Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Советник президента Ливана оценил "сделку века" по Израилю и Палестине
Представленный США план ближневосточного урегулирования, известный как "сделка века", противоречит интересам Ливана, заявил советник главы Ливанской Республики Амаль Абузейд.
"Сделка века" полностью против интересов Ливана, поскольку мы не можем позволить 400 тысячам палестинцев оставаться в Ливане. Это напрямую ставит под угрозу общество страны с этнической и религиозной точек зрения", - сообщил Абузейд на полях IX Ближневосточной конференции Международного дискуссионного клуба "Валдай".
Он добавил, что у палестинцев есть "право вернуться домой" и иметь свое собственное государство. Абузейд также выразил мнение, что Россия, будучи нейтральной стороной, располагает хорошими возможностями для организации переговоров между Израилем и Палестиной.
Президент США Дональд Трамп 28 января представил план мирного урегулирования, известный как "сделка века". План Белого дома признает Иерусалим единой и неделимой столицей Израиля, открывает для Израиля возможность аннексировать палестинские территории на Западном берегу реки Иордан и распространить свой суверенитет на Иорданскую долину, а также предлагает создать демилитаризованное палестинское государство, лишенное контроля над своими границами и воздушным пространством. В качестве будущей столицы Палестины план предлагает деревню Абу Дис в восточном пригороде Иерусалима.
Палестина и ряд арабских стран этот план не приняли, так как он, по их мнению, лишает палестинцев права на те территории, которые предусмотрены резолюциями ООН.
Накачать мозги. Четыре научно обоснованных способа стать умнее
Альфия Еникеева. Аэробика укрепляет память и улучшает когнитивные функции в любом возрасте, заявили на днях исследователи из Колумбийского университета (США). И чем старше человек, тем полезнее спорт для мозга. Ранее ученые уже показывали, что нейрогенезу — увеличению количества нейронов и улучшению работы синапсов — способствуют не только физические упражнения. Среди потенциально полезного — йога и даже правильно подобранные продукты питания. Как еще можно улучшить работу мозга — в материале РИА Новости.
Много бегаешь, лучше думаешь
Эксперименты на лабораторных животных еще несколько лет назад показали, что регулярные физические нагрузки улучшают умственные способности. Так, у крыс, которых в течение семи недель заставляли ежедневно заниматься бегом, увеличилось число нейронов гиппокампа — области мозга, отвечающей в том числе за обучение и память. Причем длина дистанций, пробегаемых грызунами, прямо коррелировала с количеством новых нервных клеток в их мозге. А вот упражнения с утяжелением хоть и способствовали увеличению мышечной массы зверей, такого эффекта на гиппокамп не оказывали.
Согласно данным американских и ливанских ученых (они тоже заставляли мышей бегать), во время тренировок в организме животных выделяется больше нейротрофического фактора мозга BDNF. Этот белок отвечает за нейрогенез и играет важную роль в процессах формирования долговременной памяти. Именно он, вероятно, способствует появлению новых нейронов в мозге животных.
Косвенные данные указывают на то, что физические нагрузки повышают пластичность и человеческого мозга — способность его клеток менять связи с другими нейронами и запоминать новую информацию. Кроме того, занятия аэробикой делают гиппокамп более эластичным — в нем улучшается кровоснабжение и практически не бывает воспалительных процессов, что благотворно сказывается на умственных способностях.
Проверка памяти, концентрации внимания и целеполагания у 132 добровольцев, проведенная учеными Колумбийского университета, это подтвердила. После полугода регулярных тренировок у всех участников эксперимента наблюдались когнитивные улучшения. Причем, чем старше были волонтеры, тем больший эффект спорт оказывал на состояние их мозга.
Впрочем, с физическими занятиями не стоит перебарщивать, предупреждают французские нейробиологи. Многочасовые изнурительные тренировки, наоборот, негативно сказываются на функциях мозга и заставляют людей принимать необдуманные решения.
Йога для мозгов
Согласно работе американских ученых, йога влияет на мозг аналогичным образом — усиливает его структуры, связанные с памятью и управлением эмоциями. Результаты 11 исследований показали, что при занятиях медитацией и специальными дыхательными упражнениями увеличивается объем гиппокампа. Кроме того, у людей, регулярно практикующих йогу, по сравнению с остальными более развиты префронтальная и поясная кора головного мозга, а также миндалевидное тело. Эти области связаны с планированием и принятием решений, вниманием, памятью, обучением и эмоциональной регуляцией.
Изучение мозга 42 пожилых женщин, часть из которых в течение 15 лет регулярно занималась йогой, подтвердило: у сторонников этих практик увеличена толщина левой префронтальной коры. Причем по сравнению с теми, кто никогда не медитировал и не выполнял дыхательных упражнений, разница была значительная. По мнению авторов исследования, благодаря этому у любителей восточных практик больше шансов сохранить ясный ум в преклонном возрасте.
Кроме того, занятия медитацией помогают остановить деградацию серого вещества и уменьшение количества нервных связей у людей, страдающих от постоянных болей. У йогов со стажем фиксируется также значительное увеличение количества нейронов в области островковой коры — области мозга, играющей важную роль в толерантности к болевым ощущениям.
Рисование улучшает память
В 2014 году британские и бельгийские исследователи обнаружили, что у профессиональных художников повышено количество нейронов в областях мозга, отвечающих за мелкую моторику и визуализацию образов. Ученые предположили, что эта особенность может быть врожденной, хотя и не исключали воздействия внешних факторов, в том числе воспитания и регулярных занятий рисованием.
По мнению немецких нейробиологов, именно постоянная художественная практика приводит к увеличению числа нервных клеток и улучшает нейронные связи. Они попросили 28 добровольцев, чей средний возраст около 64 лет, пройти десятидневные курсы рисования или посетить несколько картинных галерей. Перед экспериментом и сразу после него всем волонтерам провели МРТ-сканирование. Оказалось, что у участников из первой группы увеличилась функциональная плотность нейронных связей в префронтальной и теменной коре — областях, связанных с принятием решений и планированием сложного когнитивного поведения. Иными словами, нервные клетки в этих зонах мозга стали лучше взаимодействовать друг с другом.
По данным ученых из Дрексельского университета (США), рисование улучшает кровоток в мозге и активирует в префронтальной коре центр удовольствия. Причем совершенно неважно, что и насколько профессионально изображает человек. Кроме того, рисование может значительно улучшить память. По крайней мере, студенты, чертившие во время экспериментов геометрические фигуры и незамысловатые узоры (им в это время читали лекции), демонстрировали лучшее запоминание рассказанного материала.
Пища для ума
Согласно сразу нескольким исследованиям, на работу мозга могут влиять продукты, содержащие природные антиоксиданты флаваноиды. Прежде всего речь идет о кофе и горьком шоколаде. Так, в эксперименте австралийских ученых участники, которые ели шоколад хотя бы раз в неделю, легче справлялись с различными заданиями на память и внимание.
В случае с кофе флаваноиды защищают мозг от преждевременного старения и скопления в его структурах белков, которые могут привести к болезни Альцгеймера. А кофеин, в свою очередь, улучшает память.
Жернова конфликта: Роль Афганистана в американо-иранском противостоянии
Недавно американские официальные лица выразили озабоченность в связи с «вмешательством Ирана в ситуацию в Афганистане», заявив, что Тегеран пытается опосредованно нанести удар по интересам США в регионе, используя в этих целях группы своих сторонников.
На фоне роста беспокойства по поводу угрозы иранского вмешательства в Кабул прибыл генерал Фрэнк Маккензи, командующий силами США на Ближнем Востоке. Источники сообщают, что основной повесткой трехдневного визита генерала в афганскую столицу было рассмотрение предостережений и угроз, исходящих с иранской стороны. После встречи с представителями американских войск в Афганистане генерал приступил к анализу ситуации и оценке возможностей сдерживания вероятных действий Тегерана.
Одновременно с визитом этого высокопоставленного американского военного Кабул посетил известный иранский дипломат Эбрахим Тахериян, на встрече с афганским руководством выразивший озабоченность своей страны в связи с последними действиями США. На протяжении уже трех десятилетий Тахериян поддерживает контакты с лидерами и политическими движениями Афганистана и заслужил репутацию опытного эксперта в афганском вопросе. Спецпредставителю Ирана хорошо известна вся подноготная властных отношений в Афганистане. С учетом этого, Тахериян был удостоен особого приема в Кабуле. На встрече с президентом Афганистана Ашрафом Гани иранскому дипломату были оказаны почти президентские почести. С афганской стороны на этой встрече присутствовали кандидат в вице-президенты, советник по национальной безопасности, министр иностранных дел и государственный министр по делам мира. В свою очередь, Тахериян прибыл на встречу в сопровождении посла Ирана в Афганистане и нескольких членов Корпуса стражей исламской революции. В ходе своего трехдневного визита в Кабул иранский дипломат встретился с большинством видных лидеров Афганистана. Вслед за этим глава Миссии ООН по содействию Афганистану Тадамичи Ямамото отправился в Тегеран, чтобы призвать иранское руководство не вовлекать Афганистан в ирано-американское соперничество.
Поездки иранских и американских дипломатов и военных в Кабул указывают на то, что конфликт между двумя странами распространился на территорию Афганистана. США и Иран годами вели опосредованные войны в странах Ближнего Востока, в том числе в Ираке, Йемене, Сирии и Ливане, однако Афганистан оставался в стороне от этого противостояния. По всей видимости, распространению конфликта двух стран на территорию Афганистана поспособствовала гибель командующего подразделением «Аль-Кудс» при Корпусе стражей исламской революции Касема Сулеймани, убитого в результате ракетного удара американских ВВС в Багдаде.
Несмотря на текущее противостояние с США, Иран принадлежит к числу стран, поддержавших падение режима талибов в Афганистане. Во время своего правления в Кабуле «Талибан» представлял собой самую значительную угрозу для Ирана. В 1998 году талибы сожгли консульство Ирана в Мазари-Шарифе и убили по меньшей мере десятерых иранских дипломатов. Вслед за этим событием Иран выдвинул войска к афганской границе, вступил в прямое вооруженное столкновение с «Талибаном» и усилил поддержку фронта антиталибского сопротивления Афганистана. По признанию лидеров Северного альянса, тремя странами, которые в свое время оказали поддержку антиталибскому сопротивлению в Афганистане, были Иран, Россия и Индия.
Фактически Иран закулисным образом поддерживал ввод американских войск в Афганистан. Интересы Ирана и США связывали такие задачи, как борьба с терроризмом, производством и контрабандой наркотиков, а также стремление уменьшить влияние арабских стран в Кабуле.
Однако со временем американо-иранское сотрудничество в Афганистане переросло в оппозицию и вражду между этими странами. Стремясь установить контакты с «Талибаном», Иран предоставил убежище членам семей некоторых высокопоставленных талибских деятелей. С недавнего времени иранские власти перестали отрицать свои связи с «Талибаном», однако заявили, что не стремятся к сотрудничеству с талибами в военной сфере, а также в области поставок оружия и придерживаются принципов межгосударственных отношений. Однако местное руководство на юго-западе Афганистана неоднократно сообщало о взаимодействии Ирана с талибами в вышеперечисленных сферах.
Рычаги давления Ирана на Афганистан
Афганские иммигранты и проиранские шиитские группировки в Афганистане сыграли важную роль в борьбе с «Исламским государством» в Ираке и Сирии. Дивизия «Фатимиюн» считалась ударной силой Корпуса Стражей Исламской Революции в борьбе с «Исламским государством». Немалый вклад в создание и функционирование прокси-группировки КСИР внесли некоторые религиозные авторитеты и шиитские духовные лидеры Афганистана. Иранские официальные лица, включая аятоллу Хаменеи, неоднократно называли членов этого военизированного подразделения защитниками ислама и героями войны с «ИГ» на Ближнем Востоке. До сих пор Исламская республика Иран не стремилась использовать эту военно-религиозную силу на афганской территории, однако по мере усиления враждебности в ирано-американских отношениях растут опасения в том, что эта сила может быть использована Ираном в борьбе с США в Афганистане. Аналитики уверены, что дивизия «Фатимиюн» способна стать головной болью для Америки и ее союзников по афганской кампании. Однако идейная несовместимость «шиитских ополченцев» с талибами, игиловцами и прочими действующими военными группировками делает малоперспективным использование этой силы в Афганистане. «Шиитофобия» была философией «Исламского государства» и частью его повестки на Ближнем Востоке. По мнению игиловцев, последователи шиизма подлежат уничтожению. Талибы также не ладят с шиитами по причине своей приверженности салафито-ваххабитским взглядам и убеждениям, и присутствие последователей шиизма в рядах талибов не имеет подтверждений. Исходя из этого, дивизия «Фатимиюн» может действовать в Афганистане лишь в качестве независимой военной группы. С учетом идеологии и мировоззрения «Талибана» и «Исламского государства» создание коалиции и взаимодействия между «Фатимиюном» и данными группировками невозможно. Кроме того, доминирующее положение правительства и талибов на территории Афганистана делает самостоятельную деятельность «Фатимиюна» трудным и даже маловероятным делом.
Разумеется, Иран располагает многими рычагами давления, с помощью которых он может бросить вызов США. Присутствие на иранской территории по меньшей мере трех с половиной миллионов афганских мигрантов позволяет Тегерану использовать этот фактор для осуществления собственных целей и планов. Иран является одним из крупнейших торгово-экономических партнеров Афганистана. Ежегодный объем товарообмена между двумя странами приблизился к 4 миллиардам долларов.
Кроме того, Иран обладает значимым культурным, историческим и социальным влиянием в Афганистане. Около 25% афганского населения исповедуют шиизм, и Иран поддерживает с ними весьма тесные связи. Разумеется, контакты ИРИ с жителями соседнего государства не ограничиваются только последователями шиизма. Иран прилагает усилия для налаживания отношений со всеми политическими слоями и социальными группами Афганистана. Глубокие связи между Ираном и политической прослойкой Афганистана стали особенно заметными после убийства генерала Касема Сулеймани. Подавляющее большинство афганских политических лидеров, в том числе экс-президент Хамид Карзай, глава исполнительной власти Абдулла Абдулла, кандидат в президенты Мохаммад Ханиф Атмар, шиитские лидеры Мохаммад Карим Халили и Хаджи Мохаммад Мохаккик направили иранскому правительству письма с соболезнованиями, выразив сочувствие Ирану в связи с гибелью командующего подразделением «Аль-Кудс».
Широкое партнерство двух стран предоставляет Тегерану благоприятную платформу для свободной реализации его целей и планов в Афганистане.
Позиция Кабула в конфликте между Тегераном и Вашингтоном
Ряд американских военных баз, расположенных на территории ИРА, находятся на ирано-афганской границе. При этом, когда ирано-американские отношения находились на грани военного столкновения, Кабул объявил, что не позволит использовать территорию Афганистана против другой страны.
В период Правительства национального единства политика нейтралитета, которой руководствовался Афганистан в отношении стран региона, в особенности Ирана, претерпела изменения. Подобное нарушение внешнеполитического баланса привело к тому, что государства региона пересмотрели свои взгляды в отношении поддержки центрального правительства Афганистана. Конец нейтралитета во внешней политике Афганистана стал благоприятным шансом для талибов, которые смогли расширить свои отношения со странами региона.
На протяжении последних пяти лет между официальными лицами Ирана и Афганистана происходили неоднократные прения. При последнем из таких инцидентов, последовавшем за «издевательством» президента Ирана над выборами в Афганистане, на уличной акции в Кабуле советники афганского президента обвинили иранское правительство во вмешательстве в дела Афганистана и оскорблении народа их страны. Один из советников президента обратил внимание на наличие в Иране политзаключенных и преследование журналистов.
Президент Афганистана также негативно отреагировал на высказывания своего иранского коллеги Хасана Роухани. В одной из своих речей в президентском дворце Арг Ашраф Гани обвинил Иран в «хищении» культурных, самобытных и исторических ценностей Афганистана.
Помимо этого, между Кабулом и Тегераном продолжаются споры по ряду экономических и политических вопросов. В заголовки новостей время от времени попадает тема «водного конфликта» между двумя странами. Обсуждение проблемы производства и контрабанды наркотиков, связей Тегерана с талибами и культурной политики ИРИ в Афганистане всегда заканчивается напряженной политической и дипломатической риторикой в каждой из двух стран. С учетом этого, сохранение нейтралитета Кабула в текущем конфликте между Ираном и США представляется маловероятным. Вдобавок ко всему, Афганистан тесно сотрудничает с Вашингтоном по стратегическим вопросам и в области безопасности.
В условиях, когда США стремится к соглашению с «Талибаном» и уходу из Афганистана, нагнетание напряженности в отношениях с ИРИ, безусловно, оказывает влияние на цели Вашингтона в регионе и Афганистане. США вывели Иран из афганской игры. ИРИ является единственным соседом Афганистана, мнение которого игнорируется на мирных переговорах с «Талибаном». Со своей стороны, Иран также не опускает руки и укрепляет отношения с талибами. Усиление соперничества между США как стратегическим партнером Кабула и Ираном как влиятельным соседом Афганистана оказывает свое воздействие на текущую нестабильную и турбулентную ситуацию. Уменьшить степень уязвимости Афганистана, оказавшегося меж двух жерновов противостояния, может только взвешенная и нейтральная политика.
Автор: Анита Ахмади
![Главное](/images/star.png)
Авигдор Эскин: «В Израиле небо очень близко к земле»
О советском детстве, сионизме, любви к русской культуре и многом другом
Саркисов Григорий
Родители назвали его Виктором, он учился в Гнесинке по классу фортепиано, вёл подпольные курсы иврита и «вредоносного» иудаизма, в 1979 году эмигрировал в Израиль, воевал в Ливане, отсидел почти два года в тюрьме по делу об осквернении арабской могилы, написал несколько книг и тысячу статей на иврите, английском и русском. Вот такой он, израильский общественный деятель и публицист Авигдор Эскин.
– Ваш отец происходил из раввинского рода, деда со стороны матери расстреляли в 1938 году по 58-й статье, и, наверное, на ваши политические воззрения во многом повлияла биография вашей семьи – как и рассказы бабушки о холокосте, труды Солженицына, с которыми вы ознакомились в юном возрасте?
– Начнём с того, что я родился в Москве, в роддоме, стоявшем на месте нынешнего здания ТАСС, так что Первопрестольная для меня не чужой город, и Россия – не чужая страна, хотя, конечно, мой родной дом – Израиль. В России у меня много друзей, и все годы я сознательно сохранял глубинную связь с русской культурой и русским языком. Вы упомянули моего деда, Виктора Константиновича Блажего, он был директором школы в Крыжополе, и его действительно расстреляли «за украинский национализм», хотя никаким националистом он не был. Возможно, ему просто припомнили польско-украинское происхождение. Кстати, его родной брат, Арефа Константинович Блажей, был генерал-лейтенантом, в годы войны служил начальником штаба 37-й армии, участвовал в Никопольско-Криворожской и Яссо-Кишинёвской операциях, был награждён двумя орденами Ленина, тремя орденами Красного Знамени, орденами Кутузова и Богдана Хмельницкого 2-й степени, двумя орденами Красной Звезды. Он служил в РККА с 1924 года и вступил в ВКП(б) в 1939 году, через год после расстрела брата…
Десятилетним мальчишкой я нашёл у бабушки израильский календарик и прочитал там пророческие слова Теодора Герцля о грядущем создании Израиля. Это произвело на меня сильное впечатление, и в двенадцать лет я объявил родителям, что уеду в Израиль. Начал изучать иврит, Тору и историю иудаизма, читать диссидентскую литературу. В тринадцать лет меня исключили из школы за листовки в поддержку Солженицына, а в шестнадцать я был самым молодым в Москве преподавателем иврита. Были, конечно, и «задушевные» беседы в «органах», пару раз пришлось отведать и милицейского кулака. Однако меня не стали сажать, а отпустили в Израиль в декабре 1978 года.
– Вы ведь серьёзно занимались музыкой?
– Да, учился в Гнесинке по классу фортепиано у Натальи Андреевны Мутли, одной из последних учениц великого Нейгауза. Она была уникальным человеком, и с годами я всё чаще её вспоминаю. Продолжаю заниматься музыкой и сейчас… Итак, мне стукнуло восемнадцать, и я подал заявление на выезд. Разрешение пришло в 1978 году, в это время я был в Сусумане Магаданской области, где навещал преподавателя иврита, активиста сионистского движения Иосифа Бегуна. Сразу вылетел в Красноярск, оттуда в Москву, а дальше в Вену и в Тель-Авив. Живу здесь уже более сорока лет, и день, когда я впервые ступил на Святую землю, остаётся самым счастливым в моей жизни. Я вернулся домой…
– Не трудно было адаптироваться? Всё-таки новая страна…
– А я и не адаптировался, я же был дома. Поступил в ешиву в Кирьят-Арбе, потом призвали в армию, участвовал в боевых действиях в Ливане. Страшно не было – рядом были сослуживцы, за нами стояло государство. Куда страшнее выступать против системы, когда ты один…
– Вас называют самым правым человеком в Израиле, ультранационалистом, сионистом, экстремистом, радикалом, фундаменталистом… А кто вы на самом деле?
– На самом деле я – Авигдор Эскин. Что касается «эпитетов» в мой адрес, то тут, как говорили в детском саду: кто так обзывается... Это проявление недоразвитости «критикующих». При отсутствии аргументов они просто ругаются. Меня можно смело называть сионистом, но я точно не националист. Любая националистическая идеология ущербна по своей сути, особенно если ты серьёзно занимаешься духовной практикой. А я почти всю сознательную жизнь изучаю Тору, Каббалу, Талмуд и философию иудаизма. Моим наставником сегодня могу назвать раввина Мордехая Шрики. Это авторитетнейший богослов, получивший традиционное образование, а также окончивший Сорбонну. Я могу объяснить свои взгляды на этот мир, а не просто делить его на «своё» и «чужое», как это навязывается одними примитивными людьми другим примитивным людям. Я люблю Святую землю, где сбывались пророчества, её святость связана с самыми сакральными и сущностными элементами мироздания, культуры, всей человеческой цивилизации. Знаете, в Израиле небо очень близко к земле, близко к Сиону – и на Святой земле нельзя не думать о Вечном. Повторюсь, националистом я себя не считаю даже в мягком и позитивном смысле. И моя общественная деятельность никогда не ограничивалась израильской и еврейской темой. Со второй половины восьмидесятых я активно сотрудничал с белыми консерваторами в Южной Африке. За годы работы в России мне удалось навести мосты с самыми широкими кругами, включая русских почвенников и патриотов. Могу отметить и особые дружеские отношения с Грузией, установленные за последние десять лет. А сейчас активно помогаю продвигать армяно-еврейский музыкальный проект.
– Это просветительский проект?
– Да, эта встреча культур двух древнейших народов стартует в нынешнем году в Москве, Санкт-Петербурге и ряде других российских городов с серии концертов еврейской и армянской музыки, где выступит ведущая солистка Ереванского театра оперы и балета Варсеник Аванян в сопровождении пианистки Карины Погосбековой. Аванян по праву считается не только превосходной вокалисткой в классическом репертуаре, но и лучшей на сегодняшний день исполнительницей армянской музыки, продолжающей традицию Люсине Закарян. Первый концерт состоится 18 марта в московской «Галерее Нико» в Большом Тишинском переулке,19. Нам очень помогла Гаяне Никогосян, дочь выдающегося скульптора и художника Николая Никогосяна. В большой программе – музыка Комитаса, еврейские мотивы в произведениях Мусоргского, Римского-Корсакова, Равеля и других классиков, а также несколько фольклорных номеров. Армяне, как и евреи, очень древний народ. Подобно еврейской музыке, армянская музыка давно стала неотъемлемой частью всей мировой музыкальной культуры, получив современное звучание благодаря Комитасу, Тертеряну и другим выдающимся композиторам. Идея встречи двух великих культур и легла в основу нашего проекта, как идея сближения Арарата и Сиона. Это была наша совместная идея с Варсеник Аванян. Надеюсь, нас поддержат и российский Минкульт, и муниципалитет Иерусалима и мы сможем не только провести серию концертов в России, Армении и Израиле, но и организовать большой фестиваль с участием израильских, российских и армянских музыкантов.
– Вы пишете на иврите, русском и английском. А на каком языке думаете?
– Это зависит от того, в какой аудитории я нахожусь. Вот сейчас мы говорим по-русски, я и думаю по-русски. Кстати, все мои дети – а у меня их семеро, в возрасте от 8 до 37 лет – смотрят российские фильмы, читают русские книги и знают не только Пушкина, но и Аксакова. Считаю знание многих языков благом, открывающим перед человеком большие возможности. Вообще, в Израиле русский язык пользуется привилегированным статусом. Многие партии выступают по центральному телевидению с роликами на русском языке в рамках избирательной кампании. Такого за пределами СНГ нет нигде.
– То есть русскоязычные израильтяне чувствуют себя в стране уютно?
– В Израиле их называют «русскими», и это полноправная часть нашего народа, внёсшая колоссальный вклад в развитие науки, культуры, здравоохранения, экономики, обороны.
Они быстро вошли в элиту израильского общества, а уж в среде музыкантов «русские» имена встречаются чаще «чисто израильских». Но вопреки моим ожиданиям «русские» в Израиле не внесли заметной лепты в развитие духовной сферы, в богословие, в философию или в литературу.
– Недавно довелось прочитать вашу книгу «Толкование к Книге Псалмов», где подчёркнуто архаичная лексика со всеми этими «ажно», «глагольте», «зело», «око», «ланита», сочетается с неологизмами – «разнство», «целовывайте», «пустомазы», «распросторил», «обвиновь»…
– Я занимался толкованием к Псалмам Давида на русском языке, опираясь на традиционные классические комментарии и стараясь привнести сюда что-то своё. Хотел уйти от сухого академизма, придать тексту эмоциональную окраску. Это удалось благодаря стилистическим советам Солженицына и огромным возможностям, которые даёт выразительный и гибкий старый русский язык. Но это не стилизация под старину и не «пелевинско-модернистский», а скорее постмодернистский стиль.
– Спрошу вас как журналиста – как вы оцениваете уровень журналистики в Израиле, России и США?
– К сожалению, высокий уровень аналитики сегодня сохранился лишь в очень узких кругах, а общий уровень идёт на спад. Профессия стала «заказной», и даже если журналист работает не по «инструкции», он стремится к максимальному количеству «лайков». Такая ориентация «на толпу» опасна, и тут есть закономерность: чем менее профессионально ты пишешь, тем более популярным будет твой материал. И так – везде, и в США, и в Израиле, и в России.
– 23 января зрители НТВ стали свидетелями скандала между вами и ведущим программы «Место встречи» Андреем Норкиным…
– Меня возмутила атмосфера глумления, царившая на этом ток-шоу, и я вёл себя подчеркнуто вызывающе, потому что передо мной были кощунники. Напомню, что в этот же день в Иерусалиме отмечали годовщину освобождения Освенцима и открывали памятник ленинградцам-блокадникам. Это было беспрецедентным событием. Около пятидесяти лидеров ведущих стран мира собрались в Святом городе, чтобы отметить семидесятипятилетие освобождения Освенцима. Собравшиеся в Иерусалиме отдали дань умерщвлённым в Освенциме и советским солдатам-освободителям. А мемориал в честь жертв блокады в центре Иерусалима – это событие исторической значимости. Президент России прослезился, когда благодарил израильтян за то, как они провели открытие памятника. Но на НТВ решили «хайпануть» и первым делом сообщили, что «многие люди в Израиле выступали против этого монумента». Там кто-то собрал в интернете всего 150 подписей против установления монумента. Подавляющее же большинство были за установку монумента – и потому, что у многих были родные в осаждённом Ленинграде, и потому, что мы знаем о решающем вкладе СССР в разгром нацизма и о том, кто освободил узников Освенцима. На НТВ же решили устроить дешёвый скандальчик. В их попсовом скандальном описании была и открытая ложь. Нельзя святую тему превращать в балаган, да ещё на государственном телеканале, и наипаче – в то время как Путин со слезами на глазах благодарил израильтян за их бережное отношение к памяти жертв войны с нацизмом. Я сказал им в лицо всё, что хотели им сказать 90% зрителей, используя их лексикон, определив сие ристалище как «треш и беспредел». Прискорбно, что руководство телеканала не предприняло никаких мер. Это было куда большее кощунство, чем «пусси райот».
– В конце 1997 года спецслужба «Шабак» задержала вас по обвинению в умысле бомбардировать свиными головами мечеть Эль-Акса на Храмовой горе. Черед два года суд полностью вас оправдал по этому пункту обвинения. Но 1 января 2001 года вас осудили на 2,5 года тюрьмы и еще дали 1,5 года условно, обвинив в недонесении о подготовке экстремистских акций и в симпатиях к убийце Ицхака Рабина Игалю Амиру…
– Тогда я был, что называется, на виду, и кто-то решил меня «задвинуть». Поясню – я активно выступал против соглашения с террористом Арафатом, и, как показало время, мы были правы. Эти соглашения принесли не мир, а реки крови. Нашу правоту подтверждает и недавно обнародованный мирный план Трампа. Я всегда был против любых переговоров с террористами, расценивающими любую уступку как слабость. Чтобы я не мешал вести «мирные переговоры», против меня организовали кампанию травли и запугивания. Один мой приятель в ответ на очередной теракт военного крыла ХАМАС в Иерусалиме подпалил офис левой проарабской организации «Поколение мира» и возложил свиную голову на могилу террориста Аль Кассама после кровавого теракта, учинённого организацией, носившей его имя. Из этого приятеля и выбили показания против меня: мол, я обо всём знал, но не сообщил куда надо, а раз не сообщил, то поддержал…
– Вы поддерживаете позицию России по Украине, и, возможно, по этой причине с 2015 года вам запрещён въезд в эту страну. Насколько дееспособен сегодня президент Зеленский, заигрывающий с бандеровцами?
– Я бы не сказал, что Зеленский поддерживает бандеровцев, другое дело, что он не в силах с ними совладать. Ещё до Майдана я обращал внимание на то, что нацистских преступников на Украине героизируют не какие-то отдельные идиоты, а эта героизация происходит на государственном уровне. Мы эффективно поработали в Конгрессе США, инициировав письма от ведущих американских политиков руководству Украины против глорификации нацистских преступников. Бандиты из ОУН-УПА отличались во время войны особыми зверствами и убийствами мирных жителей. Но эти изверги составляли всего пять процентов от числа всех украинцев, участвовавших в войне, а 95 процентов воевали в Красной армии. Генетическая память должна быть не в пользу бандеровцев даже на Западной Украине! Но именно на Украине мы впервые после Второй мировой войны сталкиваемся с таким позорным явлением, как освящение памяти нацистов на государственном уровне. Тем не менее я уверен, эта коричневая пена исчезнет и Украина не превратится в фашистскую страну. О Зеленском скажу, что на иерусалимском форуме он повёл себя, мягко говоря, странно. Но было особенно неприятно узнать, что Зеленский договорился с Анджеем Дудой вместе почтить память ярых антисемитов Пилсудского и Петлюры. Это порнографично, недостойно.
– Там сказано много «интересного» и о «вине» СССР за начало войны и холокост…
– Пакт Молотова–Риббентропа так же позорен, как и Мюнхенское соглашение. Но нельзя забывать, что всё это происходило до того, как нацистская Германия стала машиной массового убийства. Тогда границы ещё не были такими сакральными, как после Хельсинкского соглашения 1975 года. И Даладье, Чемберлен и Сталин договаривались с Гитлером не о массовом уничтожении мирного населения, а о границах. И при самом плохом отношении к Пакту Молотова–Риббентропа или к Мюнхенскому соглашению надо помнить, в каком контексте это делалось. Был Освенцим, была блокада Ленинграда, был холокост. Вот – главная тема, и мы знаем, кто устраивал газовые камеры, а кто освобождал узников лагерей смерти. А оба примиренческих пакта были ошибками, преступными ошибками, но никак не преднамеренным поощрением массовых убийств.
– Вы как-то сказали, что «у России и Израиля есть прекрасные перспективы, они основаны, с одной стороны, на уважении русской идеи, которую исповедуют многие российские политики, с другой – еврейского традиционализма, который исповедую я». Но русско-еврейские отношения никогда не строились на основе почитания державности. Теперь – строятся?
– Увы, эти мои надежды не оправдались. Современные российские политики никак не являются носителями русской идеи Владимира Сергеевича Соловьёва, Бердяева, Сергия Булгакова, Солженицына. А поначалу, лет двадцать назад, была надежда на углублённое, почвенническое сотрудничество с Россией, которая могла представить альтернативу самоуничтожительному либерализму. Но Россия так и не смогла выстроить позитивной конструктивной альтернативы западному либерализму. И «почвенников» я здесь сегодня не вижу в политике – ни в солженицынском, ни в каком-то другом смысле. Всё превратилось в эпатаж и порнографию, один Проханов чего стоит! У него прекрасный язык, отличный стиль, но что он говорит?! Это же полный перевёртыш! Он мог кричать «Долой олигархов!», а назавтра с тем же энтузиазмом прислуживал Березовскому или Ходорковскому. То он говорит, что армяне – единственные воины на свете, а то призывает азербайджанцев к войне за Карабах. Проханов и иже с ним превратили патриотизм в порнографию. Впрочем, этот кризис касается не только России, но и Европы с США. Еще в восьмидесятые годы я сотрудничал с группой консерваторов правого крыла во главе с сенатором-республиканцем Джесси Хелмсом. Во времена апартеида довелось немало общаться и с белыми традиционалистами из ЮАР. Но жизнь показала, что консерватизм консерватизму рознь – всё зависит от того, что именно собираются «консервировать». Сейчас есть шанс на американский ренессанс через Трампа, но иррациональная мера сопротивления ему со стороны истеблишмента ставит под сомнение возможность сущностного исправления там.
– Сегодня весь мир говорит о «сделке века» – предложенном президентом США плане урегулирования ситуации с Палестиной. Мирный план не спровоцирует новое обострение ситуации в Израиле?
– Ситуация обостряется, когда Израиль идёт на уступки. Стоило начать переговоры с Арафатом – террор зашкаливал, террористы взрывали автобусы, убивали людей на улицах, страшные вещи происходили в 1993–1995 годах. А после поспешного вывода войск из Южного Ливана началась вторая интифада (2000–2003), стоившая жизни полутора тысячам израильтян. Теперь Трамп лишает террористов надежды на успех. Он прямо сказал палестинцам: это ваш последний шанс, и если вы сейчас им не воспользуетесь, у вас никогда не будет государства. Трамп предложил им 50 миллиардов долларов и части территории Иудеи и Самарии, разумеется, после полного разоружения и при полном израильском контроле границ. Думаю, палестинцы не примут этот план, но это их дело. Важно, что Трамп признал израильский суверенитет над Иерусалимом и частью территорий, освобождённых в 1967 году. Именно освобождённых, поскольку с 1948 года по 1967-й они были незаконно оккупированы Иорданией.
Обратной дороги нет. Если палестинцы отвергнут предложение и не захотят иметь своё государство в рамках этих границ, то Израиль продолжит распространять свою юрисдикцию на все эти территории – а там всего 6 тысяч квадратных километров. Палестинцам вернут иорданское гражданство, которое было у них до 1988 года. Не пожелают они гражданства Иордании – будут жить дальше как сейчас. Это их выбор.
– Будет война?
– Никакой войны не будет: для ведения войны у палестинцев нет ресурсов, а главное – у них нет поддержки даже в арабском мире. Россия точно помогать им не собирается. Конечно, они могут надеяться на помощь изгоя-Ирана, или Катара, но без надежды на общий антиизраильский фронт и общую победу они способны разве что на отдельные акты безумия. «Сделку века» поддержали Египет, Саудовская Аравия, Оман, Бахрейн и ОАЭ, и план Трампа станет основой для переговоров, что изменит ситуацию на Ближнем Востоке. Если переговоры не состоятся, то декларация Трампа приведёт к общему успокоению.
Помните, как горе-политологи кликушествовали после переноса посольства США в Иерусалим и после признания суверенитета Израиля на Голанских высотах. Пророчили нам армагеддон. А вышло, что всё только успокоилось.
– В одном интервью вы сказали: «Спасибо врагам за столь высокую оценку силы моего слова и спасибо друзьям, с которыми мы вместе удостоимся возвести Храм в Иерусалиме». Сегодня вы сказали бы то же самое?
– Есть такая байка. Одному раввину сказали, что некий человек его ненавидит и считает своим врагом. Раввин затанцевал от радости: «Больше всего я боялся, что этот негодяй может сказать обо мне что-то хорошее!..» Это, конечно, шутка, но когда я смотрю на своих врагов, на душе делается приятно, потому что я знаю: меня любят хорошие и умные люди, а ненавидят – плохие и дурные. Значит, мои враги – моя сила! А множеству друзей поклон, благодарность и благословение Всевышнего из Иерусалима. Мы вместе строим Иерусалимский Храм для всего мира.
Беседу вёл Григорий Саркисов
МВФ выразил готовность сотрудничать с Ливаном по вопросам экономики
Международный Валютный Фонд (МВФ) в ответ на запрос ливанских властей выразил готовность сотрудничать с ними в вопросе экономических реформ и политики в стране, говорится в заявлении пресс-секретаря фонда Джерри Райса.
"Недавно мы получили просьбу от ливанских властей начать консультации и предоставить техническую поддержку по макроэкономическим вопросам, стоящим перед экономикой (Ливана). Мы готовы оказать помощь властям. В рамках своего мандата МВФ предоставляет своим странам-членам консультации по вопросам политики и реформ, направленным на восстановление макроэкономической стабильности и содействия росту", - заявил Райс.
Что касается вопросов долга, то они должны решаться в консультации с властями страны, добавил он.
Во вторник в центре ливанской столицы возобновились ожесточенные столкновения между антиправительственными демонстрантами и стражами порядка. Демонстранты с шести утра начали предпринимать попытки блокировать подъезды к парламенту с целью сорвать заседание по вынесению вотума доверия новому правительству Хасана Дияба.
Столкновения с военными и полицией продолжаются сразу в нескольких районах центрального Бейрута. По данным ливанского отделения Красного Креста, пострадали уже более 150 человек, около 40 госпитализированы. Среди раненых есть также сотрудники правоохранительных органов.
Президент Ливана Мишель Аун 22 января утвердил состав нового правительства из 20 министров - технократов во главе с премьером Хасаном Диябом. Впервые ливанская правительственная команда была сформирована не из политиков и представителей партий. В состав кабинета вошли шесть министров-женщин, а Зейна Акр стала первой в арабском мире женщиной-министром обороны.
Новое правительство появилось на фоне сильного экономического и финансового кризиса, который вызвал массовые антиправительственные демонстрации, продолжающиеся с 17 октября, спустя две недели на фоне волнений в отставку подало правительство Саада Харири. Народные движения и часть крупных политических партий не поддержали новый министерский состав во главе с Диябом, заявив, что он является политизированным, как прежнее правительство, и неспособно вывести страну из кризиса.
"Леонардо" едет в гости
Текст: Татьяна Ткачева (Воронеж)
Танцы на фасаде высотки, трехмерные вариации на тему картин да Винчи и концерты звезд классической музыки ждут зрителей Х Платоновского фестиваля в Воронеже. Он пройдет с пятого по 20 июня, но программу объявили загодя: билеты поступят в продажу 15 февраля. Львиную долю их обычно раскупают в первую же неделю.
В этом году столица Черноземья примет артистов из 19 стран, в том числе Ливана, Мексики и Южной Кореи. На открытии выступят итальянские акробаты - сценой для них станет стена гостиницы в центре города. В день России по городу пройдет "огненный" театральный парад.
Среди хедлайнеров - спектакль "Леонардо", чудесным образом оживляющий полотна великого мастера, и бразильская версия "Трех сестер" (под названием "Что, если бы они уехали в Москву?") - спектакль и кинофильм одновременно. Впервые в России здесь покажут "Макбета" на сардинском диалекте - как и во времена Шекспира, все роли в этой постановке исполнят мужчины.
Хореограф из Ливана Омар Ражех привезет спектакль "#минарет", созданный в знак протеста против уничтожения одного из старейших городов мира - Алеппо. Поклонники таланта Константина Райкина оценят свежую премьеру "Сатирикона". Публику ждет неожиданное "Преступление и наказание" в постановке Константина Богомолова, острые спектакли "Время секонд хэнд" (по одноименной книге Алексиевич) и "Магазин" (по реальной истории гастарбайтеров).
В филармонии выступят знаменитый скрипач Шломо Минц, пианист Михаил Плетнев и струнный Модильяни-квартет. В театре оперы и балета исполнял популярные арии и дуэты сопрано Ольга Перетятько и баритон из Мексики Альфредо Даза.
Найти событие по душе смогут и искушенные зрители, и люди с небольшим опытом в культуре, подчеркнул худрук фестиваля Михаил Бычков.
![Главное](/images/star.png)
Интервью Посла России в Ливане А.C.Засыпкина информационному агентству «News.ru», опубликованное 11 февраля 2020 года
О контактах с новым правительством
— Как Москва оценивает политическую ситуацию в Ливане и возможность усиления санкций против страны на фоне отказа движения «Аль-Мустакбаль» взаимодействовать с новым кабинетом Хасана Диаба? Можно ли согласиться с тем, что «Хезболла», «Амаль» и Свободное патриотическое движение переиграли Саада Харири, который, в свою очередь, пытался сыграть на проблемах с формированием правительством для подчеркивания своей безальтернативности как премьера?
— В данный момент политическая ситуация зависит от состояния в экономике, которое можно охарактеризовать как крайне тяжёлое. Накопление проблем происходило в течение многих лет из-за свертывания производительных отраслей, роста госдолга и распространения коррупции. Основными статьями дохода были внешние заимствования, переводы ливанских эмигрантов и сфера услуг. В последнее время эти источники оскудели. В этих условиях в стране возникло протестное движение во многом сходное с первыми этапами революций «арабской весны». Правительство Саада Харири ушло в отставку. На этом фоне все банки вывели валюту за границу и резко ограничили обращение долларов внутри страны. На свободном рынке его курс к ливанскому фунту поднялся на треть. Так что обычные люди потеряли значительную часть своих сбережений.
США, со своей стороны, с прошлого года стали вводить неожиданные для всех финансовые рестрикции под лозунгом борьбы с «Хезболлой», но на деле они негативно повлияли на всю банковскую систему, сея неуверенность у банкиров и вкладчиков. В последующий период эти меры, вне всякого сомнения, будут только ужесточаться как долгосрочное средство шантажа и давления.
Что касается формирования кабинета Хасана Диаба, то решение о его выдвижении в премьер-министры от Свободного патриотического движения, «Хезболлы», «Амаль» и их союзников было принято после неудачи контактов по формированию правительства опять же во главе с Саадом Харири. Так что здесь речи нет о том, кто кого переиграл. Просто на данном этапе договориться не удалось и всеобъемлющего кабинета министров не получилось.
Сейчас специфика состоит в том, что перед правительством Хасана Диаба стоят задачи принятия срочных мер по преодолению деградации экономики и обеспечению позитивной динамики, выравниванию финансового положения, недопущению дальнейшего ухудшения жизненного уровня населения. Сделать это нужно быстро, поскольку промедление чревато новым всплеском социальной напряженности.
— Видит ли Москва различия в подходах в работе с кабинетами Харири и Диаба?
— Существенных различий мы не видим. С новым правительством начали нормальное взаимодействие. В последние годы российские компании всегда были настроены на сотрудничество, но надо признать, что периодические правительственные кризисы в Ливане и нехватка средств тормозили реализацию совместных проектов.
На сегодня есть два крупных проекта, в которых участвуют российские компании. ПАО «НОВАТЭК» вместе с французской Total и итальянской Eni образовали консорциум с целью разведки и добычи углеводородов на средиземноморском шельфе. ПАО «Роснефть» получила в операционное управление терминал по хранению нефтепродуктов в порту Триполи на севере страны. Это долгосрочные темы, которые серьёзно укрепляют наши позиции в экономике Ливана и на региональном уровне.
Об актуальности Таифских соглашений
— Манифестанты, которые продолжают протестную активность в стране, в том числе в столице, хотят видеть сменяемость элит и зачастую связывают эту возможность с отходом от Таифских соглашений. Насколько такой подход конструктивен?
— Протестное движение с самого начала выдвинуло лозунг смены всей политической элиты, то есть партий, которые в разных вариациях находились у власти с начала 90-х годов, после гражданской войны. Помимо недовольства неэффективной экономической политикой суть требований состоит в переходе от конфессиональной политической системы к гражданскому обществу. Это, кстати, предусматривали Таифские соглашения, так что в принципиальном плане вопрос стоит об их полном выполнении, а не отходе от них. Результатом должно стать укрепление национальной идентичности ливанцев и их единства на этой основе. При этом, конечно, должно быть обеспечено добрососедское сосуществование конфессий, сохранение баланса, гарантирующих равноправие и безопасность.
В качестве конкретных целей на данном этапе протестующие выдвигали формирование правительства технократов, а не политиков, и проведение досрочных парламентских выборов. В значительной степени кабинет Диаба, в котором нет партийных функционеров, был создан в канве этих требований.
Вместе с тем, следует обратить внимание на то, что в самом протестном движении есть разные течения. При этом на ситуацию влияют попытки США представить манифестантов в качестве противников «Хезболлы», что иначе как подстрекательством назвать нельзя. Кроме того, есть силы, провоцирующие беспорядки. В центре столицы появлялись группы погромщиков, устраивающие столкновения с полицией. Но правоохранительные органы держат обстановку под контролем, да и общественное мнение крайне негативно относится к экстремистским проявлениям.
О подходах российский и советской дипломатии
— В чём различие российского и советского подхода при контактах с ливанскими партиями? Насколько в российской политике на ливанском направлении учитывается фактор Сирии, учитывая многочисленные свидетельства изменения этноконфессионального состава на сирийско-ливанской границе, которую западные эксперты увязывают со стратегией Ирана по скрытой инфильтрации из Ливана в Сирию и обратно?
— На внутриливанской арене Советский Союз поддерживал своих союзников в лице так называемых национально-патриотических сил и палестинцев против так называемых право-христианских сил. Такая классификация осталась в прошлом, а мы взаимодействуем в конструктивном ключе со всеми партиями, представленными в ливанском парламенте, в интересах безопасности и стабильности в стране. Тем не менее по проблематике Ближнего Востока у нас разная степень взаимопонимания с ливанскими партиями, хотя мы стараемся делать упор на том, что объединяет, а не разъединяет.
Фактор Сирии на ливанском направлении, на мой взгляд, охватывает следующие аспекты. Это, во-первых, нейтрализация террористических угроз со стороны «Джебхат ан-Нусры», «Исламского государства» (группировки запрещены на территории РФ) и им подобных, включая их проникновение на ливанскую территорию. Основательная зачистка была проведена два года назад в результате военной операции в приграничной с Сирией зоне, однако мониторинг ситуации ливанские спецслужбы продолжают. Это особенно важно в свете поступающих данных о перемещениях боевиков из Идлиба за пределы Сирии, в том числе в Ливан.
Во-вторых, возвращение сирийских беженцев на родину, учитывая, что их проживание в Ливане ложится тяжелым бременем на экономику страны, усиливает риски в сфере безопасности.
В-третьих, Ливан традиционно являлся транзитным коридором торгового грузопотока в Сирию и далее в другие арабские страны. Во время сирийского конфликта эта функция была практически утрачена. Её надо возродить, в том числе с прицелом на перспективы реконструкции в Сирии. Вообще для Ливана многоплановые связи с Сирией как ближайшим соседом имеют первоочередное значение. Сотрудничество между ними будет развиваться, хотя до сих пор в ливанском политическом классе разногласия на этот счёт не преодолены.
По поводу демографических изменений в разных районах Сирии бытует много слухов, которые не соответствуют действительности. Надо учитывать, что в ходе войны произошло перемещение миллионов людей как внутри страны, так и за её пределы. В последние два года сирийские беженцы начали возвращаться из Ливана к родным очагам. Так что демографическая ситуация восстановится.
Об отношениях с «Хезболлой» и наркотрафике
— Как вы оцениваете текущие отношения России с «Хезболлой»? Сказался ли на них сирийский кризис, в том числе система взаимоотношений России и Израиля?
— С «Хезболлой» мы ведём полезный политический диалог по международным и региональным проблемам. Конечно, наши отношения укрепила борьба против общего врага в Сирии — такфиристского терроризма.
— Можно ли говорить о том, что политическое крыло «Хезболлы» стало крепкой опорой ливанской государственности?
— Не существует отдельного политического и военного крыла «Хезболлы». Это единая организация, основанная в 80-е годы в качестве отряда сопротивления израильской оккупации, а сейчас являющаяся одной из наиболее крупных политических партий, но со своими вооружёнными отрядами.
Опорой ливанского государства в сфере безопасности являются армия и спецслужбы. «Хезболла» тоже играет важную роль, в частности, в плане обеспечения баланса сил на израильском направлении. В Ливане стоит вопрос о государственной монополии на оружие, что соответствует резолюциям Совета Безопасности ООН. Решать его предполагается в рамках выработки оборонной стратегии, что является задачей на перспективу.
— Ливанская пресса неоднократно сообщала о том, что «Хезболла» предпринимает попытки организации наркотрафика из Ливана в Сирию, а затем в Россию. Насколько высока вероятность такого сценария?
— Такие сообщения являются частью информационной войны. В ней на стороне противников «Хезболлы» участвуют некоторые ливанские СМИ. Насколько я помню, вброс на тему наркотрафика из Ливана в Россию был сделан в августе прошлого года одной из местных газет. Там был явный заказ, чтобы бросить тень одновременно на «Хезболлу», сирийских и российских военных. По этому поводу можно лишь подтвердить, что в Ливане очень насыщенное поле дезинформации, с которой мы активно боремся.
По сути затронутой проблематики могу добавить, что основные поля конопли в Ливане были уничтожены в 90-е. До сих пор время от времени армия прочесывает местность на предмет выявления посевов. Наибольшую тревогу ливанских спецслужб вызывал в последний период синтетический наркотик каптагон, распространённый у боевиков ИГ. Ни одного сигнала о наркотрафике в Россию у них нет.
О сдерживании Ирана
— Прежде каждый визит Саада Харири в Москву сопровождался публичными просьбами к РФ уравновесить баланс сил и противостоять иранскому влиянию. Носили ли подобные просьбы постоянный характер и какую роль Россия отводила и отводит себе в общей архитектуре безопасности? Можно ли говорить о том, что на смену просьбам Харири остановить иранское влияние пришли аналогичные просьбы выступить посредником между Ливаном и Израилем?
— Вопрос о балансе сил в регионе имеет неоднозначный характер. Действительно, движение «Аль-Мустакбаль» во главе с Харири, ряд других ливанских партий традиционно озабочены «иранской экспансией». Вместе с тем, мы видим, что именно американская администрация выступает локомотивом антииранской кампании, ведёт себя напористо, а на региональном уровне её активно поддерживают как Израиль, так и ряд арабских государств. Другое дело, что у возглавляемой Ираном «оси сопротивления» есть свои козыри в этом противостоянии, и сейчас с этой стороны обозначена принципиально важная цель — добиться ухода американцев из Ирака и Сирии.
В свою очередь, Россия считает приоритетом оздоровление атмосферы на Ближнем Востоке, нахождение общих знаменателей в позициях. Это позволяет нам поддерживать взаимодействие со всеми региональными игроками, которые имеют разные, зачастую противоположные, позиции. Нами выдвинута концепция безопасности в зоне Персидского залива, предполагающая выработку мер доверия, участие в создаваемой системе безопасности всех на равноправной основе.
Выше я уже говорил, что сейчас между Израилем и Ливаном есть баланс. Его нарушение, крупный конфликт, привело бы к огромному ущербу для каждой из сторон. Так что желания начинать новую войну ни у кого нет. На юге Ливана сохраняется стабильность. Но обострения случались и могут быть в будущем. В таких условиях важна сдерживающая роль Временных сил ООН и, в случае необходимости, посредничество спецпредставителя ООН по Ливану.
О беженцах
— Как в Москве оценивают процесс возвращения беженцев из Ливана в Сирию? В ливанских СМИ пишут о том, что христианские и шиитские партии в сотрудничестве с Главным управлением общей безопасности успешно лоббируют силовой сценарий возвращения беженцев-суннитов в САР. Насколько безопасен процесс возвращения репатриантов? Есть ли те, кто уезжает из Сирии снова в Ливан?
— Как я уже сказал, процесс идёт. Люди записываются в Главном управлении общей безопасности МВД Ливана и, после одобрения списка сирийскими властями, переезжают в родные места. То есть соблюдается принцип добровольности и никакого силового сценария никто не лоббирует. Одобрение нужно, чтобы запретить въезд тем, у кого могут быть проблемы с законом. Это рациональная мера с учётом того, что многие состояли в рядах незаконных вооружённых формирований. Но надо заметить, что и амнистия приобретает всё более широкий характер. К сказанному можно добавить, что некоторые беженцы стараются жить на две страны, поскольку, даже вернувшись в Сирию, могут выезжать в Ливан и получать там пособие ООН. Но в этом плане сирийские и ливанские власти наводят порядок.
И ещё одно. Вот вы сначала спрашивали об изменении этноконфессионального состава в зоне сирийско-ливанской границы в соответствии с иранской стратегией, а сейчас говорите о силовом сценарии возвращения беженцев-суннитов. То есть получается неразбериха в мнениях «западных экспертов» (по большей части это ливанцы). Они утверждают, с одной стороны, что сирийские власти, Иран и «Хезболла» хотят заселить шиитами приграничный сирийский район Каламун, а с другой — что суннитов-беженцев хотят вытолкнуть из Ливана насильно и туда же. То есть одновременно утверждают заведомо противоположные вещи.
На самом деле «западники», арабы Персидского залива и их ливанские союзники, считают нецелесообразным возвращение беженцев-суннитов, по крайней мере, до окончательного урегулирования в Сирии. На ливанской территории им проще их контролировать, в том числе если будут назначены выборы в Сирии. Кроме того, присутствие беженцев существенно влияет на соотношение между конфессиями в Ливане. То есть увеличивает количество суннитов больше, чем на миллион.
Конечно, репатриантов могло бы быть и больше, если бы реконструкция Сирии шла быстрее, но она ведётся без участия крупных западных и арабских инвесторов, которые к тому же установили против Сирии жёсткий санкционный режим.
О влиянии России
— Как далеко продвинулась Москва в лоббировании своих интересов в области военно-технического сотрудничества, учитывая, что политические силы Ливана в 2019 году не раз блокировали обсуждение этого вопроса в парламенте?
— Мы готовы обсуждать поставки вооружений и техники ливанской армии. Было несколько вариантов, но реального продвижения не произошло. Следует учитывать, что американцы бесплатно дают оружие, но такое, чтобы не составлять конкуренцию израильской армии.
— Отмечаете ли вы попытки снизить российское влияние в Ливане? Если да, то со стороны кого: США или стран Персидского залива? Насколько плодотворно складываются российско-французские отношения по Ливану?
— Отношение США к России как к геополитическому противнику проявляется и в Ливане. У них планы доминирования, а наша взвешенная линия является своего рода позитивной альтернативой. Напротив, с французами у нас конструктивное взаимодействие, поскольку они, как и мы, заинтересованы в стабильности и хотят продвинуть выполнение экономических проектов в соответствии с решениями курируемой ими конференции «КЕДР». С арабскими странами Персидского залива мы по ливанской проблематике контактируем в позитивном ключе.
Имея комплексный характер отношений с Ливаном, Россия не действует в ущерб кому-то, подтверждает словом и делом, что на ливанской арене надо взаимодействовать, а не ставить подножки друг другу. Ливанское общество, по своей сути, не приемлет чьей-либо монополии — здесь всегда ищут баланс интересов. В этом плане мы достаточно комфортно чувствуем себя в составе Международной группы поддержки Ливана, в которую входят основные внешние стороны.
![Главное](/images/star.png)
Развитие и задолженность в странах с более низким уровнем дохода – Беседа между Кристалиной Георгиевой и Дэвидом Малпассом
Президент Группы Всемирного банка Дэвид Малпасс
Вашингтон, США
Стенограмма
Г-Н МАЛПАСС: Позвольте мне вначале поприветствовать всех собравшихся и, в первую очередь, Кристалину Георгиеву, на один день вернувшуюся в Банк. Мы очень рады возможности видеть ее здесь и обсудить очень актуальную тему.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Для меня особая честь присутствовать здесь, и я хотела бы обратиться с краткими словами приветствия к собравшимся и ко всем, кто смотрит нас в интернете. Нам предстоит очень важный разговор о проблемах развития и задолженности стран с более низким уровнем дохода.
Меня зовут Анна Гелперн, и мне доставляет огромное удовольствие находиться в этом зале вместе с Дэвидом Малпассом, известным всем вам Президентом Всемирного банка, а также с Директором-распорядителем МВФ Кристалиной Георгиевой. Представлять этих людей здесь, в их собственном доме, кажется очень странным. Однако, учитывая, что нас смотрят зрители по всему миру, необходимо дать хотя бы краткую информацию, имеющую непосредственное отношение к сегодняшнему разговору.
Всем нам известно, что Дэвид уже очень давно занимается проблемами задолженности, и мне представляется, что нам будет весьма полезно узнать ваше мнение по этим вопросам, сложившееся на основе многолетнего опыта. Вы работали в министерстве финансов США. Вы знакомы с миром многосторонних организаций и с ситуацией в частном секторе, и прекрасно понимаете, почему мы так удручающе часто обращаемся к рассмотрению этой проблемы, и насколько нам удалось продвинуться в ее решении. Действительно ли мы в этом преуспели?
Что касается вас, Кристалина, то, перед тем как перейти на нынешнюю должность, вы работали во Всемирном банке, а затем в Европейской Комиссии, и вам удалось накопить огромный опыт решения гуманитарных проблем и, в частности, проблем координации, которые сегодня представляют особую сложность, если учесть, с каким количеством новых субъектов и новых механизмов нам приходится иметь дело. Поэтому находиться здесь сегодня – это особое удовольствие и честь для меня.
Что касается меня, то я – юрист. Я – не экономист. И поэтому у меня несколько иной взгляд на проблемы, которые мы будем сегодня обсуждать. Фонд и Банк опубликовали потрясающий совместный документ, и мне представляется, что крайне важно рассмотреть его в привязке к конкретной ситуации. Они публикуют огромное количество данных и исследований экономической политики по этой проблематике, и, на мой взгляд, это свидетельствует о том значении, которое международное сообщество придает прозрачности в этой сфере, даже если в ней предстоит сделать еще очень многое.
Мне представляется, что все это наложило определенный отпечаток и на содержание публикуемого сегодня доклада, не так ли? С одной стороны, во многих отношениях ситуация в странах с более низким уровнем дохода улучшается. Им доступны новые источники финансирования. Уровень задолженности в некоторых из них стабилизируется.
Однако оборотная сторона всего этого – то, что финансирование из новых источников порождает новые риски и новые вызовы. Кроме того, как быть с тем, что половина стран, бремя задолженности которых было облегчено, как кажется, только вчера, опять оказалась в категории уязвимых? Как быть с тем, что, хотя рынки стали для них более доступными, их затраты по выплате процентов растут быстрее, чем экономика?
Итак, в нашем распоряжении 45 минут, возможно, чуть меньше, и мы попытаемся затронуть три темы – по крайней мере, я надеюсь, что нам это удастся.
Во-первых, как мы оказались в нынешней ситуации? Что мы сегодня можем сказать обо всех инициативах, которые осуществлялись раньше? Чему мы научились?
В чем уникальность нынешнего момента? Каждое время имеет свои особенности, но в чем особенность сегодняшнего момента? Какие проблемы встают сегодня перед нами? И, что самое важное, как нам их решать? Учреждениям, двусторонним донорам и кредиторам, гражданскому обществу, всем нам?
Но прежде, один организационный вопрос – возможно, вы это уже слышали. У каждого из вас на кресле лежит карточка. Заполните ее, пожалуйста. Если у вас появятся вопросы, пожалуйста, передавайте их нам. Мне сказали, что наш сотрудник будет ходить по рядам и собирать их. Задавайте вопросы заранее, чтобы нам не пришлось торопливо разбирать их в последнюю минуту. Если вы наблюдаете за нашей беседой в интернете, то, мне кажется, у вас есть возможность направлять вопросы на платформу World Bank Live и, конечно, в Твиттер с хэштегом #DevtandDebt. Вы видите этот хэштег на экране, так что я не буду его диктовать.
Итак, Дэвид, вы уже очень давно занимаетесь этими вопросами, и вам удается сохранять оптимизм. Ну, или, по крайней мере, вы стараетесь его сохранять. Как мы оказались в нынешней ситуации? Будет ли правильно сказать, что что-то пошло не так после инициатив ХИПК и МДРИ?
Г-Н МАЛПАСС: Добрый день и спасибо. Мне кажется, очень удачно, что сегодня здесь присутствует юрист. Можно вспомнить, что 30-40 лет назад мы имели дело с синдицированными банковскими займами. С тех пор виды задолженности претерпели большие изменения – в экономическом, финансовом и юридическом плане. При этом направление, в котором всё это, вместе взятое, развивается, дает мне основания полагать, что мы можем смотреть в будущее с оптимизмом.
Идея состоит в том, чтобы привлекать сторонние сбережения таким образом, чтобы направлять их на осуществление наиболее перспективного проекта или оптимальным образом использовать эти средства в разных уголках мира. Поэтому я и в самом деле уверен, что мы можем смотреть в будущее с уверенностью. Недавно Банк подготовил большой доклад о четырех волнах задолженности. Сейчас мы проходим через четвертую волну.
Что касается вашего вопроса о том, как мы оказались в нынешней ситуации, то – и я говорил об этом в прошлом году – имеет место конфликт побудительных стимулов. Политикам и главам правительств нужны быстрые действия, а это означает, что они придерживаются недостаточно жестких стандартов при заимствовании средств, при отборе проектов, которым они, возможно, занимаются, и возникает вопрос, есть ли у них в действительности стратегия движения их стран вперед.
С другой стороны, финансисты говорят: «Послушайте, у нас есть средства, можем дать вам кредит, давайте договариваться». Тогда как, с точки зрения жителей этих стран, им нужен долговременный устойчивый рост экономики, который на деле позволяет повысить медианный доход.
И эти две цели не вполне совпадают. Поэтому одна из задач, которую пытается решить Банк, играя ведущую роль в обеспечении такой транспарентности – я называю ее транспарентностью долга и инвестиций, – добиться, чтобы суверенные субъекты, то есть, правительства сообщали, на каких условиях берутся займы и каковы цели инвестиций, а потом отделяли одно от другого, чтобы люди могли это оценить – ведь нам, здесь сидящим, трудно сказать, каким должен быть предельный размер задолженности. Я думаю, что это возможно. И мы могли бы обсудить, как добиваться транспарентности – просто чтобы люди могли оценить ситуацию.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Это очень полезно.
Кристалина, если говорить подробнее, то, как мне представляется, конечной целью является доступ к рынкам, рациональное управление задолженностью и привлечение триллионов долларов, которые нужны этим странам для удовлетворения таких базовых потребностей, как чистая вода, адаптация к изменению климата, борьба с голодом. Так каков же верный рецепт?
Г-ЖА ГЕОРГИЕВА: Позвольте мне сначала сказать всем сотрудникам Банка, что оказаться здесь снова – это очень здорово. Я открою вам маленький секрет. Собираясь сюда, я думала о множестве важных вещей, но не забыла надеть этот красный жакет – специально для вас.
Прежде всего я хочу отметить, что я очень рада тому, что мы начали с темы развития, а затем перешли к разговору о задолженности – как это только что сделал президент Малпасс.
Мои поздравления по поводу пополнения МАР: теперь страны, которые более всего нуждаются в финансировании, смогут получить 82 млрд долл. США.
Но реальность такова, что финансовые потоки не всегда беспрепятственно направляются туда, где они более всего нужны. Фонд провел исследование и пришел к выводу о том, что для достижения Целей в области устойчивого развития странам с низким уровнем дохода необходимо нарастить объем инвестиций еще на 15 процентов, доведя этот показатель до 15 процентов от ВВП. Это – грандиозная задача.
Очевидно, нельзя не признать, что если мы будем рассчитывать на то, что все эти средства поступят только в виде заимствований, то допустим серьезную ошибку в наших рекомендациях для стран. Поэтому важной составляющей нашей сегодняшней дискуссии является вопрос о привлечении внутренних ресурсов, чтобы страны могли наращивать собственный потенциал привлечения средств на инвестиции, а также обслуживания будущего долга. И все мы знаем, что сделать здесь нужно еще очень многое. Фонд считает, что можно добиться дополнительного привлечения внутренних ресурсов в объеме 3-5 процентов ВВП.
И вот теперь мы подходим к вопросу о задолженности. Иными словами, первый важный момент, который я хотела бы отметить, – прежде чем разбираться, у кого можно занять денег, надо посмотреть, можно ли сделать что-то еще. Так что же еще можно сделать? Привлекать внутренние ресурсы, а затем повышать эффективность использования денежных средств.
Изучая государственные инвестиции в странах с низким уровнем дохода, мы можем отследить, что именно было приобретено лишь на 60 центов из каждого доллара. Это не значит, что что-либо приобретается только на 60 центов из каждого доллара. Это означает лишь, что качество инвестиций можно повышать и далее.
А затем мы переходим к вопросам о том, у кого брать кредиты, о структуре задолженности. Очевидно, что нам хотелось бы видеть больше возможностей для привлечения средств из частных источников. И Дэвид очень убедительно говорил о важности этого ресурса.
Но это возможно лишь в том случае, если есть удачные проекты, которые можно было бы профинансировать, и это делает роль государственного сектора очень значимой, с точки зрения как качества возможных объектов финансирования, так и целей, на которые этот сектор привлекает кредиты, и источников этих кредитов.
Все мы знаем, в каком направлении развивается ситуация. Мы знаем, что очень ощутимо вырос объем заимствований из нетрадиционных источников на условиях, не являющихся льготными. Это, естественно, повод для беспокойства. В прошлом году страны с низким уровнем дохода выпустили еврооблигации, в среднем, на 16 млрд евро. Это в три-четыре раза больше, чем всего шесть-семь лет назад. И, конечно же, их выпуск обходится дороже.
Кроме того, есть нетрадиционные кредиторы, не участвующие в координационных механизмах, таких, как Парижский клуб. Поэтому найти надлежащий баланс в этом вопросе – это, на самом деле, серьезная задача для стран и для наших организаций.
Основная цель этого документа – показать, что задолженностью можно управлять более рационально. У нас уже есть устойчивая система управления задолженностью. Ее можно применять на практике. И, как уже отметил Дэвид, мы можем обеспечить гораздо больше прозрачности: кто и кому ссужает деньги, кто занимает деньги, по какой цене и почему.
Позвольте мне в заключение сделать еще два замечания.
Во-первых, нельзя не признать, что мы живем в период «низких ставок надолго». Процентные ставки низки. Деньги стоят дешево.
Но не для всех. Если вы посмотрите, во что обходятся еврооблигации странам с низким уровнем дохода, то это не так уж и дешево. Восемь-девять процентов – нет, это недешево.
Но если вы хотите получить доход, если у вас есть деньги, и вы хотите выгодно вложить их, то куда вы отправитесь? Туда, где вы сможете получить доходность такого порядка. Поэтому побочным следствием низких процентных ставок в развитых странах является увеличение риска вследствие стремления получить более высокую доходность в развивающихся странах и, прежде всего, в странах с низким уровнем дохода.
Второе замечание, которое я хотела бы сделать, – это то, что сегодня во многих странах действуют более эффективные структуры по управлению задолженностью. Но один из наиболее отрезвляющих выводов по прочтении этого документа состоит в том, что сделать предстоит еще гораздо больше. Это – огромная задача для нас.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Давайте пойдем дальше, и, пожалуй, я попросила бы Дэвида продолжить разговор, поскольку вы очень удачно подвели нас ко второй теме, а именно, чем отличается нынешняя ситуация, верно? Есть множество разных игроков.
Но мне представляется, что один из неизменных факторов – и вы об этом упомянули – это то, что государственное управление имеет большое значение и для инвестиций, и для управления задолженностью, не так ли? Соответственно, если страны заимствуют средства на рынках, то разработанные «Группой двадцати» принципы на это не распространяются – но какие-то рамки должны быть. Возможно, нам нужен более всеобъемлющий свод правил. Но каким образом можно гарантировать, что к тому времени, когда у этих стран появится доступ, у них будет определенный потенциал и, если хотите, потенциал государственного управления как для использования полученных средств, так и с для заимствования?
Может быть, сначала вы, Дэвид, а затем, Кристалина, могли бы подключиться и вы.
Г-Н МАЛПАСС: А я добавлю несколько слов к тому, что сказала Кристалина. Одно из последствий ситуации, которую она называет периодом «низких ставок надолго», – это очевидное неравенство. Я скажу о двух его проявлениях.
Одно из них – то, что в развивающихся странах по естественным причинам доходность будет выше, а значит, выше будет и стоимость обслуживания задолженности, и вот это неравенство можно, если хотите, назвать неравенством между Севером и Югом или между развитыми и развивающимися странами.
Далее, неравенство имеет место и внутри стран, и связано оно с тем, что более крупные и более прочные компании получают больше средств. Таким образом, мы оказываемся в ситуации, когда масштабы проблемы неравенства, которую мы пытаемся решать, явно растут.
И поэтому, как мне представляется, важный аспект транспарентности – немного выровнять ситуацию, чтобы нам не приходилось решать проблемы финансирования стран, в которых, на самом деле, есть возможность финансировать образование и здравоохранение, но сложившаяся там обстановка практически по своей природе складывается не в пользу такого финансирования. Вот поэтому я считаю, что настоятельно необходимо продвигать эту инициативу в этом направлении.
Что же касается государственного управления, то тут речь идет о коренных принципах принятия решений в странах. Знаете, во Всемирном банке существует мощный департамент, специализирующийся на практике государственного управления, – он ведет работу в странах, стремясь наращивать потенциал… Потенциал – это модное слово, но оно может определять, каким министрам предоставлены полномочия подписывать контракты. Если вы подписываете контракт, то будут ли обнародованы его условия?
Знаете, одна из практических проблем, которую мы сейчас решаем, связана с некоторыми новыми кредиторами, не входящими в Парижский клуб, – и, мне кажется, когда мы об этом говорим, людям подчас следует включать сюда Китай. Они не входят в Парижский клуб. Они наращивают масштабы кредитования, что, с одной стороны, хорошо. Мы хотим, чтобы развивающиеся страны получали больше кредитов. Но это означает также, что кредиты следует предоставлять на условиях, которые соответствовали бы принципам международного сотрудничества. Между тем часто в их договоры включается положение о неразглашении, и это не позволяет Всемирному банку или частному сектору ознакомиться с условиями договора.
Поэтому, с практической точки зрения, коль скоро речь идет о государственном управлении, есть некоторые вполне очевидные моменты: пожалуйста, не включайте в договоры с правительствами суверенных государств положение о неразглашении. Дайте правительствам возможность обнародовать условия как займов, так и инвестиций.
Недавно мы направили в Китай группу сотрудников для обсуждения этих вопросов. Китай хочет… ищет способы сотрудничества с международным сообществом в деле разработки таких условий договоров, которые больше соответствовали бы тому, к чему привыкло мировое сообщество.
Г-ЖА ГЕОРГИЕВА: Позвольте мне…
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Кристалина, позвольте мне развить эту тему и, предвосхищая ваш ответ, задать простой вопрос, который не дает мне покоя: а зачем это Китаю? Положение о неразглашении явным образом упомянуто в своде принципов, разработанном «Группой двадцати». Если я – новый кредитор и не занимался этим ни в 80-е, ни в 90-е, ни в 2000-е, если я использую другие механизмы и положения о неразглашении, то зачем мне вступать в Парижский клуб?
Г-ЖА ГЕОРГИЕВА: Хорошо, позвольте мне сначала ответить на этот вопрос, а потом я вернусь к заданному вами более обширному вопросу о том, что можно сделать для повышения степени готовности стран.
Все мы живем в мире, где велика степень взаимозависимости и который более уязвим к шоковым потрясениям. На этом сегодня можно не останавливаться подробнее, если вспомнить, какими проблемами новое потрясение – коронавирус – оборачивается уже сейчас для людей и для экономики.
В этом мире, более взаимосвязанном и более уязвимом к потрясениям, повышение прозрачности и качества отчетности отвечает интересам всех и каждого, потому что, в конце концов, кары ждут именно заимодавцев. И мы это знаем.
Однако еще важнее то, что страны, в которых не обеспечена полная транспарентность, и которые сами не имеют полной картины того, что находится у них «на балансе», по всей вероятности, не слишком преуспеют с точки зрения роста и расширения масштабов своей экономики. Группа экономистов провела анализ, который показал, что, на самом деле, неприемлемый уровень задолженности ставит экономический рост под угрозу.
Поэтому, кто бы это ни был, Китай или кто-то еще, если он хочет получать достойный доход от своих инвестиций, то повышение прозрачности – в его же интересах. Так в чем же проблема? Ближняя перспектива или дальняя перспектива. В краткосрочной перспективе, если вы можете получить больше, почувствовать себя более защищенным, то у вас будет искушение именно так и поступить. Однако в средне- или долгосрочной перспективе вам это не сойдет с рук.
Сегодня мы видим, что и Китай, и, кстати, и другие новые кредиторы четче представляют себе эту проблему, потому что они уже столкнулись с ситуациями, когда неприемлемый уровень задолженности ставит их инвестиции под удар.
На деле – и Дэвиду, и мне это очень хорошо известно, – Китай заинтересован в усилении координации программ кредитования и в получении сведений о том, кто в Китае кому дает кредиты, и какие, поскольку, когда у вас есть государственные компании и официальное кредитование, правая рука не всегда точно знает, что делает левая.
Мне кажется, что здесь сработает и собственный интерес. Страна решительнее защищает себя от риска дефолта – и это тоже имеет значение. И, разумеется, очень важную роль предстоит сыграть организациям, подобным нашим, - Всемирному банку, МВФ и другим.
Вы спросили нас, что делается сегодня и что можно сделать, и я хотела бы внести долю оптимизма, поскольку в прошлом году мы в обеих наших организациях одновременно – в июне или июле – приняли рамочные принципы оценки приемлемости уровня задолженности – новые рамочные принципы. Я говорила об июне? В июле. Хорошо. В июле прошлого года. Извините, мы приняли эти рамочные принципы в июле 2018 года. С тех пор прошло немного времени. Однако за этот период для 53 из 69 стран, подпадающих под действие этих рамочных принципов, уже проведен анализ приемлемости уровня задолженности и приняты меры по повышению качества их отчетности. При этом в 11 странах уровень прозрачности ощутимо повысился.
Я хотела бы привести в качестве примера Сенегал, об уровне задолженности которого мы знаем сегодня больше – говоря точнее, он составляет более 10 процентов от ВВП. Когда я встречалась с министром финансов Сенегала, он не был особенно доволен: казалось, что объем задолженности увеличился. Но он не увеличился. Теперь этот показатель оказался в зоне видимости, и все те, кто принимает решения, могут его увидеть и понять, какие у них есть возможности для заимствования средств и их инвестирования в будущее.
И я слышу от всех, кто работает в этой сфере, что, хотя мы и сталкиваемся с некоторым ростом уровня задолженности, в последние два года фактически происходит его стабилизация. И я рискну утверждать, что повышение прозрачности и повышение качества отчетности вносят свой вклад в улучшение перспектив развития ситуации с задолженностью.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: И это, безусловно, хорошие новости, которые приводятся в докладе. Это – один из наиболее впечатляющих процессов, к которым привлекают внимание его авторы. Однако я хочу выступить в роли адвоката дьявола, сказав, что вы увидели на 10 процентов больше, но при этом очень многое по-прежнему остается вне поля зрения – возможно, не в Сенегале, но не отстают ли процесс и потенциал раскрытия информации от потенциала – как бы это лучше сказать – «заработка на разнице» у тех, кто в этом процессе не участвует?
И речь при этом не только о Китае. То есть, это один аспект. Знаете, ведь эта система очень фрагментарна, верно?
Г-ЖА ГЕОРГИЕВА: Но если вы прочитаете этот доклад, то убедитесь, что в нем изложен вполне трезвый подход к этой проблеме. Там говорится о том, что в странах с низким уровнем дохода потенциал управления во многих отношениях еще относительно невысок. Поэтому мы имеем дело с двойственной ситуацией. Усложняются механизмы кредитования. Растет число источников средств. Однако умение работать с этим накапливается не столь быстро. И мне представляется крайне важным проводить подобные обсуждения, говорить об этом и, что самое главное, приводить реальные примеры того, как можно улучшить положение дел.
Сегодня в этом зале собрались люди, всей душой отдающиеся работе по наращиванию в странах с низким уровнем дохода потенциала, который позволял бы им улучшать качество инвестиций и жизнь своих граждан. Я считаю, что чем активнее мы будем подключать к этому частный сектор, тех, кто пока еще этим не занимается, чем шире будет наш охват, тем лучше.
И никогда нельзя забывать: в конечном счете, все это – дело самих этих стран. Мы можем помочь. Многие знают, что сейчас я приведу сравнение, которое многим уже знакомо. Мы можем подвести лошадь к воде. Но мы не можем заставить ее пить. Поэтому нам надо делать еще больше для того, чтобы, опираясь на факты и апеллируя к ее собственной выгоде, пробудить у лошади желание пить.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Итак, прежде чем переходить к вопросам и ответам, я хотела бы поговорить о некоторых практических рекомендациях и мерах, которые могут быть полезны учреждениям, донорам и, собственно, всем нам, или которые, возможно, уже взяты ими на вооружение.
Было бы неправильно не упомянуть о реструктуризации долга, не так ли? А это тот вопрос, с которым вы оба, естественно, очень хорошо знакомы. Оба учреждения многие десятилетия внедряют инновации в этой сфере, и плоды этой работы иногда оказываются великолепными, а иногда вызывают глубокую депрессию.
А с появлением новых участников и новых механизмов этой деятельности, даже если каждый работает добросовестно и стремится сделать все, что в его силах, необходимо проделать огромную работу, как минимум, по переводу, чтобы каждый мог прочитать одно и то же и осуществлять инвестиции так, чтобы это приносило устойчивые результаты.
Дэвид, может быть, вы могли бы начать разговор по этой теме. А от вас, Кристалина, я особенно хотела бы услышать, каковы результаты проводимого Фондом анализа политики в этой сфере.
Г-Н МАЛПАСС: Здесь есть несколько аспектов. Так что сейчас я упомяну несколько модных словечек, чтобы слушатели уяснили масштабы задачи.
Когда мы размышляем о прозрачности задолженности, возникает одна проблема – государственные предприятия. Какие из них вы будете учитывать, и на каких условиях страны принимают на себя условные обязательства?
Вы задали вопрос о том, чем повышение прозрачности выгодно Китаю. Но, мне кажется, Кристалина правильно заметила, что можно привести лошадь к воде, но нельзя заставить ее пить, – то же самое верно и для стран-заемщиц: как нам убедить их захотеть повысить прозрачность? Потому что возникает соблазн предоставить гарантийное обеспечение, передать в залог свои активы, не получая от этого полноценной отдачи, создать такие условия ценообразования, чтобы продавать определенные сырьевые товары по сниженной цене на протяжении длительного времени и получить деньги вперед.
Так что всё это – сохраняющиеся, реальные, конкретные проблемы. И когда мы размышляем о реструктуризации задолженности, мне кажется, нам нужно практически… нам придется как-то разграничить различные категории задолженности и инструменты для их реструктуризации. Какие страны в ней нуждаются, а какие нуждаются в такой реструктуризации, которая обеспечила бы их более эффективное долгосрочное развитие? Если просто взять и заявить: я беру эти деньги в долг, но я планирую этот долг реструктурировать, это вряд ли будет выглядеть эффективным планом развития.
Поэтому, я считаю, нам может понадобиться некая процедура для стран, отвечающих критериям кредитования МАР, то есть, для беднейших стран. В рамках МАР-19 мы применяем новую процедуру – Рамочные принципы оценки приемлемости уровня задолженности в интересах развития, сокращенно SDFP, – которая, как ожидается, окажется весьма полезной для этих стран. Нам понадобится что-то особое или придется разработать что-то особое для Аргентины, потому что это такая большая страна, и так далее, по списку. Я не пытаюсь заниматься предсказаниями.
Г-ЖА ГЕОРГИЕВА: Ну, я, на самом деле, во многом продолжу с того места, на котором остановился Дэвид. Раньше в мире существовала традиционная площадка для реструктуризации задолженности – Парижский клуб, но теперь эта схема неактуальна, и нам приходится действовать по двум направлениям.
Первое – это расширение международного сотрудничества по вопросам обеспечения приемлемости уровня задолженности. И здесь важную роль вновь предстоит сыграть Всемирному банку и Фонду. Важную роль предстоит сыграть и «Группе двадцати». И на это надо будет обратить особое внимание.
Затем, второй аспект этого же направления деятельности: создать потенциал для объединения частных кредиторов, эмитентов еврооблигаций, нетрадиционных доноров – прошу прощения, кредиторов, и традиционных кредиторов.
А второе направление деятельности – просто повысить эффективность процесса накопления задолженности. Мы видим, что при выпуске новых облигаций все больше внимания уделяется теперь положениям о коллективных действиях. Мне сказали, что этот инструмент применяют 87 процентов стран с низким уровнем дохода, упомянутых в этом докладе.
В докладе также говорится, что, хотя этот процесс имеет место и носит относительно позитивный характер, проходившая в последнее время всесторонняя реструктуризация задолженности оказалась болезненной и не слишком эффективной. Либо занижались оценки масштабов необходимой реструктуризации – и это требовало проведения повторной реструктуризации, – либо реструктуризация затягивалась, либо в ней участвовали не все стороны. Таким образом, следует признать, что этот процесс оказывается весьма болезненным для столкнувшихся с ним стран.
И последнее по порядку, но отнюдь не по важности: нам необходимо отдавать себе отчет в том, что в мире существует настоятельная необходимость в проведении реструктуризации задолженности, и в этих условиях самое лучшее, что мы можем сделать, – обращать особое внимание на профилактику, потому что профилактика лучше, чем лечение. Для начала не доводите дело до проблем.
И я бы сказала, что многим странам, испытывающим проблемы с задолженностью, следует серьезно отнестись к общей микроэкономической ситуации, которая могла способствовать такому развитию событий. И мне кажется – как ни крути, ничто не может заменить разумную экономическую политику.
Г-Н МАЛПАСС: Вы позволите?
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Да, пожалуйста.
Г-Н МАЛПАСС: Я бы хотел вкратце указать на один аспект, я обращал на него внимание в самом начале: это конфликт стимулов. Когда мы говорим о реструктуризации задолженности, мы должны отдавать себе отчет в том, что руководители страны вполне способны удовольствоваться чем-то меньшим, нежели то, в чем реально нуждается население их страны. Они оценивают ситуацию и говорят: ну, ладно, если вы дадите нам отсрочку платежей на четыре года, это решит наши проблемы на срок наших полномочий или на краткосрочную перспективу. Так что эти вопросы надо решать, если это можно так назвать, в духе международного сотрудничества, –сказать: нам надо действовать исходя из высших интересов народа – и если проводится реструктуризация задолженности, то давайте проведем ее справедливую оценку и добьемся, чтобы она была достаточно глубокой для реального улучшения жизни людей.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Это крайне важное замечание, и, собственно говоря, я хотела бы просить вас обоих осветить эту тему подробнее. А теперь мы переходим к ответам на вопросы – мы отвечаем на поступающие вопросы, не зная, о чем нас еще спросят. Это прекрасно.
Итак, в докладе говорится о том, что реструктуризация все чаще и чаще проводится за пределами программы МВФ, там, где такой программы нет, верно? В прежние времена – как вы понимаете, это достаточно схематичное изложение, – если бы вы столкнулись с кризисной ситуацией в сфере задолженности, вы бы обратились в МВФ. Затем вы обратились бы в Парижский клуб. Все остальные предложили бы вам сопоставимые условия, предоставили новые финансовые вливания, и вы жили бы долго и счастливо. Как правило, в реальности все проходило не так гладко, но сохранялась определенная последовательность событий.
Но в современном мире, как вы отметили, Парижский клуб перестал быть центром притяжения, появились альтернативные источники финансирования. Как вы сможете гарантировать, что используемые рамочные принципы политики будут способствовать достижению устойчивых результатов, а не подействуют как мертвому припарки?
Г-Н МАЛПАСС: Можно, я добавлю кое-что, а потом передам слово Кристалине? Помимо Всемирного банка, есть и другие многосторонние банки развития. Поэтому я хотел бы расширить ваш вопрос. Коль скоро в мире существуют другие учреждения, имеющие доступ к очень недорогому финансированию на международных рынках и настаивающие на предоставлении этого финансирования странам на очень льготных условиях, то ситуация усложняется.
А если добавить в эту картину еще и частный сектор? И в этих условиях «низких ставок надолго» и низкой доходности центральные банки приобретают гигантские объемы государственных долговых обязательств, долгосрочных государственных долговых ценных бумаг, и это сказывается на всей кривой доходности, а значит, складывается ситуация, при которой реструктуризация задолженности оказывается не столь ориентированной на будущее, какой она должна быть.
Г-ЖА ГЕОРГИЕВА: Для решения проблемы, с которой мы столкнулись, необходимо принимать более решительные и интенсивные меры, чем раньше, в то время, о котором вы говорили. Я хочу сказать, посмотрим правде в глаза. Мир изменился. И продолжит меняться. В детстве я жила в центре столицы, и уходя из дома, я не запирала двери, я знала, что никто у меня ничего не украдет. Этот мир ушел в прошлое.
Мы должны признать, что сейчас мы живем в более сложном мире. Это многополюсный, многофункциональный мир. И что это означает для таких людей, как мы, для учреждений, которые мы представляем, для всех остальных людей? Больше труда, больше активного взаимодействия, больше непрестанной деятельности. Если мы не станем выполнять наши задачи в соответствии с требованиями современного мира, мы подведем бедные страны.
Не то чтобы страны с низким уровнем дохода хотели больших проблем с задолженностью. Чаще всего у них и нет этих проблем. У них идет политическая жизнь, выборы, и так далее. Но надо признать наличие большой разницы в знаниях, потенциале и навыках, когда речь идет о долговых инструментах, источниках этих инструментов и способах управления задолженностью в большом количестве стран с низким уровнем дохода, и этот баланс нужно активно выравнивать с учетом всех возникающих сложностей, а для этого требуется – да, пожалуй, я повторю: для этого требуется труд.
Г-Н МАЛПАСС: Пожалуй, я обозначу конкретнее свою позицию и попрошу МВФ помочь мне в этом. Сейчас мы видим, что другие международные финансовые учреждения, а в известной мере – все учреждения по финансированию развития в целом и, безусловно, официальные агентства по кредитованию экспорта, склонны слишком быстро предоставлять займы, усугубляя долговые проблемы стран.
Например, Азиатский банк развития вливает миллиарды долларов в Пакистан, где сложилась очень непростая ситуация в бюджетно-финансовой сфере. В Африке Африканский банк развития направляет немалые средства в Нигерию, Южную Африку и другие страны, не имея при этом максимально выверенной программы обеспечения устойчивости и продвижения этой работы. В Казахстане ЕБРР активно продвигает свои займы в условиях, когда другие учреждения проделывают огромную работу, а затем осуществляются инвестиции под более низкий процент.
Таким образом, возникает реальная проблема: МФУ сами усугубляют долговое бремя. А затем, мне кажется, на МВФ «давят», с тем чтобы он решил эти проблемы, исходя из наилучших интересов страны.
Г-ЖА ГЕОРГИЕВА: Позвольте, я добавлю еще кое-что, потому что успела сказать только половину того, что должна была. Второй момент заключается в том, что в нынешнем более сложном мире на нас лежит гигантская ответственность: мы должны спрашивать себя, кому мы предоставляем кредиты, для чего, насколько мы уверены в том, что за этими программами не скрываются невидимые обществу айсберги задолженности. Этот спрос с себя чрезвычайно важен.
И кроме того, я хотела сказать: сейчас мы осуществляем в Африке 26 программ. Как видите, нельзя сказать, что Фонд там не присутствует. Мы сотрудничаем со многими африканскими странами. И я полностью признаю, равно как и мои сотрудники, что в новом сложном мире на нас лежит повышенная ответственность за содействие повышению прозрачности задолженности и приемлемости уровня задолженности.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Знаете, что самое интересное в ваших последних замечаниях? Ведь учреждения, которые вы упоминали, – это не новые многосторонние учреждения, верно? Они появились еще в середине XX века. Но мы испытываем трудности, налаживая взаимодействие между устоявшимися учреждениями и заинтересованными сторонами, находящимися в одной лодке вот уже несколько десятков лет, и это немного тревожно – с точки зрения нашей способности привлекать новые учреждения к совместной деятельности.
Г-Н МАЛПАСС: Кстати, Европейский инвестиционный банк, ЕИБ, активно предоставляет финансирование на еще более льготных условиях, чем банки, которые я упоминал ранее. Много внимания уделяется АИИБ, Азиатскому инфраструктурному инвестиционному банку, но с ним налажено, в известной мере, более эффективное взаимодействие. Он находится в Пекине, но стремится к внедрению у себя стандартов, аналогичных стандартам Всемирного банка, и открыто заявляет об этом желании. И эти практические соображения приводят к тому, что с этим банком возникает меньше проблем в этой области, чем с другими.
Но это не значит, что будущее будет именно таким. Но вы сделали абсолютно верное замечание. До сих пор самой проблематичной была именно традиционная координация.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Ну что ж, почему бы нам не перейти к ответам на вопросы, тем более, что некоторые из них мы затронули, но не стали подробно в них углубляться.
Итак, первый вопрос вряд ли вас удивит. Он звучит так: приведет ли создание глобального механизма реструктуризации суверенной задолженности к повышению эффективности взаимодействия между кредиторами? Позвольте мне дать некоторые пояснения. Кристалина, вы упомянули положения о коллективных действиях. Совершенно верно. У нас с вами есть надежная модель, и, с учетом того, что самая быстрорастущая категория долговых инструментов во многих из этих стран – это евробонды и облигации в зарубежной валюте, 87 процентов – это еще не 100, но это весьма неплохой результат. Но, разумеется, сложность отчасти заключается в том, что в большинстве этих стран основная часть долга приходится не на эту категорию задолженности. Это самая быстрорастущая категория долга, но при этом очень разношерстная.
А некоторые условия – вы уже упоминали их ранее: залоговое обеспечение, разные заемщики, разные кредиторы, разные гарантии, и это еще больше усложняет ситуацию. Что касается долга частных структур и даже муниципальных образований, то для этого есть процедура банкротства, верно? Почему бы не вернуться к этой идее? Может быть, частный сектор проявит больший интерес к участию сейчас, когда он в некотором смысле находится «за столом» в меньшинстве?
Г-ЖА ГЕОРГИЕВА: Сложность заключается в том, что сейчас мы еще активнее, чем раньше, стремимся упорядочить территорию, с трудом поддающуюся упорядочиванию. Но это не значит, что мы не должны пытаться расширить рамки, позволяющие нам проводить более эффективную реструктуризацию задолженности. Я поняла вашу позицию. И я дам на ваш вопрос следующий ответ: да, разумеется, мы должны искать пути повышения эффективности координации и сотрудничества в области управления задолженностью.
Нам также надо признать, что мы должны быть кристально честными и действовать соответствующим образом в ситуациях с неприемлемым уровнем задолженности. В качестве примера я могу привести нашу директиву в Африке. В Мозамбике возникла ситуация с неприемлемым уровнем задолженности, и необходимо было принять меры. И это серьезная задача для нас, для всего сообщества международных организаций: как мы можем охватить все аспекты, активно работать на местах и в то же время действовать честно и решительно? Но мы должны к этому стремиться, в противном случае я не думаю, что можно будет считать, что Дэвид и я справляемся со своими обязанностями.
Позвольте мне напомнить, почему меня так сильно беспокоит проблема задолженности в странах с низким уровнем дохода. Потому что без эффективного управления этой задолженностью уплата процентов, зачастую очень высоких, приводит к оттоку ценных ресурсов, которые можно было бы инвестировать в образование, здравоохранение и инфраструктуру, лишает этих средств людей, наиболее нуждающихся в качественных инвестициях. И на нас возложена колоссальная ответственность по защите интересов этих людей.
Г-Н МАЛПАСС: Именно так. Можно мне добавить еще несколько слов о прозрачности задолженности и инвестиций? Мне кажется, в наше время вопросы реструктуризации и вопросы обращения с частным сектором вызывают довольно много затруднений. Но надо начать с того, что весь мир, должники, кредиторы, международные учреждения сталкиваются с серьезными затруднениями, пытаясь просто-напросто выявить задолженность и добиться раскрытия ее условий.
Поэтому я хотел бы остановиться на этом вопросе и отметить, что он носит неотложный характер. В ближайшие… Нет, нельзя сказать, что его невозможно решить. Разве мы не можем выяснить сумму задолженности, допустим, Сенегала? Но мы в Банке столкнулись с такими затруднениями, пытаясь выяснить это, что мы пошли другим путем, или, скажем так, мы пытаемся определить общую картину задолженности, но лишь для отдельных стран в порядке эксперимента. И вот, мы берем Анголу, Сенегал или любую другую страну, и пытаемся, скажем, найти всю возможную информацию о различных видах задолженности, которую они накопили, и об условиях этого долга. Вот эта задача намного труднее.
И как вы отметили, Анна, каждый раз, когда выявляют какой-либо вид долга или способ увеличения долга, кредиторы и заемщики находят новый способ, который действующая система распознать не в состоянии. Поэтому мы стараемся действовать как можно быстрее и выявлять как можно больше категорий задолженности, надеясь, что позднее мы сможем использовать эту информацию для эффективного решения проблем.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Нам задали много отличных вопросов, и я сейчас пытаюсь их сгруппировать. Я очень хочу, чтоб мы обязательно рассмотрели один из этих вопросов. Сейчас мы вернемся к любимой теме моей жизни – реструктуризации задолженности. Но не забудем и финансирование развития, это то, с чего вы начали, Кристалина.
Итак, вот два вопроса.
Кто будет предоставлять финансирование развивающимся странам, если мы прекратим деятельность международных финансовых учреждений и агентств по кредитованию экспорта в Китае? Не уверена, что кто-то предлагал прекратить их деятельность, но более общий вопрос заключается в том, откуда будут поступать все эти деньги. И если все станут открытыми и честными, раскроют информацию обо всех затратах, не приведет ли это к трениям – но, может быть, это будет во благо?
И я бы хотела задать еще один вопрос, который, как мне кажется, связан с предыдущим: какую роль играют такие программы, как, например, глобальный механизм финансирования на льготных условиях, – я попробую перефразировать свой вопрос, – итак, какое влияние они оказывают на страны с большими объемами задолженности и на страны со средним уровнем дохода. Если взглянуть на это шире – как эти программы сочетаются с поддержанием приемлемого уровня задолженности? И каким образом можно решить проблему задолженности, не закрывая или не ограничивая подобные программы?
Г-Н МАЛППАСС: Можно, я попробую сначала ответить на первый вопрос: кто должен предоставлять финансирование? По имеющимся эмпирическим данным, прозрачные страны на самом деле могут получить финансирование по более низкой процентной ставке. Я думаю, нам следует принять на вооружение вот какую модель: в мире есть большой объем сбережений, которые можно предоставить заемщикам, желающим поддерживать свою прозрачность и располагающим прозрачными инвестиционными проектами, куда можно направить эти средства. Поэтому, мне кажется, этот вопрос не очень важен – то есть, я согласен, что его следует рассмотреть, но речь вовсе не идет о том, чтобы прекратить финансирование. Речь о предоставлении и привлечении гораздо большего объема финансовых средств.
Г-ЖА ГЕОРГИЕВА: Позвольте мне добавить несколько слов. Я согласна с Дэвидом, обеспечение прозрачности задолженности – это способ привлечь больший объем финансирования в страны с низким уровнем дохода. Но я бы хотела ответить на ваш второй вопрос, о глобальном механизме финансирования на льготных условиях и об аналогичных механизмах.
Я бы хотела пояснить, что такое механизм финансирования на льготных условиях, для тех, кто незнаком с этим термином. Это механизм снижения процентных ставок по займам, предоставляемым странам со средним уровнем дохода, находящимся под влиянием внешних факторов, говоря конкретнее – притока сирийских беженцев в Иорданию или Ливан или венесуэльцев в Колумбию. Таким образом, механизм использует финансовые средства доноров не для того, чтобы вливать их в страну в качестве донорской поддержки, а для того, чтобы снизить стоимость кредитов, создавая условия для осуществления широкомасштабных инвестиций, в том числе в потенциально более доходные сферы. Мне кажется, это эффективная модель, позволяющая использовать средства с большей пользой – для наращивания институционального потенциала, для подготовки проектов и наблюдения за их осуществлением. На самом деле, мы в Фонде осуществляем финансирование на льготных условиях в гораздо меньших масштабах, чем Банк. Объем наших механизмов кредитования с нулевой процентной ставкой – всего лишь около 1 млрд долл. США в год. Мы намерены изучить эти инструменты подробнее. Существует ли более эффективный способ помочь странам, остро нуждающимся в увеличении финансирования? И, на самом деле, мы считаем, что модель механизма финансирования на льготных условиях могла бы здесь помочь. Используйте с умом имеющиеся у вас средства, и тогда вы сможете добиться гораздо бóльших успехов в стимулировании экономического роста и создании рабочих мест в нуждающихся странах.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Это были чрезвычайно полезные и информативные ответы. У нас осталось пять минут и восемь вопросов. Сомневаюсь, что мы успеем ответить на все вопросы, но я вновь попробую их сгруппировать. Итак, у нас есть ряд вопросов, посвященных оказанию технической помощи, вашей совместной работе по оказанию технической помощи, в частности, по наращиванию потенциала обслуживания задолженности. Не пора ли перейти от технической помощи по запросу к обязательной технической помощи? Я не уверена, что это возможно – если продолжить вашу метафору о лошадях, которых надо напоить водой, – но я думаю, есть еще один вопрос, в котором, скажем так, используется слово «обязательный». Каким образом мы можем сделать обязательным раскрытие информации о договорах? Каким образом Всемирный банк и МВФ усиливают подотчетность стран с более низким уровнем дохода за каждый вложенный цент?
И можно мне поднять еще один вопрос, который мы не затрагивали впрямую, но который так или иначе касается всего, о чем вы говорили. Избиратели – это жители страны, верно? Поэтому представление о том, что раскрытие информации о задолженности, прозрачность задолженности, прозрачность инвестиций, – это нечто, касающееся только Всемирного банка и МВФ, чисто технический вопрос, – это представление является ошибочным. Государственный долг – это долг государства. И у людей должна быть возможность требовать отчета у своих правительств. Но надо ли делать обязательным раскрытие информации и предоставление технической помощи?
Г-ЖА ГЕОРГИЕВА: Мне ответить? Хорошо. Видите ли, я активно выступаю за внедрение стандартов раскрытия информации, за то, чтобы эти стандарты были разработаны надлежащим образом, а еще за последующий переход от добровольного к обязательному раскрытию информации. Мне кажется, это верный путь. Но это не значит, что такой путь будет легким. У меня возникнут трудности. Я пытаюсь заставить лошадь напиться. Но в самом деле, если подумать серьезно, речь идет не о выборе, который делают страны. Они все еще имеют возможность бездумно набирать кредиты. Речь идет об их долге перед своими гражданами и перед мировым сообществом, в котором все мы живем и работаем, для меня это совершенно очевидно. Что мы можем сделать в меру наших скромных возможностей? Мы должны быть требовательнее к себе в рамках своей деятельности, мы должны понимать, как мы можем и не можем поступать в тех случаях, когда нам не предоставляют информацию. И этот образ действий обязателен для нас, если использовать слово «обязательный».
Но я скажу более оптимистично, что мы наблюдаем большую заинтересованность в наращивании технического потенциала управления задолженностью, большую заинтересованность в наращивании потенциала в области управления налогово-бюджетной системой, иначе говоря, заинтересованность в проведении внутренних реформ в целях мобилизации ресурсов. Так что, откровенно говоря, лошадь-то хочет пить.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Еще как хочет.
Прошу вас.
Г-Н МАЛПАСС: А для юристов я добавлю вот что: предоставляя кредиты, Банк применяет оговорку об отказе от залога активов, а это значит, что другие кредиторы не вправе требовать залога или гарантийного обеспечения. Так что, с учетом применения этой оговорки, существует политика заимствования на нельготных условиях, которую мы пока что продвигаем недостаточно активно. Что касается положения о нераскрытии информации, то МВФ, действуя на основании статьи 4 и других разделов его правил, имеет возможность настаивать на своем и требовать раскрытия информации. Я думаю, что мы, являясь частью сообщества, можем принять этот метод на вооружение и способствовать его применению.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: А знаете, вы ответили на два вопроса, которые я даже не успела задать. Это касается ваших действий в отношении обеспеченной задолженности и оговорки об отказе от залога активов. А еще один вопрос возвращает нас к ХИПК, МДРИ и к нашим действиям… какие еще инструменты у нас есть для…
Г-Н МАЛПАСС: Что касается этого вопроса, то мы продолжаем осуществление ХИПК – Инициативы в отношении бедных стран с крупной задолженностью. Она была выдвинута в конце 1990-х годов.
Г-ЖА ГЕОРГИЕВА: Да, и к ней должна присоединиться Сомали…
Г-Н МАЛПАСС: Быть может, у истоков этой инициативы стояла Кристалина, а также другие присутствующие в этом зале. Мы работаем над окончательным присоединением Сомали к этой инициативе, мы планируем привлечь и другие страны.
Так что есть несколько инициатив, которые, я считаю, были концептуально хороши. Сейчас они устарели, но оказали свое влияние. И мы можем также опираться на них в рамках нынешнего процесса, в том числе и на МДРИ.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Ну что ж, без ответа у нас остался лишь один вопрос из этой большой стопки – нет, на самом деле, таких вопросов много, но я думаю, в конце стоит напомнить о том, что, конечно, не только бедные страны несут на себе бремя задолженности. В этом и заключается проблема – вы ведь упоминали проблему неравенства, верно? Объем задолженности у некоторых стран в несколько раз превышает размеры их экономики, но эти страны не испытывают никаких затруднений. Их выручают более низкие процентные ставки, а структура сроков погашения их задолженности выглядит таким образом, что мы не беспокоимся о них так, как могли бы. Но есть страны, которые не могут себе всё это позволить. Существует целый ряд слабых мест, и мы, к сожалению, не можем просто махнуть на них рукой, расслабиться лет на десять и не волноваться из-за них.
Г-Н МАЛПАСС: Меня волнует этот вопрос. Неравенство приводит к тому, что новые игроки на рынки не могут получить средства для того, чтобы открыть собственное дело, банки не доверяют женщинам и не кредитуют их.
А если говорить в целом о политике в этой области, то в мире действуют три основных центральных банка – Японии, США и Европы, и еще Банк Англии, которые приобретают долгосрочные долговые обязательства за счет краткосрочных заимствований. Они берут кредит «овернайт» и вкладывают средства в долгосрочные активы. Это конкретный пример неравенства – и серьезная проблема. Это буквально означает, что крупные, устойчивые предприятия получают больше капитала, получают более дешевый капитал, а это совсем не похоже на модель экономического роста.
И мы видим, что показатели экономического роста в Европе остаются очень низкими десятилетие за десятилетием, год за годом, и это продолжается уже больше десяти лет, и этого недостаточно для того, чтобы реально «подтянуть» развивающиеся страны.
Г-ЖА ГЕЛПЕРН: Кстати, о недостаточности: у нас уже недостаточно времени. Может быть, нам удастся когда-нибудь встретиться с вами на целый день, у нас осталось еще много неотвеченных вопросов, хотя вы и затронули в своих ответах много вопросов, которые даже не были вам заданы.
Большое спасибо. Большое спасибо Президенту и Директору-распорядителю, а также всем остальным участникам.
Жертвы большой игры: как зарубежные инвесторы попадают в жернова элитных конфликтов
Три незакрытых кейса последнего времени позволяют выделить в этой игре одну специфичную ситуацию - положение предпринимателя, который сделал инвестиции в другой стране, интегрировался в чужую для него бизнес-среду, где стал признан почти как свой, чуть ли не как часть местной бизнес-элиты - и здесь что-то пошло не так.
Алексей ФИРСОВ
Хорошо известен сюжет, в котором герой, обладающий серьёзным статусом, успехом, деньгами, становится разменной фигурой «большой игры», пассивным участником сложных политических комбинаций. На этом сюжете построено большое количество фильмов и книг, от «Профессионала» Жоржа Лотнера до «Карточного домика» или последней работы Романа Полански «Офицер и шпион». Однако искусство не успевает здесь за реальной жизнью, подбрасывающей все новые истории. С течением времени меняются только способы размена, но не сам принцип: жертвенная фигура должна быть знаковой и ресурсной, чтобы соответствовать серьезным ставкам. Когда-то на эту роль шли аристократы, политики, штабные офицеры. В наше время этот ряд все уверенней продолжают представители бизнеса. Достаточно типичен и класс сценаристов - спецслужбы, политические структуры, крупные корпорации.
Три незакрытых кейса последнего времени позволяют выделить в этой игре одну специфичную ситуацию - положение предпринимателя, который сделал инвестиции в другой стране, интегрировался в чужую для него бизнес-среду, где стал известен и признан почти как свой, чуть ли не как часть местной бизнес-элиты - и здесь что-то пошло не так. Среда оказалась сложней, многослойней, чем он думал, сработали силы, о которых он не подозревал или не брал в расчёт. Внезапно он обнаруживает, что стал объектом местных многоходовок, пассивной фигурой размена или знаковой жертвой - сигналом для игроков на другом конце стола. В итоге - либо заключение, либо сногсшибательный побег в футляре от музыкального инструмента, либо поиск убежища на территории посольства своей страны, но в любом случае - радикальный слом успешного жизненного сценария.
Сразу надо отметить, что в данном анализе нет задачи указать на невинность каждого из предпринимателей, попавших под прессинг другого законодательства. Их персональные истории слишком индивидуальны, уголовные дела не закрыты и само понятие вины сильно зависит от локальных особенностей. Но мы как социологи бизнеса фиксируем здесь, что каждый такой арест, как правило, переводит историю в матрицу «большой игры», внутри которой предприниматель оказывается в роли заложника. Вопрос о сути обвинений практически в каждом случае соскальзывает в область: кому и зачем это понадобилось именно сейчас?
Ситуации Майкла Калви в России, Марии Лазаревой в Кувейте, Карлоса Гона в Японии при всех принципиальных различиях содержат ряд общих черт. И если разложить их истории на отдельные эпизоды, то окажется, что при некоторой творческой фантазии эти элементы несложно менять местами. Например, в некой альтернативной версии событий можно вообразить, что Калви скрывается на территории американского посольства в Москве, Гон делит камеру с каким-то якудзы, а не вывезен в Ливан, Лазареву доставили таинственным бортом в Россию. Или смешать карты еще каким-то образом. При желании можно легко расширить колоду ситуаций за счёт украинских олигархов (сюда, к примеру, довольно органично попадает Дмитрий Фирташ), финансового директора Huawei Мэн Ваньчжоу, арестованной в Канаде, и еще длинного ряда имён.
В каждом сюжете присутствуют две линии интерпретаций: официальная, которая, как это часто бывает, ставится под сомнение в публичном пространстве, и экспертная, распространённая среди рефлексирующих наблюдателей. Например, история Гона с ее ярким авантюрным поворотом. Официальная версия: судебное преследование за попытки сокрытия налогов. Ей оппонирует довольно популярная гипотеза: бывший СЕО автомобильного концерна активно лоббировал дальнейшую интеграцию Renault и Nissan, однако этот сценарий перестал устраивать японскую сторону из-за разницы в динамике продаж двух брендов.
Лазарева (также официальное обвинение - отмывание денег и мошенничество) , как утверждает ряд международных источников, стала жертвой конкурентной борьбы двух корпораций за контракты с Пентагоном - компании KGL, которая является инвесторам в бизнесе Марии Лазаревой, и компании Agility, которая одно время была отодвинута от сотрудничества с правительством США, но теперь стала агрессивно возвращаться на рынок военных контрактов. О подоплеке дела Калви версий настолько много, что их перечисление требует отдельного материала.
Каждая из этих историй показывает, что в случае конфликта базовые позиции обвиняемых оказываются очень неустойчивыми - не из-за юридической слабости аргументов, но отсутствия опоры на привычные институты. Их противники используют всю гибкость и сложность местного законодательства, накопленный лоббистский ресурс, возможности прямого и косвенного воздействия на судебный процесс, культурные факторы, например, фактор местного патриотизма. Обвиняемые же просто вязнут в особенностях мало знакомой им среды.
Сама по себе разность культурных кодов крайне затрудняет равноправную коммуникацию. Внутри любой национальной традиции есть широкий пласт накопленных и слабо формализованных особенностей, которые считаются «очевидными» для местной среды. Но для человека с другим культурным опытом очевидность отсутствует, он растерян перед массой новых обстоятельств. Например, в ближневосточных юрисдикциях сильное влияние оказывает гендерный фактор. Высокий уровень незащищенности приводит к возрастанию прессинга; так, Владимир Сидоров, представитель Марии Лазаревой в нашей беседе рассказал, что ей «не дали даже прочитать 18 тысяч страниц дела на арабском языке и сразу же осудили на 10 лет заключения».
В ситуации подобного конфликта опорных точек для предпринимателя немного. Конечно, в первую очередь он обращается к своему государству. Здесь дело может пойти непросто, даже если у тебя есть аргумент в виде американского или российского гражданства. И давняя история с Браудером, и недавняя с Калви показали, что страны с умеренным или ярко выраженным антиамериканизмом будут воспринимать любое внешнее воздействие как акт давления, на который надо ответить жестко, а нервную реакцию за рубежом оценят как удачное попадание в болевую точку. У небольших государств Ближнего Востока может сработать другой рефлекс - желание продемонстрировать свою субъектность и автономию в ответ на претензии со стороны больших государств.
Вообще, демонстрация международной солидарности позволяет смягчить самые острые моменты судьбы, но не решить проблему. За Лазареву выступил потрясающий интернационал лоббистов. «Бывший директор ФБР Луис Фри, жена экс-премьера Британии Чери Блэр, министр иностранных дел России Сергей Лавров, американская актриса Эмбер Херд, сын Джорджа Буша-старшего Нейл Буш и дочь Бориса Ельцина Татьяна Юмашева - все в один голос критикуют Кувейт за уголовное преследование, казалось бы, малоизвестной бизнесвумен Марии (Марши) Лазаревой», - удивляется ВВС. Удалось на короткое время вытащить героиню истории из тюрьмы, что позволило ей найти убежище на территории российского посольства. Волна возмущения вокруг дела Калви привела к переводу бизнесмена из тюрьмы под домашний арест. Однако каждое из дел далеко до своего закрытия.
Возможны ли инструменты, которые помогают бизнесу выходить из таких коллизий? Если говорить о местном уровне, то это вопрос сложившихся на территории конкретных стран институтов, возможности гражданской среды оппонировать своему же государству. Какие бы институциональные претензии ни предъявляли России, опыт Калви показал, что здесь возможна системная внутренняя поддержка: американского бизнесмена поддержали и коллективные органы РСПП, предложившие свой арбитраж, и даже целый ряд чиновников и руководителей государственных компаний. Практически все независимые эксперты также были склонны признать дело либо заказным, либо вышедшим за рациональные границы правоприменения. Такой уровень поддержки вряд ли возможен на Ближнем Востоке и даже в Японии, с ее особыми корпоративистскими традициями.
Ряд экспертов говорит о том, что было бы полезно подумать над созданием межстрановых механизмов, позволяющих выносить подобные процессы в нейтральные юрисдикции или использовать другие возможности, которые создавали бы для стороны обвинения более привычную правовую среду. На постсоветском пространстве здесь интересен опыт Казахстана: так, было объявлено, что на территории создаваемого «международного финансового центра» станут действовать нормы британского права. Иными словами, новым инвесторам не нужно будет адаптироваться к местному законодательству, правовая среда будет становиться для них «бесшовной».
Для повсеместного применения эти идеи кажутся почти фантастическими, ведь они требуют ограничений для суверенитета государств, фактического признания, что есть некие эксклюзивные ситуации, которые не могут решаться в рамках национальной правовой системы. Однако по мере роста глобальных процессов, формирования наднациональной экономической и культурной среды проблема работы на чужих рынках будет становиться все более чувствительной для бизнеса. Возможно, нынешние негативные кейсы будут, по мере их накопления, вести к трансформации правовых подходов.
Комментарии экспертов
Владимир Сидоров, Комитет спасения Марии Лазаревой:
- Мы анализировали случаи неправосудного преследования, отмеченные в статье. Даже богатые, известные и знаменитые бизнесмены (например Карлос Гон), попадающие в корпоративный конфликт в стране, где они не являются гражданами - очень уязвимы и, фактически, часто беззащитны перед правосудием. Тем более беззащитны бизнесмены, чье судебное преследование являются частью давления со стороны конкурентов в ситуации корпоративного конфликта.
Когда одна из сторон "нанимает" государственную машину, чтобы таким способом недружелюбно избавиться от конкурента и занять долю рынка, отстоять которую в открытой конкурентной борьбе или в арбитражных процессах часто невозможно. Лингвистическая уязвимость здесь играет очень важную роль.
Не-гражданину и не-носителю языка порой очень сложно разобраться в тысячестраничных материалах, подготовленных на языке страны, где отправляется правосудие. А случай Марии Лазаревой, преследуемой в Кувейте - вообще классика жанра.
Женщина, успешный предприниматель, построившая карьеру и заработавшая много денег своим инвесторам в богатейшей стране Персидского залива с известным отношением к иностранцам - все слагаемые "успеха" в судах, выносящих приговор "виновна". И общественное мнение, и элиты, и конкретные составы судейских коллегий - все эти факторы, при формально независимом правосудии в таких разных странах как Кувейт, Япония, США - работают против иностранцев.
Вопрос комфортной резиденции по подобным делам не проработан в международной юриспруденции совсем. Понятно, что со свободы, хотя и ограниченной (Лазарева, Гон, Фирташ) - легче организовывать свою защиту. Возможно, такая повторяемость конкретных знаковых судебных ошибок и вызовет необходимость вне-страновой юрисдикции (например на площадке ООН в стране, где преследуемый сможет организовать эффективную защиту).
Могу лишь добавить, что во всех этих случаях играет роль политико-дипломатический фактор как инструмент внесудебного поиска справедливости, что делает роль государства, гражданство которой имеет преследуемый в третьей стране предприниматель - основным игроком в противостоянии мотивированного одним из конкурентов правосудия.
И.Н. Глебов, доктор юридических наук, профессор:
- ЮРИДИЧЕСКИ решение по неправосудному преследованию и незаконным задержаниям видится в следующем:
1) Процедура минимальных стандартов защиты иностранца - в любой точке мира и определения понятия "неправосудного преследования", когда речь идет о формально законном преследовании, но, по сути, является следствием злонамеренного "заказа", коррупционного сговора, ксенофобской неприязни к успешности иностранца.
2) Взаимная выдача (реадмиссия), взаимное помилование (ревенация), взаимная консульская защита, дипломатическое убежище ...
3) Смешанная процедура юрисдикции по соответствующим категориям дел, например, когда по заявлению одной из сторон межгосударственного договора создается судебный орган, в котором представлены судьи и адвокаты обеих сторон.
4) Разработка конвенция ООН о запрещении неправосудного преследования иностранцев (сотни случаев в 3-м комитете ООН, вопрос о независимости судей и их защите - 6-й комитет ООН)
5) Необходимо дополнить договоры о правовой помощи аспектами разграничения и сотрудничества юрисдикций в случаях неправосудного преследования.
6) Создать специализированную международную организацию, смысл которой - "красная кнопка иностранца", которой он может воспользоваться в любой точке планеты в случае мотивированного установления факта неправосудного преследования (либо как гарантии инвестиций, доброго имения статуса и др.)
Цели, смыслы и функции такой организации предстоит тщательно продумать.
Израиль присоединился к Турции в битве за Идлиб
Израильская авиация поддержала операцию турецкой армии в сирийской провинции Идлиб.
В тот момент, когда ночью границу Сирии перешла большая турецкая бронетанковая колонна, двинувшаяся навстречу наступающим войскам Башара Асада, Израиль атаковал Сирию. Сирийское информационное агентство «САНА» утверждает, что Тель-Авив согласовал с Анкарой свои действия.
Сирийская ПВО отразила две мощные волны воздушной агрессии, первая волна была направлена на Дамаск и его окрестности, вторая на военные позиции в Дараа, Кунейтре и в провинции Дамаск. Израильские самолеты наносили ракетные удары, находясь в воздушном пространстве Ливана и оккупированных Голанских высот. Сирийская ПВО сумела перехватить десятки ракет.
«САНА» передает, что под прикрытием израильской агрессии турецкие силы вторглись на сирийскую территорию и развернули свою военную технику на линии между поселками Бинниш, Мааарет-Мисрин и Тафназ.
Турецкая армия обрушила огонь на сирийцев, чтобы помешать им овладеть ключевым городом Саракеб. Обстановка в Идлибе и Алеппо настолько обострилась, что на линию фронта прибыл лидер сирийской «Аль-Кайды» (группировка запрещена в РФ) аль-Джулани, который был сразу тяжело ранен и отправлен на лечение в турецкий госпиталь.
Николай Иванов
Россия подтвердила поддержку суверенитета и единства Ливана
Заместитель министра иностранных дел России Михаил Богданов в ходе встречи с послом Ливана Шауки Бу Нассаром подтвердил позицию Москвы в поддержку суверенитета и единства республики, сообщает МИД РФ.
"В ходе беседы состоялся заинтересованный обмен мнениями о развитии ситуации в Ливане и регионе Ближнего Востока в целом. С российской стороны была подтверждена принципиальная позиция в поддержку суверенитета, единства и территориальной целостности дружественной Ливанской Республики", - отмечается в сообщении.
Последние дни в Ливане наблюдается спад массовых демонстраций и выступлений граждан на улицах. Активисты также не предпринимают попыток блокировать дороги, как это происходило на протяжении последних четырех месяцев. Последний раз столкновения между демонстрантами и полицией произошли 27 января на фоне принятия парламентом госбюджета на 2020 финансовый год.
Президент Ливана Мишель Аун 22 января утвердил состав нового правительства из 20 министров - технократов во главе с премьером Хассаном Диябом. Впервые ливанская правительственная команда была сформирована из не политиков и представителей партий. В состав кабинета вошли шесть министров-женщин, а Зейна Акр стала первой в арабском мире женщиной-министром обороны.
Новое правительство появилось на фоне сильного экономического и финансового кризиса, который вызвал массовые антиправительственные демонстрации, продолжающиеся с 17 октября. Спустя две недели на фоне кризиса в отставку подало правительство Саада Харири. Народные движения, и часть крупных политических партий не поддержали новый министерский состав во главе с Диябом, заявив, что он является политизированным, как прежний, и неспособен вывести страну из кризиса.
Глава внешнеполитического ведомства ЕС сожалеет о невыполнении обязательств ЕС по СВПД
Заявив, что необходимо приложить усилия для реализации СВПД, глава внешнеполитического ведомства ЕС Джозеп Боррелл сказал: «Я сожалею, что европейские стороны не выполнили свои обязательства по СВПД».
Глава внешнеполитического ведомства ЕС Джозеп Боррелл встретился и провел переговоры с президентом Ирана Хасаном Роухани в понедельник вечером в Тегеране, сообщает Mehr News.
В ходе встречи, президент Ирана заявил, что Иран полностью привержен своим обязательствам по Совместному всеобъемлющему плану действий (СВПД), подверг критике неспособность другой стороны выполнить свои обязательства и добавил: «Исламская Республика Иран все еще готова взаимодействовать и сотрудничать с Европейским союзом для решения вопросов».
Он также сказал, что развитие отношений и сотрудничества с европейскими странами, как давними партнерами, всегда важно для Ирана, выразив надежду на дальнейшее углубление отношений благодаря усилиям нового главы внешнеполитического ведомства ЕС.
Ссылаясь на процесс усилий, который в конечном итоге привел к СВПД в течение 12 лет, президент сказал: «К сожалению, односторонний выход Соединенных Штатов из соглашения создал много препятствий и трудностей для других сторон в полной мере выполнить его».
Роухани заявил, что шаг Ирана по сокращению своих обязательств был в рамках соглашения и он поддержал это.
Осуждая политику США в отношении стран региона, он сказал: «Они (США) уже совершили много стратегических ошибок в отношении стран региона, включая Иран, Ирак, Ливан, Йемен, Сирию и Афганистан, и их недавний шаг, который был сделан в сотрудничестве с сионистским режимом под заглавием «Сделка века» сделан в соответствии с этими ошибками и обречен на провал».
Роухани сказал, что сегодня регион находится в плохом состоянии, и терроризм еще не полностью искоренен в странах региона, заявив: «Америка убила генерала Сулеймани, который был лидером в борьбе с терроризмом в регионе, и это было огромная помощь террористам в регионе».
Президент Ирана высоко оценил совместные усилия Ирана и Европейского Союза по решению многих региональных и международных вопросов, заявив: «Исламская Республика Иран остается приверженной мониторингу МАГАТЭ, процесс которого продолжается до настоящего времени, и он будет продолжаться, если мы не будем сталкиваться с новыми условиями».
Глава внешнеполитического ведомства ЕС Джозеп Боррелл, со своей стороны, сослался на влиятельную роль Ирана в региональных делах и развитии мира, стабильности и безопасности в регионе, сказав: «Развитие сотрудничества с Ираном всегда было важно для ЕС».
«Я сожалею, что европейские стороны не выполнили свои обязательства по СВПД», - сказал он, добавив, что необходимо приложить усилия для реализации этого соглашения.
Заявив, что сегодня европейские страны стремятся сохранить СВПД и решить вопросы, чтобы сохранить это соглашение, Боррелл сказал: «Как Верховный представитель ЕС, я сделаю все от меня зависящее, чтобы создать надежное взаимодействие для спасения СВПД».
Разогнать птиц: свалки у аэропортов расчистят штрафами
Штрафы за свалки вблизи аэропортов могут вырасти до 1,5 млн руб
Дмитрий Окунев
За организацию свалок около российских аэропортов смогут штрафовать на сумму до 1,5 млн руб. Это предлагает Минюст. После инцидента с самолетом «Уральских авиалиний», севшим в кукурузном поле в Подмосковье из-за отказа двигателей, по стране прокатилась волна проверок территорий у аэропортов. Считается, что свалки привлекают птиц, и это угрожает безопасности полетов.
Минюст предлагает ввести штраф до 1,5 млн рублей для юридических лиц за размещение свалок рядом с аэропортами. Документ, подготовленный ведомством, опубликован на портале общественной экспертизы нормативных актов.
Согласно ему, размещение полигонов твердых бытовых отходов, свалок, животноводческих ферм и других объектов, способствующих массовому привлечению птиц, на территории вблизи аэродромов грозит административным штрафом гражданам в размере от 10 до 20 тыс. рублей, должностным лицам — от 70 до 120 тыс. рублей, индивидуальным предпринимателям — от 150 до 300 тыс. рублей, юридическим лицам — от 500 тысяч до 1,5 млн рублей.
Как разъяснил «Газете.Ru» адвокат НЮС «АМулекс» Дмитрий Томко, в действующем КоАП есть аналогичные санкции, которые предусмотрены статьей 8.2. Однако нынешняя редакция предполагает увеличение штрафов примерно в полтора раза. Однако эксперт сомневается, что ужесточение поможет.
Нужно заниматься профилактикой и своевременно принимать меры к нарушителям. Это вопросы административной юрисдикции надзорных органов и качества их работы, добавляет Томко.
Поэтому, какую сумму штрафов ни вводи, это не поможет при нынешнем уровне бюрократии, подчеркнул эксперт в разговоре с «Газетой.Ru».
Впрочем, исполнительный директор юридического бюро «Падва и Эпштейн» Антон Бабенко заметил, что «введение специальной ответственности оправдано, поскольку нарушение влечет общественно опасные последствия».
«Дело не в перелетных гусях»
Активно обсуждать проблемы свалок вблизи аэропортов начали после инцидента с рейсом U6 178 «Уральских авиалиний». 15 августа 2019 года самолет вылетел из подмосковного аэропорта Жуковский в Симферополь, но вынужденно совершил аварийную посадку в кукурузном поле.
По одной из версий, ЧП случилось из-за столкновения самолета со стаей чаек, обитавших на соседней свалке, и последовавшего отказа обоих двигателей.
В ходе расследования выяснилось, что еще до инцидента руководство Жуковского неоднократно жаловалось на привлекающие птиц полигоны для отходов в непосредственной близости от взлетно-посадочных полос.
Одновременно в Росприроднадзоре подтвердили наличие несанкционированной свалки примерно в 2 км от «Жуковского». Еще в 2017 году по данному делу был выписан административный штраф на сумму 500 тыс. руб. Однако ответственная за организацию мусорного полигона компания его не оплатила. Не были устранены и выявленные ведомством нарушения. Но ряд экспертов отрицал прямую связь между мусорными кучами, птицами и ЧП с воздушным бортом «УА».
Об этом же говорил и глава Минприроды Дмитрий Кобылкин.
«Отмечу, что хорошо знаком с аэропортовой инфраструктурой. И хочу сказать: дело не в чайках, дело не в воронах, дело не в перелетных гусях. Это вопрос охраны аэропорта, есть четкие нормативы и требования — не допустить полета ни одной птицы на территории воздушной гавани. Используются различные способы — соколы, звуковые отпугиватели и так далее. Если в аэропорту есть проблемы с птицами, значит, как я считаю, надо ставить три уровня защиты», — сказал министр в сентябре 2019 года в интервью «Газете.Ru».
После истории с Жуковским прошли проверки территории около других аэропортов, в частности, в Домодедово и на территории аэропорта Симферополя. Власти Дагестана взяли на себя обязательство ликвидировать до конца 2019 года свалку в районе махачкалинского аэропорта.
По словам министра природных ресурсов и экологии республики Набиюлы Карачаева, пилоты периодически жаловались на невозможность приземления из-за большого количества птиц. Проблемная свалка в Каспийске существовала более 20 лет.
Сообщалось об экстренной ликвидации свалок вблизи аэропортов Уфы, Оренбурга и других городов. Повышенный риск столкновений отмечался в аэропорту Новосибирска, где постоянно находились около 200 птиц.
В Казани же заявили, что мусорный полигон около аэропорта не угрожает безопасности полетов, поскольку на него не вывозят пищевые отходы.
А вокруг свалки у аэропорта Чебоксар в конце прошлого года разгорелся скандал. Как установили активисты, мусорный полигон не уничтожили, а лишь присыпали землей.
Свалки за рубежом
С проблемой с мешающими работе аэропорта птицами сталкиваются и в других странах.
Так, в январе 2017 года самолет компании Middle East Airlines столкнулся со стаей птиц при посадке в аэропорту Бейрута. Министр транспорта Ливана Юсеф Фенианос был вынужден признать перманентное наличие опасности. Он отметил, что птицы кормятся на соседней свалке.
Ликвидировать угрозу власти собирались увеличением количества устройств, отпугивающих их.
Однако такой план высмеяли экологические активисты, добивавшиеся закрытия свалки.
В июле прошлого года сообщалось об угрозе полетам в аэропорту Жуляны под Киевом со стороны птиц с близлежащей свалки. Мусорный полигон располагался всего в семи километрах от аэропорта, в то время как по закону размещение свалок запрещается на Украине ближе чем в 15 км.
Эколог Владимир Борейко рассказывал vesti.ua, что особенно опасной ситуация становится летом. Тогда как раз у птиц наступает период размножения.
Самый свежий пример произошел в Одессе. 17 января 2020 года в аэропорту города из-за попадания птицы в двигатель самолета рейс в Вену был задержан на 10 часов.
"Сделка века" поможет Трампу и Нетаньяху, а главное — России
Ирина Алкснис
Согласно официальным заявлениям, целью краткого рабочего визита премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху в Москву было обсуждение с российским президентом так называемой сделки века. Однако детали беседы двух лидеров на публику не вынесли, а в Кремле подчеркнули, что анализ плана США по палестино-израильскому урегулированию еще продолжается.
Правда, большинство экспертов и наблюдателей уверены, что на самом деле главным интересом израильского лидера в поездке было лично вернуть на родину Нааму Иссахар, поскольку это гарантированно принесет ему серьезные внутриполитические бонусы, что особенно актуально в свете назначенных на 2 марта выборов.
Можно только порадоваться благополучному разрешению российско-израильских трений из-за дела Иссахар, которое несколько месяцев омрачало отношения двух стран. Тем не менее сама ситуация, когда данная тема выглядит более приоритетной по сравнению с американской инициативой окончательного урегулирования израильско-палестинского вопроса, многое говорит о сути происходящего, а также о будущем этой самой "сделки века".
Стоит напомнить, что во вторник на сайте Белого дома был опубликован соответствующий 180-страничный документ, содержащий политическую и экономическую части. Тогда же Дональдом Трампом была проведена презентация подготовленных предложений.
Последовавшая реакция на штатовскую инициативу — за редкими исключениями — оказалась крайне скептической. Причем не надо быть специалистом по Ближнему Востоку и разбираться в тонкостях палестинского вопроса, чтобы понять заведомую провальность идей американского президента.
Достаточно упомянуть, что Дональд Трамп анонсировал "сделку века" в Вашингтоне в присутствии Биньямина Нетаньяху, а представители Палестины на церемонии отсутствовали.
Кроме того, президент США отметился твитом (в том числе на иврите), в котором выразил горячую поддержку Израилю.
Что же касается самих выдвинутых предложений, то, согласно им, создаваемое палестинское государство должно полностью отказаться от претензий на Иерусалим, а также быть демилитаризованным, не иметь возможности контролировать свои границы, территориальные воды и воздушное пространство. Кроме того, американцы проигнорировали критически значимый для палестинцев вопрос беженцев.
То есть даже при поверхностном знакомстве с документом становится ясно, что он совершенно неприемлем для палестинской стороны. А количество и масштабы нетерпимых и унизительных для нее пунктов таковы, что не возникает сомнения: авторы сделали это намеренно.
Ожидания подтвердились. Президент Палестины Махмуд Аббас категорически отверг предложения, назвав их заговором, который не пройдет, и намерен внести соответствующую резолюцию в Совбез ООН. Турция назвала документ "мертворожденным", а Иран — "кошмаром для мира и региона".
Комментарии России, кстати, отличаются сдержанностью. Ее представители пока аккуратно отмечают несуразности, содержащиеся в плане: в частности, постпред при ООН Василий Небензя указал, что на опубликованных американцами картах Голанские высоты отнесены к территории Израиля, в то время как ООН не признает его суверенитет над Голанами.
Подобная реакция Москвы вполне логична, поскольку именно Россия является главным — можно даже сказать, стратегическим — бенефициаром происходящего.
Поскольку нереализуемость "сделки века" очевидна абсолютно всем странам и силам, следящим за ситуацией, в том числе тем, кому идеи Вашингтона теоретически очень нравятся (тому же Израилю), закономерно возникает вопрос, ради чего Трамп в принципе все это затеял.
Наиболее популярной является версия, что тем самым американский президент решает оперативные задачи, стоящие перед ним. По мнению журнала Foreign Policy, хозяин Белого дома превратил предложенный план в "элемент собственной избирательной кампании, а также избирательной кампании израильского премьер-министра". А The New York Times напомнила про дополнительные проблемы обоих лидеров: процедуру импичмента у Трампа и выдвинутые обвинения во взяточничестве и мошенничестве у Нетаньяху.
Таким образом, Белый дом для решения сиюминутных задач расплачивается стратегическим ресурсом — державным весом Соединенных Штатов и их статусом самой влиятельной силы в ближневосточном регионе. Американцы выдвинули заведомо нереализуемые (и в этом смысле просто глупые) предложения, которые, само собой, громко провалятся, — и это еще одно поражение Вашингтона на стратегически важном направлении. К тому же в нынешней ситуации Белый дом открыто отказался от роли независимого посредника и арбитра над схваткой, пусть даже многие десятилетия по преимуществу это была декорация, ведь в целом произраильская позиция США никогда не была секретом. Но формальные приличия все-таки соблюдались, что тоже было определенным ресурсом для работы в регионе.
В итоге вся эта история вокруг "сделки века" будет расценена заинтересованными сторонами как очередной этап геополитического ослабления США, их неспособности выполнять взятые на себя в предыдущий период функции.
Ну а свято место пусто не бывает. Тем более уже громко заявила о себе сила, доказавшая свою ответственность, готовность к серьезной кропотливой работе и умение договариваться даже с самыми сложными партнерами в столь специфическом регионе, как Ближний Восток.
Все происходящее только подтверждает в глазах мира, что Москва единственная способна взять на себя выполнение геополитических функций, ранее лежавших на плечах Соединенных Штатов.
Для Дональда Трампа это, конечно, означает неизбежность новых обвинений в работе на Кремль. Но вот это уже как раз не проблема России.
![Главное](/images/star.png)
ГЛОССАРИЙ
Вместе с замечательными авторами мы попробовали составить перечень наиболее важных понятий, которые употребляются для описания российской внешней политики: великодержавие, гибридная война, мессианизм, прагматизм, национальный интерес, равноправие, стратегия, стратегическая стабильность, суверенитет, справедливость. Это не классические словарные статьи, которые должны быть дистиллированными по определению, а осмысление, как те или иные понятия преломляются в прикладной деятельности.
В – Великодержавие - Андрей Цыганков
Г – Гибридная война - Василий Кашин
М – Мессианизм - Иван Сафранчук
П – Прагматизм - Мария Ходынская-Голенищева
Н – Национальный интерес - Павел Цыганков
Р – Равноправие - Николай Косолапов
С – Справедливость - Вера Агеева
С – Стратегия - Андрей Сушенцов
С – Стратегическая стабильность - Дмитрий Суслов
С – Суверенитет - Александр Филиппов
В – великодержавие
Андрей Цыганков
В теории международных отношений великодержавность связывают не только с независимостью внешней политики и безопасностью страны, но и с возможностями и влиянием, которыми обладают лишь немногие государства в мире. При этом в понятие «великая держава» вкладываются разные смыслы. Для одних речь идет о материально-силовых возможностях, для других – о статусе и престиже, для третьих – об идейно-политическом измерении и способности вести за собой силой примера. Наиболее упрощенной выглядит трактовка великодержавности представителями американского неореализма, для которого все государства одинаковы и различаются лишь силовым потенциалом.
Державное мышление отличают, по крайней мере, три принципа. Во-первых, державники выступают за раздельное рассмотрение роли внутренних и внешних факторов в развитии общества. Они убеждены в приоритетности факторов международного окружения как наименее подверженных контролю и наиболее потенциально дестабилизирующих. Внешняя политика, следовательно, не может быть лишь отражением потребностей внутреннего развития, но должна отвечать на международные вызовы. Во-вторых, державники исходят из постоянства геополитических интересов государства. У государства нет постоянных друзей и врагов, а есть лишь постоянные интересы – вслед за лордом Пальмерстоном эту максиму нередко повторяют и российские державники. Державники могут выступать сторонниками национальной идеологии, если она не сковывает государство, а помогает сформулировать и защитить его интересы. Третий принцип связан со вторым и сводится к гибкости внешнеполитических союзов. Если у государства нет миссии, но есть постоянные национальные интересы, то руководители государства должны быть готовы сотрудничать с кем угодно, но ровно настолько, насколько это необходимо для соблюдения державного интереса.
За общими компонентами и принципами (велико)державности скрываются различные исторические условия ее формирования. Каждая держава национально и исторически своеобразна, по-своему решает возникающие перед ней задачи и вкладывает в обоснование значимости избранных решений свой смысл. Для России великодержавность исторически определялась важностью сохранения внутреннего единства территориально протяженного и социально-разнородного государства. Ее смыслом является конструкция сильного, способного к управлению сложной страной государства. Без такого государства трудно представить себе собирание земель и укрепление границ в московский период, нанесение поражения сильнейшей в начале XVIII века шведской державе, участие в поддержании европейского баланса сил в XIX столетии и создание советского строя в XX веке.
Своеобразие внешних условий России включает в себя протяженность сухопутных границ, соседство с мощными государствами, пограничное положение между западной и незападной цивилизациями и другие факторы. Следует подчеркнуть и то, что в силу относительной геополической удаленности, размера и православия Россия не является органической частью Европы. Но она стремилась слиться с западным миром, при этом утверждая себя в качестве самостоятельной, культурно своеобразной державы.
Русская великодержавность подразумевает наличие (1) сферы культурно-ценностного влияния в Евразии и Европе, (2) политико-экономической самодостаточности и (3) военного потенциала, достаточного для нанесения поражения любой другой державе. Понимаемая таким образом великодержавность обеспечивает достижение стратегических целей выхода в Европу, поддержания особых доверительных отношений с Востоком и сохранения определяющего влияния на евразийском материке.
Разделяя сформулированный набор принципов мышления, русские державники представляют собой неоднородную группу, различаясь предлагаемыми стратегиями достижения целей государства. С некоторой долей упрощения можно выделить три основные группы.
К первой относятся те, кто исторически выступал за союз с Западом против общих угроз. Примерами такого сотрудничества могут быть попытки России участвовать в Первой северной войне против Швеции (1655–1660) в союзе с другими европейскими государствами. Чуть позже Россия присоединилась к Священной лиге для противостояния Оттоманской империи, подписав в этих целях в 1686 г. договор о вечном мире с Польшей, своим давним соперником. Петр I начинал свое правление с посольского путешествия, преследовавшего целью объединение европейских государств против шведской угрозы. Провозглашение России «европейской державой» и екатерининское участие в Семилетней войне укладывается в то же понимание методов державничества. Еще более важный пример – Священный союз, заключенный Александром I с другими европейскими государствами во имя предотвращения опасности, подобной той, которая еще недавно исходила от наполеоновской Франции. Во второй половине ХIХ и в ХХ столетии примерами союзов с западными странами против общей угрозы были Антанта, попытка создать антигитлеровскую коалицию в преддверии Второй мировой войны, а также открытие Второго фронта в целях нанесения поражения фашизму. В ХХI веке Россия пыталась выстроить единый союз с Западом против международного терроризма.
Ко второй группе русских державников относятся выступающие за гибкую союзническую политику, не замкнутую на странах Запада как приоритетных партнерах. В условиях, когда России не удавалось достичь целей в союзе с западными странами или добиться их поддержки, российские правители нередко уходили в относительную изоляцию для перегруппировки сил, или получения «передышки» (Владимир Ленин). В начале ХVII века после нескольких поражений в противостоянии с Польшей Россия не выходила из изоляции до 1654 г., когда она начала новое наступление присоединением Украины. В XVIII веке Россия взяла двадцатилетнюю паузу, заняв позицию нейтралитета в войне со Швецией для финансового и демографического оздоровления. После поражения в Крымской войне Россия «сосредотачивалась», проводя в жизнь политику гибких союзов, пока не смогла наконец восстановить утраченные позиции на Черном море. «Мирное сосуществование» большевиков и сталинская теория «социализма в отдельной взятой стране» тоже относились к попыткам ослабить внешнеполитическую активность для укрепления страны, вышедшей из революции и гражданской войны. Наконец к этой же группе державного мышления можно относить попытки Евгения Примакова маневрировать между Западом, Китаем и Индией после окончания холодной войны.
Для третьего типа русского державного мышления характерна наступательность, в том числе в отношениях с Западом, если последний отказывается признать важнейшие внешнеполитические интересы России. Россия неоднократно утверждала свои интересы в одностороннем порядке, невзирая на критику западных стран. В XVII веке российское государство вело многочисленные войны с Польшей и Оттоманской империей, стремясь к укреплению границ и защите балканских славян. В XVIII веке Пётр нанес сокрушительное поражение Швеции, не вступая для этого в союз с европейскими государствами. В основном успешные войны с Турцией продолжились вплоть до Крымской войны, которую Россия проиграла благодаря поддержке, оказанной Турции Англией и Францией. После внутреннего выздоровления Россия вернулась к активной политике на Балканах, нанеся туркам новое поражение в 1870-е годы. В ХХ веке большевистская доктрина «мировой революции» стала ярким примером наступательного мышления, поскольку ставила под сомнение саму систему западных государств-наций. В 1920 г. большевики даже попытались вторгнуться в Польшу для смены правительства. Во время холодной войны наступательным был курс Советского Союза, стремившегося к укреплению геополитического влияния в мире, как, например, в период Карибского кризиса в 1962 г. или в случае ввода войск в Афганистан в 1979 году. После окончания холодной войны российская наступательность проявилась в вооруженном вмешательстве в конфликт Грузии и Южной Осетии, присоединении Крыма и вступлении в войну в Сирии.
В зависимости от того, какие коалиции выстраивали державники и какого рода политику защищали внутри страны, их идейными оппонентами были представители западнического или самобытно-цивилизационного мышления. Западники опасались, что державность ослабит страну внутренне, поскольку противопоставит отсталую в материально-технологическом и политическом отношении Россию передовому Западу. Связывая российскую идентичность с Европой, западники выступают за воспроизводство на российской почве европейских политических институтов и выстраивание приоритетных, стратегических отношений с европейскими странами. Представители цивилизационного мышления нередко поддерживали державников, считая великодержавность условием защиты национальных ценностей от внешних посягательств. В то же время сторонники русской самобытности могут оказаться в числе критиков державности, если считают, что она ослабляет общество. Например, для славянофилов национальные интересы и границы были вторичны, а главным являлось создание условий для свободного общинного труда и жизни в православной вере.
Державный тип мышления традиционно поддерживался широкими слоями общества, особенно если не требовал значительных жертв со стороны населения и не оборачивался внешнеполитическими поражениями. При этом державность нередко оказывалась для русского народа тяжелой ношей, если государство решало внешнеполитические задачи за счет напряжения общественных ресурсов. Подвергаясь многочисленным опасностям извне, русские консолидировались вокруг государства для сохранения свободы от внешних посягательств, но при этом теряли свободу внутреннюю. Со временем они утратили возможности свободного общинного хозяйствования («мир») и участия в управлении и выборах князя («вече»), создав централизованное патримониальное государство. По оценке историка Георгия Вернадского, «самодержавие и крепостное право стали ценой, которую русские заплатили за национальное выживание». Военная сила, имперское могущество и способность противостоять внешним вторжениям постепенно стали самоцелью государственной политики. Бедность и крепостное право превратились в средства ускоренной мобилизации армии. Власть нередко игнорировала назревшие потребности в реформах, видя в них опасность для сложившейся в России системы правления.
Ценой внутреннего перенапряжения было ослабление внутреннего и внешнего компонентов державности. Распад советского государства – пример такого перенапряжения в результате длительного противостояния более развитым странам Запада. Традиционные опоры державности, в задачу которых входит защита безопасности государства – армия и силовые структуры – оказались в униженном положении, в то время как укрепился класс нового «боярства», или олигархов. Деморализации армии способствовала запоздалая и плохо продуманная военная кампания по стабилизации в Чечне. Население, лишившись денежных накоплений в результате олигархических в своей основе экономических реформ, не поддерживало власть. В стране подняла голову преступность, и государство не успевало реагировать на массовые нарушения законности против граждан. Конфликт исполнительной и законодательной властей, приведший к использованию силы против парламента в октябре 1993 г., довершал картину чрезвычайного ослабления государства. Во внешней политике российское руководство стремилось проводить прозападный курс, по существу отказавшись от принципов державной политики.
Постепенно, во многом благодаря усилиям созданного Совета по внешней и оборонной политике и деятельности министра иностранных дел Евгения Примакова, понятие державности вернулось в политический лексикон в качестве одного из центральных. В 2000-е гг. в целом благоприятное внешнее окружение и отсутствие угрозы войны позволило руководству страны сосредоточиться на решении внутренних задач, связанных с экономической и политической стабилизацией. Результатом стало завершение военных действий на Северном Кавказе, относительная консолидация политического класса и восстановление способности проводить независимую внешнюю политику.
Будущее российской державности связано с выстраиванием новых международных коалиций в условиях мировой турбулентности и способностью руководства страны осуществить переход к новой модели государства. С первым дело обстоит лучше, чем со вторым. Державность во внешней политике способствовала восстановлению важных и утраченных в 1990-е гг. позиций. Выдержала проверку временем ориентация на укрепление баланса сил и престижа великой державы. Уходит в прошлое мир единственной сверхдержавы. Меняется и децентрализуется Европа. Россия разворачивается к Азии, реализуя проекты Большой Евразии, Шанхайской организации сотрудничества и другие. Перед страной открываются новые возможности налаживания международного сотрудничества за пределами западного мира.
Более трудным является переход к новой государственности. Он сопряжен с комплексом мер по преодолению политического наследия 1990-х гг., связанного не столько с сильным державным государством, сколько с его отсутствием. Экономическое пробуксовывание, коррупция, ориентация на стабильность вместо развития – «родимые пятна» российского капитализма, возникновение которого связано с залоговыми аукционами, рейдерством, экспортом энергоресурсов, а также неспособностью правительства реализовать единые принципы и правила в политике и экономике. В этой области державность во многом остается благим пожеланием. Впереди трудный период, требующий новых стратегий формирования сильного и легитимного государства.
Без создания такого государства державность не может считаться полностью состоявшейся. Для державников является аксиомой, что государство должно обладать значительной свободой от вмешательства не только внешних, но и внутренних групп интересов, без чего невозможно осуществление политической стратегии в интересах общества в целом. В частности, Примаков в должности премьер-министра пытался бороться с засильем Бориса Березовского и других олигархов ельцинской «семьи». Позднее, на посту руководителя Торгово-промышленной палаты он отстаивал важность выработки и соблюдения четких правил в отношении экономики и собственности, предупреждал об опасности силовых «наездов» на бизнес. Понимал он и опасности, связанные с чиновничьим засильем и коррупцией. Сильное государство должно быть правовым и опирающимся на институты, а не на чреватые злоупотреблениями неформальные связи. Сильная исполнительная власть нуждается в независимости судов, частичной региональной децентрализации, честных выборах и борьбе с коррупцией.
В эпоху глобальной нестабильности и перехода власти выживет тот, кто сумеет приспособить к своим нуждам внешние и внутренние условия. В мире происходит масштабная перекройка рынков, региональных систем и военно-политических союзов. Современная державность должна сочетать отстаивание важнейших интересов в мире с активным выстраиванием нового миропорядка и проведением необходимых для этого внутренних реформ. Твердость защиты суверенитета предусматривает гибкое умение создавать новое и желаемое в экономической, информационной, военной и политической сферах. С осуществлением такого курса сопряжено немало трудностей, включающих в себя не только риски противодействия развитым в материально-экономическом отношении державам, но и способность выбирать растущие сферы внутреннего развития и вкладываться в перспективные международные проекты.
Г – Гибридная война
Василий Кашин
Понятие «гибридная война» прочно связалось на Западе с Россией после присоединения Крыма. Значительную роль в этом сыграло распространение мифа о наличии у России специальной стратегии противостояния, известной как «доктрина Герасимова». Ее существование к настоящему времени опровергнуто самими авторами мифа. Но история с «доктриной Герасимова» показательна: за российскую стратегию гибридной войны были выданы идеи аналогичной стратегии Соединенных Штатов. Они, в свою очередь, сформировались у российских военных и политиков на основе осмысления опыта «цветных революций» 2000-х гг. и «арабской весны» начала 2010-х годов.
К моменту крымских событий военные теоретики не только на Западе, но и на Востоке осмыслили различные формы невоенного противоборства государств. Высокая стоимость и чудовищная опасность современной высокотехнологичной войны требовала найти такие формы участия в конфликтах, которые позволяли бы контролировать эскалацию и добиваться целей строго дозированным применением силы.
Эти концепции (например, в опубликованной в 1999 г. книге «Война без границ» // Unrestricted Warfare китайских полковников Цяо Ляна и Ван Сянсуя) не сводятся к распространенным в настоящее время представлениям о гибридной войне. Речь идет о комплексной стратегии противостояния великих держав с применением неограниченного арсенала методов.
Концепции гибридной войны упрощают борьбу между государствами. Государство, взявшее их на вооружение, получает пропагандистский инструмент для демонизации противника, но наносит удар по собственной стратегической культуре. Его способности понимать намерения оппонента в результате падают.
Гибридная война наиболее часто определяется как конфликт с использованием информационной борьбы, экономического и политического давления в сочетании с ограниченным применением вооруженной силы. Предполагается, что действия по всем направлениям помогают нивелировать превосходство Запада в обычных вооружениях. Это понятие расплывчато и опасно. Оно было введено в оборот в середине 2000-х гг., использовалось для описания войны в Ливане 2006 г., а по-настоящему популярным стало на волне украинского кризиса.
Однако все приемы гибридной войны известны много лет, если не веков. Появление новых технологических возможностей в связи с развитием информационно-коммуникационных технологий мало что меняет в сути отношений вовлеченных в конфликт стран. На протяжении всей истории человечества любая хорошо спланированная военная кампания сопровождалась усилиями в области пропаганды, дипломатии, разведки и экономики. О том, что победа с применением именно этих инструментов предпочтительней лобового столкновения, писал еще Сунь Цзы.
Нет ничего нового в поддержке повстанческих движений на территории иностранного государства, вводе на его территорию собственных регулярных войск под видом добровольцев и в прочих методах, часто подаваемых в качестве неизвестной и страшной угрозы. Эти методы широко применялись всеми участниками холодной войны, прежде всего, США, СССР и Китаем. Они нередко использовались и до холодной войны.
Фактически, гибридность позволяет навешивать устрашающую этикетку «война» на широчайший спектр достаточно рутинных внешнеполитических, пропагандистских и разведывательных мероприятий, зачастую являющихся неизбежной частью межгосударственных отношений.
Приписывание стране гибридной стратегии может рассматриваться как элемент политики по ее изоляции.
Цель такой политики – лишить противника возможности отстаивать свою точку зрения. Любая форма разъяснения позиции, попытки защититься от обвинений и изменить позицию другой стороны могут быть теперь интерпретированы как дезинформация и информационное нападение. Появляется также возможность ограничить дипломатическую активность противника, которая по своей природе предполагает установление связей, распространение и сбор информации и влияние на точку зрения собеседника. Фактическое разрушение российско-американских каналов политической коммуникации в посткрымский период и особенно на фоне истерии с российским «вмешательством в выборы» в Соединенных Штатах в этом отношении весьма показательно.
Россия также склонна приписывать гибридную стратегию своим оппонентам. Предполагаемая гибридная угроза со стороны Европы и США, осмысливаемая под военным углом, ведет к вполне конкретным и важным выводам, касающимся внутренней политики. В известном выступлении начальника генерального штаба Вооруженных сил России Валерия Герасимова на общем собрании Академии военных наук 1 марта 2019 г. в качестве элементов новой военной стратегии США и их союзников упоминаются «цветные революции» и «мягкая сила». Предполагается, что целью американских стратегий является «ликвидация государственности неугодных стран, подрыв суверенитета, смена законно избранных органов государственной власти». Герасимов отмечает, что Пентагон разрабатывает принципиально новую стратегию под названием «Троянский конь», которая заключается в использовании «протестного потенциала пятой колонны» с одновременным нанесением ударов высокоточным оружием по наиболее важным объектам. Соответственно, российский ответ предусматривает «комплекс мер по упреждающей нейтрализации угроз безопасности государства».
Россия, как и прочие крупные военные державы, обладает военными и невоенными средствами борьбы, которые могут применяться в условиях мирного времени или вооруженного конфликта низкой интенсивности. Этот арсенал в его нынешнем виде создавался главным образом в эпоху холодной войны. Скрытные и не признаваемые военные вмешательства, поддержка повстанческих движений и создание «квазидобровольческих» формирований для интервенций за рубежом в сочетании с дезинформацией, пропагандой и поддержкой оппозиции использовались тогда всеми крупными странами.
Что касается СССР, то ограниченные и тайные военные интервенции широко применялись им с раннего периода советской истории. Классическим примером можно считать вмешательство в гражданскую войну в Афганистане 1929 года. Под командованием Виталия Примакова двухтысячный отряд красноармейцев, облаченных в афганскую военную форму и вооруженных трофейным английским оружием, вторгся в эту страну. Целью знаменитого «рейда Примакова» было изменение хода войны в пользу дружественного СССР короля Амануллы-хана. Операция готовилась в тесной координации с представителями Амануллы, и к отряду Примакова присоединялись местные этнические формирования. Рейд, завершившийся захватом Мазари-Шарифа в апреле 1929 г., был предпринят, однако, слишком поздно и уже не смог переломить ход гражданской войны. Многое в его организации тем не менее можно считать характерным для подобных операций Советского Союза и постсоветской России.
В ходе «афганской спецоперации» СССР пытался повлиять на внутренний конфликт за счет ограниченного, тайного и краткосрочного вмешательства в ключевой момент (который, как оказалось в дальнейшем, был выбран неверно). Советским силам следовало изменить ход конфликта в пользу союзника и уйти. Но они ни в коем случае не должны были выступать главной действующей силой в конфликте. СССР тщательно избегал привлекать внимание к своей операции и стремился жестко контролировать масштабы вовлеченности в войну. После того, как стало ясно, что поражение Амануллы-хана предотвратить не удалось, СССР свернул интервенцию, невзирая на продемонстрированное подавляющее тактическое и техническое превосходство Красной Армии.
Сходным образом осуществилось более крупное и успешное вмешательство в Синьцзяне в ноябре 1933 – апреле 1934 года. В операции в поддержку генерал-губернатора Шэн Шицая участвовали войска НКВД, замаскированные под действовавшие в регионе белоэмигрантские формирования. К ней привлекались собственно бывшие белогвардейцы, завербованные советской разведкой, а также просоветские формирования из числа местного населения. Интервенция продолжалась недолго, после решения поставленных задач советские войска ушли, оставив в Синцзяне ограниченный контингент и группу советников для наблюдения за ситуацией.
«Квазидобровольческой» операцией было советское участие в гражданской войне в Испании. Несмотря на присутствие в стране тысяч советских военнослужащих и крупные военные поставки, вмешательство в конфликт СССР отрицалось. Советские летчики и военные советники в качестве «добровольцев» участвовали в китайско-японской войне в 1937–1940 годах. Подобная же практика продолжилась и с наступлением холодной войны. Советская истребительная авиация и зенитно-артиллерийские части с личным составом, замаскированным под китайских добровольцев, действовали в Корее. Советские летчики противостояли ВВС Гоминьдана в небе над Шанхаем в 1950 году. Советские зенитно-ракетные и авиационные части принимали участие в войне во Вьетнаме и в ряде конфликтов на Ближнем Востоке.
Перечисленные интервенции были успешны с точки зрения достижения политических и стратегических целей Москвы. Все они следовали одной и той же модели, которая прослеживается со времен рейда Примакова в 1929 году. Это были короткие, внезапные, тщательно спланированные действия, направленные на то, чтобы в ключевой момент помочь важному союзнику, будь то дружественное государство или одна из фракций в гражданской войне.
Операции имели разную степень секретности; как правило, СССР либо отрицал участие в конфликте в принципе, либо преуменьшал его масштабы. Главным условием успеха был тщательный расчет баланса сил, выбор времени, места и характера вмешательства. При этом сводились воедино возможности вооруженных сил, спецслужб, дипломатического аппарата.
Сильной стороной Советского Союза при ведении таких операций была способность добиваться высоких результатов в обучении, а порой – в строительстве с нуля вооруженных сил дружественных стран или политических групп. На протяжении всей холодной войны созданные советскими инструкторами вооруженные формирования одерживали победы над противниками, обучаемыми и оснащаемыми США.
Разумеется, речь идет о случаях, когда советские военные имели реальные возможности руководить процессом военного строительства, чего не было, например, в арабских армиях, воевавших с Израилем. Афганская кампания 1979–1989 гг. стала грубым нарушением всех старых советских принципов ведения зарубежных интервенций. Она была затяжной, масштабной, предпринятой без учета местных условий, главной силой в войне оказались собственно советские войска, а не формирования союзников.
Тем не менее многие преимущества отечественной военной школы, прежде всего – способность налаживать работу с местным населением, создавать относительно боеспособные местные вооруженные силы и действовать совместно с ними, проявились и тогда. К моменту вывода советских войск в 1989 г. Республика Афганистан обладала армией и специальными службами, далеко превосходившими все, что было создано за 18 лет американской оккупации Афганистана после 2001 года. Падение режима Наджибуллы было связано с фактически продолжавшимся вмешательством в афганский конфликт ряда иностранных государств на фоне распада СССР и бездействия России.
Офицеры советских вооруженных сил и спецслужб, вовлеченные в подобные операции на поздних этапах холодной войны, продолжали активную службу и с началом военных конфликтов 1990-х гг., когда этот опыт был значительно обогащен и расширен. Российские военные оказались вовлечены в столкновения на Южном Кавказе, в стабилизацию ситуации в Таджикистане в 1992–1997 годах. Но наиболее глубокое влияние на армию, спецслужбы и государственный аппарат России оказали боевые действия на Северном Кавказе в ходе двух чеченских войн. Армия и спецслужбы получили огромный опыт решения сложнейших задач при весьма ограниченных ресурсах с опорой на переговорные инструменты, агентурную разведку, взаимодействие с разнообразными вспомогательными вооруженными формированиями из местного населения.
Присоединение Крыма, события на Восточной Украине и сирийская кампания показали, что Россия возвращается к старой модели применения вооруженных сил для обеспечения национальных интересов. Ставка делается на быстрые, внезапные действия с тщательным контролем уровня вовлечения в конфликт. Значительный опыт строительства и использования вспомогательных отрядов из числа добровольцев и местного населения, накопленный в ходе многолетних конфликтов на постсоветском пространстве, используется в полной мере.
Такие действия едва ли делают Россию более непредсказуемой или агрессивной, чем другие державы. Даже Китай при всей его внешнеполитической пассивности последних десятилетий отметился уже в XXI веке в поддержке вооруженных формирований и непризнанных государственных образований на севере Мьянмы (так называемое государство Ва). Эта поддержка включала в себя обучение и оснащение, вплоть до поставок тяжелого вооружения.
Интервенции США, Франции и Великобритании на Ближнем Востоке носили более систематический характер. Они сопровождались масштабным применением современных технологий, финансовых ресурсов и технических возможностей, недоступных для России. Однако результаты оказывались почти неизменно неблагоприятными для самих акторов. Они, в особенности американцы, демонстрировали неспособность к интерпретации разведданных и оценке политической ситуации. Строительство Соединенными Штатами союзных вооруженных сил из местного населения приводило к разочаровывающим результатам на фоне гигантского расхода средств. Взаимодействие американских и местных вооруженных формирований оставалось слабым.
Российские действия на этом фоне отличаются не большей агрессивностью, а большей эффективностью. Россия в отличие от США и ряда их союзников не вторгалась в иностранные государства, штурмуя столицы и убивая политических лидеров. Россия не тратила триллионы долларов на многолетнюю оккупацию других стран, чтобы затем уйти, признав поражение. Но, применяя силу в куда меньших объемах, Россия в последние десятилетия добивалась куда большего в реализации своих политических целей.
На стороне российской армии и спецслужб – многолетний опыт войн с сильным иррегулярным противником, получающим поддержку из-за рубежа, в условиях ограниченности собственных ресурсов. Переоснащение и реформирование российской армии в 2010-е гг. позволило резко повысить ее боевые возможности. Патриотический подъем, связанный с украинскими событиями и присоединением Крыма, обеспечил приток добровольцев для зарубежных операций в составе регулярных и иррегулярных формирований.
Таким образом, в новых условиях российские Вооруженные силы превращаются в гибкий инструмент, который может быть использован для влияния на ситуацию в стратегически важных для России частях мира.
Использование ярлыка гибридной войны уводит нас в сторону от того факта, что мы имеем дело с набором весьма традиционных приемов борьбы, восходящих к началу ХХ века или более ранним временам. Эти приемы используются всеми крупными игроками в современной международной политике. Но одни страны владеют ими хорошо, а другие – никак не могут научиться, даже потратив триллионы долларов и потеряв многие тысячи солдат убитыми.
М – Мессианизм
Иван Сафранчук
Вряд ли кто-то будет спорить с тем, что Россия никогда не была исключительно прагматической державой, движимой только практическими интересами. Чувство некой миссии, высшей цели России было присуще всегда.
Но исторически и в строгом смысле этого слова российское государство не является мессианским. Оно не сформировало чего-то похожего на политическую доктрину божественной предопределенности, которая обосновывала бы экспансионизм Божьим промыслом (как американский Manifest Destiny). У российской элиты никогда не было намерения способствовать политическими средствами приближению конца света и второго пришествия ради торжества Истины, к чему склонны американские правые евангелисты, время от времени обретающие влияние на внешнюю политику. Россия не была очарована цивилизаторским «бременем белого человека», как британский колониализм. И не несла в мир нерелигиозные философские идеалы, как в Новое время это делала Франция, а позже опять же – США.
Наиболее мессианским был, вероятно, советский период российской истории, когда Москва взяла на себя роль распространителя и защитника в мировом масштабе целостной философской и политико-экономической доктрины. Впрочем, после десятилетий осуществления этой миссии увлеченность ею стала быстро исчезать и в элите, и в обществе. К концу же существования Советского Союза сформировался невероятный по силе общественный и элитарный запрос на прагматизм.
Как бы сейчас ни называли внешнеполитический курс Бориса Ельцина и Андрея Козырева – наивным или идеалистическим, на самом деле он формировался именно в прагматических категориях. Избавление от излишней и идеологически обоснованной внешнеполитической нагрузки трактовалось как прагматизм, а не как идеализм (по сути, этот подход продолжал горбачёвское «новое мышление», практическим содержанием которого стало освобождение перенапрягшегося и пораженного внутренним кризисом СССР от бремени ответственности за «второй мир».)
В дальнейшем прагматизмом стали считать не столько редуцирование внешнеполитических интересов, сколько их расширение, но опять же ради удовлетворения прикладных интересов, а не воплощения в жизнь абстрактных идеалов. Хотя конкретное выражение прагматического начала в российской внешней политике в последнюю четверть века очень сильно менялось, твердая приверженность прагматизму после опыта советского мессианства все-таки остается.
Россия не является мессианской державой в «большом» смысле: она не готова убивать других и посылать на смерть своих за абстрактные идеалы и доктрины. Российское чувство миссии другое.
Россия – государство, собранное на огромном пространстве из множества неоднородных элементов, расположенное в сложных климатических и природных условиях, подвергавшееся крупным нашествиям. Своей миссией это государство всегда считало собственную способность быть – и быть не дикими, не варварами. В одной интерпретации миссия состоит в том, чтобы суметь стать развитой частью мира, то есть Западом, и в таком качестве добиться принятия в какую-то общую систему политических и социальных отношений. В другой – миссия сводится к тому, чтобы быть без (не путать с против) Запада. Эта трактовка имеет другой обязательный компонент – представление о том, что есть могущественные силы внутри и вовне, постоянно мешающие России исполнить свой долг, стремящиеся подорвать ее возможности.
Территориальная экспансия, участие в мировых делах, вершение судеб мира – все это явные свидетельства способности быть и успешности существования. Российская элита, особенно после Петра I, считала такую программу действий естественной для Российского государства. И для подобной традиции выпасть из первого ряда мировых держав – историческая катастрофа, там надо оставаться любыми средствами – миром или войной. Не случайно противодействие риску скатиться во второй, а то и третий эшелон международной политики было объявлено лейтмотивом президентства Владимира Путина в его программной статье «Россия на рубеже тысячелетий», опубликованной за день до того, как он стал исполняющим обязанности главы государства после досрочной отставки Борис Ельцина.
Насколько чувство державности распространилось на весь народ – вопрос спорный. По всей видимости, общественные настроения по этому поводу могут колебаться в очень широкой амплитуде. Но всегда находились и те, кто был за сосредоточение на себе, за снижение бремени вовлеченности в мировые дела или даже за полное выключение из них. Великие русские писатели дают яркие примеры таких мыслей. Лев Толстой еще в «Севастопольских рассказах» обращал внимание на то, как чужда война русским крестьянам, а в дальнейшем чрезвычайно саркастично представлял геополитические, военные предприятия («Сказка об Иване-дураке и его двух братьях…») и даже характеризовал войну как «вредное учреждение», ставя ее в таком качестве в один ряд с рабством и проституцией (эссе «Так что же нам делать?»). Или Александр Солженицын в манифесте «Как нам обустроить Россию?»: «Пробуждающееся русское национальное самосознание во многой доле своей никак не может освободиться от пространнодержавного мышления, от имперского дурмана. (…) Это вреднейшее искривление нашего сознания: “зато большая страна, с нами везде считаются”. (…) Могла же Япония примириться, отказаться и от международной миссии, и от заманчивых политических авантюр – и сразу расцвела. Надо теперь жестко выбрать: между Империей, губящей прежде всего нас самих, – и духовным и телесным спасением нашего же народа».
Споры о том, в каком виде России существовать, продолжатся – у них давняя традиция. Но мощное стремление быть вопреки нескончаемым препятствиям (быть собой, но не пространством, признанным варварским) и стало миссией России. За века осуществления этой миссии у страны появился и некоторый собственно мессианский элемент. Но состоит он не в том, что Россия хочет переделать мир в соответствии с какой-то определенной программой, а в вере, что с Россией мир лучше, чем без нее.
П – Прагматизм
Мария Ходынская-Голенищева
В основе понятия «прагматизм» лежит примат пользы/выгоды, которую способно принести то или иное действие. Эвентуальные практические последствия определяют целесообразность конкретных шагов и одновременно служат критерием их эффективности. Философский словарь приводит слова одного из видных представителей прагматизма, американца Уильяма Джеймса: «Истина есть то, что лучше всего работает на нас».
Прагматизм – один из основополагающих принципов российской внешней политики. При некоторой абстрактности термина он имеет вполне конкретное содержание. Так, Концепция внешней политики России от 2016 г. ориентирует дипломатов на работу в пользу создания благоприятных внешних условий для поступательного и устойчивого внутреннего развития. Среди них – обеспечение безопасности страны, ее суверенитета и территориальной целостности, формирование пояса добрососедства с сопредельными государствами, содействие повышению конкурентоспособности экономики России, ее технологическому обновлению, повышению уровня и качества жизни населения.
Рациональна российская интеграционная политика на постсоветском пространстве и в Евразии (СНГ, ЕврАзЭС, ШОС), которая должна привести к формированию широкого интеграционного контура (инициатива Большого евразийского партнерства). Позитивная, неконфронтационная повестка этих объединений предоставляет возможность не распылять ресурсы и сосредоточиться на задачах обеспечения ускоренного темпа развития в государствах-членах. Прагматична линия России и в относительно новых, отвечающих духу времени институтах глобального управления. Например, в БРИКС, где, кроме всего прочего, проводится курс на создание альтернативы доллароцентричной валютно-финансовой системе: наличие подобной «подушки безопасности» приобрело для России особую важность в контексте деградации отношений с Западом после 2014 г., включая обмены санкционными ограничениями.
Единственно рациональным с военно-политической точки зрения (и соотнесенным с общественным запросом, обусловленным ощущением исторической несправедливости) стало решение о воссоединении Крыма с Россией. Реалистичная, трезвая оценка ситуации вкупе с глубокой проработкой возможных сценариев и их последствий предопределили активное участие Москвы на уровне высшего руководства в выработке Минских договоренностей, связавших Киев и крупных европейских игроков соответствующими обязательствами с выгодной для России последовательностью шагов.
Высоким уровнем прагматизма характеризуется российская политика на сирийском направлении. В основе принятого руководством страны решения о начале военной операции в Сирийской Арабской Республике (САР) лежали интересы, связанные прежде всего с обеспечением национальной безопасности. В 2015 г. в рядах террористических групп сражались, по разным оценкам, до 6 тыс. выходцев из России и постсоветских республик, существовала угроза их возвращения. Нарратив Запада, пытавшегося навязать впечатление о российской линии в Сирии как о иррациональной («Москва поддерживает диктатора-союзника»), противоречил предыстории конфликта: Башар Асад посетил Москву на пятый год президентства (первый его зарубежный визит в качестве главы государства состоялся в Париж, второй – в Лондон); до кризиса Россия занимала лишь девятое место в товарообороте Сирии (3%).
Исключительный прагматизм российской линии на сирийском направлении проявился в деидеологизированном подходе, позволившем договариваться по отдельным аспектам урегулирования (прекращение огня, параметры политического урегулирования, выправление гуманитарной ситуации и так далее) со всеми внешними игроками. Так, в период, когда российско-американские отношения находились в низшей точке развития, Москва и Вашингтон выполняли роль сопредседателей Международной группы поддержки Сирии (2015–2016 гг.), согласовали параметры режима прекращения боевых действий в САР (февраль 2016 г.), достигли договоренностей о деэскалации в Восточном Алеппо (декабрь 2016 г). С учетом неоднократно озвученной Россией принципиальной позиции о нелегитимном характере военного присутствия США в Сирии ничем, кроме как соображениями прагматизма, нельзя объяснить российско-американские договоренности о деконфликтации, в течение нескольких лет обеспечивающие отсутствие инцидентов «в воздухе» и «на земле».
Россия с рациональных позиций подходила к подбору внешних партнеров для диалога по сирийскому урегулированию. Яркий пример – астанинский формат (Россия, Иран, Турция) – объединение трех государств с несовпадающей, порой прямо противоположной повесткой. Сугубо реалистичный подход, продемонстрированный всеми странами-гарантами, позволил достичь важнейших договоренностей по прекращению боевых действий в САР, созданию зон деэскалации (2017 г.), а также сформировать Конституционный комитет (2018 г.). Сепаратная переговорная работа на двустороннем уровне с крупными региональными игроками, имевшими влияние на группы вооруженной оппозиции, – Турцией, Катаром, Саудовской Аравией, Египтом и другими – позволила перевести под контроль сирийского правительства такие стратегические районы (бывшие «зоны деэскалации»), как Восточный Алеппо, Восточная Гута, Хама/Хомс, Восточный Каламун, части провинций Сувейда, Кунейтра, Дераа, при этом не подорвав потенциала астанинского формата, создавшего эти зоны.
Отдельно стоит упомянуть российско-турецкий переговорный трек. Прагматизм вновь позволил преодолеть глубокий кризис между Москвой и Анкарой, который вызвали действия турецких ВВС, сбивших российский бомбардировщик Су-24 из состава группировки ВКС России, – тогда погиб один из катапультировавшихся пилотов Олег Пешков. После жесткой реакции Москвы и принесенных Анкарой (далеко не сразу) извинений диалог между Россией и Турцией возобновился и был максимально плодотворным: удалось договориться по окончательному решению проблемы Восточного Алеппо и согласовать условия деэскалации в Идлибе (2018 г.) и на северо-востоке САР (2019 г.).
Лишенная догматизма и конъюнктурных колебаний, последовательная линия России в сирийском урегулировании, вопреки некоторым прогнозам, не только не привела к ухудшению отношений нашей страны с суннитскими государствами, но, напротив, способствовала упрочению позиций Москвы в ближневосточных делах, закрепила за Россией образ надежного партнера.
На этом фоне некоторая отстраненность России в йеменских делах и осторожное балансирование в Ливии – также пример прагматичности и основанной на ней неготовности повышать ставки в ситуациях, развитие которых мало затрагивает национальные интересы России. Это не мешает Москве оставаться участником многосторонних форматов урегулирования йеменского и ливийского конфликтов, оказывать ощутимую поддержку соответствующим усилиям ООН.
Посредничество (как минимум в предоставлении московской площадки) в межпалестинском и межафганском примирении, без которых во многом девальвируются коллективные усилия по стабилизации ситуации на Ближнем Востоке и в Афганистане, – также мера, не превышающая полезную норму вовлеченности, но позволяющая оказывать необходимое влияние на соответствующие процессы.
Н – Национальный интерес
Павел Цыганков
Крен в сторону национальной политики, заметный сегодня во многих странах, в том числе ранее ориентированных на «трансферт суверенитета», вновь привлекает внимание к несколько подзабытому понятию «национальный интерес». Парадокс, однако, в том, что в науке о международных отношениях не прекращаются дебаты о его содержании. Будучи центральным для политического реализма, оно энергично оспаривается другими теоретическими школами.
С точки зрения канонического реализма конфликтная природа международных отношений является неизбежным следствием отсутствия в них верховной власти. В таком контексте государства постоянно испытывают страх за своё существование и им приходится полагаться только на свои собственные силы. Поэтому национальный интерес – это, прежде всего, рациональное осознание потребности государства в безопасности, что предполагает защиту не только физического выживания, но и территориальной целостности, независимости, экономического благосостояния и культурной идентичности. Безопасность зависит от положения государства в международной системе относительно других государств. А поскольку это положение производно от распределения способностей государств (в первую очередь в военном отношении), постольку национальный интерес определяется «в терминах власти (силы)», как считал один из основоположников реализма Ганс Моргентау.
Однако уже в рамках самого канонического реализма разгораются дискуссии. Так, Моргентау и Генри Киссинджер разошлись в оценке соответствия вьетнамской войны американскому национальному интересу. Возникшие впоследствии новые версии реализма – неореализм, наступательный реализм, неоклассический реализм – внесли дополнительные нюансы в релятивизацию понятия национального интереса.
Еще большей критике оно подверглось со стороны других теоретических течений. Позитивисты указали на его неоперациональность и даже антинаучность, ввиду невозможности его эмпирической верификации. В свою очередь, согласно либералам, национальный интерес определяется не внешней средой, а внутренними социетальными потребностями государства, которые являются не унитарными, а плюралистическими. В конечном счете национальный интерес представляет собой совокупность интересов тех групп, которым удается навязывать собственные политические предпочтения в качестве государственных. Хотя национальные интересы отражают приоритеты частного характера, они необязательно являются эгоистическими. По мнению неолибералов, понятие «национальный интерес» правомерно использовать только при условии, что его содержание составляют моральные нормы и глобальные проблемы, например, индивидуальные свободы. Сторонники экономического неолиберализма готовы согласиться с рациональностью, движущей силой национального интереса, и стремлением к безопасности как его главной составляющей, но лишь в аспекте рыночного измерения.
Конструктивисты предлагают свое объяснение интересов и условий, в которых они формируются и изменяются. С их точки зрения, национальные интересы основаны на идентичности и конструируются не столько самими государствами, сколько разделяемыми нормами и ценностями, которые структурируют международные отношения и придают им смысл. Критические теории, исследуя дискурс национального интереса, находят в нем интересы тех, кто его формулирует. Наконец, специалисты такого научного направления, как анализ внешней политики, настаивают, что она зависит от индивидуальных особенностей лиц, принимающих решения и от организационных процедур, представляя собой результат компромисса между бюрократическими структурами, члены которых зачастую думают вовсе не о национальном интересе.
Таким образом, содержание понятия «национальный интерес» выглядит размытым, а его роль во внешней политике – неочевидной.
Впрочем, сегодня в международно-политической науке сложилось понимание того, что разнобой в трактовке национального интереса не доказывает его «отсутствия» как мотива внешней политики и неэффективности как аналитического инструмента. Дискуссии полезны уже тем, что позволяют понять, каких ошибок следует избегать при анализе содержания и роли национального интереса в международном поведении государства. Уроки таких дискуссий сводятся к следующему.
Во-первых, необходимо помнить, что ни одна теория не дает полного объяснения национальных интересов. Поэтому не стоит опираться на одну из них, но использовать достижения каждой. Конкурируя, они дополняют друг друга и выявляют ошибки.
Во-вторых, не стоит противопоставлять интересы и ценности. Национальные интересы не могут не опираться на ценности, точно так же, как ценности невозможно понять вне национальных интересов. Не случайно реалисты (Арнольд Уолферс), говорят о том, что национальная безопасность объективно означает отсутствие угроз для приобретенных ценностей и субъективно – отсутствие страха, что эти ценности подвергнутся нападению.
В-третьих, в основе объясняющей функции национального интереса лежит признание связи внешней политики государства с его историей, географией, культурой, ментальностью и традициями народа, с его самобытностью. Хотя национальная идентичность со временем меняется, нельзя отрицать и ее преемственности.
Наконец, опора на интересы помогает лучше понять мотивы и оценить эффективность внешней политики государства в контексте конкретной международной обстановки, связанной с политикой и действиями других государств. Как писал еще в XIX веке русский дипломат Сергей Татищев, «в международных отношениях пользы и нужды родины – в постоянном столкновении со стремлениями и потребностями чужих стран».
Иначе говоря, реализация национальных интересов, как и внешней политики в целом, зависит не только от осознанного, научно обоснованного формулирования их содержания, но и от восприятия лидерами государства «польз и нужд своей родины и стремлений других стран».
В российских дискуссиях начала 1990-х гг. о национальных интересах страны доминировала идея, согласно которой ценности либеральной демократии автоматически должны были решить проблемы безопасности и развития страны. Устами главы МИДа Андрея Козырева было заявлено, что никаких особых национальных интересов у России нет: главное – присоединиться к сообществу цивилизованных стран Запада. Сотрудничество с ними будет сопровождаться серьезной экономической помощью США и стран ЕС. Во внешней политике был провозглашен общий курс с Западом на дружеские, даже союзнические отношения. Однако, несмотря на все уступки, экономических и финансовых дивидендов от Запада Россия не получила. Займы МВФ и Мирового банка были предоставлены ей на обычных, то есть крайне жестких условиях. Западные партнеры не только не оказали постсоветской России масштабной помощи, но и всячески препятствовали восстановлению ее экономического потенциала.
Интервенция НАТО в Боснии (1994), решение о расширении альянса на Восток, резкий рост антилиберальных настроений внутри страны вынудили Бориса Ельцина в 1995 г. заменить Козырева на посту министра иностранных дел Евгением Примаковым. С самого начала Примаков проводит линию на отстаивание национальных интересов страны и выступает с идеей многополярного мира. Будучи реалистом, Примаков считал нормальным, что на пути проведения независимой внешней политики у России могут возникать противоречия с другими странами. В то же время он видел свою задачу не в противостоянии Соединенным Штатам и Евросоюзу, а в отстаивании права России на самостоятельные позиции в вопросах, касающихся ее национальных интересов и собственных ценностей.
Придя к власти в 2000 г., президент Владимир Путин провозгласил деидеологизацию и прагматизм российской внешней политики. Вместе с тем, несмотря на резкое осуждение натовских бомбардировок Белграда и силовое отделение Косово от Сербии, он не собирался дистанцироваться от Запада. Так, в 2001 г. он был первым главой государства, кто выразил сочувствие и солидарность Вашингтону в связи с террористическими актами против Америки и предложил совместные действия против общей угрозы.
Однако последующий опыт взаимодействия с евроатлантическим сообществом постепенно создавал у значительной части российских правящих элит и политического класса устойчивое представление о нежелании «партнеров» идти на равноправное сотрудничество и признавать право России иметь собственные интересы, осуществлять внутренний и внешний национальный суверенитет. Запад все больше воспринимается как «другой» с отрицательным знаком, а российская идентичность – как незападная. Это стало одним из важных факторов поворота России на Восток, дальнейшего укрепления отношений стратегического партнерства с Китаем на основе взаимных интересов.
Постепенно повышая военно-силовой потенциал, Россия проводит все более активную национально-ориентированную политику на мировой арене. Рубежными в этом смысле стали 2007 г. («мюнхенская речь» Путина), 2008 г. («пятидневная война» с Грузией), 2014 г. (кризис вокруг Украины). В 2015 г. Российская Федерация начала военную операцию в Сирии по просьбе правительства этой страны. Борьба против международного терроризма – один из приоритетов российской политики национальной безопасности.
Успехи российской дипломатии несомненны. Они особенно заметны на Ближнем Востоке, где посредничество России позволило сблизить позиции, казалось бы, непримиримых противников (Сирия, Иран, Турция), отчасти в СНГ, где удалось добиться единых подходов России и Запада по урегулированию политического кризиса в Молдавии. Сложнее ситуация в Европе, по-прежнему далек от серьезных сдвигов в сторону разрешения украинский конфликт. И практически на нуле находятся отношения с Америкой, несмотря на противоречивые сигналы со стороны Дональда Трампа.
Западные санкции не смогли ослабить российскую внешнюю политику, но серьезно повлияли на экономику. Не сломив ее, они обнажили остроту проблемы модернизации и выхода на новый уровень производительности. Эксперты сходятся в том, что именно экономическое отставание, недостаточный уровень благосостояния и качества жизни представляют собой самое слабое звено российского национального интереса.
Р – Равноправие
Николай Косолапов
Равноправие – одна из ключевых социальных ценностей в современном мире. Во внешней политике бывшего СССР и постсоветской России ей придается большое значение. Упоминание равноправия как принципа, ценности и цели содержится во всех основополагающих документах РФ – от Конституции до концепций и стратегий. Но каковы реальные проявления равноправия в межгосударственных отношениях?
За последние две тысячи лет мысль о равенстве претерпела в еврохристианской культуре сложнейшую и далеко не завершенную эволюцию. Равенство людей как акта и результата творения; равенство их перед Богом; равенство между собой как следствие первого и второго; равенство независимо от их социального положения, званий, рода занятий, доходов… Все эти интерпретации равенства распространяются лишь на межличностные отношения.
Вопрос, распространяется ли идея равенства на людей, принадлежащих к разным вероисповеданиям, в рамках религиозного сознания неизменно решался отрицательно. Однако сам этот вопрос выводил идею равенства на социальный уровень. Светская жизнь востребовала право, а с ним пришла необходимость установления критериев равноправия (или отсутствия, отрицания оного). Этот подход открывал принципиальную возможность (не всегда реализовывавшуюся) признания равенства людей даже в мультиконфессиональной среде. Классовый подход (не Марксом придуманный) окончательно перенес проблемы равенства и равноправия на уровень массовых социальных явлений и процессов.
Но при ближайшем рассмотрении взаимоотношения церкви и светских властей, последних между собой, власти и народа, социальных групп и классов оставались по сути межличностными. Восстававшие рабы и крестьяне, Реформация, революционеры во Франции XVIII в. и в России начала XX в., все общественные движения прошлого неизменно боролись с персонализированным противником и только потом и реже – с институтами и порядками.
Вестфальская система международных отношений, затем колониализм и распространение капитализма по миру выдвинули проблему равноправия на уровень межгосударственных отношений. В Вестфальских соглашениях особо оговаривалось, что их положения не распространяются на мусульман и исламские страны. Европейское международное право конца XIX – начала XX вв. делило страны на цивилизованные (западно-христианские), полуцивилизованные (к ним причислялись православно-христианские) и нецивилизованные (все прочие). Причем если войны между первыми считались недопустимыми, то в отношении вторых применение силы рассматривалось как приемлемое, а третьих – как иногда необходимое[1]. Проблема равноправия захватила тем самым интенсивно развивавшийся уровень межинституциональных отношений.
Войны и революции первой половины ХХ в. связали три уровня равенства и равноправия – межличностный, макросоциальный и институциональный (включая межгосударственный) – в единый и уже нерасторжимый комплекс со многими присущими ему внутренними противоречиями.
На первый план вышло равноправие. Оно предполагает наличие правовой системы, в рамках которой только и могут быть определены права. В межгосударственных отношениях роль такой системы выполняет международное право, являющееся по сути сложным и внутренне также противоречивым комплексом межправительственных соглашений. Это означает, что при серьезных изменениях внутри наиболее весомых государств и/или в международном порядке производная от них международно-правовая система может и, скорее всего, будет меняться. При этом политическое сознание в разных частях мира способно еще долгое время сохранять инерцию прошлых представлений, стандартов и норм.
Декларация прав человека (1948 г.) и ряд последующих международных документов в целом конкретизировали современное понимание этих прав. Устав ООН, Венская конвенция 1961 г., ряд других хорошо известных документов выполнили схожую функцию применительно к суверенитету государств и их политическому равноправию. Источником дестабилизаций остается уровень макросоциальный, на котором «обитают» такие неопределенные явления и понятия, как «права народов» (кто и по каким критериям признается «народом»; есть ли у народов не только права, но и обязанности, и если да, то по отношению к кому; могут ли народы наказываться за недолжное отправление их обязанностей, и если да, то кем, на основании чего и как) или «права меньшинств» (кто такие «меньшинства», по отношению к кому, на какой территории и прочая – см. выше).
Глобализация ставит объективный вопрос: будет ли институт государства встроен в какую-то надгосударственную систему – финансовую, религиозную, идеологическую, иную – или же, напротив, сами государства (или какая-то их часть) станут определять политико-экономическое, культурное ее содержание. В ответе на этот вопрос особое значение приобретает политико-правовой и социально-политический статус государства в международной системе.
Но в какой конкретно системе? Для Соединенных Штатов, уверовавших в реальность своей «победы» в холодной войне, это американоцентричный (в жестком варианте) или западоцентричный (в мягком) миропорядок. Россия как страна, «проигравшая» холодную войну, обязана встраиваться в этот порядок на условиях Запада – что, в общем-то, по-своему логично. Однако для России, Китая и ряда других государств международная система 2000-х гг. – переходная от американоцентричности к полицентричности. Состоится такой переход или возникнет нечто неожиданное, время покажет. Но и с западной, и с незападной, в том числе российской, точек зрения мир пребывает в состоянии перехода – значит, четкие критерии порядка, прав, статуса государств и их реального (а не политико-правового только) равноправия либо его отсутствия нарушены. Причем процесс их размывания продолжается, кристаллизация новых критериев пока не просматривается.
После развала СССР Россия признана в мире как государство – продолжатель бывшего Союза, а не его правопреемник. В 1990-е гг. это позволило успешно решить задачи тактического плана, прежде всего, сохранить место страны – постоянного члена Совета Безопасности ООН, членство в других международных организациях, решить вопросы с зарубежной собственностью бывшего Союза и ряд других. Но закономерно, что в долговременном плане все заметнее становятся и издержки такого решения: Россия де-факто по всем характеристикам все-таки другое государство, а не продолжение СССР. Как другое государство, Россия – главный победитель в холодной войне. Без ее усилий не рухнул бы СССР, и в этом плане ее претензии на весомую роль в мире и на равноправные отношения с Соединенными Штатами и Западом в целом более чем обоснованы. Как государство-продолжатель – она лишь страна, потерпевшая поражение в холодной войне и – с точки зрения Запада – ищущая реванша, стремящаяся изменить комфортное для Запада мироустройство.
Переходный характер современной международной системы ставит и другой вопрос: равноправие – с кем и в чем. Вряд ли России нужно равноправие с американцами в «праве» на интервенции, организацию «цветных революций», замену неугодных режимов и тому подобное. Конечно, логика международных процессов может в отдельных случаях вынудить действовать схожим образом. Но в долговременной перспективе России нужно не равноправие с США или кем бы то ни было еще в проведении имперской политики, а принуждение Соединенных Штатов к равноправию с другими государствами. Разумеется, одной России такая задача не под силу.
У проблемы равноправия есть и политико-психологическая сторона. Как идея и ценность равноправие может быть мощным источником мотивации и эффективным инструментом построения более безопасного и справедливого мира. Но, как и любая иная идея и ценность, равноправие при определенных обстоятельствах способно превращаться в свою противоположность. И тогда стремление уравнять всех во всем и со всеми может вести в лучшем случае к потере здравого смысла, в худшем – к слиянию с исторически сложившимися фобиями и комплексами, что чревато эффектом «вечно обиженных» и/или наделением себя полномочием отказывать тем или иным государствам, социальным группам в равноправии или даже в правах вообще.
С – Справедливость
Вера Агеева
Справедливость – одно из центральных и наиболее часто упоминаемых понятий российской внешней политики начала XXI века.
Категория справедливости по отношению к межгосударственным делам вошла во внешнеполитический лексикон еще в XIX веке: Александр Горчаков не раз повторял, что «нет таких расходящихся интересов, которые нельзя было бы примирить, ревностно и упорно работая над этим делом в духе справедливости и умеренности»[2]. Данный подход позволил ему, с одной стороны, отстаивать российские стратегические интересы, в частности, путем пересмотра Парижского мирного договора 1856 г. и возврата Черного моря в зону российского влияния, с другой – сохранять взаимовыгодные отношения с ведущими европейскими державами сообразно текущей расстановке сил.
Идеи справедливого миропорядка также легли в основу концепции Гаагских мирных конференций, проведенных по инициативе российского императора Николая II в 1899 и в 1907 гг., по итогам которых были приняты первые международные конвенции о законах и обычаях войны, заложившие основы международного гуманитарного права. Как подчеркивал Федор Мартенс, российский юрист, дипломат, один из главных организаторов Гаагских конференций, цель заключалась не в поисках утопических рецептов установления вечного мира, а в «устройстве международной жизни на основах права и справедливости», в наведении порядка «там, где царит произвол»[3].
В условиях холодной войны и биполярного противостояния категория справедливости была почти исключена из словаря советских дипломатов: ни Вячеслав Молотов, ни Андрей Громыко не видели в ней отображения реалий мирового устройства того времени.
Однако в новейшей истории России произошел ренессанс идей справедливости по отношению к международному миропорядку. Редкий внешнеполитический термин мог бы конкурировать по числу упоминаний и в программных документах, и в официальных выступлениях политического руководства современной России. Интересно, что нынешняя внешнеполитическая интерпретация идеи справедливости явно перекликается с традициями русской философии конца XIX – начала XX века. Российская внутренняя политика не раз вдохновлялась идеями русских философов: в посланиях Федеральному собранию Владимир Путин ссылался и на Алексея Лосева, и на Льва Гумилева, и на Николая Бердяева, объясняя российскую модель консерватизма и ее укорененности в российской ментальности. По отношению к внешней политике востребованными оказались образ «цветущей сложности» Константина Леонтьева и идеи справедливости и правды Владимира Соловьева и опять же Николая Бердяева.
Правда-истина и правда-справедливость всегда были одними из центральных категорий русской мысли, которая изначально зародилась как историософская и социально-ориентированная. Она была сосредоточена на вопросах: что замыслил Творец о России, что есть Россия, какова ее судьба и какова ее роль в мировом историческом процессе, целью которого является построение справедливого миропорядка. «Всем предписана одна правда в двух своих степенях: как закон справедливости и заповедь совершенства. Вторая предполагает первый, то есть закон справедливости, безусловно, обязательный всегда и во всем», – писал Соловьев. Однако мировая справедливость не должна ограничиваться юридической интерпретацией: согласно Бердяеву, законническая трактовка не только онтологически неверна, но и практически опасна, так как «насильственное осуществление правды-справедливости во что бы то ни стало может быть очень неблагоприятно для свободы, как и утверждение формальной свободы, может порождать величайшие несправедливости».
В отличие от философов начала ХХ века российские дипломаты и политики эпохи глобализации стремятся подчеркнуть важность юридических норм и верховенства права как основы справедливой международной системы. Данная идея проходит красной нитью сквозь все редакции Концепции российской внешней политики с 2000 года. Согласно главному внешнеполитическому документу России, центральным элементом системы была и должна оставаться ООН, которая обладает «уникальной легитимностью» (2008) и является основной организацией, регулирующей международные отношения. Залогом стабильности справедливой международной системы выступают равноправные и партнерские отношения между странами, которые совместно должны выстраивать международную архитектуру «на коллективных началах».
Интересно, что в современной интерпретации понятие справедливости всегда соседствует с демократическими принципами. Так, одной из основных целей внешней политики декларируется «формирование стабильного, справедливого и демократического миропорядка», а в сфере экономического сотрудничества – построение «справедливой и демократической глобальной торгово-экономической и валютно-финансовой архитектуры».
На протяжении 2000–2013 гг. целый ряд региональных конфликтов оценивался Кремлем именно сквозь призму идеи справедливости. В Концепции внешней политики 2000 г. утверждалось, что требуется справедливое рассмотрение статуса Каспийского моря, который бы учитывал законные интересы всех сторон; там же постулировалось, что Россия будет «содействовать достижению прочного и справедливого урегулирования ситуации на Балканах, основанного на согласованных решениях международного сообщества» и гарантирующего территориальную целостность Союзной Республики Югославии. Разрешение конфликта в Афганистане также видится современным российским лидерам с точки зрения справедливости: Россия всегда стремилась и продолжает стремиться к прочному и справедливому политическому урегулированию афганской проблемы и недопущению экспорта терроризма и экстремизма из этой страны.
В 2013–2014 гг. запрос на справедливость в международных отношениях фактически стал лейтмотивом Валдайских речей Владимира Путина, которые были обращены в первую очередь к широкой мировой общественности. В октябре 2013 г. президент заявил, что Россия, демонстрируя в своей внешней политике силу, всегда проявляла ее благородно и справедливо. Миропорядок, установленный по итогам и Венского конгресса 1815 г. и ялтинских соглашений 1945 г. при очень активной роли России, обеспечил долгий мир и справедливое мироустройство, которое отображало текущее распределение сил в мировой политике. При этом Путин подчеркнул, что Россия всегда дистанцировалась от несправедливных международных решений, каким, к примеру, был Версальский договор, создавший предпосылки для будущей Второй мировой войны.
В посткрымский период категория справедливости стала особенно важной. В Валдайской речи в октябре 2014 г. российский президент упомянул это слово в разных вариациях 8 раз. Речь преисполнена горечью от понимания образовавшейся пропасти между Россией и коллективным Западом. Истинной причиной явился отнюдь не Крым и будущее Украины, а накопившиеся противоречия, основанные на различных интерпретациях мирового порядка, который с российской точки зрения представляется однозначно несбалансированным и несправедливым. Истоки его – в итогах холодной войны, которая завершилась не заключением «мира» с понятными и прозрачными договорённостями о соблюдении имеющихся или о создании новых правил и стандартов, а иллюзией победы одного блока над другим и последующей за ней эйфорией, абсолютизирующей одну социально-экономическую модель как идеальную и всем подходящую. Объективность и справедливость принесли в жертву политической целесообразности, а юридические нормы подменили произвольным толкованием и пристрастными оценками. Вдобавок так называемые победители, объединившись, ввели практику наказаний для несогласных: к ним Путин относит и силовые акции, и экономическое и пропагандистское давление, и вмешательство во внутренние дела, и апелляции к некой «надправовой» легитимности, когда надо оправдать неправовое урегулирование тех или иных конфликтов, и устранение неугодных режимов. Заканчивая описание сложившейся в мире ситуации, Путин сказал: «Давайте зададимся вопросом, насколько всем нам комфортно, безопасно, приятно жить в таком мире, насколько он справедлив и рационален?».
В 2016 г. справедливость становится одной из основных российских внешнеполитических категорий: в Концепции внешней политики 2016 г. появляется отдельный параграф под названием «Формирование справедливого и устойчивого мироустройства», который входит в раздел «Приоритеты Российской Федерации в решении глобальных проблем». В этом параграфе вновь повторяются идеи о верховенстве права и закона, а также о центральной роли ООН. Новеллой раздела является установка на обеспечение «устойчивой управляемости мирового развития», которая должна строиться на «коллективном лидерстве ведущих государств», круг которых не должен быть ограничен привычным списком развитых стран, но в обязательном порядке должен отображать географическое и цивилизационное (sic!) мировое разнообразие. В практической плоскости российская идея справедливости по отношению к международному мироустройству апеллирует к более значимой роли интеграционных объединений развивающихся стран – таких, как G20, БРИКС, ШОС и РИК.
Цивилизационное измерение идеи справедливости появляется также в разделе «Современный мир и внешняя политика Российской Федерации» Отдельное внимание уделено формированию «ценностных основ совместных действий с опорой на общий духовно-нравственный потенциал основных мировых религий, а также на такие принципы и понятия, как стремление к миру и справедливости, достоинство, свобода, ответственность, честность, милосердие и трудолюбие». Согласно документу, только на основе таких ценностей можно достичь подлинного объединения усилий международного сообщества.
Также с 2016 г. для Российской Федерации становится важным установление справедливой системы регулирования интернета, поскольку за последние годы всемирная сеть стала отдельным, требующим специального подхода измерением международных отношений. Позиция России по этому вопросу была отражена и в Концепции внешней политики, и в Доктрине информационной безопасности 2016 года. Суть ее состоит в том, чтобы содействовать справедливому распределению между странами ресурсов, необходимых для обеспечения безопасного и устойчивого функционирования Интернета, основанного на принципах доверия.
Установки на поиск и создание справедливой модели мироустройства, закрепленные в основополагающих внешнеполитических документах Российской Федерации, являются отражением видения российской политической и дипломатической элитой мировой политики и места в ней России. Евгений Примаков в своих трудах по внешней политике уделял значительное внимание этому направлению работы российского МИДа. Его размышления помогают глубже понять, почему категория «справедливости» стала одной из основных. В книге «Мир без России? К чему ведет политическая близорукость» (2009) Примаков возвращается к истокам сложившегося в начале XXI века миропорядка и доказывает, что «однополярный момент» был, во-первых, стратегической целью США, которые стремились к безраздельному доминированию в международных отношениях, а во-вторых, по сути являлся иллюзией, которая строилась на убежденности зарубежных партнеров в их «победе» над СССР в холодной войне. Данная интерпретация показала свою несостоятельность во время финансового кризиса 2008 г., который продемонстрировал, что Соединенные Штаты неспособны единолично управлять ни мировой политикой, ни мировой экономикой. Более того, такого рода концепция уже тогда не соответствовала международным реалиям, в которых развивающиеся страны начали играть более весомую, в том числе финансовую, роль.
Согласно Примакову, уроки конца XX – начала XXI вв. должны быть усвоены мировым сообществом, а новая система международных отношений – построена на сбалансированных и справедливых началах, которые не позволят позволять одной стране брать на себя слишком большие обязательства и одновременно будут отображать изменившуюся архитектуру мировой политики.
C – Стратегия
Андрей Сушенцов
Осыпание мирового порядка – метафора, вокруг которой строится доклад Валдайского клуба 2018 г., – продолжается. Наблюдатели все чаще затрудняются объяснить логику происходящего и указать направление перемен. В условиях нарастающего хаоса все большее значение обретают действия отдельных государств. Таким образом, внимание с уровня системы переключается на уровень ее участников, конкретных стран.
Но как измерить субъектность стран в международной системе? Какие из них более или менее важны? Ведь разница между потенциалами бывает драматична, но далеко не всегда потенциалы конвертируются в значимые внешнеполитические достижения. Вероятно, наиболее точным общим знаменателем является качество внешнеполитической стратегии государств. В этом контексте важны не только крупнейшие игроки, но и малые страны, которые смогли разработать комплексную внешнеполитическую стратегию, ставшую для них мультипликатором мощи. Можно сказать, что в высшей лиге мировой политики играют только качественные стратегии.
Прототип модельного государства в анархичном мире – Израиль. Эта небольшая и молодая страна, находящаяся во враждебном окружении, выстроила внутреннюю мотивацию и внешнеполитическую стратегию, нацеленные на максимальное использование ограниченных ресурсов для национального развития. Кандидатами в число государств с оптимальными стратегиями можно назвать несколько стран, находящихся в сложных геополитических условиях: Южная Корея, Финляндия, Узбекистан. Но каковы критерии качества стратегии?
Попробуем деконструировать само понятие стратегии. Классическое определение гласит, что стратегия – это способность правильно соотносить внешнеполитические цели с ресурсами. Но не менее важными составными частями ее являются и несколько других компонентов.
Во-первых, способность элит правильно выстраивать причинно-следственные связи в происходящем и формировать цели внешней политики, исходя из подлинных, а не мнимых потребностей развития. Другими словами, умение адекватно осознавать собственные потребности и не выдвигать ложных целей.
Во-вторых, стратегическая культура, которая выступает как своеобразная «кредитная история» использования силы в прошлом и является продуктом накопленного опыта великодержавной политики. Европейские страны с обширным опытом применения силы и ведения переговоров (всякая война неизбежно заканчивается миром) нередко более искусные стратеги, чем молодые государства с неопытной элитой, которая пускается во внешнеполитические эксперименты.
В-третьих, лидерство, являющееся продуктом воли и целеустремленности, готовности к жертвам. В мире, который становясь все более анархичным, остается сравнительно безопасным и сытым, готовность к жертвам – величина убывающая.
В-четвертых, эмпатия как способность построить конструктивную стратегию с учетом интересов всех вовлеченных сторон. Только комплексный подход, принимающий во внимание общий контекст и специфику других игроков, будет устойчив в долгосрочной перспективе.
Наконец, организационный ресурс, подразумевающий потенциал для внутренней мобилизации и навыки сосредоточения на ключевых задачах развития. Сытость и расслабленность препятствуют мобилизации и часто не позволяют даже богатым и состоятельным державам достигать целей.
Если разложить эти параметры и применить их к анализу ведущих государств, будет видно, что у каждого из них имеется существенный изъян, препятствующий реализации наиболее эффективной стратегии. Иногда он неустраним.
Так, у Китая, Саудовской Аравии, Индии, Японии есть проблема конвертации серьезного экономического и политического потенциала в пропорциональное влияние на международной арене. Несмотря на явные преимущества по ряду показателей (а в случае КНР – и по большинству из них), перечисленные державы испытывают трудности в достижении важных для них стратегических целей.
США и Европейский союз объединяет проблема самопоглощенности, зацикленности на внутренних обстоятельствах и идеологической ангажированности. Страны Запада взрастили самодовольные политические элиты, которые, уверившись в собственной абсолютной правоте и устав от стратегического мышления, взяли каникулы и часто принимают решения, мало связанные с подлинными национальными интересами. В Соединенных Штатах под воздействием острейшей внутренней поляризации стратегические линии, прежде незыблемые, размываются.
Для Ирана, Израиля, Кубы и Северной Кореи наиболее жгучей проблемой является внешнее давление. В большинстве случаев оно настолько велико, что оказывает определяющее влияние на формирование их идентичности. Если давление ослабнет или исчезнет, это повлечёт значительные последствия для внутриполитической жизни стран.
Бразилия, Мексика и Индонезия испытывают трудности с внутренней мобилизацией и концентрацией на решении принципиально важных задач. Неоднородность и глубокое расслоение населения не позволяет государствам сосредоточиться на достижении ключевых целей развития.
Наконец, Украину, Грузию, Палестину можно поставить в один ряд и отнести к группе стран, не сформулировавших целей развития и опирающихся на мнимые, а не на подлинные потребности. Трудно представить себе, как добиться успеха, если его условием объявляется крушение более сильного оппонента.
Россия представляет собой с точки зрения стратегии особенный случай. Ей (как и Турции) присуща проблема внутренней хрупкости, способная подкосить даже самую искусную внешнеполитическую стратегию. Однако в текущей международной ситуации у российских элит есть ряд преимуществ. Выработанный с опытом прагматизм (нередко на грани цинизма) позволяет лучше соотносить цели внешней политики с доступными ресурсами. Прагматизм сочетается с достаточным уровнем эмпатии, готовности учитывать интересы соперников. Именно по этой причине России удается быть эффективным диспетчером безопасности на Ближнем Востоке или строить комплексные отношения с Китаем. Правда, российская эмпатия не распространяется на США и многие страны Европы – причина кроется в концептуальной дистанции между отечественным реализмом и западным идеализмом.
У России имеется обширный исторический опыт применения силы и дипломатии, и это делает ее стратегическую культуру одной из наиболее плодотворных. Российские элиты обладают большим запасом решимости и умеют мобилизовывать ресурсы для достижения внешнеполитических целей. Вероятно, стратегия, вытекающая из этих качеств, лучше прочих работает в условиях осыпания международного порядка и возрастающей анархии.
У каждого из названных государств есть существенные проблемы по части стратегий. Правда, наиболее крупные из них обладают тем преимуществом, что могут позволить себе ошибаться. По крайней мере, куда чаще, чем малые страны, у которых ресурс прочности существенно меньше и всякая ошибка грозит стать фатальной. Но и небольшие страны бывают значимы для международной системы, если их стратегия учитывает слабые места и формирует цели развития, опирающиеся на подлинные национальные потребности.
С – Стратегическая стабильность
Дмитрий Суслов
Д.В. Суслов – заместитель директора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ «Высшая школа экономики».
Понятие стратегической стабильности вошло в российский внешнеполитический вокабуляр на рубеже 1980-х – 1990-х гг. одновременно с появлением соответствующей концепции. При этом уже в 1990-е гг. выявились отличительные особенности именно российского подхода. После распада СССР поддержание стратегической стабильности стало для Москвы не только вопросом национальной и международной безопасности – предотвращения ядерной войны и гонки вооружений, но и поддержания международно-политического статуса великой державы.
В США в период холодной войны для концептуализации отношений с Советским Союзом в области ядерного оружия использовались понятия «кризисная стабильность», «стабильность первого ядерного удара» и «стабильность гонки вооружений». В Советском Союзе открытых теорий ядерного сдерживания до конца 1980-х гг. не было.
Концепция стратегической стабильности возникла, когда острая конфронтация холодной войны уже сошла на нет, но СССР и биполярная структура международной системы еще существовали, равно как и огромные ядерные запасы обеих сверхдержав. Эта концепция совмещает в себе «стабильность первого удара / кризисную стабильность» и «стабильность гонки вооружений» и при этом призвана подчеркнуть стремление сторон подходить к вопросам стратегического сдерживания позитивно, через сотрудничество.
Впервые понятие упоминается в Договоре о ликвидации ракет средней и меньшей дальности[4], подписанном в 1987 году в Вашингтоне Михаилом Горбачёвым и Рональдом Рейганом. Затем оно получает развитие в «Совместном заявлении СССР и США относительно будущих переговоров по ядерным и космическим вооружениям и дальнейшему укреплению стратегической стабильности» (июнь 1990 г.). В этом документе говорится, что цель переговоров – «уменьшить опасность возникновения войны, особенно ядерной войны, обеспечить стратегическую стабильность, траспарентность и предсказуемость посредством дальнейших стабилизирующих сокращений стратегических арсеналов обеих стран. Это будет достигнуто путем поиска договоренностей, повышающих выживаемость, устраняющих стимулы для нанесения первого ядерного удара и воплощающих соответствующую взаимосвязь между стратегическими наступательными и оборонительными средствами».
То есть понятие «стратегическая стабильность» носило двусторонний российско-американский характер, касалось только стратегических ядерных вооружений и включало в себя как принципы развития ядерных арсеналов России и США, так и отношений двух стран.
Прежде всего, понятие «стратегическая стабильность», как и «стабильность первого удара / кризисная стабильность», означало поддержание такого состояния ядерных арсеналов двух стран и такого характера российско-американских отношений, при котором ни у одной из сторон нет стимула для нанесения первого удара. Это подразумевало, во-первых, наличие у обеих сторон надежного потенциала ответного удара, способного нанести неотвратимый неприемлемый ущерб, – то есть ситуацию взаимного ядерного сдерживания. Во-вторых, отсутствие у сторон вооружений, наиболее опасных с точки зрения ядерной эскалации. На тот период – систем ПРО и ракет средней и меньшей дальности, которые действительно могли бы создать соблазн нанести обезоруживающий (в случае с ПРО) или упреждающий (в случае с РСМД) удар. В-третьих, прозрачность и предсказуемость, что давало бы сторонам относительную уверенность в том, что угроза неожиданного ядерного удара минимальна и вторая сторона не стремится явным образом к стратегическому превосходству. Это обеспечивалось постоянным российско-американским диалогом по контролю над вооружениями, мониторингом и верификацией выполнения обязательств по ограничению и сокращению вооружений.
Общими для Москвы и Вашингтона целями укрепления стратегической стабильности (посредством двустороннего контроля над ядерными вооружениями и поддержания надежных потенциалов ответного удара) были уменьшение угрозы ядерной войны, ограничение гонки вооружений, постепенное сокращение ядерных вооружений в целом, а также укрепление двусторонних политических отношений.
Подобное понимание создало концептуальную основу для переговоров по Договору СНВ-1 (подписан в июле 1991 г.), а также установило тесную связь между понятиями «стратегическая стабильность» и «контроль над вооружениями». Мнение, что именно контроль над вооружениями является единственно надежным способом обеспечения стратегической стабильности, стало доминирующим. В дальнейшем эти понятия воспринимались как синонимы.
Однако распад СССР вскоре после подписания договора СНВ-1 и резкое сокращение международного веса России существенно скорректировали ее подход к концепции стратегической стабильности. Москва начала видеть в ней и в соответствующем взаимодействии с Вашингтоном способ обеспечения не только безопасности, но и статуса великой державы.
Это выразилось, прежде всего, в приверженности России приблизительному количественному паритету с Америкой в области стратегических ядерных сил (СЯС) и ситуации взаимного гарантированного уничтожения (ВГУ) в варианте «зрелого» периода холодной войны – несмотря на прекращение холодной войны и резко изменившееся положение России и США в мире. Изначальная концепция стратегической стабильности не настаивает на паритете и способности сторон стереть друг друга с лица Земли. В ней речь идет о сдерживании, понимаемом как сохранение потенциала для неотвратимого ответного удара с заведомо неприемлемым для агрессора ущербом, что отнюдь не обязательно обеспечивается паритетом. В отношениях Вашингтона и Пекина, например, сдерживание не имеет какого-либо намека на паритет (так называемое «минимальное сдерживание»).
Россия же на протяжении 1990-х и 2000-х гг. последовательно рассматривала любые отклонения от паритета и ВГУ как угрозу стратегической стабильности и собственной военной безопасности. Даже в период наибольших финансово-экономических трудностей 1990-х гг. Москва строго следила за тем, чтобы ее арсенал СЯС был приблизительно равен американскому и чтобы все последующие российско-американские договоры об ограничении и сокращении стратегических ядерных вооружений носили паритетный характер и не допускали приобретения одной из сторон количественного превосходства.
Также Россия жестко критиковала стремление Соединенных Штатов создать ограниченную систему стратегической ПРО. Именно фактор ПРО похоронил Договор СНВ-2. Сразу после одностороннего выхода Вашингтона из Договора по ПРО 1972 г. (и выхода России из ДСНВ-2) Москва начала создавать вооружения, способные преодолевать любые перспективные системы противоракетной обороны, включая новейшие тяжелые жидкостные МБР и гиперзвуковые носители ядерного оружия.
Разумеется, изначальное понимание стратегической стабильности тоже рассматривало системы ПРО как дестабилизирующие, указывая на «взаимосвязь между стратегическими наступательными и оборонительными средствами». Однако даже в российском, не говоря уже об американском, экспертном сообществе преобладает мнение, что никакие системы ПРО, которые США гипотетически могут создать в обозримой перспективе и тем более те, что создавались администрациями Джорджа Буша-младшего, Барака Обамы и Дональда Трампа, не способны поколебать российский потенциал ответного удара. Более того, наличие продвинутой системы предупреждения о ракетном нападении означает, что на практике речь в случае ядерной войны будет идти не об ответном, а об ответно-встречном ударе, минимизировать который средствами ПРО физически невозможно.
Причина жесткого подхода России в том, что она воспринимала создание Соединенными Штатами системы ПРО не только как фактор ослабления сдерживания, а как угрозу для стратегического паритета и ВГУ в классическом смысле.
Еще один пример приверженности России паритету и ВГУ – нежелание идти на дальнейшие сокращения СЯС после ДСНВ-3, как указывалось в официальной позиции, «без учета всех факторов, влияющих на стратегическую стабильность». Действительно, к началу 2010-х гг. США продвинулись существенно дальше России в области ПРО и высокоточных вооружений в неядерном оснащении, и эти системы стали рассматриваться как ослабляющие стратегическое сдерживание. Заговорили о «стирании грани» между ядерными и высокоточными обычными вооружениями в части их способности наносить обезоруживающий удар. Соответственно, Россия стала требовать их ограничения как условия дальнейшего сокращения СЯС.
Опять-таки на уровне теории российский подход полностью соответствует первоначальному пониманию стратстабильности. Однако на практике способность высокоточных неядерных вооружений вывести из строя значительную часть СЯС невелика, особенно в реалиях начала 2010-х годов. Россия стремилась не столько сохранить сдерживание как таковое, сколько предотвратить общий военный дисбаланс с США по мере их прогресса в области неядерных вооружений.
Наконец, доказательством приверженности России ВГУ и ее стремлению не допустить общий военный дисбаланс с Соединенными Штатами и НАТО служит повышение значимости ядерного оружия в ее военной доктрине после распада СССР. Это выразилось в отказе от советского принципа неприменения ядерного оружия первым (нынешняя ядерная доктрина РФ предполагает готовность применить ядерное оружие в ответ на неядерное нападение «в случае угрозы самому существованию государства») и в повышении значимости тактического ядерного оружия (ТЯО), которое стало рассматриваться как способ компенсировать превосходство НАТО в области неядерных средств. В связи с этим Москва жестко выступает против попыток Вашингтона включить ТЯО в контроль над вооружениями и установить для него какие-либо ограничивающие лимиты и правила.
Главная причина приверженности России стратегическому ядерному паритету и ВГУ – политическая. После распада СССР только в этих областях у Москвы сохранялось равенство с США и значительное превосходство над всеми другими центрами силы, включая Китай, а потому они стали важнейшими индикаторами статуса России как великой державы. Указание на особую ответственность России и Соединенных Штатов как стран, у которых свыше 90% мирового ядерного арсенала, за глобальную безопасность – одна из излюбленных тем внешнеполитической риторики Москвы.
Восприятие Россией статуса ядерной сверхдержавы как чуть ли не несущей опоры ее великодержавности предопределило и ее отношение к контролю над вооружениями. Москва воспринимала его не только как механизм уменьшения угрозы ядерной войны и ограничения гонки вооружений, но и как важнейший способ подчеркивать и институционализировать свой статус уникального партнера США по управлению стратегической стабильностью, державы, на которую возложена великая миссия обеспечивать мир и безопасность на всей планете.
Это выражалось, во-первых, в стремлении России сохранять процесс и континуум российско-американского контроля над вооружениями, не допускать периодов отсутствия действия договоров по типу СНВ-1 вопреки периодическим попыткам США положить этому процессу конец. Так, после одностороннего выхода Вашингтона из Договора по ПРО и гибели ДСНВ-2 Москва приложила немалые усилия, убеждая администрацию Буша-младшего, утверждавшую, что контроль над вооружениями потерял актуальность, все же не допускать его полного развала. Результатом стал Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов, который, хотя и казался легковесным по сравнению с Договорами СНВ-1, СНВ-2, все же был юридически обязывающим документом, сохранявшим формат двустороннего сотрудничества России и США по контролю над вооружениями. Аналогичные усилия Москва предпринимает сегодня, пытаясь убедить администрацию Трампа продлить ДСНВ-3.
Во-вторых, торжественное подписание «больших» договоров с американцами часто рассматривалось как признание лично президента России мировым лидером. Своего рода международная легитимация. Во многом именно соображения статуса толкали Москву к тому, чтобы подписать с США Договор СНВ-2 ещё до вступления в силу Договора СНВ-1: Борису Ельцину хотелось выглядеть не менее значимым мировым лидером, чем был подписавший ДСНВ-1 Михаил Горбачёв.
В-третьих, Россия болезненно реагирует на нынешние призывы администрации Трампа лишить ее статуса эксклюзивного партнера США по вопросам стратегической стабильности и включить в переговоры по контролю над вооружениями Китай. Негативное отношение к этой идее связано не только с невозможностью ее воплощения в жизнь в силу нежелания Пекина участвовать в подобном процессе, пока Москва и Вашингтон не понизят свои ядерные арсеналы до его уровня, и не только с тем, что оно в целом выглядит как попытка найти оправдание для непродления двустороннего российско-американского ДСНВ-3 на новый срок. Подключение Китая ликвидирует последнюю область мировой политики, в которой Москва заведомо важнее и влиятельнее Пекина. Вот почему Россия продолжает уговаривать администрацию Трампа все же продлить действие ДСНВ-3 до 2026 г. и использовать этот период для выработки новых или коррекции прежних подходов к поддержанию стратегической стабильности.
В последнее время в мире происходят настолько серьезные изменения, что и российский подход к стратегической стабильности, характерный для периода после распада СССР, и ее понимание образца 1990 г. стремительно устаревают. Приобретение неядерными вооружениями стратегических свойств и стирание грани между войной и миром в корне меняют содержание угрозы ядерной войны: сегодня ее начало гораздо более вероятно вследствие эскалации неядерного конфликта, нежели неожиданного ядерного нападения. Стремительная диверсификация средств нанесения стратегического ущерба, которые сегодня включают в себя в том числе киберсредства, меняют природу гонки вооружений и делают продолжение традиционного процесса ограничения и сокращения СЯС нереализуемым технически и бессмысленным с военной точки зрения.
Все это разрывает казавшуюся в 1990 г. незыблемой связь между стратегической стабильностью и контролем над вооружениями в виде системы соглашений и режимов по сокращению и ограничению СЯС. Последние уже не в силах гарантированно свести угрозу ядерной войны к минимуму. Они также перестают оказывать решающее влияние на гонку вооружений. Она ведется в других средах, ставших стратегическими. Гонка же ядерных вооружений теряет военный смысл в условиях появления гиперзвуковых носителей, позволяющих нанести агрессору неприемлемый ущерб при любом количественном уровне его СЯС и ПРО. Да и сами эти договоры последовательно отмирают.
Диверсификация стратегических вооружений делает поддержание количественного паритета с Соединенными Штатами по СЯС невозможным и еще более бессмысленным с точки зрения сдерживания. Даже новейшие российские гиперзвуковые системы – шаг в сторону от паритета и возможность отказаться от него на политико-доктринальном уровне.
Конфронтация США с Китаем, которая имеет все шансы стать главной темой международных отношений ближайших десятилетий, вкупе с совершенствованием стратегических сил КНР ставят крест на двусторонней российско-американской природе стратегической стабильности. Экономические и технологические ресурсы Китая позволяют ему совершить в случае необходимости рывок и выйти на уровни СЯС России и Соединенных Штатов к 2030-м годам. Уже сейчас Россия, как заявил в октябре 2019 г. Владимир Путин, содействует модернизации китайской СПРН, укрепляя тем самым ситуацию ВГУ между США и Китаем.
С – Суверенитет
Александр Филиппов
Понятие «суверенитет» – несомненно, одно из ключевых для российского политического, в том числе внешнеполитического, нарратива.
«Суверенитет» является, прежде всего, формулой политической риторики, то есть публичной речи, опознаваемой как политическая. Риторика суверенитета может иметь вид описания фактического положения дел, однако по сути это всегда послание о должном и недолжном. Упоминание о суверенитете есть способ напомнить о нем, утвердить требование, указать на возможность утраты и необходимость восстановления.
Смысл слова «суверенитет» ясен: это высшая власть. Поэтому суверенен в государстве тот, за кем, хотя бы на словах, она признается. В международных отношениях суверенитет есть признание, опять же – хотя бы на словах, независимости внутренней суверенной власти от внешних политических сил, от других государств, а еще более точно – независимость внутренних суверенов одних государств от внутренних суверенов других. Утверждение «такая-то страна есть суверенное государство» означает, что верховная власть в этой стране принимает решения, которые не продиктованы верховной властью других стран.
Но здесь-то и начинаются проблемы. Международное право и международные организации могут быть проблемой для тех, кто принимает суверенные решения, а внутренний суверенитет может быть проблемой для международного права и международных организаций. Способы постановки проблемы и ее решения меняются с годами, и если в 2000-е гг. и немного позже мы часто слышали, что время классического суверенитета ушло[5], что само понятие может считаться чуть ли не устаревшим, то в середине и ближе к концу 2010-х гг. ситуация изменилась. «Для нас суверенитет означает контроль над своим правительством. Таким образом, те, кто предлагает “разделить” или “объединить” американский суверенитет с международными организациями, чтобы вместе справляться с “глобальными” проблемами, говорят в реальности вот что: мы должны уступить часть нашего суверенитета институтам, которые будут находиться под влиянием или даже контролем также и других наций. Это, несомненно, формула уменьшения автономии США и нашего контроля над своим правительством»[6], – писал в начале десятилетия Джон Болтон. Болтон был последователен. Он атаковал не только Барака Обаму, левых университетских интеллектуалов и глобалистов, глобальное управление во всех его видах, но и саму идею международного права, проницательно, как оказалось впоследствии, указывая на то, что вопрос о роли и границах международного права и суверенитета станет ключевым в дискуссиях ближайших лет[7].
Действительно, чуть ли не наугад выбранное в источниках 2016 г. суждение в пользу Дональда Трампа кажется просто продолжением предыдущего: «Как следует нами править – посредством ли американского конституционализма или международного права? Должно ли правление быть укоренено в американском суверенитете или в глобальном управлении? … Есть ли право у американского народа сохранять и продолжить свой образ жизни или нет? Есть ли у американцев право быть законодателями самим себе или важнейшие решения будут принимать за них другие (например, иностранные судьи)?».[8]
Эти вопросы имеют риторический характер, все «да» и «нет» уже известны заранее. Однако такова риторика суверенитета! Несмотря на все значение этой позиции для Америки и Америки для всего мира, в самой сути этих формулировок нет ничего специфически американского, как нет ничего специфически американского в том более общем движении, которое эти формулировки иллюстрируют и которое, как мы видим, набирает силу в последние годы. Суверенитет видится в этой перспективе как род очевидности, безусловного блага. Мы должны рассмотреть эту очевидность, не останавливаясь на исследовании истории и множества источников, которые часто противоречат друг другу, хотя бы потому, что побеждающее в наши дни понимание суверенитета, в общем, достаточно простое и достаточно старое, словно бы выносящее за скобки всю интеллектуальную работу, которая совершается по сей день.
Что собой представляет это понятие? Прежде всего, оно предполагает, что суверенитет имеет отчетливо территориальный характер. Это далеко не очевидно по отношению ко всей вообще высшей власти, но имеет принципиальное значение в современном мире. Суверенная территория, то есть территория, на которую распространяется власть и на которой действуют законы, и является интуитивной очевидностью, опорой для политиков и политических публицистов. «Суверенитет – это территориальное определение политической власти. Территориальность стала принципом основания суверенной государственности в период раннего модерна и остается такой до сих пор»[9]. Территория, в принципе, может быть огорожена. Вокруг нее можно поставить забор, опутать колючей проволокой, закрыть небо над ней при помощи разного оружия… То же касается и людей: люди находятся на территории, и в понятие территориального государства недаром включено понятие физической силы, насилия, направленного на тело, которое находится в пределах досягаемости и, в целях реализации суверенной власти, может быть ограничено в перемещениях, подвергнуто чувствительному наказанию или, наоборот, снабжено пищей, теплом и средствами передвижения. Не в наказании и не в поощрении и поддержке как таковых состоит дело. Дело именно в живом теле. Из тел состоит население, народ, граждане, которые в большинстве современных стран объявлены носителями суверенитета, неотчуждаемым истоком власти.
Таким образом, суверенитет, как мы видим, без сомнения распространяется на людей в их телесности, поскольку они находятся на принципиально огораживаемой территории. Он распространяется на них, как на вещи, поскольку они доступны прямому физическому воздействию. Суверенитет также распространяется и на неодушевленные предметы, про которые можно сказать, например, что они находятся в собственности государства и под его контролем, а также на те нормы, в соответствии с которыми это воздействие на тела и предметы могло бы совершаться. Народ, что кажется вполне очевидным, располагается, как правило, на территории, является солидарным сообществом, которое определяет самое себя. Такова идея народного суверенитета, в ней так или иначе зашита идея «политического тела», как бы это ни называлось.
Конечно, это метафора, но иногда метафоры, употребляемые как бы полусознательно, без дополнительной работы над ними, начинают словно бы мыслить за нас, вместо нас. Полезно бывает вернуться к истокам собственной мысли, чтобы проверить, не связана ли с ней такая подспудная работа метафоры. В данном случае без метафоры тела все очевидности, все традиционные интуиции суверенитета кажутся бессмысленными.
Но чем больше мы отходим от этой, говоря языком философии, непосредственной телесности, тем сложнее говорить о суверенитете. Вся критика суверенитета так или иначе связана с оспариванием его основной метафоры и связанных с нею понятий. Здесь важно провести различия.
Один из самых распространенных способов борьбы против суверенитета государства связан не с отказом от метафорики политического тела как таковой, а с ее переинтерпретацией. Сначала связь государства и политического тела народа должна быть поставлена под сомнение. «Население», если оно очевидным образом разнородно, а территория, на которой оно находится, велика, риторически перестает считаться народом, за этим народом больше нет очевидности коллективного тела, зато она есть за другими, как правило, меньшими группами, однородность которых подтверждается языком, религией, подлинным или вымышленным общим происхождением и тому подобным. Логика сопряжения народа и территории, логика суверенитета сохраняется, но переносится на меньшие образования.
Иной случай – это сохранение ставки на телесность, но уже не коллективную, а индивидуальную. Отказ от метафорики политического тела и акцент на то, что самым подлинным, интуитивно неоспоримым, достоверным является индивид как живое смертное существо, приводит к идее естественных прав индивида, от имени которых можно оценивать, ставить под сомнение, оспаривать права любой общности, прежде всего, конечно, традиционного суверенного государства. Современное международное право, строго говоря, уже ставит права личности выше прав политической общности. Защита прав человека образует ядро международного права, в котором далеко не всегда удается находить баланс между уважением к правам человека и соблюдением принципа суверенитета. Однако критики суверенитета последовательны, они идут еще дальше, усматривая в перспективе «глобальный легальный порядок» всего человечества[10].
Наконец, третье направление – это радикальная детерриториализация социального.
Современные средства коммуникации уничтожают расстояния. Еще в самом начале XX века Георг Зиммель проницательно замечал, что деньги побеждают пространство. Если у вас есть деньги, недоступные прежде товары окажутся у вас, а события в мире денег подействуют одно на другое, даже если биржи, например, сильно отдалены друг от друга.
С введением электронных средств коммуникации не только в экономическую, но и в повседневную жизнь указание на уменьшение роли традиционно понимаемого физического пространства стало общим местом. Идеи, культурные образцы (например, образовательные системы, способы подачи новостей и многое другое) преодолевают государственные границы, не будучи телами, то есть, строго говоря, не преодолевают их, а существуют помимо них, в другом измерении. Новые пространственные образования вроде «мировых городов» иначе организуют территории, становятся узлами мировой системы коммуникаций, которые находятся, с одной стороны, в теле государств, а с другой – на совершенно особом, автономном положении.
Международные организации и международно-правовые регуляции, ими производимые, безусловно, требуют реализации на территориях. Отсюда, собственно, известная концепция «R2P» (Responsibility to Protect), которая широко обсуждалась международными юристами в начале 2000-х гг. Данная концепция «берет за отправную точку человеческие потребности и перемещает фокус с прав государства на обязанности государства (и его ответственность)», трансформируя тем самым понятие суверенитета[11].
Во всех этих случаях более традиционно понимаемый суверенитет размывается, находится под угрозой, кажется, ему грозит если и не исчезновение, то еще более существенное, чем прежде, ограничение. Но все ли чисто в этих аргументах? С одной стороны, мы видим, что пространство, тело и суверенитет действительно не могут быть сохранены в привычных форматах. Но с чем же тогда связаны успехи тех движений, которые в буквальном смысле слова могут быть названы реакционными, то есть являются реакциями на далеко зашедшие процессы глобализации и детерриториализации политики.
Возможно, вопрос о суверенитете должен быть действительно поставлен по-новому. Вот несколько оснований. Во-первых, его нужно радикально отделить от идеи коллективного тела, у которого есть некая особая, привилегированная естественность по сравнению с другими коллективными образованиями. Дело не в том, что государство не имеет здесь преференций, а в том, что в современном мире оно проиграет эту войну риторик другим поднимающимся общностям с их притязаниями. Радикальный отказ от этой риторики не подрывает государство, он подрывает притязания его соперников.
Во-вторых, государства должны перепроверить то, что может и что не может находиться в зоне их ответственности. Притязать на права там, где не способен проявить ответственность, – не лучшая тактика и худшая стратегия.
[3] Пустогаров В. В. Ф. Ф. Мартенс – юрист, дипломат. – М.: Международные отношения, 1999. С.150-153.
[4] http://docs.cntd.ru/document/1902104
[5] Разумеется, это не было всеобщим мнением. Так, знаменитый социолог Майкл Манн писал еще в начале 90-х гг. прошлого века: «Государство-нация отнюдь не находится в состоянии общего упадка. Некоторым образом оно все еще созревает. … Современное государство-нация остается уникально интенсивной концепцией суверенитета» (Mann, Michael. Nation-states in Europe and other continents // Daedalus, 1993. Vol. 122, no 3, p. 118.). [“The nation-state is thus not in any general decline, anywhere. In some ways, it is still maturing. … The modern nation-state remains a uniquely intense conception of sovereignty”]
[6] Bolton, John R. How Barack Obama is Endangering our National Sovereignty. Encouter Broadsides, 2010. Kindle Edition. Loc. 21 ff.
[7] См.: Ibid. : Loc. 161.
[8] Fonte, John & O’Sullivan, The Return of American Nationalism // https://www.hudson.org/research/13039-the-return-of-american-nationalism.
[9] Jackson, Robert. Sovereignty: Evolution of an Idea. Cambridge, UK: Polity, 2007. P. 104.
[10] См., например: Domingo, Rafael. The New Global Law. N.Y. etc.: Cambrige University Press, 2010. «Подобно семье человечество представляет собой естественную сущность, а не только культурную», – пишет автор, практически полностью растворяющий государство в длинном перечне сообществ между семьей и человечеством (P. 117). [Like a family, humanity is a natural entity, not just cultural.]
[11] См.: Klabbers, J., Peters, A. and Ulfstein, G. The Constitutionalization of International Law, The Constitutionalization of International Law. Oxford: Oxford University Press. 2010. P. 184.
Макрон прокомментировал "сделку века" с Израилем и Палестиной
Президент Франции Эммануэль Макрон, комментируя объявленный США проект израильско-палестинского урегулирования, известного как "сделка века", заявил, что для достижения мира "нужны двое", сообщает газета Figaro.
Президент США Дональд Трамп объявил во вторник об итогах разработки "сделки века" - проекта соглашения между Израилем и Палестиной, который должен положить конец конфликту в регионе. План предусматривает создание государства Палестина и его демилитаризацию, при этом Израиль сохранит контроль над востоком реки Иордан, а Иерусалим останется его неделимой столицей.
"Для достижения мира нужны двое. Нельзя этого достичь с одной стороной", - сказал Макрон журналистам на полях обеда с представителями армянской диаспоры в Париже.
Президента Франции также спросили, верит ли он до сих пор в концепцию "двух государств" для разрешения конфликта. "Я верю в два суверенитета", - ответил Макрон. В материале газеты его ремарка названа "загадочной".
Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху заявлял, что сделка предполагает также признание столицей Палестины города Абу-Дис на восточной окраине Иерусалима, "за ограждением" города. Одновременно план предлагает инвестиции в 50 миллиардов долларов для нового палестинского государства. Предполагается, что переговоры по заключению окончательного соглашения должны пройти в течение четырех лет.
Глава ПНА отверг новый план, заявив, что палестинцы настаивают на признании своего государства в границах 1967 года со столицей в Иерусалиме.
Арабская мирная инициатива, принятая на саммите в Бейруте в 2002 году, предлагает Израилю нормализацию отношений со всем арабским миром в обмен на уход с земель, оккупированных в 1967 году, признание палестинского государства со столицей в Восточном Иерусалиме и справедливое решение проблемы беженцев-палестинцев.
Ливия, которую мы все еще не потеряли
Перспективы урегулирования ситуации в Ливии, какими бы отдаленными они ни выглядели на сегодняшний день, позволяют надеяться, что эта страна восстановит свое некогда солидное место в клубе нефтедобывающих государств. Именно на этот вариант развития событий рассчитывают российские нефтяные компании, начиная высокорискованные ливийские проекты. Но если преодолеть внутренние конфликты и восстановить целостность государства в Ливии не удастся, то мировой рынок нефти, как бы цинично это ни звучало, практически не ощутит эту утрату: влияние событий в Ливии на конъюнктуру нефтяных цен уже давно минимально.
Обещаем обещать
Конференция по мирному урегулированию конфликта в Ливии, состоявшаяся 19 января в Берлине, и предшествующие ей переговоры в Москве предсказуемо закончились ничем. Две стороны противостояния — контролирующее столицу Триполи Правительство национального согласия (ПНС) во главе с Файезом Сарраджем и закрепившаяся на нефтедобывающем востоке страны Палата представителей Ливии (ППЛ), ключевой фигурой которой является главнокомандующий ее вооруженными силами Халифа Хафтар, — так и не смогли найти компромисс. Московские переговоры были фактически сорваны после того как их покинул Хафтар, отказавшийся подписать соглашение о ПНС, не удалось организовать прямые переговоры между оппонентами и в Берлине.
Основным итогом берлинской конференции стало принятие обращения ее участников — России, США, Великобритании, Франции, Германии, Китая и ряда других стран — к сторонам конфликта, выдержанное в духе формулировки «за все хорошее и против всего плохого». В частности, прозвучало заявление о необходимости гарантировать безопасность нефтяных объектов и воздержаться от любых враждебных действий в отношении нефтяной инфраструктуры страны, а единственной независимой и законной нефтяной компанией Ливии была в очередной раз названа Национальная нефтяная корпорация (NOC), что уже было проговорено в резолюциях Совета безопасности ООН в 2015 и 2018 годах.
Эти благие пожелания прозвучали на фоне очередного обострения ситуации вокруг ливийской нефти. 18 января, за день до берлинского саммита, ливийская NOC объявила о ситуации форс-мажора после того как командование возглавляемой Хафтаром Ливийской национальной армии (ЛНА) приказало прекратить отгрузку нефти и закрыть порты побережья залива Сирт — Рас-Лануф, Эс-Сидру, Марса-эль-Брегу, Эль-Харигу и Эз-Зувайтину. Это решение было принято вслед за требованием объединения племен и городов востока Ливии открыть под контролем ООН специальный счет, на который поступала бы выручка от экспорта нефти. В настоящий момент, пояснили авторы этого заявления, все нефтяные доходы направляются в Триполи и используются не для развития востока страны, а на военные нужды, включая вооружение боевиков, нападающих на нефтяные скважины.
Ежедневный ущерб от закрытия портов, по оценке нефтяной компании Ливии, может составить 800 тыс. баррелей, или порядка $55 млн в день.
По состоянию на 27 января добыча нефти в Ливии снизилась до 284 тыс. б/с, тогда как обычный уровень до этого составлял 1,22 млн баррелей.
Несмотря на то, что генеральный секретарь ООН Антониу Гутерреш призвал Сарраджа и Хафтара полностью принять итоги берлинской конференции, это предложение, видимо, тоже останется благим пожеланием. Как сообщила 24 января канцлер Германии Ангела Меркель по итогам переговоров в Анкаре с турецким президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом, Саррадж принял предложение о перемирии и 55 пунктов согласованного в Берлине документа о принципах урегулирования конфликта, а Хафтар согласился только с перемирием. Сторонники реалистичного подхода к ситуации в Ливии дают понять, что рассчитывать на быструю нормализацию крайне преждевременно. «Там далеко еще до того, чтобы государственность была восстановлена», — заявил в преддверии берлинских переговоров глава МИД России Сергей Лавров.
Основная трудность для переговоров, поясняет Михаил Балбус, эксперт Института глобализации и социальных движений, состоит в том, что Хафтар находится в выигрышном положении. Прошлогоднее наступление не принесло ему быстрой победы, но в ближайшие месяцы у него есть серьёзные перспективы захватить Мисрату, а Сирт, один из главных центров ливийской нефтедобычи, уже захвачен. При этом у России есть лишь ограниченное влияние на Хафтара, у которого имеются более серьёзно настроенные союзники в лице Египта и ОАЭ.
«Происходящее в Ливии — это не гражданская война, а этноконфессиональный конфликт, который будет длиться долго, несмотря на усилия разных сторон в попытках урегулирования, — считает Артем Деев, руководитель аналитического департамента компании AMarkets. — Стабильность в такой нефтедобывающей стране не нужна никому, потому что есть возможность получить за бесценок дорогостоящие активы. Но это сопряжено с серьезными угрозами военного плана и отсутствием гарантий, что инвестиции будут сохранены. Подобные конфликты заканчиваются, когда стороны устают воевать, как это было в Ливане после 15 лет гражданской войны».
Замах на достижения Каддафи
Тем не менее, даже в условиях обострения противостояния между Сарраджем и Хафтаром нефтедобычу в Ливии не постиг коллапс. По итогам прошлого года общие доходы NOC от нефти, газа и нефтепродуктов составили $22,5 млрд, что лишь на 8,5% ниже по сравнению с 2018 годом. А в минувшем декабре компания была регулярным поставщиком обнадеживающих новостей. В частности, стало известно об увеличении добычи на месторождениях Нафура и Хамад, о возобновлении добычи на месторождении Гани с дебитом 5 тыс. б/с, о приросте добычи на 2,5 тыс. б/с на месторождении Абу-Аттифель и т. д.
В октябре прошлого года руководитель NOC Мустафа Саналла заявил, что в перспективе пяти лет добыча нефти в Ливии может вырасти до 2,1 млн б/с, то есть увеличиться более чем на 60% к достигнутому на тот момент уровню. Если этот план будет выполнен, то Ливия сможет заметно превзойти тот уровень добычи, который имелся незадолго до падения режима Муаммара Каддафи (1,6 млн б/с), хотя его планы простирались гораздо дальше: свергнутый в 2011 году и убитый ливийский лидер собирался довести его до 3 млн б/с.
Еще в 2009 году Ливия заявила инвестиционную программу развития нефтяной отрасли в объеме $10 млрд, и теперь постепенно возвращается к этим планам.
Для реализации стратегического плана повышения добычи правительством в Триполи специальным указом был принят «исключительный бюджет», из которого для компенсации недостающих платежей из бюджета NOC осенью прошлого года было обещано выделить сумму, эквивалентную примерно $1 млрд.
Одновременно была активизирована работа с иностранными инвесторами, которая уже принесла определенные результаты. В декабре прошлого года, например, власти в Триполи одобрили приобретение французской Total доли в 16,33% в компании Marathon Oil в рамках концессии Waha Oil. Предполагается, что Total инвестирует в этот проект $650 млн, увеличив добычу на 180 тыс. б/с.
Активизировались в Ливии и российские нефтяники. В конце прошлого года «Татнефть» возобновила сейсморазведочные работы в бассейне Гедамес, приостановленные в 2014 году, хотя три года назад ее глава Равиль Маганов говорил, что возобновлять добычную деятельность в Ливии не планируется до полной стабилизации обстановки в стране. Работа на территории Гедамеса велась компанией еще до свержения Каддафи, в рамках заключенного в 2005 году соглашение на разведку и раздел продукции, а вскоре после этого «Татнефть» выиграла право работать еще на трех нефтяных участках в бассейнах Гедамес и Сирт.
Одновременно с возвращением «Татнефти» Wintershall Aktiengesellschaft (WIAG), совместное предприятие немецкой компании Wintershall Dea и дочерней структуры «Гапрома» Gazprom E& P International, подписали с ливийской NOC соглашения на разведку и раздел продукции в 91-м и 107-м районах бассейна Сирт сроком действия до 2036 и 2037 годов. За операционную деятельность в этом проекте будет отвечать совместное предприятие Sarir Oil Operations, в которой ливийцам принадлежит 51%, а WIAG — 49%. Ливийское партнерство «Газпрома» и Wintershall также началось еще при Каддафи: в 2008 году Gazprom E& P International получила 49% в двух концессиях бассейна Сирта, на которых Wintershall Aktiengesellschaft разрабатывает 9 месторождений с 1966 года.
Планы сотрудничества с Ливией также имеются у «Роснефти», которая подписала соглашение с ливийской NOC в феврале 2017 года. Оно предусматривало как закупку в Ливии сырой нефти, так и инвестиции с российской стороны.
Участие России в урегулировании ливийской экономической и политической ситуации обусловлено защитой национальных, в том числе экономических, интересов, отмечает генеральный директор нефтесервисной компании «НафтаГаз» Ислам Назаралиев.
По его мнению, восстановление российских позиций в Ливии даст шанс компенсировать в том или ином виде убытки, которые понесли российские нефтяники, успешно работавшие в стране в период правления Каддафи.
«К сожалению, за почти десять лет, прошедших с момента свержения полковника, значительных положительных изменений в Ливии практически не произошло, — констатирует эксперт. — В стране имеется два правительства, действует масса бандформирований, которые используют нефтяные вентили в целях шантажа тех или иных „центральных властей“ — захватывают объекты инфраструктуры, занимаются контрабандой и другой нелегальной деятельностью. Однако, как показала история конфликта в Сирии, в принципе не обязательно ожидать установление какой-то единой власти над всей страной. Главное, чтобы все участники гражданского противостояния пришли к общим мирным договоренностям».
По мнению Михаила Балбуса, возвращение в Ливию «Татнефти» свидетельствует, что варианты завершения конфликта начинают отдалённо просматриваться. Для российских компаний, полагает эксперт, есть перспективы для работы при условии победы Хафтара (к «группе поддержки» которого также относится Франция) или каддафистов на гипотетических выборах, но и в том случае, если правительство ЛНА и Саррадж смогут договорится об урегулировании, возможности также сохранятся.
Есть, впрочем, и скептические прогнозы. Как полагает Артем Деев, ставить на Хафтара, который почти 30 лет прожил в США, которого поддерживали американцы во время операции в Сирте в 2016 году, а сейчас поддерживает Франция, — большой риск. Поэтому для российских компаний, считает эксперт, более разумным будет сосредоточиться на проблеме разработки внутренних трудноизвлекаемых запасов нефти в преддверии падения добычи легкодоступных запасов.
Сотрудничество же России и Ливии возможно только в случае гарантий со стороны ливийских властей по защите российских инвестиций на длительный период.
Также необходимо решить вопрос о прощении долга $4,5 млрд, который числится за Триполи еще времен СССР и перспектив проектов с «Газпромом».
Запасной игрок
Так или иначе, по сравнению с временами Каддафи, когда Ливии хватало нефти не только на оплату собственных проектов развития, но и на выстраивание альянсов с соседними африканскими государствами, сейчас роль этой страны на мировом рынке углеводородов, по большому счету, мизерна. Именно поэтому даже резкие форс-мажорные скачки в ливийской добыче не оказывают существенного влияния на мировые цены на нефть.
Если в период анархии, последовавшей за «арабской весной» 2011 года, рынок бурно реагировал на снижение объема поставок из Ливии, то в дальнейшем даже на фоне гражданской войны в стране цены особо не росли, отмечает Екатерина Грушевенко, эксперт Центра энергетики Московской школы управления «Сколково». Сейчас, по ее мнению, ситуация схожая: на фоне сообщений о прекращении добычи на том или ином месторождении могут наблюдаться колебания цен в течение одного-двух дней, но не более.
«Значительного влияния добыча нефти в Ливии на рынок уже не оказывает — все слишком привыкли к конфликтам на Ближнем Востоке»,
— резюмирует Грушевенко, отмечая, впрочем, и определенные успехи в восстановлении отрасли. Если в 2011 году добыча в стране снизилась практически до нуля, то затем она быстро достигла практически довоенных значений. В 2014 году в Ливии снова началась гражданская война, добыча упала с 1,5 млн до 0,5 млн б/с, однако в прошлом году она восстановилась до около 1 млн б/с, при том что в стране регулярно происходит закрытие месторождений и экспортных мощностей.
Но вакуума на рынке нефти и газа из-за нестабильности в Ливии точно не образовалось, считает Ислам Назаралиев. Более того, Ливии будет очень сложно вернуть ранее утраченные позиции.
Блокирование экспорта нефти из нескольких портов Ливии может привести к снижению в стране нефтедобычи, сопоставимой с дополнительными в 2020 году объемами сокращения в рамках сделки ОПЕК+, добавляет Тамара Сафонова, доцент кафедры международной коммерции Высшей школы корпоративного управления РАНХиГС.
Тот факт, что на фоне резкого падения ливийской добычи начиная с 18 января нефтяные цены находились в устойчивом коридоре $64-65 за баррель, подтверждает, что риски сохраняющейся нестабильности в Ливии заложены инвесторами в текущих котировках.
После 2011 года Ливия фактически исключена из списка ведущих игроков нефтяного рынка, и то, как развивается ситуация в этой стране, не имеет серьезного значения для рынка, пока там не будет восстановлена государственная власть и страна не выйдет на прежние объемы добычи, констатирует Артем Деев. И в ближайшее время, считает он, такое вряд ли возможно: «Из страны ушли Royal Dutch Shell, BP и другие крупнейшие производители. Заявления о росте добычи со стороны иностранных компаний пока демонстрируют слишком низкие объемы по сравнению с теми, которые были до 2011 года, и большого значения для рынка не имеют. Последние действия Турции и соглашение с Ливией о морских границах Средиземного моря закрепило главенствующую роль Анкары в разведке морских запасов нефти и газа. Сохраняющаяся нестабильность в Ливии лишь на руку США, которые выходят на первое место по объемам добычи нефти в мире».
Анатолий Радченко
![Главное](/images/star.png)
Американская «сделка века»
что ждёт Ближний Восток?
Рами Аль-Шаер
Западные СМИ обещают, что президент США Дональд Трамп уже в ближайшее время сделает достоянием публики детали его плана урегулирования арабо-израильского конфликта. Этот план известен под громким названием «Сделка века», и о нем уже давно говорят и на Западе, и на Ближнем Востоке. Некоторые особенности американского плана, судя по всему, уже просочились в высшие эшелоны таких стран как Израиль, Иордания и Франция. Но, судя по всему, не только в них. Ливанский телеканал «Аль-Майядиин», например, сообщил телезрителям, что, согласно черновику плана, Иерусалим не будет разделён, а останется единым под израильским контролем, хотя «некоторую ответственность» Израиль будет делить с палестинским государством. По полученной мной информации, «сделкой века» разрешено объявить некоторые районы восточного Иерусалима столицей государства Палестины.
Налицо, таким образом, первое нарушение принятой в 1947 году Генеральной Ассамблеей ООН резолюции 181 «О разделе Палестины на два государства», где определены границы Палестинского и Израильского государств, в том числе разделение Иерусалима на Западный и Восточный, а также нарушение резолюции Совбеза ООН, который давным-давно определил, что столицей Палестинского государства должен быть Восточный Иерусалим. План Трампа также якобы предусматривает, что будет образована «Новая Палестина» на территориях Западного берега Иордана и в секторе Газа, но участки земли, на которых располагаются еврейские поселения, останутся в суверенитете Израиля. Налицо, таким образом, второе грубейшее нарушение резолюции, согласно которой все израильские поселения на палестинской земле являются незаконными и должны быть демонтированы.
Хочу подчеркнуть (создаётся впечатление), что одна из основных целей «сделки века» - похоронить все решения ООН, которые определили границы Израильского и Палестинского государств и нанести ущерб всем усилиям мирового сообщества, в том числе России, для справедливого решения арабо-израильского конфликта.
Но этим нарушения международного права не ограничиваются. Напомним, что израильский премьер Нетаньяху ещё осенью пообещал, что он аннексирует долину реки Иордан ещё до окончания президентских выборов или же сразу после них. Зять Трампа Джаред Кушнер, правда, посоветовал Нетаньяху не делать этого, пока «Сделка века» не будет реализована. Но этот совет – лишнее доказательство, что и палестинцев, и мировую общественность хотят обмануть: сначала навязать арабам «Сделку века», а потом поставить палестинцев перед фактом аннексии одной из важнейших территорий палестинского государства.
Я не удивлюсь, если в опубликованном тексте американского плана обнаружатся и другие сюрпризы. Пока же обратим внимание на тот факт, что американский план есть, по сути дела, «фальшивая сделка», потому что изначально, (видимо) задуман как обман палестинского народа, и по сути своей призван надолго, если не навсегда, лишить этот народ законных прав на независимое существование в пределах отведённых для его государства границ. А то, что его опубликование планируется именно сейчас, в очередной раз доказывает, что он исключительно выгоден и президенту Трампу, и премьер-министру Нетаньяху. Ведь у обоих сейчас непростые времена. В Сенате США дебатируется вопрос об импичменте Трампа, и ему крайне важна поддержка американских евреев, особенно миллиардеров. Нетаньяху обвиняется в таких преступлениях, как дача взятки, подлог и подрыв доверия, и «Сделка века» может стать для него палочкой-выручалочкой: он обгонит по популярности своего соперника на выборах - Ганца и, возможно, даже получит «иммунитет» от судебного разбирательства.
Широковещательное опубликование «Сделки века» явится, таким образом, подарком для обоих. Американский президент неминуемо заявит, что в то время, как он решает мировые проблемы, насущные не только для Ближнего Востока, но и для всего мира, демократы пытаются ему помешать, выдвигая обвинения столь же абсурдные, сколь и разрушающие его политику, направленную на обеспечение интересов США и их главного союзника в ближневосточном регионе. Премьер-министр заявит, что его дружба с Трампом и обеспечение реализации «Сделки века» есть результат его мудрой политики и умелого стратегического маневрирования, в то время как люди, требующие расследования его повседневной внутренней политики, есть интриганы и политиканы, действующие в интересах завистников и оппозиционных лидеров. И в США, и в Израиле внимание общественности будет приковано к тому, как воспринимают американский план в регионе и в мире, а не к личным проблемам двух государственных мужей.
Кроме того, надо признать, что время оба выбрали крайне удачно. 23 января Путин, прибывший в Израиль на форум «Сохраняем память о Холокосте, боремся с антисемитизмом», встретился с Нетаньяху и другими деятелями, но для общественности страны ещё более важно, что он встретился также с матерью осуждённой за контрабанду и хранение наркотиков в РФ израильтянки Наамы Иссахарза. Это тоже идёт в зачёт Нетаньяху. Наконец, нельзя недооценивать важность форума с точки зрения симпатии мировой общественности к евреям, которые понесли страшные жертвы в годы Второй Мировой войны, и Нетаньяху в очередной раз выступил на этом международном форуме как сторонник твёрдой борьбы против антисемитизма, защитник евреев во всех странах мира.
На форум, посвящённый памяти жертв фашистского геноцида в отношении евреев и борьбе с антисемитизмом, приехало около пятидесяти мировых лидеров и крупных политических деятелей. Отношение мировой общественности к Холокосту – это пример скорби о евреях, погибших в концлагерях и умерщвлённых германскими нацистами с помощью их пособников из числа латышей, литовцев, украинских националистов и прислужников фашизма из других стран. Юдофобами и антисемитами в Европе было уничтожено более трети всех евреев на нашей планете. Это величайшая мировая трагедия. Форум в Израиле, разумеется, - наглядный пример решимости большинства народов на нашей планете не допустить повторения страшной трагедии такого рода.
Вместе с тем, скорбя вместе с евреями о гибели миллионов ни в чём не повинных людей на территории Европы, трудно не вспомнить о том, что живущий рядом с израильским народом палестинский народ испытывает сегодня страшные тяготы, живёт в условиях оккупационного режима. А режим этот создан евреями, в исторической памяти которых страдания и угнетения, пережитые ими в Европе, должны были, думается, выработать иммунитет против превращения палестинских территорий в огромный концлагерь.
Так думают, кстати, и многие люди в самом Израиле. Израильский журналист Гидеон Леви так написал в газете «Гаарец» относительно форума, прошедшего в последние дни: «Быть гостями в Израиле и не упомянуть о преступлениях, которые он совершил; отдать дань памяти Холокосту и проигнорировать его уроки». Это горькие слова, но их суть понятна: человечество помнит трагедию евреев, но очень мало делает, чтобы трагическим событиям в Палестине был положен конец. Президент Владимир Путин одновременно с посещением Иерусалима также посетил Палестинскую территорию и встретился с руководством Палестины, где выразил поддержку Россией борьбы палестинского народа для достижения своих национальных прав в создании независимого государства Палестины в рамках решения Организации Объединенных наций.
Более того, значительная часть палестинского народа сознаёт, что он даже не является участником «Сделки века». Если он согласится на условия, которые выдвинет Трамп, всегда найдётся повод, чтобы Израиль продолжил оккупацию земель в Палестине. А если американский план будет отвергнут, это даст повод Израилю начать пересмотр даже тех условий, в которых палестинский народ находится сегодня. Начнётся процесс односторонней аннексии самых важных и самых плодородных палестинских районов, сжимание палестинских территорий и выдавливание местного населения из так называемых «библейских земель».
Ряд арабских стран воздерживаются от критики американского плана, а их политики предпочитают отделываться туманными фразами. На мой взгляд, это вполне естественно. Так всегда бывает, когда государство отказывается от реального суверенитета, слепо выполняет то, что ему «советуют» делать руководители НАТО, дрожит, когда поступает окрик из-за океана. Подчинив себя воле США, которые присвоили себе право решать, что на Ближнем Востоке хорошо, а что – плохо, их союзники в регионе фактически потеряли право голоса, стали проводниками американской политики. И США знают теперь, что, даже если народы выскажут своё отрицательное отношение к американскому плану, они всё равно, не мытьем, так катаньем продавят принятие их плана в целом ряде ближневосточных государств. Если раньше сами ближневосточные страны выдвигали свои пути решения конфликта, то теперь предпочитают выглядеть, как кролики перед удавом.
Что можно сказать по этому поводу? Вспомним: во время 6-дневной арабо-израильской Войны 1967 года арабские страны Залива приняли совместное решение прекратить поставки нефти на Запад, чтобы Европа отказалась от поддержки Израиля и осуществила давление на США, бесперебойно поставлявших оружие Израилю. Мне трудно представить, что сегодня такое возможно – даже если учесть, что общественность в этих странах в своём большинстве выступит против «Сделки века». НАТО удалось связать арабские страны по рукам и ногам. Даже родина Ислама, хранительница исламских святынь, не в состоянии возражать сегодня Америке, давно известной своими антиарабскими акциями. Ряд арабских стран связан с Западом договорными отношениями довольно кабального типа настолько, что их порой называют «дистанционными пультами Вашингтона». К тому же Запад постоянно запугивает страны Залива мнимой иранской угрозой.
В Европе известие о скором опубликовании американского мирного плана также приняли с огромным скептицизмом. Западные и израильские газеты даже прокомментировали их отношение к «Сделке века» так: западноевропейские страны не собираются выдвигать свой, альтернативный мирный план, они просто дожидаются того, чтобы план американского президента развалился на глазах у всего мира. Что же касается президента Франции, то Макрон справедливо заметил: ни один мирный план никогда не увенчается успехом, если обе стороны не захотят совместными усилиями добиться мира. Палестинцы, надо полагать, могли бы пойти на изменения в границах между двумя государствами путём обмена некоторых территорий, но они явно не пойдут на принятие односторонних аннексий их земель Израилем.
В самом Израиле есть немало политиков и политологов, которые считают, что путь, выбранный Нетаньяху и якобы одобренный США, не только не улучшит положение Израиля в регионе, но наоборот, сделает его намного хуже. А «Сделка века» внесёт в это немалую лепту, так как способна превратить конфронтацию в регионе из политической в военную. Бывший израильский премьер Ехуд Ольмерт заявил, что намерение Нетаньяху аннексировать долину Иордана – это популистский и провокационный политический акт, который принесёт вред безопасности Израиля и резко отрицательно скажется на его имидже в мире. В сущности, эта акция не может иметь никаких выгод ни с дипломатической точки зрения, ни с точки зрения безопасности.
Я со своей стороны считаю, что заявления о возможной аннексии долины Иордана имели две цели. Первая – это прозондировать почву, насколько США готовы принять такое развитие событий. Там, как известно, эту инициативу не только не отвергли, но даже отнеслись к ней «с пониманием». Второй целью было вызвать какие-то отклики в арабском мире, и здесь вновь мы увидели, как арабские страны, включая Иорданию, находящуюся на Восточном берегу Иордана, выдавили из себя не резкое осуждение, а нечто вроде нечленораздельных междометий. Теперь становится понятно, что намерение аннексировать долину Иордана перестало быть «идеей», а принимает форму осознанной политической цели, которую Нетаньяху ставит перед своим государством.
Как палестинец, я считаю себя просто обязанным высказать свою точку зрения на то, как могут пойти дела на Ближнем Востоке после опубликования «Сделки века». Верна эта точка зрения или нет, покажет время, но эту точку зрения поддерживают политологи в Сирии, Ираке и Иране, не говоря уже о палестинцах. Делается это на основе разных фактов и факторов, действующих в регионе в наши дни.
Начну с того, что в ряде стран региона враждебность к Израилю в целом на уровне общественности возрастёт. Я предвижу такое развитие ситуации в южной части Ливана, в значительной части Сирии, в южном и центральном Ираке, в Иордании, в Йемене и даже в некоторой части Саудовской Аравии. Резко враждебно будет относиться к Израилю и Иран, особенно после публикаций в печати, в которых сообщалось о том, что израильская разведка помогла американцам убить генерала Сулеймани, народного героя Ирана.
Враждебность, увы, часто принимает форму партизанских действий на уровне отдельных личностей или даже акций смертников-одиночек. Чем больше будет районов, которые аннексирует Израиль, тем больше будет подобных акций и, следовательно, тем больше будет угроза безопасности граждан Израиля. Израильская контрразведка сообщает о том, что ежегодно нейтрализует от полутысячи до тысячи террористических актов, но речь идет в основном об актах борьбы за освобождение своей родины, а также отчаяния людей, доведенных буквально до умопомрачения. Израиль ещё никогда по-настоящему не сталкивался с организованным партизанским сопротивлением, и было бы большим несчастьем для его народа, если бы это приняло крупные масштабы. Кроме того, ущемление национальной гордости арабов может вызвать новый всплеск терроризма на Ближнем Востоке.
Всё это вполне реально также и по целому ряду иных причин. Первая – это разобщённость палестинцев, в том числе напряженные отношения между руководителями Палестинской автономии и руководителями Хамас в секторе Газа. Было время, когда этот раскол израильтянами приветствовался; теперь они могут горько пожалеть об этом. Отряды Хамас сегодня значительно лучше обучены и оснащены, чем прежде, и они даже бросают вызов египетским подразделениям на границе сектора Газа. Махмуд Аббас, палестинский президент, не имеет должного авторитета в Газе: после того, как власть там силой захватило движение Хамас, оно полностью игнорирует ООП, включая ФАТХ, которая является самой крупной составной частью ООП, и, соответственно, руководство Палестинской автономии.
В ответ ФАТХ в конце декабря обвинила ХАМАС в том, что оно, в сущности, способствует продвижению американского плана, так как глава Хамас Исмаил Ханийя не только не может представлять палестинский народ, но более того – он представляет тех, кто плетёт заговоры против палестинского народа. Как видим, налицо раскол, обострение отношений между двумя районами, в которых проживает палестинское население, и, значит, израильтянам придётся иметь дело с двумя силами, которые не собираются договариваться между собой. Вместе с тем, Махмуд Аббас объявил, что реализация «Сделки века» заставит палестинское руководство на Западном берегу принять те меры против Израиля, на которые Палестинская автономия вполне способна: он отзовёт признание Израиля, что аукнется во всем арабском мире, и перестанет координировать на Западном берегу усилия по обеспечению безопасности с израильской армией. И то, и другое способно привести к хаосу.
Между тем, политологи, знакомые с американским планом, напоминают, что он предусматривает создание некоего палестинского государства как достижение трёхстороннего соглашения между Израилем, Палестинской автономией и Хамас. В нынешних условиях это соглашение остается утопией, а реализация американского плана остается возможной только с применением силы - либо израильской, либо натовской. И в одном, и в другом случае речь идет о новом кровопролитии. Палестинцам в их нынешнем положении терять, в сущности, нечего. Но что будет, если вооружённые столкновения охватят чуть ли весь регион?
Нужно напомнить ещё, что руководители Палестинской автономии предупредили администрацию США: американский план вместо того, чтобы принести мир на землю Палестины, вызовет массовые протесты и на Западном берегу, и в секторе Газа. Абсурдность ситуации ещё и в том, что Трамп и его окружение, входя в контакт с союзниками США по поводу «Сделки века», не соблаговолили хотя бы проконсультироваться относительно своего плана со стороной, играющей главную роль в достижении мира: с палестинским народом. Неудивительно, что палестинцы расценили план Трампа как «американо-сионистский заговор».
Ближневосточные политологи справедливо заметили, что «Сделка века» сыграла своего рода положительную роль для палестинцев на Западном берегу и в секторе Газа: она заставила их выработать некую сходную позицию. А уже это грозит созданием единого фронта против американского плана и для ликвидации угрозы аннексии палестинских территорий. Если раньше Махмуд Аббас рассчитывал на американскую помощь для поддержания более или менее сносного уровня жизни в Палестинской автономии, то после решения Трампа в 2017 году признать Иерусалим столицей Израиля сотрудничество Палестинской автономии и США практически сведено на нет. Для политиков Палестины - США и его натовские союзники потеряли всякий авторитет как посредники в ближневосточном урегулировании. А две палестинские организации, имеющие долгий опыт национально-освободительной борьбы – Народный Фронт Освобождения Палестины и Демократический Фронт Освобождения Палестины – призвали палестинский народ к народному восстанию против политических махинаций США и Израиля.
Возможно, это ещё не завершение того провала, к которому идёт американский план, но я искренне верю в то, что трамповскую авантюру со «Сделкой века» ждёт позорное отступление. Его постигнет та же участь, что постигла все предыдущие мирные планы США, которые Америка выдвигала на протяжении последних 27 лет, начиная с дьявольски хитроумного Соглашения в Осло. Более того, надеюсь также, что все те ближневосточные политики и стратеги, которые под влиянием западных СМИ и с благословения неоимпериалистов из НАТО, щедро раздающих подачки, уйдут с международной арены. Им настало время уйти, освободить место для молодых, преданных своим народам, настоящим борцам, которые ведут дело не к расколу народных движений, а к сплочённому фронту за независимость и суверенитет арабских народов. И первым их походом должно быть развенчание и срыв планов США и их союзников в регионе, которые хотят сохранить закабаление арабских стран. Новые поколения ни в коем случае не должны допустить это.
Не верь глазам своим: за российскими брендами прячутся импортные консервы
Китай, Индия, Тайланд, Болгария, ЮАР... Овощи и маринад из далеких стран заполняют 85 процентов российского рынка консервов. Как отмечает эксперты, импортный товар прячется за тремя сотнями русскоязычных брендов, которые заполонили полки супермаркетов.
На ежегодном форуме «Продэкспо», который пройдет в феврале 2020 года, обсудят последние тенденции в сфере развития пищевой индустрии. Эксперты отмечают, что на фоне позитивных трендов, таких, как развитие зеленого бренда, экологизации производства, еще сохраняются негативные течения. Россиян продолжают кормить импортными продуктами, в том числе малокачественными консервированными овощами, хотя мы собираем собственные урожаи.
В середине февраля 2020 года в Москве пройдет крупнейший в России и Восточной Европе ежегодный международный форум «Продэкспо», который считается самым авторитетным ежегодным событием в сфере продовольствия. Участники «Продэкспо» в рамках дискуссий, по традиции, обобщают опыт российской пищевой индустрии, отмечая основные векторы развития этой сферы, в том числе сектора сельского хозяйства. Сейчас основными тенденциями развития сельхозпроизводства в России, что наверняка отметят эксперты «Продэкспо»-2020, являются техническая модернизация отрасли, постепенное повышение субсидирования сельхозпроизводителей, развитие импортозамещения и повышение конкурентоспособности российской продукции на внутреннем и внешнем рынках, более эффективное использование земельных ресурсов. Один из устойчивых трендов последних лет – экологизация производства, развитие зеленого бренда.
Конечно, на «Продэкспо» одной из важных дискуссионных тем станут и негативные тенденции сектора, которые пока еще не удается преодолеть. И одна из самых главных – Россия пока остается, в том числе в восприятии зарубежных стран, источником сырья, а не готовой продукции. В России пока еще слабо развита переработка, хотя при этом наша страна имеет огромные площади земель, пригодных для сельского хозяйства, и производители могли бы сама перерабатывать собственный урожай и поставлять российскую готовую продукцию ритейлу. Но пока этого не происходит. Российский экспорт в сельском хозяйстве построен в основном на экспорте сырья, а уже обратно мы получаем готовую продукцию.
В магазинах, особенно не в сезон, мы чаще видим импортные овощи и фрукты, а не российские. И если они приехали из Испании и Турции, это еще можно понять, но из Нидерландов? Эксперты объясняют ситуацию тем, что наши тепличные хозяйства и складские помещения – не конкуренты западным аналогам.
Почти 90 процентов чеснока в магазинах - из Китая. Яблоки и вовсе едут в Москву со всего света: Израиль, Ливан, Турция, европейские страны. Есть и нюансы - происхождение «импортных» продуктов часто завуалировано. Например, на рынках под видом «бакинских огурчиков» нам продают чаще турецкие, оттуда же – «краснодарские» помидоры. Все потому, что таков запрос покупателей – помидоры «из Краснодара» милее.
Потребитель хочет купить вкусное и красивое. Но что стоит за этой красотой? В магазинах можно купить кедровые орешки: они отечественные, собраны в России, но уже побывавшие в Китае, где из ореха вытягивают кедровое молоко, и приехавшие назад – на наши магазинные полки. Шиповник оказывается крашеным, курага в упаковках почему-то светлая, хотя ее естественный цвет должен быть темным. Получается, пока мы сами не научимся перерабатывать свою же продукцию, качество не будет хорошим.
Так же и с консервами. Поверить в «естественность» овощей в консервах тоже сложно. Потребителю хочется верить, что он покупает баночки с овощами российских огородников-фермеров. А что на самом деле? Львиная доля консервов в наших магазинах – тоже из-за рубежа. В последние годы спрос на консервированные овощи возрос, и этим воспользовались производители. Причем и здесь не все просто. Любимые покупателем огурчики «Дядя Ваня» оказываются на поверку китайскими – и такова история с большинством консервированной продукции.
Проблема в том, что многие консервные заводы, работавшие во времена СССР, закрылись или перепрофилированы. В результате из 700 советских заводов к началу 2000-х годов больше половины прекратили свое существование. http://www.advertology.ru/article30932.htm В России не производится жесть для банок, и даже этикетки часто печатают за рубежом. Да и овощи круглый год у нас не растут. При этом потребитель хочет видеть на столе российский продукт – овощам местным доверия больше. Вот производители и изворачиваются. А за рубежом и сырье можно найти гораздо дешевле. Кстати, далеко не все консервы отвечают российским стандартам качества.
Сырье для консервов используется импортное, завозится эта продукция из таких стран, как Китай, Индия, Вьетнам, Эфиопия, Казахстан. Из него делают и маринованные огурцы, продающиеся в стекле. Эксперты отмечают, что довольно часто, чтобы сохранить сырье, которое долго едет в Россию, в приличном виде до попадания на магазинную полку, в ходе фасовки в продукт добавляют красители и различные добавки, которые придают тем же огурчикам яркий цвет и делают их хрустящими, часто используют дешевый некачественный уксус.
Как отмечают специалисты органов проверки качества продуктов, консервированные продукты – настоящая «темная лошадка» для потребителей, в консервах очень быстро начинают использоваться новые и новые химические добавки взамен тех, которые признаются недопустимыми.
Самые популярные компании, поставляющие на рынок консервы, - это «Бондюэль», «Десан», Eko, Globus Konzervipari RV, "Русское поле" ("Дядя Ваня"), холдинг «ПомидорПром» (бренды «Огородников», «Помидорье», «Сарепта»). «ПомидорПромом» управляет P-Holding Group, основанная бизнесменом Максимом Протасовым, одним из инициаторов создания Роскачества. В 2014 году холдинги «ПомидорПрома» и Lutik Group создали объединенную компанию, в которой каждая из сторон получила по 50%. Целью такой синергии было занять рынок и общими усилиями создать конкуренцию лидеру рынка – французской Bonduelle.
Сегодня на импорт приходится около 85% рынка плодоовощных консервов. Сами участники рынка признают, что на заказе производства консервов за рубежом заработать можно вдвое больше, нежели производить консервы на территории России.
Эксперты-участники ежегодной конференции «Продэкспо» всегда отмечают важность развития отрасли внутри страны. Пора переориентировать сельское хозяйство России, развивать перерабатывающую отрасль, уйти от сырьевого экспорта, и кормить страну собственными овощами и фруктами. А пока получается, что на фоне явной тенденции развития зеленого бренда, бережного отношения к здоровью общества российского потребителя на самом деле кормят произведенными за рубежом овощами и овощными консервами под видом российских, причем зачастую продукция эта далека от идей экологии производства и жизни.
Однако практика 90-х годов в виде продажи пищевой продукции под русскими названиями, которая оказывается выращенной и произведенной за рубежом, безнадежно устарела и скоро, прогнозируют специалисты, такой маркетинг уже не будет давать той отдачи, что и раньше. Потребитель становится все более образованным и искушенным, и хочет видеть - а еще ощущать на вкус – соответствие содержимого тому, что написано. Тем более что наша страна имеет все возможности для развития собственного сельхозпроизводства, консервации выращенной российской продукции в том числе.
В Сирии магазины объявили патриотическую акцию
Новости, Дмитрий Виноградов. Предприниматели Сирии решили по-своему ответить на ослабление национальной валюты - объявили акцию "купи товар за один фунт", которая вызвала серьезный ажиотаж среди местных жителей, передает корреспондент РИА Новости.
В последние два месяца курс сирийского фунта к доллару США был довольно нестабилен. Так, при официальном курсе в 435 фунтов за доллар на черном рынке американскую валюту можно было продать за 1000, а временами даже за 1200 фунтов. Сейчас спрос на доллары несколько снизился, на черном рынке за него дают 900 фунтов.
Происки США или кризис в соседних странах
Чтобы исправить ситуацию, 18 января президент Сирии Башар Асад подписал указ с ужесточением меры наказания за использование иностранной валюты при расчетах. Теперь за обмен на черном рынке правонарушитель рискует лишиться свободы сроком на семь лет и должен будет выплатить штраф в двойном размере от операции или платежа, при котором использовалась иностранная валюта. Еще одной новой поправкой к закону президент Сирии ужесточил наказание за распространение через СМИ или социальные сети ложной информации о состоянии национальной валюты или ложной информации, которая может повлиять негативно на стабильность фунта. За подобные нарушения полагается лишение свободы и штраф в размере 5 миллионов сирийских фунтов (около 700 тысяч рублей).
Кроме того, Сирийский центральный банк 20 января объявил о начале обмена валюты по курсу 700 фунтов за доллар без требований предоставить какие-либо документы о происхождении средств у граждан.
Местные эксперты объясняют возникший в Сирии валютный кризис ситуацией в соседнем Ливане, где многие сирийские банки и крупные бизнесмены хранили валюту. Теперь часть этих вкладов оказалась заморожена, соответственно, возник дефицит валюты и в самой Сирии. Как следствие, поползли вверх и цены на импортные товары. В свою очередь, премьер-министр Имад Хамис заявил, что на фоне последних побед сирийской армии на фронтах противники Сирии, в первую очередь США, продолжили давление на арабскую республику путем ужесточения санкций и с помощью "официального объявления о краже сирийской нефти и поддержки хаоса и напряженности в соседних странах". Премьер отметил, что путем экономического давления, в первую очередь путем повышения курса валюты, население Сирии пытаются настроить против государства.
Акция "Почти даром"
Стабилизацией родной валюты в Сирии занялось не только правительство. Местные торговцы объявили акцию "купи товар за один фунт". Для участия в акции надо найти в своих запасах монетку в один фунт (примерно 10 копеек в пересчете на российскую валюту по официальному курсу) и прийти в магазин, который участвует в этой акции, и выбрать акционный товар. Многие магазины также предлагают товар не за одну монетку, а за несколько, причем по правилам акции нельзя использовать монеты в 2, 5 или 10 фунтов - нужно платить именно несколькими монетами по одному фунту. Продавцы объясняют, что хотят поддержать самую мелкую монету и вообще сирийский фунт как таковой. Таким образом, более крупные монеты в акции не участвуют.
Проблема в том, что такая мелкая монета уже много лет не используется, и у многих сирийцев ее попросту нет - обычно в ходу монета в 50 фунтов или банкноты в 100 и 200 фунтов. Впрочем, незадачливым гражданам, которые давно уже выкинули монетки за ненадобностью, всегда могут прийти на помощь ушлые торговцы с того же черного рынка, которые продают такие монетки за 200, 300, а то и 400 фунтов.
С другой стороны, возле магазинов, которые действительно выкладывают товар за фунт, обычно собираются огромные толпы граждан, желающих получить что-нибудь по дешевке. Местные магазины одежды проводят распродажу свитеров и штанов "за один фунт" - зимняя одежда актуальна для местной погоды (плюс 12 градусов и солнце). Киоски с фастфудом продают тарелки с рисом и курицей, в акции участвуют даже аптеки и магазины электроники - конечно, они выставляют на продажу по акции не весь товар, а только одну недорогую позицию.
Местный студент Махмуд рассказал РИА Новости, что купил за двадцать монеток по одному фунту свадебное платье для своей невесты - он как раз собирался жениться, но хорошее платье стоит не меньше 400 долларов, а по акции удалось купить наряд, получается, всего за 3 цента.
"Моя невеста осталась довольна и похвалила меня за находчивость. Нельзя сказать, что это какое-то старое платье или некачественное - нет, вполне приемлемое", - рассказал Махмуд РИА Новости. Он признался, что монетки удалось получить после того, как он пошел к товарищу, работающему в банке - тот согласился разменять банкноту в 100 фунтов мелочью.
По словам Махмуда, теперь он думает, во что инвестировать остальные монетки.
"Проблема в том, что тебе надо ходить по городу и искать, где идет такая акция. Найти не сложно - там всегда большие толпы зевак и любителей поискать удачу", - объясняет он.
Махмуду, после того, как он купил действительно нужный ему товар, тратить время на это некогда - он занят подготовкой к экзаменам. По одному из предметов он получил 94 балла, и преподаватель в шутку предложил Махмуду купить недостающие шесть баллов по одной монетке за каждый.
Ажиотаж вокруг фунта
Еще одной местной жительнице по имени Ханан пришлось покупать монетку на "черном рынке" - у вдруг ставших популярными антикваров. За монету она выложила ни много ни мало 300 номиналов. Потом возникла проблема, что Ханан не могла найти действительно стоящий товар, на который стоило бы потратить заветную монетку. В результате она ограничилась покупкой килограмма сахара "за один фунт" - его цена обычно доходит до 700-800 фунтов, так что девушке все-таки удалось сэкономить.
Ажиотаж вокруг акции приводит к казусам - время от времени среди сирийцев проходит ложный слух о том, что за монетку можно купить машину или дорогой телефон. Тогда они начинают штурмовать дорогой магазин или салон с требованием продать им что-нибудь всего за фунт. Так получилось, например, с одним ювелирным магазином в Латакии - среди местных жителей прошло известие, что в магазине всего за одну монету можно купить грамм золота (на самом деле грамм золота 585 пробы стоит 22,5 доллара). Возле магазина собралась толпа азартных участников акции, да и просто зевак, которые несколько часов не давали проходу обычным покупателям. Разогнал незадачливых "счастливчиков" лично хозяин магазина, который обрушился на них с криками: "Вы с ума посходили! никто не будет вам грамм золота за один фунт продавать!"
Впрочем, акция продолжается, и "волшебные" монетки еще можно поменять в других, более патриотических магазинах.
Богданов встретился с советником президента Ливана
Спецпредставитель президента РФ по Ближнему Востоку и странам Африки, замглавы МИД Михаил Богданов в пятницу принял советника президента Ливана Амаля Абу-Зейда, стороны обсудили в том числе намерение Москвы укреплять сотрудничество с республикой, которая сейчас переживает экономический кризис.
"В ходе беседы состоялось обстоятельное обсуждение развития ситуации в Ливане. При этом с российской стороны была подтверждена поддержка суверенитета, независимости, единства и территориальной целостности дружественной Ливанской Республики", - говорится в сообщении МИД по итогам встречи.
"Выражена также надежда на успешное завершение процесса утверждения нового состава ливанского правительства во главе с премьер-министром Хасаном Диябом в парламенте страны и начало практической работы по обеспечению долгосрочной финансово-экономической стабилизации Ливана. В этом контексте был констатирован неизменный настрой Москвы на дальнейшее укрепление многопланового взаимовыгодного сотрудничества с Бейрутом", - отметили в МИД.
Экономическая и финансовая ситуация в Ливане продолжает ухудшаться. Президент страны Мишель Аун еще в начале октября заявил, что страна страдает от финансовой блокады и санкций. Ощущается и дефицит валюты в банковском секторе. Приостановлены переводы на зарубежные счета, выдача долларов ограничена 1 тысячей в неделю, повышен процент комиссии при выдаче валюты наличными. Частные предприниматели отказываются принимать оплату по безналичному расчету. При этом рыночный курс ливанского фунта к доллару два месяца назад начал падать впервые за 30 лет и достигал 2500 фунтов за доллар, тогда как центробанк продолжает поддерживать прежний курс в 1515 фунтов.
В октябре на этом фоне начались антиправительственные демонстрации. Митингующие требуют экономических реформ и судебного преследования чиновников, замешанных в коррупционных схемах. В конце октября на фоне протестов подало в отставку правительство Саада Харири, после чего почти три месяца страна проживала в правительственном вакууме до объявления нового правительства Дияба 21 января.
НОВАТЭК хочет разрабатывать шельф Ливана
НОВАТЭК в составе консорциума примет в апреле участие в тендере на разработку блоков шельфа Ливана, сообщил журналистам глава НОВАТЭКа Леонид Михельсон в кулуарах Всемирного экономического форума в Давосе. «Будем принимать участие», — сказал он, отметив, что компания интересуется также проектами и в других странах, однако детали раскрывать не стал.
Власти Ливана продлили до 30 апреля срок регистрации участников тендера на разработку второй очереди шельфовых месторождений нефти и газа в исключительной экономической зоне в Средиземном море.
Первый лицензионный тендер на разработку углеводородов на двух шельфовых блоках в феврале 2018 года выиграли французская компания Total (40% доли, оператор проекта), итальянская Eni (40%) и российской НОВАТЭК (20%). Запасы углеводородов в Левантийском осадочном бассейне (Восточное Средиземноморье) могут составлять 3 трлн кубометров газа и 850 млн баррелей нефти.
НОВАТЭК и его партнеры, уточняет ТАСС, будут иметь право заниматься геологоразведкой в течение пяти-десяти лет. Если коммерческие запасы подтвердятся, то члены консорциума должны будут представить правительству Ливана план их освоения, и после его утверждения смогут получить право на добычу газа и нефти в течение 25 лет с правом продления.
10 часов в воздухе: дрон ВВС США полетал возле Крыма
Беспилотник США провел разведку около Крыма и Туапсе
Рафаэль Фахрутдинов
Стратегический американский беспилотник RQ-4 Global Hawk провел разведку черноморского побережья России, а также разграничительной линии в Донбассе. БПЛА с бортовым номером 11-2048 и позывным Forte10 вылетел с авиабазы военно-морских сил НАТО «Сигонелла», расположенной на восточном берегу Сицилии, и провел в воздухе около 10 часов. В частности, дрон пролетел вдоль российского побережья Черного моря, обогнул Крым и около Туапсе свернул назад.
Американский стратегический беспилотник RQ-4 Global Hawk утром в пятницу, 17 января, провел разведку черноморского побережья России, а также разграничительной линии в Донбассе, сообщает PlaneRadar в своем Twitter.
БПЛА с бортовым номером 11-2048 и позывным Forte10 вылетел с авиабазы военно-морских сил НАТО «Сигонелла», расположенной на восточном берегу Сицилии, и провел в воздухе около 10 часов. В частности, дрон пролетел вдоль российского побережья Черного моря, обогнул Крым и около Туапсе свернул назад.
Три недели назад Global Hawk провел аналогичную разведку Крыма и юга Украины. В Крыму пролет американского беспилотника над полуостровом назвали «наглостью». Такое мнение выразил сопредседатель Ассамблеи славянских народов Крыма Роман Чегринец.
«Подобные полеты — это наглость, которая в очередной раз показывает всему миру двуличность и лицемерие внешней политики США», — сказал Чегринец.
Представитель Ассамблеи отметил, что американским властям следует больше внимания уделить своим внутренним проблемам и вопросам, а не выискивать информацию у границ Крыма.
«Если им так интересны изменения у нас на полуострове за последние годы, а крымчанам есть что показать и чем гордиться, то стоит направить в Крым официальную делегацию, согласовав ее визит по линии МИД РФ», — посоветовал общественный деятель.
В конце декабря прошлого года стало известно, что разработка российского лазерного комплекса для уничтожения беспилотников завершится в 2020 году. Об этом рассказал замминистра обороны РФ Алексей Криворучко.
«В части создания лазерного оружия отмечу, что мы планируем завершить ОКР по созданию лазерного комплекса тактического назначения для уничтожения БПЛА и вывода из строя легкозащищенных надводных целей в интересах решения задач Сухопутных войск, ВКС и ВМФ», — сказал он.
Замглавы Министерства обороны России отметил, что у комплекса будет модульный принцип построения основных систем. В дальнейшем это позволит поэтапно наращивать мощность и номенклатуру поражаемых целей.
«Активно проводится оснащение лазерными системами защиты бортовых комплексов обороны самолетов стратегической, тактической и армейской авиации от поражения ракетами класса «земля — воздух» и «воздух — воздух» с оптическими головками самонаведения», — уточнил Криворучко.
Минобороны не раз призывало американское командование прекратить такие разведывательные полеты, но в Пентагоне отказываются следовать призыву российских коллег.
Военные России фиксируют, как иностранные летательные аппараты проводят разведку вблизи границ России. Зачастую их замечают в районе Крыма и Краснодарского края, над Балтийским морем и около российских баз в Сирии.
Как рассказывал глава Минобороны России Сергей Шойгу на итоговой коллегии военного ведомства, за последний год увеличилось количество разведывательных операций стран-членов союза вблизи российских границ.
«По сравнению с прошлым годом вблизи наших границ на 33% увеличилась интенсивность воздушной разведки, на 24% — морской», — уточнил министр.
Он также отметил активизацию антироссийских действий НАТО. По словам Шойгу, к 2022 году международный альянс реализует военную программу «четыре по 30». Она означает, что в течение 30 суток к применению будут готовы 30 механизированных батальонов, 30 авиационных эскадрилий, 30 боевых кораблей.
«На 1 декабря по сухопутному компоненту достигнута полная комплектность, по воздушному — 76%, по морскому — 93%», — обратил внимание российский министр.
В ноябре прошлого года RQ-4B Global Hawk совершил многочасовой разведывательный полет вблизи побережья Сирии, где расположены военно-морская база ВМФ России в Тартусе и российская авиабаза Хмеймим. Беспилотник выполнил серию пролетов около российских баз, временами приближаясь к ним на расстояние 35–45 км.
Кроме того, маршрут летательного аппарата проходил вдоль побережья Израиля и Ливана, откуда он технически мог наблюдать за районом сирийской столицы. Наблюдатели отмечают, что задействование тяжелого американского беспилотника Global Hawk для полетов вблизи российских баз в Сирии является необычным.
При полете на больших высотах Global Hawk способен производить обзор больших территорий и осуществлять разведку точечных целей с высоким разрешением, а также передавать развединформацию командованию в реальном масштабе времени.
Иранский генерал Сулеймани более чем жив и более опасен для врага, чем когда-либо прежде
Главнокомандующий Корпусом стражей Исламской революции (КСИР) подчеркнул, что генерал-лейтенант Сулеймани более чем жив и более опасен для врага, чем когда-либо прежде, и сказал, что погибший генерал сместил и сбил с толку врага, и этот человек изменил баланс в разгар неравенства.
По сообщению на веб-сайте IRGC News, генерал-майор Хусейн Салами на церемонии представления нового командующего силами "Кудс", состоявшейся в понедельник в присутствии старших командиров и старших должностных лиц в штабе командования КСИР, отметил, что все ясно видели, что этот великий командующий своим мученичеством создал уникальную волну и движение не только в исламском Иране, но и среди мусульманской уммы и других народов.
Салами охарактеризовал генерала Сулеймани, как могущественного, вдумчивого, находчивого, набожного, смелого, откровенного и решительного командира, и отметил, что этот великий командующий Фронтом сопротивления в Ливане, Сирии, Ираке, Афганистане и в исламских странах создал мощь и создал неизвестные опасности для врагов исламской уммы.
Михаил Алаеддин. Ливанский парламент рассмотрит проект бюджета на 2020 год на неделю позже запланированного, подобное решение, вероятно, принято в связи с ожиданием объявления нового правительства, считает депутат от Прогрессивно-социалистической партии Ливана Биляль Абдаллах.
Спикер парламента Ливана Набих Беррии ранее заявил, что рассмотрение бюджета, назначенное на 22 и 23 января, переносится на 27 и 28 числа.
"Заседание на следующую неделю перенесли. Я полагаю, они ждут объявления нового правительства и потом будут обсуждать бюджет. Есть сомнение и в том, что оно состоится на следующей неделе", - сказал Абдаллах.
Экономическая и финансовая ситуация в Ливане продолжает ухудшаться. Президент Мишель Аун еще в начале октября заявил, что страна страдает от финансовой блокады и санкций. Ощущается и дефицит валюты в банковском секторе. Приостановлены переводы на зарубежные счета, выдача долларов ограничена до тысячи в неделю, повышен процент комиссии при выдаче валюты наличными. Частные предприниматели отказываются принимать оплату по безналичному расчету. При этом курс ливанского фунта к доллару два месяца назад начал падать впервые за 30 лет. Сейчас он достиг отметки в 2400 фунтов за доллар, тогда как Центробанк продолжает поддерживать прежний курс в 1515 фунтов.
В октябре на этом фоне начались антиправительственные демонстрации. Митингующие требуют экономических реформ и судебного преследования чиновников, замешанных в коррупционных схемах. Правительство Саада Харири 29 октября подало в отставку, но демонстрации не прекратились. Страна более двух месяцев остается в политическом вакууме: президент назначил нового премьер-министра — Хассана Дияба, однако новое правительство, удовлетворяющее все политические стороны, сформировать пока не удалось.
![Главное](/images/star.png)
Невидимая рука Вашингтона
НАТО ведёт гибридную войну против арабских народов
Рами Аль-Шаер
В последние месяцы ушедшего года пришло много писем и откликов на статьи по проблемам Ближнего Востока. И не только из арабских стран, но и от граждан России. Мнения относительно сирийской, ливийской или палестинской проблем были разные, но в своём большинстве и арабы, и жители других стран соглашались, что эти проблемы требуют безотлагательного решения. Но огорчает то, что в арабских СМИ нередко звучали голоса, что мои статьи – это всего-навсего изложение точки зрения Кремля, что они, в сущности, - информация о российской политике. А поэтому статьи, дескать, однобоки, политическая жизнь на Ближнем Востоке намного сложнее.
Тот факт, что политическая жизнь в регионе очень сложна, не нуждается в комментариях. Но она является таковой и порой приводит к жестоким конфликтам, как внутренним, так и внешним, в силу двух обстоятельств. Первое – это наглое вмешательство в дела региона со стороны НАТО, в первую очередь, его лидера – США. Я хотел бы услышать просвещённое мнение моих оппонентов: могут ли они назвать хоть один факт, когда не НАТО, а, скажем, Китай или Россия были ответственны в ХХ или ХХ1 веке за разжигание очередного конфликта в нашем регионе? И могут ли они, положа руку на сердце, заявить, что это не страны НАТО, а какая-то другая сила стоит за ухудшением обстановки в ареале арабских стран? А если нет, что почему нам не стоит прислушиваться к мнению российских политиков и политологов, вместо того, чтобы ездить в Брюссель и унижаться перед натовскими чиновниками, прося защиты и помощи?
Посмотрим, что творится в «сложной политической жизни» в некоторых арабских странах. Прошлый год стал «годом упущенных возможностей» для Сирийской Арабской Республики. Казалось бы, с благородной помощью российского военного контингента и подразделений генерала Касема Сулеймани, сирийскому правительству удалось справиться с отрядами ИГИЛ и освободить более 80 процентов суверенной территории страны. Общими усилиями российских, турецких и иранских дипломатов и военных удалось добиться того, что представители правительства Башара Асада и оппозиции сели за стол переговоров. Но реально продвинуться вперёд к заключению прочного мира и выработке новой конституции не удалось, и я виню в этом обе стороны.
При этом почему-то винят и Россию, но разве она не сделала более всех других стран для того, чтобы в выработке общей позиции приняли участие все стороны, разве она не предоставила и своих специалистов, и даже площадки для организации честных и равноправных переговоров? А какой видим итог? Ни та, ни другая сторона не хотят уступить ни пяди, не принимают никаких аргументов противоположной стороны. А в результате вновь страдает сирийский народ, расколотый враждой. Кого же винить за сложившуюся ситуацию, как не самих себя?
Возьмём ливийскую проблему. Снова Россия предоставляет площадку для переговоров, убеждает воюющие стороны пойти на разумный компромисс, даже помогает найти удобоваримые для обеих сторон формулировки. Проблема Ливии особенно сложна, так как ООН признала лишь одну сторону внутри ливийского конфликта – ту, что возглавляет правительство Сараджа. Но Россия и Турция сделали попытку развязать тугой узел проблем, организовав встречу между признанной властью и фельдмаршалом Хафтаром. Это делалось в надежде, что здравый смысл возобладает, стороны придут к согласию.
А каков результат? Одна сторона с готовностью подписывает соглашение, вторая же, а именно фельдмаршал Халифа Хафтар, в последнюю минуту объявляет о своём категорическом отказе его подписать, ссылаясь на то, что ему нужно провести консультации со своими сторонниками. Спустя несколько дней он обращается к российскому президенту с просьбой возобновить переговоры под эгидой России – но возможность незамедлительного движения к миру была, пусть на время, упущена. Осталась надежда на встречу в Берлине, в которой, кроме воюющих сторон, приняли участие Турция, Россия и представители Евросоюза. Граждане Ливии и их друзья повсюду надеются, что ситуация будет разблокирована, потому что, если вместо разумного подхода будут иметь место амбиции и капризы, то проблемы беженцев, инвалидов и сирот, семей без кормильца, а также проблема растущего числа беженцев в Европу будут расти день за днём.
И рост проблем имеет место не только в Ливии! Где бы ни делались попытки осуществить реальное миротворчество - в Йемене, в Сирии, в Ираке – часто бывает так, что в последний момент одна из сторон отказывается от соглашений о мире. Как будто чья-то невидимая рука с помощью магических сил останавливает одну из сторон в переговорах, внушает ей мысль сорвать переговоры. И этим лишает народы права на мирную, достойную жизнь.
Но на деле тут нет никакой магии. Эта невидимая рука – рука Вашингтона. В этой руке – миллионы, которыми подкупают компрадоров, бесчестных политиков и национал-предателей, но ещё и кнут, которым они грозят одной из сторон, принимающей участие в переговорах. Этот кнут, в сущности, имеет разную форму. Иногда это - угроза физической расправы, иногда шантаж («подумайте о ваших детях, которые учатся в Америке» или «мы оставим вас без копейки»), а нередко и щедрые посулы, обещания политической и финансовой поддержки, заверения, что политик не останется без внимания Вашингтона. И всё это сопровождается мощными кампаниями в западных и арабских СМИ. Вот в этом и заключается основная сложность политической жизни на Арабском Востоке.
Это не политические игры, не сиюминутные манёвры великой державы. Это конкретная военно-политическая программа НАТО, рассчитанная на много лет и имеющая определенный порядок её осуществления. Каждой жертве определено её место. Судите сами. Иорданский король Абдулла в довольно завуалированной форме высказался в том смысле, что при определённых условиях Иордания поддержит «сделку века». А это означает, что внутри его страны растет сила, с которой он вынужден считаться и которая будет в состоянии угрожать и его трону, и его стране, если он не присоединит свой голос к хору союзников США.
Иными словами, готовится массированное наступление на права палестинского народа, и Иордании тут тоже отведена Западом своя роль. НАТО готовится всей своей тяжестью навалиться на палестинский народ, шантажируя или загоняя в угол палестинских политиков, чтобы они уступили давлению. А Израиль уже заявил, что, поскольку Америка не собирается воевать на Ближнем Востоке, Израиль сам разберётся со своими региональными противниками. Заметьте, я не пытаюсь в чём-либо убедить моих соплеменников, я просто прошу их взглянуть в лицо реальности, осознать, что происходит сейчас в арабском мире.
Что интересно – Запад даже не считает нужным скрывать, каковы его цели применительно к Ираку, Ливане, Сирии, другим странам. Ирак хотят разделить на три анклава: шиитский, суннитский и курдский. Естественно – с каждой из маленьких стран, которые образует НАТО, легче иметь дело. Все три станут вассалами НАТО, и все три должны будут стать антииранскими. Именно поэтому США, несмотря на все свои обещания мировому сообществу, выводить свои войска из Ирака не собираются. Отсюда вывод: иракский народ должен понять, что раскол страны - в интересах её врагов, а не друзей, сила народа – в единстве и в помощи подлинных друзей его страны. И это задача не завтрашнего дня, это задача, которую необходимо решать немедленно!
Обстановка в Ливане ухудшается с каждым днём. В Бейруте радикальные элементы устроили настоящий бой с полицией, совершили акты вандализма. Столица страны, в которой в последние годы побывали миллионы туристов из-за рубежа, снова оказалась территорией столкновений с полицией. Я бывал в многострадальном Бейруте, жители которого не раз становились заложниками ситуации, когда в столице и в других районах страны шли бои между конфессиональными и национальными группами. В середине 1970-х годов и позже мир был свидетелем страшной гражданской войны в Ливане, которая разрушала страну и привела к гибели большой части молодого поколения.
Ливан снова хотят сделать западной вотчиной – ценой новых смертей и разрушений. Правда, в странах НАТО, наверное, не забыли о том, что герои сопротивления ценой своих жизней заставили американцев и французов уйти из страны. Сначала, в 1983 году, одна машина взорвалась у американского посольства: погибло 63 человека, причём почти треть – сотрудники ЦРУ. Затем взорвалась машина, въехавшая во двор казармы американских морских пехотинцев: более 270 американцев погибло. Другая машина взорвалась на базе французских десантников, унеся жизни 58 человек.
Думается, помня это, НАТО предпочтёт сегодня сделать так, чтобы ливанцы убивали друг друга. А с этой целью НАТО ведёт гибридную войну против арабских народов, использует яростные радио- и телебомбардировки Ливана, вновь разжигает ненависть между общинами. Хотелось бы напомнить: пока западные страны не начали вмешиваться в дела региона, пока они не натравливали ИГИЛ на Сирию и Ирак, регион жил относительно спокойно. Шиитское народное сопротивление не допустило ИГИЛ (запрещённую в России террористическую организацию) в Ливан, закрыв перевалы, и народу Ливана не мешало бы это помнить. Ведь из всех арабских стран субрегиона Ливан мог бы стать самой слабозащищённой жертвой ИГИЛ и самым лакомым куском для террористов всех мастей.
Общеизвестно, что, пользуясь рычагом экономического давления, США и их союзники по НАТО могут воздействовать на экономическое положение в странах Ближнего Востока, особенно в небольших и не имеющих значительных экспортных ресурсов. Сейчас именно это и делается ими в Ливане. В ливанские СМИ и общественные организации постоянно подбрасываются фейковые новости, изобретённые и соответствующим образом оформленные в специальных пропагандистских центрах за океаном. Их суть очевидна: обвинить во всех бедах шиитские организации, в первую очередь, партию «Хезболла». Известно, что пропагандисты, получившие образование на Западе, и их местные помощники ведут пропаганду такого рода на собраниях торговцев, водителей такси, на небольших местных предприятиях. Цель все та же: вызвать противостояние конфессиональных групп, в идеальном случае – вооружённое. Те, кто организует подобные мероприятия, надеются, что это противостояние вызовет цепную реакцию и в соседней Сирии.
Дело в том, что, благодаря несговорчивости сторон во внутри сирийском диалоге, НАТО чувствует себя пока ещё способным повернуть колесо истории вспять: получить контроль над Сирией и её природными богатствами. И эта несговорчивость, основанная на вышеуказанных обстоятельствах, может привести к самым серьёзным последствиям. Значительная часть функционеров оппозиции давно оторвана от народа, живущего в нищете, холоде и голоде. В то же время известные её деятели, насколько можно судить, живут вполне комфортно, чтобы не испытывать желания добиваться судьбоносных решений немедленно. А западные патроны и спонсоры некоторых деятелей оппозиции, само собой, никуда не торопятся.
Но нужно попросить всех деятелей оппозиции и правительство Сирии свериться со своей совестью: всё ли они сделали для достижения соглашения о мире и национальном согласии? Спокойно ли они спят, когда маленькие дети в Сирии обречены на мучения, которые и взрослые вынести не могут? И ещё один вопрос хочется задать обеим сторонам конфликта: желают ли они возвращения к той страшной братоубийственной войне, которая продолжалась на сирийской земле дольше, чем Вторая Мировая война? Только задумайтесь: если бы не помощь российских ВКС и отрядов «Эль-Кудс», а также не действие Астанинского процесса, такой страны, как Сирия, на карте мира сегодня бы не было. И это не фантастическое предположение – это вывод, сделанный политологами!
Да, предсказывать будущее никому не дано, но мы можем, трезво оценивая ситуацию, сделать хотя бы некоторые прогнозы. Если сирийское правительство и оппозиция не достигнут компромиссов, если сохранится прежняя непримиримость и открытое неприятие всех позиций противоположной стороны, вряд ли возможны выборы в САР даже в следующем году. Это даст повод многим государствам, особенно западным, признать власть в Сирии нелегитимной. В этом случае сирийцев ждёт усиление экономической блокады и новые санкции, что в последствии ещё больше ухудшит жизнь миллионов сирийцев. Получается, что внесение конституционных поправок и выполнение резолюции Совбеза ООН за номером 2254 становится императивом: без этого сирийскому правительству придётся столкнуться с целой чередой невыполнимых задач.
Среди моих друзей в Сирии есть историк, который обладает огромным и очень ценным архивом, в котором можно отыскать данные по политическим событиям и переговорам на всем Ближнем Востоке в течение доброго десятка лет. Он утверждает, что на протяжении большей части этого срока можно проследить этапы деятельности целого ряда политиков, которых он называет «профессиональными разрушителями».
Куплены ли они Вашингтоном или действуют, исходя из собственных интересов и амбиций, не имеет значения, ибо их задача – разрушать складывающийся консенсус, подрывать любые начинания, ведущие к миру, не допускать достижения соглашений. Их, по мнению моего друга, в арабском мире, вероятно, не больше 50 человек, но они порой являются деятелями, находящимися в политической верхушке ряда стран, обладают огромной разрушительной силой, потому что их в любом случае поддерживают страны НАТО, и в первую очередь, США. Ведь отсутствие согласия, примирения или даже перемирия – всегда повод для этих стран осуществить новую акцию вмешательства в дела стран Ближнего Востока.
Всего 50 человек на весь арабский мир! Но какое зло они ему приносят, продолжая то там, то здесь кровопролитие. Уже давно истекает кровью, обессилел Йемен, сотни тысяч сирийцев погибли за годы гражданской войны и сражений с запрещённой в России террористической организацией ИГИЛ, миллионы иракцев убиты, умерли от болезней и голода, изувечены. Но у военно-промышленных корпораций Запада каждая жертва на Ближнем Востоке – это рост бухгалтерских счетов, это повышение прибыли. Нам, арабам, давно пора понять, что для Запада, и особенно для НАТО, каждая отнятая у арабского юноши жизнь измеряется в центах, а каждая бочка нефти – в долларах. Если бы было иначе, НАТО давно перестало бы вмешиваться в наши дела.
Между тем, многие события могли бы быть предотвращены, если бы мы сообща, с позиций, продиктованных нашей историей, нашей верой и нашим состраданием к несчастьям наших братьев, взялись бы за решение общих проблем – либо тех проблем, которые рано или поздно станут общими.
Такими проблемами являются рост вооружений в регионе, увеличение количества иностранных баз, присутствие в регионе иностранных флотов с ядерным оружием на борту, прекращение региональных конфликтов на национальной, религиозной и историко-географической почве и многое другое. Мы не хотим, чтобы наши проблемы решали бы страны НАТО, которые порой действуют, как слон в посудной лавке. Но если так, необходимо провести Общую Конференцию арабских государств, на которой арабские страны должны существенно повысить роль и значение Лиги Арабских государств и наделить её функциями как политических решений в интересах каждой страны, так и функциями миротворчества.
В истории такое уже происходило, но, увы, не так уж эффективно. Создание миротворческого контингента из стран, обладающих серьёзным военным потенциалом, – не такая уж большая задача. Гораздо сложнее добиться того, чтобы миротворческий контингент не превратился в полицейскую силу, не учитывающую права народа на волеизъявление, свободное развитие, на выборы и на собственный путь развития. Арабские страны имеют право и возможности самим, без стран НАТО и без оккупационных контингентов, решать свою судьбу. В нашем регионе есть блестящие экономисты, инженеры, нефтяники, геологи, специалисты других профессий; нет только совещательного Совета Арабских стран, который бы подсказывал политикам и экономистам, как избежать новых конфликтов и серьёзных проблем.
Казалось бы, рост проблемы войны и мира должен привести арабов к отрезвлению, к избавлению от политического инфантилизма, к реальному пониманию, что иностранные базы и игра с огнём, которую устраивают в регионе США и его союзники, постоянно чреваты конфронтацией; следовательно, нужно в первую очередь угрозу войны снижать. Для этого нужно избавиться от присутствия вооружённых сил НАТО и начать новый этап взаимоотношений между странами региона: отношений регионального сотрудничества и коллективной безопасности в интересах всех стран Ближнего Востока.
Вместо этого мы видим прямо противоположный результат: Саудовская Аравия просит США увеличить американскую группировку в стране, за что платит Америке полмиллиарда долларов, а французский авианосец отправляется в Персидский залив для усиления там французской группировки. Что это, как не продолжение игры с огнем?
Самое печальное в ближневосточной ситуации – вместо движения к разрешению проблем, к миру и сотрудничеству в регионе он, на мой взгляд, движется к усилению региональной напряжённости, все больше превращается в пороховую бочку. Есть вещи, которые смертельно опасны. Нам, арабам, пора осознать эту простую истину.
Потому что, если наш регион охватит страшный пожар войны – независимо от того, кто и как её начнёт, будет поздно сожалеть об упущенных возможностях сохранения мира в регионе. Кого тогда винить арабам, кроме самих себя?
На мой взгляд, политическая близорукость, неумение установить для себя очерёдность приоритетов, неспособность договариваться с соседями и другими арабскими странами, отсутствие опыта даже в том, чтобы добиваться единой позиции по проблеме, которую испытывает та или иная арабская страна – это фактическое состояние нынешнего политического истеблишмента чуть ли не в каждом арабском государстве. А при таком состоянии дел разве можно говорить о каких-либо признаках арабского единства и о выработке схожего подхода к международным делам? Более того, мне кажется, что ни одна арабская страна при таком положении не может быть договороспособной настолько, чтобы участвовать в подписании важного международного соглашения, которое определяет судьбы народов и региона. Это показал хотя бы разброс мнений арабских лидеров применительно к войне Ливии. Я специально не упомянул об участии кое-каких арабских стран на встрече в Берлине по Ливии, потому что, к сожалению, в нынешнем арабском мире миллионы арабов страдают от холода, от голода, от нищеты. А если так, то какое арабское государство достойно уважения, имеет влияние и обладает значимостью?
Всё вышесказанное, а также опыт встречи в Берлине в очередной раз подтвердили, что нашим странам, как и всем остальным странам мира, нужно стремиться к укреплению авторитета Совета Безопасности ООН и придания ему большей твёрдости в осуществлении всех принятых решений. Нужно повернуть колесо истории вспять – добиваться не ухудшения ситуации в нашем регионе и в мире вообще, а её оздоровления. Это в интересах каждого араба.
Миссия генерала Сулеймани состояла в том, чтобы сорвать заговор о разделении стран региона
Описывая заговор США и сионистов в отношении Ирана, Турции, Сирии, Ирака, Саудовской Аравии и Египта, специальный помощник спикера иранского парламента по международным делам Хосейн Амир-Абдоллахян заявил, что важная миссия генерала Сулеймани состояла в том, чтобы сорвать этот заговор о разделении стран региона.
Он выступил с речью в воскресенье на совещании в Школе международных отношений Министерства иностранных дел Ирана по политическим и стратегическим аспектам убийства мученика генерал-лейтенанта Сулеймани, сообщает Mehr News.
«Сегодня, вместо пространства от Нила до Евфрата сионистский режим заключен в бетонную стену размером шесть на двенадцать метров в небольшом районе под названием Израиль», - сказал он.
«Генерал-лейтенант Сулеймани никогда не забывал о Палестине», - добавил он, сказав:«Он боролся с ИГИЛ в Ираке, Сирии, Ливане и регионе».
«Важной задачей, которую он преследовал, было предотвращение реализации сионистской стратегии по разрушению стран региона», - отметил Амир-Абдоллахян.
Далее он сказал: «Хотя генерал-лейтенант Сулеймани был военным командиром, он был дипломатом за столом переговоров».
По его словам, регион не будет безопасным местом для американцев после убийства генерал-лейтенанта Сулеймани.
Описывая заговор США и сионистского режима в отношении региона, он отметил, что на первом этапе заговора должны были быть разбиты Сирия и Ирак, а на втором этапе - Турция и Саудовская Аравия, а на последнем этапе - Иран и Египет.
Спички над нефтяной бочкой: чем Иран может воевать с Америкой
Угроза войны США с Ираном, которая в последние недели пошла на убыль, не отменяет самой возможности военного конфликта в недалеком будущем. Аналитики отмечают, что в случае войны ее сценарий будет совсем не таким, как "Буря в пустыне" или последующий блицкриг с захватом Ирака и казнью Саддама Хусейна.
Виктор Кузовков
В 1992 году, буквально через считанные месяцы после американской операции «Буря в пустыне», в ходе которой силы западной коалиции просто разгромили Ирак, в соседнем Иране была создана «Организация оборонной промышленности» - некий координирующий орган, взявший на себя ответственность за проектирование и создание новых образцов оружия. С учетом подавляющего технологического преимущества, которое продемонстрировали США и их союзники в Ираке, решение это было очень своевременным: на тот момент Тегеран не мог противопоставить Вашингтону почти ничего.
Надо сказать, что ситуация для Ирана действительно была критичной: отношения с США были безнадежно испорчены во время «Исламской революции», а СССР в конфликте Ирана и Ирака занял сторону последнего, соответственно, прекратив поставки в Иран любого современного вооружения. Импортировать оружие получалось только из Китая, который и сам на тот момент передовыми технологиями не располагал. Дело дошло до того, что американцы, стремящиеся не допустить победы просоветского Ирака и ирано-иракской войне, были вынуждены поставлять в Иран некоторые типы вооружения и запчасти для американской техники, находящейся на вооружении у иранской армии и Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Люди постарше, вероятно, помнят знаменитый политический скандал в США, известный как «ирангейт», когда расследование Конгресса едва не стоило должностей некоторым крупным американским политикам.
Сейчас оборонная промышленность Ирана производит около 14-ти тысяч узлов и агрегатов для самолетов различного назначения. В стране есть производство боевых самолетов, танков, зенитно-ракетных комплексов (ЗРК), противокорабельных ракет (ПКР), баллистических ракет, активно строятся мини-субмарины, скоростные ракетные катера, корветы и даже фрегаты. Без преувеличения, можно сказать, что Иран создал собственный ВПК, способный обеспечить основные нужды армии и флота.
Недавнее обострение отношений между Ираном и США показало, что даже США вынуждены считаться с иранскими военными «мускулами». После того, как Иран в ходе своей операции «Мученик Сулеймани» нанес ракетные удары по американским объектам в соседнем Ираке, война казалась неизбежной. Но, ко всеобщему удивлению, Вашингтон не стал идти на обострение и отреагировал на атаку на удивление мирно, если не сказать робко.
Собственно, на вопрос о том, чего же испугались в Вашингтоне, мы и попробуем сейчас ответить. Тем более, что относительно небольших столкновений американской военной машины с иранскими разработками за последние годы было не так уж мало, и некоторые выводы можно сделать, опираясь не на бумажные сравнения ТТХ, а на совершенно конкретные, задокументированные случаи столкновения западных «высоких технологий» с продукцией иранских «кулибиных».
Наиболее свежим случаем такого столкновения стал летний инцидент в небе над Ираном, когда зенитной ракетой, выпущенной иранским комплексом «RAAD», был сбит так называемый «глобальный разведчик» ВВС США RQ-4 «Global Hawk». Стоимость беспилотника оценивается примерно в 220 миллионов долларов, он оснащен, помимо прочего, станцией AN/ALR-89, способной обнаруживать пуски ракет и подавлять их системы наведения с помощью электромагнитных помех. Кроме того, в арсенале RQ-4 «Global Hawk» есть буксируемая мишень ALE-50, отвлекающая ракету на себя и ставящая, помимо прочего, дополнительные помехи. То есть, это вовсе не беззащитный «мальчик для битья», американцы позаботились о том, чтобы столь дорогой комплекс имел шанс пережить ракетную атаку с земли.
Тем не менее, первый же залп комплекса «RAAD» отправил его на землю. Тут нужно оговориться, что мы используем натовское обозначение иранского комплекса, потому что найти в открытых источниках точную информацию иранской стороны об этом ЗРК довольно сложно, она противоречива и часто больше походит на намеренную дезинформацию, чем на реальные справочные данные. Тем не менее, можно с высокой долей вероятности говорить о том, что мы имеем дело с репликой российского комплекса среднего радиуса действия «Бук». Предполагается, что радар и элементная база в нем российского производства. Все остальное спроектировано и создано непосредственно иранским ВПК.
Исходя из этого, можно предположить, что радиус и высота поражения целей примерно соответствуют не самым новым, но все ещё стоящим на вооружении модификациям «Бука». То есть, это порядка 40 километров по дальности и 30 километров по высоте. Ирония заключается в том, что разработчики американского «глобального разведчика» предполагали, что установленные на нем средства защиты будут спасать его хотя бы от не самого современного российского комплекса и его аналогов. Но на деле вышло несколько иначе…
Надо отметить, что это не единственная иранская разработка в области ПВО. Недавно конструкторами этой страны был представлен ЗРК «Bavar-373». По словам разработчиков, это ни много, ни мало, а самый настоящий аналог российского ЗРК С-300. Разумеется, на сей счет есть некоторые сомнения, но специалисты сходятся во мнении, что данный комплекс может потягаться с С-300 хотя бы в одном – дальности пуска, которая достигает трехсот километров. А это уже очень серьезный шаг вперед по сравнению со всеми прежними иранскими разработками в области зенитно-ракетных комплексов.
Также нельзя пройти мимо такого важного аспекта, как возможная война на море. Тут, как ни странно, Ирану тоже есть чем похвастаться.
В 2006 году у берегов Ливана произошел серьезный инцидент – противокорабельной ракетой, запущенной активистами движения «Хезболла», был поражен израильский корвет «Ханит». Довольно современное, оснащенное по последнему слову техники боевое судно не смогло справиться с единственной ракетой и получило серьезнейшие повреждения.
Ракета, как мы можем догадаться, была иранского производства. Это была ПКР «Нур», являющаяся репликой китайской ПКР «С-802». После всех модернизаций длина ракеты была чуть более шести метров, вес превышал 700 килограммов, а дальность достигала 120-ти километров. Существуют различные версии данной ракеты, отличающиеся возможностью запуска с разных носителей – самолетов, кораблей, ракетных катеров, подводных лодок и даже с наземных пусковых установок (что и наблюдалось в описанном случае).
В 2016 году, в разгар гражданской войны в Йемене, был отмечен ещё один успешный случай применения этой ракеты. Представители йеменского движения «Ансар-Аллах» с помощью ракеты «Нур» атаковали военное логистическое судно Объединенных арабских эмиратов «HSV-2 Swift». Изящный, стремительный катамаран не смог ни уйти от ракеты, ни сбить её, и после попадания практически полностью выгорел. А ведь это судно было построено не самими арабами, а американцами, у которых и было арендовано. То есть, налицо ещё один случай столкновения западных технологий с иранскими, закончившийся не в пользу первых.
По имеющейся информации, сейчас на базе этой ПКР разработана ракета «Гадер», информации о которой, к сожалению, слишком мало. Однако известно, что радиус её действия увеличился минимум до 200-т километров, что в условиях Персидского залива более, чем серьезно.
Есть на вооружении у Ирана и ПКР малого радиуса «Nasr», разработанная также на базе китайского прототипа ПКР «С-704». Вес её боевой части составляет всего 130 килограмм, а дальность не превышает 35 километров. Но эта ракета предназначена для борьбы со скоростными, высокоманевренными целями типа скоростных катеров и десантных кораблей на воздушной подушке. Наличие в арсенале иранской армии такого инструмента резко снижает шанс на успех любой десантной операции на иранском побережье Персидского залива или Аравийского моря, точнее, такая операция вряд ли окажется безболезненной для того, что рискнет её осуществить.
Недавний удар Ирана по американским объектам в Ираке тоже ни что иное, как прямое столкновение американских и иранских военных возможностей. И он также дал немало пищи для размышлений. Иранские ракеты «Fateh-110», разработанные ещё в самом начале «нулевых», не относятся к самым передовым средствам нападения в мире. Однако, по независимым оценкам, из более чем двадцати выпущенных ракет цели достигло 11. Причем, отмечается высокая точность попадания ракет – это уже не саддамовские «СКАДЫ» с круговым отклонением в километр, а минимум пять прямых попаданий в ангары и инженерные сооружения военной базы. Если представить, что Иран с такой же точностью и эффективностью отстреляется по объектам нефтяной инфраструктуры своих соседей по региону, мировые столицы моментально охватит мелкая дрожь – удар по мировой экономике будет нанесен колоссальный, а последствия будут ощущаться, как минимум, на протяжении многих месяцев.
Пожалуй, стоит добавить, что иранский флот имеет в своем составе несколько десятков подводных лодок разных типов. Наиболее современными из них являются лодки российской постройки проекта 877ЭКМ «Палтус», более известные как «Варшавянка». Таких судов у Ирана три. А вот мини-субмарин собственной постройки, водоизмещением всего 120 тонн, проекта «Al-Ghadir», около двух десятков. Лодки небольшие, имеют всего два торпедных аппарата и кажется, для ВМС США большой угрозы не представляют. Но вот для танкеров, двигающихся через Ормузский пролив, это угроза очень серьезная. И в свете обещаний Тегерана перекрыть, в случае начала войны, Ормузский пролив, эти малышки уже не выглядят так безобидно.
Есть на вооружении Ирана и танки собственного производства, в частности, танк «Зульфикар-3», являющийся своеобразным гибридом, сочетающим американскую трансмиссию и пушку от российского Т-72. О его боевых качествах судить, к сожалению, нет никакой возможности, но это уже третья модификация «Зульфикара», что предполагает работу над ошибками и определенное совершенствование.
Из собственных иранских самолетов стоит выделить проект «Qaher-313», концепт которого был сравнительно недавно представлен широкой публике. Да, это всего лишь проект, но какой амбициозный!
И действительно: легкий стелс-истребитель оригинальной конструкции, с опущенными законцовками крыльев, максимально «спрятанными» воздухозаборниками – такое хорошо смотрелось бы и в исполнении каких-нибудь европейских или российских разработчиков. Понятно, что от концепта до серийного производства предстоит пройти огромный путь, и не факт, что в итоге он будет пройден. Но каковы амбиции!
Подводя итог, скажем, что некоторая осторожность, проявленная американцами в отношении Ирана, кажется весьма обоснованной. Нет, будем объективны: у Ирана нет шансов в длительном военном противостоянии. Но и американцы понимают, что игра со спичками в нефтяной цистерне – не самое разумное занятие.
А «спички», как видим, есть и у Тегерана. Их меньше, они похуже качеством, но если у иранского руководства рука не дрогнет, мало не покажется никому…
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы СМИ и.о. Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в ходе пресс-конференции по итогам деятельности российской дипломатии в 2019 году, Москва, 17 января 2020 года
Уважаемые коллеги,
Наши подходы к актуальным международным сюжетам не раз предметно затрагивались Президентом Российской Федерации В.В.Путиным, в том числе в рамках Большой пресс-конференции в декабре прошлого года, и буквально на днях в ходе Послания Федеральному Собранию Российской Федерации.
В своем вступительном слове отмечу, что мир, и мы это видим отчетливо, продолжает очень сильно лихорадить. Ключевым дестабилизирующим фактором остается агрессивная линия ряда государств Запада, прежде всего наших американских коллег, на разрушение международно-правовой архитектуры безопасности, замену международного права собственным изобретенным «миропорядком, основанным на правилах». В этом ряду – слом Вашингтоном Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), «заматывание» перспектив продления Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-3), искусственное нагнетание напряженности в районе Персидского залива, попытки пересмотреть общепризнанные правовые основы ближневосточного урегулирования, усиление военной активности НАТО вблизи российских границ и линия на приватизацию многосторонних механизмов контроля за нераспространением оружия массового уничтожения.
Дефицит доверия в мировой политике и экономике усугубляется широким использованием таких методов нечестной конкуренции, как односторонние санкции, протекционизм, торговые войны. В числе последних вопиющих примеров приведу попытки США помешать реализации проекта «Северный поток-2» вопреки мнению ведущих стран Европейского союза.
В Вашингтоне стали откровенно злоупотреблять привилегией страны, где располагается штаб-квартира ООН. По своему усмотрению, в нарушение международного права, отказывают представителям «неугодных» государств в возможности участвовать в мероприятиях «на ооновской площадке». Наверное, это и есть те самые новые правила в очередном обличии.
Российская дипломатия проводит независимый и многовекторный курс, который определил Президент страны, а также прилагает усилия, направленные на деэскалацию международной напряженности, укрепление правовых, демократических начал межгосударственного общения. Стараемся содействовать поддержанию глобальной и региональной безопасности во всех измерениях.
В числе наших безусловных приоритетов – борьба с международным терроризмом, в том числе в Сирии, продвижение политического процесса в этой стране, решение насущных гуманитарных проблем сирийского народа. В «копилке» ушедшего года – запуск работы межсирийского Конституционного комитета благодаря слаженным усилиям стран-гарантов Астанинского формата. Сейчас на первый план выходят вопросы постконфликтного восстановления САР, ее реинтеграции в «арабскую семью». Будем этому активно способствовать.
Мы вносили вклад в преодоление и других конфликтов на Ближнем Востоке и Севере Африки, в том числе в Ливии, Йемене. Важным шагом на пути оздоровления ситуации во всем регионе могла бы стать реализация российской Концепции коллективной безопасности в зоне Персидского залива. В обновленном виде мы ее презентовали летом прошлого года в рамках научного семинара с участием всех представителей науки стран региона и экспертов.
Традиционный приоритет России – наращивание взаимодействия с партнерами на евразийском пространстве, в первую очередь в рамках ОДКБ, Союзного Государства, СНГ, ЕАЭС. Особо отмечу успехи на треке евразийской интеграции, включая расширение внешних связей Союза. Как вы знаете, подписаны соглашения о свободной торговле с Вьетнамом (2016 г.), в прошлом году соглашения были подписаны с Сингапуром и Сербией. В прошлом году вступили в силу соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве между ЕАЭС и КНР, Временное соглашение с Ираном. Продолжаются активные переговоры с Израилем и Египтом. Принято решение о начале переговорного процесса с Индией. Все эти действия идут в русле инициативы Президента России В.В.Путина по формированию «Большого Евразийского партнерства» открытого для всех стран нашего общего континента Евразии.
Расширялись российско-китайские отношения всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия. В ходе государственного визита в Россию Председателя КНР Си Цзиньпина в июне прошлого года объявлено об их вступлении в новую эпоху. Внешнеполитическая координация Москвы и Пекина оказывала важное стабилизирующее влияние на обстановку в мире.
Укреплялось и особо привилегированное стратегическое партнерство с Индией, разноплановые связи со странами АСЕАН, другими государствами Азии, Латинской Америки. Существенный импульс получило развитие сотрудничества Российской Федерации с Африканским континентом. Как вам известно, в октябре прошлого года состоялся первый в истории саммит Россия-Африка, итоги которого выводят российско-африканский диалог на качественно новый уровень.
Удалось добиться подвижек в деле урегулирования внутриукраинского кризиса. После трехлетнего перерыва состоялся саммит в «нормандском формате» после того, как новое руководство в Киеве все-таки смогло сделать шаги по выполнению решений двух предыдущих саммитов «четверки». Рассчитываем, что принятые решения в Париже в декабре позволят продвигаться по пути выполнения минского «Комплекса мер». Но, конечно, эти решения не должны оставаться на бумаге, как было при режиме П.А.Порошенко.
В наступившем году имеем в виду работать над поддержанием глобальной безопасности и стратегической стабильности, включая усилия по предотвращению гонки вооружений в космосе и недопустимости вепонизации киберпространства. Будем в полной мере задействовать потенциал ООН, «Группы двадцати», СНГ, ЕАЭС, возможности наших председательств в БРИКС и ШОС. Особое внимание будем уделять работе в «пятерке» постоянных членов СБ ООН, в числе ключевых – сохранение и укрепление центральной координирующей роли Организации Объединенных Наций в мировых делах, незыблемость закрепленных в ее Уставе принципов международной жизни. В этих усилиях с нами солидарно подавляющее большинство государств.
В заключение, конечно же, подчеркну, что нынешний год является Годом двух крупных юбилеев – 75-летие Победы во Второй мировой войне и в Великой Отечественной войне, а также 75-летие создания Организации Объединенных Наций. Мы продолжим делать все необходимое для противодействия фальсификации истории, сохранения доброго имени солдат-победителей, недопущения ревизии международно признанных итогов разгрома нацизма. В защиту исторической памяти вместе с нами выступают многие ответственные государства мира. Отмечу также вклад в эту работу наших соотечественников, которые проживают за рубежом. Ждем зарубежных партнеров на торжествах в Москве 9 мая.
Спасибо. Готов ответить на ваши вопросы.
Вопрос: Мы знаем, что Россия и Китай в этом году совместно отметят 75-летие Победы во Второй мировой войне. Наши страны сделали очень много для строительства послевоенного миропорядка. Какова их сегодняшняя роль в поддержании глобальной стабильности? Как проходит российско-китайское сотрудничество в этом направлении?
С.В.Лавров: Я уже касался наших стратегических отношений с КНР. Мы одинаково подходим ко всем ключевым проблемам международной жизни. Наши оценки и взгляды на развитие мира в современную эпоху отражены в целом ряде совместных документов, которые подписаны Президентом России В.В.Путиным и Председателем КНР Си Цзиньпином, включая Совместное заявление Российской Федерации и Китайской Народной Республики о развитии отношений всеобъемлющего партнерства и стратегического взаимодействия, вступающих в новую эпоху, подписанное в июне прошлого года в ходе визита китайского руководителя в Российскую Федерацию, которое вывело наши отношения стратегического характера на качественно новый уровень.
Мы очень тесно координируем наши шаги в ООН. Всегда стараемся поддерживать друг друга и отстаивать принципы Устава ООН, на которых зиждется Организация. Поддерживаем друг друга в СБ ООН при рассмотрении вопросов, которые связаны с необходимостью отстаивать эти принципы в каждой конкретной кризисной ситуации, как это было недавно при рассмотрении проблемы доставки гуманитарной помощи в Сирию. Мы голосуем синхронно и всегда поддерживаем справедливость, стараемся не пропускать решений, которые нередко наши западные коллеги пытаются навязать для того, чтобы проводить свою одностороннюю повестку дня, не учитывая необходимость вырабатывать консенсусные решения.
Я упомянул решение, которое в итоге было принято с учетом позиции России и Китая, о продлении механизма трансграничной гуманитарной помощи. Наши западные партнеры всеми правдами и неправдами пытались добиться того, чтобы сохранился один пункт пропуска для доставки гуманитарной помощи через границу Ирака с Сирией. Пункт назывался Яарубийя. Стонали и стенали, заявляя, что без этого пункта пропуска сирийцы, которые живут на северо-востоке, будут просто в бедственном положении, будет гуманитарная катастрофа. Мы знали, что это не так. Нашим западным коллегам нужно было сохранить этот переход Яарубийя исключительно для того, чтобы легитимизировать незаконное присутствие вооруженных сил США и возглавляемой ими коалиции на восточном берегу р.Евфрат. Если по-честному рассматривать, то, что происходит с точки зрения доставки гуманитарной помощи на восточной берег р.Евфрат, то статистика следующая: только за два месяца (октябрь и ноябрь прошлого года) ооновцы при поддержке Правительства Сирии из Дамаска и Камышлы направили на северо-восток более 420 траков, включая 162 тонны медицинских товаров, оборудования и медикаментов, а через переход Яарубийя за 20 месяцев было направлено всего сто с небольшим траков. На несколько порядков этот переход отставал от того, что делается по линии Правительства Сирии и Сирийского Арабского Красного Полумесяца.
Этот один из примеров, как нам приходится с нашими китайскими стратегическими партнерами отстаивать элементарные факты и не позволять превращать СБ ООН и его решения в инструмент одностороннего давления на неугодные режимы.
Вопрос: На каком этапе сейчас находится сирийский кризис? Что мешает решить его? Можем ли мы увидеть в этом году восстановление отношений между Сирией и Турцией, Европейским союзом и арабским миром?
С.В.Лавров: Я бы сказал, что сирийский кризис находится в продвинутой стадии урегулирования. Есть прогресс практически на всех направлениях – военно-политическом, дипломатическом, гуманитарном. Немножко отстает направление экономического восстановления, поскольку наши западные партнеры, некоторые страны региона выдвигают предварительные условия. Причем они меняются в зависимости от того, что происходит в реальной жизни. Сначала говорили, что как только начнется политической процесс, тогда они и снимут ограничения на предоставление содействия в Сирии для возвращения беженцев, восстановления экономики. Политический процесс был начат. Теперь говорят, давайте подождем, пока он принесет результаты. Так эта планка будет постоянно подниматься, условия будут меняться по ходу игры. Это, конечно, не вполне способствует результатам.
Главное, что в борьбе с терроризмом одержана решающая победа. Остающиеся островки сопротивления игиловцев и нусровцев – это, прежде всего, в Идлибской зоне деэскалации и на восточном берегу, где игиловцев, по-моему, порядка 10 тыс. Они находятся большей частью в лагерях, которые контролируются т.н. Сирийскими демократическими силами (СДС). Это в основном курдские подразделения. Поступает тревожная информация, которую мы сейчас перепроверяем, о том, что за определенную мзду Сирийские демократические силы выпускают бандитов, которые начинают расселяться по другим частям сирийской территории. Информация тревожная. Мы давно предупреждали наших американских партнеров, которые имеют влияние на СДС, чтобы боевики, которые содержатся в качестве заключенных под охраной в лагерях, не разбегались оттуда. К сожалению, риск того, что это может произойти, есть.
Я уже упоминал, как Правительство Сирии сотрудничает с ООН. Привел пример, который подчеркивает, что каких-либо причин для сохранения механизма трансграничной доставки помощи без консультаций с Правительством Сирии уже не остается. Гуманитарное содействие реально помогает создавать условия для возвращения беженцев.
Мы много делаем и в национальном качестве, не только внося вклад в соответствующие фонды ООН, которые оказывают помощь сирийскому и другим народам региона, но и по двусторонней линии, в том числе по линии наших военных, которые присутствуют «на земле», военная полиция, другие подразделения, оказываем содействие в восстановлении систем жизнеобеспечения – снабжение водой, электроэнергией, создание элементарных образовательных условий и условий в сфере здравоохранения. Призываем все страны последовать этому примеру и не пытаться политизировать, обставлять какими-то геополитическими требованиями вопросы оказания гуманитарной помощи.
На политическом направлении, как я уже сказал, есть результат в виде создания Конституционного комитета, который сформировал редакционную комиссию, принял правила процедуры. Состоялось два заседания, готовится третье.
На следующей неделе мы ждем спецпосланника Генерального секретаря ООН по Сирии Г.Педерсена, который также планирует посетить и Дамаск. Рассчитываю, что эти переговоры и его контакты с сирийским руководством позволят сформировать график дальнейшей работы Конституционного комитета.
Мы, безусловно, убеждены в необходимости исправить ошибку, которая была сделана, когда в 2011 г. Сирию исключили из ЛАГ. Нужно возвращать страну в «арабскую семью», как об этом не раз говорил Президент России.
Вопрос: Россия и Италия очень давно говорят о ливийском кризисе. Как Вы думаете, какие ошибки допускали разные итальянские правительства в последние годы в отношении Ливии? Что итальянцы могли бы сейчас сделать по сравнению с прошлым? Что Вы ожидаете от ливийской конференции по Ливии в Берлине?
С.В.Лавров: Главная ошибка была сделана не Италией, а нашими коллегами в Североатлантическом альянсе, где в 2011 г. при принятии решения разбомбить Ливию и свергнуть режим в нарушение резолюции Совета Безопасности ООН решающую роль сыграла все-таки не Италия, насколько мне известно. Не буду называть лидеров той эпопеи, авантюры. Наверное, все их знают. Тогда была разрушена ливийская государственность, которую до сих пор не удается восстановить.
Попыток оказать содействие ливийским сторонам в том, чтобы они пришли к какому-то согласию и вернули свою страну в нормальное состояние, было немало. Было Схиратское соглашение, которое до сих пор расценивается большинством внешних игроков как содержащее основные принципы ливийского урегулирования. Конечно, жизнь идет вперед, какие-то нюансы можно будет добавить, тем более что были и договоренности в начале прошлого года в Абу-Даби, которые тоже касались обустройства государственной власти в Ливии и, к сожалению, не были выполнены. Была проведена конференция в Париже. На ней даже была согласована конкретная дата выборов, которые должны были состояться в Ливии. Но, как мы знаем, никогда не надо забегать вперед и загадывать слишком конкретные результаты. Дипломатия – это все-таки постепенный процесс. Была конференция в Палермо, где тоже была проделана полезная работа.
Мы в ответ на предложения наших турецких коллег вызвались постараться внести свой вклад в эти усилия. Пригласили к себе руководителей и Востока, и Запада Ливии. Они приняли наше приглашение. Мы часов семь или даже больше вели переговоры с делегациями Командующего Ливийской национальной армией маршала Х.Хафтара и Председателя Палаты депутатов Ливии в Тобруке А.Салеха с одной стороны и Председателя Правительства национального согласия Ливии (ПНС) Ф.Сарраджа и Председателя Высшего Государственного совета Х.Мишри с другой стороны. Есть текст, который кажется нам вполне сбалансированным. Он призывает к прекращению огня, началу политического процесса. Его подписали Ф.Саррадж и Х.Мишри, маршал Х.Хафтар и А.Салех попросили дополнительное время. Но главное, что перемирие, которое было объявлено до их приезда в Москву, соблюдается. Это уже определенный шаг вперед. Будем надеяться, что оно сохранится, желательно – на неопределенное время. По крайней мере, Министр иностранных дел ФРГ Х.Маас недавно встречался в Бенгази с Х.Хафтаром и заявил, что маршал подтвердил свою приверженность прекращению огня. Это уже полезно.
Мы с самого начала поддержали инициативу о проведении Берлинской конференции, потому что, чем больше стран будут желать помочь ливийцам создать условия для урегулирования, тем будет лучше. Убеждать этих людей непросто, здесь надо объединять силы. Именно из этих соображений мы будем участвовать в конференции, которая состоится в воскресенье в Берлине. Мы принимали участие во всех пяти подготовительных встречах. Итоговые документы теперь, по-моему, выглядят практически согласованными. Они в полной мере соответствуют решениям, которые принимал Совет Безопасности ООН по ливийскому урегулированию, не содержат каких-либо положений, противоречащих его решениям. Мы постарались привести их в неплохое состояние в ходе переговоров. Теперь главное – чтобы после Берлинской конференции, если все пойдет как запланировано и Совет Безопасности ООН поддержит ее итоги, ливийские стороны не повторяли своих прошлых ошибок и не начинали выдвигать дополнительные условия и обвинять друг друга. Пока отношения между ними очень напряженные. Они даже не хотят находиться в одной комнате, не говоря уже о том, чтобы разговаривать и встречаться друг с другом.
Мы вместе с нашими итальянскими коллегами будем участвовать в этой конференции. У меня с Министром иностранных дел Италии Л.Ди Майо запланирована встреча утром в Берлине до того, как начнется конференция на высшем уровне.
Вопрос: В связи с последними конституционными изменениями, предложенными Президентом России В.В.Путиным, и новыми назначениями как Вы думаете, будет ли новая доктрина внешней политики Российской Федерации? Как мы знаем, курс внешней политики определяет Президент. Мы привыкли, что из Ваших уст всегда звучала термин «господство международного права». Мы понимаем, что эти изменения усиливают суверенитет России, это нужный шаг в защиту общих национальных интересов. Какими могут быть изменения на практике?
С.В.Лавров: Президент России В.В.Путин уже комментировал наше отношение к международному праву и то, как оно соотносится с нашим законодательством и с Конституцией России. Конституция, как некоторое время назад разъяснил Конституционный суд в ответ на соответствующий запрос, содержит базовые, ключевые нормы, которые определяют все наши действия. Никакие международные договоренности не должны противоречить нашей Конституции.
Хочу привлечь Ваше внимание к следующему. Любая международная договоренность, которую принимает Российская Федерация, к которой она присоединяется, подписывается и выносится на ратификацию в российский парламент – Федеральное Собрание Российской Федерации. Ратификация оформляется в виде федерального закона. Таким образом, наши международные обязательства, во-первых, становятся частью нашей правовой системы, будучи обличены в форму федерального закона, а во-вторых, федеральный закон не может быть принят, если он противоречит Конституции.
Не вижу здесь каких-либо поводов и предлогов для спекуляций и поиска некоего скрытого смысла.
Вопрос: Вчера в Ливане демонстранты приблизились к периметру российского диппредставительства в Бейруте. Может быть, это какой-то посыл России в связи с ее политикой в регионе от внешних сторон, которые поддерживают и двигают революционные процессы в Ливане?
С.В.Лавров: Мы оценили, как ливанское руководство и соответствующие службы отреагировали на этот инцидент. Не вижу здесь никаких поводов для того, чтобы продвигать теорию заговора, выдумывать конспирологические теории.
Как я понимаю, рядом с Посольством находится центр, где содержатся арестованные за участие в беспорядках, которых демонстранты пытаются освободить. Две гранаты со слезоточивым газом оказались на территории Посольства. Они не причинили никакого вреда ни людям, ни имуществу. Как я уже сказал, ливанские службы заверили, что будут уделять повышенное внимание обеспечению безопасности нашей дипломатической миссии.
Вопрос: Вы начали свое выступление со слова «лихорадит». Действительно, в течение прошлого года мы видели протесты по всему миру. Они вспыхивали в разных уголках мира – от Латинской Америки до Гонконга. Однако ключевой вопрос: из-за чего происходит заражение и кто заражает? В большинстве случаев мы наблюдали поддержку этих движений Вашингтоном, видели, что эти настроения искусственно подогреваются.
Не успел начаться 2020 год, а политика давления со стороны США уже набирает новые обороты – грянул американо-иранский кризис. Насколько стоит опасаться продолжения этой тенденции в 2020 г.? Стоит ли ждать новых «Венесуэл» – государств с двоевластием? По Вашему мнению, какая судьба ждет Иран в 2020 г.?
С.В.Лавров: Мне трудно делать какие-то прогнозы. Как сказал в одном из своих великих афоризмов В.С.Черномырдин: «Прогнозирование – чрезвычайно сложная вещь, особенно когда речь идёт о будущем».
Строить «прогнозы о будущем», прежде всего в отношении того, как себя поведут наши американские коллеги, очень сложно. Вы перечислили некоторые примеры их поведения. Трудно предвидеть, что может быть введено в оборот в текущем году, но исключать ничего нельзя.
Я уже многократно упоминал, что международное право они пытаются подменить правилами, на которых основывается миропорядок, который нужен прежде всего Западу. Это попытка отложить формирование демократичной, полицентричной системы мироустройства – объективный процесс. Запад пытается сдержать становление крупных держав. Мы видим, как напряженно происходит торговый диалог между КНР и США.
В принципе, у Всемирной торговой организации (ВТО) есть орган по урегулированию споров. Этот орган не может функционировать уже больше года, потому что США блокируют назначение участников этого механизма, и он не имеет кворума. Вместо того чтобы решать возникающие проблемы в мировой торговле через универсально согласованный международно-правовой механизм органа урегулирования споров ВТО, США предпочитают один на один разбираться со своими конкурентами.
Буквально сегодня утром я читал, что Еврокомиссия выразила обеспокоенность по поводу того, не нарушает ли недавно достигнутая американо-китайская договоренность принципы свободной торговли, нормы ВТО. Еврокомиссия оставила за собой право дополнительно вернуться к этому вопросу.
Но если говорить о тех вещах, которые непосредственно касаются международной безопасности и проблем с распространением оружия массового уничтожения, здесь тоже предпринимаются попытки взять эти процессы в свои руки и не допускать транспарентного, универсального диалога с прицелом на выход на консенсусные решения, которые были бы одобрены всеми.
Вы видите, что делается в Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО). Я уже не раз об этом говорил. Совершенно незаконно наделили Технический секретариат функциями определения вины в грубое нарушение Конвенции о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении (КЗХО). Примерно такой же подход сейчас пытаются применить к Конвенции о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении (КБТО), в рамках которой мы давно вместе с большинством других стран помогали создать верификационный механизм. Американцы, по сути дела, в одиночку блокируют это решение и пытаются через секретариаты международных организаций, в том числе через Секретариат ООН, через свои закрытые, нетранспарентные, келейные двусторонние контакты, продвигать свои интересы, в том числе на постсоветском пространстве. Создают биолаборатории с участием Пентагона. Это все очень серьезные вещи. Повторю, они волнуют всех. Но американцы не хотят их рассматривать по-честному, с участием всех тех, кто является подписантами КБТО.
Вы упомянули Иран. Есть Совместный всеобъемлющий план действий по урегулированию иранской ядерной программы (СВПД), который является неотъемлемой частью международного права, одобрен Советом Безопасности ООН в резолюции, которая носит обязательный характер. Это международное право. Американцы решили применить свои правила – взяли и вышли из этого Всеобъемлющего плана. Не только сами прекратили выполнять свои обязательства, но и запрещают всем остальным торговать с Ираном. А от Ирана требуют, чтобы он выполнял документ, названный Президентом США Д.Трампом «самым плохим в истории», добавившим, что нужен новый документ. Но Иран должен его выполнять. Все должны подчиниться США и не торговать с Ираном, а Иран свои обязательства выполнять должен. Это тревожная ситуация. Сейчас она обретает еще более опасный разворот: три страны-участницы СВПД от Европы – Великобритания, Франция и Германия – направили письмо Высокому представителю Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности Ж.Боррелю, в котором сказали, что они хотят начать процедуру урегулирования споров, которая предусмотрена в самом СВПД. Это письмо закрытое, но о том, что оно поступило, уже известно.
Происходит примерно то, о чем не раз предупреждал Президент России В.В.Путин. Он говорил, что на каком-то этапе европейцы воспользуются какой-то ситуацией вокруг Ирана, какими-нибудь следующими действиями Ирана для того, чтобы с облегчением свалить на Иран вину за все, что происходило. Иран – мы об этом тоже не раз говорили – «подвесил» выполнение только того, что он взял на себя добровольно, сверх обязательств по Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), Соглашению с МАГАТЭ о гарантиях в ядерной сфере, обязательств по Дополнительному протоколу к нему. Все, что делается в Иране в ядерной сфере, доступно и осуществляется в присутствии инспекторов МАГАТЭ. Сейчас Иран – самая проверяемая страна из всех стран-членов ДНЯО.
Когда европейские страны высказались за то, что Иран обязан теперь принимать меры, они выразили сожаление по поводу того, что США вышли из СВПД, но жестко и с обвинительным уклоном адресовали требования Ирану. Буквально вчера я прочел новость, что Министр обороны ФРГ А.Крамп-Карренбауэр подтвердила слухи о том, что до того, как это письмо было написано министрами иностранных дел Германии, Великобритании и Франции, американцы выдвинули ультиматум этим трем странам, пригрозив ввести 25-процентные пошлины на автомобильную и другую продукцию, если они не откажутся от СВПД и не начнут выступать за разработку нового договора, который устроит США. Об этом прямо сказал Премьер-министр Великобритании Б.Джонсон, призвав забыть про старую сделку и заключить новую, которая будет не «сделкой Б.Обамы», а «сделкой Д.Трампа».
Методы, которыми пользуются наши американские партнеры, достаточно разнообразны. Что произойдет в будущем, я просто не могу предсказать, хотя мы продолжаем диалог по всем проблемам с американцами, как и с европейцами.
Буквально на днях состоялась очередная встреча заместителей глав внешнеполитических ведомств России и США по проблемам стратегической стабильности. Обсуждался весь спектр вопросов, которые стоят на повестке дня, в том числе звучала и тема предсказуемости. Не могу сказать, что были достигнуты какие-то впечатляющие результаты, но диалог продолжается. Мы будем твердо добиваться того, чтобы наш мир не остался вообще без каких-либо договоренностей, которые хоть как-то сдерживают, контролируют вооружения, особенно ядерные, вопросы нераспространения оружия массового уничтожения.
Не зря Президент России В.В.Путин в Послании Федеральному Собранию Российской Федерации особо выделил роль пяти ядерных держав – постоянных членов Совета Безопасности ООН. Это не привилегия – это огромная ответственность быть постоянным членом СБ ООН и обладать правом вето. Это на самом деле ответственность, которую нельзя легко сбрасывать со счетов, поэтому призыв нашего Президента, чтобы пять постоянных членов СБ ООН в соответствии с Уставом ООН осознали и проявили свою ответственность за все происходящее в сфере военно-политической безопасности в мире, должен быть услышан.
Вопрос: Хотел бы задать вопрос про убийство в ЦАР трех российских журналистов. Совсем недавно поступила информация о том, что местные правоохранительные органы сожгли одежду всех трех журналистов, являющуюся вещественным доказательством. Обращался ли российский МИД к коллегам из ЦАР? Как возможна такая ситуация с вещественными доказательствами, ведь в России еще не закончилось расследование по убийству российских журналистов?
С.В.Лавров: Конечно, мы обращались. Честно признаюсь, не слышал про конкретный инцидент с уничтожением одежды. Но наш Следственный комитет возбудил уголовное дело. Мы не раз комментировали эту ситуацию, в том числе наш официальный представитель М.В.Захарова. Мы комментировали ее с точки зрения того, что заниматься расследованием должны компетентные в этой сфере органы (в данном случае Следственный комитет). Мы комментировали с позиции нашего Министерства, которое отвечает за создание условий для путешествия наших граждан за рубежом. Мы предостерегали всех, особенно журналистов, да и людей других профессий, что цели, указанные в запросе на визу, должны соответствовать реальным целям, которые потом будут реализовываться после пересечения границы. Это совершенно жуткая трагедия. Будем добиваться, чтобы расследование было доведено до конца. Понимаю, что профессия журналиста и без того достаточно опасная, и Ваши коллеги, к сожалению, ежегодно погибают. В «горячих точках» лучше работать, хотя бы уведомляя российское государство, чтобы мы знали, где наши люди могут появиться. Я понимаю, что не информировать нас – это ваше право. Но для того, чтобы быть чуть более в безопасности, хотел бы, чтобы вы рассмотрели эту возможность, если в опасные точки будете направляться Вы или Ваши коллеги.
Вопрос: Когда Вы приезжали в прошлом году в Нагою, Вы сказали, что российская сторона передала список своих конкретных озабоченностей. Насколько я понимаю, беспокойство вызывает размещение американских ПВО в Японии. Какие гарантии должна дать Япония российской стороне для того, чтобы продвинуться в переговорах? Пока сохраняются союзнические отношения Японии и США, невозможно совсем устранить ваши озабоченности.
С.В.Лавров: Собственно Вы все сказали. На самом деле, это очень серьезный вопрос, очень важная часть нашего диалога с Японией. Не только в преломлении к мирному договору. Нам в принципе не хочется, чтобы с территории нашего доброго соседа, каким мы считаем Японию, исходила угроза Российской Федерации.
Действительно, у нас есть озабоченности. Они сформулированы, обсуждаются в рамках диалога по линии заместителей министров иностранных дел и в рамках диалога на уровне секретарей советов безопасности. Вчера Генеральный секретарь Совета национальной безопасности Японии С.Китамура был в России, встречался с Секретарем Совета Безопасности России Н.П.Патрушевым, его принимал Президент России В.В.Путин. Эти темы затрагивались. Вы упомянули, что Япония размещает американские системы ПРО наземного базирования. Наши японские коллеги давно говорили нам, что делают это исключительно для защиты от угрозы, проистекающей с Корейского полуострова, и что этими ПРО будет управлять исключительно японская сторона. Они буду в подчинении японских сил самообороны. В этих вопросах мы пытаемся установить конкретные детали, но главное не в этом. В Японии размещаются закупаемые в США те самые пусковые установки для противоракет, которые были уже испытаны американцами не только для запуска противоракет, но и ударных, и крылатых. Это оружие, которое было запрещено ДРСМД, пока Договор действовал, и его не сломали американцы. Это уже возможность для ударных вооружений вблизи наших границ. Конечно, мы должны принимать это во внимание. У нас нет подозрений в том, что японское руководство, политическая элита вынашивает какие-то злые умыслы в отношении Российской Федерации. Совсем нет. Но у вас действительно есть, как Вы и сказали, военный союз с США. Если Вы посмотрите на документы, заявления, решения, которые в рамках этого союза принимаются, то Вы увидите, что США используют этот союз для подтверждения своей линии на то, что Россию нужно сдерживать. Россия – это противник, и Япония является частью этой военной стратегии своего ближайшего союзника США. Конечно, мы хотим ясности, хотим понимать, как будет развиваться наше дальнейшее сотрудничество, если американцы втягивают Японию в свою политику, законодательно провозглашенную как направленную против России. Диалог важен. Мы хотим полной ясности.
Вопрос: Предположительно во вторник начинается процесс импичмента в Сенате США. Многие на Западе говорят, что это ослабит американскую поддержку Украине и усилит позиции России. Что Вы об этом думаете?
С.В.Лавров: Импичмент у вас. Вы американка, Вам виднее.
Вопрос: В октябре 2019 года Вы назвали группу БРИКС эталоном многополярной дипломатии. Какие ключевые цели были достигнуты в минувшем году? Может быть, уже можно говорить о целях на 2020 год?
С.В.Лавров: Не буду занимать сейчас время. Это фактологический вопрос. У нас на сайте нашего председательства изложена вся наша программа. Можем разослать дополнительно. Мы заготовили ответы на типовые вопросы о том, что происходит в организации. Мы их повесим на сайт, Вы сможете ими воспользоваться. У нас более 100 мероприятий в рамках председательства. Многие из них пройдут не только в Москве и Санкт-Петербурге, но и в других городах, в частности на Урале планируются, в том числе министерские встречи. Думаю, это будет полезно. Саммит, который увенчает наше председательство, состоится во второй половине июля в Санкт-Петербурге. Мы активно готовимся.
Вопрос: Вчера латвийский Сейм обвинил Россию в фальсификации истории Второй мировой войны. Как известно, наиболее часто историческими фальсификациями занимаются как раз страны Балтии. Самое печальное, что в этом вопросе их слушают в международных организациях. На выходе мы имеем такие документы, как прошлогодняя скандальная резолюция Европарламента, возлагающая равную ответственность на СССР и Третий рейх за развязывание Второй мировой войны. Как мы это допустили? Как России защитить свои интересы и историческую правду? Какие шаги для этого нужно предпринять?
С.В.Лавров: Как мы допустили то, что в ЕС расцветает неонацизм? Наверное, мы не можем силой повлиять на ситуацию. Но стыдить ЕС мы можем и этим занимаемся. Они, к сожалению, прячут глаза в пол и уходят от разговора. В лучшем случае упомянут про необходимость уважать свободу слова, выражения мнений и т.д. По этой же причине они воздерживаются каждый год в Генеральной Ассамблее ООН, когда мы вносим резолюцию о недопустимости героизации нацизма, возрождения любых форм человеконенавистнической идеологии и т.д. Кстати, американцы вместе с украинцами голосуют против, что тоже не удивительно. Американцы просто не хотят ничем себя ограничивать. А украинцы, наверное, если подержат резолюцию, не смогут противостоять неонацистским радикалам, которые очень многие вещи сейчас подминают там под себя.
Но когда Вы говорите, что их поддерживают международные организации, я с этим не согласен. Как раз международная организация, о которой я упомянул – Генеральная ассамблея ООН, подавляющим большинством голосов (130-140) ежегодно принимает резолюцию, которая осуждает любые проявления неонацизма и героизации нацистских преступников. Европарламент, конечно, международная организация, но она не универсальная. В ней, как собственно и в ЕС, многие вещи происходят по инициативе меньшинства – ссылаются на правила консенсуса, необходимость учитывать мнение друг друга. Но меньшинство достаточно агрессивное. Вы совершенно справедливо сказали, что страны Прибалтики, ряд других играют здесь первую скрипку.
Насчет конкретных фактов, которые были предъявлены Президентом России В.В.Путиным в его выступлении на встрече стран СНГ в Санкт-Петербурге в декабре прошлого года, на них реакция была по принципу «на воре шапка горит». Как Вы знаете, Президент сказал, что готовит развернутую статью, которая опирается исключительно на факты, на новые данные, поднятые в российских архивах. Вчера, кстати, Министерство обороны Российской Федерации опубликовало не видевшие раньше света архивные данные о том, как и кто освобождал Варшаву. Польская сторона устами своих дипломатов говорила о том, что будет очень интересно реализовать идею В.В.Путина и разобраться в архивных материалах. Вот, «яичко к Христову дню». Архивные материалы готовы и было бы важно узнать, что скажет польская сторона после того, как их изучит. Попытки оболгать нашу страну с точки зрения итогов Второй мировой войны, ее причин, и использовать эту ложь для того, чтобы ослабить сегодня позиции России на международной арене, будут продолжаться.
На следующей неделе в Иерусалиме состоится международное мероприятие с участием, в том числе, Президента России В.В.Путина в память жертв Холокоста. Нам доподлинно известно, что наши польские коллеги (хотя Президент Польши А.Дуда объявил, что не поедет на это мероприятие, не знаю почему. Может быть, потому что там будет В.В.Путин) пытаются убедить западных участников этой церемонии (а там будут США, некоторые европейские лидеры), чтобы они в своих выступлениях изложили польскую точку зрения на подходы России ко Второй мировой войне. Методы совсем неприличные, учитывая событие, в рамках которого они могут предпринять такие попытки.
Вопрос: Казахстан в рамках нескольких спецопераций вернул из Сирии около 600 своих граждан, в том числе 400 детей. Совсем недавно в рамках спецоперации вернули из Ирака около 14 детей, установив их родство с родственниками из Казахстана посредством ДНК. Как Вы оцениваете действия Казахстана по возвращению своих граждан из этого региона?
С.В.Лавров: Как действия, которые любое суверенное государство имеет право предпринимать для того, чтобы выполнить обязательства перед своими гражданами. Мы занимаемся такими же вопросами. Наши военные, спецслужбы, Уполномоченная по правам ребенка занимаются возвращением наших детей из Ирака, Сирии. Мы обменивались опытом с нашими казахстанскими коллегами. Я был буквально вчера в Узбекистане. Наши узбекские друзья тоже вызволяют своих граждан, как минимум жен и детей. Сами боевики – это отдельная тема. Я уже касался проблемы, которая сейчас сложилась на востоке Сирии, когда боевики разбегаются из лагерей содержания. В большинстве случаев женщины были просто одурманены и оказались там далеко не по своей доброй воле. Дети вообще ни при чем. Конечно, хочется, чтобы они были возвращены в нормальную среду и выросли бы нормальными людьми, а не под влиянием радикальных идей террористов.
Вопрос: Как Вы считаете, адекватны ли действия польских властей по отношению к кладбищам, в частности, имею в виду снос бульдозерами памятников? Экс-президент Польши Л.Валенса в интервью «Первому каналу» выразил готовность приехать в Россию. Как Вы смотрите на то, чтобы заменить нынешнего Президента Польши А.Дуда на бывшего, Л.Валенса, лауреата Нобелевской премии?
С.В.Лавров: Что касается отношения к памятникам, то я уже затрагивал тему итогов Второй мировой войны в принципе. Убежден, что здесь нужно опираться исключительно на исторические факты. Мы всегда открыты к диалогу на основе архивных документов. У нас с Польшей долгое время действовала целая структура двусторонних механизмов, каналов общения, среди которых был и Стратегический комитет, возглавлявшийся министрами иностранных дел, с участием многих других ведомств.
В этой структуре была группа историков, которые занимались непростыми вопросами из прошлого, но всегда сохраняли свои позиции с опорой на научные факты. Некоторое время назад эта группа подготовила совместный учебник об определенном этапе наших отношений, о совместной истории с Польшей. По целому ряду эпизодов того периода удалось подготовить совместные статьи, а по тем, по которым мнения историков разошлись, публиковались польский и российский взгляды.
Считаю, что эта работа как раз и должна возобновиться, не стать заложницей попыток делать из истории пропаганду. Когда наши польские коллеги сносят памятники, они излагают свою позицию, причем приводят доводы, мол, Польша не подписывалась под сохранением памятников, которые стоят не на кладбищах. Они готовы охранять только мемориалы, сооруженные на захоронениях. Это какая-то мелочность. Если мы так будем подходить к этому вопросу, то утратим чувство порядочности. Мы говорим о людях, которые сложили свои головы, отдали жизни, самое дорогое, что у них было, ради освобождения Европы. Поэтому я полностью разделяю позицию тех (включая Президента Чехии М.Земана), которые высказываются против разрушения памятников той войны.
Что касается Л.Валенса, то это уважаемый человек, он известен как абсолютно независимый политик. У него свое мнение, которое он не стесняется высказывать и отстаивать. Если он заинтересован приехать в Россию, это его решение. Будем рады помочь сделать его пребывание здесь комфортным. Насчет встреч на политическом уровне – это уже вопрос не ко мне.
Вопрос: Какова Ваша оценка взаимодействия России и Германии после недавнего визита Канцлера А.Меркель? Произошел прорыв? Она приехала в Москву впервые за пять лет.
С.В.Лавров: Не думаю, что в современных условиях контакты между Президентом России В.В.Путиным и Канцлером Германии А.Меркель нуждаются в том, чтобы обязательно быть нацеленными на какой-то прорыв. Они регулярно общаются «на полях» различных мероприятий (совсем недавно была встреча в Париже перед тем, как Канцлер приехала в Москву), по телефону. Это рабочие, предметные, прагматичные отношения. Никто не пытается убедить друг друга в том, что кто-то не прав, что сначала надо решать идеологические разногласия, а потом – все остальное.
Мы понимаем, что есть санкции, позиция, которую, к сожалению, заняла Германия после госпереворота на Украине, состоявшегося в ситуации, когда позиция Берлина была проигнорирована и путчисты отнеслись к ней как к несуществующей величине – ведь Германия же гарантировала соглашение, которое разорвали переворотчики. Я уже останавливался на этом. К сожалению, Германия вместе с другими европейскими странами тогда просто «развела руками», как у нас говорят, смирилась с незаконным актом, совершенным вопреки ее собственной воле и подписи. Стала рассматривать украинский кризис исключительно с той точки, когда Россия ответила на волеизъявление жителей Крыма и Крым после референдума вернулся в состав России. Наши западные коллеги считают отсюда. А то, как был сделан этот госпереворот, то, как его лидеры тут же приняли закон, отменяющий права русскоязычного населения, как путчисты из национал-радикальных организаций потребовали, чтобы русские «убирались» из Крыма, – это все «не считается», это все было «до того». Расстроился Запад, только когда крымчане сделали то, о чем мечтали десятилетиями после распада СССР. Вот в чем проблема.
Визит А.Меркель не носил экстраординарного характера. Наших немецких коллег особенно интересовало успешное проведение Берлинской конференции по Ливии, этому уделили много времени. В.В.Путин и А.Меркель около часа общались один на один, а мы тем временем разговаривали с Министром иностранных дел Германии Х.Маасом и его сотрудниками. Они, конечно, говорили об экономике, энергетике, «Северном потоке». Во вступительных словах, на пресс-конференции и в ответах на вопросы все это прозвучало. Считаю, что это был нормальный, рабочий, конкретный визит. В этом прагматизм наших отношений с Германией.
Вопрос: Говоря про Иран, Вы очень критиковали США и три европейских страны, но не сказали, что может сделать сейчас Россия, чтобы не было дальнейшей эскалации в конфликте с Ираном?
С.В.Лавров: Надеюсь, Вы следите за нашими выступлениями и инициативами. Мы считаем неприемлемым то, что происходит с Совместным всеобъемлющим планом действий (СВПД). План заключался в том, что Иран ограничивает свою ядерную программу определенными параметрами в том, что касается обогащения, объемов наличия на каждый момент тяжелой воды, запасов обогащенного урана (около 4%). Иран брал на себя обязательства, которые требуют большего, нежели универсальные договоренности по нераспространению, требования и документы МАГАТЭ. А за то, что он будет делать сверх своих обычных международных обязательств, в ответ ему всего-навсего обещали снять ограничения на торговлю с Ираном (Запад не пошел на сверхльготные условия). И этого не сделано. США запретили всем торговать с Ираном, грозят санкциями. Европейцы немного постарались, как у нас говорят, «похорохорились», сказали, что создадут механизм, позволяющий обслуживать торговлю с Ираном независимо от доллара и США. Его создали уже больше года назад (он называется «Инстекс») исключительно для обслуживания сделок, касающихся только гуманитарных товаров, не подпадающих даже под американские санкции. Сказали, что впоследствии, когда механизм начнет работать, он будет распространяться и на обслуживание торговли другими товарами, включая нефть, что является главным для Ирана. За год с лишним этот механизм не провел ни одной сделки. Одна была начата, но до сих пор не закончена. Она касается медикаментов на сумму 10 млн долл. США. Сами понимаете, какая это капля в каком море.
Когда Иран говорит, что будет «подвешивать» выполнение своих добровольных обязательств, мы, конечно, считаем, что это не помогает делу, дает повод тем же американцам дополнительно обострять ситуацию. Но мы видим причины, по которым Иран вынужден так поступить. Он же не отказывается от всего остального, что является обязательным для всех государств-участников Договора о нераспространении ядерного оружия. Мы считаем, что европейцы должны и могут сделать гораздо больше.
Есть проблема, связанная с решениями частного бизнеса. Нельзя заставить частную компанию торговать в ущерб себе. Если компания имеет интересы, инвестиции, непосредственно связанные с использованием доллара, в США или где-то в других местах, то компания сама должна принимать решение, где она будет работать. Мы понимаем, каким может быть такое решение. Но есть и компании, не имеющие каких-либо обязательств и интересов на территории, которую американские законодатели могут каким-то образом ограничить или ущемить.
Буквально сейчас обсуждается вопрос о том, что нам дальше делать. Наши представители, заместители министров иностранных дел в постоянном контакте с Европейской внешнеполитической службой, которая является координатором деятельности СВПД. Думаю, что в ближайшее время необходимо провести встречу, чтобы честно разобраться в этой ситуации и понять, кто о чем думает. Потому что наши партнеры – т.н. западная тройка (Великобритания, Франция, Германия) – уверяют, что их действия, критика и требования к Ирану нацелены только на то, чтобы спасти СВПД. Премьер-министр Великобритании Б.Джонсон примерно в тот же момент, когда эти заверения звучали из трех столиц, предложил отменить сделку, которую заключил бывший Президент США Б.Обама, и заключить такую, которая устроит нынешнего, Д.Трампа. Потом они пытались все дезавуировать, но «слово не воробей». Если говорить о том, что мы будем делать в ближайшее время, считаю, что нужно провести встречу политдиректоров всех остающихся участников СВПД: европейская «тройка», Россия, Китай и, конечно же, Иран и просто по-честному поговорить друг с другом.
Вопрос: В эти дни формируется новое Правительство России, Вы будете в дальнейшем Министром иностранных дел? Желаете остаться?
С.В.Лавров: Вы, наверное, давно работаете журналистом, сами понимаете. Видите, все засмеялись. Три дня назад мне поручили исполнять обязанности – я исполняю.
Вопрос: Какого Ваше впечатление от встречи с Премьер-министром Индии Н.Моди? Удалось ли договориться о торговле между Россией и Индией в национальной валюте?
С.В.Лавров: В ходе встречи с Премьер-министром Индии Н.Моди и Министром иностранных дел С.Джайшанкаром мы не говорили про национальную валюту. У нас есть механизмы для обслуживания наших торгово-экономических отношений – этим вопросом занимается Межправительственная комиссия. Она работает с достаточно интенсивной регулярностью. В этом году состоится ее очередное заседание.
Мы обсуждали более политические вопросы из нашей повестки дня: взаимодействие в ШОС, БРИКС, особенно с учетом того, что Россия в этом году председательствует в обоих объединениях. Говорили и об общей ситуации в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР), включая новое терминологическое внедрение в оборот – «Индо-Тихоокеанский регион». Всегда был Азиатско-Тихоокеанский регион, сейчас наши американские коллеги активно двигают «Индо-Тихоокеанский». Как термин «порядок, основанный на правилах» прочно вошел в обиход, так же и «Индо-Тихоокеанские стратегии».
Мы обсуждали отношение не к какому-то термину, определенному названию или концепции, а отношение России и Индии к тому, как надо выстраивать взаимодействие на многосторонней основе в нашем общем регионе. Подходы практически совпадают. И Индия, и Россия не поддерживают попыток использовать концепции Индо-Тихоокеанских стратегий для того, чтобы формировать конфронтационные конфигурации в этом регионе. Мы считаем важным продолжать сотрудничество с опорой на те многосторонние структуры, которые уже созданы при инициативной роли Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН). Там есть Региональный форум АСЕАН по безопасности (АРФ), специальный механизм для встреч министров обороны стран АСЕАН и партнеров этой ассоциации («СМОА плюс»). Есть и такой важный инструмент, как Восточноазиатский саммит, на котором можно рассматривать все вопросы без исключения. С этой точки зрения было очень полезно понять, что наша с Индией позиция практически идентична.
Другое дело, что терминология по-прежнему оставляет вопросы. Я уже задавал вопрос нашим американским и японским коллегам, можно также поинтересоваться у австралийцев (США, Австралия, Япония и Республика Корея – основные двигатели этой концепции), означает ли замена слова «Азиатско-Тихоокеанский» на «Индо-Тихоокеанский» регион, что вся Восточная Африка будет участвовать в процессе нового сотрудничества. Ответ – нет. Означает ли это, что Персидский залив будет частью этих дискуссий, т.к. это Индийский океан. Тоже нет. Получается, участники – все те же, кто был в рамках АТР, но только в их кругу кто-то хотел бы провести разделительные линии. Вот о чем идет речь. Этого не скрывают те, кто эту концепцию продвигает. Мне было важно убедиться, что наши индийские друзья прекрасно это понимают.
Вопрос: Каков взгляд России на неоднократные попытки обсуждения вопроса о Кашмире в СБ ООН?
С.В.Лавров: Мы всегда выступаем за то, чтобы кашмирский вопрос был решен на прямых переговорах между Индией и Пакистаном в соответствии с теми декларациями и соглашениями, которые эти две стороны принимали. Такую позицию мы занимаем и когда кто-то предлагает обсудить кашмирскую тему в органах ООН.
Вопрос: Как, на Ваш взгляд, кризис между Ираном и США повлияет на мирный процесс в Афганистане?
С.В.Лавров: Думаю, что обострение отношений между Ираном и США, наверное, не будет помогать урегулированию ни одного кризиса в регионе хотя бы просто потому, что напряженность будет возрастать. Трагедия с самолетом украинских авиалиний – серьезный звонок и сигнал к тому, чтобы все-таки начать заниматься деэскалацией, а не постоянными угрозами, полетами боевой авиации в этом регионе.
В практическом плане мы же знаем, что США в Исламской Республике Афганистан (ИРА) – один из главных игроков. Они возглавляют целую коалицию, имеют свои войска в ИРА, возобновили и ведут переговоры с талибами. Мы это поддерживаем. Считаем, что очень важно, чтобы была достигнута договоренность, которая затем позволит начать переговоры уже между всеми афганцами. Ведь это условие, которое поставили талибы, и которое было принято. Мы стараемся помогать этому процессу. Параллельно со своими собственными контактами с талибами, которых мы побуждаем к договоренностям и к переходу к прямому диалогу с другими политическими силами Афганистана, у нас есть трехсторонний канал общения с американцами и китайцами, к которому недавно подключился Пакистан. Мы считаем, что было бы очень правильно, если бы не только США, Китай, Россия и Пакистан в таком неформальном кругу обменивались идеями о том, как продвигать урегулирование, но чтобы и иранская сторона подключилась к этому формату. В принципе, это было бы возможно. Этому мешают, как я понимаю, антииранская заряженность Соединенных Штатов и нежелание Ирана в этой ситуации общаться с американцами, помогать им в том или ином вопросе.
Со всех точек зрения надо все-таки деэскалировать отношения США и Ирана, но для этого потребуется государственная мудрость. Едва ли эти отношения смогут отойти от опасной черты, если Вашингтон по-прежнему будет публично во всех грехах региона обвинять только Иран. Какую страну ни возьми, везде виноват Иран. Везде Вашингтон требует от Ирана прекратить какие-либо шаги по развитию связей, по оказанию влияния. Это нереалистично. Все страны этого и других регионов имеют свои интересы. Они проецируют их на своих друзей и на соседей. Главное, чтобы эти интересы продвигались легитимными путями. Это, к сожалению, не всегда происходит. Посмотрите на незаконное присутствие антитеррористической коалиции на востоке Сирии, которая по сути дела способствует разжиганию сепаратистских настроений. Это, на самом деле, серьезная проблема. Так что лучше всем быть за столом переговоров.
Иран, как Вы знаете, сначала предложил заключить Договор о ненападении между Ираном и арабскими странами Персидского залива, потом выступил с Ормузской мирной инициативой сотрудничать по обеспечению безопасности в этих акваториях. У нас аналогичный подход. Я уже упоминал во вступительном слове, что мы выдвинули Концепцию коллективной безопасности в зоне Персидского залива и в прилегающих районах. Имеем в виду не только необходимость собрать за одним столом все прибрежные страны Персидского залива, арабов и иранцев, но и подкрепить их усилия участием внешних игроков. Имею в виду Лигу арабских государств (ЛАГ), Организацию исламского сотрудничества (ОИС), «пятерку» постоянных членов Совета Безопасности ООН, Европейский Союз (ЕС). Думаю, что в такой конфигурации могла бы быть запущена работа, условно говоря, конференции по безопасности и доверию в этом регионе. Если этот процесс удастся начать, впоследствии к нему могли бы подключиться и другие страны региона, если взять шире, другие страны Ближнего Востока и Севера Африки.
К сожалению, пока противоречия между отдельными арабскими странами Залива и иранцами слишком глубоки. В наших контактах с Саудовской Аравией, с Объединенными Арабскими Эмиратами и с самими иранцами выступаем за то, чтобы они начали между собой диалог. Вроде бы понимание этого присутствует, но пока мы еще не смогли убедить наших друзей начать такую работу.
Вопрос: Я хотел спросить про украинский «Боинг». На прошлой неделе было много обсуждений. Сравнивали иранский подход и российский в связи с рейсом MH17 не совсем в позитивном ключе. Согласны ли Вы с мнением М.Симоньян, что в данном случае Иран действовал «как мужик» в отличие от других стран, в том числе и России?
Хотел спросить и о позиции МИД России на прошлой неделе. До последнего разные представители Министерства придерживались линии, что это – плод дезинформации Запада. Хотя на самом деле было достаточно много свидетельств, без доступа к разведданным даже невооруженным глазом было видно, что что-то случилось там, на высоте в 2,5 тыс. метров. Получается, что это была неправда. Видите ли Вы повод извиниться перед семьями людей, которые погибли?
С.В.Лавров: Не припомню, чтобы МИД России официально говорил, что версии о том, что самолет был сбит, являются дезинформацией. Вы можете меня опровергнуть, если у Вас факты есть.
Вопрос: По-моему, прокомментировал Ваш заместитель С.А.Рябков.
С.В.Лавров: Мы не делали и не могли делать никаких официальных заявлений. Мы только выступали за то, чтобы была установлена истина. Как, собственно, мы хотим добиться правды и в отношении малайзийского «Боинга». Отвечая на предыдущий вопрос, я упомянул трагедию с украинским самолетом в связи с нагнетанием напряженности между США и Ираном. Никого не хочу оправдывать. Это человеческая ошибка. То, что это было непреднамеренно, по-моему, все уже поняли. Требовать компенсации – это право родственников. Думаю, что иранская сторона рассмотрит все эти обращения. Они признали, что это произошло по ошибке. Я никого не хочу убеждать, что этого могло бы не быть. Конечно, хотелось бы, чтобы этого не было. Но американцы уничтожили в ходе беспрецедентной операции, которая подрывает и ставит под вопрос все мыслимые нормы международного права, командующего силами специального назначения «Кодс» Корпуса стражей исламской революции Ирана (КСИР) генерала К.Сулеймани. Иранцы ответили. Как мы потом узнали, ответили выверенно, предупредив Ирак. В СМИ есть много информации о том, что американцы были предупреждены и приняли это к сведению, приняли за данность. Но есть информация, что после этой атаки иранцы ожидали еще одного удара США, не знали, в какой форме, но в воздушном пространстве прямо на границе Ирана было минимум шесть истребителей F-35. Это информация, которая подлежит перепроверке. Но хочу подчеркнуть нервозность, которая всегда присутствует в таких ситуациях.
Насчет того, что есть иранский подход и есть российский подход, я, честно говоря, не понял, какую разницу Вы имеете в виду. Еще раз хочу подчеркнуть, что мы так же, как и в случае с украинским «Боингом», хотим иметь ясность с малайзийским «Боингом». Напомню Вам некоторые вещи, о которых наши коллеги, в частности, нидерландцы, пытаются не говорить. Во-первых, Россия была одним из соавторов резолюции 2166 СБ ООН, в которой содержались требования обеспечить расследование в строгом соответствии с нормами Международной организации гражданской авиации (ИКАО). Не буду сейчас приводить примеры, какие нормы должны были быть соблюдены, но они не соблюдаются. Резолюция 2166 СБ ООН, помимо всего прочего, требовала, чтобы те, кто занимаются расследованием, регулярно докладывали СБ ООН. Не было ни одного доклада. Была сформирована Совместная следственная группа (ССГ) в составе Украины, Австралии, Нидерландов, Бельгии.
Малайзию, чей «Боинг» и был сбит, туда никто не пригласил. Ее пригласили только через три месяца – для участия в группе по уголовному расследованию, хотя она уже участвовала в группе по выяснению технических деталей. Кстати, если бы к нам были претензии, могли бы и нас пригласить в ССГ. Нас там не ждали, не хотели, но мы активно сотрудничали: всё, что запрашивали на какой-то момент у нас представители ССГ, созданной Нидерландами, мы выполняли. Мы даже сделали натурные демонстрации. Концерн «Алмаз-Антей», производящий тот самый ЗРК «Бук», из которого, как утверждают, и был сбит этот самолет, показал, как это может происходить в реальной жизни, в реальной ситуации. Предоставили данные с радаров, причем первичные данные. На наш вопрос о том, где данные с украинских радаров, ответ странный – их нет. Потом кто-то сказал, что эти радары случайно выключились. Все радары, которые на Украине наблюдали за этой частью воздушного пространства, на какой-то момент «выключились». Точно так же, как выключилась видеокамера на первую половину дня, когда Скрипали были найдены на скамейке в парке. Просто видеокамера, которая наблюдала за их домом, была выключена, а потом включилась. Нет ответа на вопрос и о том, почему полностью не опубликованы данные переговоров украинских диспетчеров, которые велись в тот день. Сейчас вдруг через пять лет после катастрофы, трагедии опубликовали какие-то телефонные записи разговоров между российскими представителями, представителями Донбасса. Пять лет искали телефонные записи. А украинские диспетчеры? Там искать не надо ничего! Эти записи должны быть предъявлены миру. Не хотят. Возникает вопрос, где данные с американских спутников? Упоминалось, что они есть.
Знаете, что самое интересное? Когда Малайзию не позвали с самого начала участвовать в этом расследовании, то четыре страны, которые собрались вместе с Украиной (они не стали об этом говорить, но мы доподлинно знаем), изначально условились между собой, что любая информация, которая будет идти вовне, должна быть одобрена всеми четырьмя членами этой группы, включая Украину. Когда нидерландские парламентарии обращались в правительство с вопросом о том, почему все-таки в рамках этого следствия Украине не задается вопрос о причинах, по которым не было закрыто воздушное пространство, правительство Нидерландов молчит. Таких вопросов немало. Когда нидерландское следствие, несмотря на то, что мы предоставили все, что могли в ответ на их просьбы, публично заявляет (также это позволяет себе мой коллега Министр иностранных дел Нидерландов С.Блок), что Россия не сотрудничала со следствием, мы им предъявляем то, что сделали, и спрашиваем, на каком основании делаются подобные заявления. Знаете, какой ответ? «Россия не сотрудничает, потому что она не признала свою вину».
Австралия и Нидерланды предложили нам вести консультации. Мы согласились при понимании, и это было условлено, что будем рассматривать все вопросы, которые нас интересуют. Будем отвечать на их вопросы дополнительно. Но все, о чем я сейчас сказал, мы хотим с ними обсуждать. Они уходят от этого и пытаются все представить таким образом, что следствие не закончено, но мы виноваты, и, мол, давайте начнем разговор о компенсациях. Это так себя «мужики» ведут или кто? Не знаете? Я вот не думаю.
Поэтому когда к этой теме, к теме Скрипалей, химического оружия в Сирии подходят исключительно с логикой «хайли лайкли» – это та самая история, с которой мы начали сегодняшний разговор, когда вместо международного права изобретают правила, которые удобны тебе самому, и заставляют других в это верить.
М.В.Захарова: Если позволите, учитывая, что здесь прозвучала неправильная цитата С.А.Рябкова, я процитирую то, что он сказал, потому что иначе мы даем повод для неверных интерпретаций.
С.В.Лавров: Вранья, давайте буду прямо говорить.
М.В.Захарова: 10 января с.г. С.А.Рябков в Токио заявил буквально следующее, прямая цитата: «Я глубоко убежден, что пытаться «наварить» политические очки на этой ужасной человеческой трагедии нельзя. Надо дать специалистам проанализировать ситуацию и сделать определенные выводы, а начинать некие игры, по меньшей мере, недостойно». По его словам, опять прямая цитата: «Никаких оснований нет для того, чтобы на этой стадии выступать с громогласными заявлениями». Конец цитаты.
Вопрос: Через несколько дней останется всего год до окончания срока действия ДСНВ-3. Президент В.В.Путин и Вы говорите, что с той стороны Атлантики нет никаких сигналов и пока непонятно – продлят Договор или нет. Но все меняется. Возможно, Россия все более настойчиво посылает сигналы в Вашингтон, что пора бы заняться этой проблемой?
С.В.Лавров: Да, я это обсуждал еще во время первой поездки в Вашингтон в 2017 г. и сейчас в декабре 2019 г. Вчера заместитель Министра иностранных дел С.А.Рябков также обсуждал это с заместителем Госсекретаря США К.Фордом. Американцы не дают окончательного ответа и пытаются все «подвесить». «Подвешивая», они постоянно внедряют тему подключения Китайской Народной Республики к этим переговорам, хотя мы уже столько раз объяснили нашу позицию. Президент России многократно заявлял: если будет согласие всех участников некого многостороннего переговорного процесса, то мы будем в нем участвовать. Если американцы считают, что без КНР это бессмысленно продолжать, и Китай захочет, мы тоже будем участвовать. Но Китайская Народная Республика много раз официально заявила, что не будет участвовать в такого рода переговорах, объяснив это тем, что структура ядерных сил Китая радикально отличается от ядерных сил США и Российской Федерации. Мы заявили, что уважаем эту позицию КНР и не будем заставлять Китай ее менять. С какой стати и как можно заставить? Но США почему-то убеждены, что мы должны взять на себя роль уговорить Китай откликнуться на предложение США. Считаю, что это непонятное предложение. У США прекрасно налаженные каналы диалога с КНР. Только что заключили договоренность по торговле.
Поэтому подтвержу еще раз: мы в полной мере уважаем позицию КНР. Если на каком-то этапе какая-то многосторонняя конфигурация переговоров будет всеми согласована, будем в ней участвовать. Но это занимает время, и если созреют в принципе политические условия и будет готовность к многостороннему процессу, сами переговоры – это даже не месяцы, а срок действия Договора о СНВ истекает уже через год в феврале. Президент В.В.Путин предлагал Президенту Д.Трампу и Госсекретарю М.Помпео, когда тот приезжал в Сочи в мае этого года, хотя бы договориться о продлении этого Договора, чтобы была какая-то «страховочная сетка», пока они пытаются завязать новый многосторонний переговорный процесс. Это наша позиция, и она остается в силе. Мы выступаем, и Президент России подтвердил это еще раз осенью на совещании с руководителями Вооруженных Сил Российской Федерации, за продление ДСНВ-3 без каких-либо предварительных условий. Надеюсь, что американцы нас услышали. Мы много раз об этом говорили, но пока четких и внятных сигналов от них не видим.
Вопрос: Как известно, с 2021 г. по 2023 г. Россия будет председательствовать в Арктическом совете. Какие подготовительные работы осуществляются? Какова роль наших северных арктических регионов, в частности, Ямала? Насколько эффективна с Вашей точки зрения наша арктическая повестка дня?
С.В.Лавров: Считаю, что наша арктическая повестка дня весьма насыщена. Она является результатом труда большого межведомственного коллектива. Там отражены интересы нашей безопасности, судоходства, экономики, энергетики, защиты окружающей среды, прав коренных народов. Коренные народы участвуют в работе Арктического совета. Есть специальный формат. Они регулярно присутствуют и выступают на министерских сессиях. В принципе, Арктический совет – одно из немногих учреждений, которое пока ограждено от идеологизации и политизации. Там принимаются очень важные решения по сотрудничеству в чрезвычайных ситуациях, в частности, не приведи Господь, в случае разлития нефти, по научному сотрудничеству, по регулированию вылова рыбы в Северном Ледовитом океане и целый ряд других решений. Нет причин для того, чтобы привносить в Арктику военные методы работы. В этой связи мы считаем неправильным попытки втянуть НАТО в этот регион, в высокие широты, но мы за то, чтобы возобновить прежнюю практику, когда встречались начальники генеральных штабов вооруженных сил стран Арктического совета исключительно для того, чтоб обеспечивать должный уровень доверия. Мы сейчас предлагаем возобновить такие встречи, начиная, может быть, с консультаций экспертов.
Арктический совет действует. Наша повестка дня будет обеспечивать преемственность. Сейчас Совет возглавляет Исландия. Мы находимся в регулярном контакте, будем продолжать встречаться с Министром. Ближе к 2021 г. будет сформулирована конкретная повестка, которая позволит плавно продолжать процессы, согласованные между всеми участниками в экономике, в сфере защиты климата, охраны окружающей среды в целом и, конечно, обеспечения условий жизни коренных народов максимально комфортным образом.
Вопрос: В первую очередь от себя лично и от коллектива «Sputnik» в Эстонии хотела бы поблагодарить Министерство иностранных дел Российской Федерации, Посольство России в Эстонии и лично М.В.Захарову за ту поддержку и помощь, которую вы оказали коллективу «Sputnik» в Эстонии в это нелегкое для нас время. Для своих коллег в зале напомню, что власти Эстонии собираются завести уголовные дела в отношении сотрудников «Sputnik» в Эстонии. Нам грозит до пяти лет тюрьмы за то, что мы работаем в МИА «Россия сегодня». В связи с этим большинство наших сотрудников были вынуждены с 1 января этого года разорвать трудовые контракты, чтобы их не посадили. Но я надеюсь на дальнейшую помощь МИД России.
Вчера Ваш коллега из Эстонии Министр иностранных дел У.Рейнсалу, обсуждая чудовищную ситуацию с российскими журналистами, сообщил, что на самом деле, это, цитирую, «связано с защитой обороны Европы и свободы». Т.е. нас нужно посадить в тюрьму, чтобы Европа была свободной. Хотелось бы услышать Ваш комментарий.
В связи с той риторикой и, мягко говоря, недипломатическими высказываниями не только членов Правительства Эстонии, но и Президента этой страны по отношению к России, как Вы думаете, рассматривает ли В.В.Путин возможность приезда по приглашению К.Кальюлайд на финно-угорский конгресс в этом году в Эстонию? Вам поступило приглашение от У.Рейнсалу принять участие в праздновании, посвященном 100-летию подписания Тартуского договора?
С.В.Лавров: Вы привели факты, которые едва ли требуют подробных комментариев. Что касается конкретных действий в отношении «Sputnik», то считаю, что это возмутительно. По сути дела мы повседневно требуем реакции от ОБСЕ. От Совета Европы прозвучала более или менее осуждающая тирада. Обращаем внимание ЕС, что это их члены выступают по вопросам, которые идут вразрез с декларируемыми и защищаемыми ценностями Европы. То, что Евросоюз это «проглатывает» и ничего не может сделать, это очередное пятно на репутации Евросоюза. Таких пятен мы уже немало видели. Я уже упомянул причины украинского кризиса.
Меня тревожит и то, что в Евросоюзе ведущие страны, в частности, наши французские коллеги, с завидной настойчивостью продвигают инициативы о том, чтобы категоризировать СМИ и определить, кого можно считать СМИ, а кто будет обозначен как инструмент пропаганды. Думаю, что это одного «поля ягоды» – то, что происходит с вами в практическом ключе, и то, что сейчас концептуально обкатывается в высоких кабинетах.
Что касается эстонских заявлений и выступлений. Мой коллега уже многократно заявлял, что договор о границе не будет ратифицирован, потому что он отменяет Тартуский договор, и что Печорский район должен вернуться в эстонскую юрисдикцию. Насчет Президента Эстонии, она попросила о приеме в Москве, и В.В.Путин с ней встречался. Мне показалось, что она адекватно оценивала ситуацию, говоря, что мы соседи, у нас, конечно, есть разногласия, но нам нужно добрососедствовать. Видимо, что-то с ней произошло после возвращения в свою столицу. Печально, потому что мы никогда не уходили от сотрудничества с нашими коллегами. Единственно, у нас и у международного права к ним было требование – покончить с позорным феноменом безгражданства, которое является еще одним пятном на репутации Евросоюза. Здесь есть небольшие подвижки – уже хотя бы начинают давать гражданство по рождению. Но, тем не менее, еще далеко от тех норм, которые должны отвечать европейским ценностям.
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы и.о. Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова в филиале МГИМО в Узбекистане, Ташкент, 16 января 2020 года
Уважаемый Абулазиз Хафизович,
Уважаемый Бахтиер Анварович,
Дорогие друзья,
Прежде всего с наступившим Новым годом.
Очень рад быть сегодня здесь на мероприятии, которое проводится в контексте открытия филиала МГИМО в столице Узбекистана. Мне приятно выступить перед студентами, профессорско-преподавательским составом, которым руководит выпускник нашего Института Б.А.Исламов. Понятно, что открытие филиала МГИМО – это очень важный этап в нашем внешнеполитическом взаимодействии в сфере образования, координации наших действий. Оно также отражает растущий и активно поддерживаемый Президентом Узбекистана Ш.М.Мирзиёевым интерес к русскому языку и образованию. Как я понимаю, у вас теперь восемь филиалов российских вузов. Это не предел. Сегодня в ходе нашей беседы Президент Республики Узбекистан Ш.М.Мирзиёев сказал, что в планах открыть еще несколько филиалов российских вузов. Мы будем самым активным образом сотрудничать в этих начинаниях.
В прошлом году МГИМО отметил 75-летие. За эти три четверти века он прошел большой путь, сформировал по-настоящему уникальную научную и педагогическую школу. Я уверен, что вы продолжите славные традиции подготовки высококвалифицированных специалистов-международников по самому широкому спектру направлений, прежде всего, конечно, для дипломатической службы, но и не только для нее, потому что выпускники МГИМО пользуются спросом и на других направлениях государственной деятельности, и в частном бизнесе.
Усилия по подготовке таких специалистов тем более востребованы, поскольку сегодня значение дипломатии, умение договариваться многократно возрастает. Я хотел бы напомнить, что в современном мире происходят тектонические процессы, которые связаны с продолжающимся перераспределением глобального баланса сил и формированием принципиально новой, более демократичной и плюралистичной многополярной системы мироустройства. Появляются новые центры экономического роста, финансовой мощи, политического влияния в Азиатско-Тихоокеанском регионе, Латинской Америке и в Африке, которую называют континентом будущего, чей потенциал еще совсем даже не начали использовать. Уверен, что это длительная историческая эпоха, которая займет немало времени, но это процесс объективный, и остановить его нельзя.
Западные страны – как принято говорить, «исторический Запад» – доминировали в мире на протяжении, наверное, как минимум, пяти столетий. Эта эпоха уходит в прошлое. Нужно делиться властью и влиянием, нужно договариваться с новыми сильными игроками. К сожалению, наши западные коллеги пытаются тормозить эти процессы, пытаются сохранить свое доминирующее положение, но жизнь заставляет все-таки поступать сообразно объективным тенденциям мирового развития, а не исходя из каких-то односторонних геополитических установок. Сегодня, одновременно с этими процессами и необходимостью вырабатывать формы взаимодействия, сотрудничества, возрастает необходимость в качественно новом уровне доверия и координации во всех этих ведущих мировых игроков с тем, чтобы отвечать на острейшие вызовы и угрозы, которые сегодня носят трансграничный характер. От них не спрятаться в национальных границах, не отгородиться никаким забором: терроризм, наркотрафик и другие формы организованной преступности, киберпрестпуность, которая сейчас требует выработки новых нестандартных подходов для того, чтобы не позволить ей наносить колоссальный ущерб всем странам мира, не говоря уже о таком традиционном вопросе, как риск распространения оружия массового уничтожения. Кстати, к этим угрозам и рискам добавляется и проблема изменения климата. Решать все это можно только коллективно и под «единой крышей» ООН, на прочной почве ее Устава и других универсально применимых норм международного права.
С позиции уважения друг друга, равноправия, поиска баланса интересов, выработки культуры компромисса и консенсуса работают объединения, в которых участвуют Российская Федерация, Узбекистан – это СНГ, ШОС. С тех же позиций Россия работает в БРИКС и в «треугольнике» Россия, Индия, Китай, который мы сокращенно называем РИК. В этом же ряду упомяну и «Группу двадцати», создание которой несколько лет назад и формирование механизма ее саммитов отразили понимание Западом необходимости отказываться от попыток диктовать свою волю в мировой экономике и договариваться с новыми центрами силы. Как вам известно, в «Группе двадцати» представлены «Группа семи», которая до этого пыталась в одиночку руководить мировыми экономическими и финансовыми процессами, страны БРИКС и целый ряд других быстрорастущих экономик развивающегося мира, которые по принципиальным вопросам являются единомышленниками «пятерки» БРИКС. Безусловно, «Группа двадцати» все больше становится форумом для политических дискуссий, позволяющим привлечь к нему крупные влиятельные страны, которые на данный момент не входят в СБ ООН.
Необходимость в том, чтобы политическая координация улучшалась и совершенствовалась, конечно, налицо, в условиях, когда, к сожалению, безрассудные, прямо назовем их, действия наших американских коллег и их ближайших союзников привели к катастрофическим последствиям в Ближневосточном регионе. Был разрушен Ирак, который сейчас с трудом восстанавливает свою целостность и способность налаживать в этой стране нормальную жизнь. Была разрушена Ливия. Там далеко еще от того, чтобы государственность этой страны была восстановлена. Такая же попытка была предпринята в отношении Сирии. Но в ответ на просьбу законного Правительства САР Российская Федерация оказала, я считаю, очень эффективное содействие сирийскому народу в отражении угрозы мирового терроризма, которая сейчас отведена. Осталось решить некоторые более частные задачи. Мы помогли сирийскому народу отстоять его государственность. Я считаю, что это должен быть хороший пример для того, как в будущем не допускать таких агрессивных, безрассудных попыток вершить судьбы целых регионов из-за океана, да и из любого другого места на Земле.
Значительный ущерб стратегической стабильности наносит ситуация вокруг Ирана, которая обрела кризисный характер после одностороннего волюнтаристского выхода США из Совместного всеобъемлющего плана действий по урегулированию иранской ядерной программы (СВПД) и из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), ставшего, по сути дела, причиной для развала этого важнейшего документа в сфере нераспространения ядерного оружия, а также создавшего очень напряженную ситуацию в контексте контроля над вооружениями, нераспространения оружия массового уничтожения и ограничения вооружений, прежде всего, ядерных.
Мы видим также, как продолжаются попытки использования методов недобросовестной конкуренции – это уже в экономической сфере. За рамками «Группы двадцати», Всемирной Торговой Организации (ВТО) Вашингтон пытается все-таки навязывать свои подходы. Он тормозит деятельность ВТО, где из-за позиции США не может нормально функционировать механизм по урегулированию споров. Тем временем наши американские коллеги пытаются на двусторонней основе навязывать свои решения мировых проблем, не стесняясь активно использовать протекционизм, односторонние нелегитимные экономические санкции, откровенно злоупотребляя статусом доллара.
Мне кажется, что все-таки будущее не за этими методами торговых и прочих войн, включая непосредственно «горячие войны», а за методами выстраивания сотрудничества при отказе от диктата и угроз, от игр с «нулевой суммой». Как я уже сказал, необходимо воспитывать ценности диалога, консенсуса и взаимного уважения. Только так можно двигаться по пути поиска действительно устойчивых, а не сиюминутных, рассчитанных на некие внутриполитические события и электоральные циклы, решений глобальных проблем.
Мы сейчас внедряем такие формы многосторонней дипломатии, как Астанинский процесс. Россия, Турция и Иран активно занимаются урегулированием сирийского кризиса и не только с точки зрения стабилизации обстановки «на земле», но и в плане запуска политического процесса. Начал работать Конституционный комитет. Эта работа продолжается. Неслучайно Астанинский процесс привлекает к себе внимание и других стран. Такие государства, как Иордания, Ирак и Ливан являются наблюдателями в этой многосторонней структуре. При этом, когда мы обращаемся к сирийской, ливийской или к любой другой международной проблеме, мы никогда никого не заставляем ничего делать против воли и никогда ничего никому не навязываем.
Мы проводим внешнюю политику, которая ориентируется на прагматизм, на поиск реалистичных решений, а не на выдвижение громогласных инициатив, рассчитанных на немедленный пропагандисткий эффект, но не несущих в себе определенных шагов по конкретному решению той или иной ситуации. Наши инициативы нацелены на объединение усилий, возможностей самых различных государств. Например, в этом русле идет инициатива формирования «Большого Евразийского партнерства», которую Президент Российской Федерации В.В.Путин выдвинул на саммите Россия-АСЕАН в мае 2016 года. Предполагается, что это партнерство должно объединять возможности стран-членов ЕАЭС, ШОС и АСЕАН. Аналогично мы предлагаем коллективные подходы к согласованию общих принципов укрепления режимов нераспространения ядерного, химического и биологического оружия. В этой сфере также немало проблем, связанных с попытками наших западных коллег «подмять» под себя любые верификационные процедуры, и их нежелание транспарентно рассматривать проблемы, которые в этих сферах возникают.
Естественно, мы, как и любая другая нормальная страна, хотим иметь дружественное внешнее окружение, добрососедство, конструктивное взаимодействие со всеми без исключения зарубежными партнерами во всех форматах и на всех географических направлениях при понимании, что со стороны наших коллег есть встречное желание.
Поэтому нас весьма удовлетворяет, что Россию и страны Центральной Азии связывают отношения союзничества, стратегического партнерства, базирующиеся на принципах международного права, уважения и учета интересов друг друга, поиска баланса интересов при рассмотрении любых вопросов.
Это, конечно же, в полной мере касается нашего союзничества, и стратегического партнерства с Узбекистаном. У нас устойчиво растет товарооборот. Наши руководители поставили задачу выйти на уровень в 10 млрд долл.США. Мы сейчас, наверное, достигаем где-то половины этой суммы. Предстоящие мероприятия, связанные, в том числе с проведением заседания Межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству, призваны наметить конкретные шаги по реализации поставленных президентами задач.
У нас масштабные совместные проекты – от энергетики, включая ядерную, до машиностроения. Общий объем российских инвестиций в экономику Узбекистана сейчас превышает 9 млрд долл.США, работает более 1700 предприятий с участием российского капитала.
Мы тесно взаимодействуем на различных многосторонних площадках, в том числе в ООН, СНГ, где сейчас Узбекистан председательствует, в ШОС. Эти связи действительно глубокие и весьма эффективные.
Считаем, что СНГ в полной мере оправдывает свое предназначение в качестве структуры на постсоветском пространстве, где все новые государства могут обсуждать любые возникающие вопросы. Я считаю, что объединительный потенциал Содружества еще пока до конца не раскрыт. Мы разделяем обозначенные Узбекистаном приоритеты в рамках его председательства в СНГ в этом году. Готовы оказывать всяческое содействие в претворении в жизнь этих приоритетов.
Большое значение придаем совместной работе в рамках ШОС. Выступаем за активное взаимодействие между Узбекистаном и такими структурами, как ЕАЭС и ОДКБ. Сегодня мы об этом говорили с Президентом Узбекистана Ш.М.Мирзиёевым и с моим коллегой Министром иностранных дел А.Х.Камиловым.
Евразийский экономический союз развивается достаточно быстро и успешно. Созданы общие рынки товаров, услуг, капиталов и рабочей силы. Наращиваются международные контакты с третьими странами. Заключены соглашения о свободной торговле с Вьетнамом, Сингапуром и Сербией. В прошлом году вступили в силу соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве между ЕАЭС и КНР, Временное соглашение с Ираном. Ведутся переговоры с Израилем, Египтом и многими другими странами, в том числе и из Латинской Америки, и с международными интеграционными объединениями, включая АСЕАН. Укрепляются связи между ШОС и ЕАЭС.
У нас идет полезный диалог с узбекистанскими друзьями о том, в каких формах можно было бы максимально эффективно налаживать практическое взаимодействие с ЕАЭС.
Уважаемые друзья,
В этом году мы отмечаем 75-летие Победы в Великой Отечественной войне. Наши народы плечом к плечу сражались с фашизмом, вместе с другими народами Советского Союза внесли решающий вклад в освобождение Европы и мира от ужасов коричневой чумы. Победа заложила основы для современной архитектуры международной безопасности, включая создание ООН. Принципы Устава Организации незыблемы. Любые, а их будет немало, реформы международных организаций и отношений при всех новшествах неизбежно должны опираться на эти принципы, которые имеют универсальную ценность и признаны всеми без исключения государствами мира.
Мы должны бережно хранить память о подвиге наших отцов и дедов, не позволять никому переписывать историю, подвергать сомнению итоги Второй мировой войны и, тем более, оправдывать преступления нацистов и их пособников. Конечно же, недопустимо пытаться ревизовать решения Нюрнбергского трибунала. Такие достаточно активные попытки мы сейчас наблюдаем в целом ряде стран, в том числе, к сожалению, в странах Европейского союза, которые постоянно презентуют себя как образец демократии. Тенденция очень опасная, с ней надо бороться и ей противодействовать.
Мы ждем дорогих гостей на празднование 75-летия Победы в Великой Отечественной войне 9 мая нынешнего года. Конечно же, ждем наших друзей из Узбекистана. Уверен, что этот Великий Праздник будет отмечаться в Москве, Ташкенте и в других городах наших стран. Знаю, что сейчас в Ташкенте воссоздается Парк Победы. Рассчитываю, что мы сможем принять участие в его торжественном открытии.
В заключение хотел бы пожелать студентам успехов в учебе. Вам предстоит обеспечивать преемственность нашего внешнеполитического сотрудничества, прежде всего, внешнеполитического курса своего государства и, конечно, я надеюсь, участвовать в формировании, углублении, развитии повестки дня российско-узбекистанского союзничества. Рассчитываю, что те знания, опыт навыки, которые вы приобретете в филиале МГИМО, помогут вам во всех ваших начинаниях.
Спасибо большое. Готов ответить на ваши вопросы.
Вопрос: Мы изучаем экономику, даже пытаемся ее системно моделировать. Но разнообразие многосторонних структур, которые открыты для Узбекистана, делают эту внешнеэкономическую модель достаточно сложной. Какие многосторонние структуры, интеграционные механизмы, региональные соглашения, на Ваш взгляд, будут наиболее эффективны для построения данной модели и для успешных российско-узбекистанских отношений? Ведь, надеюсь, это не только Евразийский экономический союз (ЕАЭС)?
С.В.Лавров: В принципе, экономика – это основа всего. Как известно, бытие определяет сознание. Решать должна каждая сторона, исходя из собственного понимания своих национальных интересов, интересов своего народа, интересов собственного развития и выбора такой формы развития, которая позволяет повышать уровень благосостояния граждан. Поэтому можно делиться опытом, можно рассказывать о том, что ты сам предпринимаешь в этих целях, но решать, конечно, должно правительство суверенных государств.
Как я уже отметил, у нас очень насыщенный диалог по вопросам экономического взаимодействия. Двусторонние связи развиваются очень динамично, бурно и результативно за последние несколько лет в соответствии с решениями Президента Российской Федерации В.В.Путина и Президента Республики Узбекистан Ш.М.Мирзиёева. Что касается многосторонних форматов, то это, прежде всего, Содружество Независимых Государств (СНГ), в котором существует зона свободной торговли. Мы вместе с Узбекистаном участвуем в СНГ достаточно плодотворно. Приветствуем активизировавшееся за последние несколько лет участие Ташкента в работе СНГ. В этом году Узбекистан председательствует в этой Организации. Между прочим, на последнем саммите, который состоялся в Ашхабаде в октябре 2019 г., была принята Декларация о стратегическом экономическом сотрудничестве государств-участников СНГ. Т.е. ощущение того, что в этом формате вполне можно ставить новые цели, которые реалистично и более эффективно достигаются коллективно, думаю, показывает, насколько важное значение придается экономике в рамках СНГ. Я уже упомянул, в частности, о зоне свободной торговли.
Что касается ЕАЭС, то здесь тоже идет диалог. Узбекистан присматривается к тому, как можно взаимодействовать с этим объединением, тем более уже полтора года как в ЕАЭС создан институт наблюдателя. В целом 182 млн человек, единый рынок капиталов, товаров, услуг, рабочей силы – это достаточно солидное объединение, чей коллективный ВВП составляет порядка 2 трлн 200 млрд долларов. Это тоже солидный показатель.
Логика развития ЕАЭС была такой же, как и во многих других частях света, включая Европейский союз. Сначала была создана зона свободной торговли, потом – Таможенный союз России, Казахстана и Белоруссии, и вот сейчас – ЕЭАС с подключением Киргизии и Армении.
Я упоминал о внешних связях ЕАЭС. Они весьма обширны. Думаю, Узбекистан сможет лучше понять, какие перспективы для него здесь существуют в ходе продолжающихся консультаций, в которых Россия активно участвует.
Вопрос: Президент Российской Федерации В.В.Путин вчера предложил включить в Конституцию РФ норму о приоритете Основного закона РФ над нормами международного права. Означает ли это, что Россия теперь последует примеру США, где такой примат национального права реализован наиболее полно? Мы неоднократно видели примеры того, как американцы игнорируют положения международных конвенций и решения судебных инстанций.
Может ли это повлечь за собой выход России из Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ)?
С.В.Лавров: У нас и сейчас есть разъяснение Конституционного суда Российской Федерации о том, что положения Конституции РФ являются приоритетной правовой нормой. Это не какая-то уникальная ситуация. Подобные правовые нормы действуют в западных странах, в частности, в Германии и Великобритании. В США просто записано, что международное право – это дело десятое, и они так к нему и на практике относятся.
Обращаю внимание на то, что международные обязательства для страны возникают после ратификации той или иной договоренности. Ратификация оформляется Федеральным законом. Законы должны соответствовать Конституции РФ. Тут никакого противоречия быть не может. Все наши обязательства, которые мы добровольно подписываем, которые ратифицируются нашим Парламентом – народными избранниками и становятся частью нашей законодательной базы, мы выполняем.
Вопрос: Мы все понимаем, что Россия и Узбекистан нужны друг другу. Наше партнерство описывается термином «стратегическое партнерство». Какие три основных составляющих стратегического партнерства Вы бы назвали в этом российско-узбекистанском союзе?
С.В.Лавров: Мы не только стратегические партнеры, мы еще и союзники. В 2005 г. был подписан Договор о союзнических отношениях. Он до сих пор действует и составляет одну из опор нашего взаимодействия. У нас очень тесные связи между всеми ведомствами, включая ведомства экономического блока, министерства обороны, Совет Безопасности, правоохранительные структуры, специальные службы. Мы решаем многие задачи по обеспечению безопасности и Узбекистана, и в целом Центральной Азии, где угрозы терроризма, наркотрафика достаточно серьезные. У нас масштабные договоренности по сотрудничеству в сфере модернизации и переоснащения вооруженных сил Республики Узбекистан современным российским вооружением. Очень хорошо развивается военно-техническое сотрудничество. Считаю, что сфера безопасности – одна из основных и наиболее зримых.
Второе, не менее яркое направление – экономика. Я подробно останавливался на этом. У нас растут взаимные инвестиции, растет количество решений, которые позволяют нашим предприятиям с обеих сторон торговать в облегченном режиме, снижать материальные и временные издержки.
Считаю, что у нас вполне насыщенная программа экономического сотрудничества, которая, в том числе с учетом стоящих новых задач, будет подробно рассмотрена в ходе подготовки к государственному визиту Президента Республики Узбекистан Ш.М.Мирзиёева в Российскую Федерацию, который состоится в этом году.
Готовится заседание Межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству. В целом не один десяток крупных направлений обсуждается в плане дальнейшего наращивания нашего взаимодействия.
Упомяну и гуманитарное сотрудничество. Я уже касался того интереса, который существует к русскому языку, к российскому образованию в Узбекистане. Мы это очень ценим. Мы ценим то, что Узбекистан – наверное, одна из наиболее представленных стран, когда речь идет об обучении в российских вузах. Свыше 29 тыс. студентов из Узбекистана обучаются в России, из них более 6 тыс. – за счет средств федерального бюджета. От Президента Республики Узбекистан Ш.М.Мирзиёева поступила просьба – увеличить количество стипендий, которые мы ежегодно предоставляем. Мы наверняка такую просьбу поддержим. Будем стараться, чтобы она материализовалась в конкретные решения в самое ближайшее время.
Помимо безопасности, экономики и гуманитарного взаимодействия, было бы неправильно не упомянуть четвертую область – это внешнеполитическая координация. У нас единые позиции по подавляющему числу вопросов международной и региональной повестки дня. Особенно это проявляется на афганском направлении, где и Россия, и Узбекистан действуют в одном русле и видят единственную цель, которая может успокоить Исламскую Республику Афганистан (ИРА), – национальное примирение, обеспечение условий, которые позволят в Афганистане всем этноконфессиональным, политическим, социальным группам чувствовать себя комфортно. Решить это может только сам афганский народ. Все инициативы, которые выдвигают и Ташкент, и Москва (были ташкентские конференции, есть т.н. московский формат) нацелены на то, чтобы создать условия для самих афганцев договориться между собой без навязывания каких-то рецептов извне.
Палитра наших отношений достаточно яркая. Повторю еще раз, они не на бумаге союзнические и стратегические, они на самом деле такие.
Вопрос: Вы находитесь в Узбекистане с официальным визитом как и.о. Министра иностранных дел России. Какую должность Вы можете занять в будущем?
С.В.Лавров: Вы журналист? Поступайте в МГИМО.
Все эти годы, сразу после окончания института, я не просто занимал какие-то должности, а всегда честно исполнял свои обязанности. Продолжаю это делать и сейчас.
Вопрос: Сегодня Вы провели встречу с Президентом Узбекистана Ш.М.Мирзиёевым. Говорили ли вы о вступлении Узбекистана в ЕАЭС? Если да, то по каким критериям, сразу ли или постепенно это будет проходить?
С.В.Лавров: Я уже упоминал о том, что решение принимать должна сама страна, которая хочет каким-то образом диверсифицировать свои внешние экономические контакты, использует различные форматы. Мы как друзья, стратегические партнеры, союзники на уровне правительств и вице-премьеров ведем очень конкретный, предметный диалог о том, как ЕАЭС может взаимодействовать с Узбекистаном. Мы предоставляем информацию, даем свои оценки, но решение, конечно, будут принимать Президент и Парламент Узбекистана. Сегодня именно в таком ключе мы с Ш.М.Мирзиёевым говорили об этом.
Вопрос: К чему пришли?
С.В.Лавров: Поступайте в МГИМО.
Вопрос: Вы наверняка знаете, насколько распространена тема искусственного интеллекта в нашем мире. Сейчас предполагается его использование в международных отношениях, в анализе социально-экономических процессов и в современной политике. Что Вы можете сказать на эту тему?
С.В.Лавров: Конечно, современные технологии очень помогают и в учебе, и в работе. Прежде всего, с точки зрения быстрого получения информации из разных источников, возможности сопоставить те или иные факты. Поскольку жизнь развивается стремительно (такого никогда не было, в том числе и на международной арене), это имеет важное значение – получать информацию, уметь ее добывать и пользоваться фактами, полученными через доступ к информации.
В этом смысле революция происходит во всех сферах жизни. Не зря цифровизация экономики становится уже лозунгом дня во всех странах, включая и Россию. Президент России В.В.Путин неоднократно говорил, что тот, кто максимально, в полной мере будет обладать современными технологиями, будет иметь очень сильные позиции на мировой арене.
Если говорить конкретно о дипломатии, то помимо безусловного преимущества, о котором я упомянул (быстрый доступ к надежной информации из разных источников и способность ее сопоставлять), наверное, ни искусственный интеллект, ни что-либо еще не заменит дипломата как человека. При всех возможностях насыщения своей памяти знаниями, возможностях смоделировать развитие той или иной кризисной ситуации, решения никогда не добиться, пока вы не сядете с человеком или с несколькими людьми, от которых зависит достижение успеха, не посмотрите друг другу в глаза и не начнете просто обсуждать интересы вовлеченных сторон с тем, чтобы попытаться нащупать баланс между этими интересами. Никогда ни одна машина не заменит очных контактов.
Дипломатия – это умение договариваться. С машиной договориться нельзя – это холодный инструмент. Машина может любого обыграть в шахматы. Это высокоинтеллектуальная игра, но там прописаны все ходы, можно менять их местами, изобретать новые методы защиты или нападения. Но все равно это правила, которые никогда не меняются. В дипломатии могут возникать ситуации, которые может определять и решать только живое существо с естественным, человеческим интеллектом.
Вопрос: Не могли бы Вы рассказать о структуре Министерства иностранных дел России?
С.В.Лавров: Структура нашего Министерства доступна на наших информационных ресурсах, на нашем сайте. Недавно был создан дополнительный, 42-й департамент, занимающийся возрастающими угрозами в киберпространстве, – Департамент международной информационной безопасности. У нас работает около 3,5 тысяч человек. Есть департаменты, посвященные регионам: четыре европейских, североамериканский, латиноамериканский, четыре азиатских, африканский, ближневосточный. Есть департаменты, работа которых посвящена не региону, а функции – ООН, ОБСЕ, отношениям с НАТО, с ЕС и т.д. У нас есть особо значимые четыре департамента стран СНГ: один – многосторонний, по вопросам СНГ, других многосторонних структур на постсоветском пространстве, включая ЕАЭС, ОДКБ; европейский департамент СНГ, центральноазиатский и закавказский.
Вопрос: В своей речи Вы сказали, что Россия будет праздновать юбилей окончания Второй мировой войны. Как МИД России содействует этому?
С.В.Лавров: МИД России принимает прямое, непосредственное участие в мероприятиях по празднованию 75-летия Победы в ВОВ. Ваш покорный слуга является членом Организационного комитета по подготовке и проведению празднования этой великой даты. У нас планы отмечать этот юбилей в каждой стране, особенно там, где реально были бои во время Второй мировой войны, когда наши солдаты освобождали Европу.
Уже проводится целая серия мероприятий по уходу за памятниками, мемориалами и захоронениями в сотрудничестве с властями стран пребывания. Такие мероприятия в подавляющем большинстве государств вызывают большой интерес и активно поддерживаются населением. Есть страны, прежде всего в Прибалтике, где память о той войне, о тех великих жертвах пытаются приглушить, если не совсем искоренить из сознания, особенно молодого поколения. Это уже другая часть работы. Она тоже требует повседневного внимания, привлечения внимания международных организаций к необходимости выполнять требования Устава ООН, Нюрнбергского трибунала, уважать его решения.
Всем этим занимается наша дипломатия. Внесена инициатива провести в мае этого года специальное заседание ГА ООН. Узбекистан – соавтор этой инициативы. В ОБСЕ мы также продвигаем специальное мероприятие и декларацию по случаю юбилея Победы. Мероприятий достаточно много. Это одно из центральных, приоритетных направлений нашей деятельности в текущем году.
Вопрос: Мы все знаем, что в студенческие годы Вы учились, общались, а потом работали со многими мгимовцами, включая выходцев из Узбекистана. Есть ли особый характер именно выпускников из Узбекистана? Может ли это проявляться в специфике узбекской дипломатии?
С.В.Лавров: У каждой национальности, у каждого народа есть свои специфические черты. Я учился и до сих пор дружу со многими гражданами Узбекистана, которые сейчас заметны в бизнесе, дипломатии. Не буду перечислять имен, чтобы незаслуженно кого-то не забыть и не обидеть. Любому выпускнику МГИМО независимо от национальной принадлежности и происхождения, прежде всего, важно быть профессионалом и служить своей стране. Самое главное, чтобы знания, которые вы получаете, были направлены на благо вашего народа, вашей страны, на укрепление положения государства в мировом раскладе, позиций в области обороноспособности, экономики и культурного развития. Считаю, что узбекский народ с такой многовековой (не сказать тысячелетней) культурой имеет все таланты, которые позволят при получении хорошего образования весьма эффективно решать эти задачи.
Вопрос: Существует множество интерпретаций международного права. Кто-то считает, что это динамично развивающаяся отрасль, кто-то полагает, что оно явно отстаёт от потребностей современной жизни. Как Вам видится современное международное право?
С.В.Лавров: Международное право, если брать по-простому, всегда отстаёт от международной жизни, так как его надо оформить, согласовать. Для того, чтобы международное право было эффективным, оно должно быть универсально приемлемым. Как правило, это конвенции, которые являются предметом длительных, порой многолетних переговоров. Они подписываются, затем ратифицируются. Конвенции предлагают для того, чтобы отреагировать на какое-то событие в реальной жизни. Например, что касается кибербезопасности и киберпреступности, сейчас хакеры воруют деньги, списывают с карточек, используют киберпространство для подрыва функционирования жизненно важных систем обеспечения деятельности государств в энергетике и других сферах. Пока не существует никакого инструмента, чтобы с этим бороться. Мы внесли достаточно давно (несколько лет назад) предложение в ООН, оно было одобрено. Оно вносилось по итогам согласования данной инициативы в рамках ШОС, в том числе с участием Узбекистана, о том, чтобы выработать общеприемлемые, единотрактуемые и единоприменяемые правила ответственного поведения государств в информационном пространстве. Несколько раз создавались группы экспертов, каждая из которых делала небольшой, но выработанный коллективно, общеприемлемый шаг вперед. Сейчас создана рабочая группа, в которой участвуют уже все страны-члены ООН. Мы передали ей на рассмотрение проект тех самых правил ответственного поведения.
Есть классический пример. В Англии, когда хотят проложить дорожку через газон, сначала открывают движение по нему для людей. Где они протопчут тропинку, там и будут потом выкладываться камушки. Также примерно и с международным правом. Сначала нужно понять, в каком направлении искать международно-правовой инструмент. Но, когда конвенция уже обрела международно-правовой статус, будучи ратифицированной всеми государствами, и стала для них обязательной, конечно, ее надо выполнять.
Главная беда в том, что сейчас с международным правом очень лихо и вольно обходятся, особенно наши американские коллеги. Об этом мы сегодня говорили, отвечая на вопрос корреспондента газеты «Коммерсант». Обратите внимание, это очень интересная вещь, я о ней говорил вчера в Индии, выступая на пленарной сессии Международной конференции «Диалог Райсина», что все реже наши западные коллеги употребляют словосочетание «международное право». Они стали говорить уже по-другому и призывать всех соблюдать, уважать, выполнять правила, на которых основан миропорядок. Это неправовой термин, он нигде ни в каких общепринятых документах не закреплен. Когда мы спрашиваем, в чем разница, они отвечают, что она в том, что надо соблюдать правила, на которые опирается миропорядок. А какие это правила? Это международное право? Если это так, тогда зачем что-то придумывать.
В реальной жизни есть, например, всеми ратифицированная (более 190 государств-участников) Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении (КЗХО). Западу не понравилось то, что мы уличили Технический секретариат ОЗХО в том, что он подтасовывает факты, в частности, когда расследовали утверждение о применении химического оружия в Сирии. Мы буквально уличили их в подтасовке фактов и потребовали вести себя по-другому, не пытаться голословно возлагать вину на ту или иную сторону, в данном случае на Сирию. Вместо того, чтобы транспарентно и коллективно с этим разбираться, Запад путем голосования продавил решение о наделении Технического секретариата ОЗХО правом определять виновных (хотя по Конвенции у него только одно право – в ответ на обращение государства разобраться путем направления инспекторов на место было ли применено запрещенное вещество). Все остальное – СБ ООН. Меньшинством голосов (86 против 100 с лишним голосов стран-участниц) протащили решение, которое подрывает Конвенцию. Сейчас Секретариат ОЗХО пытается всячески «улизнуть» от того, чтобы транспарентно рассказывать о том, как он выполняет саму Конвенцию.
Примерно также пытаются сейчас поступать с Конвенцией о запрещении разработки, производства и накопления запасов биологического и токсинного оружия и об их уничтожении (КБТО). Американцы отказываются создавать многосторонний, универсальный механизм верификации выполнения этого документа, который был бы для всех понятен и транспарентен. Пытаются решать все проблемы через закрытые, келейные, двусторонние контакты и договорённости с отдельными странами, в том числе они достаточно активно работают в этом направлении и на постсоветском пространстве. Мы заключили с Узбекистаном меморандум о том, чтобы тесно сотрудничать в сфере биологической безопасности и продвигать наши общие интересы.
Возьмите ближневосточное урегулирование. Есть международное право в виде резолюции СБ ООН о необходимости решения арабо-израильского конфликта. Это международное право. А наши американские коллеги сказали, что у них будут свои правила. Они будут заключаться в некой «сделке века», которую американцы обещают уже четвёртый год и которую никто не видел. Тем временем они признали легитимной оккупацию Израилем Голанских высот, переносят посольство в Иерусалим, заявили, что незаконные поселения, которые Израиль создает на Западном берегу реки Иордан вопреки требованиям СБ ООН, теперь законны для США. Пожалуйста, есть международное право, а есть правила.
Я упомянул ВТО. США просто заблокировали через процедурные уловки функционирование механизма по разрешению споров. Когда у кого-то возникает озабоченность по поводу того, что американцы ведут себя как-то нечестно на мировых рынках, в торговых сделках, обратиться некуда. Пользуясь этим, американцы предлагают двусторонние каналы, в ходе которых угрозами, ультиматумами и прочим давлением пытаются протащить свои интересы в ущерб интересам других.
Надо уважать международное право, уважать всем. Это серьезный вопрос для международной повестки дня.
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова на пленарной сессии Международной конференции «Диалог Райсина», Нью-Дели, 15 января 2020 года
Доброе утро и приятного аппетита участникам завтрака.
Прежде всего хотел бы поблагодарить организаторов Конференции за приглашение. Насколько я понимаю, это очень молодой Форум, но всего за несколько лет он стал важной, популярной площадкой с хорошей репутацией. Действительно хорошо, что мы можем собираться чаще, чем раньше, чтобы обсудить текущее положение в международных отношениях и векторы нашего развития.
Мы убеждены, что главным трендом глобального развития является объективный процесс формирования многополярного мира, возникновение новых центров экономической мощи, финансовой силы, а также политического влияния. Индия, очевидно, является одним из таких центров. Важно обеспечить такое положение, при котором ни один серьезный вопрос глобального измерения не рассматривался бы без участия этих новых центров влияния.
Как недавно отметил Президент Российской Федерации В.В.Путин, мы считаем, что равноправный и демократический международный порядок должен быть основан не только на балансе грубой силы, но должен строиться на взаимодействии интересов, моделей развития, культур, традиций. Такие структуры формируются в международных отношениях. В этой связи хотел бы упомянуть БРИКС, а также РИК, которая стала первой ступенькой к созданию БРИКС и объединила Россию, Индию и Китай. Кроме того, назову и Шанхайскую организацию сотрудничества, к которой Индия присоединилась недавно, добавив Организации охвата.
Хотел бы также отметить «Группу двадцати». Создание «Группы двадцати» стало признанием того факта, что «Большая семерка» уже не может сама решать вопросы любой степени важности. «Группа двадцати» же, включая в себя «Большую семерку», БРИКС и ряд государств со схожими позициями, которые разделяют мнение БРИКС во многих вопросах, является приемлемым работоспобным форматом, особенно в ситуации, когда развивающиеся страны недовольны отсутствием прогресса в вопросе реформирования Совета Безопасности ООН. Говоря о реформе СБ ООН, нельзя не отметить, что главный, и, пожалуй, единственный его недостаток – недопредставленность развивающихся стран. Мы постоянно говорим о том, что Индия и Бразилия полностью заслужили место в Совете Безопасности ООН, как и представитель Африки. Наша позиция заключается в том, чтобы целью реформы СБ ООН стало обеспечение лучшего обращения с развивающимися странам в этом центральном органе Организации.
Устав ООН является «якорем» любых наших дискуссий, а такие принципы, как суверенное равенство государств, невмешательство во внутренние дела, уважение территориальной целостности, мирное разрешение споров, должны применяться повсеместно в мире, должны быть руководящими принципами в любых дискуссиях в отношении продвижения новых идей на мировой арене.
К сожалению, те, кому не нравится формирование многополярного и более демократичного мира, пытаются препятствовать этому процессу. Если вы заметили, наши западные друзья все меньше и меньше используют язык международного права. Вместо этого они изобрели новый термин, который они называют «порядок, основанный на правилах». А какие правила они предлагают, вы можете легко понять, если посмотрите, что происходит в ОЗХО, где в грубое нарушение Конвенции о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и о его уничтожении (КЗХО), в соответствии с которой требуется консенсус по любым новым идеям, они сумели протащить голосованием меньшинством стран-членов КЗХО решение о предоставлении Техническому секретариату ОЗХО атрибутивных функций – определения виновного. Это яркий пример того, как они воспринимают придуманные в «узком кругом» правила, которые они продвигают, а затем представляют в качестве окончательного решения для любой мировой проблемы. Я думаю, что это очень опасный путь. Односторонние методы и попытки навязывания другим собственных эгоистических идей все больше отдаляют нас от решения глобальные вызовов транснационального характера – терроризм, наркотрафик и другие формы организованной преступности, продовольственная безопасность и безопасность водоснабжения, а также многие другие проблемы, включая опасность размещения оружия в космосе, разработка оружия в киберпространстве и многие другие проблемы. Мы можем справиться с ними только все вместе.
Мы живем на нашем общем континенте – огромной Евразии. Многие великие люди пытались продвигать идею того, чтобы сделать этот континент действительно единым и конкурентоспособным в глобальном мире. Вы помните, например, у Ш.де Голля было видение Европы от Атлантического океана до Уральских гор. Затем идея были расширены – от Лиссабона до Владивостока. Мне кажется, что сейчас, мы можем констатировать, что, говоря о Евразии, имеем в виду, пространство от Лиссабона до Джакарты. Когда мы проводили саммит Россия-АСЕАН в 2016 г., Президент России В.В.Путин поделился своим видением «Большой Евразии» – пространства, охватывающего страны-члены ЕАЭС, АСЕАН и ШОС. Мы должны быть открыты ко всем странам, которые являются частью этого общего геополитического пространства, всего огромного континента, включая членов ЕС и многие другие государства, не входящие ни в какие организации, но когда-то возникшие на этой территории.
В контексте этих идей вместе с нашими друзьями из АСЕАН мы продвигаем азиатско-тихоокеанское сотрудничество и всеми участниками диалога Россия - АСЕАН, тем самым развивая то, что мы называем архитектурой и структурой сотрудничества Азиатско-Тихоокеанского региона, сконцентрированных вокруг различных форматов, созданных АСЕАН, – Региональный форум АСЕАН по безопасности (АРФ), Совещания министров обороны АСЕАН и диалоговых партнеров («СМОА плюс») многие другие структуры успешно продвигают сотрудничество АСЕАН со всеми его партнерами, и, конечно, очень успешным стал Восточно-азиатский саммит (ВАС).
К слову о «порядке, основанном на правилах», внезапно возникла новая концепция Индо-Тихоокеанских стратегий, не Азиатско-Тихоокеанских, а именно Индо-Тихоокеанских, инициированная и продвигаемая прежде всего США, Австралией, Японией, Республикой Корея. Когда мы спросили авторов этой концепции о разнице между индо-тихоокеанским стратегиями и сотрудничеством в Азиатско-Тихоокеанском регионе, нам сказали, что, мол, Индо-Тихоокеанские стратегии более открытые и более демократичные. Если вы посмотрите на это более внимательно (не буду вдаваться в детали), то это не так. Это попытка перестроить существуют структуру Азиатско-Тихоокеанского региона и отойти от сконцентрированных вокруг АСЕАН и нацеленных на поиск компромисса форм взаимодействия, к чему-то, вносящему элемент разделения. Вы понимаете, что подразумевается под Индо-Тихоокеанскими стратегиями. Мы ценим позицию самих стран АСЕАН и позицию Индии, четко следующую той логике, что Индо-Тихоокеанские стратегии не должна обсуждаться в контексте сдерживания кого-либо подобными формами взаимодействия.
Когда мы спрашиваем тех, кто предлагает данную терминологию, включает ли Индо-Тихоокеанский регион Восточную Африку, Персидский залив (как часть Индийского океана), то нам отвечают - нет. Поэтому все это весьма запутанно, и мы должны быть очень осторожны с терминологией, которая, возможно, выглядит очень простой, но означает совсем другое.
Я упомянул Персидский залив. Мы серьезно озабочены происходящими там событиями. Вокруг множество идей. Американцы хотят коалицию, европейцы хотят коалицию, но с несколько иным мандатом. Недавно у нас состоялись военные учения с Китаем и Ираном, призванные проанализировать, как мы можем обеспечить безопасность морского судоходства в этом районе, имеющем крайне важное значение для мировой торговли.
Много лет назад в ситуации, гораздо менее опасной, чем сегодня, мы предлагали странам Персидского залива задуматься о механизме коллективной безопасности, что-то вроде ОБСЕ в Европе, начав с реализации мер по укреплению доверия и приглашений друг друга на военные учения. Мы говорили со государствами-участниками Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Три из них поддержали эту инициативу сразу, три других сказали, что им нужно время подумать. Недавно мы вернулись к этой идее и в сентябре провели в Москве конференцию, посвященную системе коллективной безопасности и укреплению доверия в Персидском заливе и вокруг него. Иран предложил пакт о ненападении для стран ССАГПЗ. Наше предложение несколько шире и масштабнее. Речь не только о том, чтобы не воевать друг с другом, а о том, чтобы быть более открытыми, активнее сотрудничать. Мы полагаем, что помимо стран Персидского залива – ССАГПЗ плюс Иран – там должны присутствовать пять постоянных членов СБ ООН, ЕС, ЛАГ, ОИС. Идея все еще находится на рассмотрении, и мы надеемся, что ее внимательно изучат.
Последнее, что я хотел сказать о Евразии. Евразийский экономический проект имеет большой потенциал для гармонизации различных интеграционных групп, находящихся на этом пространстве, включая Ассоциацию регионального сотрудничества Южной Азии. Интерес к деятельности ЕАЭС, который был создан Россией и ее соседями, служит доказательством этому. Мы уже подписали Договоры о зоне свободной торговли с Вьетнамом, Сингапуром, Сербией. Мы подписали Соглашения с Ираном и Китаем. Идут переговоры с Израилем и Египтом. Евразийская экономическая комиссия имеет Соглашение с АСЕАН. Полагаю, что этот процесс будет двигаться вперед.
XXI век – время, когда мы должны избавиться от любых методов в международных отношениях, которые напоминают времена колониализма или неоколониализма. Односторонние санкции не будут работать. Это не дипломатия. Не думаю, что мы должны обсуждать санкции и другие недипломатические способы, когда думаем о будущем мира.
В заключение хотел бы напомнить, что двадцать лет назад Россия и Индия подписали Декларацию о стратегическом партнерстве. Несколько лет назад к термину «стратегическое» было добавлено слово «привилегированное». Затем наши индийские друзья предложили называть наши отношения «особо привилегированным стратегическим партнерством». Мы хотим развивать подобные отношения со всеми странами региона. Надеемся, что наши индийские друзья будут продвигать такую же идеологию.
Спасибо большое.
Вопрос: По обе стороны Атлантики сейчас много разговоров о достижении различных договоренностей. Но создается впечатление, что большинство из них достигаются именно Россией. Ваше вмешательство имело решающее значение для развития событий в Сирии. В последние годы, а особенно в последние месяцы, Ваша страна активизировала усилия в Ливии, перехватив инициативу в «берлинском процессе». Почти удалось подписать соглашение о прекращении огня. Но затем что-то пошло не так. Насколько Вы сейчас оптимистичны в отношении развития ситуации в Ливии, учитывая, что Х.Хафтар, по всей видимости, отказался участвовать в соглашении?
С.В.Лавров: Командующий Ливийской национальной армией маршал Х.Хафтар и Председатель Палаты депутатов Ливии в Тобруке А.Салех заявили, что им необходимо больше времени, чтобы посоветоваться со своими сторонниками. А.Салех сказал, что он – глава Парламента, членов которого необходимо подробно проинформировать.
Мы не слишком драматизируем сложившуюся ситуацию. Подобные вещи происходили и в прошлом. Международные встречи по Ливии проходили в Париже, Палермо, Абу-Даби. По итогам встречи в Париже была даже объявлена дата выборов, которая истекла уже два года назад. Затем были Палермо и Абу-Даби. Жаль, что соглашение, подписанное в Абу-Даби, не было реализовано, потому что оно действительно затрагивало ключевые политические вопросы: раздел власти и распределение богатства страны таким образом, который бы всех устраивал.
Собственно, прекращение огня, к которому призвали Президент России В.В.Путин и Президент Турции Р.Т.Эрдоган, было объявлено обеими сторонами - Ливийской национальной армией и бойцами, поддерживающими Правительство национального согласия (ПНС) в Триполи. Однако, к сожалению, само соглашение о прекращение огня было подписано не всеми. Но под ним поставили свои подписи Председатель ПНС Ф.Саррадж и Председатель Высшего Государственного совета Х.Мишри. Как я уже сказал, Х.Хафтар и А.Салех заявили, что им необходимо больше времени для консультаций. Мы никогда не делали вид, что на этой встрече будет поставлена точка в решении всех вопросов. Мы организовывали эту встречу в Москве в качестве вклада в международную конференцию по Ливии в Берлине, которая должна состояться в ближайшее воскресенье. Мы рекомендовали организаторам пригласить на нее все стороны ливийского конфликта. Думаю, они с этим согласны. Действительно крайне важно удостовериться, что решения, принятые в Берлине, будут приемлемы для всех сторон ливийского конфликта.
Все в процессе, работа идет. Мы будем продолжать способствовать успеху прилагаемых усилий.
Вопрос: Позвольте перейти к Большому Евразийскому проекту, у котором Вы только что подробно говорили. Вы упомянули Азиатско-Тихоокеанский регион. Давайте абстрагируемся от каких-то ярлыков – Индо-Тихоокеанский регион или как-то иначе, давайте все эти названия отложим в сторону. Фактом остается то, что Индийский океан и Тихий океан остаются ключевыми интеграционными факторами идеи единой, объединенной, с высокой степенью экономической интеграции Афро-Евразии, которая включает и Большую Евразию. Какую роль может сыграть в этом Россия, раз она так активна на этом направлении? Даже, если мы говорим об Индо-Тихоокеанской стратегии (как ее не назови), Россия же провела недавно большие военные учения…
С.В.Лавров: Знаете, мы не выступаем против философских терминов, но терминология должна быть понятной. Раньше мы говорили – Азиатско-Тихоокеанский регион. Кроме того, существует Комиссия Индийского океана, в состав которой входят все прибрежные государства. И когда говорят, что хотят развивать сотрудничество в Азиатско-Тихоокеанском регионе в формате Индо-Тихоокеанских стратегий, возникает вопрос, а включают ли туда африканские страны или государства Персидского залива? Ответ – нет. Входят туда другие страны, которые принято считать частью АТР? Да. Тогда зачем в этом контексте говорить об Индо-Тихоокеанском регионе?
Ответ Вам известен. Он заключается в сдерживании Китая – это даже не скрывается. Как я уже сказал, индийские друзья достаточно мудры, чтобы разгадать эту ловушку и не попасть в нее. Мы предпочитаем продвигать форматы, которые направлены не на разделение, а на объединение. Я упомянул формат, созданный по инициативе бывшего Председателя Правительства Российской Федерации и министра иностранных дел Е.М.Примакова - Россия-Индия-Китай (РИК). В марте-апреле текущего года мы проведем очередную, семнадцатую встречу в этом формате. Впоследствии именно из этого формата родился БРИКС, имеющий также объединяющий смысл, в нем никто не выступает против кого-либо.
Это же относится и к Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), где сегодня «под одной крышей» собрались бывшие советские республики, Индия, Китай, Пакистан. Иран является наблюдателем, но мы вместе с большинством стран-членов Организации поддерживаем его заявку на полноправное членство в ШОС. Уверен, она будет удовлетворена.
Все эти организации и форматы предлагают сотрудничество новым странам. В ходе заседаний БРИКС мы всегда проводим встречи в формате «аутрич» (как правило, он охватывает государства соседние с председательствующим в БРИКС в конкретный год). Теперь в дополнение к нему по инициативе Китая у нас создан формат «БРИКС+». Таким образом «БРИКС+» - новое предложение к сотрудничеству.
Поэтому нам важно понимать, что скрывается за той или иной терминологией. К слову, что сейчас не так с международным правом? Почему наши западные друзья в итоговых декларациях, коммюнике любой конференции настаивают, что ключевым должен быть именно «порядок, основанный на правилах», а не международное право.
Простой пример. Резолюции Совета Безопасности ООН по Палестине – это международное право. А признание принадлежности Израилю Голанских высот, перенос их посольства в Иерусалим, признание легитимности израильских поселений на Западном берегу реки Иордан и т.д. – это уже «правила», которые хотят применять американцы. Я не ставлю под сомнение их суверенное право делать в отношении себя самих то, что им заблагорассудится. Но если игнорировать правила, инкорпорированные в международное право, Устав ООН, тогда давайте обсудим вообще отношение к международному праву.
Ситуацию в ОЗХО я уже упоминал. В ЮНЕСКО существуют попытки продвигать при отсутствии консенсуса принятие всеобъемлющей антидопинговой конвенции, наделив секретариат организации атрибутивными функциями как, например, в случае с ОЗХО.
К слову об оружии массового уничтожения. Конвенция о запрещении разработки, производства и накопления запасов биологического и токсинного оружия и об их уничтожении (КБТО) действует уже многие десятилетия. Мы, как и большинство стран-участниц Конвенции, выступали и выступаем за формирование механизма верификации наподобие предусмотренного в рамках КЗХО. США же практически единолично блокируют создание подобного механизма. Вместо этого в прошлом году внезапно со ссылкой на резолюцию Генеральной Ассамблеи 1987 г. и Совета Безопасности ООН 1988 гг., предусматривающие создание Механизма Генсекретаря ООН по расследованию случаев возможного применения химического, биологического и токсинного оружия, Секретариат ООН выдвинул идею создания некоего «промежуточного потенциала», для проведения расследований предполагаемого применения биологического оружия. Мы сказали, постойте, но есть же Конвенция. Как данная инициатива соотносится с положениями Конвенции?
И таких примеров немало.
Еще один интересный момент. Наш хороший друг Пан Ги Мун перед тем, как покинуть пост Генерального секретаря ООН, в одном из распространенных им годовых отчетов употребил новое выражение «предотвращение насильственного экстремизма». Данный термин был немедленно поддержан многими спикерами. Мы спросили, почему необходимо предотвращать только «насильственный экстремизм»? Почему не экстремизм в любой форме? Потом мы поняли, что случилось. И смысл этого выражения нам пояснили не Генеральный секретарь ООН и не Секретариат Организации, а группа наших западных партнеров. Их виденье концепции «предотвращения насильственного экстремизма» заключается в следующем: экстремизм рождается в авторитарных обществах, где диктаторы не предоставляют достаточно демократии людям. По этой причине, в соответствии с концепцией, международное сообщество должно через головы диктаторов обратиться к гражданскому обществу и объяснить ему, как сделать свою страну демократической. Вот так просто, игнорируя все принципы международного права, возлагающие в первую очередь ответственность за борьбу с экстремизмом, терроризмом и другими уголовными правонарушениями на сами государства. Это вопрос не просто терминологии, а очень важный, субстантивный тренд, которому мы становимся свидетелями. Мы хотим придерживаться международного права, Устава ООН, делая мир более демократичным на основе закрепленных в нем принципов. Устав ООН, например, утверждает суверенное равенство государств. Но мы знаем, что дела на практике обстоят по-другому.
Тарас Чорновил. Почему Трамп «включил заднюю» в отношении Ирана
от американо-иранского противостояния выиграли два человека и Россия
Редакция Завтра
Автор публикуемой ниже статьи — известный украинский политик-националист, сын основателя Народного Руха Вячеслава Чорновила. Сама статья увидела свет 10 января 2020 года и выражает весьма интересную тенденцию общественного сознания "незалежной": растущее понимание того, что их страну и их самих используют как "пешку в чужой игре", в то время как Россия реально решает проблемы своей безопасности и развития, в том числе — на международной арене. Конечно, как говорил Август Бебель: "Если тебя хвалит враг — подумай, какую глупость ты совершил". Но в данном случае речь идёт не о похвале, а о признании бесспорного факта роста влияния России на международной арене.
Дальнейшая эскалация американо-иранского противостояния, возникшая после ликвидации Соединёнными Штатами иранского генерала Хасема Сулеймани, отменяется, что стало очевидным после заявлений Дональда Трампа, когда он комментировал удар Ирана по американской военной базе. Чтобы понять, почему Трамп решил "включить заднюю", нужно, прежде всего, понять, какую цель изначально ставил перед собой Трамп, затевая всё это, а какую — иранцы.
Дональд Трамп — не государственный деятель, который думает о будущих поколениях, а политик, который думает о грядущих выборах. Он сосредоточен на том, как лучше себя подать американскому избирателю, который бредит о величии Америки.
А самое удобное государство, по которому можно было нанести удар, — это Иран. К этой стране Трамп относится особенно жёстко. И именно с этой страной пытался наладить нормальные отношения его предшественник Барак Обама, которого Трамп постоянно критикует. В частности, в своём обращении 8 января он не раз упомянул Обаму, и это — ещё одно доказательство того, что Трамп, прежде всего, думал об избирательной кампании, а не заботился о государственной безопасности.
Иран представляет небольшую угрозу для США, но большую — для безопасности в ближневосточном регионе и для глобальной безопасности. А это уже затрагивает и США. Иран — это единственная страна в мире, которая настаивает на том, что Израиль должен быть уничтожен, стёрт с лица Земли. И это — прямой вызов Америке. Плюс постоянные выпады Ирана, в том числе боевые, в сторону непосредственных союзников Америки в заливе.
Потому выбор врага Трампом был очевиден.
Дальше перед Трампом встал вопрос — как донести до избирателя информацию о своей активности и эффективности. Иран уже давно вёл по отношению к Штатам "тактику покусываний", то есть постоянных ударов и демонстрации силы. Хочу напомнить, что нападение или любое недружественное действие против дипломатического представительства страны является так называемым casus belli, то есть официальным основанием для начала войны. А Иран регулярно применял недружественные действия против дипломатических представительств США. Последние из них были особенно наглыми.
Сулеймани, второй человек в Иране, был автором и вдохновителем этих нападений на представительства Штатов и постоянных антиамериканских действий. Когда-то терпение Штатов должно было иссякнуть…
Для чего это делал Иран? Иран демонстрирует свою активность, поскольку ему тоже нужно держать в тонусе своё население, чтобы оно чувствовало угрозу. Потому иранцы и провоцировали США. Соответственно, они ожидали атаки со стороны Штатов… А тут и Трампу понадобилась соответствующая атака.
Потому-то Иран и Штаты и обменялись атаками, как джентльменским пожатием рук.
Обратите внимание, что США уничтожили двух влиятельных людей: Сулеймани и ещё одного проиранского иракского армейского лидера из очень антиамериканского крыла (видимо, имеется в виду заместитель руководителя коалиции Сил народной мобилизации в Ираке Абу Махди аль-Мухандис. — ред.). С другой стороны, Иран атаковал американскую военную базу, но перед тем предупредил американцев об атаке. То есть Иран предпринял шаг, который был направлен исключительно на своего внутреннего потребителя.
Ещё один важный момент — все говорят, что Иран страшно возмущён тем, что убит второй человек в государстве — Касем Сулеймани. Однако следует задуматься о том, что этот человек был очень невыгоден кое-кому в самом Иране.
Все понимали, что именно Сулеймани будет следующим президентом Ирана. По сути, он уже руководил страной. Однако при этом в Иране есть аятолла Хаменеи, который должен быть первым и безусловным лидером страны. Никто в Иране не подвергал сомнению формальное первенство аятоллы, но все понимали, что когда Сулеймани станет президентом, аятоллы фактически уже не будет.
Почему мы не думаем о том, что аятолла мог тоже подталкивать США к этой операции и иметь некое "джентльменское соглашение" с Трампом? Почему мы не думаем о том, что этот обмен ударами мог быть согласован с американцами?
Я считаю, что возможность обмена ударами предусматривала определённое "джентльменское соглашение". Для американцев крайне важно, чтобы не погибли американские граждане — и Иран предупредил их об атаке на военную базу. Американцы отвели своих людей, вывели основную технику, поэтому в результате атаки были лишь повреждены некоторые сооружения.
В ответ американцы заявили о большом возмущении, но никакой войны не начали.
Война никому не нужна. Иран и США просто обменялись "джентельменскими ударами", которые были выгодны определённым кругам в обеих странах. В Америке это было выгодно Трампу, а в Иране это было выгодно аятолле.
Потому, на самом деле, ни о какой третьей мировой войне, ни о каком "суперобострении" на Ближнем Востоке речь не шла изначально. Потому и рынки никак не отреагировали на эти события — хотя, казалось бы, цены на нефть должны были взлететь до небес. Но они немного начали расти, а потом вернулись к прежнему уровню. Казалось бы, всех всколыхнула трагедия с украинским самолётом, но уже на следующий день немцы возобновили авиарейсы в Тегеран.
Так что всё это американо-иранское противостояние — имитация, а не серьёзные события.
Какие политические бонусы, в итоге, получил Трамп? С импичментом связь очень косвенная. Нет шансов на то, что импичмент состоится, просто потому что в Сенате у республиканцев — большинство. Причём многие демократы негативно относились к истории с импичментом, потому что эта процедура, скорее, сыграет на руку Трампу. Не секрет, что Трампа ненавидит часть Республиканской партии, рейгановское крыло. Многие демократы говорили, что процедурой импичмента они только консолидируют республиканцев, и тогда даже те, кто ненавидят Трампа, объединятся с ним. В итоге, Трампа сделают следующим президентом.
По сути, так и получается. Сейчас избрание Трампа на второй президентский срок после истории с импичментом становится очень и очень вероятным. Плюс теперь Трамп ещё и показал, что он — тот, кто реально отстаивает интересы США, поскольку осуществил атаки по Ирану, который давал все основания для этих атак. Потому ни о каком импичменте и речи быть не может. После уничтожения Сулеймани эта тема отходит на второй план, как и тема "предательства" Трампом американских национальных интересов.
Кроме того, президент США, хотя и демонстрировал "игру мышцами", но также играл и на теме выведения американских войск из "горячих точек". Ведь, как известно, на Ближнем Востоке находится порядка 60 тысяч американских военнослужащих — это много, это колоссальная армия. Их возвращение домой, в Штаты — важный пункт программы Трампа.
А в тот момент, когда обостряется ситуация на Ближнем Востоке и в Центральной Азии, отводить войска кажется как-то несподручно. Потому в момент, когда началось обострение, со стороны демократов прозвучали обвинения: мол, если Трамп собирался вывести американских военнослужащих, то зачем создаёт в ближневосточном регионе такую атмосферу, когда вывести их оттуда будет просто невозможно? Думаю, это — один из факторов, по которым Трамп пошёл на это "джентльменское пожатие рук" с иранцами, демонстрируя, что Штаты подталкивают Иран к миру, что они не хотят воевать.
Если проанализировать, кто в результате нынешнего американо-иранского противостояния стал главным выгодополучателем, то мы увидим, что это два человека и две страны.
Первый человек — это Дональд Трамп. США от ударов по Ирану и ответных ударов со стороны Ирана никакой пользы не получили. Скорее, наоборот, они понесли убытки и потери, в том числе — геополитические. Теперь и Саудовская Аравия смотрит на США, как на страну, которая не очень-то может её защитить, а потому станет искать новых союзников, в том числе — и среди китайцев. А вот лично Трампу вся эта история пошла на пользу в контексте будущих президентских выборов.
Второй человек — впрочем, это лично моё конспирологическое предположение — аятолла Хаменеи, который теперь снова стал единоличным лидером всего Ирана. Самому Ирану — никакой пользы.
Первая страна — Китай. Китай — вне сферы этого конфликта, однако к нему обращаются всегда, когда нужно что-то "разрулить". Теперь Китай несколько улучшит своё положение.
Вторая страна — Россия. Она как раз-таки больше всего выиграла в результате этого американо-иранского конфликта. Ведь теперь все забыли о российской агрессии в Украине. Да и в Сирии теперь Россия может делать что угодно, как и в Ливии. Более того, Россию сейчас будут приглашать за стол переговоров и просить, чтобы она помогла в сложившейся ситуации и повлияла на Иран. Россия — главный выгодополучатель в этой истории.
Кроме того, Россия умудряется играть в интересную двойную игру. В такую игру можно играть только тогда, когда у вас не очень умелый и не очень адекватный оппонент, против которого вы играете. Я имею в виду Трампа.
Обратите внимание: Россия вроде бы ведёт активную антиамериканскую кампанию, и Америка — антироссийскую. Но Трамп после серьёзного ухудшения отношений с Россией внезапно начал её признавать едва ли не партнёром, и стал подталкивать мир к тому, что Россию нужно втягивать в партнёрские отношения. Не только Макрон, но и Трамп не против восстановления "Большой восьмёрки".
А в чем, собственно, тогда состоит антироссийская политика Трампа? Получается, только в заявлениях и в одном-единственном экономическом пункте — "Северный поток-2". СП-2 — это стратегический вопрос, и тут американцы жёстко насолили России.
Точно так же, кроме антиамериканских заявлений Путина, нет никакой антиамериканской политики России. Но при этом Путин, играя на противоречиях Трампа и ЕС, ухитряется улучшать отношения России с лидерами Евросоюза. Да, ему не удалось в декабре 2019 года добиться снятия санкций с России, которые были введены за Украину. Однако боюсь, что в июне Россия сумеет избавиться от санкций за агрессию на Донбассе.
Любая напряжённость на Ближнем Востоке даёт Путину два козыря в руки. Первый — рост цен на энергоносители, а значит — и рост российского бюджета. Второй — российская нефть становится более конкурентной и лучше заполняет европейские рынки. В отличие от газа, нефть — более конкурентный товар, в этой сфере меньше политики, но больше конкуренции и реальной экономики. Россия так получит большее влияние на энергетических рынках ЕС. Для неё это позитив. Так что любая дестабилизация ситуации на Ближнем Востоке на руку России и во вред Украине.
Кроме того, не стоит забывать, когда именно в Европу хлынули сирийские беженцы. Разве это случилось, когда была уничтожена четверть миллиона сирийцев Асадом (сомнительное утверждение автора. — ред.)? Нет. Тогда они хлынули на север Иордании, в Ливан и Турцию.
А в Европу они бросились тогда, когда количество убитых стало уменьшаться и когда были введены российские войска. Когда там появились россияне, пошёл поток беженцев в Европу. Задумайтесь: не появились ли специальные коридоры, через которые их просто начали выталкивать в страны Евросоюза?
В ЕС не любят об этом говорить, но отлично понимают, что миграционный кризис для Европы создала Россия (сомнительное утверждение автора. — ред.). Европейские дипломаты, с которыми я общался, это признают: когда не было россиян, сирийцы бежали в соседние страны, а когда появились россияне, беженцев буквально погнали в направлении Евросоюза.
Россия вновь может устроить большую бучу и толкнуть беженцев с Ближнего Востока в Европу. Эта угроза со стороны России тоже влияет на Европу. Трамп ведь "наследил" не только в Иране, но и в Ираке, где проиранские настроения возрастают. Плюс — Катар, который начал играть в антисаудитскую игру, что тоже вызывает большое возмущение.
Выходит, что, если Россия и Иран начнут играть по-серьёзному, то Ирак может стать второй страной, которая внезапно может дать большой выхлоп беженцев. Евросоюзу это однозначно не надо. Зато вследствие такого шантажа у Путина появляется возможность общаться с Европой на равных.
Так что, как ни странно, главные выгоды от кризиса на Ближнем Востоке получила Россия. И в некоторой степени — Китай.
Русские фрески XXI века
из словаря Ходжи Насреддина
Тимур Зульфикаров
…Посвящаю эти письмена моему другу Александру Проханову — провидцу и сатирику, который хочет вставить мысли орла — в головы куриц, а ярость льва — в души кроликов…
Пророки всегда вопиют о грядущих бедах, а Проханов — видит и зовёт Рассвет над спящей Россией…
Да и спит ли Она?..
Спит ли талая вода подо льдом?..
И ещё…
Когда я писал эти фрески, меня вдохновлял мой старший Брат и Учитель неукротимый, бесстрашный Микеланджело Буонарроти, который и в 80 лет творил свой "Страшный Суд"…
Его фрески сопровождали и вдохновляли меня…
А также чудилось мне в моей одинокой глиняной кибитке на Золотой горе, что сюда приходили Апостол Иоанн с Патмоса… Данте… Гоголь… Достоевский…
"…Я была тогда с моим народом,
Там, где мой народ,
к несчастью, был…"
Анна Ахматова
"…Надо вернуть словам их первородный смысл…"
Конфуций
АПОКАЛИПСИС
Мудрец сказал горько:
— Апокалипсис XXI века — это Перестройка! убиение! Погром СССР, устроенный кучкой международных и доморощенных бесов, фарисеев, воров, алчущих лишь власти и денег!..
И они победили, обманув, обворовав, унизив 300 млн. несчастных!..
Когда ТАКОЕ было в Мировой истории?..
Президент Клинтон сказал: "Мы потратили 8 миллиардов на подкуп высших чиновников, а вывезли уже на 5 триллионов…"
Да!.. Воистину!..
Это была жгучая тайная Война!..
Новый тип! Форма! Новый подземный лик Войны… Войны денег!..
…Известно, что в американское посольство в Москве было завезено 550 млн. свежих, живых долларов…
30 сребреников на подкуп иуд!..
А их, увы, явилось множество!..
СССР — не распался!..
Он был убит иудами в спину в хитроумной Войне…
…Известно, что все лукавые, погромные, живодёрские, людоедские указы Ельцина стряпались в США… Там их родина… колыбель…
Эта была Война не на жизнь, а на смерть!..
СССР погиб… от пуль в спину!.. от иуд! и они ликуют!.. властвуют ныне!..
СССР — был огромный! доверчивый! жертвенный кровотекучий Агнец…
Да!.. увы!..
И разве может Народ Русский — после этого фашистского! богомерзкого побоища, любить-простить США?..
Эти Соединённые Штаты Ад–мерики?..
Эти Соединённые Штаты ада?..
Никогда!..
…"Мне отмщение и аз воздам"…
Господь не велит!..
Старуха, беззубо жующая корку хлеба в заколоченной деревне, простит ли?.. увы!.. простит… забудет…
Да!..
Господь!.. Тогда зачем такое Человечество?..
И где Вы, Русские Витязи?.. Апостолы Верозащитного Меча?..
А ведь 76% Народа Советского на Референдуме проголосовали за сохранение СССР…
И где Референдум?.. И где СССР?.. Где Советский Народ-Агнец?.. Где Нюрнбергский процесс?.. Где суд над государственными преступниками?..
А ведь из-за погромщиков-бесов-воров Перестройки явилось на русской брошенной Земле 300 миллионов поломанных! перемолотых! безвинных! беззащитных душ! жизней! судеб! надежд!.. хрустнувших заживо костей!.. разбитых детских снов и игрушек!..
Ад пришёл — вместо СССР!..
Ад — это развалины СССР!..
А творцы ада ликуют на Русской Земле…
Какой Дант оплачет этот ад?..
Какой Пикассо изобразит эту чудовищную Русскую Гернику?..
Какой Судья — кроме Всевышнего — осудит бесов-народоубийц?… этих новых варваров XXI века!..
А они досель победоносно ликуют!.. пляшут!.. хохочут!.. поучают во всех СМИ!.. ТВ!.. Инете!..
Глумятся над святыми могилами!..
Над беззащитным!.. над безответным!.. над Великим Прошлым России!..
Где ещё на Земле?..
Какой народ позволит Такое?..
Но Господь уже приготовил Верозащитный! Целительный Меч!..
Против сатаны и сатанят!..
Воистину!.. Да, мой сонный трус!.. а всё же возлюбленный брат!..
Гляди!.. Уповай!.. Не прозевай!..
Царь возвращается на Русский Трон!..
В Кремль, что бесами, как Древо тлёй, объят!..
С Мечом Христа!..Да!..
…Вот грядёт!.. плывёт!.. шествует по Кремлю на Белой Ослице Яроокий Спас!..
А за Ним — грозный Русский Царь!..
С Двуострым Мечом-Кладенцом…
Им Царь отворяет покорные! ликующие Кремлёвские Врата!..
Да!..
И падают, крестясь, блаженные охранники-кромешники-новоопричники в ноги Царя!..
А потом весь Народ Русский заблудший падёт покаянно вслед за ними, преобразившись, как Савл в Павла!..
Да!.. да!.. да!..
БАЗАР
Мудрец сказал:
— Базар — любимое место-храм шайтана…
Праздник сатаны!..
Кишащее! червивое торжество живота!..
Спаситель изгнал торговцев из Храма — и они победоносно пришли на базар!.. на рынок!..
Если долго бродить по базару — обязательно встретишь шайтана… сатану…
Да и сам в суете станешь шайтаном!.. сатаной!.. Ох!..
Люди базара!..
Их души стали тленны, как тела…
Если придёт в мир Пророк, слепцы только спросят: "Пророк, как пройти на ближайший базар?"
И Он скажет: "Ад — ваш ближайший базар…"
ВЛАСТИТЕЛЬ РУСИ
Мудрец сказал:
— У Властителя Руси нынче Два Пути!..
Или — Голгофский Путь Царя-мученика Николая II!..
Или — Имперский победный Путь Генералиссимуса Сталина!..
И!..
И Какой Путь Он выберет?..
А Народ ждёт… уповает…
Но что-то долго Он выбирает…
Да поможет ему Господь!..
И Меч Христа!.. да!.. да!.. да!..
ДЕНЬГИ
Мудрец улыбнулся:
— Деньги — это портреты, фотографии сатаны!.. Селфи дьвола!..
У Аллаха — нет денег… Ни копейки!..
Все деньги — у шайтана!..
И!..
И если долго глядеть на банкноту, обязательно увидишь ликующий… хохочущий лик сатаны!.. Вот он!..
…У бедняков нет денег, и потому они редко видят гримасы шайтана, а богачи часто взирают на него, как в зеркало…
И видят себя!..
О, слепые путники!.. спутники сатаны!.. соратники шайтана!..
Иль пыль дорог продаёте вы?..
И станете пыль…
Мудрец сказал:
— Бедность — самая короткая дорога к Богу!..
А богатство — самая долгая!..
Когда у меня появляются деньги — я стараюсь быстрей отдать их людям и освободиться от камня на спине и на душе…
Но всякий слепец тащит на себе не Крест Спасенья, а камень алчности…
И таких камненосцев множество!..
И земля под ними разверзается — и там кладбища безследные…
Ничего не остаётся от них…
Где их пепел?..
Где их деньги?..
А когда их станет множество множеств, как звёзд, — тогда Господь возожжёт по всей земле костры из денег…
И Земля — станет Костром?..
А, может, Звёзды Вселенной — и есть эти Костры за грехи?..
Так были цветущие Земли, а стали горящие Звёзды?
…Брат!..
Пока не явились Костры-звёзды сии, бери из своих тайников маслянистые бумажки с ликами бесов! покупай на них хлебы и иди к домам престарелых!.. к детским домам!.. к бедным!.. к алчущим!..
Тогда Господь не пошлёт на Землю Костры Последние!.. Да!.. да!.. да…
И Земля Изумрудная Блаженная — не станет Горящей Голой Звездой!..
ЛИБЕРАЛИЗМ
Мудрец сказал:
— Либерализм — это победа низа над высотой!..
Плоти — над Духом!..
Секса — над любовью!..
Денег — над Бескорыстием!
Трусости — над Жертвенностью!..
Инстинкта самосохранения — над Героизмом!..
Над святой гибелью "за други своя"!..
Это победа Иуды над Христом!..
Дьявола — над Творцом!..
Хотя это невозможно!.. Кощунственно!..
Но!..
Либерализм — это когда все клетки в государстве-зоопарке распахнуты…
И вот львы пожирают волков!.. волки — баранов!.. бараны — траву!.. орлы — змей!.. змеи — кроликов!.. и т.д.
Тут царит всеобщее! тотальное! пожирание друг друга!..
Слышно только сладострастное чавканье, и хруст челюстей, и костей!..
Сильный убивает, пожирает слабого!..
Воистину!..
Вот СНГ!.. Союз нищих и голодных!..
Был Океан, стали — лужицы!..
СССР породил гигантов в Науке, Культуре, Политике!
СССР — это Великий Советский Ренессанс!..
А кого породила новоиспечённая, хромоногая, лилипутская РФ?..
…О, Боже!.. Куда нас занесло?..
Старушка в деревне вымирающей сказала:
— Были люди — а стали звери: иль гонялые зайцы, иль волки лютые…
Брат, ты — заяц? Иль — волк?..
А других при либерализме — нет…
Либерализм и фашизм — родные неразлучные братья!.. братаны!.. убийцы народов!..
Достоевский говорил: Погубят Россию не анархисты и коммунисты, а погубят Русь Святую — либералы!..
И вот провидец в могиле улыбается иль плачет, когда Его пророчества сбываются?..
Ах, бесознатец Федор Михайлович!
Ах, православные!..
Ах, смиренные!..
Аль вы всё бродите, витаете, шествуете опьянённо, слепо с Крестами и Хоругвями в Крестных Ходах, а окрест — бурьян в полях…
И в головах!..
Доколь?..
Но!..
Грядет Иисус Христос — с Мечом-Косой!..
И Царь — с Державой!.. с Булавой…
И смирный Крестный Ход преображается
В Грозовое Ополчение…
В Земное!.. И в Небесное!..
НАЦИОНАЛИЗАЦИЯ
У мудреца спросили:
— Что такое Национализация?
Мудрец улыбнулся:
— Национализация — это Жизнь Народа…
И смерть частника–вора…
А Приватизация — это Смерть Народа…
И жизнь частника–вора…
Да!..
О, Народ мой!..
О, Человечество!..
Выбирай!..
ОЛИГАРХ
Мудрец сказал:
— Есть вор, который грабит человека… дом… семью… деревню… город…
Но есть воры, которые грабят целые страны… целые народы!..
Таких называют уважительным словом — "олигархи".
Олигарх — вор! тать! лихоимец, похитивший из казны Государства столько денег, что не знает, что с ними делать!.. не спит ночами… бедняга…
Сказано: "Там, где богатство твоё — там душа твоя"…
Там несметные тугие пачки банкнот, туго перепоясанные жирными резинками…
А бессмертная душа — лишь собака-охранница тленного богатства?..
Ах, какая малость!.. Какой тлен!..
И близок Страшный Суд…
Да!.. Ближе, чем тугие пачки…
Ад олигарха — это уходящие за горизонт пачки и надо пересчитать их!.. все!…
А потом резинки вопьются и будут душить их сытые горла!..
Да!..
Один олигарх спьяну насыпал золотых николаевских монет в дрожащие ладони нищего пьяницы-калеки у церкви…
Но нищий — не взял!.. побрезговал!.. отвернулся… монеты на землю упали…
"…Ворованное не беру…"
О, Господь!.. Это ль не счастье? не Надежда Христова? что в России ещё остались такие гордые нищие…
Побольше бы таких!..
Да и сама Святая Русь такая!..
А олигархия — ещё со времён Древней Греции — самый людоедский человеконенавистнический строй! рак! тля!.. солитёр в теле Государства и Народа…
Олигархи — убийцы Жизни!.. палачи Правды!.. враги вольного дыханья…
Да!..
Но виновата ль плесень, расцветающая на брошенном хлебе?
Иль виновен тот, кто бросил хлеб?..
Святую Русь?..
ПЛЮРАЛИЗМ
Мудрец улыбнулся:
— Плюрализм — это когда одна рука ворует, а другая — крестится и кается!..
Раздвоение хитроумной личности!..
Вот человек только что покаянно молился-крестился во храме, а потом поехал в Кремль иль в офис — и стал окаянным иудой… не помнящим ни одного Слова Христа…
Поистине, одна рука — в храме, другая — на базаре…
Одна рука — с крестом!.. другая — с 30 сребрениками!.. с иудиной петлёй!..
Ах, а что делать индийскому богу Шиве, у которого шесть рук?.. Куда пойдут они?.. Каково их раздвоенье?..
Ах, Господь!.. Аль мне пойти к Будде?..
Под тихое Древо Бодхи, где нет кровавых Распятий?.. Крестов?.. Иуд?.. Каиаф?.. Пилатов?..
Иль побрести к моему Вечному Брату — Апостолу блаженного Недеянья — Лао Цзы на белом буйволе?..
Иль к Грозному Мухаммаду на рыжей Косве?.. А?..
Господь!.. Куда мне?..
Куда… кудаааааа…
Философ сказал: Народы — это мысли Бога!..
…Ах, белая ослица Христа!..
Ах, рыжая верблюдица Пророка Мухаммада!..
Ах, белый буйвол Лао Цзы!..
Я — с вами…
В вашем Вечном Караване!..
Ах, плюрализм Вселенской Человеческой Души!..
РЕКЛАМА
Мудрец опечалился:
— Реклама — это весёлая коллективная мышеловка для глупцов…
С помощью сатанинской рекламы можно заставить обитателей ада поверить, что они живут в Раю, и, наоборот, жителям Рая внушить, что они страждут в аду…
Так есть в США!.. В этих Соединённых Штатах Ада!.. да!..
Так было с СССР!.. Который Рейган назвал "Империей Зла".
Но в этой Империи — люди бесплатно учились! лечились!
Жильё, транспорт — были почти бесплатны!
Где ещё в Истории были такие "Империи Зла"?
Римский Папа сказал: "Как можно было потерять это?"
Томас Манн сказал: "Коммунизм — это плохо, но антикоммунизм — во сто крат хуже".
Да!..
СЕКС
Мудрец улыбнулся:
— Секс… Раньше люди говорили: "Любовь!" — и поднимали глаза к орлам, к звёздам, к Богу!..
Теперь говорят: "Секс!" — и стыдливо опускают глаза вниз… к земле… к червям…
Мудрец вздохнул:
— Любовь — это таинственная рыба, плывущая в ночном фосфоресцирующем океане…
Кто знает Святые пути Её?..
Только Творец!..
А секс — это та же рыба, бьющаяся в масле! на сковороде… где пути её?..
И ещё: Как прекрасны! живительны! высоки лики влюблённых!..
И как зверино обезображены гримасами сладострастия эти лики во время соитья-совокупленья-семяизверженья-семятеченья!.. Да!.. Увы!..
Воистину: Были Лики Творца, а стали лица сатаны!..
Говорят мудрецы, что, увидев такие искажённые лица перволюдей во время соитья, Всевышний содрогнулся, ужаснулся от творений вопиющих мечущихся своих!..
И изгнал Адама и Еву из Рая…
…Я дал соитье для Продолжения рода, а не для тленного звериного наслажденья… плоти ублаженья…
Да!.. Вот что? есть секс…
Изгнание из Рая…
США
Мудрец сказал, окинув орлиным оком Карту Земного Мира:
— США — это Соединённые Штаты Ада, которые мечутся по Земле и уничтожают Жизнь…
США — это ад, с помощью всетотальной рекламы, СМИ, ТВ, ИНЕТА, Голливуда — тщательно закамуфлированный, загримированный под Сытый Рай…
И так сильны эти адовы орудия лжи, что жители ада думают, что они блаженствуют в Раю…
И только, когда дети в школах убивают детей…
Когда по улицам городов победно шествуют парады геев и лесбиянок…
Когда через океан доносятся крики убиваемых в Японии, во Вьетнаме, в Афганистане, в Югославии, Ираке, Ливане, Ливии, Сирии, Украине — только тогда обитатели США вздрагивают, протирают глаза и на миг понимают, прозревают, чуют, что они — в аду…
Да!..
А США слепо, очумело грезят о Мировом Господстве…
О!.. Ветхая смертоносная змеиная идея!
Придёт время, и потомки спросят:
— Где США?.. Где Соединённые Штаты ада, которые хотели покорить весь мир и сделать его таким же адом?..
Которые хотели превратить Божий Павлиний Букет Народов в серый веник для подметания банков?..
Где их сатанинские доллары?.. джинсы?.. рок-н-рол?… Голливуд?..
Где их кости?..
Где их могила?..
Где? Где? Где?..
ШОУ-БИЗНЕС
Мудрец сказал:
— Шоу-бизнес — это могильная плита! удавка! иудина петля на горле Русской Песни!..
Это тля!.. саранча! короед на Древе Русской Культуры! да и на Мировом Древе!..
Да!..
Солёный океан Шоу-бизнеса всеохватно удушил, утопил, объял, заворожил, соблазнил весь утлый мир… Всё овечье послушное Человечество!..
О!.. Бушующий Океан псевдопесни!.. лжелитературы!.. лжемузыки!.. лжетеатра!.. лжекино!.. лжеживописи!.. лжеполитики!.. лжемудрости!..
Ты победил?..
А где же островки душевной народной песни?..
Иль нет уже и их?..
Но!..
Брат оглохший!..
Когда ты плывёшь в океане — то берёшь с собою родниковую воду…
Потому что океанскую воду пить нельзя…
Да!..
И вода Шоу-бизнеса смертельна!.. пагубна!.. ядоносна!..
И для тела, и для души — смерть она!..
О, Брат, ты сладкой смерти что ли возжелал?.. душу бессмертную что ли потерял?..
…И тогда одинокий мудрец-певец пропел:
На древний мёд старинной Русской Песни
Налипло много шоу-бизнес-мух!..
Но Песня Русская восстанет и воскреснет
В устах монахов!.. отроков!.. заливистых старух!..
Да!..
…О, Боже!..
И так будет!..
И русское! чуткое! звончатое! колокольное! переливчатое ухо, которое помнит вековечный Плач Ярославны, уж слышит эту родниковую Песнь…
И её не затушить американскими сатанинскими барабанами!..
И кто тогда помянет Шоу-океан зловонный тот?..
Ведь необъятное, как Русская Земля, древнерусское ухо больше бушующего океана!..
Воистину!..
…О, брат мой!..
Вычерпни из ушей! очей и души небесной лазоревой Твоей сатанинский океан сей!..
Так Пушкин, как вечный эллин, пел!..
Так Есенин, как золотой лист, прошелестел!..
Так Господь повелел!..
Творитель полевых! пшеничных! вечных Песен и Звёздных Гимнов во славу Вселенной!..
Да!..
Так бесконечно шептал, завещал старый! непризнанный при жизни Богопевец Сладкопевец кантор Бах:
— Соли Део Глория!..
Только Богу — Слава!..
А не грохочущему сатане шоу-бизнеса…
Только!..
Богу!..
Слава!..
И русскому пахарю, поющему: "Во поле берёзонька стояла!.."
Да! Одна эта трепетная берёзка стоит всего могильного шоу-бизнеса!..
Я
Милые друзья!
Критики шепчут мне:
— Зачем вы, "русскоязычный, русско-таджикский поэт", пишете о России?..
О, Боже!..
А зачем русскоязычный, эфиопский Поэт писал о Руси?..
И Ему поставили памятник в Аддис-Абебе…
А зачем Гоголь писал в далёком Риме "Мёртвые души", это Откровение о Руси?!..
О, Господь!..
Мой прапрадед по материнской линии, богатый цыган-купец Лодыгин, по семейному преданью, гонял тройки с Пушкиным…
Мой прадед Николай Успенский был лихой гусар и женился на цыганке Парасковье Лодыгиной (тогда такие гулевые браки были в моде), за что был изгнан из полка, а она получила дворянство…
Моя бабка-крестьянка Раиса Соболева, из села Яжелбицы, окончила с отличием Высшие Бестужевские курсы…
Тема её диплома: "Смутное время на Руси".
Мой дед Владимир Успенский насмерть замёрз в блокадном Ленинграде… Он пел и играл на гитаре, даже когда лёд голода пришёл в его горло…
(Ах, услышать бы эту песнь!)
Моя мать, профессор востоковеденья Людмила Успенская, была легендой Таджикистана — так необъятно знала таджикский язык, быт, культуру, Историю таджиков…
Мой дед по отцу Мирзо Зульфикар — три раза ходил в Мекку, знал наизусть Священный Коран и стихи великих поэтов… Имел семь жён… (О, как это забыть!)
Моя бабка Ходжарой происходила из знатного узбекского рода…
Моя тётушка Зайнаб была женой Мамадкул-бека — главного вазира бухарского эмира Олимхана.
И ей поливали из золотых кувшинов на её жемчужные холёные персты, а потом этими же перстами она доила советских коров и шептала:
— Ленин — шайтан!.. Шайтан — Ленин…
Да!..
Вот так моя Родовая Квадрига и досель влекома Четырьмя Огненными Конями-Коренниками: Русским!.. Цыганским!.. Таджикским!.. (Иранским) и Узбекским!..
Мой отец — Касым Зульфикаров был истинный коммунист, крупный партработник, и не сломился под пытками в подвалах НКВД, и был расстрелян в 1937 году.
Из моих 82 лет — 60 лет я прожил в России.
Четыре События-Раны из Великой Русской Истории досель живо мучают меня…
Это героическая смерть Святовитязя Михаила Черниговского в стане Батыя!.. Ведь мог Князь поклониться степным кумирам и сохранить жизнь, а не поклонился…
Это курчавая, безвинная, беззащитная кровь Пушкина на дуэльном снегу…
Это ритуальное, досель нераскрытое тр?сами–потомками убиенье Августейшего Семейства в Ипатьевском подвале!..
Это расстрел Белого Дома… на виду у всего подлого мира…
Об этом я написал в своих поэмах…
А также о Руси Святой я размышлял в романе-мифе об Иване Грозном, в поэме "Земные и небесные странствия поэта", в стихах о Сергии Радонежском, Дионисии Богомазе, протопопе Аввакуме, Андрее Рублеве и т.д.
А также — в поэме о Детстве Иисуса Христа…
А также — в стихах о Сталине… И о Втором Пришествии Спасителя на Русь…
А также — в публицистике…
…Я часто брожу по Руси…
Я дружу со старухами и стариками из заколоченных голгофскими гвоздями умирающих деревень…
В них — Соль и Суть Руси.
Богатство Нации — это не золото, алмазы, лес, нефть, газ…
Богатство Нации — это её старики…
Они-то и не позволяют мне трусить и лукавить…
Да я и сам уже старец…
В 80 лет трудно держать в руках даже горящую свечу, а тут — Костёр…
Огнь Любви к Святой Руси!.. (Да что я? Кто я? Безвестный муравей…)
Но!..
Вот почему я пишу о России…
Вот почему я пишу об Азии…
Вот почему я пишу о ХХI веке, который может стать последним, если мы не задумаемся!.. не очнёмся!.. не проснёмся!.. не возопим!.. что банкиры, олигархи, журналисты и политики поджигают мир и жизнь!..
Не кликнем Минина и Пожарского!..
Не позовём Спасителя Христа!..
Ибо Россия ХХI века — это Сон Труса в бурьяне… с бутылками самогона…
И этот Сон может легко перейти в вечную смерть…
О, Боже!..
Иногда мне кажется, что я брожу по дну океана и вопию среди безмолвных рыб…
А ведь нынче мировой электронный капитал может и алчет стереть с лица земли Тысячелетнюю Святую Русь…
И останутся, на потеху иноземцам, несколько изб-музеев с лаптями и сарафанами…
И пьяными мужами, былыми пахарями, в беспробудных бурьянах…
И полупустыми новоявленными тоннозлатыми храмами с поющими надорванными бабушками…
И русские заводы, фабрики, школы, больницы, роддома, поля, леса, реки — превратятся в пачки-кучки зелёных чужеземных бумажек…
Не дай, Господи…
Господь, гряди и пробуди нас!..
И!..
Но!
И! Грядёт Твоя Святая Власть!..
И! При Дверях!..
И! При Кремлях!..
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Тысячелетний Ходжа Насреддин, завершив "Русские фрески XXI века", сказал:
— Великий Русский Народ любил Царя…
Но позволил мировым бесам растерзать Царя и Августейшее Семейство…
То?, что случилось-попустилось в кровавотекучем ипатьевском подвале, — произошло потом с Русским Народом…
И продолжается ныне…
Русский Народ весь оказался в ипатьевском погребе…
Доколе?..
Но!..
Река Времён неумолима, и неизвестно, куда бредёт Она…
Знает только Бог!..
А тот, кто считает, что он — Бог, становится пылью дорог…
Спаситель сказал: "Не судите, и не судимы будете"…
Иль русское самолюбивое одиночество на бескрайних сиротских землях — самое великое в мире?..
Иль русские любят друг друга только в окопах войн?..
И только тут, как оружие, вспыхивает древнее русское исконное Братство?.. Вечная любовь?..
Но!
Только когда русские люди перестанут судить друг друга (этот — пьяница!.. этот — иуда!.. этот — негодяй!.. этот — завистник!.. этот — вор!.. этот — трус!.. этот — богач!.. этот — урод!.. этот — лентяй!..), а безраздельно, необъятно, жалеючи, как мать чад, полюбят друг друга и будут бесконечно прощать-помогать друг другу — только тогда вновь запылает! возгорится! потухающая Свеча Русской Любви и осветит-освятит Великий Русский Народ, оскудевший Любовью…
Воистину!..
Да!..
Где?
Где Твои тёплые родные объятья, мой Русский Улыбчивый Брат!..
Иди ко мне!..
Я жду тебя!..
И поплывём в Океане Русской Любви!..
Есть время подумать
Власти Ливана продлили до 30 апреля срок регистрации участников тендера на разработку второй очереди шельфовых месторождений нефти и газа в исключительной экономической зоне в Средиземном море, сообщило агентство Al-Watania, ссылаясь на заявлении и. о. министра энергетики и водных ресурсов республики Неды Бустани. По ее слова, «такое решение принято после обращений ряда зарубежных компаний, которые попросили увеличить временной период для подготовки необходимой документации». Ранее регистрация участников тендера на разработку блоков 1, 2, 5, 8 и 10 в исключительной экономической зоне Ливана заканчивалась 31 января.
Смещение сроков проведения нового тендера, подчеркнула Бустани, не отразится на планах разведочного бурения на блоке 4. К нему должны приступить в январе участники консорциума в составе французской компании Total, итальянской Eni и российской НОВАТЭК, которые выиграли первый лицензионный тендер в феврале 2018 года.
Работы, уточнила и. о. министра энергетики Ливана, начнутся после прибытия из Египта буровой станции Tungsten Explorer и продлятся два месяца. «Потребуется еще два месяца для оценки результатов бурения, которые должны подтвердить коммерческую целесообразность разработки запасов углеводородов», — отметила Бустани.
Президент республики Мишель Аун, напоминает ТАСС, в речи 21 ноября 2019 года высказал надежду, что 2020 год станет «годом экономической независимости Ливана» благодаря началу освоения шельфовых месторождений нефти и газа. По словам президента, их разработка кардинально изменит ситуацию в ливанской экономике.
Все американские цели в Западной Азии находятся в пределах досягаемости иранских ракет
Точные ракетные удары Ирана по военным базам США в Ираке послали сообщение о том, что все американские цели в Западной Азии находятся в пределах досягаемости иранских ракет, заявил генеральный секретарь ливанского движения сопротивления "Хезболла".
Сайед Хасан Насралла также похвалил Исламскую Республику за стрельбу баллистическими ракетами в ответ на убийство 3 января американскими террористами командующего силами "Кудс" Корпуса стражей Исламской революции (КСИР) генерал-лейтенанта Кассема Сулеймани в результате авиаудара недалеко от международного аэропорта Багдада, сообщает Press TV.
«Это нападение было также посланием сионистскому образованию ...», - сказал Насралла в телевизионном выступлении в прямом эфире из южного ливанского города Баальбек, когда он обратился к своим сторонникам в воскресенье вечером.
Он добавил: «Посмотрите на лица лидеров США… Они выглядят как лица победителей?»
Насралла сказал, что он уверен, что президент США Дональд Трамп не отреагирует на ракетный удар по Ирану, когда он увидит новости в арабских СМИ из региона Персидского залива.
Затем глава "Хезболлы" раскритиковал основные арабские новостные сети за то, что они слишком проамерикански настроены из-за своих попыток недооценивать иранские удары и масштаб причиненного ущерба.
«То, что произошло в Айн-Асаде, является всего лишь пощечиной (по лицу американцев), а не местью за убийство. Это первый шаг, который приведет к (полному) выводу США из региона», - сказал Насралла.
Затем глава "Хезболлы" отметил, что Вашингтон несет ответственность за любое преступное деяние во всем мире, заявив: "Везде, где есть преступление, оно должно быть помечено как "совершенное США"".
«Самым жестоким преступником в современном мире являются США. Даже израильский режим, совершающий преступления в регионе, находится под патронажем США. ИГИЛ (террористическая группировка такфиристов) также разрушает и сеет хаос в регионе ради повторного развертывания вооруженных сил США", - отметил глава "Хезболлы".
«Одним из наиболее важных результатов этого добродетельного мученичества является то, что оно разоблачило реальную природу Америки. Мученичество генерала Сулеймани должно привести к изгнанию всех войск США из региона», - прокомментировал Насралла.
Он также приветствовал этого иранского командующего за его щедрую поддержку "Хезболлы", заявив, что ливанское движение сопротивления могло процветать только при его твердой поддержке.
«Генерал Сулеймани лично участвовал в битвах против ИГИЛ», - сказал Насралла, подчеркнув, что весь Ближний Восток был бы захвачен террористами - такфиристами, если бы иранский генерал не дал им отпор.
«ИГИЛ был очень страшной угрозой для региона ... Оно нанесло ущерб каждой стране, даже ее спонсорам. Миссия Кассема спасла эти страны… и весь регион должен быть ему благодарен, а также Абу Махди и тем, кто сражался с ИГИЛ», - сказал глава "Хезболлы", имея в виду второго командира Народных мобилизационных подразделений Ирака Абу Махди Мухандиса, который был с Сулеймани, когда их конвой стал целью террористической атаки со стороны США.
Насралла также раскритиковал Вашингтон за вмешательство во внутренние дела Ливана, назвав США главой тирании и гегемонии в Западной Азии.
Он решительно отверг обвинения США в том, что "Хезболла" является доверенным лицом Ирана в Ливане, подчеркнув, что американские государственные деятели не понимают того факта, что такая связь глубоко укоренилась в братстве, и что Тегеран никогда не просил ливанское движение сопротивления сделать что-либо ради него.
Генеральный секретарь "Хезболлы" приветствовал массовые похоронные шествия Сулеймани и Мухандиса в иракских и иранских городах. «Огромные шествия в Иране показали, что месть - это не решение Лидера (аятоллы Сейеда Али Хаменеи), а решение нации», - добавил он.
Он назвал Трампа известным лицемером. «Как вы, как крупный лицемер, могли бы попросить Иран о сотрудничестве в борьбе против ИГИЛ? Ты же не хочешь драться с ИГИЛ", - отметил лидер "Хезболлы".
«Трамп извергает самую неприкрытую ложь, как президент США. Все они (президенты США) были лжецами, но Трамп - наибольший. Генерал Сулеймани никогда не планировал нападать на посольства США! Трамп просто хотел придумать оправдание для своего преступления», - отметил Насралла.
Он также обратился к бывшему президенту Иракского Курдистана Масуду Барзани, сказав, что тот должен выразить благодарность генералу Сулеймани, поскольку он был единственным, кто бросился и сражался с ИГИЛ, когда другие отклонили его просьбу.
«Трамп поставил перед иракскими народами два варианта: либо он уходит и забирает их богатство, либо остается и забирает их нефть. Время покажет, что после генерала Сулеймани не будет места для высокомерных партий и тиранов», - заключил Насралла.
Просчеты США являются результатом отсутствия знаний об Иране и регионе
Президент Ирана назвал неверные, вредные расчеты Соединенных Штатов результатом их незнания информации об Иране и регионе и подчеркнул, что Европейский Союз должен занять независимую от Вашингтона позицию и не допустить, чтобы Иран стать полностью разочарованным в Европе.
Президент Исламской Республики Иран поговорил с президентом Европейского совета Чарльзом Мишелем по телефону в четверг и сказал: «Европейский Союз является одной из главных держав в мире с большой ответственностью и, если он хочет внести свой вклад в региональный мир и стабильность, Тегеран готов к сотрудничеству с ним».
Во время телефонного звонка, который был инициирован Чарльзом Мишелем в четверг, Хасан Роухани сказал: «Иран готов более тесно сотрудничать с Европейским союзом, и мы считаем, что возможность сотрудничества не должна быть упущена».
Ссылаясь на соболезнования Президента Европейского Совета в связи с недавними инцидентами, д-р Роухани сказал: «Массовые демонстрации от Кашмира до Ирака и Ливана после убийства генерал-лейтенанта Касема Сулеймани показывают большую популярность и роль этого мученика в стабильности и безопасности региона".
Д-р Роухани сказал: «США совершили экономический терроризм, усилив экономические санкции против Ирана даже в отношении лекарств и продуктов питания, и нарушили все международные нормы, убив иранского главнокомандующего, и Европа должна ответить на эти террористические акты США».
В ответ на замечания Мишеля д-р Роухани подчеркнул: "Иран и Европа хотят стабильности в регионе и укрепления СВПД, и для нас очень важно, чтобы Европа, Китай и Россия сыграли свою важную роль в сохранении СВПД в целях обеспечения интересов Ирана".
Роухани назвал пять шагов Ирана по сокращению своих обязательств по СВПД восстановлением баланса, заявив, что «Иран продолжит сотрудничество с МАГАТЭ», отмечает Mehr News.
Во время телефонного звонка президент Европейского совета выразил соболезнования в связи с недавними инцидентами в Иране, сказав: «СВПД стал результатом 10-летних переговоров, и ЕС приложит все усилия, чтобы сохранить это соглашение».
«Европа прилагает все усилия, чтобы играть позитивную роль в глобальной и региональной политической динамике, и в последние дни неоднократно призывала Соединенные Штаты избегать дальнейшей эскалации напряженности в регионе», - сказал Чарльз Мишель.
«Мы обеспокоены развитием событий в регионе и приглашаем все стороны проявить сдержанность», - добавил он.
Президент Европейского совета также высоко оценил сотрудничество Ирана с Международным агентством по атомной энергии, несмотря на приостановку его обязательств.
Россия стремится к стабилизации обстановки на Ближнем Востоке
Первыми зарубежными поездками Президента РФ Владимира Путина в наступившем году стали его рабочие визиты в Сирию и Турцию. Посещение Сирии 7 января происходило на фоне резкого осложнения ситуации на Ближнем Востоке.
Из аэропорта Дамаска Владимир Путин отправился на командный пункт группировки Вооружённых Сил России в Сирии. Здесь его встретил президент Сирии Башар Асад. Главы государств заслушали доклады о состоянии дел в различных регионах страны. Обращаясь к военнослужащим российской группировки войск в Сирии, Президент РФ поздравил их с наступившим Новым годом и с Рождеством и отметил, что за прошедший год ими сделано немало.
«Военнослужащие военной полиции успешно действуют на Голанских высотах, в Пальмире, Алеппо, других важных регионах Сирии. Лётчики Воздушно-космических сил России ведут разведку и оказывают авиационную поддержку действиям сирийской армии. Совместные действия позволяют ликвидировать наиболее опасных главарей. Эти задачи успешно решаются Силами специальных операций. Личный состав Военно-морского флота у берегов Сирии продолжает успешно отстаивать наши национальные интересы в Средиземном море. Особую благодарность выражаю военным медикам. В непростых условиях, порой с риском для жизни они оказывают медицинскую помощь, проводят операции, спасают жизни людей», – отметил российский лидер в своём выступлении.
Владимир Путин поблагодарил командование и личный состав российской группировки войск в Сирийской Арабской Республике за добросовестное исполнение своего воинского долга и подчеркнул, что в Сирии они решают задачи не только помощи её народу в освобождении от террористических формирований и банд. Здесь, в Сирии, они защищают свой родной дом, не допуская инфильтрации боевиков в Россию и в соседние с нами государства.
Затем состоялись двусторонние переговоры российской и сирийской делегаций с участием министров обороны двух стран. Президент России подчеркнул, что сейчас можно с уверенностью констатировать: пройдено огромное расстояние на пути восстановления сирийской государственности и территориальной целостности страны. «Но проблем ещё очень много, – добавил он. – И на севере, и на востоке, и на северо-западе страны, и в южной части. Но что меня порадовало, когда ехали сейчас по Дамаску, жизнь возрождается, кипит, можно сказать, много транспорта на улицах, магазины работают, кафе, рестораны. Но многое предстоит сделать с точки зрения восстановления сирийской экономики».
В свою очередь, Башар Асад поблагодарил Владимира Путина за визит и выразил признательность России и российским военнослужащим за помощь в борьбе с терроризмом и восстановлении мирной жизни в республике. По словам сирийского президента, этот визит очень важен для того, чтобы обсудить те препятствия, сложности, которые возникают на пути политического процесса, и как мы можем взаимодействовать и достичь последующих успехов совместно, координируя наши действия в борьбе с терроризмом.
После посещения командного пункта лидеры двух стран осмотрели мечеть Омейядов, известную как Большая мечеть Дамаска, – одну из крупнейших и старейших мечетей в мире. На память о посещении мечети Владимир Путин преподнёс в дар Коран XVII века. Затем глава Российского государства побывал в православной церкви Святой Девы Марии, где пообщался с Патриархом Антиохийским и всего Востока Иоанном X.
Из Дамаска Владимир Путин отправился в Стамбул, где 8 января состоялась церемония запуска работы газопровода «Турецкий поток» и прошли его переговоры с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом. На них лидеры двух стран обсудили развитие двустороннего сотрудничества, а также ряд международных тем, в частности ситуацию в Сирии и Ливии, на Ближнем Востоке в целом. По итогам переговоров было принято совместное заявление, в котором лидеры двух стран выразили удовлетворение тем, что сотрудничество России и Турции не только служит интересам их народов, но и вносит вклад в решение региональных проблем.
Они также отметили свою глубокую обеспокоенность эскалацией напряжённости между США и Ираном, а также её негативными последствиями для Ирака, и призвали все стороны действовать сдержанно, проявляя здравый смысл и отдавая приоритет дипломатическим средствам.
В заявлении подтверждается приверженность России и Турции сохранению суверенитета, независимости, политического единства и территориальной целостности Сирии, а также их решимость бороться с терроризмом во всех его формах и проявлениях и противодействовать сепаратистским повесткам в этой стране.
Стороны также отметили свою обеспокоенность последними событиями в Ливии, в частности интенсивными боевыми действиями вокруг Триполи. Как говорится в совместном заявлении, ухудшающаяся ситуация в Ливии подрывает безопасность и стабильность в окружающем эту страну пространстве, во всём Средиземноморском регионе, а также на Африканском континенте.
В сложившихся критических условиях и в свете определённых соответствующими резолюциями СБ ООН целей Россия и Турция, подчёркивается в документе, приняли решение выступить с инициативой и в качестве посредников призвать все стороны в Ливии прекратить боевые действия с 00 часов 12 января 2020 года, объявить устойчивое прекращение огня, подкреплённое необходимыми мерами, которые надлежит принять в целях стабилизации обстановки на земле и нормализации повседневной жизни Триполи и других городов, а также незамедлительно сесть за стол переговоров с целью положить конец страданиям ливийцев и вернуть мир и процветание в эту страну.
Владимир Молчанов, «Красная звезда»
В погоне за Карлосом
В Токио недовольны откровениями экс-руководителя Nissan
Текст: Александр Ленин (Токио)
В Токио одновременно с нетерпением и небольшим раздражением ждали пресс-конференцию бывшего руководителя автоконцерна Nissan Карлоса Гона. Японские власти, по всей видимости, тщательно готовились к ответу на выпады беглого бизнесмена. Топ-менеджер закончил отвечать на вопросы журналистов, когда в японской столице было глубоко за полночь. Несмотря на поздний час, министр юстиции Японии Масако Мори решила не откладывать до утра свой выход к СМИ. Она назвала побег Карлоса Гона "непростительным поступком в рамках законодательной системы любой страны".
Бизнесмен 8 января впервые появился на публике после загадочного исчезновения.
Он обвинил японское правосудие в необъективности, пожаловался на грубое нарушение своих прав. По мнению Гона, дело в его отношении было сфабриковано в результате сговора представителей японского бизнеса и высокопоставленных чиновников. Он подчеркнул, что бежал не от суда, а от политического преследования.
Еще в ноябре 2018 года Карлос Гон был арестован токийской прокуратурой за финансовые махинации. Топ-менеджера обвинили в том числе в уходе от уплаты налогов и посадили в одиночную камеру.
Газета "Асахи симбун" показала фото крохотного помещения из трех татами с небольшим окном, раковиной и унитазом в углу. При этом спать предприниматель должен был на полу, предварительно расстелив себе традиционный японский футон. Адвокаты приложили немало усилий, прежде чем Карлос Гон смог переместиться в камеру с обычной кроватью.
В тюрьме существовал жесткий распорядок: подъем строго в 7 часов утра, отбой - в 9 вечера. Ходить в душ разрешалось не чаще двух раз в неделю, а прогулки только по 30 минут в день. Помимо этого обвиняемого ежедневно допрашивали.
Весной прошлого года защите удалось убедить суд отпустить Карлоса Гона под залог в 14 миллионов долларов США. Бизнесмену запрещалось покидать японскую территорию. Адвокаты забрали на хранение у него три паспорта (Карлос Гон имеет гражданство Франции, Бразилии и Ливана. - Прим. "РГ") и стали ждать очередного судебного заседания.
По всей видимости, 65-летний предприниматель не захотел больше мириться с таким положением дел и решил встретить 2020 год в совершенно иных условиях.
Карлос Гон накануне праздника, когда вся Япония ушла на длительные выходные дни, поверг в шок местную полицию. Бизнесмен, находившийся под подпиской о невыезде, 29 декабря при загадочных обстоятельствах покинул территорию островного государства.
Его побег окутан тайной и больше напоминает остросюжетный фильм. Топ-менеджеру помогали как минимум трое зарубежных граждан, двое из которых американцы. По сведениям журналистов, одним из них был отставной спецназовец армии США 59-летний Майкл Тейлор, ныне сотрудник частной охранной компании.
В свою очередь Карлос Гон 29 декабря около 14.30 по местному времени вышел из дома. Видео с ним просочилось в СМИ. Сначала пешком, а затем на такси он добрался до района Роппонги, где встретился с американцами. Позже было установлено, что в этот момент с ними был еще один иностранный гражданин. Через некоторое время они на такси доехали до железнодорожной станции Синагава и на скоростном поезде отправились в Осаку.
Примерно в 20.00 по местному времени все трое вошли в гостиницу рядом с аэропортом Кансай. Чуть позже американцы покинули отель. Они вышли на улицу с двумя тележками, на которых лежали большие коробки от музыкального оборудования.
Мужчины появились с багажом в аэропорту около 22.00 и после оформления необходимых процедур сели в бизнес-джет. Крупногабаритный груз при этом досмотру не подвергался и даже не просвечивался рентгеном. Самолет в районе 23.00 благополучно вылетел в Стамбул.Следствие полагает, что бизнесмен был в одной из коробок американцев. По некоторым данным, оказать существенную поддержку бизнесмену в организации побега могла его жена Кэрол. Она встречала своего супруга в Бейруте. Японская прокуратура уже объявила охоту на женщину. Пока ордер на ее арест выдан только за дачу ложных показаний.
Японские власти намерены добиваться выдачи Карлоса Гона. Соответствующий запрос направлен в Интерпол. При этом ливанский лидер пообещал оказать содействие Токио в расследовании инцидента.
Аятолла Хаменеи подчеркнул необходимость прекращения "коррупционного присутствия США"
В своем прямом телеобращении в среду лидер Исламской Республики аятолла Хаменеи подчеркнул необходимость прекращения "коррупционного присутствия США" в ближневосточном регионе.
Аятолла Хаменеи выступил перед народом в прямом эфире по телевидению на встрече с большой группой людей из Кума в ознаменование 42-й годовщины восстания 9 января 1978 года в Куме против режима шаха Пехлеви, сообщает Mehr News.
Прямая трансляция также состоялась через несколько часов после того, как Корпус стражей Исламской революции (КСИР) нанес удар по авиабазе США Айн-Асад в провинции Анбар на западе Ирака после того, как в среду утром начались волны нападений с целью отомстить США за убийство командующего силами "Кудс" генерал-лейтенанта Касема Сулеймани.
Во время встречи, Лидер Исламской революции впервые коснулся исторического значения восстания 9 января 1978 года в Куме против режима Пехлеви и подчеркнул необходимость извлечь уроки из этого знаменательного события.
«Тогда люди Кума были с пустыми руками, но сегодня наши руки полны, и страна полностью экипирована против хулиганов мира», - добавил он.
Затем иранский лидер высоко оценил характер и роль генерала Касема Сулеймани в срыве планов США в западноазиатском регионе, заявив, что «заговор США по Палестине состоял в том, чтобы удержать их (палестинцев) в ослабленном государстве, но мученик Сулеймани помог палестинцам стать сильными и сопротивляться."
«Заговоры США по Ираку, Сирии и Ливану были сорваны этим великим мучеником. США хотели, чтобы Ирак был всего лишь воздушным змеем, но хадж Касема помог этому обширному фронту [против США]», - отметил он.
«Для Ливана, США намерены лишить эту страну "Хезболлы", но "Хезболла" с каждым днем становится все сильнее», - добавил аятолла.
«В дополнение к ответным действиям важно то, что военных действий недостаточно. Важно положить конец коррупционному присутствию США в регионе», - подчеркнул лидер.
«Американцы настаивают на том, чтобы привнести коррупцию и разрушения в наш дорогой Иран. Разговоры о том, чтобы сесть за стол переговоров, являются предисловием к вмешательству, которое должно закончиться. Региональные нации не приемлют присутствие США и их вмешательство», - добавил он.
«Вражда США в отношении Ирана не временная; это присуще им. Грубая ошибка - думать, что если мы сделаем шаг назад и примем на себя обязательства, США прекратят свою вражду», - подчеркнул он.
Затем лидер высоко оценил предложение иранского парламента о назначении Пентагона и всех его дочерних структур террористами после убийства генерал-лейтенанта Сулеймани. Он также высоко оценил резолюцию иракского парламента, требующую от правительства отдать приказ о выводе американских войск из Ирака.
Чем грозит Афганистану гибель Сулеймани
Автор: Игорь Субботин
Первая ночь после ракетного обстрела американских военных объектов в Ираке, который официально был предпринят Тегераном в ответ на убийство влиятельнейшего генерала Корпуса стражей Исламской революции (КСИР) Касема Сулеймани, прошла относительно без последствий. Обращение президента США Дональда Трампа к нации 8 января только убедило в том, что Вашингтон и Тегеран отказались от открытой конфронтации и помогли друг другу сохранить лицо. Однако это не исключает того, что конфликт двух стран будет двигаться по другой траектории – траектории опосредованной войны, которая может затронуть и Афганистан.
Уязвимость Афганистана
Спич Трампа, посвященный Ирану, содержал предсказуемые тезисы. Президент США заявил, что его страна не будет предпринимать военных действий в отношении Ирана, который обстрелял американские объекты в Ираке, однако будет действовать при помощи экономических инструментов – для того, чтобы лишить Тегеран возможности предпринимать «злонамеренные действия» за рубежом. Среди государств, в которых иранская военная элита якобы ведет военные кампании, глава Белого дома упомянул и Афганистан. Исламская Республика, как известно, находилась в сфере ответственности Сулеймани, который командовал подразделением «Кудс» в составе КСИР и фактически отвечал за координацию зарубежных операций. Некоторые шиитские формирования, действовавшие на Ближнем Востоке, были собраны из афганских шиитов.
Если сравнивать ресурсы и возможности, которые имеет Иран, в ближневосточных странах (Сирия, Ливан и Ирак) с Афганистаном, то последний окажется не самым очевидным местом с точки зрения концентрации иранского влияния. Безусловно, в Афганистане есть социальная база, на которую мог бы положиться Тегеран, однако ориентированные на Тегеран шиитские политики в Афганистане не имеют внушительного военного ресурса, да и при президенте Ашрафе Гани их влияние на государственные процессы значительно сократилось. В этом плане наиболее перспективным для тактического партнерства остается движение «Талибан» (запрещено в РФ). Непримиримую оппозицию можно отговорить от ряда шагов в рамках урегулирования и поддержать в военном плане. Тем более, что западная пресса давно подозревает Иран в помощи талибам.
Риски для мирного процесса
Контуры того направления, в котором дальше будет действовать Иран, прослеживаются в выступлениях официальных лиц страны. Так, министр иностранных дел Исламской Республики Мохаммад Джавад Зариф, комментируя похороны Сулеймани, заявил, что настало время для прекращения американского военного присутствия в Западной Азии. Нетрудно догадаться, что вывод войск Тегеран будет требовать и в Южной Азии. Правда, на своих условиях. Иранское руководство в прошлом месяце продемонстрировало оппозицию переговорному процессу в Катаре, который ведут талибы и США – в связи с тем, что в диалог не были включены представители афганского правительства. Риски подрыва мирного процесса эксперты сейчас называют среди неочевидных, но наиболее вероятных способов отомстить за убийство Сулеймани.
«Смерть Сулеймани повлияет на ситуацию в Афганистане, – заявила «Афганистан.Ру» эксперт по международным отношениям Оксфордского университета, научный сотрудник Академии ОБСЕ Николь Граевски. – Иранские «прокси» могут попытаться подорвать силы США и коалиции. Это негативно скажется на обстановке в Афганистане. Кроме того, Иран также может повлиять на ситуацию с безопасностью на границе с Афганистаном. Реакция афганского правительства на смерть Сулеймани была чрезвычайно осторожной, что отражает понимание Кабулом конфликтного потенциала между США и Ираном». Эксперт полагает, что прогресс в мирном процессе может быть отложен, но, в целом, Иран заинтересован в сохранении влияния в Афганистане и в урегулировании вооруженного конфликта. Поэтому резких шагов от Тегерана там ждать не стоит.
Сулеймани и «Северный альянс»
«Сулеймани был архитектором иранской конструкции влияния, которая во многом опиралась на более тонкие решения – для оптимизированного расхода ресурсов, – заявил «Афганистан.Ру» эксперт Российского совета по международным делам Антон Мардасов. – По некоторым данным, Сулеймани после своего назначения главой «Кудс» выступал за более сдержанную реакцию на убийство талибами иранских дипломатов и журналиста агентства IRNA в Мазари-Шарифе в 1998 году. Похоже, именно ему – довольно своевольному командиру, как о нем отзывались его сослуживцы, – принадлежала идея не лобового военного ответа, а более тонкой инициативы поддержки «Северного альянса» и обмена развединформацией с США. Также, как принято считать, Сулеймани инициировал переброску афганских и пакистанских шиитов в Сирию с коротким периодом предварительного обучения».
Если брать в расчет репутацию убитого иранского генерала, которая во многом приобрела легендарный характер, у Ирана могут возникнуть сложности с точки зрения управления «прокси-силами» из Афганистана, допускает эксперт.
«Несмотря на то, что прежние сторонники [из числа мобилизованных шиитов – «Афганистан.Ру»], скорее всего, будут работать с преемником Сулеймани в память о генерале, ликвидация командующего силами «Кудс» может усилить внутрифракционную борьбу среди шиитов, – заявил Мардасов. – Подобное, наверное, может коснуться и Афганистана, но в незначительной степени. Все-таки действия Ирана в Афганистане в последнее время больше сводятся к формированию «пояса безопасности» рядом с границей, поддержкой местных командиров движения «Талибан» и реализацией инфраструктурных проектов, которые не «размазаны» по стране, а довольно сконцентрированы, что позволяет Ирану довольно успешно демонстрировать свою «мягкую силу». Так вот эти действия вряд ли зависят от фигуры Сулеймани и сил «Кудс» – скорее, это четко выверенная общая линия».
НАТО порабощает мир
обострение ситуации на Ближнем Востоке грозит всему миру
Рами Аль-Шаер
Накануне Нового года на Ближнем Востоке имело место происшествие, которое могло привести к страшной катастрофе. Американские истребители F-15 нанесли удары по пяти лагерям шиитских Сил народного ополчения в Ираке и в восточной Сирии, в результате которых погибло около 30 человек и более 50 были ранены. Американцы заявили, что налёты были осуществлены в качестве наказания за обстрел американской базы в районе Киркука, в ходе которого погиб один американский контрактник. Обстрел, кстати, неизвестно кто устроил: немалое число арабских наблюдателей в регионе считают, что эту провокацию провели сами американцы, чтобы иметь повод нанести удары по лагерям, в которых Силы народного ополчения обучаются, главным образом, иранскими офицерами.
То, что между иранскими офицерами и американскими политиками нет особых симпатий друг к другу, факт общеизвестный. Но, на мой взгляд, более серьёзной причиной американских налётов было то обстоятельство, что незадолго до Нового года в иракский парламент был внесён законопроект о немедленном выводе или, точнее, изгнании из Ирака американского военного контингента. А Силы народного ополчения и их союзники, другие шиитские политические силы контролируют большую часть иракского парламента. Выходит, что американские политики и военные сделали ещё одну отчаянную попытку запугать, терроризировать население Ближнего Востока, использовать грубую силу для оказания давления на свободолюбивые народы.
На этот раз эта акция могла, как уже сказано, привести к катастрофе. Дело в том, что американцы затеяли её именно в то время, когда в Заливе состоялись совместные манёвры военно-морских сил Ирана, Китая и России. Заметим, что иранские власти официально объявили, что будут рассматривать полёты авиации других стран над зоной манёвров как враждебный акт, и потому будут сбивать вторгающиеся в эту зону самолёты. Да, американская авиация не совершила ни одного полёта в эту зону, но давайте представим себе, что произошла ошибка, и один истребитель F-15 попал не туда, куда надо. Самолёт был бы сбит, а это, как понимает читатель — "казус белли", то есть повод для начала войны. Причём войны масштабной и кровавой, с применением самых современных средств поражения.
И всего вышесказанного вполне достаточно, чтобы взвесить и оценить опасность акций США в регионе. Но США осуществили ещё более опасную акцию, которая может иметь далёко идущие, поистине трагические последствия. Ночью 2 января, когда в христианском мире ещё продолжали праздновать наступление Нового года, американские ВВС совершили налёт на район багдадского аэропорта, убив 11 иранских военных, в числе которых были бригадный генерал Касем Сулеймани, командующий войсками специального назначения "Аль-Кудс" Корпуса стражей Исламской революции (КСИР), заместитель главы иракского ополчения Абу-Али Аль-Мохандис и другие высшие офицеры-шииты.
Касем Сулеймани был не просто одним из наиболее уважаемых генералов Ирана — он был национальным героем страны. Его высоко ценило не только руководство его страны, но и всё сообщество шиитов в странах Ближнего Востока. В Иране ему посвящали стихи, песни, спортивные награды. Он сыграл большую роль в разгроме ИГИЛ*, в формировании союза России, Турции и Ирана в отпоре международному терроризму. Если США, как они заявляют, всегда стремились к ликвидации террористического интернационала, то организованное ими убийство талантливого генерала, есть по сути дела убийство союзника по борьбе с ИГИЛ*, что делает это преступление ещё более кощунственным.
Американские СМИ сообщили, что приказ военным совершить налёт на колонну машин, идущих в Багдад из аэропорта, отдал сам президент Трамп. Политологи гадают, что заставило американского президента дать приказ убить человека, который был официальным представителем иранского правительства в Ираке и Сирии, и в своём большинстве сходятся во мнении, что Трамп в очередной раз предпринял акцию, которая, как он считал, могла бы быть полезной для его предвыборной кампании. Вообще же Дональд Трамп, видимо, решил не нарушать традицию, согласно которой у каждого американского президента должна быть "своя война". Без неё выиграть президентские выборы бывает, увы, непросто.
Но, даже принимая во внимание подобные "мотивы" Трампа, считать его шаг разумным не сможет никто. Убийство национального героя страны, в которой народная гордость и свободолюбие свойственны большинству населения, человека, который стал символом мужества, твёрдости и воли для шиитов всего мира, неминуемо вызовет ответную реакцию в целом ряде стран, не говоря уже об Иране. Руководители этой страны уже объявили, что убийство героя требует отмщения, и расплата за террористический акт США последует неминуемо. Они отметили, что отплатят США сторицей, и сделают это "в нужное время и в нужном месте".
Если учесть количество баз США в ближневосточном регионе и близость некоторых их союзников к Ирану, то неплохо вспомнить древнюю поговорку: "Не стоит бросать камни в окна соседей, если ты живешь в доме из стекла". Это кстати, понимают и в Европе. Ряд политических деятелей Германии, Франции и других государств сделали заявления, в которых расценили акцию Трампа как опасный шаг, который способен поставить Ближний Восток на грань войны.
Большинство западных специалистов по Ближнему Востоку считают, что Трамп предпринял шаг чисто демонстративный, что он показал иранским военным, что США способны уничтожить любого, кто будет стоять у них на пути. Но демонстрация такого рода имеет и свою обратную сторону. Для иранских командиров и их коллег из местных шиитов в Сирии и Ираке персональный террор такого рода означает, что они просто обязаны наносить удары по американским базам и по союзникам США в регионе до того, как они сами станут жертвами американского терроризма.
Шиитские общины бурлят в Ливане, Сирии, Йемене, других арабских странах. А в самом Иране прошли бурные демонстрации, в ходе которых и сами демонстранты, и руководители страны призвали к мщению, к жестокому наказанию убийц и преступников. Духовный лидер Ирана пообещал, что американцам ещё долго придётся платить за своё преступление. В США осуждают Трампа только лидеры демократов. Всё прочее население Америки вряд ли имеет хоть какое-либо представление о том, кем был генерал Касем Сулеймани. Ведь американские СМИ предпочитают молчать о том, что знать их согражданам, по их мнению, не нужно.
Сомневаюсь, что американские СМИ сообщили гражданам своей страны, что иракский парламент принял закон о выводе всех американских войск из Ирака, что означает, что нахождение американских подразделений на его территории является незаконным и даже преступным с точки зрения граждан этой страны. Но американский президент заявил, что выведет свои войска из Ирака только тогда, когда иракцы заплатят США за ту базу, которую американцы тут построили. Я прошу читателей оценить верх цинизма, который характеризует это заявление. Американцы вторглись в эту страну под фальшивым предлогом, убили около миллиона её жителей, разорили и разрушили государство, убили лидера и многих политических и военных деятелей, а теперь требуют деньги за базу, которую сами тут построили для оккупационной армии. Поистине, наглости и подлости США нет предела!
Тем временем, американское посольство в Ираке призвало всех граждан США, не носящих форму, покинуть страну, и, вполне возможно, вскоре то же самое придётся сделать американским оккупационным войскам. Но я не верю, что несмотря на призывы руководителей ряда стран, руководство Ирана откажется от своего обещания отплатить Америке за гибель народного любимца и за национальное унижение. Бездействие или отказ выполнить обещание отомстить непременно приведёт к падению авторитета иранского правительства и иранской армии. Словом, преступление американской администрации создаёт условия для превращения политической и идеологической конфронтации между США и Ираном в вооружённый конфликт.
Вывод, который напрашивается сам собой: США не только играют с огнём, они способны одной своей акцией поджечь весь регион. Вряд ли найдётся человек, который не в состоянии понять, что в случае начала в регионе масштабного вооружённого противостояния между Ираном и США в это противостояние неизбежно будут вовлечены и союзники США. Гибель тысяч их жителей, страшные разрушения и падение их экономики — это ещё не самые печальные перспективы войны в регионе. Неужели эти самые союзники США не понимают, что своими акциями США серьёзно подставляет их под удар? Или они надеются, что, в отличие от удара по саудовским нефтеперерабатывающим комплексам, все ракеты и бомбы будут пролетать мимо?
Но вот что ещё интересно. Сейчас, когда американцы позволили себе совершить преступление против международного права, которое, помимо всего прочего, является откровенной провокацией, способной вызвать эскалацию вооружённого противостояния в регионе, возникает всё больше вопросов и по поводу недавних ракетных ударов по саудовскому нефтеперерабатывающему комплексу. И первый вопрос: если США позволили себе использовать ВВС для убийства иранского генерала и его офицеров, то что мешало им совершить провокацию в Саудовской Аравии таким образом, чтобы в нападении был обвинён Иран? Ведь в сущности цель обеих провокаций одна и та же: устроить в регионе вооружённый конфликт, а потом предложить арабским странам свои услуги в качестве их спасителя. Такое уже было в Заливе, американцы применяют этот приём не впервые.
Это можно было бы отнести к разряду фантазий, если бы не одно обстоятельство. И в том, и в другом случае американцы продемонстрировали исключительно высокие технические возможности, в частности, способность нанесения прецизионных точечных ударов. Осуществляя убийство иранского генерала, американцы наводили ракеты исключительно точно, используя комбинированное спутниковое и мобильное целеуказание, а при наведении на саудовский нефтеперерабатывающий комплекс американцы аккуратно поразили только те сооружения и объекты, которые, похоже, подлежали замене или позволяли быстро отремонтировать поражённые детали. В результате саудовские объекты пострадали в общем и целом незначительно, в то время как политический эффект этой провокации, особенно в Западной Европе, трудно переоценить. Западные СМИ сразу же начали демонизировать Иран. Американцы никогда не останавливались перед расходами на провокации, но цена, которую платят за них другие народы, безмерна…
В США считают, что любая война, где бы она ни происходила и к каким бы разрушениям ни приводила, всегда приносит им прибыль. Но ещё большую прибыль американский бизнес получает, когда в той или иной стране — чудовищные разрушения. Американский капитал тут как тут: американские компании предлагают деньги в долг, предоставляют технологии, чтобы создавать полезные для них новые предприятия, и не забывают учреждать сотни новых ресторанов "фаст-фуд", поставлять продукты и устаревшее оружие из Америки. Американцы считают, что их армия — лучшая в мире, а страна их находится так далеко, что США практически неуязвимы.
Их эгоцентризм, их уверенность в себе, их самодовольство и чувство собственного превосходства внушают им, что они вечны и непобедимы, и с помощью старого вампира Сороса, Клинтонов и Байденов они могут лгать своему и другим народам, унижать национальную гордость и достоинство государств, нагло вмешиваться в дела стран во всём мире и диктовать им свою волю. А если возникнет угроза Третьей мировой войны, в которой уже в первые её часы могут погибнуть сотни миллионов человек, они надеются отсидеться за океаном, посылая оттуда ракеты и бомбардировщики. Что же касается их союзников в Европе и на Ближнем Востоке, то они, я не сомневаюсь, пожертвуют ими ради собственных интересов ещё до того, как война начнётся.
Складывающаяся на Ближнем Востоке обстановка опасна не только для союзников США в регионе, но и для союзников США по НАТО. Напомню, что хартия НАТО требует от них участия во всех вооружённых конфликтах, в которые ввязываются США. Получается, что страны Западной Европы обязаны посылать свои контингенты на войну на Ближнем Востоке, если вооружённый конфликт между США и Ираном станет свершившимся фактом. В ходе войны в Ираке американцы потеряли примерно 4,5 тысячи убитыми и около 32 тысяч ранеными и изувеченными, а их союзники по НАТО — потеряли убитыми около 300 человек. Сколько будет убито и искалечено в новой войне, даже трудно предсказывать, но возникает вопрос, нужно ли союзникам по НАТО расплачиваться за агрессивность американского президента и его помощников?
Но это только одна сторона дела. Война, если она будет развязана, неминуемо приведёт к тому, что в ней примет участие весь "шиитский пояс" и огромное количество мусульман в Европе и Азии. Опасность новой волны терроризма в Европе, отказ ряда исламских стран сотрудничать с Западной Европой и ухудшение экономического положения государств в Западной Европе — это ещё не самая негативная перспектива для этих государств. Результатом войны может стать потеря государственности рядом нефтедобывающих стран в Азии или уничтожение крупных месторождений нефти и газа. Хочется напомнить, что, когда в 1973 году ряд арабских стран наложили эмбарго на поставки нефти в Западную Европу, во многих странах в регионе люди стали пересаживаться с автомобилей на велосипеды.
Война в Западной Азии может стать трагедией для многих стран, и не факт, что она этим ареалом и ограничится. Очевидно, что Западная Европа в стороне остаться не сможет. И всё это подсказывает странам в этом регионе, что лучшее, что они могут сделать, это выйти из блока, лидер которого собирается ввергнуть полмира в катастрофу. Этот шаг не просто спасителен, он ещё и разумен. Ведь на сегодняшний день нет никаких оснований для наличия и усиления блока. Если раньше блок НАТО оправдывал своё существование тем, что якобы защищал западный мир от "коммунистической угрозы" и "агрессивной идеологии социализма", то сейчас именно НАТО является источником угрозы для безопасности и мира на планете. Уже два десятилетия нет Советского Союза, нет "социалистического лагеря", нет стран Варшавского договора, а Запад всё накачивает мускулы и бряцает оружием у границ России. И при этом страны Западной Европы послушно идут за США, как крысы за сказочным крысоловом с дудочкой.
Прекращение существования Североатлантического альянса — это не только императив нашего времени, который в значительной степени способен остудить горячие головы в США и дать им понять, что их всемирному владычеству пришёл конец. Это ещё и возможность существенно увеличить роль ООН и Совета Безопасности в решении международных проблем, ликвидации региональных конфликтов, наконец, в принуждении к миру там, где решить проблемы миром очень сложно. Это к тому же положит конец келейным решениям на уровне Совета НАТО, в соответствии с которыми страны блока грубо нарушают международное право, совершая вторжения и нападения на членов ООН без одобрения международного сообщества, по собственному разумению. Вспомним судьбу Югославии, других стран. Вспомним, что США и их союзники вторглись в Сирию без всякого на то основания, без приглашения сирийского правительства, просто потому, что решили — им всё позволено.
Страны НАТО во главе с США объяснили свои действия тем, что они воюют с ИГИЛ*. Но стоит вспомнить, что сам президент Трамп когда-то признал, что "террористический интернационал" создавал при помощи госсекретаря Хиллари Клинтон президент Барак Обама. Основной задачей США было не уничтожение террористов, а использование их как тарана против суверенной Сирии. Не удивительно, что при западных контингентах ИГИЛ* захватило около 90% сирийской территории, и только приход российских военных по приглашению сирийского правительства привёл к освобождению большей части территории страны и возвращению сирийского суверенитета. Получается, что Россия вновь помогла утверждению справедливости и восстановлению сирийской независимости, и, следовательно, действовала в духе ООН и в соответствии с международным правом.
Оценивая остановку на Ближнем Востоке и в Западной Азии, вновь и вновь хочу призвать страны Западной Европы и Ближнего Востока, следующие в фарватере американской политики, к действиям, которые были бы и в интересах этих стран, и в интересах международного мира. Они должны выбирать: либо оставаться с Америкой, политика которой агрессивна, хаотична и непредсказуема, либо отказаться от поддержки этой политики и выбрать подлинный суверенитет. Время для этого пришло. Если всё будет продолжаться в том же духе, за войной в Западной Азии последует ещё не одна война, и они могут превратить и Азию, и Америку, и Европу в пустыни, заражённые радиоактивными веществами.
* — террористическая организация, запрещённая в России.
![Главное](/images/star.png)
Герой Касем и убийца Дональд
апология генерала Сулеймани
Шамиль Султанов
По личному приказу 45-го Президента США Дональда Трампа, был убит самый выдающийся в современной истории военачальник Исламской Республики Иран, генерал-майор Касем Сулеймани. Ещё тридцать лет назад он пришёл к гениальной идее, что на Большом Ближнем Востоке складывается настолько широкомасштабная кризисная ситуация, что военное дело, политика и идеология становятся единым и неразрывным целым.
Сулеймани стал блистательным создателем и великолепным стратегом использования военно-политического оргоружия на Ближнем Востоке. В высшей элите Исламской Республики его по праву считали уникальным организатором специальных рефлексивных спецкомбинаций, талантливым и эффективным создателем самой широкомасштабной агентурно-диверсионной оперативной сети на Ближнем Востоке.
Касем Сулеймани смог впервые сформировать и воплотить в жизнь концепцию и стратегию совершенно особой сетевой общерегиональной структуры «народных милиций» в Ираке, Сирии, Ливане, Йемене и других странах. Основой этих народных милиций, своего рода «красногвардейских отрядов», стали массы бедняков самых разных национальностей: обездоленных, из самых «низов» общества, но объединённых революционной, религиозной идеологией, способных защищать свои интересы, демонстрирующих каждодневный героизм.
Трамп, отдав приказ о террористическом акте (а это убийство является актом государственного терроризма) против Касема Сулеймани, де-факто объявил войну Исламской Республике Иран. Однако сегодня США, при всём своём технологическом, техническом и экономическом превосходстве, не способны победить Иран. И через некоторое время в этом убедятся все. И это, прежде всего, результат стратегического гения Касема Сулеймани, который ещё при жизни считался в Иране национальным героем, легендарным революционером, примером подражания для сотен тысяч иранцев; о нём снимали художественные и документальные фильмы, складывали легенды, писали песни.
Именно благодаря исламской революции 1978-79 гг. Сулеймани, сын бедного крестьянина, смог проявить свои исключительные способности и стать примером для миллионов угнетённых на Ближнем Востоке.
В очень влиятельных кругах иранского политического истеблишмента генерала Сулеймани называли «будущим президентом ИРИ».
Непрерывное расширение международного влияния великой исламской иранской революции во многом происходило благодаря системному видению и стратегическим усилиям генерала Сулеймани. Его главными врагами в течение почти сорока лет были Соединённые Штаты, Израиль, местные региональные группировки, которых всецело опекали американцы и израильтяне. Он помогал в разработке стратегии и тактики всех антиамериканских и антиизраильских сил на Большом Ближнем Востоке.
Почти всю свою сознательную жизнь революционера и солдата Касем Сулеймани проработал в подполье или в глубоком подполье. Американские и израильские спецслужбы, которые вели за ним охоту на протяжении десятилетий, не могли отследить тайных и почти мгновенных перемещений иранского генерала, многочисленные покушения на него заканчивались ничем.
Не случайно одним из позывных генерала Сулеймани было слово «Тень». Бывший высокопоставленный сотрудник ЦРУ Джон Магуайр в 2013 году назвал Сулеймани наиболее влиятельной и мощной фигурой на Ближнем Востоке, несмотря на то, что «никто ничего о нём реально не знает».
Но, с другой стороны, как это ни парадоксально, тысячи и десятки тысяч совершенно простых людей в то же самое время слышали о нём, знали его, видели его, повторяли его высказывания и мысли.
Касем Сулеймани был генералом в действительном смысле этого слова. Настоящий генерал — не тот, чья грудь усыпана наградами и прочими цацками, а тот, кто всегда имеет настоящих, опасных врагов — именно «здесь и сейчас». Настоящая награда для боевого генерала — ненависть его врагов.
Генерал как настоящий мусульманин не боялся смерти. «Смерть предопределена Всевышним, а потому и неизбежна, но погибнуть надо так, чтобы даже твоя смерть высказала тебе своё уважение».
В июле 2018 года Трамп предупредил иранского духовного лидера, что он, президент Соединённых Штатов, не потерпит угроз в адрес США. Трампу ответил Касем Сулеймани: «Это ниже достоинства нашего лидера — отвечать вам. Вам отвечу я, как солдат». И ответил так, что Дональда Трампа в буквальном смысле перекосило.
В том, что именно Трамп лично отдал приказ об убийстве генерала Сулеймани, есть и нечто глубоко личное. Трамп и Сулеймани — абсолютные антиподы, это как материя и антиматерия, мир и антимир. И самое принципиальное различие между ними заключается в том, что Сулеймани на протяжении всей своей жизни всегда брал личную ответственность за каждое дело, в решение которого был вовлечён. Трамп никогда так не делал.
Касем Сулеймани родился в 1957 году в очень бедной крестьянской семье в горной деревне Канат-е Малек округа Рабор иранской юго-восточной провинции Керман. На его отце висел долг за полученный небольшой надел земли, который он не мог сам выплатить. Чтобы помочь ему и всей своей семье, 13-летний Касем, едва окончив пять классов начальной школы, отправился на заработки в столицу провинции. Там он устроился разнорабочим на строительной площадке школы на улице Хаджу, на окраине города. После того, как он помог выплатить долг отца, Касем устроился в местный водоочистительный департамент, где через короткое время, благодаря своей хватке и способностям, стал помощником главного инженера.
После неоконченной начальной школы Касем Сулеймани учился только однажды — после начала войны с Ираком он закончил полуторамесячные курсы молодого бойца. А дальше, в течение десятилетий и вплоть до гибели, его университетами были только каждодневное, длительное самообразование, крестьянская смекалка и внимательность прирождённого разведчика.
Исламская революция 1978-79 годов стала его революцией — революцией в защиту обездоленных и угнетённых: таких же, как он сам. Поэтому Сулеймани очень быстро стал искренним, до мозга костей, революционером — записался в Корпус стражей исламской революции. Когда началась война с Ираком, который тогда поддерживался не только Советским Союзом, но и Соединёнными Штатами, Европой и всем контрреволюционным арабским миром, Касем Сулеймани проявил все свои задатки талантливого, умного организатора и разведчика, в том числе — работая в глубоком тылу противника. И уже в тридцать лет он командовал дивизией КСИР.
В 1999 году Сулеймани был назначен командиром «Аль-Кудс» («Аль-Кодс»), элитного подразделения Корпуса стражей исламской революции. Что представляет собой «Аль-Кудс», какова его структура, каковы его реальные функции, цели и возможности, — мало кто знает вплоть до настоящего времени... Это одна из наиболее закрытых военно-политических структур в мире! Например, Сулеймани в 1990-х годах командовал частями КСИР на юго-востоке Ирана. Через эти иранские провинции, вдоль границ Афганистана, пролегал наркотрафик до Азербайджана и Турции, и далее в Европу. Но военный опыт Сулеймани помог ему наладить успешную борьбу с наркоторговлей.
Именно Касем Сулеймани руководил тайными операциями против американской армии, которая вторглась в Ирак в 2003 году. В результате погибли сотни американских оккупантов.
…Если бы Трамп спросил Максима Горького, что тот думает о нём, о его судьбе, то, наверняка бы услышал ироническое: «А вы на земле проживёте, как черви слепые живут. Ни сказок про вас не расскажут, ни песен про вас не споют!»
Дональд Трамп родился в 1946 году в семье нью-йоркского миллионера. Там же закончил престижную военную академию. Но в армии не прослужил ни дня: при помощи денег отца «отмазался по полной» от военной службы. Хотя в те годы Америка вела войну во Вьетнаме, и военнослужащие, убывающие в Юго-Восточную Азию, считались «истинными патриотами» США. Трамп в их числе не значился. Вместо опасного военного дела и выполнения своего патриотического долга, он предпочёл пойти по стопам отца и занялся бизнесом: сначала в сфере недвижимости, а затем — масштабными шоу-представлениями, включая проведение конкурсов «Мисс Вселенная», игорным бизнесом и так далее.
Назвать Трампа очень успешным бизнесменом язык не повернётся: он несколько раз полностью прогорал, и его объявляли банкротом, но за счёт финансов своего клана и налоговых махинаций «Большой Дональд» вновь и вновь оставался на поверхности. Возможно, именно поэтому свои последние налоговые декларации нынешний президент США демонстрировать абсолютно не хочет.
Пока трудно сказать, когда именно истрёпанная в многочисленных бизнес-аферах и передрягах психика миллионера Дональда Трампа стала по-настоящему сдавать. Возможно, в тот момент, когда он пристрастился к наркотикам, или когда ему пришлось заплатить огромные деньги, чтобы избавиться от этой привычки.
А может быть, тогда, когда он ещё с юности нырнул в море весьма странных сексуальных «забав». Словно какая-то неведомая, внутренняя сила толкала его на это! Практически в каждом городе по всему миру, где оказывался Трамп, такие «забавы» происходили сплошь и рядом. В том числе, как говорят злые языки, и в Москве. По мнению очень известного эксперта по «трамповедению» из МИ-6, только с женщинами пониженного социального статуса Дональд Трамп «оказывался способен преодолевать свои мужские комплексы».
Великая американская демократия позволяет сейчас избирать в президенты США патологических лгунов, извращенцев, трусов, лицемеров и т.д. и т.п. И это, несомненно, ярчайший пример победы либерализма! Но тогда люди, которые голосуют за таких трампов, тоже должны нести ответственность! Предельную ответственность!
Конечно, единоличное решение Дональда Трампа убить посредством террористического акта одного из высших руководителей Исламской Республики Иран для самого американского президента является попыткой поднять свой избирательный рейтинг. Причём не только среди своего традиционного электората и правых республиканцев-«ястребов».
Возможно, убийство Сулеймани — это ещё и пример ритуального жертвоприношения, которое возможно посоветовал Трампу его зять Кушнер или каббалисты из кушнеровского окружения.
Впрочем, и сам он уже полностью готов к тому, чтобы стать объектом аналогичных оккультных практик.
…Касема Сулеймани хоронили миллионы иранцев, потому что он был настоящим народным героем. И в памяти народа Ирана он останется надолго! Его не забудут, потому что он воевал и погиб за всех иранцев и за каждого из них. Как сказал мне один из суровых, но рыдающих в этот миг мужчин в центре Кермана: «Кровь моя вскипает… и хочу только одного — стать таким же шахидом, как и Сулеймани…в борьбе с американскими преступниками…»
Ария сбежавшей "виолончели"
Карлос Гон рассказал о своем бегстве из Японии
Текст: Диана Ковалева
Бывший глава альянса Renault-Nissan-Mitsubishi Карлос Гон, таинственным образом сбежавший перед самым Новым годом из Японии и обосновавшийся в Бейруте, провел пресс-конференцию. Рассказать свою "правду" о том, кто и зачем завел против него уголовное дело в Стране восходящего солнца по обвинениям в уклонении от налогов и других финансовых преступлениях, он обещал еще в прошлом апреле. Гражданин сразу трех стран - Франции, Бразилии и Ливана, Гон известен бизнес-кругам тем, что некогда буквально спас от банкротства компанию Nissan и вывел ее в мировые лидеры.
"Я не буду говорить, как я покинул Японию, - едва выйдя к трибуне, предупредил бизнесмен под легкий смех журналистов. - Я буду говорить, почему я это сделал". Как заявил топ-менеджер, он сбежал не от правосудия, а от его отсутствия.
"Прокурор мне сразу сказал: "Сознайся, и все закончится. В противном случае плохо будет не только тебе, но и твоей семье", - рассказал Гон. Он раскритиковал японские власти за жестокое обращение с ним, а также откровенное нарушение прав человека. По его словам, его допрашивали по восемь часов в день без присутствия адвокатов и не давали на протяжении многих месяцев общаться с женой или с кем-либо еще из членов семьи. Не выпускали бизнесмена и к прессе, объясняя это тем, что "могут быть выдвинуты новые обвинения". "Совпадение ли то, что за день до моей пресс-конференции японская прокуратура выдала ордер на арест моей жены, Кэрол?.. Вот как это работает", - рассказал бизнесмен.
По мнению Гона, очевиден тот факт, что его бывшие коллеги, некоторые из топ-руководителей компании Nissan, вступили в сговор с японским правосудием, чтобы "убрать" его. Топ-менеджер в очередной раз заявил, что против него сплели заговор его собственные сотрудники, которые в один момент стали очень волноваться из-за стремительно падающей производительности Nissan. Как объяснил Гон, "заговорщики" испугались, что под его руководством фирма потеряет независимость и может быть поглощена своим партнером, Renault, который он также возглавлял.
"Поэтому они решили, что лучший способ спасти компанию - это избавиться от меня", - считает предприниматель. Он перечислил несколько имен руководителей Nissan, которых считает причастными к сговору, но отказался называть имена тех, кто якобы участвовал в его преследовании со стороны госаппарата Японии. "Я не хочу говорить что-либо, что навредит интересам граждан Ливана", - пояснил он.
Пока же журналисты гадают над тем, как бизнесмен сумел бежать в Ливан. Согласно самой популярной версии, Гона якобы вывезли на частном самолете в коробке из-под музыкального оборудования. Репортеры The Wall Street Journal даже заявили, что будто бы отыскали тот самый ящик и опубликовали его фото на своей страничке в Twitter. Такой сценарий имеет право на существование, учитывая любопытную практику японских таможенников, согласно которой по договоренности с пилотами багаж на частных самолетах могли не проверять. Теперь эту лавочку "прикрыли": сразу после побега Гона японские власти ввели обязательную проверку багажа частных джетов в четырех крупных международных аэропортах страны.
Напомним, что японская прокуратура арестовала Карлоса Гона 19 ноября 2018 года по подозрению в неполном декларировании своих доходов. Позже его отпустили под подписку о невыезде под залог в размере 1,5 миллиарда иен (14 миллионов долларов). Но едва подозреваемый пообещал встретиться с журналистами, его снова арестовали, на этот раз по подозрению в присвоении пяти миллионов долларов, переданных дочерней компанией Nissan иностранному партнеру. Чехарда с новыми обвинениями и залогами продолжалась пару месяцев, после чего Гона все же отпустили под домашний арест, под которым он содержался вплоть до 29 декабря, ожидая назначенного на грядущую весну суда.
![Главное](/images/star.png)
Церемония ввода в эксплуатацию газопровода «Турецкий поток»
Владимир Путин и Реджеп Тайип Эрдоган приняли участие в церемонии ввода в эксплуатацию газопровода «Турецкий поток».
Проект «Турецкий поток» представляет собой газопровод, состоящий из двух ниток мощностью 15,75 миллиарда кубометров газа в год каждая. Первая нитка предназначена для поставок российского газа турецким потребителям, вторая – для газоснабжения стран Южной и Юго-Восточной Европы.
На церемонии также присутствовали Президент Сербии Александр Вучич и Премьер-министр Болгарии Бойко Борисов.
* * *
Выступления на церемонии ввода в эксплуатацию газопровода «Турецкий поток»
В.Путин: Уважаемый господин Президент! Уважаемые господин Вучич, господин Борисов! Уважаемые депутаты парламента Турецкой Республики! Дамы и господа!
Все присутствующие на официальной церемонии запуска новой газовой магистрали трубопровода «Турецкий поток» являются свидетелями действительно важного события не только для России и Турции, но и для государств Южной Европы, для всего европейского континента. Только что наши министры об этом достаточно убедительно говорили.
Успешная реализация масштабного совместного проекта строительства трансчерноморского газопровода наглядно свидетельствует о том, что российско-турецкое стратегическое партнёрство дает значимые, осязаемые результаты.
Взаимодействие России и Турции поступательно развивается практически во всех сферах. Несмотря на непростую обстановку в мире и попытки ряда международных игроков помешать расширению взаимовыгодного сотрудничества между нашими странами, работа идет своим ходом.
Отмечу, что экспорт российского газа в Турцию осуществляется уже, не все об этом знают, 30 лет. Сначала по трансбалканскому газопроводу, затем по прямому, бестранзитному газопроводу «Голубой поток». Только в прошлом году турецким партнерам было поставлено 24 миллиарда кубических метров голубого топлива.
Теперь российский газ идет в Турцию и по новому маршруту, по «Турецкому потоку». Это во многом уникальная, беспрецедентная по своим параметрам глубоководная газотранспортная система. Проложены две параллельные ветки трубопровода мощностью почти 16 миллиардов кубометров газа каждая. Установлено, в том числе на более двухкилометровой глубине, свыше 1800 километров труб. Это сложная, тяжелая работа. Между прочим, это высокотехнологичная работа, ведь газопровод пролегает не только на такой огромной глубине, но и в абсолютно враждебной среде.
По первой нитке газ поступает из месторождений западной Сибири напрямую турецким партнерам. По второй пойдет транзитом через территорию Турции на Балканы, в том числе в Болгарию, Сербию, Грецию.
Повторю: таким образом поставки российского газа по «Турецкому потоку» без сомнения будут иметь большое значение не только для экономики Турции и черноморского региона, но и окажут позитивное влияние на развитие многих южно-европейских стран, будут способствовать повышению энергетической безопасности Европы в целом.
При прокладке «Турецкого потока» применялись, как я уже сказал, передовые инновационные технологии, что позволило обеспечить максимальную экономическую эффективность транспортировки газа, гарантировать безопасность и экологическую чистоту эксплуатации трубопровода.
Строители использовали самую современную технику и оборудование. При этом был установлен мировой рекорд в скорости подводного монтажа труб – более шести километров за одни сутки.
Хотел бы поблагодарить всех, кто реально трудился над проектированием и над сооружением этой газовой артерии: инженеров и строителей, работников российского «Газпрома» и турецкой акционерной трубопроводной компании «Боташ», а также сотрудников всех задействованных подрядных организаций.
Уважаемые друзья! Уважаемые коллеги!
Ваш высокий профессионализм, отличная, самоотверженная работа позволили осуществить проект «Турецкий поток» качественно и в срок. И, конечно же, хочу отдельно выразить признательность турецким властям, Президенту Турции за своевременную выдачу всех необходимых для строительства газопровода разрешений и лицензий. Просто еще раз хочу повторить то, что я говорил здесь в предыдущий раз: за политическую волю, проявленную руководством Турции при реализации проектов, имеющих национальное значение и отвечающих национальным интересам своей страны.
Уверен, что в будущем Россия и Турция реализуют еще много новых взаимовыгодных совместных проектов как в энергетической, так и в других областях. Сообща мы можем решать любые, самые сложные и амбициозные задачи на благо наших стран, наших народов, на благо наших соседей и партнеров. (Аплодисменты.)
И в заключение хотел бы вот еще что сказать: мы с вами живем в сложном мире, и, к сожалению, в регионе, в котором мы находимся, наблюдаются серьезные тенденции к обострению ситуации. А вот Турция и Россия показывают совсем другие примеры – пример взаимодействия и сотрудничества на благо наших народов и народов всей Европы, всего мира. Уверен, мы будем действовать так же и в будущем и будем добиваться новых успехов.
Благодарю вас за внимание.
Р.Т.Эрдоган (как переведено): Уважаемый господин Президент, уважаемый мой друг, господин Владимир Владимирович Путин!
Господин Президент Сербии, господин Вучич! Премьер-министр Болгарии господин Борисов! Уважаемые господа министры! Уважаемые гости! Дамы и господа!
Я приветствую всех вас от всей души, со всем моим уважением, со всей моей любовью.
Президент Российской Федерации, господин Владимир Владимирович Путин и его делегация, все гости, которые прибыли на церемонию открытия, добро пожаловать вам всем!
Мы от имени наших стран, от имени нашего региона очень счастливы видеть всех вас в рамках данной, очень важной для нас программы в Стамбуле. И прежде всего мы хотели бы сказать уже о 2020 годе, первую неделю которого мы уже прожили. Нашим народам, всему миру я желаю, чтобы этот год принес нам всех благ. И я в вашем лице приветствую всех наших друзей, поздравляю с Новым годом!
Между Российской Федерацией и Турцией близкое сотрудничество вылилось уже в последний проект подводного газопровода «Турецкий поток», и мы объединились здесь все вместе на открытии данного «Турецкого потока».
«Турецкий поток» – это проект, в который мы вместе с нашими российскими друзьями вложили огромные усилия. Как для обеих наших стран, так и с точки зрения всего нашего региона он является историческим проектом. Морская часть этого проекта завершена, уважаемый мой друг Владимир Владимирович Путин. В прошлом году в Стамбуле мы встретились на церемонии открытия, и уже прошел год.
Оглядываясь назад, мы видим, что мы с успехом завершили эту линию, а сейчас уже проводим ее открытие. Благодаря данному проекту 31,5 миллиарда кубических метров природного газа, 15,75 миллиарда кубических метров – без посредничества какой-либо страны, напрямую будет поставляться в нашу страну. Таким образом 15 миллионов человек будут осуществлять свои потребности в природном газе.
Проект «Турецкий поток» нашим странам, а также всем нашим друзьям, которые воспользуются этим проектов, я желаю, чтобы принес всех благ. И всех тех, кто вложил свои усилия в реализацию данного проекта, я, конечно же, поздравляю и благодарю.
Уважаемые друзья! Турция среди стран ОЭСР занимает 10 место с точки зрения крупнейшего по величине рынка энергетики. К сегодняшнему дню 81 область нашей страны полностью удовлетворила свой спрос на природный газ. 79 процентов нашего населения, а именно 53 миллиона граждан нашей страны активно используют природный газ. И эта цифра посредством инфраструктуры с каждым днем увеличивается.
Российская Федерация с точки зрения поставщиков природного газа является лидером для нашей страны. 33 года уже пошло, и приблизительно 400 миллиардов кубических метров природного газа было поставлено. Эта картина указывает на то, что мы развиваем наши отношения, наше сотрудничество во взаимовыгодном режиме. С точки зрения энергетики, наше сотрудничество прошло уже все экзамены, все тесты, и мы все их успешно преодолели.
Турции Российская Федерация с помощью данного проекта показала образцовое сотрудничество, и на основе этого проекта – новые проекты, новые успехи мы будем осуществлять и далее.
Страны Европы в рамках проекта получат российский газ по второй ветке, и мы видим, что они уже высказывают очень большой интерес.
Турция благодаря инвестициям в последние годы – и для стран региона тоже – стала центром торговли энергетическими ресурсами. Месяц назад мы с Президентом Азербайджана, моим братом Алиевым официально запустили в эксплуатацию один из стратегических трубопроводов TANAP.
«Шелковый путь» энергетики TANAP – 16 миллиардов кубических метров азербайджанского природного газа будет поступать в Турцию, в Европу. И в грядущие годы потенциал TANAP – 24 миллиарда кубических метров, и даст бог, затем достигнет 31 миллиарда кубических метров, мы планируем эти цифры.
Кроме того, опять же, новый спрос, новая реализация наших резервов на суше, на воде, поиски углеводородных ресурсов мы также продолжаем проводить, и нашей целью является сделать так, чтобы наша страна стала одним из глобальных энергетических центров.
Турция, конечно же, не хочет добиться какого-либо глобального напряжения. Нашей единственной целью является, чтобы наша страна, чтобы Турецкая Республика Северного Кипра защищали свои интересы. И каждый раз мы говорим, что в восточном Средиземном море ни один проект экономически, юридически, дипломатически не имеет возможности иначе быть осуществленным.
В Средиземноморье Турция владеет самым длинным побережьем, и в этом регионе, конечно же, мы имеем право говорить свое слово в отношении любого проекта. И здесь мы еще раз хотели бы призвать все страны побережья: приходите. В течение всей нашей истории Средиземноморье было колыбелью цивилизации. Давайте сделаем его центром сотрудничества.
Мы готовы сделать несколько шагов по отношению к тем, кто сделает шаг навстречу нам, и мы готовы к любым видам сотрудничества в этой связи, будь то TANAP, будь то «Турецкий поток», гордость за который мы сейчас переживаем. Наша страна, наше видение, конечно же, является именно примером в рамках таких проектов.
Автор названия «Турецкий поток» – мой друг Владимир Владимирович Путин. Чего мы ждем от наших соседей, от партнеров – чтобы они не отклонили руку, которая протягивается им.
Уважаемые гости из Российской Федерации. Установление дипломатических отношений мы уже празднуем в рамках столетия. Однако с нашим соседом, с Российской Федерацией, наши отношения намного более глубокие. Еще в Османские времена султан Баязид II еще с царем Иваном III уже налаживал отношения посредством письма, которое ему послал, и мы принимаем это за начало развития турецко-российских отношений, и таким образом отношения между двумя странами насчитывают более 500 лет.
Для географии Евразии два государства, сотрудничество, которое они развивают, является очень важным как для наших народов, так и для всего региона, и вы уже видите, какие конкретные результаты это уже принесло.
От наших российских друзей вся поддержка, которую мы получили, конечно же, незабываема. Во времена холодной войны, в самые тяжелые времена Россия и Турция не делали ничего и не позволили нарушить добрососедство между нашими странами. В последний период мы не позволили разным взглядам на какие-то вопросы помешать нашему взаимовыгодному сотрудничеству.
В 1980-х годах торговый оборот между нашими странами составлял 300–400 миллионов долларов, а сейчас мы говорим об этой цели: 100 миллиардов товарооборота между нашими странами.
И особенно в течение последних трех лет двусторонняя торговля между нашими странами постоянно нарастает. В туризме каждый год бьется новый рекорд. Наши строители в России осуществляют проектов на 75 миллиардов долларов. Наши совместные инвестиции уже превышают10 миллиардов долларов. Проект «Аккую» сейчас уже достиг очень важной стадии развития, и мы надеемся, даст Бог, проект, являющийся для наших стран очень важным, также будет завершен в соответствии с запланированными сроками.
И сейчас мы открываем газопровод «Турецкий поток». В новом периоде он станет символическим. Потенциал, которым мы владеем, мы уже полностью задействуем, и уже тогда все страны региона воспользуются добавочной ценностью, которая будет нами создана. Точно так же, как в русской пословице говорится: «Умный попутчик означает, что половина пути уже пройдена». И мы также говорим. Настолько, насколько важна сама дорога, сам путь, который мы проходим, так же важны и попутчики, с которыми мы идем по этому пути.
Турецко-российская дружба в последние годы уже много раз подтвердила это посредством совместных проектов. И мы надеемся, даст бог, также в грядущий период Турция и Россия – две соседние страны – будут продолжать со всей решимостью идти по одному пути как два добрых попутчика.
Уважаемые гости! Вы также отслеживаете то, что в последний период происходит в регионе. Мы сейчас переживаем очень болезненное время. Наш союзник США и наш сосед Иран – между ними продолжается напряженность, которая, конечно же, уже подошла к той точке, которой мы не хотели бы. Турция, конечно же, не хотела бы, чтобы Ирак, Сирия, Ливан, Персидский залив стали сценой войны. Как раз наоборот.
Наш сосед Ирак находится сейчас под угрозой потери стабильности, и, конечно же, для нас иракские туркмены, их благосостояние является важным, так же как и наших граждан. Арабы, турки, сунниты, шииты, всё население Ирака – это наши братья.
Турция в этой связи очень чувствительна. И мы уже ранее по различным поводам высказывали свою чувствительность. Приблизительно 30 лет уже Ирак переживает конфликты, пытается сохранить территориальную целостность, пытается, конечно же, добиться стабильности, и мы прилагаем к этому огромные усилия. В борьбе с PKK мы также поддерживали Ирак.
И для того, чтобы преодолеть раскол Ирака посредством террористических групп, мы протянули руку помощи Ираку. В те времена, когда звонил колокол войны, посредством всех дипломатических каналов, используя эти каналы, мы пытались снизить давление. И в этой связи в течение последней недели было проведено очень много телефонных разговоров с лидерами Ирака, также наш Министр иностранных дел сейчас проводит очень интенсивные переговоры. Наша цель – снизить напряженность, вернуть здравый смысл.
Наш регион в течение последних 20 лет вследствие конфликтов, которые происходят, уже истекает кровью. И, к сожалению, от Ирака до Сирии миллионы наших невинных братьев заплатили эту цену.
Мы хотели бы также сказать, что центр исламской цивилизации сейчас уже разрушен. Брат брату становится врагом. И вот в такой картине, конечно же, здесь больше всего воспользовались этим внешние силы. Наша география уже не должна позволить никому заставить платить новую цену. Весь регион начиная с Ирака мы не должны позволить сделать новым центром пожара, войны. Ни у кого нет такого права, и мы будем продолжать использовать нашу дипломатию, мы будем продолжать задействовать все возможности, которые у нас имеются, для того чтобы не позволить нашему региону стать регионом крови и слез.
В этот период Российская Федерация, уважаемый мой друг Владимир Владимирович Путин, мы постоянно находимся в диалоге. Мы будем постоянно находиться в диалоге и в переговорах. Уважаемые российские друзья, посредством их помощи, мы надеемся, даст бог, мы сможем преодолеть этот очень чувствительный, напряженный период.
Завершая свое выступление, отталкиваясь от этих соображений, еще раз хотел бы пожелать нашим странам, всему региону успехов от реализации нашего газопровода «Турецкий поток».
Уважаемый мой друг Владимир Владимирович Путин, его делегация, большое вам спасибо.
Уважаемые господин Вучич, господин Борисов! Большое спасибо, что вы разделили наше волнение с нами. И я еще раз приветствую всех вас с большой любовью и уважением.
![Главное](/images/star.png)
Выступления в ходе посещения командного пункта группировки Вооруженных Сил России в Сирии
В.Путин: Уважаемые товарищи, добрый день!
От всей души поздравляю всех военнослужащих российской группировки войск в Сирии с наступившим Новым годом и с Рождеством.
Вы встречаете эти праздники вдали от близких, от Родины, от родного дома. И вдали от дома защищаете наш родной дом, продолжаете борьбу с терроризмом.
За прошедший год сделано немало. Военнослужащие военной полиции успешно действуют на Голанских высотах, в Пальмире, Алеппо, других важных регионах Сирии. Летчики Воздушно-космических сил России ведут разведку и оказывают авиационную поддержку действиям сирийской армии.
Совместные действия позволяют ликвидировать наиболее опасных главарей. Эти задачи успешно решаются Силами специальных операций.
Личный состав Военно-Морского Флота у берегов Сирии продолжает успешно отстаивать наши национальные интересы в Средиземном море.
Особую благодарность выражаю военным медикам. В непростых условиях, порой с риском для жизни, они оказывают медицинскую помощь, проводят операции, спасают жизни людей.
Благодарю командование и личный состав российской группировки войск в Сирийской Арабской Республике за добросовестное исполнение своего воинского долга.
Россия, ваши близкие гордятся вами, желают вам всего самого доброго.
Хочу еще раз подчеркнуть, что здесь, в Сирии, вы решаете задачи не только помощи сирийскому народу в освобождении от террористических формирований и банд. Здесь, в Сирии, вы защищаете свой родной дом, не допуская инфильтрации боевиков в Россию и в соседние с нами государства.
Желаю вам мужества, успехов, здоровья. Благодарю вас за службу.
Б.Асад (как переведено): Господин Президент Владимир Путин! Мы Вас приветствуем в нашей столице, городе Дамаск.
Господа командующие всех различных тактических направлений, расположенных на территории Сирии! Мне очень приятно беседовать с вами через эту видеоконференцсвязь, и тем более находясь рядом с вашим Верховным Главнокомандующим Президентом Путиным.
Поздравляю вас и, конечно же, в вашем лице всех военнослужащих, находящихся здесь, на территории Сирии, со священным праздником Рождества Христова.
Возможные причины и последствия убийства Сулеймани
Американский авиаудар по второму человеку Ирана может ознаменовать начало нового, жесткого внешнеполитического курса Вашингтона, а может оказаться и просто предвыборной акцией Трампа
Фразу «Смерть Америке!» сегодня скандируют на улицах едва ли не всех крупных городов Ирана, но эта запись была сделана не там — митинг на несколько сотен человек провели прямо в зале заседаний меджлиса в Тегеране иранские парламентарии.
Как заявил в интервью CNN главный военный советник аятоллы Хаменеи Хасан Дехган, «ответ точно будет военным и точно по военным объектам» США. О возможностях Ирана рассказывает корреспондент CNN Том Форман.
«У Ирана есть сильная армия, поэтому они могут применить крылатые ракеты, мины и другие вооружения против танкеров в Ормузском проливе, заблокировав ключевую транспортную артерию региона, или против саудовских нефтяных месторождений. Ответ может быть и асимметричным — Иран может призвать шиитские группировки в Ираке, Сирии, Ливане и Йемене начать наступление на американские базы и позиции союзников. Вдобавок к этому Иран может начать, так сказать, экспортировать терроризм по всему миру. Таким образом, они смогут не вступать в прямой конфликт с Пентагоном и отрицать причастность к многочисленным небольшим атакам по различным целям по всему миру».
В Тегеране еще только обещают атаковать американские позиции в регионе, а удары по Белому дому уже наносятся. На острие политической атаки — конгрессмены-демократы и источники крупных СМИ. По их мнению, Дональд Трамп не имел права уничтожать иранского генерала без согласования с конгрессом, а оправдания про участие Сулеймани в подготовке «неизбежных» атак на американские базы и посольства ничем не подтверждены.
Как выразился лидирующий кандидат в президенты от демократов Джо Байден, Трамп «бросил шашку динамита в ящик с порохом». Действия Вашингтона анализирует директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко.
«Я думаю, что у Трампа есть несколько мотивов: а) пойти навстречу израильскому лобби; б) показать себя решительным президентом, который защищает граждан США; и третье — это отвлечение внимания от проблематики импичмента. Но опять же риск — это то, что база Трампа настроена на то, чтобы минимизировать внешнее участие в непонятных войнах за пределами Соединенных Штатов Америки. И если будут жертвы среди американских военных, не дай бог, гражданских, это, конечно же, будет ударять по базе Трампа. Поэтому, на мой взгляд, пока стратегия Трампа — удерживать все это в состоянии войны нервов, но без перехода в реальное военное столкновение».
В ответ на официальные заявления властей Ирана, неофициальные угрозы иранских источников в СМИ и общее понимание того, что оставить акцию Вашингтона без ответа было бы для Хасана Роухани политическим самоубийством, Трамп решил поднять ставки.
По словам президента США, на случай атаки Пентагон уже навел некие «новейшие вооружения» на 52 иранских объекта — и удары будут нанесены «очень быстро и очень мощно», без каких-либо раздумий. Сработают ли предостережения? Рассуждает генеральный директор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов.
«Официальная позиция Тегерана была такая, что они дадут ответ в нужное время в нужной форме, то есть Ирану сейчас объективно выгодно создавать некую патетическую неопределенность, чтобы поддерживать напряжение у американской стороны. Но американцам, конечно, выгодно сейчас демонстрировать свою декларативную готовность к максимальной эскалации, поэтому Трамп и говорит о 50 объектах. Конечно, это максимально широкий список, и это вряд ли на практике будет реализовано, поскольку удар по 50 объектам фактически означает начало большой войны».
Одним из промежуточных вариантов эскалации может стать иранская блокада Ормузского пролива, через который проходит около четверти мирового экспорта нефти и который американские власти называют «важнейшей нефтяной артерией мира». «Станет ли нефть главным оружием Ирана?» — задается вопросом колумнист Bloomberg. Пока нефтяные котировки переживают только небольшие шоки, но теперь, по мнению автора, угрозу трафику через Ормузский пролив нельзя игнорировать.
Что касается международной реакции на эскалацию — большинство государств, в том числе и Россия, призывают к сдержанности. Постпред России при международных организациях в Вене Михаил Ульянов выразил надежду, что кризис не затронет переговоры по иранской ядерной программе.
Евросоюз срочно пригласил в Брюссель главу МИД Ирана для обсуждения деэскалации. Наиболее воинственную позицию заняла Великобритания, где «понимают» решение Трампа и готовы подключить вооруженные «Томагавками» подлодки класса Astute к ударам по Ирану.
США уведомили правительство Ирака об ударе по Сулеймани за несколько минут до атаки. Разрешения на это Багдад не давал, заявил иракский премьер Адиль Абдул-Махди, требующий от парламента вывода американских военных из страны. Из-за обстрелов военных баз возглавляемая США международная антитеррористическая коалиция уже приостановила подготовку в Ираке бойцов местных сил безопасности.
Андрей Ромашков
Трамп пригрозил Ирану применением дорогостоящего вооружения в случае атак на военные базы США
Но после гибели Сулеймани «мяч находится на иранской стороне, все понимают, и американцы в том числе, что иранцы вынуждены будут отреагировать», считает эксперт Андрей Кортунов
Дональд Трамп пригрозил применить новое вооружение за 2 трлн долларов против Ирана в случае, если Тегеран предпримет атаку на американские военные базы. Об этом глава Белого дома заявил 5 января на своей странице в Twitter. Ранее Трамп сообщил, что США готовы «очень быстро и очень сильно» нанести удары по 52 иранским объектам в ответ на любое потенциальное нападение со стороны Тегерана.
В то же время The New York Times со ссылкой на источники в Минобороны и администрации США пишет, что Дональд Трамп санкционировал убийство Касема Сулеймани наперекор Пентагону, проигнорировав последние данные разведки, поступившие 30 декабря.
Согласно этим сведениям, на Ближнем Востоке ничего из ряда вон выходящего не происходило, включая разъезды Сулеймани. Более того, американская разведка пришла к выводу, что масштабные нападения на военных США, подготовку которых Вашингтон приписывает иранскому генералу, не являлись неминуемыми. Ситуацию комментирует политолог, директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко.
— Думаю, что у Трампа есть несколько мотивов. Это: а) пойти навстречу израильскому лобби; б) показать себя решительным президентом, который защищает граждан США; и третье — это отвлечение внимания от проблематики импичмента. Опять же риск — это то, что база Трампа настроена на то, чтобы минимизировать внешнее участие в непонятных войнах на площадках за пределами США. И если будут жертвы среди американских военных, не дай бог, гражданских, это, конечно, будет ударять по базе Трампа. Поэтому, на мой взгляд, пока стратегия Трампа — удерживать все это в состоянии войны нервов, но без перехода в реальное военное столкновение.
— The New York Times пишет, что Трамп не только с конгрессом не советовался, не предупреждал его никак, но и наперекор Пентагону это сделал.
— Думаю, что не советовались с конгрессом, потому что была бы утечка. Плюс это бы вызвало волну недовольства со стороны демократов. Собственно, мы и видим сейчас эту волну. Они не поддерживают действия Трампа. Поэтому, думаю, с политической точки зрения Трамп все сделал правильно. Издержки с конгрессом были бы гораздо выше, чем те плюсы, которые он получил в результате внезапного удара. Ну и напомню, что его убедили, что Сулеймани координировал атаки на американское посольство, на американских военных и что это будет адекватным возмездием.
Накануне, 4 января, в так называемой зеленой зоне Багдада, где расположены иностранные посольства и правительственные офисы, упало несколько ракет, сообщил канал «Аль-Арабия». Также обстрелу подверглась военная база Балад, которую использовали американские военные.
Согласно официальным данным, обстрел был неприцельным, никто из военнослужащих не пострадал. В Вашингтоне возложили ответственность за атаку на местные шиитские группировки. Вскоре после инцидента в столице самолеты коалиции обстреляли штаб ополчения на западе страны. О перспективах эскалации рассуждает профессор кафедры теории истории международных отношений РУДН Владимир Юртаев.
«Понятно, что Иран не заинтересован в том, чтобы лоб в лоб столкнуться с американской военной машиной. Да и кто на земле заинтересован в этом? Поэтому вопрос, видимо, риторический. Это все решает сейчас Трамп как президент США. И если он победит на выборах, он продолжит этим заниматься, это его ответственность. Превентивная дипломатия, превентивные войны — это доктрина, которой американцы пользуются активно последние 20 лет. Видимо, перешагнули красную черту, вышло это на персональный уровень, и нарушили фактически все международные правила, поэтому, конечно, ответ Ирана может быть очень неожиданным. Американцы просто должны понять, что они имеют дело с очень изощренным партнером. Поэтому сейчас Иран, скорее всего, не напрямую, косвенным образом будет оказывать давление на США, используя это в том числе, если удастся, пока говорить об этом преждевременно, чтобы удержать ситуацию с отзывом подписей США под иранской атомной программой. Потому что, конечно, никому не нужна новая эскалация напряженности вокруг Ирана именно по атомному основанию».
В то же время командующий вооруженными силами Ирана Абдулрахим Мусави заявил, что США не осмелятся нанести удары по 52 объектам в Иране. «Сомневаюсь, что им хватит смелости сделать это в ходе возможного конфликта в будущем», — сказал он, комментируя недавнее заявление Трампа.
Осуществит ли свои угрозы Трамп и каких ответных действий можно ожидать с иранской стороны? Ситуацию комментирует генеральный директор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов.
«Сейчас мяч находится на иранской стороне. Все понимают, и американцы в том числе, что иранцы вынуждены будут отреагировать. Набор вариантов ответных действий, которыми они располагают, достаточно широк. Это могут быть относительно символические шаги, скажем, нанесение или попытка нанесения какого-то удара по базовой американской инфраструктуре с помощью кибероружия. Это могут быть опосредованные удары, которые не затронут американских военных. Скажем, объектом для ответных действий может оказаться Саудовская Аравия с позиции в Йемене или Израиль из южного Ливана или даже из Сирии, где работают «Хезболла» и другие шиитские группировки. Но возможен и более серьезный ответ, то есть ответ непосредственно по американским военным. Американские военные находятся в двух точках, за исключением военных баз, до которых добраться труднее. Проще всего добраться до американцев, конечно, в Сирии и Ираке. Тем более что и в той и в другой стране у Ирана есть свои собственные возможности, есть союзные Ирану местные силы. Пока мы не знаем, как Иран отреагирует. Официальная позиция Тегерана была такая, что они дадут ответ в нужное время в нужной форме, то есть Ирану сейчас объективно выгодно создавать некую патетическую неопределенность, чтобы поддерживать напряжение у американской стороны. Но американцам, конечно, выгодно сейчас демонстрировать свою декларативную готовность к максимальной эскалации, поэтому Трамп и говорит о 50 объектах. Конечно, это максимально широкий список, и это вряд ли на практике будет реализовано, поскольку удар по 50 объектам фактически означает начало большой войны. Это, конечно, пока максималистские заявления, но то, что ситуация грозит эскалацией, может быть эскалацией, которую не хотела бы видеть ни одна из сторон, это очевидно».
Глава МИД Ирана Мохаммад Джавад Зариф написал в Twitter, что, если США нанесут удары по культурным объектам в Иране, это будет расценено как военное преступление. Зариф подчеркнул, что Трамп серьезно нарушил международное право, совершив «трусливые убийства», и теперь снова угрожает нарушить императивные нормы.
Как пишет Associated Press, США начали переброску более четырех тысяч военных на Ближний Восток. Около 700 человек направлены в Кувейт, скоро к ним присоединятся еще 3,5 тысячи десантников. Полностью переброска завершится в течение нескольких дней. Издание отмечает, что наращивание военного присутствия на Ближнем Востоке демонстрирует опасения США по поводу возможного ответа Ирана на убийство Касема Сулеймани.
Тело погибшего в Ираке иранского генерала 5 января доставлено в Тегеран. Государственная иранская телерадиокомпания IRIB опубликовала видеозапись того, как гроб, завернутый в иранский флаг, выгружают из самолета под звуки военного оркестра.
![Главное](/images/star.png)
Ирак может стать «стратегическим провалом» США на Ближнем Востоке
На территории Ирака Иран может воевать с США с помощью проиранских формирований самих иранских шиитов, считает руководитель центра «Европа-Ближний Восток» института Европы РАН, доктор политических наук Александр Шумилин.
Ирак может стать настоящим «стратегическим провалом» Вашингтона на Ближнем Востоке, отмечает эксперт. Именно поэтому госсекретарь США Майк Помпео отказался от запланированных поездок в европейские и азиатские страны и занялся ситуацией в Ираке. Под угрозой провала старания нескольких администраций в части осуществления трансформационной модели преобразования арабской страны из диктатуры в демократию. При работоспособности иракских демократических институтов опасения вызывают внутриполитические кризисы. Тем более, что многие из них вызваны растущим влиянием со стороны Ирана, считает Шумилин.
- Силовые структуры США и Ирана сталкиваются на территории третьей страны – Ирака, - пишет Александр Шумилин.
Так, в конце декабря боевики шиитской группировки «Катаиб Хизбалла» («Батальоны Хизбаллы») проверли обстрел ракетами американской военной базы Ат-Таджи к северу от Багдада. В ответ ВВС США нанесли удары по пяти базам «Катаиб» на территории Ирака и Сирии. После американский контингент снова был обстрелян, а посольство США в Багдаде начало частичную эвакуацию персонала. 31 декабря 2019-го по призыву шиитской группировки «Аль-Хадж аш-Шааби» активисты-единоверцы начали захват посольства США в Багдаде. Все закончилось на сожжении двух помещений. Из-за отпора охраны была дана команда удалиться.
В Ираке множатся чисто шиитские группировки. Это происходит на фоне поэтапного вывода войск США в 2010-2011 годах. Как и в Диване, в Ираке была создана военно-политическая группировка Хизбалла. Главным творцом этих ответвлений силовых структур Ирана в арабских странах стала организация «Аль-Кудс», подразделение Корпуса стражей исламской революции (КСИР), действовавшее под командованием ныне убитого американскими силовиками генерала Кесима Сулеймани. Эксперт отмечает, что послами «в три ключевые для иранских аятолл страны региона – Ирак, Сирия, Ливан – назначаются в последнее десятилетие главным образом генералы КСИР, а не сотрудники МИД».
Влияние Ирана, становящееся все шире и очевиднее, раздражает иракцев, чему свидетельствуют волны протестов.
- Нередко протестующие обвиняют спецслужбы Ирана в коррумпировании иракских чиновников и правительства в Багдаде в целом. И с этим связывают провалы политики правительства. Еще больше возмущает протестующих открытое вмешательство проиранских группировок в подавлении массовых протестов в Ираке. Не случайно Дональд Трамп призвал недавно иракцев выступить решительно против присутствия Ирана в их стране. А иранским аятоллам пообещал столь же решительно ответить на прорыв шиитских группировок на территорию посольства США в Багдаде, - пишет Александр Шумилин.
Эксперт указывает на то, что ответ США, обещанный главой «Белого дома», едва ли станет решительным, как и когда после обвинения Тегерана в ракетной атаке на нефтяные объекты Саудовской Аравии ответа так и не последовало. А вот лидеры КСИР подтверждают свои угрозы против США реальными шагами.
- Тем более в данной ситуации: почему бы и не повоевать с американцами на территории Ирака и с помощью проиранских формирований самих иракских шиитов, - заключает Шумилин.
На севере Эфиопии археологи обнаружили древний город, который был частью могущественной Аксумской империи, соперничавшей с Римом. Описание находок приведено в журнале Antiquity.
Аксумская империя в I-IX веках нашей эры, наряду с Римом, Персией и Китаем, была одной из самых могущественных стран мира, первым государством к югу от Сахары, где появилась собственная письменность и государственность, чеканилась своя монета. В IV веке здесь было официально принято христианство. Таким образом Аксум стал третьим, после Армении и Римской империи, государством, где христианство стало государственной религией.
Охватывая в период расцвета территории современных Эфиопии, Эритреи, Джибути, Сомали и часть Аравийского полуострова, это процветающее и разнородное по населению государство играло важную роль в торговле между Римской империей и древним Востоком.
"Это одна из важнейших древних цивилизаций, но люди о ней не знают, — приводятся в пресс-релизе слова первого автора статьи Майкла Харроуэра (Michael Harrower) из Университета Джона Хопкинса в Балтиморе (США). — За пределами Египта и Судана, это самое раннее сложное общество и крупная цивилизация в Африке".
Археологи из США, Эфиопии, Германии, Великобритании, Канады и Ливана начали раскопки на севере Эфиопии, в районе Йехи в 2009 году. Местные жители давно говорили, что под землей здесь находятся остатки древних сооружений, часть из которых была раскопана в 1970-х годах, но затем работы были приостановлены.
Раскопки 2011, 2012, 2015 и 2016 годов позволили обнаружить фрагменты каменных зданий, прослеживающиеся на глубину более трех метров от поверхности. Самое древнее из них датировано VIII веком до нашей эры, самое молодое — VII веком нашей эры. Исследователи назвали город Бета Самати, что означает "дом зрителей" на местном языке тигринья.
Ранние предметы свидетельствуют о политеистических верованиях жителей Бета Самати, на которые оказали сильное влияние традиции королевства Саба, располагавшегося на территории нынешнего Йемена. Однако после IV века преобладает христианская символика. Так, ученые обнаружили фундамент базилики IV века нашей эры, а неподалеку от него — каменный кулон с христианским крестом.
Команда также нашла кольцо в римском стиле, сделанное из медного сплава, покрытого сусальным золотом, с красным камнем сердоликом и выгравированным изображением головы быка над виноградной лозой или венком.
По мнению ученых, Бета Самати был шумным торговым и религиозным центром, расположенным между столицей — городом Аксум — и Красным морем. О том, что здесь процветала торговля, говорят находки средиземноморских амфор и стеклянной бусины с Ближнего Востока.
Радиоуглеродное датирование найденных предметов охватывает период с 771 года до нашей эры до 645 года нашей эры. Это значит, что город был обитаем в течение всего срока существования Аксумской империи — 1400 лет, а самые ранние предметы относятся еще к так называемому "доаксумскому" периоду.
И в этом, по мнению, авторов, заключается главное открытие, которое опровергает мнение о том, что перед появлением аксумской цивилизацией древние поселения пришли в упадок. Теперь же ясно, что Аксумское царство было прямым преемником предыдущих государственных образований.
"Наша работа показывает, что Бета Самати был крупным, густонаселенным поселением, расположенным в 6,5 километрах к северо-востоку от Йехи, центра политической власти самого раннего (доаксумского) сложного государства Африки к югу от Сахары", — пишут в статье авторы.
Эрдоган требует от России прекратить наступление в Идлибе
Анкара всеми силами пытается предотвратить разгром группировок террористов в Идлибе.
Выступая в Стамбуле, президент Турции Реджеп Эрдоган обвинил Россию и Сирию в том, что на турецкую территорию перемещаются из Идлиба 80 тысяч беженцев.
Эрдоган вновь требует от России прекращения нанесения бомбовых ударов в Идлибе. Он также призвал европейские страны остановить «насилие» в регионе, под чем он подразумевает уничтожение группировок «Аль-Кайды» (группировка запрещена в РФ), объединившимися с протурецкими боевиками.
Эрдоган заявил, что Турция старается прекратить российские бомбардировки Идлиба. Для этого он срочно направил в Москву свою делегацию, и пригрозил, что по итогам этих переговоров Турция определиться с дальнейшими шагами.
Российские ВКС вновь обеспечили правительственным войскам прорыв обороны террористов, были освобождены десятки населенных пунктов, и войска Ассада приблизились к городам Сарагеб и Маарет аль-Нуман, взятие которых возвращает контроль над стратегической трассой, связывающей Дамаск с крупнейшим городом страны Алеппо. Cирийские войска подошли к наблюдательному пункту турецких сил, превращенном в настоящую военную базу, под прикрытием которой скапливаются боевики.
Сирийцы обходят его с двух сторон, чтобы овладеть деревнями, окружающими город. Террористы приступили к атакам смертников, прорывающихся на бронированных груженных взрывчаткой автомобилях к правительственным войскам. Террористов в Идлибе поддержала израильская авиация, которая с территории Ливана вновь нанесла ракетный удар по окрестностям Дамаска, но в этот раз хорошо сработала сирийская ПВО, уничтожив ракеты противника, который никак не осмелится объявить открытую войну Дамаску и Ирану.
Турция между тем остается основной опорой антиправительственной оппозиции в Сирии и на захваченной сирийской территории Идлиба оборудовала 12 опорных пунктов.
Николай Иванов
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter