Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Роснефть в I квартале 2020 года снизила среднесуточную добычу углеводородов на 1% - до 5,75 млн б.н.э.

Добыча углеводородов в первом квартале 2020 г. составила 5,75 млн б.н.э. в сутки (70,7 млн т н.э.), снизившись на 1% квартал к кварталу и на 2,5% год к году. Добыча жидких углеводородов составила 4,64 млн баррелей в сутки (57,0 млн т), снизившись на 0,7% и 2,2% соответственно в условиях выполнения компанией обязательств в рамках соглашения ОПЕК+.

Добыча газа составила 16,63 млрд куб. м, снизившись квартал к кварталу на 3,4%, год к году на 2,9%.

Меры по противодействию распространения COVID-19

План первоочередных мер по обеспечению стабильности работы компании в период пандемии ставит абсолютным приоритетом здоровье и безопасность людей. Компания постоянно пополняет запас профилактических средств. К настоящему времени закуплено свыше 5,6 млн единиц средств индивидуальной защиты, 2,9 млн л дезинфектанта, более 455 тыс. л средств для дезинфекции рук. Межвахтовые интервалы увеличены до 90 суток, подразделения в регионах обеспечены обсерваторами, изоляторами с квалифицированным медицинским сопровождением. Компания производит на своих мощностях и реализует на внутренний рынок продукцию, ориентированную на борьбу с коронавирусом. В частности, выпускаются этиловый спирт и ацетон (вторичный антисептик), являющиеся компонентами для производства антисептических средств, объемы производства которых составляют 15 тыс. т в месяц. Почти 90% сотрудников центрального аппарата, свыше 51 тыс. сотрудников обществ группы работают удаленно с эффективной ИТ-поддержкой современными средствами связи с соблюдением норм защиты конфиденциальной информации.

Эксплуатационное бурение и внедрение современных технологий в добыче углеводородов

Проходка в эксплуатационном бурении в 1 кв. 2020 г. составила 2,2 млн м, а количество вновь введенных в эксплуатацию скважин достигло 555 ед. В рамках реализации стратегии «Роснефть-2022» компания продолжает фокусироваться на строительстве высокотехнологичных скважин, которые обеспечивают более эффективную разработку залежей и повышение нефтеотдачи пласта по сравнению с бурением наклонно-направленных скважин.

Доля новых горизонтальных скважин в общем числе выросла на 14 п.п. год к году - до 67% от общего количества новых введенных скважин. При этом, удельная добыча на горизонтальную скважину возросла на 9% по сравнению с уровнем 1 кв. 2019 г. Доля новых введенных в эксплуатацию горизонтальных скважин с многостадийным гидроразрывом пласта достигла 41% от общего числа введенных за период скважин с ростом к уровню 1 кв. 2019 г. на 7 п.п.

В условиях ограничения добычи в рамках соглашения ОПЕК+ компания продолжает развивать свои ключевые активы, уделяя особое внимание разработке и внедрению новых технологий, в том числе цифровых, повышающих эффективность разработки месторождений при экономии ресурсов, рассматривая технологическое лидерство одним из ключевых факторов конкурентоспособности на нефтяном рынке.

В «РН-Пурнефтегаз» внедрен уникальный беспилотный комплекс для выполнения аэромониторинга трубопроводов на собственных месторождениях, который совмещает в себе преимущества аппаратов самолетного и вертолетного типов. При этом основная часть полёта аппарата проходит в режиме «самолет», который более экономичен по сравнению с вертолетным режимом.

Развитие добычных проектов

В соответствии с ранее озвученными планами, Компания продолжает работы по дальнейшей реализации проектов. С 2016 г. были запущены такие крупные проекты как Сузунское, Восточно-Мессояхское, Юрубчено-Тохомское, Кондинское, Тагульское, Русское, Куюмбинское месторождения, 2-я очередь Среднеботуобинского месторождения, Западно-Эргинское месторождение. Суммарная добыча жидких углеводородов указанных активов в доле компании за 1 кв. 2020 г. составила 5,1 млн т (411 тыс. барр. в сутки), что на 17% выше уровня 1 кв. 2019 г., а их доля в общей добыче жидких углеводородов за отчетный квартал составила 9%.

Продолжается реализация проекта по разработке Эргинского кластера, в рамках освоения которого уже запущены Кондинское и Западно-Эргинское месторождения. В 1 кв. 2020 г. суточная добыча на месторождениях кластера была увеличена на 17% год к году и достигла 61 тыс. барр. (0,8 млн т за период). С начала разработки месторождений кластера в 2017 г. уже добыто более 5 млн т нефти. Ускоренный ввод в разработку новых запасов стал возможен благодаря внедрению современных подходов к организации производства на всех этапах – от строительства скважин до транспортировки сырья. На Эргинском лицензионном участке ведется эксплуатационное бурение на 11 кустовых площадках, строительство объектов инфраструктуры, внутрипромысловых трубопроводов и линий электропередач. Выполняется сварка напорного нефтепровода для транспортировки нефти на Приобское месторождение и далее в систему ПАО «Транснефть».

В рамках реализации проекта по разработке Даниловского нефтегазодобывающего кластера компания приступила к эксплуатационному бурению на Северо-Даниловском месторождении. Для освоения месторождения планируется пробурить 95 скважин, большинство из которых будут горизонтальными. Бурение ведется с использованием современных технологий и новейшего оборудования. Применение дистанционного сопровождения процесса бурения в режиме реального времени позволяет снизить геологические риски и повысить скорость буровых работ. Также на месторождении создана система постоянной видеосвязи между всеми ответственными блоками.

Продолжается подготовка к запуску Северо-Комсомольского месторождения. В 1 кв 2020 г. было продолжено эксплуатационное бурение скважин с длиной горизонтального участка ствола до 2 км, выполняются строительно-монтажные работы на объектах инфраструктуры, на объектах подготовки нефти и газа (центральный пункт сбора нефти, дожимная компрессорная станция и другие). В рамках опытно-промышленной разработки добыча на месторождении в 1 кв 2020 г. увеличилась в 2 раза по сравнению с уровнем 1 кв 2019 г. и составила 14 тыс. барр. в сутки (0,2 млн т за период).

По проекту Роспан строительство ключевых объектов находится в завершающей стадии. Его запуск планируется в текущем году. Проект обеспечит годовую добычу газа в объеме более 21 млрд куб. м, жидких углеводородов - в объеме более 5 млн т, а также производство пропан-бутана технического – в объеме более 1 млн т.

Переработка нефти и развитие НПЗ

Объём переработки нефти Компанией за 1 кв. 2020 г. составил 28,7 млн т, увеличившись на 1,4% квартал к кварталу и на 6,9% и год к году. В отчетном квартале на российских НПЗ компании было переработано 26,0 млн т нефти, что на 1,7% выше квартал к кварталу и на 5,9% год к году.

По итогам отчетного квартала глубина переработки увеличилась до 73,8%, выход светлых нефтепродуктов - до 56,9%.

В отчетном квартале Ангарская НХК приступила к производству высокотехнологичной минеральной углеводородной основы для приготовления буровых растворов. Ачинский НПЗ начал выпуск малосернистого топлива RMLS, соответствующего требованиям IMO 2020. На Рязанской НПК введена в промышленную эксплуатацию автоматизированная система измерений количества и показателей качества нефтепродуктов.

Реализация нефти и нефтепродуктов

В 1 кв. 2020 г. в страны дальнего зарубежья было реализовано 36,0 млн т нефти, что выше на 12,8% год к году. Доля азиатского направления в объеме реализации нефти в страны дальнего зарубежья составила 57,2%, что выше аналогичного показателя 1 кв. 2019 г. на 7,4 п.п. Экспорт нефти из России в страны дальнего зарубежья составил 28,0 млн т, увеличившись на 1,6% год к году. Доля поставок по контрактам от года и выше превысила 90% указанного экспорта нефти в отчетном квартале.

«Роснефть» продолжает развивать сотрудничество в части трейдинга нефтью. Был заключен долгосрочный контракт с компанией TOTAL OIL TRADING на поставку нефти в Германию в объеме до 7,7 млн т по трубопроводу «Дружба» в период с апреля 2020 г. по март 2022 г. Также начались поставки нефти в Германию по ранее подписанным годовым контрактам с Shell и Eni общим объемом до 3,9 млн т. Помимо этого, «Роснефть» и компания Indian Oil Corporation Limited подписали контракт на поставку в Индию через порт Новороссийск до 2 млн т нефти до конца 2020 г. В рамках развития сотрудничества с Республикой Беларусь компания заключила договоры с ОАО «Нафтан», ЗАО «БНК» и ОАО «Мозырский НПЗ» на поставку нефти общим объемом до 9 млн т в период с апреля по декабрь 2020 г.

По итогам 1 кв. 2020 г. компания реализовала 28,4 млн т нефтепродуктов, что выше на 2,9% год к году. Реализация нефтепродуктов в страны дальнего зарубежья увеличилась на 9,4% год к году и достигла 17,4 млн т. Объем нефтепродуктов, экспортированных в дальнее зарубежье из России, составил 12,9 млн т, увеличившись на 6,6% год к году. Доля поставок по контрактам от года и выше превысила 90% указанного экспорта нефтепродуктов в отчетном квартале.

Компания продолжает активно участвовать в торгах на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже. В 1 кв. 2020 г. компания перевыполнила нормативы по реализации моторного топлива на бирже более чем в 2 раза.

В 1 кв. 2020 г. продолжилось наращивание объемов производства и реализации малосернистого остаточного судового топлива RMLS 40, соответствующего введенным с начала 2020 г. требованиям IMO. В адрес отечественных и иностранных судовладельцев поставлено 112 тыс. т RMLS 40 с Комсомольского НПЗ, Ачинского НПЗ и «Башнефть-Уфанефтехим». Использование данного топлива способствует минимизации воздействия водного транспорта на окружающую среду.

Розничный бизнес

В 1 кв. 2020 г. розничный бизнес продемонстрировал стабильные результаты работы, основной фокус направлен на сохранение объемов реализации, прежде всего за счет работы с корпоративными клиентами, рост объемов реализации которым составил 5% год к году.

Продолжаются работы по развитию сервисов бесконтактной оплаты. В конце 1 кв. 2020 г. произошел троекратный рост по количеству скачиваний мобильного приложения «Мир Привилегий», которое позволяет произвести оплату за топливо, не выходя из автомобиля на розничной сети ВР. Дополнительно запланирован запуск сервиса бесконтактной оплаты на АЗС компании под брендами «Роснефть» и «Башнефть» в Москве и других городах-миллионерах.

На конец отчетного квартала розничная сеть компании насчитывала 3 061 шт. АЗС и АЗК, из которых 2 999 шт. на территории 66 субъектов Российской Федерации.

Международная деятельность

В апреле 2020 г. закрыта объявленная 28 марта сделка. По результатам прекращено участие Компании во всех проектах в Венесуэле, включая доли в добычных предприятиях Petromonagas, Petroperija, Boqueron, Petromiranda и Petrovictoria, в нефтесервисных предприятиях и торговых операциях.

Продолжается освоение месторождения «Зохр» на шельфе Египта, где в ходе работ по обустройству месторождения, выполненных с опережением плана, в 2019 г. был достигнут проектный уровень мощности - 76 млн куб. м в сутки (100% проекта). В отчетном квартале на проекте пробурено еще 2 эксплуатационные скважины, одна из которых введена в эксплуатацию. За 1 кв. 2020 г. добыча газа составила 5,1 млрд куб. м (0,9 млрд куб. м в доле компании).

Ядерные технологии поддерживают растениеводство на засоленных почвах Ближнего Востока

Ядерные технологии поддерживают растениеводство на засоленных почвах Ближнего ВостокаЗасоление – увеличение содержания солей в почве – приводит к деградации земель и, как следствие, отсутствию продовольственной безопасности. На Ближнем Востоке главным препятствием для сельскохозяйственного освоения засушливых земель является ограниченное водоснабжение.

Для решения двойной проблемы засоления почв и нехватки воды МАГАТЭ в партнерстве с продовольственной и сельскохозяйственной Организацией Объединенных Наций (Food and Agriculture Organization of the United Nations, FAO) оказало поддержку десяти странам региона, сталкивающимся с серьезным засолением, в совершенствовании методов управления почвой, водными ресурсами и растениеводством с использованием ядерных и изотопных методов.

Уже пять лет фермеры успешно выращивают сельскохозяйственные культуры в засоленных условиях со значительным урожаем. В настоящее время имеются руководящие принципы, призванные помочь странам производить различные сельскохозяйственные культуры на различных типах солонцовых почв.

МАГАТЭ в рамках своей программы технического сотрудничества и в партнерстве с FAO подготовило вместе с 60 учеными из Ирака, Иордании, Кувейта, Ливана, Омана, Катара, Саудовской Аравии, Сирии, Объединенных Арабских Эмиратов и Йемена, которые в настоящее время используют ядерные и изотопные методы для повышения урожайности сельскохозяйственных культур на засоленных почвах. Эти страны уасчтвуют в соглашении о сотрудничестве для арабских государств Азии в области научных исследований, разработок и подготовки кадров, связанных с ядерной наукой и технологией (ARASIA).

"Засоление почвы является динамичным и распространяется по всему миру в более чем 100 странах, и ни один континент не является полностью свободным от него, - сказал Мохаммад Заман, почвовед отделв FAO/МАГАТЭ ядерных методов в области продовольствия и сельского хозяйства. - Однако большинство стран Ближнего Востока сталкиваются с серьезным засолением, и это, по прогнозам, увеличится из-за изменения климата и его последствий: повышения уровня моря и повышения температуры воздуха. Основными проблемами в этих условиях являются доступность основных питательных веществ, особенно азота, а также воды для растений, которые испытывают негативное воздействие чрезмерного количества солей в почве".

Пусть все растет

С начала старта проекта в 2014 году 60 ученых прошли подготовку по ряду ядерных и изотопных методов, которые играют ключевую роль в определении количества азота и воды, необходимых растениям. Они включали использование нейтронных зондов влажности почвы для мониторинга уровня влажности почвы и изотопный метод азота-15, который использует стабильные изотопы, чтобы отслеживать, насколько эффективно сельскохозяйственные культуры реагируют на удобрения и принимают их. Информация, полученная с помощью этих методов, позволяет фермерам знать соответствующий тип и количество необходимых удобрений и воды, основываясь как на свойствах почвы, так и на типах культур.

При применении правильного вида оросительной воды, физико-химические условия почвы могут быть улучшены с течением времени, так как накопленная соль смывается, позволяя более широкому кругу культур прорастать и расти. В результате фермеры стран-участниц сумели успешно выращивать различные культуры и добиться высоких объемов производства. В качестве примеров можно привести просо в Ливане, ячмень и сафлор в Иордании и киноа (хлебная культура, относящаяся к псевдозерновым) в Объединенных Арабских Эмиратах.

Орошение засоленными грунтовыми водами

Засоление почвы в Ираке вызвано главным образом плохими методами орошения, такими как использование соленой воды и уплотнение почвы, что приводит к низкому дренажу. По оценкам FAO, в результате засоления Ирак теряет около 25 000 гектаров сельскохозяйственных угодий в год.

При поддержке МАГАТЭ и FAO растительная биомасса, полученная из растущих солеустойчивых культур, использовалась в качестве корма для животных. Количество площадей под культивацию увеличилось, поскольку фермеры мелиорировали засоленные земли – которые они теперь могли использовать для ведения сельского хозяйства. "Сотни фермеров теперь вернулись на свои земли из Северного Багдада в Южный", - сказал Ибрагим Бакри Адбулраззак, бывший генеральный директор директората сельскохозяйственных исследований Министерства науки и техники, который руководил проектом в Ираке.

В Сирии нехватка пресной воды, ухудшение качества воды и засоление почв являются основными сдерживающими факторами для продуктивности сельского хозяйства и устойчивости природных ресурсов. "Результаты, полученные благодаря проекту, были очень ценными, - сказал Мусадак Джанат, научный сотрудник Комиссии по атомной энергии Сирии, которая возглавляла проект. - В течение трех лет средняя урожайность окры стала более 13 тонн с гектара, - сравнима с тем, что может быть достигнуто в несолевых условиях. Урожайность ячменя превысила 5 тонн с гектара и около 4,5 тонн в пересчете на сухую биомассу, несмотря на орошение засоленными грунтовыми водами, а просо дало более 3,5 тонн урожая зерна".

Руководящие принципы для производства сельскохозяйственных культур на засоленных почвах

На основе опыта экспертов в различных странах были разработаны руководящие принципы оценки засоленности, смягчения последствий и адаптации с использованием ядерных и смежных методов для распространения знаний об устойчивом использовании засоленных земель и солоноватых вод, а также о засоленных деревьях и сельскохозяйственных культурах на засушливых землях.

"Эти рекомендации могут быть использованы для всех типов засоленных почв, помогая фермерам в различных регионах для расширения их производства", - сказал Заман.

Нейтронный зонд влажности почвы и изотопный метод азота-15

Нейтронные зонды влажности почвы используются для мониторинга уровня влажности в почве. Во время измерений зонд вставляется в грунт и испускаемые нейтроны сталкиваются с атомами водорода воды, также присутствующими в грунте. Столкновение замедляет нейтроны – чем больше число атомов водорода, тем больше замедляются нейтроны – и это изменение скорости нейтронов регистрируется зондом, чтобы обеспечить показания, соответствующие уровню влажности в почве. Чем больше обнаружено медленных нейтронов, тем выше уровень влажности.

Азот является ключевым компонентом почвы и удобрений, который играет важную роль в росте растений и фотосинтезе, процессе, посредством которого растения преобразуют энергию солнечного света в химическую энергию. По мере того как атомы азота взаимодействуют с атомами в почве, удобрении и воде, они изменяют в формы принятые вверх заводами, выпущенные в воздух, или поглощенные более далее в землю. Удобрения меченые азотом-15 (15N) стабильные изотопы-атомы с дополнительным нейтроном-позволяют ученым отслеживать изотопы, чтобы определить, насколько эффективно культуры реагируют на удобрение и принимают его. Этот метод называется изотопным методом азота-15, и с помощью этого подхода методы управления могут быть улучшены, что в свою очередь может помочь увеличить урожайность сельскохозяйственных культур и оптимизировать использование удобрений.

Элоди Бруссар, управление общественной информации и коммуникации МАГАТЭ

Мировой газ борется, чтобы выжить и не стать бесплатным

Александр Собко

Ситуация на газовом рынке продолжает оставаться напряженной. Хранилища заполняются досрочно. Напомним, что, хотя спрос на газ просел чуть меньше нефтяного, но так как "газовой ОПЕК" не существует, стороны слабо сокращают экспорт, а это отражается на ценах. Некоторые наблюдатели допускают возможность околонулевых цен на газ.

Нельзя сказать, что сокращений нет вообще. Где-то уже вступают в ход рыночные силы. Завод СПГ в Норвегии досрочно начал плановые работы по техобслуживанию, чтобы они совпали по времени с провалом спроса. Да и "Газпром", судя по объявленным прогнозам, не пытается сохранить объемы: экспорт, согласно планам компании, снизится на 17% по сравнению с прошлым годом. Ограничивает экспорт трубопроводного газа Норвегия, значительно снизили поставки в Европу экспортеры из Северной Африки. Фактически часть экспортеров формирует "несогласованный газовый ОПЕК", аккуратно ограничивая добычу, чтобы окончательно не обрушить цены.

Но традиционно, когда речь заходит о ценовых войнах на газовых рынках, вспоминается Катар. Вспоминаются и события одиннадцатилетней давности, когда в 2009 году Катар ненадолго залил Европу дешевым СПГ. Любопытно, что тогда под дешевым газом подразумевался газ по цене в четыре доллара за миллион британских тепловых единиц (БТЕ), а сейчас, спустя десять лет, цены в два раза ниже.

На днях агентство Bloomberg опубликовало материал с рассуждениями, как Катар поступит в этот раз: начнет новую ценовую войну или будет ограничивать поставки.

С нашей точки зрения, второй вариант (ограничение поставок) выглядит намного более вероятным: ведь с 2009 года многое поменялось. И главное здесь — Катар теперь во многом "в одной лодке" с американским СПГ.

Еще больше года назад, в феврале 2019-го, в материале "Катар с США создадут "газовый ОПЕК". Это хорошо для России" мы обсуждали, что Qatar Petroleum (с партнером — ExxonMobil) приняла инвестиционное решение о строительстве в Соединенных Штатах завода по сжижению газа Golden Pass LNG. А значит, теперь Катар не заинтересован демпинговать и сбивать цену, так как американский СПГ производства Qatar Petroleum в любом случае оказывается намного дороже СПГ из Катара, а его также нужно выгодно продать.

Конечно, прошло чуть больше года, сам завод еще даже не достроен, так что напрямую текущая ситуация не повлияет на экономику Golden Pass. Но главное здесь, это сама связка США — Катар, которая существовала и раньше (ExxonMobil, кстати, крупный совладелец части заводов СПГ в Катаре), а с созданием совместного завода СПГ в США только усилилась. Будет ли Катар демпинговать, понимая, что портит отношения со Штатами? Крайне маловероятно.

Ситуация в чем-то похожа на недавнее положение на нефтяном рынке. США призывали Саудовскую Аравию сократить добычу, считая, что, оказывая стране военную поддержку, имеют право на подобные просьбы. В результате королевство объявило о сокращениях добычи даже сверх договоренностей "ОПЕК++" только после "решения-угрозы" США о выводе части американских вооруженных сил из страны.

А что тем временем в самих США с экспортом СПГ? Несмотря на то что внутренние цены на газ в США уже находятся примерно на одном уровне (в некоторых случаях даже ниже!) с глобальными ценами на газ и СПГ (а это около двух долларов за миллион БТЕ), экспорт из США полностью не остановился, но продолжает снижаться. Объемы газа, направляемого для сжижения, уже на 32% меньше недавних максимумов, которые были зафиксированы в конце марта. Вероятны дальнейшие сокращения. Часть причин того, что экспорт сохраняется, несмотря на отсутствие очевидной выгоды, мы уже обсуждали ранее.

Сейчас же рассмотрим другой вопрос. А зачем США вообще волноваться из-за падения экспорта СПГ и низких мировых цен на газ? Свои обязательные платежи за сжижение, как известно, американские заводы и так получают.

Конечно, экспорт помогает получать и дополнительные доходы за счет продажи самого газа. Но главное, на наш взгляд, другое. Текущая ситуация очевидно нервирует покупателей (так называемых "оффтейкеров", часто это газовые трейдеры) американского СПГ. Да, последнее время цена на мировом рынке не покрывала полную стоимость производства. Но при перепродаже хоть частично возмещались убытки обязательного платежа. Сейчас покупатели просто не забирают свой СПГ, но платят обязательный платеж.

На этом фоне в канун сверхнизких цен и снижающегося экспорта Freeport LNG запускает новую, третью, линию по сжижению. Казалось бы, зачем это делать сейчас, чтобы потом тратиться на операционные расходы? Но для американского производителя главное запуститься, а дальше получай обязательный платеж от покупателя в любом случае. Кстати, один из покупателей СПГ с этой новой линии, компания Total, которая приобрела не только эти права, но и обязанности (после того как китайская ENN отказалась от этого предложения) у Toshiba, получив у последней доплату! То есть, Toshiba еще год назад доплатила 800 миллионов долларов, лишь бы избавиться от этого двадцатилетнего контракта.

При этом о пересмотрах контрактных условий "в связи с новыми рыночными обстоятельствами" (что распространено на европейском рынке и даже встречается на азиатском рынке СПГ) пока речи не идет! Да, сейчас уникальная ситуация. Но и при более высоких мировых ценах американский СПГ последние годы был невыгоден. Любопытно, что Индия еще в конце 2017 года пыталась поднять вопрос о пересмотре контрактных условий по покупке американского СПГ. Но уже в марте 2018 года приостановила процесс на два года. Цены с тех пор заметно упали, но никаких переговоров о пересмотре не наблюдается.

Индия, кстати, один из самых агрессивных переговорщиков в Азии по пересмотру условий на поставки СПГ. Ей удалось изменить условия покупки австралийского СПГ и даже немного улучшить условия покупки СПГ у "Газпрома" (по сути, это перепродажи с "Ямал СПГ"). Но за американский газ приходится платить по полной.

Дополнительный дискомфорт покупателям СПГ наверняка принес и недавний подход Cheniere Energy (крупнейший производитель СПГ в США), которая просто дешево для перепродажи покупает газ на глобальном рынке, фактически за счет тех самых обязательных платежей от покупателей.

Более того, рассматривается вариант, когда грузы СПГ, от которых отказываются покупатели, будут самостоятельно продаваться компаниями — владельцами заводов: ведь фиксированного платежа, полученного за сжижение (три доллара за миллион БТЕ) с лихвой хватит, чтобы купить на эти деньги и газ для сжижения.

Понятно, что американские заводы СПГ не получают от этого сверхприбылей. Ведь плата за сжижение лишь компенсирует расходы, потраченные на строительство завода, за кредиты на строительство приходится платить.

Но все равно эти факторы очевидно нервируют покупателей. Например, трейдеры СПГ могли бы надеяться, что если они не будут забирать свой газ, то хотя бы остановятся американские заводы СПГ, что поддержит цены по миру. Вместо этого, как описано выше, возможно развитие событий, при котором заводы останавливаться не будут, а давление на цены продолжится.

Ожидавшиеся американские проекты СПГ "второй волны" один за другим откладываются в долгий ящик. Это неудивительно в текущих условиях. А еще недавно казавшийся достаточно перспективным проект (это, конечно, не завод, но ряд предварительных работ проведены) Magnolia LNG в Америке (принадлежащий австралийской LNG Ltd) был продан за в общем-то символические 2,25 миллиона долларов. Но рынок восстановится, будут новые проекты. Состоятся ли они в США?

В этих условиях понятно, что США заинтересованы в высоких мировых ценах на газ, с тем чтобы покупатели СПГ хотя бы минимизировали свои убытки и полностью не разочаровались в предложенной им бизнес-модели. И тем самым остались бы шансы, что они купят по аналогичным типам контрактов в будущем СПГ с американских заводов "второй волны". Ведь текущая ситуация может надолго отбить охоту к новым сделкам и покупатели попросят те или иные послабления в условиях контрактов. Например, меньший обязательный платеж в случае отказа от покупки СПГ или другие смягчения.

С востока ближе? Первая партия саудовской нефти прибудет в Белоруссию

Первая партия саудовской нефти в субботу прибудет на нефтеперерабатывающее предприятие "Нафтан" в Белоруссии, сообщило РИА Новости со ссылкой на комментарий пресс-секретаря госконцерна "Белнефтехим" Александра Тищенко.

"Сегодня днем из Клайпеды (порт в Литве, – ред.) на "Нафтан" прибудет первый железнодорожный состав с саудовской нефтью из 60 цистерн", – говорится в комментарии.

По словам Тищенко, общий объем нефти, которая в субботу прибудет в Белоруссию, составляет 3,6 тонны.

Ранее сообщалось, что Минск рассчитывает на поставки американского сырья на свой НПЗ в Мозыре по трубопроводу из Польши.

Пресс-секретарь белорусского госконцерна "Белнефтехим" Александр Тищенко заявлял, что страна существенно обновила "партнерский пул, в котором к российским компаниям добавились поставщики из Азербайджана, Норвегии и Саудовской Аравии".

Белоруссия диверсифицирует поставки нефти на свои НПЗ на фоне периодических ценовых разногласий с основным и традиционным поставщиком – Россией.

Продолжая закупать российскую нефть с прокачкой по магистральному нефтепроводу "Дружба" и по железной дороге, республика работает с альтернативными маршрутами и поставщиками.

РГО предлагает создать в РФ стратегический нефтяной резерв

Российское газовое общество предлагает создать в России систему хранилищ стратегического нефтяного резерва страны.

Как говорится в сообщении РГО, письмо с соответствующими технико-экономическими предложениями было направлено президентом РГО, председателем комитета Государственной Думы по энергетике Павлом Завальным в адрес заместителя министра энергетики Павла Сорокина.

Пандемия коронавируса и введенные по всему миру жесткие карантинные меры привели к обвальному снижению мирового спроса на нефть и падению нефтяных цен в первом полугодии 2020 года. В этих условиях резко возросло стратегическое значение нефтехранилищ, и в более выигрышном положении оказались те страны, в которых такие системы хранения нефти хорошо развиты, в частности США и Саудовская Аравия.

По оценкам экспертов РГО, проведших анализ перспектив развития систем стратегического хранения нефти на базе доступной информации из открытых источников, Россия на сегодня отстала в развитии таких систем от многих стран - импортеров и экспортеров нефти, при том, что национальная система подземного хранения газа в России развита очень хорошо. Создание аналогичной системы хранения нефти и нефтепродуктов является не только инструментом обеспечения энергетической безопасности, но эффективным и прибыльным бизнесом, который играет все большую роль в регулировании и балансировке мирового нефтяного рынка. В связи с этим, по мнению экспертов РГО, было бы целесообразно создать в стране сеть нефтехранилищ, способную хранить как минимум стратегический запас нефти в объёме не менее 10% от объёма годовой добычи нефти в РФ.

С учётом имеющихся в России опыта и технологий создания подземных хранилищ нефти в кавернах каменной соли, именно такой подход мог бы использоваться при реализации долгосрочного плана создания и развития нефтехранилищ. Он также является достаточно эффективным с экономической точки зрения, отмечается в сообщении.

Как полагает президент РГО Павел Завальный, создание системы стратегических и коммерческих нефтехранилищ в принципе может стать инструментом снижения негативных эффектов от вынужденного сокращения добычи нефти и консервации скважин. Также это позволит создать рыночный инструмент повышения гибкости российской нефтедобычи в условиях высокой неопределенности перспективного спроса на нефть и необходимости ручного регулирования мирового рынка. "РГО обратилось к крупнейшим компаниям нефтегазового комплекса - членам нашего общества, с предложением принять участие в комплексном исследовании проблемы и рассчитывает на поддержку министерства энергетики в изучении перспектив создания систем хранения нефти в России", заявил П.Завальный, цитируемый в сообщении.

Эмиратский министр: нефтяные рынки восстановят свое равновесие

Султан аль-Джабер, государственный министр ОАЭ, генеральный директор нефтяной компании Абу-Даби (ADNOC) и ее группы компаний, подтвердил сегодня, в пятницу, что нефтяные рынки переживают период нестабильности и в течение последних недель стали свидетелями улучшения и они со временем восстановят свое равновесие.

«В настоящее время мир переживает беспрецедентную фазу, которая не позволяет точно рассчитывать на восстановление мировой экономики, но есть признаки осторожного оптимизма на энергетических рынках», - цитирует Аль-Джабер газету ОАЭ Аль-Баян во время заседания совета ADNOC в пятницу.

Аль-Джабер сказал, что среди признаков того, что рынки нефти начали улучшаться в последние недели и что они движутся к восстановлению своего равновесия, соглашение «ОПЕК +» и добровольное сокращение производства в странах за пределами «ОПЕК», а также остановка части добычи в некоторых странах; Он объяснил, что пройдет некоторое время, прежде чем видение станет ясным, и что по мере того, как будет восстанавливаться экономика, будет наблюдаться увеличение объема спроса.

Эпидемия «Ковид-19» вынудила большую часть мира во главе с крупными индустриальными странами предпринять строгие меры предосторожности, включая изоляцию, закрытие и физическое разделение; что негативно сказалось на народном хозяйстве этих стран.

Турция затягивает ремонт газового трубопровода из Ирана

По сообщению информационного агентства Fars, Турция затягивает ремонт трубопровода, в результате которого в конце марта произошел взрыв, остановивший экспорт иранского газа в эту страну.

Иран продает в Турцию около 10 миллиардов кубометров газа в год в рамках 25-летнего соглашения о поставках, подписанного в 1996 году. Трубопровод был несколько раз взорван террористами Курдской рабочей партии, но он ремонтировался, и вскоре поток газа продолжался.

Однако после того, как 31 марта произошел очередной взрыв на трубопроводе, представитель Национальной иранской газовой компании (NIGC) заявил, что турецкая сторона не реагирует, даже когда Иран сообщил об этом инциденте, сообщает Press TV.

По словам Мехди Джамшиди-Дана, представитель Турции на газотранспортной станции Базарган покинул свой пост из-за вспышки нового коронавируса.

Чиновник сказал, что неясно, когда линия вновь откроется, но он сослался на прошлый опыт, который показал, что «ремонт линий занимает три-семь дней, в зависимости от нанесенного ущерба».

В среду информагентство Fars News предположило, что трубопровод все еще не работает, сославшись на то, что турецкая государственная энергетическая компания "Botas" не желает его ремонтировать.

Информационное агентство предположило, что ситуация должна быть результатом агрессивных усилий США по продвижению своего сжиженного природного газа (СПГ) в Турцию.

Сильно зависимая от импорта газа из России, Турция уже значительно сократила потоки от «Газпрома», увеличив при этом закупки СПГ и импорт газа из Азербайджана.

«В последние месяцы, Турция импортировала столько же СПГ из Соединенных Штатов, сколько и газа из Ирана», - сказал эксперт по энергетике Али Наср.

В ноябре прошлого года Турция отметила завершение строительства Трансанатолийского газопровода (TANAP) для транспортировки газа с азербайджанского месторождения Шах-Дениз II в Европу.

В январе президенты Турции и России официально запустили трубопровод "TurkStream" для транспортировки российского природного газа в южную Европу через Турцию.

Fars News предупредило, что Иран может потерять свой крупнейший газовый рынок, что может стоить стране от 150 до 200 миллионов долларов в виде потерянных доходов в месяц.

У США есть необходимый стимул для удаления иранского газа с турецкого рынка, чтобы усилить экономическое давление на Иран, в то время как Турция стремится разнообразить свои источники энергии и сократить импорт газа из Ирана и России, сообщает агентство.

В настоящее время США продвигают программу «энергетического доминирования» Трампа, которая направлена на достижение дипломатических и политических целей посредством быстрого расширения экспорта нефти и газа из США.

Иран уже потерял свой самый большой рынок конденсата в Южной Корее, которая импортировала 300 000 баррелей в сутки (сверхлегкой нефти) из ближневосточной страны.

Корейцы прекратили поставки под давлением Соединенных Штатов, которые агрессивно направляют свой быстрорастущий конденсат в Азию.

По словам официальных лиц США, Вашингтон предложил подписать торговое соглашение на 100 миллиардов долларов с Турцией, которое их президенты обсудили на Мюнхенской конференции по безопасности.

Это предложение является частью главной цели администрации Трампа, чтобы президент Реджеп Тайип Эрдоган отказался от планов использования российских систем ПРО С-400.

«Если будет достигнуто соглашение, возможность замены иранского газа американским СПГ вполне возможна», - предупредил Fars News.

По сообщению информационного агентства, Турция расширила свои терминалы СПГ, чтобы принимать 25 миллиардов кубометров грузов - в 2,5 раза больше, чем импортируемый газ из Ирана. Терминалы в настоящее время работают только на 25 процентов их номинальной мощности.

Другим крупным газовым клиентом Ирана является Ирак, который в равной степени находится под давлением США, чтобы остановить импорт.

В начале этого месяца иракские официальные лица заявили, что Соединенные Штаты предоставили Ираку 120-дневный отказ от санкций за продолжение импорта электроэнергии из Ирана.

Арабская страна полагается на Иран в торговле и поставках природного газа, который производит до 45% его электроэнергии. США привлекают свои компании и союзников, таких как Саудовская Аравия, для замены Ирана в качестве источника энергии для Ирака.

Арктические проекты: зачем и когда?

«Роснефть» начала бурение поисково-оценочной скважины на Западно-Иркинском месторождении в рамках нового проекта «Восток Ойл», который объединяет уже разрабатываемые месторождения Ванкорской группы и новые месторождения на севере Красноярского края. Об этом рассказал глава корпорации Игорь Сечин президенту Владимиру Путину на встрече 12 мая в подмосковном Ново-Огарево. «НиК» опросил экспертов, почему в условиях нефтяного кризиса крупнейшая нефтяная компания страны продолжает развивать арктический проект?

На первый взгляд ситуация парадоксальная. Россия приняла на себя обязательства значительно сократить добычу нефти в рамках соглашения ОПЕК+. А здесь — новый северный проект. Зачем? Как ни странно, но эти события связаны.

Директор по энергетическому направлению Института энергетики и финансов Алексей Громов рассказывает: «В рамках сделки ОПЕК+ Россия должна сократить добычу нефти по году примерно на 50 млн тонн. Принципиальный вопрос — за счет чего это сделать? Очевидно, что компании будут выключать наиболее неэффективные месторождения. И надо понимать, что после того, как добычу на них остановят, восстановить ее по технологическим причинам будет крайне сложно.

Поэтому отрасли крайне необходимо иметь активы, которые при восстановлении спроса на нефть смогут обеспечить ее добычу».

Как ранее озвучивалось, потенциал роста добычи «Восток Ойл» оценивается в 2024 году 25 млн тонн, в 2027 году — 50 млн тонн, к 2030 году — 115 млн тонн.

Как пояснили «НиК» в самой компании, проект «Восток Ойл» считается маржинальным при цене на нефть $35 за баррель. При таких вводных указанный проект вполне укладывается в отраслевые рамки. Алексей Громов поясняет: «Большая часть российских нефтегазовых проектов прибыльна при ценах $35 за баррель марки Urals. Соответственно цена за баррель марки Brent — около $40». При этом на действующих нефтегазовых проектах в России маржинальность обеспечивается ценами $15-20 за баррель марки Urals. «Роснефть утверждает, что нефть с проекта „Восток Ойл“ будет премиальной по цене и качеству, с низким содержанием серы на уровне 0,14%. По этому параметру она похожа на нефть, добываемую в Нигерии, только там себестоимость добычи составляет около $22 за баррель. И Нигерия сейчас испытывает не меньшие проблемы со сбытом, чем остальные производители. Думаю, затраты в арктическом проекте все же будут выше, чем в Африке. Расчет выхода на маржинальность при уровне цен в $35 за баррель, видимо, строится с учетом налоговых льгот, которые намерена получить „Роснефть“ этого проекта. Налоговая составляющая сильно влияет на рентабельность проектов», — считает аналитик ГК «ФИНАМ» Алексей Калачёв.

Директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев заметил, что в нынешнее сложное с эпидемиологической ситуации время глава «Роснефти» был на очной встрече у президента, и это о многом говорит. В то же время эксперт подчеркнул, что противников развития новых нефтегазовых проектов в столь сложное с экономической точки зрения время будет много: «Тем не менее, я считаю, что проектом в Арктике нужны налоговые льготы. Чем ниже падают нефтяные цены, тем быстрее они отскочат обратно.

Поэтому сейчас надо вкладывать деньги в большие проекты, чтобы не опоздать к периоду высоких цен.

Кроме того, России важно вводить в строй новые нефтяные провинции, дабы над отраслью не висела угроза истощения действующих месторождений. В любом случае нужно вкладываться в будущее», — пояснил эксперт.

По его словам, крайне важно и развитие проектов по сжижению природного газа, поскольку период низких цен пройдет, а роль СПГ в мировые энергетики будет только расти.

Руководитель информационно-аналитического центра «Альпари» Александр Разуваев считает, что при реализации проекта «Восток Ойл» нельзя ориентироваться на нынешнюю конъюнктуру рынка: «Через пять лет коронавирус, я надеюсь, никакого влияния иметь не будет, поменяются и цены на нефть и газ. Надо ориентироваться на 2030 год». Эксперт довольно оптимистичен в своем прогнозе мировых цен на нефть: «Уже в конце 2020 года я надеюсь, что стоимость нефти будет в районе $50 за баррель. В 2021-22 жду $50-70 за баррель, хотя в арабских странах и предсказывают баррель за $100».

По мнению Разуваева, «Восток Ойл» — длинный проект, «поэтому инвестиции будут большие и длительные». По его словам, в начале у проекта может быть очень низкая рентабельность. «Когда начинали эксплуатацию месторождений Западной Сибири, там первые поставки были то же с очень низкой рентабельностью, — говорит Разуваев. — Однако главное — это создать инфраструктуру».

Глава Роснефти на встрече с Владимиром Путиным 11 февраля говорил о том, что в рамках реализации проекта будет создано 15 промысловых городков, два аэродрома, порт, построено 800 километров магистральной трубы и порядка 7 тысяч километров внутрипромысловых трубопроводов, магистральные трубы, проложены 3,5 тысячи км электросетей, созданы 2 тысячи МВт электрогенерации, порядка 100 тысяч новых рабочих мест.

При этом эксперты отмечают, что развивать «Восток Ойл» помогает большой инфраструктурный задел Ванкорского месторождения. Алексей Громов комментирует: «Ванкорский проект реализуется уже много лет — есть серьезная база, инфраструктура. Процессы существенно проинвестированны и останавливать их только из-за сегодняшнего провала цен неправильно. Сегодняшние инвестиции проявят себя через два-три года. И за этот период, если не произойдет чего-то непредвиденного, цены и рынок будут готовы принимать нефть».

Аналитики ГК «ФИНАМ» ожидают, что средняя цена нефти марки Brent в 2020 году может сложиться в районе $35 за баррель с постепенным выходом к концу года к уровню чуть выше $40 по мере выхода европейских стран из карантина и оживления спроса. «Динамика спроса, поддержанная сокращением добычи в перспективе года — двух может восстановить цены до уровня в $50-60. Но вряд ли выше, поскольку производители, особенно в странах, не участвующих в альянсе ОПЕК+, будут чутко держать руку на ценовом пульсе, спеша восстанавливать добычу на уровне рентабельности, чтобы сохранить за собой рынки. Спрос вряд ли скоро восстановится в прежнем объеме, на это может уйти около 2 лет. Но предложение остается потенциально избыточным», — считает Алексей Калачёв.

Кстати, по мнению Громова, с точки зрения спроса на нефть перспективным для проекта «Восток Ойл» является сотрудничество «Роснефти» с индийскими компаниями: «Индия — очень перспективное направление для поддержания спроса на российскую нефть. Почему? Вплоть до последних месяцев компания „Роснефть“ работала с Индией по следующей схеме. На НПЗ в Индии поставлялась нефть из Венесуэлы, которой с компанией расплачивались местная власть. Но в начале этого года Роснефть официально вышла из проектов в Венесуэле. И теперь может поставлять российскую нефть в Индию».

Исполнительный директор ООО «Независимое аналитическое агентство нефтегазового сектора» (НААНС-МЕДИА) Тамара Сафонова говорит о том, что проект «Восток Ойл» «имеет ключевое значение как для поддержки общероссийского уровня в перспективе, так и загрузки Северного морского пути, регионов. Несмотря на кризис, тем не менее, инвестиционные планы могут быть реализованы, в частности, за счёт накопленной прибыли.

В то же время налоговые субсидии, заложенные в проект, станут драйвером его развития».

Напомним, что в начале марта этого года завершился длительный спор о целесообразности предоставлении налоговых льгот для арктических нефтегазовых проектов. Госдума приняла в третьем чтении закон о налоговых льготах для нефтегазовых проектов в Арктике. Для Ванкорского кластера «Роснефти» предоставляется вычет по НДПИ при условии инвестирования в инфраструктуру. Также закон распространяет режим НДД на новые нефтегазовые провинции Арктики.

Важность налоговых льгот подчеркивает и Александр Разуваев. По его словам, у проекта «Восток Ойл» должны быть налоговые преференции: «Государству все налоговые льготы вернуться не только прямыми налогами, но и через дивиденды. Поэтому налоговые льготы должны быть», — считает эксперт.

Сергей Кузнецов

Соглашение ОПЕК+ стабилизирует ситуацию на нефтяном рынке

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак провел телефонный разговор с министром энергетики Королевства Саудовская Аравия принцем Абдулазизом бен Сальманом в рамках регулярных контактов по ситуации на рынке нефти.

По итогам переговоров стороны отметили в совместном заявлении, что Россия и Саудовская Аравия твердо привержены достижению рыночной стабильности и ускорению восстановления баланса на нефтяном рынке. Кроме того, стороны уверены в том, что их партнеры по ОПЕК+ также полностью поддерживают эти цели и будут соблюдать положения соглашения ОПЕК+. Страны особо отметили усилия ответственных производителей по всему миру, которые добровольно скорректировали свое производство из чувства общей ответственности за ситуацию на рынке.

Россия и Саудовская Аравия довольны появившимися признаками улучшения экономических и рыночных показателей, особенно, роста спроса на нефть и ослабления обеспокоенности по поводу ограниченности нефтяных хранилищ, в то время, как различные страны по всему миру начинают выходить из режимов жестких ограничений.

Александр Новак приветствует дополнительные добровольные существенные сокращения производства, сделанные Саудовской Аравией, и шаги, предпринятые Объединенными Арабскими Эмиратами и Кувейтом для поддержки усилий Саудовской Аравии, отметив, что эти действия являются явным свидетельством решительных действий, которые высоко приветствуются и необходимы для ускорения процесса восстановления баланса на нефтяном рынке.

"Как это ни смешно". Эксперт оценил закупку Белоруссией нефти в США

Белоруссия начинает закупать нефть в США, сообщили в Минске. Генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов в эфире радио Sputnik объяснил, зачем, по его мнению, это нужно Минску.

Белоруссия начинает поставки нефти из США, заявил глава МИД республики Владимир Макей.

"Это стало возможным по итогам договоренностей, достигнутых в ходе визита в Республику Беларусь 1 февраля 2020 года государственного секретаря США Майкла Помпео и встречи с президентом Беларуси Александром Лукашенко", – уточнил он.

Полный текст заявления размещен на сайте ведомства.

Генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов в эфире радио Sputnik объяснил, почему, по его мнению, Белоруссия именно сейчас приступает к закупкам американской нефти в ущерб приобретению сырья в России.

"Когда цена на нефть была высокой, то высокими были и российские экспортные пошлины. А Белоруссия эти экспортные пошлины не платит, их главная экономия заключалась в том, что стоимость нефти для них фактически определялась по формуле "мировая цена минус экспортные пошлины". И когда в январе пошлина составляла порядка 70 с лишним долларов за тонну, это был существенный дисконт. А на май, по мониторингу предыдущего месяца, пошлина уже составит 6 с небольшим долларов за тонну, то есть меньше доллара за баррель. Поэтому экономия для Белоруссии носит уже условный характер", – отметил Константин Симонов.

Он предположил, что свою роль сыграли и внеэкономические соображения, а именно, провозглашенное стремление Минска диверсифицировать источники поставок.

"Думаю, что это такая конъюнктурная акция на период относительно низких мировых цен. Причем, еще раз повторю, значение имеют не столько сами цены, а то, что у нас экспортная пошлина привязана к стоимости нефти на мировом рынке. А такой низкой пошлины, как в мае этого года, не было, наверное, уже 20 лет. Поэтому да, в текущем моменте возможны поставки (в Белоруссию) даже и американской нефти, как это ни смешно. Хотя по характеристикам она вряд ли очень хорошо подойдет для белорусских (нефтеперерабатывающих) заводов, потому что американская легкая сланцевая нефть не слишком пригодна для переработки (на НПЗ) в Мозыре и на Новополоцком заводе. Поэтому это разовые демонстративные акции, а длительно закупать нефть в США, конечно, можно, но это будет уже невыгодно", – уверен Константин Симонов.

Ранее сообщалось, что Минск рассчитывает на поставки американского сырья на свой НПЗ в Мозыре по трубопроводу из Польши.

Пресс-секретарь белорусского госконцерна "Белнефтехим" Александр Тищенко заявлял, что страна существенно обновила "партнерский пул, в котором к российским компаниям добавились поставщики из Азербайджана, Норвегии и Саудовской Аравии".

Белоруссия диверсифицирует поставки нефти на свои НПЗ на фоне периодических ценовых разногласий с основным и традиционным поставщиком – Россией. Продолжая закупать российскую нефть с прокачкой по магистральному нефтепроводу "Дружба" и по железной дороге, республика работает с альтернативными маршрутами и поставщиками.

Тема недели: остаться на плаву

Страны, входящие в ОПЕК+, с трудом выдержали паузу в мае и все же решили провести новую встречу в начале июня. Впрочем, когда нефтяной рынок находится в самом мощном за последнее 40 лет шторме, экспортерам сырья действительно есть что обсудить. И это не только низкие, временами отрицательные цены на нефть, но и рекордное падение спроса, беспрецедентное сокращение добычи, переполнение нефтяных хранилищ и множество заполненных под завязку танкеров, которые ждут свою очередь на разгрузку, начиная, как пишут некоторые СМИ, сливать груз за борт. Однако, возможно, к июню ситуация несколько изменится и есть надежда, что в лучшую сторону.

Тем не менее, пока прогнозы на ближайшее будущее нефтяного рынка оптимизма не вселяют. Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК) в своем ежемесячном докладе снизила возможный спрос на сырую нефть в 2020 году на 2,23 млн баррелей в день. ОПЕК ожидает, что суточный спрос на нефть в этом году упадет на 9,07 млн б/с до 90,6 млн б/с.

Слабым утешением, если можно так выразиться, служит прогноз по сокращению объемов добычи нефти.

В частности, ОПЕК пересмотрела свою оценку производства сырой нефти в странах, не входящих в ОПЕК, в сторону снижения с 65,03 до 61,5 млн баррелей в день, причем главным образом за счет США и Канады. «Снижение добычи жидких углеводородов в Соединенных Штатах составит в 2020 году 1,44 млн б/с — до 16,96 млн баррелей», — цитирует доклад ОПЕК «Интерфакс».

Международное энергетическое агентство (МЭА), напротив, несколько улучшило свой прогноз по мировому спросу на нефть: «Темпы падения спроса должны уменьшиться в мае до 21,5 млн баррелей, в июне — до 13 млн, поскольку правительства постепенно снимают ограничения, связанные с вирусом. Мы повысили нашу оценку спроса во втором квартале примерно на 3,2 млн баррелей на основании данных о большей, чем ожидалось, мобильности в некоторых европейских странах и США. Мы также увеличили оценку спроса в Китае за март и апрель. Вместе эти шаги позволяют предположить, что снижение спроса на нефть в первом полугодии может быть не таким сильным, как мы опасались ранее», — указали в МЭА.

Спрос за весь 2020 год, по мнению агентства, увеличится на 690 тыс. баррелей и достигнет 91,2 млн б/с.

При этом в МЭА подчеркнули, что потребление нефти в этом году сократится не на 9,3 млн баррелей, а только на 8,6 млн б/с. Тем не менее, даже 8,6 млн — это самое большое падением потребления энергосырья в истории. Кстати, во втором квартале текущего года МЭА ожидает сокращение спроса на 19,9 млн баррелей.

Агентство также прогнозирует, что загрузка НПЗ в мире во втором квартале снизится на 13,4 млн б/с: «Пиковое снижение мировой активности в переработке сместилось на май, поскольку наша оценка производительности в апреле была пересмотрена с учетом новых данных и более высокого спроса. Ожидается, что во втором квартале загрузка НПЗ упадет на 13,4 млн баррелей, а средняя пропускная способность к 2020 году снизится на 6,2 млн. Признаки нехватки мест в хранилищах начали появляться в начале мая, когда несколько нефтеперерабатывающих заводов в Европе, Азии и Африке были закрыты на неопределенный срок», — говорится в отчете агентства.

В МЭА отметили, что добыча нефти в США падает быстрее, чем ожидалось, активность на сланцевых формациях сократилась до рекордно низких уровней, и почти все производители закрыли неэффективное производство. По прогнозу, производство нефти в Соединенных Штатах к концу года упадет на 2,8 млн б/с, а по году падение составит 1,1 млн баррелей по сравнению с 2019 годом.

Недавно стало известно, что в предбанкротном состоянии находится пионер сланцевой отрасли Chesapeake Enеrgy, а также крупнейшая California Resources. В Pickering Energy Partners считают, что почти 40% компаний в этом году окажутся на грани банкротства. Такого же мнения придерживаются и аналитики Bloomberg Intelligence: «Пандемия коронавируса разрушила нефтяную промышленность, вызвав быстрое и беспрецедентное снижение спроса на бензин, авиационное и дизельное топливо. Добавьте к этому „эпическую ценовую войну“ между Россией и Саудовской Аравией и огромные долги на балансах американских нефтяных компаний. Эти факторы почти наверняка вызовут всплеск банкротств в ближайшие месяцы. В отличие от нефтяного кризиса 2014–2016 года, многие компании не выживут», — указали аналитики.

Впрочем, злорадствовать по поводу незавидной доли сланцевой индустрии не стоит.

Во-первых, данный нефтяной сектор может быстрее всех восстановить добычу при улучшении экономической конъюнктуры, а, во-вторых, надо помнить, что при идеальном шторме «утонуть» может каждый. В частности, не от хорошей жизни 10 мая Саудовская Аравия, ОАЭ и Кувейт объявили о дополнительном сокращении добычи. Эр-Рияд решил убрать с рынка еще 1 млн б/c. Таким образом, в июне добыча страны должна упасть на все 3,5 млн баррелей — до 7,5 млн б/с. На 180 тыс. баррелей сократят производство нефти в ОАЭ и Кувейте. Благодаря этому общее сокращение ОПЕК+ в июне может достигнуть 10,8 млн вместо планируемых 9,7 млн б/с.

По данным Bloomberg, на июнь Saudi Aramco наметила и уменьшение экспорта — на 20-30% для ряда азиатских клиентов и на 60-70% в США и Европу.

Российская добыча нефти и конденсата, как отмечает в своем докладе МЭА, в начале мая снизилась до 9,45 млн б/с, приблизившись к цели в 8,5 млн б/с в рамках сделки ОПЕК+, которая исключает добычу конденсата: «Согласно оценкам российского министерства, около 1 млн баррелей российских нефтеперерабатывающих мощностей будут закрыты в мае, в то время как предварительные графики предполагают снижение на 800 тыс. баррелей морского экспорта и падения поставок через нефтепровод „Дружба“ примерно на 20% по сравнению с предыдущим месяцем — до 675 тыс. баррелей», — сообщает агентство. В отчете МЭА также указывается, что поставки по «Дружбе» в апреле уже упали на 15% из-за низкого спроса.

Таким образом можно констатировать, что сейчас страдают все производители «черного золота», поэтому никто не находится в привилегированном положении. Кстати, в МЭА уже намекнули, что рынку нужны дополнительные меры по спасению ситуации. Так, глава МЭА Фатих Бироль одобрил решение арабских стран дополнительно сократить добычу. «Я действительно приветствую это, но достаточно ли этого — я так не думаю», — цитирует его Reuters. Поэтому, скорее всего, предугадать главную тему следующей встречи представителей стран, входящих в ОПЕК+, не сложно. Напомним, что по данным источников ТАСС, встреча министерского мониторингового комитета (JMMC) состоится 8 июня, а технического (JTC) пройдет раньше — 4 июня, 2–3 июня ОПЕК проведет заседание экономического совета при секретариате.

Ранее высказывались мнения, что ОПЕК+ захочет обсудить дополнительную поддержку нефтяного рынка еще в мае, однако, этого не произошло. Но и без официального заседания на дополнительные сокращения решили пойти Саудовская Аравия, ОАЭ и Кувейт. Вместе с тем, отраслевые эксперты не исключают, что в начале июня на заседании ОПЕК+ вопрос о новых сокращениях производства прозвучит.

Независимый эксперт Вячеслав Мищенко считает, что, скорее всего, вопрос о дополнительных сокращениях будет включен в повестку: «Вероятно, рассмотрение этого вопроса может инициировать Саудовская Аравия или примыкающие к ней страны, входящие в ОПЕК, — Катар или ОАЭ. Они могут рекомендовать всем экспортерам последовать их примеру и пойти на дополнительные сокращения. Но даже в действующем соглашении есть и „отказники“. Ангола, Нигерия и Ирак не сократили добычу и экспорт. Поэтому, на мой взгляд, на следующем заседании на первом месте будет не столько рассмотрение вопроса о дополнительном сокращении, сколько работа с нарушителями», — отметил эксперт.

Он напомнил, что сокращение в России идет в рамках договоренностей, наша страна выполняет все свои обязательства:

«Мы не взяли на себя дополнительные сокращения, но, я думаю, мы правильно сделали, так как это должно быть предметом дополнительного соглашения», — пояснил Мищенко.

По его словам, внеплановое сокращение производства нефти Саудовской Аравией имеет вынужденный характер: «У королевства нет выхода. Танкеры с саудовской нефтью пришли в США, но их просто некуда разгружать. Проще сократить добычу, чем продолжать загружать уж не существующие мощности», — заметил эксперт.

Мищенко напомнил, что есть разница между логистическими схемами поставок нефти России и стран Ближнего Востока: «У России существует мощная трубопроводная система: на западном направлении — „Дружба“, на восточном — ВСТО. Сейчас для переработчиков поставки по трубопроводной системе более выгодные. Труба работает, у нее другая экономика. Она спасает Россию от падения рентабельности поставок по морским направлениям. У ближневосточных партнеров России по соглашению ОПЕК+ такого выбора нет, им приходится отгружать нефть либо в хранилища, либо в танкеры. Но сейчас везде хранилища переполнены, поэтому Эр-Рияд, скорее всего, пошел на сокращении вынужденно, из-за ситуации на рынке. Дорогой фрахт делает поставки нефти не рентабельными», — рассказал Мищенко.

Он заметил, что сокращение добычи в США, хотя и было названо Трампом органическим, но, по сути, является плохо контролируемым процессом: «В США не могут заставить компании соблюдать дисциплину, так как по американскому законодательству это будет расценено как картельный сговор. Поддержать отрасль за счет закупок нефти в госрезервы или провести национализацию ряда предприятий Трампу не дает демократической большинство в Конгрессе. Конгресс никогда не проголосует за такую помощь, поскольку, по мнению демократов, это поддержка электората Трампа.

Тем временем добыча падает не органически, а, скорее, бесконтрольно.

Они не могут даже предсказать, на сколько она упадет и как долго это падение продлится. Мы находимся перед периодом волны банкротств нефтяного сектора США», — резюмировал эксперт.

Ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности, эксперт Финансового университета при Правительстве РФ Игорь Юшков считает, что договоренности ОПЕК+ достаточно ситуативные, поэтому в начале июня и будут рассматривать вопрос о том, хватает или существующих сокращений для стабилизации нефтяного рынка или нет: «МЭА может несколько преувеличивать угрозу, так как для США нужны цены выше. Фактически в Соединенных Штатах не осталось ни одного рентабельного проекта по добыче сланцевой нефти при ценах в $30 за баррель. Поэтому Вашингтон готов подталкивать других производителей нефти на еще большее сокращения добычи в ручном режиме. Однако пока сделка ОПЕК+ не направлена на повышение цен, ее главная цель — не допустить переполнения нефтяных хранилищ. И я не думаю, что ОПЕК+ примет дополнительное соглашение по большему соглашению добычи.

При реализации худшего сценария более реалистично выглядит продление этого максимального снижения на июль», — рассказал эксперт.

Он напомнил, что и нынешние договоренности в рамках ОПЕК+ дались очень тяжело. По его мнению, Россия на себя дополнительные обязательства, скорее всего, не возьмет, но и Саудовская Аравия ставить новые ультиматумы, как это было в марте 2020 года, вероятно не будет: «Несмотря на всю браваду, экономике королевства приходится тяжело. Поэтому еще на одно обрушение цен оно не пойдет. Я думаю, нынешних сокращений будет достаточно, поскольку в странах, не входящих в ОПЕК+, добыча падает существенными темпами, в первую очередь в США, Канаде, Норвегии. Этого будет достаточно, чтобы избежать переполнения хранилищ», — заявил Юшков.

Он подчеркнул, что сейчас всех беспокоит перспективы торгового соглашения США с Китаем:

«Все боятся, что если оно сорвется, экономическое развитие будет идти гораздо медленнее, как и потребление нефти», — указал эксперт.

Стоит отметить, что в ходе торгов на Лондонской бирже ICE 15 мая 2020 года цены на нефть выросли и пробили отметку в $32 за баррель. Если учесть, что экономики большинства промышленных стран мира постепенно начинают выходить из карантина, ситуация с потреблением нефти на начало июня может улучшиться. Поэтому не исключено, что МЭА и ОПЕК изменят свой прогноз на 2020 год в сторону увеличения потребления энергоносителей.

Екатерина Вадимова

Роснефть: на уровне и даже выше ожиданий рынка

Компания «Роснефть» опубликовала производственные и финансовые результаты I квартала 2020 года. Опрошенные «НиК» аналитики комментируют: представленные цифры на уровне и даже выше ожиданий рынка.

Добыча углеводородов в 1 квартале 2020 г. составила 5,75 млн б. н. э. в сутки (70,7 млн т н. э.), снизившись на 1% квартал к кварталу и на 2,5% год к году. Добыча жидких углеводородов составила 4,64 млн б/с (57,0 млн т). Этот показатель сократился на 0,7% и 2,2% квартал к кварталу и год к году соответственно. Добыча газа составила 16,63 млрд куб. м, снизившись квартал к кварталу на 3,4%, год к году на 2,9%.

В сообщении компании подчеркивается, что НК «Роснефть» продолжает выполнять обязательства в рамках соглашения ОПЕК+.

В то же время в условиях текущего нефтяного кризиса компания сосредоточилась на развитии наиболее эффективных добычных проектов. По данным официальной отчетности, с 2016 г. были запущены такие крупные проекты как Сузунское, Восточно-Мессояхское, Юрубчено-Тохомское, Кондинское, Тагульское, Русское, Куюмбинское месторождения, 2-я очередь Среднеботуобинского месторождения, Западно-Эргинское месторождение. Суммарная добыча жидких углеводородов указанных активов в доле компании за 1 квартал 2020 г. составила 5,1 млн т (411 тыс. б/с), что на 17% выше уровня 1 квартала 2019 г., а их доля в общей добыче жидких углеводородов за отчетный квартал составила 9%.

Компания демонстрирует позитивный тренд в нефтепереработке.

Так объем переработки нефти за 1 квартал 2020 г. составил 28,7 млн т, увеличившись на 1,4% квартал к кварталу и на 6,9% и год к году. При этом на российских НПЗ «Роснефти» было переработано 26,0 млн т нефти, что на 1,7% выше квартал к кварталу и на 5,9% год к году. По итогам отчетного квартала глубина переработки увеличилась до 73,8%, выход светлых нефтепродуктов — до 56,9%.

По данным отчетности, за 1 квартал выросла реализация продукции. Так в страны дальнего зарубежья было реализовано 36,0 млн т нефти, что выше на 12,8% год к году. Доля азиатского направления в объеме реализации нефти в страны дальнего зарубежья составила 57,2%, что выше аналогичного показателя 1 кв. 2019 г. на 7,4%. Экспорт нефти из России в страны дальнего зарубежья составил 28,0 млн т, увеличившись на 1,6% год к году.

По итогам 1 квартала 2020 г. «Роснефть» реализовала 28,4 млн т нефтепродуктов, что выше на 2,9% год к году. Реализация нефтепродуктов в страны дальнего зарубежья увеличилась на 9,4% год к году и достигла 17,4 млн т. Объем нефтепродуктов, экспортированных в дальнее зарубежье из России, составил 12,9 млн т, увеличившись на 6,6% год к году.

Что касается финансовых показателей, то в отчетном квартале 2020 г. выручка и доход от ассоциированных организаций и совместных предприятий составили 1765 млрд руб. ($27,6 млрд).

По сравнению с показателем 1 квартала 2019 года показатель снизился на 15%, а если сравнивать с данными 4 квартала прошлого года — на 20,6%.

Показатель EBITDA в 1 квартале 2020 года составил 309 млрд руб. ($4,9 млрд), сократившись на 36,7% в рублевом выражении по сравнению с 4 кварталом 2019 г. В сообщении компании указывается, что «снижение, в основном, обусловлено резким падением цен на нефть, отрицательным эффектом лага экспортных пошлин (-98 млрд руб.), негативным эффектом демпфера (-53 млрд руб.) в результате падения экспортного паритета и установлением премии на внутреннем рынке моторного топлива, что было частично нивелировано увеличением маржи переработки, ростом маржинальности розничной реализации, а также снижением административных расходов».

В отчетном квартале отрицательная чистая прибыль составила 156 млрд руб. ($2 млрд), что объясняется, в основном, эффектом отрицательных курсовых разниц (177 млрд руб.) в результате ослабления курса рубля и переоценки валютных обязательств, а также сокращением операционной прибыли (на 64,8% квартал к кварталу).

В I квартале 2020 г. сумма финансового долга и торговых обязательств сократилась на $9 млрд или 11%. Объем ликвидных финансовых активов и неиспользованных кредитных линий практически в 1,5 раза превысил краткосрочную часть финансового долга. Значение показателя чистый долг/EBITDA на конец отчетного периода составило 1,5x в долларовом выражении. Процентные расходы год к году сократились на 25% вследствие снижения процентных ставок и эффективного управления портфелем долговых инструментов.

Анна Бутко, аналитик по нефтегазовому сектору из «Атона», комментирует: «Финансовые результаты „Роснефти“ оказались несколько выше ожиданий рынка. Так, например, по показателю EBITDA группа превысила консенсус по рынку на 2%, а наши прогнозы — на 3%». Эксперт отмечает также, что «Роснефть» показала хороший положительный денежный поток. Он также выше, чем закладывал рынок.

«Мы видим, что компания смогла быстро сократить расходы… Из положительных моментов можно отметить снижение чистого долга компании в долларовом выражении.

Сумма финансового долга и торговых обязательств по расчётам компании сократилась на $9 млрд во многом за счёт валютной переоценки. Текущая ситуация в целом может позитивно отразиться на задолженности компании, так как сейчас мы видим снижение ставок и процентных платежей по финансовым обязательствам. По дальнейшей финансовой отчетности апрель, видимо, также будет непростым в том числе и из-за «ножниц Кудрина», лага в экспортной пошлине. Он уже ударил по нефтяным компаниям в марте, ударит и в апреле», — полагает эксперт.

Кирилл Таченников из БКС прокомментировал:

«В целом отчетность „Роснефти“ оказалась на уровне ожиданий».

Эксперт отметил, что «операционные расходы „Роснефти“ ниже, чем у других российских и многих зарубежных компаний». Правда, чистый убыток компании, по его словам, «оказался несколько больше, чем ожидалось. Но этот показатель из-за волатильности спрогнозировать было сложно».

Алексей Калачёв, аналитик ГК «Финам», комментируя отчетность «Роснефти», подчеркнул: «Очевидно, что главный вклад в снижение финансовых результатов внесло падение нефтяных цен из-за снижения спроса на нефтяное сырье и нефтепродукты в условиях пандемии и связанных с ней карантинов на основных рынках сбыта «Роснефти». Падение курса рубля в этот период было менее масштабным и не компенсировало в полной мере снижения цен. Но в случае с «Роснефтью» обесценивание национальной валюты еще и усугубило ситуацию, потому что именно изменение курсовых разниц вывело компанию в убыток. Дело в том, что более 60% долгосрочных долговых обязательств «Роснефти», как это видно из отчета, номинировано в долларах США.

Таким образом вместо символической прибыли «Роснефть» получила в 1 квартале 2020 г. «бумажный» убыток».

Эксперт подчеркивает, что рынок позитивно воспринял отчетность компании: «Нужно отметить, что такой результат не вызвал распродаж акций компании на рынке. Уже после публикации отчетности по состоянию на 13:30 МСК котировки этих бумаг на Московской бирже даже показали рост на 1,7%. Дело в том, что собственно, никто и не ждал более высоких результатов. Во время падения рынков, которое произошло в марте, рынок уже заложил в цены акций нефтяных компаний их потери, связанные с обвалом нефтяных рынков. Игроки на бирже торгуют будущим, взвешивая свои страхи и надежды.

Ожидание ухудшения состояния компаний было заложено в цену акций уже в марте.

Так же и сейчас рынок заранее оценивает вероятность и масштабы восстановления спроса по мере выхода потребителей нефтяного сырья из ограничений, связанных с пандемией COVID-19. Переназначение Игоря Сечина на новый срок руководителем компании после встречи с президентом подтвердили его способность добиваться льгот для проектов компании. И, видимо, это тоже в какой-то мере поддержало оптимизм инвесторов на бирже относительно перспектив акций «Роснефти».

В самой компании считают, что готовы к текущему нефтяному кризису. «2020 год может стать переломным для мировой нефтегазовой отрасли, — говорится в сообщении „Роснефти“. — Как следствие мировой пандемии вируса COVID-19, спрос на нефть претерпел беспрецедентное снижение, что привело к значительному падению цен на энергоресурсы. В этой ситуации на первый план выходят качество ресурсной базы, диверсификация рынков сбыта, долгосрочный характер отношений с потребителями, высокий уровень операционной и финансовой эффективности… На протяжении многих лет компания успешно работала над импортозамещением товаров и услуг в сегментах добычи и переработки нефти, расширяла внутренний блок нефтесервисных услуг на своих месторождениях, применяла самые современные отечественные технологии и разработки. Постоянно уделялось внимание контролю над затратами. В результате, сегодня компания как никогда ранее готова к внешним вызовам, которые самым серьезным образом влияют на работу нефтяных компаний по всему миру».

Сергей Кузнецов

Саудовские супертанкеры «загорают» в Мексиканском заливе

Из-за нехватки судов для перевозки сырья на сушу саудовские супертанкеры, доставившие нефть в США, вынуждены ждать разгрузки значительно дольше обычных четырех-шести дней, сообщает Bloomberg. По данным агентства, один из супертанкеров прибыл в американский порт в Мексиканском заливе 1 мая, но его пока разгрузили лишь наполовину.

Ситуацию усугубляет также увеличение поставок сырой нефти к побережью Мексиканского залива. По словам главного аналитика по судоходству в промышленной группе BIMCO Питера Санда, примерно месяц назад туда направлялись 18 супертанкеров, хотя обычно их число не превышает семи.

В начале марта нефтяные котировки, отмечает РИА «Новости», резко обрушились на фоне значительного сокращения спроса из-за пандемии коронавируса, а также после развала сделки ОПЕК+. В середине апреля участники альянса заключили новое соглашение и договорились уменьшить добычу в мае и июне на 9,7 млн б/с, во втором полугодии — на 7,7 млн, а до конца апреля 2022-го — на 5,8 млн. Однако, по общему мнению аналитиков, новая сделка ОПЕК+, которая вступила в силу 1 мая, вряд ли сможет серьезно повлиять на сложившуюся ситуацию. Как считает Международное энергетическое агентство, она не сможет компенсировать падение спроса, которое в этом году станет рекордным. Из-за избытка нефти, по данным Financial Times, производители начали хранить нефть не только в танкерах, но и в небольших судах.

Пульс нефти во время COVID-19

Международное энергетическое агентство (МЭА) сообщило, что спрос на нефть в 2020 году снизится меньше первоначальных оценок: до 8,6 млн б/с по сравнению с 9,3 млн б/с. Однако восстановление не идет настолько быстро, как хотелось бы странам-экспортерам нефти и нефтедобывающим компаниям. Разбираем, как COVID-19 изменил нефтяной рынок, с управляющим партнером EXANTE Алексеем Кириенко.

Мир в безуспешном поиске баланса

Баланс спроса и предложения нефти на мировом рынке в текущей ситуации определить сложно, однако Американский нефтяной институт (API) посчитал, что влияние со стороны спроса в пять раз сильнее, чем со стороны добычи.

Утверждение выглядит справедливым: новое соглашение ОПЕК+, вступившее в силу с 1 мая, а также новые добровольные сокращения стран Персидского залива во главе с Саудовской Аравией так и не сумели отправить Brent на уровень выше $30.

Нефтехранилища по-прежнему заполнены и, похоже, до сих пор продолжают заполняться. Рынок не нащупал баланс, а его поиск напоминает зыбучие пески — дно постоянно ускользает. Участники рынка ожидают увидеть его в перспективе нескольких месяцев, возлагая надежды на постепенное снятие карантина в разных странах.

Слишком оптимистичные оценки

Ранее на топливо для транспорта уходило до 65% производимой нефти. Карантины снизили эту статью потребления в Европе почти наполовину. Ситуация в Китае, который первым ввел карантин и первым вышел из него, показывает, что авиасообщение восстанавливается медленнее ожиданий и сейчас оно составляет 50% от докризисного уровня. Схожая картина и на рынке бензина: Европа не спешит вернуться к своим автомобилям: карантин показал, что работать можно удалено, а продукты заказывать онлайн. Многие эксперты считают, что восстановление транспортных потоков внутри стран даже при закрытых границах в значительной мере увеличит потребление.

Однако здесь встает вопрос, насколько люди готовы вернуться к прежней докарантинной жизни и восстановить свои привычки.

Кроме того, не стоит забывать, что в любой момент может случиться новая волна кризиса, когда странам снова придется вернуться к локдауну. В этом случае нефть может ждать новое обрушение цен. Экономика критически зависит от того, насколько быстро будет найдена и внедрена вакцина от коронавируса. При этом далеко не все отрасли и производства восстановятся после «искусственной комы».

Умрет ли американский сланец

Добыча сланцевой нефти в США и при более высоких ценах на нефть была не очень доходным занятием: себестоимость ее добычи в разы превышает уровни ОПЕК и России. При этом качество сланцевой нефти заметно ниже, что отражается в существенном дисконте к Brent и WTI.

При стабильном росте спроса, который был на протяжении последнего десятилетия на фоне роста мировой экономики, инвесторы были толерантны к высокой себестоимости.

Сейчас ситуация радикально изменилась: когда начнется восстановление потребления — неизвестно, а фьючерсные контракты показывают индикативные цены на нефть в коридоре ниже $40 на годы вперед.

Кроме того, высокая волатильность цен последних лет делает этот бизнес намного менее прогнозируемым, это бьет по кредитному финансированию небольших компаний. Нынешний кризис может обернуться укрупнением таких компаний как Exxon, когда гиганты будут поглощать ослабевших конкурентов.

Baker Hughes в своем отчете сообщает, что 8 мая в США действовало 374 буровые установки, что на 34 единицы меньше, чем неделей раньше. По сравнению с годом ранее (10 мая 2019 года) их стало на 614 меньше. Если раньше сокращение буровых было связано с ростом эффективности бурения за счет технологических улучшений, то сейчас судя по всему это знак сокращения добычи, хотя публично компании об этом не заявляют. При этом возможности восстановления добычи в конце года становятся менее реальными.

Нефтяные компании

Россия: В отличие от коллег по ОПЕК+ Россия вряд ли пойдет на новые сокращения добычи в ближайшие месяцы. Кажется, что Россия все активнее придерживается позиции расширения своей доли на рынке экспорта энергии. Аналитики Goldman Sachs предполагают в ближайшие месяцы среднюю цену на Urals $30, а в 2021 году — $40-45.

Дивиденды нефтегазовых компаний будут снижены в 2020 на 25%, а в 2021 — повышены на 40%. Стоит отметить, что в особо выгодном положении сегодня находится «Газпром», поскольку ему не нужно снижать добычу.

Для российских компаний важным фактором выступает не только цена нефти, но и рубль. Его резкое снижение в 2014 году усилило конкурентоспособность отечественных производителей, сделав их акции привлекательными для покупки. На этот раз ослабление рубля происходит не так решительно, что не позволяет сравнивать ситуацию тогда и теперь.

Вынужденные 20% сокращения поставок в рамках сделки ОПЕК+ в дополнение к обвалу потребления в России — всё это обещает больно ударить по выручке.

США: Сланцевые компании США делали ставку на рост производства. Благодаря низким ставкам они получали финансирование от банков. Однако цены на нефть поднимались не так высоко, чтобы отрасль получала сверхприбыль. В результате долговая нагрузка оставалась высокой.

Дополнительной статьей расходов было хеджирование. Компании страховались от падения цен на нефть. Это помогало им смягчить удар, какой мы видели в конце 2018 или ранее в этом году. Однако без перспектив восстановления спроса эта страховка становится всё дороже, равно как и стоимость финансирования от банков и на долговых рынках. Перед многими компаниями отрасли встает угроза банкротства.

Конечно, мы не увидим полного вымирания отрасли: нефтедобытчики постараются не останавливать наиболее рентабельные месторождения, вероятно также субсидирование со стороны государства стратегически важной отрасли.

Однако серьезным игроком на мировом рынке нефти американские производители в ближайшей время уже не будут.

Дивиденды

Shell сообщила о резком снижении дивидендов. В Saudi Aramco только в конце прошлого года вышедшей на IPO не смогли пойти на такой шаг. Российская «Роснефть», вероятно, последует за примером Saudi Aramco, поскольку ее дивиденды — важный источник пополнения бюджета. Немного больше свободы у других компаний: ЛУКОЙЛ может пересмотреть дивидендную политику в ответ на обвал выручки в ожидании обвала доходов.

Алексей Кириенко, управляющий партнер EXANTE

Франция. США. Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > oilcapital.ru, 15 мая 2020 > № 3381663 Алексей Кириенко

Эр-Рияд в июне наполовину сокращает поставки нефти в США и Европу

Поставки нефти в США и Европу намерена сократить в июне наполовину Саудовская Аравия, сообщил Bloomberg, ссылаясь на источники. По данным агентства, поставки некоторым покупателям в этих регионах сократятся на 60-70%.

Уведомления Saudi Aramco о сокращении июньских поставок получили также по крайней мере 12 клиентов в Азии, сообщили трейдеры. В то же время три других покупателя в регионе получили запрашиваемые объемы нефти. 8 из 12 нефтепереработчиков, поставки которым были сокращены, заявили, что сокращение оказалось существенным — на 20-30% или более. Большая часть крупных сокращений приходится на покупателей в Китае и Индии. Некоторые из них сообщили, что ведут переговоры с Aramco, чтобы попытаться получить больше нефти.

Ранее Министерство энергетики Саудовской Аравии поручило Saudi Aramco снизить добычу в июне еще на 1 млн б/с в дополнение к сокращению, согласованному в рамках сделки ОПЕК+.

По мнению Саудовской Аравии, это должно способствовать восстановлению баланса на рынке нефти, в то время как смягчение ограничений, введенных для борьбы с пандемией коронавируса, дает надежду на улучшение спроса, отмечает «Вести.Экономика».

Жестокий урок

о предварительных итогах коронакризиса

Фёдор Лисицын

Казалось (в том числе — и автору этой статьи), что события с COVID-19 развиваются по благоприятному сценарию, который известен по двум предыдущим эпидемиям, так и не ставшим пандемиями: SARS в 2003 году и MERS в 2012-2015 гг. Тогда, как сейчас вначале, всё развивалось примерно следующим образом: медики обнаруживают новое заболевание, вирусологи выделяют и определяют возбудителя, эпидемиологи принимают быстрые и эффективные меры для предотвращения распространения инфекции за пределы первоначального ареала (и если, как в случае с MERS, всё-таки происходит "прорыв", в данном случае — заболевание, изолированное в Саудовской Аравии, обнаружили в Южной Корее, то его быстро локализуют в новом месте, и пандемии не происходит). При этом, даже несмотря на то, что вакцины не созданы, врачи подбирают сравнительно эффективные методы лечения, молекулярные биологи быстро расшифровывают геном нового вируса (помню поучительную публикацию по расшифровке генома SARS, где в авторах числилось несколько сотен человек из разных стран мира — вместе и эффективно они в 2003 году сделали дело быстро и точно, хотя этот список авторов был чуть ли не длиннее текста публикации), благодаря расшифровке генома быстро (это, в общем, отлаженная процедура) создаются новые тесты и они помогают в борьбе с распространением инфекции. Какое-то время мне казалось, что всё будет точно так же и в случае с коронавирусом нового типа, обнаруженным в китайском городе Ухань. Долго казалось — но потом всё пошлó совершенно не так.

И сейчас уже настало время подвести некоторые итоги, так сказать — уроки, пандемии COVID-19. Пожалуй, если делать выводы, то следует признать главное: медицина и эпидемиология оказались служанками и заложниками политики и СМИ (а есть ли сейчас между ними чёткая разница? да вроде уже давно нет). Окончательно выяснилось, что проблема коронавируса нового типа — это не медицинская проблема и не биологическая проблема, а это в первую очередь проблема политическая и социальная.

Причём стала она такой стараниями множества политиков и "медиаперсон". Пока рано изучать и оценивать личную роль каждого из тех, кто принимал решения по противодействию коронавирусной инфекции, но уже можно сказать о последствиях этих решений. Социальные и политические потрясения оказались важнее, чем требования медицины. И, как только медицина стала служанкой политики, люди стали платить за это жизнями. В чём-то это как раз похоже на пандемию "испанского гриппа" в 1918-1920 гг., когда все решения диктовались необходимостью вести Мировую войну (даже в нейтральных странах), а не борьбой с распространением заразы. И даже после окончания войны политическая необходимость часто была важнее требований эпидемиологии. Но нас уверяют, что сейчас нет мировой войны, некоторые уверяют, что нет даже мирового экономического кризиса…

С медицинской и биологической точек зрения пока ситуация находится в рамках положенного при пандемии, которая как-никак есть стихийное бедствие. Да, есть жертвы; да, есть заболевшие. Но пока COVID-19 не догнал даже последнюю по времени пандемию "гонконгского" гриппа 1968 года, от которого, по разным данным, погибло от 300-340 тысяч до чуть ли не миллиона человек. Первая цифра считается доказанной, а вторая — уже оценка, которая, видимо, учитывает смертность всех тех людей, включая осложнения, которые можно было приписать гриппу, включая сезонный грипп этого года. Да и сейчас новая пандемия с трудом, за исключением двух-трёх точек на карте, вроде Нью-Йорка или итальянской провинции Бергамо, не даёт серьёзного превышения уровня средней смертности от обычных заболеваний — скажем, больше, чем в три раза. А действительно опасной для человечества пандемию, на мой взгляд, делает превышение смертности от неё в 10 раз и более. Тогда это — действительно бедствие, ради прекращения которого допустимо применять любые имеющиеся средства. Как в войне на выживание. Есть ли где то в мире сейчас (на начало мая 2020 года) такая ситуация в связи с коронавирусной пандемией? Пока точно нет. Даже вспышки в Италии и в США обошлись без применения чрезвычайных мер.

Но неправы и те, кого называют отрицателями коронавируса, "коронаскептиками" и "коронадиссидентами", кто утверждает, что этой болезни и связанных с ней проблем не существует: мол, это что-то вроде обычного сезонного гриппа… Нет, к сожалению, это не так. Просто ситуация пока не настолько страшная, как может показаться после данных, публикуемых глобальными массмедиа. Если в стране отсутствует более-менее нормальная система здравоохранения и нет эффективной карантинной службы, то возникает ситуация, действительно близкая к пандемии малой интенсивности. Ещё раз повторю, это первое официально объявленная и имеющая право на такое объявление, то есть соответствующим критериям ВОЗ (как бы ни скомпрометировала себя Всемирная организация здравоохранения в эти дни), пандемия XXI века. И, повторюсь, первая почти за 40 лет, с 1968 года (эпизоотии, вроде африканской чумы свиней, не в счёт, там своя специфика). Да и до того серьёзных пандемий за XX век немного. Такого кошмара, как "испанка" 1918-1920 гг., конечно, не наблюдается и, судя по всему, наблюдаться не будет.

Ещё один важный урок COVID-19: во многих странах необходимые противоэпидемические меры были приняты с запозданием и с не очень хорошей, это если мягко сказать, эффективностью. Действия, предпринятые для ограничения коронавирусной инфекции, нередко оказывались разрушительнее и опаснее самой болезни. Хотя баланс соблюдён, и катастрофической ситуации в Москве пока не наблюдается. По регионам России таких ситуаций тоже не видно. И будем надеяться, что всё пройдёт нормально, но многие мероприятия, об этом уже сейчас можно сказать, оказались либо избыточными, либо запоздавшими, либо теперь мы понимаем, что многое можно было сделать по-другому. Это — не критика действий правительства и не одобрение действий правительства, это — просто констатация фактов.

Возможно, через несколько лет эту пандемию, по здравому и беспристрастному анализу всех данных о ней, будут считать "учебной". Поскольку во всём мире, а не только в Российской Федерации, пришлось в "условиях, прибиженных к боевым" проверить работу служб гражданской обороны, экстренной медицинской помощи и т. д. Во многих странах мира уже выяснилось, где необходимо вносить какие-то коррективы, а где — система в целом справилась. Тут нельзя не отметить снова блестящие противоэпидемические действия, например, правительства Вьетнама. В очередной раз руководство этой не слишком богатой и весьма густонаселенной страны показывает просто чудеса в деле предотвращения эпидемии на своей территории. Как в 2003 году во время SARS (атипичной пневмонии), как во времена "свиного гриппа" и так далее. Хотя, чего ещё мы должны ожидать от страны, народ которой в XX веке выстоял и победил в боях с четвёркой сильнейших противников: сначала императорской Японии, потом Франции, США, а в 1979 году — и Китая. Умение организованно воевать помогает в борьбе не только с вооружёнными противниками, но и с заразой, и стихиями. Неумение — усугубляет последствия и множит число жертв.

Надеюсь, что по итогам этой пандемии будут внесены какие-то дополнения и изменения в отечественные медицинские регламенты — их обязательно надо внести. Очень много вскрылось тех недостатков, о которых даже не подозревали или же наличие которых, несмотря на обоснованную критику, отрицали некоторые ответственные лица, заявляя, что всё у нас хорошо, всё — как надо и как оно должно быть.

Самый главный урок этой пандемии оказался почти целиком антикапиталистическим: деньги, оказывается, в здравоохранении, в медицине решают далеко не всё. Иногда — почти ничего не решают, а только усугубляют последствия. Сравним ход эпидемии в том же Вьетнаме и в США. Медицина США, несомненно, более развита и более богата, чем вьетнамская, — пожалуй, даже в несопоставимое число раз. Богаче вьетнамцев и американские граждане. Но, увы, так же несопоставим уровень смертности от COVID-19 приведенный, скажем, к 100 000 жителей. Экономические соображения, поставленные позади соображений эпидемиологии, дали во Вьетнаме прекрасный результат. Если не нравится сравнение с Вьетнамом, можно обратиться для сравнения к опыту Южной Кореи. Смогли же там организовать продиводейстие коронавирусной эпидемии? Смогли! То же самое произошло и в Китае. А в США период "раскачки" обошёлся в десятки тысяч погибших. И при этом мы помним, как смеялись над мэром Чикаго, объявившим карантин, когда в этом городе не было ещё ни одного заболевшего. Кстати, сейчас Чикаго по эпидемиологическим данным смотрится намного благополучнее Нью-Йорка.

Отсюда — страшный для адептов мантры "рынок решает всё" и "деньги всему голова" вывод: важен не размер трат на медицину, а то, как ты их используешь. Кто не верит — может сравнить параметры медицины Кубы с такими соседними территориями, как штат Флорида (США) и Демократическая республика Гаити.

Тем не менее, в целом катастрофы с медициной, с неподготовленностью больниц и т. д. — не случилось. Не случилось его ни в европейских странах, ни в США. Что-то страшное показывали первое время про Италию, в Бергамо и в Ломбардии, но и там более-менее ситуация нормализовалась. Хотя, конечно, на начальном этапе было не просто плохо, а очень-очень плохо. Многие богатые итальянцы, заболевшие чем-то похожим на коронавирус, успели выскочить в Австрию и Швейцарию, чтобы их лечили за деньги, а не "как всех". Но, повторю, медицина показала: деньги ничего сами по себе не решают. Даже пресловутые аппараты искусственной вентиляции легких (ИВЛ), о наличии которых так беспокоились и число которых так судорожно подсчитывали, не настолько важны, как постоянно находящийся и умеющий действовать персонал при них. Если цифры верны, то в Китае на ИВЛ спасали 6 из 10 больных с тяжёлой формой коронавирусной инфекции, а в США, с их лучшей в мире медициной, где нет проблем ни с количеством аппаратов ИВЛ, ни с количеством коек или больничных мест, на этих аппаратах погибали 9 из 10 больных.

Такое жуткое соотношение, если эти цифры верны, говорит о том, что в отсутствие специалистов, непрерывно отслеживающих состояние больного, подключение к ИВЛ равносильно гуманной эвтаназии… Грань между двумя состояниями: а) больной дышит, потому что ему обеспечивают дополнительную вентиляцию лёгких, и б) больной погибает из-за разрушения альвеол повышенным давлением воздуха от ИВЛ, — очень тонка. Но здесь уместно вспомнить историю с вентиляцией лёгких и "искусственными лёгкими" во времена эпидемии полиомиелита 1930-х—50-х годов. Это была совсем другая болезнь, но на первых порах применение искусственных лёгких было практически смертным приговором для больных, этими аппаратами не сразу научились пользоваться в нужном режиме.

Возможно, в Китае, в отличие от США, сумели обеспечить непрерывное дежурство медицинского персонала при больных, находящихся на ИВЛ. Возможно, в современных Соединённых Штатах больше надеются на электронику. Где фильмы про врачей — там писк датчика: бип-бип-бип… И тут же вопль: "Эй! Срочно реанимировать, мы его теряем!!!" Эти моменты необходимо дополнительно исследовать, но пока статистка показывает, что чем лучше оборудована больница, тем больше там смертность на ИВЛ. Это очень странно и требует, повторюсь, отдельного изучения.

И ещё — ни одна из прогрессивных, перспективных, принимаемых традиционных/нетрадиционных практик пока не показала стопроцентной эффективности против коронавируса нового типа. Возможно, не только потому, что они неэффективны, нет. Возможно, только потому, что нормальные клинические испытания ещё не прошли. Например, не оправдались надежды на "Арбидол". Не оправдались надежды на другие лекарственные препараты. Но эти факты были установлены на группах, выборках из 30, 34 больных… Даже тут мы ничего не можем сказать с полной уверенностью. На столь маленьких выборках статистика может быть какой угодно.

Я уже говорил, что моральный настрой как больных, так и врачей, которые их лечат, в невероятной степени влияет на работу иммунной системы человеческого организма. Если люди верят, что лекарство им помогает, то оно им помогает. К сожалению или к счастью, люди — не крысы. На них так, как на лабораторных крысах, опытов не поставишь. Человеческая психика, психосоматика — страшная сила, очень сильно, к сожалению, искажающая те параметры, которые так любит доказательная медицина. Здесь мы просто не можем сказать и поставить никакой точки, просто ждать дополнительных исследований…

Уроки, уроки — только кто и когда будет их учить?

Это — про медицину, а теперь — про общество. Пандемия COVID-19 действительно будет иметь долгосрочные последствия. Многие футурологи и прочие предсказатели будущего считают, что она изменит мир навсегда, что теперь люди будут больше работать на "удалёнке", меньше ездить в офисы и т. д.

Я бы сказал, что нет, этого не случится. Пока у нас такой мир, в котором начальству психологически важно видеть подчинённого у себя под рукой для непосредственного воздействия на него. Пока у нас не устранена система отношений "надсмотрщик на плантации"—"раб на плантации", о массовой "удалёнке" лучше забыть. Извините, все работающие понимают, что, собственно говоря, даже такие замечательные термины, как "супервайзер", они же оттуда идут, "надсмотрщики" будут предпочитать, при любой возможности, непосредственный контроль за работником со стороны работодателя и его представителя (что часто ещё хуже самого работодателя).

Часто говорят, что после пандемии люди будут строже соблюдать социальную дистанцию и т. д. Пожалуй, тоже нет. Уже сейчас видно, что в условиях пандемии у многих людей, особенно — находящихся в режиме "самоизоляции" (о, какой глупый термин! видимо, дальше будет: если вы заболели, то сами виноваты, недостаточно "самоизолировались", а власти тут ни при чём), то есть честно выполняющих распоряжения "сверху", возникает и растёт тактильный голод. Им не хватает близкого человеческого общения вне семейного круга. Им не хватает просто возможности пойти куда-то в кафе посидеть — не ради еды даже, или просто погулять, посидеть в парке на лавочке. Странно, конечно, что в Москве закрыли парки, — видимо, боятся, что не смогут их контролировать, а это далеко не самый лучший вариант. Как бы ни был труден такой контроль — что, у нас не хватает росгвардейцев, скажем? И им будет тренировка, и народу от них — очевидная польза.

Ещё месяц такого карантина (я сужу пока по Москве и могу неверно судить о ситуации в других регионах России, где другие порядки, а тем более — в других странах) может привести к серьёзнейшей социальной напряжённости. Потому что ощутимая социальная напряжённость в нашем обществе была и до коронавируса. А теперь на неё сверху накладываются дополнительные нагрузки, ограничивающие пространство социальной свободы и, следовательно, пространство социальной ответственности.

Более того, судя по всему, те же процессы идут и в других странах (смотрим на штат Мичиган, где прошли вооружённые демонстрации протеста против карантинных мероприятий). Можно сколько угодно рассуждать об избыточности блокады Уханя и других китайских мер, но в почти полуторамиллиардном Китае сегодня, как выяснилось на общем фоне, особенно — в сравнении с США и европейскими странами, очень небольшой процент как заболевших, так и умерших. Там снимают карантинные меры. Никакой "второй волны" коронавирусной инфекции у них пока нет и, похоже, в ближайшее время не будет. Особенно поучителен тот факт, что китайское общество справилось с заразой, помогая властям и доверяя властям.

С другой стороны, эту эпидемию и могли, и должны были локализовать в Китае. И всё, что сейчас происходит в Европе, в США; всё, что начало происходить в Африке, где уже разворачивается тестирование на новый штамм коронавируса, — это следствия тех ошибок в карантинной политике, в учёте и контроле за перемещениями людей по всему миру, которые были допущены в ходе вспышки COVID-19 в КНР.

Сейчас часто говорят, что, мол, китайцы дают недостоверную и неполную информацию о коронавирусе в своей стране. Я не считаю, что они врут, — наоборот, их данные как раз наиболее достоверные пока. Но если даже предположить, что они что-то скрывают, занижают масштабы инфекции, то вряд ли это делается "с потолка". Соотношение между цифрами заболевших и умерших по регионам Китая в любом случае показательно, и соответствует действительности. Поэтому надо изучать, как они добились локализации коронавируса в Ухане, а не угрожать, что, мол, такой-сякой Китай не предупредил одного американского политика, а был обязан, поскольку все и всё обязаны этому американскому политику.

Это ещё один урок нынешней пандемии: даже если у тебя есть такая большая дубинка, какая и не снилась Тедди Рузвельту, это ещё не значит, что все будут тебя заранее предупреждать о тех неприятностях, которые ты сам себе создаёшь…

Китай показывает нам, что системы противоэпидемических мер существуют, они отработаны, они достаточно эффективны и принимаются обществом без социального взрыва. Пример Южной Кореи показывает, что можно выправить положение, загнать инфекцию в рамки даже в капиталистическом государстве, государстве гигантских, в том числе — транснациональных, корпораций. И что это возможно даже при неблагоприятном развитии событий, когда распространение коронавируса по Южной Корее произошло из-за действий религиозной секты. Причём это было достигнуто не столько благодаря действиям правительства, сколько достаточно законопослушное население само добровольно, без введения никаких чрезвычайных ситуаций, чрезвычайных положений, соблюдало многие нормативы и справилось с этой ситуацией. Даже не сильно обрушив пресловутые "интересы бизнеса".

Сейчас в мире есть несколько стран, где решили не вводить строгие карантинные меры и не устраивать своего рода краш-тест для экономики и населения. Но на две из них больше всего обращают внимание, врачи, эпидемиологи, и я вот в том числе очень интересуюсь. Это Республика Беларусь и Королевство Швеция, где решили не принимать меры жёсткого карантина, понадеявшись на сознательность своих граждан, на эффективную систему здравоохранения, которая должна быть готова к подобным чрезвычайным ситуациям.

И пока мы не видим ни в той, ни в другой стране аварийной ситуации. Хотя смертность в Швеции от COVID-19 достаточно высока, на уровне большинства европейских стран, где вводился карантин, и даже выше большинства регионов США. Давайте назовём вещи своими именами: на территории США есть большая помойка — Нью-Йорк, которая даёт уже больше трети жертв коронавируса по Соединённым Штатам. А в остальных штатах и мегаполисах ситуация намного лучше…

Так вот, даже в условиях относительно высокой смертности власти Швеции не спешат вводить какие-то ограничения, нет жёстких карантинных мер, принятых в Европе. Они дают населению перезаражать друг друга и переболеть. И, в общем-то, пока это у них получается, несмотря на то, что более двух тысяч человек в Швеции уже умерло, и, конечно, эта цифра будет расти. Правда, сами шведы настолько дисциплинированы, что многие из мероприятий, которые в других странах приходится вводить насильно, они соблюдают действительно добровольно: соблюдают правила социального дистанцирования, личной гигиены, ношения масок.

Нет смысла спорить, помогает или нет ношение масок при COVID-19, а если помогает, то насколько. Просто есть некоторые правила поведения во время эпидемии, и шведы им следуют.

То же самое можно сказать про Республику Беларусь. С одной оговоркой: если там ничего экстраординарного не случится в связи с началом необходимых весенних полевых работ, если там не начнут — в подхалимаж высказываниям президента страны или, наоборот, "тайно диссидентствуя" — изменять статистику.

Беларусь, в отличие от Швеции, ещё и полностью игнорирует рекомендации ВОЗ — то есть выступает, таким образом "контрольной группой", необходимой в любом эксперименте. Понимаю, что говорить о эксперименте, в ходе которого массово умирают люди, несколько цинично, но медицина в определённом смысле вообще очень цинична. И в чрезвычайных ситуациях врачи имеют право определять, кому жить, а кому умирать, — и делать выводы даже из самых ужасных трагедий: именно для того, чтобы такие трагедии больше не повторялись.

Небольшое замечание по Ирану: в этой стране наблюдается аномальный для региона уровень заболеваемости и смертности, а также это единственная страна в мире, где доказанно прошла "вторая волна" заражения коронавирусом. Во всех других странах — это либо спекуляция на статистике, либо просто растянувшееся "плато", которое трактуют как "вторую волну". А в Иране "вторая волна", безусловно, была. Но сейчас там ситуация нормализуется, поскольку, по всем данным, этот всплеск был связан с проведением сельскохозяйственных работ, а теперь посевная закончена. Возможно, не находись Иран под шантажом "международных санкций", ему не потребовалось бы таких усилий на обеспечение посевной. Жертвы "второй волны" в Иране — целиком на совести политиков, считающих, что бороться с "тираниями" в той или иной стране следует всячески ухудшая жизнь народа в этой стране, чтобы люди побыстрее восстали и свергли "тирана". Это крайне опасное политическое заблуждение.

Что касается России — вирус сильно ударил по социально-экономической ситуации в нашей стране. Мало того, что люди, находясь на самоизоляции, на карантине, теряют работу, теряют средства к существованию. Мало того, что у них очень плохой психологический настрой… Запрет на прогулки был, по-моему, самой тяжёлой ошибкой. И больше такой ошибки, я надеюсь, медики не допустят, придумают способ, чтобы она больше не повторилась. Как-то надо это продумать, особенно для детей. Потому что люди сидят взаперти в пыльных помещениях. Иммунитет и всё прочее у них падает настолько, что мы уже получаем людей с обострившимися собственными хроническими болячками, которые точно так же перегружают медицинскую систему, которые точно так же становятся восприимчивыми к инфекционным болезням, в том числе — и к коронавирусу нового типа. Но не только к нему.

В результате мы получаем, извините, очень плохую весну. Весна и так — время пониженной функциональности иммунной системы. Сейчас мы по ней ударили ещё — со страшной силой. Мы ещё не знаем, каким будет лето, какой будет погода, поэтому я ничего хорошего не жду. По окончании карантина, скорее всего, всей стране придётся столкнуться со всплеском других болезней, вплоть до пищевых отравлений. Плавно будут выводить страну из карантина или не плавно — от этого ничего не изменится: "посткарантинный" всплеск заболеваемости в нашей стране, по ряду прогнозов, которые хорошо бы не подтвердились, будет такой, что число его жертв может превысить число жертв от коронавирусной инфекции.

Поэтому, на мой взгляд, никаких "плавных переходов" — отменять, так отменять! В любом из субъектов Федерации, где карантин вводился, свою роль он сыграл. Подготовить медицинские учреждения за полтора месяца нам удалось… А что дальше?

Посмотрите, например, на тех, кто живёт в 11-метровых студиях где-нибудь в "Новой Москве". И подумайте сами, стоит ли дальше продолжать карантин и как можно удержать этих людей, когда у них закончатся деньги, когда они больше не смогут выплачивать ипотеку и кредиты, не смогут кормить семью. А вы ещё начнёте их штрафовать за "нарушения режима добровольной самоизоляции"? Ещё раз повторю: социальные последствия могут оказаться намного хуже медицинских и экономических. Повторения 1917 года, скорее всего, не будет, но не исключено, что и 1917-й покажется ерундой.

А экономические последствия принятых противоэпидемических мер, которые были оправданы только результатами "оптимизации" отечественной медицины, убравшей из неё вроде бы "излишние", но по сути — резервные мощности, на мой взгляд, очень тяжелы. Падение цен на нефть, усугубленное падением туризма, снижением числа авиарейсов, морских рейсов, потребления топлива… Впервые за всё время пандемий у нас они совпали не с войнами, а с глобальным экономическим кризисом.

Это, по своим параметрам, ещё не Великая депрессия, но даже по ситуации в таких богатых развитых странах, как США и Германия, смело можно говорить, что по уровню безработицы налицо не рядовая рецессия. Этот показатель уже на уровне серьёзнейших кризисов конца XIX века. И дальше некоторое время будет только хуже — особенно в странах, где большую часть ВВП уже давно даёт не промышленность, не реальный сектор экономики, а сфера услуг. Даже домну можно запустить вновь, хотя это трудно и затратно, или же снести её и построить новую, если не поможет.

А вот сфера услуг не восстановится без наличия платёжеспособной массы потребителей этих услуг. И даже раздавая им деньги или разбрасывая их с вертолётов, ситуацию не исправить. Поэтому валятся целые отрасли: туризм, шоу-бизнес, большой спорт, отели, рестораны. Прощай, новый постиндустриальный мир! Добро пожаловать обратно в индустриал: к шахте, к разгребанию мусора вручную, к перетаскиванию телеги: "Копай больше, кидай дальше, отдыхай, пока летит".

Это мы уже получили, это мы уже видим. Политики, откройте глаза! Вам разгребать последствия этой ситуации, созданной, в том числе благодаря реакции на пандемию, которой могло бы просто не быть, если бы чуть-чуть лучше контролировалась социальная мобильность и движение людей из заражённой страны. Ещё раз повторю: сейчас многие политики пытаются валить всё на Китай, как делает это президент США: "Китайцы вовремя не предупредили! Скрывали информацию, скрывали всё, они нам ничего не сказали…" Мол, мы такие все в белом, а они — враги и должны оплатить нам все убытки, связанные с пандемией COVID-19…

А ведь ничто так не характеризует политиков, как публичное признание в собственной некомпетентности. Что ты за лидер, если самоустраняешься от решения проблем, перекладывая их на чужие плечи: "Я тут не при делах, выкручивайтесь как хотите". Значит, у тебя не работают ни спецслужбы, ни учёные, ни государственный аппарат, — вообще ничего. Или ты сам не способен правильно оценивать ситуацию и принимать необходимые решения. И в том, и в другом случае ты занимаешь не своё место. Это — игра с огнём, которая приводила к краху и не таких сообществ, как США. Древний Рим пал даже по меньшему поводу…

Ещё раз хочу повторить: это была и есть, по большому счёту, учебная ситуация. Мы бесконечно скорбим по всем, кто умер во время этой пандемии и от неё. Но, с другой стороны, сколько людей остались в живых, не погибли вследствие автомобильных аварий, авиакатастрофах и т. д.? Это ещё стоит посчитать, хотя жертвы — всегда жертвы, независимо от того, погиб один человек, тысяча или миллион. Коронавирус уже унёс жизни более чем 230 тысяч человек. И сколько ещё погибнет — неизвестно. Особенно — с учётом того, что ни Африку, ни Латинскую Америку COVID-19 пока почти не затронул.

Тем не менее, эту вирусную атаку саму по себе нельзя считать катастрофой для человечества. Катастрофой её делает наша неадекватная реакция. Так что новый коронавирус стал очень серьёзной учебной тревогой, но даже с ней далеко не все справились.

«Роснефть» и «Яндекс» объединяют усилия

«Роснефть» совместно с «Яндексом» расширяет возможности бесконтактной оплаты топлива

Иван Акимов

«Роснефть» и «Яндекс» объявили в четверг о запуске совместного проекта по дистанционной оплате топлива через мобильный сервис «Яндекс.Заправки».

АЗС крупнейшей в России розничной сети «Роснефть» будут подключены к сервису поэтапно: первыми в течение мая к проекту присоединятся 327 АЗС под брендами «Роснефть» и BP в Москве и Московской области, 126 АЗС ПТК в Санкт-Петербурге и Ленинградской области, а также 66 АЗС «Башнефть» в Уфе.

На втором этапе планируется расширить географию мобильного сервиса и подключить АЗС розничной сети «Роснефть» к сервису «Яндекс.Заправки» и в других крупных российских городах.

Таким образом, количество АЗС на которых можно будет воспользоваться сервисом уже к осени составит более 1100 АЗС. В перспективе будут подключены все заправочные станции под управлением «Роснефти» - это более 3000 АЗС под брендами «Роснефть», BP, «Башнефть» ПТК и ТНК. Клиенты, которые впервые заправляются через Яндекс.Заправки, смогут приобрести топливо с выгодой в размере 10% по промокоду Yandex.

Ускоренная цифровизация и повышение эффективности бизнеса – одна из ключевых задач Компании в рамках реализации Стратегии «Роснефть-2022».

С целью увеличения скорости и повышения качества обслуживания «Роснефть» первой в России запустила сервис оплаты топлива для корпоративных клиентов через собственное мобильное приложение «РН-Карт», а также специальные сервисы для физических лиц совместно с банками МКБ и «Тинькофф».

Сотрудничество с «Яндексом» позволит не только существенно расширить возможности для применения сервиса бесконтактной оплаты топлива, но и будет способствовать повышению безопасности автомобилистов, что крайне важно в условиях текущей эпидемиологической ситуации, уверены в «Роснефти».

Сервис «Яндекс.Заправки» интегрирован в «Яндекс.Навигатор» и информирует пользователя о наличии необходимого вида топлива на каждой АЗС и оптимальном маршруте, а на самой заправке позволяет выбрать номер колонки, вид топлива и его объем, а также расплатиться за заправку, не выходя их машины. Сервис доступен также и для корпоративных клиентов, в том числе таксопарков через приложение «Таксометр».

Также в перспективе в рамках сотрудничества с «Яндексом» для клиентов розничной сети «Роснефть» планируется расширение количества дистанционных сервисов и услуг.

«Реалии современного розничного рынка требуют от АЗС не только наличия качественного моторного топлива, но и высокого уровня сервиса, и именно по этому параметру компании сегодня конкурируют между собой. Для повышения качества и скорости обслуживания клиентов «Роснефть» следует актуальным тенденциями развития рынка, активно внедряя цифровые решения, такие, например, как бесконтактная оплата топлива, — отметила вице-президент по розничному бизнесу НК «Роснефть» Аврил Конрой. — Сотрудничество крупнейшей розничной сети России с одной из ведущих российских ИТ-компаний позволит достичь значительной синергии. Заправка на сети АЗС под управлением НК «Роснефть» с помощью сервиса «Яндекс.Заправки» станет быстрой и безопасной, а наши клиенты смогут получить оперативную информацию о наличии необходимого вида топлива и построить оптимальный маршрут до АЗС».

«Доля водителей, которые заправляются с помощью приложений Яндекса, за последний месяц выросла в два раза, — говорит заявил Роман Прудников, руководитель сервиса «Яндекс.Заправки». — Это значит, что автомобилисты всё чаще выбирают станции с быстрой и безопасной оплатой топлива. С нами уже работают 4150 АЗС по всей России. С присоединением «Роснефти» количество станций увеличится почти вдвое».

С учетом текущей кризисной ситуации, когда государство и все врачи советуют по максимуму использовать бесконтактные методы оплаты, использование мобильного приложения и подключение крупной госкомпании к нему в первую очередь будет влиять на меньшее количество контактов между людьми и скорейшее уничтожение коронавируса, подчеркнул вице-президент Независимого топливного союза Дмитрий Гусев.

«А использование современных технологий как независимыми компаниями, так и крупными госкомпаниями, ведет к повышению эффективности. То есть любой IT-процесс, который использован — повышает эффективность и капитализацию компании. Это в тренде, это модно, и просто уже необходимо в сложившихся условиях», — говорит он.

«С учетом того, что «Яндекс» до этого момента договаривался только с независимыми заправками, добавление почти трехсот заправок «Роснефти», а с учетом других — около пятисот, дает потребителю возможность выбора. Он может заправиться на большей части пунктов, выбрать то топливо, которое его интересует», — отмечает Гусев.

«Опять же, если «Роснефть» реализует свои планы по окончательному подключению почти 3000 заправок — для «Яндекса» это будет 75% рост числа заправок по стране. Наверное, сегодня именно «Роснефть» может предложить максимально возможную сетку АЗС по всей России. Со всех сторон, это один из немногих положительных моментов, и на них нужно обращать внимание — а то сейчас у нас все СМИ думают и гадают, что у нас будет с нефтью», — подчеркнул он.

«Мы прекрасно понимаем, что жонглирование цифрами Саудовской Аравии — это игра для биржи, никто не понимает, что там есть, а чего нет. А такие небольшие — по сравнению с мировой практикой — победы в цифровизации ведут к лучшему состоянию отрасли, компании. Вводя новые технологии, улучшая компанию можно в будущем при кризисе быть больше к нему готовым, и победить хоть американский сланец, хоть саудовских принцев», - резюмировал Гусев.

Россия > Нефть, газ, уголь. СМИ, ИТ > gazeta.ru, 14 мая 2020 > № 3390840

Баки на карантине

Коронавирус обрушил потребление топлива в мире на треть

Текст: Александра Воздвиженская

Потребление топлива на автотранспорте в европейских столицах в конце апреля сократилось в среднем на треть по сравнению с тем же периодом прошлого года. Причина - ограничения на передвижение из-за пандемии коронавируса. Россия не стала исключением: в некоторых регионах спрос на бензин обрушился на 40%.

Например, 23 апреля снижение загруженности улиц автотранспортом в Лондоне относительно среднего показателя в 2019 году составило от 27% (в течение дня) до 53% (в часы пик), в Париже - от 31% до 69%, в Риме - от 23% до 68%, следует из данных трафик-трекера TomTom. В США наиболее значительный спад ожидается по итогам апреля, мая и июня, когда пробег автомобилей сократится на 35%, 22% и 15% соответственно, оценивает Управление энергетической информации США.

"Таким образом, масштаб сокращения потребления в наиболее сложных случаях может превышать 30% прошлогодних значений. Но при умеренно благоприятном развитии событий этот "провал" продлится 1-2 месяца и будет довольно быстро компенсирован", - говорится в ежемесячном энергобюллетене Аналитического центра при правительстве РФ (есть у "РГ"). Судя по прогнозам, спрос начнет восстанавливаться в IV квартале 2020 года.

В России, по предварительным оценкам исследовательской группы "Петромаркет", режим самоизоляции в апреле привел к падению потребления бензина минимум на 30%, дизеля - на 10% по сравнению с апрелем прошлого года. "Масштаб падения, вероятно, мог быть и большим, если учесть изменение запасов на "статистически ненаблюдаемых" независимых нефтебазах и у крупных конечных потребителей", - отмечает "Петромаркет" в своем аналитическом еженедельнике. ВТБ сообщал, что с 30 марта по 19 апреля сильнее всего (на 36%) упали продажи Аи-92. В начале мая замминистра энергетики Павел Сорокин говорил об еще более сильном провале: максимальное падение спроса на бензин составляло 40%, на дизель - 30%, на керосин - более 50%, что было характерно не только для России. Позднее спрос несколько замедлил падение, отмечал Сорокин.

В драматической обстановке быстрого сокращения спроса на нефтепродукты по всему миру 9 апреля была заключена новая сделка расширенного альянса ОПЕК+ о радикальном сокращении производства нефти (транспорт обеспечивает более 50% спроса на добываемую нефть). "Горизонт сделки рассчитан на выравнивание баланса на рынке к концу года с наибольшим сокращением добычи в мае-июне, - указывает профессор Леонид Григорьев из Аналитического центра при правительстве РФ. - Предполагается, что в дальнейшем оживление экономической активности будет возвращать спрос на автомобильное и авиационное топливо".

На 2 млн б/с снижена оценка поставок нефти стран не-ОПЕК

На 40 тыс. б/с повышена оценка поставок нефти из стран не-ОПЕК в 2019 году, в то время как прогноз на 2020 год снижен на 2,02 млн б/с — до 61,5 млн б/с, говорится в ежемесячном отчете ОПЕК. Таким образом, отмечает «Интерфакс», в 2020 году поставки из стран не-ОПЕК снизятся с 65,03 до 61,5 млн б/с. Пересмотр связан с оценкой сокращения добычи, главным образом — в Северной Америке. ОПЕК прогнозирует, что падение добычи жидких углеводородов в США составит в 2020 году 1,44 млн б/с — до 16,96 млн б/с.

Предварительные данные по добыче жидких углеводородов в России показывают рост в апреле по сравнению с мартом на 60 тыс. б/с — до 11,55 млн б/с, из них добыча нефти выросла на 54 тыс. б/с — до 10,66 млн б/с, при том, что добыча конденсата в апреле осталась на уровне предыдущего месяца — 887 тыс. б/с.

В 2020 году, оценивает ОПЕК, Россия, один из главных участников сделки ОПЕК+, снизит добычу жидких углеводородов на 1,3 млн б/с — до 10,14 млн б/с.

Рынок нефтегазового оборудования: ждем конца эпидемии

Рынок нефтегазового оборудования в России характеризуется высокой устойчивостью к экономическим кризисам. При этом он по-прежнему сохраняет достаточно сильную зависимость от импорта. Однако нынешняя ситуация в экономике отличается от двух предыдущих кризисов XXI века гораздо большей неопределенностью и слабой предсказуемостью развития ситуации: распространение коронавируса вызвало значительное сокращение торговой и производственной деятельности по всему миру, а на него наложилось и сильнейшее с начала 2000-х годов падение цен на нефть, из-за которого практически все инвестиционные проекты в отрасли были свернуты. Поэтому снижение объема рынка в новых экономических условиях неизбежно, а темпы его восстановления будут определяться скоростью возвращения мировой экономики к нормальному функционированию.

Как рынок проходил предыдущие кризисы

Рынок нефтегазового оборудования, как и любой другой, где основной продукт — сложные технологические устройства, напрямую зависит от динамики отраслей-потребителей. Нефтегазовый сектор обеспечивает самые большие поступления в бюджет, что объясняет его устойчивость к кризисам: государство оказывает всестороннюю поддержку нефте- и газодобывающим предприятиям с целью поддержать добычу углеводородов на приемлемом для производителей уровне.

Подтверждает этот факт и положительная динамика выручки основных игроков рынка нефтегазового оборудования. Проанализировав их финансовые показатели за последние 12 лет, можно отметить, что компании увеличили выручку в 3 и более раз, причем какие-либо провалы в кризисные периоды 2008-2009 гг. и 2014-2015 гг. у них отсутствовали. На графике видно, что первые падения объемов у некоторых лидеров рынка отмечаются в 2018 году, что, впрочем, компенсируется сопоставимым ростом у их конкурентов и может быть вызвано перераспределением крупных контрактов между игроками.

В 2020 году ситуация, по всей видимости, будет совсем иной. Во-первых, падение цен на нефть стало самым масштабным за всю историю XXI века, а во-вторых, падение экономики страны из-за пандемии COVID-19 будет более значительным, чем в прошлые времена.

Текущая ситуация на рынке

Рынок нефтегазового оборудования рассчитывает на государственную поддержку, в том числе в направлении импортозамещения. Несмотря на снижение доли импорта в период с 2014 по 2019 г. на 10%, она еще остается значительной — 50%, поэтому во многих случаях стоимость оборудования увеличилась из-за роста курсов валют, а ритмичность поставок нарушается ограничениями, связанными с борьбой с коронавирусом.

Кроме того, господдержка нефтегазового сектора в области импортозамещения также обеспечивает устойчивость предприятиям и в смежных отраслях, в частности производителям и поставщикам нефтегазового оборудования.

Однако в условиях изоляции и остановки производств поддержка государственного бюджета, который в настоящее время и так не пополняется в привычных объемах, будет необходима большинству отраслей РФ. В связи с этим субсидирование компаний нефтегазовой промышленности в необходимых размерах не представляется возможным.

Поэтому важно понимать, что в существующей ситуации, когда потребление нефти и нефтепродуктов сокращается за счет ограничительных мер, связанных с распространением коронавируса, а реализация апрельской сделки ОПЕК влечет за собой неизбежное сокращение добычи нефти, сдерживать рецессию в отрасли будет весьма проблематично. По прогнозам ведущих международных институтов и аналитических агентств (МВФ, Fitch и пр.) и ЦБ РФ, в 2020 году российская экономика потеряет от 3,3 до 5,5% и произойдет это в том числе за счет нефтегазовой отрасли.

Падение цен на нефть может свести рентабельность нефтяной отрасли практически к нулю. С одной стороны, это повлияет на пересмотр и сокращение количества инвестиционных проектов. С другой стороны, под сокращение пойдут в первую очередь неприоритетные и низкоэффективные проекты, а также проекты с высокой себестоимостью добычи. Это позволит перенаправить ресурсы на повышение эффективности и снижение себестоимости добычи, что положительно отразится на развитии рынка нефтегазового оборудования. Кроме того, новое нефтегазовое оборудование будет по-прежнему востребовано для ремонта и замены изношенных узлов и компонентов на существующих мощностях.

Прогноз развития рынка до 2022 года

По мнению аналитиков MegaResearch, рынок нефтегазового оборудования в 2020 году потеряет от 3 до 9% в зависимости от темпов выхода экономики из рецессии, вызванной пандемией коронавируса и связанными с ней ограничениями:

Если пандемия COVID-19 затянется и прогноз по снижению темпов заболеваемости будет в очередной раз пересмотрен, восстановление спроса и цен на нефть в 2020 году маловероятно, следовательно, рынок нефтегазового оборудования ожидает серьезное снижение до тех пор, пока не восстановится экономика (пессимистичный прогноз).

Однако если оправдается прогноз по выходу из эпидемии к июлю-августу 2020 г. со стабилизацией цен на нефть во второй половине 2020 г., постепенное восстановление рынка оборудования возможно уже в 2021 году (оптимистичный прогноз).

В рамках базового прогноза аналитики закладывают снижение объема рынка на 5-6% в 2020 г. и постепенный восстановительный рост до докризисного уровня к концу 2022 — началу 2023 года.

Безусловно, нынешний кризис скажется и на структуре игроков. В результате падения спроса на нефть мелкие нефтедобывающие компании, у которых отсутствуют собственные хранилища, будут вынуждены покинуть рынок, закрыв свои скважины. В долгосрочной перспективе, при восстановлении спроса на нефть, будут востребованы инвестиционные проекты по бурению новых (или восстановлению закрытых) скважин, которые повлекут за собой рост потребления нефтегазового оборудования.

Аналитическая служба MegaResearch

ОПЕК снова ухудшила прогноз-2020 по спросу на нефть

На фоне пандемии коронавируса ОПЕК вновь ухудшила прогноз по спросу на нефть в 2020 году. Теперь картель ожидает его рекордного падения на 9,07 млн б/с, говорится в майском докладе организации. В апреле ОПЕК прогнозировала падение спроса по итогам года на 6,8 млн б/с, отметив, что оно станет крупнейшим в истории. «Ожидается, что мировой спрос на нефть в 2020 году значительно сократится — на 9,07 млн б/с, что на 2,23 млн б/с ниже прогноза прошлого месяца, до среднего уровня в 91,10 млн б/с», — сообщает ОПЕК.

При этом организация ожидает, что самые низкие уровни глобального спроса на нефть будут зафиксированы во втором квартале 2020 года, в основном за счет стран Северной Америки и Европы, уточняет ПРАЙМ.

В то же время сокращение спроса на нефть в 2020 году, отмечается в докладе, может быть уменьшено ослаблением карантинных мер, связанных с COVID-19, и быстрым реагированием мировых экономик на комплексы правительственных мер стимулирования.

На 2,4 млн б/с сократится нефтедобыча в странах не-ОПЕК в 2020 году

В 2020 году страны не-ОПЕК снизят свою добычу в целом на 2,4 млн б/с в результате скоординированного снижения добычи в рамках сделки ОПЕК+, сообщает «Интерфакс», ссылаясь на ежемесячный прогноз управления энергетической информации Минэнерго США (EIA). Самое большое снижение ожидается в России, США и Канаде.

В частности, в Канаде добыча жидких углеводородов снизится на 0,4 млн б/c. Это снижение является результатом указа правительства Альберты в 2019 году о снижении добычи, а также закрытия производства из-за низких цен на нефть и падения спроса на экспорт нефти, поясняется в документе. В 2021 году, как ожидает EIA, добыча в Канаде вернется практически на уровни 2019 года.

Добыча жидких углеводородов в России в 2020 году, по прогнозам, снизится на 0,8 млн б/с по сравнению с 2019 годом, а затем вырастет в 2021 году.

EIA полагает, что добыча нефти в США упадет в 2020 году на 0,5 млн б/с — до 11,7 млн б/с, при этом производство жидких углеводородов снизится на 0,8 млн б/с. В 2021 году снижение производства нефти составит 0,8 млн б/с, жидких углеводородов — 0,6 млн б/с.

Производство жидких углеводородов в Бразилии, говорится в отчете, будет идти более медленно, чем ожидалось, а рост в 2021 году будет ограничен из-за того, что задерживается поставка добывающих платформ на ряд проектов из-за пандемии коронавируса.

EIA прогнозировало падение добычи нефти в Мексике в 2020 и 2021 годах из-за естественного снижения на зрелых месторождениях. Однако теперь EIA прогнозирует дополнительное снижение, поскольку страна закрывает новые перспективные скважины, чтобы исполнять обязательства ОПЕК+ на 100 тыс. б/с. В целом EIA ожидает, что ежегодная добыча в Мексике снизится на 0,1 млн б/с в 2020 и в 2021 годах.

Норвегия, в свою очередь, объявила о сокращении нефтедобычи на своем континентальном шельфе для стабилизации нефтяных рынков. Страна ограничит добычу нефти в июне более, чем на 1,609 млн б/с и не более, чем на 1,725 млн б/с на остаток 2020 года.

Москва и Эр-Рияд удовлетворены признаками роста спроса на нефть

Министр энергетики РФ Александр Новак провел с министром энергетики Саудовской Аравии принцем Абдель Азизом бен Сальманом телефонный разговор, в ходе которого стороны подтвердили приверженность достижению стабильности рынка нефти и восстановлению баланса на рынке, сообщает Минэнерго РФ, отметив, что министры высказали удовлетворение признаками роста спроса на нефть и ослабления обеспокоенности по поводу переполнения нефтехранилищ, говорится в пресс-релизе министерства.

«Россия и Саудовская Аравия довольны появившимися признаками улучшения экономических и рыночных показателей, особенно роста спроса на нефть и ослабления обеспокоенности по поводу ограниченности нефтяных хранилищ, в то время как различные страны по всему миру начинают выходить из режимов жестких ограничений», — говорится в сообщении по итогам беседы.

«Стороны уверены в том, что их партнеры по ОПЕК+ также полностью поддерживают эти цели и будут соблюдать положения соглашения ОПЕК+. Страны особо отметили усилия ответственных производителей по всему миру, которые добровольно скорректировали свое производство из чувства общей ответственности за ситуацию на рынке», — цитирует выдержку из пресс-релиза ПРАЙМ.

Первые жертвы: нефтегазовые гиганты США объявили о скором банкротстве

Наталья Дембинская. Американская нефтяная отрасль готова понести первые серьезные потери. Крупнейшая компания California Resources предупредила инвесторов о возможном банкротстве. Об этом же заявил и сланцевый гигант Chesapeake Enеrgy. Обе фирмы погрязли в долгах, и обвал цен на сырье не оставил им шанса расплатиться. Почему это далеко не последние жертвы кризиса — в материале РИА Новости.

Обвальное падение

С начала пандемии котировки нефти упали почти на 50%, в апреле из-за беспрецедентного сжатия спроса на топливо и переполненных нефтехранилищ фьючерсы проваливались в отрицательную зону.

Техасские нефтяники этого не выдержали. Parsley Energy закрыла 150 скважин, Continental Resources сократила добычу на треть, а Texland Petroleum — полностью. В апреле обанкротился один из крупнейших сланцевиков — Whiting Petroleum. Следом — обслуживающая компания Hornbeck Offshore Services.

По мнению аналитиков, мало кто выживет, если цена барреля в течение года не поднимется выше 30 долларов. Для рентабельности сланцевикам нужно как минимум 50. По прогнозу Pickering Energy Partners, почти 40% компаний в этом году окажутся на грани банкротства.

В понедельник, 11 мая, крупнейший производитель — California Resources — объявил инвесторам: возможно, придется запустить процедуру банкротства.

Акции компании, с начала года уже потерявшие три четверти стоимости, рухнули на 32%. Калифорнийцы также сообщили регуляторам, что вынуждены отложить публикацию финансового отчета за первый квартал.

"Если не удастся реструктурировать баланс, появятся серьезные сомнения в способности продолжать работу", — говорится в заявлении, направленном в Комиссию по ценным бумагам и биржам США (SEC). В компании отметили, что поражены сочетанием "беспрецедентного сокращения" спроса на нефть и продолжающегося снижения цен.

У California Resources огромные долги — порядка пяти миллиардов. Их пытались реструктурировать, но резкое падение цен на энергоносители не позволило это сделать. При этом производитель израсходовал более 60% средств, предоставленных в рамках кредитной линии на миллиард долларов.

Миллиардные убытки

С такими же проблемами столкнулся и Chesapeake Energy — второй по размерам производитель газа в США. Его финансовый отчет за первый квартал привел инвесторов в ужас.

Чистый убыток вырос в 400 раз — до 8,3 миллиарда, порядка 853 долларов на акцию. Для сравнения: за тот же период прошлого года убытки составили 21 миллион долларов.

О предбанкротном состоянии компании известно давно. Сейчас общий долг Chesapeake — десять миллиардов долларов — почти в десять раз превышает ее рыночную стоимость. Падение спроса и цен не оставляют никаких шансов расплатиться.

Если низкие цены сохранятся в сочетании с запланированным снижением объема заимствований, прогноз по ликвидности и способности выполнять наши финансовые обязательства в течение следующих 12 месяцев неблагоприятный", — предупредили в компании.

В Chesapeake рассматривают различные варианты, чтобы остаться на плаву. Так, планируют сократить объемы бурения и разработки скважин на 30%, урезать производственные и общие расходы примерно на 20%. В повестке дня и продажа активов для привлечения денежных средств.

Однако "нет никаких гарантий, что компания сможет реструктурировать задолженность, улучшить финансовое положение или завершить какие-либо стратегические операции", подчеркивает руководство Chesapeake.

Выживут немногие

Как предупреждают аналитики, это только начало волны банкротств, которая скоро накроет отрасль.

"Пандемия коронавируса разрушила нефтяную промышленность, вызвав быстрое и беспрецедентное снижение спроса на бензин, авиационное и дизельное топливо. Добавьте к этому "эпическую ценовую войну" между Россией и Саудовской Аравией и огромные долги на балансах американских нефтяных компаний. Эти факторы почти наверняка вызовут всплеск банкротств ближайшие месяцы. В отличие от нефтяного кризиса 2014-2016 года, многие компании не выживут", — прогнозируют аналитики Bloomberg Intelligence.

Согласно исследованию Федерального резервного банка (ФРБ) Далласа, даже компаниям в относительно "дешевом" сланцевом бассейне Permian в Западном Техасе для рентабельности нужна нефть в среднем по 49 долларов за баррель. Как предсказывает ФРБ, при 40 долларах в течение года выживут только 15% производителей.

Между тем, по оценкам Международного валютного фонда, благодаря соглашению ОПЕК+ средняя цена барреля в 2020-м составит 34,8 доллара, а в 2021-м — 36,4.

Банкротство станет для многих единственным выходом из положения: большинство сланцевых компаний не в состоянии рефинансировать огромные долги, а на инвесторов рассчитывать не приходится.

По итогам сланцевой "десятилетки" энергетический сектор индекса широкого рынка S&P 500 оказался худшим. Бизнес по-прежнему далек от рентабельности, компании до сих пор работают в убыток, финансируя дефицит за счет все новых заимствований. За десять лет 40 ведущих представителей отрасли потратили почти на 200 миллиардов больше, чем заработали.

Лишь единицы доказали, что в состоянии генерировать свободный денежный поток или существенную прибыль. В результате Уолл-стрит потребовал от нефтяных компаний жить по средствам, тратить меньше и выплачивать долги, вложив в прошлом году в отрасль вдвое меньше, чем в предыдущем.

Предоставлять капитал убыточным фирмам желающих нет. И очень многие скоро уйдут с рынка.

Bloomberg: Саудовская Аравия в июне сократит поставки нефти

Саудовская нефтяная госкомпания Saudi Aramco, снижающая добычу в рамках сделки ОПЕК+, в июне сократит поставки нефти в некоторые регионы Азии, а также примерно наполовину сократит поставки нефти в США и Европу, пишет агентство Bloomberg со ссылкой на источники, знакомые с ситуацией.

"Saudi Aramco сократила законтрактованные на июнь поставки по крайней мере для 12 азиатских клиентов", - сообщили источники агентства.

Восемь из 12 компаний отмечают, что сокращение было значительным - примерно на 20-30%. Больше всего пострадали покупатели в Китае и Индии, которые даже сообщили, что пытались договориться об увеличении объемов поставок. При этом три региональных покупателя получили запрашиваемые объемы.

В то же время, по словам источников, Saudi Aramco сократит поставки нефти в июне в США и Европу примерно наполовину, при этом снижение будет значительнее сокращений поставок в Азию. "Saudi Aramco сократит поставки некоторым покупателям в США и Европе на целых 60% или 70% от обычных контрактных объемов", - уточнил один из источников.

Неделей ранее Saudi Aramco объявила цены по поставкам нефти на июнь, повысив их по большинству сортов для Азии. Крупнейший мировой экспортер нефти также повысил цены на все поставки для Европы и США на фоне сокращения добычи в рамках сделки ОПЕК+.

ОПЕК+ договорилась 12 апреля о сокращении добычи нефти на 9,7 миллиона баррелей в сутки в мае-июне, 7,7 миллиона во втором полугодии и 5,8 миллиона далее до конца апреля 2022 года. Базой отсчета взят октябрь 2018 года, но для России и Саудовской Аравии взяты 11 миллионов баррелей в сутки, от которых по аналогии со всеми идет снижение на 23%, 18% и 14% соответственно. При этом ранее на текущей неделе Саудовская Аравия заявила, что в июне дополнительно к обязательствам по сделке ОПЕК+ сократит добычу на 1 миллион баррелей в сутки, до 7,492 миллиона баррелей в сутки.

СМИ: Саудовская Аравия наполовину сократит поставки нефти в Европу и США

Саудовская Аравия в рамках сделки ОПЕК+ сократит в июне поставки нефти в некоторые регионы Азии, а также примерно вдвое сократит доставку черного золота в США и Европу, пишет агентство Bloomberg со ссылкой на источники, знакомые с ситуацией.

"Saudi Aramco сократила законтрактованные на июнь поставки по крайней мере для 12 азиатских клиентов", – сообщили источники агентства.

При этом многие азиатские компании отмечают, что сокращение достигло около 20-30%, о сохранении поставок в прежнем объеме объявили только три региональных покупателя. Больше всего пострадали покупатели в Китае и Индии.

По сведениям собеседников издания, Saudi Aramco намерена сократить поставки нефти в июне в США и Европу примерно наполовину. Также Эр-Рияд планирует повысить цены на большинство сортов черного золота для Соединенных Штатов и Европы. Снижение будет значительнее сокращений поставок в Азию, отмечает агентство.

"Saudi Aramco сократит поставки некоторым покупателям в США и Европе на целых 60% или 70% от обычных контрактных объемов", – добавил собеседник.

Пандемия COVID-19 спровоцировала рекордное снижение цен на нефть из-за обвала спроса на сырье. Негативно на рынок также повлиял тот факт, что в марте страны-участницы соглашения ОПЕК+ не смогли договориться о продлении прежней сделки.

После серии консультаций государства выработали новые условия по сокращению добычи сырья, и новое соглашение ОПЕК+ вступило в силу 1 мая.

Предполагается, что в мае-июне производство должно снизиться на 9,7 миллиона баррелей в сутки, 7,7 миллиона во втором полугодии и 5,8 миллиона до конца апреля 2022 года.

Дорогая и любимая…

сколько же стоит российская нефть?

Василий Симчера

Недавнее катастрофическое падение цен на мировом рынке нефти — с мощным заходом на территорию "отрицательных цен" — вновь возвращает нас к вопросу о том, какова же реальная рентабельность отечественной нефтедобычи и, соответственно, насколько хватит накопленной "подушки безопасности" в виде Фонда национального благосостояния России.

Официальная позиция, как известно, заключается в том, что российское "чёрное золото" — чуть ли не самое дешёвое в мире, себестоимость его производства в среднем составляет 3,5 доллара за баррель (около 25,6 долларов за тонну), так что нашей стране коллапс нефтедобычи в любом случае не грозит.

Но так ли это на самом деле?

Ответ здесь однозначен: нет! Если считать полные затраты, налоги, акцизы и потери, бремя которых переносится на плечи всего населения нашей страны, российская нефть сегодня — едва ли не самая дорогая в мире. И поэтому её сегодня России, как это делали США вплоть до 2016 г., т.е. почти 40 лет подряд, следовало бы не продавать, а покупать.

Поясню свою мысль. Если учитывать не только прямые, но и все косвенные расходы на нефтедобычу, включая затраты ещё советского времени на геологоразведочные работы и строительство нефтепроводов, многочисленные льготы и преференции, предоставляемые нефтяным компаниям, рекультивацию земель и т.д., — полная себестоимость российской нефти, при курсе 80 рублей за доллар оказалась бы сегодня, соответственно, на уровне примерно 200 долл. за тонну (27,36 долл. за баррель). А её внутренняя цена, с учётом всех торговых накидок и акцизов, — на уровне примерно 800 долл. за тонну (109,44 долл. за баррель).

Кроме того, хорошо известно, что обменный (номинальный) курс российского рубля к американскому доллару катастрофически, в 2,57 раза, занижен. Согласно официальным данным МВФ, отечественный ВВП по номиналу за 2018 год составлял 1,657 трлн. долл. (12-е место в мире), а по паритету покупательной способности (ППС) — 4,258 трлн. долл. (6-е место в мире). Следовательно, полная себестоимость российской нефтедобычи (если считать не в "номинальных", а в "паритетных" долларах) — почти 70,3 долл. за баррель, в 20(!) раз больше официальной цифры себестоимости.

Следовательно, экспортируя нефть по ценам ниже этой планки, мы фактически торгуем себе в убыток, а видимость прибылей достигается за счёт искажения всей системы цен внутри страны и урезания реальных доходов населения, — точно так же, как это было во времена царской России с основным тогда экспортным товаром, зерном: "Не доедим, но вывезем!"

Да, номинальная цена бензина на АЗС в случае нормального ценообразования была бы в диапазоне не 44-48 рублей, как сегодня, а 64-70 рублей за литр, то есть примерно в 1,5 раза выше, но при этом реальные доходы населения оказались бы выше в два с половиной раза, как и "нефтегазовые" доходы российского бюджета.

Сколько же мы теряем в такой, казалось бы, самой успешной и прибыльной отрасли отечественной экономики? Почему нефть и бензин, при официально чуть ли не самой низкой в мире их себестоимости нашим потребителям обходятся так дорого, а наша нефть, якобы самая дешёвая, котируется на мировых рынках как самая дорогая и некачественная? Почему в отрасли столь низкий уровень конкуренции и эффективности, практически нет сети нефтеперерабатывающих предприятий, растут аварии и потери. Почему при самых больших запасах наша страна, после Венесуэлы и Нигерии, остаётся одной из самых бедных нефтеносных стран в мире? Где первопричина всех этих бед и провалов?

Попробуем на конкретных цифрах выяснить, что происходит и что в первоочередном порядке следовало бы здесь изменить и что это могло бы дать нашей стране и народу.

Доходы консолидированного бюджета РФ в 2018 году, согласно данным Росстата, составили 36,917 трлн. рублей, или 35,625% от ВВП в 103,627 трлн. рублей. Из них нефтегазовые доходы — 9,018 трлн. руб., т.е. 24,4%. В федеральном бюджете РФ, согласно Минфину, доля нефтегазовых доходов составила 46%. В том числе, НДПИ по углеводородам — 6,01 трлн. руб. и таможенные пошлины — 3,008 трлн. руб. Много ли это?

В 2018 году в России было добыто 555,8 млн. тонн нефти, включая газовый конденсат (рост на 1,8% по сравнению с 2017 годом). Из этого объёма на внутреннее потребление было направлено 290,7 млн. тонн, а на экспорт — 260,2 млн. тонн.

Одна тонна нефти эквивалентна 7,31 барреля. То есть, на переработку пошло 2,125 млрд. баррелей, а на экспорт — 1,902 млрд. баррелей.

При среднегодовой мировой цене барреля российской нефти Urals в 70 долл. экспортная выручка достигла примерно 133,15 млрд. долл.

С добычей нефти тесно связана добыча газа, совокупная доля которых в ВВП России превышает 25%, а доля зависимых от них отраслей — 70%.

Добыча газа в 2018 г. составила 733 млрд. куб. м. Из них на экспорт пошло 245 млрд. куб. м, при средней цене 220 долл. за тысячу кубометров, т.е. на сумму 245 млрд.: 1000 х 220 = 53,9 млрд. долл.

Итого за поставленную на экспорт нефть и газ Россия получила 132,3 + 53,9 = 186,2 млрд. долл., что при среднегодовом курсе 62,94 руб. за 1 доллар, составляет 186,2 х 62,93 = 11717,6 трлн. руб.

Как сказано выше, 290,7 млн. тонн нефти пошло на переработку в России. Стоимость сырой нефти в России составляет от 22,0 до 28,0 тыс. руб. за тонну, средняя цена — 25,0 тыс. руб. за тонну. Таким образом, 290,7 млн. тонн стоят 290,7 х 25,0 = 7.267,5 млрд. руб.

Внутреннее потребление газа составило 733 — 245 = 488 млрд. куб. м при цене 100 долларов за 1 тыс. куб. м, т.е. 48,8 млрд. долл. или 3.071,0 млрд. рублей.

Итого за нефть и газ, оставшиеся в России, было уплачено 7267,5 + 3071,0 = 10 338,5 млрд. руб.

Таким образом, общая стоимость нефти и газа, поставленных на экспорт и проданных в России, составила 11,72 + 10,34 = 22,06 трлн. руб.

Средняя номинальная (текущая) себестоимость добычи 1000 куб. м газа составляет 20 долларов.

Среднюю номинальную (текущую) себестоимость добычи нефти примем равной 15 долларам за 1 баррель. Таким образом, все текущие расходы по добыче 555,8 млн. тонн нефти составляют 555,8 х 7,3 х 15 х 62,93 = 3,83 трлн. руб., а по добыче газа — 733 млрд. куб м: 1000 х $20 х 62,93 руб. = 922,6 млрд. руб.

Общие расходы по добыче нефти и газа в России в 2018 году составили 3.829,9 + 922,6 = 4.752,5 трлн. руб.

Если бы нефть и газ принадлежали государству, то после покрытия всех расходов по добыче у него осталось бы 22.056,1 — 4.752,5 = 17.303,6 млрд. руб. Между тем, нефтегазовые доходы консолидированного бюджета РФ составили 9.018,0 млрд. руб., т.е. доходы бюджета-2018 могли бы быть больше на 17.303,6 — 9.018,0 = 8.285,6 млрд. руб.

При этом государство пытается оптимизировать нефтегазовые доходы манипуляциями с НДПИ (налог на добычу полезных ископаемых), с НДД (налог на дополнительный доход), с акцизами и с таможенными пошлинами, с уменьшением объёмов добычи, повышением экспортных цен, освоением новых месторождений и новых видов продуктов нефтепереработки и т.д.

Но! Не будем забывать о том, сколько ресурсов было потрачено на разведку и освоение отечественных нефтегазовых месторождений, включая инфраструктуру для их транспортировки. Предполагалось, что доходы от их эксплуатации будут направляться — полностью! — на возмещение амортизационных расходов, геологоразведку, внедрение новых технологий, позволяющих рационально использовать имеющиеся ресурсы, на другие цели развития общества и повышение уровня жизни населения. Но эти плановые поступления с уничтожением СССР были аннулированы точно так же, как денежные вклады населения, и за их счёт построена компрадорская олигархическая экономика, принципом которой стала максимальная прибыль за минимальное время, с вывозом полученного "капитала" за рубеж миллионом разных способов, "снятие сливок" с разведанных месторождений, из-за чего 30-40% их ресурса оказывается экономически невыгодно извлекать, и они превращаются в "помои", не учитываются экологические потери и растут потери (на этом фоне знаменитые "нефтегазовые факелы" — только эмблема, а не проблема как таковая).

Кроме того, сегодня в России не ведётся масштабная геологоразведка, уменьшаются объёмы и ухудшается качество разведанных запасов нефти, в разы усложняющих условия и увеличивающих стоимость её добычи. Из 18 млрд. тонн разведанных запасов нефти уже две трети, то есть 12 млрд. тонн приходится на долю трудноизвлекаемых запасов, освоение которых в силу отсутствия необходимых технологий и неприемлемо высокой себестоимости, будет оставаться в России в принципе невозможным, по крайней мере, в ближайшие 50 лет. Треть российской нефти (а это около 180 млн. т год) теряется при её добыче и транспортировке. В стране так и не налажена индустрия глубокой переработки нефти, и производства из неё продукции шестого поколения, эффективность которой в десятки, а в отдельных случаях — например, при производстве полипропилена, — в сотни раз выше стоимости продажи сырой нефти. В результате мы имеем то, что имеем: неэффективное производство, потери бюджета и повальные злоупотребления.

Басня Крылова "Свинья под дубом" написана в далёком уже 1825 году. Что-то с тех пор изменилось?

Поэтому при сохранении нынешних порядков наращивать добычу и переработку нефти в России категорически невыгодно. Это балансовые потери, объём которых вдвое превышает сумму полученных доходов. Между тем, ситуацию можно в корне исправить. Для этого, на мой взгляд, прежде всего, следует изменить порядок взаимодействия Российского государства с добывающими компаниями.

В настоящее время мировая практика нефтегазодобычи связана со следующими основными видами контрактов: концессия, лицензия на добычу, соглашения о разделе продукции, сервисный контракт. Кроме того, существуют различные подвиды таких контрактов. Выбрать тип контракта, в каждом конкретном случае максимально отвечающего интересам страны, — достаточно сложная задача.

В России практически не используются сервисные контракты — соглашения, по условиям которых подрядчик выполняет геологоразведочные работы и работы по добыче полезных ископаемых от имени государства за фиксированное вознаграждение. Государство берёт на себя все риски, связанные с геологоразведкой. Такой тип соглашений характерен, например, для стран Ближнего Востока. При сервисном контракте компания не получает никакой собственности в проекте. Все компоненты, включая произведённые нефть и газ, принадлежат государству. Компания получает только платежи за оказанные услуги по разведке и добыче в размере оговоренного тарифа на единицу продукции. Например, компания Saudi Aramco (с американским участием) оказывала услуги для национальной компании Саудовской Аравии Petromin. Aramco как подрядчик нефтегазовых услуг получала 6 центов с каждого разведанного барреля и 15 центов с каждого добытого барреля. Именно при использовании сервисных контрактов в странах, богатых углеводородным сырьём, будет наблюдаться наибольший рост благосостояния населения, а также:

— повышение доходов от добычи нефти и газа;

— повышение эффективности использования природных ресурсов;

— развитие экономики и создание новых рабочих мест.

Эта система привлекательна и для нефтедобытчиков. За право работы на таких условиях российские компании, кстати, ведут борьбу за рубежом. Например, в 2009 г. при проведении тендера в Ираке победила совместная заявка "Лукойла" и Statoil (Норвегия), так как консорциум предложил самые выгодные Ираку условия: государство отдаёт компаниям в качестве вознаграждения 1,15 долл. за каждый добытый баррель, а консорциум обязуется нарастить добычу до 1,8 млн. баррелей в сутки. В таких тендерах принимают участие компании всего мира. При этом добывающие компании работают, как обыкновенные промышленные предприятия, они практически не могут заработать на колебаниях мировых цен на нефть, но зато заинтересованы в повышении производительности труда и снижении издержек при добыче. И не нужны никакие НДПИ, СРП, НДД, нефтетрейдеры, оффшоры и прочая…

На таких же условиях работает большинство стран ОПЕК и некоторые другие страны — например, Казахстан. Поскольку собственником добытого сырья в этом случае является государство, то оно получает максимально возможный доход от эксплуатации природных ресурсов, который включает в себя, наряду с обычными налогами, и полный объём природной ренты.

Вводить предлагаемый порядок недропользования можно постепенно. Например, сначала проверить его эффективность на новых месторождениях.

При этом его не интересуют мировые цены — оно заинтересовано в снижении издержек и повышении производительности труда.

За дешевизну всегда кто-то платит! За мнимую дешевизну российской нефти для власть и собственность предержащих, как всегда, платит народ. И поэтому за бензин (впрочем, и за многое другое) народ платит дважды: вначале — сполна расплачиваясь за льготы крупному бизнесу, а второй раз — собственно при покупке им же за свой, сократившийся вдвое, счёт "удешевлённого" в полтора раза бензина. А при сохраняющихся низких и падающих уровнях доходов за своё же народу приходится платить втридорога!

Ума и воли заставить дельцов нефтяного бизнеса самим сполна платить за себя и, следовательно, непрерывно сокращать издержки производства — в России нет! Сбалансировать издержки, цены и доходы можно лишь при наличии эквивалентных отношений. В России таких отношений нет. В результате в стране усиливаются социально-экономические дисбалансы, исправить которые власть пытается, перетягивая на себя всё большую часть национального продукта и сокращая доходы населения, что, в конце концов, приводит к усилению общего дисбаланса. Наглядный пример тому — нынешняя ситуация с коронавирусной инфекцией, когда сначала был "оптимизирован", то есть вдвое сокращён коечный фонд страны и на треть — численность медработников, а теперь поэтому вместо изоляции заболевших (койко-мест не хватает, система здравоохранения может "захлебнуться") приходится изолировать не сотни и тысячи заболевших, а миллионы граждан России в режиме "добровольной самоизоляции".

Цены на нефть, в том числе и прежде всего — цены на бензин, на внутреннем рынке растут, хотя на внешнем — падают; нефтяные компании за счёт получаемых привилегий, курсовых разниц, льготных кредитов и других непрофильных активов, без снижения издержек и увеличения объёмов производства на непрерывной основе, наращивают свои капиталы и под прикрытием фиктивных сделок беспрепятственно выводят их в офшоры, бюджет страны теряет до 50 млрд. нефтедолларов в год. А все разумные предложения изменить существующее удручающее положение, "нефтяным лобби" на протяжении многих лет отвергаются. Так что на самом деле никаких низких цен на бензин в России нет и при таких условиях быть не может. Напротив, по факту, в соотношении со средним доходом населения, они в России — одни из самих высоких в мире.

Общий вывод такой: вся российская нефтяная промышленность, начиная от освоения новых месторождений и технологий добычи и переработки новых видов нефти, в том числе сланцевой нефти и кончая новыми схемами ценообразования, распределения доходов и рынками сбыта, — нуждается в коренных переменах, для которых даже не обязательно менять российское законодательство — достаточно распоряжения Правительства и политической воли президента России.

Все виды деятельности, связанные с добычей полезных ископаемых, регулируются законом № 2395-1-ФЗ "О недрах" (ред. от 30.09.17). Согласно ст. 1.2. "Собственность на недра" (третий абзац), "Добытые из недр полезные ископаемые и иные ресурсы по условиям лицензии могут находиться (выделено мной. — В.С.) в федеральной государственной собственности, собственности субъектов Российской Федерации, муниципальной, частной и в иных формах собственности". То есть достаточно распоряжения Правительства, чтобы лицензии на разработку нефти и газа выдавали на основе сервисных контрактов.

Какими окажутся последствия такого шага для государства и общества?

Цены на бензин внутри страны, имея право собственности на добытую нефть, Правительство России могло бы регулировать, исходя из задач развития нашей страны. И 18-19 рублей за литр бензина АИ-95 — вполне реальная и нормальная цена при нынешнем уровне доходов населения. А при "паритетной" системе ценообразования, основанной на эквивалентных объективно обусловленных оценках (ООО) полных затрат и полной эффективности производства, соответственно, и цены, и доходы населения варьировались бы в соответствующем диапазоне.

Понятно, что снижение цен на нефтепродукты (бензин, солярка, мазут) будет способствовать развитию села; оно также потянет за собой снижение цен на электроэнергию, тепло и услуги ЖКХ.

Наконец, бюджет России можно значительно усилить, отменив вычеты из него всех льгот и безвозмездных субвенций и субсидий, предоставляемых крупным нефтяным компаниям, которые используют их не по целевому назначению (для геологоразведки, внедрения новых эффективных технологий и т.д.), а для увеличения собственных сверхприбылей, что напрямую уменьшает доходы страны (экономия бюджета от этой новации могла бы превысить 2,5 трлн. рублей в год).

Но ещё большие выгоды (по моей оценке, ежегодно до 5-6 трлн. рублей) бюджет России мог бы получить, если бы во власти России появилась сила, способная не платить дань нынешнему нефтяному лобби, укоренившемуся в ней. Та искусственно сформированная цена, которую Россия на самом деле тратит на нефть и продукты её переработки, в том числе за бензин, — это смертный приговор для всей отечественной экономики! Ибо при такой цене вся России в срочном порядке давно должна была тотально отказаться от их экспорта и повсеместно перейти на импорт, который обойдётся бизнесу и частным потребителям по крайней мере, в три раза дешевле. А все нынешние российские нефтяные компании во главе с "Роснефтью", которые не готовы и не способны совершить такой манёвр, — реорганизовать как неэффективные.

Поскольку при учёте полных затрат и потерь мы имеем сегодня то, что имеем: убыточную нефтедобычу и далее по цепочке: убыточное производство практически всех других видов углеводородов и конечном итоге — убыточную экономику. Бюджет России может быть увеличен на 10-12 трлн. рублей в год за счёт отказа от нынешней практики ценообразования, в массовом порядке порождающей убыточное производство до половины всех товаров и услуг, в том числе до ¾ товаров и услуг шестого технологического уклада. Бюджет России на систематической основе будет терять, а цены расти, пока в стране не будет принят и не начнёт действовать закон о запрете на производство и импорт убыточных товаров и услуг.

Не потому ли полные и достоверные оценки в России (и не только в области затрат на нефтепродукты) не только игнорируются, но и фальсифицируются?

Общий вывод таков: активно продолжающийся в России экспорт практически всех видов сырьевых ресурсов, в том числе и прежде всего — нефти и газа, осуществляемый за счёт урезания ресурсов и ущемления интересов всех других отраслей экономики и с ограничением роста доходов населения, должен быть признан абсолютно неприемлемым и прекращаться в арбитражном порядке!

В результате реализации предлагаемого порядка можно будет минимум вдвое снизить тарифы на энергоресурсы (бензин, дизтопливо, электроэнергию, тепло и т.д.), а также существенно увеличить расходы федерального госбюджета на социальные нужды и на инвестиции в экономику.

Россия > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > zavtra.ru, 13 мая 2020 > № 3519017 Василий Симчера

Саудовская Аравия делает качественный скачок в области преобразования энергии

Саудовская Аравия совершила качественный скачок в преобразовании энергии, набрав 12 баллов в общем рейтинге.

В отчете Всемирного экономического форума по трансформации энергии говорится, что Королевство продвинулось на 12 пунктов, достигнув 40 пунктов по ряду показателей отчета.

Отчет основан на данных Индекса преобразования энергии, который измеряет показатели 115 стран по сравнению с их текущими показателями в энергетических системах, а также их готовности достичь того, чтобы энергетические системы были безопасными, устойчивыми, доступными и инклюзивными.

Показатели Саудовской Аравии продемонстрировали качественный скачок в большинстве показателей отчета. Королевство заняло 32-ую позицию по уровню экономического развития и роста в мире (Индекс экономического развития Королевства и роста продемонстрировал рост на семь пунктов).

Наилучшие показатели были в Индексе энергетической безопасности и доступа, который продемонстрировал рост на 40 пунктов, с 73 на 33 позицию.

За прошедший год Королевство стало свидетелем нескольких улучшений на различных уровнях, связанных с энергетическими системами, что указывает на эффективность текущей положительной энергетической системы и готовность Королевства активизировать преобразование энергии.

Это в основном зависит от улучшения в увеличении уровня капитала и инвестиций в преобразование энергии и стабильной политической обстановки в Королевстве.

Саудовская Аравия > Электроэнергетика. Нефть, газ, уголь. Экология > russarabbc.ru, 13 мая 2020 > № 3419143

Саудовская Аравия: насколько серьезны проблемы страны?

Некогда знаменитая освобождением от налогов страна, Саудовская Аравия объявила о повышении НДС в три раза с 5% до 15% и отмене ежемесячного пособия по обеспечению прожиточного минимума.

Решение было принято после того, как цены на нефть упали вдвое показателей год назад, снизив доходы правительства на 22% и поставив крупнейшие проекты на паузу.

Государственная нефтяная компания Saudi Aramco уже столкнулась с 25% снижением прибыли в первом квартале этого года в основном из-за коллапса нефтяных цен.

Covid-19 наносит серьезный ущерб экономике, которая в значительной степени зависит от неквалифицированной рабочей силы из Азии, многие из которых живут в многолюдных, антисанитарных условиях.

Саудовская Аравия > Госбюджет, налоги, цены > russarabbc.ru, 13 мая 2020 > № 3419058

Александр Новак провел телефонный разговор с Министром энергетики Королевства Саудовская Аравия принцем Абдулазизом бен Сальманом

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак провел телефонный разговор с Министром энергетики Королевства Саудовская Аравия принцем Абдулазизом бен Сальманом в рамках регулярных контактов по ситуации на рынке нефти.

По итогам переговоров стороны отметили в совместном заявлении, что Россия и Саудовская Аравия твердо привержены достижению рыночной стабильности и ускорению восстановления баланса на нефтяном рынке. Кроме того, стороны уверены в том, что их партнеры по ОПЕК + также полностью поддерживают эти цели и будут соблюдать положения соглашения ОПЕК +. Страны особо отметили усилия ответственных производителей по всему миру, которые добровольно скорректировали свое производство из чувства общей ответственности за ситуацию на рынке.

Россия и Саудовская Аравия довольны появившимися признаками улучшения экономических и рыночных показателей, особенно, роста спроса на нефть и ослабления обеспокоенности по поводу ограниченности нефтяных хранилищ, в то время, как различные страны по всему миру начинают выходить из режимов жестких ограничений.

Александр Новак приветствует дополнительные добровольные существенные сокращения производства, сделанные Саудовской Аравией, и шаги, предпринятые Объединенными Арабскими Эмиратами и Кувейтом для поддержки усилий Саудовской Аравии, отметив, что эти действия являются явным свидетельством решительных действий, которые высоко приветствуются и необходимы для ускорения процесса восстановления баланса на нефтяном рынке.

«Болото для русских»: в США обозначили цели в Сирии

В США признали успехи России в Сирии, но пообещали «сделать это болотом»

Рафаэль Фахрутдинов

Россия достигла военных успехов в Сирии — признал спецпредставитель Соединенных Штатов Джеймс Джеффри. При этом, он указал, что Россия якобы недовольна президентом Сирии Башаром Асадом, но альтернативы ему не видит. Дипломат также подчеркнул, что одной из целей США является создание проблем для российской стороны в Арабской республике.

Спецпредставитель Соединенных Штатов по взаимодействию с Сирией Джеймс Джеффри признал военные успехи России на сирийской земле. В ходе своего выступления на видеоконференции Гудзоновского института он напомнил, что задачами российской стороны в Арабской республике являются защита своих военных баз и крупных экономических инвестиций.

По словам дипломата, Москва уверена: присутствие в Сирии поможет ей в целом достичь значимых целей на геополитической арене, передает РИА «Новости». При этом, он указал, что Россия якобы недовольна президентом Сирии Башаром Асадом, но альтернативы ему не видит.

«Они, действительно, весьма успешны в военном смысле в Сирии. Проблема в том, что нет политического выхода из-за проблем с Асадом. Наша задача — представить им путь вперед через ООН, при поддержке ООН. Но это требует, чтобы они до какой-то степени дистанцировались от Асада и иранцев», — пояснил сотрудник Белого дома.

Он выразил уверенность в том, что американцам нельзя покидать Сирию, передает ливанский портал Al Masdar News.

«Наше военное присутствие, хотя и небольшое, важно для общей картины. Поэтому мы призываем конгресс, американский народ, президента сохранить эти силы [в Сирии], но опять-таки это не Афганистан, это не Вьетнам, это не трясина», — сказал Джеффри.

Дипломат также указал, что одной из целей США является создание проблем для российской стороны в Сирии.

«Моя задача — сделать это болотом для русских», — сказал представитель администрации президента США, пообещав, что Соединенные Штаты будут и впредь отказывать России в ее, по-видимому, наиболее желанных целях в Сирии, одной из которых является признание легитимности Башара Асада на посту президента.

Неделей ранее Пентагон признал, что в результате боевых действий американских военных на Ближнем Востоке в прошлом году погибли 132 мирных жителя и 91 человек был ранен.

По данным американского оборонного ведомства, более 20 погибших и 13 пострадавших мирных жителей зафиксировали в Ираке и Сирии, когда США проводили операции против террористов. Кроме того, скончались 108 человек и 75 были ранены в Афганистане в результате наземных и воздушных ударов.

А в марте нынешнего года сообщалось, что военные США на своей базе в Эт-Танфе в Сирии проводят подготовку боевиков из террористических организаций, а затем отправляют их проводить диверсии в провинции Идлиб и других регионах – об этом рассказал задержанный бывший полковник сирийской армии Султан Аид Абделла Соуда.

По его словам, он – будучи членом объединения боевиков «Магавир ас-Саура» — получал зарплату в $500 от американских военных. Они же провели с ним диверсионно-подрывную подготовку для организации терактов на нефтяных и других объектах, контролируемых правительством Сирии.

«С оружием проблем не было: нам его выдавали американские военные. Причем само оружие завозилось через Саудовскую Аравию, Иорданию. Производство оружия было самым разнообразным: китайское, натовское. Самое лучшее – натовское», — подчеркнул задержанный.

При этом, представители возглавляемой США антитеррористической коалиции в Сирии заявляли, что поддерживают бойцов данной группировки. По словам американского командования, их «партнеры – «Магавир Ас-Саура» продемонстрировали свою эффективность в сдерживании «Исламского государства» (террористическая организация, запрещена в России).

Ранее Асад в интервью телеканалу «Россия 24» рассказывал, что президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган начал военную операцию в городе Идлиб на на северо-западе Сирии по поручению американских властей.

«С военной точки зрения, первоочередная задача сейчас — это Идлиб. Очевидно, что Эрдоган бросил все свои силы, конечно, по указке американцев. В этом нет сомнений», — сказал сирийский лидер.

Вместе с тем президент САР пообещал, что после освобождения Идлиба его войска займутся тем, что будут прогонять врагов из других районов Сирии.

Стоит добавить, что коалиция под руководством американских военных действует в Сирии без одобрения правительства Асада или каких-либо разрешений Совета Безопасности ООН.

ГАДКИЕ УТЯТА

АЛЕКСЕЙ ЧЕСНАКОВ

Профессор департамента политики и управления факультета социальных наук Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», эксперт Центра политической конъюнктуры.

РИСКИ ДЛЯ РОССИЙСКОЙ СИСТЕМЫ ВЛАСТИ ПОСЛЕ ПАНДЕМИИ КОРОНАВИРУСА

После пандемии системе власти сложно будет выдержать следующий удар: природного катаклизма, крупной технологической аварии или рукотворной чрезвычайной ситуации.

Пандемия и меры по минимизации её последствий не могли не вызвать дискуссии о будущих формах социально-политической жизни. Скоропалительные прогнозы редко оказываются правильными: слишком много ещё неизвестных, развилок и оговорок. Впрочем, если дело касается локальных проблем, невозможно позволить себе роскошь отложить обсуждение перспектив на потом, до наступления ясности. Потому что тогда, возможно, уже будет поздно. Целый ряд рисков для российской политики усугубится. Большинство из них накапливались давно. Пандемия влияет на качество и временные рамки предполагаемого обострения ситуации до экстремальной, усугубляет вытекающие осложнения и наше их восприятие. И самое важное – эти риски или уже требуют, или в скором времени потребуют реакции со стороны принимающих решения.

 Внешний контекст

 Начнём с группы внешних рисков. Назовём их геополитическими. Пандемия ускорила наступление новых политических, экономических и социальных порядков в мире (множественное число в данном случае точнее, поскольку целостный мировой порядок ещё до пандемии вступил в период фрагментации, которая теперь ускорилась). Генри Киссинджер, не мудрствуя, называет новый этап «посткоронавирусным» (комментарий в The Wall Street Journal). Правила игры окончательно изменятся, но новые не до конца ясны. Неизвестно, как скоро и в какой форме состоится их признание, если это вообще произойдёт. Очевидно, что повсеместно растёт потребность в том, чтобы застраховаться от политических катаклизмов. Но восстановлением привычных укладов и моделей поведения проблему не решить.

Процесс будет болезненным. Вероятным представляется отказ от ряда прежних институтов и договорённостей (некоторые форматы отношений на территории бывшего СССР, взаимодействие в рамках ОБСЕ, соглашения ОПЕК+), изменение статуса конфликтов (обострение либо, наоборот, переход в замороженную фазу), в которые вовлечена Россия. Поспособствовать этому могут дальнейший кризис управляемости в государствах по периметру российских границ, существенное изменение характера интеграционных процессов в Европе, переход соперничества между мировыми лидерами – США и Китаем – на новый уровень.

Другой баланс сил изменит нашу роль в мире и отношение к ней. В первую очередь с точки зрения воздействия международного контекста на внутрироссийскую повестку. Вынужденное сосредоточение ряда стран на внутренних проблемах поставит под вопрос результативность предлагаемых Россией направлений совместной работы для решения глобальных задач в отношении ядерной безопасности, борьбы с терроризмом, ситуации на Ближнем Востоке.

Представления о процессах глобализации, которые доминировали последние три десятилетия, потерпели крах, но это не означает исчезновения взаимосвязанного и по-прежнему в значительной степени взаимозависимого мира. Кризис, начавшийся с тотальной фрагментации, может на следующем этапе стимулировать глобализацию на других принципах и в других формах.

Опадает либеральная мишура, по понятным причинам вызывавшая идиосинкразию в России, но то, что придёт ей на смену, может обмануть ожидания противников либерального устройства.

Наступающая реальность заставит отказаться от привычки игнорировать неприятные факты и сторониться неудобных партнёров. Ради достижения результата в условиях беспощадной борьбы на мировой арене необходимо научиться вести диалог с теми, кого ранее усердно не замечали или считали недостойными равного отношения – бывшими сателлитами, обособившимися «младшими братьями», разного рода негосударственными игроками. Обиды прошлого, регулярно прорывающиеся сквозь официально прагматическую внешнеполитическую линию, придётся забыть ради интересов будущего. Это неизбежно. Вопрос лишь в сроках, цене и целях.

К сожалению, российский политический класс пока стремится уйти от трезвой оценки перспектив. Упор делается на проблемы (реально существующие) в остальном мире, которые якобы создают для страны новые возможности. Во всяком случае, такое впечатление складывается после анализа публичной стороны политики. Но, рассчитав имеющиеся в распоряжении ресурсы, придётся признать, что время после пандемии сулит больше угроз, чем возможностей. Это стоит учитывать во внутренней политике не меньше, чем во внешней. 

 Диспропорции, объявленные гармонией

 Среди внутренних рисков в первую очередь выделяются системные. За последние двадцать лет в России фактически заново были созданы и с большим трудом сбалансированы политические институции и механизмы принятия решений. Но они уже мало соответствуют современным требованиям в плане организации управления и репрезентации интересов, в основе которых – способность постоянно включать в социально-политический процесс новые группы. Сложившаяся в России система ориентирована не на адаптацию к общественным изменениям, а на закрепление и поддержание уже существующих иерархий.

Большинство формальных конструкций противоречит тому, как на самом деле выстраивается баланс влияний и каким образом функционирует система взаимных компенсаций между группами интересов. Этому феномену есть объяснение. Общественно-политическая модель Российской Федерации формировалась в тяжёлых условиях конца ХХ – начала XXI века, когда первоочередной задачей было выживание государства. Извилистые, хотя зачастую безальтернативные, способы её решения породили системные институциональные диспропорции, нуждающиеся в исправлении. Имелось в виду, что они будут корректироваться по мере стабилизации государственной системы. Однако в реальности произошло другое. Сложившиеся деформации решили не выправлять, а легитимировать: объявить оригинальными и незаменимыми (исторически оправданными) нормами и закрепить их в идеологических постулатах. В результате политическая система пришла к парадоксальному состоянию, когда необходимость её существования оправдывается самим фактом этого существования в том виде, как она есть.

В ближайшие годы процессы в политической верхушке, и так довольно самодостаточные, рискуют ещё больше замкнуться в самих себе. Восприимчивость властного аппарата снижена, он запаздывает с реакцией. Это чревато усугублением отрыва от реальности. Как минимум требуется установление нового, более справедливого и «инклюзивного» баланса, а в идеале – переоформление всей системы, что предусматривает радикальный пересмотр взаимных обязательств между основными номенклатурно-политическими группами. Но их интересы и запросы определяются, как напоминает профессор социологии Ланкастерского университета Боб Джессоп, в соответствии с общественными отношениями и в конкретных обстоятельствах, а как раз эти отношения и обстоятельства пока плохо оформлены и ещё хуже осознаны. 

Надежды на то, что сброс балласта, улучшение качества и скорости принятия решений произойдут естественным путём, наивны. В высшем руководстве страны это понимают. Показателем стало внесение предложений о поправках в Конституцию. Однако эти предложения отражали понимание рисков и угроз, как их видели до пандемии. Принятых в начале года решений уже недостаточно, в отношениях власти и общества потребуются более глубокие изменения. И главным неизвестным этих изменений является направление: консолидация (централизация) или диверсификация социальных и политических форм.

 Проблемы политических циклов

 Риски переходного периода. Согласование обновлённого текста Конституции создало у многих ощущение, что процесс трансфера власти прекращён надолго. Институт обеспечения преемственности власти не предложен и не легитимирован. Между тем политическая система станет по-настоящему устойчивой, когда этот институт продемонстрирует свою эффективность в результате неоднократного применения. Вопрос о том, останется ли действующий президент на своем посту и после 2024 г., не получил однозначного ответа – заявлена законодательная возможность, но не предопределено намерение ей воспользоваться. А это порождает слишком много условностей.

Сохраняющаяся неясность со сроками завершения ревизии законодательства способна негативно повлиять на властную вертикаль. Годы уйдут только на то, чтобы адаптировать корпус действующих норм к изменённому Основному закону. Потребуется также имплементация в правовые акты резонансных инициатив, провозглашённых, но по тем или иным причинам не включённых президентом и рабочей группой в обновлённый текст Конституции и отложенных на какое-то время. Это сохраняет необходимое пространство для манёвра власти, но вызывает в общественном мнении сомнения относительно продуманности её намерений. Неопределённость по поводу ряда решений стратегического характера чревата возникновением опасного вакуума в экстремальных ситуациях, когда правила игры должны быть максимально понятны, а действия игроков прогнозируемы.

Риски электоральные. В среднесрочной перспективе увеличивается вероятность получения нежелательных для власти результатов на выборах в Государственную думу (сентябрь 2021 г.), а в краткосрочной – также в ряде регионов в единый день голосования (13 сентября 2020 г.).

Кампания по выборам в федеральный парламент должна очертить повестку на будущее и создать один из институциональных механизмов обеспечения стабильности в процессе решения «проблемы-2024». Однако нынешнее состояние основных партий не позволяет им выполнить эту задачу. К примеру, партии власти, чтобы сохранить статус парламентского агрегатора воли путинского большинства, придётся в краткие сроки провести довольно рискованную процедуру тотального обновления. В разобранном состоянии и другие партийные машины. Очевидны организационные сложности, коммуникативные и даже персональные проблемы лидеров – так, главы двух самых старых российских партий (они же – две из трёх парламентских оппозиционных партий) не менялись почти три десятилетия.

Что касается ближайших выборов сентября 2020 г., с высшими должностными лицами в регионах, где пройдут избирательные кампании, существенных проблем нет. А вот на голосовании в законодательные собрания субъектов «Единая Россия» может недосчитаться голосов. Свою роль сыграют социально-экономические проблемы, приводящие селекторат[1] партии власти в состояние фрустрации. Не фатальная, но болезненная ситуация.

Оценивая новый политический ландшафт мира в связи с пандемией, некоторые западные эксперты прогнозируют кризис популистских движений и инициатив, другие (например, Иван Крастев, см. его статью в этом номере) осторожно замечают, что позиции политиков-популистов в результате нового пика антиглобализма могут быть ослаблены. Но при любом исходе кампаний этого года невозможно не предвидеть обострение партийной борьбы и появление в повестке ярко выраженных популистских программ. А также возникновения новых партийных проектов. Подведение итогов сентябрьского голосования неминуемо послужит сигналом к прямой атаке на ЕР со стороны всего оппозиционного фронта. Системные оппозиционеры могут даже оказаться в авангарде. В таких обстоятельствах обостряется нервозность, а значит, увеличивается вероятность и цена электоральных ошибок.

 Доверие, кадры, идеи

 Растёт опасность потери конфиденциальности, то есть снижения доверия общества к власти вследствие ошибочных действий или неудачных их интерпретаций. Современная модель русского государства начинается с доверия и на доверии держится, – категорично утверждал бывший помощник президента РФ Владислав Сурков, хорошо понимающий устройство этой модели. Между тем доверие к власти снижается не первый год и имеет выраженный характер в первую очередь в элитной среде и среднем классе. Причины тому – и объективные, и субъективные (смена поколений, усталость, меньшая доходчивость языка власти). Тем, кто слишком давно находится во главе политических институций, сложно меняться и всё труднее действовать в условиях фрагментации общественного мнения.

Продолжается диверсификация источников информации (социальные сети, мессенджеры). Старые инструменты управления повесткой всё менее эффективны. Расширяется влияние неконтролируемых властью каналов коммуникации. Растущие запросы ряда общественных групп на признание получают большее отражение в открытой и неудобной для руководства медиасреде. 

В особую группу выделяются кадровые риски. Смена правительства сократила возможности для того, чтобы использовать перестановки для решения стратегических задач и для тактического «выпуска пара» в исполнительной ветви власти. Отставки и назначения подчёркнуто деполитизированы. Большинство пришедших министров и аппаратчиков имеют крайне ограниченный политический опыт. В условиях роста популистских инициатив, прогнозируемого на фоне последствий пандемии, ещё только предстоит выяснить, выдержат ли нынешние кадры напор.

В сентябре 2021 г. предстоит продемонстрировать существенное обновление и представительной ветви. К радикальным шагам в этой сфере власть недостаточно готова. Действующие сегменты номенклатуры не вполне приспособлены к быстро меняющимся задачам. Сомнения вызывает и то, что значительная часть кандидатов на кооптацию в разные эшелоны политического класса (депутаты, главы регионов, мэры, лидеры политизированных НКО) обладают навыками выживания в сложных условиях переходного периода 2021–2024 годов.

Снижение эффективности вертикали публичной власти, остро нуждающейся в переводе переходе к новым современным инструментам (цифровые технологии, большие данные) усугубляет управленческие риски. Прежде всего, это касается работы правительства и федеральной исполнительной власти с их раздутыми штатами, медленными и неэффективными механизмами принятия решений. Последствия пандемии способствуют переходу к требуемым инструментам, но для завершения этого процесса и формирования у аппарата новых навыков потребуется много времени.

Государственная пропагандистская машина в существующем виде явно не предназначена для производства сложных, альтернативных и подкрепляющих друг друга мировоззренческих смыслов. Пока лишь увеличивается вероятность массового тиражирования устаревших стереотипов. Запуск пропагандистской машины на новых основаниях (идеи, интеллектуальные лидеры, исполнители, технологии), который должен обеспечить электоральный цикл 2021–2024 гг., только начался. Социальные эффекты пандемии потребуют ускорить этот процесс.

Неспособность существующей оппозиции результативно влиять на власть и общественную повестку повышает риски обструкции. Несистемная оппозиция в принципе недоговороспособна, власть не может утилитарно рассматривать её как поставщика приемлемых кандидатов для пополнения политического истеблишмента даже в рамках думской площадки. Зависимость этой части оппозиции от определённых источников финансирования и набора узко ориентированных информационных каналов заведомо исключают её из полноценной политической борьбы, даже если последняя станет реально конкурентной.

Проще говоря, несистемная оппозиция в её нынешнем виде не заинтересована в кооперации ради постепенной трансформации общества и государства, поскольку нацелена на отрицание сложившейся модели как таковой. Системная же оппозиция вообще не исполняет какой-либо альтернативной роли, поскольку давно превратилась в удобного спарринг-партнёра, получающего свою долю административного ресурса. Эти дисфункции резко повышают опасность перераспределения политического влияния в пользу поверхностно деполитизированных групп влияния (экологи, урбанисты) и в конечном счёте – потери номинальными партиями и движениями традиционных для них функций репрезентаций. Что крайне рискованно в ситуации практически неизбежного после пандемии тяжёлого социально-экономического кризиса и падения уровня жизни.

 Рост уязвимости

 Наконец, нужно выделить проективные риски. Нарастают угрозы отсутствия у власти образа будущего и инструментов его создания. Введённые ранее в оборот темы прорыва и национальных проектов по понятным причинам уже не подходят. Возможно, в новых условиях куда более продуктивным стали бы не мегапроекты, а набор конкретных и «обозримых» трансформаций по различным направлениям развития.

Но привыкший к большим проектам механизм не всегда способен реализовать меньшие. Внешняя экспертиза для госаппарата не работает. Политические и отраслевые «фабрики мысли» превратились в фикции. Экспертная работа внутри самой бюрократической машины обречена ввиду отсутствия у чиновников мотивации. Невозможно представить, что верхушка политического класса, занятая на протяжении двадцати лет принятием оперативных решений, будет готова изменить отношение к целеполаганию и стратегическому планированию. Однако изменение образа жизни и привычек населения после пандемии будет – постепенно или ускоренно – входить в противоречие с естественным желанием властей законсервировать устаревшие институты и механизмы реализации государственной политики в ряде важнейших сфер социальной жизни (образование, здравоохранение, социальное обеспечение, поддержка бизнеса), не говоря уже о политике как таковой. Власти не понимают, как работать с самыми активными представителями поколения Z, потому что не умеют оперировать важными для них категориями.

Все перечисленные риски либо уже обострились из-за пандемии, либо начнут усугубляться после неё. И некоторым институциям вызов будет брошен очень серьёзный. Не всегда адекватная и оперативная реакция власти на события марта-апреля 2020 г. и отношение общества к происходящему лишний раз подтверждают шаткость механизмов управления. В связи с этим у кого-то может сложиться впечатление, что российская властная конструкция обречена. Но такие оценки явно преждевременны. Накопившихся внутренних резервов (финансовых, социальных, политических) пока достаточно, чтобы предотвратить развитие событий по негативному сценарию.

Но есть фактор времени. У власти остался совсем небольшой срок – чуть менее года до начала активной фазы избирательной кампании в парламент, чтобы переломить негативные тенденции и сформировать благоприятную для себя повестку. Цена ошибок кратно возрастает, поскольку, как уже отмечалось, ресурсов достаточно, чтобы справиться с наиболее очевидными рисками, но их не хватит для перехода к позитивному сценарию. Последнее возможно при нескольких условиях: наличие у истеблишмента воли к изменениям; готовность идти на нестандартные решения; сброс балласта, в том числе и советских атавизмов; ликвидация отживших практик политического управления и отказ от прошлых договорённостей между группами интересов; придание институциям и политическим игрокам большей гибкости и вариативности, гармонизации федеративных отношений и баланса ответственности между центром и регионами. Список не исчерпывающий.

После пандемии система власти станет более уязвимой. Ей сложно будет выдержать следующий удар настоящего «чёрного лебедя» – природного катаклизма, крупной технологической аварии или рукотворной чрезвычайной ситуации. А если в ряд начнёт выстраиваться выводок «гадких утят» – внутренних рисков, которые станут провоцировать один за другим внутрисистемные кризисы, чего нельзя исключать, Россию может ожидать паралич власти, отмирание многих механизмов государственного управления и политических институтов. И это тоже будет настоящей катастрофой.

--

СНОСКИ

Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука > globalaffairs.ru, 13 мая 2020 > № 3390222 Алексей Чеснаков

НЕФТЯНОЙ РЫНОК: ГОНКА СО ВРЕМЕНЕМ

ВИТАЛИЙ ЕРМАКОВ

Заведующий Центром изучения энергетической политики Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Нас ожидает «перезагрузка нефтяной матрицы», за ней сразу ещё одна – по причине перехода к безуглеродным технологиям в энергетике. (В дополнение к статье: комментарии Рави Абделала, Нордина Айт-Лауссина и Саддада Ибрагима аль Хусейни.)

События, происходящие на мировом нефтяном рынке беспрецедентны. 20 апреля цены фьючерсов на западно-техасскую нефть (WTI) ушли в зону негативных значений и достигали минус 38 долларов за баррель. Это событие сейчас пытаются представить как технический сбой системы алгоритмического трейдинга на фоне отсутствия контрактных возможностей разместить нефть в хранилищах Кушинга в штате Оклахома. Независимо от того, был ли это системный сбой или преднамеренная рыночная манипуляция (в конце концов, программы игры на понижение для торговых роботов были составлены людьми), сама возможность формирования отрицательных цен на один из ключевых инструментов на бумажном рынке и огромная амплитуда колебаний цены в рамках одной торговой сессии вызывают серьёзную тревогу. На фоне гигантского падения потребления нефти из-за глобального карантина и затоваренности рынка ценовые манипуляции на бумажном рынке очень опасны, поскольку сказываются на физическом рынке нефти.

Дело в том, что цены фьючерсов WTI участвуют в ценообразовании маркерных сортов нефти, по которым происходят расчёты на рынке физической нефти. В частности, они влияют на формирование цены Dated Brent, от которой через дифференциал формируется цена российской смеси Urals. 22 апреля цена Dated Brent опустилась до 13 долларов за баррель, а цена Urals – до 10 долларов за баррель. Таким образом, игры спекулянтов, оторванные от ситуации со спросом и предложением или отражающие лишь некоторые локальные проблемы с нефтехранилищами в Оклахоме, становятся угрозой для национальной безопасности крупнейших стран – производителей нефти.

Меры по ограничению передвижения населения между странами и внутри стран из-за эпидемии COVID-19, фактически мировой карантин, привели к беспрецедентному замедлению экономической активности и началу глобальной рецессии. Особенность нынешней ситуации в том, что мир столкнулся сразу с тремя кризисами, совпавшими во времени: глобальной пандемией; острейшим структурным кризисом на нефтегазовых рынках, связанным как с накопившимися искажениями в структуре предложения, так и с угрозой спросу на углеводороды в рамках радикального энергоперехода к безуглеродным источникам энергии; и, наконец, с обострением геополитического соперничества между великими державами, приведшим к санкциям и торговым войнам. Каждый из них сам по себе представляет угрозу экономическому росту, но именно их сочетание стало серьёзнейшим вызовом для человечества со времён Великой депрессии прошлого века.

Для врача первое правило в лечении больного: прежде всего, не навреди (или primum non nocere – так на латыни звучит фраза, приписываемая Гиппократу). Мировая экономика сейчас – тот же больной.

Структурные дисбалансы, которые проявились во время кризиса, формировались длительное время, они требуют срочного, но в то же время аккуратного лечения. Период рекордно низких ставок в развитых экономиках создал беспрецедентное искажение экономической реальности, снизив дисциплину инвесторов в выборе проектов и запустив цикл инвестирования в абсолютно неокупаемые авантюры.

Сланцевая революция в США привела к тому, что за последние десять лет наибольший прирост добычи нефти в мире пришёлся на американских производителей нефти плотных пород. Только с начала действия соглашения ОПЕК+ в 2017 г. американская добыча нефти выросла на 4 млн баррелей в сутки и «съела» весь инкрементальный прирост мирового спроса на нефть за этот период. Каждое новое сокращение добычи в рамках ОПЕК+ поддерживало цены на уровне, позволявшем американским производителям оставаться на рынке и расширять свою долю. Помимо «сланца», оживились инвестиции в дорогостоящие проекты по добыче нефти в Канаде, Мексике, Бразилии, а также в глубоководные проекты, то есть начались инвестиции длительного цикла. Многие участники рынка решили, что ОПЕК+ будет защищать нижний уровень цен и стали вкладываться в высокорискованные проекты. Всё это происходило на фоне активизации дискуссий о необходимости быстрого и радикального перехода к безуглеродной энергетике для предотвращения глобального потепления и необратимых изменений климата. Встал вопрос о том, что страны – обладательницы гигантских запасов нефти (например, Саудовская Аравия) могут просто не успеть их монетизировать.

Как представляется, Саудовская Аравия чувствовала, что соглашение ОПЕК+ стало для неё ловушкой, которая медленно, но верно ухудшает её стратегическое положение и лишает способов воздействия на ситуацию. Политика саудитов стала меняться, и появились чёткие сигналы о том, что они готовятся сделать ставку на рост своей рыночной доли. В декабре 2019 г. прошло первичное публичное предложение 1,5% акций «Арамко», что явилось одним из способов монетизации нефтяных запасов, а также сигналом начала переориентации приоритетов компании с удовлетворения бюджетных потребностей королевства к максимизации прибыли. После почти 50 лет переговоров было достигнуто соглашение с Кувейтом о добыче нефти в так называемой «нейтральной зоне» на границе двух стран, что позволит увеличить добычу на 0,5 млн баррелей в сутки. Также Саудовская Аравия намерена активно наращивать добычу природного газа для использования его как топлива для своих электростанций, а это высвободит большие объёмы нефти для экспорта (Саудовская Аравия – одна из немногих стран, до сих пор использующих нефть как топливо для электрогенерации).

Несмотря на очень низкие затраты на добычу нефти в королевстве, его бюджет зависит от высоких цен на нефть. В этом году, по оценкам МВФ, Саудовской Аравии для бездефицитного бюджета нужно, чтобы баррель нефти стоил 83,6 доллара. Все последние годы рыночные цены были существенно ниже этого уровня, что заставляло королевство тратить золотовалютные резервы (более 400 млрд долларов за последние пять лет) для финансирования дефицита бюджета. В отличие от России, которая решала эту проблему за счёт масштабной девальвации рубля и активного импортозамещения, особенно на рынке продовольствия, обменный курс риала к доллару годами оставался фиксированным, отражая огромную зависимость Саудовской Аравии от импорта оборудования, технологий и потребительских товаров.

Крупнейшие игроки мирового нефтяного рынка после почти двух месяцев борьбы за передел рыночных долей пришли к осознанию, что вместо того, чтобы быть частью проблемы, лучше стать частью решения в борьбе с кризисом. Новое соглашение ОПЕК+ предусматривает согласованное сокращение добычи на 9,7 млн баррелей в сутки с 1 мая 2020 года. Одновременно на фоне низких цен в странах, не входящих в соглашение (например, в США, Канаде, Норвегии и других) происходит сокращение инвестиций и ожидается резкое сокращение добычи в результате действия «невидимой руки рынка». Как говорят, лучшее средство от низких нефтяных цен – это низкие нефтяные цены. То, что меры, предпринятые ОПЕК+ получили одобрение и поддержку в рамках G20, внушает надежду на восстановление баланса рынка в следующем году. Но прежде чем это произойдёт, миру придётся пройти через сложный период гонки со временем.

Сокращения предложения нефти не успевают за падением спроса. В течение последних двух месяцев происходила постоянная ревизия масштабов сокращения спроса на нефть и нефтепродукты по мере распространения эпидемии коронавируса на новые страны и ввода в действие карантинных мероприятий. В настоящее время сокращение спроса на нефть в мае оценивается в 28 млн баррелей в сутки (то есть почти треть мирового спроса), а в целом за год МЭА в своём апрельском докладе оценило падение спроса в 9,3 млн баррелей в сутки. Это самое серьёзное сокращение спроса на нефть в этом веке.

Товарные запасы нефти и нефтепродуктов растут очень быстро, и многие нефтехранилища в ключевых точках спроса, таких как Кушинг, могут быть заполнены уже в мае. По сути, ситуация с нефтехранилищами – это аналог бомбы с часовым механизмом для нефтяного рынка. При отсутствии места для хранения нефти производители будут вынуждены принудительно останавливать добычу. Пока же апрельская сделка ОПЕК+ позволит выиграть время в надежде на постепенное снятие карантина и возвращение экономик к нормальному функционированию. Первая линия обороны – это сокращение добычи в странах ОПЕК+ с мая 2020 года.

С технологической точки зрения именно Саудовская Аравия может сравнительно легко балансировать объёмами своей добычи в силу как наличия гигантских месторождений, так и концентрации производства в руках государственной компании «Арамко». Производители нефти плотных пород в Соединённых Штатах также могут довольно быстро регулировать добычу, сократив новое бурение и операции по гидроразрыву пласта. Проблема, однако, в том, что многочисленные компании никак не согласовывают свои действия – более того, это прямо запрещено американским антимонопольным законодательством. Россия не является так называемым swing producer – с технологической точки зрения остановка многих действующих скважин в России несёт риски серьёзного сокращения будущих дебитов, либо невозвратных потерь добычи.

Но сокращения добычи не могут решить проблему. Судьба нефтяного рынка зависит главным образом от того, как быстро удастся побороть пандемию COVID-19.

Если в течение следующих нескольких месяцев цены на нефть не поднимутся выше 30 долларов за баррель, «невидимая рука» рынка заставит именно США взять на себя основное бремя балансировки предложения, то есть повторится ситуация 2016 г.: в условиях рекордно низких цен и при серьёзном сокращении инвестиций темпы добычи нефти в Соединённых Штатах сначала замедлятся, а через несколько месяцев начнётся спад производства. Важно отметить, что на протяжении последних десяти лет американские «сланцевые» компании, несмотря на взрывной рост объёмов добычи, так и не сумели обеспечить положительный денежный поток от операций, даже при ценах на нефть выше 60 долларов в среднем за период. Сектор поглотил огромные инвестиции, оцениваемые примерно в 400 млрд долларов, но его финансовое положение было тяжёлым ещё до падения цен. Теперь для многих компаний оно стало катастрофическим.

В 2019 г. прошла череда банкротств «сланцевиков», и, несомненно, в этом году на фоне резко снизившихся цен, мы увидим новые банкротства. С другой стороны, опыт лучших сланцевых производителей показал, что они могут длительное время выживать в условиях низких цен благодаря концентрации на так называемых sweet spots – наиболее продуктивных участках месторождений, активному использованию ценового хеджирования и доступу к дешёвому финансированию, а главное – гигантскому технологическому прогрессу в бурении протяжённых горизонтальных скважин и технике многостадийного гидроразрыва пласта. До недавнего времени это позволяло продлевать кредитные линии и продолжать получать финансирование. Новый фактор, проявившийся буквально в последние пару лет, – отношение к нефтегазовым инвестициям как к крайне «токсичным», игнорирующим проблемы глобального потепления и потому социально безответственным. Многие инвестиционные фонды теперь ограничивают или полностью запрещают инвестиции в компании традиционной углеводородной энергетики. Если раньше банкротство сланцевых производителей означало, что кто-то другой возьмёт их активы на баланс и сможет получить новое долговое финансирование, то теперь такой сценарий выглядит более проблематичным.

В течение следующих нескольких месяцев мы будем в режиме «живого эксперимента» наблюдать за очередной проверкой американской «сланцевой» индустрии на прочность. Если реализуется сценарий достаточно быстрого и масштабного (до 2 млн баррелей в сутки) сокращения добычи нефти в США, а пандемия коронавируса к лету пойдёт на спад, цены до конца года, возможно, вернутся к уровням 50–60 долларов на волне восстановительного роста мировой экономики. Российские экспортёры нефти смогут отстоять большую часть своей доли рынка, а российское правительство – выполнить бюджетные обязательства благодаря девальвации рубля и использованию средств ФНБ. Если же борьба с коронавирусом затянется, нефтяные цены надолго задержатся на уровнях около 30 долларов за бочку, а потери для всех сторон могут стать очень значительными.

Длительный период низких цен на нефть заставит Саудовскую Аравию сокращать социальные программы, что чревато взрывом недовольства в королевстве с молодым, многочисленным и патерналистски настроенным населением. Худшего развития событий для правящих элит в момент возможного скорого перехода престола в королевстве в новые руки трудно представить. Ещё один риск для Саудовской Аравии – это быстрое исчерпание золотовалютных резервов, которые и так заметно уменьшились с 2014 года.

Россия во времена резкого снижения нефтяных цен в конце 2015 г. продемонстрировала, как она будет бороться с кризисом, – путём масштабной девальвации рубля и использования резервов, накопленных в стабилизационном фонде, а также контрциклических государственных инвестиций и программ государственно-частного партнёрства. Но затяжной период низких цен на нефть, безусловно, отрицательно скажется на темпах роста ВВП, увеличит безработицу, а ослабление рубля приведёт к росту инфляции и обнищанию населения.

Наконец, в Соединённых Штатах низкие цены на нефть хотя и создадут проблемы для производителей, но принесут выгоды потребителям. Традиционно низкие цены на нефть однозначно расценивались как выгодные для американской экономики. Сейчас, когда страна превратилась в чистого экспортёра нефти, ситуация несколько изменилась. При снижении нефтяных цен и американским компаниям, и американским рабочим, занятым в отрасли, есть что терять. Но США является крупнейшим потребителем нефти и нефтепродуктов в мире, и для страны в целом низкие цены будут способствовать восстановлению экономического роста по завершению кризиса. Также и другие крупные потребители углеводородов, в первую очередь Китай, смогут перезапустить экономический рост.

Кризис рано или поздно закончится. По его итогам нас ожидает масштабная «перезагрузка нефтяной матрицы» и появление новых победителей и проигравших. А вот следующая перезагрузка будет связана с переходом к безуглеродным технологиям в энергетике, и она не за горами. Этот вызов потребует от стран, зависящих от углеводородов, масштабной перестройки экономических моделей и реформ в энергетических секторах. Но это уже другая история.

Данный материал развивает идеи комментария, написанного по заказу Международного дискуссионного «Валдай» и опубликованного на сайте ru.valdaiclub.com.

***

Точка зрения

Рави Абделал, профессор международного управления Гарвардской школы бизнеса и директор Центра российских и евразийских исследований им. Дэвиса Гарвардского университета:

Мировые энергетические рынки пережили одновременный шок спроса и предложения. Пандемия COVID-19 внезапно застопорила национальные экономики. Разногласия между, в первую очередь, Россией и Саудовской Аравией о том, как производители энергии должны отвечать на коллапс спроса, привело к наращиванию добычи и сражению за долю рынка. Резкое падение цен оказывает невероятное давление на производителей, добыча которых связана с высокими издержками и низкой маржой, – таких, как американские сланцевые компании.

Укрупнение в сланцевой промышленности США неизбежно. Сотни небольших фирм объявят о банкротстве. Более крупные компании будут приобретать участки, рассчитывая на их будущую рентабельность после наступления более благоприятной ценовой конъюнктуры.

Для других стран-нефтепроизводителей последствия очевидны. Российский федеральный бюджет, скорее всего, окажется дефицитным. План развития Саудовской Аравии «Будущее-2030», который и так выглядел утопическим, станет просто невыполнимым. А это означает, что страна останется критически зависима от нефтяных доходов и продолжит движение по долгосрочной траектории в направлении экономического упадка.

Ценовой войне между Россией и Саудовской Аравией уделялось много внимания. Но главным фактором неопределённости, как бы то ни было, остаётся спрос. По сути, невозможно вообразить объёмы сокращения производства Саудовской Аравией или Россией, которые могли бы сейчас стабилизировать цены на более высоком уровне.

Таким образом, судьба цены на нефть и, соответственно, многих из мировых энергокомпаний будет зависеть от двух среднесрочных факторов, воздействующих на спрос. Первый – продолжительность этой нежданной остановки экономики. Закончатся ли карантины в июне или затянутся на всё лето? Будут ли карантины прерываться до осени, то есть до времени, когда мы ожидаем появления эффективной вакцины и распространения тестирования на антитела, чтобы можно было определить, кто из нас уже перенес инфекцию и может спокойно возвращаться к жизни?

Второй фактор – эффективность действий центральных банков и правительств, направленных на то, чтобы не допустить перехода неизбежной рецессии в экономическую депрессию. На фоне того, что столь значительная части экономики выведена из оборота, а также безработицы, нарастающей как снежный ком, многие малые и средние предприятия просто не выживут. Давление реального сектора на финансовый будет огромным. Если центробанки и правительства смогут по-настоящему помочь домохозяйствам, фирмам и банкам в течение этих месяцев, восстановление спроса в третьем и четвёртом квартале 2020 г. будет мощным. Если же они с этим не справятся, мы станем свидетелями продолжительного и глубокого экономического разрушения, который подавит спрос на гораздо более долгое время.

Поэтому среднесрочные перспективы энергетических рынков будут прежде всего определяться сценариями развития пандемии и степенью эффективности финансовых и экономических властей, а не решениями об объёмах поставок, которые примут Россия и Саудовская Аравия.

-

Нордин Айт-Лауссин, президент консалтинговой компании Nalcosa (Женева), экс-министр нефти Алжира:

Говоря о перспективах ценовых войн на нефтяном рынке, следует учитывать, что разворачивается ещё и главная битва: глобальное противостояние с COVID-19. Если сперва рассматривать ценовую войну, развязанную Саудовской Аравией, то через это мы уже проходили. Такое случалось в 1986, 1998 и 2014 гг., и всякий раз выяснялось, что борьба за долю рынка невыгодна для стран-экспортёров нефти. Это стало болезненным и горьким опытом для всей отрасли. Все мы знаем, что стратегия ограничения добычи нефти для поддержания цен в долгосрочной перспективе приведёт к потерям. Рано или поздно она потерпела бы крах, даже без кризиса COVID-19.

Впрочем, в краткосрочной перспективе ценовая война чрезвычайно опасна для всех: и для России, и для Саудовской Аравии, и для большинства производителей нефти в США, и для всех стран-экспортёров нефти. Если вирус продолжит распространяться, то ситуация зайдёт в тупик, результатом станут цены ниже 10 долларов за баррель, а то и вовсе отрицательные, когда закончатся свободные объёмы в нефтехранилищах. Выиграть смогут только потребители нефти и чистые импортёры. И Россия, и Саудовская Аравия оказались в более болезненной ситуации, чем они ожидали в начале марта.

В 1986 и 1998 гг. ОПЕК потребовался минимум год, чтобы изменить курс, и более двух лет ушло на то, чтобы ОПЕК + договорилась о новом соглашении о добыче в 2016 году. Но и перемирие, наподобие того, что было достигнуто в апреле, проблему это не решит. Москва и Эр-Рияд (вместе с остальными членами ОПЕК+) не смогут сократить производство в достаточной степени, чтобы сбалансировать рынок. Это обусловлено колоссальным падением спроса, которое мы испытываем на настоящий момент, и обрушением глобального спроса, прогнозируемого на оставшуюся часть года. Глобальные запасы станут расти быстрее, чем в 2014–2015 гг., когда потребовалось два года на то, чтобы ненадолго сбалансировать рынок.

По данным, опубликованным научно-консультативным отделом компании Energy Intelligence Group, спрос на нефть ОПЕК сократится в этом году примерно до 24–25 млн баррелей в сутки, а это самый низкий уровень с начала 1990-х годов.

Перемирие в ценовой войне на нефтяном рынке может быть краткосрочным решением. Но как долго продлится это перемирие? Рано или поздно альянс ОПЕК+, в частности Россия, снова разочаруется, придя к выводу, что ограничение производства только продлевает жизнь поставкам из Соединённых Штатов.

Боюсь, что коронавирус положил конец возможности ограничения производства, если США не будут каким-либо образом содействовать процессу стабилизации рынка. Только участие американских производителей в ограничении добычи позволит временно стабилизировать цены. Однако в настоящее время в Соединённых Штатах весьма непопулярна идея любого сотрудничества с ОПЕК. В долгосрочной перспективе, после пандемии COVID-19, мы можем ожидать в лучшем случае медленного роста мирового спроса на нефть, и не будет ни одной структуры, способной поддерживать какой-либо определённый уровень цен. Мы на пороге конца картельного ценообразования на нефть, если уже не там.

-

Саддад Ибрагим аль Хусейни, президент Husseini Energy Company, в прошлом – старший исполнительный вице-президент по разведке и производству Saudi Aramco:

Быстрое и непредвиденное обрушение нефтяных рынков – результат экономического кризиса, который очень мало связан с Россией, ОПЕК и ОПЕК+. Эта ситуация может воспроизводиться каждый раз, когда происходит глобальный кризис того или иного рода. Избыток мощностей имел место в 1985, 1996, 1998, 2008, 2014 гг., и вот это снова происходит теперь. Суммируя разные оценки, можно сделать вывод, что нынешний кризис привёл к падению спроса на 15 миллионов баррелей в день, и такая ситуация может продлиться месяцы. Во время прошлых кризисов требовались годы, чтобы выкарабкаться из каждого цикла подобного спада потребления. Перед лицом этих мрачных перспектив нефтепроизводители должны разработать финансовую стратегию, которая охватывала бы всю индустрию и могла бы действенно и долговременно предотвратить повторения кризисов перепроизводства.

Единственная методика, которая сейчас может быть использована во всей отрасли для сокращения избыточных объёмов, – это возвращение к свободному рыночному ценообразованию, в основе которого лежали бы экономические циклы.

В краткосрочной перспективе ценовой потолок 40–45 долларов за баррель сорта Brent стал бы эффективным экономическим индикатором, который смог бы предотвратить разработку многих проектов на грани рентабельности, несостоятельных при цене ниже этого уровня. Стремление установить и сохранить подобный экономический барьер для всех новых нефтяных проектов стало бы целью ОПЕК, ОПЕК+ и всех других крупных производителей в нефтяной отрасли.

Россия. США. Саудовская Аравия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > globalaffairs.ru, 13 мая 2020 > № 3390216

«ЧЕЛОВЕЧЕСТВО ПОЧУВСТВОВАЛО НАСТОЯТЕЛЬНУЮ НЕОБХОДИМОСТЬ ЗАКРЫТЬ ДВЕРИ»

ОПРОС ЭКСПЕРТОВ РАЗНЫХ СТРАН

Мы обратились к деятелям науки, политики, бизнеса, культуры со всего мира, чтобы узнать их мнение о том, какова сущность нынешнего кризиса и что будет после него.

--

Евгений Водолазкин, писатель

В такой загадочной области, как «законы истории», я исхожу из определяющего значения ритма. Не из примитивно понятой причинно-следственности, не из объективной якобы необходимости (определение объективного очень субъективно) – из ритма. Речь идёт о том, что в книге Екклесиаста выражено рассуждением о временах: «Время разбрасывать камни – и время собирать камни».

Это поэтическое и, возможно, самое глубокое понимание истории, потому что аналогия подчас сильнее терминологии: имею в виду поэтическое мышление и научное. Занимаясь наукой много лет, всё больше осознаю справедливость библейского текста. Там названо много пар, из которых мы помним почему-то только одну. Применительно к переживаемому нами моменту не менее актуальна другая: «Время обнимать – и время уклоняться от объятий» – в прямом и переносном смыслах. Скорее даже в прямом: негигиенично.

Тысячи и тысячи гибнут под колесами автомобилей, но автомобилей никто не отменяет. Не меньше жертв уносят сезонные вирусные заболевания, но при этом жизнь не останавливается. Всё это рассматривается как трагические, но статистически неизбежные случаи. Рассматривалось. Потому что отныне это уже не так – по крайней мере, в отношении вирусов (интересно, будут ли разбираться с транспортом?). И жизнь остановилась.

Что же случилось сейчас?

Года три назад в одной из статей я высказал мысль о том, что в мире наступает эпоха сосредоточения. На персональном уровне это выражается в большей концентрации на внутренней жизни, на уровне социальном – в переключении интереса с глобального на национальное. Частью этого процесса, как это ни странно на первый взгляд, мне видится нынешняя реакция на пандемию.

Человечество почувствовало настоятельную необходимость закрыть двери. Глобалистское мироощущение отучило нас от этого простого и очень, по сути, естественного действия. В эти дни такое действие реализуется как на частном, так и на государственном уровне: граждане сидят по домам, границы государств закрыты. Время, что называется, открывать двери – и время закрывать их.

Перестройка дома захватывает, как известно, разные этажи. Произойдет кое-что и с ощущением времени. В разные исторические эпохи оно разное. Всякий, кто занимался Средневековьем, знает, например, что центр тяжести в восприятии времени тогда находился в прошлом. Начиная с Боговоплощения течение времени, с точки зрения средневекового человека, вело только к ухудшению. Этот взгляд на время обусловил отсутствие в Средневековье утопий как руководства к действию. С наступлением Нового времени (того, что в английском называется Modernity) акцент переместился на будущее. Этот взгляд породил идею прогресса, Средневековью не знакомую. Голоса, выражающие сомнение в универсальности прогресса, раздаются уже довольно давно. Один из самых громких принадлежал Льву Толстому, считавшему, что прогресс характеризует научно-техническую сферу, но нравственной не коснулся. Апофеозом прогрессистского мировосприятия стал ХХ век, родивший две великие утопии – коммунизм и глобализм. Первая «отрабатывалась» в нашей стране, и конец её всем известен. Многие сейчас полагают, что сходная судьба ожидает и вторую.

Вряд ли река времени потечёт в очередной раз вспять, но изменения кажутся неизбежными. Вполне вероятно, что человечество в полной мере откроет для себя настоящее. В конце концов, будущее – это только фикция и плод мыслительной деятельности. Приходит оно в виде настоящего – и вовсе не таким, как предполагалось.

Разумеется, это не финал пьесы. Происходящее сейчас имеет характер экстремальный. Тектонический сдвиг зачастую сопровождается землетрясением. Но потом, когда утихнут последние колебания (я придумал для них слово «послетрясение»), выяснится, что жизнь продолжается – просто немного иначе.

Люди будут по-прежнему ездить за границу, но – с памятью о том, что границы существуют. Будут ходить в гости друг к другу, но опыт жизни при закрытых дверях – он останется. Это не значит, что двери теперь наглухо заколотят – нет, просто они будут открываться и закрываться. Главное же – останется память о том, что двери существуют.

Из языка уже не уйдут слова самоизоляция и удалёнка. Для тех, кто обрекает себя в социальных сетях на абсолютную прозрачность, не является ли самоизоляция необходимой гигиенической мерой? При нынешней интеграции личного в общественное, их предельной, на манер макарон по-флотски, неразделимости, не благотворна ли некоторая степень удалёнки – прежде всего, духовной?

То, что происходит сейчас, я бы назвал учебной тревогой. Которая, как известно, не только моделирует боевую тревогу, но и замещает её. Будем сидеть дома. Читать непрочитанное, обдумывать необдуманное – то, например, что маятник из одной крайней точки (назовем её научно – конъюнкция) переходит в другую крайнюю точку (дизъюнкцию). Будем постепенно привыкать к тому, что мир уже не будет прежним, что на смену нынешним придут иные идеалы, задачи и лозунги. Как сказал бы Набоков, пролетарии, разъединяйтесь!

--

Герфрид Мюнклер, профессор политологии в Берлинском университете имени Гумбольдта и автор многочисленных книг по истории Германии:

Пандемия COVID-19, поразившая мир, положит конец эйфории глобализации. Она ускорит некоторые прежние тенденции, хотя не приведёт, по крайней мере, сама по себе, к фундаментальному изменению баланса сил на международной арене. В истории нет прецедентов подобной пандемии, ведь она охватила все страны и субъекты, а не ограничилась отдельными территориями и континентами, как бывало прежде. Сейчас главные очаги COVID-19 расположены в Восточной Азии, Европе и в Соединённых Штатах. Но следует ожидать, что в ближайшие несколько недель пандемия охватит южное полушарие, а там показатели смертности окажутся намного выше тех, что наблюдались до сих пор (конечно, если данные, которые обнародуют, будут получены на основании надёжного обширного тестирования, проведённого надлежащим образом).

Уже сейчас видно, как работают те или иные стратегии сдерживания в борьбе с COVID-19. Похоже, что китайцы и корейцы продемонстрировали весьма эффективный подход, в то время как Соединённые Штаты явили хаотичную политику сдерживания, которая обернулась катастрофой. Наблюдаемые отличия объясняются социокультурными факторами. Население Восточной Азии вне зависимости от политической системы дисциплинировано в социальном плане и готово подчиниться таким мерам, как ограничения передвижения и отсутствие контактов. В обществах с ярко выраженным индивидуализмом, таким, как западное, в необходимости соответствующего поведения население сначала приходится убеждать. Стало понято, что это возможно, в первую очередь после того, как уровень заболеваемости подскочил в результате безразличия и халатности. Здесь мы имеем дело с разными менталитетами, которым пришлось меняться под воздействием пандемии. Впрочем, для геополитической картины они не будут иметь значения.

Несколько иная ситуация складывается в отношении конкуренции политических систем, полем для которой стала способность эффективно противодействовать пандемии. Упрощая, можно выделить три базовых набора действий и политического поведения.

Первая – китайская модель, в которой политическая элита принимает решения, особенно не оглядываясь на мнение населения, но опираясь на научную экспертизу.

В центре второй модели – личность всезнающего и всемогущего политика, того, который, главным образом благодаря своей решительной и харизматичной манере поведения, вселяет в людей уверенность, что у него всё под контролем. Такой подход может применяться в государствах и с авторитарными традициями, и с либеральным устройством.

Наконец, третий способ действий свойственен либерально-демократическим конституционным системам. Политический курс там основан на рекомендациях экспертов, а также на различных ожиданиях и обязательствах, которым власти должны соответствовать. Для его реализации необходима поддержка населения, что требует подробного разъяснения тех или иных мер.

У каждой из этих моделей свои преимущества и недостатки. Они касаются таких характеристик, как скорость принятия мер или способность населения долго их соблюдать. Скорее всего, соперничество между этими моделями будет иметь геополитические последствия. Они, например, проявятся там (третий вариант), где наметится выбор: должны ли граждане и впредь свободно принимать решения или под влиянием пандемии захотят, чтобы в будущем политическое управление осуществлялось по другой схеме. В первую же очередь под ударом окажутся те, кто действовали как «всезнайки», но не добились успеха (второй вариант).

Больше всего геополитические сдвиги зависят от экономических следствий, которые либо станут прямым результатом пандемии, либо будут иметь отношение к попытке устранить слабые места экономического и социального плана, выявленные в результате бедствия. Под вопросом окажется глобальная взаимозависимость экономики, а именно: туризм и цепочки поставок.

География распространения заболевания по странам показывает, что государства с низкой долей международного туризма пострадали позже и в меньшей степени. Следовательно, если число визитёров будет устойчиво снижаться, больше всего потеряют бедные страны, которые жили за счёт туризма. Падение уровня благосостояния обычно чревато снижением политической стабильности, что в свою очередь влечёт за собой геополитические последствия.

В плане глобальных цепочек поставок соответствующим корпорациям придётся решать, захотят они уменьшить уязвимость за счёт значительного наращивания складских запасов на всех производственных площадках (что обернётся гораздо более высокими затратами) или предпочтут укоротить цепочки и ограничить их рамками политически и экономически единого пространства. В случае эпидемиологического кризиса эти территории могут легко перейти в режим самодостаточности.

Последнее возымеет значительные геополитические эффекты и приведёт к переустройству мирового порядка – центр его сдвинется от структур глобального масштаба к крупным пространствам, способным на совместные действия политически и самодостаточное существование экономически. Это могут быть США, Китай, Россия, Европейский союз (либо его шенгенская или еврозона), возможно, Индия. Движение в данном направлении уже началось некоторое время назад, после того как Соединённые Штаты отказались от роли «хранителя» мирового порядка. Реакция на пандемию способна придать ему мощный импульс. Если этот процесс будет всерьёз запущен, изменится даже не «баланс сил» в мировом порядке, но сам миропорядок, его структура, правила и нормы.

--

Бранко Миланович, приглашённый профессор Лондонской школы экономики и политических наук (LSE), а также профессор Городского университета Нью-Йорка:

О последствиях пандемии мы пока только строим догадки, потому что кризис, охватывающий весь мир и относящийся одновременно и к сфере здравоохранения, и к мировой экономике, поистине беспрецедентен. Не достигни мы такого высокого уровня взаимозависимости и глобализации, эпидемия не распространилась бы на весь мир. Будь мы более равнодушны к смерти (как многие страны в прошлом), то продолжили бы жить более или менее, как раньше, несмотря на растущие показатели смертности. Но, как ни парадоксально, как раз по той причине, что мир сейчас лучше, разразился этот небывалый кризис.

Относительно будущего единственное, что мы можем утверждать с некоторой уверенностью: чем дольше продолжится кризис, тем более серьёзными будут его последствия и тем менее вероятно возвращение в докоронавирусный мир. Если бы встряска, с которой мы (т.е. весь мир) столкнулись, оказалась острым, но коротким, можно было бы представить себе реакцию переключения рубильника: сначала делаем блокировку, образно выражаясь, как бы «выключаем» всё; а как только кризис закончится, мы возвращаемся к рубильнику и двигаем его в положение «включено».

Однако очень маловероятно, что кризис разыграется именно таким образом. Сейчас кажется вероятным (особенно если посмотреть на вероятную вторую волну инфекций в Гонконге, Японии и Южной Корее), что после периода строгой изоляции экономика будет функционировать по меньшей мере год, а может и два, в условиях политики «stop-and-go» (т.е. одновременного снижения безработицы и инфляции): некоторые области будут открыты, но только для того, чтобы вновь быть закрытыми, и это «блуждание в темноте» затянется до тех пор, пока не обнаружится либо терапия, либо вакцина.

Для экономики это означает очень неопределенное и неуверенное восстановление – доходы не вернутся к докризисному уровню ещё, как минимум, пару лет. Неустойчивые рабочие места ещё больше распространятся. К тем рабочим местам, которые и без того ненадёжны, мы должны добавить все те, чьё существование будет зависеть от решений правительств, какие предприятия открывать, а какие закрывать. Многие люди могут иметь работу и зарплату в один месяц, а в следующий – ничего.

Сокращение некоторых проявлений глобализации неизбежно. Придется пересмотреть глобальные цепочки добавленной стоимости, созданные на основе концепции единого глобального рынка и ставшие особенно хрупкими в мире, где люди не могут путешествовать, а товары сталкиваются с растущими барьерами на пути перемещения между странами. Эти глобальные производственные цепочки, конечно, никуда не исчезнут, ведь стимулы для более дешевого производства за рубежом сохранятся. Тем не менее, могут быть добавлены дополнительные звенья (чтобы сделать цепи более прочными), а некоторые производства переместятся ближе к дому.

Суть, я думаю, такова: мы не окажемся в мире, неузнаваемом для тех, кто, возможно, в последний раз видел его в декабре 2019 г., но это действительно будет другой мир. И надо быть готовыми к долгой экономической зиме.

--

Тьерри де Монбриаль, президент Французского института международных отношений (Ifri):

Непросто сделать шаг назад и взглянуть со стороны на битву, которая бушует дома у каждого из нас и ещё не достигла своей кульминации. Тем не менее хочу поделиться некоторыми мыслями о пандемии коронавируса и о контексте, с ней связанном.

XXI век начался в 2008 году, когда рухнул банк Lehman Brothers. Почему? С триумфом идеологии «либеральной глобализации» и подъёмом цифровых технологий международные отношения существенно усложнились, но границы стали полупористыми. Бенефициарами, по крайней мере, некоторое время вначале, были самые сильные державы, прежде всего, США, и глобальные компании, считающие себя выше государств. Особенностью всякой сложной системы является то, что её невозможно даже исчерпывающе объяснить, не говоря уже о том, чтобы контролировать. Сложность ведёт к радикальной неопределённости. В 2008 г. замаячил риск ещё одной Великой депрессии, но многие лауреаты Нобелевской премии по экономике были уверены, что их наука достаточно развилась, чтобы не допустить повторения такого бедствия. Ущерб от того финансового кризиса до сих пор не преодолён, а пандемия COVID-19 чревата новой длительной экономической катастрофой. Центральные банкиры больше не ограничивают количество денег, но не имеют понятия, каковы будут последствия их действий на втором или третьем шаге. Как говорит Лоуренс Бун, главный экономист ОЭСР, «здравый смысл подсказывает: надо сделать всё возможное, чтобы машина не сломалась, а просто застопорилась, тогда её можно будет запустить снова как можно быстрее». Но если мы позволим ей сломаться, сколько триллионов долларов ни вливай, восстановить прежнее уже не получится.

Сложность, проявившаяся в 2008 г., продолжает давать о себе знать во всех областях. Возьмём классическую геополитику, например, на Ближнем Востоке или в Восточной Азии. В области климата укрепляется научное понимание причин и последствий глобального потепления. Но на уровне действий царит немощь. Недавние лесные пожары в Калифорнии, Бразилии и Австралии – очередное предупреждение. И что делают «лица, принимающие решения»?

Масштабы пандемии COVID-19 столь же ошеломляющи, как и провал международного сотрудничества, который она продемонстрировала. Нельзя сказать, что возможность такого рода бедствий не предполагали. Вопрос обсуждался на многих международных конференциях именно политического характера. Но за редким исключением правительства просто живут сегодняшним днём, а не планируют на будущее – даже те, которые постоянно ссылаются на «принцип предосторожности», остаются под пятой идеологий или лоббистских групп.

Крупнейшей пандемией ХХ века был «испанский грипп», названный так совершенно неправомерно, потому что он был не в меньшей степени американским, так же, как и COVID-19 является «китайским». От гриппа погибло в два раза больше людей, чем в Первой мировой войне. Было бы лучше, если бы коллективное сознание сохранило память о тех мрачных событиях. За последние 10 лет вспыхивали различные эпидемии – в Азии (SARS, 2003), Великобритании (свиной грипп, 2009) или Западной Африке (Эбола, 2014). Экономические убытки от SARS, эпидемии, намного менее масштабной, чем нынешняя, оцениваются в 40 миллиардов долларов. После всех этих предупреждений катастрофу сегодня иначе не назовешь, как доказательством вопиющего пренебрежения государственной политикой в области здравоохранения и глобальным управлением за последние десятилетия.

Ответственность за халатность несут ключевые игроки международной системы, начиная с Соединённых Штатов, Китая и Европейского союза. Европа, в частности, оказывается, неспособна определить и защитить общие интересы своих членов, не говоря уже о том, чтобы иметь какое-либо влияние в мировых делах.

Популизм смог так сильно потеснить демократию на Западе, потому что демократии не справились с упорядочиванием глобализации. Популизм – главный бенефициар неэффективности. Без убедительной реакции, главным образом в Соединённых Штатах и Европе, популизм продолжит набирать очки, а авторитарные режимы обретут свободу действий, чтобы процветать, восстанавливать стены, а то и развязывать войны. И если выяснится, что они справляются с пандемией не лучше, чем демократии (что вполне возможно), это необязательно пойдёт на благо мира и свободы.

Основной вопрос предстоящих лет и десятилетий заключается не в том, чтобы положить конец глобализации. Но для того, чтобы пережить другие пандемии – биологические или, возможно, цифровые (можем ли мы представить себе цифровую пандемию в эпоху искусственного интеллекта?), государства должны сосредоточиться на сфере своей главной ответственности. Она заключается в обеспечении безопасности своих граждан в самом широком смысле слова. Оборона, а следовательно, вооружённые силы, здравоохранение, технологии и валюта находятся в центре понятия безопасности, а значит и сохранения мира. Перед лицом китайско-американского соперничества Европейский союз необходим, как никогда, но он лишён управления. В любом случае – у немногих претендентов на лидерство нет последователей. В разгар пандемии Урсула фон дер Ляйен похвасталась началом переговоров о вступлении в ЕС Албании и Северной Македонии. Неужели она не видит, как нелепы любые разговоры о расширении, когда дом в огне? Именно на безопасности Союза должны сосредоточить все свои усилия она, председатель Европейского совета Шарль Мишель и Европейский парламент.

НАТО, как сказал Эммануэль Макрон, переживает клиническую смерть. Однако его возможно реанимировать при помощи широкой концепции безопасности, включающей не только геополитические интересы, отождествляемые с её членами, но и вопросы климата, здравоохранения или цифровых технологий. Инициатива должна исходить от Европы. Альянс, переосмысленный таким образом, станет серьёзным противовесом нелиберальным демократиям. Такой проект вряд ли можно себе представить с Дональдом Трампом, но Америка должна меньше всех возражать против подобного, ведь иначе континентальный дрейф в разные стороны неизбежно продолжится. Континенты станут удаляться друг от друга, а заодно и поляризоваться внутри себя.

В краткосрочной перспективе пандемию COVID-19 можно эффективно победить материально-техническими и медицинскими способами. Но изношенность систем здравоохранения ошеломляет – даже в такой стране, как Франция, которая бьёт рекорды по части перераспределения доходов, при этом всё более отчаянно старается справляться со своими традиционными суверенными функциями и передает целые сегменты своего суверенитета, не получая ничего взамен.

Нехватка оборудования и медикаментов просто поражает воображение. Как и провал принципа предосторожности вкупе с малодушием перед лицом, например, терапевтических решений, предлагаемых видными врачами. Это смахивает на отказ бросить спасательный круг тонущему, потому что процедура утверждения спасательных мероприятий не была завершена.

Когда придёт время, важно устоять перед искушением трусливого чувства облегчения и стыдливого забвения. На международном уровне предстоящие недели должны породить новые формы солидарности, которые после победы позволят вернуться неизбежному многостороннему сотрудничеству, глубоко переосмыслив его.

--

Чэн Эньфу, директор и главный профессор Исследовательского центра социально-экономического развития Китайской академии общественных наук, председатель Всемирной ассоциации политической экономии:

В условиях текущих глобальных эпидемиологических и финансовых рисков общая ситуация в Китае, как представляется, будет следующей.

Во-первых, по состоянию уже на конец марта число вновь заболевших коронавирусом COVID-19 внутри Китая было минимальным, главным образом благодаря мерам по предотвращению завоза вируса из-за рубежа. Влияние эпидемии в Китае и в мире на китайскую экономику носит ограниченный и временный характер, по предварительным расчетам темпы роста ВВП КНР в этом году составят 5,6%.

Во-вторых, Китаю следует сократить запасы валютных резервов в долларах США, казначейских облигаций США и других видов активов в долларах США, свести их количество к безопасному минимуму осуществления ежедневных торговых операций. В то же время Китаю целесообразно увеличить запасы золота, нефти, природного газа, железной руды и других сырьевых товаров, чтобы уменьшить риски после снижения доверия к американскому доллару.

В-третьих, КНР необходимо претворять в жизнь целенаправленную и специализированную по сферам фискальную политику, поддерживать базовую инфраструктуру в расчёте на душу населения в таких областях, как здравоохранение, охрана окружающей среды, культура, спорт и других. Следует тщательно и осторожно применять денежно-кредитную политику, с аккуратностью относиться к денежной эмиссии, отводить важное место выделению финансовых ресурсов для обслуживания реальной экономики.

В-четвёртых, в рамках «Пояса и пути» следует одновременно выполнять две важные задачи – эпидемический контроль и стимулирование строительства. Группы медицинских специалистов и предметы снабжения из Китая были направлены в Иран, Италию и другие расположенные вдоль «Пояса и пути» страны с более серьёзной эпидемиологической обстановкой для оказания помощи по борьбе с эпидемией на местах. Китайские компании в странах «Пояса и пути» внедрили методы удалённой работы и другие практики с целью обеспечения нормального рабочего процесса в отношении строящихся объектов во время эпидемии. Это подтверждает, что в современную эпоху судьбы всех государств мира тесно связаны, и отражает важность и необходимость развития международного сотрудничества в рамках «Пояса и пути».

Столкнувшись с тем, что фондовый рынок США упал почти на 30%, а также изучив и оценив процесс функционирования связки «вопрос эпидемии коронавируса – финансы», можно сделать четыре вывода.

Во-первых, эпидемия коронавируса является поводом для резкого падения американского фондового рынка, а не его причиной. Эпидемия коронавируса вскрыла внутренние противоречия в Соединённых Штатах и других странах, она обнажила иллюзию процветания и колоссальные финансовые пузыри после кризиса низкокачественных ипотечных кредитов 2008 года.

Во-вторых, паника выступает как промежуточное звено между эпидемией и финансовыми цепочками. В настоящее время мировая экономическая система, в которой доминируют Европа и США, находится в состоянии паники, которая включает в себя ожидания, связанные с эпидемией, предполагаемым снижением экономического роста, шока на финансовых рынках и даже политики спасения рынка. Эти настроения неизбежно усугубляют финансовый кризис.

В-третьих, вызывает тревогу эффективность мер спасения рынка. В условиях, когда влияние эпидемии концентрированным образом даёт о себе знать в сфере снабжения, роль денежно-кредитной политики весьма ограничена, политических инструментов тоже недостаточно. Даже небольшое отклонение способно привести к обострению ажиотажа на рынке. Возникает угроза попасть в ловушку, когда отказ от мер по спасению рынка ведёт к падению, их использование – к усугублению лихорадки, а пространство для спасения рынка продолжает сокращаться.

В-четвёртых, вспышка эпидемии может привести к ещё более разрушительным и превышающим ожидания последствиям. В докладе ЮНКТАД указано, что из-за эпидемии нового коронавируса мировой среднегодовой темп роста в 2020 г. составит менее 2,5% и подвергнется наиболее серьёзному испытанию со времён мирового финансового кризиса 2008 года.

--

Скотт Карпентер, управляющий директор Jigsaw (технологический инкубатор компании Google):

Пандемия COVID-19 приведёт наши общества к необратимым изменениям, главным образом значительно ускорив те из них, что уже были запущены. Так или иначе это произойдёт, и некоторые из перемен будут позитивными, хотя, безусловно, далеко не все.

Начнём с позитивных. Университеты, поначалу отказавшиеся переходить на онлайн-обучение из страха потерять свою главную особенность – чувство университетского братства – были вынуждены всё-таки обратиться к онлайн-платформам. Те же, кто не смог успешно освоить дистанционное обучение, окажутся в крайне невыгодном положении и будут вынуждены продолжать попытки подстроиться под новые реалии.

Компании, которые призвали сотрудников перейти на удалённую работу, в результате дадут толчок утверждению системы так называемой рассредоточенной работы (distributed working) и продемонстрируют, что работа из дома может быть весьма продуктивной. Это, в свою очередь, станет мощным импульсом для развития у сотрудников профессиональной гибкости.

Кроме того, все государственные сервисы, которые ранее не были доступны в режиме онлайн, станут таковыми. Например, в Нью-Йорке услуги нотариуса теперь будут предоставляться виртуально. А ведь это должно было произойти ещё десять лет назад!

Эта тенденция современного мира, когда все активно «зумятся», «скайпятся» и «митятся», безусловно, существовала и раньше, но сейчас она растёт буквально в геометрической прогрессии. Социальный тренд будет увеличиваться во всех обществах, облегчая человеческое одиночество, особенно среди пожилых людей, а также тех, кто живет один в больших городах.

Facetime, Hangouts и другие приложения для проведения видеовстреч станут новой нормой жизни и будут использоваться как площадка для «приветственных коктейлей». Примечательно, что моя церковь транслирует службу в Facebook Live. Обычно в воскресенье число прихожан достигает трёхсот человек, в онлайн-трансляции нас было почти пятнадцать тысяч!

Однако у этого процесса – замене обычного общения виртуальной коммуникацией – есть и обратная сторона. Несмотря на разнообразие технических инструментов, которые призваны нас объединять, результаты «социального дистанцирования» не могут не отразиться на межгосударственном общении. На Западе пандемия усилит и без того углубляющееся осознание того, что глобализация, говоря языком компьютерщиков, – «это баг, а не фича» (сбой, а не возможность – ред.). Предприятия, которые смогут ожить после кризиса (а их, безусловно, станет меньше), ни за что не захотят повторить этот сценарий, а именно вновь подвергнуться рискам сбоя в цепочках снабжения. А страны, закрывшие границы, смогут воспользоваться ситуацией и оставить их закрытыми на более долгий период, чем того объективно требует реальность. Страх путешествовать будет углубляться и в Соединённых Штатах.

Гонка на выживание, ведущаяся Россией и Саудовской Аравией на нефтяном рынке, может быть развернута и в других сферах (например, в фармацевтической), что станет угрозой не только для конкретных конкурентов какого-либо государства (в данном случае речь о технологии гидроразрыва в США), но и для здоровья наций в целом. В этих условиях мировые позиции доллара могут также быть серьёзно подорваны. Все эти факторы окажут влияние на и без того напряжённые отношения между Соединёнными Штатами и Китаем.

В демократических обществах COVID-19 неминуемо двинет окно Овертона вправо. Некоторые из западных государств уже выражают интерес к различным инструментам вторжения в личную жизнь своих граждан, чтобы эффективно ответить на кризисные явления, которые азиатские демократии, а также Китай сумели успешно преодолеть. А граждане, несомненно, поддержат усилия государств в этом направлении. И самым долговременным эффектом пандемии в наших технологически развитых демократиях вполне может стать их дальнейшее разрушение.

США. Китай. Евросоюз. Весь мир. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Медицина > globalaffairs.ru, 13 мая 2020 > № 3390214 Евгений Водолазкин, Герфрид Мюнклер, Бранко Миланович, Тьерри де Монбриаль, Чэн Эньфу, Скотт Карпентер

«ФИЗИЧЕСКОЕ ВЫЖИВАНИЕ – ИМПЕРАТИВ, ВСЁ ОСТАЛЬНОЕ – РОСКОШЬ»

АДАМ ПШЕВОРСКИЙ

Профессор Нью-Йоркского университета, один из классиков современной политологии, выдающийся исследователь политэкономии и теории демократических процессов. Автор книг «Капитализм и социал-демократия» (1985), «Демократия и рынок. Политические и экономические реформы в Восточной Европе и Латинской Америке» (1991) и многих других трудов.

ЖИЗНЬ В ЭПОХУ COVID-19: РАЗМЫШЛЕНИЯ

США. Евросоюз. Китай. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Медицина. Образование, наука > globalaffairs.ru, 13 мая 2020 > № 3390212 Адам Пшеворский

На четверть сократилась чистая прибыль Saudi Aramco в I квартале 2020

По итогам первого квартала 2020 года Saudi Aramco, госнефтекомпания Саудовской Аравии, сократила чистую прибыль на 25% — несмотря на это дивиденды акционерам компании будут выплачены. Согласно финансовому отчету Saudi Aramco, чистая прибыль компании за квартал снизилась на 25%, до 62,5 млрд реалов ($16,6 млрд). Снижение прибыли «в первую очередь отражает более низкие цены на нефть, а также сокращение маржи нефтепереработки и нефтехимии и потери от переоценки запасов»

Выручка Saudi Aramco сократилась до 62,48 млрд реалов, показатель EBIT составил 128,26 млрд против 165,95 млрд реалов. Свободный денежный поток снизился до 56,3 млрд реалов с 65,1 млрд реалов в прошлом году.

«Кризис от Covid-19 не похож ни на что, что мир испытывал в новейшей истории, и мы вынуждены адаптироваться к очень сложной и быстро меняющейся бизнес-среде. Aramco продемонстрировала устойчивость в течение многих экономических циклов и имеет беспрецедентное положение благодаря сильному балансу и низкой структуре затрат», — подчеркнул глава компании Амин Нассер.

Крупные потери компания понесла от падения цен на нефть. Накануне было объявлено, что страна сократит добычу на 1 млн б/с, начиная со следующего месяца. С учетом ранее достигнутого соглашения о сокращении добычи Саудовская Аравия будет добывать на 4,8 млн б/с меньше, чем в апреле.

В то же время Saudi Aramco решила не отказываться от выплат дивидендов в размере $18,75 млрд по итогам первого квартала. Размер выплат превышает объем полученной чистой прибыли. Компания обязана ежегодно перечислять $75 млрд дивидендов в течение пяти лет в рамках своего решения об IPO.

Рост мировых запасов нефти усилится во II квартале 2020

Ускорения роста запасов нефти в мире с 6,6 млн б/с в первом квартале 2020 года до 11,5 млн б/с во втором квартале ожидает управления энергетической информации Минэнерго США (EIA). Однако затем будет снижение: «EIA ожидает, что крупнейший рост мировых нефтяных запасов будет в первом полугодии 2020 года: в первом квартале он составил 6,6 млн б/с и увеличится до 11,5 млн б/с во втором квартале в результате ограничений на передвижение в мире и резкого сокращения экономической активности», — говорится в ежемесячном краткосрочном прогнозе EIA. В документе также отмечается, что «укрепление спроса на нефть по мере начала восстановления глобальной экономики и замедления роста предложения на рынке нефти будут способствовать тому, что в третьем квартале нефтяные запасы начнут снижаться», — также говорится в прогнозе.

Пик роста мировых нефтяных запасов, указывается в докладе, был достигнут в апреле, составив 22,8 млн б/с. Однако общая динамика за первое полугодие может привести к увеличению мировых запасов на 1,6 млн баррелей и практически полному заполнению хранилищ в мире.

«EIA ожидает, что мировые нефтяные запасы будут снижаться в среднем на 2,5-3 млн б/с, начиная с третьего квартала и до конца 2021 года, учитывая соглашение ОПЕК+, сокращение добычи нефти в США из-за экономических условий и оживление мирового спроса. Снижение в таких масштабах поможет в значительной степени избавиться от запасов, накопленных в первом полугодии 2020 года», — резюмирует EIA.

Таким образом, в целом в 2020 году EIA ожидает роста запасов нефти в мире на 2,6 млн б/с после снижения на 0,2 млн б/с в 2019 году. Это станет крупнейшим ростом, как минимум, за последние 40 лет. В 2021 году ожидается сокращение показателя на 1,9 млн б/с, отмечает ПРАЙМ.

Страны-участники сделки ОПЕК+ встретятся 9–10 июня

2–3 июня состоится заседание экономического совета при Секретариате ОПЕК. 4 июня пройдет технический комитет (JTC) ОПЕК. Министерский мониторинговый комитет (JMMC) ОПЕК+ проведет заседание 8 июня. 9–10 июня состоится очередная встреча ОПЕК+. Скорее всего, все заседания будут в видеоформате — сообщает ТАСС расписание и формат встреч со ссылкой на источники в делегациях.

Повестка встреч пока неизвестна, но традиционно, отмечает trend.az, JMMC рассматривает итоги исполнения сделки. И в этот раз из-за беспрецедентного размера сокращений (9,7 млн б/с) не все страны смогут выполнить взятые обязательства: у Ирака, Нигерии и Анголы могут возникнуть затруднения, считают наблюдатели. Что касаетя РФ, то, по данным ЦДУ ТЭК, в начале мая наша страна снизила добычу нефти и конденсата до 9,5 млн б/с при квоте в 8,5 млн б/с.

Прогноз добычи нефти в США на 2020 год понижен

Минэнерго США понизило прогноз по добыче нефти в стране. В 2020 году, как ожидается, США будут добывать 11,7 млн б/с нефти — на 0,5 млн б/с меньше, чем в 2019 году. Это на 100 тыс. б/с меньше, чем ожидалось в апрельском прогнозе ведомства.

В 2021 году Минэнерго США прогнозирует добычу на уровне 10,9 млн б/с против 12,2 млн б/с в 2019 году.

С начала мая, действуют новые договоренности ОПЕК+ по сокращению нефтедобычи. Участники сделки ОПЕК++ должны снизить добычу на 9,7 млн б/с, на 7,7 млн б/с - во втором полугодии 2020 года и далее на 5,8 млн б/с вплоть до конца апреля 2022-го. Некоторые страны, не входящие в сделку, также сообщали о планах сократить добычу. По крайней мере, США, Канада, Норвегия озвучивали подобные планы. В США власти говорили, что к концу 2020 года объем снизится на 2 млн б/с по рыночным причинам. При этом Техас отказался ограничивать добычу нефти.

Ситуацию на нефтяном рынке обсудили главы Минэнерго РФ и США

Нынешнее состояние и перспективы мирового нефтяного рынка, а также принимаемые коллективные меры по его стабилизации, обсудили в ходе телефонного разговора главы Минэнерго РФ и США Александр Новак и Дэн Бруйетт. Как сообщило российское ведомство, министры договорились продолжить диалог.

Накануне майских праздников состоялся телефонный разговор президентов двух стран Владимира Путина и Дональда Трампа, где были обсуждены вопросы борьбы с коронавирусом и ситуация на мировом рынке нефти. «Отмечена своевременность заключения, во многом благодаря взаимодействию президентов России и США, нового соглашения ОПЕК+, которое заработало с 1 мая и уже оказало практическое влияние на стабилизацию нефтяных цен», — сообщил Кремль.

Минэнерго РФ находится в контакте с властями США по формализации обязательств по снижению ими нефтедобычи, что могло бы дать хороший сигнал рынку, говорил Новак в интервью «Интерфаксу». В первую неделю мая прошло заседание Техасской железнодорожной комиссии, с представителями которой был в контакте российский министр. Однако в ходе заседания члены комиссии не приняли решение о формализации ограничения нефтедобычи в штате. Представители Оклахомской аналогичной комиссии также не приняли никакого решения об установлении пропорциональных ограничений на добычу нефти в штате, отмечает «Интерфакс».

Возобновляет работу ряд скважин в сланцевом бассейне Permian в США

Часть закрытых в связи с падением цен на нефть скважин в крупнейшем сланцевом бассейне США Permian возобновляет свою работу, сообщает Bloomberg, ссылаясь на финансового директора американской Energy Transfer LP Маки МакКри. По данным компании, транспортирующей около 30% всей американской нефти газа через свою трубопроводную систему, в регионе Мидленд бассейна Permian было остановлено около 8% объемов добычи, которая поступает в нефтепроводную систему Energy Transfer. «На сегодняшний день мы видим, что около 25% уже вернулось обратно», — цитирует агентство слова топ-менеджера. Отрасль, считает МакКри, вероятно, уже преодолела худший период падения цен в связи с пандемией коронавируса. «Мы видим, что дно, по нашему мнению, уже достигнуто и ситуация улучшается», — сказал он.

Возобновление работы закрытых ранее скважин может стать тревожной новостью на фоне заявлений президента США Дональда Трампа о содействии усилиям ОПЕК+ через ожидающееся падение добычи нефти в стране в текущих ценовых условиях, отмечает Bloomberg.

По словам замминистра энергетики РФ Павла Сорокина, падение добычи нефти в США может составить 2-3 млн б/с, поскольку для многих американских производителей не представляется возможным работать в условиях цен даже в $30-35 за баррель. При этом Минэнерго РФ не ждет существенного восстановления добычи нефти в США даже при цене $45-55 за баррель.

Действительно, в США на текущий момент множество компаний заявили об ограничении своей добычи из-за ситуации на рынке, при этом не называя четких сроков восстановления производства. В то же время некоторые из них сигнализировали, что для этого может быть достаточно цен на нефть в районе $30 за баррель.

Восстановление экспорта нефти в Китай и привлекательная дивидендная политика поддержат котировки «Роснефти»

Объявленные «Роснефтью» рекордные дивиденды не стали для рынка таким уж сюрпризом. Финансовая отчетность компании была опубликована еще в феврале, аналитики уже оценили динамику прибыли и все просчитали. Отказа от выплаты дивидендов, несмотря на обвал нефтяных цен на фоне пандемии COVID-19 и развала прежней сделки ОПЕК+, никто от «Роснефти» не ожидал. Не для того правительство так долго добивалось от госкомпаний распределения на дивиденды 50% от чистой прибыли, чтобы отказываться от этого сейчас, когда доходы бюджета снижаются, а нагрузка на него будет расти.

ПАО «НК «Роснефть» — крупнейшая вертикально интегрированная нефтегазовая компания в России, ведущая деятельность полного цикла: от геологоразведки, добычи нефти и газа до переработки и сбыта нефти и нефтепродуктов. С учетом АНК «Башнефть» «Роснефть» контролирует около 40% российской нефтедобычи. Компания также является лидером российской нефтепереработки: в состав группы «Роснефть» входят 10 крупных нефтеперерабатывающих заводов и несколько мини-НПЗ.

«Роснефть» является одной из крупнейших компаний по доказанным запасам углеводородов среди публичных компаний мирового нефтегазового рынка. Доказанные запасы углеводородов «Роснефти» на 31 декабря 2019 года по классификации SEC составили 42 млрд баррелей нефтяного эквивалента и 47 млрд баррелей нефтяного эквивалента по классификации PRMS.

Несмотря на участие РФ в сделке ОПЕК+ по ограничению нефтедобычи в 2019 году добыча нефти и жидких углеводородов по группе «Роснефть» выросла на 0,33% и составила 1 592,9 млн баррелей.

Добыча газа увеличилась на 0,15%, до 61,94 млрд куб. м. Темпы добычи углеводородов составили 4,67 млн баррелей в сутки, к 2022 году «Роснефть» планирует выйти на 5,09 млн баррелей в сутки.

Не приходится удивляться, что, имея такие планы, «Роснефть» менее остальных была заинтересована в продолжении действия ограничений в рамках ОПЕК+, а ее руководство неоднократно предлагало выйти из этого соглашения. Что и произошло по сути в марте 2020 года, когда соглашение развалилось.

Что, впрочем, было почти неизбежным при тогдашнем понимании остроты проблемы. В период карантина Китай резко сократил импорт нефти, а адекватно этому сократить добычу в то время казалось совершенно неприемлемым. Зато теперь, когда пандемией охвачен весь мир и мировой на нефть спрос упал в разы больше, чем было тогда, нефтяной отрасли придется снижать добычу еще больше, и это уже не вызывает возражений. Диалектика. Но теперь новое сокращением может ударить по «Роснефти» сильнее прочих, учитывая, что российская квота будет распределяться между компаниями пропорционально доле рынка, а доля «Роснефти» самая большая.

А доля компании в нефтяном экспорте РФ в дальнее зарубежье еще больше — в прошлом году она составила более 56%. Большую часть добытой нефти и продуктов нефтепереработки компания реализует на внешних рынках. Для этого «Роснефть» имеет собственные экспортные терминалы в Туапсе, Де-Кастри и Находке, что помогает оптимизировать затраты и позволяет повысить эффективность экспорта продукции компании.

А главное, «Роснефть» является основным экспортером российской нефти в Китай, и доля этой страны в экспорте «Роснефти» уже превышает долю европейского направления.

Поскольку КНР прошла эпидемию раньше Европы и уже приступила к восстановлению импорта нефти, это является преимуществом для компании перед остальными российскими нефтяниками, ориентированными прежде всего на Европу.

Несмотря на то, что средняя цена нефти URALS в прошлом году оказалась ниже, чем в 2018-м (на 9,1% в долларах и на 6,2% в рублях), консолидированная выручка «Роснефти», отраженная в годовой отчетности по МСФО за 2019 год, выросла на 5,32%, до 8676 млрд руб. Показатель EBITDA увеличился на 1,15%, до 2105 млрд руб. Благодаря снижению ставок экспортных пошлин и усилению контроля над расходами чистая прибыль, относящаяся к акционерам «Роснефти», выросла на 28,96%, до 708 млрд руб. При этом свободный денежный поток (в рублевом эквиваленте) сократился на 22,0%, составив 884 млрд руб. Капитальные затраты снизились на 8,8%, до 854936 млрд руб.

В прошлом году компании вновь удалось существенно улучшить структуру обязательств. Краткосрочные займы сократились с 978 млрд руб. на конец 2018 года до 795 млрд к началу 2020 года, а долгосрочные — с 3 413 млрд руб. до 3 033 млрд. Погашение долга сократило денежную ликвидность, и в результате чистый долг незначительно (на 1,2%) вырос, составив 3 600 млрд руб. Без учета предоплат за будущую поставку нефти отношение чистого долга к EBITDA составило 1,7х (или 1,8х в пересчете на доллары). С учетом предоплат коэффициент составляет около 2х, что вполне комфортно для компании.

По новой дивидендной политике «Роснефть» ориентируется на целевой уровень дивидендных выплат не менее 50% от чистой прибыли по МСФО, а целевой периодичностью дивидендных выплат становится выплата дивидендов по меньшей мере два раза в год. По результатам 2018 года акционеры «Роснефти» получили в совокупности по 25,91 руб. на акцию. За первое полугодие 2019 года акционеры получили по 15,34 руб. на акцию. Исходя из прибыли, полученной за второе полугодие, итоговые объявленные дивиденды составят 18,07 руб. на акцию, а дивидендная доходность к текущей цене составляет около 5,4%. Закрытие реестра акционеров для получения этих дивидендов состоится 16 июня.

С начала года акции «Роснефти» на бирже потеряли четверть своей стоимости. Однако кризис не длится вечно, и на нефтяной отрасли РФ рано ставить крест. Эпидемия пройдет пик и пойдет на спад — рынки начнут восстанавливаться. По мере восстановления баланса на рынке нефти, я полагаю, акции «Роснефти» вслед за акциями ЛУКОЙЛа возобновят рост. В этом плане они остаются перспективными ценными бумагами.

Алексей Калачёв

Эксперт-аналитик АО «ФИНАМ»

Россия. Евросоюз. ОПЕК > Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > oilcapital.ru, 13 мая 2020 > № 3381624 Алексей Калачев

Цена демпинга: нефтяная война разрушила бюджет Саудовской Аравии

Максим Рубченко. Развязанная Саудовской Аравией ценовая война на сырьевом рынке нанесла тяжелый удар по экономике самого королевства. Правительство вынуждено пойти на непопулярные меры — трехкратное повышение НДС, отказ от выплаты прожиточного минимума. Аналитики предупреждают: финансово-экономический кризис может обернуться политическими потрясениями.

Хроника нефтяной войны

Саудовская Аравия, прибегнувшая в апреле к беспрецедентному демпингу на нефтяном рынке, столкнулась с серьезными проблемами.

Напомним, после того как на мартовском заседании ОПЕК+ Россия отказалась выполнить ультимативное требование Эр-Рияда о резком сокращении добычи, саудиты пообещали залить мир дешевой нефтью.

Компания Saudi Aramco снизила стоимость нефти для США на семь долларов за баррель, для Северной Европы — на восемь, Восточной и Юго-Восточной Азии — на шесть.

Эр-Рияд перешел к "политике максимальной добычи": правительство поручило Saudi Aramco увеличить экспорт на треть: с 9,7 до 12,3 миллиона баррелей в сутки.

Одновременно саудиты жестко демпинговали на европейском рынке, стремясь подорвать позиции России: предлагали сырье на 10,25 доллара ниже биржевых котировок сорта Brent.

Нефть обрушилась с 51 доллара в феврале до 32-х в марте и до 27-ми — в апреле.

В начале апреля новое соглашение ОПЕК+ все же заключили — о сокращении добычи с 1 мая. Но саудиты лишь усилили демпинг, чтобы потеснить российских поставщиков, — предложили европейским потребителям беспрецедентную отсрочку платежей на 90 дней.

Эксперты неоднократно предупреждали, что для Саудовской Аравии с госбюджетом, сверстанным из расчета 80 долларов за баррель, демпинг — экономическое самоубийство. Однако в Эр-Рияде больше думали, как наказать Россию, отвергшую ультиматум. Министр финансов королевства Мохаммед аль-Джадаан на прошлой неделе рассказал, к чему привела такая политика.

"Мы переживаем серьезный кризис, какого не видели ни разу в современной истории, — признался он. — Проблемы на нефтяном рынке привели к сокращению доходов и такому давлению на государственные финансы, что с этим трудно справиться без ущерба макроэкономике в среднесрочной и долгосрочной перспективе".

Эр-Рияд рекордными темпами тратит золотовалютные резервы, чтобы обеспечить стабильность национальной валюты — рияла. Только в марте ЗВР страны сократились на 27 миллиардов долларов — максимум за все двадцать лет статистики.

Сейчас у королевства 464 миллиарда — минимум с 2011-го, сообщает AlJazeera. Апрель наверняка побьет мартовский антирекорд, указывают эксперты.

"Нам необходимы болезненные меры по поддержанию ненефтяных доходов", — констатировал аль-Джадаан, добавив, что правительственные расходы придется урезать "очень сильно".

В частности, с 1 июня саудовский Минфин запускает программу оптимизации госфинансов почти на 30 миллиардов долларов, предусматривающую отмену выплат прожиточного минимума малоимущим и повышение НДС втрое — с пяти до 15 процентов.

В долгах, как в шелках

Выступление Мохаммеда аль-Джадаана шокировало инвесторов. Акции Saudi Aramco за один день обвалились на 5,2 процента, главные банки страны — Al Rajhi Bank, Национальный коммерческий банк и Saudi British Bank, подешевели на 6,7 процента. Еще более сотни акций саудовских компаний потеряли от 9,5 процента до десяти процентов.

Сокращение госрасходов смягчит финансовый кризис, но не спасет бюджет, уверены эксперты. Эр-Рияду придется все глубже залезать в долги.

"Ситуация для Саудовской Аравии критическая, — считает главный экономист Abu Dhabi Commercial Bank Моника Малик. — Давление на бюджет продолжит усиливаться во втором квартале, поскольку к низким ценам на нефть добавится сокращение добычи".

В этом году Саудовская Аравия уже дважды выходила на международный рынок заимствований, разместив евробонды на 19 миллиардов долларов. В том числе бумаги со сроком погашения 40 лет — самые длинные из когда-либо выпущенных в долларах заемщиком из региона Персидского залива.

По прогнозу агентства Moody’s, Эр-Рияд нарастит долговое бремя до 30 процентов ВВП, специалисты говорят и о гораздо больших значениях. Однако главный ущерб королевства от нефтяной войны не связан с финансами.

"Ценовая война Саудовской Аравии с Россией выявила критическую зависимость экономики страны от ситуации на сырьевом рынке, а снижение нефтяных доходов означает меньшую способность инвестировать в несырьевые отрасли, — отмечает американский аналитик Тайлер Дерден. — В условиях сокращения экспорта и слабых надежд на восстановление цен шансы Эр-Рияда слезть с нефтяной иглы минимальны".

Одна из жертв оптимизации госрасходов — саудовская программа развития высоких технологий Vision 2030, в частности проект NEOM — строительство с нуля в северо-западной провинции Табук "мегаполиса будущего" с умными домами, летающими такси и роботами-горничными. Предполагалось, что в этом городе стоимостью 500 миллиардов долларов к 2030 году будет жить миллион человек.

Финансовый кризис и сворачивание программы Vision 2030 резко ослабляют политические позиции наследного принца Мухаммеда бин Салмана, который провозгласил курс на диверсификацию национальной экономики.

С учетом склонности бин Салмана к паранойе и массовым арестам представителей саудовской элиты ситуация в стране выглядит очень неустойчивой. Вполне вероятно, что финансово-экономические проблемы приведут и к социально-политическому кризису.

ЕБРР спрогнозировал падение российского ВВП в 2020 году на 4,5%

Наталья Копылова. ВВП России в 2020 году сократится на 4,5 процента из-за снижения цен на нефть и коронавируса, в 2021 году российская экономика вырастет на четыре процента, следует из весеннего отчета Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) "Региональные экономические перспективы" (Regional Economic Prospects).

Россия в первые месяцы текущего года столкнулась с двойным шоком — пандемией коронавируса, парализовавшей глобальный спрос на нефть, и развалом сделки ОПЕК+, что привело в совокупности к резкому падению цен на нефть, отмечает банк.

"Падение цен на нефть было значительным, особенно в свете финансовых стимулов, необходимых для компенсации воздействия пандемии. Ожидается, что российская экономика сократится на 4,5 процента в 2020 году, после чего в 2021 году произойдет восстановление на четыре процента", — говорится в докладе ЕБРР.

Однако приведенные прогнозные значения могут меняться в зависимости от траектории движения цен на нефть, а также от степени и продолжительности мер социального дистанцирования, отметили в банке.

В ноябрьском прогнозе банк ожидал рост ВВП России в 2020 году на уровне 1,7 процента. Основными рисками для российской экономики тогда назывались санкции, низкие цены на нефть и внешние или внутренние шоки, которые могут ослабить рубль.

Иран выступил за снижение объемов добычи нефти

Тегеран убежден в необходимости снизить объемы добычи нефти, выступает за активизацию усилий по стабилизации цен и рынка в целом, заявил в интервью РИА Новости посол Ирана в России Казем Джалали.

"Иран в качестве и члена ОПЕК, и члена ОПЕК+ убежден в необходимости снижения производства и сотрудничества всех стран-производителей нефти с целью создания баланса на рынке и стабилизации цен на нефть. С этой целью министр нефти Исламской Республики Иран господин Зангане провел беседы с некоторыми своими коллегами, включая министра энергетики Российской Федерации господина Новака. Иран выступает за то, что цены на нефть должны быть сбалансированными и стабильными - это в интересах как производителей, так и потребителей нефти", - заявил посол.

Bloomberg сообщил о проблемах с разгрузкой саудовской нефти в США

Саудовские супертанкеры столкнулись с проблемой разгрузки нефти в США, сообщил Bloomberg.

Агентство отметило, что из-за нехватки судов для перевозки сырья на сушу танкеры ожидают значительно дольше обычных четырех-шести дней. Так, например, один из них прибыл в порт 1 мая, но его пока разгрузили лишь наполовину.

Усугубляет ситуацию увеличение поставок сырой нефти к побережью Мексиканского залива. Как рассказал главный аналитик по судоходству в промышленной группе BIMCO Питер Санд, примерно месяц назад туда направлялись 18 супертанкеров, хотя обычно их число не превышает семи.

В начале марта нефтяные котировки резко обрушились на фоне значительного сокращения спроса из-за пандемии коронавируса, а также после развала сделки ОПЕК+.

В середине апреля участники альянса заключили новое соглашение и договорились уменьшить добычу в мае и июне на 9,7 миллиона баррелей в сутки, во втором полугодии — на 7,7 миллиона, а до конца апреля 2022-го — на 5,8 миллиона.

Соглашение вступило в силу 1 мая, но, по данным Международного энергетического агентства, оно не сможет компенсировать падение спроса, которое в этом году станет рекордным. Из-за избытка нефти, как писала ранее Financial Times, производители начали хранить ее не только в танкерах, но и в небольших судах.

"Явное свидетельство". Новак оценил сокращение нефтедобычи саудитами

Министр энергетики РФ Александр Новак поприветствовал дополнительные добровольные существенные сокращения добычи нефти Саудовской Аравией, Объединенными Арабскими Эмиратами и Кувейтом, говорится в опубликованном сообщении ведомства.

Новак и его саудовский коллега, министр энергетики принц Абдулазиз бен Сальман ас-Сауд провели телефонный разговор в рамках контактов по ситуации на рынке нефти.

"Александр Новак приветствует дополнительные добровольные существенные сокращения производства, сделанные Саудовской Аравией, и шаги, предпринятые Объединенными Арабскими Эмиратами и Кувейтом для поддержки усилий Саудовской Аравии, отметив, что эти действия являются явным свидетельством решительных действий, которые высоко приветствуются и необходимы для ускорения процесса восстановления баланса на нефтяном рынке", – говорится в сообщении.

Стороны отметили, что Россия и Саудовская Аравия привержены достижению рыночной стабильности и ускорению восстановления баланса на нефтяном рынке.

В понедельник, 11 мая, Саудовская Аравия, ОАЭ и Кувейт заявили о готовности дополнительно сократить добычу нефти в июне сверх установленных квот в рамках соглашения ОПЕК+.

Так, Эр-Рияд решил снизить добычу на 1 миллион баррелей в сутки свыше полагающейся ей квоты - до уровня в 7,5 миллиона баррелей. ОАЭ и Кувейт сообщили, что совокупно урежут добычу на 180 тысяч баррелей в сутки.

В начале мая радио Sputnik сообщало, что цены на нефть начали расти после вступления в силу новой сделки ОПЕК+.

В рамках соглашания ОПЕК+, предусматривающего коллективное сокращение добычи нефти на 9,7 миллионов баррелей в сутки на два месяца, Казахстан взял на себя обязательства сократить добычу на 390 тыс. баррелей в сутки.

Из-за наличия значительного профицита запасов нефти на фоне снижения спроса на нефть в мире и в Казахстане, возникает риск полного затоваривания нефтехранилищ во втором квартале 2020 г. и аварийных остановок казахстанских месторождений.

В связи с этим, министерством разработан проект постановления правительства «О введении временных ограничений на пользование участками недр для проведения операций по разведке и добыче и операций по добыче углеводородов» с перечнем отдельных участков недр, по которым необходимо ограничить добычу нефти на май-июнь т.г.

Ограничение добычи распространяется на месторождения, относящиеся к категории средних, крупных и гигантских месторождений.

В указанный перечень недр не вошли малые и мелкие месторождения, по которым ожидается естественное снижение добычи ввиду экономических факторов.

Данное постановление предусматривает недискриминационный подход ко всем добывающим компаниям, с учетом обеспечения потребности внутреннего рынка страны в необходимых объемах нефтепродуктов, а так же справедливое распределение обязательств по снижению добычи нефти как для крупных проектов, так и для старых месторождений, находящихся на этапе естественного снижения добычи, сообщает пресс-служба Министерства энергетики Республики Казахастан.

Саудовская нефть для Белоруссии прибыла в Клайпеду

Танкер с 87 тыс. тонн саудовской нефти, закупленной Белоруссией, прибыл в литовский порт Клайпеда. Транспортировка сырья по железной дороге на НПЗ «Нафтан» начнется на этой неделе, сообщил РИА «Новости» пресс-секретарь госконцерна «Белнефтехим» Александр Тищенко.

«Танкер с 87 тыс. тонн саудовской нефти прибыл в порт в ночь на 12 мая и с утра встал под разгрузку. Разгружаться будет до 14 мая, после чего начнется отправка по железной дороге. Нефть начнет поступать на „Нафтан“, скорее всего, с 16 мая», — сказал пресс-секретарь концерна.

Ранее Тищенко говорил, что поставки российской нефти в Белоруссию в мае подтверждены на уровне 1,13 млн тонн. При этом республика продолжит работу с альтернативными поставщиками сырья. Для полной загрузки двух своих НПЗ Белоруссии необходимо ежемесячно около 2 млн тонн нефти, такой объем и был поставлен для переработки в апреле. До этого, с начала 2020 года, оба НПЗ республики были загружены наполовину из-за ценовых разногласий с основным и традиционным поставщиком — Россией.

Продолжая закупать российскую нефть с поставками по магистральному нефтепроводу «Дружба» и по железной дороге, Белоруссия работает с альтернативными маршрутами транспортировки сырья на свои НПЗ: по морю, с перевалкой в портах в Одессе и Клайпеде. Из порта в Одессе поставка идет по трубе Одесса-Броды и далее по одной из веток магистрального нефтепровода «Дружба» — на НПЗ в белорусском Мозыре, а из порта в Клайпеде — по железной дороге на НПЗ в Новополоцке.

Минск покупает нефть у госнефтекомпании Азербайджана (SOCAR), были также разовые закупки норвежской нефти. Кроме того, источник в нефтяной сфере сообщал РИА «Новости», что страна намерена до конца года начать прокачку нефти по трубе из Польши на Мозырский НПЗ, а объем поставок предполагается в размере около 100 тыс. тонн в месяц.

В три раза повысила НДС Саудовская Аравия

В рамках принимаемых строгих мер по поддержке экономики, серьезно пострадавшей от пандемии коронавируса, Саудовская Аравия в три раза — с 5% до 15% — повышает НДС с 1 июля, сообщает BBC. Кроме того, с 1 июня в стране будут отменены выплаты пособия прожиточного минимума — надбавки за дороговизну жизни. Все это делается в рамках мер по поддержанию экономики в условиях коронавирусного кризиса.

Доходы саудовского бюджета серьезно пострадали не только из-за COVID-19, но и из-за падения цен на нефть.

НДС появился в Саудовской Аравии всего 2 года назад. Тогда этот шаг был продиктован необходимостью уменьшить зависимость экономики от нефти. Тогда же было введено и ежемесячное пособие в 1 тысячу риялов ($267) для бюджетников, что должно было уменьшить влияние введенного НДС и рост цен на бензин.

Эти решения Эр-Рияда, отмечает «Интерфакс», озвучены на фоне того, как расходы превысили доходы, и дефицит бюджета в первые три месяца года достиг $9 млрд. Нефтяные доходы Саудовской Аравии по сравнению с прошлым годом снизились почти на 25% — до $34 млрд.

Еще в марте стало известно, что золотовалютные резервы страны упали до самого низкого уровня с 2011 года.

По словам саудовского министра финансов Мохаммеда аль-Джадаана, принимаемые меры болезненны, но необходимы. По данным Университета Джонса Хопкинса, число заболевших COVID-19 в Саудовской Аравии достигло 39048 человек. Погибли 246 человек.