Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

МЭА: спрос на нефть в мире вырастет в 2018 году до 99,2 млн б/с.

Этот темп роста меньше, чем в 2017 году, из-за высоких цен на нефть.

Мировой спрос на нефть в 2018 году вырастет на 1,4 млн б/с – до 99,2 млн б/с, подсчитало Международное энергетическое агентство. Эксперты МЭА отмечают, что этот темп роста меньше, чем в 2017 году, когда потребление выросло на 1,6 млн б/с. Это объясняется более высокими ценами на нефть. Агентство на этот раз не пересматривало прогноз спроса в 2017 году, а оценка на 2018 год была повышена на 100 тыс. б/с благодаря более позитивным прогнозам роста экономики, опубликованным Международным валютным фондом.

Запасы нефти в странах ОЭСР в декабре упали на 55,6 млн баррелей, что стало самым высоким падением с февраля 2011 года и составили 2 млрд 851 млн баррелей. За 2017 год запасы снизились на 154 млн баррелей и на конец года превышали средний пятилетний уровень на 52 млн баррелей, пишет МЭА.

Значительный рост спроса в 2017 году, незначительное увеличение добычи нефти со стороны стран, не входящих в картель, и усилия участников сделки ОПЕК+ по ограничению нефтедобычи привели к существенному падению запасов нефти в странах ОЭСР. Год назад они превышали средний пятилетний уровень на 264 млн баррелей, а сейчас – на 52 млн баррелей. МЭА отмечает, что такое падение запасов может на первый взгляд указывать на то, что соглашение близко к завершению, однако это не обязательно произойдет, поскольку рост цен остановился, и они развернулись в обратную сторону.

Йемен выражает России благодарность за политическую и гуманитарную поддержку и надеется, что Москва сыграет важную роль в урегулировании кризиса, заявил РИА Новости посол Йемена в Москве Ахмед Салем аль-Вахейши.

"Правительство Йемена благодарно за политическую и гуманитарную поддержку со стороны России. Мы намерены повысить ее роль в достижении мира в Йемене", — сказал аль-Вахейши.

По словам аль-Вахейши, руководство Йемена уверено в том, что усилия России на международной арене направлены на обеспечение стабильности в мире, включая важные для Йемена сферы, например, поиски мирного решения палестино-израильского конфликта. "Йемен и другие арабские страны с нетерпением ждут конструктивного диалога на пятой сессии Российско-Арабского форума сотрудничества", — заявил посол.

"Двусторонние отношения между Йеменом и Россией основаны на взаимном интересе и принципах невмешательства во внутригосударственные дела, а также уважении суверенитета и национальной независимости. Это открывает широкие перспективы для сотрудничества во всех сферах", — сказал посол.

Вооруженный гражданский конфликт между властями во главе с президентом Абд Раббу Мансуром Хади и движением шиитских повстанцев-хуситов "Ансар Алла" продолжается в Йемене с 2014 года. Повстанцам удалось за несколько месяцев захватить многие районы страны, в связи с чем в ситуацию вмешалась возглавляемая Саудовской Аравией коалиция. При ее поддержке военные вернули часть районов под свой контроль и продолжают бои с повстанцами. Попытки ООН мирно урегулировать конфликт не привели к успеху.

По данным ООН, конфликт в Йемене унес жизни не менее 10 тысяч человек, более 20 миллионов нуждаются в гуманитарной помощи.

Президент России Владимир Путин и король Саудовской Аравии Сальман Бен Абдель Азиз Аль Сауд обсудили по телефону вопросы развития двустороннего сотрудничества, в том числе в торговле, а также координацию усилий на мировых рынках. Об этом сообщается на сайте Кремля.

"В русле договорённостей, достигнутых по итогам государственного визита Короля Саудовской Аравии в Россию в октябре 2017 года, обсуждён широкий круг вопросов двустороннего сотрудничества, прежде всего в торгово-экономической и военно-технической сферах. Выражена готовность к наращиванию плодотворной координации на мировых рынках углеводородов", - говорится в сообщении.

Также стороны продолжили обмен мнениями по ситуации в Сирии, в том числе с учётом итогов сочинского Конгресса сирийского национального диалога.

"При обсуждении обстановки в регионе Персидского залива король Саудовской Аравии остановился на отношениях между Катаром и рядом других государств. Российская сторона акцентировала, что создавшаяся кризисная ситуация не способствует консолидации совместных усилий в борьбе с террористической угрозой и стабилизации на Ближнем Востоке в целом", - говорится в сообщении.

Король Саудовской Аравии Сальман Бен Абдель Азиз Аль Сауд в ходе телефонного разговора с президентом России Владимиром Путиным выразил соболезнования в связи с крушением самолета Ан-148, сообщает пресс-служба Кремля.

"Король Саудовской Аравии выразил соболезнования в связи с произошедшей 11 февраля авиакатастрофой", — говорится в сообщении.

Самолет Ан-148 "Саратовских авиалиний" Москва — Орск разбился в воскресенье через несколько минут после взлета из Домодедово. На борту находились 65 пассажиров и шесть членов экипажа, все они погибли.

Мир на вырост

Политика на пути в будущее

Сергей Караганов — ученый-международник, почетный председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, председатель редакционного совета журнала "Россия в глобальной политике". Декан Факультета мировой политики и экономики НИУ ВШЭ.

Резюме Как правило, международные системы формируются в результате войн. Сейчас большая война станет реальным концом истории. Усилия России должны быть гласно нацеленными на обеспечение ее продолжения.

Уже с десяток лет как мир вошел в острую фазу разложения большинства унаследованных от прошлого международных систем. Процесс распада и создания будущего мирового порядка продлится еще несколько десятилетий. У России есть хорошие возможности активно повлиять на его формирование. Не менее важная задача – не допустить срыва в новую большую войну, вероятность которой крайне высока. Необходимо продолжать поворот к Азии и наполнять содержанием концепцию всеобъемлющего партнерства Большой Евразии. Перспективы серьезного улучшения отношений с Европой и особенно Соединенными Штатами пока не просматривается, прежде всего из-за обстоятельств внутри западного сообщества. Российская политика должна быть тактически гибкой, готовой к неожиданностям, но более чем обычно стратегической – направленной на строительство стабильного, мирного и комфортного для России миропорядка. Не столько завтрашнего – 2020-х, а «послезавтрашнего» – 2030–2040-х годов.

Развал порядков

Главная причина нынешней растерянности в элитах и напряжения в мировой политике и экономике – вызревавший давно, но вышедший на поверхность лишь десятилетие назад процесс одновременного разложения большинства мировых и региональных систем, доставшихся нам от прошлого. Образно выражаясь, под ногами задвигалось сразу несколько тектонических плит, на которых зиждется мир и представления о нем.

Самый глубинный из сдвигов – завершение пятисотлетнего господства Европы и Запада в мировой политике, экономике, идейной сфере. Главная причина – утрата военного превосходства, которым они обладали примерно с XVI–XVII веков. (Россия в этом смысле относилась к западному миру. Ее стремительная экспансия к Тихому океану обусловлена не только лихостью казаков и их стремлением уйти от гнета в коренной России, но и превосходством стрелкового оружия и военной организации над стрелами и луками местных племен.) Переломным моментом в многовековой истории западного военного превосходства стала середина ХХ века, когда противостоявшие Западу державы – Россия, а затем Китай – обрели ядерное оружие. Не случайно именно после этого США сначала не смогли выиграть корейскую войну, а потом проиграли вьетнамскую. В обоих случаях вопрос о ядерной эскалации ставился, но на нее не решились. Ощущение превосходства вернулось на историческую секунду – с 1991 по 2008 гг., когда Советский Союз развалился и перестал быть военно-политическим балансиром, а Запад провозгласил «либеральный мировой порядок». Сейчас (после военно-политических неудач в Афганистане, Ираке, Ливии, Сирии) и он распадается, вызывая злую досаду архитекторов.

Кризис 2008 г. выявил, что западная экономическая модель не выдерживает открытой, не подкрепленной военными козырями, конкуренции. Либеральная торгово-экономическая система была выгодна прежде всего тем, кто создавал ее правила и опирался на военно-морское превосходство. Сначала им обладала Великобритания. Потом – Соединенные Штаты. Лучшие пушки и военные корабли, эффективная военная организация позволяли завоевывать и грабить колонии или диктовать условия торговли. Наиболее яркий эпизод – навязывание Китаю в XIX веке через череду войн торговли опиумом из Британской Индии, что погрузило значительную часть китайского общества в наркотический дурман и ускорило деградацию.

Мировую историю, какой мы ее знаем, писали победители – европейцы. Немец Фердинанд Рихтгофен назвал регион экономического и культурного взаимодействия, шедший из Китая на Запад, «Шелковым путем». Теперь китайцы, борясь за новые позиции в идеологическом мире, назвали его современное воплощение «Один пояс – один путь». Термины «Ближний» и «Дальний Восток» придумали британцы, исходя из отдаленности от Лондона. А мы до сих пор называем Дальним восточные регионы Сибири. В ближайшие десятилетия человечество, а не только ученые, будет узнавать новую, ненаписанную европейцами, историю. В которой, например, блистательная Византия, во времена темного Средневековья сохранившая и развившая лучшее в европейской культуре, соединив ее с Востоком, окажется не «византийством», а одним из высших достижений человечества. А борьба и смена китайских династий представится не менее важной, чем чередование Стюартов, Бурбонов, Габсбургов или Романовых. Это, кстати, будет очередным вызовом для преимущественно европейской культурно-исторической идентичности россиян.

Экономический порядок, созданный Западом (прежде всего США) в Бреттон-Вудсе и с 1990-х гг. распространившийся практически на весь мир, подрывают накопленные противоречия, нежелание поднимающихся «новых» играть исключительно по правилам «старых». Но главная причина – в действиях Соединенных Штатов, поворачивающихся к протекционизму, увидевших, что от либерального экономического порядка, не подкрепленного военным и политическим превосходством, больше выигрывают эти самые новые, и не желающих оплачивать конкурентов, в том числе и на Западе. «Америка прежде всего» Трампа в утрированной форме передает настроения американской элиты и населения. США и Европа пока сохраняют ведущие позиции в системе международной экономической взаимозависимости и пытаются использовать это в своих интересах через политику санкций, подрывая по дороге и либеральную систему, и доверие к себе.

Необратимо уходит двухполярная конфронтация, хотя американцы и часть послушных «новоевропейцев» нацелены возродить раскол Европы. Западная Европа хотела бы избежать конфронтации, но держится за атлантическую связку, в рамках которой за безопасность платили американцы. Последние же дистанцируются, хотя и не прочь сохранить зависимость от себя. Зато США стараются «обложить» КНР с юга и востока, пытаясь ослабить ее позиции угрозой перекрытия торговых и энергетических путей через Индийский океан и южные моря, заодно (вопреки здравой внешнеполитической логике) толкают Китай и Россию к углублению де-факто союза. Однако в современном мире, гораздо более сложно устроенном и менее зависимом от воли больших держав, не получится возродить старую двухполярность, относительно выгодную Соединенным Штатам и Западу. Новая же, если вдруг она и установится, едва ли будет в пользу Запада.

Учитывая набранный Пекином темп, уровень инвестиций в науку, образование, технологическое развитие, способность сохранять авторитарную – более эффективную с точки зрения международной конкуренции – политическую систему при соединении с рыночной экономикой, Китай идет к тому, чтобы уже через десять-пятнадцать лет стать по совокупной мощи первой державой мира. Одна из наиболее обсуждаемых тем в этой связи – «ловушка Фукидида», высокая вероятность прямого столкновения поднимающейся и уступающей держав. Давление с востока и юга, обострение соперничества с США толкают Пекин к экспансии на запад и юго-запад. Это будет иметь двойственные последствия. Даст импульс формированию новых поясов развития в центральной Евразии, стимулирует тенденцию к формированию всеобъемлющего партнерства Большой Евразии. Но станет нарастать и противоположная тенденция, связанная с опасениями соседей гигантской мощи Китая.

Положение Запада

Западные общества, еще недавно считавшиеся образцово высокоэффективными, переживают нелегкие времена. Все больше жителей западных стран ощущают себя в проигрыше от глобализации, средний класс столкнулся с перспективой жить хуже и хуже. Информационная революция, прежде всего соцсети, ослабляет рычаги контроля над обществом со стороны элит, партий и традиционных СМИ. Особенно ярко это проявляется в Соединенных Штатах, где коренной средний класс в обход традиционных каналов влияния проголосовал за «нестандартного» кандидата, представляющего его взгляды. Этим, а не колоритной личностью Дональда Трампа или его неопытностью, объясняется граничащая с безумием ярость, охватившая большую часть американской элиты. Неопытными и колоритными были и Джимми Картер, и Рональд Рейган, и Барак Обама. Но – в отличие от Трампа – «своими», выдвинутыми элитой, чтобы провести необходимую коррекцию после кризисов.

Американский истеблишмент, «глубинное государство», как его иногда называют, бьется за восстановление управляемости политической системы. Борьба лишь частично направлена против Трампа. Антироссийская риторика по большей части напоминает прикрытие стремления переформатировать внутреннюю политику самих США, сделать ее снова управляемой, в первую очередь через ужесточение контроля над новыми СМИ. Т.е. для спасения демократии в ней пытаются стимулировать вполне авторитарные тенденции.

Разумеется, раздражение Россией имеет и геополитические причины. Россия – символ и во многом причина потери военного превосходства. Она сознательно противостояла «либеральному мировому порядку». Так что корни антироссийской политики глубоки, и ожидать «потепления» не приходится. И уж точно его не случился, пока американская элита не восстановит контроль над внутренней ситуацией.

Возвращение к status quo ante 1990-х – начала 2000-х гг. невозможно. Американская экономика динамична, а Трамп ее, похоже, еще и подстегнет, так что и через несколько лет США останутся сильными. Открыт вопрос, пойдут ли Соединенные Штаты путем частичного изоляционизма – «крепости Америки» (которая, естественно, не сможет отказаться от глобальной экономической вовлеченности) или же мир снова столкнется с политикой силового реваншизма в стремлении восстановить позиции единственного глобального лидера. Второй вариант качественно более опасен, чем во времена Рейгана. Первый более вероятен. Он поставит перед миром и Россией немало проблем, но и создаст возможности.

Сходная ситуация и в Европе. Почти повсеместно звучат обвинения Москвы во вмешательстве, «русский след» обнаруживают даже в «Брекзите» или каталонском сепаратизме. «Популисты» – значительная часть коренного электората, недовольная проводимой политикой и ухудшением своего положения, теснят элиты, навязывают им свою повестку дня, ослабляют традиционные партии. Но что и кто придет на смену привычной проатлантической верхушке – неясно.

Перед Европейским союзом рисуются четыре сценария. Первый – попытка на худших, чем прежде, условиях зацепиться за союз с уходящими США, возможно, стремясь компенсировать унижение частичным улучшением отношений с Россией. Второй – попытаться добиться стратегической самостоятельности, в том числе за счет создания эффективной политики безопасности, но это требует огромных финансовых и политических инвестиций, пересмотра основ европейского проекта. Такое движение может вести как к сближению с Востоком для отражения реальных вызовов, так и к сохранению более привычной антироссийской линии. (Пока слабеющий европейский проект пытаются стянуть «скрепой» санкций.) Третий – не разрывая с Америкой, стать участником партнерства Большой Евразии. Но оно будет строиться на отличных от нынешних европейских ценностных и политических основах. Четвертый – продолжение нынешнего курса латания дыр с опасностью дальнейшей эрозии европейского проекта.

Пока большинство элит призывают ко второму, хотят первого, идут к четвертому. Третий может появиться через несколько лет. Все варианты требуют от России новой и более активной европейской политики.

Структурно ситуация внутри Запада полна таких напряжений, что становится серьезным вызовом международной безопасности. Если еще десять-пятнадцать лет назад целью международной системы провозглашалось управление подъемом «новых», то сейчас, похоже, впору говорить об управлении упадком «старых». Нынешнее состояние международных отношений – не новая холодная война, но оно много опаснее. Больше структурных напряжений, нерешаемых глобальных проблем, игроков, меньше регулирования. И почти такое же острое идеологическое противостояние. Только не между коммунизмом и капитализмом. Оно идет изнутри западных элит, пытающихся остановить деградацию своих идейных, политических и экономических позиций.

Россия, Китай, Индия, другие «новые» практически не ведут идеологическую экспансию. Их в целом устраивает направление развития миросистемы. Они – державы нарождающегося статус-кво. Оно претит старым.

Вызовы безопасности

На фоне усугубления структурной напряженности в международных отношениях особенно опасны региональные кризисы. Просыпаются конфликты на Ближнем и Среднем Востоке, подавлявшиеся старой международной системой. Почти обречена на деградацию большая часть Экваториальной Африки. Подъем Азии – субконтинента независимых государств – «размораживает» застарелые противоречия, тоже купировавшиеся двухполярностью или колониальными державами, порождает новые очаги.

Ширится волна распространения ядерного оружия. После Израиля, Индии, Пакистана, получивших его безнаказанно, и особенно после агрессий против Ирака, Ливии, отказавшихся от ядерных программ, ожидать отказа от него Северной Кореи бессмысленно. В эту же логику укладывается и присоединение Крыма к России. Геополитически необходимое и исторически справедливое, оно нарушило обещание уважать территориальную целостность Украины, которое содержалось в Будапештском меморандуме (призванном подсластить Киеву отказ от оставшегося от СССР ядерного оружия). Моральное обоснование режима нераспространения подорвано.

Если продолжится жесткое давление на Иран, рано или поздно ядерным станет и он. А тогда почти наверняка последуют Саудовская Аравия и Египет. После КНДР, весьма вероятно, ядерный статус захотят обрести Южная Корея и Япония. Но и без такого малоприятного сценария стратегическая стабильность заметно слабеет, а вероятность развязывания ядерного конфликта растет.

Появляются новые виды вооружений – ядерных, околоядерных, обычных. Кибероружие приобретает стратегический характер с точки зрения способности наносить ущерб, сравнимый с применением оружия массового поражения. Если совместными действиями не поставить его под контроль, оно превратится в идеальное оружие террористов – относительно дешево, трудно отслеживаемо, нанесение же скрытного удара по объектам жизнеобеспечения спровоцирует международные конфликты, возымеет мощный мультиплицирующий эффект. Возможно, уже в работе генетическое оружие и еще более экзотические способы нанесения тяжкого ущерба обществам и странам. Все это на фоне развала старой системы ограничения ядерных вооружений и связанных с ней стратегических диалогов. По новым угрозам серьезных обсуждений практически не ведется.

Частично происходящее – порождение стратегической фривольности (термин, подаренный мне Тимофеем Бордачёвым) или паразитизма. Государства и общества привыкли к длительному состоянию относительного мира, хотят по-страусиному думать, что так будет всегда. Или предлагают эскапистские схемы полной ликвидации ядерного оружия, страх перед которым – главная, если не единственная гарантия сохранения относительного мира. Особенно настораживает на этом фоне уровень отношений между Москвой и Вашингтоном. На поверхности по крайней мере они характеризуются презрением одних и ненавистью других. Скверный фон с точки зрения стратегической стабильности.

Увеличение числа игроков, отсутствие диалога усугубляется интеллектуальным смятением большинства элит, не понимающих, что происходит. А темп изменений нарастает. Четвертая технологическая революция принесет, как и предыдущие, огромные выгоды. Но обострит социальное и политическое напряжение. И неизвестно как. Вспомним, как лет пятнадцать назад США, рассчитывая на превосходство в киберсфере, отказывались от любого ее международного регулирования. Теперь выяснилось, что сами американцы уязвимы. Напомню: социальные сети, другие новые медиа явились одной из причин выхода ситуации во внутренней политике из-под контроля. И сейчас в Соединенных Штатах, еще недавно выступавших за полную свободу Интернета, ведут дело в сторону ее ограничения.

И мощные геостратегические сдвиги, и смятение элит, и новые технологии не только объективно увеличивают угрозу возникновения войны, но и возвращают международные отношения на базовый уровень. Из-под недавно доминировавших экономических, информационных и политических уровней все жестче проступает несущий военно-силовой скелет.

Россия на пороге

Уже приходилось писать (см. статью «2016 – победа консервативного реализма», РГП №1, 2017) о том, что в последние годы российская внешняя политика была крайне успешной. Удалось оседлать историческую волну – ренационализацию, суверенизацию, негативную реакцию многих обществ на глобализацию, повышение роли военно-политического фактора. В моду вновь входят суверенитет, приоритет вопросов безопасности, традиционные ценности. К ним во все времена и почти повсеместно относилось и превалирование интересов общества над интересами индивида, возможность реализации последних, в первую очередь через общественное служение и признание. На Западе мир и благосостояние второй половины прошлого века подхлестнули возникновение нового индивидуализма. Но в глобальном мире он отступает перед генетически обусловленной общественной сутью человека (за эту мысль спасибо Рейну Мюллерсону).

Крым остановил угрожавшее войной расширение западных союзов, изменение баланса не в пользу России, Сирия вернула Москве статус игрока первого уровня. Ощущение побед, возвращение великодержавной уверенности в себе, озлобленная реакция Запада пока сплотили общество и элиту, подстегнув тенденцию к «национализации» последней, вытесняя компрадорские настроения. С главной мировой державой недалекого будущего – Китаем – установлены фактически союзнические отношения. А ведущая часть российской элиты изменила геостратегическую самоидентификацию. Из маргинальной европейской, готовой платить за приближение к «центру», она превратилась в центральную евроазиатскую. То есть модернизируется в соответствии с современным и будущим состоянием мира. Выдержав волну враждебности и санкций, Россия выиграла и морально. Победные реляции можно было бы продолжить. Но перейду к вызовам стратегического характера.

Первым и главным, помимо объективно растущей угрозы войны, является отсутствие серьезной стратегии экономического и социального развития и роста, как и, похоже, даже желания ее продвигать. Накопленный внутренний жирок все тоньше. А компенсация внешнеполитическими победами – ненадежная стратегия. Как, впрочем, и попытка выйти из борьбы, к чему призывают уставшие от нее или не очень знающие мир сограждане. Пока действуем умело и лихо, но срывы возможны и даже вероятны. И уже сейчас относительная экономическая слабость ограничивает желание партнеров дружить и подстегивает стремление противников враждовать. А если стагнация продолжится, любая геополитическая неудача, промах рассеют ауру победителей. Под ней откроется экономическая слабость.

У России не только нет привлекательной стратегии собственного развития, но (что важнее для этой статьи) и позитивной картины будущего мироустройства. Мы (как и Китай) не заполняем идейный вакуум, образовавшийся в результате крушения почти всех международных систем. Многополярность – не желаемое состояние мира, а хаос. Концепция победила лишь как антитеза ушедшей однополярности. Но что дальше?

Нет у России и внятной стратегии (помимо укрепления собственных сил сдерживания) повышения уровня международной безопасности, находящейся в состоянии тяжкого стресса, если не перед угрозой срыва. Отношения с Западом крайне скверные, пусть в значительной степени и не по нашей вине. (Хотя и наша есть – прошлая слабость, глупость, уступки в надежде на благодарность, многолетнее игнорирование неизбежной украинской проблемы.) Пространство экономического и политического маневра сужено. Мы расширили его поворотом на Восток, но продвижение дальше будет все больше наталкиваться на слабость «западного фланга». Уступки «западным партнерам» бессмысленны. Они разожгут уже не высокомерный и глупый экспансионизм, как прежде, а желание «добить», усилят «партию войны». Да и от большинства санкций, особенно американских, избавиться в обозримом будущем практически невозможно. Однако и нынешний характер отношений контрпродуктивен и вреден, нужна смена координат, другой угол зрения, отказ от одержимости Западом как в про-, так и в антизападной форме.

Контуры политики

Нужно отчетливо понимать тенденцию к военизации международных экономических отношений и соответственно подбирать внешних партнеров по развитию. Развал всех прежних мировых систем требует активного и творческого участия в создании нового сбалансированного мирового порядка.

Краеугольным камнем российской стратегии должно стать осознанное лидерство в предотвращении новой большой войны, превращение в ведущего экспортера безопасности. И путем развития сил и доктрины сдерживания, и через предложение, если не навязывание, ведущим странам совместных усилий по укреплению международной стратегической стабильности. Не только и не столько при помощи традиционных переговоров по ограничению вооружений (хотя и они могут быть полезны, а их прошлые результаты стоит сохранять), сколько через предложение и навязывание системы диалогов, повышающих прозрачность, уменьшающих риски случайных конфликтов и их эскалации. Если США пока не хотят, начинать нужно без них – России, Китаю с приглашением других ведущих держав. Другой вариант – инициирование серии неофициальных диалогов с привлечением американцев, китайцев, специалистов из других стран по укреплению международной стратегической стабильности. Ситуация, повторюсь, много опаснее, чем в последние десятилетия холодной войны.

Естественно, нужны и новые теоретические подходы к сохранению мира. В частности, стремление не к преодолению ядерного сдерживания, а к его совместному укреплению как главного на обозримое будущее инструмента предотвращения войны (более подробно см. мою статью «О новом ядерном мире», РГП, № 2, 2017). Стоит бороться против распространения ядерного оружия. Но нужна нацеленная в будущее философия и практика диалогов, вовлекающая новые и даже пороговые ядерные державы, направленная на укрепление их безопасности. Только тогда распространением можно управлять или даже остановить его.

Как правило, международные системы формируются в результате войн. Сейчас большая война станет реальным концом истории. Усилия России должны быть гласно нацеленными на обеспечение ее продолжения. Россия де-факто – крупнейший поставщик безопасности в мире. Это и Ближний Восток, и Центральная Азия, и предотвращение ведущего к войне распространения западных союзов в Европе, и, конечно, сдерживание Соединенных Штатов, других крупных держав. Нужно стремиться к политическому и интеллектуальному оформлению этого статуса.

Создав фундамент будущего мирового порядка посредством взаимного сдерживания и диалогов ведущих держав, можно начать говорить и о принципах этого порядка: сотрудничестве, уважении суверенитета и территориальной целостности, свободе политического, культурного и ценностного выбора. Универсализм коммунизма или либеральной демократии остается в прошлом.

России необходимо возродить легалистскую традицию – приверженность международному праву, подзабытую в ответ на «закон джунглей» времен «либерального мирового порядка». Условия и балансы для этого воссоздаются. Геополитически в ближайшие годы наиболее перспективный путь – продолжение поворота на восток к созданию всеобъемлющего партнерства Большой Евразии. Видимо, США с тем или иным набором государств Европы образуют другой условный центр будущего мира. Существует маловероятный вариант, что Вашингтон и Пекин «договорятся». Это создало бы дополнительные проблемы для позиционирования России. Но стало бы огромным благом для всех.

Россия и Китай подтвердили готовность создавать вместе с другими странами всеобъемлющее партнерство в Евразии, Россия поддержала «Один пояс, один путь», который сможет вместе с другими проектами стать экономическим каркасом партнерства. Но дальше Москва утратила инициативу. Злую шутку сыграл русский характер – прорвались и успокоились. Идея партнерства требует системной работы через активное взаимодействие, прежде всего с Китаем, Индией, Японией, Южной Кореей, странами–членами ЕАЭС, ШОС, АСЕАН. Большое Евразийское партнерство – не только концептуальная рамка для строительства ключевого элемента будущего миропорядка. Это и способ погрузить в систему институтов, связей, диалогов, балансов растущую мощь КНР. Перед Пекином, во многом продолжающим традицию Поднебесной с ее системой вассальных государств по соседству, стоит нелегкая задача преодоления этой традиции. В глобальном мире она не сработает и приведет к объединению большинства против Китая. Относительно мирного, управляемого и малоконфликтного миропорядка двух центров не получится. (Подробнее о некоторых возможных контурах и ключевых проектах, которые могли бы лечь в основу всеобъемлющего Евразийского партнерства, см. мою статью «От поворота на Восток к Большой Евразии» в журнале «Международная жизнь» № 5, 2017).

На следующем этапе – года через три-четыре – новая политика должна быть дополнена улучшением отношений с ведущими европейскими странами и ЕС, усилиями по вовлечению их в большой евразийский проект, в том числе через диалог ЕАЭС–ЕС, создание треугольника мира и развития Китай–Россия–Европа, в котором Россия была бы и связующим звеном, и балансиром. Нельзя повторять ошибку 1990-х – 2000-х гг. и пытаться укрепить отношения в Европе через институты, оставшиеся от холодной войны, успешно хранящие и воспроизводящие ее – ОБСЕ, НАТО. Их надо использовать инструментально, где они еще могут быть полезны (для регулирования кризисов, предотвращения столкновений), но оттеснять. Желательна и нормализация отношений с США. Она зависит от американской внутренней динамики и может произойти не скоро, однако градус напряженности стоит по возможности снижать, стремиться к выходу из существующих конфликтов, не вовлекаться в новые. Действиями в Сирии и на Украине мы достигли всего, что требовалось. В последнем случае даже сильно переусердствовали.

* * *

Не только история, но и собственные усилия последних лет создали возможность для активного участия в формировании нового мирового порядка. Три четверти века назад мы заплатили за такое право миллионами жизней. И система оказалась невыгодной. Сегодня нужно попробовать за меньшую цену и с большей выгодой. Уйти от вызова не удастся, ведь иначе порядок будет создаваться без нас, а то и против нас. Нужно продолжить проявлять русскую интеллектуальную лихость, но дополненную и не совсем свойственными отечественной традиции системностью, настойчивостью, готовностью к сотрудничеству, стремлением к балансу. И, конечно, укреплять экономический фундамент. Иначе ни везение, ни лихость не помогут. И мы станем не субъектом, а объектом мировой истории.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 13 февраля 2018 > № 2513575 Сергей Караганов

Умные санкции

Как вести борьбу в эпоху экономических войн

Эдвард Фишман – сотрудник Atlantic Council. С 2015 по 2017 г. – советник по Европе и Евразии, ведущий эксперт по санкциям в отделе политического прогнозирования Госдепартамента США.

Резюме Экономические войны – реальность современной международной обстановки, и Соединенным Штатам необходимо совершенствовать искусство их ведения, чтобы эффективно сдерживать оппонентов.

Экономические санкции являются неотъемлемой частью американской внешней политики на протяжении десятилетий, но никогда прежде они не пользовались такой популярностью, как сегодня. Практически по всем крупным внешнеполитическим проблемам – будь то воинственность Северной Кореи, ядерные амбиции Ирана, российская агрессия или жестокость ИГИЛ – Соединенные Штаты прибегали к той или иной форме санкций. Важность санкций – один из немногих вопросов, по которым и бывший, и нынешний президенты США придерживаются сходного мнения. Барак Обама использовал санкции чаще, чем его предшественники, а Дональд Трамп за первые восемь месяцев в Белом доме поддержал расширение американских санкций против КНДР, Венесуэлы и, несмотря на сомнения, против России.

Одни американские санкции направлены против одиозных иностранных лидеров, нарушающих права человека, – Ким Чен Ына в КНДР, Роберта Мугабе в Зимбабве и тех, кто причастен к смерти юриста Сергея Магнитского в России. Другие призваны лишить террористов, наркомафию и тех, кто занимается распространением ядерного оружия, денег и других инструментов, необходимых для нанесения ущерба.

Однако в последнее время американские власти все чаще прибегают к третьему виду – принуждающим экономическим санкциям. Их суть – использовать экономическое давление, чтобы заставить иностранное правительство делать то, что оно не хочет (или заставить его воздержаться от каких-то действий). Ярким примером можно считать санкции, вынудившие Иран пойти на жесткое ограничение ядерной программы и подписать в 2015 г. Совместный всеобъемлющий план действий.

Несмотря на популярность санкций, система их применения не проработана до конца. Американская администрация практически никогда не обговаривает санкции с союзниками, пока не наступит кризис, поэтому принимаемые меры выглядят поспешными, плохо продуманными и слишком медленными для сдерживания оппонента. Эти недостатки делают санкции неэффективными сегодня, а в будущем нанесут еще больший вред. Поскольку правительства разных стран стремятся расширить собственные возможности ведения экономических войн и одновременно ищут умные способы защиты от воздействия американских мер, Вашингтон рискует оказаться среди отстающих в сфере, где долгое время лидировал. Поэтому американским властям давно пора модернизировать свой любимый внешнеполитический инструмент.

Всё умнее и умнее

Вашингтон предпочитал санкции другим инструментам внешней политики на протяжении всего периода после холодной войны. Призрак противостояния великих держав постепенно исчез, и политики стали считать санкции эффективным средством продвижения американских интересов без применения военной силы. Однако взрыв санкционных программ при Клинтоне заставил экспертов кардинально изменить взгляды. В конце 1990-х гг. и в начале нынешнего столетия репутация санкций была существенно испорчена.

В частности, считалось, что жесткое эмбарго Совета Безопасности ООН на торговлю с режимом Саддама Хусейна в Ираке обездолило простых граждан, но не оказало воздействия на руководство страны. Падение международной поддержки подобных мер заставило госсекретаря Колина Пауэлла предложить новый подход – так называемые умные санкции, которые выходили за рамки эмбарго и были нацелены непосредственно на лидеров и влиятельных персон.

Но начиная с 2006 г., когда Вашингтон сосредоточился на санкциях против Ирана, стало ясно, что такой подход не решит проблему обуздания ядерной программы Тегерана. Необходимо давление на иранскую экономику, прежде всего на финансовый и энергетический сектор. Поэтому эксперты по санкциям в Госдепартаменте и Министерстве финансов целились выше, разрабатывая меры, которые нанесут ущерб иранской экономике, но не станут дополнительным бременем для обычных граждан и не приведут к дестабилизации мировых рынков. В результате ужесточения санкций крупные банки Ирана лишились доступа к глобальной финансовой системе, торговый флот потерял возможность страховаться и проходить ремонт, а нефтяные доходы режима постепенно начали падать. Стратегия сработала: с 2012 по 2013 гг. ВВП Ирана сократился почти на 9%, а продажи нефти упали с 2,5 млн баррелей в сутки до 1,1 миллиона. В то же время расширенный список исключений из санкций обеспечил простым иранцам доступ к импортным продуктам питания, лекарствам и мобильным телефонам.

Санкции стали умнее, но их точное воздействие по-прежнему чрезвычайно сложно прогнозировать. Дело в том, что реализацией санкций занимаются банки и компании, невозможно предсказать, как они справятся с этой задачей. Иногда они просто прекращают совместный бизнес с целой страной, опасаясь нарушить запреты, и тогда принятые меры становятся драконовскими, даже если изначально подобного не предполагалось. Так было с Сомали, где произошла блокировка перевода средств, после того как американские банки прекратили контакты с компаниями, отправлявшими в страну деньги. В других случаях санкции оказываются слабее, чем планировалось, потому что частный сектор привыкает работать на грани законности, а нелегальные акторы находят обходные пути.

Соединенные Штаты обладают двумя главными активами, чтобы справиться с этой неопределенностью. Во-первых, масштабы и охват экономики (а также глобальное доминирование доллара), что обеспечивает широкие пределы погрешности. Во-вторых, гибкость правовых институтов позволяет Министерству финансов выдавать лицензии, обновлять санкционные списки и вносить другие коррективы.

Два этих фактора объясняют успех американских санкций против России – крупнейшей экономической державы, против которой Вашингтон когда-либо вводил санкции. Но, вероятно, главный элемент данной программы заключается в том, что с самого начала Соединенные Штаты сотрудничали с Европой (санкционный режим против Ирана стал по-настоящему многосторонним проектом после многолетнего давления со стороны Вашингтона). Учитывая тесные связи между Россией и европейскими экономиками, было чрезвычайно важно привлечь на свою сторону ЕС. Если бы Россия смогла компенсировать потери от прерванного сотрудничества с американским бизнесом, обратившись к Европе, санкции не дали бы результата, а единственной проигравшей стороной оказались бы компании из Соединенных Штатов.

Отличительной чертой антироссийских санкций является их точность. Обычно перед объектами санкций целиком закрываются двери в американскую экономику, в данном случае меры в первую очередь были сфокусированы на том, чтобы блокировать российским госкомпаниям доступ к капиталу на западных финансовых рынках и препятствовать арктическим, глубоководным и сланцевым нефтяным проектам российских энергетических компаний. Таким образом США и Евросоюз постарались оказать давление на Россию, ограничив риски для рынков, которые неизбежно влекут за собой санкции против крупного игрока глобальной экономики.

На бумаге антироссийские санкции далеко не такие жесткие, как меры, принятые против Ирана до соглашения 2015 года. Однако благодаря огромной роли западных банков и нефтяных компаний в мировых финансах и энергетике санкциям удалось задавить экономику России, не нанося существенного финансового ущерба США и Европе. За шесть месяцев после введения первого пакета санкций против ключевых секторов российской экономики в июле 2014 г. рубль обесценился более чем наполовину. По оценкам МВФ, санкции изначально привели к падению ВВП России на 1,0–1,5%, а за пять лет они обойдутся стране в 9% ВВП. Падение мировых цен на нефть, начавшееся в 2014 г., безусловно, является ключевым фактором спада в российской экономике, однако санкции замедлили восстановление страны, ограничив инвестиции, блокировав доступ к кредитам и затруднив разработку энергетических проектов.

Санкции не заставили Россию уйти из Украины. Но они не позволили Москве пойти на более радикальные меры – например, захват большей территории на востоке Украины, применение военной силы для получения сухопутного коридора в Крым или свержение демократически избранного правительства в Киеве. Сложно говорить в сослагательном наклонении, однако Москва вряд ли воздержалась бы от таких шагов, будучи уверена, что ее действия останутся безнаказанными. Хронология событий является доказательством сдерживания. Москва приостановила две крупномасштабные военные операции в сентябре 2014 г. и феврале 2015 г., когда Вашингтон и Брюссель готовили ужесточение санкций. А весной 2015 г., после нескольких пакетов санкций и ясных сигналов Запада о готовности к их дальнейшему ужесточению, Москва отказалась от проекта Новороссии, который предполагал поглощение почти половины украинской территории. Опыт России позволяет сделать следующий вывод: сутью санкций может быть не нанесение ответного удара, а сдерживание.

Когда вводить санкции

Несмотря на последние успехи, санкции нельзя считать панацеей. В некоторых случаях они могут выполнять вспомогательную роль – как средство, удерживающее оппонента от радикальных поступков, но не способное разрешить проблему. В каких-то случаях санкции вообще непригодны. Соединенным Штатам стоит воздерживаться от применения санкций по собственной прихоти, поскольку это позволит оппонентам приспособиться к их тактике, ослабит стремление союзников к сотрудничеству, а международные корпорации постараются снизить зависимость от американской экономики. Прежде чем прибегать к санкциям для решения той или иной проблемы, политики должны задать себе четыре вопроса.

Во-первых, стоят ли на кону деньги? Санкции повлияют на политическое руководство страны, только если ее экономика в значительной степени зависит от внешней торговли и доступа к международным финансовым рынкам. Поэтому санкционные программы, стагнирующие на протяжении нескольких лет, наименее эффективны: их объекты уже давно сократили зависимость от американской экономики. Яркий пример – санкции против Кубы, которые действовали с 1960-х гг., но не дали ощутимых результатов. Аналогичную динамику можно проследить и с эмбарго против Ирана, которое первоначально было введено администрацией Рейгана в 1987 году. Учитывая минимальную торговлю между Соединенными Штатами и Ираном, санкции оставались безрезультатными до 2010 г., когда администрация Обамы начала угрожать введением мер против компаний из Азии, Европы и с Ближнего Востока, ведущих бизнес с Ираном, – давление на иранскую экономику значительно превысило воздействие многолетнего эмбарго.

Второй вопрос касается убедительной теории успеха, которую необходимо проработать: сможет ли экономическое давление реально изменить политику страны? Все правительства, даже автократические, в определенной степени заботятся о положении своих граждан, поскольку падение уровня жизни может привести к политическим беспорядкам. В целом, чем выше политическая активность населения, тем больше вероятность, что санкции сработают.

Возьмем Иран. Это далеко не демократия, тем не менее в стране избирается президент (из числа одобренных кандидатов, разумеется). После того как манипуляции на выборах 2009 г. вызвали массовые протесты, а ужесточение санкций Запада привело к резкому экономическому спаду, аятолла Али Хаменеи, верховный лидер Ирана, одобрил избрание Хасана Роухани в 2013 году. Роухани построил свою избирательную кампанию на обещании освободить Иран от санкций, и без его избрания вряд ли бы удалось прийти к ядерному соглашению.

Аналогичным образом санкции могут сработать в случае с Россией, еще одной страной, где проводятся управляемые выборы. На протяжении более 15 лет Владимир Путин обещал россиянам политическую стабильность и повышение уровня жизни в обмен на поддержку его личной власти. Но западные санкции в сочетании с экономическими ошибками Кремля сделали этот общественный договор недействительным и заставили Путина искать новый, основанный на его роли защитника России от захватнических устремлений Запада. Популярность Путина достигла пика после аннексии Крыма в 2014 г., но поскольку до полного восстановления экономики еще очень далеко, недовольство уже зреет и может начать расти.

Третий вопрос, который должны задать себе политики, касается диспозиции в коалиции, вводящей санкции: обладают ли США и их союзники достаточной решимостью, чтобы реализовывать эти меры длительный период? Если нет, то страна – объект санкций постарается их переждать, надеясь, что лоббисты и оппозиционные партии на Западе ухватятся за внутренний ущерб от санкций и вынудят Вашингтон или Брюссель поднять белый флаг.

Ситуация с Россией показывает, как санкции могут превратиться в гонку на время. Последние несколько лет Россия пыталась освободиться от санкций, не давая Западу то, что он требует, – т.е. восстановление признанных границ Украины, и стараясь подорвать его решимость. Запустив процесс, когда все страны-члены каждые полгода должны единогласно одобрять продление санкций против России, Евросоюз сделал себя удобной мишенью: Москва пытается влиять на действующих лидеров, например Виктора Орбана в Венгрии, и поддерживает оппозицию, например Марин Ле Пен во Франции. Однако провал российского вмешательства на недавних президентских выборах во Франции и принятие Конгрессом закона, ограничивающего возможности Дональда Трампа снять санкции против России, ясно дали понять, что Запад не намерен отступать. Тем не менее санкции Евросоюза были бы более эффективными, если бы не требовали регулярного подтверждения.

Четвертый вопрос касается политической цели санкций: есть ли у страны, против которой они введены, возможность для маневра? Даже самые жесткие санкции не могут привести к полной капитуляции, и глупо ожидать, что лидер страны совершит политическое самоубийство ради их снятия. Этим фактором обусловлен провал санкций против КНДР: ядерная программа стала основой легитимности Ким Чен Ына внутри страны, поэтому политические потери от соглашения о денуклеаризации перевешивают экономические плюсы от снятия санкций. Чтобы санкции действительно могли изменить поведение страны, у ее руководства должна быть возможность согласиться на требования США и при этом сохранить лицо.

Хотите мира – готовьтесь к экономической войне

В марте 2016 г. министр финансов США Джейкоб Лью сделал важное предостережение: «Мы должны осознавать риск чрезмерного использования санкций, которое может подорвать наши лидирующие позиции в глобальной экономике и эффективность самих санкций». Чем больше Соединенные Штаты полагаются на санкции, отметил Лью, тем активнее другие страны пытаются избавиться от зависимости от американской финансовой системы и таким образом уменьшить свою уязвимость в случае введения санкций США.

Замечания Лью логичны, однако он игнорирует ключевой факт: мы уже живем в эпоху интенсивных экономических войн. За последние два года Китай угрожал санкциями против американских компаний, которые продают оружие Тайваню. После того как Турция сбила российский военный самолет, Москва ограничила туризм и импорт продуктов питания. Саудовская Аравия и другие арабские страны приняли меры против Катара. В период, когда государства стараются бросить вызов либеральному мировому порядку, но так, чтобы это не привело к войне великих держав, активизация экономической борьбы неизбежна. Не говоря уже о политических стимулах для введения новых и новых санкций, которые ощущают в Вашингтоне: следование этим импульсам – самый простой путь, когда разыгрывается карта национальной безопасности. Сокращая применение санкций, вы рискуете повторить ошибку луддитов, которые крушили ткацкие станки, протестуя против промышленной революции: человек может отказываться от инструмента, но его применение все равно продолжит распространяться.

Соединенным Штатам нужно готовиться к грядущим экономическим баталиям, реформируя свой санкционный аппарат. С помощью санкций удалось заставить некоторых оппонентов отказаться от уже предпринятых шагов – как в случае с ядерной программой Ирана, однако всегда легче предотвращать еще не совершенные действия. Поэтому главная цель – разработка санкций как самого мощного инструмента США в серой зоне между войной и миром, где сегодня в основном и происходит борьба на международной арене.

В первую очередь нужно на постоянной основе наладить процесс проработки санкций на экстренный случай. Так же как военные прорабатывают детальные планы войн, которые когда-нибудь могут понадобиться, сотрудники Госдепартамента, Минфина и других ведомств должны создать и постоянно обновлять типовые планы быстрого введения санкций в случае необходимости. Чтобы отработать эти планы на практике и продемонстрировать готовность властей США их применить, нужно регулярно проводить что-то вроде военных учений с симуляцией кризисов, в разрешении которых санкции способны сыграть существенную роль.

Соединенным Штатам также следует укрепить защиту от возможных ответных действий. В приоритете должен быть сбор разведданных о разработках противника в сфере экономических войн в дополнение к их военным планам. Необходимо также определить уязвимые точки американской экономики и спокойно работать над их устранением совместно с частными компаниями. Некоторые важнейшие американские продукты, в том числе самолеты и лекарства, зависят от поставок компонентов из других стран, которые могут ввести санкции против США, поэтому федеральному правительству вместе с производителями следует заблаговременно найти альтернативных поставщиков.

Эффективное наступательное и оборонительное планирование потребует регулярных консультаций политиков с экспертами по санкциям и ведущими представителями частного сектора. В Соединенных Штатах традиционно остерегаются многих видов тесных контактов бизнеса и власти, которые широко распространены в других странах, однако в данном случае стоит сделать исключение в интересах национальной безопасности. В команды по разработке санкций Госдеп и Минфин должны привлекать не только дипломатов и юристов, но и опытных профессионалов из финансового, энергетического и технологического секторов. Экспертное мнение необходимо, чтобы санкции сохраняли эффективность и в то же время не ударили по США и их союзникам. Это особенно важно в случае применения мер против крупных экономик, когда возрастает риск финансовых потерь.

Последний ингредиент сдерживания, основанного на санкциях, – регулярное обсуждение способов ведения экономической войны с союзниками. Несмотря на манящие перспективы широкой международной поддержки, Совет Безопасности ООН – неподходящая площадка для дискуссий в силу разногласий между его постоянными членами, что часто приводит к выхолащиванию смысла санкций. Слабость попыток Соединенных Штатов оказать давление на КНДР связана именно с Советом Безопасности ООН и наследием санкционной программы, которая строилась не на экономическом принуждении, а на противодействии получению Пхеньяном компонентов для ядерных ракет. Поскольку Россия и Китай обладают правом вето в решениях по санкциям и сами следят за нарушениями санкционного режима на своей территории, у Соединенных Штатов осталось гораздо меньше возможностей воздействовать на КНДР, чем в случае с Ираном и Россией. Кроме того, Пекин и Москва вполне могут согласиться на резолюции Совбеза и при этом тайно продолжат помогать Пхеньяну.

Интересам США в большей степени отвечает обсуждение принуждающих экономических санкций с союзниками-единомышленниками в ЕС и «Большой семерке», в то время как в рамках ООН можно сосредоточиться на мерах, не вызывающих особых разногласий, – касающихся плохих акторов, распространения оружия и отмывания денег. Соединенным Штатам также следует привлекать союзников к разработке планов санкций и учениям, большое значение имеет совместная работа по использованию санкций в интересах коллективной безопасности. Разумной стратегией по сдерживанию новых попыток России вмешиваться в выборы, например, могла бы стать совместная декларация ЕС и НАТО, предупреждающая, что подобные действия будут рассматриваться как атака на весь блок и приведут к жестким многосторонним санкциям.

Экономические войны – реальность современной международной обстановки, и Соединенным Штатам необходимо совершенствовать искусство их ведения, чтобы эффективно сдерживать оппонентов. Конечно, кризисы не прекратятся: США всегда будет трудно нивелировать агрессивные действия и защищать свои интересы в таких горячих точках, как Южно-Китайское море, Персидский залив и постсоветское пространство. Если Вашингтон ужесточит свою санкционную политику так, что его возможности не будут ставиться под сомнение, а намерения будут безошибочными, это поспособствует длительному миру между великими державами: кризисы удастся предотвращать до того, как они выйдут из-под контроля.

Опубликовано в журнале Foreign Affairs, № 6, 2017 год. © Council on Foreign Relations, Inc.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 13 февраля 2018 > № 2513573 Эдвард Фишман

МЭА: США готовятся стать лидером по добыче нефти.

Международное энергетическое агентство (МЭА) заявило, что США готовятся стать крупнейшим в мире производителем нефти в 2019 г. Увеличение добычи на сланцевых месторождениях компенсирует устойчивый рост спроса на нефть и сокращение поставок другими производителями, пишет Financial Times.

Добыча нефти вне ОПЕК в январе сократилась на 175 тыс. баррелей в сутки (б/с) до 58,6 млн б/с, но была на 1,3 млн б/с выше, чем в январе прошлого года, главным образом из-за увеличения производства в США на 1,3 млн б/с в годовом выражении.

Добыча сырой нефти в США вскоре превысит производство в Саудовской Аравии. США могут обогнать Россию к концу года и стать "мировым лидером" в сфере нефтедобычи, говорится в ежемесячном отчете МЭА по рынку нефти.

По оценкам Управления энергетического информации (EIA) США, объем добычи нефти в стране может достичь 11 млн б/с к концу этого года.

Падение цен на нефть вынудило американских нефтяников резко сократить расходы и стать более эффективными. Теперь, когда цены на нефть восстановились, они бурят больше скважин и добыча снова растет.

МЭА повысило прогноз роста мирового спроса на нефть на 2018 г. с 1,3 млн б/с до 1,4 млн б/с. В условиях более сильной мировой экономики общий объем потребления нефти, как ожидается, составит 99,2 млн б/с.

Однако рост производства в странах, не входящих в ОПЕК, во главе с США в этом году будет больше, чем ожидалось, и составит 1,8 млн б/с. Общий объем добычи вне картеля достигнет 59,9 млн б/с.

Агентство отметило, что ситуация напоминает первую волну американского сланцевого бума, которая была вызвана более высокими ценами и подтолкнула мировых производителей из ОПЕК и Россию к продолжению борьбы за долю рынка.

Как сообщали "Вести.Экономика", ОПЕК и группа производителей, не входящих в картель, включая Россию, 30 ноября договорились продлить соглашение о сокращении добычи до конца 2018 г.

Объем добычи в странах ОПЕК в январе был в основном стабильным и составил 32,16 млн б/с. Уровень реализации соглашения о сокращении добычи достиг 137%, отчасти из-за снижения в Венесуэле. Экономический кризис парализовал большую часть нефтедобывающих мощностей страны.

По оценкам МЭА, спрос на нефть ОПЕК в 2018 г. составит в среднем 32,3 млн б/с после снижения до 32 млн б/с в I квартале года.

Запасы нефти

Коммерческие запасы нефти в странах ОЭСР в декабре сократились на 55,6 млн баррелей до 2,851 млрд баррелей. Это максимальное месячное снижение запасов с февраля 2011 г., отметило МЭА.

За 2017 г. в целом запасы сократились на 154 млн баррелей, то есть они снижались на 420 тыс. б/с. К концу года запасы нефти были лишь на 52 млн баррелей выше среднего пятилетнего показателя, а запасы нефтепродуктов ниже этого уровня.

"С таким резким сокращением избытка [нефти] успех соглашения о добыче может быть близок. Однако это не обязательно так: цены на нефть прекратили рост и развернулись в обратную сторону, и согласно нашему балансу спроса и предложения также может произойти со снижением запасов нефти, по крайней мере в начале этого года", - заявило МЭА.

Мнение эксперта TeleTrade

Анастасия Игнатенко

"Страны ОПЕК в январе выполнили сделку по сокращению добычи нефти на 137%, страны не-ОПЕК - на 85%, подсчитало Международное энергетическое агентство. Как заявляют представители МЭА, картелю вместе с другими странами-экспортерами почти удалось ликвидировать избыток предложения на рынке нефти.

Среди существующих рисков называется лишь риск дальнейшего наращивания потенциала сланцевых компаний (для информации: в прошлую пятницу общее число буровых установок выросло сразу на 29 единиц до 975 штук). Стоит отметить, что сейчас показатель находится на максимальном с января 2017 г. значении.

Котировки нефти не испытали радости по факту публикации данного отчета и даже перешли на отрицательную территорию. Марка Brent сейчас торгуется на уровне $62,40 за баррель. Я полагаю, что биржевиков смутила фраза про "ликвидацию избытка предложения". Именно этот факт может стать основанием для досрочной приостановки соглашения.

Тем не менее углубления коррекции в нефти глубже зоны $61-62 за баррель я не жду. В прошлом данный район неоднократно выступал в роли серьезного сопротивления, что повышает шансы на его устойчивость в качестве поддержки. От него высоки шансы развития коррекционного роста в направлении уровня $65 за баррель".

ОПЕК ожидает возвращения рынка нефти к балансу лишь к концу года.

Рынок нефти с учетом текущего уровня переизбытка коммерческих запасов нефти и нефтепродуктов вернется к балансу спроса и предложения к концу 2018 года, говорится в февральском докладе ОПЕК.

Организация отмечает, что коммерческие запасы нефти и нефтепродуктов в странах ОЭСР в декабре снизились на 22,9 миллиона баррелей — до 2,888 миллиарда баррелей. Это все еще на 109 миллионов баррелей выше среднего пятилетнего уровня.

"Согласно текущему уровню переизбытка (коммерческих запасов — ред.), рынок нефти, как ожидается, вернется к балансу только к концу года", — сообщается в докладе.

ОПЕК и ряд не входящих в организацию стран (ОПЕК+) договорились в конце 2016 года в Вене о сокращении своей добычи нефти суммарно на 1,8 миллиона баррелей в сутки с уровня октября 2016 года, из которых 300 тысяч приходятся на Россию. В ноябре 2017 года участники соглашения продлили его на весь 2018 год.

Одной из главных целей соглашения является снижение коммерческих запасов нефти и нефтепродуктов в мире до среднего уровня за последние пять лет. При этом наиболее отслеживаемой в рамках сделки ОПЕК+ составляющей всех коммерческих запасов нефти и нефтепродуктов в мире являются запасы в странах ОЭСР.

Прогноз: вокруг нефти усилятся информационные войны.

Снижение нефтяных цен - на фоне позитивной статистики из США - на минувшей неделе сопровождалось сопутствующим информационным залпом. В условиях обостряющегося противостояния на мировом рынке неизбежно усилится и значение информационного обеспечения.

Стратегический расход

На минувшей неделе нефтяные цены, опробовавшие (в соответствии с прогнозами) нисходящий тренд, что называется, вошли во вкус.

В отсутствие вербальных интервенций со стороны ОПЕК, отметил аналитик ГК "Финам" Сергей Дроздов, спекулянты сконцентрировали внимание на статистике из США, отыгрывая данные от американского Минэнерго, согласно которым запасы нефти увеличились на 1,9 млн баррелей, а добыча ускорилась на 332 тыс. баррелей, до 10,251 млн баррелей в сутки. Такой результат представляется вполне логичным при росте цен на "черное золото" на 40% за прошедший год.

И на текущей неделе, с учетом последних данных от нефтегазовой сервисной компании Baker Hughes о росте количестве действующих буровых установок в США, а также при продолжении падения на американских биржевых площадках, баррель нефти может опуститься в район $61 по эталонному сорту Brent, допустил Дроздов.

Как информировала в пятницу компания Baker Hughes, за рабочую неделю, завершившуюся 9 февраля, число нефтяных буровых установок в США выросло на 26 штук до 791 единицы. И на 3 штуки до 184 единиц увеличилось количество газодобывающих установок. За неделю, завершившуюся 2 февраля, добыча нефти в стране повысилась до 10,251 млн баррелей в сутки, по оценке Управления энергетической информации Минэнерго США (EIA). И в целом по 2018 г. EIA улучшило прогноз по добыче нефти до рекордного уровня 10,6 млн баррелей в сутки. При этом коммерческие запасы нефти, по сообщению Минэнерго США, вторую неделю подряд увеличились - на 1,895 млн баррелей в сутки до 420,254 млн.

На фоне восстановления позиций доллара на международном валютном рынке, а также данных по резкому росту добычи в США, констатировал начальник аналитического управления банка "Зенит" Владимир Евстифеев, нефтяные котировки реализуют сценарий достаточно глубокой коррекции. И если сторонники выравнивания баланса на рынке от ОПЕК+ не предпримут хотя бы словесных интервенций в поддержку цен, возможно их дальнейшее снижение. Еще один риск, грозящий срывом эффективности соглашения ОПЕК+, обусловлен возросшей вероятностью продажи нефти из стратегических запасов США.

Американское правительство, в условиях реализации налоговой реформы, лишает бюджет части доходов и одновременно планирует увеличить на $300 млрд расходы на текущий и следующие годы. При этом, наряду с повышением объемов заимствований, бюджетный дефицит также частично может покрываться за счет продажи нефти из запасов, объем которых в настоящий момент составляет около 420 млн баррелей, уточнил Евстифеев.

Для покрытия дефицита бюджета в США в течение ближайших двух лет планируют продать 100 млн баррелей нефти из стратегического резерва, вследствие чего увеличится предложение на и без того "тонком" рынке, подчеркнул главный аналитик "Нордеа Банка" Денис Давыдов.

Причем, оговорил он, в условиях зафиксированного исторического рекорда добычи в США в 10,25 млн баррелей в сутки (при одновременном приостановлении сокращения запасов), вкупе с данными от Baker Hughes о росте числа нефтяных буровых на 26 единиц, до максимума с апреля 2015 г. (791 ед.), а также с учетом заявления иранской стороны о намерении нарастить добычу на 0,7 млн баррелей в сутки до 4,7 млн, у участников рынка практически не было шансов противостоять нарастающему негативу, что и привело к коррекции цен на 10%, указал эксперт.

Напомним о том, что в ближайшие четыре года Иран рассчитывает увеличить добычу нефти до 4,7 млн баррелей в сутки, на минувшей неделе сообщил замминистра нефти страны Амир Заманиниа. И его слова, конечно, подлили нефти в огонь.

Сланцевый ход

При этом, сформулировал Денис Давыдов, вследствие слабости доллара, наблюдавшейся около 9 месяцев, а также последовательных шагов участников сделки ОПЕК+ по ограничению нефтедобычи и ожиданий более активного роста мировой экономики, американское сланцевое производство не только восстановилось, но и набрало уверенный ход. И есть основания полагать, что в ближайшие два-три месяца его активность сохранится, хотя, быть может, при меньших темпах.

"По нашим наблюдениям, временной лаг между ростом цен и выходом производства на новые уровни составляет порядка 4 месяцев. Учитывая, что цены на WTI пробыли на весьма комфортных уровнях ($55+) с начала ноября и сейчас остаются там же, шансы на реализацию планов МЭА и Минэнерго США по выходу на производство 11 млн баррелей в сутки до конца текущего года выглядят вполне реалистичными", - рассказал главный аналитик "Нордеа Банка".

Причем, добавил он, наращение запасов может проявить себя в ближайшее время на фоне приостановки работы НПЗ по случаю проведения профилактических работ.

И в целом для рынка, указал главный редактор новостей товарных рынков и энергетики Thomson Reuters Александр Ершов, ключевым стало изменение статуса Соединенных Штатов, которые ранее были признаны крупнейшим потребителем энергоресурсов, а теперь также усиливают свои позиции в качестве их поставщика.

Тамошняя инфраструктура вполне развита и диверсифицирована, а потому, при наличии экономической целесообразности, какую-то часть добытой нефти без проблем можно направить на внутреннее потребление, а какую-то на экспорт. К тому же благодаря развитию технологий сланцевые компании теперь успешно функционируют даже при цене нефти в $50 за баррель и ниже. А при уровнях $70 и вовсе снимают сливки.

В условиях улучшение конъюнктуры в отрасль пришли отраслевые гиганты. В частности, Exxon Mobil и Chevron ранее заявили о намерении инвестировать соответственно $6,6 млрд и $4,3 млрд в разработку сланцевых ресурсов. Причем, если прежде занимавшиеся ею в основном небольшие компании в случае падения цен могли быстро свернуть нефтедобычу и уйти с рынка, то крупные компании окажутся менее гибкими.

Они вкладывают большие средства и привлекают многочисленный персонал, намереваясь оставаться на рынке всерьез и надолго.

"И когда цены опять упадут, очевидно, они могут продолжить работать, невзирая на…", - ответил "Вести. Экономика" Ершов на состоявшейся на прошлой неделе пресс-конференции.

Статусный исход

Приведенные им тезисы затем были усилены в статье в Forbes под названием "Американская угроза. Чем Россия ответит на рост добычи сланцевой нефти в США". В ней, среди прочего, был сделан вывод о том, что американские сланцевики вышли победителями в ценовой войне с ОПЕК+. Победная риторика также была подхвачена в пятничной статье "Рейтер" с симптоматичным названием "Анализ-политика "энергетического доминирования" Трампа усиливает противоречия Вашингтона и Москвы”.

В ней, в частности, говорилось: "Ситуация иллюстрирует реализацию ключевой цели политики "энергетического доминирования" Трампа, которая предполагает использование роста экспорта энергоносителей для усиления влияния Вашингтона на геополитической арене".

Таким образом, успешные статданные американская сторона также дополнила сопутствующим информационным залпом, очевидно, призванным закрепить ее новые позиции в качестве глобального экспортера нефти.

Между тем, пока цифры свидетельствуют о том, что все же большую роль на мировом рынке США играют именно в качестве крупнейшего потребителя. К примеру, как сообщил ранее глава Минэнерго РФ Александр Новак, в Соединенных Штатах, производящих 10 млн баррелей в сутки, потребление составляет около 20 млн баррелей.

Причем при сопоставимых объемах производства, по оценке того же Александра Ершова, США экспортируют около 20% добытой нефти, а Россия (ежесуточная добыча которой, по данным Росстата, составила в ноябре 10,126 млн баррелей в сутки) порядка 50%.

Тем не менее вопрос о том, как ответят (и ответят ли) на происходящее участники сделки ОПЕК+, сегодня представляется весьма интригующим для рынка.

Правила игры на нефтяном рынке в очередной раз меняются, признал Владимир Евстифеев. Если раньше риски компенсации выпадающего объема ОПЕК+ со стороны США были менее очевидными, то сейчас рост уровня добычи в Штатах и оптимистичный прогноз EIA на 2018-2019 гг. указывают на снижение вероятности достижения баланса на рынке.

Аналогично опасениям о более раннем сворачивании соглашения ОПЕК+ при ценах, близких к $70 за баррель, сейчас культивируются предположения о необходимости продления соглашения на весь следующий год, резюмировал начальник аналитического управления банка "Зенит".

По определению же Дениса Давыдова, нефтяные цены далее могут получить поддержку за счет сохранения активной и позитивной коммуникации участников сделки ОПЕК+ с рынком, а также сохранения на высоком уровне дисциплины по ее выполнению. "Иными словами, члены ОПЕК+ должны проявить хладнокровие и выдержанность, тем более что критического ничего не произошло.

Текущие уровни нефтяных цен скорее выглядят даже более справедливыми исходя из фундаментальных факторов. А потому вербальных интервенций от ОПЕК+ не ожидаем", - ответил главный аналитик "Нордеа Банка".

Как он уточнил, на текущей неделе для рынка окажутся важны отчеты ОПЕК и МЭА, а также статистка по инфляции в США, которая определит дальнейшую динамику доллара. Отчет ОПЕК с большей вероятностью получится чуть более позитивным, чем отчет МЭА. Однако в обоих документах основной упор будет сделан на факторе американского производства.

И если рынок сможет найти в отчетах больше позитива, а доллар не начнет вновь набирать силу, ожидается возврат Brent к отметкам $64-68, в противном случае контракты отступят в район $60 за баррель, предположил эксперт.

Наталья Приходко

CNBC: генсек ОПЕК получил слово Путина, что Россия не наводнит рынок нефтью.

Генеральный секретарь ОПЕК Мухаммед Баркиндо заявил, что Россия не станет нарушать сделку по ограничению добычи нефти ОПЕК+. Об этом сообщает CNBC.

«Я слышал и получил заверения как от Александра Новака (министра энергетики России), так и от президента Путина (президента России Владимира Путина) о том, что они останутся привержены сотрудничеству в рамках ОПЕК и не-ОПЕК, а также декларации о сотрудничестве», — сказал Баркиндо.

Он подчеркнул, что оснований для тревоги нет.

«Мы все в одной лодки», — отметил Баркиндо.

Ранее сообщалось, что ОПЕК за месяц выполнила соглашение о сокращении добычи нефти на 136%.

Александр Новак: американские коллеги рубят сук, на котором сидят.

Глава Минэнерго Александр Новак в интервью "Интерфаксу" рассказал о своем отношении к новой санкционной волне со стороны США, вариантах выхода из соглашения ОПЕК+, взаимоотношениях с Еврокомиссией по "Северному потоку-2" и основным проблемам электроэнергетики.

- В январе ваш заместитель Андрей Черезов попал в американский санкционный список, вскоре после этого вы и сами были включены в "кремлевский доклад". Как вы относитесь к новой санкционной волне со стороны США?

- Мы считаем, что этот шаг, так же, как и внесение в санкционный список моих сотрудников, наносит значительный урон нашему сотрудничеству, в том числе в энергетической сфере. Кстати, по поводу санкций мы так и не получили никаких разъяснений, уверены, что это решение не имеет под собой никаких законных оснований.

- Вы по-прежнему оптимистично настроены на восстановление в будущем Энергодиалога с США? Остается ли в силе ваше предложение американскому министру энергетики посетить "Ямал СПГ"?

- Мы уверены, что не следует создавать проблем, которые могли бы помешать развитию сотрудничества двух стран. Американские компании давно работают на российском рынке. В их числе, General Electric - в энергетической отрасли, ExxonMobil участвует в проекте "Сахалин-1", это сотрудничество могло бы быть шире. Но вместо этого американские коллеги, по сути, рубят сук, на котором сидят. Никто не будет отрицать, что российские проекты не только масштабны, но и привлекательны с точки зрения вложения инвестиций. И, несмотря ни на какие санкции, по итогам прошлого года мы впервые увидели дополнительный рост объема инвестиций на 10%. Приток был, в основном, за счет инвесторов из АТР и Ближнего Востока. Я уверен, что сотрудничество в энергетике в будущем будет расширяться, во всяком случае, господин Перри с интересом отнесся к возможности приехать на Ямал, рассчитываем, что удастся пообщаться и в рамках ПМЭФ.

- Сделка ОПЕК+ об ограничении добычи нефти будет действовать два года. Вы предполагали, что ее действие продлится так долго? Чем это вызвано? Как переживет ли российская нефтяная отрасль двухлетнее ограничение добычи?

- Принимая декларацию о сотрудничестве в рамках ОПЕК+, мы не ставили своей целью ограничить добычу нефти на какой-то определенный срок, к примеру, на полгода, год или два. Нашей задачей было убрать излишки нефти с рынка.

На текущий момент мы видим, что эта цель достигнута на две трети. Не исключено, что целевое сокращение мировых запасов нефти может произойти до конца 2018 года. Все будет зависеть от ситуации на рынке, от того, как быстро он будет балансироваться. И как только мы выйдем на плановые показатели по объемам мировых запасов нефти, как только поймем, что цель достигнута, мы все вместе соберемся и выработаем механизм дальнейших действий.

Подобный сценарий все поддерживают. Мы обсуждали этот вопрос в Вене, где собрались министры 30 стран: 24 стран-участниц соглашения и шести приглашенных, а также в Омане на министерской мониторинговой встрече, где участвовали министры девяти стран.

- Если к середине года будет понимание, что мировые запасы нефти уже достигли или максимально близки к среднему пятилетнему уровню, то будет ли сразу запущен механизм плавного выхода из сделки ОПЕК+? Прорабатываются ли механизмы такого выхода? Есть ли понимание, в какой момент всем странам участницам соглашения надо собраться и дать старт выходу?

- На текущий момент говорить об этом сложно, поскольку есть разные оценки, когда рынку удастся найти баланс спроса и предложения. В частности, секретариат ОПЕК и технический комитет по мониторингу выполнения соглашения на последней встрече в Омане представили нам прогноз, согласно которому рынок сбалансируется в третьем-четвертом квартале текущего года. Но, повторюсь, много будет зависеть от цен, сокращения остатков нефти, поведения участников рынка и так далее, поэтому балансировка может наступить чуть раньше, или чуть позже.

Конечно, мы должны совместно выработать и согласовать механизм выхода. Он должен быть плавным, позволяющим избежать резкого наращивания объемов добычи, которое может привести к превышению предложения над спросом. Скорее всего, выход из сделки займет несколько месяцев. Более точно просчитать период плавного наращивания добычи можно будет непосредственно в момент принятия решения о выходе из соглашения. Это может занять три, четыре, пять месяцев – а может быть, наоборот, всего два.

Кроме того, мы должны изучить вопрос, какие из стран могут приступить к наращиванию добычи, а в каких странах производство падает по естественным причинам, как, например, в Мексике или Венесуэле.

- Как повлияло на российское присутствие на мировом рынке нефти участие в соглашении о сокращении добычи? Как к этому отнеслись покупатели российской нефти, где и как увеличилась доля, а где уменьшилась?

- Наша доля осталась примерно на том же уровне, что и до соглашения ОПЕК+. Объемы поставок определены средне- и долгосрочными договорами, поэтому никаких проблем не возникало.

- Закрывая тему ОПЕК и ограничений добычи, не могу не спросить: вы много раз говорили о том, что сотрудничество между ОПЕК и Россией в том или ином варианте будет продолжено после выхода из сделки. Обсуждается ли вариант формализовать эти взаимоотношения, подписав меморандум, создав специальный комитет и так далее?

- Полноформатного обсуждения этой темы не было, были лишь отдельные предложения. Мы можем продолжать наше сотрудничество в формате некого Форума стран, который будет собираться раз в квартал или раз в полгода для того, чтобы обсуждать текущую ситуацию на рынках, проблемы нефтяной отрасли и так далее. Но более конкретно мы об этом пока не думали.

- Давайте перейдем к проблемам развития нефтегазового сектора в России. Нужны ли дополнительные меры поддержки российской нефтяной отрасли в текущих условиях?

- На мой взгляд, стоит подумать о дополнительном стимулировании модернизации нефтепереработки. Несмотря на то, что вслед за ростом цен на нефть улучшилась ситуация и в нефтеперерабатывающей отрасли, маржа НПЗ остается очень низкой, и далеко не все российские заводы завершили процесс модернизации. Ряд инвестиционных проектов, реализуемых в рамках четырехсторонних соглашений, был отложен на более поздний срок. Вместе с Минфином мы готовим предложения о дополнительном стимулировании инвестиций в модернизацию нефтеперерабатывающей отрасли. В марте консолидированная позиция будет представлена председателю правительства. Основные вопросы обсуждения - введение системы отрицательных акцизов на нефть, налоговых каникул по акцизам. Важно также определить, какие НПЗ и на каких условиях смогут претендовать на государственную поддержку. Сейчас идет процесс согласований и выработки единой позиции.

- Как будите решать вопрос с тем, что Минфин жестко увязывает предоставление налоговых стимулов для нефтепереработки с обнулением экспортной пошлины на нефть и повышением НДПИ? Какой компромисс возможен?

- Мы считаем, что увязывать меры поддержки нефтепереработки с обнулением экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты - очень рискованный шаг, который может непредсказуемо ухудшить ситуацию в отрасли как в отношении рентабельности переработки, так и роста цен на внутреннем рынке. С нашей точки зрения, целесообразно рассматривать вопрос об обнулении экспортных пошлин в контексте и в увязке со сроками формирования единого рынка ЕАЭС. В период 2018-2023 годов будет введен ряд новых установок вторичной переработки, что важно для надежного топливообеспечения отечественного рынка и рынков стран ЕАЭС автобензином и дизельным топливом высокого экологического стандарта. Дальнейшая модернизация уменьшит риски, связанные с отменой пошлин на нефть и нефтепродукты, но при этом все равно потребуется серьезная совместная работа с Минфином по формированию компенсационных механизмов для НПЗ и потребителей.

- В качестве еще одной меры поддержки нефтяной отрасли предлагалось в свое время предоставление налоговых льгот крупным, но уже обводненным месторождениям. Минфин нашел подходящую схему только для Самотлорского месторождения "Роснефти". Минэнерго говорило, что будет продолжать работать в этом направлении. Актуален ли еще вопрос о предоставлении налоговых льгот для обводненных месторождений?

- В России много обводненных месторождений с очень высокой себестоимостью добычи. Действующая налоговая система не позволяет дифференцированно подходить к разным по сложности и состоянию запасам месторождений.

Еще в прошлом году меры поддержки обводненных месторождений были разработаны, но их не поддержало министерство финансов. По расчетам Минфина, введение этих мер приведет к потерям бюджета в краткосрочной перспективе. Но, на наш взгляд, нужно анализировать ситуацию в долгосрочной перспективе, тогда выгоды будут более очевидны. Поэтому мы продолжаем работать в этом направлении.

- Поднимался ли на уровне Минэнерго вопрос об отсрочке запуска таких месторождений, как Юрубчено-Тохомское и Русское из-за сделки ОПЕК+? Что делать с тем, что в планах "Транснефти" по заполнению новых Заполярье-Пурпе (11,1 млн тонн) и Куюмба-Тайшет (2,9 млн тонн) на этот год, отсрочка не учитывается?

- Вопрос об отсрочке запуска этих месторождений на уровне Минэнерго России не поднимался. Месторождения будут запущены в соответствии с лицензионными обязательствами компаний.

- Как Минэнерго относится к идее о переносе платы акцизов на топливо с НПЗ на АЗС, которая снова активно обсуждается в отрасли? Поступали ли в Минэнерго подобные предложения от "Роснефти"?

- Подобная система взимания акцизов плохо администрируется, что может обернуться снижением уровня собираемости налогов. Сейчас этот вопрос находится в стадии дополнительной проработки.

- Согласны ли вы с оценкой ФАС о том, что топливный рынок в России стабилизировался, и темпы роста цен не превысят темпы инфляции в этом году?

- У нас достаточно высокая конкуренция на топливном рынке. Так что с учетом текущей конъюнктуры рынка и накопленных запасов топлива, у нас нет оснований говорить, что розничные цены будут расти выше инфляции. Мы солидарны с ФАС в этом вопросе.

- В текущем году наступает крайний срок принятия решения о монетизации газа "Сахалин-1". Как идут переговоры с "Сахалином-2" по вопросу использования газа "Сахалин-1" для третьей очереди СПГ-завода? Отложен ли проект строительства Дальневосточного СПГ? Готов ли "Газпром" поставлять газ на ВНХК?

- Существует принципиальная договоренность между "Сахалин-1" и "Сахалин-2" о продаже газа "Сахалин-1" на "Сахалин-2", сейчас идут коммерческие переговоры.

- Но переговоры между операторами этих проектов идут много лет...

- Все предшествующие годы у них не было принципиальной договоренности, на сегодняшний день они достигнуты, поэтому идет процесс согласования деталей соглашения.

- То есть я правильно понимаю, что поставки газа на III очередь становятся первоочередными, а проект строительства "Дальневосточного СПГ" отложен...

- Это коммерческий проект. Компании не предоставляли уведомлений в Минэнерго о том, что этот проект отложен.

- Соответственно, газ "Газпрома" пойдет на проект "Роснефти" ВНХК?

- Если "Сахалин-1" и "Сахалин-2" придут к соглашению относительно продажи газа, то да, газ "Газпрома" пойдет на ВНХК.

- "Газпром" откладывает реализацию СПГ–проектов (Балтийский СПГ, 3-я очередь "Сахалина-2", Владивостокский СПГ). Не упустит ли он возможность занять нишу на этом рынке? Не настораживает ли это Минэнерго?

- Реализация этих проектов предусмотрена нашей Энергетической стратегией до 2035 года. В целом, мы не видим рисков отказа от этих проектов и рассчитываем, что они будут реализованы.

- ФАС считает, что указ о Национальном плане по развитию конкуренции является сигналом Минэнерго ускорить работу по увеличению объемов продаж газа на бирже. Есть ли объективная необходимость в этом?

- В целом, мы считаем, что биржевая торговля газом должна развиваться, активно поддерживаем эту инициативу. Доля продаваемого на бирже газа увеличивается каждый год. В основном, это происходит за счет "Газпрома", а не за счет независимых производителей газа, поскольку у независимых существуют долгосрочные контракты на поставку и свободных объемов мало. Так что к этому вопросу надо подходить взвешенно и наращивать объемы продаж постепенно.

- До марта ведомства должны представить консолидированную позицию по механизму модернизации объектов электроэнергетики. Какие ключевые предложения Минэнерго и поддерживаете ли вы идею Минэкономразвития о внедрения механизма инфраструктурной ипотеки для модернизации?

- У нас нет возражений по поводу внедрения механизма инфраструктурной ипотеки. Это хороший инструмент, который позволит привлечь инвестиции в различные отрасли.

Что касается так называемого механизма "ДПМ-штрих" (механизм поддержки модернизации энергомощностей - ИФ), мы предлагаем, что в модернизацию пойдет до 40 ГВт - это верхняя планка. При этом необходимо вводить ограничения по ежегодному объему вводимых мощностей. Еще одна задача - равномерно распределить нагрузку пиковых выплат по инвестконтрактам. Оборудование должно отработать свой парковый ресурс более чем на 125%, но при этом у него должна быть высокая тепловая нагрузка.

Мы установили ряд критериев, которым должен соответствовать инвестор. Претендент, который приходит на конкурс, берет на себя обязательство, что ресурс станции будет продлен еще на 15-20 лет. При этом ему необходимо уложиться в определенную сумму, ограниченную price-cap, за счет которой будет осуществлена замена и установка оборудования.

Модернизация - это, по сути, замена крупных узлов станций - турбины, генератора, котла-утилизатора. Поскольку у тепловых станций линейка оборудования достаточно широкая, то наиболее простой путь - сформировать техническое задание и просчитать стоимость необходимого оборудования.

Вообще, пока мы в самом начале довольно сложного процесса: он затрагивает не только производителей, но и потребителей. Но все наши законодательные инициативы проходят серьезные обсуждения.

- Уточню про так называемый "ДПМ инфраструктурной ипотеки". Вы с Минэкономразвития сейчас это обсуждаете? Это предложение будет в итоговой консолидированной позиции или пока не ясно?

- Будет выработана общая позиция с Минэкономразвития, на данный момент идет процесс согласования. Как ни назови - "ДПМ-штрих" или "инфраструктурный проект" - главное, чтобы у нас появились инструменты и механизмы для модернизации теплоэлектростанций.

- Есть ряд вопросов, которые до сих пор не понятны. Например, какие объекты модернизировать в рамках программы – ТЭС, или ГЭС тоже?

- Это будет касаться только тепловых электростанций в ценовых зонах. Рассматривается также возможность включения в программу модернизации объектов тепловой генерации Дальнего Востока (находятся под управлением "РусГидро" - ИФ).

- Если говорить об объеме средств, который высвобождается после завершения программы ДПМ, кто в принципе может претендовать на эти средства? То есть мы говорим только о модернизации тепловой генерации или возможно, что в эти средства войдет еще что-то, может быть, ВИЭ?

- По мнению Минэнерго России, эти средства необходимо направить на модернизацию именно тепловых электростанций, осуществляющих основные поставки электроэнергии и участвующих в регулировании и резервировании. Другие программы поддержки, в том числе ВИЭ и гидроэнергетики, прорабатываются параллельно.

- По ВИЭ в 2024 году заканчивается текущая программа поддержки строительства 6 ГВт подобных мощностей (объекты вводятся по ДПМ ВИЭ). Будет ли новый аналогичный механизм или какой-то уже другой механизм поддержки? Или же эти проекты должны существовать без поддержки?

- В 2024 году заканчивается не программа поддержки, а программа ввода в эксплуатацию, после этого выплаты будут идти еще 10-15 лет. Поэтому по мере снижения выплат появятся финансовые источники для поддержки.

Пока рано говорить о том, будет ли сохранен такой же механизм на период после 2024 года. В целом, мы нацелены на внедрение рыночных механизмов строительства солнечных и ветровых электростанций, станций на основе других возобновляемых источников энергии. Если встанет вопрос о мерах государственной поддержки, мы должны будем все очень тщательно взвесить.

Сейчас идет серьезное удешевление себестоимости капитальных вложений, текущей эксплуатации, выработки киловатт-часа, кроме того, нужно будет просчитать экономику проектов. У нас помимо механизма ДПМ, который сейчас используется на федеральном уровне для привлечения инвестиций в ВИЭ, есть варианты поддержки проектов на региональном уровне, в том числе за счет субсидирования тарифа. Этот вопрос нужно рассматривать в комплексе.

- "Россети" сейчас активно продвигают идею о внедрении долгосрочных тарифных соглашений в сетевом комплексе. Когда планируется завершить работу над соответствующим законопроектом? Этот вопрос уже обсуждается несколько лет...

- Мы как министерство выступаем "за" и являемся инициаторами таких долгосрочных соглашений между субъектами РФ и инфраструктурными компаниями. Соответствующий проект закона разработан министерством и внесен в правительство. Надеемся, что он пройдет согласование и будет внесен в Госдуму.

- В дискуссиях о долгосрочных решениях "Россети" увязывали тарифы со своей дивидендной политикой, аргументируя это тем, что компании сложно выплачивать дивиденды в текущем тарифном меню. Возможно ли включение в тариф на передачу электроэнергии некой дивидендной составляющей по аналогии с тарифами инфраструктурных компаний в других отраслях, или это не обсуждается?

- Практика, когда дивиденды от прибыли сразу закладываются в тариф в качестве расходов компании и не учитываются при реализации инвестиционной программы или других расходов, существует. К сожалению, в сетевом комплексе пока такие решения не были приняты.

- Все-таки такая идея обсуждается, чтобы некая дивидендная составляющая была в тариф введена?

- Эта тема не закрыта, и мы постоянно ее обсуждаем с нашими коллегами из других федеральных органов власти, но пока не пришли к единому пониманию вопроса.

- По "Россетям" также до сих пор не понятно, когда и каким образом компания может получить сетевые активы в Крыму, и будет ли это вообще сделано? Можете пояснить, есть какой-то дедлайн? Как сейчас проходят дискуссии по этому вопросу?

- Сейчас мы работаем над тем, чтобы объединить активы, которые входят в ГУП "Крымэнерго", и активы, которые были построены в рамках обеспечения энергоснабжения Крымского полуострова - это энергомост, линии электропередачи высокого напряжения, подстанции. Целевая задача - все это объединить под единым управлением, в рамках одного акционерного общества. Пока на уровне правительства окончательных решений не принято.

- По соседнему региону - по Тамани - также есть вопрос. Правительство поручало до 1 апреля провести отбор мощности новых генерирующих объектов. Можете сузить временные рамки, когда конкретно он пройдет?

- Ожидается, что итоги конкурса будут подведены не ранее конца марта 2018 года (срок окончания приема заявок 28 марта 2018 года). Эти сроки устанавливались для привлечения максимального количества участников отбора, так как потенциальным инвесторам необходимо предоставить достаточное количество времени для оценки экономической эффективности проекта и формирования ценовых заявок для участия в конкурсе.

- В прошлом году заработала надбавка на оптовом рынке для выравнивания тарифов Дальнего Востока со среднероссийским уровнем. И уже тогда, когда вводили надбавку, обсуждалась возможность ее продления или ее изменения в части включения в тариф инвестсоставляющей для реализации проектов "РусГидро" . В ближайшей перспективе возможны подобные изменения?

- Нет, сначала нужно посмотреть, как работают принятые ранее решения. Только после мониторинга и анализа можно будет говорить о продлении, включении инвестиционной составляющей. Сейчас, как вы знаете, инвестиционная составляющая не включена. Никаких инициатив, по крайней мере, с нашей стороны, по этому поводу нет, мы считаем, что пока недостаточно данных для анализа.

- Перейдем к международным отношениям. Россия начала диалог с Саудовской Аравией относительно возможных поставок СПГ. Кроме России организовать поставки СПГ в Саудовскую Аравию стремятся и США, которые уже подписали соответствующий меморандум. Как вы считаете, возможно ли в случае достижения договоренностей сосуществование России и США на рынке Саудовской Аравии? Какой объем СПГ готова закупать страна и в какие сроки? Предлагает ли Саудовская Аравия сотрудничество в строительстве регазификационных терминалов, прокладке газопроводов, в том числе на территорию сопредельных стран? Приглашаются ли российские компании к участию в проектах на территории Саудовской Аравии?

- Сейчас активно идут коммерческие переговоры с Saudi Aramco по всем основным направлениям нефтегазового сотрудничества. Посмотрим, какие будут в конечно итоге достигнуты договоренности. На сегодняшний день есть много желающих поставлять в Саудовскую Аравию СПГ, но в стране нет даже регазификационного терминала по приему сжиженного газа. Переговоры по участию в проекте строительства такого терминала тоже идут, но о деталях пока говорить рано.

- Что Минэнерго ждет от встречи с еврокомиссаром по энергетике Марошем Шефчовичем в марте? ЕС подготовил законопроект, по которому входящие на территорию Евросоюза газопроводы из других стран попадают под действие законодательства ЕС. Понятно, что в отношении "Северного потока-2" Еврокомиссиия добьется своего (мы помним по опыту "Южного потока"). Как можно решить проблему с намерением ЕК распространить регулирование третьего энергопакета на "Северный поток-2"? Продавать газ на бирже в Петербурге? Пустить в него газ независимых поставщиков на условиях комиссии?

- На встрече с господином Шефчовичем в Давосе мы обсудили все основные вопросы нашего сотрудничества. Самый сложный из них касается "Северного потока-2". По этому вопросу у нас с коллегами из Еврокомиссии принципиально разные позиции: российская сторона считает, что это коммерческий проект, Еврокомиссия хочет дополнительно его регулировать. Сначала предлагалось сделать это через механизм мандата на ведение переговоров, теперь предлагают включить морские проекты в юрисдикцию Третьего энергопроекта. Мы считаем, что существующее европейское законодательство не требует никаких изменений, "Северный поток-2" может и должен быть реализован, как и другие подобные проекты. Все попытки дополнительного регулирования направлены лишь на то, чтобы не допустить строительства "Северного потока-2" и увеличения поставок российского газа в Европу.

В марте мы хотим встретиться для того, чтобы сверить часы по всем основным вопросам, в том числе по БРЭЛЛ, решению Стокгольмского арбитражного суда между "Газпромом" и "Нафтогазом Украины", поставкам и транзиту газа через Украину.

- До конца 2018 года у нас действует пауза по контракту на закупку газа в Туркмении. Туркмения ставит вопрос о желании поставлять газ в Европу через газопровод Средняя Азия-Центр (САЦ). Каким вам сейчас видится потенциальное сотрудничество с Туркменией? Возможно, рассматриваются какие-то своповые сделки с вовлечением Ирана?

- Туркмения нацелена поставлять газ в Европу через САЦ. Но как будет развиваться ситуация после прекращения действия моратория в конце 2018 года, будет ли он продлен или начнутся поставки газа, пока сложно сказать.

- Россия и Иран обсуждают поставки российского газа на север Ирана через Азербайджан. Какова экономика этой схемы? Своп или денежный расчет? Происхождение этого газа? Рентабельность поставок? Может ли это быть газ ЛУКОЙЛа с Хвалынского месторождения?

- Нашим компаниям интересно поставлять газ на север Ирана и получать газ на юге в виде СПГ или по планируемому газопроводу в Индию через Пакистан. Но конкретных решений между "Газпромом", Азербайджаном и Ираном пока нет.

Теги: Александр Новак

США. Евросоюз. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Электроэнергетика > oilru.com, 13 февраля 2018 > № 2509302 Александр Новак

РФ привержена сделке ОПЕК+, подтвердили в Кремле.

Однако вопрос о продлении сделки остается открытым.

Россия остается привержена сделке ОПЕК+ по ограничению добычи нефти, подтвердил журналистам пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков, комментируя слова генсека ОПЕК Мухаммеда Баркиндо о получении заверений о приверженности Москвы данной договоренности. «В настоящий момент Россия остается приверженной договоренностям, это все что я могу подтвердить», – ответил Песков на вопрос, планируется ли продление сделки. По его словам, о дальнейшей судьбе договоренности ОПЕК+ «ведутся различные разговоры, тем более по линии Минэнерго». При этом пресс-секретарь президента уточнил, что Владимир Путин не встречался с Мухаммедом Баркиндо по этому вопросу.

Соглашение о сокращении добычи нефти было достигнуто в конце 2016 года странами ОПЕК и не входящими в картель государствами-экспортерами нефти. Соглашение, изначально действовавшее в первом полугодии 2017 года, уже дважды продлевалось: сначала – до конца марта 2018 года, а в последний раз – до конца 2018 года. Цель соглашения – убрать излишки мировых запасов нефти.

1,7 трлн рублей получил бюджет РФ за время действия соглашения ОПЕК+.

Компании получили 700 млрд руб. дополнительного дохода за счет цен на нефть.

Бюджет РФ получил 1,7 трлн руб. за счет действия соглашения ОПЕК+. Компании получили 700 млрд руб. дополнительного дохода за счет цен на нефть, сообщил министр энергетики России Александр Новак на заседании комитета в Совете Федерации.

«Не буду останавливаться подробно на эффекте от соглашения ОПЕК+. Скажу лишь, что за счет этого соглашения, несмотря на то, что добыча нефти была снижена на 2% по сравнению с октябрем 2016 года, мы получили за 2 года в федеральный бюджет порядка 1,7 трлн рублей, и наши компании получили еще 700 млрд рублей за счет более высоких цен», – сказал Новак.

МЭА: страны ОПЕК в январе выполнили сделку на 137%, не-ОПЕК – на 85%.

Существенный рост добычи в Нигерии был компенсирован падением в других странах.

Страны ОПЕК в январе 2018 года выполнили сделку по сокращению добычи нефти на 137%, страны не-ОПЕК – на 85%, подсчитало Международное энергетическое агентство (МЭА).

Агентство отмечает, что в январе страны ОПЕК сохранили добычу нефти на уровне предыдущего месяца, несмотря на более существенный рост добычи в Нигерии, который был компенсирован падением в других странах.

Согласно представленным данным, из числа стран, не входящих в организацию, самым «злостным нарушителем» соглашения об ограничении нефтедобычи является Казахстан, который в январе не только не сократил, а существенно нарастил добычу «черного золота».

У генсека ОПЕК нет сомнений в отношении приверженности РФ сделке ОПЕК+.

Участники сделки должны продолжать координировать дальнейшие действия.

Генеральный секретарь ОПЕК Мухаммед Баркиндо не сомневается в приверженности России сделке ОПЕК+, которая одинаково отвечает интересам всех участвующих сторон. «Я получил заверения от Александра Новака и президента Путина в том, что они сохраняют приверженность сотрудничеству в рамках и вне рамок ОПЕК, а также декларации о сотрудничестве», – подчеркнул Баркиндо в эфире американского телеканала CNBC.

«Я считаю, что оснований для тревоги здесь нет… Мы все в одной лодке», – сказал он, отметив, что в интересах ОПЕК, России и производителей нефти, не входящих в состав картеля, продолжать координировать дальнейшие действия. По словам генсека ОПЕК, работа поступательно продолжается. «Мы уверены, что такой глобальный форум, как декларация о сотрудничестве, будет служить впредь в качестве страховки от значительной волатильности и спадов, наблюдавшихся в начале осени 2014 года… Я считаю, что мы усвоили достаточно уроков и начинаем закладывать составные элементы для организационного оформления данного партнерства», – добавил он.

Сделка ОПЕК+, изначально действовавшая в первом полугодии 2017 года, уже дважды продлевалась: сначала – до конца марта 2018 года, а в последний раз – до конца 2018 года. Цель сделки – убрать излишки мировых запасов нефти.

ОПЕК повысила оценку мирового спроса на нефть.

Мировой спрос на нефть прогнозируется на уровне 98,6 млн б/с в 2018 году.

Оценка мирового спроса на нефть в 2017 году повышена ОПЕК до 97,01 млн б/с (+30 тыс. баррелей), сообщается в докладе организации. Прогноз мирового спроса на нефть также повышен - по прогнозам ОПЕК, в 2018 году он достигнет 98,6 млн б/с (повышен на 90 тыс. баррелей).

Кроме того, картель повысил оценку роста мирового спроса на нефть в 2017 году на 30 тыс. б/с, в 2018 году – на 60 тыс. б/с. Таким образом, рост мирового спроса на нефть в 2017 году составил 1,6 млн б/с, в 2018 году – составит по прогнозам 1,59 млн баррелей.

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с заместителем Премьер-министра, Министром иностранных и европейских дел Бельгии Д.Рейндерсом, Москва, 13 февраля 2018 года

Уважаемые дамы и господа,

Мы провели очень содержательные переговоры с заместителем Премьер-министра, Министром иностранных и европейских дел Бельгии Д.Рейндерсом.

Мы встречались не так давно, летом прошлого года в Брюсселе. Я поблагодарил моего коллегу за гостеприимство и рад возможности принять его в Москве по случаю проведения завтра заседания Смешанной комиссии по экономическому сотрудничеству между Российской Федерацией и Бельгийско-Люксембургским Экономическим Союзом, сопредседателем которой с бельгийской стороны является Д.Рейндерс, а с нашей стороны – заместитель Председателя Правительства Российской Федерации Д.О.Рогозин.

Мы отметили давнюю и добрую историю отношений между нашими странами. Как вам известно, в апреле исполняется 165 лет с момента установления дипломатических отношений. Договорились отметить предстоящий юбилей на достойном уровне.

Ценим, и подтвердили это сегодня, настрой руководства Бельгии на развитие диалога с Россией. Приветствуем усилия бельгийских партнеров по оздоровлению ситуации в отношениях между Россией и Евросоюзом и в целом в Европе.

Мы подробно обсудили состояние и перспективы нашего двустороннего сотрудничества, прежде всего с учетом результатов недавнего визита в Москву Премьер-министра Бельгии Ш.Мишеля, его переговоров с Президентом России В.В.Путиным и Председателем Правительства Российской Федерации Д.А.Медведевым. Условились энергично работать над тем, чтобы все договоренности, о которых шла речь в ходе переговоров на высшем уровне, были выполнены.

Констатировали хорошую динамику товарооборота. По итогам прошлого года он возрос на 20,1% и составил 8,9 млрд. долл.США. Исходим из того, что завтрашнее заседание Смешанной комиссии по экономическому сотрудничеству будет способствовать закреплению этой тенденции.

Уделяем большое внимание поощрению прямых связей между деловыми кругами. Мы выразили удовлетворение, что бельгийские представители посетили в прошлом году (как это было и в предыдущие годы) Санкт-Петербургский международный экономический форум. Также в прошлом году бельгийские предприниматели приняли участие в относительно новом формате – в Восточном экономическом форуме, который третий год проводится во Владивостоке. Рассчитываем, что и дальнейшие мероприятия в Санкт-Петербурге, во Владивостоке и в других российских регионах будут представлять интерес для бельгийского бизнеса.

Приветствуем устойчивые парламентские обмены. Традиционно большой интерес у наших граждан вызывают гуманитарные связи. В прошлом году в Бельгии гастролировал ансамбль народного танца имени И.Моисеева, оркестр Мариинского театра под управлением В.А.Гергиева, молодые солисты «Большого театра». В Санкт-Петербурге в Государственном Эрмитаже большой интерес вызвала выставка современного бельгийского художника Я.Фабра.

Отметили также очень важную, по-моему, полезную и перспективную тенденцию развития прямых связей между высшими учебными заведениями. В России в прошлом году побывали делегации Свободного университета Брюсселя, Гентского университета, которые провели контакты с вузами Москвы, Санкт-Петербурга, Нижнего Новгорода, Волгограда, Петрозаводска. Такую тенденцию мы будем поощрять. Это очень важно, чтобы развивать контакты между студентами и в целом между людьми.

Достаточно подробно обсудили ситуацию в Евроатлантике, включая отношения между Россией и Евросоюзом и Россией и НАТО. Мы ценим последовательный настрой Брюсселя на преодоление нынешних проблем в отношениях между Россией и Западом, на восстановление, укрепление доверия и развития конструктивного диалога, потому что в любом случае у нас общие угрозы и вызовы.

Из конкретных кризисных ситуаций обсудили украинскую. Подтвердили безальтернативность полного и последовательного выполнения Минского «Комплекса мер». Мы рассказали о том, как работает российская сторона в Контактной группе и «нормандском формате», добиваясь решений самых острых гуманитарных проблем, прекращения противоречащим Минским договоренностям экономической блокады территорий Донецкой и Луганской областей, а также полного выполнения политического пакета «Минска-2» наряду, конечно же, со срочными шагами по укреплению безопасности и прекращению любых нарушений режима прекращения огня.

Мы выразили серьезную озабоченность линией киевских властей, которые продвигают в Верховной Раде закон о «реинтеграции» Донбасса, который идет не просто вразрез с Минскими договоренностями, а полностью их перечеркивает. Также вызывает озабоченность усиление на Украине позиций радикалов, в том числе, с откровенно неонацистским уклоном. Мы будем добиваться того, чтобы все эти тенденции были пресечены, чтобы Минские договоренности и обязательства Украины по международным конвенциям в СЕ, ОБСЕ строго выполнялись.

В частности, привлекли внимание наших коллег к тому, чтобы справедливые замечания Венецианской комиссии к закону «Об образовании», который был принят, вступил в силу на Украине и содержит дискриминационные положения в отношении всех языков меньшинств, были учтены. Пока готовности учесть замечания Венецианской комиссии со стороны Киева мы не наблюдаем.

Говоря о европейской безопасности, мы хотим продвигать конструктивную повестку дня в ОБСЕ. В Астане в 2010 г. состоялся саммит, на котором была выдвинута цель – продвигаться к созданию сообщества равной неделимой безопасности в Евроатлантике и Евразии. Сейчас, после нескольких лет застоя в ОБСЕ возрождается интерес к тому, чтобы наладить равноправный и взаимоуважительный диалог по военно-политическим проблемам. Есть такая форма работы, как структурированный диалог по проблемам безопасности. Мы приветствуем, что во главе этого диалога условились назначить бельгийского дипломата, Постоянного представителя Бельгии при ОБСЕ. Рассчитываем на то, что в своей работе он будет руководствоваться общими интересами, Хельсинкским Заключительным актом и принципом консенсуса.

У нас общие озабоченности в отношении кризисов на Ближнем Востоке и Севере Африки. Россия и Бельгия заинтересованы в поисках политического урегулирования кризисов в Сирии, Ливии, Йемене, преодолении проблем, которые сохраняются в Ираке. Конечно, все это приобретает особую значимость в контексте угроз распространения террористических боевиков за пределами этого региона, что уже происходит. Это угроза для всех нас общая.

Мы проинформировали наших коллег об итогах состоявшегося в Сочи Конгресса сирийского национального диалога, одним из главных достижений которого стало принятие Заключительного заявления, содержащего 12 принципов государственного обустройства обновленной Сирии, а также призыв создать конституционную комиссию. Считаем это очень важным подспорьем для деятельности специального посланника Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистуры по выполнению резолюции 2254 СБ ООН, которая требует налаживания инклюзивного межсирийского диалога с участием Правительства и всего спектра оппозиции и согласования всех вопросов по преодолению кризиса на основе обоюдных договоренностей между Правительством и оппозицией.

У нас есть еще целый ряд других тем, которые мы сегодня обсуждали. Они все помогают лучше понять друг друга. Повестка дня нашего диалога очень насыщенная. Я считаю регулярные контакты на уровне министров иностранных дел весьма полезными.

Вопрос: Вы встречались с некоторыми Вашими европейскими коллегами. Заметили ли Вы изменение их отношения касательно санкций, которые принял ЕС в связи с украинским вопросом?

С.В.Лавров: Мы как-то никогда не интересуемся отношением наших коллег из Евросоюза, вообще из тех стран, которые ввели против нас санкции, что они думают на эту тему. Читаем оценки, которые, в общем-то, все как одна говорят о том, что санкции наносят ущерб нашим двусторонним отношениям. Есть оценки авторитетных исследовательских структур о том, что те, кто вводит санкции, страдают от этого больше. Но, как мы уже не раз говорили, не будем никого упрашивать менять эту политику. Рассчитываем, как неоднократно подчёркивал Президент России В.В.Путин, что здравый смысл возьмёт верх. Политика, преследующая идеологизированные цели, которые ставят политический, геополитический расчёт выше экономических интересов, никуда нас не приведёт. Приветствуем понимание тупиковости этой линии.

Тем временем, пока эта линия ещё не остановилась, мы, конечно, занимаемся своей экономикой, развитием своих возможностей быть независимыми от подобного рода эксцессов, потому что в западном стане есть небольшое, но агрессивное меньшинство, пытающееся не позволить нормализовать отношения с Российской Федерацией. Очень часто у этого меньшинства идут на поводу. До сих пор мы это наблюдаем. Но всегда готовы к тому, что возобновить равноправный взаимоуважительный взаимовыгодный диалог без ультиматумов, требований покаяться, извиниться. Мы все свои действия открыто объяснили на основе международно-правовых норм. Все те, кто хочет нас услышать, услышали.

Мы сегодня говорили, конечно же, про Украину, Крым. Всё больше западных политиков, включая парламентариев Бельгии и других стран Евросоюза, посещают Республику Крым и Севастополь - субъекты Российской Федерации.

Все те, кто хочет действительно понять, что там происходит, могут это сделать напрямую, поехать туда и своими глазами посмотреть, что и как, а не критиковать дистанционно. Сейчас вообще модно решать вопросы дистанционно, особенно когда касается обвинений тех или иных государств, которые не по нраву нашим западных коллегам. Такая «дистанционность» применяется и в отношении суждений о Крыме со стороны тех, кто критикует происходящее, считает произошедшее аннексией вопреки объективным фактам, заключающимся в свободном волеизъявлении крымчан. Дистанционно выносятся и вердикты по поводу того, кто применил химическое оружие в Сирии. Это вообще стало такой тенденцией. Лучше и гораздо честнее всё увидеть своими глазами и выезжать на место, о котором идёт речь. Если речь о применении химического оружия в Сирии, надо ехать на место инцидента, а не полагаться на какие-то фейковые видеосюжеты. Если речь идёт о том, нарушаются ли права в Крыму, надо ехать в Крым, а не слушать измышления, которыми занимаются некоторые государства, включая, конечно, украинское руководство.

Ответ, по-моему, понятен. Я несколько расширил сферу своего анализа, но, надеюсь, это было небесполезно.

Вопрос: Как Вы оцениваете планы Пентагона выделить 550 млн. долл. на подготовку т.н. «Сирийских демократических сил» и организацию приграничных сил безопасности? Как это отразится на политическом урегулировании в условиях существующего напряжения?

С.В.Лавров: У нас в целом, и особенно за последнее время, накопилось немало вопросов к действиям США в Сирии. Они осуществляются без приглашения, как, собственно говоря, и действия не только США, но всей возглавляемой американцами коалиции. Тем не менее, в интересах борьбы с терроризмом, как вы знаете, мы пошли на договорённости с американскими военными. Представители ВКС России имеют канал связи с ними, который позволяет прежде всего избегать непреднамеренных инцидентов, а также согласовывать действия, которые важны для нанесения поражений террористическим группировкам. На такое сотрудничество мы пошли исходя из того, что нам официально на самом высоком уровне американские коллеги, включая Госсекретаря США Р.Тиллерсона, неоднократно говорили, что единственной целью пребывания Вооружённых сил США в Сирии является нанесение поражения ИГИЛ.

Теперь уже ясно, что ИГИЛ как проект халифата не состоялся, прежде всего благодаря действиям сирийской армии при поддержке ВКС России. Но мы не отрицаем и определенный вклад американской коалиции в это достижение. Тем не менее, разгромив концепцию халифата и его зачатки, которые были созданы на сирийской земле, мы, конечно, пока не справились до конца и не уничтожили разрозненные отряды, которые растеклись по Сирии и пытаются «переползти» в соседние страны. Это важная часть работы.

Но от наших американских коллег мы теперь уже слышим другие объяснения своего присутствия в Сирии. Они говорят, что его необходимо сохранить до тех пор, пока не будут решены не только военные задачи, но и пока не завяжется устойчивый политический процесс, который должен будет завершиться устойчивым, приемлемым для всех (читай, для США) переходом власти, то есть сменой режима. А в целом по некоторым другим признакам, о которых я сейчас скажу, у нас такое подозрение, что США хотят там остаться надолго, если не навсегда.

Вы упомянули о факте создания приграничных сил безопасности, выделении крупных средств на подготовку «Сирийских демократических сил» (СДС), в основе которых курдское ополчение. Это ведь предпринималось в ситуации, когда много вопросов возникало по поводу этих планов у Турции, особенно когда было провозглашено создание зон безопасности на всем протяжении границы между Сирией и Ираком. Все мы знаем о том, как Турция относится к тем или иным подразделениям курдского ополчения. Можно по-разному оценивать эту турецкую позицию, но она является реальностью. Действовать, полностью игнорируя эту позицию, как минимум недальновидно. Результаты такой недальновидности мы сейчас наблюдаем в том числе в районе Африна. Хочу сразу подчеркнуть, что Россия с самого начала была и остается сторонницей непосредственного участия курдов во всех усилиях по сирийскому урегулированию. Курды - неотъемлемая часть сирийского общества. Резолюция 2254 СБ ООН исходит из этого, требуя наладить процесс урегулирования с участием Правительства и всего спектра оппозиции и сирийского общества. Без участия курдов мы не сможем окончательно и устойчиво урегулировать сирийский кризис. Но продвигаться к цели такого инклюзивного, с участием курдов урегулирования, нужно через формирование общего согласия, как всех сирийских игроков внутри, так и всех внешних участников процессов, которые разворачиваются в Сирии и вокруг нее.

Американцы, на мой взгляд, действуют не путем кропотливого формирования общего согласия, а через опасные односторонние шаги. Эти шаги выглядят все больше как часть линии на создание некого квазигосударства на крупной части сирийской территории на восточном берегу Евфрата вплоть до иракской границы. Это все больше напоминает линию на подрыв территориальной целостности Сирии. На этой территории создаются самостоятельные, независимые от Дамаска местные органы власти. Туда направляются финансовые средства, чтобы эти органы власти функционировали и оснащались вооружением, при поддержке американцев там возникают правоохранительные органы. Мы эти вопросы задавали не раз, но внятные ответы на них не получаем за исключением общего лозунга, чтобы мы не волновались и что они за территориальную целостность Сирии. Но на деле все выглядит иначе.

Очень рассчитываю, что ООН, которая отвечает за выполнение резолюции 2254 СБ ООН, за налаживание инклюзивного сирийского диалога, теперь, после мощного импульса, который был придан состоявшимся 30 января в Сочи Конгрессом сирийского национального диалога, в своих действиях будет в полной мере учитывать необходимость пресекать любые шаги внешних игроков, ведущих к подрыву принципов урегулирования, закрепленных в резолюции 2254 СБ ООН.

Вопрос: Вы много говорили о Сирии. Хотел бы спросить, как можно сопрягать Конгресс, прошедший в Сочи, с женевской конференцией? Это параллельные, конкурирующие мероприятия или они имеют общую цель?

Как Вы собираетесь подключить всех международных игроков, чтобы достигнуть успеха в переговорном процессе? Какую роль может играть в этом ЕС, в особенности Бельгия? Есть ли конкретные предложения к бельгийской стороне, чтобы подключить их к этому политическому переговорному процессу?

С.В.Лавров: На первый вопрос очень легко получить ответ, ознакомившись с итоговым заявлением Конгресса национального сирийского диалога в Сочи. Любому, даже не «погруженному» в эти усилия, станет ясно, какова связь между сочинским Конгрессом и женевскими переговорами. Прямо сказано, что участники сочинского Конгресса, все сирийцы просят Генерального секретаря ООН поручить С.де Мистуре оказать содействие в дальнейшей организации работы по подготовке конституционной реформы, окончательно согласовать состав конституционной комиссии, ее полномочия и порядок работы. Я думал, вы все уже ознакомились с итогами Конгресса, они размещены на сайте МИД. Не буду на этом долго останавливаться. Надеюсь, Вы после пресс-конференции поближе ознакомитесь с этим документом. Он давно уже в доступе.

Что касается подключения международных игроков, то на Конгресс мы пригласили целый ряд наблюдателей по следующим принципам. Всех постоянных членов СБ ООН по понятным причинам, всех соседей Сирии – Ирак, Иорданию и Ливан, Египет как страну, где в свое время была сформирована «каирская» группа оппозиции. Еще одна группа была сформирована в Эр-Рияде, поэтому мы также пригласили Саудовскую Аравию. Третья группа, которая упомянута в резолюции 2254 СБ ООН, это «московская». Россия, естественно, в Сочи была представлена. Также мы пригласили Казахстан как страну-хозяйку астанинского процесса.

Все приглашенные направили высоких представителей в качестве наблюдателей, кроме наших западных коллег. США, Франция и Великобритания, которые заявляли, что не присутствовали ни в каком качестве в Сочи, несколько лукавили. Все три страны направили в Сочи дипломатов своих посольств, хотя и сказали, что они не будут находиться там в качестве наблюдателей, просто будут работать в кулуарах. Но, тем не менее, такой, по-моему, достаточно логичный круг внешних игроков в Сочи присутствовал. Что будет дальше - все в руках С.де Мистуры.

Есть созданный еще давно механизм сопровождения - т.н. Международная группа поддержки Сирии под председательством России и США. Сама группа давно не собиралась на министерском уровне, но созданные ею две целевые подгруппы по соблюдению прекращения огня и по гуманитарным вопросам регулярно, еженедельно заседают в Женеве. Там присутствуют представители европейской внешнеполитической службы, целого ряда стран-членов ЕС. Я исхожу из того, что Бельгия как один их ключевых членов Европейского Союза регулярно получает информацию о том, как ваши коллеги по ЕС оценивают ситуацию в рамках этих форматов.

Безусловно, когда начнется конституционный процесс, мы будем исходить из того, что наши ооновские коллеги обеспечат его транспарентность, будут держать в курсе всех заинтересованных членов международного сообщества.

Россия в свою очередь продолжит поддерживать эти усилия, через участие вместе с Турцией и Ираном в астанинском процессе, который в конце 2016 г. позволил вывести из расслабленного состояния усилия ооновских коллег. Весь 2016 г. за исключением первых двух месяцев ооновская площадка пустовала. Но как только было объявлено о формировании астанинской площадки, ооновцы стали сразу проявлять инициативу. Я рад, что мы их простимулировали. Точно также как сейчас сочинский Конгресс простимулировал наших коллег. Мы признательны С.де Мистуре за это. Он лично участвовал в сочинском Конгрессе и получил полезный импульс для своих дальнейших усилий.

Россия. Бельгия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 13 февраля 2018 > № 2500245 Сергей Лавров

За Ирак и Асада: красные линии Тегерана

Иранский эксперт — о «красных линиях» Тегерана на Ближнем Востоке

Хамидреза Азизи (Иран)

Иран является важным участником урегулирования ситуации на Ближнем Востоке и активно сотрудничает по основным направлениям с Россией и Турцией, хотя позиции всех трех участников разнятся. Эксперт клуба «Валдай», иранский политолог Хамидреза Азизи в статье для «Газеты.Ru» объяснил, как в Тегеране воспринимают события происходящие в регионе, а также обозначил «красные линии» для иранского правительства.

Интересы Ирана становятся более понятными, если попытаться проанализировать его точку зрения на события в горячих точках региона, определяющие по совокупности характер взаимодействия ближневосточных региональных и межрегиональных сил. Горячие точки, в которые Иран оказывается так или иначе вовлечен, либо, как минимум, имеет в них определенные интересы, включают следующие.

Сирия: Асад во имя стабильности

Учитывая начало переходного периода в Сирии, Иран проявляет заинтересованность в сохранении Башаром Асадом президентского кресла на достаточно продолжительный период. Вместе с тем, вопреки расхожему мнению, расчеты Тегерана в этом отношении имеют, прежде всего, прагматическую, а не идеологическую основу.

В контексте крайне пестрого состава сирийской оппозиции и острого моперничества между ее различными фракциями, отстранение Асада от власти в настоящий момент приведет лишь к дальнейшей дестабилизации обстановки.

То есть Тегеран полагает, что Асад должен оставаться у власти до конца переходного периода, когда ситуация станет достаточно стабильной для проведения выборов и предоставления сирийцам возможности самостоятельно определить будущее своей страны на основе свободного волеизъявления.

Кроме того, Иран заинтересован в сохранении территориальной целостности Сирии. Иранские лидеры считают, что предложения о введении федеративной системы устройства в Сирии или же о предоставлении автономии отдельным районам направлены на ослабление и будущий распад государства, что приведет к ослаблению иранского влияния на территорию, важную для Тегерана в геополитическом смысле.

По мнению руководства Исламской Республики, именно это и пытаются осуществить США и их союзники в регионе. По этой причине Иран с самого начала был обеспокоен американскими планами по оказанию поддержки группировкам сирийских курдов и считает, что Вашингтон намерен использовать курдов в качестве рычага влияния в вопросе о будущем Сирии.

Серьезная озабоченность Тегерана также связана с продолжающимся хаосом в стране, который может воспользоваться Израиль – давний геополитический противник Ирана.

Как полагают иранские политики, Израиль уже приступил к реализации своей стратегии, цель которой — лишить Иран важного союзника в регионе, вмешавшись в сирийский кризис и помешав правительству страны развить военный успех.

Для обеспечения своих интересов Иран намерен действовать как на военном, так и на политическом фронте. На военном фронте Иран продолжит сотрудничество с сирийским правительством и Россией с тем, чтобы под контроль Дамаска перешли как можно более обширные территории страны. На политическом уровне Тегеран поддерживает Астанинский мирный процесс, который считает важнейшим и наиболее эффективным средством для восстановления стабильности в Сирии.

Что касается вопроса о послевоенном восстановлении страны, то Иран обеспокоен тем, что присутствие западных стран на территории САР может привести к постепенному усилению их влияния на внутренние дела государства. В то же время Иран не располагает необходимыми ресурсами, чтобы возглавить работы по восстановлению. Таким образом, единственная реальная возможность помочь делу — приступить к координации действий с незападными странами, прежде всего, Россией и Китаем.

Ирак: сохраняя целостность

В послевоенном Ираке Тегеран стремится обеспечить условия для сохранения территориальной целостности страны, власти и политической легитимности центрального правительства в Багдаде.

Именно поэтому Иран был и остается противников независимости Иракского Курдистана.

В этих целях Иран использует двоякий подход: продолжая оказывать помощь Багдаду в его борьбе с центробежными силами, он одновременно работает с курдами и поддерживает активные двусторонние отношения с Региональным правительством Курдистана. Это оказывает на курдов сдерживающее воздействие и побуждает считаться с интересами Ирана в Ираке и в регионе в целом.

Кроме того, Иран заинтересован в сохранении нынешней системы распределения власти между различными иракскими партиями и в существенном влиянии шиитских группировок на ситуацию в стране. Он пытается укрепить единство шиитов, выступали в роли политического посредника. Иран считает, что его региональные конкуренты стремятся посеять раздор среди шиитских сил, чтобы постепенно вытеснить их с политической арены и ослабить влияние Ирана.

Ливан: звенья одной цепи

События, происходящие в Ливане, Тегеран склонен оценивать в контексте реализации плана стран Запада, Израиля и Саудовской Аравии по минимизации влияния Ирана путем расправы с группировкой «Хезболла» (в ряде стран она признана террористической — прим. «Газеты.Ru»).

Иранское руководство придерживается позиции, что давление на премьер-министра Ливанской Республики Саада Харири со стороны Эр-Рияда, «условная» поддержка американцами ливанской армии и возобновившиеся угрозы Израиля начать новую войну с Ливаном является звеньями одной стратегии.

Все эти действия направлены на постепенную делигитимацию «Хезболлы» и вытеснение ее из региона.

Чтобы не допустить этого, Иран, поддерживая тесные связи с «Хезболлой», одновременно пытается сблизиться с некоторыми другими ливанскими группами, например, связанными с Харири. Однако, учитывая сложный характер ситуации вокруг Ливана, результаты этих усилий проявятся еще не скоро.

Арабо-израильские отношения: новая ось

Обеспокоенность Тегерана вызывает появление признаков сближения позиций некоторых арабских стран с Израилем.

Иранские политики полагают, что Тель-Авив и Вашингтон убеждают арабские правительства в том, что Иран представляет угрозу их безопасности и пытаются создать в регионе некую антииранскую ось.

Это даже побудило некоторые влиятельные арабские государства выступить с довольно умеренными заявлениями в ответ на решение президента Дональда Трампа признать Иерусалим столицей Израиля. Однако Иран намерен превратить «угрозу» в возможность предстать перед мусульманским миром в качестве единственного настоящего сторонника палестинцев. Это поможет Ирану противостоять американо-израильской угрозе.

Персидский залив: игра на противоречиях

Иранский подход к взаимодействию между государствами Персидского залива основан на принципе противовесов. Тегеран пытается воспользоваться недавним расколом в Совете сотрудничества государств Персидского залива, чтобы,

укрепляя связи с Катаром, свести на нет планы Саудовской Аравии по формированию враждебной суннитской коалиции.

С другой стороны, Иран рассматривает йеменский кризис в качестве возможности для оказания дальнейшего давления на Саудовскую Аравию и с этой целью предоставляет помощь хуситам, ограничив ее исключительно политической поддержкой, чтобы не дать повода Эр-Рияду и его союзникам вступить в прямую конфронтацию.

Несмотря на пропагандистскую кампанию и попытки обвинить Иран в поставке оружия хуситам, Саудовская Аравия так и не смогла представить доказательства, способные убедить в этом международное сообщество.

Какие «красные линии» не следует пересекать Ирану и его оппонентам?

Выделив основные интересы Ирана на Ближнем Востоке, проще понять, где проходят «красные линии», болезненные для Тегерана. Прежде всего, Исламская Республика выступает против любых планов по изменению нынешних границ, поскольку они, с позиции иранских политиков, несут угрозу региональной стабильности и попытку нанести удар по собственной власти Ирана и его влиянию в регионе.

По мнению Тегерана, Вашингтон планирует разделить регион на множество мелких государств, которые легко контролировать, и поддерживать на Ближнем Востоке нужный им баланс сил.

Второй болезненной темой для Тегерана являются растущие угрозы, которые Иран планирует решать за счет создания сил сдерживания. Именно в этом ключе следует рассматривать отказ ИРИ вступать в любые переговоры по ракетной программе.

С другой стороны, Иран убежден, что за последние три десятилетия ему удалось укрепить власть внутри страны, распространить свое влияние вовне и вновь стать влиятельной региональной державой. Иран имеет все права настаивать на том, чтобы его нынешний региональный статус признавался другими региональными игроками.

Если вышеупомянутое условие, а именно признание регионального статуса и интересов друг друга, будет соблюдаться всеми сторонами, это может помочь преодолеть — хотя бы частично — так называемую «дилемму безопасности». В качестве удачного примера применения такого подхода можно привести сотрудничество Ирана и Турции по сирийской проблеме при сохранении существенных различий во взглядах сторон. Причины успеха кроются в уважении Ираном и Турцией взаимных интересов. При наличии политической воли эту модель можно применить и к отношениям Ирана с арабскими странами.

Автор — Хамидреза Азизи, доцент Университета имени Шахида Бехешти (Иран), эксперт международного дискуссионного клуба «Валдай». Статья подготовлена в преддверии конференции клуба «Валдай» «Россия на Ближнем Востоке: игра на всех полях».

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Cлабый доллар делает недвижимость ОАЭ доступной для инвесторов - мнение

Однако скачки американской валюты, к которой привязан дирхам, вряд ли значительно укрепят рынок из-за высокого предложения и подавленного спроса.

Слабый американский доллар может повысить спрос на местную недвижимость среди иностранных инвесторов, хотя это не станет панацеей, говорят эксперты. По словам старшего аналитика Knight Frank Таймура Хана, к примеру, для индийских покупателей, которые приобретают объекты за рупии, недвижимость в эмиратах подешевела на 6% по сравнению с январем 2017 года, а для британцев, расплачивающихся фунтами – на 13%, сообщает The National.

Курс доллара упал почти на 10% в 2017 году и приближается к трехлетнему минимуму. Некоторые менеджеры хедж-фондов ожидают, что доллар может снизиться еще на 10% в 2018 году. Дирхам ОАЭ привязан к доллару и, как следствие, также обесценивается.

Согласно статистическим данным Земельного Департамента Дубая, иностранные инвесторы заключили около 20% сделок с недвижимостью в эмирате за 18 месяцев к июню 2017 года. Главными покупателями были граждане Саудовской Аравии, Индии и Великобритании. Число зарубежных сделок увеличилось на 14% и, по мнению специалистов, продолжит расти.

Рост операций с недвижимостью в 2017 году также был вызван очень слабым предыдущим годом, когда число международных транзакций упало на 30% по сравнению с 2015-м, отметил главный экономист банка Emirates NBD Тим Фокс.

Цены на жилую недвижимость в Дубае и Абу-Даби упали в среднем на 1,3% и 7,6% соответственно в 2017 году по сравнению с 2016 годом, согласно данным консалтинговой компании Reidin. Цены на аренду снизились еще сильнее, достигнув падения в 10% в некоторых частях страны.

Падение цен отражает избыток предложения, низкий спрос из-за ослабевшего рынка труда и сокращение государственных расходов за последний год. Между тем, введение НДС в этом году увеличило расходы на операции с коммерческой недвижимостью.

Прогнозы экспертов оптимистичны. Недавний всплеск цен на нефть, который вызвал возобновление роста в странах GCC, а также увеличение государственных расходов на инфраструктуру в преддверии Expo 2020 Dubai должны привести к восстановлению рынка жилья в ОАЭ с 2019 года.

Запад не нужен: Аббас приехал в Москву за Иерусалимом

Махмуд Аббас обсудил с Владимиром Путиным ситуацию вокруг Иерусалима

Александр Братерский

В Россию с официальным визитом прибыл глава Палестинской автономии Махмуд Аббас, заявивший, что не будет сотрудничать с США по вопросу арабо-израильского урегулирования. Однако президент России Владимир Путин на встрече с палестинским лидером дал понять, что выступает против решения данного вопроса без участия Вашингтона.

На встрече с президентом России Владимиром Путиным глава Палестинской автономии Махмуд Аббас заявил, что в сегодняшней ситуации палестинская сторона «отказывается в каком-либо виде сотрудничать с американцами в их статусе посредника». Аббас объяснил, что решение Палестины связано с действиями США по статусу Иерусалима — ранее президент США Дональд Трамп заявил о планах перенести американское посольство в этот город из Тель-Авива, тем самым фактически признав Иерусалим столицей Израиля, против чего выступают многие правительства мира, передает ТАСС слова палестинского лидера. Эти действия он назвал «пощечиной» в адрес Палестины.

Визит в Москву — первый для Аббаса в этом году и первый после решения Трампа.

Признав в начале декабря столицей Израиля Иерусалим, президент США смешал все карты в ближневосточном урегулировании. Это заявление вызвало протесты со стороны палестинцев, которые видят столицей своего государства восточную часть этого города, где находятся многие мусульманские святыни.

МИД России ранее заявил, что российская сторона считает столицей Израиля западный Иерусалим, однако это можно будет закрепить лишь после урегулирования вопроса о статусе восточной части этого города, который в Москве рассматривают в контексте создания здесь будущей столицы Палестины.

В декабре прошлого года, несмотря на протесты США, Генассамблея ООН приняла резолюцию против наделения Иерусалима статусом столицы Израиля.

Стоит отметить, что когда Аббас приезжал в Москву в мае 2017 года, он еще был настроен на диалог с США и перед встречей с Путиным посетил и американского президента. На этот раз ситуация принципиально иная — лидер Палестинской автономии больше надеется на Кремль, чем на Белый дом. Во время недавнего визита в Израиль вице-президента США Майкла Пенса Аббас должен был провести с ним переговоры на палестинской земле, но встреча была отложена.

Причиной стала как раз позиция США по Иерусалиму. Во время визита в Израиль Пенс заявил, что посольство США появится в Иерусалиме уже к концу 2019 года.

Учитывая сложившуюся ситуацию, Аббас предложил Путину созвать конференцию по ближневосточному урегулированию, которая поможет создать механизм, при котором Соединенные Штаты были бы не единственным посредником, а лишь частью группы посредников».

Как отмечает ведущий аналитик Gulf State Analytics в Вашингтоне Теодор Карасик, в вопросе израильско-палестинского урегулирования Россия сейчас находится на «переднем сидении». «Аббасу нужна поддержка Путина, чтобы вопрос Иерусалима был решен», — говорит эксперт, подчеркивая, что «иерусалимский вопрос сближает обе стороны».

По словам эксперта, Москва в этом случае будет искать «замену провалившемуся квартету». Россия является частью международного квартета по урегулированию палестино-израильской ситуации. Другие три участника — ООН, ЕС и США. Многие годы между Израилем и Палестиной при международном посредничестве идут переговоры, однако достичь прогресса не удается.

Путин же сообщил Аббасу на встрече, что разговаривал о палестино-израильском урегулировании с президентом США Трампом незадолго до их встречи: «Хочу передать от него в ваш адрес самые наилучшие пожелания», — сказал Путин Аббасу во время встречи.

Учитывая, что на подобных мероприятиях ни одна фраза не может быть случайной, ее можно истолковать так: Трамп готов вести диалог с Аббасом, а Путин играет роль своеобразного посредника в их диалоге.

Однако ситуация осложняется не только вопросом Иерусалима, но и фигурой самого Аббаса. Глава Палестинской автономии не пользуется авторитетом у израильской стороны, так как не может занять твердую позицию в вопросе отношений с движением ХАМАС.

Эту радикальную группировку, которая контролирует палестинский сектор Газа, Израиль считает террористической. В сентябре прошлого года движение «Фатх», которым руководит Аббас, и ХАМАС после долгой вражды заключили перемирие. Ситуация вокруг Иерусалима еще больше сблизила позиции сторон.

Во вторник Аббас планирует посетить Московскую соборную мечеть и пообщаться с руководством Духовного управления мусульман России и Совета муфтиев России Равилем Гайнутдином. Встречи с мусульманской общиной у Аббаса уже проходили, однако на этой он, вероятнее всего, коснется ситуации вокруг Иерусалима.

Известно, что мусульмане — как в России, так и в других странах, — с симпатией относятся к требованиям палестинцев. При этом в последний год ряд арабских стран начал процесс сближения с Израилем. Известно, что тайные переговоры с этой страной проводила Саудовская Аравия, которая имеет огромный вес в исламском мире. Поводом для сближения стал Иран, который оба государства рассматривают как геополитического противника.

Александр Новак: «За время действия соглашения ОПЕК+ федеральный бюджет дополнительно получил 1,7 триллиона рублей».

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак выступил с докладом «Обеспечение энергетической безопасности потребителей. Инфраструктурное развитие отрасли» на расширенном заседании Комитета Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации по экономической политике.

Министр рассказал сенаторам об основных итогах и задачах развития отечественного ТЭК. Говоря о сделке по сокращению добычи нефти, Александр Новак отметил, что благодаря венским соглашениям федеральный бюджет получил дополнительный поступления. «За счет этого соглашения мы получили за период 2016-2017 годы в федеральный бюджет примерно 1,7 триллиона рублей, наши компании получили 700 миллиардов рублей. То есть почти 2,5 триллиона рублей – эффект, достигнутый за два года», - сказал глава энергетического ведомства.

Продолжая тему доходной части федерального бюджета, Александр Новак отметил, что главный финансовый документ страны может получить дополнительно до 1 триллиона рублей в случае введения налога на дополнительный доход. «Мы считаем, что принятие закона об НДД до 2035 года дополнительно даст 100 млн тонн добычи, порядка 1 трлн рублей инвестиций и порядка 1 трлн рублей доходов в бюджеты разных уровней», - сказал глава энергетического ведомства. По его словам, решение о возможности распространения НДД может быть принято спустя 2-3 года после завершения пилотного проекта, который планируется запустить в начале 2019 года.

Александр Новак отдельно выделил закон «Об альтернативной котельной» (№279-ФЗ), направленный на создание условий для надежного теплоснабжения, включая модернизацию тепловых сетей. Министр отметил, что закон заработает уже в середине этого года. «Нормативная база в рамках этого закона будет разработана в течение I-II квартала. Десять нормативно-правовых актов, из них три уже принято. В принципе, с 1 июля можно будет запускать пилотные проекты», - сказал глава энергетического ведомства. Министр добавил, что потенциальными участниками по внедрению новой модели рынка тепла уже являются 13 субъектов Российской Федерации. По словам Александра Новака, метод альткотельной позволит обеспечить 200-300 млрд руб. ежегодных инвестиций в теплоснабжение.

В заключение доклада глава энергетического ведомства поблагодарил сенаторов за конструктивный диалог между Министерством энергетики и Советом Федерации.

В поисках собеседника: слабая сила диалога

Александр Соловьев

А.В. Соловьев – историк-востоковед, редактор журнала «Россия в глобальной политике».

Резюме Современные средства связи сделали участниками политических процессов массы. Политика XXI века публична – даже внешняя. Сакральная грань между дипломатом и управдомом истончилась до нанометров.

После смерти Махатмы Ганди поговорить не с кем.

В.В. Путин, 2007 год

Я пошутил, конечно.

В.В. Путин, 2016 год

В поисках новых инструментов для эпохи нестабильности и выхолащивания прежних правил игры дипломаты и эксперты-международники все чаще обращаются к диалогу. Диалог, по всей видимости, представляется им весьма действенной альтернативой силовому решению конфликтов. Во всяком случае, о диалоге говорят почти все и почти всегда.

С диалога «познавательного» начинаются практически все встречи глав государств, по крайней мере первые. Джордж Буш-младший, например, в 2001 г. в Любляне искал в глазах Владимира Путина душу – и, что характерно, нашел. Дональд Трамп в 2017-м в Гамбурге – «общий язык», и тоже, похоже, не разочаровался.

Вообще Трамп, который, не доверяя институтам (тем более международным), предпочитает общение peer-to-peer, выглядит горячим поклонником диалога. На последней «двадцатке» подтвердилось, что именно такие встречи (двух-, трехсторонние) вызывают наибольший интерес журналистов и экспертов, поскольку именно на них (во всяком случае, с точки зрения журналистов и экспертов) решаются основные мировые проблемы.

К диалогу «примиряющему» призывают первые лица мировой дипломатии: «Надо вести дело к тому, чтобы сирийцы через этноконфессиональный диалог договорились как можно скорее, как они будут жить дальше», – размышляет российский министр иностранных дел Сергей Лавров.

Правда, ситуация в мире располагает все больше к диалогу «предупредительному»: «…придется начать серьезный диалог с Саудовской Аравией и странами Залива, которые финансируют и подпитывают экстремистскую идеологию», – говорит лидер британских лейбористов Джереми Корбин. Глядишь, так дойдем до «превентивного диалога» и – чего уж там – до «диалога на поражение».

В этой блестящей компании голоса скептиков звучат как-то чужеродно. Вот Авигдор Либерман, например, вообще не верит в возможность решить израильско-палестинский конфликт путем двухсторонних переговоров, о чем совершенно спокойно сообщает ведущему российскому СМИ. Министру иностранных дел (пусть и бывшему) как-то не пристало так дезавуировать силу прямого диалога. Однако г-н Либерман знает, о чем говорит – он видит проблему урегулирования в общерегиональном контексте и в исторической перспективе (израильской, конечно).

Диалог по правилам и без

– Как же можно убедить тех, кто и слушать-то не станет?

– Никак.

– Вот вы и считайте, что мы вас не станем слушать.

Платон. «Диалоги. Государство»

Со времен Платона и Конфуция понятие «диалог» сильно изменилось, расширившись едва ли не до синонима слова «общение». От столь частого употребления и столь обширного смыслового наполнения оно утратило суть. И в этом нет ничего удивительного.

Считается, что до обрушения сложившегося в результате нескольких мировых войн миропорядка договариваться умели – в 60–70-е гг. прошлого века сформировалась более или менее общая система координат и вокабуляр. Не в последнюю очередь эта общность обеспечивалась эсхатологической верой в то, что после следующей мировой войны договариваться будет некому и не о чем.

Но договаривались не до конца, с оговорками. Остающиеся недоговоренности «консервировались» до лучших времен, а договоренности вместе с решением каких-то насущных задач оставляли, в лучших традициях дипломатического компромисса, обе стороны «одинаково неудовлетворенными». Международные институты, созданные как для того, чтобы облегчить достижение таких договоренностей, так и для того, чтобы воплощать их в жизнь, вносили лепту в создание «неудовлетворенностей» новых.

Эти оговорки, недосказанности, неудовлетворенности копились, а исторические модели диалога «изнашивались», ставя перед участниками новые, еще более глубинные проблемы: кризис исходных идентичностей, вопрос о смысловых и функциональных границах диалога и т.д. Иными словами, артикулируя невозможность ведения политики «как обычно», политические акторы вольно или невольно утверждали невозможность вести диалог «как обычно», переключившись на обсуждение того, сколько в мире полюсов.

А потом словно прорвало. Подсчет числа локальных вооруженных конфликтов (три десятка к середине второго десятилетия XXI века) и терактов (более 70 тыс. с 2000 г.) превратился в рутину. «Экспорт демократии» таранил национальный суверенитет «цветными» и прочими революциями (правда, число госпереворотов за три последних 15-летних периода неуклонно снижалось – с 84 в 1970–1984 гг. до 37 в 2000–2015 гг., но это было слабым утешением для тех, кто все-таки попадал в мясорубку). На пике могущества ИГИЛ эксперты заговорили о разрушении самой концепции государства и угрозе «нового варварства». Призывы к диалогу в таких условиях по большей части призывами и оставались. Возможно, и к лучшему.

Прежде всего, налицо явная усталость от диалога в ожидании конкретных результатов. Это ожидание себя не оправдало, ибо было неоправданным изначально. Посчитав диалог формой ведения переговоров, коммуникационным инструментом, его перегрузили несвойственным ему функционалом. Но диалог – гораздо более сложный (и в чем-то более опасный) процесс, чем открытое противостояние (физическое или информационное). Огромный потенциал культурного, цивилизационного воздействия на страны и народы, которым обладает диалог, способен реализоваться как во благо, так и во зло.

«Диалог равных», основанный на безусловном взаимном уважении, бескорыстном интересе – явление настолько редкое, что и на человеческом уровне почти не встречается. Что уж говорить об институтах, государствах, культурах и цивилизациях. Диалоги с мудрецами по определению иерархичны: ученики обращаются к наставнику, чтобы приобщиться к его мудрости, сила которой почиталась априори практически безграничной (не стоит забывать, что учения и Платона, и Конфуция – прежде всего концепции управления не государством даже, а Ойкуменой).

«Учитель хотел поселиться среди варваров, – повествует “Лунь юй” (“Беседы и суждения” – то есть диалоги – 9:13). – Кто-то сказал: “Там грубые нравы. Как вы можете так поступать?” Учитель ответил: “Если благородный муж поселится там, будут ли там грубые нравы?”» В переводе с китайского на современный – останутся ли там варвары? Нет, они станут цивилизованными. То есть утратят свою прежнюю идентичность.

Более мощная (развитая, богатая, сильная, динамичная) культура всегда будет подавлять более слабую (менее развитую) вплоть до полной ассимиляции. И чем активнее такая коммуникация, тем больше вероятность утраты «малой цивилизацией» своей идентичности – то есть исчезновения. За примерами не надо ходить в Китай: историю возникновения европейских государств (Италии, Германии, Франции) вполне можно представить в виде длинного мартиролога локальных культур и традиций, рассеявшихся в процессе строительства нации.

Сегодня формальные следы подобного противостояния можно при желании увидеть, например, в разворачивающемся конфликте между Польшей и ЕС. Не желая полностью принимать унифицирующие европейские институциональные принципы, Польша настаивает на своей «самости». Сложно сказать, чего здесь больше – традиционной «шляхетской гордости» или личной склонности к авторитаризму пана Качиньского, но конфликт культурных моделей налицо.

Естественная реакция «слабого» (закрыться, ограничить внешние контакты, защищать национальную и культурную идентичность любой ценой, надеясь на сакральную силу традиций) не спасает, а лишь продлевает агонию. Столкнувшись с мощью Запада, Китай, Япония, Корея были вынуждены в разное время пережить чрезвычайно болезненный процесс модернизации, сопровождавшийся сильнейшими внутренними потрясениями и конфликтами: такова реальная цена «диалога культур», неизбежного при соприкосновении цивилизаций.

А подобные соприкосновения, тем более в современном «глобализованном» мире, происходят постоянно и, очевидно, будут происходить все чаще. Глобализация и сама по себе есть модель диалога цивилизаций – со всеми его достоинствами и недостатками. Считать ее «плодом естественного развития западной цивилизации, экспансивной и мессианской по определению», как делает Фёдор Лукьянов, конечно, верно, но, как представляется, верно не до конца. Хотя бы потому, что экспансивной и мессианской является любая цивилизация. Без этого она хиреет и умирает – или ассимилируется другой. Сохранились ли сегодня на Земле цивилизации, отказавшиеся от экспансии и миссии? Та же Россия, с XII века практически постоянно защищаясь от внешних врагов, многократно расширила свою территорию. Мессианский характер концепции «Третьего Рима» неоспорим. Та же Европа, которую не могут похоронить уже век с лишним ни философы (от Шпенглера до, простите, Дугина), ни бюрократы, ни эксперты, продолжает расширяться на Восток, пытаясь прирастать то Грузией, то Турцией. Китай тоже претендует на свое «бремя белого человека» – вместе с китайскими торговцами (банкирами, промышленниками) по «Новому Шелковому пути» идут и китайские принципы ведения дел.

При соприкосновении культур и цивилизаций доминирующим нарративом и сегодня остается конфликтный (потенциально конфронтационный). Современный диалог – по большей части прощупывание оппонента, поиск его уязвимых мест, провокация на необдуманные шаги и заявления, чтобы поймать на оплошности и припечатать заранее подготовленным контраргументом.

Идеальный конструктивный диалог на уровне культур и цивилизаций – чрезвычайно долгий процесс, лишенный выраженной прагматики. Это прежде всего пространство коммуникации (а не инструмент ее) с открытым и незапрограммированным финалом. «Ускорять» его бессмысленно, он подчиняется только собственному темпу, а любое внешнее воздействие либо отторгает, либо от него уклоняется. Противопоставить современным разрушительным тенденциям подобный диалог не может практически ничего. Защищать себя ему нечем, да и незачем.

Его итоги не зафиксировать в обязывающих документах. Они проявляются исподволь, в изменении культурно-поведенческих общественных моделей, в разрушении старых мифов и созидании новых. Более того, фиксация значима в рамках и пределах самого диалога, а вне его теряет актуальность практически мгновенно (пытаться дословно транслировать положения «диалогов» Платона и Конфуция на современные модели государственного управления и международных отношений – бессмысленно). Могут пройти поколения, прежде чем такие изменения проявятся. Более того, единственным обязывающим фактором диалога является добрая воля собеседников, а мерилом успеха – готовность и способность продолжать разговор, то есть уровень взаимного интереса.

Повторимся, все сказанное верно для идеального случая – диалога равных. Действительность же требует решения коммуникационных задач иного плана. Достаточно представить диалог ученого с чиновником, отвечающим за финансирование науки. Опыт подобного диалога культур (а это именно диалог культур, ибо соприкасаются и пытаются взаимопроникнуть – вынужденно – две культуры, две традиции) знаком, скорее всего, подавляющему большинству читателей.

Принуждение к диалогу

Добрым словом и револьвером можно добиться

гораздо большего, чем одним только добрым словом.

Приписывается Аль Капоне

Практика разрешения межэтнических и международных конфликтов предполагает, что наилучший способ прекратить насилие – усадить противоборствующие стороны за стол переговоров. Но на деле «принуждение к диалогу» может оказаться не менее кровавым, чем силовое «принуждение к миру».

Дело даже не в том, что говорят одни, а стреляют, режут и взрывают – другие. И не в том, что зачастую те, кто говорят, не вполне представляют интересы тех, кто стреляет. А в том, что форсированный переговорный процесс, нацеленный на быстрейшее решение вопроса, слишком прямолинеен. За его рамками остаются вопросы, кажущиеся на данный момент менее насущными. Долговременные последствия принимаемых (точнее, навязываемых и продавливаемых умиротворителями) решений просчитываются не всегда, а истинные, глубинные причины конфликта либо неверно интерпретируются, либо игнорируются вовсе.

Вряд ли Джимми Картер, «запирая» участников израильско-египетских переговоров в Кэмп-Дэвиде, предполагал, что, заключив мир, Египет потеряет статус лидера арабских государств. Совершенно точно этого не предполагал Анвар Садат. Про Менахема Бегина, впрочем, такого сказать с уверенностью нельзя… Как бы то ни было, Кэмп-Дэвидские соглашения – прекрасный пример того, как успешный на первый взгляд политический диалог оказался прямой или косвенной причиной множества проблем как регионального, так и глобального характера.

Посредством политического диалога, казалось, удалось успешно купировать насилие в Северной Ирландии. Но сам конфликт еще далек от решения, милитаризованные группы ИРА никуда не делись, а Brexit способен актуализировать комплекс застарелых противоречий. Список таких «тлеющих» конфликтов можно не продолжать – их вполне достаточно и в непосредственной близости от границ России.

Слабую результативность «навязанного», вынужденного диалога в полной мере иллюстрирует и российско-американское общение, особенно в XXI веке. В его истории нашлось место и примирительному «диалогу символов и жестов», и предупредительным репликам-окрикам, и уже откровенно враждебным резким выпадам. Не было только одного – конструктива. Вполне можно сказать, что российско-американский диалог поступательно деградировал.

Поводов было предостаточно – гораздо сложнее найти хотя бы одну причину для его позитивного развития. Здесь и русофобия, остававшаяся и после окончания холодной войны одним из доминирующих нарративов в американском истеблишменте. И совершенно «зеркальная» готовность видеть в США врага. Для того чтобы сделать антиамериканизм частью российской национальной идентичности, потребовалось на удивление немного времени и сил.

Сегодня к ценностному, «цивилизационному» антагонизму (истинному или мнимому) добавился очевидный конфронтационный интерес в стратегической области рынка углеводородов. Коммуникация не прервана вовсе (хотя число ее каналов снижается неуклонно) как в силу традиции выстраивания международных отношений вообще (плохая беседа лучше хорошей перестрелки), так и технологической необходимости коммуникации в точках непосредственного пересечения интересов (в Сирии, в частности).

Институционализация санкций в этом контексте – дополнительный (и не самый главный) ограничитель диалога (на самом деле такой ход может даже парадоксальным образом диалог подтолкнуть, выведя его в поле достаточно абстрактное и относительно безопасное – обсуждение того, например, насколько широко национальное законодательство может применяться в регулировании международных отношений вообще). При обоюдном наличии доброй воли и должного смирения общие темы, не предполагающие немедленной конфронтации, найти можно – это и социальная реабилитация ветеранов войн и конфликтов, и проблемы миграционной политики, и вопросы развития космических и энергетических технологий… Опять же, можно надеяться на появление новой Саманты Смит, допустим, во все еще довольно свободном пространстве сетевого общения. Однако пока той самой воли (не говоря уже о смирении) не наблюдается ни там, ни там – речь все больше о «хамстве» при «отягчающих обстоятельствах».

Язык мой – враг мой

…говорить им «какие вы отсталые» – нельзя.

Очень обидчивые. Уж как стараются их не обидеть,

все равно обижаются и пики мечут во врагов.

М.М. Жванецкий

Сопутствующим – и весьма тревожным (хотя и совершенно естественным) фактором международного диалога сегодня стала ненавязчивая (а иногда и вполне навязчивая) демонстрация силы, подчеркивающая, что переговоры с позиции силы бесперспективны. И это вовсе не парадокс. Главным аргументом внешнеполитического диалога и одновременно гарантом того, что стороны не уничтожат друг друга в его процессе, все чаще служит ядерное оружие. То, что «последний довод королей» не всегда вербализируется, ничего не значит – он всегда остается «на полях».

Деликатность и сдержанность нынче не в чести. Тимофей Бордачёв метко назвал современное состояние дел «возвращением стратегической фривольности», когда политические игроки готовы создавать рискованные ситуации в угоду сиюминутным интересам. Авантюрное бытие формирует и авантюрное сознание, которое немедленно сказывается на языке международного общения.

Традиционные «политесы» сегодня соседствуют с инвективами, стиль которых сделал бы честь любому бутовскому гопнику (гарлемскому «ганста», британскому «чаву» – выбирайте по вкусу). Когда Дональд Трамп публично назвал страны Африки, Гаити и Сальвадор «выгребными ямами», это вызвало шок и возмущение, однако эффект оказался совсем кратковременным. Грубость и бестактность – не такая уж и новелла в дипломатической практике. Другое дело, что разговор на подобном уровне становится привычным, обыденным. И – утрачивает эффект шокового воздействия на оппонента. Тем более – с учетом «трудностей перевода». Резкий выпад (назовем это так) господина Сафронкова в ООН – «В глаза мне смотри!» – в адрес своего английского коллеги в переводе, скорее всего, лишился тех дворовых обертонов, которые в него вкладывал заместитель полпреда Российской Федерации. Так что драматизм ситуации полностью смогли оценить только российские зрители, тем более что господин Райкрофт (даже если он в совершенстве знает русский) вряд ли мог парировать чем-то вроде «за козла ответишь!» – формат выступления российского представителя прений, по-видимому, не подразумевал.

С другой стороны, стоит ли ожидать «высокого штиля» от чиновника, работа которого следует нарративу, задаваемому с самого верха: «Некоторые в Европе, когда говорят о нашей интеграции в евразийском пространстве, аж из штанов выпрыгивают: то ли штаны маловаты, то ли в штаны наложили» (так Владимир Путин рассказывал участникам «Валдайского клуба» о Евразийском союзе в 2011 г.).

Другая особенность международного диалога – постепенное формирование современной версии оруэлловского геополитического «новояза». «Западные партнеры» – это, конечно, противники (впервые, возможно, в таком значении прозвучало в знаменитой «мюнхенской речи»), конкуренты (произносится с оттенком державной гордости) как минимум, а то и враги (тоже с оттенком державной, но уже угрозы). «Определенные – или некие – силы» – уже почти конспирология. И так далее, и тому подобное. Эвфемизмы такого рода, скорее, предназначены для «внутреннего» потребления, но и в экспертной среде они вполне укоренились.

Да, резать правду-матку в международных отношениях чревато. Обозреватели справедливо задаются вопросом, не дал ли Трамп, публично назвавший Катар спонсором терроризма, отмашку для начала атаки саудитов на эмират. Популизм, благосклонно воспринимаемый широкой аудиторией, вряд ли подходит для конструктивного диалога. Он рассчитан на коммуникацию не столько с собеседником, сколько с широкой аудиторией, а диалог – все же достаточно интимное общение.

Последний «хит» международной арены, всерьез начинающей напоминать уже театр абсурда — конечно, перепалка Вашингтона и Пхеньяна. Обмениваясь «панчами» вроде «рокетмена» и «старика-маразматика», Трамп и Ким, скорее всего, тоже исходили из внутреннего нарратива, автоматически вынося его на «внешнюю» аудиторию. Подобный «баттл» выглядел бы смешным (карикатуры, отождествляющие Трампа с Хрущевым, тоже славно «позажигавшим» на ооновской трибуне, не замедлили появиться), если бы за увлеченными сварой политиками не стояли ядерные ракеты. Так что происходящее вовсе не напоминает «ругань детей в песочнице», как неосмотрительно заметил Сергей Лавров.

Возможно, стоит все же приостановиться и начать подбирать слова. «Тщательнéе», — как говаривал Михаил Жванецкий. Вероятно, некоторую помощь желающим наладить диалог может оказать обращение к традиционному китайскому опыту. Одна из основополагающих концепций конфуцианской философии – чжэнмин («исправление имен») – утверждает, что «имена» (понятия) должны точно отражать суть обозначаемых явлений («Если имена неправильны, то слова не имеют под собой оснований. Если слова не имеют под собой оснований, то дела не могут осуществляться…» – «Лунь юй», 13:3). Такой подход не оставляет места эвфемизмам и аллегориям и существенно упрощает общение – то есть управление (не чужд этой теме и Платон, кстати).

«Исправление имен» – концепция очень практическая, глубоко укоренившаяся не только в философской традиции, но и в политической практике Китая. Она заслуживает пристального внимания. Не исключено, что такой подход позволит что-то сделать и с одной из главных проблем современного диалога, способной обречь его на провал с самого начала.

Речь о противоречии между запросом на «общие правила» – ясные, понятные для всех, простые и исчерпывающие – и «локальными трактовками» как самих правил, так и того, что, собственно, должно быть таким правилом. Накопленный человечеством печальный опыт столкновения цивилизаций и культур (гораздо более масштабный, чем позитивный опыт их взаимообогащения) заставляет многих с саркастическим пессимизмом относиться к интеллектуально-этическим конструктам вроде «общечеловеческих ценностей». В политологии противопоставление «западно-либеральной ценностной политики» новой, «прагматической», стало расхожим приемом. А это делает Realpolitik главным оппонентом диалога – ведь его территория во многом задается и ограничивается представлениями о ценностях и традициях.

Традиции, заложенные в основу фундаментальных (казалось бы) понятий, у разных культур и цивилизаций разные – а у некоторых их и вовсе нет. «Справедливость», «милосердие», «закон» и т.д. трактуются по-разному. Для одних демократия – ценность сама по себе, для других – инструмент, такой же примерно, как монархия, диктатура, парламентская республика. Что уж говорить о понятиях скорее прикладных – вроде суверенитета, баланса сил и т.п.

«Исправление имен» позволило бы лучше понять семантику «локальных» трактовок и ценностей с тем, чтобы определить границы «зоны комфорта» для потенциального диалога. Начиная разговор в таких зонах, собеседники способны проникнуться взаимным доверием, уважением друг к другу (на его отсутствие совершенно справедливо сетует Тимофей Бордачёв в статье «Пушки апреля, или Возвращение стратегической фривольности») для того, чтобы попытаться вывести общение в уже более деликатные сферы.

По такой модели строился, например, межхристианский и межрелигиозный диалог в 1970-е – 1980-е гг.: переопределение базовых понятий и «переоглавление» иерархий ценностей на взаимной основе. Его участники выявляли общий тезаурус и разрабатывали новый синтаксис в рамках межкультурной (межрелигиозной) коммуникации.

Когда же само понятие «ценностей» девальвировано настолько, что существует, кажется, лишь для того, чтобы оппоненты могли упрекать друг друга в их нарушении и использовании «двойных стандартов», диалог теряет смысл. В таких условиях профессионалы-переговорщики находят общий язык с огромным трудом. А когда договориться они не могут, их «диалог», выплескиваясь в публичную плоскость, влечет за собой конфронтацию такого накала, что остается лишь порадоваться тому, что материализация чувственных идей человечеству пока недоступна.

Публичный диалог на «выжженной земле»

Там работают люди эмоциональные,

не очень информированные о том, что происходит...

Владимир Путин о журналистике, 2013 г.

Способно ли коллективное бессознательное генерировать конструктивные идеи, до сих пор науке неизвестно, но вот на деструктивные оно способно вполне, и, похоже, к ним и предрасположено. Современные средства связи сделали участниками политических процессов массы – пусть даже 99% этого участия сводится к умножению смыслов в соцсетях.

Политика XXI века публична – даже внешняя. Сакральная грань между дипломатом и управдомом истончилась до нанометров. «В условиях диктата коммуникаций, тотальной прозрачности и взаимозависимости грань между внутренним и внешним стирается. Внешние факторы становятся компонентами внутренней жизни, пытается ли кто-то сознательно использовать их в своих целях либо воздействие окружающей среды носит стихийный характер», – справедливо замечает Фёдор Лукьянов.

Потенциал воздействия СМИ (включая соцсети) на общество в эпоху интернета исследован, казалось бы, вдоль и поперек. Но используется этот потенциал в основном деструктивно. История о панике в США, вызванной радиопостановкой «Война миров» в 1938 г., стала хрестоматийной. Примеры такого рода исчисляются десятками, если не сотнями (громкий скандал, например, связан с просочившимся в прессу саундчеком Рональда Рейгана – президент объявил Россию вне закона и сообщил, что через пять минут начнет ее бомбить).

Оставайся подобные казусы исключением из правил, было бы полбеды. Беда в том, что СМИ (вкупе с активно подключившейся к созданию контента аудиторией) принимают самое деятельное участие в создании и поддержании информационного хаоса. Российские медиа за пару месяцев превращают Турцию из стратегического союзника во врага, а потом снова в союзника. В течение полугода Трампа представляли то надежным другом России, то ее непримиримым врагом.

Американские СМИ нисколько не уступают отечественным. В их изложении международные отношения – это такая игра, соревнование, в котором обязательно надо победить. Так, президент CNN Джефф Цукер не раз подчеркивал, что с точки зрения СМИ «политика – это спорт». Стратегия отходит на второй план (или пропадает вовсе) на фоне того, кто выиграл очередной «тайм».

Недавняя статья Джен Псаки, посвященная итогам встречи Трампа с Путиным на саммите «двадцатки», прекрасно иллюстрирует эту проблему. Критикуя слабую медийную подготовку американской стороны к встрече президентов, политический обозреватель CNN подчеркивает, что по каждому пункту повестки дня «русские набрали очки (They scored on all three)», а Трамп «угодил в ловушку Путина». Сожалея о том, что дипломатия «не часто дает шанс надавить» на соперника, г-жа Псаки сокрушается, что «если оппонент сорвался с крючка, вам уже больше не удастся нажать на него». Нежелание педалировать тему «российских хакеров» и то, что Трамп принял объяснения Путина по этому поводу, разумеется, были занесены в пассив президенту США. Coup de grâce со стороны коварных русских стало то, что они первыми опубликовали фото беседы лидеров двух государств. Внятного анализа той самой повестки, по всем пунктам которой русские «обыграли» американцев, разумеется, предложено не было.

Примечательно, кстати, что г-жа Псаки использовала тот же прием, к которому активно прибегал г-н Трамп во время президентской кампании – она подчеркивает силу внешнего оппонента, качество его подготовки и профессионализм, чтобы на этом фоне ярче проявились слабости оппонента «внутреннего».

Ожидать от CNN одобрения Трампа, разумеется, наивно, однако такой подход к освещению международных отношений низводит их до уровня дворового футбола. И если уж такой подход демонстрирует профессионал, что ожидать от широкой аудитории, эмоционально вовлеченной в происходящее, плохо информированной, склонной к быстрым и резким выводам и – практически не умеющей слушать.

Хотя умение слушать (и слышать) – главное для ведения конструктивного диалога.

* * *

Диалог (в «чистом» значении этого слова) вряд ли можно считать действенным инструментом разрешения насущных политических кризисов «здесь и сейчас». Тем не менее «стратегический» коммуникационный потенциал диалога, сегодня востребованный мало, остается значительным. Опираясь на традицию (с одной стороны, обеспечивающую надежную основу, а с другой – обладающую потенциалом к трансформации), диалог позволяет отрефлексировать события и тенденции цивилизационного, «мета-культурного» масштаба, формирует мировосприятие. Начинаясь в «зоне комфорта», он может подводить к осмыслению таких моделей разрешения конфликтов, которые недостижимы в рамках «переговоров как обычно». Правда, для этого, по всей видимости, требуется такой «прыжок веры», на который способны немногие.

Однако диалог остается единственным достойным способом бытия для тех людей, культур и цивилизаций, которые желали бы научиться находить в конфликтах возможности для примирения, в различиях – источник взаимообогащения, в частном – общее, в унынии – надежду.

Автор выражает искреннюю признательность В. Соловью и А. Юдину, любезно делившимися замечаниями и советами во время работы над статьей.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > globalaffairs.ru, 12 февраля 2018 > № 2513563 Александр Соловьев

ОПЕК повысила прогноз по мировому спросу на нефть в 2018 году.

ОПЕК увеличила прогноз по спросу на нефть в мире в 2018 году на 0,09 миллиона баррелей в сутки по сравнению с январским прогнозом — до 98,6 миллиона баррелей в сутки, говорится в февральском докладе организации.

Теперь организация ожидает, что рост спроса по итогам этого года составит 1,59 миллиона баррелей в сутки (в январском докладе ожидался рост в 1,53 миллиона баррелей в сутки). При этом ОПЕК повысила также свою оценку роста спроса на нефть в 2017 году — с 1,57 миллиона баррелей в сутки, до 1,6 миллиона баррелей в сутки. Таким образом, спрос на нефть в мире в прошлом году был выше, чем указывалось в январском прогнозе, — 97,01 миллиона баррелей в сутки (вместо 96,99 миллиона баррелей в сутки).

"Повышение прогноза (на 2018 года — ред.) главным образом соответствует более позитивным прогнозам по развитию экономик стран ОЭСР — Северной и Южной Америки, Европы и Азии", — поясняется в докладе.

В то же время, ОПЕК повысила свой прогноз на 2018 год по предложению на рынке нефти со стороны стран, не входящих в организацию, — на 0,32 миллиона баррелей в сутки, до 59,26 миллиона баррелей в сутки. Ожидается, что рост этого показателя по итогам года составит 1,4 миллиона баррелей в сутки (в январе прогнозировались 1,15 миллиона баррелей в сутки). Кроме того, ОПЕК повысила свою оценку по росту предложения от стран вне картеля в 2017 году на 0,09 миллиона баррелей в сутки, до 0,86 миллиона баррелей в сутки. Таким образом, в прошлом году поставки нефти от стран вне ОПЕК составили 57,86 миллиона баррелей в сутки (январская оценка составляла 57,79 миллиона баррелей в сутки).

"Из-за повышения прогноза по добыче нефти в США, Мексике, Великобритании, Бразилии, Китае и небольшого понижения прогноза по добыче в Норвегии, Малайзии и Конго, прогноз по предложению от не ОПЕК в 2018 году был пересмотрен в сторону повышения на 0,32 миллиона баррелей в сутки", — отмечает ОПЕК.

По предварительным данным, общее предложение на рынке нефти в январе выросло в месячном выражении на 0,35 миллиона баррелей в сутки, а в годовом — на 1,75 миллиона баррелей, до 97,67 миллиона баррелей в сутки; предложение со стороны стран не ОПЕК увеличилось на 0,36 миллиона баррелей в сутки с декабря, до 65,36 миллиона баррелей в сутки.

Статистика внешней торговли Российской Федерации.

По данным таможенной статистики, внешнеторговый оборот Российской Федерации в 2017 году составил 584 млрд. долларов США и по сравнению с 2016 годом увеличился на 25%, в том числе экспорт – 357 млрд. долларов США (рост на 25%), импорт – 227 млрд. долларов (рост на 24%).

Динамика важнейших показателей внешней торговли Российской Федерации в 2015 – 2017 годах   

В структуре внешней торговли России по группам стран особое место занимает Европейский союз (ЕС) как крупнейший экономический партнер, на его долю в общем объеме товарооборота Российской Федерации в 2017 году приходилось 42%, на страны Азиатско-тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС) – 31%, на государства – участники Содружества Независимых Государств (СНГ) – 12%,  в том числе на страны Евразийского экономического союза (ЕАЭС) – 9%,  на страны Организации стран – экспортеров нефти (ОПЕК) – 3%, на страны БРИКС – 18%, АТР – 32%. Основными торговыми партнерами России в 2017 году были: Китай –15% товарооборота Российской Федерации (рост – на 32%), Германия – 9% (на 23%), Нидерланды – 7% (на 22%), Беларусь – 5% (на 26%), Италия – 4% (на 21%), США – 4% (на 16%), Турция – 4% (на 37%), Республика Корея – 3% (на 28%), Казахстан – 3% (30%), Украина – 2% (на 26%). Основные торговые партнеры Российской Федерации среди стран дальнего зарубежья в 2017 году (данные на графике представлены за 2017 г)

Взаимная торговля Российской Федерации с государствами – членами ЕАЭС в 2017 году (данные на графике представлены за 2017 г)   

ЭКСПОРТ РОССИИ.

Экспорт России в 2017 году составил 357 млрд. долларов США и по сравнению с 2016 годом вырос на 25% или на 71 млрд. долларов США. В 2017 году по сравнению с 2015-2016 гг. в общем объеме экспорта России снизилась доля отдельных стран Европейского союза (в частности Нидерландов, Италии – на 2%), а также Турции, Японии  и Украины – на 1%. При этом возросла доля экспорта России в Республику Беларусь (на 1%) и Китай (на 3%), который занял лидирующее положение среди стран-партнеров.

В 2017 году основную долю в стоимостном объеме экспорта России занимали топливно-энергетические товары  –  59% (в 2016 г. – 58%), из них нефть сырая – 38% (37%), нефтепродукты – 24% (23%), природный газ – 14,5% (16%) и каменный уголь – 6% (4,5%). Стоимостной объем экспорта России товаров ТЭК в 2017 году по сравнению с 2016 годом  увеличился на 27% и составил 211 млрд. долларов США. Вместе с тем, физические объемы экспорта нефти сырой и нефтепродуктов по сравнению с предыдущим годом сократились на 1% и 5% соответственно.

Среди стран-партнеров наибольшее снижение физических объемов экспорта нефтепродуктов и нефти сырой зафиксировано в отношении следующих стран: Нидерланды (-8 млн. тонн), США (-4 млн. тонн), Латвия (-3 млн. тонн) и Италия (-3 млн. тонн).

 При этом зарегистрирован рост со стороны Китая (+4 млн. тонн), Дании (+ 3 млн. тонн), Сингапура (+2 млн. тонн) и Индии (+3 млн. тонн). Беларусь и Турция сократили закупки нефти сырой (-0,5 млн. тонн и -0,8 млн. тонн), но одновременно увеличили импорт российских нефтепродуктов (+1,5 млн. тонн и +1,5 млн. тонн). Экспорт природного газа в 2017 году увеличился практически во все основные страны-партнеры, исключение составили Великобритания, сократившая закупки российского газа на 1 млрд м3, и Венгрия – на 0,7 млрд м3. Увеличение стоимостного объема экспорта топливно-энергетических товаров достигнуто за счет роста цен на основные товары ТЭК в среднем на 24%. В 2017 году несырьевой неэнергетический экспорт по сравнению с 2016 годом увеличился по стоимости на 22,5% до 133,7 млрд. долларов США, а по физическому объему – на 9,8%.

Доля экспорта несырьевых неэнергетических товаров[1] в общем объеме экспорта России в 2017 году составила по стоимости 37,5%, тогда как в 2016 году она составляла 38,3%, по физическому объему доля этих товаров по сравнению с уровнем прошлого года немного увеличилась и составила 22,4%. В 2017 году при увеличении по сравнению с аналогичным периодом прошлого года как стоимостных, так и физических объемов несырьевого неэнергетического экспорта, существенных изменений его товарной структуры не произошло. Структурные изменения составляли не более 1-2%.

Основными товарами несырьевого неэнергетического экспорта России традиционно являлись: - металлы и изделия из них (полуфабрикаты и прокат плоский из железа и нелегированной стали, алюминий необработанный); - машины, оборудование и транспортные средства (двигатели турбореактивные, тепловыделяющие элементы (ТВЭЛЫ), части к оборудованию для атомной энергетики); - химическая продукция (минеральные и органические удобрения); - продовольственные товары и сельскохозяйственное сырье (пшеница и меслин). Совокупный удельный вес этих товаров в стоимостном объеме несырьевого неэнергетического экспорта России в 2017 году составил 80,9%.   

Экспорт металлов и изделий из них увеличился на 29,7% до 35,9 млрд. долларов США, его удельный вес в стоимостном объеме несырьевого экспорта составил 26,9% (в 2016 году – 25,4%). Причем, физический объем экспорта металлов и изделий из них по сравнению с аналогичным периодом прошлого года практически не изменился (рост на 0,4%), что объясняется ростом на 40%-45% средних экспортных цен на полуфабрикаты и прокат плоский из железа и нелегированной стали, а также – на 20% на алюминий необработанный. Удельный вес этих товаров в стоимостном объеме экспорта России металлов и изделий из них за два последних

года составлял 41%.

Поставки проката плоского в Италию, занимавшие в экспорте этого товара в 2016 году третье место, в 2017 году были переориентированы на Египет, увеличившись по сравнению с аналогичным периодом прошлого года в 2,2 раза по весу и в 3,2 раза по стоимости.   

Экспорт машин, оборудования и транспортных средств вырос на 14,6% до 28,1 млрд. долларов США, его удельный вес в стоимостном объеме несырьевого экспорта составил 21,0% (в 2016 году – 22,4%). Физический объем экспорта машин, оборудования и транспортных средств увеличился на 24,2%. Среди поставок этой категории товаров можно выделить поставки оборудования для атомной энергетики и комплектующих частей к нему.   

Экспорт тепловыделяющих элементов снизился на 17,2%, в основном за счет прекращения с 2017 года поставок в Индию (в 2016 году их стоимость составляла 163,8 млн. долларов США), а также сокращения поставок в Чехию, Словакию, Армению, Украину. В 356 раз (с 343,9 тыс. долларов США до 122,4 млн. долларов США) увеличились стоимостные объемы поставок в Болгарию частей к оборудованию для атомной энергетики. В 6 раз вырос стоимостной объем поставок этих товаров в Беларусь, при этом с 2017 года полностью прекратились поставки в Армению и Польшу.Экспорт химической продукции, около 30% которой составляли минеральные и органические удобрения, вырос на 15,0% (до 23,9 млрд. долларов США), его удельный вес в стоимостном объеме несырьевого экспорта составил 17,9% (в 2016 году – 19,0%). Физический объем экспорта химической продукции увеличился на 5,7%.

Генеральная прокуратура Саудовской Аравии объявила о наборе женщин в следователи, сообщила саудовская газета "Медина" со ссылкой на генерального прокурора страны.

Генеральный прокурор шейх Сауд аль-Мужиб заявил, что подать заявления для работы в прокуратуре могут женщины с саудовским подданством, имеющие университетское образование, которым предстоит пройти тесты на профпригодность и физическую подготовку, отмечает издание.

Он уточнил, что претенденткам на работу в прокуратуре придется пройти очень серьезный конкурс. После этого они смогут вести уголовные расследования, давать показания в судах, контролировать исполнение уголовных приговоров, инспектировать тюрьмы и регистрировать жалобы заключенных, говорится в сообщении.

После прихода к власти в Саудовской Аравии короля Салмана бен Абдель Азиза Аль Сауда в 2015 году и назначения им наследным принцем своего сына Мухаммеда бен Салмана в королевстве стали происходить стремительные перемены, в частности, в предоставлении свобод женщинам, которым в прошлом году разрешили водить машину и посещать спортивные мероприятия.

Александр Новак: «Цель соглашения об ограничении добычи ОПЕК+ выполнена на две трети».

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью ИА «Интерфакс» рассказал о ходе реализации и вариантах выхода из соглашения ОПЕК+, взаимоотношениях с Еврокомиссией по "Северному потоку-2", инвестиционной привлекательности российского ТЭК, развитии нефтегазовой отрасли и основных задачах в электроэнергетике.

Сотрудничество с США могло быть шире, но американские коллеги рубят сук, на котором сидят - Новак.

Глава Минэнерго Александр Новак в интервью "Интерфаксу" рассказал о своем отношении к новой санкционной волне со стороны США, вариантах выхода из соглашения ОПЕК+, взаимоотношениях с Еврокомиссией по "Северному потоку-2" и основным проблемам электроэнергетики.

- В январе ваш заместитель Андрей Черезов попал в американский санкционный список, вскоре после этого вы и сами были включены в "кремлевский доклад". Как вы относитесь к новой санкционной волне со стороны США?

- Мы считаем, что этот шаг, также как и внесение в санкционный список моих сотрудников, наносит значительный урон нашему сотрудничеству, в том числе в энергетической сфере. Кстати, по поводу санкций мы так и не получили никаких разъяснений, уверены, что это решение не имеет под собой никаких законных оснований.

- Вы по-прежнему оптимистично настроены на восстановление в будущем Энергодиалога с США? Остается ли в силе ваше предложение американскому министру энергетики посетить "Ямал СПГ"?

- Мы уверены, что не следует создавать проблем, которые могли бы помешать развитию сотрудничества двух стран. Американские компании давно работают на российском рынке. В их числе, General Electric - в энергетической отрасли, ExxonMobil участвует в проекте "Сахалин-1", это сотрудничество могло бы быть шире. Но вместо этого американские коллеги, по сути, рубят сук, на котором сидят. Никто не будет отрицать, что российские проекты не только масштабны, но и привлекательны с точки зрения вложения инвестиций. И, несмотря ни на какие санкции, по итогам прошлого года мы впервые увидели дополнительный рост объема инвестиций на 10%. Приток был, в основном, за счет инвесторов из АТР и Ближнего Востока. Я уверен, что сотрудничество в энергетике в будущем будет расширяться, во всяком случае, господин Перри с интересом отнесся к возможности приехать на Ямал, рассчитываем, что удастся пообщаться и в рамках ПМЭФ.

- Сделка ОПЕК+ об ограничении добычи нефти будет действовать два года. Вы предполагали, что ее действие продлится так долго? Чем это вызвано? Переживет ли российская нефтяная отрасль двухлетнее ограничение добычи?

- Принимая декларацию о сотрудничестве в рамках ОПЕК+, мы не ставили своей целью ограничить добычу нефти на какой-то определенный срок, к примеру, на полгода, год или два. Нашей задачей было убрать излишки нефти с рынка.

На текущий момент мы видим, что эта цель достигнута на две трети. Не исключено, что целевое сокращение мировых запасов нефти может произойти до конца 2018 года. Все будет зависеть от ситуации на рынке, от того, как быстро он будет балансироваться. И как только мы выйдем на плановые показатели по объемам мировых запасов нефти, как только поймем, что цель достигнута, мы все вместе соберемся и выработаем механизм дальнейших действий.

Подобный сценарий все поддерживают. Мы обсуждали этот вопрос в Вене, где собрались министры 30 стран: 24 стран-участниц соглашения и шести приглашенных, а также в Омане на министерской мониторинговой встрече, где участвовали министры девяти стран.

- Если к середине года будет понимание, что мировые запасы нефти уже достигли или максимально близки к среднему пятилетнему уровню, то будет ли сразу запущен механизм плавного выхода из сделки ОПЕК+? Прорабатываются ли механизмы такого выхода? Есть ли понимание, в какой момент всем странам участницам соглашения надо собраться и дать старт выходу?

- На текущий момент говорить об этом сложно, поскольку есть разные оценки, когда рынку удастся найти баланс спроса и предложения. В частности, секретариат ОПЕК и технический комитет по мониторингу выполнения соглашения на последней встрече в Омане представили нам прогноз, согласно которому рынок сбалансируется в третьем-четвертом квартале текущего года. Но, повторюсь, много будет зависеть от цен, сокращения остатков нефти, поведения участников рынка и так далее, поэтому балансировка может наступить чуть раньше, или чуть позже.

Конечно, мы должны совместно выработать и согласовать механизм выхода. Он должен быть плавным, позволяющим избежать резкого наращивания объемов добычи, которое может привести к превышению предложения над спросом. Скорее всего, выход из сделки займет несколько месяцев. Более точно просчитать период плавного наращивания добычи можно будет непосредственно в момент принятия решения о выходе из соглашения. Это может занять три, четыре, пять месяцев - а может быть, наоборот, всего два.

Кроме того, мы должны изучить вопрос, какие из стран могут приступить к наращиванию добычи, а в каких странах производство падает по естественным причинам, как, например, в Мексике или Венесуэле.

- Как повлияло на российское присутствие на мировом рынке нефти участие в соглашении о сокращении добычи? Как к этому отнеслись покупатели российской нефти, где и как увеличилась доля, а где уменьшилась?

- Наша доля осталась примерно на том же уровне, что и до соглашения ОПЕК+. Объемы поставок определены средне- и долгосрочными договорами, поэтому никаких проблем не возникало.

- Закрывая тему ОПЕК и ограничений добычи, не могу не спросить: вы много раз говорили о том, что сотрудничество между ОПЕК и Россией в том или ином варианте будет продолжено после выхода из сделки. Обсуждается ли вариант формализовать эти взаимоотношения, подписав меморандум, создав специальный комитет и так далее?

- Полноформатного обсуждения этой темы не было, были лишь отдельные предложения. Мы можем продолжать наше сотрудничество в формате некого Форума стран, который будет собираться раз в квартал или раз в полгода для того, чтобы обсуждать текущую ситуацию на рынках, проблемы нефтяной отрасли и так далее. Но более конкретно мы об этом пока не думали.

- Давайте перейдем к проблемам развития нефтегазового сектора в России. Нужны ли дополнительные меры поддержки российской нефтяной отрасли в текущих условиях?

- На мой взгляд, стоит подумать о дополнительном стимулировании модернизации нефтепереработки. Несмотря на то, что вслед за ростом цен на нефть улучшилась ситуация и в нефтеперерабатывающей отрасли, маржа НПЗ остается очень низкой, и далеко не все российские заводы завершили процесс модернизации. Ряд инвестиционных проектов, реализуемых в рамках четырехсторонних соглашений, был отложен на более поздний срок. Вместе с Минфином мы готовим предложения о дополнительном стимулировании инвестиций в модернизацию нефтеперерабатывающей отрасли. В марте консолидированная позиция будет представлена председателю правительства. Основные вопросы обсуждения - введение системы отрицательных акцизов на нефть, налоговых каникул по акцизам. Важно также определить, какие НПЗ и на каких условиях смогут претендовать на государственную поддержку. Сейчас идет процесс согласований и выработки единой позиции.

- Как будете решать вопрос с тем, что Минфин жестко увязывает предоставление налоговых стимулов для нефтепереработки с обнулением экспортной пошлины на нефть и повышением НДПИ? Какой компромисс возможен?

- Мы считаем, что увязывать меры поддержки нефтепереработки с обнулением экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты - очень рискованный шаг, который может непредсказуемо ухудшить ситуацию в отрасли как в отношении рентабельности переработки, так и роста цен на внутреннем рынке. С нашей точки зрения, целесообразно рассматривать вопрос об обнулении экспортных пошлин в контексте и в увязке со сроками формирования единого рынка ЕАЭС. В период 2018-2023 годов будет введен ряд новых установок вторичной переработки, что важно для надежного топливообеспечения отечественного рынка и рынков стран ЕАЭС автобензином и дизельным топливом высокого экологического стандарта. Дальнейшая модернизация уменьшит риски, связанные с отменой пошлин на нефть и нефтепродукты, но при этом все равно потребуется серьезная совместная работа с Минфином по формированию компенсационных механизмов для НПЗ и потребителей.

- В качестве еще одной меры поддержки нефтяной отрасли предлагалось в свое время предоставление налоговых льгот крупным, но уже обводненным месторождениям. Минфин нашел подходящую схему только для Самотлорского месторождения "Роснефти" (MOEX: ROSN). Минэнерго говорило, что будет продолжать работать в этом направлении. Актуален ли еще вопрос о предоставлении налоговых льгот для обводненных месторождений?

- В России много обводненных месторождений с очень высокой себестоимостью добычи. Действующая налоговая система не позволяет дифференцированно подходить к разным по сложности и состоянию запасам месторождений.

Еще в прошлом году меры поддержки обводненных месторождений были разработаны, но их не поддержало министерство финансов. По расчетам Минфина, введение этих мер приведет к потерям бюджета в краткосрочной перспективе. Но, на наш взгляд, нужно анализировать ситуацию в долгосрочной перспективе, тогда выгоды будут более очевидны. Поэтому мы продолжаем работать в этом направлении.

- Поднимался ли на уровне Минэнерго вопрос об отсрочке запуска таких месторождений, как Юрубчено-Тохомское и Русское из-за сделки ОПЕК+? Что делать с тем, что в планах "Транснефти" (MOEX: TRNF) по заполнению новых нефтепроводов Заполярье-Пурпе (11,1 млн тонн) и Куюмба-Тайшет (2,9 млн тонн) на этот год, отсрочка не учитывается?

- Вопрос об отсрочке запуска этих месторождений на уровне Минэнерго России не поднимался. Месторождения будут запущены в соответствии с лицензионными обязательствами компаний.

- Как Минэнерго относится к идее о переносе платы акцизов на топливо с НПЗ на АЗС, которая снова активно обсуждается в отрасли? Поступали ли в Минэнерго подобные предложения от "Роснефти"?

- Подобная система взимания акцизов плохо администрируется, что может обернуться снижением уровня собираемости налогов. Сейчас этот вопрос находится в стадии дополнительной проработки.

- Согласны ли вы с оценкой ФАС о том, что топливный рынок в России стабилизировался, и темпы роста цен не превысят темпы инфляции в этом году?

- У нас достаточно высокая конкуренция на топливном рынке. Так что с учетом текущей конъюнктуры рынка и накопленных запасов топлива, у нас нет оснований говорить, что розничные цены будут расти выше инфляции. Мы солидарны с ФАС в этом вопросе.

- В текущем году наступает крайний срок принятия решения о монетизации газа "Сахалина-1". Как идут переговоры с "Сахалином-2" по вопросу использования газа "Сахалина-1" для третьей очереди СПГ-завода? Отложен ли проект строительства Дальневосточного СПГ? Готов ли "Газпром" (MOEX: GAZP) поставлять газ на ВНХК?

- Существует принципиальная договоренность между "Сахалин-1" и "Сахалин-2" о продаже газа "Сахалин-1" на "Сахалин-2", сейчас идут коммерческие переговоры.

- Но переговоры между операторами этих проектов идут много лет...

- Все предшествующие годы у них не было принципиальной договоренности, на сегодняшний день они достигнуты, поэтому идет процесс согласования деталей соглашения.

- То есть я правильно понимаю, что поставки газа на III очередь становятся первоочередными, а проект строительства "Дальневосточного СПГ" отложен...

- Это коммерческий проект. Компании не предоставляли уведомлений в Минэнерго о том, что этот проект отложен.

- Соответственно, газ "Газпрома" пойдет на проект "Роснефти" ВНХК?

- Если "Сахалин-1" и "Сахалин-2" придут к соглашению относительно продажи газа, то да, газ "Газпрома" пойдет на ВНХК.

- "Газпром" откладывает реализацию СПГ-проектов (Балтийский СПГ, 3-я очередь "Сахалина-2", Владивостокский СПГ). Не упустит ли он возможность занять нишу на этом рынке? Не настораживает ли это Минэнерго?

- Реализация этих проектов предусмотрена нашей Энергетической стратегией до 2035 года. В целом, мы не видим рисков отказа от этих проектов и рассчитываем, что они будут реализованы.

- ФАС считает, что указ о Национальном плане по развитию конкуренции является сигналом Минэнерго ускорить работу по увеличению объемов продаж газа на бирже. Есть ли объективная необходимость в этом?

- В целом, мы считаем, что биржевая торговля газом должна развиваться, активно поддерживаем эту инициативу. Доля продаваемого на бирже газа увеличивается каждый год. В основном, это происходит за счет "Газпрома", а не за счет независимых производителей газа, поскольку у независимых существуют долгосрочные контракты на поставку и свободных объемов мало. Так что к этому вопросу надо подходить взвешенно и наращивать объемы продаж постепенно.

- До марта ведомства должны представить консолидированную позицию по механизму модернизации объектов электроэнергетики. Какие ключевые предложения Минэнерго и поддерживаете ли вы идею Минэкономразвития о внедрения механизма инфраструктурной ипотеки для модернизации?

- У нас нет возражений по поводу внедрения механизма инфраструктурной ипотеки. Это хороший инструмент, который позволит привлечь инвестиции в различные отрасли.

Что касается так называемого механизма "ДПМ-штрих" (механизм поддержки модернизации энергомощностей - ИФ), мы предлагаем, что в модернизацию пойдет до 40 ГВт - это верхняя планка. При этом необходимо вводить ограничения по ежегодному объему вводимых мощностей. Еще одна задача - равномерно распределить нагрузку пиковых выплат по инвестконтрактам. Оборудование должно отработать свой парковый ресурс более чем на 125%, но при этом у него должна быть высокая тепловая нагрузка.

Мы установили ряд критериев, которым должен соответствовать инвестор. Претендент, который приходит на конкурс, берет на себя обязательство, что ресурс станции будет продлен еще на 15-20 лет. При этом ему необходимо уложиться в определенную сумму, ограниченную price-cap, за счет которой будет осуществлена замена и установка оборудования.

Модернизация - это, по сути, замена крупных узлов станций - турбины, генератора, котла-утилизатора. Поскольку у тепловых станций линейка оборудования достаточно широкая, то наиболее простой путь - сформировать техническое задание и просчитать стоимость необходимого оборудования.

Вообще, пока мы в самом начале довольно сложного процесса: он затрагивает не только производителей, но и потребителей. Но все наши законодательные инициативы проходят серьезные обсуждения.

- Уточню про так называемый "ДПМ инфраструктурной ипотеки". Вы с Минэкономразвития сейчас это обсуждаете? Это предложение будет в итоговой консолидированной позиции или пока не ясно?

- Будет выработана общая позиция с Минэкономразвития, на данный момент идет процесс согласования. Как ни назови - "ДПМ-штрих" или "инфраструктурный проект" - главное, чтобы у нас появились инструменты и механизмы для модернизации теплоэлектростанций.

- Есть ряд вопросов, которые до сих пор не понятны. Например, какие объекты модернизировать в рамках программы - ТЭС или ГЭС тоже?

- Это будет касаться только тепловых электростанций в ценовых зонах. Рассматривается также возможность включения в программу модернизации объектов тепловой генерации Дальнего Востока (находятся под управлением "РусГидро" - ИФ).

- Если говорить об объеме средств, который высвобождается после завершения программы ДПМ, кто в принципе может претендовать на эти средства? То есть мы говорим только о модернизации тепловой генерации или возможно, что в эти средства войдет еще что-то, может быть, ВИЭ?

- По мнению Минэнерго России, эти средства необходимо направить на модернизацию именно тепловых электростанций, осуществляющих основные поставки электроэнергии и участвующих в регулировании и резервировании. Другие программы поддержки, в том числе ВИЭ и гидроэнергетики, прорабатываются параллельно.

- По ВИЭ в 2024 году заканчивается текущая программа поддержки строительства 6 ГВт подобных мощностей (объекты вводятся по ДПМ ВИЭ - ИФ). Будет ли новый аналогичный механизм или какой-то уже другой механизм поддержки? Или же эти проекты должны существовать без поддержки?

- В 2024 году заканчивается не программа поддержки, а программа ввода в эксплуатацию, после этого выплаты будут идти еще 10-15 лет. Поэтому по мере снижения выплат появятся финансовые источники для поддержки.

Пока рано говорить о том, будет ли сохранен такой же механизм на период после 2024 года. В целом, мы нацелены на внедрение рыночных механизмов строительства солнечных и ветровых электростанций, станций на основе других возобновляемых источников энергии. Если встанет вопрос о мерах государственной поддержки, мы должны будем все очень тщательно взвесить.

Сейчас идет серьезное удешевление себестоимости капитальных вложений, текущей эксплуатации, выработки киловатт-часа, кроме того, нужно будет просчитать экономику проектов. У нас помимо механизма ДПМ, который сейчас используется на федеральном уровне для привлечения инвестиций в ВИЭ, есть варианты поддержки проектов на региональном уровне, в том числе за счет субсидирования тарифа. Этот вопрос нужно рассматривать в комплексе.

- "Россети" (MOEX: RSTI) сейчас активно продвигают идею о внедрении долгосрочных тарифных соглашений в сетевом комплексе. Когда планируется завершить работу над соответствующим законопроектом? Этот вопрос уже обсуждается несколько лет...

- Мы как министерство выступаем "за" и являемся инициаторами таких долгосрочных соглашений между субъектами РФ и инфраструктурными компаниями. Соответствующий проект закона разработан министерством и внесен в правительство. Надеемся, что он пройдет согласование и будет внесен в Госдуму.

- В дискуссиях о долгосрочных решениях "Россети" увязывали тарифы со своей дивидендной политикой, аргументируя это тем, что компании сложно выплачивать дивиденды в текущем тарифном меню. Возможно ли включение в тариф на передачу электроэнергии некой дивидендной составляющей по аналогии с тарифами инфраструктурных компаний в других отраслях или это не обсуждается?

- Практика, когда дивиденды от прибыли сразу закладываются в тариф в качестве расходов компании и не учитываются при реализации инвестиционной программы или других расходов, существует. К сожалению, в сетевом комплексе пока такие решения не были приняты.

- Все-таки такая идея обсуждается, чтобы некая дивидендная составляющая была в тариф введена?

- Эта тема не закрыта, и мы постоянно ее обсуждаем с нашими коллегами из других федеральных органов власти, но пока не пришли к единому пониманию вопроса.

- По "Россетям" также до сих пор не понятно, когда и каким образом компания может получить сетевые активы в Крыму, и будет ли это вообще сделано? Можете пояснить, есть какой-то дедлайн? Как сейчас проходят дискуссии по этому вопросу?

- Сейчас мы работаем над тем, чтобы объединить активы, которые входят в ГУП "Крымэнерго", и активы, которые были построены в рамках обеспечения энергоснабжения Крымского полуострова - это энергомост, линии электропередачи высокого напряжения, подстанции. Целевая задача - все это объединить под единым управлением, в рамках одного акционерного общества. Пока на уровне правительства окончательных решений не принято.

- По соседнему региону - по Тамани - также есть вопрос. Правительство поручало до 1 апреля провести отбор мощности новых генерирующих объектов. Можете сузить временные рамки, когда конкретно он пройдет?

- Ожидается, что итоги конкурса будут подведены не ранее конца марта 2018 года (срок окончания приема заявок 28 марта 2018 года). Эти сроки устанавливались для привлечения максимального количества участников отбора, так как потенциальным инвесторам необходимо предоставить достаточное количество времени для оценки экономической эффективности проекта и формирования ценовых заявок для участия в конкурсе.

- В прошлом году заработала надбавка на оптовом рынке для выравнивания тарифов Дальнего Востока со среднероссийским уровнем. И уже тогда, когда вводили надбавку, обсуждалась возможность ее продления или ее изменения в части включения в тариф инвестсоставляющей для реализации проектов "РусГидро" (MOEX: HYDR). В ближайшей перспективе возможны подобные изменения?

- Нет, сначала нужно посмотреть, как работают принятые ранее решения. Только после мониторинга и анализа можно будет говорить о продлении, включении инвестиционной составляющей. Сейчас, как вы знаете, инвестиционная составляющая не включена. Никаких инициатив, по крайней мере, с нашей стороны, по этому поводу нет, мы считаем, что пока недостаточно данных для анализа.

- Перейдем к международным отношениям. Россия начала диалог с Саудовской Аравией относительно возможных поставок СПГ. Кроме России организовать поставки СПГ в Саудовскую Аравию стремятся и США, которые уже подписали соответствующий меморандум. Как вы считаете, возможно ли в случае достижения договоренностей сосуществование России и США на рынке Саудовской Аравии? Какой объем СПГ готова закупать страна и в какие сроки? Предлагает ли Саудовская Аравия сотрудничество в строительстве регазификационных терминалов, прокладке газопроводов, в том числе на территорию сопредельных стран? Приглашаются ли российские компании к участию в проектах на территории Саудовской Аравии?

- Сейчас активно идут коммерческие переговоры с Saudi Aramco по всем основным направлениям нефтегазового сотрудничества. Посмотрим, какие будут в конечно итоге достигнуты договоренности. На сегодняшний день есть много желающих поставлять в Саудовскую Аравию СПГ, но в стране нет даже регазификационного терминала по приему сжиженного газа. Переговоры по участию в проекте строительства такого терминала тоже идут, но о деталях пока говорить рано.

- Что Минэнерго ждет от встречи с еврокомиссаром по энергетике Марошем Шефчовичем в марте? ЕС подготовил законопроект, по которому входящие на территорию Евросоюза газопроводы из других стран подпадают под действие законодательства ЕС. Понятно, что в отношении "Северного потока-2" Еврокомиссиия добьется своего (мы помним по опыту "Южного потока"). Как можно решить проблему с намерением ЕК распространить регулирование третьего энергопакета на "Северный поток-2"? Продавать газ на бирже в Петербурге? Пустить в него газ независимых поставщиков на условиях комиссии?

- На встрече с господином Шефчовичем в Давосе мы обсудили все основные вопросы нашего сотрудничества. Самый сложный из них касается "Северного потока-2". По этому вопросу у нас с коллегами из Еврокомиссии принципиально разные позиции: российская сторона считает, что это коммерческий проект, Еврокомиссия хочет дополнительно его регулировать. Сначала предлагалось сделать это через механизм мандата на ведение переговоров, теперь предлагают включить морские проекты в юрисдикцию Третьего энергопроекта. Мы считаем, что существующее европейское законодательство не требует никаких изменений, "Северный поток-2" может и должен быть реализован, как и другие подобные проекты. Все попытки дополнительного регулирования направлены лишь на то, чтобы не допустить строительства "Северного потока-2" и увеличения поставок российского газа в Европу.

В марте мы хотим встретиться для того, чтобы сверить часы по всем основным вопросам, в том числе по БРЭЛЛ, решению Стокгольмского арбитражного суда между "Газпромом" и "Нафтогазом Украины", поставкам и транзиту газа через Украину.

- До конца 2018 года у нас действует пауза по контракту на закупку газа в Туркмении. Туркмения ставит вопрос о желании поставлять газ в Европу через газопровод Средняя Азия-Центр (САЦ). Каким вам сейчас видится потенциальное сотрудничество с Туркменией? Возможно, рассматриваются какие-то своповые сделки с вовлечением Ирана?

- Туркмения нацелена поставлять газ в Европу через САЦ. Но как будет развиваться ситуация после прекращения действия моратория в конце 2018 года, будет ли он продлен или начнутся поставки газа, пока сложно сказать.

- Россия и Иран обсуждают поставки российского газа на север Ирана через Азербайджан. Какова экономика этой схемы? Своп или денежный расчет? Происхождение этого газа? Рентабельность поставок? Может ли это быть газ ЛУКОЙЛа с Хвалынского месторождения?

- Нашим компаниям интересно поставлять газ на север Ирана и получать газ на юге в виде СПГ или по планируемому газопроводу в Индию через Пакистан. Но конкретных решений между "Газпромом", Азербайджаном и Ираном пока нет.

Беседовали Анна Горшкова, Полина Строганова.

США. Евросоюз. Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 12 февраля 2018 > № 2494476 Александр Новак

Встреча с финалистами Всероссийского конкурса управленцев «Лидеры России».

Владимир Путин встретился в Кремле с финалистами Всероссийского конкурса «Лидеры России».

В.Путин: Добрый день!

Я рад вас всех видеть, поприветствовать. Знаю, что у вас за плечами большой конкурсный марафон. Мне было любопытно – наверное, Сергей Владиленович [Кириенко] уже говорил, – неожиданно для себя обнаружили, что вместо 12–15 тысяч, на которые мы рассчитывали, почти 200 тысяч человек подали заявки на этот конкурс. Но что совсем неожиданно, оказалось, что среди вас есть люди практически состоявшиеся: доктора наук уже, продвинутые высоко.

Вы знаете, наверное, неоднократно уже об этом говорили, у нас этот конкурс не связан с какой–то карьерной лестницей, только с созданием возможности для дальнейшего роста. Тем не менее думаю, что этот конкурс не пройдёт незамеченным для тех, кто ищет себе в свои структуры, во властные структуры, в бизнес-структуры интересных перспективных людей.

Мы сейчас разговаривали, в отношении многих из вас есть уже конкретные намётки, предложения и даже просьбы со стороны различных наших коллег.

В любом случае я очень рад, что вы здесь. Хочу вас поздравить с результатами, хочу вам пожелать всего самого доброго в будущем.

Надеюсь, вы расскажете, как конкурс шёл, свои впечатления о том, что и как сделано. Может быть, пожелания на будущее. Думаю, что мы сделаем так, чтобы это было не разовое мероприятие.

Пожалуйста.

П.Сорокин: Владимир Владимирович, спасибо большое.

Прежде чем начать представляться, хотелось бы Вас поблагодарить за то, что такую высказали инициативу, за то, что дали шанс такому количеству людей и себя показать, и на других участников посмотреть.

Меня зовут Сорокин Павел. Я сейчас возглавляю Аналитический центр при Минэнерго. Я всю свою жизнь, когда был ещё маленьким, молодым, жил за границей, учился в школе там. И всегда, живя там, понимал, что хочу на Родину, хочу вернуться.

В.Путин: А где Вы жили?

П.Сорокин: На Кипре, 11 лет на Кипре. Ходил в школу при посольстве и в английскую параллельно. И там наблюдал, как строятся межнациональные отношения, видел очень часто, как наши соотечественники в 90–е годы теряли связь со страной. Это сформировало мои взгляды на жизнь, что я хочу вернуться сюда, хочу, чтобы этого не повторялось.

Вернулся в 2001 году, поступил, закончил Плехановскую академию и после этого начал набираться опыта. Всю профессиональную карьеру работал в крупных финансовых структурах, сначала в аудите, потом в глобальных инвестиционных банках – «Морган Стэнли» – с фокусом на нефть и газ.

На каком–то этапе, два с половиной года назад, Александр Валентинович Новак предложил возглавить и создать Аналитический центр при Минэнерго, который занимался бы очень широким кругом задач, давал независимую оценку. Вот здесь, собственно говоря, я понял, что, во–первых, уже навыков хватает, для того чтобы что–то дельное предложить. Не просто чтобы прийти и сказать: я работаю на государство, я такой хороший, – а именно какую–то пользу приносить, комбинировать опыт, комбинировать навыки.

Два с половиной года назад мы создали эту структуру, набрали много молодых талантливых ребят, и в принципе достаточно широким кругом обязанностей сейчас занимаемся. То есть что скажет начальник, начиная синхронными переводами, если это требуется, и заканчивая работой с советами директоров госкомпаний и международными переговорами.

Один из крупных проектов, над которым в последнее время пришлось потрудиться, – это соглашение об ограничении добычи между Россией и странами ОПЕК. Это была знаковая сделка. Хотел Вас тоже поблагодарить, потому что без Вашей поддержки, собственно говоря, ничего было бы невозможно.

Почему она такая интересная была, драйвовая и что это показало? Россия вокруг себя консолидировала очень большое число стран. Мы показали, что мы не только можем рынок стабилизировать нашими общими действиями, то есть действовать в экономическом пространстве, а создать базу для будущей кооперации. 24 страны, у всех очень схожие проблемы, мы все хотим диверсифицировать экономики, мы все хотим расширить наш спектр. И при этом мы все понимаем, что поодиночке у нас может не хватить рынка ёмкости, у нас могут возникнуть другие проблемы, у нас всех есть зависимость от развитых стран в плане технологий в определённых секторах. Если объединять усилия на основании этой базы, то Россия выступит в роли консолидатора не только на нефтяном рынке, а уже и на технологическом, и в экономическом плане. Эта работа очень интересна, она реально даёт какое–то ощущение смысла, ощущение целенаправленности и может стать основой для будущих проектов.

Хотел сказать, что работаешь в структуре, чего–то добился, есть какие–то уже определённые регалии, может глаз замылиться, а когда приходишь на такой конкурс, понимаешь, что всегда есть кто–то лучше тебя, всегда есть у кого поучиться. И у наставников, которые очень сильно были представлены, очень интересные люди, и у конкурсантов, потому что и с командой в полуфинале и в финале очень сильно повезло, талантливые ребята со всех округов России. Виден в глазах огонь, видно, что ребята горят, хотят работать. И если им дать шанс, то они это могут привнести и в государство, и в любые структуры, где они будут представлены.

Поэтому это был просто уникальнейший опыт, он и другим людям позволяет за каким–то примером идти у тех же наставников или конкурсантов, и нам всем пример даёт, что всего можно добиться самому, если себя не ограничивать, если переступать через себя.

В.Путин: Нам, чтобы быть консолидаторами в других сферах, нужно быть значимым элементом той или иной площадки.

Почему мы здесь сыграли достаточно эффективно? Во–первых, мы смогли договориться с иностранными партнёрами. Во–вторых, мы смогли консолидировать позицию нефтяников внутри страны. А в–третьих, и самое главное, от нашей позиции многое зависит. Поэтому мы вряд ли что–то сможем консолидировать, если ничего не значим в той или другой сфере. Поэтому нам, конечно, чем нужно заняться тем, чтобы увеличивать свою долю, прежде всего в высокотехнологичных сферах экономики, и тогда совершенно точно мы сможем повторять такой успех и по другим направлениям.

Я не знал, что Вы занимались этой работой.

П.Сорокин: Очень активно.

В.Путин: Спасибо вам большое. Вы давно при Минэнерго работаете?

П.Сорокин: Два с половиной года работаем. Но сделкой с самого начала занимаемся, как в первый раз полетели в феврале 2016 года в Катар.

В.Путин: Два с половиной года?

П.Сорокин: Да.

В.Путин: Пора повышать Вас.

П.Сорокин: Надеюсь. (Смех.) Спасибо.

В.Путин: Я уверен, Александр Валентинович обратит на это внимание. Спасибо Вам большое.

П.Сорокин: Спасибо.

В.Прищепа: Здравствуйте!

Я Вероника Прищепа, консультирую по вопросам менеджмента качества.

Сейчас представляю Московскую область. Но благодаря любимому мужу, он у меня военнослужащий, я имела возможность пожить и в Новосибирске, и во Владивостоке. То есть я смогла не просто как турист приехать в какие–то города, а близко познакомиться с абсолютно разной природой, разными характерами – удивительный опыт.

В.Путин: Где Вы пожили за это время?

В.Прищепа: Новосибирск, Екатеринбург, Владивосток. Как муж шутит, говорит: осталась только наша часть в Калининграде.

В.Путин: Где больше всего нравится?

В.Прищепа: Я 20 лет жила в Новосибирске и думала, что красивее Сибири не существует ничего. Когда приехала во Владивосток, Вы знаете, я подняла руки и сказала: сдаюсь. Тут просто самая удивительная природа.

В.Путин: Да, правда.

В.Прищепа: Вы знаете, у меня очень простая история. Она простая, но при этом она близкая и понятная миллиону женщин. Год назад в моей жизни случилось чудо – у меня появился сын.

В.Путин: Мы Вас поздравляем.

В.Прищепа: Спасибо. Я ушла в декрет и окунулась в материнство во всей его прелести прямо с головой с удовольствием. Но через какое–то время я прямо, знаете, зафиксировала в голове мысль, что я хочу приносить пользу, быть полезной не только своему маленькому мирку, а дальше, за границы, заниматься чем–то хорошим, нужным.

И параллельно этому у меня шёл другой процесс, я стала сомневаться в себе как в профессионале. Почему–то стали возникать знаете какие ассоциации – с машиной, которая долго не ездит и ржавеет, абсолютно ненужной. Неизбежно возникают эти ассоциации.

И тут друзья мне рассказали об этом конкурсе. Захожу на сайт, и первое, что цепляют мои глаза, – можно получить экспертную оценку своих профессиональных компетенций.

Что я сразу подумала про этот конкурс? Если я туда пойду, я смогу построить «дорожную карту», как выйти опять и стать профессионалом, где у меня провалы, что нужно наверстать конкретно. Причём организаторы обещали, что сразу дадут какие–то пожелания, какие–то направления: куда идти, что именно читать. Для меня это показалось очень полезным. А по ходу конкурса, Вы понимаете, раз я здесь нахожусь, оказалось ещё одно удивительное чудо – если стараться, если активно участвовать в конкурсе, то можно даже не просто выйти из декрета обратно в обойму, а можно выйти в ещё более масштабную задачу. Не смейтесь.

Мне Мишустин Михаил Владимирович предложил поучаствовать в одном интересном проекте. Как ни крути, но без этого конкурса подобного шанса у меня бы в принципе не было. От имени всех молодых мам действительно спасибо.

Если можно, ещё небольшой нюанс. Когда я шла на конкурс, мне было интересно узнать историю успеха. Почему–то у нас в стране не распространён формат – делиться историями успеха: приходить в школу, приезжать в университеты, книги писать про то, как ты стал таким человеком, причём не важно, в какой области. У нас люди не делятся историями успеха. А на этом конкурсе, уже участвуя и в полуфинале, и в финале, мало того что были мегаинтересные губернаторы, они «мозг взорвали» тем, что они настоящие люди и отвечают не «около», знаете, как политики делают, а они отвечают очень просто, я их поняла. Это было приятно. Люди, которые вокруг, их уровень тоже был очень интересен. «А как вы стали занимать эту позицию? Почему пошли сюда?» То есть истории успеха реальных людей. Очень интересно и полезно.

В.Путин: Ну а первая–то часть? Остаётся для сына время?

В.Прищепа: У меня год, я только закончила декрет, я сейчас планирую выходить работать, и я очень надеюсь, что я найду. Сложный вопрос Вы задали.

В.Путин: А чем Вы раньше занимались?

В.Прищепа: Консультировала по вопросам менеджмента качества предприятия, в основном промышленные и пищевые, и школы. ISO внедряла, другими словами. ISO, HACCP, GMP – я их внедряла в предприятия.

Я надеюсь, что мне удастся найти или приблизиться к балансу между личным и профессиональным.

В.Путин: Конечно, нельзя терять навыков, профессионального уровня. Именно поэтому у нас целая программа сейчас будет по яслям. Чтобы молодые мамочки имели возможность как можно быстрее включиться в производственную деятельность, чтобы не терять квалификацию.

В.Прищепа: Это очень важно.

В.Путин: Но, честно говоря, это совершенно неожиданно для нас, что Вы сейчас сказали, что для молодых женщин в Вашем положении это играет такую роль. Мы на это не рассчитывали. Но тем более приятно. Успехов!

Пожалуйста.

Е.Покушалов: Владимир Владимирович, добрый день!

Евгений Покушалов, Новосибирск, Национальный медицинский исследовательский центр.

Я очень рад вновь с Вами встретиться. Буквально полгода назад Вы мне в Кремле вручали Госпремию в области науки и технологий.

В.Путин: Как сейчас помню.

Е.Покушалов: Поэтому я, конечно, счастлив, что мне ещё выдался такой шанс.

Что могу сказать? Меня, например, в течение всего конкурса все без конца спрашивали: зачем тебе это надо? Ты оперирующий хирург, ты учёный, добился много всего.

В.Путин: Вы доктор наук?

Е.Покушалов: Я доктор наук, профессор, член-корреспондент Академии наук.

В.Путин: А сколько Вам лет?

Е.Покушалов: Мне 43.

В.Путин: Когда Вы успели всё оформить? (Смех.)

Е.Покушалов: А ничего специально не оформлялось. То есть делалась работа, делалась наука, внедрялись инновации, и это всё пришло само собой. Это не было целью.

В.Путин: Вы ещё молодой человек и, в общем, очень успешный.

Е.Покушалов: Я на самом деле со студенческой скамьи попал в нужные руки. Всю свою студенческую жизнь был уже в науке. Я как раз был в области кардиохирургии, мне было очень легко дальше продолжить этот путь.

В.Путин: Такая большая работа на самом деле.

Е.Покушалов: Это большая работа, да.

Меня всегда спрашивают, почему я тут участвую. Я могу сказать, это очень важные вещи. Моя сфера деятельности – это не только оперировать людей, моя сфера деятельности ещё и создавать новые технологии, внедрять их. Я могу сказать точно, что успех этого зависит не только от гениальных идей, не только от гениальной команды, но и от правильного менеджмента. Успех как раз именно в этом.

У нас многие учёные, исследователи как раз об этом не задумываются, думаю, что это основная наша проблема, почему у нас эти процессы не идут столь эффективно и энергично. Поэтому для меня было очень важно поучаствовать в этом конкурсе, для того чтобы понять для себя, где мои сильные стороны, слабые стороны. Мне нужно, чтобы меня оценили, для того чтобы можно было сделать какую–то коррекцию.

Второй момент, который хочу отметить, – наставники. Я считаю, что это гениальная мысль – работа с наставниками. Это думаю, наверное, ценно всем сидящим здесь, в зале, потому что это уникальный опыт, который можно будет почерпнуть. Потому что все наши наставники – это очень яркие люди с громаднейшим опытом. Этот опыт можно черпать, наверное, очень долгое время. Этот опыт можно уже использовать в своей деятельности, поэтому это колоссально.

Ну и третий момент: я могу сказать, что я получил колоссальное удовольствие, потому что всё это время меня окружали очень яркие и талантливые люди, а люди, особенно в разных сферах, когда собираются вместе такие талантливые, это всегда новые идеи.

Я Вам могу сказать, я не шучу, это на самом деле было так: в последние три дня мы со своей командой, с которой мы были в конкурсе, в перерывах между заданиями обсуждали вопросы квантовой механики и задавались такими вещами, что эффекты квантовой механики, несмотря на то что их по–разному можно интерпретировать, очень активно и плодотворно используются в технике, в приборостроении. Но при этом мы коснулись того, что в медицине такие эффекты неизвестно как работают и каково влияние эффектов квантовой механики на биологические объекты. Получается так, что это такая сфера, в которой можно будет дальше поработать, и, может быть, это будет как раз путь для новых технологий в медицине. Поэтому это фактически такая мысль, которая родилась в процессе конкурса и которая, возможно, получит своё продолжение.

Поэтому я, например, получил колоссальное удовлетворение и хочу Вас просто поблагодарить за такую возможность. Я думаю, что всё то, что я получил, даст мне и моей команде огромный толчок. Я думаю, что мы ещё покажем себя.

В.Путин: Для меня тоже неожиданно, что люди, в данном случае конкретный человек с таким уровнем подготовки и с таким уровнем, которого он добился в профессии, не только пришёл на конкурс, но ему было и интересно. Это неожиданно. Такой человек, как Вы, вполне мог бы выступать там экспертом. Вы кем работаете сейчас?

Е.Покушалов: На самом деле я прошёл полный цикл от санитара. И сейчас я работаю в ранге заместителя директора по науке клиники Е.Н.Мешалкина.

В.Путин: Это клиника, специализирующаяся на чём–то?

Е.Покушалов: Да, это ведущий центр нашей страны в области сердечно-сосудистой хирургии.

В.Путин: С центрами в Москве работаете совместно, да? С московскими центрами работаете?

Е.Покушалов: Да, конечно. Наш партнёр – Бакулевский институт, ближайший партнёр в этой области.

В.Путин: Вы заместитель директора?

Е.Покушалов: Заместитель директора.

В.Путин: А семья у Вас есть?

Е.Покушалов: Да, у меня трое детей.

В.Путин: Вы в Новосибирске выросли?

Е.Покушалов: Нет, я родился, получил образование, прошёл аспирантуру и ординатуру в городе Томске. И в 2002 году меня мой директор Александр Михайлович Караськов пригласил поработать в центре. На тот момент я, конечно, не мечтал о таких возможностях, но он дал мне большой шанс.

Я приехал и сказал о том, что я могу запустить одно из направлений кардиохирургии, которого на тот момент не существовало в клинике. Он мне дал шанс попробовать, и у меня получилось. Я его смог реализовать, и за 15 лет мы достигли колоссальных результатов. Наша деятельность известна широко за пределами Российской Федерации. С 2000 года наши наработки стоят в практических рекомендациях всех кардиологов и кардиохирургов Соединённых Штатов Америки, Канады, Европы и Российской Федерации. Поэтому мы с 2012 года те научные изыскания начали воплощать в жизнь, и они приняты на мировом уровне, поэтому это большое дело.

В.Путин: Спасибо. Удачи Вам.

Е.Покушалов: Спасибо.

О.Жданеев: Здравствуйте!

Меня зовут Жданеев Олег. Родился в небольшом сибирском городке на юге Хакасии, в Абакане.

В.Путин: В Абакане родились?

О.Жданеев: В Абакане.

В.Путин: Почему небольшой городок? Это административный центр Хакасии.

О.Жданеев: По сравнению с Москвой, где я сейчас нахожусь, конечно, это небольшой городок.

Производственник из нефтегазовой отрасли. После 12 лет работы за рубежом – работал в Норвегии, Франции, Соединённых Штатах Америки – вернулся в Россию, вернулся домой, чтобы стать ближе на шаг к мечте.

В.Путин: А работали в качестве кого?

О.Жданеев: И в исследовательских институтах, и непосредственно в поле. Я как нефтяник и в море ходил, и занимался разработкой нового оборудования в Норвегии, например, тех же подводных добычных комплексов. В Соединённых Штатах Америки разрабатывал новые типы химического анализа пластовых флюидов. То есть очень широкая номенклатура.

В.Путин: То есть занимались проблемами бурения на шельфе?

О.Жданеев: В том числе бурение на шельфе, в том числе новые физико-химические методы анализа, разработка нового оборудования, которое сейчас практически во всём мире установлено, разработка новых инновационных методов бурения, разведки.

В.Путин: В какой компании Вы работали?

О.Жданеев: «Шлюмберже». Два года назад вернулся в Россию, чтобы постараться внести свой вклад, чтобы на российское машиностроение не смотрели сверху вниз, а чтобы оно стало образцом для всего мира.

В.Путин: Того, чем Вы занимались, как раз здесь у нас пока и не хватает, именно этого.

О.Жданеев: Я как раз стараюсь передать весь свой опыт, все знания на семь заводов, которые у нас сейчас есть в регионе.

В.Путин: Где Вы работаете сейчас?

О.Жданеев: В «Шлюмберже» продолжаю.

В.Путин: Здесь, в России?

О.Жданеев: В России. И на семь заводов, которые у нас есть, я стараюсь как раз передать весь опыт, все те знания. Сейчас достраиваем восьмой завод в Липецкой области. Завод уникальный не только для России, но в целом в мире. То есть завод высокоточного литья, там более 70 процентов операций полностью автоматизированы.

В.Путин: Хотите ещё поглотить одну из наших компаний, которая занимается бурением?

О.Жданеев: Идут разговоры.

В.Путин: Не разговоры, а настойчивые переговоры в течение длительного времени уже.

О.Жданеев: Но я непосредственно за производственный блок, то есть…

В.Путин: Вы здесь ничего не делали в этом направлении?

О.Жданеев: Моя задача, чтобы оборудование у нас, в России, производилось. Оборудование производится россиянами на российских заводах. И более того, оно получается настолько качественным и востребованным, что мы сейчас отправляем его по всему миру. То есть идут отправки на Ближний Восток, в Соединённые Штаты Америки, в Китай. Получается очень хороший экспортно ориентированный продукт.

Конкурс для меня – это фактически возможность встретиться с очень интересными людьми, с которыми можно реализовать мечту о российском передовом машиностроении быстрее. Поскольку моя деятельность сейчас достаточно узкая, через наставников я как раз хотел научиться, посмотреть, как стать более полезным стране, как все те знания передать, чтобы они принесли наибольший эффект для Родины.

В.Путин: В компании у Вас какая позиция?

О.Жданеев: Я руководитель департамента по производству и разработке нефтегазового оборудования в регионе России и Центральной Азии. То есть я подчиняюсь непосредственно президенту.

В.Путин: Интересно. Реально очень интересно и важно. Удачи Вам.

О.Жданеев: Спасибо Вам.

О.Углева: Меня зовут Ольга Углева, я из Челябинска, 31 год, замужем, двое детей. Сейчас нахожусь на позиции руководителя подведомственного регионального учреждения Минэкономразвития. Для меня эта сфера новая, всего несколько месяцев работаю. До этого развивалась в банковской сфере, прошла путь от специалиста до заместителя директора по нашему региону. А на текущей позиции оказалась тоже в результате конкурсных процедур. Это была региональная кадровая программа челябинского правительства. И как раз так совпало, что в первый мой рабочий день мой руководитель, заместитель губернатора Руслан Гаттаров, говорит: там конкурс проводится «Лидеры России», прими участие, я бы хотел. Это было, по–моему, 6 ноября, последний день подачи заявки, так совпало.

В.Путин: То есть начальство приказало?

О.Углева: Нет, на самом деле как раз хотела сказать, что по жизни с детства участвую в различных олимпиадах, в том числе лауреатом Президентской премии была в 2009 году, мне как студенту Пётр Иванович Сумин, наш губернатор, вручал.

В конкурсе охотно приняла участие. Приняли участие мы вместе с мужем. И мы единственные, как выяснилось, оказались оба в финале, дошли до финала.

В.Путин: А муж чем занимается?

О.Углева: Супруг рос в транспорте, в строительстве, в продажах развивался, сейчас свой небольшой бизнес, занимается ремонтом станков, оборудования, с «Башнефтью» работает, есть крупные заказчики, и с Усть-Катавским вагоностроительным заводом работает по ремонту оборудования. Сейчас уже к деткам улетел, а я ещё здесь.

Что хотели от конкурса? В первую очередь оценить свой уровень. Потому что как банковский сотрудник я понимаю, чего я стою, а относительно других сфер хотелось бы понять.

И второй момент для меня был важен – научиться решать более глобальные, масштабные задачи. Потому что работа в банке – это работа в очень чётко структурированной системе с понятным функционалом, понятными задачами, тем более я большую часть работала в зарубежных банках – там это всё очень чётко выстроено, – а сейчас мне нужно было выбирать направление деятельности и необходимо решать проектные задачи.

В этой части у нас в конкурсе был очень полезный кейс, когда нам нужно было предлагать решения в части демографических вызовов, которые стоят сейчас перед страной. Здесь мне посчастливилось поработать с Виктором Алексеевичем Зубковым – он у нас был наставником в этот момент, наблюдателем – и Якушевым Владимиром Владимировичем, получить от них экспертную оценку своих предложений в части повышения производительности труда и изменения системы образования. Потому что для нас, как для исторически промышленного региона, вопрос повышения производительности труда крайне важен.

Я увидела, придя в структуру Минэкономразвития, что мы до сих пор не участвуем в приоритетной программе повышения производительности труда, хотя Свердловская область, Тюмень уже включились в этот процесс. Сейчас моей задачей будет войти в перечень пилотных субъектов.

В части образования тема близкая для меня. Я и сама попреподавать успела, и команду формирую, так или иначе с ребятами общаюсь, молодыми специалистами. Что хотелось? Чтобы ребята, приходящие на работу, не важно, в какую сферу, всё–таки перестали слышать от работодателя такую фразу: забудьте, чему вас учили в вузе, мы сейчас вас научим, как нужно работать.

Благодаря работе с наставниками огромным открытием явилось, что это такие же живые люди, как мы, которые готовы работать. Мы и с Виктором Алексеевичем, и с Владимиром Владимировичем уже обсудили дальнейшие шаги и достигли определённых договорённостей. Есть вера, что мы действительно придём к той системе, когда у нас будет работодатель работать в связке с вузами и рука об руку идти в этих задачах.

В.Путин: Да, они люди конкретные, с большим опытом, поэтому они понимают, что нужно делать. Это правда.

Понятно. Спасибо большое.

Ф.Шеберстов: Меня зовут Фёдор. Я тоже из состоявшихся и самых возрастных участников. Мне 48 лет, у меня шесть детей. Старший живет в Новосибирске. Занимается квантовыми эффектами в медицине.

Я учился в МФТИ. Это был рубеж 90–х, наукой тогда было не прожить, и я начал консалтинговый бизнес. Могу Вам сказать, что моя компания – конкурент экспертам конкурса. Так что могу сказать уверенно, что это не показуха. Более того, я же прошёл все этапы, упражнения структурно были знакомы, но абсолютно всё было полезно, отличная возможность посмотреть на себя со стороны.

Почему пришёл? Последние три года я занимаюсь благотворительным проектом, называется «Учитель для России». Может быть, Вы про нас слышали. Смысл его в том, что мы обращаемся к выпускникам лучших вузов, непедагогических в том числе, чтобы они пошли в обычные школы учителями на два года. Мы им помогаем стипендией, мы их готовим. План такой, что эти ребята очень талантливые, кстати, похожи на тех, кто здесь собрался, но они отобраны ещё по идеализму, то есть это не про деньги совсем, они очень многое поменяют в образовании к лучшему.

Девиз нашего проекта – помочь каждому ребёнку раскрыть потенциал. Сейчас много чего происходит хорошего в смысле образования для одарённых, элитных, прекрасный Ваш «Сириус», который нас приютил, и наши учителя туда ездят. Но обычная школа точно нуждается в сильном внимании, и наши ребята это делают.

Мой план состоялся, получилось поговорить со многими. Фотография рядом с Вами, я уверен, очень поможет проекту тоже.

В.Путин: Дай бог.

Ф.Шеберстов: Это правда. Потому что школа очень инерционна и послушна.

А второе, мы познакомились с Юрием Петровичем Трутневым, он теперь зовёт заниматься социалкой, осваивать…

В.Путин: На Дальнем Востоке?

Ф.Шеберстов: Да. Фактически гигантскую страну. Прямо всерьёз задумался.

Спасибо Вам.

В.Путин: Вам спасибо. Вы так коротко говорили, интересно.

Я не слышал, к сожалению, про Ваш проект.

Ф.Шеберстов: Познакомьтесь с учителями, они волшебные.

В.Путин: Проект, конечно, здорово организован и здорово задуман. Я даже не знал, что есть люди, которые этим занимаются.

Ф.Шеберстов: Да, на энтузиазме, пять областей, 50 школ уже, притом что мы работаем всего два года. И ещё одна важная вещь: среди наших упражнений был поход в школы, то есть каждый из участников провёл открытый урок. И, удивительно, абсолютное большинство тех, с кем я поговорил, – можно сейчас спросить коллег – сказали, что это их главное впечатление за конкурс. Не «рубиться» с большими начальниками, а выступить перед детьми. Правильные лидеры собрались.

В.Путин: Вы про «Сириус» вспомнили. Мы при «Сириусе» сделаем как раз школу, потому что там школы не хватает. Сделаем хорошую регулярную школу.

Ф.Шеберстов: «Сириус» – мощная история.

В.Путин: Да, тут вроде получилось.

Ф.Шеберстов: Точно.

В.Путин: Спасибо. А к Юрию Петровичу поезжайте, там есть чем заняться.

Ф.Шеберстов: Он что делает – у него видно.

В.Путин: Да, сразу. Он хваткий.

Ф.Шеберстов: Да, с ним надёжно.

В.Путин: Точно.

С.Лудин: Владимир Владимирович, здравствуйте!

Меня зовут Сергей Лудин. Я родом из небольшого города Нижегородской области, город Павлово. Знаете, там, где знаменитые «пазики» производят. Мы с любимой женой воспитываем троих сыновей. Сейчас выйду отсюда, скажу, что Фёдора придется догонять. Может, дочку получится.

В.Путин: Домой сначала доберитесь. Прямо сейчас не надо. (Смех.)

С.Лудин: Пусть готовится.

Начинал я работать экономистом на предприятиях Нижнего Новгорода. Сейчас работаю в Московской инвестиционной компании. Управляю портфелем активов, порядка 60 миллиардов рублей под управлением. Удалось создать очень сильную команду на этом рынке.

В.Путин: Чья эта инвесткомпания?

С.Лудин: Акционер Evraz, Абрамов, Фролов.

В.Путин: Хорошо. Солидно.

С.Лудин: Очень солидно, классно. Считаю, что нам удалось создать хорошую команду. Вроде активами получается управлять хорошо: они растут и дальше будут расти. Всегда чего–то мало, хочется больше развиваться, поэтому конкурс мне в первую очередь дал возможность посмотреть вокруг: что дальше, какой следующий шаг сделать, как можно принести пользу обществу, как можно больше себя реализовать…

Мы, например, общались с Максимом Станиславовичем Орешкиным по поводу того, где и как можно деятельность Минэкономразвития улучшить, и договорились, что я пришлю ему свои предложения по поводу того, как наш опыт управления частными активами можно применить в управлении государственными активами. Это в части рыночной мотивации.

В.Путин: Вам сколько лет?

С.Лудин: 36 лет.

В.Путин: Так что с Орешкиным на одном языке можете говорить.

С.Лудин: Мы с ним так и общались. Он говорит: почему ты меня выбрал? Говорю: Максим Станиславович, Вы такой молодой и перспективный. А он мне то же самое: Вы тоже. Вот так диалог и заладился. Посмотрим, что получится, но предложения я свои сделаю.

И совсем неожиданный опыт для меня был, то, что Фёдор сказал: мы провели открытый урок в лицее № 59 города Сочи. Знаете, честно говоря, я боялся этого урока больше всего. А по итогу – такого удовольствия и удовлетворения я не получал никогда. Я даже позвонил жене после этого и сказал: знаешь, если бизнес надоест, а в Правительстве не пригожусь, пойду учителем работать. Так и решили. Фёдор сразу мне курс предложил.

И отдельно, Владимир Владимирович, ещё раз хочу сказать спасибо Вам, всем организаторам, участникам, наставникам от 200 тысяч человек, которые зарегистрировались. Я считаю, что конкурс – это очень мощный импульс для всех для дальнейшего развития независимо от результатов: кто попал в сотню, кто не попал.

Что можно исправить, улучшить? Мне кажется, это сделано на таком высоком уровне, что здесь главное не потерять этот уровень. Это первое.

А второе, может быть, подумать о тиражировании на региональный уровень и ещё куда–то. Потому что этот опыт терять нельзя, его надо точно масштабировать.

В.Путин: Вы сказали, уровень нельзя терять и нужно тиражировать. Если делать на региональном уровне, нужно делать так, чтобы там тоже был региональный, но высокий уровень.

С.Лудин: Да, конечно.

В.Путин: Можно, наверняка можно это сделать, сто процентов. Почему нет? Там, правда, не будет предложений поехать на Дальний Восток, но всё равно. Там другие будут предложения.

Спасибо.

А.Зименков: Владимир Владимирович, меня зовут Андрей Зименков.

Я родился, вырос в Ленинграде, Санкт-Петербурге. Сейчас живу и работаю в Москве. Для многих история знакомая.

В.Путин: Совпадение.

А.Зименков: Знакомая история. Есть определённые совпадения. Пока на этом они заканчиваются.

Как и многие мои товарищи здесь, получал профессиональный опыт работы за границей. Доучивался по бизнес-образованию за границей. Но восемь лет назад принял осмысленное решение всё–таки вернуться в Россию, потому что хочу самореализоваться в родной стране. Работаю в «Ростелекоме». Занимаюсь трансформацией нашего бизнеса. Как наш шеф Михаил Эдуардович говорит, разворачиваю авианосец нашей компании лицом к клиенту. Хочется назвать его ледоколом, может быть. Лицом к клиенту приятнее, наверное.

В.Путин: А чем Вы занимаетесь в «Ростелекоме»?

А.Зименков: Я отвечаю за развитие корпоративного и государственного сегмента.

В.Путин: Как Вы видите, куда такая компания, как «Ростелеком», должна двигаться? Во что она должна трансформироваться? Что должно быть основным в её будущей работе?

А.Зименков: Вы знаете, я считаю, что у «Ростелекома» есть уникальный шанс не просто вложиться или поучаствовать в создании цифровой экономики в России. У «Ростелекома» есть реальный шанс быть драйвером этой трансформации и создания цифровой экономики. Потому что у «Ростелекома» есть уникальный ресурс – это инфраструктура, это люди.

Кстати, в финалистах от «Ростелекома» было пять человек. Победителей три. Конверсия, я хочу сказать, из пяти три – очень хорошо. Я честно горжусь результатами нашей компании.

В.Путин: Вы абсолютно правы, конечно, так и есть.

А.Зименков: Зачем шёл на конкурс? На конкурс шёл, для того чтобы, во–первых, себя померить, как и многие здесь, чего я стою. В компании, может быть, есть какие–то успехи, определённые есть. Но в масштабах страны, так сказать, я померил, понимаю, что есть ещё куда расти. Буду над этим работать.

А вторая цель была немножко поднять взгляд, взор от операционных бизнес-проблем, с которыми каждый день работаешь, и вообще подумать, чем я могу быть полезен стране в целом.

В.Путин: Образование у Вас какое?

А.Зименков: Я инженер. Я в Петербурге учился на инженера.

В.Путин: Где? В каком вузе?

А.Зименков: В ЛЭТИ, электротехнический имени Ленина.

В.Путин: Отлично.

А.Зименков: Да. Дальше уже доучивался на бизнес-образовании, и сейчас я уже как инженер смотрю. Я понимаю высокие технологии, но смотрю на то, как эти технологии могут облегчить жизнь государства, предприятий, людей.

Из конкурса вышло много откровений и идей. Никогда не сомневался в том, что у нас по стране очень много талантливых управленцев во всех регионах. Я лично с регионами работаю очень много. Завтра лечу в Самару, после этого в Уфу, потом в Екатеринбург – это всё на этой неделе. Вижу очень много талантливых ребят. Но для меня настоящим откровением стал уровень чиновников и госуправленцев, коих было достаточно много на конкурсе не только в роли наставников, не только в роли ведущих мастер-классов, но и в роли обыкновенных участников. Очень сильные ребята.

Отдельное Вам спасибо за молодых губернаторов. Организаторы конкурса пригласили их дать мастер-класс, и я хочу сказать, что семь губернаторов, кто–то из них ещё «исполняющий обязанности», так мощно выступили, что в моей шкале оценки они точно составили конкуренцию блокбастеру от Германа Оскаровича про технологии будущего.

В.Путин: Они сильные ребята, они очень конкретные, с опытом практической работы.

А.Зименков: Это и бросилось в глаза. Для меня лично это стало откровением, повысило очень сильно в моих глазах престиж госслужбы. И вообще я хочу сказать, что я посмотрел на госуправленцев с новой стороны. Они представились с каким–то человеческим, если хотите, новым, по крайней мере для меня, лицом.

Идея, которую вынес точно абсолютно и буду в нашей компании её продвигать, – это формат конкурса, который сделан, его можно перенести и реализовывать в крупных госкорпорациях абсолютно точно, в крупных компаниях. Кто–то, может быть, возьмёт это и реализует в региональных органах госвласти, потому что спрос есть, а технология прямо отработана, она готова – бери и делай, и абсолютно точно получишь сильный кадровый резерв, очень высокий. Это я точно собираюсь делать. Есть ещё несколько идей в цифровой экономике, буду эти идеи тоже двигать внутри «Ростелекома».

В.Путин: Успехов! У Вас интересная работа и очень перспективная. То, что Вы сказали по поводу компании, – я тоже думаю, что примерно так она должна и развиваться, двигаться. Там не хватает некоторых сегментов, но их нужно добавить.

А.Зименков: Работаем над этим, Владимир Владимирович.

К.Бабаев: Владимир Владимирович, меня зовут Кирилл Бабаев, мне посчастливилось работать одновременно в двух сферах: в международном бизнесе и в науке. Я в течение многих лет для крупнейших российских компаний занимался международными коммуникациями, защищал интересы российского бизнеса за рубежом и одновременно работал в фундаментальной науке, я тоже доктор наук.

В.Путин: А как Вы его защищали?

К.Бабаев: Я выстраивал взаимоотношения с государственными органами при заключении различных сделок, при различного рода инвестиционных проектах в наших крупных русских компаниях, причём работал практически на всех континентах.

В.Путин: За границей?

К.Бабаев: Да. И в Азии, и в Африке, и в странах СНГ, и в Европе, в Америке – то есть практически везде.

С.Кириенко: Доктор филологических наук?

К.Бабаев: Да, при этом я занимался фундаментальной наукой, именно поэтому у меня достаточно уникальная комбинация навыков экспертиз, связанных, с одной стороны, с бизнесом, с другой стороны, с наукой. Я бы хотел именно это предложить своей стране, своему обществу, Вам.

У меня есть мечта. Я бы хотел создать в России эффективную, современную систему научного менеджмента, повысить эффективность исследований, поставить их на службу государству, приоритетам его развития и, главное, повысить престиж нашей науки за рубежом, чтобы о нас знали, чтобы наши исследования были востребованы больше, чтобы мы выиграли в этой научной дипломатии, которая сейчас так важна. Именно для этого я шёл на конкурс. Я думаю, со мной все присутствующие ребята согласятся, победа на конкурсе – это очень здорово, но победителями мы себя сможем чувствовать только тогда, когда мы делами докажем, что мы можем что–то сделать для страны. Мы получили некий аванс, и этот аванс дал нам этот конкурс.

Сам по себе конкурс, безусловно, это шаг вперёд в нашем дополнительном образовании, как и тот миллион рублей, за который я хочу отдельно Вас поблагодарить, который мы должны потратить на то, чтобы узнать что–то новое, повысить свою компетенцию и уже выходить на новый государственный уровень. Вот это я хотел бы сделать как раз.

С.Кириенко: У Вас шесть языков?

К.Бабаев: У меня двенадцать. Так сложилась жизнь.

В.Путин: Здорово.

На два момента обратил бы внимание. Вы сказали о том, что нужно работать над тем, чтобы повысить авторитет нашей науки за рубежом, и вначале говорили о том, что главное заключается в том, чтобы повысить эффективность исследований внутри страны. Вот это повышение эффективности внутри страны, конечно, гораздо важнее, чем авторитет за границей.

К.Бабаев: Конечно.

В.Путин: Хотя это тоже важно, чтобы о нас узнали. О нас знают, и в этом есть определённый смысл, но самое главное – внутри. О нас будут ещё больше знать, если мы сможем организовать нормально эффективность работы науки внутри страны.

Сейчас академия сама находится в стадии преобразования, поэтому это очень важно. Это реально очень важно.

Вы эту тему не обсуждали в ходе конкурса ни с кем?

К.Бабаев: Я выбрал наставников.

В.Путин: А кто?

К.Бабаев: Я встречался с Владимиром Александровичем Мау. Мне очень понравилась эта встреча. Он мне тоже сказал, что его впечатлили перспективы, о которых мы говорили. Жду ответа от других наставников. Я выбрал, в частности, Кузьминова из Высшей школы экономики. Мне бы хотелось получить экспертизу, получить возможность воплотить, внедрить те идеи, которые у меня существуют на эту тему.

В.Путин: То есть Вы ждёте ещё от них каких–то материалов, да?

К.Бабаев: Да.

В.Путин: Тогда позвольте совет: они люди занятые, не ждите, требуйте от них.

К.Бабаев: Договорились.

В.Путин: Иначе никогда не дождётесь.

К.Бабаев: Спасибо. Теперь, я думаю, они будут двигаться в ускоренном порядке.

В.Путин: Для этого это и было сказано.

Н.Куликов: Владимир Владимирович, добрый день!

Меня зовут Никита Куликов, я из региона. Родился, вырос и учился я в городе Тюмени.

Так случилось, что сразу после университета я попал в Сбербанк, где работаю до сих пор, уже 10 лет. Последние четыре года руковожу корпоративным блоком. То есть мы с моей командой, которая не меняется последние четыре года, основной состав, занимаемся работой с юридическими лицами, развиваем бизнес совместно с юридическими лицами, кредитуем, зарплатные проекты и так далее.

На конкурс пошёл, наверное, потому, что это был какой–то вызов для меня в первую очередь, хотелось посмотреть, где мы находимся в сравнении с другими ребятами по стране, с другими корпорациями, с чиновниками, с людьми из бизнеса. Посмотрел, понял, что мы тоже можем.

Знаете, в процессе конкурса прошло, наверное, переосмысление, и сейчас такая дилемма: стоит ли продолжать своё развитие в Сбербанке, или, может быть, выбрать новый путь для себя, какой–то новый вызов, новую идею? Я очень надеюсь, что наставник, который меня выберет, поможет мне в этом пути.

В.Путин: А кто у Вас наставник?

Н.Куликов: По правилам конкурса мы должны были выбрать минимум десять человек, я выбрал двенадцать. Основные у меня четыре: это господин Собянин, господин Лавров, господин Вексельберг и господин Кириенко – четверо. Если кто–то из них, я буду очень рад, но любой фамилии буду рад в любом случае.

Я думаю, что эта работа точно не пройдёт даром. Почему это важно? Считаю, что в XXI веке можно и даже, может быть, стоит двигаться командой в большей степени. У меня есть очень хорошая команда профессионалов, которая работает вместе со мной. Если получится, нам предварительно дали добро, то тот самый миллион я бы хотел потратить не на своё обучение, а именно на обучение своей команды, чтобы мы вместе прошли какой–то курс. Если мои ребята захотят вместе со мной куда–то двигаться в дальнейшем, то я бы, конечно, очень был рад этому, и мы бы вместе что–то сделали. Поэтому хотел Вам сказать спасибо за конкурс и за эту возможность.

Конкурс в целом – это нереальное воодушевление, такое место, где ты оказываешься среди людей, которые по уровню интеллекта либо такие же, как ты, либо ещё стремительно выше, и это заставляет тебя резко понять, где твоё место, и осознать, что есть люди, к которым стоит ещё тянуться. Это очень приятно и по–настоящему интересно.

Я хотел два момента сказать. Первое, я хотел присоединиться, что, наверное, самым интересным и воодушевляющим заданием был 20–минутный урок в школе. Только перед детьми ты понимаешь, когда напротив тебя не суровые мужики из бизнеса, оказывается, насколько сложно воодушевить детей и насколько, оказывается, им нужна эта компетенция, твой опыт в плане выбора, например, будущей профессии, где ты можешь просто подсказать простым словом, а для них это целая история. Нас задержали ещё на 30–40 минут после нашего 20–минутного урока, засыпали кучей вопросов. Было очень приятно и по–настоящему интересно. За это спасибо.

И отдельно работа в командах показала, что многие мысли как раз рождаются на стыке, на стыке работы госслужбы, банкинга, бизнеса. Родилось несколько идей по занятости населения, какие продукты ещё банкинг может придумать совместно с государством, для того чтобы у простых людей была возможность профинансировать свою занятость и, может быть, когда–то хотя бы частично решить вопрос безработицы дополнительно и так далее. Почему нет? Вернусь, вынесу предложения, пообсуждаем и с коллегами в регионе, и с головным офисом.

Ещё раз Вам огромное спасибо.

В.Путин: Команда всё–таки у Вас, если так попроще сказать, чтобы всем было понятно, чем занимается конкретно? Ваша команда, о которой Вы говорите и с которой Вы хотите поделиться миллионом.

Н.Куликов: Это мои ребята.

В.Путин: Они все сотрудники Сбербанка?

Н.Куликов: Да.

В.Путин: Герман Оскарович с ума сойдёт. Мы сейчас пол–Сбербанка вычерпаем у него.

Н.Куликов: Нет, я думаю, что в первую очередь я, конечно же, говорю про мой уровень «минус один» – так мы называем – от меня, то есть это мои подчинённые-руководители. Их пять человек всего. Я бы хотел миллион разделить между нами шестерыми: заказать единый курс, чтобы нам его прочитали. Ребята – это профессионалы в области финансирования девелоперских проектов, сельского хозяйства, производства – то, что мы финансируем. Есть отдельно ребята, которые отвечают за транзакционный бизнес так называемый – это всё, что касается интернет-расчётов именно с юридическими лицами, например, расплатиться карточкой, зарплатный проект у компании. То есть каждый человек отвечает за своё направление.

В.Путин: Вы знаете, конечно, можно совершенно точно найти более интересные вещи, но и в рамках Сбербанка есть чем заняться. Вы сейчас говорили о целом ряде направлений. Одно из них – это электронная торговля. Сбербанк занимается этим достаточно активно. Это одно из наиболее продвинутых у нас учреждений, которое занимается этим. Нам нужны свои собственные платформы.

Сейчас не буду называть названия этих компаний, которые хотят к нам зайти, потому что это всё будет в средствах массовой информации. Эффект будет непонятным. Но они есть. Самые первые, самые ведущие. Нам нужно посмотреть на то, в чём заинтересована российская экономика и российский потребитель. Нам нужно сюда заводить в полном объёме иностранные платформы или создавать свою собственную. Пускай пока, может быть, достаточно скромную, но имеющую перспективы развития. Можно позаниматься. И Сбербанком, кстати говоря, повторяю ещё раз, уже многое сделано в этом направлении. Но Вы знаете про экосистему Сбербанка?

Н.Куликов: Да.

В.Путин: Они долго-долго вели переговоры с «Алибабой».

Н.Куликов: Да.

В.Путин: Удачи!

С.Кириенко: Нас протокол расстреляет, потому что мы знаем, что у Вас следующее мероприятие. Может быть, если Вы позволите, Татьяна Дьяконова.

Т.Дьяконова: Спасибо большое.

Вы спросили, Владимир Владимирович, про эмоции. Я, наверное, лучше других расскажу про эмоции, потому что я уже вторую ночь не сплю.

Пришла на конкурс получить оценку своих профессиональных навыков – получила. Когда подводили итоги, Вы не поверите, так как я работаю 15 лет в сфере подбора и поиска талантливых руководителей, работаю в различных отраслях экономики, большое количество людей мне писало и звонило: Таня, побеждай! Я в ночи прошу: Господи, пускай я буду 99–й, пускай я буду 100–й, но как я буду смотреть в глаза этим людям, которых я подбираю, если я не выиграю этот конкурс?

Казалось бы, я выиграла конкурс, можно расслабиться, ночью сегодня я тоже не спала, много что передумала. Я пыталась понять: какое ещё событие было в моей жизни с таким же ярким эмоциональным фоном? В прошлом году я совершила восхождение на Тибет, 5700, и мне казалось, что я прямо молодец. Но я спала после этого восхождения очень хорошо.

Ребята, спасибо вам огромное за те эмоции, которые вы мне дали. Я с гордостью говорю об этом: эти пять дней, которые мы прожили, точно будут в моей памяти.

За всю ночь можно было о многом подумать. Я вспомнила, что ровно 30 лет назад я точно так же была в кадровом резерве по линии комсомола небольшого областного города. И подумала: это хороший знак, что сейчас, спустя время – прошло 30 лет, были разные времена, были очень тяжёлые времена, – выросло поколение людей, которые умные, яркие, неравнодушные, готовые менять. 200 тысяч человек, шутка ли, пришли на конкурс, чтобы доказать своё желание менять страну к лучшему.

До 22–го мы ждём своих наставников. Но я время зря не теряю, десять дней пишу для себя план, как не потерять этот резерв, не только сотню, которая есть, и даже не три тысячи, которые в полуфинале, все 200 тысяч человек, которые изъявили это желание, – это точно ресурс для государства, который нужно использовать. Без шуток, у меня большой опыт в этом. Как только наставники – они сейчас внимательно нас изучают, кого взять, кого не взять, – определятся, я уже с готовеньким листочком, как помочь ребятам создать условия, чтобы этот потенциал был востребован. Нельзя потерять ни одного человека.

В.Путин: А что это за маленький городок, где Вы были в комсомольском резерве?

Т.Дьяконова: Я была в Калининграде, город Советск Калининградской области, папа там служил. Знаете, я космополит: родилась в Средней Азии, город Ош. Потом папа служил в Германии, потом на Украине, потом Калининград, и в 18 лет я была по линии комсомола в очень перспективном кадровом резерве. Но воспользоваться этим не удалось, потому что трансформация, которая прошла в России, всем известна.

В.Путин: А сейчас Вы где?

Т.Дьяконова: Сейчас я работаю в «Хоум Кредит Банке». До этого работала в «Росатоме», стояла у истоков создания корпоративной академии «Росатома», за что очень благодарна Сергею Владиленовичу.

В.Путин: «Как не порадеть родному человечку», да?

Т.Дьяконова: 12 лет отработала в школе учителем, но на учительскую зарплату было очень сложно прожить. Знаете, я надолго запомнила то время, когда моя дочь подходила к прилавку и говорила: мама, когда будут яблоки, ты мне их купишь? Я сказала: нет, я буду работать где угодно, но дети мои не будут мечтать о яблоках. Поэтому разный такой путь, который я прошла.

Сейчас обязательная программа выполнена: дочка взрослая, 28 лет, работает деканом во втором медицинском институте, занимается школьниками; сын 17 лет, готовится поступать в МГУ. Поэтому у меня сейчас произвольная программа. Я считаю, что женщина должна прежде всего детей родить, воспитать, а потом имеет право послужить Родине.

В.Путин: Первая часть – это тоже служение Родине.

Т.Дьяконова: Я согласна.

В.Путин: По поводу детей. Это как раз полностью соответствует служению Родине. Сомнений нет.

А кто у Вас наставники?

Т.Дьяконова: Я выбрала двух человек. Я выбрала так же, как все ребята, десять, но буду очень рада, если Максим Станиславович или Сергей Владиленович выберут меня, потому что я считаю, что как раз здесь мой опыт будет очень применим с точки зрения изменения – знаете, язык не поднимается, этой кадровой политики, – работы с людьми. Многие ребята, которые работали в иностранных компаниях, и те, которые работали в государственных либо министерских, чётко говорили о том, что технологии, которые применяются, должны перейти и на государственную службу, и на государственные компании. Я здесь могу быть очень полезной, напишу. Если даже не выберут, то отправлю предложения, которые я готовлю.

В.Путин: Удачи Вам!

С.Кириенко: Боимся за Ваше время, Владимир Владимирович. Ребята и дальше готовы рассказывать, но мы понимаем, что у Вас плотный график.

В.Путин: Хорошо, но там ещё коллега.

М.Дузь: Владимир Владимирович, добрый день!

Максим Дузь, Краснодар. Мне, наверное, немного было проще, чем ребятам, участвовать в финале. В принципе Сочи и «Сириус» – тоже Краснодарский край, а дома и стены помогают. Я постараюсь кратко.

Я на конкурс, в принципе, пошёл потому, что для меня это был определённый внутренний вызов проверить свои силы, проверить свои возможности, а по ходу конкурса ситуация очень сильно изменилась, и возможность просто поработать с такими людьми, которые туда пришли, для меня стала тем, что это скорее не соревнование, а это скорее просто общение, это площадка, где мы чему–то можем научиться серьёзному.

Хотя вызов – это, наверное, про меня. Мы с женой увлекаемся экстремальными видами спорта: снегоходные экспедиции, парашюты, рафтинг, альпинизм, всё остальное. Может быть, поэтому мы хорошо разговорились с Юрием Петровичем Трутневым о развитии Дальнего Востока. Это тоже очень большой вызов.

В.Путин: Он Вас заманил туда, да?

М.Дузь: Пока конкретики нет, но как вариант почему нет?

Как раз об инвестициях, то, о чём говорила Таня. Я работаю в западных компаниях, это банковский сектор, занимаюсь проектным финансированием, разработкой и структурой сделок, привлечением инвестиций. Этим я мог бы быть полезен здесь, потому что это тот бизнес-опыт, который может сейчас, на мой взгляд, усилить госуправление, немножко изменить эту структуру в лучшую сторону.

В.Путин: А Вам Юрий Петрович что предлагает?

М.Дузь: Юрий Петрович говорит, что есть интересное направление в Агентстве по привлечению инвестиций и экономическому развитию Дальнего Востока.

В.Путин: Да, это правда. Но работа сложная там.

М.Дузь: Сложности не пугают. Главное, чтобы интересно было.

В.Путин: Да, интересно, масштаб большой.

М.Дузь: Третья часть страны практически.

В.Путин: Это правда. Удачи Вам!

М.Дузь: Спасибо.

В.Путин: Знаете, что бы я хотел сказать в завершение? Мне бы очень хотелось, чтобы ничего из того, что сегодня говорилось, не пропало, не растворилось и не исчезло, чтобы этот конкурс был не просто приятным для вас времяпрепровождением, но чтобы он ещё был результативным с точки зрения вашего профессионального, служебного и в хорошем смысле этого слова карьерного роста. Мы постараемся сделать так, чтобы не потерять вас из вида.

Вам спасибо большое. Удачи вам!

Мне было очень приятно и очень интересно с вами сегодня встретиться. Спасибо большое.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Образование, наука > kremlin.ru, 12 февраля 2018 > № 2494250

ОПЕК повысила прогноз по спросу на нефть в мире в 2018 году до 98.6 млн баррелей в сутки с 98.51 млн баррелей. Об этом говорится в докладе ОПЕК.

ОПЕК ожидает, что рост спроса по итогам текущего года составит 1.59 млн баррелей в сутки.

Прогноз по добыче нефти в России ОПЕК оставила неизменным - 10.98 млн баррелей в сутки, что на 190 тыс. баррелей меньше, чем в 2017-м.

Напомним, что в декабре прошлого года страны ОПЕК и другие нефтедобывающие страны приняли решение продлить сделку по сокращению добычи нефти до конца 2018 года.

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова для программы «Действующие лица с Наилей Аскер-заде» на телеканале «Россия 1», Москва, 11 февраля 2018 года

Вопрос: Мы встречаемся с Вами накануне Дня дипломатического работника. Есть ли в МИД какие-то традиции отмечать этот праздник?

С.В.Лавров: Да, у нас каждый год 10 февраля, а если это выходной день, то накануне 10 февраля, проходит торжественный вечер, где мы награждаем отличившихся дипломатов за истекший год, в том числе правительственными и государственными наградами. К этому дню обычно выходит соответствующий указ Президента с определением лауреатов тех или иных орденов, других государственных наград. Конечно, приглашаем наших ветеранов. После торжественного заседания у нас проходит неформальное общение, фуршет, в ходе которого наши ветераны очень тепло вспоминают былые дни, дают советы молодежи. Это всегда очень домашнее, в хорошем смысле, корпоративное мероприятие. Безусловно, в наших заграничных представительствах и представительствах в субъектах России проходят торжественные заседания и прочие мероприятия с приглашением иностранцев, дипкорпуса и представителей страны пребывания.

Вопрос: Хотела бы поговорить о российско-американских отношениях. Вы попали в «кремлевский доклад», Ваша фамилия под номером 65. Впервые действующий министр иностранных дел попадает в «черный список». Чего они хотели этим добиться?

С.В.Лавров: Честно говоря, я совершенно равнодушен к тому, что сейчас происходит в связи с этим «кремлевским докладом», как и ко всему остальному, связанному с т.н. «русским досье» в Вашингтоне. Доклад и списки, о которых Вы сейчас упомянули, это вообще смешно. Можно было вообще сделать это за полчаса. Я считаю так же, как и бывший Посол США в Москве М.Макфол, который сказал, что его эксперт за полчаса смог бы выпечатать фамилии из телефонных справочников Правительства Российской Федерации и Аппарата Президента, как и из «Форбс».

Поначалу у меня было очень тяжелое ощущение, когда все это стало разворачиваться. Я не верил своим глазам и ушам, исходя из того, что многих деятелей в Вашингтоне из Администрации и Конгресса я знал лично и общался с ними. Это достаточно серьезные, умные и вменяемые люди. То, что этот массовый психоз лишил их всех рациональных зерен, для меня было просто поразительно. С тех пор, как эта тенденция стала продолжаться, а она тянется уже больше года, я постепенно утратил к ней свой интерес. Я слежу за ней постольку, поскольку факты нужно знать в рамках моей работы и обязанностей, но что с этим делать, даже не знаю. Я читаю статьи Ваших коллег, которые говорят, что надо найти какой-то выход из этого тупика. Д.С.Песков назвал наши отношения «коллапсом», можно привести массу других синонимов. Но когда нас призывают «творчески» искать пути выхода из этого состояния, могу ответственно сказать, что мы такие поиски вели, ведем и будем продолжать вести.

Мы не раз предлагали конкретные вещи нашим американским партнёрам, в рамках моих регулярных контактов с Р.Тиллерсоном передавали наши предложения о том, как постепенно отходить от этой опасной и достаточно глупой черты. В большинстве случаев мы не получаем взаимной реакции. Единственное позитивное исключение – очень неплохо, профессионально идет работа над обеспечением дополнений Договора о дальнейшем сокращении стратегических наступательных вооружений. 5 февраля 2018 г. мы должны были сертифицировать выполнение этого Договора обеими сторонами. Такая сертификация состоялась. При этом стороны выразили взаимную готовность продолжать профессиональные и технические консультации с тем, чтобы прояснять ряд вопросов, которые возникают по тому или иному участнику этого Договора.

Есть еще пара примеров. Мы неплохо работаем в Сирии по линии наших военных в том, что касается избежания непредвиденных, непреднамеренных инцидентов. Но не только. Есть признаки и того, что США, понимая реальную ситуацию в Сирии, готовы слушать и стараться учитывать подходы, которые мы реализуем в рамках работы по приглашению законного правительства САР. Есть контакт по сирийским проблемам, по проблемам региона и по линии министерств иностранных дел.

Но если говорить о возвращении к «нормальности» наших отношений в целом, здесь мы слышим от американцев только то, что они к этому готовы, но что мы должны сделать первый шаг, должны «покаяться». Это уже система. Мы должны «покаяться» и с точки зрения Всемирного антидопингогового агентства (ВАДА), где тоже заправляют американские, британские и англо-саксонские представители. Мы должны «покаяться» и во всех других случаях. И тогда наши западные партнеры великодушно согласятся постепенно возвращаться к «нормальности». Но они абсолютно отказываются принимать объективную данность, что не бывает ситуации, в которой только одна сторона делает ошибку, а они абсолютно безгрешны. Не хочу сказать, что мы безгрешны. Но мы постоянно, в любой обстановке, связанной с кризисным развитием, предлагаем конкретные выходы из тупиков. Так было и в том, что касается реализации Минских соглашений. Я, кстати, доволен, что наладился канал между представителями России и США по Украине в формате К.Волкер - В.Ю.Сурков. Недавно они провели свою очередную встречу. Скажу, что результат небезнадежен. Они договорились продолжать эти разговоры.

Так что мы открыты к любым форматам, которые американцы готовы задействовать, исключительно на основе равноправия и без предварительных условий в духе «вы покайтесь за вмешательство в наши внутренние дела и выборы, а потом мы будем начинать».

Вопрос: Возможно, нас провоцируют на какие-то ответные шаги?

С.В.Лавров: Думаю, что они не прочь бы увидеть ситуацию, когда Россия будет делать какие-то нервные, резкие телодвижения. Но у нас взвешенная политика, определенная Президентом, не склонная к такого рода импровизациям и экспромтам. У нас последовательная линия. Мы продвигаем ее независимо от того, какая конъюнктура «на дворе», продвигаем, исходя из необходимости максимально благоприятных условий для нашего внутреннего развития с точки зрения безопасности, условий для наших экономических операторов, экономического обеспечения безопасности и недискриминационного отношения к нашим гражданам, когда они выезжают за границу. Наверняка есть желающие, которые хотели бы нас спровоцировать на некие действия, позволяющие наращивать санкционное давление на нас и применять прочие принудительные меры (хотя даже без наших резких действий это давление постоянно нарастает). Еще один повод удивляться способностям тех, кто ведет линию на бездумное наращивание санкций. Я думаю, что те, кто что-то понимает в мировых делах, да и вообще в жизни, уже давно должны были сделать вывод, что попытки изменить нашу политику путем этих санкций бессмысленны. Мы всегда готовы решать вопросы, которые легитимно возникают у наших партнеров с точки зрения их законных интересов в диалоге. Но для этого нужно, как говорят американцы, если это танго, чтобы танцоров было двое, так же, как и в переговорах. Там тоже должны быть двое.

Вопрос: В последний год говорили, что наши отношения «достигли дна, пробили дно». Какой следующий этап?

С.В.Лавров: Насчет дна и днищ рассуждать не буду. Это такой очень популярный образ. Чем гадать, лучше вести свою открытую, честную линию, нацеленную не на то, чтобы кого-то наказывать, а чтобы объединять все страны, которые могут реально и эффективно решать мировые проблемы, прежде всего, бороться с терроризмом, с другими глобальными угрозами, типа наркотрафика, организованной преступности, нелегальной миграции – массы проблем, которые сегодня в мире не имеют границ и которые нельзя загнать в одну клетку, а всем остальным вокруг этой клетки радоваться, что их эта проблема не затронет. Такого не может быть. Границ не существует. Соответственно бороться с этим явлением можно только сообща. Именно на это и нацелена наша политика. Мы всегда в состоянии защитить любые направления нашей международной деятельности. У нас нет никаких скрытых планов. Все наши действия открыты и опираются на международное право, на Устав ООН.

Вопрос: Между Москвой и Вашингтоном существует разница во времени. Вы по утрам нормально просыпаетесь: не ёкает ли, что могло произойти в Америке за ночь?

С.В.Лавров: Что тут волноваться? С самого утра я смотрю, слушаю и читаю новости. Когда происходят какие-то вещи, в большинстве случаев их можно предвидеть. На них намекали, скажем, какое-то время назад. Иногда бывают сюрпризы, но очень редко. Для меня было приятной неожиданностью, когда Международный спортивный арбитражный суд принял решение в оправдание наших спортсменов. Но тут же, уже без сюрпризов, а предсказуемо прозвучали слова руководства ВАДА, руководства Американского антидопингового агентства о том, что это возмутительное решение суда, что оно бросает тень на всех «чистых» спортсменов, подрывает олимпийские принципы.

Понимаете, люди даже не могут сдерживать своих негативных, злых эмоций, и тем самым они себя выдают. Конечно, когда вдруг такой нервный срыв у руководителя антидопинговой структуры происходит в отношении решения суда, который в США в любом случае считается священным, это показывает, что вся затея (при всех негативных явлениях, которые у нас все-таки были с отдельными спортсменами) имеет абсолютно политическую подоплеку и нацелена на шельмование России уже через олимпийское движение.

Вопрос: Может ли выполняться Соглашение по Ирану, в том числе нашими западноевропейскими партнерами, учитывая, что США отказываются это делать?

С.В.Лавров: Они не столько отказываются, сколько требуют переделать это Соглашение, что само по себе абсолютно нереально. Но такую задачу США поставили и потребовали от европейских участников Соглашения, а именно Великобритании, Франции и Германии, начать сотрудничать с Вашингтоном в этом вопросе. Три европейские страны, которые были частью договоренности, согласились создать с США рабочую группу, правда, с оговоркой, что они считают неправильным «вскрывать» текст самого Соглашения, но готовы рассматривать другие озабоченности, которые высказываются в отношении Ирана. Прежде всего, речь о его ракетной программе, которая никем не запрещена, соблюдении прав человека в своей стране и поведении Ирана в регионе, имея в виду обвинения в негативном влиянии на те или иные конфликтные ситуации. Показательно, что ни нас, ни китайцев, которые тоже были участниками сделки, не пригласили подключиться к этой работе. Я не думаю, что мы бы согласились, но, тем не менее, такого приглашения не последовало.

Едва ли мы приняли бы эту логику, потому что по всем параметрам достигнутое в 2015 г. с Ираном Соглашение закреплено единогласно принятой резолюцией СБ ООН и неукоснительно выполняется иранской стороной. Верификация этого Соглашения возложена на МАГАТЭ. Генеральный директор Агентства ежеквартально докладывает, что Иран безупречно исполняет все свои обязательства. У американцев есть пословица «если не сломано – не чини». Это Соглашение на самом деле отнюдь «не сломано», оно очень эффективно. Но его пытаются «починить», а прежде чем «чинить», его пытаются сломать. Это плохо.

Если есть интерес обсуждать ракетную программу – пожалуйста. Те, кто считает ракетные планы Ирана дестабилизирующими, должны предъявить какие-то аргументы. Иран далеко не единственная страна, которая развивает программу баллистических ракет. Есть и другие страны в регионе с такими программами. Надо смотреть в комплексе. Едва ли оправдано смешивать ядерные дела с правами человека и ставить на повестку дня вопрос о том, что Иран должен прекратить делать те или иные шаги в регионе. Иран влиятельная страна, как и другие страны, с которыми он соседствует – и Саудовская Аравия, и даже относительно маленький Катар имеют свои интересы, свои международные дела в регионе.

Мне кажется, за этими действиями США просматривается откровенно дискриминационный, предвзятый, неоправданно придирчивый подход. Мы неоднократно предлагали альтернативу. Она заключается в том, чтобы начать «наводить мосты» между арабскими странами Персидского залива и Ираном. Как в свое время начинался общеевропейский «Хельсинский процесс» – процесс укрепления доверия и безопасности, точно так же в районе Персидского залива с участием арабов и Ирана, с привлечением, скажем, пяти постоянных членов СБ ООН, Европейского союза, ООН как таковой в лице ее Генерального секретаря, Лиги арабских государств провести конференцию, совещание (как угодно можно назвать), начав с самого простого – укрепления доверия через обмен информацией, обеспечение транспарентности военной деятельности. Потом можно проводить какие-либо совместные мероприятия, посещения военных объектов, приглашать на учения друг друга. Это достаточно очевидная вещь. Но, к моему огромному сожалению, многие годы эта инициатива не может быть реализована, потому что сохраняется очень большая предвзятость по отношению к Тегерану, да и в отношениях между Ираном и арабами есть целый ряд проблем, на которые ссылаются наши партнеры, заявляя, что пока не время созывать такую конференцию. Но, мне кажется, как раз наоборот. Эти проблемы никуда не уйдут, если не начнется разговор. Так что мы будем продолжать продвигать эту инициативу, естественно, при понимании, что все заинтересованные стороны будут готовы на такую конференцию.

Вопрос: Каким может быть компромисс между США и КНДР с целью снижения ядерной угрозы?

С.В.Лавров: Теперь даже не знаю. Мы плавно перешли от Ирана. Ведь сделка по иранской ядерной программе была очень понятной: Иран отказывается от любых военных аспектов своей ядерной деятельности, а в обмен снимаются санкции, наложенные ООН, США, западными странами в одностороннем порядке. Вот в чем была договоренность. Сейчас, по большому счету, США требуют от Северной Кореи того же самого – прекратить военную ядерную программу и взамен получить гарантии безопасности и снятие санкций. Но если точно такая же сделка, заключенная с Ираном, самими же США сейчас ломается, срывается, расторгается, то, наверное, в голове у руководства КНДР будут просматриваться аналогии.

Но при всем том, конечно, мы не должны опускать руки. Ядерная проблема Корейского полуострова очень серьезная. Не только из-за того, что мы заинтересованы в соблюдении режима нераспространения ядерного оружия, но и по той причине, что проблема ядерной мощи Северной Кореи используется для нагнетания в регионе абсолютно непропорционального военного присутствия тех же самых США. Они смотрят уже не только на КНДР, хотя оправдывают наращивание своего военного присутствия северокорейской проблемой, но и на Южно-китайское море, где КНР ведет переговоры со странами АСЕАН об урегулировании спорных территориальных проблем, и этот процесс идет по дипломатическим каналам. Наращивание военно-морского, военно-воздушного присутствия США в этом регионе явно, если не преднамеренно, объективно может спровоцировать и военное измерение этих территориальных споров. Я считаю, что это очень рискованные игры.

В целом, под предлогом той же северокорейской ядерной проблемы, разворачиваются объекты противоракетной обороны США на территории Республики Корея, а теперь еще и Японии. Вкупе с европейским сегментом глобальной системы противоракетной обороны США, что отчетливо видно на картах, вся эта система удивительным образом, случайно или нет, практически окружает Российскую Федерацию по всему периметру, а теперь заодно уже нацеливается и на Китай. В наших интересах не давать повода для того, чтобы подобные тенденции укреплялись, а для этого все-таки необходимо садиться за стол переговоров.

В свое время мы с Китаем выдвинули инициативу «двойной заморозки», согласно которой Северная Корея не испытывает ядерные заряды и не запускает ракеты, а США со своими южнокорейскими партнерами не проводят или, как минимум, резко сокращают масштабы военных учений. Тогда нам американцы сказали, что это неприемлемо, поскольку эти учения никто и нигде не запрещал, это легитимная международная деятельность, а вот ядерные испытания и ракетные запуски запрещены Северной Корее Советом Безопасности ООН. Я согласен, что если быть педантично-легалистским, то так, наверное, и есть. Но мы же не педанты, мы должны решать проблемы, а не упираться в непоправимую уверенность в собственной правоте. Я говорил Государственному секретарю США Р.Тиллерсону, а до этого и Дж.Керри, на тот же аргумент, что «двойная заморозка» для американцев неприемлема, что, когда ситуация доходит до очень опасной черты, первым шаг назад должен сделать тот, кто сильнее и умнее. Пока будем надеяться, что какая-то разрядка все-таки может состояться, хотя шансы очень невелики, зная настрой в том же Вашингтоне. В связи с Олимпийскими играми были достигнуты договоренности между Северной и Южной Кореями об участии северокорейской делегации, спортсменов, танцевальных коллективов, и параллельно достигнуты договоренности между Пхеньяном и Сеулом о возобновлении контактов по военной линии – де-факто эта «заморозка» происходит. Северная Корея, по крайней мере, в преддверии и в течение Олимпиады явно не планирует делать никаких резких движений. Также мы слышали, что, как минимум, до марта не планируется никаких учений между США и Южной Кореей. Если этот объективный процесс обоюдной сдержанности и воздержания от учений и взрывов обретет свою собственную динамику, то появится шанс двинуться за стол переговоров. Мы будем всячески этому способствовать.

Вопрос: Можно ли говорить о том, что отношения между Китаем и США обречены на ухудшение? Ведь каждая из стран будет претендовать на статус сверхдержавы как в экономике, так и в политике в ближайшие годы.

С.В.Лавров: Конкуренцию никто не отменял. Конкуренция, как известно, это двигатель прогресса наряду с частным предпринимательством, как говорил Остап Бендер. Но конкуренция, конечно, должна быть чистоплотной и добросовестной. Есть правила, которые зафиксированы в Уставе ООН, в том, что касается международных политических и военно-политических проблем, в документах Всемирной торговой организации, в том, что касается инвестиций, торговли товарами и услугами, передвижений рабочей силы. Есть много других международных конвенций, которые регулируют те или иные сферы человеческой деятельности, в том числе и в хозяйственной области.

Циклическое развитие мировой экономики сначала «выносит» наверх одну державу, а потом, через достаточно продолжительную историческую эпоху, эта держава начинает не то чтобы ослабевать, просто другие подтягиваются близко к уровню, которого она достигла. Как, например, США после двух мировых войн, которые не затронули их территорий, резко поднялись и сохраняли доминирующие позиции довольно длительный период. Да и сейчас я бы не сказал, что Штаты сильно растеряли свои позиции и свою мощь. Но поднялись другие центры силы. Это Евросоюз, если брать его как коллективное объединение, если он сможет преодолеть внутренние дрязги, которыми сейчас охвачен и которые его, конечно, ослабляют. Мы заинтересованы в том, чтобы этот период «разброда и шатаний» был преодолен, и Европа стала единой, сильной. Это, конечно же, Китай и Индия, в известной степени это еще и Россия. У нас небольшой объем экономики по сравнению с теми же американцами, китайцами и индийцами. Но Россия геополитический игрок, с учетом того, что у нас помимо собственной экономики есть еще Евразийский экономический союз, Зона свободной торговли СНГ. Россия – активный участник таких объединений как ШОС, БРИКС. Все это вкупе, наряду с активной и очень конкретной внешней политикой, делает нас одним из центров глобального влияния и одним из центров того, что мы называем «формирующийся полицентричный миропорядок».

При этом ни мы, ни Китай в своих доктринальных документах никогда никого не называем своими врагами. США стали это делать, еще начиная с администрации Б.Обамы. По-моему, в 2014 г. Б.Обама, выступая на ГА ООН, назвал нас угрозой, а ИГИЛ поставил после нас. Это показывает, в каком русле развивается внешнеполитическая мысль лидеров США. При демократах и сейчас при республиканцах в целом ряде доктринальных документов (военная доктрина США, ядерная доктрина США), во всех этих основополагающих концептуальных документах Китай и Россия обозначены словом «противники». Такое же слово использовалось и в законе о противодействии влиянию России, в том числе путем санкций. Если ты хочешь честно сотрудничать, наверное, ты можешь внутри себя считать кого-то врагом и противником, какую-то страну, которую нужно подавлять, изолировать, как они про нас пишут в открытую. Но, наверное, должны быть какие-то общеприемлемые методы конкурентной борьбы. А так, куда ни посмотри… Например, санкции против нашего оборонного промышленного комплекса – это однозначно недобросовестная и нечистоплотная конкуренция, потому что параллельно с этими санкциями США «носятся» по всему миру и через своих послов требуют от стран Латинской Америки, Азии, Африки отказываться от закупки у нас военной техники и вооружений, обуславливая это тем, что американцы компенсируют нехватку соответствующего оборудования в той или иной стране. Это просто грубое вытеснение с рынка, причем через методы шантажа и ультиматумов.

Вы только что говорили про Олимпийские Игры. Я считаю, что это тоже часть недобросовестной конкуренции, потому что в честной спортивной борьбе американцы уже не могут нас, видимо, побеждать. Они считают, что для того, чтобы они вернули себе и сохранили за собой безоговорочный титул лидера мирового спорта, надо конкурентов потихоньку отодвигать в сторону. Сейчас подвернулась под руку антироссийская кампания, «вмешательство в выборы» и все прочее. Тут все средства хороши.

Я вижу такой подход в целом ряде областей, а именно использование односторонних мер принуждения, нелегитимных, незаконных для достижения неоправданных нечистоплотных преимуществ.

Вопрос: А какие именно области? Вы уже перечислили спорт, политику, экономику. Что следующее? До культуры доберутся?

С.В.Лавров: Я не думаю, что они и до культуры доберутся. Культура это, кстати, та сфера, где мы сейчас также начинаем конкурировать, но мы конкурируем по-честному. Возьмите кинематограф – доля российского кино существенно выросла и продолжает расти, причем наше кино качественное, оно бьет кассовые рекорды. Но это пример честной конкуренции. Мы стали просто снимать фильмы, которые наши люди с удовольствием смотрят.

Вопрос: А Вы смотрите?

С.В.Лавров: Я смотрел.

Вопрос: А что последнее видели?

С.В.Лавров: Вот, к сожалению, «Движение вверх» не смотрел, но в свое время видел «Легенду номер 17», «Сталинград». У меня редко бывает возможность сходить в кино. Так что в основном я смотрю на дисках или через Интернет.

Вопрос: Про врагов США уже понятно. А кто у нас враги и друзья в мире?

С.В.Лавров: Мы никого не называем врагами, и делаем это абсолютно искренне. В Концепции внешней политики, которую пару лет назад утвердил Президент Российской Федерации В.В.Путин, говорится, что мы намерены честно и эффективно сотрудничать на основе баланса интересов, равноправия и взаимной выгоды с любой страной, которая готова взаимодействовать на таких же основах.

Даже те же США заинтересованы в том, чтобы продолжать с нами сотрудничество по космосу (международная космическая станция, покупка ракетных двигателей). Мы не хотим «стрелять себе в ногу» и назло кому-то «отмораживать уши», поэтому реализуем этот взаимовыгодный проект. У нас есть еще несколько проектов. Недавно Президент России В.В.Путин, рассказывая о наших энергетических планах и перспективах, упомянул о том, что первый танкер сжиженного природного газа с «Ямал СПГ» пошел в США. Это значит, что в этом они также видят для себя какую-то выгоду. Я думаю, чем больше будет таких конкретных дел, тем больше будет шансов, что и в политических отношениях «ненормальность» будет постепенно преодолеваться. Потому что, как показывает практика, в отношениях между государствами нужен прочный экономический фундамент. Когда этот фундамент солидный и объем экономического взаимодействия большой, то тогда желающие сделать резкие политические движения дважды будут задумываться, чтобы «наказать», «заставить» и т.д.

Вопрос: То есть мы не будем дружить с Китаем против США?

С.В.Лавров: Не будем. Китай также не хочет дружить с нами против США. Мы вообще ни с кем против кого бы то ни было никогда не дружим. Например, Североатлантический альянс. Американцы каждый божий день «строят» всех его членов на предмет солидарности и того, что Россия – это угроза. Под эту «сурдинку», а они говорят это ежедневно уже многие годы, расширяют присутствие военной инфраструктуры НАТО на территории своих восточно-европейских членов прямо у наших границ. Там уже стоят американские, канадские, немецкие, британские и итальянские бригады. Налицо «палочная дисциплина». Хотя в двусторонних контактах многие члены НАТО и Евросоюза нам говорят, что они понимают всю бессмысленность и контрпродуктивность этой ситуации. Но солидарность и принцип консенсуса заставляют их идти по этому совсем не нравящемуся им пути.

Мы в рамках Договора о коллективной безопасности никому ничего не запрещаем. У нас есть обязательства, которые состоят в том, что страны-члены ОДКБ вместе обеспечивают стабильность нашему общему региону, пресекая угрозы терроризма, организованной преступности и обеспечивая незыблемость конституционного строя наших государств. Но при этом все страны ОДКБ участвуют в программе взаимодействия с НАТО. Россия также формально является членом Программы «Партнерство ради мира», у нас даже есть Совет Россия-НАТО. У нас и в мыслях нет запрещать партнерам общаться с кем бы то ни было, если у них к этому есть обоюдный интерес.

Безусловно, обязательства нужно соблюдать. Это общее правило, будь то Договор о коллективной безопасности, Евразийский экономический союз или какие-то другие многосторонние договоры. Но во всем остальном каждая страна независимо определяет свою внешнюю политику. В этом большое отличие нас от США, которые, повторю еще раз, в последние годы одержимы идеей не только своих союзников, но и многие другие страны во всех регионах просто заставить занимать враждебную позицию или перестать развивать хорошие отношения с Российской Федерацией. Печально. Великая держава и великий народ, а ведут себя неподобающим великой стране образом.

Вопрос: Мы сами китайцев не боимся?

С.В.Лавров: Бояться никого не надо.

Вопрос: 1,5 миллиарда…

С.В.Лавров: Мало ли у кого какая численность населения. Если подходить арифметически, то мы далеко не уйдем в международных отношениях. Мы должны опираться на конкретные факты. У нас с Китаем сейчас беспрецедентно хорошие отношения, которых не было никогда за всю историю. Планы в наших отношениях абсолютно честные, открытые и взаимовыгодные, согласовываются, опираются на взаимное уважение и взаимные интересы.

Есть желающие поспекулировать на той теме, о которой Вы сейчас упомянули. Жизнь доказывает, что рассуждения несостоятельны. Например, взять конкретный опыт нашего экономического взаимодействия с КНР на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири. Если посмотреть на статистику и на то, что конкретно делается, то станет понятно, что мы просто развиваем взаимовыгодные проекты, которые не несут в себе никакой угрозы для территориальной целостности Российской Федерации. Такая линия будет продолжена. У нас очень масштабные, глубокие, далеко идущие, перспективные планы сотрудничества с КНР во всех областях.

Вопрос: А какие планы в сотрудничестве с Японией? Территориальная проблема по-прежнему остается основной?

С.В.Лавров: Для них – да, а для нас – нет. Мы бы хотели заключить мирный договор, как об этом договаривались в 1956 г., когда СССР и Япония принимали Совместную Декларацию. Мы исходим из того, что решение любой проблемы, в том числе мирного договора (а японцы прямо связывают с ним решение т.н. «вопроса о четырех островах», как они их называют «северные территории», но это Южная Курильская гряда) возможно в максимально благоприятных условиях, которые создаются углублением сотрудничества между соответствующими странами во всех без исключения сферах – торгово-экономической, политической, гуманитарной и международной.

Мы более сорока лет решали с КНР проблему принадлежности двух островов на реке Амур. В итоге решили ее только тогда, когда наши отношения вышли на действительно беспрецедентный, стратегический и партнерский уровень.

Президент Российской Федерации В.В.Путин неоднократно говорил премьер-министрам Японии, включая С.Абэ, что мы обязаны в наших обществах создавать атмосферу, которая позволит решать все эти вопросы на обоюдно приемлемой основе.

Торгово-экономические отношения имеют очень серьезный потенциал, который далеко не исчерпан. Японские компании много инвестируют в Россию. Сейчас у нас есть договоренность Президента России В.В.Путина и Премьер-министра Японии С.Абэ по совместной хозяйственной деятельности на четырех островах. Одобрено пять конкретных проектов – это аквакультура, туризм. Важные, интересные и создающие рабочие места проекты, пока, конечно, достаточно скромные. Более широкий замах у планов, которые связаны с программой Премьер-министра Японии С.Абэ «8 пунктов», в которой также есть интересные проекты. Но все это только первые шаги. Я убежден, что взаимодополняемость наших экономик, сырья, географических возможностей и японских технологий – бездонный потенциал для дальнейшего взаимного прогресса.

Безусловно, у нас очень хорошие гуманитарные и культурные связи. Ежегодно в Японии проходит Фестиваль российской культуры. В прошлом году дополнительно к Фестивалю состоялись «Сезоны культуры».

Среди тех областей, где мы должны действительно качественно нарастить наше партнерство, конечно, это и внешняя политика.

Отношения Японии с США также имеют значение. У них есть Договор с США. Об этом неоднократно говорили Президент России В.В.Путин и Премьер-министр Японии С.Абэ, также велось обсуждение на уровне министров иностранных дел, секретарей Советов Безопасности. Договор, который США заключили с Японией по вопросам безопасности в 1960 г., предполагает, что Соединенные Штаты Америки имеют право размещать свои базы на любой части японской территории. Мы хотели бы просто понимать, как это все сказывается на общей ситуации в сфере безопасности в этом регионе. Потому что без понимания этих аспектов очень трудно конкретно обсуждать вопросы мирного договора. Самое, наверное, принципиальное для нас, о чем мы с нашими японскими друзьями неоднократно говорили, самый первый вопрос, который возникает, когда начинает обсуждаться проблема мирного договора – это незыблемость итогов Второй мировой. Наши японские коллеги не признают незыблемыми итоги Второй мировой войны в том, что касается этих четырех островов. Они прямо нам говорят, что это была несправедливость. Но в Уставе ООН записано черным по белому, что все, что было сделано державами-победительницами, является незыблемым и не подлежит никакому пересмотру. Это также вопрос, который имеет прямое отношение к развитию данной темы, потому что мы неоднократно говорили, что Россия как государство-продолжатель СССР привержено Декларации 1956 г., в которой содержится обязательство после заключения мирного договора не «вернуть», как просят японские коллеги, а в порядке жеста доброй воли передать Японии два самых южных острова. Причем вопросы о том, когда эта передача состоится, на каких условиях, конечно же, еще подлежат дополнительному обсуждению. Но смысл этой декларации, которую мы подтверждали неоднократно устами Президента Российской Федерации, именно в том, что она опирается на незыблемость итогов Второй мировой войны. И здесь у нас с японскими коллегами, конечно же, еще предстоят достаточно серьезные консультации и дискуссии.

Вопрос: Но вообще есть какое-то продвижение по этому вопросу? Потому что создается впечатление, что Премьер-министр Японии С.Абэ только приезжает во Владивосток раз в год в сентябре, говорит о том, что они готовы как-то эту проблему решать, и всё.

С.В.Лавров: Нет, он еще и в Москву приезжал. Думаю, приедет еще. Я Вам перечислил те вещи, которые, кажется, помогают создавать фон. Безусловно, за один прыжок эту проблему не решить. Но, например, совместная хозяйственная деятельность – это уже шаг в направлении совместной работы на этих самых островах. Мы обращаем внимание наших японских коллег, что льготы, которые уже существуют в Российской Федерации – Территория опережающего социально-экономического развития, Свободный порт Владивосток – вполне привлекательны. Нет никакой необходимости создавать некий наднациональный орган, как предлагалось в какой-то период некоторыми нашими коллегами. Мы готовы заключить и межправительственное соглашение о том, как эту совместную хозяйственную деятельность более эффективно развивать, если тех льгот, которые уже предоставлены в значительном количестве с нашей стороны, окажется мало.

Я не сказал бы, что здесь у нас нет никакого продвижения. Мы существенно продвинули наши отношения, прежде всего политический диалог на высшем уровне, который действительно доверительный, откровенный, товарищеский и честный. В экономике многое делается, но можно сделать гораздо больше. Гуманитарные связи, обмен туристическими группами на очень хорошем уровне. Пока ощущается потребность наращивать взаимодействие, в идеале – координацию в сфере внешней политики.

Мы отметили, что наши японские коллеги возобновили работу механизма «2+2». Мы с Министром обороны Российской Федерации С.К.Шойгу были в Японии в прошлом году, провели там встречу с нашими коллегами – Министром иностранных дел и Министром обороны Японии. Это тоже шаг к укреплению доверия, к повышению качества политического диалога.

Вопрос: СССР в своё время имел большое влияние в странах Латинской Америки, в Африке. Россия может его установить? Нужно ли нам это?

С.В.Лавров: Вы знаете, это должно идти от жизни. Влияние, которое Советский Союз имел, в решающей степени опиралось на идеологию социалистическую, коммунистическую. Те страны, которые выбирали «левый», социалистический путь развития, даже если это было в основном на словах, пользовались благосклонностью СССР. Справедливости ради надо сказать, что в большинстве этих стран Советский Союз действительно создавал основы независимой национальной экономики. Строились многочисленные объекты, в основном в Африке и Азии, в Латинской Америке меньше. Куба, Никарагуа – те страны, с которыми отношения с самого начала их независимого развития были на очень высоком уровне. Когда СССР исчез, руки просто не доходили до всего, тем более до заграницы, тем более до дальней заграницы – Африки, Азии, Латинской Америки. Нам со своим окружением надо было разобраться, когда столько угроз возникло, границы не оформлены и всякие террористы с Ближнего Востока стали «просачиваться». Да и когда, по большому счету, сама Россия «шаталась», конечно, руки не доходили до внешнеполитических далеких перспективных проектов. Но, по мере того, как эти тенденции были преодолены, Россия укрепилась, мы выровняли отношения с новыми государствами по периметру наших границ, обустроили эти отношения, и у нас стал активно появляться и развиваться бизнес, государственные корпорации и частные компании. У этих компаний появился интерес к дополнительным проектам. В поисках таких проектов, конечно же, было вполне логично обратить внимание на то, что осталось со времен СССР. Сейчас это «наследство» достаточно активно используется в Африке, Латинской Америке и в азиатских странах – во Вьетнаме, Лаосе, Камбодже. Это не какая-то искусственная вещь, продиктованная «решением политбюро двинуть в Африку бизнес структуры». Это живой интерес бизнеса. Бизнес в целом ряде случаев просит о государственной поддержке. В любом случае оказывается политическая поддержка, а иногда используются наши возможности государственного экспортного кредитования.

В ближайшие пару-тройку недель мне предстоит очередная поездка в Африку. Посмотрим, как идут дела в наших партнерских странах – Анголе, Мозамбике, Намибии, Эфиопии, Зимбабве. Там многое интересное делается нашими компаниями.

Вопрос: Мы с Вами уже поднимали тему Сирии. Стабильность в Сирии надолго или мы готовы возобновить военные действия в случае необходимости?

С.В.Лавров: Так и было сказано, что если ИГИЛ, который был побежден в том, что касается его замыслов создать халифат, но все-таки разрозненными группами где-то в регионе присутствует, вновь будет «поднимать голову» на территории Сирии, то оставшаяся часть нашего контингента на базе в Хмеймиме, конечно, будет содействовать сирийской армии в подавлении этих рецидивов.

Вопрос: Сегодня ни для кого не секрет, что США поставляет летальное оружие на Украину. Почему Европа молчит?

С.В.Лавров: Европа не молчит, а негромко и непублично возражает. По нашим данным, в разговорах с США они выражают несогласие в ответ на настоятельные требования Вашингтона о том, чтобы Европа подключилась к этим поставкам. США уже пытаются заманить в эти свои затеи те страны, которые отмечены русофобскими тенденциями – наших Балтийских соседей, Польшу также пытаются заманить. По нашим данным, крупные, солидные европейские государства прекрасно понимают опасность подобных действий и пытаются образумить своих соседей, потому что американцы вместе с канадцами уже занялись этими поставками. И это прискорбно.

Вопрос: Как мы будем на это реагировать?

С.В.Лавров: Мы не можем запретить американцам поставлять что-либо куда-либо, но выводы, конечно, мы будем делать. То, что на это пристально смотрят представители Донецка и Луганска, у которых есть возможности постоять за себя, это тоже объективный факт. Я думаю, что это также нужно иметь в виду.

Вопрос: Может быть, нам тоже от слов перейти к делу и, например, признать ЛНР и ДНР?

С.В.Лавров: Мы, в отличие от некоторых наших международных коллег, все-таки люди слова. Данное слово, особенно когда оно стало предметом переговоров и было одобрено Советом Безопасности ООН, мы всегда держим и выполняем. Минские договоренности никто не отменял. Я считаю, что тот, кто сделает первый шаг по слому Минских договоренностей, совершит колоссальную ошибку. Собственно говоря, киевские власти находятся в одном шаге от этой ошибки, если они окончательно примут закон о реинтеграции, который сейчас у них прошел второе чтение. Посмотрим.

Я думаю, что на Западе укрепляется мнение о необходимости вразумить Президента Украины П.А.Порошенко и тех, кто находится вместе с ним в руководстве Украины, в том, что касается провокационного закона о реинтеграции, пока еще законопроекта, а также закона об образовании, который уже стал законом, хотя Венецианская комиссия Совета Европы попробовала изменить его в той части, которая дискриминирует все языки национальных меньшинств. По нашим данным, европейские эмиссары, которые посещают Киев, такие послания передают и настоятельно рекомендуют понять контрпродуктивность таких подходов и сделать необходимые исправления своих действий. Публично они пока не могут этого сказать, но, думаю, если нынешний режим в Киеве так будет себя дальше вести, скоро появятся публичные заявления, потому что Европа очень настороженно смотрит на процессы, которые происходят на Украине, и особенно в том, что касается резкого повышения влияния радикалов и неонацистов.

Вопрос: На каком языке Вы разговариваете с Вашим коллегой Министром иностранных дел Украины П.А.Климкиным, когда общаетесь во время нечастых телефонных разговоров и встреч?

С.В.Лавров: На русском.

Вопрос: Ваш коллега тоже?

С.В.Лавров: Да. Он родом из Курска.

Вопрос: Как Вы считаете, в чем сейчас причина такой русофобии в мире? Для Вас это было ожидаемо? Вы предполагали, что будут такие «наскоки»?

С.В.Лавров: Мы на эту тему уже говорили, и Президент Российской Федерации В.В.Путин давал свои оценки. Если в двух словах, то после распада Советского Союза, те, кто тогда стоял у руля новой России, своими действиями, политикой по отношению к Западу, готовностью, которая высказывалась публично, стать частью цивилизованного мира, создали на Западе впечатление, что эта готовность продиктована тем, что, во-первых, наша страна никогда не была частью цивилизованного мира, а во-вторых, цивилизованный мир – это Запад, и Россия туда стремится всеми «фибрами своей души». Эта иллюзия укреплялась в лихие 90-е, когда у нас работали западные, американские, европейские советники в самых разных ключевых министерствах, когда проводилась приватизация по их лекалам.

В 2000-е годы Россия стала все-таки больше опираться на свои традиции и место в истории, осознавать, что она не является страной, появившейся только что из ниоткуда, а страна с тысячелетней историей, которую нашу люди ощущают в себе, гордятся ей и хотят именно через нее продолжать свой жизненный путь, выстраивать свое государство. Это оказалось шоком для тех, кто был в плену иллюзий о вседозволенности в отношении России. Они от этого шока, по-моему, до сих пор не могут прийти в себя. Когда они поняли, что их попытки удержать нас в своем русле не увенчались успехом, вот тогда и пошли все нынешние «наскоки» и «вмешательства».

Началось это гораздо раньше, чем мифическое «вмешательство в выборы», с «Закона Магнитского», когда никто не хотел разбираться, что там на самом деле произошло, и спекулировали на человеческой трагедии, смерти человека для того, чтобы оформить «наскоки» на Россию своим законодательством. Потом у наших американских коллег была совершенно неадекватная реакция на то, что произошло Э.Сноуденом, когда Б.Обама отменил свой визит в Москву, куда он должен был приехать накануне Петербургского саммита «Группы двадцати», многое другое. Затем, новые санкции были приняты, и только потом уже Украина стала поводом для того, чтобы увеличивать на нас давление. А теперь появилось и «вмешательство в выборы». Больше чем за год расследования ни единого факта и ни единого подтвержденного спекулятивного утверждения не появилось. Это невозможно. Если бы эти факты были, они бы давно уже «утекли». Я знаю, как в США работает эта система, – там все «утекает», когда такое огромное количество людей задействовано во всяких слушаниях, расследованиях и так далее. Они всячески пытаются использовать эту истерию для того, чтобы отвлечь внимание от фактов, которые действительно имели место. Требуется, я уверен, для здоровья американской системы расследовать факты, что происходило внутри Демократической партии как в отношении Б.Сандерса, против которого руководство Демократической партии затеяло заговор, так и то, что сейчас пытаются расследовать т.н. «доклад Нуньеса», какую роль играло ФБР во внутриполитической борьбе между демократами и республиканцами. Я уверен, что для многих это неприятные факты. Надеюсь, что они отрезвят многие головы, и те, кто все-таки еще сохранил какое-то чувство вменяемости, отойдут от этой русофобской кампании, которая просто не делает чести даже тем политикам, которые сидят в Вашингтоне.

Вопрос: У Вас были различные успешные и не очень переговоры. А что-то Вас сегодня еще может удивить?

С.В.Лавров: Я никогда не стремился оценивать происходящее с точки зрения: удивляет это меня или нет. Я давно воспринимаю как данность все, что происходит в мире. Наверное, когда-то на ранней стадии моей дипломатической карьеры были вещи, которые могли у меня вызвать особый интерес или, как Вы сказали, удивлять. Сейчас, столько лет проработав на дипломатической службе, примерно уже понимаешь, что можно от кого ожидать. Теперь уже понимаем, что от Америки можно ожидать гораздо большего, чем мы ожидали раньше. Ко всему привыкаешь. Необходимо просто смотреть, в чем интерес твоей страны, надо ли реагировать на какие-то происходящие процессы в других странах, на их действия, задевают ли они наши коренные интересы или лучше проигнорировать какие-то шаги, которые делаются явно в русофобском угаре. Поэтому я стараюсь просто быть объективным. Жизнь есть жизнь. То, что происходит, необходимо анализировать.

Вопрос: Через сколько лет дипломат становится психологом?

С.В.Лавров: Я не думаю, что дипломат обязательно должен становиться психологом. Психологом можно родиться, можно получить профессию, выучиться на психолога. Дипломату помогают психологические способности, потому что дипломатия – это достижение договоренностей. Если ты видишь собеседника не просто как оболочку, а как человека, чью душу ты начинаешь понимать, чьи мысли ты можешь прочитать или тебе кажется, что ты можешь их прочитать, это всегда интереснее. Наверное, нужно учитывать личные качества собеседника, его склонности, хобби и интересы – это помогает.

Вопрос: А чем отличаются переговоры с дипломатом-мужчиной и дипломатом-женщиной? У Вас богатое общение с женщинами, делаете ли Вы им скидку?

С.В.Лавров: Я не могу делать женщинам скидку, потому что это будет неполиткорректно. Мы уважаем женщин точно так же, как и мужчин. Это лучшая часть человечества.

Вопрос: Поговаривают, что Вы даже довели до слёз бывшего заместителя Государственного секретаря США В.Нуланд. Не жалко?

С.В.Лавров: Нет. Такого не было. Это всё враки.

Вопрос: Вы часто шутите. При этом никто не обижается на Ваши шутки, и они разлетаются по всему миру. Вы это специально делаете?

С.В.Лавров: Нет, я не стараюсь шутить. Просто если в разговоре естественно всплывает какая-то фраза, то, наверное, это не предосудительно.

Вопрос: У Вас бывают эмоциональные выступления. Например, Вы учите журналистов этике. Также говорили про американских «чинуш». «Чинуши» как-то отреагировали на это?

С.В.Лавров: Я не знаю. Видите, мы переходим уже на отношения с журналистами. Я очень уважаю журналистов. Иногда подтруниваю, так же, как и они надо мной. Считаю это абсолютно нормальным. Это укрепляет хорошие отношения между дипломатами и журналистами. Мы всегда общаемся с нашим министерским пулом во время командировок. Очень интересно слышать вопросы, которые возникают у них по мере наших переговоров. Иногда в этих вопросах звучат подсказки, которые мы используем.

Вопрос: Из последнего – это Ваша шутка про пальто Министра иностранных дел Великобритании Б.Джонсона, в карманах которого ничего не было. А Вы что в карманах обычно держите?

С.В.Лавров: Ничего. Руки.

Вопрос: Что Вам необходимо на переговорах: чтобы помощник был рядом, ручка, блокнот?

С.В.Лавров: Ручка всегда лежит на столе, и в кармане она всегда есть. Блокнот также всегда кладут на стол переговоров те, кто обеспечивают организацию. В 90% случаев на переговорах мы сидим с моими заместителями, директорами департаментов и сотрудниками. Бывает, зарубежные коллеги запрашивают разговор «один на один». Тогда мы тоже идём навстречу. Это обычно бывает до больших переговоров или после. Это нормальная дипломатическая практика, когда есть необходимость послать доверительный сигнал или задать вопрос деликатного характера.

Вопрос: В декабре 2016 г. Вы находились в здании Дома приемов МИД на фуршете, когда узнали, что ранен Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Турции А.Г.Карлов. То есть дипломатия, по сути, в один момент превращается из «парадно-паркетной» в опасную профессию. Как это может сочетаться?

С.В.Лавров: Мы думали, что времена изменились и то, что произошло очень давно с другим нашим Послом, А.С.Грибоедовым, больше уже не может повториться. Но всё оказалось не так. Профессия дипломата по-прежнему сопряжена с большими рисками. Причём, если в странах, где идут горячие конфликты, это, наверное, более вероятно (так погиб американский Посол в Ливии К.Стивенс, когда находился в американском консульстве в Бенгази), то в отношении Турции это был совершенно неожиданный удар. Страна не была охвачена к тому времени никакими волнениями, не было гражданской войны, как в Ираке, Сирии, Ливии, Йемене. Наш коллега, товарищ и друг А.Г.Карлов просто выступал, как Вам известно, перед обществом дружбы (в Центре современного искусства Анкары).

Очень признателен всем, кто чтит его память. В Турции уже назвали улицу в его честь и ещё одну улицу назовут в городе-побратиме Москвы, где родился Андрей Геннадьевич.

В отношении Постоянного представителя России при ООН В.И.Чуркина, который умер естественной, но абсолютно скоропостижной смертью, тоже принимаются меры по увековечиванию его памяти. Хотел бы поблагодарить всех, кто с добрым сердцем подошёл к этим трагическим событиям.

Вопрос: Есть такое выражение «переговоры продолжились за ланчем». Вы едите во время переговоров?

С.В.Лавров: Едим, все едят. Когда я окончил МГИМО в 1972 г., поехал сразу же на Шри-Ланку, где, будучи молодым дипломатом, работал помощником Посла Р.Н.Нишанова, девяностолетие которого мы недавно отмечали - дай ему Бог здоровья. В обязанности помощника входило не только готовить почту на доклад, но и переводить. Когда Посол с супругой устраивали завтраки, обеды, я сидел за столом. В России переводчиков сажают за стол. В некоторых других странах они сидят за спиной обедающих. У нас переводчиков всегда сажают за стол – это часть нашего протокола. Я был молодой, голодный и понимал, что нужно успеть перевести и закусить. Там научился успевать.

Вопрос: А сейчас переводчиков кормят?

С.В.Лавров: Они сидят за столом, но многие из них просят не подавать им блюда, потому что стараются сконцентрироваться на переводе. Не отваживаю их от этого, но можно успевать и то, и другое.

Вопрос: В зале Дома приемов МИД, где проходят деловые обеды, есть камин. Кто сидит к нему спиной?

С.В.Лавров: Гости.

Вопрос: Вы их так разогреваете для переговоров?

С.В.Лавров: Нет, просто так скомпонован зал. Принято, чтобы хозяин сидел лицом к двери.

Вопрос: Чтобы контролировать ситуацию?

С.В.Лавров: Так принято.

Вопрос: А какие есть ещё тонкости? Например, азиатским партнёрам обязательно даёте палочки?

С.В.Лавров: Здесь дело не в том, откуда партнёр, а в том, что едят. Если азиатскому партнёру поставят тарелку борща и палочки, наверное, это будет не очень вежливо.

Вопрос: Предлагаете ли Вы спиртные напитки гостю?

С.В.Лавров: Да, как это делают все, за исключением мусульманских стран, и то не всех – в некоторых мусульманских странах предлагают вино.

Вопрос: А крымские вина не предлагали?

С.В.Лавров: Предлагали.

Вопрос: И как? Пьют?

С.В.Лавров: Пьют.

Вопрос: Вы газеты читаете в бумажном виде или на «айпаде»?

С.В.Лавров: И так и так.

Вопрос: У Вас остаётся время читать что-то кроме документов?

С.В.Лавров: Редко.

Вопрос: Могут ли переговоры вестись на повышенных тонах?

С.В.Лавров: Зависит от человека. Нет правил, что переговоры можно вести на уровне 0,3 децибел. У кого-то тихий голос, у кого-то погромче, потоньше, потолще.

Вопрос: Вам приходилось повышать голос?

С.В.Лавров: Наверное, можно сказать и так. Потому что когда ты обсуждаешь что-то, доказываешь, аргументируешь, особенно свои предложения или поправки в какой-то документ, отстаиваешь свои формулировки, конечно, становишься более эмоциональным. Иногда эмоции нужны, чтобы донести мысль почётче.

Вопрос: Странно было бы Вас спрашивать в какой стране Вы хотите побывать. Но есть ли такое место в мире, куда Вам хотелось бы вернуться?

С.В.Лавров: Озеро Байкал.

Вопрос: Недавно проводился чемпионат по футболу для дипкорпуса. Это была Ваша инициатива?

С.В.Лавров: У нас есть ассоциации российских дипломатов, Совет молодых дипломатов, ГлавУпДК, которые коллективной инициативой порадовали многие посольства.

Вопрос: А Вы любите играть в футбол?

С.В.Лавров: Не только люблю, но и играю.

?

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 11 февраля 2018 > № 2500243 Сергей Лавров

Президент РФ Владимир Путин подписал указ, согласно которому ряду российских дипломатов присвоены дипломатические ранги чрезвычайного и полномочного посла, в том числе двум заместителям министра иностранных дел РФ: Евгению Иванову и Александру Панкину, сообщается на официальном портале правовой информации в субботу.

"Присвоить дипломатические ранги чрезвычайного и полномочного посла Иванову Евгению Сергеевичу — заместителю министра иностранных дел РФ… Панкину Александру Анатольевичу — заместителю министра иностранных дел РФ", — говорится в документе.

Этим же указом ранги чрезвычайного и полномочного посла присвоены послу РФ в Саудовской Аравии Сергею Козлову, представителю России в Аргентине Виктору Коронелли, а также послу РФ в Австралии Григорию Логвинову.

Путин также присвоил ранг чрезвычайного и полномочного посла РФ постпреду страны при ОБСЕ в Вене и Австрии Александру Лукашевичу. Соответствующий ранг также присвоен директору департамента Северной Америки МИД РФ Георгию Борисенко.

Данным указом также присвоены ранги чрезвычайного и полномочного посла первого и второго класса ряду других представителей РФ за рубежом.

МИД Саудовской Аравии резко осудил бомбардировки сирийской армией пригорода Дамаска Восточной Гуты, который остается под контролем оппозиции, и обвинил власти Сирии в применении химического оружия в этом районе.

Госсекретарь США Рекс Тиллерсон заявил, что сирийские власти 5 февраля якобы применили химическое оружие против гражданского населения в Восточной Гуте. МИД Сирии назвал безосновательными обвинения со стороны США в использовании химоружия в Восточной Гуте и решительно осудил такие заявления.

"Королевство Саудовская Аравия самым решительным образом осуждает обстрел со стороны режима Асада Восточной Гуты и использование химического оружия, что является вопиющим нарушением международного права. Эти враждебные действия идут вразрез с прилагаемыми в настоящее время международными усилиями для решения сирийского конфликта политическим путем в соответствии с решениями Женевской конференции-1 и резолюцией ООН 2254", — отметил представитель МИД королевства, слова которого приводятся на сайте министерства.

По данным УВКПЧ ООН, с 4 по 9 февраля жертвами конфликта в Сирии стали 277 мирных жителей, еще 812 пострадали. Глава УВКПЧ Зейд Раад аль-Хусейн назвал последнюю неделю "одним из самых кровавых периодов за все время конфликта". По его данным, нападениям подверглись по меньшей мере девять медицинских учреждений в Восточной Гуте и Идлибе.

Ранее сообщалось, что независимая международная комиссия по расследованию преступлений в Сирии проверяет сообщения о возможном использовании боевого хлорина в Восточной Гуте и Идлибе.

Регион, в котором формируется «погода» всей планеты

К застарелым конфликтам 2017 год добавил новые, а уже имеющиеся получили развитие

То, что Ближний Восток сегодня стал потенциально самым опасным регионом мира, подтверждает количество, плотность и интенсивность существующих здесь и возможных конфликтов, а также масса заложенного в них взрывчатого материала. И всё же, есть ли надежда, что в наступившим году ситуация в регионе изменится к лучшему? Об этом наш корреспондент беседует с известным специалистом по Ближнему Востоку арабистом Александром ФРОЛОВЫМ. 

– Окончание прошлого года ознаменовалось для Ближнего Востока двумя разноплановыми событиями. Это, во-первых, военная победа над «Исламским государством» (ИГИЛ, террористическая организация, запрещённая в России), которую во многом предопределило участие в боевых действиях против него ВКС России. А во-вторых, признание администрацией США Иерусалима в качестве столицы Государства Израиль. Как, на ваш взгляд, они скажутся на ситуации в регионе?

– Бесспорно, объявление Президентом РФ Владимиром Путиным о победе над террористической организацией ИГИЛ в Сирии и начале сокращения группировки российских войск в этой стране – знаменательное не только для региона, но и всего мира событие.

Прежде всего разгромлена наиболее боеспособная организация международного терроризма, которая, к сожалению, привлекала к себе тысячи и тысячи молодых людей из разных стран, устремившихся на Ближний Восток воевать за псевдохалифат. Конечно же, мы знаем, что некоторые отряды ИГИЛ выводились из Сирии через коридоры и направлялись в другие страны. В частности, в Афганистан, Йемен, Ливию. Ячейки ИГИЛ проникают и в Европу, затаиваются, чтобы оттуда наносить свои удары. Но все жё хребет самой организации переломлен. И сделано это во многом благодаря мужеству и героизму российских воинов.

Во-вторых, победа над ИГИЛ расширила возможности по активизации процесса политического урегулирования в Сирии, который уже идёт благодаря опять-таки нашей стране, а также Ирану и Турции. Как известно, на днях в Сочи по инициативе России прошёл конгресс сирийского национального диалога с участием представителей всех этнических и конфессиональных групп Сирии, власти, внутренней и внешней оппозиции. Они собрались, чтобы, глядя друг другу в глаза, обсудить будущее своей страны, найти компромиссные решения по прекращению братоубийственной войны, выработать общие основы экономической и гуманитарной реабилитации государства.

Что сделано? Создана конституционная комиссия по внесению поправок в существующую конституцию, приняты базовые принципы устройства страны в виде уважения суверенитета, территориальной целостности, независимости Сирии, обеспечения прав всех этнических и конфессиональных групп. Выражено общее желание поскорее прекратить конфликт в Сирии, прозвучал призыв к ООН и мировому сообществу помочь с восстановлением страны.

При этом следует признать, что решать все эти вопросы непросто, так как многие внешние игроки преследуют совершенно иные цели и очень много вложили в их достижение. Поэтому ожидать, что они теперь прекратят и дальше раскачивать ситуацию в Сирии, возьмут и отойдут в сторону, не приходится. Например, США всячески дискредитируют итоги конгресса сирийского национального диалога, стремятся доказать, что он не дал никаких результатов. Вашингтон объявил о наращивании американского военного присутствия в Сирии, хотя туда никто Соединённые Штаты не приглашал. Сообщается также, что совместно со своими союзниками США не прекращают попыток расчленить Сирию. То есть делается всё, чтобы направить развитие ситуации в этой стране в соответствии с американскими интересами. А они состоят в затягивании сирийского конфликта, распространении напряжённости и хаоса по всему Ближнему Востоку.

– Похоже, решение Белого дома о признании Иерусалима столицей Израиля укладывается в эту стратегию?

– Совершенно верно. Сделав это, Дональд Трамп совершил шаг, от которого последовательно воздерживались его предшественники, делающий обстановку на Ближнем Востоке ещё более взрывоопасной. Арабские страны в большинстве своём дали понять, что любое изменение статуса Иерусалима приведёт к серьёзной катастрофе, может разрушить хрупкий мирный процесс в регионе и подтолкнёт его к новым конфликтам, спорам и беспорядкам.

Президент Палестины Махмуд Аббас уже отказался от услуг США в качестве посредника в переговорах с Израилем и объявил о пересмотре всех договорённостей, заключённых с еврейским государством. По словам Аббаса, подписанные в 1993 году соглашения, на основании которых Организация освобождения Палестины отказалась от вооружённой борьбы, больше не работают. В этой связи напрашивается вывод, что палестино-израильский конфликт из вялотекущего может перейти в стадию нового обострения.

Эксперты не могут точно определить, чем руководствовался Дональд Трамп, принимая такое решение. Некоторые из них считают, что просто здесь сыграли роль упрямство и экспромт американского лидера. Так это или нет, трудно сказать. Единственное, что очевидно, так это то, что своим решением Трамп «восстановил» доверительные отношения с Израилем, которые при Обаме переживали глубокий кризис.

Кстати, в сентябре прошлого года Соединённые Штаты открыли первую военную базу в Израиле. На её территории разместились американские системы ПВО и ПРО, а также несколько десятков солдат, управляющих этими комплексами. Установленная на этой базе радиолокационная станция может засечь пуск иранских ракет на 7 минут раньше, чем израильские аналоги. Как подчёркивают в Тель-Авиве, это даёт дополнительное время на оповещение населения об ударе и позволяет раньше запустить ракеты-перехватчики в случае, если Иран решится напасть на Израиль.

Между тем 2 февраля члены ФАТХа в лагерях ООН в Вифлееме провели открытый публичный «народный трибунал». На нём Дональд Трамп и вице-президент США Майкл Пенс были осуждены за «расизм» и «предвзятость» против палестинцев. Прозвучали также призывы к активизации борьбы с американцами и израильтянами.

– Однако сегодня взоры мирового сообщества больше обращены в другую сторону – к сирийско-турецкой границе…

– Нельзя не заметить, что, начав военную операцию против курдов, Турция непременно должна была столкнуться с Соединёнными Штатами. Хотя в принципе интересы США и Турции на Ближнем Востоке уже давно противоречат друг другу. Заявленная Турцией политика нацеленная на её лидерство в регионе, не особенно устраивала Вашингтон, который строил там иные планы. Тем не менее Анкара поначалу поддержала действия СЩА по свержению режима Башара Асада в Сирии. Однако, как вскоре выяснилось, американские интересы состоят в фрагментации Сирии, в том числе предусматривающей и появление Сирийского Курдистана. А это никак не устраивает Турцию, поскольку такая перспектива, считают в Анкаре, создаёт серьёзную угрозу её национальной безопасности.

Из-за конфликта интересов с США Турция осталась по сути без союзников в регионе. Конечно, есть совпадение взглядов по отдельным региональным проблемам с Ираном. В частности, Тегеран и Анкару объединяют схожие подходы к курдскому вопросу – никто из них не хочет создания курдской автономии в послевоенной Сирии и независимого курдского государства в Ираке. И не случайно Турция совместно с Ираном и Россией активно выступают за активизацию процесса политического урегулирования в Сирии.

– Но Иран также претендует на лидерство в регионе, многое уже сделал и делает для этого…

– Иран играет одну из доминирующих ролей в регионе. Для этого у него есть всё: и удачное географическое расположение, и богатые энергоресурсы, и религия. Он объективно влияет на шиитские общества в Ираке, Бахрейне и в других государствах, активно поддерживает ливанскую группировку «Хезбаллах», стремится к стабилизации ситуации в Сирии.

При этом Иран, как официально подчеркивают в Тегеране, недавно это в очередной раз сделал президент ИРИ Хасан Роухани, не стремится к гегемонии на Ближнем Востоке, его задача – установление мира и безопасности в регионе. Тем не менее его политика вызывает недоверие и сопротивление ряда стран. «У Израиля и у Саудовской Аравии общие интересы против сотрудничества с Ираном, стремящегося доминировать в регионе через два шиитских полумесяца, один, охватывающий нас с севера, через Ирак, Сирию и Ливан. Второй – через юг полуострова, через Бахрейн и Йемен, к Красному морю, и это то, что мы никак не можем допустить», – заявил в ноябре прошлого года начальник генерального штаба ЦАХАЛа генерал-лейтенант Гади Айзенкот.

Но наиболее решительно настроены против Ирана Соединённые Штаты. Эта страна – главный антагонист Америки. Обида на клерикалов, свергших американского ставленника шаха, настолько глубока, что вот уже почти 40 лет США ведут скрытую борьбу с Ираном на всех направлениях – в политике, идеологии, экономике, военной сфере. С приходом в Белый дом Дональда Трампа она заметно активизировалась.

Одним из её направлений стало требование Вашингтона пересмотреть иранскую ядерную сделку, оформленную в виде Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД). 12 января Дональд Трамп заявил, что если к маю не будет принято дополнительное соглашение, существенно ужесточающее требования к Тегерану, то США выйдут из СВПД. Напомню, что в результате этой сделки, участниками которой стали с одной стороны Иран, а с другой – США, Франция, Великобритания, Германия, Китай и Россия, Тегеран согласился существенно умерить свои ядерные амбиции в обмен на снятие санкций.

По словам Трампа, новое соглашение должно включать запрет на разработку и испытания баллистических ракет, право на инспекции любых иранских объектов в любое время, а также придание ограничениям в отношении иранской ядерной программы бессрочного характера. И если хоть одно из этих требований будет нарушено, против Тегерана должны быть вновь введены санкции. И, похоже, будут, поскольку Иран такие требования не устроят.

Против требования Трампа пересмотреть СВПД выступили все другие его участники. По их мнению, попытка пересмотреть сделку может привести к её срыву, что ещё более накалит ситуацию на Ближнем Востоке и нанесёт серьёзный ущерб режиму нераспространения ядерного оружия.

Ряд экспертов считают, что основная задача администрации Трампа заключается в том, чтобы не столько добиться изменения ядерного соглашения, сколько оказать давление на Иран по всем возможным фронтам, в том числе и поменять правящий там режим. Не случайно США практически мгновенно откликнулись на массовые акции протеста, которые прошли в Иране в конце прошлого – начале нынешнего года и поставили вопрос на голосование в Совбезе ООН. И это наводит на мысль, что за акциями стояли США и их союзники на Ближнем Востоке.

Хотелось бы ошибиться, но думается, что прошедшие проте­стные демонстрации лишь начало. США сделают всё, чтобы добиться своих целей в отношении Ирана.

– И помогать им в этом будет Саудовская Аравия. Не так ли?

– Скорее всего, соглашусь с вами. Противостояние королевства с преимущественно суннитским населением и шиитского Ирана имеет давние корни, однако в последнее время оно приобрело достаточно жёсткий характер. Особенно после 4 ноября, когда йеменские хоуситы запустили по международному аэропорту в Эр-Рияде баллистическую ракету,в изготовлении которой страны коалиции обвинили Иран. Тогда представители королевства весьма резко высказались в адрес Тегерана. В частности, наследный принц и министр обороны Мохаммад бин Салман заявил об имеющихся у Эр-Рияда основаниях считать действия иранской стороны «актом войны».

А 3 января Саудовская Аравия и вовсе разорвала дипломатические отношения с Ираном. Объявляя об этом, глава МИД королевства Адель аль-Джубейр подчеркнул: «Мы не позволим Ирану угрожать нашей безопасности и стабильности и создавать террористические ячейки у нас в стране или на территории стран-союзников».

Конечно, до прямого военного столкновения Саудовской Аравии и Ирана дело не дойдёт. Тем более что в настоящий момент в Саудовской Аравии происходит крупный внутреннеполитический кризис. Составной его частью является раскол в королевской семье Саудитов. В результате борьбы за власть бывший наследный принц был отстранён от власти и заменён другим – Мохаммадом бин Салманом, сыном короля.

Кроме того, в королевстве начата, по сути, революция сверху. На фоне длительного спада цен на нефть и необходимости обеспечивать образование и занятость быстро растущему молодому поколению в Эр-Рияде, надо полагать, пришли к выводу, что стране надо модернизироваться. В этой связи предпринимают меры с целью открыть страну, причём не только экономически, но также в социальном и культурном отношениях.

В начале ноября Мохаммад бин Салман приказал начать ан­тикоррупционную кампанию. Были арестованы десятки высо­копоставленных принцев, бывшие министры, богатые и влиятельные бизнесмены, а их счета заморожены. Эта кампания началась почти сразу после объявления о том, что саудовским женщинам больше не запрещается водить автомобиль и присутствовать на публичных спортивных мероприятиях.

Следует также отметить, что в конце марта наступит третья годовщина начала военной кампании саудовской коалиции на йеменской территории. А она, как видится, давно зашла в тупик. В соседней королевству стране установился статус-кво между повстанцами «Ансар Аллы» и поддерживаемыми коалиционными силами правительственными войсками. Между тем убийство в конце года бывшего йеменского президента Али Абделлы Салеха, объявившего, что он больше не будет поддерживать хоуситов, и выразившего готовность к переговорам с Саудовской Аравией об урегулировании конфликта, очевидно, изменит баланс сил на юге Аравийского полуострова.

Другими словами, у Саудовской Аравии достаточно проблем, чтобы не думать о том, как взять верх над Ираном. Вместе с тем полностью исключать вариант того, что Эр-Рияд станет решать эти проблемы посредством силового противостояния с Тегераном, тоже нельзя. Союзники, прежде всего США, могут подтолкнуть его к этому.

– А что вы можете сказать об Ираке? Насколько удалось восстановиться этой некогда процветающей стране после американской агрессии?

– Ирак до сих пор находится погруженным в состояние полнейшего хаоса. Страна разделена на несколько частей – шиитскую, суннитскую и курдскую. Ни одна из множества стоящих перед страной проблем, в том числе касающаяся восстановления экономики, не решена. Террористов ИГИЛ в Ираке частично разбомбили, уничтожив при этом намного больше гражданского населения. При этом многие аналитики не исключают оживления деятельности ИГИЛ. По сути, Ирак является ареной борьбы между американцами и иранцами, а в случае войны против Тегерана станет театром военных действий.

– И какой же вы сделаете вывод из нынешней ситуации на Ближнем Востоке?

– Прежде всего то, что этот регион, подобно лоскутному одеялу, соткан из множества народов, племён, кланов, говорящих на своем диалекте, объединяемых на основе внутренних договорённостей в единые султанаты, эмираты, королевства, государства. А посему он насколько противоречив и многообразен, настолько и непредсказуем.

И в то же время здесь происходят процессы, в том числе формирующие «погоду» на всей планете. По данным расположенного в Брюсселе Международного кризисного центра, из 10 наиболее опасных конфликтов пять находятся на Ближнем Востоке. Разумеется, на этом список кризисов не заканчивается. К застарелым конфликтам 2017 год добавил новые, а кризисы, уже имеющиеся, получили новое развитие. Не исключено, что наступивший год усугубит их, тем более что нарастает милитаризация внешнеполитической сферы.

Важной особенностью ситуации на Ближнем Востоке стало возвращение в регион России в качестве влиятельного игрока. Это возвращение было естественным и обусловливалось не только разочарованием в преимущественной ориентации на сотрудничество с западными странами. Россия, как один из крупнейших мировых производителей углеводородов, просто обязана координировать ценовую политику с другими крупными производителями. К тому же Россия, имея более чем 20-миллионную прослойку мусульманского населения, а также еврейского, не могла абстрагироваться от решения ближневосточных проблем. В этой связи старые традиционные связи в области экономики, военно-технического сотрудничества, сохранившиеся ещё с советских времен, пришлись как никогда кстати.

Возвращение России приветствовалось самыми разными государствами Ближнего Востока ещё и потому, что в Москве они усмотрели некую альтернативу американскому доминированию, которое многим, даже близким США странам, начало надоедать. Россия смогла развивать отношения со всеми региональными игроками – с Израилем, с Турцией, с Ираном, с консервативными государствами Залива, с бывшими советскими клиентами.

И вполне возможно, что в 2018 году это может дать уникальные шансы повернуть ситуацию в регионе вспять. На самом деле решение вопроса лежит на поверхности: разработать некий кодекс поведения по невмешательству, сформировать систему коллективной безопасности в районе Персидского залива с участием государств Залива и Ирана, начать восстановительные работы в Сирии и Ираке. Ближний Восток насытился революциями, устал от войн, террористических атак, и там есть тяга к созидательному началу. С участием всех заинтересованных сторон – как внутренних игроков, так и внешних.

Владимир КУЗАРЬ, «Красная звезда»

США. Израиль. Сирия. Ближний Восток. Россия > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 9 февраля 2018 > № 2613082 Александр Фролов

«Газпром нефть» надеется на пересмотр квот по сделке ОПЕК+ во втором полугодии 2018.

В компании считают, что рынок близок к балансу спроса и предложения, поэтому квоты могут быть пересмотрены.

«Газпром нефть» рассчитывает, что квоты на добычу нефти в рамках сделки ОПЕК+ будут пересмотрены во втором полугодии 2018 года, сообщил журналистам гендиректор «Газпром нефти» Александр Дюков. «Первое полугодие работаем в сокращенном режиме, но с учетом того, что ситуация может измениться во втором полугодии. Мы к этому готовы», – сообщил он.

«Вполне возможны коррективы», – сказал Дюков, отметив, что рынок уже близок к балансу спроса и предложения.

Соглашение о сокращении добычи нефти было достигнуто в конце 2016 года странами ОПЕК и не входящими в картель государствами-экспортерами нефти. Согласно условиям, участники сделки должны снизить добычу суммарно на 1,8 млн б/с к октябрю 2016 года, принятому за базовый уровень. Самые большие квоты по сокращению у Саудовской Аравии (486 тыс. б/с) и России (300 тыс. б/с). Россия достигла своей квоты в мае 2017 года и с тех пор ее удерживает.

Соглашение, изначально действовавшее в первом полугодии 2017 года, уже дважды продлевалось: сначала – до конца марта 2018 года, а в последний раз – до конца 2018 года. Цель соглашения – убрать излишки мировых запасов нефти.

Дубай, ОАЭ. Число международных туристов, посетивших Дубай в 2017 году, составило 15,8 млн человек. По сравнению с предыдущим годом, въездной турпоток вырос на 6,2% – таким образом, Дубай продолжает поступательно двигаться к заветной цели – «20 млн туристов к 2020 году».

Больше всего туристов в Дубай прибыли, как и в прошлые годы, из Индии, Саудовской Аравии и Великобритании: 2 млн, 1,53 млн и 1,27 млн соответственно. Необходимо отметить, что число туристов из России, на фоне отмена виз, в прошлом году выросло на 121%! и достигло 530 тысяч человек. Это самый высокий процент среди всех туристических направлений, отмеченных в статистике Дубая.

Нужно отметить, что в 2017 году Дубай укрепил свои позиции как крупный центр семейного туризма. В частности, были открыты такие крупные парки развлечений, как IMG World of Adventures и Dubai Parks and Resorts.

Источник: Gulf News

По словам представителя Международного валютного фонда, НДС в размере 5%, с начала 2018 года вступивший в силу в двух странах Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива, «крайне низок по международным стандартам» и через пять лет будет увеличен до 10 процентов.

Тим Каллен, глава миссии МВФ в Саудовской Аравии, заявил, что государства Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива могут увеличить ставку налога выше нынешних пяти процентов в зависимости от потребностей каждой страны в доходах, однако это произойдет не ранее чем через пять лет.

«В своем прогнозе мы не предполагаем увеличения НДС с пяти процентов в течение следующих пяти лет, необходимо, чтобы граждане привыкли к налогу, тогда его ставка может быть увеличена в зависимости от потребностей каждой отдельной страны», – сообщил Каллен.

«Я думаю, что важно заострить внимание на том, что по международным стандартам ставка в пять процентов является крайне низкой, поэтому страны будут стремиться к ее повышению, если это потребуется», – подчеркнул представитель МВФ.

Все шесть стран-членов Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива в 2016 году договорились внедрить налог, однако до сих пор изменения в законодательстве были осуществлены только в Саудовской Аравии и ОАЭ. Остальные четыре государства еще не представили график введения НДС. Важно отметить, что любое увеличение ставки потребует внесения поправок в соответствующее соглашение Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива.

МВФ и Всемирный банк настаивают на том, чтобы страны Персидского залива вводили налоги, такие как НДС, в рамках реформ, направленных на диверсификацию доходов, в связи с падением цен на углеводороды.

По оценкам фонда, введение НДС в регионе может привести к росту ненефтяных доходов от 1,5 до 3 %.

«Первоначальная оценка основана на успешной реализации введения НДС», – заявил Каллен. «За последний год правительства обеих странах приложили немало усилий для тщательной подготовки исполнения НДС, приняв необходимые законы и постановления и осуществив регистрацию налогоплательщиков».

Источник: Zawya

В МВФ оценили размер теневого сектора в структуре экономики Украины. Он превысил показатели некоторых африканских стран. Соответствующий доклад опубликован на сайте организации.

В соответствии с докладом эксперта африканского департамента МВФ Леандро Медины и Фридриха Шнейдера из Университета Кеплера (Линц), средний размер теневой экономики Украины составляет 44,8% ВВП. Этот уровень превышает показатели таких африканских стран, как Гвинея, Нигер, Сенегал, Того и многие другие. При этом в таких развитых странах, как Нидерланды, Сингапур, США, Швейцария и Япония, данный показатель колеблется в пределах от 7 до 15%.

Эксперты проанализировали данные "ненаблюдаемых" секторов экономики, включая производство ВВП, приходящееся на криминальную деятельность, производство домохозяйств для собственных нужд, а также законную экономику, которую нельзя вычислить статистически.

В исследовании приводятся данные в период с 1991 по 2015 год. Начиная с 1991 года, когда теневая экономика составляла 38,9% ВВП, уровень этого сектора рос вплоть до 1998 года, когда достиг пика в 57%. Затем, вплоть до 2008 года, показатель постепенно снижался, однако с наступлением финансового кризиса произошел финансовый "отскок", в связи с которым теневой сектор составлял от 39,2 до 43,5% ВВП.

97% инвесторов в недвижимость Дубая выступают против криптовалюты

Несмотря на первенство в использовании биткойнов в качестве оплаты за местную собственность и множество объектов, проданных за цифровые деньги, многие брокеры прекратили принимать данную валюту. Это произошло после того, как центральный банк ОАЭ опубликовал в октябре 2017 года предупреждение о безопасности.

Дубай - мекка роскошной недвижимости на Ближнем Востоке, эмират, который стал первым рынком, где объекты продавались за биткойны. Сюда относится Aston Plaza и Residences в Дубайском научном парке – все 50 единиц, которые были оценены здесь в цифровой валюте, почти полностью распроданы. Также Star Business Center, подразделение Samana Group, расположенный в центре города, начал принимать биткойны для оплаты аренды офисов, сообщает Forbes.

Дубай запустил свою первую криптовалюту в октябре 2017 года под названием emCash, сделав Объединенные Арабские Эмираты первой страной, официально одобрившей цифровые деньги. Samana Group будет принимать их к оплате наряду с биткойном.

Но тогда же, в октябре прошлого года, президент центробанка ОАЭ Мубарак Рашед Хамис Аль Мансури сказал, что биткойн используется для отмывания денег и финансирования терроризма, а потому использовать его небезопасно. Велика вероятность введения регулирующих мер в отношении цифровой валюты.

Несмотря на несколько компаний, предлагающих свои объекты за криптовалюту, недавнее отраслевое исследование, проведенное Dubai Bayut.com, показывает, что 97% инвесторов в недвижимость в Дубае не будут покупать, продавать или арендовать объекты с помощью данного типа денег.

52% заявили, что им неинтересно знать цену на недвижимость в биткойнах. Около 79% респондентов утверждают, что инвестировать в цифровой валюте с точки зрения безопасности - плохое капиталовложение. Хотя результаты могут быть слегка искажены, так как только около 20% респондентов считают себя инвесторами в недвижимость. Половина опрошенных - арендаторы, потому неясно, относить ли их к классу инвесторов.

ОАЭ намерены запустить в июне 2018 года закодированную криптовалюту, соответствующую законам шариата, под названием OneGram. К тому же, к 2020 году все правительственные документы должны быть переведены на блокчейн-систему.

Александр Аузан: «Мы будем другими, оставаясь собой»

Михаил БУДАРАГИН

Экономика — это не только цифры. За любыми данными стоят люди с их интересами, надеждами и ошибками, успехами и поражениями, личным и национальным опытом. Статистика хороша для отчетности, но для того, чтобы понять, куда движется страна, мало просто обобщить разнообразные данные — нужно их интерпретировать, объяснить с точки зрения непротиворечивой теории. Как это сделать? Есть ли у России в новом, глобальном, сетевом мире конкурентные преимущества? В чем мы сильны и почему? Об этом «Культура» поговорила с деканом экономического факультета МГУ Александром Аузаном.

культура: У нас существуют две большие экономические школы: либеральная и патерналистская. Вы — приверженец первой, но часто говорите о том, что либеральные реформы в России не сработают. Почему?

Аузан: На вопрос «Вы каких будете?» отвечу, как один известный технократ, который работает в правительстве: «У меня нет партийной принадлежности на время службы»: я — декан экономического факультета МГУ и сотрудничаю со всеми существующими школами. Объясню, почему это не противоречит моей научной совести. По профилю я институциональный экономист, принадлежу направлению, в основе которого лежит великая теорема Рональда Коуза о силах социального трения, из которой следует, что ни один проект не может быть реализован так, как он задуман, не дает тех результатов, которые обещают создатели. Зато существует выбор между разными возможностями: в мире нет совершенства, но есть разнообразие. Впрочем, вариантов не два, а три или четыре, не работает, к счастью, схема, озвученная великой Фаиной Раневской: «Девочка, что ты хочешь? Чтоб тебе оторвали голову или ехать на дачу?» Поэтому мне легко стоять немного сбоку и анализировать: «Ребята, вы, конечно, правильные вещи говорите. Вот это у вас получается. Но предложенный метод к этой ситуации неприложим».

культура: Что такого есть в России неожиданного и необычного? Не работает ведь либеральная теория здесь.

Аузан: А почему «здесь»? С моей точки зрения, везде есть нечто неожиданное, что-то, что не позволяет реализоваться тем или иным идеям. Как известно, виноград, привезенный из Шампани в Россию, дает совершенно другой вкус. И наоборот.

Сэмюэл Хантингтон сказал: «Культура имеет значение». Это на самом деле парафраз высказывания Дугласа Норта: «Институты имеют значение» — institutions matter. А Хантингтон продолжил — culture matters. Что означает это высказывание? Оказалось, что системы правил, которые мы можем прописывать в законах, иногда почему-то не срабатывают или дают противоположный результат. Под ними есть еще то, что называется «невидимыми институтами» — культура, ценности, поведенческие установки. Это надо иметь в виду при анализе. А о том, как это учитывать, идут споры. Так, например, уважаемый Андрей Сергеевич Кончаловский, с которым мы вместе читали курс на экономическом факультете МГУ два года назад, полагает, что культура — это судьба, определяющий момент, доминанта. Я так не думаю. Полагаю, что культура в смысле ценностей, поведенческих установок — это фактор нашей жизни. Я бы сказал так: «Культура — не приговор». И не гарантия того, что мы всегда будем так креативны, как были два или три последних века. Но и не приговор в том смысле, что если не получалось, то и не получится. Перед нами — долгоиграющий фактор, изменяющийся очень медленно. Я скажу, за какое время, — сорок лет. Нынешние расчеты показывают, что при целенаправленном воздействии ценности и поведенческие установки меняются именно за такой срок.

культура: Целенаправленное изменение поведенческих установок — прогрессорство в духе Стругацких?

Аузан: Понимаю ваш вопрос. Меня это тоже смущает. Хотя надо сказать, что прогрессорство в «Трудно быть богом» описано достаточно точно и взвешенно. Это одна из моих самых любимых книг. Смущение по поводу прогрессорства снимается обращением к истории и некоторым сегодняшним реалиям. Посмотрим на некоторые факты истории. Петр I не только брил бороды и учил мужчин ходить правильным строем, но занимался массой странных вещей, вроде навязывания курения табака, пития вина etc, фактически модернизировал страну, меняя ценности и поведенческие установки. И в элитах ему это удалось, надо заметить. Правда, потом возник диссонанс, который тяжело переживался в ходе крестьянских восстаний и пугачевщины: Россия плохо понимала европеизированную верхушку.

Возьмем три сферы, где реально формируются ценности и поведенческие установки нации. Это, заметьте, не телевидение, интернет и литература, но школа, тюрьма и армия. В Сеть можно не выходить. Телевизор легко выключить, и значительная часть молодежи его просто не смотрит. Литературу, к моему сожалению, читают гораздо меньше людей, чем нам хотелось бы. А вот в школу ходить заставляют. В армию забирают силой. И в тюрьму попадает значительная часть населения. Но дело не в том, какие там проповеди читают, а в том, как устроена жизнь. Мы понимаем, сколько в середине XX века страна переняла из тюремной культуры — от песен определенной стилистики до установок «не верь, не бойся, не проси» и т.д. И за то, что происходит в школе, тюрьме и армии, заметим, ответственность несет государство. Государство российское каждый день «прогрессорством» занимается, не надо лицемерить. И таким путем производит ценности и поведенческие установки.

культура: Школу можно изменить? Ведь нравы в российской армии (не скажу о тюрьме, не знаю), стали гораздо мягче.

Аузан: Та школа, с которой уже сто лет борются все учителя-новаторы, классно-урочная система, была придумана, как известно, Яном Амосом Коменским, замечательным чешским епископом, который создал не только устойчивую образовательную модель, но и логику промышленности. Разделение уроков стало разделением труда, такая предметность создала частичного человека. То есть промышленная революция в Англии XVIII века была заложена священником. Какова структура школы — такова у вас (не сразу, а может быть, через сто лет) структура экономики, потому что люди, которые оттуда вышли, школьные отношения воспроизводят во взрослой жизни. Вот о чем я говорю, когда рассуждаю о том, что школа, тюрьма и армия формируют поведенческие установки. И если мы хотим что-то менять, то мы все время должны смотреть, что вываривается в этих котлах. А там все время что-то происходит. Меняя ситуацию к лучшему с точки зрения человеческих отношений, мы иногда можем получить совершенно неожиданные последствия, например, в экономическом развитии. Иностранные исследователи посчитали, что было бы с экономикой в стране, если бы изменился один фактор — уровень доверия людей друг к другу. Речь идет об уровне «социального капитала», то есть доверия незнакомому человеку — не приятелю, с которым я много чего пережил, не сослуживцу, не родственнику, а чужому. Встретился я с человеком — изначально доверяю ему или не доверяю? В Швеции, скажем, высокий уровень доверия. При шведских значениях в Чехии экономика была бы на 20 процентов выше, а в России — на 58. То есть наши мучения по поводу темпов роста и нехватки пирога на всех можем решать и таким образом.

культура: Позвольте о недоверии. Но ведь в России — всплеск волонтерства...

Аузан: Это правильно, но смотрите: у нас в конце 80-х годов уровень взаимного доверия был очень высоким. И именно поэтому полмиллиона человек могли стоять на Манежной площади на протестных митингах. Люди доверяли незнакомцам, даже в этом довольно рискованном в Советском Союзе деле. В 90-е это чувство начало исчезать и в нулевые годы растворилось совсем: своим верю, потому что против чужих. А сдвиг произошел в районе 2010-го. Лесные пожары по всей стране вдруг вызвали понимание, что надо помогать разным людям. Это был поворотный пункт. Но я бы сказал, что не колебания уровня доверия формируют портрет нации. Я бы сказал, это определяет, скорее, внутреннюю силу. На что нация настроена? На гражданскую войну, которая, кстати, требует большого доверия своим против чужих? Классический пример — Южная и Северная Италия. Южная — это страна групп, стоящих друг против друга, там очень высокая плотность доверия, но в каждой «семье», говоря мафиозным языком. А на Севере (он экономически очень успешен) доверие «размазано», потому что оно отнесено к разным людям: «Я и с тобой готов работать, и с тобой. Я допускаю, что ты тоже имеешь право на жизнь».

А портрет нации — он в другом. Я могу сказать довольно определенно, кто мы такие. В конце 2016 года мы проводили исследование, которое поддерживали Российская венчурная компания и Центр стратегических разработок. Оно было посвящено тому, кто такие русские, понимая это не этнически...

культура: А цивилизационно?

Аузан: Социометрически! Давайте я начну с огорчительного. Мы не на первом месте в мире по так называемой дистанции власти. Что это такое? Мы к власти как относимся? Мы готовы с ней работать, воспринимаем ее как партнера или нам важно уважать начальника? Мы не на первом месте в мире, мы на третьем — после Саудовской Аравии и Ирака. Это плохой показатель. Дистанция власти, вообще говоря, сильно противоречит таким вещам, как венчур, фондовый рынок, инновационная экономика. Хуже, однако, еще один показатель — избегание неопределенности, страх будущего. Вот тут мы первые в мире. «Не меняйте этого человека — следующий будет хуже. Вы не видите, что ли? Никого другого-то нет! Не открывайте эту дверь, там страшно. Не трогайте систему — она рухнет!»

культура: Рухнет и нас погребет?

Аузан: Правильно. Думаю, что страх перемен — свойство злоприобретенное. Я подозреваю, что виноваты все-таки шоковые реформы, они, конечно, привели к желанию того, чтобы никаких перемен не было. Это ведь страшно.

Теперь о том, что в нашем социокультурном портрете лучше. Великий спор, который два столетия продолжается — о том, кто мы, каков русский человек, общинный или индивидуальный, — можно закончить. Хочу сообщить участникам спора, что с точки зрения той верификации, которую нам удалось сделать, правы и те и другие. Мы оказались ровно посередине между индивидуализмом и коллективизмом. Это предугадывал, пожалуй, только Редьярд Киплинг, который сказал: русские думают, что они самая восточная из западных наций, а между тем они — самая западная из восточных. И то, и другое верно. Мы можем использовать и коллективистские технологии Востока, и индивидуалистические социальные методы Запада. С моей точки зрения, это преимущество. У нас есть и легкие, и жабры. Давайте поймем, что с этим делать.

Мы можем учиться как у Японии, Китая и Южной Кореи, так и у Швеции, Германии, Англии. Но учиться социальным технологиям, а не импортировать институты.

У нас есть характеристики, которые очень хороши для развития: например, готовность, желание людей к тому, чтобы страна стала другой. Да, страшно, однако эта готовность есть. Я, кстати, хочу сказать, как ни странно, что это наше преимущество перед американцами, потому что их все устраивает. А мы хотим, но боимся, что при переменах нам сильно достанется. Поэтому в каком-то смысле в России жива готовность штурмовать небо.

Отдельно хочу заметить, что еще одно свойство, которое вообще чрезвычайно важно, касается так называемой феминности-маскулинности. Неудачные термины великого голландца Герта Хофстеде, но мы — феминная нация с этой точки зрения, то есть мы не ломим последовательно по плану, читая все инструкции и довинчивая все винты. Есть такие нации, с которыми нам предлагается конкурировать: «Давайте мы развернем промышленное соревнование с немцами, японцами и китайцами». Я в ответ говорю: «Свят, свят, свят!» Вы понимаете, что вы бросаете нас ровно в те сферы массового производства, где мы всю жизнь были заведомо слабее.

Россия сильна в ином. Смотрите, сколько идей отсюда вышло только за XX век. Перечень довольно длинный. Владимир Зворыкин стоял у истоков телевидения, а Жорес Алферов у истоков мобильной связи, однако, простите, не мы сняли колоссальный экономический эффект с этих изобретений в виде 25 годовых продуктов и не мы являемся главными телекоммуникационными компаниями мира. Это преимущество мы не могли реализовать, экономя на масштабе. Плохо справлялись с массовой организацией. У нас было хорошо с созданием уникальных и малосерийных образцов. Это касается и спутника, и космического корабля, и атомных станций. Россия на мировом рынке производит 26 процентов атомных реакторов. Мы абсолютные лидеры. В автомобильной промышленности мы и до 0,2 процента мирового оборота не дотягиваем. Можно ли заниматься автопромом? Да. Просто у нас это будет дороже и хуже. Хотите? Мы можем туда идти. Вдруг нам очень нужно.

культура: А куда надо идти?

Аузан: Кажется, что сейчас России выпадает шанс. Сейчас из каждого холодильника говорят о цифровой экономике, это новое явление имеет несколько особенностей. Каждая из них довольно интересна. Но одна касается нас решающим образом — массовая кастомизация. Что это такое? Есть технологии вроде 3D-принтинга, которые позволяют производить индивидуальный продукт с такими же издержками, как массовый. Слушайте, но ведь мы ровно в это и тыкались всю жизнь, потому что уникальную-то вещь можем сделать — мы же Левши! А вот чтобы блохи танцевали, да еще чтобы фабрики их производили, это получалось хуже, а теперь — не надо.

культура: Теперь каждый — фабрика?

Аузан: Совершенно верно, но не отдельный человек, а небольшая группа. Причем, заметим, фабрика, которая выходит сразу на мировой рынок через глобализированные платформы. Это абсолютно другая экономика, которая, на мой взгляд, может оказаться для лучших наших свойств чрезвычайно привлекательной.

культура: Но в этой экономике мы останемся русскими?

Аузан: Да, конечно же, ничего уже не будет по-старому, но вместе с тем мы изменимся. Мы менялись как нация? Конечно. Немцы или англичане тоже. Дело в том, что позже возникла тонкая историческая мифология о «консерватизме», верить ей нельзя. Англичане убедили весь мир в том, что они всегда за постепенность, за уважение к традициям. Вы меня извините, а кто первый оттяпал голову своему королю? Причем не в ходе дворцовых переворотов, а по решению суда. А до этого утопил страну в кровавой гражданской войне? А до этого была война Алой и Белой розы? Менялись англичане. И немцы менялись — из мечтателей, неспособных создать свое государство (поэтому и приживавшихся в других странах и гувернерами, и министрами), в мощную силу, объединенную идеей порядка (Ordnung). Мы тоже будем другими, оставаясь собой. У человека в паспорте есть фотографии — в одном возрасте, в другом возрасте, в третьем — могут быть разительные отличия, но это один человек. Идентичность сохраняется. Поэтому я думаю, что сейчас период, способствующий некоторым шагам по улучшению жизни, хотя в целом я не назвал бы этот исторический отрезок достойным того, о чем мы мечтали.

культура: Раз уж мы говорили о Стругацких, не могу не вспомнить повесть «Гадкие лебеди». Не потеряем ли мы детей, которых от нас уведут «мокрецы», переставшие быть людьми, а воплощенные в гаджетах, Сети?

Аузан: Для меня это проблема, скорее, практическая, потому что я декан факультета, на который приходят учиться лучшие мальчики и девочки из самых разных городов и весей. Поэтому картину бед, пусть и в ослабленном виде, я здесь вижу. Проблема реальна. У нас есть опасения, что люди в новых поколениях обретают новые свойства. Например, они способны работать на параллельных экранах. Хотя и здесь есть нюансы. Как сказал один из студентов на мое замечание: «Но вы же действительно можете и гуглить что-то, и в сетях переписываться, и еще якобы лекцию слушать». «Да. И все это мы делаем, как утка, которая плавает, но медленно, летает, но низко, и ходит, но плохо». Не знаю, насколько эта самокритичная оценка верна, но я опасаюсь утери системности и глубины.

Поэтому мы затеяли здесь, на экономическом факультете МГУ, программу, которую называем «ремонтом гуманитарного провала», — он должен дополнить гуманитарным пониманием мощную математическую культуру Московского университета, существующую и на нашем факультете.

Тот же принцип лежит в основе конкурса «Лидеры России» для будущих государственных, корпоративных, гражданских менеджеров. Нужно вернуть системность, которая стоит на длине взгляда: ты знаешь не только физику, которая тебя учит не совать два пальца в розетку, но и весь гуманитарный цикл, нужный для того, чтобы людей не било током при поворотах мировой истории.

Конечно, новое поколение в чем-то не оправдает наших ожиданий, но может сделать и то, что вызовет почтительное изумление. Но наша задача состоит и в том, чтобы они мир не подожгли. И при этом соблюдали уважение к высоким целям и дальним событиям, понимали, что все то, что происходило три века назад в отечественной — и не только — истории, имеет прямое отношение к тому, каковы они сами, и влияет на то, что с нами может произойти, а чего не может. Я бы сказал, что надо попробовать создать систему такого поддержания широты, глубины и дальности взгляда и понимания, которую мы утратили в период жесткой прагматики, когда нужно было отвечать на вопрос: «А что это человеку даст, когда он будет наниматься на работу через три года?» Сегодня этого не требуется, сегодня нужно мыслить интересно, широко, масштабно.

Интересно жить — интересно. И задача поколения молодых — не стать средним менеджером, чтобы дорасти потом до старшего и затем до главного менеджера, а сделать что-то такое, чего до тебя не делал никто.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > portal-kultura.ru, 8 февраля 2018 > № 2556147 Александр Аузан

При нынешних ценах на нефть бюджетный кризис России не грозит – представитель ЕБРР.

Если нефть будет выше $40 за баррель, России не грозит бюджетный кризис в обозримой перспективе.

Бюджетный кризис не грозит России в обозримой перспективе при нынешних ценах на нефть, считает главный экономист Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР) Сергей Гуриев. «Конечно, Россия сильно выигрывает от повышения цен на нефть, и мы считаем, что при нынешних ценах на нефть не только Фонд национального благосостояния не кончится, но и, скорее всего, в конце года он будет выше, чем в начале – в силу того, что бюджет рассчитан исходя из $40 за баррель. Если нефть будет выше $40 за баррель, России не грозит бюджетный кризис в обозримой перспективе», – отметил он в беседе с российским журналистам.

Россия заключила соглашение с ОПЕК и другими странами-экспортерами в конце 2016 года. Цель соглашения – убрать излишки мировых запасов нефти, которые на начало 2017 года превышали пятилетнюю норму на 340 млн баррелей. Сделка действовала весь 2017 год и была продлена до конца 2018 года.

В результате усилий партнеров по сделке ОПЕК+, сокративших добычу нефти примерно на 1,8 млн б/с к уровню октября 2016 года, цена нефти Brent превысила отметку $50 за баррель и удерживалась выше этой границы на протяжении всего года. В начале 2018 года цена нефти достигала $70 за баррель.

По словам Гуриева, оценки роста российской экономики не изменились с ноября прошлого года, когда ЕБРР опубликовал свой макропрогноз. «Мы по-прежнему считаем, что российская экономика вышла из рецессии и продолжает стагнировать. Мы ожидаем экономический рост в 2018 году на уровне 1,5-2%, а наш официальный прогноз – 1,7%», – сказал эксперт. «Мы продолжаем считать, что российская экономика, выйдя из рецессии, будет продолжать расти медленными темпами, отставая от экономик соседних стран и мировой экономики, тем более экономики Китая», – отметил он.

Временной передышкой назвал глава «Союзнефтегаза» сделку ОПЕК+.

Рано или поздно кто-либо из членов ОПЕК сорвется и сразу «рухнет договоренность», считает Юрий Шафраник.

Договоренности России со странами ОПЕК+ нельзя считать устойчивыми, они являются своего рода передышкой как для Москвы, так и для всего нефтяного рынка, считает председатель совета директоров «Союзнефтегаза» Юрий Шафраник. «Я лично считаю, что это достаточно временная мера, потому что не может ОПЕК – он, конечно, не влияет на рынок так, как в 90-е и 2000-е годы – с такой достаточно рыхлой структурой держаться и долго выполнять то, до чего договорился», – сказал Шафраник, выступая в Кеннановском институте по изучению России при Центре имени Вудро Вильсона в Вашингтоне.

С точки зрения Шафраника, который в 1993-1996 годах занимал пост министра топлива и энергетики РФ, рано или поздно кто-либо из членов ОПЕК сорвется и сразу «рухнет договоренность».

Сделке по ОПЕК+ сокращению добычи нефти стран пошел второй год. Согласно договоренностям, достигнутым в конце ноября 2017 года, участники продолжат ограничивать добычу до конца 2018 года. На протяжении почти всего 2017 года экспортерам в целом удавалось удерживать взятые на себя обязательства. А благодаря перевыполнению квот такими странами, как Саудовская Аравия, Венесуэла, Мексика и Россия, общий уровень исполнения обязательств превышал 100%. К декабрю, сообщала ОПЕК, излишки запасов удалось сократить до 220 млн баррелей.

По данным главы Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) Кирилла Дмитриева, стабилизация цен на нефть, достигнутая благодаря ОПЕК+, обеспечила 1% к росту ВВП РФ и 2,5 трлн дополнительных доходов бюджету.

Интервью заместителя Министра иностранных дел России О.В.Сыромолотова международному информационному агентству «Россия сегодня», 8 февраля 2018 года

Вопрос: Российская сторона заявляла о необходимости наладить реальную координацию между Россией и США по борьбе с терроризмом, обеспечить более тесное сотрудничество между спецслужбами двух стран. Планируются ли в ближайшее время встречи по этому поводу? Когда и на каком уровне?

Ответ: На России и США, крупнейших ядерных державах и постоянных членах Совета Безопасности ООН, лежит особая ответственность за решение глобальных вопросов, касающихся защищенности государств, народов, обычных граждан от террора и других видов насилия.

Однако наше взаимодействие в области борьбы с терроризмом складывалось по-разному. Так, в 2011 году – задолго до теракта 15 апреля 2013 года в Бостоне – мы несколько раз направляли в США по партнерским каналам информацию о деятельности братьев Тамерлана и Джохара Царнаевых. Сначала ответов не было, потом американцы заявили, что «сами разберутся» со своими гражданами, и в результате произошла трагедия.

В то же время имеется и положительный опыт работы с США в этой сфере, например во время подготовки и проведения Олимпиады-2014 в Сочи. Тогда американские спецслужбы установили с российскими коллегами реальные деловые партнерские отношения и помогали в обеспечении безопасности. Предотвращение терактов в Санкт-Петербурге 17 декабря 2017 года благодаря переданной ЦРУ разведывательной информации – еще один пример конструктивного и, что особенно важно, результативного взаимодействия на контртеррористическом треке.

Вместе с тем с сожалением вынужден констатировать, что подходы Вашингтона к взаимодействию с нами в антитерроре, как и по другим аспектам отношений, сейчас двойственны. С одной стороны, американцы заинтересованы в практическом сотрудничестве, что подтверждают дающие реальные результаты контакты по линии спецслужб. С другой стороны, в атмосфере вашингтонской русофобии американская администрация стыдливо замалчивает конкретные примеры антитеррористического взаимодействия с нами. Из такого контекста выбивались лишь ситуации, когда двусторонние контакты по связанной с антитеррором проблематике выходили на высший уровень. К примеру, по итогам телефонной беседы 17 декабря 2017 г. между лидерами двух стран, в ходе которой дана высокая оценка взаимодействию спецслужб в предотвращении теракта в Санкт-Петербурге, Белый дом выпустил на редкость положительный по тональности пресс-релиз.

Комплексный диалог между Россией и США по антитеррору, в том формате, в котором он существовал в прошлом, судя по последним известным инициативам американской стороны, вряд ли в ближайшее время возможен. Слишком много сожжено мостов. Это не наша вина. Об этом уже много сказано.

Вы правы в том, что мы неоднократно заявляли о готовности к переговорам с США по наиболее актуальным вопросам контртерроризма. Но мы никогда никому не навязывались. Считаем, что сотрудничество в этой области нашей стране нужно никак не больше, чем другим государствам. У нас накоплен богатый, уникальный, успешный опыт, как силового противодействия терроризму, так и его профилактики. Многие иностранные партнеры обращаются к нам, к нашим военным и правоохранителям за содействием и получают необходимую помощь или консультацию.

Американцы же «стучатся» к нам только тогда, когда у них возникают срочные вопросы, когда речь идет о каких-то кризисных ситуациях. Обычные официальные и рабочие контакты с Россией для Вашингтона сейчас – практически табу.

Тем не менее даже в этих сложных условиях двусторонние встречи официальных лиц, курирующих вопросы безопасности, на которых может обсуждаться и проблематика антитеррора, случаются. Состоявшиеся уже в этом году встречи руководителей спецслужб наших стран, консультации по вопросам противодействия финансированию терроризма – несколько тому примеров. Планируются и готовятся новые контакты. Однако предвосхищать их не буду. Возможно, для наших американских партнеров будет предпочтительнее, чтобы они проходили без широкой огласки.

Вопрос: Не пострадает ли сотрудничество России и Турции в сфере борьбы с терроризмом из-за турецкой операции в Африне?

Ответ: Операция «Оливковая ветвь», проводимая ВС Турции и боевиками «Свободной сирийской армии» против курдских террористических элементов на севере Сирии, в настоящее время – один из главных сюжетов в мировом новостном поле.

Вынуждены с сожалением констатировать, что в Сирии расширяется еще один очаг напряженности. Интересы США и Турции в регионе расходятся все сильнее. Фактически, союзники по НАТО уже оказались по разные стороны баррикад.

Как нас уверяют в Анкаре, усилия, предпринимаемые турецкими военными, отнюдь не противоречат той работе, которую Турция ведет и продолжит вести в сфере политического урегулирования в Сирии. Вместе с тем развитие обстановки в Африне, спровоцированное в том числе и действиями американцев (США планируют наращивать поставки вооружений подконтрольным группировкам в Сирии, якобы, для борьбы с ИГИЛ), действительно может привести к еще большей дестабилизации в данном регионе.

Россия и Турция играют, в полном смысле этого слова, ключевую роль с точки зрения стабилизации ситуации в Сирии. Об этом свидетельствуют наше практическое сотрудничество на всех уровнях, межведомственные рабочие контакты, проводимые в ежедневном режиме. Именно благодаря совместным усилиям России, Турции, а также Ирана удалось добиться коренного перелома обстановки в САР, в значительной степени ликвидировать основные очаги сопротивления «игиловцев», «Джабхат ан-Нусры» и других террористических группировок, обеспечить необходимые условия для предметного и заинтересованного межсирийского диалога по вопросам будущего политического устройства. Примером продуктивного взаимодействия наших стран являются достигнутые в Астане договоренности по параметрам функционирования зон деэскалации в Сирии, укреплению режима прекращения боевых действий. Турция поддержала инициативу России о проведении Конгресса сирийского национального диалога в Сочи и прилагала усилия для его успешной работы.

Настроены продолжать углубленный обмен мнениями и плотную работу с турецкими партнерами, прежде всего, в целях противодействия международным террористическим структурам в Сирии для постепенного оздоровления обстановки в этой стране и на Ближнем Востоке в целом.

Что касается операции «Оливковая ветвь», то, разумеется, в принципиальном плане последовательно выступаем за то, чтобы борьба с терроризмом в любом суверенном государстве, включая Сирийскую Арабскую Республику, велась в полном соответствии с Уставом ООН и нормами международного права. Исходим из заявлений турецкого руководства о том, что Турция не имеет притязаний на сирийскую территорию.

Вопрос: Ранее Узбекистан и Кабул предложили провести в марте в Ташкенте международную министерскую конференцию по урегулированию ситуации в Афганистане, борьбе с терроризмом и сотрудничеству в сфере безопасности. Примет ли в ней участие С.ВЛавров? Будет ли российская сторона выступать с какими-либо инициативами?

Ответ: Действительно, в середине января с.г. «на полях» заседания Совета Безопасности ООН в Нью-Йорке Министр иностранных дел Узбекистана А.Х.Камилов выступил с инициативой проведения в конце марта этого года в Ташкенте министерской встречи по афганскому урегулированию. Нас, как и государства Центральной Азии, беспокоят происходящие в Афганистане процессы, оказывающие непосредственное влияние на безопасность в регионе.

Несмотря на большое число международных форматов, вопрос политического урегулирования в Афганистане по-прежнему не решен. До сих пор не удалось привлечь противоборствующие стороны к мирным переговорам. Рассматриваем инициативу Ташкента в контексте развития Московского формата консультаций по афганскому урегулированию, в котором участвуют 11 стран региона и остаются открытыми двери для США. Примечательно, что состав участников планируемой встречи практически дублирует Московский формат (помимо 12 названных стран предусмотрено участие Турции, Саудовской Аравии, ОАЭ, представителей ООН и ЕС).

Для нас очевидно, что в целях установления мира и безопасности в ИРА необходимо вести диалог с Движением талибов как частью афганского общества. Убеждены, что дипломатические усилия по запуску процесса нацпримирения являются важнейшим элементом стабилизации ситуации в ИРА. Россия выступает за равноправное взаимодействие международных партнеров с учетом национальных интересов всех без исключения стран региона. В этой связи рассматриваем Московский формат, а также механизм обновленной Контактной группы «ШОС-Афганистан» в качестве оптимальных площадок для ведения предметных переговоров по вопросу содействия нацпримирению в этой стране.

Изложенной линии планируем придерживаться и на Ташкентской конференции. Что касается практических вопросов – уровня российского участия, содержательного наполнения упомянутой конференции, то пока говорить об этом рано.

Вопрос: Глава МИД Украины Павел Климкин недавно заявил, что Киев ведет переговоры с федерациями футбола и фанатскими организациями о возможности проведения протестов во время Чемпионата мира в России. Как Вы считаете, нет ли риска, что экстремисты воспримут это как прямое указание к действию? Как будет реагировать Россия?

Ответ: В Москве обратили внимание на недавнее провокационное заявление украинского министра с попытками подстегнуть представителей различной неадекватной публики к антиспортивным экстремистским действиям. В условиях, когда украинская сборная по футболу не смогла пробиться на Чемпионат мира в России, иного как попыток испортить всеобщий спортивный праздник мы от нынешних украинских властей и не ждали.

Что касается самого чемпионата, то хотел бы заверить болельщиков, что принимаются все необходимые меры для обеспечения высокого уровня безопасности как спортсменов, так и зрителей. Правоохранительными органами и спецслужбами России проводится широкая многоплановая подготовительная работа, направленная на недопущение каких-либо эксцессов в ходе предстоящего мирового первенства, а в случае возникновения любых провокаций, попыток нарушения закона или организации беспорядков – на их незамедлительное и эффективное пресечение.

Приведу лишь несколько примеров такой деятельности. Во-первых, по аналогии с периодом проведения Кубка конфедераций создан межведомственный оперативный штаб по обеспечению безопасности во время проведения Чемпионата мира по футболу, который действует на регулярной основе для координации этой деятельности. Также активно взаимодействуем по данным вопросам с соответствующими службами зарубежных государств. Непосредственно во время чемпионата будет функционировать Центр международного полицейского сотрудничества, куда войдут представители правоохранительных органов стран-участниц чемпионата. Еще один канал взаимодействия – национальные футбольные информационные пункты (НФИП), создание которых предусмотрено Конвенцией Совета Европы по единому подходу к безопасности, защите и обслуживанию во время спортивных мероприятий. Каждый из таких пунктов имеет доступ к служебному порталу, на котором стороны могут обмениваться информацией о лицах, представляющих интерес для органов правопорядка. Российский НФИП интегрирован в «европейскую сеть», а его представители принимают участие в работе Европейской экспертной группы по безопасности на футбольных матчах.

Уверены, что чемпионат пройдет на самом высоком уровне и принесет массу положительных эмоций гостям нашей страны и всем любителям спорта.

Вопрос: Делилась ли Россия с Южной Кореей своими наработками по обеспечению безопасности на зимних Олимпийских играх?

Ответ: Безусловно, для Республики Корея успешное проведение Олимпийских игр в Пхёнчхане – главная задача. И вопрос обеспечения безопасности здесь играет ключевую роль. Уверены, что южнокорейские власти делают все возможное, чтобы это знаковое спортивное мероприятие прошло наилучшим образом и при должной безопасности.

У России имеются хорошие наработки в организации и проведении мероприятий подобного уровня. Наша зимняя Олимпиада в Сочи получила самые высокие оценки со стороны Международного олимпийского и паралимпийского комитетов, делегаций стран-участниц и международной спортивной общественности. Безупречные меры безопасности были приняты и на состоявшемся в прошлом году Кубке конфедераций. Между российскими и южнокорейскими профильными ведомствами налажен плотный канал связи по передаче опыта и наработок. Мы всегда готовы поделиться накопленным опытом с зарубежными партнерами в интересах обеспечения безопасности культурно-массовых и спортивных мероприятий.

?

Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 8 февраля 2018 > № 2500234 Олег Сыромолотов

Морепродукты Вьетнама теряют саудовский рынок.

Управление по контролю за продуктами и лекарствами Саудовской Аравии решило временно приостановить импорт рыбы и креветок из Вьетнама. Запрет вступит в силу уже 1 марта.

В январе Вьетнам посетила делегация из сотрудников Управления по контролю за продуктами и лекарствами Саудовской Аравии, королевского Министерства окружающей среды, водных ресурсов и сельского хозяйства и Саудовского аквакультурного общества. Визитеры осмотрели 24 завода, поставляющих рыбопродукцию в королевство.

Выяснилось, что лишь 9 предприятий соответствуют саудовским требованиям гигиены на производстве. В связи с этим и было принято решение о введении временного запрета на импорт рыбы и морепродуктов из Вьетнама. Ограничение продлится до тех пор, пока заводы не будут соответствовать критериям королевства.

В управлении подчеркнули, что эта мера – самая серьезная санкция, которую Саудовская Аравия может ввести против вьетнамских компаний, сообщает корреспондент Fishnews.

Информацию о запрете поставок подтвердили и вьетнамские власти, которые потребовали от соответствующих ведомств как можно быстрее решить проблему. Как пишет портал Vietnam.net, Саудовская Аравия, в частности, хочет предотвратить проникновение в свою страну заболеваний креветки: синдрома белых точек и гепатопанкреатического некроза.

Для рыбной отрасли Вьетнама решение Саудовской Аравии стало не первым ударом. Больше года назад от креветки республики отказалась Австралия. Осенью 2017 г. Евросоюз показал стране «желтую карточку» за недостаточные усилия по борьбе с ННН-промыслом. Кроме того, США проводит протекционистскую политику, вводя высокие пошлины на ввоз популярных вьетнамских продуктов, таких как пангасиус.

Ежедневная добыча нефти в Иране в январе увеличилась на 30 000 баррелей в сутки

Ежедневная добыча сырой нефти в Иране в прошлом месяце (январь) увеличилась на 30 000 баррелей в сутки до 3 830 000 баррелей в сутки, что свидетельствует о самом высоком росте добычи нефти среди стран-членов ОПЕК после Саудовской Аравии.

Иран увеличил производство на нефтяных месторождениях к западу от реки Карун, сообщает официальное информационное агентство Исламской Республики IRNA.

Добыча нефти в Саудовской Аравии увеличилась на 60 000 баррелей в сутки до 10,10 млн. баррелей в сутки, хотя она все же меньше показателя, согласованного в договоре ОПЕК.

Китай, Индия, Япония и Южная Корея, как четыре основных азиатских потребителя нефти из Ирана, в 2017 году приобретали в среднем 1,270 млн. баррелей нефти в сутки, что на 2,5 % больше по сравнению с прошлым годом, хотя государственная статистика показывает, что покупка нефти этими четырьмя азиатскими странами в Иране в декабре и январе снизилась на 16,3 % в годовом исчислении.

В декабре 2017 года Китай, Индия, Япония и Южная Корея импортировали из Ирана 1 550 000 баррелей нефти в день.

Экспорт нефти в Японию из Ирана в декабре 2017 года упал на 11 % до 241 000 баррелей в день. Импорт нефти Японией из Ирана в декабре 2016 года находился на уровне 271 000 баррелей в сутки.

Нефтяная гонка: США забирают у России первенство

США могут уже в этом году перегнать Россию по добыче нефти и обрушить рынки

Екатерина Каткова

США наращивают добычу нефти быстрее, чем сами планировали. Уже к концу этого года среднесуточное производство американского «черного золота» может превысить 11 млн баррелей, что выше, чем средний уровень добычи в РФ. Следом за добычей растут и основные финансовые показатели американских нефтяных компаний. При этом снижаются мировые цены на сырье марок Brent и WTI. Эксперты предупреждают, что все это может в итоге негативно отразиться на исполнении сделки ОПЕК+.

Миллион досрочно

Соединенные Штаты наращивают добычу нефти быстрее, чем сами планировали. Согласно ежемесячному отчету управления энергетической информации Минэнерго США (IEA), в среднем добыча нефти вырастет в 2018 году на 1,26 млн баррелей в сутки по сравнению с прошлогодним показателем — до 10,59 млн баррелей в сутки (б/с).

А уже в четвертом квартале 2018 года американские компании могут выйти на уровень добычи в 11,04 млн б/с.

При этом еще в начале января IEA прогнозировало прирост производства углеводородного сырья в стране на 970 тыс. б/с. Уже этот объем должен был обеспечить выход страны на второе место после РФ по уровню нефтедобычи. США рассчитывали добывать более 10 млн б/с к середине 2018 года, но достигли этой цели уже в начале года.

По расчетам IEA, добыча нефти в США по итогам первого квартала текущего года в среднем составит 10,24 млн б/с.

Для сравнения, еще в 2017 году США добывали 9,2 млн б/с, Саудовская Аравия — чуть более 10 млн б/с, Россия — 10,5 млн б/с. И последние две как участницы сделки по ограничению добычи ОПЕК+ добычу в этом году наращивать не собирались.

Президент США Дональд Трамп весной прошлого года снял экологические запреты, что позволило нарастить добычу на уже существующих месторождения, более того, в США начали открываться ранее закрытые месторождения, обращает внимание старший аналитик ИК «Фридом Финанс» Вадим Меркулов.

Это все отражается на сезоне отчетов, где нефтегазовые корпорации среди 303 отчитавшихся компаний из индекса S&P500 показали самый большой рост выручки и прибыли — 16,5% и 85,81% соответственно.

На прогноз США по добыче повлияла уверенность Вашингтона в возможности управлять инфляцией в быстро растущей экономике, стремление избежать раздувания пузыря цен при добровольном ограничении экспорта из ОПЕК+ и адаптация новых технологий в области нефтесервиса в Америке, считает директор аналитического департамента «Golden Hills — КапиталЪ АМ» Михаил Крылов. Средняя розничная цена бензина в США выросла на 13% за год — с $2,3 до $2,6 за галлон, что само по себе задает траекторию инфляции, обращает внимание эксперт.

Нефтяной нокаут

Серьезность намерений США подтверждает даже тот факт, что за одну только прошлую неделю добыча нефти в США выросла на 3% или на 332 тыс. б/с — до 10,25 млн б/с. Такие данные побили даже рекорд 1970-х гг., когда на фоне разработки техасских месторождений суточная добыча сырья приближалась к 10 млн баррелей.

В моменте это наносит сильнейший удар по мировому балансу спроса и предложения, отмечает начальник отдела экспертов фондового рынка БКС Брокер Василий Карпунин.

Например, Россия, являющаяся крупнейшим нефтепроизводителем в мире, в свое время сократила добычу в рамках сделки ОПЕК+ на 300 тыс. б/с., а тут США за одну неделю увеличивает производство сразу на 332 тыс. б/с., подчеркивает эксперт.

Такая динамика не замедлила сказаться на мировых рынках: 7 февраля торги фьючерсными контрактами WTI на Нью-йоркской товарной бирже закрылись на уровне $61,79 за баррель, упав сразу более чем на 3%. Brent в среду снизилась на 2% и к закрытию торгов стоила $65,5 за баррель. 8 февраля снижение продолжилось. Днем баррель Brent торговался на уровне $65,11 за баррель.

В данный момент среднесрочные риски смещены в сторону снижения цен на нефть, подтверждает Карпунин.

Рост добычи в США определенно негативно скажется на рынке черного золота, поскольку случится дестабилизация спроса и предложения, отмечает Меркулов.

Наращивание добычи США дает американским компаниям возможность восстановиться быстрее любых других, что может создать разногласия среди членов ОПЕК+ и привести к несоблюдению договора, предупреждает эксперт.

В конце 2016 года 27 государств — члены ОПЕК и нефтедобывающие государства, не входящие в картель, — договорились о суммарном снижении добычи на 1,8 млн б/с, чтобы сократить излишки нефти на мировом рынке. При этом Саудовская Аравия взяла обязательства снизить добычу на 486 тыс. б/с, Россия — на 300 тыс. б/с. В ноябре 2017 года участники приняли решение продлить сделку до конца 2018 года, однако механизм поэтапного выхода из соглашения пока не проработан.

Наращивание добычи в США, а также вероятность более раннего отказа от продления ограничений на мировую добычу нефти будут негативно влиять на мировые цены на нефть в силу высокого уровня предложения, соглашается валютный стратег ГК TeleTrade Александр Егоров.

В своем декабрьском прогнозе члены ОПЕК называли сланцевую добычу США «одним из основных факторов неопределенности на мировом рынке нефти в 2018 году».

Кроме показателей этого года, EIA пересмотрело в сторону повышения прогноз добычи нефти на 2019 год: в следующем году минэнерго США ожидает роста добычи на 590 тыс. б/с — до 11,18 млн б/с.

Разумеется, сохранение цены выше $60 «за бочку» или тем более дальнейший рост в нефтяных ценах будут стимулировать рост добычи в США, отмечает инвестиционный аналитик Global FX Иван Карякин. Однако выводы нужно делать по факту.

Рост добычи нефти на 1 млн баррелей в сутки будет достигнут при увеличении активных буровых установок примерно на 8-10% от сегодняшних уровней (765 по данным от 2 февраля). Это увеличение до примерно 820-840 количества действующих нефтяных буровых. Однако с ноября 2017 г. при почти непрерывном росте нефтяных котировок по американскому сорту WTI с $52 до $66 за баррель количество активных буровых установок выросло всего на 6% — с 729 до 765.

Попытки США использовать для решения мировых проблем узкие форматы, подобные встречам в Ванкувере и Париже, без участия России бесперспективны, заявил посол РФ в США Анатолий Антонов.

Пять стран — США, Франция, Саудовская Аравия, Иордания и Великобритания — разработали в Вашингтоне документ, в котором идет речь о плане по выполнению резолюции СБ ООН 2254 по Сирии. В Ванкувере прошла встреча по КНДР представителей стран-участниц коалиции времен Корейской войны 1950-1953 годов во главе с США, на которую не позвали Россию и Китай.

"Пугает то, что в последнее время США все чаще стали использовать какого-то рода конфигурации, объединения стран, там, где нет России. Такие союзы, наверное, очень удобные, но бесперспективные", — сказал Антонов в интервью каналу "Россия 24".

Он привел в пример ванкуверскую встречу, на которой США и их союзники попытались оказать дополнительное давление на КНДР. "На само мероприятие нас не пригласили, сказали, хорошо, мы вам расскажем, что мы решили и что Россия должна была бы выполнять", — сказал Антонов.

"Такое же сборище — по-другому я не могу сказать — прошло недавно и в Париже, где собралась группа стран без России, без Китая, где обсуждались проблемы незаконного использования химического оружия… Такая линия, такое псевдопартнерство, то есть тогда нас берут только, когда мы нужны, а если мы высказываем мнение, отличное от мнения США, то тут же считается возможным провести какие-либо мероприятия без нашего участия и попытаться решить проблему без нас, — ничего из этого путного не получится", — подчеркнул он.

Ранее глава МИД РФ Сергей Лавров заявлял, что встречи "пятерки" в Вашингтоне и Париже по Сирии могут помешать женевскому процессу. МИД РФ также заявлял, что рассуждения участников встречи в Ванкувере по КНДР об односторонних санкциях против Пхеньяна подрывают значимость решений СБ ООН. Пхеньян называл встречу в Ванкувере по КНДР "провокацией".

В Саудовской Аравии замедляется спад цен на жилье

Наследный принц Саудовской Аравии Мохаммед Бен Сальман планирует внедрить план по оживлению экономики, неотъемлемой частью которого является стимулирование рынка недвижимости.

Снижение цен на жилье замедлилось в 2017 году в крупных городах по всему королевству после быстрого спада в 2016 году, согласно данным Knight Frank. Эксперты компании оптимистично смотрят на долгосрочные перспективы рынка, поскольку правительство реализует реформы, направленные на восстановление экономики и рынка недвижимости в частности, сообщает Independent.

По мнению Knight Frank, развитие жилищного строительства во многом зависит от планов правительства по укреплению экономики Саудовской Аравии. Ожидается, что к 2030 году вклад в национальный бюджет благодаря местной недвижимости увеличится вдвое.

Согласно отчету, дефицит жилья, тенденция к покупке меньших по площади объектов и рост населения будут повышать спрос в жилищном секторе.

Саудовская Аравия приняла спорный налог на пустующие земли в городских районах и начала осуществлять программы по рационализации согласований и финансированию новых разработок. Пакет экономических стимулов на 2018 год предполагает потратить на развитие жилищного сектора $5,6 млрд из общего бюджета в $19,2 млрд.

В своем отчете Knight Frank отмечает, что объем сделок с недвижимостью в столице Саудовской Аравии - Эр-Рияде - вырос на 15% в 2017 году, а стоимость сделок упала на 3%, что меньше, чем падение на 16% в предыдущем году. В прошлом году цены на квартиры в столице выросли на 36%, что обусловлено спросом на небольшие объекты, поскольку доходы сократились, хотя рабочих мест стало значительно больше. Стоимость домов на одну семью наоборот - уменьшилась на 5% по сравнению со спадом на 24% в 2016 году.

Саудовская Аравия делает ставку на солнце.

Жизнь в Саудовской Аравии уже давно зависит от нефти, которая добывается в королевстве.

На протяжении десятилетий огромное благосостояние, которое приносила добыча нефти, не только шло на строительство огромных сверкающих башен и торговых центров, но и вливалось в государственный сектор, в котором работает большинство саудитов.

Теперь Саудовская Аравия пытается связать свое будущее с другим природным ресурсом, который также есть в изобилии на территории страны: солнечная энергия.

Крупнейший экспортер нефти в мире начинает реализовывать планы под руководством принца Мухаммеда бин Салмана с его амбициозными усилиями по диверсификации экономики и активизации роста, отчасти за счет инвестиций в возобновляемые источники энергии. Правительство Саудовской Аравии хочет не просто перестроить свою энергетическую систему внутри страны, но и захватить власть в качестве мирового лидера на рынке чистой энергии.

Достижение этой цели является довольно крупным и сложным шагом. Однако сейчас удается добиться прогресса в продвижении этой стратегии после ряда пробных запусков.

В понедельник Эр-Рияд задействовал энергетическую компанию Саудовской Аравии ACWA Power, чтобы построить солнечную ферму, которая обеспечила бы достаточный объем электроэнергии для питания до 200 тыс. домов. По словам Турки аль-Шери, главы программы по возобновляемым источникам энергии королевства, проект обойдется в $300 млн и позволит создать сотни рабочих мест. К концу года Саудовская Аравия стремится инвестировать до $7 млрд для разработки семи новых солнечных ферм и большой ветровой электростанции. Страна надеется, что возобновляемые источники энергии, которые в настоящее время составляют незначительный объем используемой энергии, смогут обеспечить до 10% мощности к концу 2023 г.

Саудовская Аравия говорила о предстоящей большой игре, когда речь заходила о возобновляемых источниках энергии. Страна установила амбициозные цели в отношении "зеленой" энергии несколько лет назад, но никаких крупных проектов не реализовывалось, и с тех пор мало что изменилось. В этом нет ничего необычного.

Крупнейшая в стране солнечная ферма действует на территории национальной нефтяной компании Saudi Aramco в Дахране. Располагаясь всего в нескольких милях от огороженной зоны, она производит достаточно энергии для питания офисного блока, расположенного рядом.

Тем не менее эксперимент с солнечной энергией стал важным катализатором развития, и компания создала команду экспертов по возобновляемым источникам энергии. Накопленный опыт помог Саудовской Аравии сосредоточиться на обычных солнечных панелях, а не на гелиоконцентраторах, которые аккумулируют солнечный свет на специальных зеркалах.

Стратегия в отношении возобновляемых источников энергии, наконец, начала обретать реальную форму, когда Халид аль-Фалих занял пост министра энергетики в 2016 г. Фалих отдал предпочтение солнечной энергии и энергии ветра для королевства и в прошлом году создал новое предприятие для ускорения работы. Большая часть персонала перешла из Aramco.

Шехри, который работал в Aramco, перед тем как возглавить программу возобновляемых источников в королевстве, отметил, что он столкнулся с "чрезвычайно сложной задачей". Для достижения целей Саудовской Аравии потребуются контракты для ряда новых объектов, которые будут запущены к концу 2020 г.

Маловероятно, что Саудовская Аравия с ее огромными нефтяными ресурсами станет чемпионом по возобновляемым источникам энергии. Но местоположение страны и климат означают, что у нее много перспективных объектов для ферм по производству солнечной энергии и энергии ветра.

За последние годы затраты на установку и эксплуатацию этих двух технологий резко упали во всем мире. Это означает, что даже в стране, где много нефти, возобновляемые источники энергии считаются дешевым и чистым источником энергии, хорошей альтернативой традиционным ископаемым видам топлива.

Для проекта, объявленного в понедельник, Эр-Рияд получил заявки на создание фермы по производству солнечной энергии, которая будет построена в Сакаке, на севере Саудовской Аравии. По словам Шехри, при уровне цен в 2-3 цента за киловатт в час (оптовая стоимость электроэнергии) солнечная энергия здесь будет ниже себестоимости электроэнергии, генерируемой при помощи ископаемого топлива.

Большой импульс к производству солнечной энергии и энергии ветра имел бы другие преимущества, в частности это позволило бы Саудовской Аравии продавать больше нефти.

Саудиты используют кондиционеры большую часть года, а палящее солнце во время арабского лета заставляет увеличивать расход энергии. Большая часть этой электроэнергии сегодня генерируется на электростанциях, работающих на нефти. В июне прошлого года объекты сжигали в среднем 680 тыс. баррелей нефти в день согласно данным Joint Organizations Data Initiative.

Эта цифра упала с почти 900 тыс. баррелей в день в 2015 г., но это по-прежнему остается впустую потраченными денежными средствами. Если бы этот объем пошел на экспорт, эта нефть могла бы добавить $47 млн в день к государственным доходам при текущих ценах.

Продажа нефти на международном уровне занимает центральное место при финансировании бюджета Саудовской Аравии. Условия аукциона в Сакаке требовали, чтобы разработчики оплатили первоначальную стоимость фермы по производству солнечной энергии в обмен на оплату электроэнергии, которую они поставляли в сеть. Это позволило бы Саудовской Аравии продолжать фокусироваться на производстве и экспорте нефти, проводя переход на чистую энергию.

В 1920-х гг. офисы Aramco занимали территорию, которая была немногим больше, чем скалистые холмы. Но когда группа американских геологов обнаружила нефть, все изменилось.

В Дахране сейчас находится штаб-квартира одной из самых передовых и высокопроизводительных компаний в мире, где есть ряд исследовательских лабораторий, учебных центров и даже поля для гольфа. Там, где раньше было несколько небольших городов, сейчас расположен крупный столичный район, в котором проживает около 4 млн человек.

Основной план кронпринца по преобразованию экономики Саудовской Аравии заключается в создании рабочих мест для молодежи. Привлечение инвестиций в то, что по существу пока является несуществующим сектором в королевстве, сказал Шехри, будет означать "создание рабочих мест, создание производства".

Тем не менее, несмотря на амбициозные цели и позитивный настрой, процесс, с помощью которого Саудовская Аравия стремится расширить свой потенциал в плане солнечной энергии и энергии ветра, вызывает обеспокоенность.

В частности, аналитики указали на то, как лидеры Саудовской Аравии выбирали компании. Когда в этом месяце Эр-Рияд предоставил короткий список из двух фирм для проекта в Сакаке, выбрали не ту фирму, которая предложила план с более низкими ставками. Это заставило ряд экспертов сомневаться в прозрачности проводимых торгов.

Требования местных поставщиков могут также стать сдерживающим фактором для участников торгов. Шехри настаивал на том, что компании, заинтересованные в проекте Сакаки, готовы к 30% расходов в отношении отечественных поставщиков, и предполагал, что эта доля будет расти в последующих раундах торгов. Многим компаниям трудно найти обоснование строительства заводов в Саудовской Аравии только из-за строительства одной электростанции.

Однако большой объем саудовского рынка означает, что он заслуживает внимания мировых компаний в области возобновляемых источников энергии.

Азербайджан в январе выполнил обязательства по сделке ОПЕК+.

Суточная добыча нефти в Азербайджане в январе 2018 года оставила 814,6 тыс. баррелей при лимите в 834 тыс. баррелей.

Суточная добыча нефти в Азербайджане в январе 2018 года оставила 814,6 тыс. баррелей, сообщило Министерство энергетики республики. 759,7 тыс. баррелей из общего объема добычи составляет сырая нефть, 54,9 тыс. баррелей – конденсат. Экспорт составил 624,2 тыс. баррелей сырой нефти и 54,9 тыс. баррелей конденсата.

«Азербайджан в очередной раз выполнил взятые на себя обязательства в рамках соглашения, достигнутого ОПЕК и 11 странами, не входящими в картель, по сокращению добычи нефти на 35 тыс. баррелей», – отметили в Минэнерго, уточнив, что установленный для Азербайджана по соглашению ОПЕК+ предел суточной добычи составляет 834 тыс. баррелей.

В Минэнерго также сообщили, что в 2017 году среднесуточная добыча нефти в стране составила 781,9 тыс. баррелей. До подписания соглашения ОПЕК+ среднесуточная добыча в Азербайджане составляла 829 тыс. баррелей.

Мадуро предлагает членам ОПЕК создать механизм выпуска криптовалюты.

Предварительная продажа el petro должна стартовать 20 февраля.

Президент Венесуэлы Николас Мадуро собирается предложить странам ОПЕК+ совместно создать механизм выпуска криптовалюты, обеспеченной нефтью. По его словам, идею с энтузиазмом воспринял генеральный секретарь ОПЕК Мухаммед Баркиндо, встреча с которым у венесуэльского лидера состоялась в Каракасе, сообщило агентство ЭФЭ.

В начале декабря 2017 года объявил о намерении создать собственную криптовалюту – el petro. Использование новой технологии, считает он, поможет стране преодолеть социально-экономический кризис. Президент отметил тогда, что Венесуэла будет обеспечивать el petro «запасами природных ресурсов, золота, нефти и алмазов».

В начале января Мадуро распорядился начать выпуск 100 млн единиц национальной криптовалюты. Предварительная продажа el petro должна стартовать 20 февраля.

На протяжении последних лет Венесуэла переживает острый социально-экономический кризис, сопровождающийся стремительным ростом цен и девальвацией национальной валюты.

Тем временем Китай готовится запретить в пределах своей юрисдикции ICO (Initial Coin Offering), а также операции с криптовалютами при проведении обменных операций, особенно через находящиеся за рубежом платформы. Эти меры, пишет китайская China Daily, «инициированы регуляторами после разоблачения некоторых незаконных действий вслед за запретом в прошлом году на торговлю подобными продуктами на внутреннем рынке». Осведомленный источник сообщил China Daily, что Народный банк Китая и другие регуляторы готовят пакет мер по дальнейшему ограничению ICO – операций по привлечению инвестиций по аналогии с первичным публичным предложением акций, и торговли криптовалютами как в стране, так и за ее пределами.

Анатолий Яновский: «Главная задача России - не исследовать сценарии, а влиять на их формирование».

Заместитель министра энергетики Российской Федерации Анатолий Яновский принял участие в Международном форуме «Международное экономическое сотрудничество в новых реалиях».

В своем докладе «Приоритетные задачи повышения конкурентоспособности РФ на международных энергетических рынках» заместитель министра отметил, что современные международные отношения предполагают постоянное чередование сценариев развития. «Главной задачей становится не исследовать эти сценарии, а влиять на их формирование», - сказал Анатолий Яновский.

В качестве главного критерия повышения конкурентоспособности России на международных рынках замминистра выделил расширение линейки предоставляемых энергетических товаров. «По всем направлениям ТЭК государство создает условия, чтобы эти товары развивались и технологически, и инновационно. Это достигается различными мерами: налоговыми, таможенными, за счет поддержки технологического экспорта, а также использования кредитных инструментов», - добавил он.

Вторым критерием, по словам Анатолия Яновского, является доступность товаров, которая определяется, в первую очередь, энергетической инфраструктурой. «Помимо проектов в восточном и в западном направлении, нельзя не упомянуть развитие «Северного морского пути» для создания новой ситуации в экономической иерархии поставок товаров между странами», - отметил заместитель министра.

Третьим фактором повышения конкурентоспособности является цена. По словам Анатолия Яновского, российским компаниям необходимо проводить системную работу по снижению издержек, что, в свою очередь, невозможно без широкого применения результатов технологического развития: «Важно использовать огромный потенциал международного сотрудничества, реализации совместных проектов между странами, в том числе инструментов привлечения иностранных инвесторов». Анатолий Яновский отметил примеры успешной работы Минэнерго России в рамках соглашения ОПЕК+ по балансировке нефтяного рынка, а также избрание российского кандидата, Юрия Сентюрина, генеральным секретарем ФСЭГ.

В заключение выступления Анатолий Яновский отметил особое значение работы по Парижскому соглашению. «Это является важнейшей задачей, которую мы должны решать совместно с бизнесом».