, поэтому сейчас мы работаем над тем, чтобы Маврикий мог принимать карты "Мир". Как россияне могут поехать на Маврикий, если у них проблемы с деньгами? Я думаю, что правительство и финансовые организации уже работают над этим.
– Как вы оцениваете российско-маврикийское сотрудничество в сфере образования? Ранее замминистра науки и высшего образования России Наталья Бочарова заявила, что со следующего года количество льготных мест в российских вузах для студентов из Африки вырастет почти в два раза. Сможет ли увеличиться количество бюджетных мест для граждан Маврикия в следующем году? И много ли студентов из вашей страны обучаются в России?
– Да, Россия щедро предоставляла стипендии Маврикию, и в качестве посла я работаю над большим количеством соглашений с несколькими университетами Маврикия. Российские университеты заинтересованы в сотрудничестве с университетами Маврикия в плане обмена студентами и преподавательским составом, обучения и даже разработки курсов. Если у нас будет больше стипендий, то приедет больше студентов.
![Главное](/images/star.png)
Интервью Ильи Шестакова "Российской газете"
Илья Шестаков о бесплатной рыбалке, новых законах и самой полезной в мире сардине.
Рыбалка в России будет бесплатной и доступной, а для потребителей составят рейтинг самой полезной рыбы, рассказал в интервью "Российской газете" замминистра сельского хозяйства – руководитель Росрыболовства Илья Шестаков.
В этом году отрасль и нас всех ждет множество новаций. Среди них маркировка черной икры – как писала "Российская газета", сегодня под видом российского продается китайский деликатес. Кроме того, вводится требование по приоритетной продаже улова в России, а не на зарубежных рынках.
Илья Васильевич, вступил в силу многострадальный закон о любительском рыболовстве. Давайте еще раз скажем – рыбалка для миллионов россиян останется бесплатной?
Илья Шестаков: Да, бесплатной и доступной. Лишь в отдельных районах Севера, Сибири и Дальнего Востока возможно формирование особых участков для вылова, подчеркну, только ценных видов рыб, и то по предложениям субъектов России. Это сделано для того, чтобы у регионов была возможность при необходимости ограничить и проконтролировать вылов таких ценных видов, как таймень или атлантический лосось в отдаленных водоемах.
Но и сейчас есть места, в которых ограничена рыбалка.
Илья Шестаков: Несколько лет назад акватории начали активно отдавать компаниям, которые занимались организацией платной рыбалки.
Причем не воспроизводили водные биоресурсы, то есть, не занимались разведением рыбы, а просто предоставляли право рыбачить. Это возмутило многих простых рыбаков. Теперь, по закону, с января 2021 года таких участков не будет.
Но, разумеется, продолжат действовать правила рыболовства. Например, по-прежнему нельзя рыбачить в период нереста и на определенных участках или использовать запрещенные орудия лова. Ограничения на рыбалку касаются и водоемов с товарной аквакультурой, то есть там, где предприятия выращивают рыбу на реализацию.
О ценах на горбушу
Ушедший год был рекордным по улову. Но в интернете распространилось видео, снятое на Камчатке. На берегу гнило большое количество выброшенной рыбы. Это как?
Илья Шестаков: Наше территориальное управление совместно с МВД провело проверку. По их оценкам, на берег браконьеры выбросили до 200 тонн рыбы. С точки зрения общего объема вылова, это небольшая цифра. Но все же случай вопиющий. Браконьеры рыбу выбрасывали, понимая, что не могут ее вывезти. Или встречали охранные посты, или им сообщали, что ведутся контрольно-проверочные мероприятия.
Понимаю, Росрыболовство не отвечает за стоимость и ассортимент морепродуктов в магазинах. И все-таки, есть предпосылки для снижения потребительских цен в связи с рекордными уловами?
Илья Шестаков: Улов в 2018 году был действительно рекордный за всю историю наблюдений - более 670 тысяч тонн. Предыдущий рекорд составлял 530 тысяч. Основная масса выловленной рыбы – горбуша. Цены на нее у рыбаков на промысле доходили до 60 и даже 40 рублей за килограмм. Хоть это и не совсем наша тема, мы все же ведем мониторинг розничных цен и знаем, что стоимость горбуши снизилась.
По справедливости, цена на нее должна быть в магазинах существенно ниже, чем в прошлом году. Приятно сказать, что рыбаки хорошо поработали – в 2018 году добыто более 5 миллионов тонн водных биоресурсов. Последний раз такой планки достигали в 1992 году, потом был спад.
А говорят, вся хорошая горбуша ушла на экспорт. А то, что осталось, годится преимущественно для консервов. Это правда?
Илья Шестаков: Нет. Конечно, есть рыба премиум сегмента, другие категории. Часть премиального товара действительно уходит на зарубежные рынки, но слухи о том, что вся качественная горбуша уплыла за рубеж, а остальное оставили для внутреннего потребления, – чушь. Наши переработчики сейчас очень требовательны к качеству продукции, потому что понимают, что объемы реализации сильно зависят от свойств товара.
Самой полезной рыбой могут признать сардину иваси, массовый улов которой возобновлен в России. Она, не исключено, возглавит рейтинг Росрыболовства
Говорят, весь российский минтай уплывает в Китай, а потом возвращается к нам в виде крабовых палочек. Это так?
Илья Шестаков: Мы экспортируем в Китай более 900 тысяч тонн рыбной продукции, в том числе минтай. При этом импортируем оттуда порядка 100 тысяч тонн, почти в 10 раз меньше. Как видите, объемы несопоставимые. Поэтому нельзя говорить о том, что этот пример характерный, но доля правды в нем есть.
Кстати, мы продаем рыбу не только в Китай, но и в страны Евросоюза, в том числе переработанную, например, филе, стейки, фарш. И объемы экспорта с каждым годом растут. Постепенно уходим от поставок сырья. Мы нацелены на глубокую переработку, и многие компании развиваются в этом направлении.
"Меркурий" взял след
Глава Россельхознадзора в интервью "РГ" рассказал, как в Россию везут черную икру из Китая и фасуют на наших заводах. Как бороться с этим контрафактом?
Илья Шестаков: Контрафактной икра становится не в момент поступления, а когда нечестные компании начинают упаковывать ее и писать на этикетке, что это российская икра. В России развивается свое осетроводство. И, конечно, недобросовестная конкуренция нашим компаниям вредит.
Помнится, хотели маркировать черную икру как раз для того, чтобы потребитель мог понимать, что это за товар.
Илья Шестаков: На данном этапе процедура маркировки черной икры пройдет на условиях добровольного эксперимента. Он будет идти весь 2019 год. Надеемся отработать все механизмы – каким образом товар маркировать и контролировать этот процесс. По итогам сформируем нормативную базу и примем решение – делать ли маркировку обязательной и на каких условиях. Пока это будет касаться только черной икры.
А почему бы сразу не начать маркировать черную и красную икру?
Илья Шестаков: Есть различия между черной и красной икрой с точки зрения добычи и продажи.
Черная – может реализовываться только из аквакультурных хозяйств, где выращивают рыбу для производства икры. Надо смотреть и контролировать объемы выращивания и реализации, чтобы исключить возможность легализации браконьерской икры, в том числе через аквакультурные хозяйства.
А красную икру получают из лососевых видов рыб, которых добывают в довольно большом количестве по разрешительным билетам. И опыт использования системы электронной ветсертификации Россельхознадзора "Меркурий" позволит понять – достаточно ли этого механизма прослеживаемости или все-таки потребуется маркировка.
По поводу "Меркурия" было много споров. Рыбаки не хотели работать с системой.
Илья Шестаков: Изначально они были не в восторге от участия в "Меркурии". Но после большой работы, которую мы провели с Россельхознадзором, и проводим до сих пор, система стала все больше устраивать представителей нашей отрасли.
Это еще одна возможность показать, что отрасль рыболовства сегодня уже не черная и не серая, а белая. Благодаря "Меркурию" объемы улова можно сравнить с квотами на вылов и тем объемом, что задекларирован в рамках электронной ветсертификации. А противники этой системы, думаю, либо не хотят работать по новым требованиям, либо показывать серые схемы.
Сейчас у многих ведомств есть свои информационные системы. У Россельхознадзора - "Меркурий", параллельно что-то пытается запустить минпромторг, есть система налоговой службы. Не пора объединяться?
Илья Шестаков: У Росрыболовства подписано соглашение со многими ведомствами об обмене данными через информационные системы – и с Россельхознадзором, и с ФНС, и с погранслужбой. В целом это все работает, но в будущем, вероятно, все-таки должна появиться возможность "одного окна" для всех ведомств-пользователей. Кстати, сейчас в Росрыболовстве мы хотим сделать "одно окно" для рыбопромышленников для получения разрешений, выписок, сертификатов, подачи заявок.
Например, представители алкогольного рынка говорят, что, благодаря ЕГАИС, любой потребитель, купив бутылку алкоголя, может при желании получить полную информацию о ее происхождении. А с рыбой так может быть?
Илья Шестаков: Система прослеживаемости "Меркурий" дает те же возможности, просто пока они не доступны для широкого круга пользователей. Возможно, в будущем ситуация изменится.
Помнится, лет семь назад вице-премьер Виктор Зубков вместе с вашим предшественником ходили по магазинам и говорили, что ледяной глазури на рыбе должно быть не более 5 процентов от веса. Уж сколько с тех пор воды утекло, а креветки и филе по-прежнему в толще льда. Такой простой вопрос не можем решить, что уж говорить о новейших информационных технологиях.
Илья Шестаков: Решение проблемы по ледяной глазури зависит от двух факторов: законодательного обеспечения и системы контроля. Законодательно мы этот вопрос сняли – несколько лет назад вступил в силу новый техрегламент. А вот к контролю за выполнением этого регламента вопросы остаются.
Далеко не уплывет
Какие законодательные новации ждут отрасль в 2019 году?
Илья Шестаков: Сейчас в Минсельхозе около восьми законопроектов, касающихся рыбохозяйственного комплекса. Основные, надеюсь, будут приняты в наступившем году. Главный предполагает внесение изменений в Налоговый кодекс с целью увеличения ставок сбора за вылов рыбы и модернизации системы льгот. Преференции и господдержку будут получать, прежде всего, компании, занимающиеся переработкой и поставляющие продукцию на российский рынок.
Другая важная инициатива – введение электронного промыслового журнала, который позволит предприятиям в онлайн-режиме получать разрешения на вылов и подавать данные о своей промысловой деятельности. Это повысит оперативность обмена данными и документами. Кроме того, мы рассчитываем усилить контроль за деятельностью рыбопромысловых судов. Обсуждаем возможность введения видеофиксации на судах рыбопромыслового флота, а также использования электронных измерительных приборов. Такая техника позволит передавать информацию онлайн непосредственно в систему мониторинга. На основании этих данных пограничная служба сможет принимать более действенные, взвешенные решения.
И еще один важный закон, который мы начнем обсуждать в этом году, касается новых стандартов биржевой деятельности и требований к аукционным площадкам, на которых будет продаваться определенная часть морепродуктов. Это нужно, чтобы часть товара, которая продается на зарубежных биржах, в первую очередь в странах Азиатско-Тихоокеанского региона, перешла на реализацию в России.
Это будет введено как обязательство: хочешь продавать рыбу за границу, продай сначала в своей стране. К сожалению, одними стимулирующими мерами этого добиться было невозможно.
И каким образом вы рассчитываете обязать компании продавать рыбу на внутреннем рынке?
Илья Шестаков: Если кратко, то нельзя будет продавать напрямую за рубеж, минуя аукцион, отдельные виды морепродуктов, такие как, например, икру минтая или краба. По крайней мере, определенный объем от вылова. К этим торговым площадкам будут предъявляться специальные требования, одно из них – прозрачность торгов.
Представители отрасли не раз предлагали включить в договоры квот на вылов обязательства поставки рыбы на российские прилавки, также в общепит и в госучреждения. По сути, сформировать госзаказ. Затем постепенно, лет через пять или десять можно поощрять таких поставщиков расширением квот. Почему бы не сделать так?
Илья Шестаков: Потому что потом будет сложно проконтролировать работу компаний, получивших приоритетный доступ к квотам. Рыбаки зачастую не работают непосредственно с торговыми сетями, покупателями, а, как и многие другие компании, взаимодействуют с оптовиками. Поэтому отследить, кто и куда поставил улов, сложно. Но даже не это главное. Основная проблема заключается в том, что мы не можем вводить разные обязательства для разных участников рынка – возникнет нарушение правил конкуренции. У некоторых торговых компаний появится возможность воспользоваться своим доминирующим правом.
Такое, к сожалению, уже происходит, например, при предоставлении инвестиционных квот. Определенные судостроительные компании, понимая, что многие рыбопромышленники получили достаточно серьезную поддержку от государства, стали задирать цену на свою продукцию. И как только мы обяжем рыбопромышленные компании поставлять определенный объем улова в ретейл, торговцы тут же начнут пытаться сбить цену поставщикам. Мы понимаем, что в этом случае в магазинах цены, к сожалению, останутся теми же, просто вся маржа перейдет в сетевую торговлю.
Кроме того, нельзя забывать, что промысел не стабильный, он меняется от сезона к сезону. И мы можем столкнуться с такой ситуацией, когда в невыгодных условиях рыбопромышленники откажутся выходить в море.
Свистать всех на верфь!
Чтобы наладить переработку, о которой вы сказали, нужны новые предприятия, суда.
Илья Шестаков: В ближайшие три года планируется строительство 22 рыбоперерабатывающих заводов. Часть из них будет введена в эксплуатацию в 2019 году. Кроме того, на российских верфях строятся 33 судна с рыбоперерабатывающими фабриками современного уровня. До 40 процентов продукции будет перерабатываться на этих предприятиях в филе. Но и все, что будет оставаться в виде отходов, также используют, например, для производства рыбной муки.
Уже подписанными контрактами определен объем инвестиций – на 4 года более 130 миллиардов рублей. В Мурманске, Карелии и Архангельске построят 10 заводов, еще 12 на Дальнем Востоке будут заниматься переработкой скумбрии, сельди, иваси.
Сейчас началась реализация целой серии инвестиционных проектов. Отрасль становится прозрачнее, растет социальная ответственность бизнеса. Несмотря на сложности, диалог идет. Важное событие прошлого года – создание отраслевого объединения работодателей, большие усилия к этому приложили наши ассоциации. Разрабатывается проект трехстороннего соглашения, которое будет заключено между этим объединением, Росрыболовством и отраслевым профсоюзом. Оно нужно, чтобы системно решать проблемы обычных рыбаков, работников отрасли.
А кто инвесторы, вкладывающие деньги в создание новых предприятий?
Илья Шестаков: Исключительно российский бизнес. Наши рыбопромышленники получили поддержку в рамках закона об инвестиционных квотах. Государство выделило дополнительные квоты, а бизнес за счет этого принял решение о строительстве и реализации крупных инвестиционных проектов. По сути, мы перевооружаем отрасль, не используя ни рубля федеральных денег.
Как в целом распределяется капитал в рыбохозяйственном комплексе? В других отраслях сельского хозяйства много зарубежных денег, и предприятий, принадлежащих иностранцам, работающим на наших ресурсах, немало.
Илья Шестаков: По российскому законодательству, рыбная отрасль является стратегической. Чтобы иностранцы могли участвовать в контроле над предприятием, им надо получить разрешение правительственной комиссии. У нас такой компании нет ни одной.
Есть иностранцы, которые участвуют в общем бизнесе, как неконтролирующие партнеры, но их число невелико. В крупных рыбодобывающих компаниях нет присутствия зарубежных инвесторов.
Как планируете модернизировать береговую инфраструктуру? Все это тоже влияет на обеспеченность российского рынка рыбой.
Илья Шестаков: Есть проекты, которые реализуем в рамках федеральной адресной инвестиционной программы. В частности, сейчас приступаем ко второй очереди ремонта рыбного терминала в порту на Камчатке. В целом этот проект предполагает создание инфраструктуры – это холодильники, мощности для контейнерной отправки рыбных грузов, в том числе Северным морским путем.
Есть проекты, за которыми мы следим на Дальнем Востоке. В целом планируется строительство холодильников, способных вмещать более 60 тысяч тонн улова. В 2019 году будут введены мощности на 10 тысяч тонн.
Также продолжаем реконструкцию причалов на Сахалине – в Невельске и Корсакове. В Невельске навели порядок в рыбном терминале.
Большие планы по Калининграду и Мурманску, но они требуют серьезных инвестиций. Обсуждаем и смотрим, куда двигаться дальше. Везде, за исключением Камчатки, реконструкция береговой инфраструктуры ведется без привлечения федеральных средств.
Учимся ловить
Что происходит с системой подготовки кадров для рыбохозяйственной отрасли? Появляются ли новые специальности?
Илья Шестаков: В ведении Росрыболовства находятся пять вузов, в структуру которых входят профильные колледжи, техникумы и училища. Несмотря на сложности, их удалось сохранить. Вузы занимаются профессиональной подготовкой плавсостава, тралмастеров и капитанов.
Но ситуация с системой профильного образования, кстати, не только в нашей отрасли, сложная. Не хватает бюджетных мест. А с учетом того, что вузы достаточно крупные и материальную базу надо содержать, развиваться, образовательные учреждения вынуждены заниматься и коммерческой деятельностью. И здесь есть конкуренция с вузами, относящимися к министерству образования. Поскольку последних больше, на них и ориентирована основная нормативно-правовая база.
Но подготовка специализированных кадров для рыболовства требует гораздо больше средств, чем сейчас закладывается по стандартам. По сути, убыточность бюджетной деятельности при подготовке одного студента составляет от 10 до 30 процентов по различным направлениям. При этом по внебюджетной деятельности постоянно пытаются сократить возможности вузов, отзывая аккредитации по различным специальностям.
Пять вузов и несколько колледжей – не мало для такой большой "рыбной" державы?
Илья Шестаков: Пока достаточно. К сожалению, из нашей системы вышел Мурманский государственный технический университет, который готовил кадры именно для рыболовства. Он закрывал весь арктический регион.
Сейчас главное – решить вопрос, что делать с профильными институтами и в целом с профильным образованием, потому что оно превратилось в "падчерицу" в системе министерства образования. Политику в профильных вузах, считаю, должны определять профильные ведомства. На мой взгляд, системе образования нужно четкое понимание, сколько необходимо учебных заведений по стратегическим отраслям. Возможно, какие-то вузы стоит объединить, сделать их компактнее. Но стране точно нужны профильные вузы.
Мурманский университет, например, объединяют с педагогическим университетом. Сохранится ли при этом приоритет у специальностей для рыболовной отрасли? Не знаю. А ведь надо как-то заинтересовывать молодежь. Тем более что не так просто привлечь людей на рыбопромысловые суда, где придется находиться по 3-6 месяцев в рейсах.
Хвосты на душу населения
Недавно услышала экспертное мнение о сомнительной методике подсчета среднедушевого потребления рыбы. Дескать, вся она считается с головами и потрохами, а потом делится на количество населения, проживающего в России.
Илья Шестаков: Есть две методики подсчета. Первая, которая принята Росстатом, проводится на основе выборочного обследования домашних хозяйств.
А есть методика, которая считает потребление по балансу рыбной продукции, там действительно идет подсчет по общей массе. Росстат, данные которого мы учитываем для подсчета среднедушевого потребления, считает рыбу без потрохов и головы. Вторую методику мы тоже берем во внимание, потому что на ее основе определяются балансы, которые надо учитывать при принятии управленческих решений.
Так каково сейчас в России среднедушевое потребление рыбы?
Илья Шестаков: По данным Росстата – 21,5 килограмма в год.
А к какой цифре надо стремиться?
Илья Шестаков: По оценкам минздрава, норма 20-22 килограмма.
И вы считаете этого достаточно?
Илья Шестаков: Понятно, что в странах, где культура потребления рыбы достаточно высока, и объемы значительные.
Мы, наверное, никогда не сравнимся с Японией, в которой до прихода американцев вообще мясо не ели, считали, что это вредно. Там рыбу потребляли исторически. Как у нас и исторически, и в силу климатических условий, потребляют преимущественно мясо.
При этом во многих странах Европы, например, в Германии, рыбы едят гораздо меньше, чем в России, – всего около 14 килограммов в год. А есть страны, где этот показатель и вовсе 10 килограммов.
Источник: Российская газета
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел, региональной интеграции и внешней торговли Республики Маврикий С.Лачминараиду, Москва, 14 ноября 2017 года
Уважаемые дамы и господа,
Мы провели хорошие откровенные переговоры, выразили удовлетворение тем, как развиваются наши дружественные связи между Российской Федерацией и Республикой Маврикий.
В марте будущего года дипломатическим отношениям исполняется 50 лет. Мы констатировали, что за эти годы наши контакты становятся все более конкретными во всех областях. Это касается политического диалога, гуманитарных, культурных связей. Отрадно, что есть позитивная динамика товарооборота, который в прошлом году увеличился почти на две трети. Эта тенденция сохраняется и в нынешнем году.
Есть хорошие перспективы в экономической сфере. Сегодня г-н Министр участвовал в российско-маврикийском бизнес-форуме. Отмечались проекты, которые могут быть взяты на реализацию в таких областях, как информационные технологии, электроэнергетика, морской транспорт, рыболовство, инфраструктурные проекты. Договорились, что по линии правительств России и Маврикия будем оказывать содействие деловым кругам в налаживании взаимополезных прямых контактов.
Также обсудили перспективы сотрудничества в сфере туризма, подготовки кадров как по гражданским специальностям, так и для правоохранительных органов.
По региональным и международным делам у нас единая позиция: необходимо уважать суверенитет, территориальную целостность всех государств, Устав ООН, не вмешиваться во внутренние дела и решать все конфликты исключительно политико-дипломатическим путем. Договорились продолжать очень тесное сотрудничество в ООН, на других многосторонних площадках с тем, чтобы эффективно бороться с общими для всех вызовами, включая терроризм, экстремизм, наркоторговлю, пиратство.
Особое внимание уделили ситуации в Африке. На этом континенте сохраняются многочисленные кризисы. У нас единая позиция в том, что для их эффективного решения необходимо уважать принцип приоритета африканских подходов. Сами африканские страны лучше других понимают, как преодолевать различные противоречия, прежде всего, конечно, это всеохватывающий национальный диалог между конфликтующими сторонами.
Будем поддерживать те рецепты, решения, которые вырабатывают Африканский союз, субрегиональные организации на Африканском континенте по урегулированию тех или иных кризисных ситуаций. Мы в целом довольны итогами переговоров (так понимаю, что это наше общее мнение), договорились о дальнейших шагах в политической, экономической, культурно-гуманитарной сферах, в т.ч. в связи с 50-летним юбилеем установления дипломатических отношений.
Благодарю г-на Министра и его делегацию за очень хорошее сотрудничество.
Вопрос (обоим министрам): В начале текущего года был отмечен всплеск пиратской активности в северо-западной части Индийского океана. Какие дополнительные меры стоит предпринять для решения данной проблемы в регионе?
С.В.Лавров: Как уже сказал г-н Министр в своем вступительном слове, тема пиратства обсуждалась достаточно подробно. Мы с озабоченностью констатировали, что после того, как весь мир обеспокоился проблемой пиратства у берегов, в частности, Сомали (это было примерно восемь лет назад), была создана Контактная группа по борьбе с пиратством у берегов Сомали, в которую вошли военно-морские силы России, западных стран, Китая, ряда других государств Азии. Она достаточно эффективно пресекала пиратские поползновения, и акты пиратства пошли на убыль. Однако за первый месяц текущего года уже зарегистрировано 12 актов пиратства. Такое количество случалось только в 2012 г., когда создавалась эта Контактная группа.
Мы, как и Маврикий, на очередной сессии стран-участниц Контактной группы по борьбе с пиратством у берегов Сомали (это была 20-я сессия, если не ошибаюсь) выступили за то, чтобы не просто сохранить эту группу (были попытки ее расформировать), а укрепить ее, расширить ее мандат как географически, так и функционально. Как г-н Министр, так и мы считаем, что помимо борьбы с пиратством вполне можно использовать военно-морские силы участвующих в этой группе государств для борьбы с наркотрафиком, нелегальной миграцией и в целом для обеспечения безопасности на море. Российское военно-морское присутствие в регионе уже позволяет решать многие важные задачи. Прежде всего, наши военные моряки обеспечивают охрану судов, доставляющих гуманитарные грузы на Африканский континент.
Здесь у нас позиции едины. Очень ценим то, что Маврикий – один из самых активных участников этой Контактной группы и поборник наращивания международного сотрудничества в этой важнейшей сфере.
Вопрос: Как Вы можете прокомментировать заявления представителей Госдепа США о том, что Россия обещала обеспечить вывод проиранских формирований из Сирии и не допустить их закрепление там? Действительно ли Москва давала какие-то обещания Вашингтону?
С.В.Лавров: Про то, что происходит на всей территории Сирии, мы с американскими коллегами пока конкретно и подробно не говорили, кроме того, что мы констатируем факт нашего и иранского легитимного присутствия по приглашению законного Правительства САР. Также констатируем факт нелегитимного присутствия коалиции, которую «сколотили» США и которая осуществляет военные действия, в том числе самостоятельные, но, прежде всего, поддерживая оппозиционные вооруженные группы на территории и в воздушном пространстве Сирии.
Что мы конкретно обсуждали с американцами, так это механизм функционирования зоны деэскалации на юго-западе Сирии. Эта договоренность открытая, вы можете ознакомиться с ее текстом, если еще не сделали этого. В ее подготовке, наряду с нами и американцами, участвовали представители Иордании и, как мы уже говорили, проводились неформальные консультации с Израилем, учитывая, что эта зона расположена в непосредственной близости от Голанских высот. В контексте конкретных решений о том, как будет функционировать эта зона и как сделать так, чтобы не было рецидивов столкновений, там действительно записано, что как внутри этой зоны, так и с внешней стороны, надо стремиться к тому, чтобы оттуда выходили несирийские вооруженные формирования. Ни о каком Иране, а тем более проиранских силах, речи не шло. Если говорить о проиранских силах, то, наверное, у кого-то возникнет искушение назвать чуть ли не всю Сирийскую армию проиранской. И что тогда, нужно капитулировать? Это похоже на стремление выдавать желаемое за действительное.
Была договоренность стремиться к тому, чтобы несирийские формирования в этом очень непростом регионе САР уходили с линии непосредственного соприкосновения, но это «улица с двусторонним движением». Если посмотреть на то, кто представляет наибольшую опасность, то это как раз подопечные США – различные иностранные террористы-боевики, которые «примазываются» к тем группам вооруженной оппозиции, которые поддерживаются США.
Вопрос: Как Вы видите политический процесс, о котором договорились президент России В.В.Путин, президент США Д.Трамп и Турции Р.Эрдоган под эгидой ООН? Означает ли это, что Конгресса национального диалога в Сирии не будет? Как в этом контексте можно понять то, что заявило Министерство обороны России, что американцы отказываются наносить удары по боевикам ИГИЛ, которые отступают от Абу Кямаля?
С.В.Лавров: Обращаю Ваше внимание, что Заявление, которое одобрили президенты В.В.Путин и Д.Трамп, действительно содержит ссылку на важность женевского процесса. В части, о которой Вы ведете речь, это заявление призывает все сирийские стороны поддержать женевский политический процесс и усилия, обеспечивающие или способствующие его успеху. А это, прежде всего, то, что делается в Астане. Надеюсь, что в попытку достичь успеха внесут свой вклад и осуществляемые сейчас приготовления по созыву Конгресса национального диалога. Работа идет как по линии организационных приготовлений, так и с точки зрения определения состава участников, который обеспечил бы максимальную представительность этого форума.
Но женевский процесс сам по себе, как показывают последние полтора-два года, может не двигаться вообще никуда. До того, как в январе нынешнего года он возобновился после почти десятимесячного перерыва, потребовались инициативные шаги России, Турции и Ирана, которые запустили астанинский процесс. Это стало триггером, чтобы и наши друзья в ООН стали более активно выполнять то, что было поручено им, а именно обеспечивать прямой, инклюзивный диалог между Правительством и оппозицией. Именно астанинский процесс и его конкретные результаты, включая создание зон деэскалации, завязывание диалога в рамках национального примирения, способствовал тому, что многие международные игроки перестали поддерживать безапелляционные, ультимативные требования смены режима до того, как начнутся политические переговоры. А такие ультиматумы, как Вы знаете, выдвигал т.н. «Высший комитет по переговорам». Мне кажется, что и сейчас, когда затянулась пауза в женевском процессе, само обсуждение выдвижения темы Конгресса сирийского национального диалога должно стимулировать наших ооновских коллег в том, чтобы использовать и этот движущий момент для активизации женевского процесса. Убежден, что Конгресс, о котором идёт речь, задуман для того, чтобы помочь женевскому переговорному треку обрести какой-то темп и ритм, которых мы сейчас пока не наблюдаем.
По поводу Абу Кямаля. Это не единственный случай, когда США щадят террористов. Мы помним, как при взятии Ракки, а до этого Мосула в Ираке, открывались фигуральные «ворота» для игиловцев, которые уходили на сирийские территории невредимыми. Много вопросов к США и в отношении того, что является их целями в САР. Госсекретарь США Р.Тиллерсон неоднократно мне торжественно говорил, что единственная цель, которую США преследуют в Сирии, это поражение ИГИЛ.
Буквально вчера я слышал заявления Министра обороны США Дж.Мэттиса о том, что США никуда из Сирии не уйдут, пока не убедятся, что политический процесс идет в правильном направлении. А правильным направлением США считают смену режима, хотя они не требуют предварительного ухода Б.Асада. Все это противоречит женевским договоренностям и заверениям со стороны руководства Госдепартамента США, которые я сейчас процитировал, что единственной целью США в Сирии является борьба с терроризмом. Мы эти вопросы поставили перед нашими коллегами. Надеемся, что они все-таки выработают открытую, честную и понятную легитимную позицию.
Вопрос: «Раша Тудей Америка» была вынуждена стать иностранным агентом по требованию Министерства юстиции США. Мы слышали, что Россия примет зеркальные меры. Насколько они будут жесткими?
С.В.Лавров: Если речь идет о зеркальных мерах, значит они будут адекватными. Можно придумать этому много синонимов. Об этом уже говорил Президент России В.В.Путин. Наша реакция будет быстрой и зеркальной, поэтому надо набраться терпения на небольшой период времени.
Вопрос: В региональных СМИ сообщалось о Вашем намерении посетить Ереван и Баку. Какой будет повестка Ваших встреч?
С.В.Лавров: Мы об этом еще не объявляли, но никакого секрета здесь нет. В самом начале следующей недели запланированы мои визиты в Ереван и Баку. Они приурочены к 25-летию дипломатических отношений между Россией и соответственно Республикой Армения и Азербайджанской Республикой. Повестка дня будет включать двусторонние отношения с каждой из этих стран. Они у нас насыщенные и богатые. Будем говорить о региональной и международной проблематике, в том числе постараемся понять, где мы находимся в рамках усилий по карабахскому урегулированию после недавней встречи президентов Армении и Азербайджана.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter