Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Павел Сорокин: Падение цен на нефть в среднесрочной перспективе маловероятно, спрос будет расти

В Петербурге заканчивает работу Международный экономический форум. В выездной студии Business FM побывал руководитель аналитического центра министерства энергетики Павел Сорокин. С ним беседовал главный редактор Илья Копелевич:

Естественно, первый вопрос о ценах на нефть и конъюнктуре. Сейчас цены в диапазоне 50-56 долларов, насколько это устойчивый уровень? Как измерить риск снижения до 40 долларов, а то и еще ниже?

Павел Сорокин: Действительно, сейчас цены стабилизировались в диапазоне 50-56 долларов, мы все видели, какие события этому предшествовали: страны ОПЕК и не ОПЕК собрались в декабре, приняли решение добровольно ограничить свою добычу с целью не допустить дальнейшей разбалансировки рынка. Но здесь, чтобы понять, что происходит, нужно чуть-чуть вернуться года на три назад и посмотреть, как развивалась ситуация. Рынок нефтяной цикличен. Соответственно, идет цикл, когда люди инвестируют, когда может не хватать добычи по той причине, что спрос растет, а добыча чуть не успевает, или влияют какие-то другие события, но при этом цена возрастает. Это дает компаниям дополнительные средства для инвестирования. Раньше было так, что время запуска проектов — от принятия инвестиционного решения до поступления нефти на рынок — было пять-восемь лет, поэтому цикл был долгий. Но технологии меняются, технологии развиваются. Например, те же «сланцевики» в США, ставшие во многом причиной нефтяного коллапса, который мы сейчас наблюдаем, последние 20 лет очень сильно отрабатывали технологию. Там высокая конкуренция, доступность финансирования, доступный интеллектуальный ресурс в Техасе и вообще в Штатах. Симбиоз этих факторов привел к достаточно большому прорыву. Плюс пять лет с ценой на нефть около 100 долларов дало все необходимые финансовые ресурсы.

Рынок стал эластичным, как учат в учебниках? То есть при повышении спроса предложение растет немедленно.

Павел Сорокин: Абсолютно. Нефтяной рынок — это одна из идеальных иллюстраций именно к учебникам по экономике, потому что здесь есть все условия рынка: большое количество игроков, некий коммодити, который доступен.

И эластичный, потому что быстро откликается на предложение, быстро следует за спросом.

Павел Сорокин: Особенно теперь.

Значит, все изменилось. Если не пять-восемь лет, то сколько теперь будет длиться цикл, когда вводятся новые мощности при повышении цены?

Павел Сорокин: Это все очень быстро меняется, но опять же возьмем пример с 2014 по 2016 годы. «Сланцевики» отреагировали в «минус», то есть начали снижаться где-то через год с небольшим после того, как цены пошли вниз. После того, как цены частично начали восстанавливаться в 2016 году из-за непредвиденных обстоятельств, таких, как пожар в Канаде, проблемы в Ираке, Ливии, Нигерии, время отклика стало шесть-девять месяцев.

Хорошо, уже почти полгода как цены выше 50 долларов, соответственно, то, что мы видим сейчас, уровни добычи сланцевой нефти — это потолок для этих цен?

Павел Сорокин: Технологии улучшаются. Сланцевые производители постоянно увеличивают эффективность своей добычи, унифицируя эффективность операций. Но тут важно понимать — в последние два года мы наблюдали резкое падение спроса на нефтесервисные услуги из-за снижения активности, поэтому падала и цена. У нас было улучшение технологий, рост, удлинение, например, боковых стволов, удлинение горизонтальной части, более эффективный ГРП, росла эффективность бурения, и падали цены на нефтесервис. Из-за этого цена безубыточности очень сильно упала. Сейчас, если мы посмотрим на статистику, рост эффективности замедлился. Последние два-три месяца цены находятся примерно на одном уровне, а стоимость нефтесервиса стала расти. В этом году на различные услуги в Штатах можно ожидать рост цены от 10 до 30%. Это означает, что точка безубыточности, скорее всего, либо стабилизируется на текущем уровне, либо вырастет. То есть вечно такой рост продолжаться в Штатах вряд ли будет.

Исходя из выше сказанного, я делаю вывод, что нынешняя цена имеет достаточные шансы продержаться стабильно, она при данном уровне спроса суммарного обеспечивает баланс спроса и предложения.

Павел Сорокин: При текущей конъюнктуре, возможно, спрос каждый год будет расти на 1,1 — 1,3 млн баррелей в сутки, это тоже достаточно динамичная величина. И также надо не забывать, что последние три года отрасль очень сильно недосчиталась инвестиций из-за этого падения. Эффект виден не сразу, потому что это крупные проекты, темпы падения на традиционных месторождениях будут ускоряться, и где-то через пять лет тот объем нефти, который нам предстоит индустрии возместить, в том числе и за счет роста спроса, и за счет падения традиционных месторождений, будет достаточно большим.

В общем, падение цен на нефть, скорее, маловероятно, подытоживая то, что вы сейчас квалифицированно, научно описали?

Павел Сорокин: Фундаментально в среднесрочной перспективе — да, краткосрочно, конечно, возможны любые колебания, мы видим, какой нервный рынок.

Хорошо, ведь большую роль еще играет, заключат или нет соглашение в ОПЕК, а еще может вернуться на рынок, и, как я слышал, возвращается на рынок Ливия, которая тоже предоставляет серьезный объем, и пока она не участвовала ни в каких этих сделках. Насколько сильны эти факторы в действительности? Что было бы, если бы не было соглашения ОПЕК?

Павел Сорокин: Если бы не было соглашения ОПЕК, то сейчас на рынке было бы дополнительно как минимум 1,8 млн баррелей в сутки, и рынок был бы в большом профиците. То есть, скорее всего...

Была бы ценовая война с бесконечным движением вниз, вплоть до демпинга...

Павел Сорокин: Я бы, наверное, не стал использовать термин «ценовая война», потому что все бы производили, что могут, а дальше уже рынок регулировал. Рано или поздно неэффективные производители, конечно, отвалились бы.

Мы же видели, как саудиты полтора года назад просто понижали и понижали цены.

Павел Сорокин: Все наращивали в тот момент добычу на самом деле. Они не понижали цену, они просто оставляли свою добычу на рынке, а дальше включается естественный рыночный процесс: если у вас предложение продукта больше, чем спрос на него, то самые дорогие, в тот момент «сланцевики», начинают отваливаться, потому что не могут выдержать конкуренции. И этот процесс мы идеально наблюдали. Опять же все прямо по учебнику. Но они улучшили эффективность по ряду причин и теперь находятся не сверху кривой предложения от себестоимости, а где-то в середине ее. Отваливаться сейчас будут другие, скорее всего, глубоководные новые проекты по нефтяным пескам, вот для них нужна будет более высокая цена. И на тот момент, когда спрос вырастет настолько, что сланцевые месторождения и дешевые источники не смогут его удовлетворять, цена уже будет передвигаться выше.

Еще раз все-таки вернемся к простому вопросу: насколько критично для цен на нефть соглашение ОПЕК и его продление?

Павел Сорокин: Соглашение крайне важно для того, чтобы сбалансировать рынок, потому что дает возможность спросу подтянуться и избежать дестабилизации рынка. А за то время, что оно действует с учетом продления, спрос вырастет на 1,3 и 1,4 млн баррелей в сутки. Это дополнительно будет убирать профицит с рынка.

Так можно предположить, что еще в течение года как минимум оно критично, и в случае его распада могут наступить большие броски по ценам?

Павел Сорокин: Да, безусловно, потому что у рынка тогда исчезнет и уверенность в завтрашнем дне, и неизвестно, кто как себя поведет, кто будет какую политику проводить — это раз. И два — американские производители, если цена упадет, не будут прекращать добывать в тот же момент, план — шесть-девять месяцев.

Возвращение Ливии на рынок способно разрушить конструкцию?

Павел Сорокин: Ситуация в Ливии крайней не стабильна.

Это мы знаем, но все-таки там начинается добыча.

Павел Сорокин: Мы уже несколько раз за последние шесть месяцев видели всплески добычи, потом резкое падение ниже октябрьского уровня, поэтому про Ливию сейчас тяжело говорить, тяжело что-то прогнозировать, там просто ситуация непрогнозируемая.

Спасибо. Руководитель аналитического центра Министерства энергетики России Павел Сорокин.

Павел Сорокин: Спасибо.

США. Саудовская Аравия. Ливия. Весь мир. Россия > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 3 июня 2017 > № 2205087 Павел Сорокин

Алексей БУЛДАКОВ: «Родину надо любить тихо».

У каждого популярного актёра есть своя «визитная карточка» – роль, ставшая звёздной в его карьере. Так, для Вячеслава Тихонова – это был Штирлиц, для Анатолия Кузнецова – товарищ Сухов, для Александра Демьяненко – Шурик. А для Алексея Булдакова такой «визиткой» стала роль генерала Иволгина (Михалыча) в комедии «Особенности национальной охоты».

Образ генерала настолько крепко «прилип» к нему, что все остальные роли, а их у актёра почти полторы сотни, как-то отошли на второй план. Мы посчитали это несправедливым и решили расспросить Алексея Ивановича о его отношении к сложившейся ситуации, а заодно узнать о жизни и творческих планах.

Итак, в гостях у журнала «Содружество» – народный артист России Алексей Булдаков.

Алексей Иванович Булдаков родился 26 марта 1951 года в селе Макаровка Ключевского района Алтайского края. Затем семья переехала в Павлодар. Работал на Павлодарском тракторном заводе. Занимался боксом и классической борьбой.

В 1969 году окончил театральную студию при Павлодарском драматическом театре имени А.П. Чехова.

До 1976 года служил в театрах Павлодара, Томска, Рязани, до 1982 года – в Карагандинском областном русском драматическом театре имени К.С. Станиславского.

С 1985 по 1993 год – актёр Театра-студии киностудии «Беларусьфильм».

В кино начал сниматься с 1979 года. Широкую известность и по-настоящему народную любовь принесла роль генерала Иволгина в фильме «Особенности национальной охоты», который вышел на экраны в 1995 году.

На сегодняшний день в фильмографии актёра – около 140 киноработ.

В 1989 году удостоен почётного звания «Заслуженный артист Российской Федерации», в 1999 году – «Народный артист Российской Федерации».

– Алексей Иванович, Ваш знаменитый земляк Михаил Евдокимов некогда пел: «Я памятью полон вчерашнею / И помню на каждом шагу, / Что вскормлен алтайскою пашнею / И вечно пред нею в долгу». Несмотря на то, что Вы жили в разных городах страны и уже давно живёте в Москве, чувствуете ли долг перед малой родиной?

– Да, безусловно. Хотя бы даже потому, что редко там бываю. Считаю, что это плохо.

– А есть к кому приезжать?

– А как же! У меня там двоюродные братья. Да и вообще вся деревня – практически родня.

Алтайская земля меня взрастила, и я питаюсь от неё, даже находясь в отдалении. Жена порой удивляется, когда я захожусь от хохота, пересматривая выступления Миши Евдокимова. А я не могу сдержаться, поскольку то, о чём он говорил, мне очень близко, я это всё просто нутром чувствую. И говор алтайских мужиков, и их проблемы...

– Для многих актёрская профессия – это слава, статус, солидные гонорары. Но есть у этой медали и оборотная сторона. Как Вы считаете, какие негативные моменты сопровождают жизнь артистов?

– Слава, гонорары, поклонники – всё это наносное. Или, как говорил Жан-Жак Руссо, «суета и томление духа». Когда был молодой, мне это нравилось, но постепенно пришёл к выводу: главное – в том, чтобы получать удовлетворение от своей профессии и быть уверенным в правильности своего выбора.

Когда я осваивал актёрскую специальность, у нас каждый учебный год начинался с того, что руководитель курса спрашивал:

«Точно вы выбрали ту профессию? Уверены в этом?» За что я ему благодарен.

Курс у нас был достаточно большой – 26 человек. А выпускалось всего шестеро. Из них в кино остались, пожалуй, только я и Толя Узденский (народный артист России Анатолий Ефимович Узденский – прим. авт.).

И ещё в театре работает актриса Роза Азизова. Вот, пожалуй, и все с нашего курса.

Это я к тому, что, возможно, кто-то и приходит в профессию за славой, за гонорарами, но эти люди постепенно отсеиваются. Ведь сказать правду самому себе всегда тяжело. Даже в подушку. Хотя говорить надо.

– У Вас получается?

– Получается. Даже жена меня иногда спрашивает: «Почему ты не смотришь свои фильмы?» Я обычно отвечаю: «Расстраиваться не хочу». И тут я не кокетничаю. На самом деле редко бывает, когда я себя хвалю, когда чувствую, что задача выполнена и попадание точное. А обычно сижу и думаю: «Не так надо было». А с другой стороны, народу-то нравится (смеётся).

– У многих замечательных актёров их «звёздная» роль оказывается впоследствии их проклятием, потому что режиссёры и зрители видят лишь только этот один-единственный образ. У Вас не было проблем с избавлением от генеральских лампасов после цикла фильмов «Особенности национальной…»?

– Были. И до сих пор есть.

Я уже много раз говорил, но, пожалуй, повторюсь. У меня есть роли, за которые я отвечаю. Считаю, что они с профессиональной точки зрения сделаны почти безупречно. Во всяком случае, мне за них не стыдно. Но вот генерал мне всю творческую биографию подпортил. Режиссёры порой так и говорят: «Алексей, мы боимся ассоциаций». Я отвечаю: «Ну это же глупо. Тащить роль из одного фильма в другой». Если это, не дай бог, когда-нибудь случится, я просто уйду из профессии. Как можно пользоваться одним и тем же? Но я уже понял, что мне от этого не избавиться.

Помните Александра Демьяненко? Сколько у него ролей! И каких ролей! И всё равно все его знали как Шурика.

Никогда не забуду, начало 90-х годов, мы приехали на кинофестиваль в Тверь, тогда этот город ещё назывался Калининым. И как раз Демьяненко получил телеграмму из министерства культуры о присвоении ему звания народного артиста. Он собрал коллег, чтобы отметить это событие. Посидели, а потом пошли гулять по вечернему городу. Вдруг его увидели поклонники и закричали: «Ой, Шурик, Шурик идёт!» Седой человек, за плечами – сотни ролей… И вдруг «Шурик»! Я смотрю, он прямо в лице изменился…

– А как Вы сами реагируете, когда Вас одаривают подобными приветствиями? Кстати, что обычно говорят?

– Михалыч, конечно (улыбается). Да никак уже не реагирую. Я понял, что бесполезно сопротивляться и смирился с этим.

– Вы как-то заявили, что делали своего Михалыча с генерала Александра Лебедя. Вы были с ним лично знакомы?

– Мы познакомились уже после выхода фильма. Как-то под Новый год нас свели журналисты. Я у него сразу поинтересовался впечатлением о фильме. Он мне сказал: «Знаешь, Иваныч, я тогда этот фильм воспринял как издёвку. Он вышел как раз в то время, когда меня сняли с должности секретаря СНБО (Совет национальной безопасности и обороны России – прим. авт.). Вокруг фильма начался ажиотаж. Я тоже решил посмотреть. Купил кассету, поставил…» «Ну, и как ощущения?» – спрашиваю. «В одном месте чуть не расплакался, – отвечает, – настолько похож!» С этого момента у нас завязалась по-настоящему мужская дружба.

Пресса его выставляла этаким солдафоном – «упал – отжался». Я, когда слышал такое, всегда говорил, что это неправда. Он был очень начитанный, умный человек, с хорошим чувством юмора, с самоиронией. Беседовать с ним было одно удовольствие. И главное – честный! Честь мундира для него была превыше всего.

– За свою актёрскую карьеру Вы сыграли много людей в погонах, всецело отдаваясь роли. Приходилось ли в связи с этим испытывать какие-то трудности, сомнения?

– Ну вот, если помните, был такая картина «В лесах под Ковелем», где я играл генерала Фёдорова. Это дважды Герой Советского Союза, партизан, я был лично с ним знаком. Сценарий, который написал кто-то из его приближённых, показался мне слабоватым. Как актёру мне хотелось, чтобы в фильме было больше человеческих взаимоотношений. Ведь партизанский отряд – это совсем другая жизнь, постоянное напряжение.

Хотя потом, когда уже фильм вышел на экраны, Фёдоров сказал, что его многие играли, но так, как сыграл Алексей Иванович… Хотя сам я не очень был удовлетворён работой. Но это скорее из-за слабой драматургии.

– Какой отпечаток на Вашу семью и, может быть, на Вас лично наложила Великая Отечественная война?

– У меня отец воевал, под Москвой. Пулемётчиком был, первым номером. О ручном пулемёте Дегтярёва слышали, конечно. Вот им он и бил врага.

В 1942-м отца контузило. Он мне рассказывал, как это произошло. Шли они ротой, и вдруг команда «Воздух!» Он успел отскочить и залечь. Но рядом как ахнуло, и его завалило землёй. Очнулся уже в госпитале. После излечения отца комиссовали. С войны он вернулся с медалью «За отвагу» и орденом Красной звезды. Кстати, любовь к стрелковому оружию у меня, видно, от него, люблю пострелять (смеётся).

– Какой из созданных Вами кинообразов наиболее близок именно Вашему характеру?

– Трудно так сходу сказать… Их уже более ста сорока. Ну, пожалуй, в фильме «Кому на Руси жить». Тяжёлый фильм, но я бы его отметил. Мне в нём довелось сыграть главную роль. Считаю, что это очень хорошая работа.

– Вы сказали, что снялись уже более чем в 140 фильмах и, собственно, стали широко известны благодаря «голубому экрану». Но тем не менее не раз приходилось слышать Ваши слова, что не кино Вас сделало артистом, а театр. Почему?

– Да, это так. Я и молодёжь наставляю: «Хотите научиться профессии актёра – идите в театр. А кино от вас никуда не уйдёт. Если вы талантливый, вас обязательно заметят и пригласят».

Профессия артиста сродни профессии спортсмена – нужен постоянный тренинг. Не физический, естественно, а внутренний. Надо сидеть над ролью, читать, проговаривать, философствовать. Работа над ролью – это очень серьёзный и в то же время интересный процесс. Именно в театре. А в кино – это эксплуатация твоего таланта, внешности и так далее.

– Меня всегда удивляло, как актёры умудряются заучивать такие большие тексты?

– Ну что вы! Это же целая наука! Сначала режиссёр читает труппе пьесу. Потом разбираем по ролям. Начинаем проговаривать каждую сцену, по событиям, по взаимоотношениям. Затем «встаём на ноги», начинаем ходить по площадке. Дальше отыгрываем первый акт, второй. Потом идём на сцену. Это достаточно сложный процесс. И не за один день делается.

– Случалось ли Вам забывать во время спектакля слова?

– Конечно, бывало. И самый лучший выход в такой ситуации, это замолчать. Потому что если начнёшь выкручиваться, такого наговоришь!

Это Лёва Дуров (народный артист СССР Лев Константинович Дуров – прим. авт.) мне как-то рассказывал. С ним работал актёр, фамилию уже не помню, так он в одном слове четыре ошибки делал. Может от зажима, не знаю. Вот Дуров в главной роли, у него монолог, в котором есть реплика, адресованная партнёру: «Это вы, вы во всём виноваты!» Партнёр должен вопрошать: «Я?» Во время спектакля идёт этот диалог, Дуров произносит фразу: «Это вы, вы во всём виноваты!» И вдруг его партнёр выпаливает: «Мна?» Ну что тут можно сказать?

Или Ефремов (народный артист СССР Олег Николаевич Ефремов – прим. авт.) – ещё во МХАТе, в главной роли. С ним в одном спектакле – Евстигнеев (народный артист СССР Евгений Александрович Евстигнеев – прим. авт.). И Ефремов должен заканчивать свой монолог фразой: «Я отвечаю за вас и за всех!» После чего вступал Евстигнеев. И вдруг на спектакле он выдаёт: «Я отвечаю за вас и за свет!» Евстигнеев говорит: «Да? А за газ?»

В общем, выкручиваются. Их много, таких оговорок. Я знаю, что в Малом театре даже книга выходила с такими вот казусами.

– Некогда судьба Вас связала с Казахстаном, где Вы покоряли сначала театральные подмостки Павлодара, а потом Караганды. Насколько гладко проходило Ваше актёрское становление?

– Мне, как говорится, грех жаловаться на какие-то творческие неудобства. Не могу сказать, что мне не везло, не давали ролей, что было как-то тяжело. Нет. Что давали, то и играл. Причём играл в разных жанрах – драмы, трагедии, мелодрамы, комедии. У меня был свой зритель. Это очень важно, когда у актёра в театре формируется свой зритель. Ведь идут чаще всего именно на актёров.

А потом был Томск, затем – Рязань. И тоже вроде бы всё нормально. Но наступал момент, когда я говорил себе: «Поеду!» Куда поеду? Зачем? Просто подавал заявление и уезжал.

– Не хватало самореализации?

– Да, чувствовал, что чего-то не хватает. Не то чтобы непременно рвался в Москву, нет, Москва – это последний редут.

В Питере был, и в Театре-студии киноактёра в Белоруссии. Семь лет там служил, и очень неплохо.

Как ни странно, в этот период как раз на студии «Беларусьфильм» я почти не снимался. Мотался по всем киностудиям страны, а здесь у меня не заладилось. Если говорить именно о серьёзных работах. Второстепенные роли, конечно, были, например, в фильме «Хотите любите, хотите – нет». Но, как я понимаю, для того времени это было нормально. Например, питерских артистов тащили на «Мосфильм» и наоборот. Происходил такой взаимообмен.

В общем, всякое было. Одно время и жить было негде, скитался по вокзалам, аэропортам. На Московском вокзале в Питере бомжи меня держали за своего. Я на «Ленфильм» поехал сниматься, когда ушёл из рязанского театра. Ни денег, ни прописки. Милиция меня тоже сначала за бомжа принимала, но потом вышел мой первый фильм, и меня начали узнавать. Кто-то из милиционеров даже рекомендовал какую-то недорогую гостиницу. Я отвечал:

«С удовольствием бы, да денег нет». Так что с милицией я дружил, как в аэропорту, так и на вокзале.

– Не оттуда ли корни Вашего персонажа из сериала «Москва. Три вокзала»?

– Да. Над этой ролью я с удовольствием работал и работаю. Бомжей в моей творческой биографии до неё не было. Я для этого персонажа сам многое придумал. Зачастую то, что пишут сценаристы, играть неинтересно. Одно и то же из сериала в сериал. А мне хотелось сыграть живого человека.

Мы отсняли уже восемь сезонов. Сейчас, правда, встали – денег нет.

– Можете что-то ещё назвать из свежих работ?

– В «Леснике» сейчас играем с Толей Котенёвым (заслуженный артист Республики Беларусь Анатолий Владимирович Котенёв. Интервью с Анатолием Котенёвым было опубликовано в № 4 журнала «Содружество» за 2016 год – прим. авт.). Там, кстати, тоже есть претензии к сценаристам. Действие происходит в некой деревне Сосновка, так вот, такое ощущение, что эта захолустная деревушка является центром криминала всей России. Кого там только нет! Золотокопатели какие-то, лесорубы, наркоманы и так далее.

Я уже предлагал, давайте про деревню расскажем. Мне и многие поклонники говорят: «Алексей Иванович, так нравится, когда просто, о деревенской жизни». А у нас – сплошные убийства.

С другой стороны, кто платит, тот и музыку заказывает.

– С годами теряется энергичность, импульсивность. Не мешает ли это Вам строить творческие планы, видеть профессиональные перспективы?

– К сожалению, у нас профессия такая, где не мы выбираем, а нас выбирают. О каких творческих планах можно говорить? Вот я, например, с удовольствием сыграл бы Понтия Пилата, но никто ж не предлагает. «Мастер и Маргарита» – моя любимая книга. Я её постоянно перечитываю. Каждый раз нахожу в ней что-то новое. Мне интересна внутренняя борьба в человеке, движение его души.

– А кого бы ещё хотелось бы сыграть?

– Иуду хотел бы сыграть. Ведь Иуда был любимейшим учеником Христа. И он же его и предал. Почему? Что им двигало? Вот, что интересно. И, кстати, сколько параллелей можно провести с днём сегодняшним. У нас сейчас тоже – деньги получат и на Болотную. Дело даже не в том, что они свою душу продают. Но страну-то зачем продавать? Она-то что вам плохого сделала?

Ну, что ещё? Очень люблю Островского. У него столько современного! Естественно, Чехова... Достоевского... Много чего!

– И в заключение, что бы Вы пожелали сотрудникам органов внутренних дел России и бывших советских республик?

– Хотелось бы отметить, что органы внутренних дел стали работать более профессионально, так сказать, на опережение. Опять же, технические возможности возросли. Поэтому хотелось бы пожелать не сбавлять темпов.

Как точно сказал этот парень из Дагестана: «Работайте, братья!» Какой молодец! Да, надо работать. Если мы хотим жить в нормальной, демократичной стране. То же самое относится и к другим республикам.

Родину надо любить тихо. Каждый на своём месте должен приносить ей пользу!

Игорь Алексеев

Россия. ЦФО. СФО > Армия, полиция. СМИ, ИТ > mvd.ru, 3 июня 2017 > № 2199345 Алексей Булдаков

Церемония имянаречения танкера «Кристоф де Маржери».

Владимир Путин присутствовал на церемонии имянаречения арктического танкера-газовоза «Кристоф де Маржери», флагмана в линейке из пятнадцати подобных судов. Мероприятие состоялось в глубоководном порту Санкт-Петербурга Бронка.

В церемонии участвовали Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко, Министр энергетики Александр Новак, Министр транспорта Максим Соколов, Министр экономического развития Максим Орешкин, глава «Новатэка» Леонид Михельсон, президент концерна «Тоталь» Патрик Пуянне, члены семьи Кристофа де Маржери.

Танкер предназначен для круглогодичной транспортировки сжиженного природного газа (СПГ) в сложных условиях Карского моря в рамках проекта «Ямал СПГ». Данный проект предполагает освоение Южно-Тамбейского газоконденсатного месторождения со строительством завода мощностью 16,5 миллиона тонн СПГ в год.

Судно будет носить имя французского предпринимателя, бывшего главы энергетического концерна «Тоталь» Кристофа де Маржери, трагически погибшего в 2014 году в авиакатастрофе в московском аэропорту Внуково.

* * *

В.Путин: Уважаемые друзья, добрый день!

Очень рад приветствовать всех вас на сегодняшней торжественной церемонии присвоения имени новому арктическому танкеру компании «Совкомфлот». В марте он впервые прибыл в российский порт Сабетта на Севере после успешного прохождения ледовых испытаний.

Отныне это современное судно будет носить имя французского предпринимателя, настоящего, большого друга нашей страны, друга России, – Кристофа де Маржери.

Он обладал особым стратегическим видением, много сделал для укрепления дружеских, партнёрских связей с Россией, способствовал реализации целого ряда крупных совместных проектов в энергетической сфере.

Название корабля – в его честь. И это ещё один символ нашего искреннего, доброго отношения к этому выдающемуся человеку и дань его памяти.

Самый современный танкер высокого ледового класса «Кристоф де Маржери» станет флагманом в линейке из пятнадцати подобных кораблей. Все они предназначены для масштабного проекта «Ямал СПГ», который мы реализуем совместно с французскими и китайскими партнёрами.

Отмечу, что этот проект, без преувеличения, значим не только для нашей страны, да и, пожалуй, не только для Европы: этот проект в целом является весьма существенным вкладом в развитие мировой энергетики.

Он способствует успешному освоению глобальных пространств, формирует спрос на инновационные технологии в области добычи и транспортировки углеводородов, создаёт рабочие места в нашей стране и за рубежом.

Важную роль «Ямал СПГ» играет в развитии Северного морского пути, в изучении и освоении Арктики. Надеюсь, что темпы реализации проекта будут расти, а все наши общие намеченные планы будут, безусловно, выполнены.

И конечно, рассчитываю, что в богатейшем Арктическом регионе будут запущены новые, перспективные, масштабные проекты, в том числе в сотрудничестве с нашими французскими, китайскими, вообще иностранными партнёрами.

Ещё раз поздравляю всех с сегодняшним торжественным событием и желаю дальнейших успехов, всего самого доброго всем нашим друзьям.

Большое спасибо за внимание.

Россия. Франция. СЗФО > Судостроение, машиностроение. Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 3 июня 2017 > № 2198818 Владимир Путин

Максим Орешкин: Россия должна заслужить крепкий рубль

Россия стала страной номер один для инвесторов, вливающих деньги в развивающиеся рынки. Именно этим объясняются сильные позиции рубля в настоящий момент. Об этом в интервью «Коммерсантъ FM» заявил министр экономического развития Максим Орешкин. В специальной студии радио новостей на Петербургском экономическом форуме с ним беседовали обозреватели Олег Богданов и Дмитрий Дризе.

Дмитрий Дризе: Девизом этого форума можно считать фразу о том, что президент «заболел» цифровизацией. Наверное, уже даны указания правительству, в том числе и вашему министерству. Есть ли уже какая-то конкретика, что с сегодняшнего дня меняется в нашей жизни?

Максим Орешкин: На самом деле, по программе цифровой экономики правительство работает уже с послания президента прошлого года. В декабре было дано поручение, разрабатывались программы, у нас есть даже специальное направление – «умная экономика». О чем идет речь? В первую очередь — о создании прочного фундамента. Нужно законодательство, инфраструктура, все, что связано с безопасностью — то, что будет обеспечивать фундамент для роста частного бизнеса и проникновения цифровых технологий в разные отрасли.

Главное — это создать фундамент. В каждой отрасли правильное законодательство, правильная инфраструктура означает, что может развиваться бизнес. Другой вопрос, в каких областях эффект для российской экономики может быть максимальным. Вот есть пример Alibaba в Китае, что позволило каждому конкретному производителю, где бы он ни находился, оказаться гораздо ближе к потребителю – платформа электронной торговли, на которую каждый производитель может выйти, представить свой товар, а доступ к этой информации окажется у каждого потребителя.

Олег Богданов: Технологии позволяют собирать big data — большой блок информации, анализировать ее, а с учетом внедрения того же блокчейна – управлять этими системами. Это фантастически звучит, но реально уже это можно потрогать, эти вещи работают.

Максим Орешкин: С этой точки зрения в российской экономике есть гораздо более интересный источник big data — это та онлайн-система контрольно-кассовой техники, которую сейчас внедряет Федеральная налоговая служба. Внедрение закончится к 1 июля 2018 года. Это будет большой переворот с точки зрения мониторинга. Здесь надо смотреть гораздо шире, это не вопрос исключительно налоговой системы. Например, мы сейчас думаем, как сделать российскую статистику более эффективной, более гибкой, собирать более качественную информацию с меньшей нагрузкой на предприятия.

Олег Богданов: Чтобы она была репрезентативной?

Максим Орешкин: Бесспорно. Данные, которые пойдут из онлайн-ККТ, статистическое ведомство сможет использовать. Соответственно, здесь не нужно ни людей, которые будут собирать эту информацию, это все идет в автоматическом режиме. Статистика цен, ряд других статистических данных может быть взята из этих систем.

Олег Богданов: А как оценить эффект? Сколько это даст процентов к росту?

Максим Орешкин: Электронная торговля, логистика, логистика — это тоже очень важно. Нужно не только знать о том, что есть в какой-то точке страны производитель. Важно, сколько будет этот товар ехать от этого производителя до конкретного потребителя. Переход на цифровые технологии в вопросах отчетности — это упрощение, это тоже снятие нагрузки на бизнес. Все это вместе будет давать кумулятивный эффект. У нас есть наш целевой прогноз, который предполагает выход на темпы 3,5 и выше за период до 2020 года — это как раз то, на что надо будет ориентироваться.

Олег Богданов: Это ведь неинфляционные драйверы роста?

Максим Орешкин: Да.

Олег Богданов: И инфляция может оставаться низкой, и рост высокий.

Максим Орешкин: У нас как раз весь план, который подготовлен правительством — это структурные реформы, там нет идей типа «накачать все деньгами» и так далее, это именно структурные изменения, цифровизация отдельных отраслей. Это же не только то, что я назвал, это же и образование…

Про инфраструктуру как раз тоже сегодня президент говорил в своем выступлении. Две новые программы, которые мы разрабатывали и сейчас к концу года будем внедрять в жизнь — надеемся, эффект здесь уже будет сильный в следующем году — это проектное финансирование, то есть это инвестиции в новые объекты промышленности и реальной экономики.

Олег Богданов: А проекты есть?

Дмитрий Дризе: И что такое «реальная экономика» в этом понимании?

Максим Орешкин: Например, в промышленности у нас проектов очень мало. Много идей, но мало конкретных проектов — просчитанных, понятных, какое финансирование нужно, на каких этапах и так далее. Это не то, что государство сейчас здесь все будет заливать деньгами. Речь идет о создании условий для привлечения частных денег на финансирование этих проектов. Для того чтобы частный бизнес — банки, частные инвесторы, пенсионные фонды — понимали, что в этих проектах мало рисков, нужно их правильно структурировать с точки зрения их подготовки. Конкретика будет, когда это все заработает. Мы сейчас находимся как раз в стадии, когда начинается имплементация, детально прорабатываем эти проекты. Здесь будет и ВЭБ участвовать. Мы планируем эту всю историю вынести в июле, уже к осени она будет готова, будем ее запускать.

Олег Богданов: Соответственно, меняется способ регулирования экономики?

Максим Орешкин: Наша задача — менять. Например, очень активно работаем в Росреестре, который находится в ведении Минэкономразвития. Ведомство досталось с очень большим набором проблем. С каждым месяцем мы внедряем автоматизацию, технологии — отделяем возможность контакта заявителя и чиновника, все происходит в автоматическом режиме. Работаем с банками, чтобы обмен информацией автоматически производился по понятным алгоритмам.

Олег Богданов: Несмотря на то, что нефть теряет в цене, рубль идет в обратном направлении, он даже не слабеет.

Максим Орешкин: Надо понимать, какие факторы влияют сейчас очень серьезно на российскую валюту. Если мы посмотрим статистику последних месяцев, то, например, в марте приток иностранных денег в российские ОФЗ составил 200 млрд руб. за месяц. При том, что в принципе на развивающихся рынках настроения хорошие, в мировой финансовой системе, мы видим, что оценки риска находятся просто на минимальных значениях. На этом фоне мы видим, что еще среди традиционных конкурентов для России с точки зрения притока капитала — Турции и ЮАР — далеко не все в порядке. В Турции — инфляция 11%. В ЮАР — смена правительства тоже. Бразилию трясет несколько лет, она никак из этого выйти не может. Поэтому Россия стала просто номером один для инвесторов в развивающихся рынках, поэтому им такой мощный приток.

Олег Богданов: Но берут только ОФЗ, наших акций пока нет?

Максим Орешкин: В основном ОФЗ, на другие инструменты заходят. Но ОФЗ самый простой, самый понятный из них. Понятно, что, когда идет такой приток капитала, рубль просто не может быть слабым. Но понятно одновременно, что такие притоки капитала не могут сохраняться бесконечно. Любое изменение настроения на внешних рынках — чуть раньше, чуть позже — конечно же, приведет к тому, что фундаментально баланс на рынке изменится. Еще важно понимать, что по импорту идет тренд довольно активный с точки зрения его роста. И если наложить это на ту сезонность, которая есть у нас в платежном балансе, мы увидим, что в летние месяцы будет дефицит текущего счета. То есть для того, чтобы курс сохранялся на текущем уровне, у нас не только должен сохраняться приток капитала мощный, который есть сейчас, он должен усиливаться. Если этого не произойдет, будет определенная коррекция.

Дмитрий Дризе: К концу года что нам ждать?

Максим Орешкин: Смотрите, прогноз, который мы делали в апреле, не изменен. Мы говорили о том, что при $40 за баррель, если нефть вдруг бы упала туда, мы бы видели курс 67-68 рублей за доллар. При текущем уровне, при $50 за баррель — это 62-63. Это небольшой гэп, который наша модель показывает, зазор, вызванный временными факторами — быстрым притоком и сезонностью платежного баланса.

Дмитрий Дризе: Но был разговор о том, что правительство хочет уронить рубль.

Максим Орешкин: Абсолютно не так. Рубль у нас плавающий.

Олег Богданов: Я вот не могу в этой связи не вспомнить аналитическую заметку Центрального банка, которая недавно была опубликована, основной вывод повторю: девальвация рубля несет больше минусов для российской экономики, чем плюсов.

Максим Орешкин: России нужен крепкий рубль, я в этом абсолютно уверен. Это я говорю.

Дмитрий Дризе: Но вы тот чиновник, который сказал не доверять рублю.

Максим Орешкин: Я говорил о том, что текущий курс отклонился от нашего оценочного по понятным факторам, которые мы считаем временными. В апреле я именно это имел в виду. То, что я говорю сейчас: фундаментально

России нужен крепкий рубль, но это должен быть тот рубль, который Россия заслужила.

Он не должен быть вызван высокими ценами на нефть или притоками капитала. Он должен основываться на высокой производительности труда, на эффективности российской экономики. Поэтому России нужен крепкий рубль, но мы должны его заслужить.

Дмитрий Дризе: В чем держать деньги?

Максим Орешкин: Деньги нужно держать в российских рублях на депозитах. Покупать иностранную валюту только в том случае, если у вас планируются какие-то расходы соответствующие — если вы хотите поехать за границу или приобрести какой-то импортный товар.

Дмитрий Дризе: Одна из главных тем на форуме — предложенные президенту программы стратегического развития. Вот есть три конкурирующих программы – Алексея Кудрина, Столыпинского клуба и, собственно, правительства. Говорят, что три программы надо скрестить, взяв из каждой самое лучшее. Но применительно к экономике нельзя, наверное, скрещивать ничего, это кур можно скрещивать, а экономику как скрестить? Не будет ли у нас в результате никакой программы?

Максим Орешкин: Что делаем мы? Мы подготовили программу, там есть отдельные проекты, которые нужно реализовывать. Те проекты, которые находятся в высокой степени готовности, те, по которым есть консенсус, что их нужно реализовывать, мы просто запускаем. Мы не будем ждать какой-то программы, какого-то времени, мы все будем запускать по мере того, как у нас это будет готово, обговорено с экспертами, обговорено с обществом. Вот, например, те проекты, которые сегодня объявлял президент — и по проектному финансированию, по инфраструктурному строительству — это то, что аккуратно вынимается из программы и начинает внедряться в жизнь.

Мы живем в мире, который очень быстро меняется. Никакой программы не может быть, где было бы написано, что в ближайшие 15 лет мы должны сделать вот это и вот это, в 2023 году — вот это, а в 2025-м — вот это, и тогда в 2027-м наступит коммунизм. Мы понимаем направление, в котором мы движемся. Есть конкретные проекты, их нужно реализовывать. Не ждать, а сразу внедрять в жизнь.

Дмитрий Дризе: Все время пугают повышением налогов, изменением шкалы подоходного налога. Что думает Минэкономразвития по этому поводу?

Максим Орешкин: Мы считаем, что налоговая нагрузка не должна повышаться.

Олег Богданов: На население или на предприятия?

Максим Орешкин: О чем говорит Алексей Леонидович Кудрин? Что нужно потратить дополнительные расходы на образование, здравоохранение, инфраструктуру. Наш ответ: на инфраструктуру нужно не государству больше тратить и забирать через налоги, а привлекать больше частный капитал, создавать условия. На образование и здравоохранение в бюджете мы говорим о том, что надо искать внутренние ресурсы. А для того чтобы их найти, мы сейчас выстраиваем новую систему работы с государственными программами, чтобы иметь возможность ранжировать те расходы, которые есть, с точки зрения их прямого эффекта на те цели верхнего уровня, которые стоят. В госпрограммах сейчас 2400 целей.

Олег Богданов: А кто столько поставил?

Максим Орешкин: Кто-то поставил. Министерства работали, все активно работали – 2400 целей. Мы говорим, что в одной госпрограмме должно быть пять целей, не больше. И каждый проект, который внутри госпрограммы находится, должен быть оценен, сколько он стоит и какой эффект дает.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ. Финансы, банки > economy.gov.ru, 3 июня 2017 > № 2197649 Максим Орешкин

Максим Орешкин: Никто не собирается делать каких-то революций

Предвыборный год ставит перед Россией не только политические вопросы, но и задает экономический вектор на новый президентский цикл. Эксперты и министерства подготовили свои варианты стратегии развития страны, которые будут обсуждаться в ближайшие полгода. Чем различаются программы ЦСР, Столыпинского клуба и правительства, стоит ли менять налоговую систему и при каких условиях возможно повышение пенсионного возраста, а также почему очередные санкции Запада уже не страшны экономике России в интервью РИА Новости в рамках Петербургского экономического форума рассказал глава Минэкономразвития Максим Орешкин. Беседовали Дмитрий Киселев и Диляра Солнцева.

— Максим Станиславович, президент Владимир Путин, как мне представляется, сам сознательно поставил себя в положение князя Владимира, который выбирал религию, заслушивал разные, тогда это были религиозные, проекты. А сейчас он предложил разработать разные программы и ему предстоит выбрать. Это на самом деле судьбоносный момент для России, практически выбор пути на долгие времена. Фактически ему предстоит определить модель, по которой будет развиваться Россия. При этом он сказал, что любой план экономического роста должен быть людям ясен, чтобы и гражданское общество, и государство, как говорится, знали свой маневр, что делать. Сейчас такой момент, когда на столе у президента три варианта. Не могли бы вы просто выделить, может быть, по три пункта в каждом варианте, между чем и чем предстоит выбрать президенту, вокруг чего собственно идет дискуссия.

— Важно понимать, что никто не собирается делать каких-то революций. Залог успешного развития экономики — это всегда стабильность условий, предсказуемость того, что будет происходить дальше. Общество должно понимать, как и куда движется государство с точки зрения своей экономической политики. Потому что именно люди, те компании, в которых они работают, тот бизнес, который они создают, и есть основа экономики.

И понимание того, как действует государство — очень важный фактор в экономической сфере, создаст им спокойствие и осознание того, в каком пространстве будет развиваться их бизнес, их компании, они смогут двигаться вперед и создавать новые проекты. Поэтому никаких революций нет.

— Я правильно понимаю из вашего ответа, что революция не заложена ни в одном из трех проектов?

— Абсолютно. Нигде нет такого, что все, что делалось до этого — неправильно, нужно переделать, развернуться и поехать в другую сторону.

Я вообще считаю, что не надо даже говорить о том, что должна быть некая стратегия как конечный документ, где все на 15 лет детально прописано, что через год мы делаем вот это, через два — это и так далее.

У нас экономика сейчас, испытав непростые пару лет, вернулась к росту: рост в апреле уже 1,5%. По ряду других показателей мы видим, что потребление электроэнергии и другие показатели уже демонстрируют очень уверенные показатели. Поэтому что здесь важно? Здесь важно этому росту — восстановлению экономики — не навредить и принимать точечные меры, которые бы рост долгосрочно выводили на более высокую траекторию.

Мне кажется, тот результат, который макроэкономическая политика дала за последние несколько лет: при падении цен на нефть более чем в два раза от уровня, который мы видели в 2012-2013 годах, ВВП за этот период скатился всего лишь на 3%. Сейчас экономический рост возобновился, инфляция стабилизировалась на низких уровнях, на тех уровнях, на которых она никогда не была до этого. Главное — не сломать то, что уже работает. Важно тому новому, что должно стать основой модели, дать поддержку, дать дополнительный толчок.

— Существующая экономическая модель России признана недееспособной в том смысле, что не может нам гарантировать темпы выше среднемировых. Именно поэтому поставлена задача разработать новую модель роста. Насколько я понимаю, в представленных проектах — Столыпинского клуба в лице Бориса Титова и ЦСР в лице Алексея Кудрина — есть непримиримые противоречия. Не могли бы вы описать, кто что предлагает, между чем и чем выбор?

— Во всех программах есть позитивные вещи и, как сказал президент, надо бы посмотреть то, что разумное есть в каждой из программ, что убрать и внедрять.

Противоречия между программами в макроэкономической политике.

Борис Юрьевич Титов в этой части предлагает напечатать деньги и залить ими экономику. Алексей Леонидович (Кудрин. — Прим. ред.) говорит, что надо увеличить бюджетный дефицит и профинансировать все приоритетные расходы.

Мы говорим о другом. Мы говорим, что в первую очередь важна эффективность. Деньги в стране есть, их главное не тратить на то, что не приносит пользы стране, и сконцентрировать ресурсы именно на приоритетных направлениях. Важно давать дорогу частному капиталу, например те же инфраструктурные проекты. И мы будем это предлагать, нужно финансировать таким образом, чтобы частный капитал туда приходил, и там, где он работает, там, где риски для него приемлемы, там, где выгоды для экономики в целом и реализации проектов понятны, чтобы это место занимал частный капитал.

Поэтому в этой части есть, конечно, противоречия. В одном случае просто предлагается деньги напечатать, в другом — давайте мы рискнем и возьмем более высокую нефть во все наши макроэкономические расчеты и будем верить, что она останется высокой.

— Чей это вариант?

— Это Алексей Леонидович предлагает. Мы же говорим о том, что верить в высокую нефть нельзя. Надо быть готовым, что нефть может быть 40 долларов или даже ниже, поэтому надо искать внутренние ресурсы и снижать те направления расходов, которые у нас неэффективны, и максимально создавать условия, чтобы частные деньги приходили и в финансирование новых проектов, и в финансирование инфраструктуры.

— А если говорить о вашей программе. Вы сказали, что в первую очередь она должна быть направлена на человека, на человеческий капитал. Какие предложения вы представили президенту? Стоит ли повышать пенсионный возраст, менять кардинально налоговую систему?

— Пенсионный возраст — это очень важный вопрос, и вопрос — зачем вообще это обсуждать. Мое мнение: если говорить о повышении пенсионного возраста, это должно быть очень четко увязано с повышением пенсий в реальном выражении и улучшением условий в здравоохранении. То есть это такое структурное изменение — более высокий пенсионный возраст, но при этом более высокий уровень пенсий, более качественная система здравоохранения. Это то, что может рассматриваться. И когда мы говорим о пенсионном возрасте, мы всегда говорим именно в этой увязке.

— А налоги?

— Главное в налоговой системе — стабильность и предсказуемость налогового режима. Действительно, есть некоторые структурные вещи, о которых можно говорить. Например, с точки зрения положительного структурного влияния налогов на инвестиционный процесс, мы говорим, что налоговую нагрузку при реализации инвестпроектов нужно сдвигать вправо, когда идет основная фаза инвестиций; когда продажи продукции от инвестпроекта нет — здесь налоги должны быть поменьше. А когда предприятие уже вышло на полную мощность, оно готово возместить те налоги, которые оно не доплатило на первой фазе.

Вот структурный сдвиг в пользу более поздней уплаты налогов по новым инвестпроектам — это то, что может структурно помочь экономике расти.

Вторая история, о которой мы говорим, — это процесс, связанный с "обелением" экономики. У нас налоговая служба активно внедряет новые способы администрирования, мы видим, как качество сбора НДС увеличилось. С этого года страховые взносы передали налоговой системе.

Мы имеем в нашей стране очень высокую ставку по страховым взносам, которые платят предприятия, — 30%. Если благодаря технологиям налоговая служба сможет эффективно администрировать этот налог, значит, все будут вынуждены платить эту высокую ставку. Проблема в том, что ставка по страховым взносам в России является одной из самых высоких в мире, и высокая собираемость может привести к потере конкуренции ряда предприятий, и, соответственно, некоторые предприятия из-за этого могут погибнуть.

Поэтому мы рассуждаем о возможности структурного изменения налогообложения, ухода от прямых налогов на труд и замещение их косвенными налогами.

— А президент поддерживает?

— Как президент сказал, эти вопросы еще будут детально обсуждаться, все развилки смотреться, и если станет понятно, что есть риски после изменения налоговой системы, то мы, конечно же, остановимся на варианте ее сохранности в текущем виде.

— Когда будет принято окончательное решение по стратегии, дорожная карта по ее реализации?

— Есть вопросы более простые, которые, очевидно, нужно постепенно имплементировать. Связанные, например, с поддержкой инвестиций в инфраструктуру. Они будут решаться гораздо быстрее.

Более сложные решения, связанные с налоговой системой, будут еще долго обсуждаться внутри правительства, с экспертами, выноситься на общественное обсуждение. Здесь очень важно, чтобы был консенсус между обществом, бизнесом и государством о том, как мы движемся вперед. Потому что без совместного движения успеха не будет.

— Долго — это сколько?

— Я думаю, что вся эта дискуссия закончится в этом году, и имплементация тех же налоговых решений — это 2019-2020 годы.

— То есть до конца года будут известны все налоговые новации?

— Да, я думаю, что нужно обязательно определяться, потому что для бизнеса важна в первую очередь предсказуемость и стабильность налоговой системы, и эти решения нужно принимать быстрее.

— Есть договоренность с ОПЕК по нефти, которая недавно была продлена, в какой степени это работает?

— Работает, потому что запасы сырой нефти, которые резко выросли в последние несколько лет, довольно быстро уменьшаются. Поэтому рынок поддерживается в более-менее стабильном состоянии, и эта стабильность нефти в том числе помогает иметь стабильную ситуацию в российской экономике.

— Будет ли Минэкономразвития менять свой прогноз в июне из-за договоренности с ОПЕК?

— Да, мы, конечно, будем уточнять прогноз в июне, потому что новая вводная, эта сделка с ОПЕК, приведет к тому, что у нас и курс будет чуть-чуть покрепче, инфляция будет чуть чуть-чуть поменьше, чем было, но это такие косметические истории. И второе, конечно, мы видим, что экономическая динамика по ряду показателей, например по инвестициям, лучше, чем мы ожидали. Первый квартал — это рост на 2,3% к уровню прошлого года. Поэтому показатель по инвестициям тоже будет пересмотрен в сторону более высоких значений.

— Много разговоров о новых санкциях, и это опять поднималось на саммите "Большой семерки". В какой степени они могут повлиять на экономический рост России?

— Повлиять это сможет уже слабо, потому что то, чего мы добились за последние два-три года, — мы теперь полностью рассчитываем на свои собственные силы, мы теперь можем обходиться без западного финансирования и можем жить без внешних источников.

Поэтому могут сколько угодно обсуждать новые санкции — мы должны сконцентрироваться на решении наших внутренних проблем, "расшивая" те проблемные зоны, которые у нас есть в инфраструктуре, на рынке труда, помогать людям развиваться, помогать людям приобретать новые компетенции, каждый талант доводить до его максимальной реализации. Благодаря всем этим историям делать новую экономику, достигать высоких темпов роста.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > economy.gov.ru, 3 июня 2017 > № 2197648 Максим Орешкин

Ежегодный доклад Правительства о реализации государственной политики в сфере образования.

Доклад содержит информацию об основных направлениях и инструментах реализации государственной политики в сфере образования, количественных и качественных показателях, характеризующих основные результаты за 2015 год, о принятых нормативных правовых актах в сфере образования. Доклад включает данные мониторинга системы образования за 2015 год, а также информацию, полученную в рамках федерального статистического наблюдения, ведомственных мониторингов и результатов социологических исследований.

Подготовлено Минобрнауки в соответствии с Федеральным законом «Об образовании в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон).

В соответствии с частью 2 статьи 3 Федерального закона Правительство ежегодно представляет Федеральному Собранию доклад о реализации государственной политики в сфере образования (далее – доклад) и публикует его на официальном сайте Правительства.

Положение о подготовке доклада и представлении его Федеральному Собранию утверждено постановлением Правительства от 29 июня 2015 года № 645.

Доклад содержит информацию об основных направлениях и инструментах реализации государственной политики в сфере образования, количественных и качественных показателях, характеризующих основные результаты за отчётный год, о принятых нормативных правовых актах в сфере образования.

Доклад включает данные мониторинга системы образования за 2015 год, проведенного в 2016 году в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 5 августа 2013 г. № 662 «Об осуществлении мониторинга системы образования», а также информацию, полученную в рамках федерального статистического наблюдения, ведомственных мониторингов и результатов социологических исследований.

Доклад: http://government.ru/media/files/1xOsf0Ae1RUl1VqyTbEZVTTMjyuzDbSA.pdf

Россия > Образование, наука > premier.gov.ru, 3 июня 2017 > № 2197455

Бюджетный пазл

Цены на нефть выросли, а доходы упали

Николай Вардуль

Вфедеральном бюджете, как в доме Облонских, «все смешалось». С одной стороны, последние поправки Минфина подняли среднегодовую цену барреля нефти с прежних $40 до $45,6. А это должно принести новые бюджетные доходы. Однако, с другой стороны, министр финансов Антон Силуанов отчитался о том, что бюджет недополучит 117 млрд руб. При этом у Силуанова, в отличие от Льва Толстого, история, как он обещает, закончится относительно счастливо – дефицит бюджета снизится по сравнению с прежними оценками. Как все это распутать?

Скользкая «правильная» нефть

Понятно, что бюджет – живой организм, а жизнь богата на новые события, каждый раз посрамляя отказывающихся краснеть прогнозистов. Цена нефти в $40 за баррель с самого начала была довольно консервативной. Она должна была максимально отодвинуть от бюджета тень секвестра. Теперь ни для кого не секрет, что шансы на то, что прогноз цены сбудется, минимальны, и Минфин с полным основанием приподнял цену.

Но принесет ли этот подъем новые бюджетные доходы – еще вопрос. Минфин уже внес проект возвращения бюджетного правила. По проекту, все доходы бюджета от цены нефти, превышающей все те же $40, идут не на расходы бюджета, а перечисляются в Резервный фонд. Правило должно вступить в силу в 2019 г. Но де-факто Минфин реализует его уже сейчас, покупая на внутреннем рынке валюту за рублевые доходы, полученные от цены нефти выше $40. Пока правительство может эту практику остановить, но когда появится закон о бюджетном правиле, сделать это будет несколько сложнее.

Была некоторая дискуссия по поводу того, нужно ли в принципе возвращать бюджетное правило, а если возвращать, то не стоит ли увеличить цену отсечения. Минфин сумел настоять на своем. И здесь есть ценовая логика. Дело в том, что многие эксперты, в том числе в правительстве и ЦБ, исходят из того, что за подъемом нефтяных цен в этом году за счет прежде всего искусственного ограничения традиционной добычи последует очередное их падение, что будет следствием расширения сланцевой добычи и откликом на неминуемый отказ от ограничений. Так что магические $40 имеют под собой рациональные основания.

Капризы приватизации

117 млрд руб., которых недосчитается бюджет, тоже не слишком таинственны. Все дело в приватизации, которой не будет. Именно она недодаст в бюджет 96 млрд руб. При этом ранее бюджет больше всего рассчитывал получить от теперь отложенной приватизации ВТБ. Предполагалось, что доход от этой сделки составит 95,2 млрд руб. В ожидаемых крупных поступлениях от приватизации на этот год остаются 24 млрд руб. от продажи 25% минус одна акция «Совкомфлота».

Приватизация в последние годы похожа на засадный бюджетный полк, который, однако, никуда не спешит и засаду покидать не собирается. Состоялась, конечно, приватизация пакета «Роснефти», но других впечатляющих примеров нет, хотя

каждый бюджетный год начинается с замаха на довольно впечатляющую приватизацию, что сразу будит в обществе недобрые воспоминания, но дальше этого дело не идет. Почему – в принципе понятно. Российских покупателей, готовых удовлетворить фискальный интерес бюджета, немного и они не слишком активны, инвесторов из-за рубежа тормозят финансовые санкции. Именно санкции со стороны ЕС и США, наложенные на ВТБ, отодвинули планы его приватизации. Хотя пример ВР, участвовавшей в приватизации «Роснефти», показывает, что санкции – вовсе не непреодолимая помеха.

Недополучить доходы бюджет может и из дивидендов гос­компаний. Бюджет рассчитан исходя из сохранения на три года нормы о выплате всеми гос­компаниями в бюджет не менее 50% прибыли по МФСО. Дальше появляются шероховатости. У «Роснефтегаза» (это держатель госпакетов акций «Газпрома» и «Роснефти»), например, по итогам прошлого года зафиксирован убыток. Однако Минфин считает, что «Роснефтегаз» должен выплатить дивиденды по итогам 2016 г. из прибыли прошлых лет. Сам «Роснефтегаз» заявил, что выплатил промежуточные дивиденды в 2016 г. после продажи акций «Роснефти» в счет годовых. Впрочем, председатель совета директоров «Роснефтегаза», глава «Роснефти» Игорь Сечин позднее заверил, что «Роснефтегаз» выполнит любое решение правительства по дивидендам.

Дефицит сокращается

Но общий бюджетный итог, несмотря на недополученные приватизационные доходы, позитивен. В том смысле, что дефицит бюджета по последним поправкам Минфина сокращается.

Как это может быть? Ответ опять прост: во-первых, недополучение доходов от приватизации будет перекрыто ростом доходов за счет общего экономического подъема. Комментарий Антона Силуанова: «Мы учли изменения макроэкономики, учли параметры по уточненному росту ВВП до 2% в год».

Во-вторых, в отсутствие закона о бюджетном правиле часть дополнительных нефтяных доходов бюджета сразу в Резервный фонд не отправится. Антон Силуанов говорит об этом так: «В 2017 г. мы сможем накопить средства от нефти и газа, которые в 2018 г. будут зачислены в Резервный фонд. Эта сумма составляет 623 млрд руб. Таким образом, дополнительные нефтегазовые доходы, которые к нам поступят сверх базовой цены, а именно $40 за баррель, будут направлены в начале следующего года в Резервный фонд, пополнят подушку безопасности».

В-третьих, рост доходов будет опережать рост расходов. В цифрах это выглядит так: Минфин предложил повысить доходы бюджета на текущий год на 8,5% – до 14,632 трлн руб. с нынешних 13,488 трлн руб., а расходы бюджета увеличить на 1,9% – до 16,556 трлн руб. с нынешних 16,241 трлн руб. В результате дефицит сокращен на 30,1% – до 1,924 трлн руб.

В принципе бюджетный пазл сложился. Обращает на себя внимание, что поправки еще больше ужесточают бюджетную политику. Отсюда следует, что для экономики, надеющейся на оживление, особенно рассчитывать на госспрос и госрасходы не придется.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Нефть, газ, уголь > fingazeta.ru, 3 июня 2017 > № 2195869 Николай Вардуль

Апрельские экономические тезисы

Росстат сделал подарок ПМЭФ

Николай Вардуль

Апрельские данные, которыми поделился Росстат, вселяют оптимизм. Хотя до наступления подъема по всему экономическому фронту еще далеко. Но новая статистика, наверняка, получит оценку на начинающемся ПМЭФ.

Шипы и розы

Первое впечатление, которое производит последняя статистика, – ну наконец-то! Большинство макроэкономических показателей превышают как прошлогодний уровень, так и мартовскую планку. Особенно порадовали инвестиции в основной капитал. В I квартале они «обогнали» прошлогодние на 2,3%. Но есть и «холодный душ» – фактически инвестиции сравнялись с уровнем I квартала 2015 г.

Зато производство легковых автомобилей в России в январе–апреле 2017 г. выросло на 22,3% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года – до 423 тыс. штук. В апреле выпуск автомобилей увеличился на 20,4% .

Еще позитив. В апреле розничный товарооборот после длительного падения в годовом измерении продемонстрировал ровно 100% по отношению к апрелю 2016 г. Как отмечает Наталия Орлова, главный экономист Альфа-банка, «ранняя Пасха (16 апреля) позитивно повлияла на данные по обороту розничной торговли». Но по сравнению с мартом товарооборот все-таки сократился – 98,7%, практически столько же – 98,6% – составил объем розничной торговли за первые четыре месяца этого года по отношению к аналогичному периоду прошлого года.

Есть и негатив. Это прежде всего реальные располагаемые доходы населения. К апрелю прошлого года они упали на 7,6%, хотя за январь–апрель сократились всего на 2,2%. Объемы жилищного строительства также показали резкое сокращение (-11,4% г/г против -9% в марте).

Как фамилия драйвера?

Если к падению реальных доходов, как и строительства, статистика успела нас приучить, а в рост сельского хозяйства мы начинаем верить, как в таблицу умножения, то статистика промышленности вызывает наибольший интерес.

Рост промышленного производства в апреле составил 2,3% год к году. Наталия Орлова комментирует: «Эта цифра впечатляет особенно сильно в свете того, что в этом апреле было 20 рабочих дней в отличие от апреля прошлого года (21 рабочий день). Тем не менее столь сильный рост, в основном, связан с ускорением роста в секторе добычи полезных ископаемых (на 4,2% в апреле против 1,2% в I квартале 2017 г.) и ростом производства электроэнергии и газа (5,5% в апреле против 1,3% за I квартал); последний фактор обусловлен холодной погодой. Обрабатывающая промышленность выросла всего на 0,6%, что, на наш взгляд, может привести к замедлению роста выпуска промышленной продукции в ближайшие месяцы».

У Орловой есть и своя точка зрения по поводу связи исполнения федерального бюджета с динамикой экономического роста: «Хотя расходы за I квартал выросли на 8%, за четыре месяца их рост замедлился до 3%. В определенном отношении это несомненно позитивно: так, Минфину жесткий контроль над расходами позволит снизить бюджетный дефицит в этом году примерно до уровня 1,0–1,5 трлн руб. при текущем уровне цен на нефть, а для ЦБ жесткая бюджетная политика гарантирует замедление инфляции в будущем. В то же время восстановление экономики будет происходить без поддержки бюджетной политики».

Россия > Госбюджет, налоги, цены > fingazeta.ru, 3 июня 2017 > № 2195868 Николай Вардуль

Шохин: налоговый маневр остается одной из гипотез

Президент Российского союза промышленников и предпринимателей рассказал, чем новое понятие спецконтрактов помогает бизнесу, что тормозит эту помощь, а также чего ждать от налоговых изменений

Новое слово — СПИК. Что оно означает, как поможет бизнесу, и что тормозит эту помощь? Об этом — и не только — в кулуарах Петербургского экономического форума рассказал президент Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин. С ним беседовал главный редактор Business FM Илья Копелевич.

Очень много панелей на форуме. Сколько вы успели сегодня обойти?

Александр Шохин: На самом деле, чересчур много, и приходится бегать. Пространства большие, и накручиваешь километры. Я думаю, за день десяток люди пробегают между сессиями.

Среди всего этого разнообразия что вы считаете самым главным? Главное — вроде бы макроэкономическая панель.

Александр Шохин: Дискуссии на тему макроэкономики ведутся, пожалуй, с Гайдаровского форума, то есть с начала года, шесть месяцев уже мы в этой теме, в том числе и дискутируем по ключевым развилкам, по которым до сих пор не договорились. В частности, в январе была заявлена тема налогового маневра «22/22». Судя по совещанию у президента на этой неделе, налоговый маневр остается пока одной из гипотез. Решение не принято. И если в январе энтузиазма было много — и у экспертов, и у министерств — сейчас, по-моему, эксперты уже потеряли интерес к теме налогового маневра, причем я имею в виду экспертов вроде группы Кудрина, группы Титова. Тема осталась внутри правительства. По всей видимости, может быть, президент объявит свое решение на форуме, будет маневр или нет. Тем не менее, сейчас все увлеклись тонкой донастройкой налоговой системы. Кстати, бизнес в этом заинтересован: целый ряд решений может быть принят уже сейчас, в этом бюджетном цикле, то есть в том бюджете и налоговой политике, которые будут в сентябре уже лежать в Государственной думе. Если эта дискуссия затягивается, в том числе по той формуле, которую предложил сам президент — 2017 год посвятить дискуссиям по налогам, в 2018-м принять все необходимые решения, с 2019-го запустить — то мы как минимум теряем год. Во-вторых, если бы точно знали, что будет с 1 января 2019 года, можно было бы готовиться, адаптироваться, принимать те или иные бизнес-решения, исходя из того, какой налоговая система в 2019-м и последующим годах. Поскольку этого нет, стало быть, неопределенность.

Может быть, этого и не будет уже с 1 января 2019 года? Может быть, и не будет вообще?

Александр Шохин: Поэтому, я думаю, надо сейчас определить те направления налоговой донастройки, которую уже сейчас можно запустить. А происходят у нас какие-то вещи, не очень приятные для бизнеса вещи. Например, есть такой хороший механизм — специнвестконтракт, СПИК. Этот контракт требует разработки регионального законодательства и применения этих норм в том числе в регионах. По нашим оценкам, только 40 регионов приняли соответствующее законодательство, а их у нас, как вы помните, чуть больше.

Почти в два раза.

Александр Шохин: Вот вам тема, которую надо быстро урегулировать, подталкивая регионы.

Специнвестконтракт, насколько я помню, подразумевает налоговые льготы от пяти до десяти лет, и это важная штука, налог на прибыль.

Александр Шохин: Важная. Более того, он предполагает так называемую дедушкину оговорку: если вдруг условия деятельности бизнеса ухудшаются, для тех, кто в режиме СПИКа работают, они сохраняются на весь период реализации проекта такими же, как они были. Вообще-то говоря, для бизнеса иногда это важнее, чем льготы. Потому что люди входят в проект на одних условиях, потом вдруг — кадастровая оценка, налог увеличивается в десять раз, не потому, что кто-то увеличил налог, а кадастровая оценка выросла десятикратно! И поди доказывай, что ты заходил в проект, не имея это в виду. Так вот эта «дедушкина оговорка» — для многих иногда единственное, что им нужно. Гарантируйте, что условия контракта останутся такими же на весь период реализации. Или другой пример: налоговая льгота на вновь вводимое современное оборудование. Она есть, но будет сейчас применяться в случае, если регионы решат, давать или не давать. Но, поскольку у регионов сложная достаточно ситуация с бюджетами, скорее всего, они, по крайней мере, не все будут давать.

А вот эти СПИКи — это тоже региональное решение?

Александр Шохин: В принципе, это совместное решение и регионов, и федерации. Все стучатся в Минпром. Сейчас СПИКи — хороший инструмент, но только промышленность им пользуется. Дело идет к тому, чтобы подтянуть энергетику. В принципе, сельское хозяйство можно переводить. Там есть и минусы в этой формуле СПИКа. Они связаны с тем, что участникам СПИКа гарантируется спрос со стороны государства, регионов и так далее. Вот для чего нужны законодательные нормы. Это механизм единственного поставщика, то есть я инвестирую деньги, а мне федеральный орган или региональный говорит: мы у тебя всю продукцию купим через пять лет, когда ты ее произведешь. Но за эти пять лет могут появиться энергичные частные предприятия, которые не хуже могут выйти на сопоставимый объем продукции, с хорошим качеством. В итоге здесь надо очень аккуратно определять механизм вхождения, чтобы не появилось ущемления конкуренции. Если вход в эти СПИКи будет кулуарный, скажем так, то это нарушение конкуренции. Если мы обеспечим прозрачность, и, условно говоря, все желающие, отвечающие универсальным критериям — финансовый план, финансовое состояние предприятий — могут войти в эти СПИКи...

Тогда и цену нужно оговаривать, если берется обязанность покупать.

Александр Шохин: Безусловно. Поэтому тут можно попробовать формулу, которая в фармацевтике применяется. Это формула «третий лишний». Запускать в этот механизм не меньше двух компаний, чтобы и цена правильно определялась, чтобы была конкуренция и так далее. Во всяком случае, я сейчас говорю о том, что есть много вопросов, которые можно назвать тонкой донастройкой налоговой системы.

Специнвестконтракты уже где-то действуют или это пока только в разработке? Я встречаю этот термин, и, по идее, это то, что бизнес просит.

Александр Шохин: Несколько компаний уже получили режим специнвестконтрактов, причем первый — иностранная фирма, немецкая Claas. У нее завод в Краснодарском крае. Это сельхозтехника. Несколько фармпредприятий получили, иностранные тоже. Кстати, это характерно, что иностранные компании получают доступ к специнвестконтракту иногда при наличии сопротивления со стороны чисто российской — с какой стати иностранцам давать? Но они локализуют производство на уровне, гораздо более высоком, чем наши компании. Они сразу могут разворачивать производство комплектующих и так далее, в то время как наши еще часто комплектуются из-за рубежа. По импорту — если «железо» у них свое, то «мозги», чаще всего, импортные. А вот тот же Claas, допустим, предложил вполне проходной вариант, когда ясно, что и «мозги» будут просто локализованы.

Их «мозги» будут просто не нужны.

Александр Шохин: Ну, это в идеале, конечно, но это, скорее всего, к отечественному производству. Такая конкуренция между российскими компаниями и зарубежными за СПИки, это неплохо, потому что стимулирует в том числе высокий уровень локализации зарубежных компаний в России. Они становятся российскими. Это условие, что вы будете производить продукцию и не менее чем на 80% комплектоваться из российских поставщиков, хорошо действует. Сегодня на форуме подписали соглашение-меморандум об открытии завода французской компании «Санофи-АвентисВосток» в Орловской губернии. Это фарма. Но интересно-то другое: главная часть этого проекта заключается не в том, что локализовано производство субстанции готовых форм инсулина, а то, что они выходят с этой продукцией на европейский рынок. Они возвращаются — в Германию, в ту же Францию, в большую Европу поставляют ту же продукцию.

Большое событие — когда пойдет поставка.

Александр Шохин: Уже да, наверное, скоро будет отмечать. В Орел поедете? Или в Германию? Ну, я в данном случае отклонился немного от темы, речь шла о большом налоговом маневре, либо о том, чтобы попытаться те инструменты, которые, как мы знаем, частично запущены, частично работают, частично, к сожалению, отменяют, отладить всю эту машину, и чтобы они с 1 января следующего года действовали, и их уже менять не надо. Надо шаг за шагом внедрять все проверенные механизмы и создавать большую определенность.

Александр Николаевич, резюмируя тему с налогами, она, собственно, одна из важнейших…. Вам не кажется, что никакой большой налоговой реформы не будет, потому что нет единства? Радикальные меры вначале привлекают своей новизной, потом при дальнейшей обкатке…

Александр Шохин: Вот я лично чего боюсь при радикальной смене этой налоговой конструкции. Первое: если радикализм выражается в том, чтобы снизить страховые платежи, что неплохо для бизнеса, безусловно, дешевый труд лучше, чем дорогой, экономия на затратах, а сейчас все стремятся на костах экономить, но, вообще говоря, у нас труд-то дефицитный. У нас рабочая сила сокращается. У нас за последние десять лет, даже чуть меньше, на 10 миллионов человек сократился показатель. А за дефицитный товар приходится больше платить. Поэтому если вы снижаете эту планку, меньше платите за рабочую силу, то у вас какой источник? Это дешевая рабочая сила из-за рубежа, а она кончилась тоже, то есть на гастарбайтеров уже ориентироваться нельзя. Но если бы они даже были, они бы дестимулировали технологическое обновление производства. Если у вас есть рабочие, которые могут копать траншею лопатой, зачем вам экскаватор? Поэтому тут и есть вопрос...

Чем дальше, тем больше вопросов.

Александр Шохин: Второе. Если вы снижаете социальные налоги, но увеличиваете косвенные налоги, налоги на потребление, НДС — это все-таки повышение цен. Но у нас реальные доходы населения не растут уже давно, и когда начнут расти, неизвестно. Стало быть, нормальный работодатель... мы опрос проводили: что вы будете делать, если страховые взносы снизятся, а НДС повысится? Мы вынуждены будем повысить зарплату людям. Мы не можем у них отнять. естественно, инфляция подскочит, пусть даже единовременно, но вот на этот скачок мы вынуждены будем повышать зарплату, иначе разбегутся людей. Я имею в виду, что дефицит кадров есть. Или начнется все равно конкуренция за рабочую силу и придется доплачивать. Ну, и есть ряд других вопросов. Например, можно ли снижать вот эти страховые платежи, не имея картинки, какой будет пенсионная система? Потому что ясно, что вы, снижая страховые платежи, по-другому должны пенсионную систему формировать. Либо вы ее делаете бюджетной, субсидируете в полном объеме, либо вы меняете какие-то принципы страховой системы, в том числе на основе предложений того же Кудрина и его группы. Они предложили и баллов побольше зарабатывать, чтобы пенсию получать, и стаж побольше, и так далее. Но это серьезная реформа, которую прорабатывать надо не один месяц. Ну и есть еще один аргумент — это выборы президентские. Многие решения носят, мягко говоря, не очень предвыборный характер. Тут надо непопулярные меры применять. Поэтому, честно говоря, радикального маневра, скорее всего, не будет. Это не значит, что в нем нет плюсов. В нем и плюсы, и минусы есть. И мы вот с самого начала, как и РСПП, сказали: мы будем считать, где плюсы, где минусы. И, безусловно, какие-то отрасли выигрывают от этого, какие-то проигрывают. Тоже самое о конкретных компаниях малого или среднего бизнеса. Во всяком случае, было бы, конечно, неплохо, чтобы в той или иной форме началось более широкое обсуждение конкретных предложений с бизнесом, потому что сейчас мы в ситуации, когда вроде бы дуракам полработы не показывают...

Да. Президент на съезде РСПП сказал: не надо выносить налоговые проекты на публику. Народ пугается.

Александр Шохин: Правильно, на самом деле, потому что он повторил это на том совещании, которое недавно проводил. Он сказал так: если сейчас вбросить любую программу, будет, может, неверное толкование, что она и есть основа экономической политики в ближайшем будущем. А это ведь не так, поэтому давайте мы на экспертном уровне еще все просчитаем, прежде чем что-то выносить. Поэтому на съезде мартовском он сказал: рано вы выносите решение, оно не принято, поэтому на совещании в Кремле и до этого Дмитрию Медведеву дал понять — надо еще посмотреть, какая программа будет основной и что в нее можно добавить из других программ.

Мне кажется, они уже сильно перемешались, за редким исключением.

Александр Шохин: Это правда.

Есть какие-то принципиальные пункты у Столыпинского клуба, которые другие не приемлют, а во всем остальном, мне кажется, они сильно сплелись.

Александр Шохин: Борис Титов сказал на этом совещании: я со всем согласен, что написано у Кудрина, ну, за малым исключением. Так же как, наверное, и он со всем согласен, кроме нескольких пунктов. Но несколько пунктов принципиальный характер носят. Если Алексей Кудрин немножко подвинулся в своих жестких оценках, у него раньше ориентация была на 1% бюджетного дефицита и на цену на нефть в 40 долларов, и бюджетные правила, исходящие из этих 40 долларов за баррель, сейчас у него уже в последней презентации — 45 долларов за нефть,как цена отсечения формирования резервного фонда, и бюджетный дефицит допустимый — 1,5%. У Титова 3% составляет бюджетный дефицит.

Но мне кажется, в программе Кудрина тоже гораздо больше разделов появилось, посвященных технологическим инициативам. Промышленным в том числе. Их администрированию, поддержке. Все это как-то взаимно друг друга обогащает, хотя при этом публика окончательно запуталась и ждет каких-то простых слов.

Александр Шохин: Не только публика, но и бизнес. Нет, многие вещи прописаны там абсолютно верно, они даже не требуют доказательств, что называется, что нужно цифровой экономикой заниматься, повышать эффективность системы управления. Важны механизмы-инструменты. Или возьмем, например, реформу судебной системы. И в той, и в другой программе — и Титова, и Кудрина — есть блоки такие. Правда, за этими слайдами есть еще какие-то доклады, расчеты и так далее, но, тем не менее, как сделать судей независимыми? Вопрос, который мы себе задаем не первый год. Но никто же не против независимости судей и того, чтобы суды принимали быстрые и справедливые решения. Вопрос в том, как это сделать. Как повысить квалификацию судей? Как сделать так, чтобы они не зависели от региональных руководителей, которые им дают квартиру или другие блага обеспечивают. Значит, судьи должны быть обеспеченными. Значит, им надо платить высокую зарплату. Может быть, в обмен на поражение в правах, то есть как в Соединенных Штатах. Они под колпаком, что называется. Их могут в любой момент и прослушать, и посмотреть конкретные дела не сильно публично, поэтому они дорожат своим местом, поскольку они занимают какое-то выдающееся положение. Можем мы себе позволить? У нас в судьи идут бывшие секретари суда. Девочки, которые стаж необходимый набрали, до 28 лет поработали в суде. Естественно, это не свидетельствует о высокой квалификации. Надо судей специально готовить. Любые институциональные реформы оказываются дорогими. Или контрактная армия. Ну, кто же против контрактной армии? Дорого контрактную армию держать. Конечно, можно сделать так, что очередь выстроится. Сейчас, кстати, во многие части ВДВ тоже очередь. Раньше бегали к знакомым в Минобороны, чтобы мальчика «откосить» от армии, а сейчас — чтобы записать в какую-то элитную часть типа ВДВ. Даже уже шутку я слышал среди военных: нам надо побольше частей объявить ВДВ, чтобы туда шли, а там уже разберемся. Поэтому институциональные реформы дорогими являются, но ими надо заниматься. В том числе потому что ведь сейчас какой дисбаланс основной? Раньше все недостатки нашей системы, системы управления, правоохранительной системы, судебной и так далее, коррупция та же, компенсировались достаточно высокой доходностью от операций. Компенсировались в том числе и наличием офшорных схем. И, в принципе, экономили где-то на налогах. Доходность была высокая. Кредиты достаточно дешевые зарубежные. Можно было инвестпроекты делать и решать вопросы с проверяющими и так далее. А сейчас доходность упала, издержки большие, а институты такие же плохие. Они не стали хуже, будем исходить из этого, но и лучше не стали. А уже платить никто не может. Может, он и хотел бы, но не может.

Решать вопросы, как прежде, да нечем.

Александр Шохин: Да, поэтому нечем решать вопрос по прежней схеме. Отсюда у бизнеса — у малого, у среднего, у крупного — есть запрос на институциональные реформы, на радикальное повышение эффективности государственного управления, эффективности судебной системы и так далее. То есть все равно, вот, кстати, оговорка есть у программы Титова, говорят, что у нас институты плохие. Да мы же работали с этими институтами, поработаем и дальше. Вот это ошибочная позиция, на мой взгляд, что давайте мы пока деньгами решим проблемы повышения темпа в ближайшее время, а институты пусть остаются такими, какими они сложились. Если мы начнем деньгами, ну, не заливать экономику, а подпитывать ликвидностью через полтора триллиона в год, там и проблемы инфляции, и прочее, но это означает, что опять мы восстановим эту систему, когда более высокой доходностью можно компенсировать недостатки институтов. А именно — решать вопросы откатами, взятками и так далее. Нам все-таки всю систему надо менять — и экономического управления, и правоохранительную.

Спасибо. Вы очень точно нам рассказали про запутанную систему подготовки нашей стратегии.

Александр Шохин: Наших стратегий. Больше стратегий — хороших и разных! Но будет одна стратегия называться «Предвыборная программа кандидата в президенты». И вот тогда мы поймем, что стратегия у нас одна — ясная. И начнем работать.

Илья Копелевич

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > bfm.ru, 2 июня 2017 > № 2471777 Александр Шохин

Интервью Министра транспорта РФ Максима Соколова информационному агентству России «ТАСС» в рамках Петербургского международного экономического форума

– Максим Юрьевич, здравствуйте! Приветствую Вас на экономическом форуме!

– Спасибо!

– И хотела бы сразу начать с самых волнующих вопросов, сразу про Египет. Скажите, пожалуйста, когда Вы ожидаете восстановления авиасообщения с Египтом?

– Это зависит скорее от египетской стороны. Потому что со стороны авиационных властей РФ всегда была открытая и последовательная позиция по этому вопросу. В феврале правительством РФ принят соответствующий нормативный акт, дающий возможность нам подписать протокол по авиабезопасности. Во-вторых, мы ждем информацию от египетской стороны по тем вопросам, которые согласованы в дорожной карте, и выполнению всех мероприятий по установлению и эксплуатации средств авиационной безопасности и антитеррористической защищенности терминалов египетских аэропортов.

– А египетские коллеги что-то говорят? Когда они могут прислать все вот эти данные и согласовать с российской стороной?

– Пока мы ждем от них информации.

– Продолжая авиационную тематику, хотелось бы поговорить о создании некой авиакомпании в Крыму. Разрабатывались несколько моделей собственных базовых перевозчиков в регионе. Как-то развивается сейчас хотя бы одна из этих моделей?

– Мы слышали об этих идеях, но никогда Минтранс не выступал инициатором создания какой-либо авиакомпании. И тот опыт, и те результаты, что самое главное, которые показывает аэропорт Симферополя, говорят о том, что какой-то необходимости создания компании отдельной на сегодняшний момент нет. Поскольку по итогам прошлого года более 20 российских авиакомпаний летали из 56 городов в Симферополь. В этом году заявок еще больше – по 61 направлению. И буквально за пару лет симферопольский аэропорт вошел в пятерку крупнейших аэропортов нашей страны, а в прошлом году очередную рекордную планку взял – обслужил более 5 млн. 200 тыс. человек.

То есть, каких– либо предпосылок для того чтобы специально создавать авиакомпанию в настоящий момент нет. Но если кто-то в Крыму, или где-либо на территории Российской Федерации захочет какую-то создать отдельную компанию – для этого есть процедура, четкий регламент действий Росавиации как регулятора в этой части, которое может реализовать любую инициативу по открытию специализированной компании, которая бы летала в Крым или в любой другой регион Российской Федерации. Но никакой необходимости в этом, я по крайней мере, на данный момент не вижу.

– Максим Юрьевич, симферопольские власти говорили, что планируют открыть маршрут Симферополь-Минск с промежуточной посадкой в Сочи. Поддерживает ли Минтранс создание самого такого маршрута? Получается это может быть первый зарубежный маршрут из Симферополя за рубеж. И может быть какие-то еще маршруты РФ хотели бы открыть из Симферополя?

– Мы поддерживаем все инициативы, которые развивают сетку полетов в Крым, в Симферополь. Поэтому, если такой маршрут будет открыт, конечно это тоже будет позитивным моментом в нашей деятельности. Но на сегодняшний момент создана вся необходимая юридическая нормативная международная база для принятия такого решения. Поэтому любая компания, как российская, так и белорусская может принять решение об открытии этого рейса, никаких ограничений для этого нет.

– Ну а с Вами симферопольские власти на предмет этого вопроса не связывались?

– В Минтранс такие заявки не приходили. И опять же, это должны не симферопольские власти, не регион, а инициатором открытия такого маршрута должна быть авиакомпания.

– Как вы оцениваете идею ФАСа снижения верхней границы тарифного коридора РЖД до 5% в 2018 году, и до 0% в 2019 году?

– Этот вопрос обсуждался, в целом о тарифном коридоре российских железных дорог в рамках совещаний под руководством председателя правительства Дмитрия Анатольевича Медведева, в рамках принятия финансовой модели и инвестиционной программы российских железных дорог, в конце прошлого года. И было принято решение о том, что тарифный коридор продлевается на соответствующий следующий период бюджетного планирования, на 2017-2019 гг., со следующими параметрами: снижение по возможности увеличения РЖД тарифа до 10%, и уменьшения этого тарифа при обосновании соответствующей эффективности этого решения – до 50%. И эти решения приняты, поэтому в настоящий момент мы не видим каких-либо предпосылок для их изменения

– И теперь о водном транспорте – было поручение президента организовать морское сообщение между Крымом и Сочи. Как ведется работа по данному направлению?

– Наверное, Вы уже слышали о том, что соответствующее судно приобретено в компании Росморпорт для организации круизного сообщения, была проведена масштабная реновация этого судна. И в настоящий момент уже совершен первый пробный рейс. Это круизное сообщение будет осуществляться по кольцу Сочи-Новороссийск-Ялта-Севастополь-Новороссийск-Сочи. На борту может одновременно находиться 940 человек. Судно современное – девятипалубный лайнер, и он получил название «Князь Владимир».

– Скажите, пожалуйста, какие вообще перспективы использования таких судов. В принципе, это будет несколько судов?

– Пока это только лишь одно круизное судно. Но если кто-то из других компаний захочет осуществлять круизные перевозки в Черном море, в том числе с портов Крыма, мы всегда это поддержим. Соответствующая инфраструктура для этого была создана, и в рамках подготовки к Олимпиаде в Сочи, и сегодня порты Крыма, и не только Крыма, но и соответственно Новороссийска, могут обслуживать суда самого разнообразного класса.

– И кто будет контролировать безопасность на этом маршруте?

– Безопасность всегда на любых перевозках контролирует организатор этих перевозок – компания-перевозчик.

– И еще хотела узнать по поводу скоростного морского сообщения между портов Черного и Азовского морей – вот здесь тоже интересно, как идет работа?

– У нас был опыт, если Вы помните, еще в 2014 году мы планировали осуществлять перевозки не только через Керченскую паромную переправу, но и из портов Анапы, Новороссийска до соответственно других дестинаций в Крыму. И для этого использовались скоростные водные суда, вместимостью 250-300 человек. Но опыт эксплуатации таких судов показал, что эта морская перевозка имеет очень низкую эффективность – процент загрузки был в пределах 10, может быть чуть больше. И конечно, при тех ограничениях, которые есть в Черном море, с точки зрения длительности сезона, штормовой, ветровой нагрузки, говорить о регулярном сообщении на таком длинном плече, наверное, пока не приходится. То есть, нет такого класса типа судов, которые бы гарантированно держали бы погодные и морские условия.

– В общем пока что от этой идеи решили отказаться?

– Мы будем приветствовать, если какая-либо компания придет. Но решения о каком-то субсидировании таких перевозок, в виду их низкой востребованности, в федеральном бюджете нет.

Беседовала Мария Амирджанян

Россия > Транспорт > mintrans.gov.ru, 2 июня 2017 > № 2442730 Максим Соколов

Интервью Министра транспорта РФ Максима Соколова МИА «Россия Сегодня» в рамках Петербургского международного экономического форума

Министр транспорта России Максим Соколов в интервью РИА Новости в рамках Петербургского международного экономического форума рассказал о том, какие проекты могут быть реализованы в стране с помощью механизма инфраструктурной ипотеки, о повышении ответственности авиакомпаний за сильные задержки рейсов, нулевом НДС для региональных перевозок и проходе на посадку в самолет по смартфону.

– Максим Юрьевич, сегодня на Петербургском экономическом форуме Президент России Владимир Путин сделал заявление по поводу такого инструмента, как инфраструктурная ипотека. Когда планируется подготовить некий шорт-лист проектов, для которых можно использовать этот механизм?

– Этот шорт-лист у нас, в принципе, под рукой. И мы по так называемому принципу инфраструктурной ипотеки можем структурировать большинство наших проектов, по которым сейчас в силу разных объективных причин не хватает финансирования в федеральной целевой программе до 2020 года.

Например, это проект, по реализации которого было подписано одно из соглашений с потенциальными инвесторами в рамках экономического форума между ГТЛК и компанией Mercuria по участию в создании проекта Мурманского транспортного узла и нового порта на левом берегу Кольского залива и, соответственно, завершения строительства железной дороги, по которой мы видим дефициты денежных средств в федеральной целевой программе. Этот проект готов к структурированию по высказанному президентом принципу.

На Дальнем Востоке, говоря о развитии железнодорожного подхода к портам, при таком же подходе можно структурировать проект по созданию порта Восточный (Находка). Но не только это, практически любой наш проект: Белкомур, Северный широтный ход, строительство Кызыл-Курагино.

Там, где появляются обязательства государства, не обеспеченные сегодня документами бюджетного планирования, можно привлекать частные инвестиции с гарантией их возврата потом за пределами бюджетного цикла.

Это очень правильные идеи, и когда мы получим реальный инструмент, мы сможем предложить правительству Российской Федерации достаточно большое количество проектов практически в каждой отрасли: и в авиации, и в портовой инфраструктуре, и в строительстве автомобильных дорог, и, конечно же, железных. И, говоря об автомобильных дорогах, у нас тоже несколько проектов структурированы, уже реализуемые сегодня по этому принципу. Пятый участок Центральной кольцевой автомобильной дороги, система «Платон» была как концессия структурирована по принципу платежей за доступность.

Поэтому это широко используемый в мире принцип, который снимает для инвестора большой объем рисков, а значит, удешевляет для государства этот проект, потому что любой риск оценивается и инвестором, и финансирующими его банковскими институтами, и закладывается в финансовую модель проекта.

– Сегодня мы с вами уже говорили о массовых задержках рейсов авиакомпании «ВИМ-Авиа». Вы сказали, что может быть увеличена компенсация пассажирам, если будут такие сильные задержки.

– Надо установить общие правила, поднять ответственность перевозчиков. И, конечно, мы переговорим с бизнес-сообществом, с ассоциацией эксплуатантов воздушного транспорта, чтобы компании чувствовали себя более ответственными перед теми, кому они продают эти билеты. И понятно, что сейчас, в острой фазе, не надо никого наказывать. Тем более, излишне наказывать. Надо всем консолидироваться, чтобы решить эти проблемы. Точно так же, как мы делали в ситуации с «Трансаэро». И только потом, что называется, разложить ситуацию и сделать на холодную голову разбор полетов и, возможно, выступить или предложить правительству и эту меру по увеличению ответственности за срыв полетного расписания.

– В какие сроки это может быть сделано?

– Поскольку это будет нормативный акт, то у нас есть четкая процедура, и быстро такие документы, конечно, не готовятся. Необходимо создать проект, вывесить на сайте regulation.gov.ru, провести межведомственные согласования, заказать оценку регулирующего воздействия и только после этого внести в правительство РФ. Процесс не мгновенный.

– Если продолжать тему авиации, на каком этапе сейчас находятся и готовятся ли документы по обнулению НДС на региональные перевозки?

– Соответствующее поручение находится на этапе межведомственного согласования. Будем говорить откровенно, понятно, что, наверное, позиция министерства финансов, а я, естественно, разговаривал и с министром, и с профильным заместителем министра, не будет абсолютно положительным к вопросу. В этом никакой трагедии нет. Могут быть разные точки зрения. Мы направим все позиции министерств и ведомств в правительство России для принятия окончательного решения. Конечно, Минтранс выступает за эту меру, поскольку аналогичная мера по снижению НДС с 18 до 10%, вы видели, вывела авиацию в кризисный период из состояния турбулентности.

И те темпы, которые сейчас показывает авиационный рынок, говорят о том, что в целом (за исключением недавней ситуации с «ВИМ-Авиа», которая, я надеюсь, разрешится все-таки достаточно успешно, там вопрос больше технический, а не финансовый), состояние отрасли стабилизируется. Но при этом мы последовательно последние годы ведем политику по развитию внутрироссийских и в первую очередь межрегиональных перевозок, минуя московский авиационный узел.

Поэтому эта мера поддержки, которая даст именно этому низкодоходному сектору межрегиональных перевозок дополнительные преимущества – льготы в виде нулевого НДС, — позволит более комфортно перемещаться по стране людям, которые летят не в Москву, а в соседний субъект федерации, регион, и пока прямых авиационных связей между этими регионами нет. Вот это стимул для того, чтобы они появились в ближайшем будущем.

– Это может произойти в 2017 году?

– Необходимо принятие соответствующего закона. Поэтому это тоже не очень быстрая процедура, но теоретически возможно все.

– Когда в аэропортах России можно будет проходить по смартфонам, то есть без распечатки посадочного?

– Приказ Минтранса подготовлен по этому вопросу и проходит межведомственное согласование. После этого должна быть соответствующим образом проведена регистрация в Минюсте. Как только это произойдет, инфраструктура будет к этому готова. Рассчитываю, что, может быть, успеем до конца лета.

– Будет ли это сначала внедрено в аэропортах Москвы, а затем в других российских аэропортах?

– Это приказ, который позволит аэропортом применять в том числе и такую систему регистрации. Те аэропорты, в которых готовы соответствующие инфраструктуры, могут это делать немедленно после регистрации приказа в Минюсте. Это опция. Те, которые хотят, те, кто готовы, они будут. Это добровольно.

– Вернемся с небес на землю к железным дорогам. Вы говорили на ПМЭФ год назад, что первая в стране система Hyperloop стоимостью 30-40 миллиардов рублей может появиться на участке от Китая до порта Зарубино. Актуален ли еще этот проект? На каком этапе его разработка? Не будет ли он свернут или отодвинут на более поздний период?

– За год он немножко продвинулся, потому что год назад эта идея лишь родилась. Она подверглась определенной проработке. В Минтрансе даже была создана специальная рабочая группа. Определенный этап этого проекта презентовался на Восточном экономическом форуме во Владивостоке в сентябре прошлого года. В принципе проработана трассировка, определена длина этого маршрута, примерная скорость движения будущего транспортного средства, выделены конечные точки территории Китая, России.

Но до реализации еще далековато. В первую очередь потому, что сама технология должна была пройти аттестацию, апробацию в феврале этого года в Соединенных Штатах Америки, но в полном объеме испытания не состоялись. Поэтому мы все-таки должны сначала увидеть продукт, а потом уже под него структурировать этот проект. Хотя сразу подчеркну, что особой бюджетной поддержки он не получит.

– Вы говорили, что он вообще не получит господдержки и будут только частные инвестиции.

– Я и сейчас говорю. Ну, может быть, какие-то элементы вложений государства, например, в обустройство пунктов пропуска или чего-то еще будут необходимы. Все-таки это трансграничные перевозки и здесь есть определенные обязательства государства по администрированию этой перевозки. Но говорить о каких-то масштабных бюджетных государственных инвестициях, об этом речи нет.

– Какие-то сроки реализации проекта можете обозначить? То есть ближайшие два-три-четыре-пять лет.

– Это же инициатива инвесторов, поэтому инвесторам этот вопрос и надо адресовать. Тем более, что мы пока еще делим шкуру неубитого медведя, как говорят охотники, поскольку нет технологии, ее надо сертифицировать. Сертифицировать и в Китае, и в России, и только после этого на свой страх и риск параллельно с этим заниматься созданием соответствующей инфраструктуры.

– И последний вопрос, который не имеет отношения к транспорту. Когда играли в финале Кубка России «Локомотив» и «Урал», вы с Олегом Валентиновичем были на этом матче, вы были в шарфе «Локомотива». Вы болельщик «Локомотива» или все-таки какие-то другие предпочтения?

– Я всегда был и остаюсь болельщиком «Зенита». Это моя родная команда. И на матче в финале Кубка я присутствовал и, естественно, среди двух играющих команд поддерживал свою транспортную. По-другому, наверное, и не должен был поступить министр транспорта Российской Федерации.

– А на матчи Кубка конфедераций, который стартует скоро в России, будете ходить?

– Пока в моем графике нет посещений матчей Кубка. Но, если, что называется, судьба забросит в командировку в тот или иной регион… Хотя у меня есть приглашение и из Петербурга, и из Казани.

Беседовала Надежда Фролова

Россия > Транспорт > mintrans.gov.ru, 2 июня 2017 > № 2442729 Максим Соколов

Интервью Министра транспорта РФ Максима Соколова радиостанции «Коммерсантъ ФМ» в рамках Петербургского международного экономического форума

Как информационные технологии меняют транспортную систему? Что мешает запустить скоростные поезда по всей России? И как меняются российские дороги? На эти вопросы в интервью обозревателю «Коммерсантъ FM» Дмитрию Дризе ответил Министр транспорта России Максим Соколов в рамках Петербургского экономического форума.

– В выступлении Президента на форуме речь шла о цифровой экономике, о внедрении новых технологий, поддержке стартапов. Готово ли к этому ваше министерство? Как будете выполнять указания президента?

– В рамках стратегии развития транспортной системы и наших программных документов мы уже давно поэтапно переходим на цифровые принципы управления транспортным комплексом. Как раз в прошлом году введена в промышленную эксплуатацию автоматическая система управления транспортным комплексом – это серьезная система, которая позволяет не просто собирать и анализировать информацию о деятельности инфраструктуры, транспортных компаний, транспортных средств, но в автоматическом режиме на основе анализа принимать соответствующие управленческие решения. Сбор информации осуществляется в том числе с использованием спутниковых технологий. Здесь, кстати, Россия находится в числе лидеров. В качестве примера можно привести систему «ЭРА-ГЛОНАСС», которая уже два года функционирует на российских автомобильных дорогах, вся сеть автотрасс на всей протяженности нашей страны находится в зоне действия системы «ЭРА-ГЛОНАСС». Здесь мы лидеры, опередили и европейцев, и китайцев. Компании, которые работают в сфере транспорта, находятся в очень конкурентной среде, поэтому уже давно используют все преимущества цифровых технологий. Мы уже прошли определенный путь, но нам еще очень много нужно сделать для того, чтобы в полном объеме соответствовать современным трендам. Пропускная способность дорог повышается, скорость перевозки грузов за последние годы заметно улучшилась, особенно улучшилось качество обслуживания пассажиров, наверное, все это чувствуют…

– Не везде.

– Не везде, если говорить о территориях за пределами московского транспортного узла, то, конечно, нам еще необходимо менять подвижной состав, обновлять. И это одна из наших задач. Поэтому давайте разделим грузовые и пассажирские перевозки, я по каждому из сегментов скажу, что делается по различным видам транспорта.

– Давайте с пассажирских начнем.

– Они больше всех волнуют, конечно, наших пользователей инфраструктуры в ежедневном режиме. В таких флагманах, как Москва, Санкт-Петербург, в других миллионниках или мегаполисах с населением больше 500 тыс. человек обновление пассажирского парка идет, хотя и не всегда очень быстрыми темпами. Но если мы посмотрим маленькие города или сельские населенные пункты, то качество транспортных средств оставляет желать лучшего – автобусы старше десяти лет, дороги тоже региональные и местные в лучшем случае на 40% соответствуют нормативам. Но работа ведется. И как раз в рамках форума было подписано соглашение о намерениях по созданию консорциума по переводу в Москве общественного транспорта на электрическую тягу. Это означает замену автобусного и троллейбусного парков на электробусы, работающие не на дизельном двигателе, а на электрических батареях. Они уже бегают в экспериментальном режиме.

Москву вообще можно назвать передовиком. Причем не только в части внедрения современного подвижного состава, реализации таких проектов, как Московское центральное кольцо, который не имеет практически аналогов нигде в мире. И с точки зрения организации транспортного пространства Москва делает все очень и очень академично.

Если же в целом говорить о дорогах… Региональные и местные дороги находятся примерно в том же состоянии, что и пять лет назад. А вот по федеральным трассам – наверное, многие пользователи и автолюбители это заметили – за последние пять лет был сделан существенный прорыв. От планки нормативного содержания в 40%, даже меньше, мы на начало 2017 года вышли на 71% — это большой шаг вперед. А к концу этого года вплотную приблизимся к отметке 80%. С учетом межремонтного шестилетнего периода — а сейчас мы увеличиваем этот период до 12 лет за счет новых технологий – практически все наши федеральные трассы будут содержаться в нормативном состоянии. Это очень важный и серьезный прорыв, который был сделан в транспортной отрасли за последнее время.

– Что мешает по всей стране запустить такие скоростные поезда, как курсируют между, например, Москвой и Петербургом, Москвой и Нижним Новгородом?

– Мешает отсутствие соответствующей инфраструктуры, потому что скоростное, а тем более высокоскоростное движение может быть реализовано только на так называемом безбалластном полотне, должна быть специальная выделенная дорога. А по нашим железным дорогам одновременно перевозятся и пассажиры, и грузы…

– Можно ли увеличить пропускную способность, положить еще рельсы?

– Можно, но это дорого. Но, например, сейчас мы разработали проект высокоскоростной магистрали «Москва – Казань» длиной 770 км. Завершается стадия проектирования, а в будущем эта магистраль в несколько раз сократит время в пути между Казанью и Москвой, между Нижним Новгородом и Казанью, по-моему, в семь раз сократится время в пути по железной дороге. Конечно, на сегодня это один из самых дорогих проектов, реализуемых в области транспортной инфраструктуры. Но без такого проекта не дать нового качества ни транспортной системе, ни связанности территории. На самом деле те, кто пользовался такими магистралями где бы то ни было в мире – в Японии, в Китае, во Франции, в Германии, в Испании, – видят, насколько они изменяют расстояния, сближают мегаполисы между собой, вообще изменяют понятие доступности, когда путь между двумя городами, находящимися на расстоянии 300 км, можно проехать за час.

– Стадион вот не можем построить, а здесь такое…

– Мы можем многое построить: и проект Московского центрального кольца, и проект Западного скоростного диаметра в Санкт-Петербурге, проходящего мимо стадиона, как раз говорят о том, что мы можем строить образцы транспортной инфраструктуры мирового уровня.

Россия > Транспорт > mintrans.gov.ru, 2 июня 2017 > № 2442728 Максим Соколов

Глава «Союзмультфильма»: анимация — это дорого, минута стоит от 200 000 до 800 000

Деньги, контракт с Danone, внимание президента к анимации — Юлиана Слащева рассказал Business FM о том, что происходит в отрасли и с «Союзмультфильмом» в частности

На Петербургском экономическом форуме председатель правления киностудии «Союзмультфильм» Юлиана Слащева рассказала Business FM, зачем Danone крупный контракт с ее компанией, отношении президента к анимации, а также о цене работы в мультипликационной отрасли и о том, почему она в буквальном смысле так дорого обходится.

Наши мультики мы в последнее время обсуждаем очень часто.

Юлиана Слащева: Это приятно!

Во-первых мы обсуждали здесь же, в нашей студии, «Машу и Медведя», «Смешариков», в общем, в контексте российской «мягкой силы». Слава Богу, это не требует даже никаких дополнительных вложений

Юлиана Слащева: Это правда.

Но я знаю, что вы были у президента, это стало темой. О чем шла речь, и почему такое внимание к нашей анимации, на высшем уровне?

Юлиана Слащева: Наверное, начну со второго вопроса. Думаю, такое внимание к нашей анимации, потому что при анализе оказалось: анимационная отрасль — одна из динамичных и постоянно растущих в нашей стране, независимо ни от каких кризисов. Например, в последние шесть лет рост анимационной отрасли составляет порядка 9% во все годы. Рост отрасли детских товаров в целом составляет 6-7%. То есть вне зависимости от кризисов родители все равно будут платить за образование своих детей, это как раз та сфера, где люди стараются не экономить.

Но ведь мультики у нас бесплатно!

Юлиана Слащева: Вы знаете, «мультики у нас бесплатно» — это только так кажется. На самом деле, действительно, у нас очень качественное бесплатное телевидение, поэтому есть возможность посмотреть по телевизору как хороший анимационный продукт, так и хорошее кино. Это наше отличие, кстати, от многих стран мира — у нас бесплатные эфирные каналы показывают качественные продукты. Но на самом деле для анимационных каналов это, конечно, не бесплатно. Во-первых, это очень большие инвестиционные вложения, анимация стоит очень дорого, дороже, чем игровое кино. Просто для понимания: минута анимации стоит в производстве от 200 тысяч до 800 тысяч рублей. Только вдумайтесь, сколько компаниям нужно вложить, чтобы сделать даже сериал из 26 серий!

Можно сделать покороче — это, конечно же, шутка...

Юлиана Слащева: Можно, но тогда вы не сможете это показать, вы не сможете приучить детей к любимым персонажам. Некоторые компании так и стараются поступать — они делают несколько серий именно потому, что вложения очень большие, а потом идут с ними к потенциальным инвесторам, к государству, которое через министерство культуры последние годы очень серьезно поддерживает анимацию, и во многом благодаря решениям президента, принятым на предыдущей встрече с аниматорами, в 2011 году, эти шесть лет анимационная отрасль росла.

Насколько я знаю, дети в основном смотрят не телевизор, они смотрят в планшетик, в YouTube все есть. Там идет реклама очень хорошо. Это работает, это приносит деньги?

Юлиана Слащева: Это приносит деньги, пока, конечно, небольшие по сравнению с развитыми международными рынками, но этот процент доходов от интернета растет. На самом деле, если вы меня спросите о структуре доходов анимационной студии, я вам скажу, что собственно продажа контента составляет порядка 20-25% наших доходов. Основная, львиная доля — продажа лицензий наших брендов, наших персонажей на производство игрушек и других детских товаров. Сегодня почти 98% всех игрушек, которые продаются в детских магазинах, являются героями мультфильмов, брендированными персонажами. Сегодня вы не встретите просто Lego — вы встретите Lego «Звездные войны» или «Холодное сердце».

У вас есть какое-то понимание, практика, примеры — сколько времени нужно, чтобы мультик «отбился»? Если основные доходы — это постпродажи.

Юлиана Слащева: Конечно, есть. Это не быстрый процесс. Вообще анимация — это длинные инвестиции, которые могут очень хорошо окупиться и принести очень хороший возврат, но длинный. Мы в среднем считаем, окупаемость мультика — это четыре-пять лет.

Если можно, о разговоре с президентом. Что-то из него, безусловно, вытекает.

Юлиана Слащева: Это очень важно. Мы ходили к президенту с двумя ключевыми темами. Хотели рассказать ему, что произошло за последние шесть лет с момента, пока он последний раз встречался с аниматорами, произошло в отрасли очень многое. Начали мы как раз с достижений, с прорывов. Второй большой блок — мы готовы к новому рывку. Анимационная отрасль готова сделать следующий большой шаг. Для этого нам нужно в том числе получить государственную поддержку. Мы разбили ее на три больших блока и об этом говорили с президентом; надо сказать, получили невероятно живой и неподдельный интерес с его стороны к отрасли, к нашим вопросам. Первое, о чем мы просили, это налоговые преференции, налоговые льготы, схожие с отраслью IT, потому что мы нанимаем специалистов с теми же компетенциями.

Самое главное, что вы делаете экспортный продукт.

Юлиана Слащева: Да. Мы также являемся инновационной отраслью. Вот это, наверное, главный наш тезис был: признайте нас инновационной отраслью, потому что мы действительно делаем такой продукт. Второе, о чем мы говорили: отрасли в целом не хватает финансирования. Приводили примеры стран, где анимация субсидируется больше. Много сделано уже, как я уже сказала, министерство культуры субсидирует анимацию, но мы попросили дополнительные деньги на то, чтобы мы могли делать новые продукты. И третье, о чем мы говорили, это создание Дома российской анимации. Такое решение Владимир Владимирович уже поддержал в 2011 году, но по тем или иным причинам за шесть лет этого как раз не произошло. Когда я пришла в «Союзмультфильм», посмотрела целый ряд концепций его возможного развития, их было много создано за последние годы. Компания при этом все равно продолжала находиться в очень серьезном кризисе. Из всех концепций мне показалось наиболее адекватным и правильным создание на базе «Союзмультфильма» места коллективного пользования Дома российской анимации. Президента мы попросили присвоить статус технопарка. Создать российский анимационный технопарк.

В общем, как Мосфильм работает сейчас. Он не сам производит, а предоставляет платформу.

Юлиана Слащева: Да. Но мы хотим дальше — давать не только производственные площадки, которые как раз предоставляет Мосфильм и мы сможем предоставлять аниматорам. Сегодня в России порядка 40 малых и средних студий, которым бы очень пригодилась помощь, если бы их можно было объединить на одной площадке, дать им плюс к этому технологическую поддержку и небольшую финансовую.

Я не разбираюсь в том, как делаются мультики, но, мне кажется, что-то сейчас-то в основном все просто рисуют?

Юлиана Слащева: Конечно, им не нужен павильон, вы правы, хотя появились современные технологии, которые требуют специальных помещений, это motion capture, когда вы обвешиваете реального человека датчиками, он двигается и создает нужные движения, а вы потом перекладываете это в компьютер. Это очень сильно упрощает, ускоряет и удешевляет производство анимации. В целом не нужен павильон, но нужно очень дорогое оборудование. Знаете, сколько стоит оборудование одного рабочего места профессионального аниматора? Порядка 20 тысяч евро, где 3 тысячи — сама техника, компьютеры и так называемая станция, а 17 тысяч — софт, программное обеспечение, которое вы покупаете, оно всегда иностранное, и вы каждый год его обновляете, каждый год за него платите. Это очень дорого. Небольшие, малые, средние студии не могут себе этого позволить. Поэтому, когда мы говорим «технопарк», мы имеем в виду технологически оборудованную площадку для коворкинга, где эти компании смогут работать. И еще одна тема, вытекающая из той, о которой я сейчас сказала, о чем мы говорили с президентом, и он очень живо поддержал ее, поручил серьезно заняться ее разработкой и вернуться к нему. Это импортозамещение в части программного обеспечения. Мы сегодня совершенно зависимы. Мы абсолютно зависимы от иностранного программного обеспечения, российского не разработано. Все, на чем мы работаем, не наше.

А это прямо так нужно?

Юлиана Слащева: Очень.

Я лучше про музыку знаю — у нас прекрасные музыканты, но на роялях, даже когда «железный занавес» был, даже когда Советский Союз вообще никто не признавал в 20-х годах, все равно играли на Bechstein и на Steinway , и никого это не волновало.

Юлиана Слащева: Я вам расскажу, как одно отличается от другого. Рояли между собой — российские, американские, израильские, немецкие — не завязаны в одну сеть. Вы играете на этом рояле — и играйте себе дома, сколько хотите. Сегодняшнее программное обеспечение, серверы, хранилища все завязаны в одну сеть. Мы сегодня все с вами, получается, работаем через Соединенные Штаты по нашим программным продуктам. И в этом смысле мы зависимы, мы в некотором ограничении своих возможностей в этой связи.

Два наших больших мультсериала реально идут по всему свету, в лидерах, уверен, что смотрится это все в YouTube... а деньги оттуда через рекламу приходят?

Юлиана Слащева: Конечно. Они приходят оттуда и через рекламу, и через лицензионную как раз продажу персонажей, и через продажу контента на телевизионные каналы.

Не воруют?

Юлиана Слащева: Сложно сказать. Мне трудно оценить, надо спросить у компаний, которые уже в этом международном процессе участвуют. «Союзмультфильм» пока нет.

Мы мало знаем пока компаний, у которых вообще есть такой опыт.

Юлиана Слащева: Правда, немного, но тем не менее: есть «Снежная королева», студия Wizard — полный метр, прошла в 35 странах и во многих, в Болгарии, например и в Корее явилась лучшим анимационным стартом сезона. То есть многие уже попробовали наши фильмы, анимационную продукцию начинают принимать. Мне трудно сказать по поводу воровства, мы только в следующем году собираемся двинуться в эту сторону. Поэтому я смогу вам сказать через год.

Крупный бизнес как таковой интересуется? Как правило, могут быть и спонсорские истории...

Юлиана Слащева: Должны быть. Внебюджетные. Мы называем это так, мы государственная студия.

Потому что это же работает, правда, это всегда неизвестно. «Маша» выстрелила, потом пять могут не выстрелить.

Юлиана Слащева: Да. Вообще статистика такая, что три-четыре проекта из десяти выстреливают, это так, но сегодня мы научились уже более четко подходить к отбору проектов, мы сегодня не будет делать и рисовать просто что-то — мы пересмотрим 50 проектов, прежде чем выбрать один, чтобы его снимать, поэтому статистика будет улучшаться.

А угадать все равно нельзя.

Юлиана Слащева: Угадать трудно, но можно, по крайней мере, снизить риски.

Все говорят: чтобы появился один хороший, должно быть пять экспериментов, даже у одного и того же автора.

Юлиана Слащева: Это так. Поэтому нужно запускать много, именно поэтому нужны внешние деньги. Но вы знаете, все отбивается с лихвой, если из десяти проектов успешно стартуют три, они покрывают все семь неуспешных, потому что анимация очень хорошо возвращает. Как пример — «Маша и Медведь» как раз нам это показал. Пока не много частных денег в анимации; они есть, и большинство полных метров сегодня, которые снимаются, они снимаются на частные инвестиционные деньги, студии не могут себе позволить вкладывать, часть дает государство, а часть — сторонние инвесторы. Кинотеатры сегодня вкладывают в анимацию, какие-то финансовые структуры, которые четко просчитали отдачу от анимации, могут вкладывать. Мне кажется, пока, конечно, этого мало, и одной из своих задач как человек, который всю жизнь работал в конкурентном поле, который работал в бизнесе, я вижу привлечение денег в анимацию.

Ну и напоследок: вы подписали контракт с Danone. О чем он, что он даст?

Юлиана Слащева: Во-первых, этот контракт можно смело назвать рекордным — не только для «Союзмультфильма», но и в целом для анимационной отрасли. Соглашение общее на сумму 500 млн рублей от одного лицензиата — ни одна компания в России не получала таких денег.

А Danone это зачем?

Юлиана Слащева: Danone очень успешно продает свои продукты под маркой «Простоквашино», уже очень много лет, и для того, чтобы дальше так же успешно продавалась его продукция, ему нужно, чтобы эти герои продолжали жить. Все-таки герои «Простоквашино», которых сейчас использует Danone, созданы давным-давно, в конце 80-х. За это время изменилась страна, изменились люди, и нужны старые герои в новых условиях. Конечно, компании очень интересно, чтобы эти герои продолжали жить, мы собираемся в рамках этого контракта, на финансирование, которое нам предоставляют, снять 30 новых серий, соответственно, появятся новые герои, появится новая жизнь, но появятся все наши любимые герои — дядя Федор, Шарик и Матроскин.

И кабы не было зимы.

Илья Копелевич

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ > bfm.ru, 2 июня 2017 > № 2206472 Юлиана Слащева

Марина Руднева: «Наша задача — сделать образ жизни пенсионера другим»

О том, как устроена система негосударственных пенсионных фондов и на какие выплаты могут рассчитывать будущие пенсионеры в 2022 году, рассказала генеральный директор Финансовой Группы «Будущее» Марина Руднева

Сейчас будущие пенсионеры в массе своей находятся в полной неопределенности на счет того, что будет к тому моменту, когда они теоретически начнут получать свою накопительную часть пенсии. Они вообще будут что-то получать?

Марина Руднева: Я могу сказать с полной уверенностью, что да, они точно будут что-то получать. На сегодняшний день те накопления, которые находятся в негосударственных пенсионных фондах, все на месте, ими управляют коммерческие организации с очень профессиональной структурой управления, с серьезными инвестиционными менеджерами. ЦБ в свое время выстроил довольно жесткую структуру и систему и очень сильно повысил уровень контроля за пенсионными накоплениями, поэтому они будут сохранны. В дополнение к этому присоединилось агентство по страхованию вкладов и на сегодняшний день все пенсионные накопления застрахованы.

Но они не нарастают в накопительной части?

Марина Руднева: Что касается заморозки, то, конечно, они не нарастают. Но есть такая вещь как инвестиционный доход, который зарабатывается каждый год, и если в среднем за последние три года негосударственные пенсионные фонды показали доходность порядка 8-9%, то ваш пенсионный счет на эти 8-9%, в зависимости от того, в каком фонде вы находитесь и насколько успешно он управляет вашими деньгами, он, так или иначе, растет.

Как вы рассматриваете перспективы своего бизнеса, ведь в связи с заморозкой больше средства в фонды не поступают. У вас есть определенный капитал, которым вы управляете. Этого достаточно для того, чтобы заниматься этим бизнесом всерьез и надолго?

Марина Руднева: Как любой финансовой организации этого недостаточно и хотелось бы больше, но мы живем в определенных политических и экономических реалиях и бороться с ними тяжело. Тем не менее, правительство предложило новую концепцию индивидуального пенсионного капитала. Конечно, она требует серьезной доработки и до конца пока не готова, но идея в том, чтобы перевести пенсионные накопления в частную собственность. Это то, что, наверное, интересно любому гражданину и дает людям возможность самостоятельно копить на пенсию. При этом понятно, что финансовая грамотность населения находится на таком уровне, что относительно мало людей задумываются о своем будущем и своей пенсии. Поэтому идея заключается в том, чтобы сделать ее квазидобровольной. Начать минимально с одного процента отчислений в год и постепенно в течение шести лет дорастить до 6%.

Мы прекрасно на своем опыте знаем, что за 20 лет может много чего измениться, поэтому тут вопрос: она квази или все же добровольная? По данным большинства экспертов, люди не доверяют системе и предпочитают золото-бриллианты-квартиры, то есть то, чем они могут реально управлять.

Марина Руднева: Разумеется, если все время что-то реформировать, то доверие к пенсионной системе у населения точно не вырастет. Давайте на примере банковского сектора посмотрим. Эти организации прошли сложные процедуры, систему акционирования и, в конечном счете, у вас есть гарантии по страхованию вкладов на 1,4 миллиона рублей. У людей есть деньги, и они не пытаются ими самостоятельно управлять: они кладут их на депозит

Но эти деньги они могут изъять, а пенсионные деньги они изъять уже не могут.

Марина Руднева: Но это единственный способ цивилизованного накапливания на пенсию. К этому пришли все развитые страны и везде это работает. На сегодняшний день объем денег, которые находятся в пенсионной системе в других странах в десятки раз выше по отношению к ВВП, чем в нашей стране. Хочу заметить, что у нас сейчас инвестиционная декларация такая жесткая и контроль настолько серьезный, что сейчас ЦБ довольно заметно почистил ряды негосударственных пенсионных фондов и на рынке остались только крупные и стабильные игроки. Я надеюсь, что наше правительство опомнится и отменит заморозку, но если она продолжится, то ИПК точно заработает с 2019-2010 года.

Марина, еще лет 15 назад средний российский пенсионер в нашем понимании — это пожилой человек, плохо одетый, с небольшой пенсией, который мало что мог себе позволить. Как изменился портрет российского пенсионера сегодня?

Марина Руднева: Мне кажется, что сейчас наша задача сделать пенсионера немного другим: тем, который хочет путешествовать, хочет потреблять большое количество услуг, думать о своем досуге, иметь возможность помогать своим детям и внукам. Стремиться надо вот к этому. Наше население стареет стремительно, и сфера услуг для пожилых людей сильно востребована. Через 10 лет это будет огромный рынок, который сейчас только зарождается. Это вопросы здоровья, реабилитации, коммерческих пансионатов. Если посмотреть на западный опыт, то пансионаты — это большой рынок, там живет огромное количество активного населения, которое приняло осознанное решение уехать из дома и переехать в такие пансионаты. У нас такого рода заведения — это пока депрессивные места, потому что этот сектор еще не охвачен. Но если сейчас делать опрос среди 35-летних, то у них отторжения касательно этой системы уже нет: сейчас люди думают об этом, причем даже не в отношении своих родителей, а для себя.

Негосударственный пенсионный фонд тоже собирается заниматься созданием среды для пенсионеров?

Марина Руднева: Безусловно, это крайне важно, ведь это социально значимый бизнес, он очень близок к пенсионным фондам. Мы строим первый профессиональный пансионат такого рода в Истре, с английским оператором, израильским реабилитологом номер один в мире. Это будет первое профессиональное заведение такого рода, пилотный проект, адресованный среднему классу.

А в будущем кто будет платить за пребывание в таких пансионатах: пенсионер или его дети?

Марина Руднева: Во всем мире за это платят дети. Дополнительным источником финансирования может быть то жилье, которым владеет пенсионер: он может его продать или сдать и таким образом решить этот вопрос.

Когда ваш фонд начнет выплачивать первые пенсии?

Марина Руднева: С 2022 года все фонды начнут такие выплаты в массовом порядке. Но мы и сейчас уже что-то платим. Что касается размера выплат, то на сайтах фондов есть пенсионный калькулятор, с помощью которого можно посчитать свою будущую пенсию. Также уже сейчас без системы индивидуального пенсионного капитала можно присоединиться к инвестиционному пенсионному обеспечению. Это добровольный вклад, который вы можете сделать и забрать, например, заключив договор только на пять лет, а потом, при желании, продлить.

А это будет хорошо работать для системы фондов, ведь пенсионные деньги — это источник длинных инвестиций.

Марина Руднева: Это будет работать, ведь вы, по сути, поделите свой пассив на длинный и короткий и так же будете им управлять. То есть если речь про пятилетние деньги, то в нашей стране пять лет — это уже долгосрочная инвестиция.

В 2022 году появятся первые пенсионеры, которые увидят десятилетний результат работы системы. Что еще начнут делать пенсионные фонды с этого момента? ведь они начнут терять деньги, если их приток остановится.

Марина Руднева: Конечно, поэтому крайне важно запустить индивидуальный пенсионный капитал, чтобы приток денег постоянно был. Если же этого не будет, в чем я сомневаюсь, то запустить другие индивидуальные продукты, когда уже люди принесут свои деньги в систему. Мы, кстати, такой пилотный проект уже начали год назад. И есть люди, которые готовы это делать. К 2022 году также важно обеспечить удобство и комфорт для населения: пенсии должны начисляться грамотно и вовремя, должен быть полный доступ к информации, должна быть прозрачность, личные кабинеты, мобильные приложения, достаточное количество офисов. Мы должны сделать эту систему доступной для населения, потому что сейчас таких массовых выплат нет и для нас будет большим вызовом все это обеспечить.

Каким вы видите пенсионера 2022 года?

Марина Руднева: Пенсионеры будут более активны, заинтересованы в жизни и будут менее сконцентрированы на семье, а больше на себе. Соответственно, будут ездить, потреблять различные услуги, возможно больше заниматься собой с медицинской точки зрения. Это тоже может стать бизнесом для негосударственных пенсионных фондов. Наша группа думает об этом в ежедневном режиме, у нас есть команда, которая генерит идеи касательно того, какие услуги будут интересны будущим пенсионерам. Впрочем, об этом думают все участники рынка.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > bfm.ru, 2 июня 2017 > № 2205101 Марина Руднева

Шохин: налоговый маневр остается одной из гипотез

Президент Российского союза промышленников и предпринимателей рассказал, чем новое понятие спецконтрактов помогает бизнесу, что тормозит эту помощь, а также чего ждать от налоговых изменений

Новое слово — СПИК. Что оно означает, как поможет бизнесу, и что тормозит эту помощь? Об этом — и не только — в кулуарах Петербургского экономического форума рассказал президент Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин. С ним беседовал главный редактор Business FM Илья Копелевич.

Очень много панелей на форуме. Сколько вы успели сегодня обойти: На самом деле, чересчур много, и приходится бегать. Пространства большие, и накручиваешь километры. Я думаю, за день десяток люди пробегают между сессиями.

Среди всего этого разнообразия что вы считаете самым главным? Главное — вроде бы макроэкономическая панель.

Александр Шохин: Дискуссии на тему макроэкономики ведутся, пожалуй, с Гайдаровского форума, то есть с начала года, шесть месяцев уже мы в этой теме, в том числе и дискутируем по ключевым развилкам, по которым до сих пор не договорились. В частности, в январе была заявлена тема налогового маневра «22/22». Судя по совещанию у президента на этой неделе, налоговый маневр остается пока одной из гипотез. Решение не принято. И если в январе энтузиазма было много — и у экспертов, и у министерств — сейчас, по-моему, эксперты уже потеряли интерес к теме налогового маневра, причем я имею в виду экспертов вроде группы Кудрина, группы Титова. Тема осталась внутри правительства. По всей видимости, может быть, президент объявит свое решение на форуме, будет маневр или нет. Тем не менее, сейчас все увлеклись тонкой донастройкой налоговой системы. Кстати, бизнес в этом заинтересован: целый ряд решений может быть принят уже сейчас, в этом бюджетном цикле, то есть в том бюджете и налоговой политике, которые будут в сентябре уже лежать в Государственной думе. Если эта дискуссия затягивается, в том числе по той формуле, которую предложил сам президент — 2017 год посвятить дискуссиям по налогам, в 2018-м принять все необходимые решения, с 2019-го запустить — то мы как минимум теряем год. Во-вторых, если бы точно знали, что будет с 1 января 2019 года, можно было бы готовиться, адаптироваться, принимать те или иные бизнес-решения, исходя из того, какой налоговая система в 2019-м и последующим годах. Поскольку этого нет, стало быть, неопределенность.

Может быть, этого и не будет уже с 1 января 2019 года? Может быть, и не будет вообще?

Александр Шохин: Поэтому, я думаю, надо сейчас определить те направления налоговой донастройки, которую уже сейчас можно запустить. А происходят у нас какие-то вещи, не очень приятные для бизнеса вещи. Например, есть такой хороший механизм — специнвестконтракт, СПИК. Этот контракт требует разработки регионального законодательства и применения этих норм в том числе в регионах. По нашим оценкам, только 40 регионов приняли соответствующее законодательство, а их у нас, как вы помните, чуть больше.

Почти в два раза.

Александр Шохин: Вот вам тема, которую надо быстро урегулировать, подталкивая регионы.

Специнвестконтракт, насколько я помню, подразумевает налоговые льготы от пяти до десяти лет, и это важная штука, налог на прибыль.

Александр Шохин: Важная. Более того, он предполагает так называемую дедушкину оговорку: если вдруг условия деятельности бизнеса ухудшаются, для тех, кто в режиме СПИКа работают, они сохраняются на весь период реализации проекта такими же, как они были. Вообще-то говоря, для бизнеса иногда это важнее, чем льготы. Потому что люди входят в проект на одних условиях, потом вдруг — кадастровая оценка, налог увеличивается в десять раз, не потому, что кто-то увеличил налог, а кадастровая оценка выросла десятикратно! И поди доказывай, что ты заходил в проект, не имея это в виду. Так вот эта «дедушкина оговорка» — для многих иногда единственное, что им нужно. Гарантируйте, что условия контракта останутся такими же на весь период реализации. Или другой пример: налоговая льгота на вновь вводимое современное оборудование. Она есть, но будет сейчас применяться в случае, если регионы решат, давать или не давать. Но, поскольку у регионов сложная достаточно ситуация с бюджетами, скорее всего, они, по крайней мере, не все будут давать.

А вот эти СПИКи — это тоже региональное решение?

Александр Шохин: В принципе, это совместное решение и регионов, и федерации. Все стучатся в Минпром. Сейчас СПИКи — хороший инструмент, но только промышленность им пользуется. Дело идет к тому, чтобы подтянуть энергетику. В принципе, сельское хозяйство можно переводить. Там есть и минусы в этой формуле СПИКа. Они связаны с тем, что участникам СПИКа гарантируется спрос со стороны государства, регионов и так далее. Вот для чего нужны законодательные нормы. Это механизм единственного поставщика, то есть я инвестирую деньги, а мне федеральный орган или региональный говорит: мы у тебя всю продукцию купим через пять лет, когда ты ее произведешь. Но за эти пять лет могут появиться энергичные частные предприятия, которые не хуже могут выйти на сопоставимый объем продукции, с хорошим качеством. В итоге здесь надо очень аккуратно определять механизм вхождения, чтобы не появилось ущемления конкуренции. Если вход в эти СПИКи будет кулуарный, скажем так, то это нарушение конкуренции. Если мы обеспечим прозрачность, и, условно говоря, все желающие, отвечающие универсальным критериям — финансовый план, финансовое состояние предприятий — могут войти в эти СПИКи...

Тогда и цену нужно оговаривать, если берется обязанность покупать.

Александр Шохин: Безусловно. Поэтому тут можно попробовать формулу, которая в фармацевтике применяется. Это формула «третий лишний». Запускать в этот механизм не меньше двух компаний, чтобы и цена правильно определялась, чтобы была конкуренция и так далее. Во всяком случае, я сейчас говорю о том, что есть много вопросов, которые можно назвать тонкой донастройкой налоговой системы.

Специнвестконтракты уже где-то действуют или это пока только в разработке? Я встречаю этот термин, и, по идее, это то, что бизнес просит.

Александр Шохин: Несколько компаний уже получили режим специнвестконтрактов, причем первый — иностранная фирма, немецкая Claas. У нее завод в Краснодарском крае. Это сельхозтехника. Несколько фармпредприятий получили, иностранные тоже. Кстати, это характерно, что иностранные компании получают доступ к специнвестконтракту иногда при наличии сопротивления со стороны чисто российской — с какой стати иностранцам давать? Но они локализуют производство на уровне, гораздо более высоком, чем наши компании. Они сразу могут разворачивать производство комплектующих и так далее, в то время как наши еще часто комплектуются из-за рубежа. По импорту — если «железо» у них свое, то «мозги», чаще всего, импортные. А вот тот же Claas, допустим, предложил вполне проходной вариант, когда ясно, что и «мозги» будут просто локализованы.

Их «мозги» будут просто не нужны.

Александр Шохин: Ну, это в идеале, конечно, но это, скорее всего, к отечественному производству. Такая конкуренция между российскими компаниями и зарубежными за СПИки, это неплохо, потому что стимулирует в том числе высокий уровень локализации зарубежных компаний в России. Они становятся российскими. Это условие, что вы будете производить продукцию и не менее чем на 80% комплектоваться из российских поставщиков, хорошо действует. Сегодня на форуме подписали соглашение-меморандум об открытии завода французской компании «Санофи-АвентисВосток» в Орловской губернии. Это фарма. Но интересно-то другое: главная часть этого проекта заключается не в том, что локализовано производство субстанции готовых форм инсулина, а то, что они выходят с этой продукцией на европейский рынок. Они возвращаются — в Германию, в ту же Францию, в большую Европу поставляют ту же продукцию.

Большое событие — когда пойдет поставка.

Александр Шохин: Уже да, наверное, скоро будет отмечать. В Орел поедете? Или в Германию? Ну, я в данном случае отклонился немного от темы, речь шла о большом налоговом маневре, либо о том, чтобы попытаться те инструменты, которые, как мы знаем, частично запущены, частично работают, частично, к сожалению, отменяют, отладить всю эту машину, и чтобы они с 1 января следующего года действовали, и их уже менять не надо. Надо шаг за шагом внедрять все проверенные механизмы и создавать большую определенность.

Александр Николаевич, резюмируя тему с налогами, она, собственно, одна из важнейших…. Вам не кажется, что никакой большой налоговой реформы не будет, потому что нет единства? Радикальные меры вначале привлекают своей новизной, потом при дальнейшей обкатке…

Александр Шохин: Вот я лично чего боюсь при радикальной смене этой налоговой конструкции. Первое: если радикализм выражается в том, чтобы снизить страховые платежи, что неплохо для бизнеса, безусловно, дешевый труд лучше, чем дорогой, экономия на затратах, а сейчас все стремятся на костах экономить, но, вообще говоря, у нас труд-то дефицитный. У нас рабочая сила сокращается. У нас за последние десять лет, даже чуть меньше, на 10 миллионов человек сократился показатель. А за дефицитный товар приходится больше платить. Поэтому если вы снижаете эту планку, меньше платите за рабочую силу, то у вас какой источник? Это дешевая рабочая сила из-за рубежа, а она кончилась тоже, то есть на гастарбайтеров уже ориентироваться нельзя. Но если бы они даже были, они бы дестимулировали технологическое обновление производства. Если у вас есть рабочие, которые могут копать траншею лопатой, зачем вам экскаватор? Поэтому тут и есть вопрос...

Чем дальше, тем больше вопросов.

Александр Шохин: Второе. Если вы снижаете социальные налоги, но увеличиваете косвенные налоги, налоги на потребление, НДС — это все-таки повышение цен. Но у нас реальные доходы населения не растут уже давно, и когда начнут расти, неизвестно. Стало быть, нормальный работодатель... мы опрос проводили: что вы будете делать, если страховые взносы снизятся, а НДС повысится? Мы вынуждены будем повысить зарплату людям. Мы не можем у них отнять. естественно, инфляция подскочит, пусть даже единовременно, но вот на этот скачок мы вынуждены будем повышать зарплату, иначе разбегутся людей. Я имею в виду, что дефицит кадров есть. Или начнется все равно конкуренция за рабочую силу и придется доплачивать. Ну, и есть ряд других вопросов. Например, можно ли снижать вот эти страховые платежи, не имея картинки, какой будет пенсионная система? Потому что ясно, что вы, снижая страховые платежи, по-другому должны пенсионную систему формировать. Либо вы ее делаете бюджетной, субсидируете в полном объеме, либо вы меняете какие-то принципы страховой системы, в том числе на основе предложений того же Кудрина и его группы. Они предложили и баллов побольше зарабатывать, чтобы пенсию получать, и стаж побольше, и так далее. Но это серьезная реформа, которую прорабатывать надо не один месяц. Ну и есть еще один аргумент — это выборы президентские. Многие решения носят, мягко говоря, не очень предвыборный характер. Тут надо непопулярные меры применять. Поэтому, честно говоря, радикального маневра, скорее всего, не будет. Это не значит, что в нем нет плюсов. В нем и плюсы, и минусы есть. И мы вот с самого начала, как и РСПП, сказали: мы будем считать, где плюсы, где минусы. И, безусловно, какие-то отрасли выигрывают от этого, какие-то проигрывают. Тоже самое о конкретных компаниях малого или среднего бизнеса. Во всяком случае, было бы, конечно, неплохо, чтобы в той или иной форме началось более широкое обсуждение конкретных предложений с бизнесом, потому что сейчас мы в ситуации, когда вроде бы дуракам полработы не показывают...

Да. Президент на съезде РСПП сказал: не надо выносить налоговые проекты на публику. Народ пугается.

Александр Шохин: Правильно, на самом деле, потому что он повторил это на том совещании, которое недавно проводил. Он сказал так: если сейчас вбросить любую программу, будет, может, неверное толкование, что она и есть основа экономической политики в ближайшем будущем. А это ведь не так, поэтому давайте мы на экспертном уровне еще все просчитаем, прежде чем что-то выносить. Поэтому на съезде мартовском он сказал: рано вы выносите решение, оно не принято, поэтому на совещании в Кремле и до этого Дмитрию Медведеву дал понять — надо еще посмотреть, какая программа будет основной и что в нее можно добавить из других программ.

Мне кажется, они уже сильно перемешались, за редким исключением.

Александр Шохин: Это правда.

Есть какие-то принципиальные пункты у Столыпинского клуба, которые другие не приемлют, а во всем остальном, мне кажется, они сильно сплелись.

Александр Шохин: Борис Титов сказал на этом совещании: я со всем согласен, что написано у Кудрина, ну, за малым исключением. Так же как, наверное, и он со всем согласен, кроме нескольких пунктов. Но несколько пунктов принципиальный характер носят. Если Алексей Кудрин немножко подвинулся в своих жестких оценках, у него раньше ориентация была на 1% бюджетного дефицита и на цену на нефть в 40 долларов, и бюджетные правила, исходящие из этих 40 долларов за баррель, сейчас у него уже в последней презентации — 45 долларов за нефть,как цена отсечения формирования резервного фонда, и бюджетный дефицит допустимый — 1,5%. У Титова 3% составляет бюджетный дефицит.

Но мне кажется, в программе Кудрина тоже гораздо больше разделов появилось, посвященных технологическим инициативам. Промышленным в том числе. Их администрированию, поддержке. Все это как-то взаимно друг друга обогащает, хотя при этом публика окончательно запуталась и ждет каких-то простых слов.

Александр Шохин: Не только публика, но и бизнес. Нет, многие вещи прописаны там абсолютно верно, они даже не требуют доказательств, что называется, что нужно цифровой экономикой заниматься, повышать эффективность системы управления. Важны механизмы-инструменты. Или возьмем, например, реформу судебной системы. И в той, и в другой программе — и Титова, и Кудрина — есть блоки такие. Правда, за этими слайдами есть еще какие-то доклады, расчеты и так далее, но, тем не менее, как сделать судей независимыми? Вопрос, который мы себе задаем не первый год. Но никто же не против независимости судей и того, чтобы суды принимали быстрые и справедливые решения. Вопрос в том, как это сделать. Как повысить квалификацию судей? Как сделать так, чтобы они не зависели от региональных руководителей, которые им дают квартиру или другие блага обеспечивают. Значит, судьи должны быть обеспеченными. Значит, им надо платить высокую зарплату. Может быть, в обмен на поражение в правах, то есть как в Соединенных Штатах. Они под колпаком, что называется. Их могут в любой момент и прослушать, и посмотреть конкретные дела не сильно публично, поэтому они дорожат своим местом, поскольку они занимают какое-то выдающееся положение. Можем мы себе позволить? У нас в судьи идут бывшие секретари суда. Девочки, которые стаж необходимый набрали, до 28 лет поработали в суде. Естественно, это не свидетельствует о высокой квалификации. Надо судей специально готовить. Любые институциональные реформы оказываются дорогими. Или контрактная армия. Ну, кто же против контрактной армии? Дорого контрактную армию держать. Конечно, можно сделать так, что очередь выстроится. Сейчас, кстати, во многие части ВДВ тоже очередь. Раньше бегали к знакомым в Минобороны, чтобы мальчика «откосить» от армии, а сейчас — чтобы записать в какую-то элитную часть типа ВДВ. Даже уже шутку я слышал среди военных: нам надо побольше частей объявить ВДВ, чтобы туда шли, а там уже разберемся. Поэтому институциональные реформы дорогими являются, но ими надо заниматься. В том числе потому что ведь сейчас какой дисбаланс основной? Раньше все недостатки нашей системы, системы управления, правоохранительной системы, судебной и так далее, коррупция та же, компенсировались достаточно высокой доходностью от операций. Компенсировались в том числе и наличием офшорных схем. И, в принципе, экономили где-то на налогах. Доходность была высокая. Кредиты достаточно дешевые зарубежные. Можно было инвестпроекты делать и решать вопросы с проверяющими и так далее. А сейчас доходность упала, издержки большие, а институты такие же плохие. Они не стали хуже, будем исходить из этого, но и лучше не стали. А уже платить никто не может. Может, он и хотел бы, но не может.

Решать вопросы, как прежде, да нечем.

Александр Шохин: Да, поэтому нечем решать вопрос по прежней схеме. Отсюда у бизнеса — у малого, у среднего, у крупного — есть запрос на институциональные реформы, на радикальное повышение эффективности государственного управления, эффективности судебной системы и так далее. То есть все равно, вот, кстати, оговорка есть у программы Титова, говорят, что у нас институты плохие. Да мы же работали с этими институтами, поработаем и дальше. Вот это ошибочная позиция, на мой взгляд, что давайте мы пока деньгами решим проблемы повышения темпа в ближайшее время, а институты пусть остаются такими, какими они сложились. Если мы начнем деньгами, ну, не заливать экономику, а подпитывать ликвидностью через полтора триллиона в год, там и проблемы инфляции, и прочее, но это означает, что опять мы восстановим эту систему, когда более высокой доходностью можно компенсировать недостатки институтов. А именно — решать вопросы откатами, взятками и так далее. Нам все-таки всю систему надо менять — и экономического управления, и правоохранительную.

Спасибо. Вы очень точно нам рассказали про запутанную систему подготовки нашей стратегии.

Александр Шохин: Наших стратегий. Больше стратегий — хороших и разных! Но будет одна стратегия называться «Предвыборная программа кандидата в президенты». И вот тогда мы поймем, что стратегия у нас одна — ясная. И начнем работать.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > bfm.ru, 2 июня 2017 > № 2205100 Александр Шохин

Воробьев: «Мы — одна из последних стран, которая варварски утилизирует мусор»

Губернатор Московской области рассказал Business FM, как регион получил завод Mercedes, о планах по реновации, а также о ситуации со свалками, порождающими как экономические, так и криминальные проблемы

В Московской области 20 июня начнется строительство завода Mercedes. Об этом Business FM сообщил губернатор Подмосковья Андрей Воробьев. Он также рассказал, почему долгое время в области не было подобного производства.

Официальный автомобиль этого форума — Mercedes. Mercedes в Подмосковье строит, наконец, завод по сборке. Насчет локализации, наверное, вы знаете и нам расскажете. Мне кажется, это важное событие — до сих пор именно Московской области не удавалось стать площадкой для крупных брендированных проектов.

Андрей Воробьев: Действительно, Mercedes принял решение. 20 июня я приглашаю вас на закладку камня. Завод будет строиться очень интенсивно, уже через полтора года выйдут первые автомобили. Это E-класс, ML и GL. И еще одна новая модель, в общем, четыре новые модели будут производиться в Подмосковье. Для нас это очень важный проект, не скрою, мы приложили немало труда, усилий, создали условия, чтобы Mercedes выбрал именно Подмосковье. Считаем это своей маленькой победой.

Тем более, я думаю, была большая конкуренция. Mercedes, в общем-то, работал с «КамАЗом», Калужская область лидирует в предоставлении такого рода услуг, Ленинградская область, Татарстан... Московская область подороже, скорее всего, для инвестора.

Андрей Воробьев: Оказалось, дешевле. Если дороже, у нас не было бы шанса получить Mercedes. Мы инвестировали средства в площадку, мы предоставили необходимую инфраструктуру. Сегодня все расчеты показывают, что это — более выгодная локация для Mercedes.

Теперь, собственно, вообще о больших технологических проектах Московской области. Мы, жители Москвы, знаем, что у нас шагает реновация по освобожденным, наверное, в том числе от производства землям, город от промышленного производства в значительной степени избавился. Привело ли это к перетеканию промышленного производства в Московскую область?

Андрей Воробьев: Мы очень внимательно следим, приглашаем каждого инвестора из Москвы, из регионов, из-за рубежа... я не чувствую этого перетекания. Есть просто запрос, не ажиотажный, на инвестиции в Подмосковье. Но для этого должны соблюдаться определенные условия. Прежде всего, это транспортная доступность и инфраструктура. Плюс комплексы льгот, субсидий, которые мы даем новому бизнесу, позволяют нам претендовать на лидерство.

С точки зрения занятости населения Московской области, скажите, производство из города уходило, а количество рабочих мест все равно росло; москвичи прекрасно знают, что огромное количество жителей области ехали работать в столицу. Оставляли, кстати, свой НДФЛ в московском бюджете. Поэтому, мне кажется, одна из ваших главных стратегических задач заключалась в том, чтобы создать интересные рабочие места в области.

Андрей Воробьев: Именно этим мы занимаемся, безработицы как таковой в Подмосковье нет, но было бы лукавством...

Да, потому что Москва рядом.

Андрей Воробьев: Конечно. Поэтому из Луховиц, из Озер, из Коломенского района, из ряда городов ездят работать в Москву. В любом мегаполиса мира так происходит, но вместе с тем мы, конечно, создаем рабочие места на наших территориях. Мы с вами работаем на Петербургском форуме, очень приятно, что у нас есть целый перечень масштабных проектов, от 6 до 23 млрд рублей, которые будут реализовываться в Кашире, в Домодедове, в Луховицах, в Озерах, Коломне. Это очень приятная география для нас.

А какие отрасли?

Андрей Воробьев: Кашира, например, это группа «Черкизово», ультрасовременный мясоперерабатывающий завод будет построен через два года. В Озерах это сверхтехнологичная переработка зерна. Домодедово — новейший первый завод фармстекла, стекло для медицины; построят в этом году. Такие важные события сегодня происходят на ПМЭФ, в частности.

Это очень хорошо. Но, я знаю, самая главная проблема между Москвой и областью была следующая: Подмосковье сильно обижено, потому что жители получают социальные услуги в области, а работают и платят налог в городе. Всегда говорили: пусть они работают у вас. Есть ли тенденция к тому, чтобы меньше жители области ездили на работу в Москву? Цифры есть или надо подождать еще?

Андрей Воробьев: Всегда жители области будут ездить для работы в Москву, а жители Москвы — в область, это жизнь, перетекание трудовых ресурсов по компетенции, оно существует. Но я еще раз хочу вас сказать: порядка миллиона человек ездят в Москву на работу каждый день. Это участь любого мегаполиса — там большие деньги, большие возможности. Наша задача — сделать так, чтобы мегаполис гармонично развивался в сторону Подмосковья, что и происходит сейчас. С Москвой у нас крепкие партнерские отношения, по ряду проектов у нас полное взаимопонимание. Это позволяет нам двигаться вместе, сообща.

Тогда насчет московской реновации. Не секрет, что в последние годы Московская область стала одним из лидеров по жилищному строительству, собственно говоря, выселялись люди потихонечку из Москвы в ближнее Подмосковье по целому ряду причин.

Андрей Воробьев: Не совсем так, там 50% — это жители всей страны, где-то еще 30%, наверное, это Москва, и 20% — это Подмосковье. Жители Подмосковья улучшают свои жилищные условия. Примерно так.

В общем, одним из центров по темпам строительства стала Московская область. Планы реновации могут сдвинуть строительный фокус обратно в Москву.

Андрей Воробьев: Я не думаю, Сергей Семенович Собянин и его команда все делают грамотно, аккуратно, профессионально. Сейчас идет активное разъяснение среди жителей, голосование, учет мнения жителей. Я уверен, что этот проект позволит людям из тесных квартир переселиться в достойное жилье. Ведь это главная цель, которую преследует Сергей Семенович, это очевидно, потому что у него существовала дилемма — можно было кинуть десятки миллиардов рублей в ремонт панельных пятиэтажек, и он понимал, что это тупик, что это деньги на ветер. И он тогда принял это непростое решение по реновации. Я не хочу вникать в подробности, это лучше сделает мэр, но я точно знаю, что он переживает за состояние панельных пятиэтажек, за жильцов, которые там живут, и выбрасывать десятки миллиардов в их тщетный ремонт, это было бы, извините, не по-хозяйски, как говорят.

А у Московской области план таким же путем пойти может появиться?

Андрей Воробьев: Может, но не в ближайшей перспективе, потому что, к сожалению, мы расселяем еще жилища дохрущевской эпохи. Я должен признать, что мы лидеры, с одной стороны, по расселению ветхого и аварийного жилья, и вместе с тем мы до сих пор расселяем еще послереволюционные дома, бараки и жилища, которые безнадежно устарели. Поэтому наша задача — до 2020 года реализовать первыми следующий этап расселения ветхого и аварийного жилья.

Теперь я, собственно, к москвичам вернусь, которые платят налоги в Московской области. Мы знаем: несправедливо, что жители области платят подоходный налог, работая в Москве — в Москве школы, больницы и так далее. Зато москвичи-дачники...

Андрей Воробьев: Пользуются инфраструктурой, в том числе и социальной.

Конечно, конечно. Но с некоторых пор налог на недвижимость, налог на землю стал существенной суммой. Во-первых, начнем с хорошего для государства, для бюджета. Как изменилась налоговая база после того, как была проведена кадастровая оценка, после того, как начали взимать налоги? Это, собственно, последние два года.

Андрей Воробьев: Дело в том, что по классике любой муниципалитет мира существует за счет земельных и имущественных налогов — это основная база. У нас еще это часть НДФЛ. Но местные имущественные налоги, транспортные налоги — это, конечно, основа муниципального бюджета, поэтому каждый добросовестный, каждый рачительный хозяин муниципалитета очень внимательно администрирует эти налоги. И раз в пять лет проводится кадастровая оценка, на ее основе выставляются уже счета нам за имущество и землю.

Какой вклад вот эти новые налоги внесли в бюджет, какова доля?

Андрей Воробьев: Это значительная доля. У нас первый налог по объему — это НДФЛ, второй — это прибыль, третий — это акцизы, четвертый — это транспортный налог. Где-то пятое-шестое место — это имущественные налоги, они занимают, как я уже сказал, львиную долю, основу муниципального бюджета.

В то же время, естественно, для московских дачников появилась новая статья расходов — для кого-то 10 тысяч рублей в год, для кого-то 20, ну, это по ближнему Подмосковью. Для кого-то еще большие суммы.

Андрей Воробьев: Зависит от участка, но в среднем дачник, как правило, платит 3-5 тысяч рублей, может быть, 6 тысяч.

Я про ближнее Подмосковье говорю.

Андрей Воробьев: Ну, где-то на престижных направлениях, естественно, земля стоит дороже и мы платим больше.

Люди судятся, насколько я знаю, иногда выигрывают.

Андрей Воробьев: У нас самое большое количество досудебных решений. Мы создали специальную комиссию, чтобы не создавать лишних хлопот, стараемся в досудебном порядке внимательно посмотреть те или иные отклонения кадастровой стоимости.

Тем более, что рынок упал, и стоимость этих участков стала ниже рыночной.

Андрей Воробьев: И рынок упал, и где-то все-таки комплексная кадастровая оценка несет определенные издержки, ошибки, и мы должны очень внимательно относиться к обращениям граждан.

Очень важная тема, вы почти сразу, как стали руководить Московской областью, обратили на нее внимание, рассказывали, ездили, смотрели — это свалки. Это одновременно и огромная экологическая проблема, территориальная проблема, потому что, так сказать, дальше некуда. С другой стороны, и экономическая, криминальная, потому что свалка — источник бесплатного дохода, в том числе для тех, кто сумел свою охрану вокруг этой свалки поставить. Что вам удалось за эти годы?

Андрей Воробьев: Мне бы ничего не удалось, если бы не поддержал президент. Я пришел на одну из встреч к Владимиру Владимировичу, он знал ситуацию, экологическую обстановку в Подмосковье, понимал, что это очень важный вопрос для миллиона людей, поэтому поддержал мое обращение по закрытию свалок. Дело в том, что мы, наверное, одна из последних стран, которая просто варварски утилизирует мусор. Просто присыпаем его землей — и точка. Везде, даже в развивающихся странах уже идет сепарация, идет раздел мусора, его переработка глубокая. И, наконец, сейчас принята программа правительством РФ, предусмотрен зеленый тариф, который позволит нам обеспечивать термическую переработку мусора, а до этого и обеспечивать раздельный сбор. Это радикально решит проблему полигонов, которые у нас существовали до сих пор.

А их дальнейшая судьба?

Андрей Воробьев: Рекультивация. Это многомиллиардные вложения в рекультивацию для того, чтобы полигон, куда сваливали многие годы мусор, извините, не вонял, не смердел, возгораний чтобы не было. И работа по рекультивации полигонов — это заметная статья федерального и регионального бюджетов.

Скажем так, на эти территории было легко зайти? Ну, вот эти анклавы? Потому что свалка, как ни странно, — это источник дармового сырья, вовсе не такая уж безобидная история. И как я слышал, тоже поделенный был рынок, куда чужих просили и не соваться.

Андрей Воробьев: Да, рынок сложился, там были свои участники. Понимаете, раньше плотность населения в Подмосковье была одна, а спустя 10, 20, 30 лет, она совершенно другая сегодня. Область растет на 90-100 тысяч человек в год и, конечно, свалки, по сути, оказались иной раз в черте городов. Долгопрудный и Химки, например. Можно видеть этот огромный полигон прямо на МКАД. Поэтому, слава Богу, сегодня решения все приняты, мы разыгрываем конкурсы на строительство четырех заводов. Будут проходить общественные слушания.

Да, тема, кстати, тоже всегда вызывает очень острую реакцию, потому что говорят — мы те заводы, которые плохо себя показали в Европе, ну...

Андрей Воробьев: Вы знаете, что заводы в Европе и в Швейцарии, во Франции, в Австрии, часто приводят пример Великобритании, они, по сути, стоят в промышленной части города.

Я видел то же самое в Голландии.

Андрей Воробьев: Да, совершенно верно. Поэтому наша задача — строить современные заводы, чтобы не было выбросов вредных, чтобы это никак не сказалось на здоровье — это совершенно очевидная вещь. Более того, будет обязательно обеспечен мониторинг, где каждый житель может в свободном доступе иметь возможность увидеть количество и качество выбросов.

Если я правильно представляю, это в том числе и источник энергии. То, что я видел в Голландии, то, что мне показывали, это абсолютно частная история, частный бизнес. Естественно, по госстандартам сделанная, но..

Андрей Воробьев: Да, это так, но электричество при сжигании мусора стоит дороже, чем гидро- или атомная энергетика. Поэтому «зеленый тариф», о котором я сказал, это решение правительства — очень важное и очень своевременное, позволит отдавать эти объемы электричества по более высокой цене в общий котел.

Это будут частные инвесторы или государственно-частное партнерство? Или некая система государственной собственности?

Андрей Воробьев: «Ростех» возглавляет это движение, там работают профессиональные люди. Это частно-государственное партнерство.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > bfm.ru, 2 июня 2017 > № 2205085 Андрей Воробьев

Михаил Волков: «Рынок будет продолжать развиваться в рамках модульного страхования»

О том, какие выплаты страховщики будут производить, возмещая ущерб от недавнего урагана в Москве, как будет развиваться КАСКО и за счет чего можно оптимизировать стоимость полиса, рассказал генеральный директор «Ингосстраха» Михаил Волков

В последнее время КАСКО стало не так востребовано, как раньше, потому что многие просто не могут его себе позволить. Как выглядит ситуация с такими людьми после недавнего урагана в Москве?

Михаил Волков: Всегда, когда происходят стихийные бедствия, мы, в первую очередь, выражаем соболезнования родственникам погибших. К сожалению, мы — страховщики, а не волшебники и можем возместить понесенный ущерб только деньгами. В связи с этим у нас был показательный случай: дерево на стоянке упало на четыре машины, две из них были застрахованы, а две — нет. В итоге, в то время как кто-то получит полную стоимость утраченного имущества, кто-то будет копить на новые автомобили. При этом понятно, что через несколько лет после кризиса у людей не самая лучшая финансовая ситуация, поэтому легко восстановить автомобиль получится не у всех. Чем сложнее и длительнее кризис, тем важнее защищать свое имущество и страховать машины по КАСКО и дома, которые также сильно пострадали из-за стихии. Те, кто был застрахован, получат выплаты. После этого урагана мы уже будем выплачивать более 90 миллионов рублей тем, чье имущество пострадало, причем эта цифра может сильно увеличиться.

Кризис внес коррективы во все страховые программы. Что за это время произошло с КАСКО?

Михаил Волков: Прошлый год для нас был необычным: объем ОСАГО превысил объем КАСКО на рынке в целом, и проблемы ОСАГО нас все время преследуют и влияют на все остальное. С КАСКО тоже не все благополучно, потому что продажи автомобилей сокращаются: у нас объем продаж снижался в течение двух лет. Первые оптимистические нотки появились только в апреле. Для нас понятно, что чем больше машин продается, тем больше объектов для страхования и тем больше этот рынок. В деньгах при этом рынок снижается, потому что снижается средняя цена полиса. Если раньше большинство людей старались покупать полное премиальное КАСКО, то сейчас даже те, кто может себе это позволить, выбирают модульные программы, применяют большую франшизу, поэтому полис становится в два раза дешевле.

Будет ли происходить возврат к традициям 2013 года?

Михаил Волков: Возврата к прошлому не будет, и наш опыт показывает, что прямого возврата обычно не происходит. Рынок будет продолжать развиваться в рамках модульного страхования, когда люди будут сами выбирать себе риски, от которых они хотят застраховаться. У них будет все больше и больше информации об этом, электронное страхование будет помогать. Даже наш сайт сейчас принципиально отличается от того, что было несколько лет назад, а через пару месяцев он опять модифицируется. Мы будем знать о наших клиентах достаточно много: мы будем знать то, что они ожидают от нас получить, и давать персонифицированное предложение. Сайт будет для каждого входящего разным, в зависимости от того, какую машину он хочет застраховать и какой бюджет может потратить. Мы применяем методики, которые уже давно на Западе применяются, когда вы можете сами объявить свой бюджет, а в его рамках мы предложим оптимальную программу.

Что происходит по другим видам страхования, ведь бизнес частично страдает от обязательных страхований, хотя иногда все же пользуется страховкой.

Михаил Волков: В корпоративных видах страхования всегда есть прямая зависимость от экономической ситуации. Если она сейчас начнет улучшаться, то для страхового бизнеса это будет полезно, появится больше объектов для страхования. С розничным страхованием то же самое. Предприятия накапливают опыт, получают больше информации о страховых продуктах и формируют страховые пакеты под свои нужды, переставая страховать все подряд. С помощью нашего инженерного центра, который занимается риск-аудитом предприятий, компании выявляют свои основные риски, чтобы не тратить слишком большие бюджеты на страхование того, от чего не нужно страховаться.

Крупные компании очень недовольны системой страхования опасных промышленных объектов, спрашивая о том, где же выплаты по этому виду страхования, притом, что платятся огромные деньги.

Михаил Волков: Со своей стороны позволю себе не согласиться. Да, на сегодняшний день статистика говорит о том, что на коротком периоде времени выплат меньше, чем мы собираем премий, это правда, но это очень долгосрочные виды страхования. И не дай Бог повторения таких историй, что произошла на Саяно-Шушенской ГЭС. Один такой страховой случай может стоить десятилетней премии всего рынка. Страховые случаи происходят с определенной периодичностью, поэтому страховые компании должны накапливать резервы для того, чтобы спокойно производить выплаты если произойдет что- то подобное.

Россия > Финансы, банки > bfm.ru, 2 июня 2017 > № 2205063 Михаил Волков

Парки на свалках. Японский опыт пришел в Подмосковье

По словам замглавы Минпромторга Виктора Евтухова, одна такая зона уже есть — бывший полигон «Некрасовка», идет работа над второй — на месте ТБО «Левобережный»

На месте бывших свалок в России появятся парки. Об этом заявил РИА Новости замглавы Минпромторга Виктор Евтухов в кулуарах Петербургского международного экономического форума. По его словам, одна из таких свалок, которую собираются переделать в зону отдыха, уже есть в Московской области — это полигон «Некрасовка». Сейчас идет работа над созданием второй — на месте полигона «Левобережный». За основу взят похожий проект в Токио.

Таких примеров уже десятки в других мегаполисах, рассказал Business FM основатель общественного фонда «Гражданин», эколог Максим Шингаркин.

«Некрасовка — это территория, которую приобрела Москва у Московской области, и на ней был построен микрорайон. В Подмосковье рядом с Балашихой на Леоновском шоссе есть горнолыжный спуск, который тоже расположен на старой московской свалке. Во многих мегаполисах мира существует дефицит земли, а так как еще 30 лет назад размещение коммунальных отходов было по сути созданием крупных свалок, то в сухопутных городах действительно существуют целые терриконы, облагороженные под проведение досуга, а в припортовых городах — целые острова, на которых развиваются города. Эти острова насыпаны из отходов. Но надо понимать, что это не только коммунальные отходы, это отходы строительства, перемешанные с отходами горной промышленности. Тем не менее это все искусственные насыпи, которые содержат внутри себя коммунальные отходы. Если правильно организовать такой полигон после вывода из эксплуатации, то есть провести рекультивацию, очистку фильтрата, то получится достаточно удобная территория, которую, конечно, нельзя считать идеальной, но с точки зрения строительства поверхностных объектов там можно разместить и места отдыха, и промышленные зоны, и стоянки для автомобилей».

В мире есть примеры приведения в порядок свалок и заброшенных промышленных территорий. С 2001 года на месте самого большого в мире городского мусорного полигона Фрешкиллс в Нью-Йорке создают парк. Работы еще не закончены, но на месте бывших мусорных гор сейчас зеленые зоны.

Таких проектов много в азиатских странах, говорит архитектор-градостроитель, урбанист Илья Заливухин.

«В мире особенно последние 15-20 лет ведется большая работа по тому, чтобы превращать бывшие промышленные территории и свалки в парки. Таких примеров сейчас много, например, делается большой парк на Стейтен-Айленд в Нью-Йорке. Работа начата в 2001 году, планируется за 30 лет превратить огромную свалку в парк. Такие же проекты были реализованы в Саппоро, в 2005 году закончен парк, и в китайских городах. В Стейтен-Айленд сейчас делается только первая часть, и, судя по фотографиям, не так много людей посещает этот парк, потому что это просто приведение в порядок территории. Свалки закрывают слоем земли толщиной около десяти метров, и проводятся специальные технические мероприятия, чтобы все это как-то перерабатывалось, фиксировалось под землей».

Один из примеров превращения мусорного полигона в сад — парк Пальметум вблизи города Санта-Крус-де-Тенерифе на Канарских островах. Сейчас это покрытый зеленью холм, а на самом деле — гора мусора высотой в 40 метров, накопленного горожанами в 70-х годах. Инженер-агроном Мануэль Кабальеро создал здесь ботанический сад. Другой пример — Ландшафтный парк «Дуйсбург-Норд» в Германии. Его создали на месте закрытого в 1985 году завода по производству угля и стали.

Япония. США. Весь мир. ЦФО > Экология. СМИ, ИТ. Недвижимость, строительство > bfm.ru, 2 июня 2017 > № 2205039

Территория Найвальта

Гузель Агишева

Председатель совета директоров «Балтийской строительной компании» Игорь Найвальт рассказал о своей мечте

В финале фильма на все времена «Мертвый сезон» есть щемящая душу нота – когда герой Баниониса спускается с трапа самолета, а толпа, беснуясь и ликуя, «встречает своих героев, отстоявших честь страны» - футболистов. Таких коллизий на свете пруд пруди. Ученых, конструкторов, изобретателей не знают, знают спортсменов. Не знают великих врачей и строителей, знают пустопорожних шоуменов. Можно написать труд о шкале ценностей, но он ничего не изменит. А можно придумать свою шкалу и все расставить по справедливости. Вспоминая, как в речи Саввы Ямщикова возникала каким-то нечаянным промельком фамилия Найвальт, сейчас думаю, что это был самый высокий градус такой шкалы. Она не произносилась всуе, а только когда очень припрет: когда «негодяи и мерзавцы» обманули - шла ли речь о юбилейных торжествах Гоголя или о битве за Пушкинский заповедник. «Я вот Найвальту позвоню!»

Они встречались, два больших, сильных, седых как лунь, человека. Выпивали, пели частушки – у Саввы тут первенство, зато по знанию творчества Высоцкого равных Найвальту нет. Насмешливо-пронзительные голубые глаза, сильный голос, редкая манера смачно пошутить делали свое: неистовство Савванаролы гасло, он опять был собран и готов идти в бой за культурные ценности.

Найвальт, как и всякий борец, силу уважает. В своем кабинете нет-нет да и подойдет к пудовым гирям, крякнет, потягает их туда-сюда, как бы желая удостовериться, что есть еще порох в пороховницах. Подруга его юности рассказала, как однажды Игорь влюбился в одноклассницу, сел за первую парту и оттуда ею любовался. И никому не разрешал рядом сесть! «Сейчас, - переходя на шепот, сказала она, - ее парализовало, а Игорь каждый месяц присылает деньги на сиделку». А тогда силу доказывал в драках, его за это из школы собирались выгнать, мама, учительница математики, умолила своего директора дать закончить сыну хотя бы седьмой класс.

Я много раз подступалась к Найвальту с просьбой рассказать о детстве, а он отшучивался: «Хочешь знать, кем была моя бабушка до революции?». Но однажды случилось.

«Отец окончил ШМАС, воевал на Халхин-Голе. Рассказывал: китайца поставь в караул на морозе в кедах и забудь его снять, так он замерзнет, но пост не покинет. Так он рассуждал о разнице менталитетов. Он служил до 1948, я родился в 1947 в местечке Опольдо, это 12 км от Веймара. После войны многих мотало, люди не знали, как жить. И отец не знал. Поэтому мы прожили год в Веймаре, год в Житомире, потом в Самаре, потом в Риге, у меня там три тетки было. И вдруг отец сорвался - и в Омск. Там я окончил семь классов, поступил в техникум, но после первого курса меня выгнали. А тогда такая мулька была: чтобы восстановили в техникуме, нужно было сходить на производство и принести хорошую характеристику. Так в четырнадцать лет я попал на завод. И как-то представил, что мне еще целых 46 лет через эту проходную туда – сюда, мне тошно стало. А я знал таких мужиков, сам учился у такого дяди Миши, пока не стал фрезеровщиком. Он в 13 лет попал на завод и всю жизнь там провел. Но его это устраивало, а меня нет».

В лучшие времена в БСК, Балтийской строительной компании, работало 33 тысячи человек! Когда в Питере в разговорах я поднимала тему БСК, равнодушных не было. Все уверяли, что в 90-ые не было в стране строительной компании, соизмеримой с БСК. Игорь Александрович Найвальт был у всех на устах: его обожали батюшки, директора театров, держатели благотворительных фондов… Кому только он не помогал! А как, спрашиваю Игоря Александровича, все началось-то?

- В 1994 году было принято решение строить высокоскоростную дорогу Москва-Санкт-Петербург, которая, кстати, до сих пор не построена. Когда слушок прошел, я, вполне состоявшийся транспортный строитель «Югстроя», задрав штаны, приехал в Питер. Позвал меня Николай Емельянович Аксененко, в то время замначальника Октябрьской железной дороги. Он знал меня по прежней жизни, мы с ним работали в Нижнеудинске, это середина пути между Красноярском и Иркутском. Пошел я к Алексею Алексеевичу Большакову, в прошлом красному директору серьезного завода. Убедил, что кроме меня никто не может ВСМ построить. Рассказал, что построил Пугачевск - Погромная, Решеты - Богучаны, поднял два завода в качестве руководителя, что ребята у меня будут с БАМА, которые 3200 км путей построили в тайге. Все – транспортные строители со знаком качества. Он сказал: «Давай!».

ВСМ - была обалденно интересная инженерная задача. Есть такая мысль: если хочешь всю жизнь отдыхать, в начале пути надо выбрать себе работу, от которой тебе весело, на которую идешь с песней. Для меня это транспортное строительство. А тут - квинтэссенция транспортного строительства: первая в России высокоскоростная магистраль, 350 км в час и больше!

Сейчас между Москвой и Питером действует скоростная магистраль, поезда по ней ходят со скоростью до 250 км/час. А чтобы было 350, нужна особая усадка земляного полотна, другие подходы к мостам, совсем другой токосъем электрички. То есть абсолютно другая дорога, не Николаевская со старыми рельсами, а новая, по абсолютно новому земполотну.

Мы начали с разъезда Стекольный, километрах в 40 от Петербурга в сторону Москвы. Отсыпали два тупичка… и у Большакова деньги кончились, 12 млрд. неденоминированных рублей, капля в море. Они даже не кончились, их у него и не было. Я к нему: «Алексей Алексеевич, я вот приперся… Могу строить, могу не строить. Но вы-то заказчик и должны понимать, что на это дело деньги нужны. А денег надо 25 млрд. долларов. У вас какие-нибудь источники есть?» А он: «Кто отец полетов в космос? Так вот Королева забудут, хотя он сделал все, чтобы человек полетел туда, а запомнят Циолковского, который выдвинул идею». Я, говорит, идею придумал, а дальше жизнь покажет. Романтик был, считал, что в России, последыше сверхдержавы, должна быть хотя бы одна высокоскоростная магистраль. В Японии есть, в Китае есть, в Испании есть, везде есть, а у нас нет. Он думал, как-нибудь слепим. Что заграница нам поможет. Я не знаю, что он думал. И вот прошло 25 лет, и жизнь показала, что пока еще Россия к такому не готова.

Когда я приперся в Питер, я же сорвал с насиженных мест людей, человек 200, и всех надо кормить, людям надо где-то жить. Купили подвал, 64 кв. м на Гороховой, 66. Пошел к Ковалеву, не помню, начальником какого отделения Октябрьской дороги он был. На улице Расстанной у него стоял 120 квартирный заброшенный дом. Без окон, без дверей. Как у Высоцкого: «Холодно, холодно, холодно в доме том». Разбитый абсолютно. Прихожу: «Вот этот дом, он же тебе не нужен? Отдай его мне». Он говорит: «Да его только снести!». Ну, тогда, говорю, ты, Валерий Иванович, вообще ничего не теряешь. Я у тебя забираю эти развалины, сам восстанавливаю, а потом из 120 квартир отдаю тебе 20. За год мы сделали этот дом, продали квартиры и начали жить. Это и было начало Балтийской строительной компании.

Все видят, что высокоскоростная магистраль – это журавль в небе. И тогда Аксененко и Зайцев, его тогдашний начальник, решают сделать коренную реконструкцию дороги Москва – Санкт-Петербург под высокую скорость, до 250 км в час. Это стоило 1 млрд. 200 млн. долларов, и мы начали раскручиваться, коллектив был уже тысячи три – четыре.

- После реконструкции дороги жили безбедно?

- Тогда в строительстве таких, как мы, больше не было. Мы техники понабрали, заводы свои начали строить: транспортного машиностроения, ремонтный. В 2002 году освоили 53 млрд. рублей, и где-то на Урале еще был трест, у которого за год было освоено 25 млрд. рублей, он был на втором месте.

- Вот БСК уже крепко стоит на ногах. А планы?

- Купили завод по ремонту железнодорожной техники в Пушкине. Начали там делать установочные поезда – для установки опор при электрификации дорог. Производительность труда повысилась втрое. Начали делать раскаточные поезда, которые раскатывали сразу четыре провода с четырех катушек. Бригада жила в вагоне с холодильником, со всем необходимым. Вышел на крышу, на свое рабочее место, и там с площадки – площадка болталась туда и сюда, на этот путь и на тот – монтировали контактную сеть. Сейчас этот завод в Пушкине не работает, мы его сдаем в аренду. У нас было 250 единиц железнодорожной техники: тепловозы, мотовозы, вагоны, платформы, путеукладчики... Все пришлось порастолкать.

Купили завод по горячему цинкованию, «Гофра». Подтянули крановый завод «Минмонтажспецстроя» в Самаре. Маленький завод, выпускал 25-тонные краны на пневмоходу. А мы стали там делать краны от 40 до 80 тонн. 40-тонники были компакт-краны на собачьем ходу – каждое колесо управляется независимо: может на месте крутиться, стрелу опускать горизонтально. Стрела у него – 28 метров. Знаменитая немецкая машиностроительная фирма «Либхерр». Вот по либхерровским чертежам мы и делали эти краны по заказам железной дороги. Если бы не эти наши краны, мы бы не построили Ладожский вокзал за два года. В два раза быстрее, чем по СНИПам положено. Пахали в три смены. Этот кран можно было другим краном поставить куда угодно. Он легкий, при 40 тоннах грузоподъемности весит всего 14 тонн. Мы его и на перекрытия закидывали, он там монтировал. Таких кранов сделали штук сто. Когда производство упало до шести кранов в год, я сказал: «Все». Завод продали, считай, подарили.

- Скучаешь по тому государству?

- Во многом. Я учился не в Баумана, не в МИИТе - в Омске. У нас на весь институт было три доктора наук, сейчас их там пятьдесят. Но вот эти трое мне в башку затолкали знаний столько, что мне их на всю жизнь хватило. В Российской Федерации было 500 институтов, сейчас 3,5 тысячи. Столько высшего образования не надо. Должно быть среднее образование. Бакалавры, магистры появились. Чушь собачья. Не для России это. Зачем все переделывать нужно было? Тогда перед распределением самой страшной была мысль: вдруг на Камчатку сошлют! Или на Сахалин! Распределение туда получишь и три года там кукуй. А сейчас выпускники за Камчатку расцеловали бы - куда им податься со своими дипломами? У меня вон две секретарши, у каждой по два высших образования, одна еще и в аспирантуре учится. Зачем?

Лечить тебя лечили. Нынче: нет денег - иди и помирай. Машиностроение про-па-ло! В строительстве если ты 8-10 лет проработал каменщиком, отделочником, плотником – ты получал квартиру. И пусть там потолок был 2,50 и по 8 квадратов на человека, но, слава богу, жить человеку было где.

- Ладожский вокзал и стадион «Локомотив» – это и было золотое время БСК?

- Конечно, потому что была работа. Загрузка была 53 млрд., и ни одной стройки мы не провалили. Пошли на Эльгу, Улак-Эльга. Это конечная цель в южной Якутии: от Верхнезейска через становой хребет. Эльга – угольное месторождение, запасов 2 млрд. тонн разных углей. Начали в 2000 году. Лесотундра, вечная мерзлота. Там людей нет ни души, а мы собрали 7 000 человек. У нас в БСК было четыре самолета, которые возили туда рабочих вахтой, по 150 человек. В день могли привезти 600 человек и столько же увезти. И они вот так катались, причем катались до Благовещенска, а потом их ЯК-40 перебрасывал, мы там сделали маленький аэродром. Проработали так год – полтора. Насыпали по миллиону кубов земполотна в месяц! На БАМе самое большее сыпали 2 млн. 400, но БАМ строили от Тынды в две стороны, от Тайшета, от Комсомольска-на-Амуре, и еще от Ургалы тоже в две стороны. За год сделали 90 км земполотна и мосты построили. Пробили 120 км притрассовой дороги. Уложили 60 км рельсов, поселки построили. Освоили где-то 10 млрд. рублей, это 300 млн. долларов, а вся она стоит миллиарда два «зеленых». Ее потом достроили за деньги «Мечела» по-моему, горнодобывающей и металлургической компании.

- А почему прекратили?

- Потому что Фадеев сказал, что дело непрофильное. Начинали-то при Аксененко. Аксененко сказал: вы эти 300 км построите – на Эльгу придут угольщики. Только по этой дороге туда можно приехать и уехать, больше никак. Уголь же вертолетами не повезешь. Любой тариф сделай, но конечно чтоб не душить, чтоб они там тоже зарабатывали. А здесь, на этом куске в 300 км, сделай в пять раз больше и он окупится за пять лет. И страна получит уголь. Если по 20 миллионов тонн в год, то на сто лет хватит этих 2 млрд. тонн угля. Я там стоял как-то возле стенки, возле прижима, а метрах в пятнадцати антрацит торчит! Представляешь? Клондайк. И я пошел к Грефу, он тогда министром был. Герман Оскарович, говорю, нельзя это бросать. Сколько, спрашивает, срок окупаемости. «Двенадцать лет». - «Меня это не устраивает». Двенадцать лет не устраивает?! Царь, когда строил Транссибирскую магистраль, заложил сто лет окупаемости, а она лет за пять окупилась. Другие люди были. Государственники!

- Сейчас любят быстрые деньги. Можно было выдать более оптимистичный прогноз…

- Никогда не блефовал. Меня тренер приучил: если ты этот вес поднять не можешь, ты к нему не подходи. Двенадцать лет – это были расчеты такие.

- Переживал?

- Сказал «твою мать!» и пошел дальше жить. Помнишь, у Куваева в «Территории»: «Они замерзали, но не замерзли, умирали от голода, но не умерли, спивались, но не спились, и в лихую годину страны вытащили валютные нарты. Где ты был, товарищ, в это время?»

- Вся твоя жизнь – стройка: в 23 мастер, в 24 прораб, в 26 начальник поезда. Если бы тебе дали денег и сказали: строй, что хочешь, что бы построил?

- Вот ежели уж мечтать? Поехал бы к японцам и сказал: «Не то чтобы вы правы, но эти три острова, наверное, вам надо отдать. Но если я отдам их просто так, то плюну этим вам в лицо. Давайте, ребята, от Владивостока до Екатеринбурга по Транссибирской магистрали построим 50 заводов с вашей технологией. И не нам, а нам с вами: 50 % - ваши, 50% - наши. И мы заселили бы Сибирь. 50 заводов по 5 000 работающих, два миллиона, с семьями – миллионов восемь. И мы бы хорошо жили. (При этих словах у Найвальта хорошее лицо, счастливое). И вся музыка.

Россия. СЗФО. ЦФО > Недвижимость, строительство > trud.ru, 2 июня 2017 > № 2202888 Игорь Найвальт

Реновация. Как это было в Берлине

Сергей Панкратов, Берлин

В Германии, на территории бывшей ГДР, есть богатый опыт по санации жилых панельных зданий

Вопрос о будущем панельных пятиэтажек и их жильцов стал для москвичей одной из самых болезненных тем. Планы реновации, предложенные мэрией Москвы, вызвали бурю эмоций у миллионов столичных жителей. Да и специалисты до сих пор не пришли к единому мнению, как лучше поступить с домами первой индустриальной серии, так называемыми хрущевками. В то же время в странах Восточной Европы, прежде всего в Германии, на территории бывшей ГДР, есть богатый опыт по санации жилых панельных зданий. Корреспондент «Труда» в Берлине встретился с одним из ведущих специалистов в этой области Ральфом ПРОТЦЕМ.

Офис Центра компетенции по крупным жилым массивам находится в берлинском районе Марцан — самом крупном в Восточной Германии массиве панельных жилых домов. Управляющий директор компании Ральф Протц с немецкой основательностью подготовился к нашей встрече: на столе разложены графики, эскизы, фотографии. Замечаю и несколько папок на русском языке.

— У вас был опыт работы в России?

— Да, в 2005 году московская мэрия предложила нам принять участие в санации жилого дома на проспекте Вернадского.

— И каков результат?

— Для нас — нулевой. То есть санация здания была завершена, но без нашего участия. Сразу оговорюсь: мне бы не хотелось, чтобы это интервью было целиком посвящено московскому проекту. Давайте сначала поговорим о том, что нам удалось сделать здесь, в Марцане.

— Вы знаете, Ральф, до нашей встречи я прошелся по улицам вашего жилого массива и был впечатлен. В этих красивых зданиях, утопающих в зелени, трудно узнать мрачные панельки времен ГДР.

— Вот видите! А ведь была идея все это снести. После падения берлинской стены у нас сразу начались споры, что делать с этими обветшавшими домами. Строители предлагали самое простое с технической точки зрения и радикальное решение: снести панельки и застроить все современными городскими кварталами. В этом случае пришлось бы пустить под бульдозер весь Марцан, а это более 100 тысяч квартир, в которых живут 180 тысяч жителей. Один только снос панельных зданий обошелся бы в колоссальную сумму, не говоря уже о строительстве новых жилых зданий. И куда прикажете переселять столько жителей на время самого строительства?

— Но ведь и на время санации жилых домов людей тоже нужно куда-то переселить?

— В том-то и дело, что мы предложили провести санацию жилого фонда Марцана без отселения жильцов.

— И они на это согласились?

— Вы знаете, вначале было очень сложно. Люди всего опасаются, когда речь заходит об их жилье, приватной жизни. И здесь один путь — завоевать доверие. Для этого нужно общаться, говорить с жильцами, убеждать их с цифрами и фактами. Скажу по своему опыту, это самый стрессовый этап в работе. Но его не избежать, так как здесь мы, во-первых, объясняем людям, какой результат они получат после санации здания, а во-вторых, узнаем, каким они сами видят будущее своего дома, прилегающих к нему территорий, сколько готовы вложить из собственных средств в обновление своего жилья. Вы даже не представляете, что нам пришлось выслушать во время первых встреч с жильцами!

— И что в конце концов сыграло решающую роль, что помогло переубедить людей?

— План. Четкий, по дням и часам расписанный план санации каждого дома. Любой житель может увидеть точную дату, когда в его квартире будут менять сантехнику, когда вставлять новые окна. Такая детально проработанная техническая документация и есть самый убедительный аргумент. Тем не менее жителей первых панельных пятиэтажек, которые вошли в пилотный проект, мы смогли убедить тем, что пообещали им больше, чем получат последующие. То есть «первопроходцы» получили существенные скидки. И это сработало. Ну а дальше, когда на Марцане появились первые санированные дома, этакий наглядный пример, все пошло гораздо проще.

— А были те, кто не соглашался на санацию ни под каким видом?

— Разумеется, в каждом доме 3-5% жильцов были против проведения работ в их квартирах.

— И как решался вопрос? Городские власти могли их выселить?

— Ни в коем случае! Хотя у нас на Марцане достаточно много людей, которые арендуют квартиры у муниципальных управляющих компаний, то есть у государства, тем не менее я не слышал, чтобы кому-нибудь удалось взять и переселить человека без его согласия. Юридически это крайне сложная процедура. И займет она как минимум несколько лет.

— И что же вы делаете в таком случае?

— Пытаемся найти выход в каждой отдельной ситуации. Как правило, приходится снимать для отказников хорошее временное жилье на все время работ в санируемом доме.

— Знаете, Ральф, мне приходилось общаться с некоторыми жителями Марцана, которые пережили санацию в своих квартирах. И они говорят, что это было непросто...

— Вполне допускаю, особенно если это было в самом начале, в середине 1990-х. В первых домах пилотного проекта у нас на санацию одной квартиры уходило 25 дней, а сегодня — 5. Для того чтобы добиться такого результата, пришлось изобретать и специальные технологии и искать надежных партнеров среди строительных фирм.

— Можно подробнее объяснить, что такое санация по-немецки и кто за нее платит?

— Платят жильцы. Вся сумма разбивается на мелкие равные доли и входит в ежемесячную квартплату. В принципе ежемесячная сумма получается не очень большая, так как процесс выплаты может занять 10-20 лет. Как правило, внутри здания меняется вся техническая начинка — вентиляционные системы и инженерные коммуникации, реконструируются подъезды. В каждой квартире обязательно смена сантехники, окон и дверей, меняется кафель, стелется ламинат. Особое внимание уделяется внешнему виду здания. Все окна и двери меняются на современные конструкции. Параллельно стенам возводятся балконы и просторные лоджии. Фасады вместо серой депрессивной окраски получают жизнеутверждающие тона.

— Да, я обратил внимание, яркая окраска фасадов — характерная черта сегодняшнего Марцана...

— Видите ли, по нашей концепции санация дома неразрывно связана с гуманизацией пространства вокруг него, создания нормальной социальной среды обитания. Понятно, что в панельных пятиэтажках жили не самые богатые люди, и именно санация позволила избежать превращения Марцана в гетто для бедных. Мы стремились создать здесь такую среду, от которой шел бы позитивный жизненный настрой.

— Но стоит только выйти из метро на Марцане, как сразу же бросается в глаза, что люди здесь выглядят беднее, одеты проще, чем в центре.

— Нельзя сравнивать центр Берлина и его окраины. В любой стране власти делают все, чтобы центр столицы выглядел привлекательнее. У нас же будничная, повседневная жизнь. И сравнивать нужно не с центром Берлина, а с тем, здесь было 25 лет назад, когда на Марцане появилась масса заброшенных домов, а половина жителей сидели без работы. Так вот, сегодня средний уровень доходов проживающих на Марцане вплотную приблизился к среднестатистическому уровню Берлина. Безработица составляет всего 10%.

— Хорошо, убедили. Но почему все-таки ваш богатый опыт не пригодился в России?

— Мы приступили к совместной работе с одной из московских строительных фирм, но вскоре поняли, что у нас с российскими партнерами есть принципиальные разногласия. Дело в том, что московский стройкомплекс всегда был нацелен на экспансию, ему нужно строить, а не восстанавливать и санировать. При новом строительстве гораздо меньше проблем и намного больше прибыли. При санации все наоборот: хлопот с каждым отдельно взятым жильцом масса, а прибыли заметно меньше.

Отсюда и отношение наших московских партнеров к самому процессу санации. Оно было, скажем так, прохладным. На первом производственном совещании москвичи представили нам план санации дома на: трех страницах. Когда мы предложили свой, в 20 страниц, они удивились: зачем так много? Ну а дальше разногласия только усугублялись...

Сейчас у вас в Москве остро встал вопрос о реновации. Насколько я знаю, в вашей столице (и не только!) много старых панельных домов, которые уже не поддаются восстановлению, их надо снести. Но есть и вполне добротные дома, которые по всем параметрам, и социальным, и экономическим, логичнее санировать, чем сносить. Надеюсь, наш опыт еще может пригодиться в России.

Германия. ЦФО > Недвижимость, строительство > trud.ru, 2 июня 2017 > № 2202879 Ральф Протц

Интервью Министра Александра Новака РИА Новости.

Александр Новак: второй раз договориться о снижении добычи нефти было легче.

Беседовали Дмитрий Сокуренко и Дарья Станиславец

Нефтедобывающие страны на прошлой неделе продлили соглашение о сокращении добычи нефти еще на девять месяцев. Как проходили переговоры, почему рынки отреагировали на это решение снижением, о международных проектах в ТЭК, а также чего ждать российским нефтяникам в сфере налогообложения и господдержки, рассказал в интервью РИА Новости в рамках Петербургского международного экономического форума министр энергетики РФ Александр Новак.

— На прошлой неделе в Вене нефтедобывающими странами для стабилизации ситуации на рынке было принято решение о продлении соглашения о сокращении добычи нефти еще на 9 месяцев. Вместе с тем рынок отреагировал снижением цены на нефть. Чем вызвана такая реакция и насколько она долгосрочна, по вашему мнению?

— Во-первых, колебания возможны, это рынок. Цена находится в пределах диапазона 50 и 60 долларов, который, на наш взгляд, является обоснованным. Если бы сделки не было, вы увидели бы совсем другое падение цены. По оценкам экспертов, она бы обвалилась ниже 30 долларов. Поэтому то, что она держится на уровне 50 и выше, это уже плюс.

Второе — в преддверии сделки отмечался достаточно серьезный рост по цене, то есть рынок уже, в принципе, заложил в цену принятие решения. Обычно по окончании оформления сделки многие участники рынка, спекулянты закрывают свои позиции, продают фьючерсы, и это тоже один из факторов (повлиявших на снижение цены — ред).

На мой взгляд, в ближайшей перспективе цены будут восстанавливаться до тех же уровней, на это повлияет ряд фундаментальных факторов: продолжается снижение остатков, есть уверенность в том, что в течение девяти месяцев на рынок ежедневно не будет поступать 1,7 миллиона баррелей. Поэтому не вижу никакой трагедии в колебаниях цены в приемлемом диапазоне, в этом плане все соответствует прогнозам.

— Вы и ваши коллеги-министры в Вене заявили о возможности принятия в ноябре новых решений по Венскому соглашению, как о его продлении, так и о завершении в более ранний срок. На какие целевые показатели Россия будет ориентироваться при определении своей позиции по данному вопросу? Когда планируется определить эту позицию?

— Мы наделили мониторинговый министерский комитет дополнительными полномочиями. Если раньше он только отслеживал исполнение соглашения, то сейчас комитету предоставлены полномочия по подготовке предложений для последующего обсуждения на министерской встрече. Комитет будет собираться каждые два месяца, вырабатывать предложения, исходя из текущей ситуации на рынке. Это будет некая консолидированная позиция.

Министерская встреча состоится в ноябре, не исключено, что на ней не будет принято никаких решений — посмотрим на ситуацию. Сегодня нельзя сказать, будет ли продлеваться соглашение. У нас такая опция всегда есть, создан хороший инструмент взаимодействия стран ОПЕК и не-ОПЕК, и мы уверены, что мы всегда сможем принять совместное решение.

Дважды уже был такой прецедент (достижение договоренности о сокращении добычи нефти — ред). Второй раз договариваться было гораздо легче, все консолидированно решили, что нужно пройти зимний период. Если бы говорили про шесть месяцев, то сразу возник бы вопрос, поскольку зимой спрос падает, избыток нефти очень негативно влияет на ситуацию на рынке, происходит разбалансировка. Поэтому мы договорились, что наиболее оптимальным вариантом будет девять месяцев. Пройдем "яму", а в летний период спрос растет и самое рациональное, если к тому времени остатки снизятся до пятилетнего среднего значения. По мере роста спроса можно плавно наращивать и восстанавливать сокращенные объемы добычи. Не все страны смогут это сделать, поэтому не думаю, что все 1,7 миллиона одновременно выйдут на рынок, это будет управляемый процесс, об этом мы будем договариваться.

— В случае если в ноябре какие-то страны заявят о сокращении обязательств, готова ли Россия компенсировать это своей квотой, увеличив ее свыше 300 тысяч баррелей в сутки?

— Эту тему даже не обсуждали, потому что исходим из того, что все страны должны исполнять свои обязательства в полном объеме в соответствии с соглашением. На момент продления страны ОПЕК и не-ОПЕК выполнили договоренности на 102%. Это очень высокий уровень. Думаю, задача каждого — выполнение обязательств.

— Казахстан уже заявил о возможности пересмотра его обязательств по Венскому соглашению на встрече в ноябре. Вы, когда встречались с коллегой из Казахстана, затрагивали этот вопрос?

— Мы встречались, обсуждали ситуацию, считаем, что у них есть желание и приверженность к исполнению обязательств по цифрам. И они будут стараться это делать. Если увидим какие-то отклонения от графика, всегда есть возможность обсудить этот вопрос на министерском комитете, как мы делали до этого. Но главный посыл — и это подтвердили министры — все должны исполнять свои обязательства.

— Вы отметили, что нефтедобывающие страны уже обсуждают механизм плавного выхода в будущем из соглашения по сокращению добычи, но пока говорить о нем рано. Между тем есть ли у Минэнерго РФ уже какая-то своя оценка того, каким должен быть такой механизм, чтобы процесс оказался безболезненным для российских компаний?

— Наши компании участвуют в сокращении добычи добровольно, потому что считают, что это действительно им выгодно. Сократить на 2,5% объемы добычи, иметь более стабильную ситуацию (на рынке — ред) и более высокую цену выгоднее с точки зрения инвестиций и прогнозируемости, снижения волатильности, которая бы очень негативно повлияла на их планы.

Технологически у всех разная ситуация: кто-то закрывает нерентабельные скважины на старых месторождениях, кто-то на больший период становится на ремонт — делают то, что планировали на более поздние сроки, кто-то придерживает, снижает дебит на хороших месторождениях. Мы даже не пытаемся вмешиваться в этот процесс, для нас важен конечный показатель. Исходя из технологических особенностей, у каждой компании своя ситуация по восстановлению добычи. Сейчас я не готов прогнозировать, как это будет происходить. Кто-то может это быстро сделать, кто-то будет постепенно наращивать. Времени еще много, давайте подождем.

— Минэнерго намерено понизить свой прогноз по добыче нефти в РФ на 2017 год на 4 миллиона тонн — до 547 миллионов тонн в связи с продлением Венского соглашения. А каковы прогнозы в отношении экспорта в текущем году? И каковы оценки министерства по добыче и экспорту нефти на 2018 год?

— Мы считаем, что скорректируется общий прогноз (добычи нефти — ред,) до 547 — 547,5 миллиона тонн. Это на 2-1,5 миллиона тонн меньше, чем мы прогнозировали (было 549 миллионов тон). В 2018 году, в зависимости от условий работы отрасли, планируется добыча в размере 547 — 551 миллиона тонн. А по экспорту предварительно в 2017 году — 257 миллионов тонн, в 2018 году — 260,7 миллиона тонн.

— Обсуждается ли сейчас вопрос либерализации экспорта газа в РФ? Могут быть разработаны пилотные проекты по либерализации экспорта газа?

— Сейчас этот вопрос так активно не стоит, сегодня большое внимание уделено упорядочению взаимоотношений с точки зрения равного доступа к инфраструктуре, стоимости транспортировки и совершенствование методологической базы, касающейся тарифообразования по транспортировке (так называемая методика ФАС), вопросы доступа к подземным газовым хранилищам и так далее. На данном этапе эти вопросы не менее актуальны, чем либерализация. Это довольно серьезное и сложное решение, пока по нему нет окончательных вариантов.

— Роснефть некоторое время назад предлагала через Газпромэкспорт с трейдером BP продать определенный объем газа, просила дать им разрешение на продажу. Эта история получила какое-то развитие? Возможна ли выдача Роснефти такого разрешения или пока вопрос отложен?

— Вопрос находится в стадии проработки и обсуждения, по нему есть разные позиции, окончательного решения нет.

— Если обратиться к международной повестке. В настоящее время Россия ожидает получения разрешения от Турции на вторую нитку "Турецкого потока". Есть ли уже покупатели на этот газ? Получило ли Минэнерго от ЕС гарантии по покупке газа Газпрома?

— В настоящее время этот вопрос прорабатывается, мы ожидаем реакции от наших европейских партнеров, которые заинтересованы в этом, в том числе это Греция, Италия. Необходимо также получить соответствующее согласие Еврокомиссии. Это задачи, которые должны решать заинтересованные в получении этого газа европейские партнеры. В принципе, мы понимаем потребителей, но инфраструктура должна строиться на условиях гарантии того, что она будет использоваться.

— Гарантии от ЕС должны быть как-то юридически оформлены и закреплены?

— Форматы в этом случае могут быть определены, если возникнет такое желание. У нас запланирована встреча с господином Шефчовичем (вице-президент ЕК по энергодиалогу — ред) в Астане в июне месяце на полях ЭКСПО, мы обсудим этот вопрос.

— Будете ли обсуждать вопрос поставок российского газа на Украину? И актуален ли он?

— Он всегда в повестке, в основном его инициирует либо украинская сторона, либо Евросоюз и Еврокомиссия. Поэтому, если этот вопрос возникнет, мы готовы его обсуждать. На сегодняшний день, в соответствии с действующим контрактом, Газпром будет поставлять столько газа, сколько будет предоплачено.

— Украина не выходила с запросом дополнительных консультаций в последнее время?

— В последнее время обращений в наше министерство не было.

— Получило ли Минэнерго РФ ответ от господина Шефчовича по антимонопольному штрафу Украины Газпрому? Вы раньше обращались к нему с письмом, в котором говорили о незаконности наложения Украиной антимонопольного штрафа. Удовлетворены ли вы ответом?

— Да, мы получили ответ. Господин Шефчович в своем письме написал, что у него есть гарантии со стороны Украины, что никаких действий по взысканию штрафа и наложению ареста на имущество не будет. Мы были не удовлетворены таким ответом, потому что это не юридические гарантии, словесные, что, в принципе, и проявилось в том, что буквально недавно украинский суд возбудил исполнительное производство по этому поводу.

— Этот факт вы будете обсуждать с Шефчовичем во время встречи в Астане?

— Конечно. Мало того, мы хотим получить ответ опять же на все эти вопросы, потому что такое решение Украины снижает энергобезопасность. На наш взгляд, это абсолютно незаконно, решение принято украинским судом в интересах украинского Нафтогаза, даже не международным судом. Обвинение Газпрома в антимонопольном положении по транзиту газа, если владельцем трубы на сегодняшний день является Украина, Нафтогаз, абсолютно абсурдно. Поэтому здесь, скорее, можно говорить о монопольном положении украинского Нафтогаза, чем наоборот.

— Какую позицию вы заявите на встрече с господином Шефчовичем?

— Наша позиция — решение суда незаконно и должно быть отменено. Политически мотивированное решение судебных органов характеризует украинскую сторону как непредсказуемого партнера и ненадежного транзитера газа в Европу, говорит о неудовлетворительной ситуации с защитой инвестиций на Украине.

— Планируете ли вы в рамках Петербургского экономического форума встречаться с коллегами из Ирана? Приедет ли министр связи Ирана Махмуд Ваэзи?

— Я постараюсь провести максимальное количество запланированных встреч, особенно с коллегами-министрами энергетики, которых мы приглашали. Господина Ваэзи мы приглашали. Если он будет в Петербурге, мы обязательно встретимся.

— Вы планируете проведение двусторонней встречи? Или же заседание межправкомиссии России и Ирана?

— Да, двустороннюю, в формате цейтнота, который превалирует на ПМЭФ, когда в день по 10-15 встреч, плюс еще пленарные сессии. Очень сложно проводить большие мероприятия поэтому на форуме мы будем принимать участие в пленарных сессиях, в содержательных дискуссиях и в двусторонних встречах.

— Россия рассматривает возможность своповых поставок газа в Иран через Азербайджан. Идет ли сейчас обсуждение своповых поставок? В каком объеме, когда могут начаться?

— Это вопрос комплексный, затрагивает интересы нескольких стран. Нужно изучить существующие технические возможности как на территории Азербайджана, так и на территории Ирана. Экономика проекта также должна быть тщательно рассчитана. Поэтому, что касается окончательных решений, пока рано говорить о конкретных сроках и объемах.

- Приедут ли ваши коллеги из Японии? Планируете ли встречи?

— Подтвердил свое участие министр экономики Хиросигэ Сэко.

— Получили ли вы ответ от Японии по работе с Газпром нефтью на арктическом шельфе?

— Если речь идет о моем письме, направленном в июле 2016 года моему японскому коллеге, то оно носило информационный характер о возможностях компании ПАО "Газпром нефть" и ее заинтересованности в привлечении японских компаний к реализации шельфовых проектов в Арктике, а также о проведении переговоров с японскими партнерами. Насколько мне известно, соответствующая работа на корпоративном уровне ведется. Надеемся, что наши компании найдут точки соприкосновения в этом вопросе.

— На какой стадии сейчас проект азиатского энергокольца?

— По энергокольцу у нас идет диалог с каждой из стран. Надо понимать, что энергокольцо — это в первую очередь перетоки, а не синхронная работа. Соответственно, речь идет о двустороннем сотрудничестве. Мы обсуждаем этот вопрос на регулярной основе. Создана рабочая группа, которая на уровне компаний ведет переговоры с Китаем, Монголией, Японией. У Монголии есть конкретные предложения по строительству линии передач, наши специалисты сейчас будут изучать технико-экономическое обоснование этого проекта, чтобы говорить не только про стройки и конкретную физику, но и просчитать экономику проекта.

— Продлено ли СРП по Сахалину-1? (контракт был заключен в 1996 году на 20 лет)

— Нет, сейчас нет окончательных решений по продлению. Есть запрос со стороны оператора — ExxonMobil, идет обсуждение в правительстве. Пока окончательного решения нет.

— К какому варианту монетизации газа Сахалин-1 склоняется Минэнерго — Дальневосточный СПГ, поставки в Китай или продажа "Сахалин энерджи"?

— Нас, в принципе, устраивает любой вариант, потому что государство в любом случае получит с монетизации газа доходы с проекта СРП. Именно поэтому все три варианта коммерческие. Мы готовы поддержать любой вариант договоренностей компании с контрагентами.

— Давайте вернемся к повестке ПМЭФ. Министр энергетики Саудовской Аравии Халид аль-Фалих принял приглашение участвовать в форуме. Вы наверняка тоже будете с ним встречаться. Какие конкретные проекты планируете обсудить на полях форума?

— Мы с господином аль-Фалихом в постоянном контакте, часто встречаемся. Помимо наших взаимных действий по ОПЕК, у нас есть интерес по развитию наших совместных проектов при участии российских компаний, в том числе в нефтесервисе для Saudi Aramco. Это и организация совместного исследовательского центра, кооперация в области технологии сжижения природного газа, строительство морской техники для перевозки СПГ и так далее. У господина аль-Фалиха будет много встреч с руководителями российских компаний, с рядом министров. И, безусловно, будем встречаться. Надеюсь также показать ему наши новые проекты.

— Сейчас планируется IPO Saudi Aramco. Россия, компании РФ могут принять в нем участие?

— Да, действительно, разговоры об этих планах Королевства Саудовской Аравии активно ведутся. Условия, цена вопроса пока неизвестны. После того, как будут официально объявлены условия приватизации этой крупнейшей компании, наши инвесторы могут подумать и о возможном участии в этом процессе.

— Позвольте вопрос по китайским проектам. Когда стоит ожидать подписание коммерческого контракта по западному маршруту поставок российского газа в КНР?

— Переговоры ведутся, еще не закончены. Надеемся, что скоро выйдут на завершающую фазу.

— Если вернуться к российской повестке дня. На какой стадии сейчас находится законопроект о новой системе налогообложения в нефтяной отрасли? Какие-то уже удалось найти общие позиции, точки соприкосновения?

— У нас разногласий нет. Мы по законопроекту с Минфином, в принципе, согласовали все. И насколько я знаю, Минфин внес законопроект для рассмотрения в правительстве Российской Федерации.

— Возможно ли предоставление льгот для Самотлора?

— Вы знаете позицию министерства энергетики, мы поддерживаем льготы для истощенных, обводненных месторождений. Окончательного решения пока нет, правительство еще рассматривает этот вопрос.

— Решение по Самотлору будет совмещено с принятием новой системы налогообложения? По вашему мнению, стоит это увязывать или нет?

— Это не увязано между собой. И то и другое нужно делать. Чем быстрее, тем лучше для отрасли, для дальнейшего развития, поддержки действующих месторождений, сохранения тех же рабочих мест и так далее.

— Возможна ли корректировка акциза на бензины и на дизтопливо в 2018 году в связи с ростом цен на нефть? И если это возможно, то, примерно, в каких пределах?

— Будем обсуждать новую политику, посмотрим, дополнительно проанализируем ситуацию. Сейчас конкретных предложений по этому поводу не поступало.

— Какие есть предложения по росту НДПИ на газ для Газпрома в следующем году?

— У нас нет таких предложений. Мы за стабильную налоговую политику.

— Технопромэкспорт уведомил ли Минэнерго о переносе сроков ввода в эксплуатацию электростанций в Крыму? Когда компания планирует ввод?

— Мы рассчитываем, что первые два блока будут ведены уже в 2018 году. Ближе к началу 2018 года.

— В мае Минэнерго планировало объявить конкурс на строительство электростанции в Тамани и малой генерации в Крыму…

— Да, в июне будут объявлены конкурсы.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 2 июня 2017 > № 2197757 Александр Новак

Брифинг Аркадия Дворковича.

Тема брифинга – отмена ряда ограничений на поставку сельхозпродукции из Турецкой Республики, а также на деятельность турецких компаний в России.

Из стенограммы:

А.Дворкович: Председатель Правительства подписал постановление, которым снимается большинство введённых ранее ограничений для сотрудничества с Турецкой Республикой. Это постановление подписано на основе Указа Президента, вышедшего накануне. Речь идёт о том, что мы отменяем все ограничения, связанные с инвестициями, инвестиционной деятельностью турецких компаний в России, с работой граждан из Турции в России. Снимаются ограничения на поставку большинства видов сельхозпродукции, кроме томатов, а также тех продуктов, ввоз которых был ограничен решениями Россельхознадзора. Россельхознадзор продолжит инспекционные проверки турецких предприятий, будет постепенно выдавать разрешения на доступ продукции этих предприятий на российский рынок. Такого же типа ограничения есть и для российской продукции. Это будет происходить на взаимной основе.

Таким образом, на сегодняшний день остаётся два ограничения, введённых ранее, – это визовый режим для турецких граждан, кроме владельцев служебных паспортов и экипажей воздушных судов, и, если говорить о сельхозпродукции, – томаты. Все остальные барьеры носят исключительно административный характер. Мы эти вопросы будем решать в рамках консультаций с турецкими коллегами на взаимной основе.

Мы констатируем постепенное увеличение товарооборота с Турцией – положительная тенденция. Это выгодно нашим потребителям. В то же время мы получили заверения от турецких коллег, что в скором времени российские сельхозтовары смогут получить доступ на турецкий рынок. Рассчитываем, что это произойдёт уже в этом году. Прежде всего это касается мясной продукции.

Вопрос: Что-то говорилось о возможном появлении турецких томатов на российском рынке?

А.Дворкович: Во-первых, турецкие томаты есть на нашем рынке. От того объёма, который был на пике поставок, по нашим оценкам, около 20% продолжает поставляться через другие страны. Мы это видим и серьёзно этому не препятствовали с учётом всех комплексных отношений с Турецкой Республикой. Консультации по поводу, скажем так, легальных поставок идут. Мы видим, что в отдельные периоды, сезоны в течение года для наших прежде всего перерабатывающих предприятий, которые используют томаты для производства отдельных видов продукции (соусов, соков), важно наличие более дешёвой продукции. Смотрим, как это можно сделать без ущерба для российских производителей. Прежде всего для переработки.

Самый острый период с точки зрения нехватки российских томатов начинается в ноябре и заканчивается в апреле. До этого времени, я думаю, мы будем вести консультации и какое-то решение сможем найти. У нас нет острой необходимости в этом, потому что есть поставки из других стран. Но турецкие томаты дешевле, и нашим переработчикам выгоднее покупать именно эту продукцию.

Консультации будут идти в течение лета. Я думаю, мы сможем выйти на какую-то договорённость, но я бы не ожидал очень высоких объёмов поставок. Всё равно они будут достаточно ограниченными, если мы придём к соглашению. Я пока не могу назвать механизм. Здесь есть и законодательные ограничения, и наши внешние обязательства в целом перед целым рядом стран. Поэтому будем смотреть, что можно сделать, вместе с турецкими коллегами. Повторяю, для нас это не вопрос первой необходимости, но тем не менее чувствительный вопрос и для Турции, и для нас, поэтому надеемся найти компромиссное решение.

Турция. Россия > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 2 июня 2017 > № 2197459

Десять фактов о Льве Хасисе

Татьяна Терновская, редактор Банкир.Ру

По оценкам российских СМИ, Лев Хасис много лет был самой влиятельной фигуре в российской розничной торговле. При этом, в его биографии были и банки: в середине девяностых он был директором филиала Автовазбанка в Самаре, немного позднее — вице-президентом Альфа-банка. Сейчас он — первый зампред правления Сбербанка, куда пришел, оставив пост старшего вице-президента в Walmart и вернувшись из США в Россию. Bankir.ru представляет: «розничный король России», «человек, который может спорить с Грефом» — и топ-менеджер мировой величины, который занимается только тем, что ему интересно.

Детство и студенчество

Лев Хасис появился на свет в Самаре. Его родители работали на авиазаводе, к коммерсантам в семье относились не очень хорошо. Соответственно, у мальчика была одна дорога после школы: он поступил в Куйбышевский авиационный институт на факультет самолетостроения.

В студенческий годы Лев Хасис проявил себя как организатор различных мероприятий. Он организовывал выступления КВН, «Студенческую весну» — носил по сцене колонки, покупал в магазинах реквизит и так далее. На последнем курсе он возглавил в институте отдел международных связей и занимался привлечением иностранных абитуриентов на платной основе. Примерно тогда же Лев Хасис на паритетных началах открыл два рекламных агентства — «Вект» и «ИнтерВолга».

Получив в конце 80-х годов диплом, он вовсе не отправился создавать самолеты. Первые два года после окончания вуза Лев Хасис активно занимался рекламным бизнесом и возглавляет коммерческую структуру АО «Самарский торговый дом».

«Я и сам выбираю трудный путь»

Самым интересным видом спорта для себя Лев Хасис считает бизнес. В «чистом» спорте, по его собственному признанию, он любит теннис, бильярд и рыбалку.

Что касается предпочтений в музыке, то он рассказывает, что рос на Высоцком, Визборе, Окуджаве и «Машине времени». «И сейчас, бывает, что-то для себя напеваю, например: «Можно свернуть, обрыв обогнуть, но мы выбираем трудный путь, опасный, как военная тропа», — цитирует Льва Хасиса издание «Сноб». — Я и сам выбираю трудный путь, но стараюсь находить максимально практичные, доступные и реалистические решения».

«Интересен масштаб»

Лев Хасис предпочитает так называемый «менеджерский путь». «Нехорошо говорить в сослагательном наклонении, но, может быть, я бы гораздо больше заработал, занимаясь своим собственным бизнесом, — сказал он еще давно в интервью. — Но я ни о чем не жалею».

Лев Хасис утверждает, что ему всегда был интересен масштаб деятельности, а не только то, сколько он может заработать. «Выбор направления карьеры — это одновременно эмоциональное и рациональное решение. Выбирая, очень важно понимать, чем ты действительно хочешь заниматься, каковы твои глубинные мотивы и интересы, — рассказывает он. — Интересным может казаться одно, но важным на самом деле станет совсем другое. Помню, в детстве, когда отец приносил домой из библиотеки пять-шесть книг, мне хотелось прочитать сразу все. Но это невозможно. Как выбрать? Я переворачивал книги обложками вниз, перемешивал на столе и брал одну наугад. Сейчас я понимаю, что испытывал тогда свое «подсознательное». Если особых эмоций не было, я откладывал книгу в сторону, перемешивал остальные и брал до тех пор, пока что-то внутри не подсказывало «да, именно эта».

Лев Хасис считает, что по схожему принципу можно выбирать и карьеру. «Не думайте только о материальных выгодах каждого варианта — положите их, как книги, обложками вниз (в конце концов, в любом случае вы сможете заработать на жизнь). А дальше переворачивайте и прислушивайтесь к себе — отзовется что-то внутри или нет. И выбирайте то, что подскажет «да, именно это», — говорит он.

«Его называют жестким менеджером»

В Москве Лев Хасис какое-то время работал в различных отраслях, после чего вошел в совет директоров продуктового ритейлера «Перекресток», затем возглавил его. Талант, умение и опыт скупки мелких региональных компаний помогли ему объединить сети супермаркетов «Перекресток» и «Пятерочка» в холдинг Х5 Retail Group. Холдинг стал лидером российского рынка, а сам Лев Хасис в 2002 году — лауреатом премии «Персона года».

Его называют жестким менеджером. Говорят, что опоздавших на летучки, независимо от должности, в зал не допускали. Длинные доклады были запрещены — любимой фразой Льва Хасиса была «Начинайте с конца!» Если его топ-менеджер не достигал поставленных задач, его выгоняли из компании даже без «парашюта». По воспоминаниям бывших сотрудников, в Х5 Retail Group могли уволить за нежелание перед началом каждого совещания исполнять корпоративный гимн «Вперед, Х5, вперед! Весь мир нас ждет!»

Уже значительно позднее, поработав в Walmart и перейдя оттуда в Сбербанк, Лев Хасис говорил о важности корпоративной культуры: «В России, к сожалению, корпоративная культура зачастую лишь лозунги на стенах офисов, имеющие слабое отношение к практической жизни компании. При наличии бизнес-целесообразности редко кто вспоминает о своих же собственных идеологических догмах. Сотрудники видят двойные стандарты и ведут себя соответствующим образом. Не только в Walmart, но и в паре десятков крупнейших международных корпораций, партнеров Walmart, с которыми мне пришлось взаимодействовать, корпоративная культура не вывеска над бизнесом, а собственно сам бизнес. Культура определяет стратегию, бизнес модель, нормы поведения, операционные принципы и важнейшие, а иногда и все бизнес-решения».

«Розничный король России»

Предприниматель и основатель Тинькофф Банка Олег Тиньков упоминает Льва Хасиса в своей книге «Я такой как все».

«Перед запуском банка я тоже имел случайный разговор с Михаилом Фридманом. В июне 2005 года по приглашению тогдашнего гендиректора торговой сети «Перекрёсток» Александра Косьяненко я оказался на праздновании десятилетия компании за столом со всеми руководителями «Перекрёстка» и поделился своей идеей банка кредитных карт.

— Я давно думал открыть аналог банка Capital One в России, — отреагировал председатель совета директоров «Перекрёстка» Лев Хасис.

— Идея хорошая, но требует детальной проработки, — добавил Михаил Фридман.

— Меня только один момент волнует: если у банка не будет отделений, как людям гасить кредиты? — спросил я.

— А почта на что? Будут ходить на почту, там и платить».

В 2010 году Лев Хасис выступил героем программы Олега Тинькова «Бизнес-секреты», где предприниматель называет его «розничным королем России». «Послушайте Льва Хасиса, это интересно и поучительно, — написал предприниматель в своем блоге в ЖЖ, представляя передачу. — Реальная success story — парень из Самары, а куда взлетел! Так что у вас все пути открыты. Спасибо большое Льву за время — мужик!»

«Греф и Хасис вместе — это настоящая интрига»

Осенью 2011 года российский рынок был взбудоражен новостью о том, что бывший глава Х5 Retail Group Лев Хасис приступает к обязанностям старшего вице-президента по международным операциям крупнейшего мирового ритейлера Walmart. «Российский топ-менеджер впервые вошел в элиту мирового бизнеса» — пестрели заголовки в новостях. Исполнительный директор Ассоциации компаний розничной торговли Илья Белоновский назвал уход Хасиса «серьезной потерей для отрасли», не забыв, впрочем, добавить, что «в этот великий день мы испытываем очень большую гордость за отечественный ритейл».

Однако уже через два года Лев Хасис снова дал повод говорить о себе: стало известно, что его пригласили на работу в Сбербанк на должность первого зампреда правления и главного операционного директора. И он согласился.

Позднее он рассказывал, что получил предложение о переходе в Сбербанк еще в 2011 году, однако решился на этот шаг лишь два года спустя. Причин, по которым Льву Хасису пришлось бы уйти из Walmart, не было. Пишут, что во многом это решение было принято благодаря настойчивости Германа Грефа — по словам Льва Хасиса, Грефу удалось убедить его в том, что работать в Сбербанке ему будет интересно.

«Близкие к госбанку люди говорят, что Хасис как раз человек такого калибра, который может спорить с Германом Грефом, — писала тогда газета РБК Daily. — По мнению экс-гендиректора по корпоративным отношениям X5 Retail Group Михаила Сусова, Греф и Хасис вместе — это настоящая интрига. «Хасису сейчас нужно выстроить эффективную команду узких специалистов, при этом можно не быть таким специалистом, — рассуждает он. — И в ритейле, и в банковском бизнесе все завязано на отношениях с потребителями. В корпоративной части управления процессы еще более схожи. Хасис адаптивный человек, он адаптируется и здесь».

«Любому человеку, живущему только работой, могу посочувствовать»

Несколько лет Лев Хасис был женат на дочери известного адвоката Наталии Барщевской, в браке появились двое сыновей — Александр и Леонид. В середине «нулевых» семейный союз распался, а в 2009 году Лев Хасис женился на девушке по имени Ольга, которая взяла его фамилию. Свадебная церемония не афишировалась, однако, по слухам, была пышной: на нее, якобы, было истрачено целых 700 тысяч долларов, а для 5-недельного свадебного путешествия была арендована океанская яхта и целый отдельный остров в Карибском море.

Сам Лев Хасис признавался — он до сих пор жалеет, что очень мало времени проводил с сыновьями. Рассказывают, что, когда кто-то из них ему звонил, он останавливал совещания и находил несколько минут, чтобы поговорить с детьми. «Любому человеку, живущему только работой, могу только посочувствовать, — говорит Хасис. — Пока не поздно, надо остановиться и больше времени проводить с семьей и друзьями».

Автор бизнес-книг

Лев Хасис — автор двух книг о бизнесе. Первая — «Развитие сетевых структур» — это цикл статей на актуальные темы современного ритейла: ценовая политика, развитие инфраструктуры, брендинг, выбор поставщиков, управление стоимости торговой сети, минимизации экономических потерь и т.д. Вторая книга является своеобразным продолжением первой. Она называется «Мировая розничная торговля. Основные тенденции».

В книге особое внимание уделено влиянию современных информационных технологий на развитие сетевого бизнеса, использованию бизнес-интеллекта. Также здесь рассматриваются вопросы интеграции сетевых организаций торговли, включая экспансию на российский рынок крупных зарубежных торговых сетей.

Ведущий радиопрограммы на «Эхе Москвы»

В 2011-2012 годах Лев Хасис выступил ведущим радиопередачи «Фирма’» на радиостанции «Эхо Москвы».

В программе рассказывалось об истории известнейших брендов, а слушатели посредством голосования сами выбирали, о каком бренде стоит записать ту или иную передачу. Так, с участием Льва Хасиса увидели свет программы об Airbus, Samsung, Shell, Apple и многих других. Примечательно, что в те времена он был в статусе старшего вице-президента Walmart, однако это не мешало ему самореализовываться в качестве ведущего радиоэфира.

«О прошлом нельзя сожалеть»

Лев Хасис сторонник позиции, что о прошлом нельзя говорить с сожалением — все, что ни делалось, было к лучшему. «Вчерашний день не изменишь, менять можно только завтрашний, — говорит он. — Но менять его — значит выбирать, в каком направлении идти. Каждый миг мы находимся на «развилках», и от наших действий зависит будущее».

При подготовке материала использовались публикации в изданиях Forbes, «Коммерсант», РБК, «Сноб», ФБ.ру, Finparty, «Алеф», Peoples.ru, фрагменты из книги Олега Тинькова «Я такой как все», выпуск передачи «Бизнес-секреты с Олегом Тиньковым».

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 2 июня 2017 > № 2195337 Лев Хасис

Интервью главы Минстроя России Михаила Меня радиостанции "Эхо Москвы"

А. Венедиктов— Михаил Мень, министр РФ в эфире у Владимира Рыжкова и меня.

В. Рыжков— Алексея Венедиктова.

А. Венедиктов— Михаил, естественно, сейчас очень много вопросов по расселению людей из некомфортного жилья в комфортное. Какие были бы правильно с точки зрения федерального центра иметь процедуры, чтобы успокоить страхи людей.

М. Мень— Понятен вопрос. Первое, что я хотел бы сказать, что сегодня расселяется аварийное жилье по нашей программе по 185-му закону, которое признано таковым на 1 января 2012 года. Это счетная программа, которая завершается в конце этого года, но вы знаете, что последним решением президента деятельность фонда содействия реформам ЖКХ продляется еще на год. Для того чтобы регионы, которые немножко отстанут в этой программе, но таких мало на самом деле, по моим оценкам не больше десяти регионов. На самом деле сегодня темпы неплохие страна набрала. И выполняют свои взятые на себя обязательства губернаторы неплохо. Порядка 3 миллионов метров квадратных аварийного жилья страна расселяет.

А. Венедиктов— В год.

М. Мень— В год. Раньше порядка миллиона расселяли. Сегодня порядка 3 миллионов. И процесс этот идет и самая главная задача, которую перед нами президент поставил, мы должны до конца 18-го года до окончания работы фонда содействию ЖКХ вместе с экспертным сообществом, с коллегами из парламента из обеих палат выработать новые постоянно действующие механизмы расселения аварийного жилья.

А. Венедиктов— Какова цена вопроса, в людях. В семьях. В квартирах. Я не очень понимаю.

М. Мень— У нас порядка половины жилого фонда в стране построено до 70-го года. Сейчас, конечно, за счет программы капитального ремонта мы начали сдерживать этот процесс. процесс выбывания как мы его называем. Он сегодня сдерживается. Потому что цифры вам приведу такие. В 15-м году мы за счет взносов на капремонт отремонтировали 25 тысяч домов. А в прошлом году мы уже 40 с небольшим тысяч домов.

А. Венедиктов— По стране.

М. Мень— Да. Сегодня собираемость, а люди рублем, как известно голосуют. Порядка 87%. Притом, что никаких…

А. Венедиктов— Собираемость чего, Михаил?

М. Мень— Взносов на капремонт. Это и есть сдерживание выбывания. И, безусловно, есть такие дома, которые уже не подлежат капремонту. Которые нужно расселять и для этого мы сегодня расселяем, как уже говорил этот считанный период, а дальше мы будем формировать новые подходы, новые постоянно действующие механизмы. То, что касается этого нового механизма. Пока окончательных решений нет, но что там будет задействовано. Первое – рыночные механизмы по земельному участку. Но это будет конечно касаться только крупных городов, крупных субъектов, где цена на земельный участок может быть как-то востребована для дальнейших инвестиционных процессов. Далее, будут задействоваться механизмы некоммерческого найма. Вы знаете, что, к сожалению, мы были против, к сожалению, было принято решение о продлении приватизации жилья. И я объясню, почему мы были против. Потому что получается так, что сегодня, когда по соцнайму люди приобретают это жилье, там неважно, в каком источнике, на работе или где-то получают от государства, то они тут же претендуют на его приватизацию. Ведь приватизация жилья бесплатная была для того чтобы люди приватизировали то, что им досталось в советские годы. То, что они заслужили, грубо говоря. Но теперь мы вынуждены искать новые механизмы, новые формулировки.

В. Рыжков— То есть задача стоит создать рынок этого самого социального найма, который не формируется в условиях бесконечной приватизации.

М. Мень— Совершенно верно. И придется нам находить другую формулировку для этого. Для того чтобы опять не уйти в то, что люди будут получать и опять приватизировать. Ну и еще целый раз моментов, которые эксперты предлагают тоже присовокупить к этому законопроекту по постоянно действующему механизму. Но у нас еще впереди полтора года есть, я думаю, что мы с помощью экспертов подготовим нормальные документы.

В. Рыжков— Хорошо, мы зафиксировали, что есть общая для всей страны проблема аварийного жилья. Она решается путем сноса, переселения, путем капремонта…

М. Мень— Или приобретения.

В. Рыжков— Это понятно. Но теперь самый острый на сегодня вопрос, он связан с Москвой. Здесь я к вам обращаюсь как к федеральному министру, который в своих компетенциях должен задавать регулятивные рамки для этого процесса. В Москве, Алексей, если не ошибаюсь, в предварительном списке 4,5 тысячи домов. Причем из них далеко не все так называемые хрущевки. Туда попали и дома царского периода, и дома сталинского периода кирпичные капитальные. И подавляющее большинство из них аварийными не признаны. Тем не менее, принимается закон о реновации, закон о сносе и переселении. При этом речь идет о том, была новость, что, скорее всего, это будут 20-этажки, и соответственно кардинально меняется городская среда. То есть люди условно жили в зеленом районе малоэтажном, будут жить в высокоэтажных башнях, в большей скученности, с меньшей экологией возможно. Вот что тревожит людей. Вот вы как федеральный министр, который регулирует эту сферу, как вы видите правильное решение вопроса реновации.

А. Венедиктов— Правильное и справедливое, Михаил. Это разные вещи.

М. Мень— Это важное замечание, потому что мне кажется, что здесь нужно в первую очередь опираться на то, чтобы подавляющее большинство людей все-таки приняло такое решение с учетом всех плюсов, но и всех минусов, о которых…

В. Рыжков— Сознательное решение.

М. Мень— Сознательное решение. Мне кажется мы немножко не учитываем еще некий такой психологический фактор того, что… Вот приведу пример по своей семье. У меня мама живет в обычном доме панельном, и я ей говорю всегда, у меня есть возможность, задекларированные средства, я готов тебе помочь купить. Потому что она, когда она не живет на даче, живет в обычной, мы ей сделали ремонт хороший. Она говорит: я не хочу. Я не хочу, потому что я привыкла здесь, я понимаю, я вижу, знаю, где магазин, аптека, то-се. Это у людей старшего возраста очень часто проявляется.

В. Рыжков— Это их законное право.

М. Мень— Поэтому здесь, безусловно, нужно найти механизмы и сегодня идет большая дискуссия над поправками ко второму чтению, в которой принимают участие как члены команды Сергея Семеновича, так и депутаты из профильного комитета, так и наши специалисты.

В. Рыжков— Вас они подключили?

М. Мень— Да, конечно. И наши эксперты тоже и специалисты, безусловно, с этим работают. И представители экспертного сообщества, Общественной палаты. И результатом будет 6-е число, то есть этот вторник, когда будут большие парламентские слушания на эту тему. Где уже будет говориться о результатах этой работы, согласительной работы по тому, как планируется к принятию этот законопроект по второму чтению.

А. Венедиктов— Я возвращаюсь к своему вопросу. К вопросу справедливости. Сразу после парламентских слушаний перед вторым чтением мы ждем в нашей студии Сергея Собянина. Мэра Москвы. Вроде обещал придти. Рассказать свое видение. Но вот слово «справедливость» вы упустили, Михаил. Потому что на самом деле что является справедливым. Что здесь для людей, которые получили эти квартиры в результате своего труда в основном в Советском Союзе и получили законным образом. И вот эти страхи, которые существуют, страхи неудобства, некомфорт и так далее, что будет являться справедливым для того чтобы эти люди, которые не хотят, может быть, часть из них, может быть меньшинство, может быть большинство выезжать. Но, тем не менее, они таким образом как бы берут в заложники остальных. А эти берут в заложники других. То есть они все жители дома берут друг друга в заложники.

В. Рыжков— И вообще как быть с частной собственностью…

А. Венедиктов— Два вопроса. Давай сначала про заложников, а потом про частную собственность. Я про справедливость, а ты про собственность.

М. Мень— Смотрите, здесь все-таки нужно обратить внимание на то, чтобы люди сами приняли это решение. Безусловно.

А. Венедиктов— Мне говорят, знаете, Михаил, извините, перебью, что даже внутри одной семьи есть разные точки зрения. А у них долевое участие. Ну и так далее.

В. Рыжков— Запросто кстати.

А. Венедиктов— Как здесь, что за механизм.

М. Мень— Самое главное беспокойство, во всяком случае, то, что мы видим по обращениям, которые к нам в министерство тоже поступают. Конечно, они в основном идут в адрес правительства Москвы, но и к нам тоже поступают. У людей все равно до конца нет уверенности в том, что это будет тот же самый район. Вот это, пожалуй, один из самых главных факторов. И пока люди этого в законе не увидят четко прописанного, они будут сомневаться и колебаться до последнего момента. И я уверен, что если появится эта четкая норма обозначенная в законе, зафиксированная, то у людей несколько другое будет отношение. Потом мне кажется, еще очень важно начать. И сделать некие первые пилоты, и чтобы люди увидели, что на самом деле происходит. То есть я же помню подобного рода программы и у Лужкова. Просто я тогда тоже работал в правительстве Москвы. Просто тогда не было такого массового объявления.

В. Рыжков— И шума не было. Все тихо шло.

М. Мень— Не было шума. И спокойно решали дом за домом поэтапно. Смотрели, где есть действительно реальная проблема и там люди принимали соответствующее решение. Я думаю, что это очень важно, чтобы все-таки люди поверили не на слово, а поверили, увидев документы, что они не уедут в Новую Москву. Это, пожалуй, главный фактор. И потом там еще есть моменты, на которых мы акцент делали. Потому что немного, но все-таки есть людей, которые взяли на вторичном рынке эти квартиры в ипотеку. И здесь для нас было важным и правительство Москвы пошло нам навстречу и уже прописывают этот алгоритм ко второму чтению, потому что здесь получилась недосказанность. Люди на определенных условиях взяли в ипотеку квартиру в пятиэтажке, у них может быть возможностей больше нет. И как здесь будет все это зафиксировано, я надеюсь, мы к шестому числу тоже увидим то, что будет сделано.

А. Венедиктов— Михаил Мень, Алексей Венедиктов и Владимир Рыжков.

В. Рыжков— Тут еще многих знаете, что Михаил, смущает. Гонка, спешка. Потому что когда речь идет о полутора миллионах москвичей. По разным оценкам миллион-полтора миллиона, и вот этот вопрос – чего так гнать к следующей неделе, он тоже возникает. Потому что это настолько важный вопрос, он затрагивает такое огромное количество людей, что сама спешка создает эффект недоверия. Раз спешат, значит, что-то задумали. А вопрос мой вот какой. Известна масса случаев, когда знаменитый рисовод в Токио, который отказался продать свой участок земли, и в итоге в аэропорту Нарита, они сдвинули взлетно-посадочную полосу, а он продолжает выращивать рис. Потому что право частной собственности священно. И обычно на Западе как это решается. Кто-то добровольно соглашается переезжать при сносе дома, а кому-то выплачивают выше рыночной стоимости сумму, причем иногда в разы более высокую для того, чтобы он только согласился. У нас же речь идет о равнозначности. То есть речь не идет, что у людей несогласных будут выкупать по цене выше рыночной. Вот вопрос даже чисто конституционный и вы как федеральный министр прекрасно понимаете суть моего вопроса. Потому что Конституция говорит: частная собственность священна. Без согласия человека нельзя его лишить собственности. Даже если 10 человек из 50 скажут, нет, мы не хотим выезжать, их нельзя трогать. Либо им надо предлагать двойную-тройную цену, чтобы они согласились.

А. Венедиктов— Тогда остальные 40 вернутся за двойной-тройной ценой. Я бы вернулся.

В. Рыжков— Вот что делать с этой ключевой правовой коллизией по частной собственности. Ваше мнение.

М. Мень— Начать с того дома, не знаю, сколько их будет, где вопрос на сто процентов решен.

В. Рыжков— Где все согласятся.

М. Мень— Абсолютно. И сделать из этого пилота.

В. Рыжков— Показать положительный пример.

М. Мень— Безусловно. И всегда когда люди увидят, что соседний микрорайон смотрите, пошел двигаться в эту сторону, все-таки там подразумевается иное качество абсолютно жилья. Потом теперь глобально давайте взглянем на Москву. Ведь у нас получилась Москва, вывернутая наизнанку. Потому что у нас именно центр и близкие к центру микрорайоны заняты пятиэтажками, которые далеки от совершенства, мягко скажем.

В. Рыжков— А окраины современные.

М. Мень— А окраины более-менее уже современные. Которые застраивались или современные микрорайоны или в 80-е, когда только панельное активное домостроение, серии более-менее приличные когда появлялись. И получается вот этот вывернутый наизнанку город. Конечно, если московские власти эту проблему решат, то это серьезно изменит просто облик нашего города. Это действительно так.

В. Рыжков— Еще один короткий вопрос. В какой степени этот закон, который сейчас насколько я понимаю, индивидуально применим только к Москве…

М. Мень— Конечно.

В. Рыжков— В какой мере эта технология и подходы могут быть потом мультиплицированы на всю страну. Потому что уже люди из Перми, уже про Питер был, помнишь, Алексей. Вот как вы как министр видите, что будет дальше.

М. Мень— Пока мы не увидим первые результаты, мы даже тему эту обсуждать о возможной кальке этой программы на другие субъекты РФ, мы даже рассматривать не будем.

В. Рыжков— То есть Москва как пилот.

М. Мень— Безусловно. С другой стороны мы понимаем, что даже если эта программа станет эффективной, что вполне возможно, и мы здесь будем Сергея Семеновича активно поддерживать, но может быть Питер, может быть еще несколько крупных городов, там, где есть экономика. Потому что мы понимаем, что правительство Москвы будет вовлекать в этот процесс застройщиков, которые…

В. Рыжков— Инвесторов.

М. Мень— Которым нужно и построить социальный блок, в который они расселят людей. И еще иметь определенный объем для того, чтобы сложилась экономика. А, например, если брать регион, которым я руководил 8 лет, то даже в областном центре это нереально.

А. Венедиктов— Последний вопрос, Михаил. А собственно для чего был нужен новый закон. Что изменяет новый закон по отношению к тем правилам, для Москвы я имею в виду, которые существовали все эти годы. Каких там исключительных или дополнительных полномочий…

М. Мень— Первое. Понятен вопрос. Первое – то, что пятиэтажки те, про которые идет речь в Москве они не являются и не могут быть признаны аварийными в классическом смысле слова. Как трактует закон.

А. Венедиктов— Потому что?

М. Мень— Ну потому что они еще не аварийные.

А. Венедиктов— А они еще не аварийные.

М. Мень— Потому что есть определенный алгоритм, когда комиссия собирается, обследование проводят и принимают соответствующее решение. Они еще и извините, тоже меня как регионала в недавнем прошлом, но все-таки, если бы у меня в регионе было бы побольше пятиэтажек, а поменьше шлакоблочных бараков, я был бы очень рад. То есть вопрос такой. И, безусловно…

А. Венедиктов— Мы говорили о новеллах.

В. Рыжков— Чем отличаются…

А. Венедиктов— Не аварийные.

М. Мень— Первое – не аварийные. И второе — то, что для проекта, который задумали в Москве необходимы некоторые нюансы по техническому регулированию. Просто это долгая история, но они не сложные эти нюансы, но они необходимы. И вокруг этого тоже мы обсуждали, что касается сводов правил, СанПиНов и так далее. Потому что здесь все-таки получается зажатое пространство. И скажу так, что если бы сегодня мы с вами посмотрели бы на действующие пятиэтажки с точки зрения СНиПов и СанПиНов, они бы сегодня эти бы ПСД экспертизу бы не прошли. Вот о чем идет речь. Это понятно, ну и вот здесь мы за этим опытом с очень большим интересом наблюдаем. И если как раз в этом будет эффект, то этот эффект может быть мы в части технического регулирования может быть что-то мы отсюда почерпнем.

А. Венедиктов— Спасибо большое. Михаил Александрович Мень был в эфире «Эхо Москвы».

Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.gov.ru, 2 июня 2017 > № 2194683 Михаил Мень

Интервью главы Минстроя России Михаила Меня РБК

Министр строительства Михаил Мень в интервью РБК на ПМЭФ рассказал о программе реновации, расселении аварийного жилья и о том, как обеспечить прозрачность строительной отрасли

О реновации

— Уже несколько месяцев обсуждается программа реновации. Вы как курирующее федеральное ведомство насколько довольны процессом?

— Самое главное, что по результатам первого чтения, которое прошло в Госдуме, уже сегодня идет согласительная процедура по подготовке поправок к данному законопроекту. 6 июня будут большие парламентские слушания, на которых будет подведен некоторый итог этой согласительной работы. После чего уже можно говорить, какую форму будет обретать этот законопроект.

— Много поправок?

— Достаточно много. У людей вызывало беспокойство, куда они переедут и т.д. Все это регламентируется. Также смотрели внимательно на некоторые вещи, связанные с ипотекой. Для нас очень важно, как будет развиваться реновация среди ипотечников. Мы просили, чтобы эти вещи учитывались.

— В последние несколько месяцев звучала идея, что программа реновации Москвы может быть расширена на всю страну. Есть ли такие идеи?

— Дело в том, что в Москве программа реновации будет делаться бюджетными средствами, но и с привлечением негосударственного капитала. Это возможно только благодаря тому, что там будет и социальная составляющая по переселению людей в лучшие жилищные условия, и рыночная составляющая. Такое возможно только в Москве, может быть, еще в двух-трех крупных городах в нашей стране. Я не представляю, как это под кальку может «лезть» на другие субъекты Российской Федерации.

Мы посмотрим, как это будет реализовываться. Может, какие-то элементы по техническому регулированию, может, что-то и почерпнем со временем. Но под кальку точно ничего браться не будет.

Об аварийном жилье

— Каким образом будет в регионах решаться вопрос аварийного жилья?

— Сегодня работает программа по расселению аварийного жилья, которое признано таковым на 1 января 2012 года. Она реализуется неплохо; конечно, есть лидеры и есть регионы отстающие. Программа должна завершиться до конца этого года. Но решением президента сдвинута работа Фонда содействия реформе ЖКХ еще на год. И если кто-то из регионов не справится со своими обязательствами, которые брали на себя руководители регионов, то у них будет возможность доделывать эту работу. Но с другой стороны, ответственность тоже будет достаточно серьезной.

Теперь то, что касается дальнейшей судьбы расселения аварийного жилья. Президент поставил нам задачу как раз до конца 2018 года выйти вместе с депутатами Госдумы, членами Совета Федерации и экспертным сообществом на определенные решения по принятию постоянно действующих механизмов для расселения аварийного жилья. И мы сегодня над этим работаем.

— А есть какие-то предварительные наработки по этой теме?

— Предварительные наработки, конечно, [есть], но о них не хочется говорить, потому что люди могут подумать, что это уже принятые решения. Пока конкретики никакой нет. Но могу сказать, что максимально, и рыночные механизмы в том числе, мы будем в этот процесс задействовать. Во всяком случае, в крупных городах, где земля под этим аварийным зданием может представлять какую-то ценность. Большая, очень сложная работа, которой мы сейчас занимаемся, — это некий мозговой штурм, для того чтобы выйти на постоянно действующий механизм. Потому что сегодня этот объем — более 11 млн кв. м жилья, которые мы расселяем. Мы сегодня вышли на цифры, расселяем по 3 млн кв. м в год. Сейчас эти темпы неплохие, но это при прямом софинансировании программы из бюджета. Нам нужно находить новые механизмы. Я напомню, что Фонд содействия ЖКХ был создан из средств компании ЮКОС. И за счет этого расселяли аварийные дома. Мы получили конкретные поручения от президента и найдем решение.

О прозрачности строительной отрасли

— Насколько прозрачна строительная отрасль? Какие инструменты могут повысить прозрачность?

— Мы сейчас работаем над очень серьезной государственной информационной системой — ГИС «Ценообразование». Сегодня, чтобы было понятно, существует два метода ценообразования в строительстве. Это индексно-базисный метод, то есть когда берется база и от нее соответствующие индексы. И есть современный, более продвинутый ресурсный метод, когда оценивается стоимость ресурсов.

Сегодня мы продолжаем пока работать по принципам индексно-базисного метода, который хорош в момент стабильной экономики и малой инфляции. В советские годы система эта работала очень неплохо, но тогда вообще была другая система ценообразования. Ресурсный метод, к которому мы создадим предпосылки, создав эту государственно-информационную систему, оценивает и ежеквартально мониторит стоимость всех строительных ресурсов. Это и строительные материалы, это и заработная плата в отрасли, услуги машиномеханизмов и плюс логистика. С сентября эта схема заработает. Ей смогут пользоваться не только участники бюджетного процесса, но и все люди, которые хотят что-либо построить. Система будет в открытом доступе в интернете. Это действительно полезная вещь для всех, и она сделает ценообразование прозрачным, но оно все равно будет приблизительное. Не надо забывать, что это стартовая цифра для проведения аукциона. После аукциона там уже будущие подрядчики, они уже будут принимать решение, идти на снижение или нет. Но рынок уже будет корректировать не от «палец-пол-потолок», а от нормальной более или менее стартовой стоимости.

— А со стороны ФАС нет вопросов, потому что фактически вы начинаете определять цену на целый рынок?

— Конечно, мы это обсуждали с нашими коллегами из ФАС. Они приветствуют и поддерживают создание такой ГИС. Мы ничего, собственно говоря, не монополизируем, мы просто собираем информацию о производителях в единую базу, из которой будет всем понятно и очевидно, сколько стоит тот или иной ресурс в конкретном регионе.

— А кто занимается созданием технической базы?

— Главгосэкспертиза. Это главный наш подведомственный институт, где профессиональные эксперты. Поэтому здесь все в одном мощном подвиде сосредоточено. Я думаю, что в сентябре мы сможем презентовать эту ГИС.

— Бизнес как на это реагирует?

— Большинство еще даже не поняли, что мы делаем. Только сейчас начинают понимать, что будет происходить и как надо будет готовиться к тендерным процедурам. Но на самом деле серьезные сметчики, они все понимают, и в общем-то все понимают, что мы движемся в правильном направлении. И метод оценки стоимости ресурсов, он более правильный.

— Крупные игроки согласны на ту оценку, что вы приводите?

— Любой человек сможет с минимальными знаниями быть немного сметчиком. Это для строительного бизнеса сложно, но надо привыкать жить в нормальных условиях. Не пытаться обмануть, а пытаться заработать. В принципе, маржинальность в строительном бизнесе хорошая.

— То есть вы сказали сейчас, что маржинальность в строительном бизнесе завышенная?

— В ряде случаев, конечно. Есть индексно-базисный метод, и он бывает необъективен как в одну, так и в другую сторону. Потому что если на рынке произошел скачок по какому-то отдельному материалу — например, в один период был скачок по арматуре, а индексно-базисный метод он считал ровно, — то у строителей была проблема в другую сторону: у них была заниженная смета, и у них не было основания ее поднимать.

О комфортной среде

— Есть еще одна популярная тема — комфортная среда. Что делается в этом направлении сейчас, как-то законодательно эти нормы будут учитываться? Потому что много сомнений, опять же, с той же программой реновации. Будет ли в законе закреплено, что такое комфортная среда?

— Во-первых, все это регулируется сводами правил. За 3,5 года, что работает Минстрой, мы уже приняли около 200 сводов правил. 16 из этих 200 сводов правил посвящены, кстати, доступной среде. То есть среде для людей с ограниченными физическими способностями. Сегодня эти 16 сводов правил обязаны к применению строительства любого здания и сооружения. То, что касается нашей программы доступной городской среды, здесь тоже обязательно задействовать эти правила.

Помимо этого мы еще с министром труда Максимом Топилиным подписали совместное письмо, разослали каждому губернатору, чтобы при подготовке схем по благоустройству дворовых территорий — а у нас из всех средств, которые выделены на этот приоритетный проект, 42 млрд руб., — у нас схема должна быть обязательно с учетом этих требований. Главное отличие этой программы от всех других — что в ней главные действующие лица это люди. Мы договорились о том, что без людей не будет делаться ничего. Если двор хочет попасть в эту программу, значит люди должны собраться и договориться, что схема вот такая (столько-то лавочек, парковок). Просто, если этим начнет заниматься замглавы муниципального образования, ничего хорошего не будет, мы только сделаем хуже. Но если люди не собрались, то двор не попадет в эту программу.

Самое главное, чтобы люди сказали: этот объект благоустройства важен, а вот этот давайте во вторую очередь. Потому что, опять же, глава муниципалитета и хороший человек, но у него может быть свой вкус и взгляд, он захочет фонтан поставить, а люди для себя хотят набережную отремонтировать.

Мы взяли, конечно, и международный опыт, но и у нас тоже есть регионы. Тот же Татарстан. И в Башкирии, и в Московской области уже вот эта обратная связь опробовалась. И мы написали свои методические рекомендации и направили их в регионы.

Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.gov.ru, 2 июня 2017 > № 2194663 Михаил Мень

Встреча с главой Татарстана Рустамом Миннихановым и премьер-министром Баварии Хорстом Зеехофером.

На полях Петербургского международного экономического форума состоялась встреча Владимира Путина с Президентом Республики Татарстан Рустамом Миннихановым и главой правительства федеральной земли Бавария (ФРГ) Хорстом Зеехофером.

Поводом для краткой беседы стало подписание документов о строительстве в Татарстане баварским концерном Linde Group нового нефтехимического комплекса по производству этилена и полимеров. Инвестиции в проект составляют порядка 10 миллиардов долларов.

Германия. ПФО. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика. Химпром > kremlin.ru, 2 июня 2017 > № 2194353

Пленарное заседание Петербургского международного экономического форума.

Владимир Путин принял участие в пленарном заседании Петербургского международного экономического форума.

В сессии ПМЭФ-2017 участвовали также Премьер-министр Индии Нарендра Моди, Федеральный канцлер Австрии Кристиан Керн и Президент Молдавии Игорь Додон.

Форум проводится ежегодно с 1997 года и посвящён обсуждению ключевых экономических вопросов, стоящих перед Россией, развивающимися рынками и миром в целом. В этом году форум проходит под девизом «В поисках нового баланса в глобальной экономике».

* * *

Стенографический отчёт о пленарном заседании Петербургского международного экономического форума

М.Келли (как переведено): Большое спасибо, что пришли. Меня зовут Меган Келли.

Приветствую вас в Санкт-Петербурге на Международном экономическом форуме, приветствую наших гостей, нашего хозяина – господина Путина, и всех вас. Большое спасибо, что уделяете нам своё время. Давайте поаплодируем Президенту Российской Федерации и остальным гостям. (Аплодисменты.)

Мы уже несколько дней находимся в Петербурге. И это, действительно, очень важное место именно для Президента Путина. В частности, мы понимаем, почему это очень красивый город: здесь прекрасные реки, романтический вид, прекрасная погода. И конечно же, люди, замечательные люди, которые нас так тепло приветствовали во время нашего пребывания здесь.

Поэтому мы чувствуем себя, как будто у нас намного больше общего, чем того, что нас разъединяет. И конечно, мы сможем урегулировать все наши сложности благодаря тому, что у нас такие замечательные люди.

Сегодня у нас будет вступительное слово от нескольких лидеров, потом будут вопросы, мы пообщаемся. И я передаю слово Президенту Российской Федерации, принимающей стороны, Владимиру Владимировичу Путину.

В.Путин: Уважаемые дамы и господа! Дорогие друзья!

Рад приветствовать всех участников XXI Петербургского экономического международного форума: руководителей международных организаций, глав государств, представителей правительств, лидеров бизнеса из десятков стран мира.

Мы искренне ценим ваш интерес к России, настроенный диалог на партнёрство. Мы открыты к совместной работе, реализации взаимовыгодных проектов, сотрудничеству в решении важнейших стратегических вопросов глобального развития.

Только вместе, объединяя усилия, можно преодолеть нынешние дисбалансы и обеспечить устойчивый рост мировой экономики, выработать справедливые правила торговли и честной конкуренции, снизить уровень бедности, решить острейшие социальные проблемы, справиться с такими угрозами, как терроризм, региональные конфликты, распространение идей национализма и ксенофобии.

Мы не просто стоим на пороге, а уже сталкиваемся с большими, по сути, цивилизационными вызовами. Нагрузка на экосистему планеты увеличивается и в результате действий человека, и в результате естественных природных процессов. Эти вопросы требуют глубокого изучения, исследования и анализа.

Но очевидно, что, вырабатывая нашу политику, совместную линию действий, мы должны быть ответственны и последовательны. Только так можно реализовать необходимые решения в интересах гармоничного глобального развития.

Добавлю к этому, что новые технологии стремительно меняют привычный уклад жизни, формируют новые отрасли и профессии, открывают принципиально другие возможности для развития, но и порождают новые угрозы. Знаю, что вы все на протяжении вчерашнего дня активно работали, встречались на различных сессиях, на дискуссионных площадках. Всё это уже, конечно, звучало.

Но мне бы хотелось повторить: перед нами системные, долгосрочные вызовы, все последствия которых пока трудно даже просчитать и спрогнозировать. И мы не должны, не имеем права размениваться, тратить силы и время на склоки, распри, геополитические игры.

Нам нужна мудрость и ответственность, совместный поиск нестандартных решений, новые форматы взаимодействия государств, региональных интеграционных объединений, бизнеса, научного сообщества.

Необходимо максимально использовать для этого потенциал такой уникальной, универсальной организации, как Организация Объединённых Наций. У нас здесь присутствует Генеральный Секретарь Организации Объединённых Наций. Знаю, что он приехал к нам, хочу его за это поблагодарить и прошу его поприветствовать.

Мы предлагаем создать на площадке Петербургского экономического форума специальную международную молодёжную секцию, потому что именно молодое поколение идёт в завтрашний день. Это именно те люди, кому будущее строить и кому в нём жить. Участники этой секции могли бы вместе анализировать, формировать, конструировать образ будущего своих стран и цивилизации в целом.

Уважаемые коллеги! Дамы и господа! Россия уже вносит и готова увеличивать свой вклад в решение глобальных проблем. Мы реализуем масштабные экологические программы, в том числе в Арктике, наращиваем поставки качественного продовольствия на мировые рынки, расширяем участие в программах Всемирной организации здравоохранения. Для поиска ответов на большие вызовы готовы активнее задействовать мощный потенциал российской фундаментальной науки.

Так, благодаря отличным школам в области математики, теоретической физики мы способны добиваться лидерства по ряду направлений так называемой новой экономики, прежде всего цифровой. Российские IT-компании, безусловно, глобально конкурентны. Отечественные специалисты не просто предлагают наилучшие уникальные программные решения, а, по сути, создают новую сферу знаний, новую среду для развития экономики и жизни.

Пользуясь случаем, хотел бы поздравить, кстати говоря, и студентов Петербургского университета информационных технологий, механики и оптики, которые в этом году вновь, уже в седьмой раз, победили на чемпионате мира по программированию. Наша ведущая говорила о людях, которые живут в Петербурге, она права, так и есть, это достойные люди, и молодые жители Петербурга это подтверждают самым наилучшим образом.

А чтобы наращивать наши кадровые, интеллектуальные, технологические преимущества в сфере цифровой экономики, мы намерены действовать по направлениям, имеющим системное значение. Что я имею в виду?

Первое – необходимо сформировать принципиально новую, гибкую нормативную базу для внедрения цифровых технологий во все сферы жизни. При этом все решения должны приниматься с учётом обеспечения информационной безопасности государства, бизнеса и граждан.

Второе – государство окажет поддержку тем компаниям, которые являются носителями разработок и компетенций в сфере цифровых технологий, имеющих так называемый сквозной межотраслевой эффект. Это: обработка и анализ больших массивов данных, искусственный интеллект и нейротехнологии, технологии виртуальной и дополненной реальности и ряд других.

Третье – с участием государства и частного бизнеса будем создавать опорную инфраструктуру цифровой экономики, в том числе безопасные линии связи и центры обработки данных. Кстати, обращаю внимание, это должна быть инфраструктура, основанная на самых передовых технологиях и разработках.

Четвёртое – намерены кратно увеличить выпуск специалистов в сфере цифровой экономики, а, по сути, нам предстоит решить более широкую задачу, задачу национального уровня – добиться всеобщей цифровой грамотности. Для этого следует серьёзно усовершенствовать систему образования на всех уровнях: от школы до высших учебных заведений. И конечно, развернуть программы обучения для людей самых разных возрастов.

По моему поручению Правительство подготовило программу развития цифровой экономики. Обращаю внимание – нужно чётко определиться с источниками, механизмами и объёмами её финансирования. Все эти вопросы обсудим на ближайшем заседании Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Уважаемые коллеги! Повторю, цифровая экономика – это не отдельная отрасль, по сути, это основа, которая позволяет создавать качественно новые модели бизнеса, торговли, логистики, производства, изменяет формат образования, здравоохранения, госуправления, коммуникаций между людьми, а следовательно, задаёт новую парадигму развития государства, экономики и всего общества.

В этой логике мы будем строить нашу экономическую и технологическую политику, промышленность, инфраструктуру, формировать открытую, свободную деловую среду и гибкий рынок труда, решать задачи, которые позволят обеспечить долгосрочный рост. Уже сейчас мы можем сказать, что в экономике началась новая фаза подъёма.

ВВП России растёт третий квартал подряд. По предварительным оценкам, в апреле прирост составил уже 1,4 процента, увеличиваются продажи автомобилей, объёмы выдачи ипотечных кредитов. Почему я об этом говорю – потому что, специалисты знают, во всём мире эксперты считают эти, именно эти, индикаторы важными признаками оживления экономики, подъёма потребительского спроса.

Так, для справки можно сказать, что за январь – апрель 2016 года на 2,6 процента как раз выросли продажи автомобилей. Уже сегодня мы практически достигли целевых ориентиров по инфляции, ожидаем, что по итогам года она будет ниже целевой, то есть ниже четырёх процентов. Благодаря этому Банк России постепенно снижает процентную ставку.

Кстати, в ходе состоявшихся на полях форума встреч международные инвесторы, представители бизнеса отмечают высокое качество российской макроэкономической политики. Вчера мы только с коллегами из разных стран мира, представителями крупнейших инвестфондов мира об этом говорили. Для них это весомый аргумент в пользу работы на российском рынке.

По итогам первого квартала приток прямых иностранных инвестиций в отечественную, российскую, экономику составил семь миллиардов долларов. Отмечу, что это лучший показатель за соответствующий период за последние три года. А в целом инвестиции в первом квартале выросли на 2,3 процента.

Там образом, что хотел бы отметить и подчеркнуть? Сегодня складывается ситуация, когда рост инвестиций превышает рост ВВП – это ещё одно свидетельство того, о чём уже говорил: экономика вступает в новую фазу роста, формируется основа для её будущего развития. Нужно поддержать, ускорить все эти позитивные тенденции, чтобы уже на рубеже 2019–2020 годов выйти на опережающие темпы экономического роста, выше мировых.

Ключевым фактором здесь является повышение инвестиционной активности, прежде всего со стороны частного бизнеса. Мы уже многое сделали для обновления федерального законодательства, для снятия административных барьеров, для оптимизации контрольно-надзорных процедур и функций.

По оценке международных экспертов, за пять лет Россия продемонстрировала лучшую, по сравнению с другими странами, динамику в совершенствовании предпринимательского климата. Мы сразу на 80 позиций поднялись вверх по известной шкале Doing Business.

Важно, что в формирование открытой и благоприятной деловой среды уже предметно включились наши регионы. Такие примеры сегодня показывают Республика Татарстан, Чувашия, город Москва, Тульская область, Калужская область. В этом году они стали лидерами национального рейтинга инвестиционного климата. Можно их поздравить. (Аплодисменты.)

Целый ряд субъектов Федерации, такие как Московская и Калининградская области, Санкт-Петербург, добились резкого качественного улучшения деловой среды. Приятно отметить, что впервые среди лидеров изменений, изменений к лучшему, и наши дальневосточные регионы – Хабаровский край и Амурская область. Обращаюсь ко всем главам российских регионов: здесь нужно постоянно наращивать усилия, открывать бизнесу новые возможности для успешной, свободной работы.

Важнейшее, принципиальное значение для предпринимателей, для всех граждан имеет эффективная защита их прав, их бизнеса, их собственности. В этой связи хотел бы сказать, что уже согласован пакет предложений по совершенствованию судебной системы. Он обсуждался и прорабатывался с экспертами, с руководством Верховного Суда Российской Федерации.

Речь идёт об укреплении независимости судей и улучшении подготовки судейских кадров, об оптимизации судебного процесса и снижении необоснованной нагрузки на судей. Смысл всех этих мер в том, чтобы создать дополнительные гарантии для справедливого, объективного судопроизводства.

Далее. Мы уже сформировали целый набор инструментов поддержки инвестиционных проектов. Будем их развивать, делать более гибкими и адресными. Что конкретно в этой связи предлагается сделать?

Первое. Нужно поставить на прочную системную основу механизм проектного финансирования, минимизировать риски для инвесторов на всех стадиях – от подготовки проектов до их реализации, в том числе за счёт частичного предоставления государственных гарантий, а чтобы в проекты можно было привлекать средства разных типов инвесторов: банков, инвесткомпаний, пенсионных фондов.

Прошу Правительство и Банк России ускорить прохождение в парламенте поправок в законодательство, которые сделают более гибким механизм синдицированного кредита. Мы вчера только, достаточно поздно вечером, с коллегами это обсуждали, и это, конечно, нужно сделать как можно быстрее. Всё это позволит обеспечить значительный рост объёма частных финансовых ресурсов, направляемых на запуск новых проектов в реальном секторе экономики.

Второе. Чтобы обеспечить опережающие темпы роста экономики, нам нужно значительно увеличить вложения в транспорт, энергетику, связь, другую инфраструктуру. Источником дополнительных инвестиций должен стать именно частный капитал. Однако и здесь сдерживающим фактором пока остаётся высокий уровень рисков.

Поэтому важно установить понятные, стабильные правила, защищающие интересы инвесторов. Возврат их капиталовложений предлагается осуществлять за счёт регулярных платежей, которые будут поступать от основных выгодополучателей, выгодоприобретателей инфраструктурных объектов. Это бюджеты разных уровней, инфраструктурные монополии, другие пользователи инфраструктуры.

Для обеспечения платежей также может быть использован механизм госгарантий. То есть речь идёт о внедрении своеобразной инфраструктурной ипотеки, когда инфраструктурный объект фактически покупается в кредит, полученный от частных инвесторов, а пользователь объекта этот кредит постепенно гасит.

Для запуска такой модели просил бы Правительство разработать комплексный подход к развитию инфраструктуры с привлечением частного капитала. Он должен охватывать все этапы: подготовку, финансирование и реализацию этих проектов.

Россия. Весь мир. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 2 июня 2017 > № 2194352 Владимир Путин

Либеральный реванш

если, не дай Бог, рухнет сегодняшнее государство российское, случится непоправимая беда

Александр Проханов

После Болотной либералы, оттеснённые на периферию политической жизни, медленно и неуклонно восстанавливают свою боевую способность. Так разгромленные полки уходят в тыл, во второй эшелон, получают пополнение, новое оружие и боеприпасы, а потом возвращаются на передовую и переходят в контратаку. Сегодня либералы перешли в контратаку, нападая на власть. Удары наносятся непрерывно, нарастают, метят в самые болезненные центры власти. Разгон несанкционированной демонстрации либералов с участием детей на Тверской трактуется либеральной пропагандой как избиение младенцев, где государство предстаёт в образе царя Ирода. А за царя Ирода, как следует из пушкинского "Бориса Годунова", нельзя молиться.

Благое начинание столичного мэра Собянина снести пятиэтажки и превратить Москву в респектабельную столицу преподносится либералами как изгнание москвичей за пределы родного города, как этапирование бедняков в резервации, лишение обездоленных и бесправных крова. Мэр Собянин как высший представитель государственной власти превращается в злодея. Он же, Собянин, решил реконструировать московские улицы, но перерытые одновременно Бульварное и Садовое кольцо вспучили столицу пробками и ненавистью водителей. Этот непродуманный до конца инженерный проект преподносится либералами как осознанное людоедство. И мэра, близкого к президенту человека, представляют исчадием ада.

Алексей Навальный, обладающий поразительной осведомлённостью, невозможной без помощи спецслужб, вбрасывает в общественное сознание компроматы на власть — один чудовищнее другого. Репутация премьера Медведева разрушена Навальным до основания. И вряд ли найдётся реставрационная мастерская, способная восстановить утраченный образ.

Миллиардер Алишер Усманов, который не является любимцем изнурённого, беднеющего с каждой минутой народа, вступил с Навальным в открытую полемику, выпуская видеоролики, в которых он выглядит не Антониони, а скорее Копполой, который снял "Крёстного отца". Его неуклюжая апология даёт либералам повод вступиться за поруганный народ и винить Кремль, окруживший себя ненасытными олигархами.

Режиссёрские скандалы – сначала с Константином Райкиным, а теперь с Кириллом Серебренниковым — консолидируют либеральное сообщество, которое сравнивает гонимого Серебренникова с Мейерхольдом, погибшим от сталинской пули. А власть, которая начала расследовать финансовые подоплёки театральных постановок режиссёра­-нигилиста, есть "ежовщина", а российская современность — это 1937­-й год. Либералы наносят власти удары под дых, в солнечное сплетение. Власть корчится от боли, идёт с кулаками на обидчиков. Ответ власти на эти идеологические и психологические атаки слишком прост, ограничивается силовыми приёмами. Национальная гвардия разгоняет демонстрации. Следственный комитет врывается в алтари либерального театрального храма. Правоохранительные органы, как ловцы человеков, гоняются за дурными вольнодумцами и сажают их на скамью подсудимых. Законодатели стремятся запечатать интернет, заморозить то одно, то другое проявление общественной активности. И каждое воздействие власти на либеральную среду лишь укрепляет, озлобляет её, множит её сторонников, даёт новые и новые поводы для демонизации Кремля.

У любой власти ограничен запас прочности. Усталость металла приводит к разрушению могучих двутавров. Усталость власти приводит к крушению могучих государств. Тому пример — крах Советского Союза, который в течение всей перестройки подвергался непрерывным либеральным ударам. И на месте великого красного царства — чёрная, наполненная зловонным дымом воронка.

Патриотическое сообщество, разрозненное, лишённое организаций и вождей, обладающее ничтожным информационным ресурсом, находится в смятении. Ищет своё место в этой схватке государства и либералов. Оно не может поддерживать либералов даже тогда, когда те, напяливая на себя патриотические ризы, мнимо защищают народ: защищают дальнобойщиков, которых лупит ОМОН, защищают жильцов пятиэтажек, напуганных сносом, обличают коррупцию, которая сжирает страну. Поддерживая либералов, патриоты вместе с ними приближают крах государства. Роют вместе с либералами тот страшный котлован, в который уже не раз проваливалась Россия, поддаваясь на искусительные проповеди либеральных витий. Если, не дай Бог, рухнет сегодняшнее государство российское, случится непоправимая беда. Нас рассекут, как случилось с Советским Союзом, на части. Победившие жестоковыйные либералы проведут "ночь длинных ножей", вырежут из народа остатки патриотических настроений, физически уничтожат патриотических лидеров, доделают ту работу, которую они, как сами признаются, не доделали в девяностые годы.

Но поддерживая власть в том виде, в котором она существует сегодня, патриоты поддерживают чудовищный олигархический уклад: губительную коррупцию, неумение управлять экономикой. Присутствие в государственных институтах убеждённых западников, наследников Гайдара, сторонников Чубайса и Кудрина, тех, кто создал в России экономику удушения, кто держит Россию в состоянии непрерывного кризиса, умерщвляет все побеги развития.

Где быть патриотам в этой нарастающей схватке? На какой из двух домов насылать чуму? У государства есть ресурс борьбы: ресурс идеологический и социально-­психологический. Государство использовало этот ресурс в период воссоединения с Крымом, когда народ ликовал и боготворил президента. Государство обладает ресурсом мистической негасимой Победы, когда по Москве, вызывая восторг людей, проходит возрождённая российская мощь — священное русское оружие. А затем часами, состоящий из многих тысяч, движется Бессмертный полк, превращая праздник Победы в религиозное действо.

Однако сегодня этого мало. В идеологических кладовых власти есть ценности, которые она может извлечь уже сегодня, сейчас. Одной из таких ценностей является Донбасс, русское восстание в Донбассе, великий мученический подвиг Донбасса, где ополченцы умирают в окопах, противостоя бандеровскому фашизму. Восстание в Донбассе — это эпос русской истории, ярчайший эпизод "Повести временных лет", "откуда есть пошла русская земля". Герои и мученики Донбасса, победители и полководцы — вот кто сегодня вдохновит понурых, подавленных невзгодами русских людей. Вот что вольёт веру в родное государство, которое не оставляет Донбасс в беде. Донбасс — это могучий эпос наших дней. Художники, музыканты, писатели, режиссёры, вдохновлённые этим эпосом, создадут светоносный миф о Донбассе.

Режиссёр Владимир Бортко готов снять фильм о Донбассе по моему роману "Убийство городов". Снять этот фильм мешают деятели Фонда кино. Им, попечителям фонда, и председателю попечительского совета Владимиру Ильичу Толстому этот фильм кажется "несвоевременным". А знает ли Владимир Ильич Толстой, что киевскими бандеровцами уже снят военный фильм о Донбассе под названием "Иней"? И этот фильм отправлен на Каннский фестиваль. Не чувствует ли Владимир Ильич Толстой со своим либеральным окружением, что, отвергая фильм Бортко "Донбасс", он невольно помогает бандеровцам? Не думает ли он, что Лев Николаевич Толстой, написав "Севастопольские рассказы", поступил несвоевременно?

Уважаемый Владимир Ильич, поезжайте в Донбасс, хлебните фронтовой похлёбки, и пусть бандеровская пуля прострелит вам шляпу. И когда выйдет фильм Бортко о Донбассе, мы скажем: "Дело в шляпе".

Россия > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 1 июня 2017 > № 2484105 Александр Проханов

Берегите себя

Белковский обратился в стрекозу, а политолог Шульман в рыбу

Александр Проханов

Cтанислав Александрович Белковский познакомился с женщиной и решил на ней жениться. Женщина подумала и сломала ему руку. Станислав Александрович Белковский подумал и сломал ей руку. Женщина немного подумала и сломала ему другую руку. И он подумал и сломал ей другую руку. Она немного подумала и сломала ему ногу. И он сломал ей ногу. Она подумала и сломала ему вторую ногу, и он сломал ей вторую ногу. Потом она немного подумала и сломала ему ребро, и Станислав Александрович Белковский немного подумал и сломал ей ребро. Она подумала и пробила ему череп. И он пробил ей череп. Она немного подумала, что бы ему сломать, но ломать больше было нечего. И он немного подумал, но ломать было больше нечего.

В это время появился поэт Дмитрий Быков. Он сказал: «Съёмка окончена. Всем спасибо! Приступаем к рекламе. Поступил в продажу медицинский гипс, предназначенный для сращивания костей. Гипс был успешно опробован при сращивании костей мамонта, найденного в якутской тундре. Порошок гипса можно приобрести во всех аптеках города, а также в офисах компании «Бык Дмитриев». Берегите себя».

Дмитрий Быков обратился к Станиславу Александровичу Белковскому и к женщине, которую играла политолог Шульман, и направил их на соседнюю съёмочную площадку, где снимался другой рекламный ролик. Рекламировался мыльный порошок, который сближает мужчину и женщину, оказавшихся в одной ванне. Станислав Александрович Белковский и политолог Шульман пошли на соседнюю съёмочную площадку, разделись и сели в ванну. А в этой ванне до них солилась селёдка. Когда они сели в ванну, сверху их посыпали порошком. Но порошок перепутали и вместо мыльного порошка посыпали их порошком канифоли. Канифоль при соприкосновении с рассолом, в котором солилась селёдка, вспучилась. Голый Станислав Александрович Белковский и политолог Шульман залипли в канифоли и выглядели так, как выглядят комарики и мушки, попавшие много тысячелетий назад в канифоль.

Поэт Дмитрий Быков, владелец фирмы «Бык Дмитриев», испугался ответственности за это и отдал кусок канифоли с залипшими Станиславом Александровичем Белковским и политологом Шульман в Музей Дарвина, где изучалось происхождение человека. Учёные всего мира съехались в Музей Дарвина изучать и рассматривать кусок канифоли, в котором сохранились первобытные люди. На ягодице политолога Шульман они обнаружили несколько рыбьих чешуек, оставшихся от селёдки, которую мариновали и солили в ванне. На спине Станислава Александровича Белковского тоже обнаружили несколько чешуек, оставшихся от посола селёдки. Мнения учёных разделились. Те, кто изучал политолога Шульман, утверждали, что человек произошёл от рыбы. А те, что изучали Станислава Александровича Белковского, стали утверждать, что человек произошёл от стрекозы. Разгорелись дебаты. Те, кто считал, будто человек произошёл от обезьяны, были оттеснены на задний план. В Музей Дарвина приходили верующие. Одни из них начинали верить в то, что человек произошёл от рыбы, а другие верили в то, что человек произошёл от стрекозы. Это было прельщение. Чтобы эту проблему решить богословски, в Музей Дарвина явились дьякон Андрей Кураев и иерей Всеволод Чаплин. Андрей Кураев принял версию, что человек произошёл от рыбы, потому что дома у него был аквариум с гуппи. А иерей Всеволод Чаплин утверждал, что человек произошёл от стрекозы, потому что был знаком со Станиславом Александровичем Белковским и ещё прежде знал, что Белковский произошёл от стрекозы. Между двумя богословами разгорелся спор, и это грозило церковным расколом.

Дирекция Дарвиновского музея решила избавиться от опасного экспоната. Она бросила кусок канифоли с залипшими там Станиславом Александровичем Белковским и политологом Шульман в костёр. Канифоль растаяла, и из неё выскочили голые Станислав Александрович Белковский и политолог Шульман. Казалось бы, этим самым тема была закрыта. Однако политолог Шульман была хозяйственной. Она собрала расплавленную канифоль, высушила её и истолкла в порошок. А порошок отдала в ансамбль «Виртуозы Москвы», которые играли на скрипках и виолончелях. Она знала, что музыканты натирают смычки канифолью, чтобы звук был чище. Когда «Виртуозы Москвы» начинали водить натёртыми канифолью смычками, из скрипок и виолончелей выскакивали голые Станислав Александрович Белковский и политолог Шульман и начинали танцевать. Их танцы напоминали африканские, поэтому ансамбль «Виртуозы Москвы» отправился на гастроли в Африку, в Уганду. Когда они начинали играть на своих инструментах перед собравшимися в круг жителями Уганды, из виолончелей и скрипок выскакивали голые Станислав Александрович Белковский и политолог Шульман и начинали танцевать африканские танцы. Жителям Уганды это нравилось, и они кричали «Любо», потому что они были казакии увидели в Станиславе Александровиче Белковском и политологе Шульман своих земляков. Они решили их внести в реестр и научить рубить лозу. Это испугало Станислава АлександровичаБелковского и политолога Шульман, потому что они не умели рубить с плеча и решили бежать.

Станислав Александрович Белковский обратился в стрекозу, а политолог Шульман в рыбу. Рыба села на спину стрекозы, и они полетели из Африки. Жители Уганды были оборотнями, и они тоже превратились в стрекоз и погнались за беглецами. И вот над Африкой летела большая стрекоза, на спине у неё сидела рыба, а за ней гналась стая стрекоз. Стрекоза Станислав Александрович Белковский и рыба политолог Шульман долетели до родины и опустились в большой русский лес под названием дубрава. И стрекозы, которые были жителями Уганды, опустились следом за ними в лес. Станислав Александрович Белковский и политолог Шульман снова превратились в людей и выбежали из дубравы. А навстречу стрекозам, которыми были жители Уганды, вышел муравей. Муравей был поэт Дмитрий Быков. Он сочинил басню «Стрекоза и муравей», и когда он прочёл басню «Стрекоза и муравей» прилетевшим из Уганды стрекозам, те снялись с места и улетели на родину готовиться к зиме.

Поэт Дмитрий Быков вышел из дубравы, и на опушке встретились все трое: Станислав Александрович Белковский, политолог Шульман и поэт Дмитрий Быков. Они обнялись и стали дружить.

Дмитрий Быков вернулся в свою преуспевающую фирму «Бык Дмитриев». Стас Белковский устроился работать на радиостанцию «Эхос Мундис» и вёл передачу «Стас уполномочен заявить». Политолог Шульман стала поставлять канифоль в ансамбль «Виртуозы Москвы».

Россия > СМИ, ИТ > zavtra.ru, 1 июня 2017 > № 2484089 Александр Проханов

Смысл сталинских шагов

По мысли Сталина, партия создавалась до революции с двумя целями: захват и удержание власти. И серия политических реформ предусматривала отказ от изначальной роли партии: она, как считал Сталин, себя исчерпала, её нужно было чем-то заменить. Отсюда и закон об альтернативности выборов. Завершилось всё в январе 1944 г. В это время должен был собраться первый и единственный за время войны пленум ЦК. К нему Молотов и Маленков написали, а Сталин отредактировал, внося незначительные поправки, проект постановления, согласно которому партия должна была заниматься вопросами агитации и пропаганды и подбором кадров. Если бы этот проект прошёл, партия потеряла бы возможность вмешиваться в хозяйственную, культурную или любую другую сферу деятельности страны.

Андрей Фефелов

"ЗАВТРА". Юрий Николаевич, вы — автор книги с жёстким и даже несколько зловещим названием "Первое поражение Сталина". В фундаментальном русском сознании Сталин ассоциируется с Победой и триумфом…

Юрий ЖУКОВ. Все думают, что Сталин был богом и любое его желание мгновенно исполнялось. Но за свою жизнь он трижды терпел поражения: не мог сделать то, чего хотел.

Что касается Победы, то её не было бы без первых двух пятилеток. Сталин ещё в 1931 году сказал, что, хоть мы и богатая страна, "в голове пусто" и нет производства. Он призывал за десять лет догнать Европу и США, в противном случае нашу страну бы уничтожили. Ошибся он всего на несколько месяцев: немцы напали в 1941-м. Однако если бы к тому времени у нас не было тракторных (то есть танковых) и авиационных заводов, мы не продержались бы дольше французов, которые были разбиты за две недели. А у нас только Смоленская битва продолжалась два месяца. Она нас спасла, но сегодня о ней не хотят вспоминать! Если бы её не было, немцы в августе уже дошли бы до Москвы. Мы забыли о приграничных сражениях в первые дни войны, в которых участвовали сотни танков. Зато помним о том, как Сталин снял руководство авиации, впоследствии расстрелянное. Подумать только! Командующий авиацией Рычагов за месяц до начала войны приказывает полностью модернизировать все аэродромы в западной полосе (около Белоруссии): сделать взлётные полосы бетонными. Для этого с 5-6 аэродромов самолёты размещались на одном, ставились впритык друг к другу. Стоит ли удивляться тому, что немцы их в один момент уничтожили? Разве это не вредительство? Или, как говорят сейчас, "преступная халатность"? Да, Рычагов был хорошим лётчиком-истребителем, прекрасно проявившим себя в Испании. Но этого мало, чтобы командовать всей авиацией.

"ЗАВТРА". Мне кажется, между халатностью и вредительством очень большая разница. Тонкости важны.

Юрий ЖУКОВ. Конечно. Вредительство всегда сознательно. И Косыгин, и Устинов пришли на свои должности накануне войны, а ведь перед ними была череда людей, ошибки которых стоили стране слишком дорого. Да, расстреливали, но во всём мире поступили бы так же в плане смещения с должности. А мы говорим об этом как о преступлении — как мог Сталин так отнестись к бандиту, вредителю, диверсанту, насильнику?! Но ведь объективно: более 80% расстрелянных в ГУЛАГе — уголовные преступники!

"ЗАВТРА". Один из важных, узловых моментов начальной советской истории — планы о союзных республиках и автономизации, которые можно условно разделить на "ленинские" и "сталинские"…

Юрий ЖУКОВ. Нам десятилетиями вбивали в голову: "Какая замечательная мысль у Ленина и какая плохая у Сталина", забывая объяснять, почему так произошло. Ленин, Свердлов, Троцкий, Зиновьев думали о мировой революции, воспринимая российскую как фитиль, который взорвёт Европу и устроит настоящую революцию. Создавалась видимость мирового Союза, что нашло выражение в гербе — земном шаре. На первой странице Конституции 1924 года значилось: мир расколот на два лагеря — социалистов и империалистов, в борьбе победят социалисты, и на всём земном шаре установится Всемирная Советская Социалистическая Республика.

Сталин же ещё с марта 1917 года говорил, что дом, разделённый изнутри, рассыплется. Его идея — несколько губерний. Те, которые близки исторически культурой, бытом, даже погодой, должны объединяться и укрупняться; на них нужно было строить страну (и не особо важно, на каком языке они говорят).

Главный антагонист большевиков Милюков в мае 1917 года на V съезде Партии кадетов выступил с речью, цитируя положения Сталина, но не называя автора. Из-за такого взгляда Сталина в первой Конституции 1918 года произошла путаница: с одной стороны, говорится о национальных республиках, а с другой — об областных объединениях, которые уже начали создавать. И только Гражданская война, где главную роль играли вовсе не белые и красные, а сепаратисты, заставившие обратить внимание на их видение того, как должна выглядеть их территория, помогла: важной стала мысль об автономии, которая переросла потом в идею союзной республики.

"ЗАВТРА". Получается, чтобы собрать заново страну, понадобилось национальные элиты и нарождающуюся национальную интеллигенцию умиротворить этой формулой?

Юрий ЖУКОВ. Конечно! Единственное, что нас тогда спасало, — существование Компартии. Она была единой для всей страны, и все, кто мечтал о независимости на местах, были связаны партийной дисциплиной. Украинцы пытались добиться своего Министерства внешней торговли, как и грузины, но получили отказ ("Торговать будет только Москва, ваша задача — производить"). Соглашение на национальные наркоматы Министерства просвещения — единственная серьёзная ошибка Сталина в то время. Они и стали рассадником национализма. В царской России 80% населения были безграмотны. После революции неграмотность нужно было ликвидировать, возникла потребность в учителях. На Западной Украине (бывшая часть Австрийской империи, потом — часть Польши) люди с высшим образованием предложили заняться воспитанием наших детей. Тогда считалось, что Западная Украина, как Пьемонт в Италии, способна объединить вокруг себя все украинские территории, даже Курскую, Брянскую и Орловскую губернии, Ставрополье и Кубань. Столыпин переселил украинцев на Дальний Восток, чтобы создать кулацкие хозяйства, — украинцы хотели присоединить и эти земли. И об этом говорили учителя! Тогда же начали искажать язык, ведь в 20-е годы никто из нормальных людей не признавал украинский языком, его считали деревенским говором, на суржике говорили только безграмотные крестьяне. Стоило сельскому жителю приехать в город, он начинал говорить на русском, а галичане начали создавать вымышленный, искусственный язык, придумывая новое слово для каждого понятия. Ведь нельзя преподавать науки, термины которых не имеют словесного выражения в деревенском языке. Была создана терминологическая комиссия. Примерно то же и в Грузии. Они всё пытались наверстать быстро: своя культура, литература… Разве что балета не было. Украинские литераторы в то время выступали под лозунгом "Геть от Москвы!". Чего ж тогда считать боровшегося с ними Сталина кровавым диктатором?

"ЗАВТРА". Как вы считаете, у сталинского плана автономизации был шанс в то время?

Юрий ЖУКОВ. Был. Он почти продавил свою идею. Но во время одного заседания партии, когда почти все согласились принять идею Сталина, приходит Каменев и говорит, что в состоявшемся разговоре с Лениным последний активно настаивал именно на союзных республиках, при записи в Конституции права выхода. Ленина тогда давно никто не видел, он сильно болел, но "раз так сказал…" — подняли руки и переголосовали. В начале 80-х годов я выпустил статью в журнале "Советское государство и право", и в её обсуждении участвовали многие советские историки и юристы, доктора наук и академики. Зашёл разговор о положении о праве выхода. Оно нелепо, ведь не объяснён сам процесс выхода. Посмотрите: Великобритания выходит из ЕС, всего лишь из международного объединения, но уже полгода ничего не предпринимается, сплошные обсуждения; захотели уйти шотландцы — ничего не получилось; каталонцы — то же самое. А у нас три человека собрались — и всё. Они совершили уголовное преступление, "покушение на отделение части территории страны". Уничтожение СССР — преступление против закона и Конституции. Более того, все, бывшие в Беловежской пуще, — клятвопреступники, ведь все они вступали в Компартию.

"ЗАВТРА". Со стороны Каменева описанный вами случай — реальная воля Ленина или манипуляция?

Юрий ЖУКОВ. Никто не знает. Ленин этого не писал, он болел. Остался дневник дежурного врача. Сейчас любят говорить о последних работах Ленина, но я выяснил даты этих работ (якобы продиктованных секретарше) и соотнёс с записями дежурных врачей. "Ленин проснулся, молчит. Пришла Крупская, и он заплакал, потому что не мог произнести даже её имени". Как он тогда мог диктовать тексты больших статей? Я полагаю, что замешан Троцкий. Суть якобы последних работ Ленина — это мечты Троцкого. Мы не можем пока доказать, что это так, но можем доказать, что это точно не Ленин: на машинописи нет ни одной его пометки.

"ЗАВТРА". Когда был принят план союзных республик, то у Сталина не было такого влияния, как впоследствии. Почему он не вернулся к этой идее?

Юрий ЖУКОВ. Мог вернуться и начал воплощать. В конце 20-х годов началась административно-территориальная реформа, начали во второй раз создавать областные объединения. Успели только РСФСР, куда вошли Казахстан и Киргизия. А когда дело дошло до Украины, которую нужно было разделить на 3 областных объединения, местные националисты пошли против.

Реформа шла с 1929 по 1932. Сперва все уральские губернии объединили в одну, потом Поволжье, автономные области входили в их состав, становясь просто районами и теряя власть. И тогда "национальная элита" взбунтовалась, увидев в реформе нарушение Сталиным заветов Ленина.

"ЗАВТРА". А нынешние федеральные округа имеют что-то общее с планом автономизации?

Юрий ЖУКОВ. Нет. Федеральные округа — увеличение количества чиновников, ни за что не отвечающих, а тогда их количество хотели сокращать в 5-10 раз, а жизнь страны хотели унифицировать. Но не позволили.

"ЗАВТРА". Вопрос актуален и для современной России.

Юрий ЖУКОВ. Именно эту проблему в книге я назвал "миной замедленного действия". Существование национальных регионов внутри страны — возможный развал Российской Федерации. При умелом манипулировании из-за границы этого легко добиться. Чтобы этого не произошло, нужно опираться на опыт страны, не повторять ошибок прошлого!

"ЗАВТРА". Недавно в Киеве на Сталина и Берию завели уголовное дело за депортацию коллаборационистов. Были ли у Сталина и Берии резоны для выселения крымских татар, или налицо жестокость образца библейской истории?

Юрий ЖУКОВ. Я бы это сравнил с тем, что было, скажем, во Франции. У нас очень любят певицу Эдит Пиаф. Но все забывают: только за то, что она во время оккупации пела в кабаках для немцев, её на семь лет отстранили во Франции от выступлений. Коко Шанель жила с эсэсовцем, тоже была наказана за это. Разумно и правильно. Что произошло у нас в Крыму? Значительная часть мужского населения крымских татар под руководством немцев организовала так называемую "самооборону" — местную полицию. Ей немцы выдали мундиры, оружие, и они не просто "самооборонялись" неизвестно от кого — они боролись с крымскими партизанами. То есть стали коллаборантами, перешли на сторону врага. Очень серьёзное обвинение. Это то же самое, что и украинская дивизия "Галиция", эсэсовские легионы в Латвии, в Эстонии — всё явления одного порядка. Разумеется, можно было в Крыму начать аресты, расследования и применить соответствующие меры наказания вплоть до расстрела или повешения, как тогда практиковалось. Но с крымскими татарами поступили очень гуманно. Вместо испепеляющей кары, вместо того, чтобы десятки тысяч расстрелять или повесить, их с семьями посадили в вагоны и отправили в Среднюю Азию, где жили такие же тюрки, как они, говорящие на близком языке. Дали им землю. Дали возможность работать. Более того, их не лишили никаких гражданских прав, и они там жили не хуже других (голод 46-года был общим для всех народов СССР). Вернулось из Узбекистана в Крым народу гораздо больше, чем уехало. Не было никаких гонений.

Иногда происходят какие-то странные аберрации сознания, из-за которых какие-то народы кажутся наиболее пострадавшими в войне (а про других забывают). Евреи, например. Если посмотреть фильмы американские и других стран, послушать, что говорят в Израиле, да и у нас — всё время речь о спасении евреев, только евреев. А цыган просто отстреливали. Видели цыгана немцы — и расстреливали тут же на месте, не доводя ни до каких концлагерей. Неизвестно даже, сколько погибло цыган, и никто не говорит, что в Европе на первом месте среди пострадавших стоят цыгане.

Если вернуться к Крыму, то там история такая. При помощи крымско-татарских коллаборационистов были уничтожены 27 тысяч евреев — почти все евреи Крыма, кроме тех, кто воевал в Красной Армии. То есть это был акт полной этнической зачистки. И ещё более поразительные цифры. Мы совершенно почему-то забыли о том, что на территории Крыма русское население, которое до войны составляло почти 600 тысяч человек, уменьшилось вдвое. И в конц­лагере "Красном" русских уничтожали просто как на конвейере — как ни горько признавать, в том числе татарскими руками. Но мы теперь почему-то и в России представляем дело так, что наиболее пострадавшим этносом являются крымские татары, что является абсолютной ложью.

Перед войной крымские татары вместе с караимами (народом, сходным по языку, по происхождению, но исповедующим не ислам, а иудаизм, депортированы не были) составляли вместе примерно 25% населения Крыма. Поэтому говорить, что они главные на полуострове — бессмысленно. Также мы должны помнить, что одновременно с татарами из Крыма были высланы (уже не депортированы, а просто выселены) ещё греки и болгары, которые служили немцам, — и крымские немцы, их тоже хватало. Про это все забывают. Крым не был в РСФСР каким-то национальным (скажем, крымско-татарским или ещё каким-то), а была просто многонациональная Крымская республика. Про это тоже нужно всё время помнить. Но крымские татары хотят получить в своё пользование всё южное побережье Крыма, где сады, где курорт­ники, на которых можно зарабатывать. Им не нужен степной север — им нужен юг. Отсюда все их требования.

А Киев, когда потерял не свой Крым, а наш Крым, должен как-то влиять на политику. И поэтому в качестве своих провод­ников он и избрал крымских татар. Ведь крымско-татарский меджлис почему-то находится в Киеве, где нет никаких крымских татар и вообще татар. Это просто орудие сумасшедшей политики, которую проводит сегодня Киев, опираясь, с одной стороны, на украинцев, живущих в западных областях (которые всегда жили либо в Австро-Венгрии, либо в Польше), либо на крымских татар. Вот два главных орудия киевской политики. Чтобы удержаться, укронацистам нужно найти врага. Врага они нашли — Россию. Но кроме того, что нашли врага, нужно и как-то бороться с этим врагом. Воевать никто на нас не пойдёт. Киев никто в этом диком начинании не поддержит. Что остаётся? Только голая пропаганда: вешать на нас всех собак. И раз они возмущаются депортацией крымских татар — следовательно, они признают праведным коллаборационизм всех украинцев, поклоняются Гитлеру, нацистскому Рейху. Это нужно всё время всем объяснять: заигравшись, киевские власти себя поставили на одну доску с нацистской Германией. И отсюда уже проявления неогитлеризма: защита как дивизии "Галиция", которая была разбита нашей Красной Армией, так и татар, которые занимались тем же, что и дивизия "Галиция", только в пределах полуострова.

Защищать свой народ, конечно, нужно, и крымские татары не исключение. Но иногда формой защиты является и правильное историческое понимание прегрешений собственного народа. Многие русские не прощают свой народ за потакание последователям фюрера Горбачёву и Ельцину в развале Советского Союза в 1991–1993 гг., называют людей, которые тогда массово потворствовали уничтожению Родины, — предателями. И от этого не становятся русофобами. Так что если крымские татары всё-таки назовут своих коллаборационистов предателями — произойдёт только укрепление и самоочищение крымско-татарского народа.

Как трактует те события современная официальная Россия? Да, действительно, был массовый коллаборационизм в крымско-татарской среде. Действительно, татарскими фашистскими батальонами было убито множество русских, евреев и других людей на Крымском полуострове. Но преступление Сталина состоит в массовом депортировании по национальному признаку, а не в заведении отдельных уголовных дел. Но я хочу напомнить: "светоч демократии" США — как поступили с японцами? Как только началась война, сразу после Перл-Харбора японцев в течение нескольких часов практически без вещей отправили в пустыню Невады до самого конца войны. Я не знаю, где хуже: в Сибири или в той пустыне, где днём жара свыше 40 градусов, ночью чуть ли не падает до ноля. Так что все хороши. И не нужно забывать: англичане во время Второй мировой войны, когда на остров добирались беженцы из Европы, сажали их в концентрационный лагерь и держали там, пока не выясняли — что, и как, и почему, и не являются ли они нацистскими агентами. Так что мы должны прежде всего объяснить: 1) во время войны это нормальная практика; 2) чистка Крыма происходила ещё и перед Крымской конференцией. Мы должны были обеспечить безопасность и Рузвельта, и Черчилля. Поэтому не могли себе позволить оставить каких-то немецких коллаборантов, которые могли быть законсервированными агентами, диверсантами, могли совершить террористический акт по отношению к членам большой тройки. Это тоже нужно не забывать.

Хочу напомнить, что при депортации в семьях крымских татар были найдены буквально тонны оружия. Это то, чем снабдили отряды "самообороны" немцы. Предатели из татар готовились к своим будущим торжествам, думая, что установят какую-то крымскую татарскую республику. Но на кой чёрт немцам отдавать Крым татарам, когда они хотели превратить его в свою Ривьеру — край отдыха? Более того, сами немцы особенно там ничего не делали. В основном действовали румынские и итальянские вой­ска. Немцы хорошо работали. Знали, на кого опереться. Сами не очень-то стремились воевать, где не нужно, — всё предоставляли своим сателлитам. И крымские татары были такие же сателлиты Германии, как Италия и Румыния.

Возникает ещё одно соображение о резонах. В 1944 году ещё была не окончена ВОВ, но зрела и новая война, и Сталин об этом прекрасно знал. Все мы знаем про план "Немыслимое". Сталин прекрасно понимал, что Запад не остановится, маячила новая война. И как можно было оставлять на границе столь ненадёжный контингент?

В заключение мы должны сказать, что, конечно, в результате депортации пострадало большое количество совершенно невинных людей. Трудно менять свои привычки, ландшафты, всё родное окружение. Но если таким образом осуждать Сталина, Берию, весь советский строй, то я хотел бы для равновесия, чтобы украинские Рада и государственная прокуратура осудили Рузвельта, осудили Черчилля, осудили де Голля, осудили японского императора и всех-всех-всех. Но тогда это приведёт к пересмотру, радикальной ревизии результатов Второй мировой войны. Победители окажутся преступниками. А если большая тройка преступники — значит, жертвы Гитлер, Муссолини, Антонеску. Вот кто! Кто-нибудь подумал бы о том, куда Киев ведёт своей политикой: к объявлению Гитлера, Муссолини, Антонеску героями (Бандера и Шухевич уже объявлены), а нас всех — и советских, и американцев, и англичан, и французов — преступниками. Так что нужно очень-очень думать киевлянам, прежде чем продолжать свой бред.

"ЗАВТРА". Поэтому, обсуждая вашу книгу "Сталин. Тайны власти", хотелось бы развенчать некоторые мифы и поговорить о ваших настоящих исторических открытиях.

Юрий ЖУКОВ. Настоящие научные сенсации, открытые в этой книге, могут быть восприняты людьми, которые не склонны обливать грязью наше прошлое. Профессиональный цех историков старается молчать об этом, хотя написанное мною полностью подтверждается архивными документами.

Рассмотрение начинается с 1939 года — и сразу первое открытие. Август 1939-го всегда сводится к подписанию договора о ненападении между СССР и Германией. При этом игнорируется факт, что у Берлина таких договоров с другими странами была едва ли не дюжина, а значит, крамолы в самом факте договора нет. И люди забывают, что в это же время продолжались бои на реке Халхин-Гол в Монголии. Если бы мы не подписали договор о ненападении с немцами, то юридически и дипломатически выглядели бы агрессорами. Затем — у нас уже был один фронт на востоке, а заводить второй на западе было бы чересчур для любой страны. Поэтому мы настояли перед Риббентропом, что договор вступит в силу, только когда Берлин надавит на своего союзника по антикоминтерновскому пакту (Германия, Япония и Италия) и японцы отведут войска за границу Монголии. В договоре прописано это не было, но мы так спасали себя от двух фронтов. И после подписания договора японцы действительно прекратили бои. Это первая сенсация, которая, на мой взгляд, очень важна для понимания предвоенной ситуации. И спустя какое-то время Япония нападает не на нас, а на США и Англию.

Второй важный момент — цитаты Черчилля, в которых глава британского правительства говорит: СССР правильно поступил во время финской кампании. Мы об этом обычно не говорим. Обычно говорится так: "Советский Союз напал на Финляндию". (Которая, кстати до этого на нас нападала трижды, желая присоединить Эстонию, Ленинградскую область, Карелию и Кольский полуостров). Нам же нужно было только одно: чтобы финны отодвинули границу на север от Ленинграда, потому что стоявшие у границы пушки могли наносить удары по центру города.

И антисоветчик Черчилль открыто говорил, что, с точки зрения государства, решение было верным. Более того, есть записи его переговоров с премьер-министром Польши Миколайчиком, в которых он доказывает справедливость пролегания границы именно там, где она была в 1939-1944 гг. Ещё он отмечал, что из-за поляков новая мировая война не будет начата.

Также, по мысли Сталина, партия создавалась до революции с двумя целями: захват и удержание власти. И серия политических реформ предусматривала отказ от изначальной роли партии: она, как считал Сталин, себя исчерпала, её нужно было чем-то заменить. Отсюда и закон об альтернативности выборов. Завершилось всё в январе 1944 г. В это время должен был собраться первый и единственный за время войны пленум ЦК. К нему Молотов и Маленков написали, а Сталин отредактировал, внося незначительные поправки, проект постановления, согласно которому партия должна была заниматься вопросами агитации и пропаганды и подбором кадров. Если бы этот проект прошёл, партия потеряла бы возможность вмешиваться в хозяйственную, культурную или любую другую сферу деятельности страны.

"ЗАВТРА". И в сталинском варианте гимна Советского Союза слов о партии нет.

Юрий ЖУКОВ. А в Конституции 1936 года? Там она упоминается в 125 статье "Об общественных организациях" (в брежневской Конституции, например, партия была выдвинута в начало как основная движущая сила общества).

Проект, подготовленный Сталиным, Молотовым и Маленковым, не прошёл через Политбюро. Так рушится миф о всесильности Сталина, но не найдено свидетельств, кто же голосовал против. В моей книге предпринята попытка представить, кто мог голосовать "за", а кто — "против", но это недоказуемо…

Наши люди любят гадать, кто, в какой момент и как отравил Сталина. При этом его обвиняют во всех процессах, которые происходили в конце 1952 — начале 1953 годов, включая дело с врачами-евреями. После этого, кстати, стали выходить статьи и фельетоны с употреблением русских, украинских и татарских фамилий — лишь бы снять проблему антисемитизма. Я обнаружил, что Политбюро в феврале 1951 года, за два года до смерти Сталина, принимает необычное решение: судьбу страны решают Булганин, Берия и Маленков, но подписываются "И. Сталин". Иными словами, сам Сталин больше не решал ничего, и если исключить номинальную фигуру Булганина, то разделение произошло так: Берия — исполняющий обязанности председателя совета министров, Маленков — исполняющий обязанности первого секретаря ЦК. Формально Сталин эти посты ещё занимал, поэтому без "и.о." обойтись было нельзя, но любой чиновник и бюрократ понимает, что это разделение власти одного человека. Когда документы по делу Берии были опубликованы, многие говорили, что Сталину везли документы в пакетах и через некоторое время забирали назад неоткрытыми, так как Сталин их не трогал. Со слов последнего начальника управления охраны полковника Новика, последние два года Сталин жил на ближней даче в Кунцеве, гулял и занимался производством домашнего вина. При этом напряжение он чувствовал уже в 1944 году. В большом интервью американскому журналисту Кессиди о военных делах Сталин говорил нормально и спокойно, а вот ответы о послевоенных делах сопровождал фразой "Если доживу". А в 1945 году у него случается первый инсульт, и все газеты (чего до этого не бывало) внезапно стали извещать людей о том, куда поехал Сталин и где он находится. В США была паника, Трумэн не знал, как в случае смерти Сталина строить политику. В СССР из Белого дома отправляется личный курьер президента, чтобы вручить бумагу непосредственно лично Сталину; оказавшись в Сочи, он не один день ждал, пока Сталин поправится настолько, чтобы его принять.

"ЗАВТРА". Ну, представим: Сталин отстранён или самоотстранился и, будучи адекватным человеком, понимает, что раз он даже документы в пакетах просмотреть не может, нужен преемник. Триумвират?

Юрий ЖУКОВ. С ноября 1952 года убирают Булганина, и остаются только Берия и Маленков.

"ЗАВТРА". Но отстранился со спокойным сердцем? Доверял этим двум?

Юрий ЖУКОВ. Мы не знаем, что он думал, были ли у него другие люди на примете. Сталин и его окружение не вели дневников и подробных писем, а потому мы лишены знания подоплёки тех или иных решений.

Фонд управления кадров и фонд административных органов до сих пор закрыты. В первом фонде есть рекомендации того или иного человека на конкретную должность и его характеристика. Мы могли бы узнать, кто проводил наверх Ежова.

Второй фонд был связан с Министерством госбезопасности, внутренних дел, генпрокуратурой и судом. Ни одно решение об аресте высокопоставленного человека не могло миновать этот отдел. Жуткая глупость и профанация — публикация "расстрельных списков". Существовала комиссия, которая, ознакомившись с этими списками, выносила решение о помиловании или замене расстрела на срок.

Информация, закрытая в этих фондах, крайне важна для понимания власти как механизма. Однако спустя четверть века мы не можем получить документы несуществующей партии несуществующего государства!

К тому же, мои исследования нуждаются в параллельных работах — по экономике, финансам, промышленности…

"ЗАВТРА". Надеюсь, будущие поколения вдохновятся вашими трудами и продолжат освещать тёмные места истории нашей страны.

Беседу вёл Андрей ФЕФЕЛОВ

Россия > СМИ, ИТ > zavtra.ru, 1 июня 2017 > № 2484081 Юрий Жуков

Кудрин: кризис закончился только с точки зрения формальных показателей рецессии, доходы падают

Ждать ли налоговой реформы? Почему быть судьей в России больше не престижно? Договорились ли в правительстве насчет идеи «22/22»? Об этом экс-министр финансов рассказал Business FM в кулуарах ПМЭФ

Россия из кризиса не вышла — об этом Business FM заявил Алексей Кудрин в кулуарах Петербургского экономического форума. По его словам, в экономическом смысле рецессия закончилась, однако реальные доходы населения продолжают падать, а значит, об окончании кризиса говорить нельзя. С бывшим министром финансов, главой Центра стратегических разработок беседовал главный редактор радиостанции Илья Копелевич.

Алексей Леонидович, вначале все-таки о встрече с президентом. Вы сказали, что никакие окончательные сроки для представления не названы. Тогда вопрос общий: все-таки на ваш взгляд что должно стать главным элементом, главным драйвером повышения темпов роста российской экономики до темпов выше мировых, 3%, о которых мы мечтаем?

Алексей Кудрин: Действительно, идет экономический форум, но я хочу уточнить: президент ставил задачу перед Центром стратегических разработок подготовить предложения к стратегии к 1 мая этого года. Предложения подготовлены, сегодня у нас есть полная, целостная, просчитанная стратегия, будем называть это «проект стратегии», как видят его эксперты, целая группа, команда экспертов. По договоренности с администрацией мы представили ее президенту лично, в руки, 30-го числа на встрече с ним, когда мы презентовали эту стратегию. То есть она отдана ему. Теперь начинается новый этап работы. Администрация президента будет более тщательно рассматривать конкретные обоснования предложения, они будут докладываться главе государства. Я, видимо, тоже буду докладывать ему конкретные вопросы. То есть начинается новый этап работы уже лично с президентом. До этого, последние полгода, у меня были с ним встречи примерно с частотой одна в два месяца.

Важное уточнение: в газетах написали после позавчерашней вашей встречи, что вы неделю встречаетесь. Но сейчас вы внесли ясность.

Алексей Кудрин: Во-первых, осенью встречи тоже проходили примерно с такой же частотой. Сначала президент на них утвердил план работы. Затем мы с ним обсуждали некоторые детали подходов, чтобы мы понимали тот коридор, в котором тоже готовы работать. Например, уже в этом году, в феврале, я ему докладывал предложения по развитию судебной системы.

Этого и ждали, собственно, от вас, об этом мы с вами говорили в январе, и вы сказали, что это впереди, и это, может быть, самая тонкая часть работы, но у вас есть мандат на это в том числе...

Алексей Кудрин: После того, как он дал поручение подключить специалистов Верховного суда, главного управления, они тоже рассмотрели предложения. Сегодня мы находимся в стадии согласования отдельных предложений, деталей.

Вы пока не готовы раскрывать основные идеи этой части стратегии?

Алексей Кудрин: Могу сказать только некоторые вещи: это связано с повышением независимости судей, давлением административного характера, внутрисудебной иерархии, повышения роли квалификационных комиссией, очень серьезные повышения требований к отбору судей. Быть судьей больше не престижно. Это больше не верх юридической карьеры человека. Сегодня это стало более простой профессией, на которую очень трудно отобрать квалифицированных людей. Она не так высоко оплачивается, как хотелось бы, по сравнению, например, с теми, кто работает в адвокатуре, даже в некоторых министерствах. Туда сегодня приходят менее подготовленные люди, чем в других сферах деятельности. Как ни странно, такое происходит. Мы повышаем и оплату, и требования по отбору, и подготовка непрерывна, тестирование. Целый ряд факторов только в комплексе дадут эффект, чтобы судья принимал независимое профессиональное суждение.

Если говорить в целом, то это большой набор небольших мер, а не некое революционное смахивание со стола существующих, не внушающих большого доверия обществу судей?

Алексей Кудрин: Это невозможно. В этой связи только в течение шести лет можно добиться существенного увеличение прослойки более профессиональных, более смелых судей, при этом и другие судьи, которые в этой системе работают, существенно почувствуют свою поддержку. Мы понимаем, что сегодня есть давление с разных сторон на судью. Судья должен быть авторитетным, объективным и независимым. Мы знаем, как сегодня трудно быть судьей в нашем обществе. Поэтому мы должны повысить их возможности и престиж.

Перейдем к экономике как таковой. Глава Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин не так давно сказал, что тема налоговой реформы ушла, как он выразился, в заоблачные выси и перестала обсуждаться. Президент на съезде РСПП сказал: давайте мы сначала все решим и только потом заявим об этом. Так что не жду от вас откровений, но скажите, самое главное: с вашей точки зрения, налоговая реформа необходима, или ее, может, и не будет?

Алексей Кудрин: Во-первых, предложение Центра стратегических разработок — не поднимать и не менять все ключевые ставки налогов. Мы считаем, стабильность в этих правилах игры важнее.

То есть налоговой реформы может и не быть вовсе?

Алексей Кудрин: Некоторые шаги мы тоже предлагаем, например, нужно продолжать налоговый маневр в нефтяной сфере. Сегодня вся нефть выводится с экспортной пошлиной: чтобы отвезти нефть на экспорт, нужно заплатить еще в бюджет, а потом уже продать и с налогов еще раз заплатить. Мы считаем, что это неэффективный механизм, нигде в мире такое уже не сохранилось. Полагаем, экспортные пошлины нужно отменить, а конечные налоги — чуть-чуть повысить, то есть уменьшить количество платежей, но они должны немного повыситься как налоги.

Это важная, но отраслевая история.

Алексей Кудрин: Это отраслевая история, но, как ни странно, она несет увеличение производительности сектора в целом.

К идее «22/22» вы как-то относитесь или пока не будете формулировать?

Алексей Кудрин: Идет дискуссия в правительстве, в правительстве тоже не договорились по этому маневру, пока высоких эффектов мы не видим. Все мы ведем дискуссию.

Говоря в целом о концепциях программы, их как бы три. Ваша, правительство работает, стараясь объединить, ну и Столыпинский клуб. Мне лично кажется, что очень многие элементы становятся похожи, и главное разногласие остается со Столыпинским клубом — насчет кредитной эмиссии. Но все-таки, вы могли бы рассказать, что ценного вы взяли у коллег-конкурентов?

Алексей Кудрин: Так получилось, что мы работаем параллельно с правительством. Вообще, все наши предложения, все наши разработки шли с министерствами и ведомствами. Эксперты приносили министерствам и ведомствам, предлагали, и мы вместе отбираем. Где-то министерство, кстати, очень активно и тоже идеи генерирует хорошо. Кстати, все с энтузиазмом работают над новой стратегией. Поэтому, когда объявилось послание президента по поручению правительства тоже разработать, но уже не стратегию, а план действий, то нам пришлось определенные усилия с правительством объединить, потому что мы вместе и так работали. Единственное, что некоторые разделы у них более проработанные, некоторые у нас. Плюс, у нас их больше, потому что мы затрагиваем ту сферу, которая не в ведении правительства. В данном случае, вот этот мандат о работе судебной, правоохранительной деятельности.

Более широкий политический фактически мандат.

Алексей Кудрин: Да. Международная деятельность — у нас больше мандат, в наших подходах. У нас есть различия с правительством, с Минфином, даже с Минэкономикой по поводу доли той самой цены отсечения, сверх которой от цены на нефть тратить, где тратить, а где накапливать. И я чуть-чуть мягче отношусь к этой позиции, чем министерство финансов. Ну и по величине дефицита — я тоже считаю, что чуть-чуть его можно скорректировать. За исключением этого, мы очень близки с правительством.

Верите ли вы в возможность рывка технологического сектора российской экономики. Если верите, то, что вам дает основания для этой веры.

Алексей Кудрин: Я верю. Знаете, Россия притом, что она сегодня заметно стала отставать в технологическом развитии от стран-лидеров, тем не менее, имеет хороший потенциал. Самый главный потенциал — это люди. Имеется в виду и наше образование, которое тоже не соответствует уже новым вызовам, но, по крайней мере, это хороший базис.

Вот уже 25 лет, как этот базис существует, и огромные усилия вроде бы прилагаются в форме институтов развития. Во всех, так сказать, формах.

Алексей Кудрин: Согласен. Показатели инновационной деятельности не меняются уже на протяжении десяти лет. Да, действительно, так и есть. Вот почему мы видим, что некоторые инициативы, которые уже работают в правительстве, нужно масштабировать в разы. Например, есть такая инициатива — национально-технологическая. Я считаю, это абсолютно правильный, своевременный шаг, который в свое время поддержал президент несколько лет назад, но масштаб ее нужно как минимум удесятерять..

Вы имеете в виду финансовую поддержку этой инициативы? Не все знают — мы недавно рассказывали тоже про это, как некий общий формат, объединяющий институты развития.

Алексей Кудрин: Если так, в общем, это выделение самых новейших отраслей, которые сделают по анализу специалистов будущую мировую экономику.

Заглянуть в рынки 2025-2035 годов.

Алексей Кудрин: И предложить нашим предпринимателям в этой области при поддержке небольших государственных финансовых вливаний придумать свои проекты в этих самых новейших отраслях. В этом смысле, я считаю, это полезная очень инициатива. Но у нас, вообще-то, есть центр, где это делается. Один в стране. Ну, есть близкие, похожие…

Назовите. Я, честно говоря, не знаю.

Алексей Кудрин: Имеется в виду АСИ в Москве. Здесь есть центр Агентства стратегических инициатив.

Собственно, формируется подход к этой инициативе.

Алексей Кудрин: Да. Они собирают специалистов из разных уголков страны и разных центров. Но вообще-то должно быть минимум пять независимых, а лучше — десять таких центров в стране. В разных регионах. И в Татарстане, допустим, пытаются что-то сделать. Например, в Петербурге один только Политехнический университет сопоставим со многими другими такими центрами. В этом смысле близкие есть, аналоги такого рода центров, но нам нужно иметь десять по стране. С хорошей подпиткой, с хорошими квалифицированными специалистами, которые пытаются с молодежью, со специалистами рынка придумать эти новые стартапы в самых новейших областях и поддержать.

А у вас перед глазами есть хотя бы несколько позитивных примеров создания тех компаний?

Алексей Кудрин: Конечно. Вы знаете, российские компании в области искусственного интеллекта уже заработали и используются в мире. Их несколько. (Не только «Яндекс»), их больше. Они, может, пока небольшие, но привлекаются западными крупными мировыми компаниями в разработки своих отдельных моделей — как самоуправления, так и расчетов их проектов. И, в общем, это хороший позитивный пример. Ну, таких я знаю три десятка. Конечно, это немного в масштабе страны. Вот нам нужно масштабировать это. С точки зрения технологического предпринимательства — это целая цепочка шагов. Это обучение в школах технологической грамотности. Это в университетах оснащение всех наших лабораторий физики и химии технологии, создание малых предприятий. Это создание крупных научно-технологических консорциумов, в которых объединятся несколько производителей в России, несколько потребителей, когда вместе они говорят: «Мы в этой сфере в стране находимся на более низком уровне по сравнению с другими странами». Мы складываем усилия, помогаем друг другу, чтобы эту технологию в стране освоить, чтобы мы были страна с компетенцией в этой области. Вот таких консорциумов мы считаем 15-20 нужно создать. И они уже начинают создаваться. Мы считаем, что по модернизации крупных компаний или средних мы должны дать дополнительные возможности. Чтобы были востребованы или применены в производстве какого-то продукта новые технологии. Например, сегодня самые успешные экспортеры России — 60% наших экспортеров — используют новейшие технологии Запада. То есть без новейших компонентов ты не сделаешь свой инновационный продукт. Значит, мы должны облегчить этот обмен на импорт и на экспорт. Там целая серия предложений, которые сегодня дадут продвижение технологической повестки в России.

Финальный и простой вопрос. Кризис закончился?

Алексей Кудрин: Вы знаете, с точки зрения формальных показателей рецессии — он закончился. У нас в этом году рост. А жизненные реальные доходы населения продолжают падать. И это мне не позволяет говорить с полной уверенностью, что мы уже вышли из зоны кризиса. Повторяю: в экономическом смысле — да, вышли. А с точки зрения самочувствия населения… у нас за последние четыре месяца, за первые четыре месяца этого года, опять упали реальные доходы населения на 2%.

Вы согласны с тем, что было опубликовано в «Ведомостях»? Целевой прогноз Минэкономразвития о том, что при выходе на приличные темпы роста экономики достижения уровня реальной заработной платы 2013 года наступит там не раньше 2023-2025 годов. То есть отстающий рост реальных доходов по сравнению с макроэкономическими показателями.

Алексей Кудрин: Да, они немножко будут отставать. Но там, к сожалению, я видел, что в ряде газет опубликовали неправильные таблицы Минэкономразвития. Я перепроверил. Особенно про пенсионеров, что якобы не будут расти в реальном выражении пенсии при целевом сценарии. Это был один из технических сценариев, который не является основным для Минэкономики. Его выдали как основной, то есть у нас не всегда печатаются корректные (данные).

Тогда надо внести ясность. Спасибо.

Илья Копелевич

Россия > Госбюджет, налоги, цены > bfm.ru, 1 июня 2017 > № 2471776 Алексей Кудрин

Интервью Председателя Счетной палаты Татьяны Голиковой "Газете.ру" в рамках ПМЭФ

Федеральные целевые программы должны умереть

Глава Счетной палаты Татьяна Голикова о нецелевом использовании бюджета

Инструмент госпрограмм должен быть пересмотрен, а федеральные целевые программы – умереть. О том, чем опасна ликвидация Фонда национального благосостояния в интервью «Газете.Ru» рассказала глава Счетной палаты Татьяна Голикова.

— Сейчас все составляют планы экономического роста. И ЦСР, и правительство, и Алексей Кудрин. На ваш взгляд, каких решений 2012 года стоило бы избежать в 2018-м году?

— Те или иные предложения так или иначе в разных формах повторяются. Наверное, это отчасти связано с тем, что мы не реализуем то, что заявляем, до конца. Но очевидно, что при определении новых приоритетов или модернизации старых приоритетов на новой основе важно очень четко себе представлять, каким ресурсом мы располагаем. Я имею в виду глобальный ресурс, и федеральный бюджет, и консолидированные бюджеты регионов, и, безусловно, возможность участия бизнеса в реализации тех или иных проектов.

У нас, к сожалению, существует превратное впечатление, что, если мы объявляем приоритет, то мы обязательно должны его профинансировать из федерального бюджета. На самом деле, приоритеты бывают абсолютно разного порядка. Понятно, что все они требуют, в той или иной мере, подкрепления деньгами. Но, скажем, изменение законодательства в какой-то сфере и улучшение административного управления – оно может и не потребовать денег, но оно приведет к серьезным изменениям в системе управления.

— Но после 12-го года мы видели, что основная-то нагрузка по финансированию легла на плечи регионов. И в результате у нас к 16-му году где-то в 2—2,5 раза увеличился долг регионов, который потом судорожно был перекредитован за счет средств федерального бюджета в прошлом году. У регионов остались ресурсы, чтобы без участия федерального центра делать инвестиции, которые позволят повысить экономический рост?

— Мне кажется, такое немножко суженное понимание того, что происходит. Не только реализация субъектами Российской Федерации планов, обозначенных в майских указах президента, привело к увеличению государственного долга субъектов. Там достаточно много других причин, к числу которых, например, я бы отнесла известную вам тему передачи на уровень регионов полномочий без соответствующего финансового обеспечения. Вообще, никак не связанных с майскими указами президента. Изменение конфигурации налогового законодательства, создание консолидированных групп налогоплательщиков, переток которых, в конечном итоге, привел к перетоку финансовых ресурсов и дефициту бюджетов отдельных регионов и, соответственно, росту в них коммерческого долга и невозможности исполнять те обязательства, которые за ними, на сегодняшний день, закреплены.

И в течение 11-ти лет, за исключением только прошлого года, в преддверии формирования бюджета 17-го года, когда мы все-таки начали заниматься инвентаризацией расходных полномочий субъектов Российской Федерации и неким дополнительным изменением межбюджетных отношений между Федерацией и российскими регионами. Мы не решились на перераспределение или перезакрепление конкретных доходных источников, потому что слишком высокий уровень дифференциации по стране. Но тем не менее, консолидировали 1% налога на прибыль, для того, чтобы на 100 миллиардов рублей увеличить объемы дотаций на выравнивание уровня бюджетной обеспеченности. Это только первый шаг.

К бюджету 18—20-го года должен быть проведен еще один этап инвентаризации расходных полномочий, чтобы понять реальную достаточность или реальную обеспеченность ресурсами бюджетов регионов. Ключевым, на мой взгляд, является избавление регионов от не очень свойственных им функций. За регионами есть грехи, когда они берут на себя обязательства, не всегда относящиеся к их компетенции, что тоже ведет к росту соответствующих дефицитов и долга.

— Татьяна Алексеевна, если мы заговорили о структурных реформах, то для них важно определиться с механизмами, прежде всего, бюджетными механизмами, которые позволят их реализовать. Сегодня на Питерском форуме мы уже услышали о том, что госпрограммы, которые изначально и предполагались как механизмы проектного финансирования, не взлетели. Мы услышали о том, что госпрограммы нужно ликвидировать. Действительно ли в правительстве, на разных уровнях бюджетной системы, тема ликвидации госпрограмм и замена их на другой какой-то механизм финансирования обсуждается?

— Вопрос не в ликвидации госпрограмм, а в поиске нового механизма структурирования бюджета. Первое - нужен программный, проектный подход, который предполагает формирование целей, задач и под это конкретных финансовых ресурсов. И можно как угодно это называть, но это должно быть структурировано в некую модель, за реализацию которой можно спросить. Такая модель означает некоторое изменение системы управления.

Прошло четыре года с момента начала структурирования бюджета по госпрограммам. Сегодня на форуме звучало, что это не заработало, по многим причинам. Первое, государственные программы не порождают никогда расходных обязательств, это не тот инструмент. Соответственно, они могут меняться в меньшую, бОльшую стороны, что не создает предсказуемости для тех, в отношении кого эти программные мероприятия нацелены. Второе. Очень забюрокраченная процедура согласования, длительная, совсем не дающая возможности оперативно реагировать на происходящие процессы. Третье. Программы – это только федеральный бюджет. И, может быть, внебюджетные средства частных инвесторов, которые, как правило, вот по опыту этих четырех лет, не исполняются, в заявленных объемах. Но там нет средств регионов. Там нет показателей для регионов. Там нет показателей для муниципалитетов.

Но, в то же время, в государственные программы с недавних пор входят федеральные целевые программы. Это старый инструмент, который, в общем, должен был умереть, но он еще не умер.

А там как раз есть средства субъектов, и средства муниципалитетов, и внебюджетные источники. Получается, что более крупный инструмент, такой, как государственные программы, не покрывает более мелкого инструмента – федеральных целевых программ, даже с точки зрения отражения источников. И, когда провозгласили идею проектного планирования, то недокрутили тему по поводу того, как проектное планирование должно соотнестись с уже существующими элементами структурирования бюджета.

Ведь что сегодня такое приоритетные проекты. Это в бюджете 17-го года, 122 миллиарда рублей. Это федеральных денег. При 16-триллионом бюджете, это капля в море. Но наш пафос по поводу того, что нам эти проекты должны дать, существенно превышает те объемы денег, которые записаны в бюджете.

Поэтому сейчас встала задача соединения на этом этапе этих двух механизмов.

И для того, чтобы их соединить, институт госпрограмм надо тоже поменять. Сейчас выбрано пять пилотных программ: здравоохранение, образование, транспортная система, доступная городская среда и ЖКХ, сельское хозяйство, — чтобы перекомпоновать их под приоритетные проекты. А это уже не те 122 миллиарда рублей, это уже 1,9 триллиона рублей, в ценах бюджета 17-го года.

— В качестве одного из преимуществ проектного метода называют возможность быстрой переброски средств с одного проекта на другой и закрытие неэффективных проектов, вместо того, чтобы поддерживать в долгую пустую трату денег. Вы считаете, что это действительно будет так?

— Это немножко утрированное понимание. Речь идет о том, что система сильно забюрократизирована. Ярослав Кузьминов говорил о том, что контроль Минфина, который сегодня существует, не дает возможности эффективно реализовывать то, что заявлено. Каждое мероприятие имеет свой временной и жизненный цикл, и их реализация зависит от множества обстоятельств. И, на сегодняшний день, у тех, кто управляет, нет полномочий быстро распределять. Сегодня, скажем, придвинуть эти средств, а другие отодвинуть на более поздний срок, и наоборот. Но при этом если тебе дали полномочия по такого рода перераспределению и управлению потоками, тогда ты должен точно предъявлять те результаты, которые ты заявил.

— Но на старте перевода бюджета на госпрограммы говорилось о том, что будет персональная ответственность министра, который будет курировать ту или иную программу. Этого не произошло. Почему здесь (будет иначе)?

— Не произошло. Потому что не решились в законодательстве выписать это. Поясню на примере образования. Государственная программа развития образования – она включает в себя образование в любом ведомстве. В министерстве здравоохранения, в министерстве культуры, и так далее, и в самом министерстве образования. Но, при этом, у нас установлена ведомственная, а не функциональная ответственность.

И министр образования, хоть и осуществляет нормативное регулирование в сфере образования, и вроде как даже влияет на некое перераспределение финансовых ресурсов в сфере образования, что весьма условно, ответственности он не несет. Потому что ответственность несет главный распорядитель бюджетных средств. Так устроено бюджетное законодательство. А главным распорядителем бюджетных средств в отношении вузов культуры является министерство культуры, в отношении вузов Минздрава – министерство здравоохранения. А изначально-то идея была в том, чтобы все вузы, переподчинить министру образования. Вот этот шаг не был сделан. И поэтому у нас получилось полное размывание ответственности за те процессы, которые происходят в этих отраслях. Хотя нормативное регулирование, действительно, принадлежит министерству образования.

— Тем не менее, окончательных контуров этой реформы еще и нет.

— Хорошо, что мы ее вообще стали обсуждать. Мы боялись это обсуждать. В том числе, и потому, что четыре года институт госпрограмм не функционировал в том виде, в котором он был прописан. А говорили: у нас кризисная ситуация, нам нужно сокращать бюджет. А программы – они рассчитаны на бОльшие объемы, чем тот бюджет, который мы себе можем позволить. И поэтому не нашли ничего лучшего, как приостановить нормы бюджетного законодательства, которые предполагали функционирование института государственных программ. И только с бюджета 17-го года это возобновлено. Но это все равно неуправляемая система. Администрируется, я уже говорила, 2440 показателей, это только по открытой части. Под значительное количество нет ни отраслевой статистики, ни статистики Росстата. И отследить, исполнены они или не исполнены, практически невозможно.

-- Но в прошлом году под сокращение, прежде всего, попали расходы, инвестиционные расходы ФЦП. Почти полтора триллиона были выведены в листы ожидания, и их финансирование до сих пор не возобновлено. В процессе изменения бюджетных механизмов, что может произойти с этими расходами?

— С листами ожидания ничего не произойдет. Лист ожидания – это просто некий неформализованный механизм рассмотрения бюджетных инвестиционных проектировок. Он никогда не порождал и не порождает никаких обязательств.

А что касается эффективности инвестиционных расходов, то, на самом деле, парадоксальная ситуация. 2016-й год был худшим годом, с точки зрения использования тех ресурсов, которые федеральный бюджет выделил на инвестиции, на государственные инвестиции. Беспрецедентно низкое освоение, 90,7% за 16-й год, такого не было даже в самые худшие годы. И беспрецедентно низкие количественные показатели ввода объектов.

Мне очень трудно это объяснить. Видимо на этапе реализации все забывают, за что боролись.

— Получается, что сегодня, в условиях достаточно размытых представлений о том, какие структурные реформы будут, какие будут механизмы использоваться, Минфином уже разработан, внесен и фактически принят бюджетное правило и бюджетная политика. Бюджетную политику предлагается зафиксировать в достаточно жестких рамках, при цене отсечения 40 долларов и дефиците в 1% ВВП. Не слишком ли жестко получится?

— Это еще никто не принял. Даже правительство еще этот проект не рассмотрело. Уж я не говорю о Государственной Думе. И, собственно, официальных заключений по этому поводу никто еще пока не давал. И совсем даже не 40 долларов, а 40 долларов – это базовая цена, с некоторой инфляцией по доллару, по приблизительно 2% в год. И моя точка зрения – установление такого жесткого отсечения целесообразно. Потому что у нас короткая память и мы очень быстро забываем, как мы жили в прошлом году. И в декабре 2015-го года мы пытались принять решение о глобальном секвестре федерального бюджета, именно потому, что цена на нефть упала ниже 40. И я всегда исхожу из того, что лучше прибавлять, чем убавлять.

А что касается невозможности, в связи с такой ценой отсечения, осуществления дополнительных расходов, то я бы сказала, что ресурс неэффективности еще до конца не исчерпан внутри федерального бюджета и бюджетов регионов.

Больше меня смущает в предложениях Минфина другое. Мы отлично помним, что стабилизационный фонд был преобразован в Резервный фонд и Фонд национального благосостояния, и мы помним, для чего они, собственно, были созданы. Один - для страховки снижения цены на нефть и исполнения обязательств, я имею в виду Резервный фонд. А Фонд национального благосостояния – это фонд, а-ля фонд будущих поколений, и все-таки основной его целью была долгосрочная сбалансированность пенсионной системы.

И меня пугает, что в той концепции, которая предлагается Минфином, фактически провозглашается идея ликвидации Фонда национального благосостояния, то есть, его постепенное исчерпание.

Потому что, исходя из конструкции, которая предполагается, одним из источников пополнения Резервного фонда начинают служить средства Фонда национального благосостояния.

Петр Нетреба

https://www.gazeta.ru/business/2017/06/01/10703201.shtml

Россия > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 1 июня 2017 > № 2461993 Татьяна Голикова

Интервью Министра транспорта РФ Максима Соколова радиостанции «Эхо Москвы» в рамках Петербургского международного экономического форума

А. Нарышкин:

– В эфире «Эхо Москвы». Министр транспорта Максим Соколов.

А. Соломин:

– Алексей Соломин и Алексей Нарышкин ведут это интервью. И поскольку мы находимся на Петербуржском экономическом форуме в Петербурге, хотелось, собственно, начать с вопроса, который связывает Москву и Санкт-Петербург. Злополучная теперь уже трасс М11, которая, как было, во всяком случае ранее сказано, построена к чемпионату мира по футболу. И, насколько сейчас стало известно – в СМИ, во всяком случае, писали – задерживается это строительство. И некоторые даже петербуржцы жалуются и просили нас уточнить у вас, когда все-таки будет достроена эта трасса и в чем там проблема?

М. Соколов:

– Уважаемые коллеги, я бы не называл этот проект злополучным, тем более, оснований для этого никаких нет. Проект двигается в целом в соответствии с графиком. И те разговоры, которые были еще несколько лет назад о том, что он может быть построен к чемпионату мира по футболу, они не были подкреплены никакими контрактными обязательствами. Со всеми участниками этого проекта, в том числе, с концессионерами по 7-му, 8-му участку, который связывает здесь Санкт-Петербург и Великий Новгород, – везде контрактные обязательства выходили за рамки начала чемпионата мира по футболу. И мы говорили о том, что мы постараемся построить, действительно, к чемпионату мира, и мы, действительно, стараемся это сделать.

Многие участки уже сейчас введены в эксплуатацию. Это и участок в Тверской области, и выход так называемый из Москвы – участок 15-58. Многие находятся в завершающей стадии строительства. Так в этом году будет введен в эксплуатацию обход Торжка в Тверской области, и открыто до конца года рабочее движение на 6-м участке. Это участок на границе с Великим Новгородом и Тверской областью.

А. Нарышкин:

– Если целиком смотреть трассу, сколько процентов уже готово?

М. Соколов:

– Что значит, готово – введено в эксплуатацию?

А. Нарышкин:

– Да

М. Соколов:

– Введено в эксплуатацию… давайте посчитаем вместе: порядка 70 километров в Тверской области, и, соответственно. 40 километров – 110. Ну, где-то шестая часть этой трассы сейчас готова. До конца этого года будет введено еще два больших участка.

А. Нарышкин:

– А целиком заработает?

М. Соколов:

– А целиком она заработает в 18-м году, как это было всегда зафиксировано в контрактных обязательствах, которые мы еще подписывали здесь, на Санкт-Петербургском экономическом форуме в 2012 году. Я прекрасно это помню.

А. Соломин:

– А если говорить о транспортной инфраструктуре, которую нужно было подготовить к проведению чемпионата мира по футболу, эта дорога, эта трасса, я так понимаю, не входит в эту программу, да?

М. Соколов:

– Она не входила. И все объекты, которые определены соответствующим постановлением правительства Российской Федерации, будут завершены. Это в первую очередь объекты, касающиеся обновления структуры аэропортов тех городов, в которых пройдут матчи чемпионата мира. Это, кстати, включает, в том числе, и московский авиационный узел. В следующем году, в начале заработают новые терминалы в аэропорту Шереметьево и Домодедово.

В этом году будет введен в эксплуатацию, построенный с нуля – кстати, впервые такой масштабный проект реализуется в новейшей истории России – аэропорт Платов в Ростовской области. Также будет введен в эксплуатацию первый этап, первый участок в Калининграде. И к с следующем году мы завершим строительство аэропорта в Саранске. Это касается и самого аэродрома и терминальной инфраструктуры.

Аэропорты Сочи, Санкт-Петербурга и Казани уже давно готовы к проведению чемпионата мира. Поэтому все аэропорты и инфраструктуры, мы уверены, введем в эксплуатацию к началу следующего года.

Теперь что касается автомобильных дорог. Тоже здесь работы идет в целом в графике. В основном эти дороги связывают аэропорты с уличной дорожной сетью городов, принимающих чемпионат мира и с нашими федеральными трассами.

Ну, и два проекта развития метрополитена, которые реализуются в Нижнем Новгороде – там все идет по графику, – и здесь, в Санкт-Петербурге. Здесь пока в виду, скажем, объективных все же обстоятельств – все-таки грунты в Петербурге одни из самых непростых в нашей стране – есть определенное отставание. Но метростроители Питера обещают ликвидировать его к началу чемпионата.

А. Соломин:

– А в Петербурге оно будет значительно расширено? Речь идет о новых ветках?

М. Соколов:

– О продолжении и строительстве новых станций, которые будут как на самом Крестовском острове, где уже построен стадион, так и на правом берегу Малой Невки, где будет построена тоже соответствующая конечная станция для разворота поездов метро.

А. Нарышкин:

– Платные трассы доказали свою эффективность? Их будет больше в обозримой перспективе?

М. Соколов:

– Да, конечно.

А. Нарышкин:

– А где? Какие регионы?

М. Соколов:

– Во-первых, та трасса – М11, которую мы сейчас активно строим, как я сказал. Она фактически на всем своем протяжении – почти 700 километров – будет платной. Потом…

А. Нарышкин:

– М4 «Дон».

М. Соколов:

– Да, после реконструкции будут введены участки трассы М-4 «Дон», и они тоже начнут работать в платном режиме.

А. Нарышкин:

– Дублер Минки есть еще…

М. Соколов:

– Дублер Минки уже у нас это платная трасса.

А. Нарышкин:

– А еще больше?.. Чтобы еще больше денег получать.

М. Соколов:

– Ну, вопрос здесь не в деньгах. Вопрос здесь, скорее, во внебюджетном финансировании. За счет того, что появляется инструмент возвратности инвестиций за счет взимания платы, транспортное строительство, в том числе, в дорожную отрасль, приходят инвесторы, которые помогают федеральному бюджету развивать транспортную инфраструктуру. И вот эта помощь ускоряет реализацию этих проектов, и позволяет всем нам получать новую инфраструктуру, пускай какими-то этапами и платную, но зато это снимает нагрузку с существующей дорожной сети.

А. Нарышкин:

– То есть модель эффективная.

М. Соколов:

– Да. Так как это, например, произошло в Москве: Химки стали свободно дышать, когда заработал первый платный участок 15-58, проходящий через аэропорт Шереметьево.

А. Нарышкин:

– А какие-то планы насчет трассы уже есть? Вот следующая трасса…

М. Соколов:

– Следующая трасса как раз будет М11 на всем своем протяжении в 18-м году, когда она будет введена в эксплуатацию. Какое-то время поработает в тестовом режиме, отдельные участки, а потом уже начнет работать платно. Так, например, 6-й участок около Великого Новгорода, о котором я говорил, он будет переведен в платный режим где-то через год, в мае 18-го года.

А. Соломин:

– Вы заговорили о 18-м годе. У нас мало времени, но я постараюсь успеть спросить. Важный очень вопрос про Керченский мост. Сейчас он идет без отставания в графике?

М. Соколов:

– Крымский мост всегда шел… и является флагманом нашего транспортного строительство, самым главным инфраструктурным объектом страны – он реализуется в полном графике. И, как я неоднократно заявлял, будет открыто рабочее движение в следующем году по автомобильной части моста, и в 19-м году – по железнодорожной.

А. Нарышкин:

– Мы по Петербургу знаем, что смета некоторых проектов увеличивается по ходу строительства – я говорю о «Зенит Арене»…

А. Соломин:

– Обычная практика, да.

А. Нарышкин:

– А с Керченским мостом – это те деньги, которые были заранее запланированы?

М. Соколов:

– Да, абсолютно. Ни на копейку сумма контрактных обязательств не была увеличена со стороны бюджета Российской Федерации. И мост реализуется в тех не только временных, но и финансовых параметрах, которые были определены при начале его строительства.

А. Соломин:

– Кто за это отвечает, чтобы не выйти за смету?

М. Соколов:

– За строительство объекта отвечает Министерство транспорта Российской Федерации и, конечно, генеральный подрядчик, который если вдруг и выйдет, хотя такого пока нет, за смету строительства, то сделает это за свой счет.

А. Соломин:

– Перед строительством моста, когда готовились проекты, очень много обсуждали, что это очень сложный с геологической точки зрения проект, что он может не вынести… там ледовое покрытие, если оно будет, льды пойдут, например, что опоры могут не вынести. Понятно, что теоретическая работа уже была сделана, был подготовлен план, началось строительство. Вот сейчас ставят опоры. Сейчас уже можно сказать, что на бою проверяется та самая выносливость этих конструкций?

М. Соколов:

– Да, конечно. Уже первый год, можно сказать, эксплуатации и свай, забитых под опорами этого моста и самих опор – а свай, кстати, забито на сегодняшний день уже более 5100 штук из 7500– показал, что расчеты проектировщиков оказались правильными, и никаких отклонений от проектной документации при нагрузке этого моста, мы не видим. Те климатические условия, которые есть в Керченском проливе, они не оказывают влияние на тот конструктив, те строительные объекты, которые созданы на данный момент на траектории Крымского моста.

А. Нарышкин:

– Последний, наверное, вопрос: до конца года россиянам удастся слетать в Египет?

М. Соколов:

– Это больше вопрос к самим египтянам, поскольку сейчас мячик находится на их половине. И со своей стороны мы сделали все необходимое. Правительство приняло решение о подписании протокола по мониторингу безопасности египетских аэропортов, куда летают наши авиакомпании. Мы подписали соответствующую дорожную карту по реализации мероприятий по авиационной безопасности и антитеррористической защищенности объектов авиационной инфраструктуры. И ждем, когда наши египетские коллеги выполнят эти мероприятия, пригласят нас…

А. Нарышкин:

– Что там не так? Там рамки плохие стоят на входе а аэропорт или плохо досматривают багаж?

М. Соколов:

– Я предлагаю вопросы все-таки, касающиеся безопасности, адресовать самими египетским коллегам. В данный момент мы ждем приглашения, когда они подтвердят нам, что все в порядке, и они сами готовы к проведению инспекции, мы моментально отреагируем на их предложение и отправим туда группу соответствующих специалистов.

А. Соломин:

– Мяч на их стороне.

М. Соколов:

– Да.

А. Соломин:

– Спасибо большое! Максим Соколов, министр транспорта Российской Федерации в эфире «Эхо Москвы».

М. Соколов:

– Спасибо, уважаемые радиослушатели.

Аудиоверсия интервью – http://echo.msk.ru/sounds/1992040.html

Россия > Транспорт > mintrans.gov.ru, 1 июня 2017 > № 2442727 Максим Соколов

«Не приезжайте сюда». Гостям столицы дали сутки на регистрацию

Иностранцам, прибывшим в Москву, Петербург, Казань и Сочи, всего за день нужно будет встать на учет в миграционной службе. Россиянам из других регионов на это дают три дня. Нововведения будут действовать с 1 июня по 12 июля. Куда бежать приезжим, кто на этом заработает?

В Москве, Петербурге, Казани и Сочи 1 июня заработал особый порядок регистрации граждан — как россиян, так и иностранцев. Он был введен на время Кубка конфедераций. Аналогичные правила будут действовать в следующем году во время футбольного чемпионата мира.

Главное нововведение — это сильное сокращение сроков. Если вы приехали из другого региона, то обязаны за три дня обратиться за регистрацией в МВД, а иностранцы должны встать на миграционный учет всего за одни сутки.

Если к вам в Москву приехала погостить на неделю теща из Рязани, то в первые же три дня ей нужно пойти за регистрацией в МВД. Раньше об этом можно было даже не задумываться. Обычно россиянам можно находиться в других регионах без регистрации 90 дней. Некоторые годами живут в Москве, ничего не оформляя, но всегда есть риск, что на улице попросят показать паспорт и оштрафуют на пару тысяч. Куда идти, чтобы все оформить? Судя по всему, сделать это в МФЦ не получится: оператор «горячей линии» перенаправила в справочную МВД. Вот что там ответили:

«Вы идете в отдел по вопросу миграции по району, в котором будете делать регистрацию, там подаете документы, встаете на миграционный учет в течение трех суток».

Особый порядок будет действовать в Москве, Петербурге, Казани и Сочи до 12 июля. Обозреватель Business FM Инара Халмеева живет на два города и пока в недоумении от новых правил:

«В моем случае, видимо, придется ходить в МВД за регистрацией несколько раз в месяц. Дело в том, что у меня нет московской прописки, а регистрация мне не нужна, потому что в Москве я не бываю более 90 дней, каждую неделю уезжаю в другой город, а потом приезжаю. Проблем никогда не было, никто ничего не проверял, но на всякий случай у меня всегда есть с собой билет. Кстати, таким образом, многие приезжие, я слышала, живут в Москве вообще годами без каких-либо регистраций, то есть раз в три месяца покупают самый недорогой билет, например, из Петербурга в Москву, якобы приехали в гости. Так и живут».

Еще сложнее иностранцам. Тех, кто приедет на Кубок конфедераций в составе организованных групп и будет жить в гостиницах, особый порядок не касается, но для всех остальных сроки ужесточены: вместо семи рабочих дней даются всего одни сутки, чтобы встать на миграционный учет. Сделать это почти невозможно, говорит президент фонда «Миграция XXI век», экс-замдиректора ФМС Вячеслав Поставнин:

«Это напоминает Олимпиаду 80-х годов в Советском Союзе. Тогда запретили въезд вообще всем, Москва была действительно пустая. Что касается иностранных граждан, явный месседж такой: не приезжайте сюда. Зарегистрироваться в течение одних суток практически нереально для такого огромного количества людей, которые к нам приезжают».

Власти Таджикистана даже попросили своих граждан до 12 июля воздержаться от поездок в Москву, Петербург, Казань и Сочи. Те, кто все-таки поедут, будут вынуждены покупать поддельные документы, утверждает руководитель информационно-правового центра «Миграция и закон», президент фонда «Таджикистан» Гавхар Джураева.

«Если он уже приехал, потратил огромные деньги и не смог вписаться в такое какое-то странное ужесточение, то купит документы с рук, потому что за этой армией посредников, мошенников никакое МВД не сможет их догнать. Их очень много, это на самом деле армия».

В интернете есть много сайтов, которые предлагают подать заявку онлайн, заплатить одну-две тысячи и получить регистрацию за один день. Гарантий, конечно, никто не дает, но похоже, что благодаря особому порядку фирмы получат новых клиентов, тем более что, по данным Life.ru, правоохранители к началу Кубка конфедераций начали «зачистку» Москвы от нелегальных мигрантов. Идут рейды на вокзалах, рынках, стройках и в общежитиях. Чемпионат мира пройдет только в следующем году, а значит, происходящее сейчас — это только репетиция.

Россия > Миграция, виза, туризм. СМИ, ИТ > bfm.ru, 1 июня 2017 > № 2205965

Михаил Задорнов: «Все разговоры о том, что рубль нужно ослабить, он слишком прочен — от лукавого»

Президент — председатель правления банка «ВТБ 24» в ходе заявил Business FM, что доходы граждан стабилизировались. Можно ли говорить о серьезных поводах для оптимизма?

Доходы граждан стабилизировались, люди снова строят планы и берут под эти планы кредиты. Об этом в кулуарах Петербургского международного экономического форума рассказал президент — председатель правления банка «ВТБ 24» Михаил Задорнов.

Михаил Михайлович, уже не раз вы нам рассказывали. Поскольку у вас розничный банк, многие с вашими картами ходят по магазинам и вы, соответственно, измеряете, как люди покупают. Я тут у всех спрашиваю — кризис закончился? А у вас я спрошу квалифицированно, потому что вы видите поведение людей…

Михаил Задорнов: Вообще надо сказать так: с сентября 2016 года, то есть последние, по сути, получается, более полугода, ситуация характеризуется такими подъемами, и, наоборот, такими небольшими спадами. Но был такой первый рывок потребления — это, наверное, август-сентябрь прошлого года. Потом в конце года реальные доходы «припали», и люди вновь стали меньше тратить. В январе-феврале во многом в связи с выплатой вот этой отложенной добавки к пенсиям опять-таки мы увидели рост потребления. И сейчас, апрель-май, это, безусловно, такой новый виток дополнительного спроса, который мы видим на рынке покупки продовольственных товаров, авто. Два месяца, март-апрель, число автомобилей новых проданных было больше, чем в марте-апреле прошлого года. На самом деле, это впервые за последние четыре года. И мы видим устойчивый спрос на жилье, ипотечные кредиты где-то процентов на 10-12 больше, чем в прошлом году. То есть о чем это говорит? О том, что вслед за стабилизацией реальных доходов людей, которая, на самом деле, произошла в апреле, до этого два с половиной года реально доходы снижались. Люди у нас так же берут дополнительные деньги в кредит, и целый ряд совершенно разнообразных потребностей они пытаются сейчас закрыть, тратя больше, чем в прошлом году и, естественно, тем более, чем в позапрошлом. И, конечно, это хорошо.

Это серьезный повод для оптимизма?

Михаил Задорнов: Это серьезный повод для оптимизма, потому что все равно конечное потребление — более 60% ВПП. Это то, что двигает потом целый ряд отраслей дополнительно и, конечно, на самом деле, оптимизм и для автопрома, и для стройкомплекса. Стройкомплекс, конечно, проседает, но понятно, что жилищное строительство все равно будет его драйвером. И, на самом деле, у продовольственного ритейла пару лет падали средние чеки. Сейчас это тоже повод, на самом деле, для оптимизма.

Я практически всем задаю этот вопрос. Вы знаете, все говорят так, что вроде бы по цифрам по общим мы выходим из кризиса, на практике это мало кто чувствует. Вы приводите данные, которые у меня лично… как сказать — мне приятно их слышать, потому что я их еще вот как трактую: люди уверены в своих доходах, во-первых, они у них больше не падают. Они перестали бояться тратить.

Михаил Задорнов: Вы абсолютно правы.

Они даже готовы брать кредит. Они психологически уверены, появилась уверенность.

Михаил Задорнов: Не будут падать дальше доходы, которые падали несколько лет подряд. Они понимают, что дальше доходы падать не будут. Ну, если мы говорим, конечно, в среднем.

Об аудитории банка «ВТБ 24», скажем так, потому что это все-таки, тоже не совсем точная, наверное, социологическая модель.

Михаил Задорнов: Ну, если, знаете, взять нашу аудиторию и аудиторию розницы «ВТБ» и «Почта-банка», так сказать, трех банков группы, то суммарно это порядка 14 млн человек — достаточно серьезный срез российского общества, то есть, если мы берем работающее население, то это каждый пятый. И ясно, что это, скорее, более обеспеченная его часть, но каждый пятый — это очень репрезентативная выборка.

Это хорошие и важные цифры. Теперь следующий вопрос. Если так, потому что психология — это движущая сила, на самом деле, современной экономики, которая определяет поведение: а есть ли деньги, чтобы, так сказать, бросить их в топку? Чтобы давать кредиты не очень дорогие, в банковской системе должны быть деньги. Вот откуда они?

Михаил Задорнов: Илья, в банковской системе есть деньги. В банковской системе абсолютно достаточно ликвидности, что об этом говорит?

Смотря при каком спросе на кредиты.

Михаил Задорнов: Ну, вы знаете, сейчас мы находимся на исторически самых низких уровнях кредита со стороны Центрального банка кредитным учреждениям. Сейчас это где-то меньше уже 2 трлн рублей. Валютное РЕПО для российских банков меньше 2 млрд долларов, а было на пике в кризис — 34 млрд долларов.

Ну, это была кризисная история, понятно, когда банкам нужно было просто кассовый разрыв закрывать.

Михаил Задорнов: Деньги ЦБ и деньги государства сейчас практически на минимальных значениях. Банки живут за счет клиентских средств. Клиентские средства растут. Кстати, населения — не так быстро. Быстрее растут сейчас деньги предприятий. Населения не так быстро, потому что вот реальные доходы не росли и поэтому, собственно говоря, нечего особо сберегать. В основном, прирост денег — это прирост процентов, которые мы причисляем к счетам населения у нас в банках. Но, тем не менее, если мы возьмем, скажем, сейчас сравним 1 июня 2017-го с ситуацией год назад, то в целом по системе примерно на 10% выросли депозиты населения. 10% — это порядка 2-2,5 трлн рублей, то есть это хороший прирост. Деньги есть. Пока кредитная активность растет медленнее или не растет для, например, для предприятий, чем остатки на счетах. У банков сейчас более чем достаточно средств. Кстати, говоря, банки не нуждаются ни в дополнительной подпитке со стороны ЦБ, ни в дополнительных бюджетных расходах. Ничего этого нам не нужно.

Мы все ждем, уверены, что при нынешних показателях инфляции, конечно, и процентные ставки будут снижаться во всей системе от ЦБ до, естественно, депозитных и кредитных ставок в коммерческих банках. Всем кажется, что они снижаются очень медленно. Может быть, произойдет какой-то перелом? Может быть, поскорее надо положить деньги на депозит и подождать с кредитом, потому что осталось недолго?

Михаил Задорнов: Депозит точно надо сейчас положить. На самом деле, правда, с начала года, если мы возьмем начало января и нынешний период, ставки по депозитам не сильно снизились. Где-то около 0,5%. Но то, что дальше они будут снижаться, особенно рублевые ставки… Валютные и так находятся на очень низких уровнях.

Я знаю, валютные у нас уже примерно, как в Швейцарии.

Михаил Задорнов: Ну, нет. В Швейцарии вообще нуль будет. У нас все-таки это будет в пределах 1-,1,5%. Так что сейчас фиксируйте рублевые ставки по депозитам. А кредит действительно будет становиться дешевле и дешевле. Это тоже факт. То есть, мы двигаемся вместе со снижением стоимости денег и, наверное, скоро, например, ипотека к концу года где-то для каких-то клиентов будет уже дешевле 10%.

Вашим клиентам не кажется, что рубль сейчас находится на максимальных значениях, и…

Михаил Задорнов: Надо покупать? Нет. Клиенты перетекают, напротив, из валюты в рубли, и они абсолютно правильно делают, потому что все разговоры о том, что рубль нужно ослабить, он слишком прочен — это от лукавого. Платежный баланс крепок, нефть не падает, поэтому все будет с рублем нормально.

Стабильно.

Михаил Задорнов: Да, с рублем будет все нормально.

Илья Копелевич

Россия > Финансы, банки > bfm.ru, 1 июня 2017 > № 2205082 Михаил Задорнов

Кудрин: кризис закончился только с точки зрения формальных показателей рецессии, доходы падают

Ждать ли налоговой реформы? Почему быть судьей в России больше не престижно? Договорились ли в правительстве насчет идеи «22/22»? Об этом экс-министр финансов рассказал Business FM в кулуарах ПМЭФ

Россия из кризиса не вышла — об этом Business FM заявил Алексей Кудрин в кулуарах Петербургского экономического форума. По его словам, в экономическом смысле рецессия закончилась, однако реальные доходы населения продолжают падать, а значит, об окончании кризиса говорить нельзя. С бывшим министром финансов, главой Центра стратегических разработок беседовал главный редактор радиостанции Илья Копелевич.

Алексей Леонидович, вначале все-таки о встрече с президентом. Вы сказали, что никакие окончательные сроки для представления не названы. Тогда вопрос общий: все-таки на ваш взгляд что должно стать главным элементом, главным драйвером повышения темпов роста российской экономики до темпов выше мировых, 3%, о которых мы мечтаем?

Алексей Кудрин: Действительно, идет экономический форум, но я хочу уточнить: президент ставил задачу перед Центром стратегических разработок подготовить предложения к стратегии к 1 мая этого года. Предложения подготовлены, сегодня у нас есть полная, целостная, просчитанная стратегия, будем называть это «проект стратегии», как видят его эксперты, целая группа, команда экспертов. По договоренности с администрацией мы представили ее президенту лично, в руки, 30-го числа на встрече с ним, когда мы презентовали эту стратегию. То есть она отдана ему. Теперь начинается новый этап работы. Администрация президента будет более тщательно рассматривать конкретные обоснования предложения, они будут докладываться главе государства. Я, видимо, тоже буду докладывать ему конкретные вопросы. То есть начинается новый этап работы уже лично с президентом. До этого, последние полгода, у меня были с ним встречи примерно с частотой одна в два месяца.

Важное уточнение: в газетах написали после позавчерашней вашей встречи, что вы неделю встречаетесь. Но сейчас вы внесли ясность.

Алексей Кудрин: Во-первых, осенью встречи тоже проходили примерно с такой же частотой. Сначала президент на них утвердил план работы. Затем мы с ним обсуждали некоторые детали подходов, чтобы мы понимали тот коридор, в котором тоже готовы работать. Например, уже в этом году, в феврале, я ему докладывал предложения по развитию судебной системы.

Этого и ждали, собственно, от вас, об этом мы с вами говорили в январе, и вы сказали, что это впереди, и это, может быть, самая тонкая часть работы, но у вас есть мандат на это в том числе...

Алексей Кудрин: После того, как он дал поручение подключить специалистов Верховного суда, главного управления, они тоже рассмотрели предложения. Сегодня мы находимся в стадии согласования отдельных предложений, деталей.

Вы пока не готовы раскрывать основные идеи этой части стратегии?

Алексей Кудрин: Могу сказать только некоторые вещи: это связано с повышением независимости судей, давлением административного характера, внутрисудебной иерархии, повышения роли квалификационных комиссией, очень серьезные повышения требований к отбору судей. Быть судьей больше не престижно. Это больше не верх юридической карьеры человека. Сегодня это стало более простой профессией, на которую очень трудно отобрать квалифицированных людей. Она не так высоко оплачивается, как хотелось бы, по сравнению, например, с теми, кто работает в адвокатуре, даже в некоторых министерствах. Туда сегодня приходят менее подготовленные люди, чем в других сферах деятельности. Как ни странно, такое происходит. Мы повышаем и оплату, и требования по отбору, и подготовка непрерывна, тестирование. Целый ряд факторов только в комплексе дадут эффект, чтобы судья принимал независимое профессиональное суждение.

Если говорить в целом, то это большой набор небольших мер, а не некое революционное смахивание со стола существующих, не внушающих большого доверия обществу судей?

Алексей Кудрин: Это невозможно. В этой связи только в течение шести лет можно добиться существенного увеличение прослойки более профессиональных, более смелых судей, при этом и другие судьи, которые в этой системе работают, существенно почувствуют свою поддержку. Мы понимаем, что сегодня есть давление с разных сторон на судью. Судья должен быть авторитетным, объективным и независимым. Мы знаем, как сегодня трудно быть судьей в нашем обществе. Поэтому мы должны повысить их возможности и престиж.

Перейдем к экономике как таковой. Глава Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин не так давно сказал, что тема налоговой реформы ушла, как он выразился, в заоблачные выси и перестала обсуждаться. Президент на съезде РСПП сказал: давайте мы сначала все решим и только потом заявим об этом. Так что не жду от вас откровений, но скажите, самое главное: с вашей точки зрения, налоговая реформа необходима, или ее, может, и не будет?

Алексей Кудрин: Во-первых, предложение Центра стратегических разработок — не поднимать и не менять все ключевые ставки налогов. Мы считаем, стабильность в этих правилах игры важнее.

То есть налоговой реформы может и не быть вовсе?

Алексей Кудрин: Некоторые шаги мы тоже предлагаем, например, нужно продолжать налоговый маневр в нефтяной сфере. Сегодня вся нефть выводится с экспортной пошлиной: чтобы отвезти нефть на экспорт, нужно заплатить еще в бюджет, а потом уже продать и с налогов еще раз заплатить. Мы считаем, что это неэффективный механизм, нигде в мире такое уже не сохранилось. Полагаем, экспортные пошлины нужно отменить, а конечные налоги — чуть-чуть повысить, то есть уменьшить количество платежей, но они должны немного повыситься как налоги.

Это важная, но отраслевая история.

Алексей Кудрин: Это отраслевая история, но, как ни странно, она несет увеличение производительности сектора в целом.

К идее «22/22» вы как-то относитесь или пока не будете формулировать?

Алексей Кудрин: Идет дискуссия в правительстве, в правительстве тоже не договорились по этому маневру, пока высоких эффектов мы не видим. Все мы ведем дискуссию.

Говоря в целом о концепциях программы, их как бы три. Ваша, правительство работает, стараясь объединить, ну и Столыпинский клуб. Мне лично кажется, что очень многие элементы становятся похожи, и главное разногласие остается со Столыпинским клубом — насчет кредитной эмиссии. Но все-таки, вы могли бы рассказать, что ценного вы взяли у коллег-конкурентов?

Алексей Кудрин: Так получилось, что мы работаем параллельно с правительством. Вообще, все наши предложения, все наши разработки шли с министерствами и ведомствами. Эксперты приносили министерствам и ведомствам, предлагали, и мы вместе отбираем. Где-то министерство, кстати, очень активно и тоже идеи генерирует хорошо. Кстати, все с энтузиазмом работают над новой стратегией. Поэтому, когда объявилось послание президента по поручению правительства тоже разработать, но уже не стратегию, а план действий, то нам пришлось определенные усилия с правительством объединить, потому что мы вместе и так работали. Единственное, что некоторые разделы у них более проработанные, некоторые у нас. Плюс, у нас их больше, потому что мы затрагиваем ту сферу, которая не в ведении правительства. В данном случае, вот этот мандат о работе судебной, правоохранительной деятельности.

Более широкий политический фактически мандат.

Алексей Кудрин: Да. Международная деятельность — у нас больше мандат, в наших подходах. У нас есть различия с правительством, с Минфином, даже с Минэкономикой по поводу доли той самой цены отсечения, сверх которой от цены на нефть тратить, где тратить, а где накапливать. И я чуть-чуть мягче отношусь к этой позиции, чем министерство финансов. Ну и по величине дефицита — я тоже считаю, что чуть-чуть его можно скорректировать. За исключением этого, мы очень близки с правительством.

Верите ли вы в возможность рывка технологического сектора российской экономики. Если верите, то, что вам дает основания для этой веры.

Алексей Кудрин: Я верю. Знаете, Россия притом, что она сегодня заметно стала отставать в технологическом развитии от стран-лидеров, тем не менее, имеет хороший потенциал. Самый главный потенциал — это люди. Имеется в виду и наше образование, которое тоже не соответствует уже новым вызовам, но, по крайней мере, это хороший базис.

Вот уже 25 лет, как этот базис существует, и огромные усилия вроде бы прилагаются в форме институтов развития. Во всех, так сказать, формах.

Алексей Кудрин: Согласен. Показатели инновационной деятельности не меняются уже на протяжении десяти лет. Да, действительно, так и есть. Вот почему мы видим, что некоторые инициативы, которые уже работают в правительстве, нужно масштабировать в разы. Например, есть такая инициатива — национально-технологическая. Я считаю, это абсолютно правильный, своевременный шаг, который в свое время поддержал президент несколько лет назад, но масштаб ее нужно как минимум удесятерять..

Вы имеете в виду финансовую поддержку этой инициативы? Не все знают — мы недавно рассказывали тоже про это, как некий общий формат, объединяющий институты развития.

Алексей Кудрин: Если так, в общем, это выделение самых новейших отраслей, которые сделают по анализу специалистов будущую мировую экономику.

Заглянуть в рынки 2025-2035 годов.

Алексей Кудрин: И предложить нашим предпринимателям в этой области при поддержке небольших государственных финансовых вливаний придумать свои проекты в этих самых новейших отраслях. В этом смысле, я считаю, это полезная очень инициатива. Но у нас, вообще-то, есть центр, где это делается. Один в стране. Ну, есть близкие, похожие…

Назовите. Я, честно говоря, не знаю.

Алексей Кудрин: Имеется в виду АСИ в Москве. Здесь есть центр Агентства стратегических инициатив.

Собственно, формируется подход к этой инициативе.

Алексей Кудрин: Да. Они собирают специалистов из разных уголков страны и разных центров. Но вообще-то должно быть минимум пять независимых, а лучше — десять таких центров в стране. В разных регионах. И в Татарстане, допустим, пытаются что-то сделать. Например, в Петербурге один только Политехнический университет сопоставим со многими другими такими центрами. В этом смысле близкие есть, аналоги такого рода центров, но нам нужно иметь десять по стране. С хорошей подпиткой, с хорошими квалифицированными специалистами, которые пытаются с молодежью, со специалистами рынка придумать эти новые стартапы в самых новейших областях и поддержать.

А у вас перед глазами есть хотя бы несколько позитивных примеров создания тех компаний?

Алексей Кудрин: Конечно. Вы знаете, российские компании в области искусственного интеллекта уже заработали и используются в мире. Их несколько. (Не только «Яндекс»), их больше. Они, может, пока небольшие, но привлекаются западными крупными мировыми компаниями в разработки своих отдельных моделей — как самоуправления, так и расчетов их проектов. И, в общем, это хороший позитивный пример. Ну, таких я знаю три десятка. Конечно, это немного в масштабе страны. Вот нам нужно масштабировать это. С точки зрения технологического предпринимательства — это целая цепочка шагов. Это обучение в школах технологической грамотности. Это в университетах оснащение всех наших лабораторий физики и химии технологии, создание малых предприятий. Это создание крупных научно-технологических консорциумов, в которых объединятся несколько производителей в России, несколько потребителей, когда вместе они говорят: «Мы в этой сфере в стране находимся на более низком уровне по сравнению с другими странами». Мы складываем усилия, помогаем друг другу, чтобы эту технологию в стране освоить, чтобы мы были страна с компетенцией в этой области. Вот таких консорциумов мы считаем 15-20 нужно создать. И они уже начинают создаваться. Мы считаем, что по модернизации крупных компаний или средних мы должны дать дополнительные возможности. Чтобы были востребованы или применены в производстве какого-то продукта новые технологии. Например, сегодня самые успешные экспортеры России — 60% наших экспортеров — используют новейшие технологии Запада. То есть без новейших компонентов ты не сделаешь свой инновационный продукт. Значит, мы должны облегчить этот обмен на импорт и на экспорт. Там целая серия предложений, которые сегодня дадут продвижение технологической повестки в России.

Финальный и простой вопрос. Кризис закончился?

Алексей Кудрин: Вы знаете, с точки зрения формальных показателей рецессии — он закончился. У нас в этом году рост. А жизненные реальные доходы населения продолжают падать. И это мне не позволяет говорить с полной уверенностью, что мы уже вышли из зоны кризиса. Повторяю: в экономическом смысле — да, вышли. А с точки зрения самочувствия населения… у нас за последние четыре месяца, за первые четыре месяца этого года, опять упали реальные доходы населения на 2%.

Вы согласны с тем, что было опубликовано в «Ведомостях»? Целевой прогноз Минэкономразвития о том, что при выходе на приличные темпы роста экономики достижения уровня реальной заработной платы 2013 года наступит там не раньше 2023-2025 годов. То есть отстающий рост реальных доходов по сравнению с макроэкономическими показателями.

Алексей Кудрин: Да, они немножко будут отставать. Но там, к сожалению, я видел, что в ряде газет опубликовали неправильные таблицы Минэкономразвития. Я перепроверил. Особенно про пенсионеров, что якобы не будут расти в реальном выражении пенсии при целевом сценарии. Это был один из технических сценариев, который не является основным для Минэкономики. Его выдали как основной, то есть у нас не всегда печатаются корректные (данные).

Тогда надо внести ясность. Спасибо.

Илья Копелевич

Россия > Госбюджет, налоги, цены > bfm.ru, 1 июня 2017 > № 2205081 Алексей Кудрин

Группа «Черкизово»: мясной рынок заинтересован в сильном рубле и слабой инфляции

Совладелец и генеральный директор Группы «Черкизово» Сергей Михайлов стал участником ПМЭФ. В интервью Business FM он рассказал об успехах компании, ее планах и взглядах на экономику

Власти Московской области и Группа «Черкизово» подписали соглашение о сотрудничестве на ПМЭФ. Директор компании Сергей Михайлов обсудил это с главным редактором Business FM Ильей Копелевичем. По его мнению, сейчас вопрос импортозамещения уже решен, и на мясном рынке даже наблюдаются элементы перепроизводства. Какие перспективы у этого бизнеса в России?

У нас в студии Сергей Михайлов — совладелец и генеральный директор Группы «Черкизово» — это одна из крупнейших частных компаний в российском продовольственном секторе и крупнейший производитель мяса. И одна из немногих в этом секторе, которые еще и публичные, и торгуются на рынке, что, безусловно, говорит о масштабе. Сергей, сельское хозяйство — это та отрасль, на которую мы все смотрим с огромной надеждой. Мы знали, что она должна показать рост, она его показывает. Но интересно, как это выглядит со стороны бизнеса, какими по результатам были для вас 2014-2016 годы? Я думаю, что там была хорошая прибыль. Из чего она формировалась, и на что вы ее тратите?

Сергей Михайлов: Аграрный сектор развивается. На самом деле, у нас никогда спокойно не бывает. У нас, можно сказать, что каждый год какой-то кризис. И на самом деле, 2015 и 2016 годы были достаточно волатильные и непростые, и по доходности, в том числе не лучшие для нас. Сейчас мы видим, что ситуация у нас стабилизируется, и доходность растет. Во многом это связано с тем, что у нас поменялась ситуация на рынке. Если раньше мы больше работали над импортозамещением, то, что касается мяса, Россия была одним из крупнейших импортеров мяса последние 10-15 лет, то сейчас этот вопрос уже решен. На фоне того, что потребительский спрос не растет, даже где-то, может быть, падал, а сейчас стабилизировался, но вопрос импортозамещения решен, и мы теперь даже наблюдаем элементы перепроизводства, если говорить, допустим, про птицу. Конкуренты усиливаются, приходится больше работать над эффективностью, над продуктами с добавочной стоимостью, что мы и делаем. Но, несмотря на это, мы не остановили наши инвестиции и развитие. Мы проинвестировали около 10 млрд в прошлом году, и в этом году планируем проинвестировать примерно такую же сумму. Это в том числе проекты в Московской области по мясопереработке. Мы сегодня утром подписали соглашение с губернатором по реализации этого проекта.

Губернатор Московской области Андрей Воробьев был у нас в студии и помянул это специально. Он, кстати, огромное значение придает этому проекту, в числе четырех, вообще, которые он назвал для Московской области.

Сергей Михайлов: Приятно это слышать. Проект, на самом деле, сам по себе уникален. Он не только уникален своим масштабом — это 6 млрд инвестиций, до 100 тонн продукции в сутки.

Какая продукция там будет? Мы же все это едим, поэтому это интересно.

Сергей Михайлов: Это сырокопченые, сыровяленые колбасы. Мы занимаем на рынке достаточно сильные позиции, являемся лидером на этом рынке. И этот проект позволит нам практически удвоить нашу долю рынка. Проект еще уникален не только в России, но и в Европе своей высокой технологичностью и автоматизацией, фактически продукции от начала и до конца никто не касается, в большей степени это роботизированное предприятие.

Это импортное оборудование?

Сергей Михайлов: Да, оборудование в большей степени импортное.

Вот тут мы как раз касаемся общеэкономической темы, потому что, с одной стороны, курс рубля, который у нас образовался после конца 2014 года, хорош для внутреннего производителя, сильнее, чем санкции защищает внутренний рынок от импортной продукции и, с другой стороны, делает очень дорогостоящими покупки нового оборудования. Как тут одно с другим совмещается?

Сергей Михайлов: Вы знаете, поскольку мы ориентированы больше на внутренний рынок, более 95% наших продаж — это сегодня российский рынок, то нам интересен в большей степени стабильный и сильный рубль. Сегодняшние уровни, например, 56-57 рублей.

А иностранного конкурента Вы не боитесь и снижения цен?

Сергей Михайлов: У нас тоже снижается себестоимость. Сильный рубль значит снижение себестоимости, потому что 70% нашей себестоимости впрямую или косвенно привязаны к валюте. Это то же зерно, которое в рублях, но оно экспортируется. Это витаминные аминокислоты, ветпрепараты, масла. На самом деле мне легче назвать, что у нас невалютозависимое, если говорить о производстве свинины и птицы, поэтому и себестоимость падает. Да, есть угроза импорта продукции по более низким ценам.

Но перевешивает вот это. То, что ваши издержки в значительной степени удвоятся.

Сергей Михайлов: Да. Для экспорта слабый рубль — конечно, это приоритет, но мы считаем, что даже здесь мы не согласны, нужен относительно стабильный рубль, и больше важен уровень инфляции. Если мы с вами имеем стабильно низкий уровень инфляции — среднесрочно 3-5%, то это позволяет лучше управлять себестоимостью. Если мы вспомним ранние периоды, когда рубль был на уровне 30 к доллару, но инфляция ежегодная была в среднем 10%, а рубль стабильно держался, то понятно, что через пять-десять лет конкурентное преимущество мы теряем.

Мне кажется, что если бы вас сейчас услышала Эльвира Набиуллина, она бы просто вас вывела на авансцену и сказала: вот видите, что на самом деле нужно бизнесу, — отвечая многим своим оппонентам, которые критикуют ее за ту политику.

Сергей Михайлов: Нужен баланс интересов. Я думаю, у всех тут немножко разная картинка.

Вы идеально иллюстрируете именно ее аргументы в том макроэкономическом споре.

Сергей Михайлов: Добавлю, мы за низкие процентные ставки. В среднесрочной перспективе, понятно, опять же баланс и курс рубля. Я думаю, это, скорее всего, и произойдет, потому что это основной двигатель инвестиций. При ставках в 10-12%, конечно, ожидать огромных инвестиций сложно.

Теперь позвольте перейти к мясу и деньгам. Года два-три назад я разговаривал с одним из ваших коллег из аграрного сектора про свинину. Извините, но меня потрясла цифра, он мне назвал, что маржинальность — это тогда был курс рубля где-то в районе 50, потом он был хуже, потом лучше — он сказал: вот этот курс рубля наш рынок защищает, но у нас маржинальность достигает 40%. Я это запомнил, хотя я очень далек от всех этих технологических вопросов, но мне показалось, что свинина — это какое-то «золотое дно». Так это или не так?

Сергей Михайлов: Вы знаете, во многом это так. На самом деле, мы публикуем наши данные, у нас маржинальность текущая по свинине — в районе 40%.

То есть все совпадает с тем, что я слышал?

Сергей Михайлов: Наверное, нужно отметить, что с одной стороны, это происходит благодаря тому, что в России в целом очень высокое конкурентоспособное производство свинины и себестоимость одна из самых низких в мире. У тех, кто сделали современные, новые инвестиции и применили последние технологии, последнюю генетику. С другой стороны, наверное, маржинальность — не лучший показатель, как мерить это производство, потому что цикл производства — практически год. Возвратный капитал — здесь задействованы большие обороты и средства.

Многие скажут, всего год.

Сергей Михайлов: Ну да, если брать молочное производство или другие...

Там 10 лет.

Сергей Михайлов: Но год, согласитесь, если даже колбасу ту же взять, колбасу мы делаем за сутки, даже ту же сырокопченую колбасу — за месяц, а здесь год. Птица — это три месяца примерно. Индейка — что-то посередине. Поэтому маржинальность высокая, и я думаю это связано еще и с тем, что, имея огромный потенциал внутри страны, до недавнего времени Россия была одним из крупнейших импортеров свинины. И еще, может быть, пять-семь лет назад импортировали даже больше свинины, чем Китай. Китай — сегодня основной потребитель свинины в мире с большим запасом.

Сейчас мы уже выходим на тот рынок. Кстати, мы знаем, что мы начали экспорт свинины в Китай, объемы пока небольшие, какие-то другие рынки мы тоже осваиваем. Вы уже сказали, что наш внутренний рынок бурно развивался, он почти исчерпан?

Сергей Михайлов: Начат экспорт в Азию. На самом деле, доступа прямого на китайский рынок мы пока, к сожалению, не имеем, ни по птице, ни по свинине. И в этом направлении ведется огромная работа и Минсельхозом, и правительством, но, к сожалению, этот рынок для нас остается пока закрытым.

Он административно закрыт?

Сергей Михайлов: Да.

То есть у них тоже есть свой Роспотребнадзор, который инспектирует, проверяет?

Сергей Михайлов: Да.

Как вы думаете, от чего зависит открытие рынка?

Сергей Михайлов: Во многом это и от нас самих зависит, во многом это вопрос политический. От нас самих, потому что мы должны иметь реальную возможность, Россельхознадзору иметь возможность гарантировать качество и безопасность экспортируемой продукции. А здесь не последний вопрос — регионализация. Потому что сегодня, если у нас болячка в одной части страны, сразу другие страны закрывают всю Россию, потому что регионализация до конца еще не доведена, но практически этот вопрос уже решается. И в связи с этим перемещение продукции между регионами внутри страны — этот вопрос еще открыт. И возможность трейсить и прослеживать движение товара по стране — это важные темы, потому что и африканская чума присутствует, и птичий грипп. Это всегда риски, с которыми придется работать.

Я в связи с этим другую близкую тему затрону. Я знаю, что у нас ведется активная борьба не на жизнь, а на смерть с африканской чумой свиней, и в связи с этим, как я слышал, начали забивать в лесах кабанов. И многие, знаете ли, очень беспокоятся на этот счет. На ваш взгляд, это оправданная мера? Я, конечно, знаю понаслышке об этом.

Сергей Михайлов: Вы знаете, действительно, основной источник распространения африканской чумы — это дикая фауна, кабаны. Но, наверное, промежуточное звено этого — это те же ЛПХ — личные небольшие подсобные хозяйства небольшие, которые сегодня, к сожалению, не нормированы и не соблюдают те же правила безопасности, которые применяются в промышленном производстве, и тем самым создают дополнительные риски не только для себя, но и для крупных хозяйств. Это, конечно, проблема, потому что проинвестированы десятки миллиардов рублей, в том числе и частных инвестиций, и кредитные — это и банки, и государственные банки. И здесь уже в какой-то момент риски становятся слабоуправляемыми. И, к сожалению, африканская чума пока развивается по худшему сценарию, и, несмотря на много деклараций о том, что все с этим борются, мы пока видим, что все-таки больше деклараций, меньше действий. Хотя при этом я должен согласиться, что вопрос непростой.

И это на сегодня реальный, серьезный фактор в Вашей отрасли, да? То есть мы пока ничего не добились, чтобы побороть эту инфекцию?

Сергей Михайлов: Знаете, статистика вещь упрямая, мы, конечно, с этим боремся, но пока, если посмотреть на цифры, на количество вспышек, их меньше не стало. Последние 12 месяцев говорят о том, что их стало больше в разных регионах. Это, конечно, тревожный фактор.

И еще один вопрос. Вы сейчас запускаете в Подмосковье огромный новый завод. Приходится ли вам сейчас, в этой нашей экономической стадии, привлекать кредиты, или достаточно собственных средств?

Сергей Михайлов: Мы инвестируем и реинвестируем собственные средства, а также привлекаем кредиты. Например, в проекте в Каширском районе где-то 70 с лишним процентов — это кредиты.

Тогда позвольте еще один макроэкономический вопрос. Ну, так сказать стон, который звучит над российским бизнес-сообществом, что вот по этим ставкам, которые есть в этом году, были в прошлом году, ну, в общем, до сих пор они есть, что вообще кредитовать невозможно. Значит ли это, что ваш пример доказывает обратное, что и по этим ставкам, при той ценовой динамике, которая есть, кредиты можно брать, вкладывать, открывать производство в том сегменте, где гарантирован спрос?

Сергей Михайлов: Вы знаете, аграрный сектор — здесь, наверное, все-таки исключение, потому что действует ряд программ субсидирования процентной ставки, и вот новая программа, где субсидии получают банки, но заемщики могут брать деньги под 3-5% в рублях на длинный срок, я считаю, это подъемные ставки. Поэтому, наверное, когда мы говорим о процентных ставках, вопрос не только об аграрном секторе, а в целом там ставки, конечно, выше — и 10, и 12%. Поэтому у нас эффективная ставка — сегодня на уровне 3-4%.

Мы знаем, что со свининой и с птицей у нас стало все очень хорошо, мы не импортируем, мы, наоборот, экспортируем уже. Но нам бы очень хотелось знать, что и говядиной, и молоком мы тоже будем обеспечены. Вот интересы Вашей группы в эту сторону простираются, или Вы считаете пока это сложным, и с точки зрения бизнеса не привлекательным?

Сергей Михайлов: Мы пока сфокусированы на наших направлениях — птица, свинина, мясопереработка. И вот последний проект был на прошлой неделе. Мы запустили производство мяса индейки совместно с испанской группой «Фертес». Они более 20 лет занимаются индейкой. Это, наверное, новое направление для нас, но вот на данном этапе мы будем дальше усиливать и фокусироваться на этих направлениях. В молоко и говядину у нас планов заходить нет.

А Вы как-то рассматривали, оценивали, в чем причина? Я здесь не с Вашей корпоративной, а с такой общественной позиции. Мне просто интересно. Вы же успешная группа, но вот Вы не занимаетесь этим пока. Почему?

Сергей Михайлов: Знаете, просто мы считаем эти проекты, если говорить про говядину, то не очень привлекательными, слишком длинный срок производства. Рынок сам по себе не растущий, а он стагнирующий, и, на самом деле, потребление переключается от говядины на свинину, птицу и на индейку. Там рост приличный. Это связано, может быть, с высоким потреблением говядины, и она становится менее доступна для людей. Мы все-таки предпочитаем работать на растущих, на массовых рынках, где все-таки можно расти внутри рынка, но и сам рынок растет. По говядине рынок сужается. Что касается молока, достаточно неплохие программы, мне кажется, начинают работать по поддержке и стимулированию этого, но все равно цикл воспроизводства и регулирования этого рынка еще требует доработок. Хотя я не специалист на этом рынке, но мы также понимаем, что там очень высокая, сильно выраженная сезонность потребления.

Вы хотели бы иметь свою собственную зерновую базу?

Сергей Михайлов: Конечно, хотели бы, и мы ее сегодня уже имеем. У нас земельный банк около 300 тысяч гектар, мы недавно его практически удвоили — приобрели земли. Это позволит нам довести нашу самообеспеченность в зерне до 50-60%. Это вот тот комфортный уровень, который мы хотели поддерживать, чтобы сбить волатильность и защитить наш бизнес.

Больше не нужно или больше сложно сделать?

Сергей Михайлов: На данном этапе мы считаем, что даже больше не нужно, потому что все-таки риски в растениеводстве все равно остаются видимыми, риски в этом бизнесе выше, чем в мясе и переработке по новым разным факторам. Поэтому мы считаем, наш тот баланс, который мы для себя определили — это 50-60%, а остальное мы покупаем с рынка. Имеем сегодня очень развитую инфраструктуру, мы можем хранить до миллиона тонн зерна единовременно. Обладаем комбикормовыми заводами, мы себя полностью обеспечиваем своими кормами, и, в принципе, мы считаем, что у нас здесь рисков никаких нет.

Спасибо.

Россия. ЦФО > Агропром > bfm.ru, 1 июня 2017 > № 2205065 Сергей Михайлов

Плюс на минус.

Реконструкция улиц удешевит жилье в ряде районов Москвы.

В рамках программы «Моя улица» в Москве до конца 2017 года планируется реконструировать более 80 городских территорий. Несмотря на то, что в целом обновление и облагораживание общественных пространств положительно влияет на облик столицы и ее отдельных районов, в ряде локаций результатом проведения работ может стать падение стоимости жилой недвижимости.

Партнер, директор S.A. Ricci жилая недвижимость Сергей Егоров:

Если говорить о рынке недвижимости Москвы как о едином целом, то, безусловно, реконструкция улиц, как и любые разумные усилия, направленные на улучшение качества городской среды, — это фактор со знаком «плюс». Столица за последние годы стала намного дружелюбнее, приятнее для жителей. Парки, пешеходные пространства, велодорожки, выделенные полосы для общественного транспорта, остановки с Wi-Fi — все это работает на повышение привлекательности как города в целом, так и местного жилья.

В некоторых районах Москвы стоимость квартир заметно возросла за последние годы, в том числе именно за счет реконструкции улиц: Это Новый Арбат, улица Мытная, ряд кварталов, расположенных у Садового кольца. В отдельных зданиях рост цен на жилье и коммерческие помещения на первых этажах по окончании работ составил до 10 процентов.

Благоустройство уличных пространств традиционно больше влияет на стоимость вторичного жилья, нежели первичного: Застройщики заранее разрабатывают планы повышения цен, учитывая и перспективные изменения среды. Кроме того, быть осторожнее их вынуждает текущая конъюнктура рынка. А владельцы квартир в старых домах, как правило, проще подходят к вопросу ценообразования: «причесали» улицу, двор — значит и метры теперь можно продать подороже.

Между тем, реконструкция дорожной сети далеко не всегда играет на руку продавцам недвижимости: из-за создания пешеходных пространств в ряде центральных районов заметно ухудшилась транспортная ситуация и снизилась доступность жилья.

Но больше других страдают все-таки арендаторы и владельцы коммерческих помещений. Самый яркий пример здесь — Тверская улица, где в период ремонтных работ сильно упала посещаемость магазинов и ресторанов. Пример со знаком «плюс», в свою очередь — Пятницкая: там расширили тротуары, сделали красивые пространства для отдыха, и это совершенно поменяло облик Замоскворечья. В результате рейтинг района, в последние годы снижавшийся, пошел вверх. За счет этого бóльшую привлекательность получили реализуемые здесь проекты — Barkli Gallery, «Малая Ордынка, 19» и другие.

По итогам реконструкции 2017 года снижение цен на квартиры может произойти в районе Лесной улицы и площади Красных ворот. Повышения стоимости жилой недвижимости можно ожидать на Краснопресненской набережной, Житной улице, Бульварном кольце, в квартале, прилегающем к площади Тверская Застава и на реконструируемом участке Садового кольца. В стороне, то есть без корректировок стоимости жилья, останутся кварталы, где не произойдет заметных функциональных преобразований: так было, к примеру, с Большой Дмитровкой и Столешниковым переулком — поставили лавочки, кадки с деревьями, но там и без того был ресторанно-магазинный кластер, и, по сути, ничего не изменилось.

Автор: Партнер, директор S.A. Ricci жилая недвижимость Сергей Егоров

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство > stroygaz.ru, 1 июня 2017 > № 2203245 Сергей Егоров

Анатолий Чубайс прогнозирует кардинальные изменения в энергетике России.

В рамках сессии на ПМЭФ «Умная энергетика» — как технологии влияют на топливно-энергетический баланс" председатель Правления УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс рассказал о перспективных направлениях электроэнергетики.

Несмотря на традиционный консерватизм электроэнергетики, сейчас в отрасли происходят важные технологические изменения. Главное — становление альтернативной энергетики.

«Многие, в том числе и иностранные коллеги, часто спрашивают, зачем она нужна в России, если в стране полно нефти и газа. Существует огромное количество ответов на этот вопрос. Выберем самый простой. Оппонентам можно напомнить, что есть такое известное специалистам понятие как сетевой паритет. Это точка, в которой себестоимость киловатт-часа электроэнергии, выработанной в альтернативной энергетике, сравнивается со стоимостью киловатт-часа, выработанного в традиционной энергетике. Явление признано всеми в мире. Спорят лишь о сроках достижения сетевого паритета. В ряде стран это уже случилось, а в России произойдет чуть позже. Мы же с коллегами глубоко убеждены, что возобновляемая энергетика в России абсолютно необходима. Это вопрос выживания страны в долгосрочной перспективе», — отметил Глава РОСНАНО.

Уже есть первые весомые результаты. Солнечная энергетика в России состоялась: строятся сами электростанции, создана промышленность по производству оборудования для солнечной энергетики. «Мы сегодня научились изготавливать не просто солнечные панели, а солнечные панели с КПД 21%. Профессионалы прекрасно понимают, что это лучший в мире уровень», — уверен Анатолий Чубайс.

Плановая цифра ввода мощностей в солнечной энергетике к 2024 году составляет 1500 МВт. Это абсолютно реалистичная цифра, считает Председатель Правления УК «РОСНАНО», поскольку фундаментальные предпосылки — технологические, политические, государственная поддержка, нормативная база — созданы.

Второе важное направление — это ветрогенерация. «Мы с господином Пекка Лундмарком, президентом крупнейшей европейской энергетической компании Fortum, подписали соглашение, — говорит Анатолий Чубайс, — в рамках которого создан совместный инвестиционный фонд для развития ветроэнергетики объемом в 30 млрд рублей. К этим 30 млрд мы прибавим еще около 70 млрд рублей привлеченного капитала». В конце этого года появится первый ветропарк мощностью 35 МВт, строительство и монтаж которого в Ульяновской области идут полным ходом.

И в такой «консервативной, традиционной» сфере как электроэнергетика существуют направления для прорыва. «Есть известное высказывание канадского хоккеиста Уэйна Грецки: „Я всегда двигаюсь не туда, где сейчас шайба, а туда, где она окажется“. Если в основу стратегии закладывать этот принцип, мы знаем, какой крупномасштабный технологический кластер появится в электроэнергетике в ближайшие 10 лет», — прогнозирует Анатолий Чубайс. Речь о промышленном хранении электроэнергии. Человечество, научившись хранить энергию в литий-ионных аккумуляторах для портативных устройств, осваивая ее хранение для автомобилей, следующим шагом перейдет к большой энергетике. «Это означает практически полную перестройку отрасли — систем диспетчирования, изменение соотношения не только между ВИЭ и классической генерацией, но и между основными видами классической энергетики, — продолжает Чубайс. — Полная смена парадигмы. И мы считаем, что это вопрос не 3000 или 2050 года, а ближайших 10 лет».

РОСНАНО вместе с Минэнерго обратились в Правительство за поддержкой, поскольку здесь, как и в любой другой технологической сфере, без поддержки государства ничего сделать невозможно. Например, недавно Калифорния приняла масштабную программу поддержки систем промышленного хранения энергии на 1500 МВт.

Анатолий Чубайс отметил, что сейчас в России уникальная ситуация для изменений и модернизации электроэнергетики. Реформа электроэнергетики и система договоров на предоставление мощностей (ДПМ) стали основой колоссального инвестиционного рывка, который вся электроэнергетика страны прошла за последние 7–8 лет.

«Вместе с тем, когда мы все это делали, это был 2008 год. Из-за экономического кризиса 2008 года ВВП России практически не увеличивался и, соответственно, не было роста. Это означает, что в энергетике появились избыточные мощности, а для России — историческая возможность вывода неэффективных мощностей», — считает Анатолий Чубайс.

Россия. Весь мир > Химпром. Электроэнергетика > rusnano.com, 1 июня 2017 > № 2203208 Анатолий Чубайс

Дмитрий Медведев посетил детский технопарк «Кванториум» в Королёве.

Председатель Правительства осмотрел лаборатории «Кванториума» и встретился с руководителями региональных детских технопарков.

Детские технопарки «Кванториум» – площадки дополнительного образования, на которых учащиеся в проектном формате обучаются перспективным естественно-научным и техническим направлениям, осваивают инженерные направления, в том числе современные лазерные технологии, нейротехнологии, беспилотную авиацию, программирование, 3D-моделирование и другие.

«Кванториумы» открываются Фондом новых форм развития образования во исполнение поручений Президента и Правительства России для создания среды для ускоренного развития детей в возрасте от 5 до 18 лет в научно-технической сфере, формирования у подрастающего поколения изобретательского мышления.

В настоящее время открыто 24 детских технопарка «Кванториум» в 19 субъектах Федерации.

В 2017 году ещё 17 регионов присоединились к инициативе создания технопарков, что позволит к концу года создать сеть из 50 площадок с охватом – 45 тыс. детей на постоянной бесплатной основе и более 400 тыс. детей, вовлечённых в деятельность технопарков.

Инициатива по созданию точек роста и создание на базе детских технопарков методических модельных центров в образовательной сфере вошла в основу приоритетного проекта «Доступное дополнительное образование для детей», утверждённого Советом при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Первый в Московской области центр дополнительного образования «Детский технопарк “Кванториум”» в Королёве открыт 10 декабря 2016 года.

В настоящее время в королёвском «Кванториуме» реализовано четыре направления деятельности: космос, робототехника, IT и Hi-Tech; до конца 2017 года будут открыты ещё два направления – промышленный дизайн и нанотехнологии.

Россия. ЦФО > Образование, наука > premier.gov.ru, 1 июня 2017 > № 2197458

Встреча с руководителями международных информационных агентств.

Владимир Путин начал работу в рамках Петербургского международного экономического форума со встречи с руководителями международных информационных агентств.

В беседе приняли участие президент агентства ЭФЕ Хосе Антонио Вера (Испания), главный редактор агентства ПТИ Виджай Джоши (Индия), вице-президент агентства Киодо Ньюс Дзюно Кондо (Япония), генеральный директор агентства ДПА Петер Кропш (Германия), главный редактор агентства Анадолу Метин Мутаноглу (Турция), первый вице-президент агентства Синьхуа Чжан Сутан (Китай), вице-президент агентства Ассошиэйтед Пресс Иэн Филлипс (США), заместитель главного редактора агентства Блумберг Джон Фраэр (США), президент, генеральный директор агентства АНСА Джузеппе Чербоне (Италия), генеральный директор, главный редактор агентства ТТ, президент Европейского альянса информационных агентств Йонас Эрикссон (Швеция). Россию на встрече представил генеральный директор ТАСС Сергей Михайлов.

* * *

В.Путин: Уважаемые друзья, коллеги!

Очень рад вас видеть вновь в Петербурге на полях Петербургского экономического форума.

Мы с вами регулярно встречаемся в рамках форума, но почему-то так практика складывалась, что всё время раньше встречались по ночам, очень поздно встречались и ещё позднее заканчивали. В этот раз у нас есть такая возможность поговорить, что называется, на свежую голову.

Очень рад вас видеть. Передаю слово господину Михайлову. Он скажет несколько вступительных слов, а потом мы перейдем к неформальной беседе. Пожалуйста.

С.Михайлов: Уважаемый Владимир Владимирович, спасибо.

Дорогие коллеги, позвольте, я по традиции попробую координировать нашу встречу.

Да, мы четвёртый год, действительно, встречаемся в этом кругу на полях Санкт-Петербургского международного экономического форума. Многие из моих коллег, здесь сидящих, не первый раз на встрече с Вами, но наш круг каждый год обновляется, и сегодня мы видим новых коллег, рады приветствовать их в Санкт-Петербурге. Надеюсь, что свежая кровь органично сольётся с опытом старожилов-тяжеловесов – и получится плодотворный, интересный для всех диалог.

После каждой нашей встречи, Владимир Владимирович, кажется, что все точки над «i» расставлены, но при этом, расставаясь, мы уверены, что следующий год преподнесёт новые темы для разговоров. Так случилось и сейчас.

Мы многое с коллегами обсуждали, мы видим, что Россию сейчас помимо нашей воли упорно вталкивают в конфликтное противостояние с Западом. В СМИ и на устах некоторых политиков бесконечно муссируются русофобские настроения, некоторые политики даже ставят нас в один ряд с ИГИЛ, с терроризмом. В странах Балтии начали даже подозревать любимый детьми мультфильм «Маша и медведь» в том, что это является частью гибридной войны, инструментом гибридной войны (Вы вчера с аниматорами встречались, поэтому вспомнил).

Тем не менее такой перекос в последнее время не вызывает больше улыбок и, мне кажется, даже грозит стабильности в мире. Как Вы считаете, долго ли будет продолжаться эта несправедливая атака на Россию? Что нужно предпринять, чтобы прекратить эту политическую русофобию? Вот первый вопрос, который я хотел бы сформулировать от себя.

В.Путин: Прежде всего, мне хотелось бы подумать и высказаться по поводу причин того, что происходит, по поводу причин этой русофобии. Она очевидна, из некоторых стран так и хлещет через край.

С чем это связано? На мой взгляд, связано с тем, что утверждается многополярный мир, а это не нравится монополистам. Монополия, как известно, плоха, но монополисты всегда за неё борются во всех сферах, во всех отраслях и сферах нашей жизни.

Утверждается многополярный мир, происходит это не в последнюю очередь благодаря борьбе России за свои интересы – хочу подчеркнуть, за свои законные интересы. Это первая часть.

Вторая заключается в том, что некоторое время назад наши партнёры в отдельных странах или группе стран начали предпринимать попытки сдерживать Россию, сдерживать её законное стремление к обеспечению своих национальных интересов, предпринимая всякие не вписывающиеся в рамки международного права действия, в том числе ограничения экономического характера. А теперь видят, что это не работает, эффект нулевой, и это вызывает внутреннее раздражение, желание всё-таки какими-то способами добиться своего, это вызывает стремление обострить ситуацию. К сожалению тех, кто это делает, мы не даём повода. Но повод стараются найти, что называется, как у нас говорят в народе, на пустом месте.

Долго ли это будет продолжаться? Думаю, всё-таки, надеюсь во всяком случае, что не так долго и не бесконечно, хотя бы потому, что должно прийти осознание, что это контрпродуктивно и вредит всем. Конечно, и нам наносит определённый ущерб, но и вредит и тем, кто инициирует такую политику. На мой взгляд, это осознание уже приходит. Мы совершенно очевидно видим определённые изменения ситуации, причём к лучшему. Надеюсь, что эта тенденция сохранится.

С.Михайлов: Спасибо, Владимир Владимирович.

В прошлом году, Вы правильно заметили, мы закончили, по-моему, за полночь, и погода помешала некоторым нашим коллегам задать вопросы, поэтому мы сочли, что в этом году было бы честно начать с них.

Впервые на форум приехал руководитель ведущего новостного агентства Германии. Я с удовольствием представляю вам генерального директора агентства DPA, господина Петера Кропша. Он приехал сюда первый раз, но в Санкт-Петербурге последний раз до этого он был в 1981 году в составе молодежной делегации обмена общества австро-советской дружбы тогда, поэтому нашел много изменений в Санкт-Петербурге.

Кроме того, он с завистью отзывался о вашем восьмом дане, поскольку у него черный пояс, но первый дан. Сказал, что для того, чтобы Вашего дана достичь, ему еще лет 50 надо тренироваться.

Пожалуйста, Петер.

П.Кропш (как переведено): Хотел бы выразить благодарность за время, которое Вы выделили, чтобы поговорить со мной, с моими коллегами.

Дамы и господа! У меня есть вопрос, если позволите.

У нас скоро выборы в парламент Германии, в этом году. По Вашему мнению, в плане взаимоотношений между Германией и Россией хотели бы Вы работать с канцлером Ангелой Меркель или Вы можете представить, что с господином Шульцем в качестве канцлера Вы сможете достичь большего прогресса?

И второй вопрос, если позволите. Я знаю, что Вы уже отвечали на него, тем не менее. Всегда в Германии довольно нервно реагируют на ситуацию о возможных хакерских взломах со стороны России, и возможно, что российские хакеры захотят запустить какую-то информацию, ложные сведения в избирательный процесс. Считаете ли Вы, что это возможно? И что Вы, в свою очередь, можете порекомендовать Германии?

В.Путин: Первая часть Вашего вопроса касается взаимоотношений с моими партнерами, с коллегами, в данном случае в Федеративной Республике.

Мы с Ангелой давно знакомы, работаем вместе. У нас есть разногласия, но есть много точек соприкосновения, особенно это касается вопросов экономического взаимодействия. Кстати говоря, и по некоторым аспектам международной политики тоже схожие мнения во многом. Но, повторяю, есть проблемы, к возможному решению которых мы подходим по-разному.

Господина Шульца я практически не знаю, но это опытный человек тоже, он давно в политике, и в европейской политике, и в немецкой, он вернулся недавно в немецкую политику. Нам в принципе, когда я говорю «нам», имею в виду всю российскую команду, нам, в общем-то, все равно с кем работать. Главное, чтобы эти люди были так же, как и мы, настроены на конструктивное взаимодействие. У нас здесь нет никаких предпочтений.

И, на мой взгляд, если и мы, и наши партнеры будут руководствоваться не сиюминутной политической конъюнктурой, а фундаментальными интересами наших стран, наших народов, то мы точно найдем не только точки соприкосновения, но и правильный путь взаимодействия, эффективный путь сотрудничества, эффективные способы сотрудничества найдем.

У меня больших сомнений нет, не то, что больших, вообще никаких сомнений нет на этот счет, потому что у нас очень много взаимных интересов. Ведь кооперация, скажем, в экономике, в отдельных отраслях, взаимозависимость в отдельных отраслях такая, что от ее успешного развития зависят десятки, если не сотни тысяч рабочих мест как в Германии, так и в России. Это важнейший фактор нашего сосуществования в сегодняшнем мире и в Европе тем более.

Отдельные немецкие производители получают огромную выгоду от работы на российском рынке. Не нужно быть большим экспертом и специалистом, чтобы понимать, что и российская экономика заинтересована в развитии технологической кооперации. И надо сказать, что мы здесь много делаем совместно и успешно. Что я имею в виду? Я имею в виду не только то, что у нас объемы торговли восстанавливаются сейчас с Федеративной Республикой, и рост, по-моему, в I квартале составил чуть ли не 40 процентов. Боюсь ошибиться, но значительный рост.

Но дело в том, что мы договорились и успешно реализуем целый ряд проектов, при котором объем производства высокотехнологичной продукции на территории России, то есть так называемый процент локализации, достаточно серьезный, до 60–70 процентов доходит. Хороший пример – автомобилестроение. И немецкие компании, несмотря на все сложности политического характера, ни одна из немецких компаний, собственно говоря, так же как и других иностранных наших партнеров, с российского рынка не ушла. Все работают. Даже несмотря на сложности не только политического, но и экономического характера: спад производства в России, снижение уровня ВВП, определенное снижение реальных доходов населения, а значит и снижении спроса – все равно все работают. А мы со стороны государства стараемся их поддержать, и эта конструктивная работа продолжается.

Но я уже не говорю про энергетику. Германия отказалась от развития атомной энергетики. А в структуре энергетического баланса Федеративной Республики атомная энергетика составляет огромный процент, больше, чем в России на сегодняшний день. Больше, чем в России. Германия отказывается. А где брать первичный ресурс? В Норвегии, мы видим, истощаются запасы, Великобритания скоро будет нетто-потребителем, там тоже истощаются запасы. Ну, где брать?

Вот смотрите, мы ещё на прошлом форуме говорили о перспективах полуострова Ямал, где у нас запасы были 2,7 триллиона кубических метров газа. Только что мне «Газпром» доложил, что мы открыли там дополнительный ресурс: запасы возросли сразу – представляете насколько: в два раз – плюс 4,2 триллиона кубических метров. Это только в одном месте, небольшая территория.

Но это – глобальные запасы: с учётом близости России и Западной Европы, с учётом дешёвой логистики, отлаженных процедур и технологий это абсолютно естественное партнёрство. Вот вам, пожалуйста, дешёвый, самый экологичный, если говорить об углеводородном сырье, вид топлива. Это абсолютно естественная вещь. Причём это в долгосрочной перспективе, а если говорить о долгосрочных контрактах, это стабильная поставка, обеспечивающая – и это очень важно, что я сейчас скажу, – конкурентоспособность всей германской экономики. Чрезвычайно важная вещь. Относительно дешёвый ресурс, стабильно получаемый из надёжного источника.

Ну и потом у нас исторически очень прочные гуманитарные связи, контакты между людьми, это всегда было. Несмотря на трагедии двух войн, контакты между нашими народами всегда сохранялись.

К чему я это всё говорю? Надеюсь, что во главе Федеративной Республики будут люди, которые в состоянии оценить весь этот значимый комплекс наших отношений, и исходя из этого так или иначе, кто бы ни был во главе Федеративной Республики, всё равно эти фундаментальные факторы наших отношений будут играть свою позитивную роль.

Теперь по поводу хакеров. Хакеры могут где угодно, откуда угодно вылезти, из любой страны мира. И конечно, общий фон межгосударственных отношений имеет значение и в этом случае, потому что хакеры – это же люди свободные, как художники: настроение у них хорошее, они встали с утра и занимаются тем, что картины рисуют. Так же и хакеры. Они проснулись сегодня, прочитали, что там что-то происходит в межгосударственных отношениях; если они настроены патриотически, они начинают вносить свою лепту, как они считают, правильную в борьбу с теми, кто плохо отзывается о России. Возможно? Теоретически возможно. На государственном уровне мы никогда этим не занимаемся, вот что самое важное, вот что самое главное. Это первое.

Второе. Могу себе представить и такой вариант, что специально кто-то делает, выстраивает цепочку различных атак таким образом, чтобы источником этой атаки представить территорию Российской Федерации, ведь современные технологии позволяют это делать, это достаточно легко делается.

Ну а что самое главное, я просто глубоко убеждён, что никакие хакеры не могут кардинально повлиять на ход избирательной кампании в другой стране. Но ничего, понимаете, никакая информация не ляжет на сознание избирателей, на сознание народа и не повлияет на конечный итог и на конечный результат. В этом заключается мой ответ.

Мы на государственном уровне этим не занимаемся, не собираемся заниматься – наоборот, мы с этим стараемся бороться внутри страны. В любом случае убеждён, что никакие хакеры не смогут повлиять на избирательную кампанию ни в одной из стран Европы, где угодно, в Азии и в Америке.

С.Михайлов: Спасибо, Владимир Владимирович.

Следующий наш коллега, которому тоже не удалось задать в прошлом году вопрос и который весь год мне об этом напоминал, – я представляю агентство из Японии «Киодо ньюс», господин Дзюно Кондо. «Киодо» – ведущее агентство Японии. Представительство ТАСС в Токио и бюро «Киодо» в Москве открылись раньше, чем произошёл обмен посольствами между нашими странами.

Мы видим, что в этом году наши страны как никогда активно выстраивают взаимоотношения, налаживают деловые связи, пытаются найти новые подходы к решению старых проблем. По совпадению, как и предыдущий наш коллега, господин Дзюно Кондо имеет третий дан по карате и первый дан по дзюдо – какое-то удивительное увлечение восточными единоборствами среди наших коллег.

В.Путин: У нас здесь тёплая компания. А тех, кто ещё не освоил единоборства, я предлагаю нам, специалистам в этих сферах, немножко подучить других наших коллег.

С.Михайлов: Предлагаю в следующий раз на татами просто встретиться, Владимир Владимирович.

В.Путин: Хорошо.

Дзюно Кондо (как переведено): Спасибо большое за то, что Вы предоставили возможность задать вопрос. Мой вопрос касается русско-японских отношений и южных Курильских островов. Вы достигли согласия с господином Абэ по поводу совместной хозяйственной деятельности на Южно-Курильских островах. Это, конечно, будет способствовать укреплению доверия между Японией и Россией.

Но что касается настроения японцев, японского народа, то мы знаем, что Россия наращивает военные приготовления на островах Итуруп и Кунашир, и это вызывает некоторое беспокойство, это, конечно, заставляет нас беспокоиться. С другой стороны, Россия тоже может беспокоиться о том, что, если после заключения мирного договора Японии будут переданы два острова, в соответствии с японско-американским договором безопасности на этих островах могут быть развёрнуты войска США.

В этой связи я хочу спросить: возможна ли демилитаризация южных Курильских островов? Я думаю, что невозможно, конечно, сейчас же решить этот вопрос – вопрос островов, но, если у Вас есть какая-то определённая позиция по этому поводу, очень хотелось бы, чтобы Вы нас с ней познакомили: какие могут быть подходы к решению этого вопроса?

И второй вопрос, он касается ракетно-ядерной проблемы Корейской Народно-Демократической Республики. Это, безусловно, представляет чрезвычайную угрозу для безопасности всей Северо-Восточной Азии. Как Вы оцениваете перспективы решения этого вопроса, в частности в связи с деятельностью американских войск на этой территории? Вот мои вопросы.

В.Путин: Первое, что касается наращивания наших военных потенциалов на Дальнем Востоке Российской Федерации и на островах в частности. Это ведь не инициатива России, так же как и в другой части света в Европе. Базы НАТО продвигаются к нашим западным границам, инфраструктура приближается, контингенты увеличиваются. А что мы должны делать – смотреть на это, что ли, просто, безвольно? Нет, так не будет. Мы соответствующим образом реагируем.

То же самое происходит и на Востоке. Смотрите, один авианосец подошёл, второй американский авианосец подошёл; сейчас, говорят, третий там уже в движении находится. Но это ладно, авианосец пришёл – ушёл. Но создаются элементы систем противоракетной обороны, что нас очень беспокоит, и мы постоянно об этом говорим в течение 10 лет. Это разрушает стратегический баланс в мире.

Вы все взрослые люди, все опытные, десятки лет уже работаете в информационной сфере – вы все молчите об этом. Мир молчит, как будто ничего не происходит. Нас никто не слушает – или слушает, но дальше ничего не транслирует, и общественность мировая живёт вообще в неведении того, что происходит. А происходит очень серьёзный, очень тревожный процесс: на Аляске, теперь в Южной Корее элементы ПРО возникают. Мы просто должны на это, так же как и в западной части России, безвольно смотреть, что ли? Нет, конечно. Мы думаем, как нам ответить на эти вызовы. Это для нас вызов.

Когда мы говорили об американской системе противоракетной обороны в Европе, нам всё время говорили и ссылались на Иран, что это делается для того, чтобы купировать иранскую ядерную программу и угрозу, якобы исходившую из Ирана – якобы. Но теперь подписан договор с Ираном – нет никакой угрозы, мировое сообщество согласилось с тем, что налажен контроль, МАГАТЭ всё подтверждает: нет. А строительство системы противоракетной обороны продолжается быстрыми темпами. Против кого тогда?

Мы же всё время говорили, что это ерунда, что нас обманывают. Нам говорили: нет, обязательно, только Иран, и всё. Но теперь я только об этом говорю, и все остальные опять молчат, как будто никто не понимает, о чём идёт речь. Вы же все понимаете, о чём идёт речь. Чего молчите-то? Вы все молчите, а ситуация усугубляется. Ведь это подталкивает гонку вооружений, новый виток создаёт, это же очевидная вещь. Вот мы всё время думаем: а как ответить? Мы думаем о том, как совершенствовать систему преодоления систем противоракетной обороны. Вот это и есть виток гонки вооружения.

То же самое и с островами. Мы думаем, как обеспечить безопасность. Мы думаем, как на дальних подступах купировать угрозы. В этом смысле острова – достаточно удобное место. Так что я не согласен с тем, что мы в одностороннем порядке, инициативно начинаем милитаризацию этих островов. Нет, это просто вынужденный ответ на то, что происходит в регионе.

Да, конечно, и в этом случае, так же как и с Ираном, можно ссылаться на ядерную ракетную угрозу Северной Кореи. Но думаю, что дело совершенно не в Северной Корее. Если завтра Северная Корея объявит о том, что она прекращает все свои ядерные испытания и ракетную программу, строительство систем противоракетной обороны США продолжится под каким-то другим предлогом или вообще без всякого предлога – так, как это делается сейчас в Европе. И мы, конечно, должны думать над этим.

Я здесь тоже не стал бы особенно нагнетать, просто Вы меня спросили – я обязан ответить и объяснить нашу позицию.

Теперь по поводу второй части, а именно теоретической возможности размещения американских войск на этих островах, если предположить, что они когда-то отойдут под суверенитет Японии. Ну да, такая возможность существует. Это вытекает из договора, кстати говоря, из подписанных протоколов. Нам их не показывают, но мы в целом знаем их содержание. Я сейчас не будут детализировать, хотя эти детали мне известны, но возможность размещения на этих территориях американских войск есть. Конечно, можно задаться вопросом: мы что, собираемся как-то ухудшать отношения с Соединёнными Штатам, нас это пугает? Нет, мы не собираемся ухудшать, и нас вообще ничего не пугает, но мы видим, допустим, что сейчас происходит в Соединённых Штатах: вот эта антироссийская кампания, русофобия продолжается. Как будет ситуация развиваться? Мы не знаем, это не от нас зависит, не мы же инициаторы этого процесса. В этих условиях теоретически даже предположить, что сегодня всё было хорошо, а завтра там появятся базы какие-то или элементы той же ПРО, для нас это просто неприемлемо абсолютно.

Можно ли добиться демилитаризации? Да, конечно, можно. Но демилитаризации одних островов совершенно недостаточно: нам нужно подумать над снижением этого напряжения в целом в регионе, в целом. И только так можно выйти на такие серьёзные долгосрочные договорённости. Но какие они могут быть, сейчас просто очень сложно сказать. Но они, мне кажется, возможны.

С.Михайлов: Спасибо, Владимир Владимирович.

Россия. Весь мир. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > kremlin.ru, 1 июня 2017 > № 2194373 Владимир Путин

Встреча с Премьер-министром Индии Нарендрой Моди.

В рамках Петербургского международного экономического форума состоялась встреча Владимира Путина с Премьер-министром Индии Нарендрой Моди.

В.Путин: Уважаемый господин Премьер-министр! Уважаемые друзья!

Позвольте мне поприветствовать вас в России, на этот раз в Санкт-Петербурге. Мне очень приятно принимать Вас именно здесь. Насколько я знаю, Вы никогда раньше в Петербурге не бывали. Очень надеюсь, что Вам удастся хоть немного посмотреть на город, ознакомиться с его достопримечательностями, с Эрмитажем, с коллекциями восточных рукописей Российской академии наук.

Уважаемый господин Премьер-министр! В этом году мы отмечаем знаменательную дату – 70-летие установления наших дипломатических отношений. За эти годы очень многое произошло и изменилось, но осталось главное в наших двусторонних отношениях: это особые, доверительные, дружеские отношения между нашими странами и народами.

Очень рад возможности встретиться с Вами, поговорить по всему комплексу двусторонних отношений и международным проблемам.

Что касается нашего международного взаимодействия, то здесь хотел бы отметить только одну вещь. Через неделю мы зафиксируем полноформатное вступление Индии в Шанхайскую организацию сотрудничества. Хочу напомнить, что этот процесс начался фактически в 2015 году в России, в Уфе. И Вы знаете, что Россия всегда поддерживала этот процесс и всячески его сопровождала. Так что в ближайшее время, через неделю, мы с Вами ещё раз увидимся, на этот раз уже в Казахстане.

Добро пожаловать в Петербург, в Россию.

Н.Моди (как переведено): Ваше Превосходительство! Благодарю Вас за тёплый прием.

Очень рад, что у меня есть возможность встретиться с Вами в Вашем родном городе и что у меня есть возможность в качестве Премьера посетить Ваш город.

У Индии и России доверительные отношения. Корни наших отношений уходят в историю, и по всем вопросам на международной арене Индия и Россия всегда стояли вместе. Скоро Индия станет полноправным членом ШОС, и это благодаря Вашей активной роли. Хочу ещё раз выразить благодарность за поддержку, которую Вы оказали для становления Индии полноправным членом ШОС.

В международных отношениях мы видим, что иногда есть спад, иногда есть рост. Мы видим изменения. Но по истории наших отношений мы видим, что уже длительный период в них стабильность, не было никаких спадов, мы всегда вместе шли вперёд шаг за шагом. Мы имеем в виду не только наши двусторонние отношения, но и наши контакты по международным вопросам, работу на благо всего мира.

Сегодня утром я посетил Пискарёвское кладбище. Жители Ленинграда жертвовали свои жизни, чтобы защитить свой город, чтобы защитить свою Родину. У меня была возможность почтить их память и возложить венок. Народ России, народ Ленинграда жертвовал своей жизнью, чтобы сделать Россию блестящей, как она есть сегодня.

Я видел могилы всех, кто пожертвовал своей жизнью, я видел могилу Вашего старшего брата, я узнал об истории Вашей семьи, которая тоже была связана с блокадой Ленинграда, как они защищали Ленинград. Думаю, очень важно, чтобы люди и политики были связаны с защитой своей родины.

Хочу ещё раз поблагодарить Вас за такой тёплый приём. Особую благодарность хочу выразить за приглашение на Петербургский форум, где я завтра буду.

В.Путин: Спасибо большое.

Спасибо Вам отдельное за посещение Пискарёвского мемориального кладбища. Такие места имеют для российского народа особое значение.

Индия. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 1 июня 2017 > № 2194365 Владимир Путин, Нарендра Моди

Встреча с представителями деловых кругов России и Индии.

Владимир Путин и Премьер-министр Индии Нарендра Моди провели встречу с представителями российских и индийских деловых кругов.

В.Путин: Уважаемый господин Премьер-министр! Уважаемые коллеги! Дамы и господа!

Очень рад вместе с господином Моди пообщаться с ведущими российскими и индийскими предпринимателями. Эта встреча проходит в рамках официального визита Премьер-министра Индии в Россию. Как вы знаете, такими визитами мы обмениваемся регулярно, каждый год, и практически всегда важной составной частью этих визитов является диалог с бизнес-сообществом.

Мы благодарны, что в этом году Индия стала страной-партнёром Петербургского международного экономического форума. Премьер-министр господин Моди приглашён в качестве почётного гостя и завтра выступит на пленарном заседании.

Ценим, что в форуме участвует столь представительная делегация индийских предпринимателей. Всё это наглядно подтверждает прочность наших торгово-экономических связей и их солидный потенциал, а также особо привилегированный характер стратегического партнёрства России и Индии.

В этом году мы отмечаем 70-летие установления дипломатических отношений между нашими странами. За последние десятилетия при активном участии Советского Союза, а впоследствии России в Индии были построены металлургические комбинаты, как вы знаете, электростанции, химические заводы и газопроводы, объекты агроиндустрии и транспортной инфраструктуры. Мы в России гордимся этим честно заработанным совместным капиталом.

Считаю крайне важным обсудить с вами перспективы нашего сотрудничества в дальнейшем, возможные новые инициативы и проекты, выслушать ваши соображения по поводу сотрудничества.

Отмечу, что, несмотря на сокращение объёмов предыдущих лет, по итогам 2016 года двусторонний товарооборот увеличился, превысил 7,7 миллиарда долларов. В наших общих интересах энергично двигаться дальше.

Важно переходить от простых товарных поставок к более сложной кооперации. Мы приглашаем наших партнёров и к локализации своих производств в России. Мы знаем об идее господина Премьер-министра по поводу его проектов в Индии – там, где мы в состоянии друг друга поддерживать, обмениваться современными технологиями. Это можно делать и в двустороннем порядке, разумеется, там, где у нас есть конкурентоспособные в мировом измерении компетенции.

Вижу здесь хорошую основу для углубления двусторонних инвестиционных связей. И убеждён, работая вместе, наши предприниматели смогут создать новые продукты с высокой добавленной стоимостью, построить производственные цепочки, в том числе с последующим продвижением своих товаров и услуг на рынки третьих стран.

На повестке дня – запуск перспективных совместных проектов в системообразующих и высокотехнологичных отраслях: это атомная энергетика, авиакосмическая промышленность, биотехнологии. Мы должны смотреть в будущее, а будущее – за сопряжением мощного научно-технического потенциала как России, так и Индии.

Сегодня на российском рынке созданы все возможности для реализации самых смелых деловых инициатив. Мы продолжаем совершенствовать механизмы инвестиционной и предпринимательской деятельности, в том числе иностранных компаний и граждан. С помощью современных рыночных инструментов стимулируем рост высокотехнологичных секторов экономики.

И это не разовые меры, а выверенная стратегическая линия, направленная на дальнейшую интеграцию российской экономики в мировую систему. Поэтому государство будет и впредь оказывать поддержку крупным проектам, реализуемым в том числе с участием ваших, уважаемые дамы и господа, компаний.

Уважаемые друзья! Великий индийский государственный деятель Махатма Ганди говорил: «Если хочешь перемен в будущем, то стань этой переменой в настоящем». Думаю, что предприниматели лучше многих чувствуют, куда двигается современная экономика, какие направления и отрасли наиболее перспективны, и благодаря деловой хватке, опыту смогут реализовать самые смелые идеи и инициативы.

Я желаю представителям российского и индийского бизнеса результативного взаимодействия на Петербургском международном экономическом форуме и, конечно, новых интересных, перспективных совместных проектов!

Благодарю за внимание.

Н.Моди (как переведено): Ваше Превосходительство, Президент Путин! Уважаемые члены делегации!

Для меня всегда большая честь присутствовать среди бизнес-лидеров из Индии и России.

В декабре 2015 года, когда я впервые посетил Москву и присутствовал на ежегодном индийско-российском саммите, у меня была возможность встретиться со многими из вас, у меня была возможность выслушать вас, у меня также была возможность разделить с вами мои мысли и инициативы. Эта традиция становится очень важной, когда руководители крупных предприятий из обеих стран встречаются; тем более, когда они встречаются с руководителями стран, мы находим решения по многим вопросам. Это также помогает нам построить понимание друг друга, это создаёт основу для будущей торговли и сотрудничества.

Индия и Россия сегодня празднуют 70-летие установления дипломатических отношений. Это было долгое путешествие – начиная с того времени, когда Индия и СССР установили дипломатические отношения, которые основаны на доверии. Отношения между Индией и Россией всегда были особенными. Мы всегда строили эти отношения на доверии. Мы расширили рамки нашего взаимодействия, и вместе мы сыграли конструктивную роль на международном уровне.

Однако ещё более важным является тот факт, что у нас крепкие связи на уровне граждан. Эти связи укрепились, и благодаря этому мы также укрепляем доверие. Время от времени Россия поддерживала Индию в разных вопросах на международном уровне. Россия всегда поддерживала нас и стояла рядом с нами.

В нынешнем сценарии международное сообщество понимает, насколько важными являются наши связи, и в постоянно меняющейся глобальной ситуации торговля, коммерция, инновации – это те сферы, которые связывают мир совершенно другим образом. Компании, промышленные дома, бизнес-сообщество – все играют очень важную роль в этом процессе.

Интерес, который есть у индийских компаний в России, по-прежнему растёт, и для них Россия всегда была и остаётся привлекательным направлением.

Я помню, в 2015 году на саммите «Энергичный Гуджарат», а затем уже на том же саммите в 2017 году у меня была возможность встретиться с деловой делегацией из России. Даже заместитель Председателя Правительства России посетил «Энергичный Гуджарат», и таким же образом Индия участвовала в качестве страны-партнёра на выставке «Иннопром» 2016 года. Хочу Вас заверить, что мы продолжим участие в разных мероприятиях, организованных в России.

Индия является крупным производственным хабом. И мы хотим расширить наши производственные мощности до 16–17 процентов ВВП, мы хотим продвигать производство на территории Индии. Российские компании могут принять участие во всех наших инициативах и сотрудничать с индийскими компаниями. Я хочу пригласить их это делать. Я заверяю их в том, что мы окажем всю необходимую поддержку.

Совсем недавно в сфере обороны мы договорились продвигать такого рода стратегическое партнёрство. Мы приняли политические решения в этом направлении. Я призываю ваши компании принимать участие в таких политических решениях для того, чтобы они смогли для себя определить, как они смогут взаимодействовать с индийскими компаниями. Я призываю вас всех приехать в Индию и сотрудничать с индийскими компаниями.

Позвольте мне ещё раз выразить благодарность Президенту Путину, потому что именно благодаря ему наше сотрудничество стало ещё более сильным и крепким, и это придало этим отношениям ещё больший толчок и импульс. Думаю, что мы сможем увидеть реализацию нашей мечты о новой Индии.

Позвольте мне ещё раз Вас поблагодарить за приглашение на эту встречу.

Индия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 1 июня 2017 > № 2194362

Заявления для прессы по итогам российско-индийских переговоров.

По окончании российско-индийских переговоров Владимир Путин и Нарендра Моди сделали заявления для прессы.

В.Путин: Уважаемый господин Премьер-министр! Уважаемые дамы и господа!

Хотел бы, прежде всего, ещё раз с удовольствием поприветствовать господина Премьер-министра Индии Нарендру Моди, который находится в России с официальным визитом, поблагодарить его за то, что он принял наше приглашение.

Ежегодные российско-индийские встречи на высшем уровне проводятся уже много лет и стали хорошей, полезной, доброй традицией. Наши переговоры всегда отличаются тёплой и доброжелательной атмосферой, неизменно содержательны и продуктивны. Так было и в этот раз.

Отмечу важную особенность нынешнего визита господина Моди. В этом году Индия является страной-партнёром Санкт- Краткая справка Петербургский международный экономический форум (ПМЭФ) Петербургского международного экономического форума, и завтра Премьер-министр Индии выступит на пленарном заседании форума в качестве главного почётного гостя.

Подчеркну и то, что 2017 год для отношений России и Индии является особым, юбилейным: 70 лет назад между нашими государствами были установлены дипломатические связи. И всё прошедшие десятилетия двустороннее сотрудничество развивалось поступательно по всем направлениям, на дружественной и взаимовыгодной основе. И сейчас российско-индийское партнёрство носит действительно стратегический и особо привилегированный характер.

Сегодня с господином Премьер-министром мы в первую очередь подробно рассмотрели ход реализации решений предыдущего саммита, на Гоа, наметили новые совместные планы на перспективу. Достигнутые договорённости нашли отражение и в принятой нами Санкт-Петербургской декларации. В ней намечены шаги, реализация которых будет способствовать дальнейшему углублению двустороннего взаимодействия в политической, экономической и гуманитарной сферах.

При этом в качестве ключевого приоритета определена задача стимулирования роста товарооборота, совершенствования его структуры, расширения производственной кооперации. Как известно, несколько последних лет объёмы взаимной торговли сокращались. И мы с удовлетворением отмечаем, что в этом году наметилась позитивная динамика, торговый оборот начал расти. Отрадно, что в первом квартале текущего года был зафиксирован рост уже на 29 процентов.

Позитивную динамику демонстрируют и взаимные капиталовложения. Накопленные российские инвестиции в индийскую экономику превысили 4 миллиарда долларов, а индийские в экономику России – 8 миллиардов долларов.

Всё это говорит о том, что российско-индийское экономическое сотрудничество снова выходит на траекторию роста, и в наших общих интересах закрепить эту позитивную тенденцию.

В этом контексте особое значение приобретает эффективная работа Межправкомиссии. Важным направлением её деятельности считаем содействие деловым кругам в продвижении крупных взаимовыгодных совместных проектов.

На сегодня сторонами согласован перечень из 19 проектов, нацеленных на создание совместных предприятий в области транспортной инфраструктуры, в сфере новых технологий, включая фармацевтику, авиа- и автостроение, алмазно-бриллиантовую отрасль и сельское хозяйство. Мы только сейчас встречались с представителями делового мира и видим их заинтересованность в развитии полномасштабного взаимного сотрудничества.

В ходе нашей беседы с господином Премьер-министром было отмечено успешное сотрудничество в сфере мирного атома, хотел бы на это особо обратить внимание. Введён, как известно, в строй первый блок атомной электростанции «Куданкулам», при строительстве которого использовались самые современные и надёжные российские технологии. Начал вырабатывать электроэнергию второй блок станции, а в октябре 2016 года на совместной с господином Моди видеоконференции мы дали старт сооружению третьего и четвёртого блоков АЭС. И мы ещё раз подтвердили совместные планы возвести в Индии не менее 12 энергоблоков российского дизайна, что станет большим вкладом в реализацию планов по развитию атомной энергетики страны.

Также условились с индийскими партнёрами углублять сотрудничество в военно-технической сфере на основе соответствующей двусторонней программы, которая рассчитана на период до 2020 года.

Отмечу, что наше взаимодействие не ограничивается только прямыми поставками индийским партнёрам новейших образцов российской боевой техники. При участии России в Индии налажена сборка продукции военного назначения, причём это самая высокотехнологичная продукция. Договорились с господином Премьер-министром и далее продолжать совместную разработку и производство современных систем вооружений.

Ещё одна важная составляющая российско-индийского партнёрства, – это, конечно, гуманитарная сфера. Подписанная Программа культурных обменов на 2017–2019 годы направлена на их дальнейшее расширение. Подчеркну, народы наших стран всегда проявляли глубокую взаимную симпатию, подлинный интерес к культуре, истории и духовным ценностям друг друга. Сейчас в России проходит Фестиваль индийской культуры, который воспринят российской общественностью с большим интересом. В прошлом году множество положительных откликов вызвал в Индии Фестиваль российской культуры.

Разумеется, особое внимание уделили с господином Моди и международной тематике. Договорились и впредь взаимодействовать в ООН, в таких многосторонних форматах, как Краткая справка БРИКС (англ. BRICS) БРИКС, в том числе, кстати говоря, и в трёхстороннем формате Россия – Индия – Китай, « Краткая справка Группа двадцати (Group of Twenty – G20) Группе двадцати», сообща способствовать обеспечению безопасности и стабильности в Азии, регионе Индийского и Тихого океанов. В этой связи Россия приветствует официальное присоединение Индии к Краткая справка Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) Шанхайской организации сотрудничества в качестве полноценного, полноправного члена, которое будет оформлено на саммите Шанхайской организации сотрудничества в Астане 8 – 9 июня, то есть уже через неделю.

Конечно, мы говорили и о других направлениях нашего взаимодействия, у нас ещё будет возможность с господином Премьер-министром сегодня с глазу на глаз поговорить вдвоём. Мы договорились встретиться вечером, поговорить и о ситуации в Сирии, в Афганистане, других горячих точках. У нас в практику, по-моему, уже входит вот такой доверительный обмен мнениями с глазу на глаз, и я очень ценю, кстати говоря, этот формат.

В заключение хотел бы поблагодарить господина Премьер-министра, всех наших индийских друзей за конструктивный и плодотворный диалог. Уверен, достигнутые договорённости послужат дальнейшему всестороннему развитию российско-индийского стратегического партнёрства, будут способствовать укреплению дружбы между народами наших стран.

Благодарю вас за внимание.

Н.Моди (как переведено): Ваше превосходительство! Президент Владимир Путин! Уважаемые представители российской и индийской делегаций!

Сегодня я очень рад находиться здесь, в Санкт-Петербурге, родном городе Президента Путина. Это историческое событие связано с этим городом, с моей политической карьерой. В 2001 году, будучи главным министром штата Гуджарат, я сопровождал Премьер-министра Индии и посетил Санкт-Петербург. Я помню, как Президент Путин и наш Премьер-министр стояли, а я сидел и подписывал один из договоров.

16 лет спустя я снова посетил Санкт-Петербург, и у меня есть возможность находиться на одной сцене с Президентом Путиным в качестве Премьер-министра Индии. Я выражаю Вам благодарность за то, как тепло приняли нашу делегацию. Это символ дружеских и тёплых отношений, которые существуют между нашими странами.

Как Вы знаете, в этом году Индия и Россия празднуют 70-летие установления дипломатических отношений. В своих отношениях мы говорим на одном и том же языке в сфере культуры и обороны. За 70 лет, несмотря на меняющуюся глобальную ситуацию, неизменными остаются сильные, крепкие отношения между Индией и Россией. Фундаментальная основа наших отношений основывается на любви друг к другу, на крепкой уверенности и доверии друг к другу. Это крепкая основа. Наши отношения строятся на этой основе, и, таким образом, мы развиваем наше сотрудничество в разных направлениях.

Как Вы знаете, я и Президент Путин провели детальные переговоры по всем аспектам нашего сотрудничества. Очень важно ускорить наше взаимодействие, для того чтобы у нас было более яркое будущее. Сегодня приняли очень важные решения, мы приняли Санкт-Петербургскую декларацию. Это декларация, которая должна стать путём нашей экономической, политической силы. Эта декларация также станет основой стабильности в международной ситуации. Сегодня мы все знаем, что мир взаимосвязан и все мы зависим друг от друга. Я думаю, что растущее экономическое сотрудничество является важным движущим фактором для нас. Мы должны рассматривать более быстрые темпы роста и наших экономических отношений. Это цель, которую мы поставили с Президентом Путиным.

В рамках Петербургского форума Вы пригласили Индию стать страной-гостем, а меня Вы пригласили выступить на пленарной сессии, и это является символом тесных отношений между нами в экономической сфере. Я уверен, что благодаря всей этой деятельности наши отношения станут ещё более тесными и крепкими. Это будет способствовать двусторонним отношениям, и к 2025 году мы сможем добиться инвестиций в 30 миллиардов долларов. Это та цель, которую мы поставили.

Одна из самых важных целей – укрепление экономического взаимодействия (это взаимодействие в сфере энергетики, в сфере углеводородов и атомной энергетики, блоки пять и шесть АЭС «Куданкулам»). Мы подвели итоги, договорились об этих блоках, и благодаря этим договорённостям мы переходим на новый этап взаимодействия в сфере атомной энергетики.

Индия и Россия смогут не только получить взаимную выгоду, мы также сможем продолжить наше сотрудничество с другими странами. Даже наши торговые и коммерческие отношения в частном секторе вносят огромный вклад в наши отношения. Я приглашаю представителей частных секторов обеих стран принимать участие в наших отношениях, играть активную роль в этих отношениях, потому что нам нужно как физическое взаимодействие, так и взаимодействие институтов. Это включает взаимодействие в сфере международного транспортного коридора «Север – Юг». Это та сфера, где мы можем поддержать наше взаимодействие и придать новую волну нашим отношениям.

Мы проводим переговоры по договору о свободной торговле с Евразийским экономическим союзом. Техническое и промышленное сотрудничество также являются важной составляющей нашего экономического сотрудничества. И благодаря этому та польза, которую мы получим, внесёт значимый вклад в наше общество и экономику.

У нас есть общие программы, над которыми мы работаем, в сфере науки и технологий. Мы также делаем всё для того, чтобы поддержать наших молодых предпринимателей. Это предоставит возможность инновационной экономики нашим будущим молодым поколениям. Я надеюсь, что благодаря этому людям, которые сейчас ищут работу, в будущем будут предоставлять новые рабочие места. И в этом обе страны будут впервые проводить общую научно-техническую комиссию. Я уверен, что это позволит перевести наше научно-техническое сотрудничество на новый уровень.

Военное сотрудничество между Индией и Россией является крепким. И, какова бы ни была форма глобальных отношений, сотрудничество Индии и России в сфере безопасности всегда было общим, мы всегда учитывали интересы друг друга. Мы провели военно-промышленную конференцию в Индии, и эта конференция сыграет важную роль в том, чтобы гарантировать фактор безопасности в мире.

Совместное производство вертолётов «Ка-226» началось в Индии; совместное производство фрегатов также осуществляется в настоящее время; совместная работа в военной сфере переходит на новый уровень. Поэтому военное сотрудничество между нашими странами получает новое развитие. Мы проводим совместные учения в рамках «Индра-2017».

Дорогие друзья, очень важной частью наших дружественных отношений является взаимодействие между народами наших стран. Российская культура всегда пользовалась популярностью в Индии, а индийская культура – йога и аюрведа – также вызывает интерес в России. Мы гордимся этим, и я уверен, что в этом году, так же, как мы делали в прошлом, Международный день йоги, который обычно празднуется 21 июня, будет в грандиозных масштабах отпразднован в России.

Дорогие друзья, я и Президент Путин имели прекрасную возможность обсудить международные вопросы. Мы договорились как в сфере терроризма или защиты наших стратегических интересов, так и по вопросам новых вызовов. Индия и Россия будут всегда поддерживать друг друга.

Индия благодарна России за поддержку в вопросах борьбы с терроризмом. Индия и Россия разделяют общие взгляды по вопросам Афганистана и по вопросам Азиатско-Тихоокеанского региона. И мы выражаем общие позиции в рамках «Большой двадцатки», в рамках ШОС. Наши обе страны будут работать над тем, чтобы придавать новую форму международному сотрудничеству.

Дорогие друзья! Президент Путин всегда поддерживал Индию, и я благодарю его за поддержку и руководство. Наши отношения являются тем плодородным деревом, которое за последние годы получало подпитку от великих людей. И среди таких людей был Александр Кадакин. Мы потеряли этого великого друга Индии в этом году, и, чтобы отдать дань уважения его памяти, мы приняли решение назвать в его честь улицу в Дели.

Ваше превосходительство! Наши отношения были проверены временем, и они принесли пользу всему миру. Индия и Россия всегда поддерживали друг друга, и наши отношения были столпом силы. Я надеюсь, что наше сотрудничество в будущем принесёт стабильность и баланс всему миру.

Наши переговоры сегодня прошли очень успешно, мы приняли решения, которые осветят нашу дорогу в будущем. Ещё раз позвольте мне выразить мою благодарность Вам и жителям Санкт-Петербурга.

Большое спасибо.

Индия. Весь мир. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 1 июня 2017 > № 2194358 Владимир Путин, Нарендра Моди

Встреча с членами экспертного совета РФПИ и представителями инвестиционного сообщества.

В рамках Петербургского международного экономического форума Владимир Путин встретился с членами международного экспертного совета Российского фонда прямых инвестиций и представителями международного инвестиционного сообщества.

В.Путин: Добрый день, уважаемые друзья! Дамы и господа!

Хочу вас поблагодарить за то, что вы приехали в Россию, за то, что собрались снова в Петербурге.

Должен отметить, что всегда на Петербургский международный форум приезжает достаточно много наших друзей, в том числе руководители суверенных инвестиционных фондов. Но в этом году впервые, как господин Дмитриев сказал, на одной площадке собралось такое большое количество руководителей суверенных инвестфондов из Европы, Соединенных Штатов, Азии, с Ближнего Востока, и мы, безусловно, рады, что эта встреча проходит в Санкт-Петербурге, в рамках международного форума. Здесь сегодня присутствуют инвесторы, которые управляют капиталом свыше 11 триллионов долларов.

Предлагаю сегодня обсудить возможности для расширения нашего сотрудничества, партнерства, поговорить о конкретных взаимовыгодных проектах. Чтобы создать для их реализации предсказуемые, привлекательные условия, последовательно улучшаем инвестиционный климат в России, проводим сбалансированную, ответственную макроэкономическую политику.

Уже сейчас инфляция составляет порядка 4,1 процента в годовом выражении. Рассчитываем, что по итогам года этот показатель будет ниже целевого ориентира в 4 процента.

Банк России постепенно снижает процентную ставку. Уменьшаются ставки по банковским кредитам через коммерческие организации, коммерческие финансовые структуры. Расширяются возможности бизнеса для финансирования долгосрочных инвестиционных проектов. В целом российская экономика вышла на положительную динамику, как вы знаете.

Так, ВВП растет уже третий квартал подряд, причем, подчеркну, на фоне далеко не самой благоприятной ситуации на глобальных рынках. Ситуация, к сожалению, меняется очень медленно. Но для нас это значит, что мы стали меньше зависеть от переменчивой внешней конъюнктуры, а главное, начали работать новые драйверы, факторы развития.

Повышается конкурентоспособность наших компаний, промышленности и сельского хозяйства в целом, растет промышленное производство и несырьевой экспорт. Это пока скромные цифры, но в целом это уже настраивает нас на весьма положительный лад.

Мы ставим перед собой задачу: на рубеже 2019–2020 годов темпы роста отечественной экономики должны превышать мировые. И для этого сейчас принципиально важно обеспечить приток капитала в российскую экономику. Стремимся предложить инвесторам наиболее удобные инструменты, такие как, например, совместные инвестиционные платформы с участием Российского фонда прямых инвестиций. В прошлом году он, напомню, уже получил статус суверенного фонда Российской Федерации.

Вместе со своими партнерами РФПИ уже привлек в Россию свыше триллиона рублей инвестиций. Важно, что его проекты оказывают значимое положительное влияние на отечественную экономику. При этом их доходность существенно превышает доходность от других инструментов. Хотел бы отметить, что доходность по операциям, которые предлагает и осуществляет Российский фонд прямых инвестиций, составляет порядка 15 процентов годовых в долларах США. Это, как вы знаете, один из весьма положительных показателей, по сравнению с другими аналогичными структурами и операциями.

Одновременно, сформированы долгосрочные стратегические партнерства с международными инвесторами. Недавно принято решение о создании совместных фондов с коллегами из Турции, других государств. На сегодняшний день общий капитал таких партнерств превышает 30 миллиардов долларов.

Мы заинтересованы в том, чтобы капиталы приходили в промышленность, в агросектор, в отрасли так называемой новой экономики, то есть в те сферы, где наш бизнес готов существенно наращивать свой экспортный и технологический потенциал. Отмечу, что результаты публичных размещений ряда наших компаний стали весомым показателем роста их эффективности и капитализации. И РФПИ выступил как якорный инвестор в таких IPO, которые демонстрируют хорошие результаты, и это послужило дополнительным подтверждением надежности и доходности ценных бумаг.

Далее. Мы готовы предложить интересные объекты для приложения капиталов в инфраструктуре, в сфере транспорта, энергетики, связи. При этом намерены сделать более понятными, четкими механизмы инвестиций, чтобы снизить риски инвесторов, сделать их участие в таких долгосрочных проектах более выгодным. И конечно, рассчитываем на продолжение сотрудничества в тех отраслях, которые напрямую влияют на качество жизни наших граждан. Это, прежде всего, здравоохранение, строительство высокотехнологичных медицинских центров и другие важные проекты. Кстати говоря, некоторые из таких проектов уже осуществлены, в том числе и после наших встреч здесь, в Петербурге, на экономическом форуме.

Я просил бы генерального директора Российского фонда прямых инвестиций господина Кирилла Дмитриева подробнее рассказать об этом сотрудничестве, об этой работе.

Пожалуйста.

К.Дмитриев: Уважаемый Владимир Владимирович! Коллеги, друзья!

Владимир Владимирович поддержал создание фонда шесть лет назад. И благодаря его поддержке по калибру присутствующих здесь партнеров, которые представляют 23 страны, мы видим, что РФПИ стал экономическим инвестиционным мостом между Россией и странами Ближнего Востока, Азии, Европы и Северной Америки. Мы присутствуем на крупнейшей встрече глав институциональных инвесторов в мире.

Инвесторов привлекают в России и мощные макроэкономические показатели, и экономический рост, который мы ожидаем около 2 процентов в этом году. Уже в качестве суверенного фонда России в первый раз на Питерском экономическом форуме мы сегодня объявляем о десяти новых инвестициях с нашими партнерами. Это инвестиции в золотодобывающую компанию «Полюс», транспортного перевозчика «ГлобалТрак», крупнейшую нефтесервисную компанию «Евразия», строительство города-спутника «Южный» в Санкт-Петербурге, инвестиции в объединенный концессионный холдинг, создаваемый с управляющим активами пенсионного фонда «Газфонд» для реализации инфраструктурных проектов, в том числе инвестиций в дублер Кутузовского проспекта, инвестиции в ЦКАД и другие.

Большинство из наших партнеров до общения с РФПИ практически не инвестировали в Россию, и мы благодарны за то, что совместно мы много инвестируем, в том числе и в создание новых производств и новых инфраструктурных проектов с нуля. В частности, более 550 миллиардов рублей пошло именно на проекты, которые созданы с нуля и которых не было до наших инвестиций. Наши совместные инвестиции покрывают 95 процентов регионов России.

Даже без учета нашей доходности за счет налоговых поступлений портфельных компаний, возрастающих от наших инвестиций, вложенные в РФПИ средства возвращаются государству в виде налогов в течение пяти лет.

Мы продолжаем расширять географию наших партнерств. На встрече присутствуют представители 14 новых фондов, в том числе руководство крупнейшего пенсионного фонда в мире – японского фонда GPIF.

РФПИ играет значимую роль в выстраивании отношений с Саудовской Аравией. Впервые за историю отношений Саудовская Аравия осуществила инвестиции в Россию. Мы уже проинвестировали восемь частных компаний и десять публичных компаний. Например, в аэропорт «Пулково» проинвестировала не только Саудовская Аравия, но и наши партнеры из Объединенных Арабских Эмиратов, Китая, Катара, Кувейта и других стран.

Мы привлекаем не только институциональных инвесторов, но и стратегических, в частности строим «клинику 40» в Санкт-Петербурге [проект по проектированию, строительству и технической эксплуатации лечебно-реабилитационного корпуса Городской больницы №40] с компанией Pizzarotti и участвуем с итальянской компанией ANAS в реконструкции М4.

И в завершение хотел поблагодарить всех за дискуссию, которая сейчас состоится, где будут обсуждены наши проекты, в том числе новые проекты, инвестиции в Дальний Восток, в области транспортной инфраструктуры, в агросекторе, в высоких технологиях и в других секторах.

Спасибо.

Россия. Весь мир. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 1 июня 2017 > № 2194356

Максим Орешкин: Мы должны двигать экономику вперед

Министр экономического развития РФ Максим Орешкин открыл Петербургский международный экономический форум 2017 Панельной сессией "Макроэкономическая политика-от стабилизации к росту.

Разрабатываемые правительством РФ меры по стимулированию экономического роста предполагают выход на рост ВВП свыше 3% с 2020 года, но демографическая ситуация в стране делает эту задачу "непростой", сказал глава Минэкономразвития РФ Максим Орешкин в ходе сессии.

"У нас есть целевой сценарий, который предполагает темпы роста выше 3% с 2020 года. Есть определенный потенциал, чтобы эти темпы наращивать и до 3,5% - это тот уровень, на который мы можем выходить. По его мнению, надо понимать, что экономика имеет подушевой ВВП выше, чем в среднем в мире, демография в России хуже, чем в среднем в мире. "Поэтому показывать темпы выше среднемировых - это на самом деле интересная и непростая задача", - сказал министр.

"Есть серьезные ограничения, над их снятием мы работаем. Поддержка инвестиций и поддержка человеческого капитала. И есть еще одна тема, которая проходит сквозной линией через обе эти истории - цифровизация экономики", - сказал Максим Орешкин.

По его словам, "тема с инвестициями - это понятное, прозрачное, предсказуемое государство с точки зрения налогов, тарифов, контроля и надзора, госзакупок, господержки".

"Второе - это снижение издержек - и цифровизация, и новые технологии будут искать здесь основную роль. Третий момент - новые инструменты финансирования - нужно выходить на качественно новый уровень инвестиционной активности. Я уже давал оценку, что к текущему уровню инвестиций надо прибавить 5 трлн. рублей в год. Мы сейчас работаем над программой по стимулированию инвестиций в инфраструктуру и в новые проекты. Четвертое - создание рынка сбыта, развитие экспортных возможностей", - рассказал Максим Орешкин о стимулировании инвестиций.

"Второе направление - человеческий капитал. Сейчас работаем по приоритетному проекту - производительность труда, где как раз институционально будем поддерживать изменения как с точки зрения новых инвестиций, так и с точки зрения новых управленческих практик. Важный вопрос - повышение численности экономически активного населения. ЦСР предлагает повысить пенсионный возраст. Наше мнение - нужно ориентироваться на молодое поколение, где высокая структурная безработица. Нужно упрощать процесс найма для компаний", - заявил министр.

Максим Орешкин также обратил внимание на темы здравоохранения и образования. При этом он отметил, что "ограничиться только развитием собственных талантов мы не сможем - важно привлекать таланты и квалифицированную рабочую силу из-за границы".

Россия > Госбюджет, налоги, цены > economy.gov.ru, 1 июня 2017 > № 2193114 Максим Орешкин

ЭЛЬВИРА НАБИУЛЛИНА ПРЕДСТАВИЛА ЭКОНОМИЧЕСКИЙ СТРЕСС-СЦЕНАРИЙ БУДУЩЕГО РОССИИ

Если все негативные факторы, о которых рассказала глава ЦБ РФ, проявятся, то мало никому не покажется.

В преддверии Петербургского международного экономического форума глава Банка России Эльвира Набиуллина рассказала СМИ, что ждет в будущем экономику нашей страны.

За методологию своих рассуждений она по сути взяла модель составления стресс-сценария: то есть, что будет со всеми нами, если основные негативные факторы сойдутся воедино. При этом акцент глава Центробанка сделала на самих факторах, которые могут вызвать пессимизм: замедление темпов роста экономики Китая, снижение спроса на российские энергоресурсы в мире и соответственно снижение цен на них, а также прекращение политики низких процентных ставок в США и ЕС.

Не углубляясь в то, что случится с экономикой, если все это реализуется на практике, Эльвира Набиуллина повторила в очередной раз набор мер, которые нужны, чтобы экономика при стресс-сценарии «не утонула»: повышать эффективность компаний, улучшать качество управления. Спасение глава ЦБ РФ также видит в инвестициях, в появлении и развитии малого и среднего бизнеса в стране.

Насколько тревожное экономическое будущее ждет всех нас? Пожалуй, на одном важном аспекте глава ЦБ РФ не сделала акцент — на технологиях. Далеко ходить не надо: в Подмосковье автоматизированные системы прохода пассажиров в общественном транспорте в ближайшее время сделают труд кондукторов не нужным. И таких сфер — множество.

Например, технологии сделают избыточным труд около 500 тысяч чиновников, которые отвечают сейчас за бумажный бухгалтерский оборот — о таких тенденциях будущего говорила в сентябре прошлого года заместитель министра финансов Татьяна Нестеренко.

Такси без водителей, рестораны и кафе без поваров и официантов, курьеры-роботы — это реальность, которая наступит быстрее, чем даже ее ожидаешь, тем более что в ряде стран мира проявления неумолимой поступи прогресса уже очевидны.

И здесь, как бы неожиданно это не было, залог стабильности нашей экономики — наша «кладовая» ресурсов и всей таблицы Менделеева. Как не крути, российская экономика уникальна не только тем, что мы основной производитель нефти в мире, но и тем, что наш экспорт, даже сырьевой, состоит из множества других товаров — от природного газа до цветной и черной металлургии, от угля и алмазов до пиломатериалов и кругляка. Спрос на всю эту продукцию не может упасть одновременно и резко.

Даже та же нефть, которая поистрепала всем нервы своими скачками то вверх, то вниз, для мировой экономики имеет такое же значение как воздух для каждого из нас. За счет нефти, природного газа и угля, в мире суммарно вырабатывается 80,5% электричества, горячей воды и тепла в домах.

Всякие «фишки» в виде электромобилей, во-первых, не так распространены (в США на них приходится менее 1% всех новых проданных автомобилей), а во-вторых, эти же чудо-машины тоже нуждаются… в электричестве! Электричестве, которое запитывает их батареи, а при этом производится главным образом за счет сжигания нефти, природного газа и угля. Круг замкнулся!

Грозит ли нам замедление экономики Китая? На самом деле, для самих китайцев эта проблема гораздо большая, чем для нас. Заработные платы в России, которые в легкой промышленности оказались меньше, чем в Китае, привели к подъему этой отрасли у нас. Это стало особенно понятно по динамике импорта: укрепившийся рубль за последние 12 месяцев привел к всплеску закупок иностранных продуктов питания, а вот обуви и одежды — нет.

Конечно, если российский рубль пойдет дальше к 55 рублям за доллар и ниже, то себестоимость продукции российской легкой промышленности уже не будет конкурентоспособной. С другой стороны, тогда при той же сумме в рублях в долларовом эквиваленте у нас будет больше средств, а значит население просто увеличит покупку импортной одежды и обуви.

Наконец, вопрос «заворачивания» денежного краника в США и ЕС. Действительно, с 2008-2009 годов, со времени мирового финансового кризиса, печатный станок в Новом и Старом свете стремительно разогнался, а экономики государств там купались в дешевых кредитах.

Итог не очень веселый: экономический рост слабоват, государственный долг и дефицит бюджетов вырос, но главное — возросли долги американцев и европейцев, а возможности заработка таким же темпом у них не увеличились.

Кроме того, дешевые кредиты оборачиваются мизерными доходами по банковским депозитам, которые стали активно «съедаться» даже небольшой инфляцией в США и ЕС. Под ударом оказались пенсионные накопления американцев и европейцев.

Но касается ли это нас? А получается, что почти нет. Стараниями наших «западных партнеров» российская финансовая система практически отрезана от денежных «бассейнов» Запада.

Значит ли это все, что нужно успокоиться и не строить планы на развитие экономики страны? Конечно, нет.

Вчера, 30 мая, Владимир Путин в Кремле выслушал предложения бывшего главы финансового ведомства страны Алексея Кудрина, а также защитника прав предпринимателей Бориса Титова. А ранее, 19 мая, глава правительства Дмитрий Медведев представил план кабмина, который Владимир Путин назвал «ключевым документом», то есть своего рода «дорожной картой» развития экономики страны. Но она еще будет дополняться и обновляться, о чем также говорил глава российского государства. Итоговый документ появится достаточно скоро — все же до очередных президентских выборов осталось уже менее 290 дней…

Владислав Гинько

США. Евросоюз. Китай. Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > mirnov.ru, 31 мая 2017 > № 2512285 Эльвира Набиуллина

Дикий отдых по диким ценам в Крыму

Путешествие дикарем может стоить, если не больше, то столько же, сколько в отеле. А с введением штрафов за парковку в водоохранной зоне, вообще, влетит в круглую сумму

Отдых дикарем в Крыму может обойтись в круглую сумму. В соцсетях обсуждают, что Минэкологии республики почти все побережье полуострова объявило водоохранной зоной, а по законодательству, за парковку ближе 500 метров от моря нарушителя ожидает немалый штраф. В самом ведомстве это отрицают. Что происходит на самом деле?

Сама история о том, что нельзя парковаться около пляжей и моря, как уверяют местные журналисты, возникла года два назад. Именно тогда появился этот документ с большими штрафами. Для граждан — это от 3,5 до 4 тысяч рублей. Только до дела не доходило. Однако в последнее время все расслабились, и в природоохранной зоне начали заезжать даже под кирпичи. В пресс-службе Минприроды говорят, что надо соблюдать правила и не следует парковаться на земле, газоне или практически заезжать в море колесами:

«Парковаться можно в местах, где есть твердое покрытие. То есть, как такового запрета, именно от Минприроды — нет. И мы всех приглашаем в Крым: милости просим; ну, вот, на прошлой неделе это было дано поручение всем муниципалитетам: оборудовать стоянки, подъездные пути. И чтобы в ближайшее время все эти моменты были сделаны и организованы».

Крымчане в повсеместное появление автостоянок не верят. Возможно, где-то на неправильную парковку будут смотреть сквозь пальцы, но риск есть, считает крымский блогер Александр Горный.

«Столько парковок создать за такое короткое время — это нереально. То есть все равно, будут идти нарушения законодательства; вопрос — насколько пристально они будут соблюдать российское законодательство. Вот автотуристам я не рекомендую где-то останавливаться около моря. Потому что просто можно схлопотать штраф, это реально. Может быть, в этом году на это будут закрывать глаза; ну, закон есть закон. Это касается именно диких пляжей, которые расположены около Феодосии, там, на Тарханкуте та же самая история. То есть это связано, в первую очередь, именно с этими территориями».

Любители Крыма делятся, что на полуострове можно отдыхать двумя способами. Совсем дикарем, когда выбираешь произвольные места остановки, а также есть кемпинги — уже готовая огороженная площадка с местами под палатки и с готовым местом, где можно жечь костер. Есть туалеты и души, пляж. Платить при въезде надо за машину и человека. На семью из четырех человек выходит около 1,5 тысячи в день. Но за душ — отдельная плата. В прошлом сезоне каждый прием душа стоил 50 рублей с человека. Для таких условий — недешево.

Михаил

турист

«Я не думаю, что люди, которые едут с палатками на море, готовы ставить палатки за километр от моря. Я думаю, что правил никто придерживаться не будет: люди будут просто отказываться от таких поездок; я откажусь от такой поездки. Дело все в том, что отдых дикарем — это, в общем-то, недешевый отдых — он сравним по съему домиков: если снимаешь апартаменты, сумма получается, приблизительно та же; тут важную роль играет романтическое настроение. Но когда это дорого, люди, я думаю, будут выбирать иные варианты».

Те, кто привык к комфорту, не выберет Крым, а завсегдатаи вряд ли смогут отказаться от отдыха на полуострове. И стоит признаться, экологические проблемы есть, и их надо когда-то решать, считает журналист «Аргументы недели Крым» Андрей Николаев.

«И Минэкологии тоже можно понять. Скажите, вот если вы едете вдоль «Золотого пляжа» в Феодосии, дорога лежит прямо вдоль берега. То есть, когда в сезон там просто все загажено. И поэтому такое непопулярное решение, которое однозначным не назовешь. Но, возможно, наверное, это какой-то важный шаг для того, чтобы, вообще, инфраструктуру крымскую наладить. Я думаю, что в Крым все равно поедут. И все равно будут отдыхать так, как привыкли отдыхать. Те, кто едет в Крым дикарями (это же стиль жизни, правда же, они будут ворчать, будут переживать, будут ругаться. Но они все это будут запивать замечательным крымским вином под замечательным крымским солнцем!»

В крымских городах с парковками также сложно. Как говорят отдыхающие, мест нет, и также как в Москве повсюду работают эвакуаторы. Только стоит дешевле. Базовый штраф — 1 860 рублей. Самый дорогой в Ялте — две тысячи «за хранение» в течение четырех часов.

Наталья Воробьева

Россия. ЮФО > Миграция, виза, туризм. Транспорт > bfm.ru, 31 мая 2017 > № 2205943

Совещание об организации детского отдыха.

Из стенограммы:

Д.Медведев: У нас сегодня совещание, которое посвящено организации отдыха и оздоровления детей. Тема очень важная и, скажем так, регулярная. Завтра наступает лето, в школах уже начинаются каникулы. Сегодня обсудим, как идёт подготовка к сезону детского летнего отдыха. Понятно, что ключевыми являются темы безопасности, нормального, комфортного отдыха.

Поездка в лагерь – это всегда отличная возможность отдохнуть, познакомиться с друзьями, узнать много нового. В то же время надо, чтобы всё это было как следует организовано, чтобы ничто не угрожало ни здоровью, ни тем более жизни детей. Для этого ключевыми являются вопросы не только обеспечения элементарной безопасности, но и соблюдения санитарных норм, противопожарных правил. У нас случаются проблемы, трагедии случаются, и в прошлом году это было. Надо сделать всё, чтобы не допустить повторения подобных ситуаций.

В прошлом году была существенно усовершенствована нормативно-правовая база, которая касается детского отдыха. Полномочия по его организации теперь закреплены за единым ведомством (об этом неоднократно говорили), теперь это Министерство образования. Именно оно координирует работу всех ведомств, которые задействованы в организации детского отдыха.

Требования к компаниям, которые предоставляют услуги по организации такого отдыха, стали конкретнее, жёстче. Это касается и требований к идентификации и квалификации людей, которые работают с детьми. Речь идёт о вожатых, воспитателях, проводниках. Все они берут на себя ответственность за подопечных и должны чётко понимать, что безопасность – это самое существенное.

Мы законодательно закрепили также, что при закупках в этой сфере качество услуг и вопросы безопасности детей – безусловные приоритеты. Поставщик таких услуг должен обладать необходимым опытом. У организаторов отдыха и в мыслях, что называется, не должно быть экономить на здоровье.

Буквально на прошлой неделе я подписал распоряжение Правительства, которым утверждаются Основы государственного регулирования и государственного контроля организации отдыха и оздоровления детей. В них отражены задачи по совершенствованию системы организации детского отдыха, которые нам предстоит решать. Это подготовка профессионалов, строительство и реконструкция лагерей и здравниц, дальнейшее уточнение законодательной базы. Хочу ещё раз сказать руководству федеральных органов исполнительной власти, министерств и ведомств: надо все документы, которые из этих основ вытекают, максимально быстро подготовить.

Ещё одно нововведение этого сезона – обязательное оповещение МЧС о маршрутах детских туристических групп. Такие группы должны сопровождать инструкторы-проводники, которые умеют оказывать первую помощь и прошли специальную подготовку. У нас введён единый номер экстренных служб. При необходимости каждый должен иметь возможность по нему позвонить, чтобы получить помощь в экстренной ситуации. Причём сделать это можно вне зоны покрытия сети или когда на телефоне отсутствуют средства.

Регионы у нас всем этим занимаются. Ежегодно я обращаюсь к коллегам, руководителям регионов, чтобы они лично контролировали, как организован отдых детей, в первую очередь с точки зрения безопасности. Этот год не исключение. По возможности все руководители субъектов Федерации сами должны ездить, смотреть, общаться с детьми, персоналом детских учреждений, следить за тем, как реализуется законодательство, современные требования. Если есть хоть какие-либо сомнения, принимать оперативные меры, при необходимости сообщать Министерству образования. Только так мы можем быть уверены, что каждый из более чем 42 тыс. лагерей (я подчёркиваю, у нас их 40 с лишним тысяч), которые планируют принимать детей в этом сезоне, – действительно готовы.

Роспотребнадзор недавно говорил о том, что есть проблемы у целого ряда лагерей, называлась цифра довольно значительная, около 300, пока, по их информации, они не соответствуют санитарным нормам. Если это так, то нужно исправить ситуацию в ближайшее время, если ситуация изменилась – я жду доклада на эту тему. Все предписания, которые даны лагерям и центрам детского отдыха, во время подготовки к сезону должны быть исполнены, выявленные нарушения, естественно, устранены.

Надо также позаботиться о том, чтобы все организации детского отдыха были занесены в специальные реестры, которые появились во всех регионах. Не должно быть ни одного лагеря, о котором неизвестно, это просто абсолютно недопустимо, это, по сути, ситуация преступная. Сейчас там есть информация о значительном числе таких учреждений. Обращаюсь к руководителям регионов: нужно все учреждения туда занести. Если там какой-то организации, какого-то учреждения не будет, то всё, что в нём происходит, это уже в известной степени ответственность руководителя региона, вы должны это понимать.

Под особый контроль нужно взять безопасность детей во время организованных перевозок. Предусмотреть условия для экстренного размещения детей, если во время поездки что-то случится. Убедиться, что если рейс задерживается, то на вокзалах и в аэропортах будет организовано питание для детей и созданы все необходимые условия.

Безусловно, министерства труда, здравоохранения, транспорта, МЧС, МВД должны отслеживать, как в целом проходит летняя оздоровительная кампания.

Естественно, также будут даны поручения по контрольно-надзорным, внеплановым проверкам – по темам пожарной безопасности, безопасности на водных объектах и по соблюдению санитарно-эпидемиологических требований. По результатам этой работы каждый месяц необходимо готовить доклад в Правительство.

Ещё один момент. Он касается отдыха детей из регионов, где в этом году произошли чрезвычайные ситуации. Из-за пожара в Иркутской области пострадали многие семьи. Тяжёлый период для детей. Чтобы их поддержать, мы на Правительстве приняли решение выделить из резервного фонда деньги на отдых детей из таких семей. Документы в принципе подготовлены.

Кроме того, в Ставропольском крае объявлен режим чрезвычайной ситуации в связи с паводком. В зоне подтопления находятся и 16 детских лагерей. В целом они готовятся принимать детей, но нужно убедиться, что стихия не повлияет на их работу и отдых будет нормальным.

Ещё раз хочу сказать, что нужно отнестись к работе максимально ответственно. От этого зависит, как проведут лето более 5,5 млн детей, которые примут участие в летней оздоровительной кампании.

Ольга Юрьевна (обращаясь к О.Васильевой), пожалуйста, проинформируйте о том, какова готовность.

О.Васильева: Завтра начинается лето. У нас 15 млн школьников, из них 5,6 млн человек будут отдыхать в лагерях и оздоравливаться.

Напомню, что в рамках подготовки летней кампании этого года с учётом перечня поручений Президента от 6 июля 2016 года по вопросам организации отдыха и оздоровления детей мы провели прежде всего работу по совершенствованию законодательных и иных нормативно-правовых актов.

28 декабря 2016 года был принят Федеральный закон №465, и сейчас наша главная задача – ускорить принятие всех актов для реализации этого закона. Нами была проведена большая работа, и после согласования со всеми ведомствами мы во второй раз представили в Правительство эти материалы.

Как известно, Правительство своим постановлением от 13 апреля 2017 года наделило Министерство образования и науки Российской Федерации полномочиями по организации отдыха и оздоровления детей.

Я хочу объяснить ещё раз, что это за полномочия, которыми мы наделены.

Прежде всего это разработка и реализация основ государственной политики в сфере организации отдыха и оздоровления детей, включая обеспечение безопасности их жизни и здоровья; координация деятельности федеральных органов исполнительной власти в сфере организации отдыха и оздоровления; взаимодействие с органами субъектов самоуправления, которые занимаются организацией детского отдыха; обеспечение федерального государственного контроля за соблюдением всех требований законодательства Российской Федерации в сфере организации отдыха детей, а также разработка и утверждение примерных положений об организации отдыха детей и их оздоровления.

Последний пункт, который определяет наши полномочия, – это издание методических рекомендаций, которые будут едиными для оздоровительного отдыха наших детей.

Понятно, что мы работали в этом направлении совместно с федеральными органами исполнительной власти. Мы провели под руководством Ольги Юрьевны (Голодец) 11 мая 2017 года селекторное совещание со всеми представителями заинтересованных ведомств, которые осуществляют и санитарно-эпидемиологический контроль, и государственное управление в сфере отдыха и оздоровления. Присутствовали все регионы до одного.

Так как мы прекрасно понимаем, что мониторинг будет также осуществляться и нами, мы будем проводить такие видеоконференции в регулярном режиме.

Что касается следующей очень важной задачи, о которой Вы сказали, – относительно того, кто и как будет работать с нашими детьми. У нас на сегодняшний день 42 101 лагерь, бóльшая часть лагерей (74%) организуется на базе общеобразовательных учреждений, то есть школ.

Очень важно (я хочу привлечь к этому внимание), что у нас даже бытует такая формулировка, как «летняя смена». Представьте себе, что даже лепка или музыкальный кружок должны рассматриваться как дополнительное образование, это действительно так. Поэтому не пугайтесь, когда читаете нормативные акты по дополнительному образованию. У нас действительно многие организации базируют свою деятельность на допобразовании. Это правильно, потому что наши дети должны не только оздоравливаться и отдыхать, но и учиться чему-то новому, интересному и социализироваться дальше.

Что было предложено? Нами была предложена (и поддержана) «дорожная карта» по подготовке кадров.

На сегодняшний день наших детей примут 375 тыс. человек, что почти на 6,5 тыс. больше, чем в прошлом году. Вчера закончилось всероссийское совещание педагогических вузов. Основная часть вопросов для обсуждения – подготовка вожатых. На сегодняшний день в пилотном режиме два вуза – Московский государственный университет и Костромской педагогический университет – готовят вожатых по целевой программе, исходя из «дорожной карты».

С этого года мы будем готовить во всех педагогических вузах вожатых, у которых будет практика (модули). Вместе с Министерством труда мы готовим профессиональный стандарт вожатого.

На сегодняшний день (это отрадно) у нас большой процент организаций провели переподготовку своих педагогов, готовясь к этой кампании. Сегодня в реестре у нас 72% всех организаций, то есть 30 тыс., и мы надеемся, что в реестре будут в течение 10 дней все остальные.

Также хочу ещё раз обратить внимание руководителей субъектов на то, что необходимо, чтобы у каждой из организаций был сайт, чтобы родители, все, кто заинтересован в здоровье наших детей, могли найти там соответствующую информацию.

Очень важно, что мы поддерживаем постоянную связь с общественными наблюдателями, общественными организациями, которые также хотят заниматься общественным контролем жизнедеятельности наших детей. Мы создали межведомственную комиссию по вопросам оздоровительного отдыха и надеемся работать вместе.

На сегодняшний день у нас есть ещё очень важная проблема – выделение субсидий на организацию летнего отдыха для детей, находящихся в трудной ситуации (я напомню, что это было и в прошлом, и в позапрошлом году). Это 4,6 млрд на указанные мероприятия.

Мы обращались несколько раз, выходили с просьбой, говорили о том, что без этого нам будет сложно. Потому что в этом году у нас на 1% больше, чем в прошлом году детей, которые оказались в трудной ситуации, то есть деньги нам нужны.

Также я хочу отметить, что у нас 289 лагерей, которые работают круглый год.

В этом году будет выделено на 1% путёвок больше для талантливых детей из всех регионов нашей страны.

Вот таким образом Минобрнауки с учётом переданных полномочий осуществляет и будет осуществлять мероприятия по подготовке летней кампании.

Д.Медведев: Давайте послушаем, какова оценка со стороны Службы по надзору в части защиты прав потребителей и благополучия человека. Пожалуйста, Анна Юрьевна Попова.

А.Попова: Изменившееся законодательство позволило нам к началу летнего оздоровительного периода получить 99% выполнения предписаний, которые мы выдали в конце сезона 2016 года, – их было больше 18 тыс., они содержали более 90 тыс. мероприятий. Это больше, чем за весь обозримый предыдущий период. То есть ответственность и степень подготовки сегодня достаточно высокая.

Вместе с тем, отвечая на тот вопрос, который Вы уже задали и упомянули во вступительном слове, на позавчерашний день это было 290 летних оздоровительных учреждений, которые не соответствовали, – а мы подходим, как и прежде, к приёмке летних оздоровительных учреждений, к оценке их соответствия, хотя не обладаем разрешительными полномочиями здесь, с максимальной ответственностью и строгостью. На сегодняшний день это количество снизилось на 12 летних оздоровительных учреждений.

Я провела вчера селекторное совещание. Динамика есть, понимание, что нужно делать, есть, все предписания по поводу уже состоявшихся проверочных мероприятий по поручению Правительства.

Д.Медведев: Сколько всё-таки таких учреждений, в которых пока нельзя размещать детей, по мнению Роспотребнадзора?

А.Попова: 279.

Д.Медведев: Значит, тогда они должны это понимать и максимально быстро всё устранять. Вы должны тогда это всё принимать.

А.Попова: Да, Дмитрий Анатольевич, так и происходит.

Всем руководителям субъектов, там, где это есть, отправлены специальные письма с указанием перечня объектов, которые на сегодняшний день не готовы к приёмке, чтобы ещё раз обратить на это внимание.

То, о чём Вы сказали, важный аспект, – это перевозка детей в грядущем сезоне, и здесь усилен контроль за цехами бортового питания, в случае если это авиатранспорт; за перевозками на железной дороге с обеспеченным питанием. Я бы хотела обратить внимание на перевозку автобусами, потому что высокая температура в летний период, здесь необходимо заранее предусмотреть вопросы организации питания детей.

Вместе с тем очень важно отработать схемы оповещения на случай получения информации о наличии больных и подозрительных на инфекционные заболевания, а также предусмотреть возможность проведения бесконтактной термометрии в пути, с тем чтобы максимально быстро провести все эти мероприятия.

И ещё один аспект, на котором я хотела бы остановиться, – это организация питания в летних оздоровительных учреждениях. В этом году мы видим увеличение стоимости питания, заложенной в государственных контрактах, и это, конечно, очень хорошо. Но далеко не во всех субъектах Российской Федерации договоры на поставку составлены напрямую или заключаются напрямую с производителями пищевой продукции, зачастую это посредники.

Если говорить о тех, кто делает это максимально со своими производителями, – это Новгородская область (86% всех контрактов в этом оздоровительном сезоне), Алтайский край, Владимирская, Калининградская, Кировская области. К сожалению, не всё выглядит так же в других субъектах Российской Федерации.

И подготовка персонала. Человеческий фактор работает практически каждый год, и любое нарушение санитарных требований, к сожалению, чревато осложнением эпидемиологической обстановки в летних оздоровительных учреждениях. Мы за последние пять лет видим снижение количества таких инцидентов в летнюю оздоровительную кампанию, но вместе с тем здесь риски остаются достаточно высокими, и помнить и учитывать это нужно.

Практически все, кто собирается работать в летний оздоровительный период в этих учреждениях, уже прошли специальную санитарную подготовку, санитарный минимум, но именно подготовка персонала, подбор персонала и постоянный контроль за ним в полной мере могут обеспечить соблюдение всех требований и правил.

И по обеспечению инфекционной медицинской помощью. Мы здесь тоже провели должный контроль перед началом сезона, здесь серьёзных нарушений нет, в общем-то все стационары готовы, все специалисты тоже прошли дополнительные циклы обучения и прослушали дополнительные лекции.

Д.Медведев: Теперь давайте послушаем некоторых руководителей регионов – и представленных здесь, и находящихся на видеосвязи, – потом снова вернёмся к федеральным органам исполнительной власти.

Давайте сначала Краснодарский край подключим, потому что это всё-таки основной регион, где все отдыхают.

Пожалуйста, Вениамин Иванович. Как у вас дела?

В.Кондратьев: В нынешней летней оздоровительной кампании примет участие 780 тыс. детей, из них третья часть из других регионов Российской Федерации. Общий бюджет детского отдыха в крае составляет около 3 млрд рублей, из них 1 млрд 800 млн – это деньги непосредственно краевого бюджета. Особое внимание мы уделяем детям, которые находятся в трудной жизненной ситуации, и в этом году их отдохнёт около 158 тыс.

На своём уровне, Дмитрий Анатольевич, мы делаем всё, чтобы санатории для детей не меняли своей направленности. Потому что мы очень жёстко предъявляем требования к тем санаториям, в которых отдыхают дети, и им выгоднее сегодня сказать, что мы перейдём на отдых родителей с детьми или на отдых для взрослых.

Но я ещё раз подчеркиваю, сегодня мы где-то в диалоге находимся, где-то убеждаем, где-то делаем различные преференции, в том числе и налоговые, чтобы они оставались в детском отдыхе. Для нас это принципиально, потому что абсолютно верно Вы сказали, что Кубань – это основной регион, где сегодня могут качественно и безопасно отдыхать дети со всей страны.

Также мы оказываем поддержку родителям, которые приобретают путёвки для детей самостоятельно, и компенсируем затраты для предприятий, которые покупают путёвки для детей сотрудников. Процент компенсации составляет половину, то есть 50%. И не важно, это предприятие покупает для детей своих сотрудников или непосредственно родители покупают, то есть мы осуществляем компенсацию 50% стоимости путёвки.

В нынешней летней кампании будут задействованы более 1,5 тыс. различных лагерей и здравниц. И я могу сказать, что все 1,5 тыс. лагерей и здравниц находятся в хорошем состоянии – это касается и безопасности на высочайшем уровне, и комфорта детей, которые там будут отдыхать. Тщательная проверка наших здравниц, и не только в сезон, стала для Краснодарского края уже нормой.

Мы учли поручения Правительства и ужесточили требования и по пожарной безопасности, и по медобслуживанию. Сегодня у нас санаторий, который обеспечивает отдых детей, не может приступить к своей работе, если у него не будет штатных врачей. Врач по вызову – это вчерашний день. Сегодня все врачи в санаториях штатные, находятся в штатном расписании.

Детские оздоровительные учреждения получают также у нас паспорта безопасности. Они предусматривают охрану территорий и видеонаблюдение, пожарную безопасность, питание, оборудованные пляжи. Если санаторий не имеет паспорта безопасности, включающего в себя эти параметры (главное: безопасность, пляж, видеонаблюдение, тревожная кнопка), он также не может приступить к оказанию услуг для оздоровления и отдыха детей. Это тоже жёсткое наше требование. Сегодня у нас 100% санаториев, которые оказывают услуги для детского отдыха, имеют паспорта безопасности.

Мониторинг качества услуг в здравницах мы ведём совместно с общественниками. И впервые в этом году у нас будет организована горячая линия. Родители, может быть, даже дети (мы сейчас продумываем) смогут выйти по горячей линии и доложить о каких-то нарушениях, недостатках в том или ином санатории или здравнице.

Кроме того, на особом контроле передвижение детей по территории края, это у нас и авиа-, и железнодорожные, и авто-, и морские перевозки. Мы сегодня качественно взаимодействуем с коллегами-губернаторами из других регионов, которые нас заблаговременно уведомляют об организованных группах детей, которые к нам выезжают из других регионов, что нам позволяет отслеживать перемещение этих групп детей, качественно их сопровождать уже по нашей территории до мест размещения. Это очень важно, потому что самое для нас серьёзное, когда неорганизованные группы детей (или даже организованные, но не находятся под нашим контролем) перемещаются по территории края, и непонятно, где они размещаются.

Мы оперативно получаем информацию обо всех организованных группах, которые выезжают в наш край. И я надеюсь, коллеги-губернаторы, что в этом году мы этот алгоритм ни в коем случае не нарушим.

Тем не менее в случае выявления неорганизованных групп детей в регионе отработан алгоритм межведомственного взаимодействия, чтобы мы быстро их идентифицировали, находили и понимали, что с ними делать, откуда они и каким образом они будут возвращаться домой. Это тоже очень важно.

При возникновении чрезвычайных ситуаций предусмотрено более 30 тыс. резервных мест размещения и около тысячи резервных коек в медучреждениях края. Мало ли какая ситуация, жизнь нас научила, поэтому 30 тыс. у нас резервных мест и около тысячи резервных коек в медицинских учреждениях.

Внимание уделяется и культурной программе. Мы проработали целый комплекс туристических маршрутов, в том числе, возобновили и патриотические маршруты по местам боевой славы, где проходили сражения, бои. Дети, которые приезжают на отдых в наш край, будут иметь возможность пройти по местам боевой славы тех, кто отдал жизнь за свободу нашей Родины.

Коллеги, мы принимаем все меры для того, чтобы дети со всей нашей страны отдохнули качественно, поправили здоровье, а родители, самое главное, не волновались за их безопасность.

Д.Медведев: Самое главное всё-таки, чтобы сами дети были в безопасности и чтобы были обеспечены нормальные условия для отдыха.

Но про родителей тоже забывать не надо. Контролируйте ситуацию.

Давайте послушаем тех, кто здесь, – исполняющего обязанности главы Республики Карелия.

Артур Олегович, пожалуйста.

А.Парфенчиков: Главной нашей задачей в ближайший период было создание пусть временной, но нормативной базы с учётом нового федерального законодательства.

Полный пакет федеральных нормативных актов мы, наверное, получим уже к следующему сезону, поэтому в марте-апреле нами были приняты соответствующие региональные временные нормативы, которые определили вопросы, связанные с регулированием соответствующих реестров, стандартов безопасности, вопросов межведомственного взаимодействия, включая уточнение, расширение полномочий межведомственной комиссии.

С учётом данного обстоятельства сегодня в реестр включено 332 организации. Соответствующую переподготовку прошло более 200 педагогов для участия в организации детского отдыха.

На сегодняшний день оздоровительная кампания уже началась, открыто 24 лагеря. Все организации, которые были проверены уже с учётом новой нормативной базы, за исключением одного лагеря, соответствующие проверки прошли. По одному лагерю есть предписание по воде, поэтому начало его работы отсрочено до 1 июля.

Важной является также разработка соответствующей межведомственной «дорожной карты», которая будет предполагать системные, регулярные проверки всех лагерей в течение всего оздоровительного сезона.

Есть определённые вопросы с финансированием летнего отдыха, потому что мы пока информацию по рассмотрению нашей заявки о выделении соответствующих межбюджетных трансфертов, федеральных, не получили, поэтому сейчас всё финансирование осуществляется за счёт средств консолидированного бюджета.

Если говорить о тех нормативных проблемах, которые необходимо решать, конечно, нужны соответствующие нормативные документы от Минобрнауки. И регион готов в этом участвовать в рамках апробирования того законодательства, той нормативной базы, которая будет действовать в течение этого сезона.

Предлагаем также рассмотреть вопрос о дополнении соответствующей статьи 12 Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребёнка в Российской Федерации» безусловными и чёткими обязанностями соответствующих организаций представлять сведения в региональный реестр, а также их обязанностями по обеспечению страхования с соответствующими корреляциями в Административном кодексе в случае неисполнения этих обязательств.

Д.Медведев: Следите за ситуацией, потому что у вас тоже, как известно, в предыдущий период были проблемы.

Место для отдыха у вас популярное, поэтому обязательно нужно все меры принимать.

Я говорил о том, что в Иркутской области в этом году, к сожалению, произошли чрезвычайные события, и поэтому нужно помочь некоторым семьям, детям.

Сергей Георгиевич, пожалуйста, несколько слов скажите.

С.Левченко: На территории области проживает свыше 550 тыс. детей, из них 306,5 тыс. – это дети школьного возраста. В этом году мы в бюджет заложили бóльшую сумму, чем в предыдущие годы, 726 с лишним миллионов рублей, это в основном из областного бюджета и часть из муниципальных бюджетов (из областного на 30 млн больше, чем в предыдущем году).

Кроме этого, в период летней оздоровительной кампании будут проведены специализированные оздоровительные сезоны отдыха для детей-инвалидов, детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, для детей с ограниченными возможностями, сирот и так далее. Несовершеннолетние, состоящие на различных видах профилактического учёта, будут задействованы в профильных сменах различной направленности: военно-патриотические, спортивные, спортивно-технические, экологические.

Теперь по поводу трагедии, которая была у нас в конце апреля. Во исполнение перечня поручений Президента по итогам совещания, которое состоялось у нас 25 мая, мы дополняем областную программу, увеличиваем объём денежных средств для оздоровления детей из семей, пострадавших от пожаров. Из Киренского района, где деревня Бубновка, мы запланировали организовать отдых и оздоровление 30 детей школьного возраста и 10 детей дошкольного возраста. И из других небольших населённых пунктов, где тоже по несколько домов сгорело.

Спасибо, Дмитрий Анатольевич, – я знаю, что Вы подписали распоряжение по выделению дополнительных денег по летнему оздоровительному отдыху детей.

Благодаря тому, что мы в прошлом году и с начала этого года готовимся к летнему сезону, мы почти в 10 территориях, муниципальных территориях, возобновили работу оздоровительных лагерей (Нижнеудинский район, Усть-Илимск, Свирск, Черемхово и т.д.), дополнительные корпуса спальные ввели в ряде летних лагерей. Кроме этого из областного бюджета выделяются средства 20 областным государственным учреждениям, которые оказывают услуги по обеспечению отдыха и оздоровления детей, в общей сложности около 100 млн рублей.

Теперь по готовности, по предписаниям. У нас были даны управлением Роспотребнадзора 235 предписаний. По состоянию на 29 мая выполнено 96%. Считаю, что до 10 июня мы все эти предписания выполним.

Д.Медведев: Контролируйте тоже ситуацию.

Теперь вернёмся к коллегам, которые на федеральном уровне обеспечивают исполнение необходимых требований.

Пожалуйста, Александр Владимирович Горовой. Как по линии МВД обстоит ситуация?

А.Горовой (первый заместитель Министра внутренних дел): Абсолютно понимаем ответственность Министерства внутренних дел по обеспечению безопасности как отдыха вообще, так и детей в частности.

Наша работа структурирована приказом, который подписан 9 марта, по всем направлениям деятельности. Сегодня нас удовлетворяет взаимодействие с коллегами из Министерства образования, спасибо им за определённую наступательность, и нашими коллегами из субъектов Российской Федерации.

Итоги готовности по линии органов внутренних дел страны подведены в прошлую пятницу с участием заместителей губернаторов всех субъектов Российской Федерации, отвечающих за взаимодействие с правоохранительными органами. Мы максимально проработали вопросы с персоналом оздоровительных организаций по действиям при нарушениях общественного порядка либо возникновении каких-либо угроз. Инструктажи продолжаются по мере приёма персонала в эти заведения.

Повышенное внимание уделяем в силу экстенсивности транспортных и людских потоков Краснодарскому краю, Крыму и Севастополю. По отдельному приказу туда с завтрашнего дня откомандированы 700 человек личного состава из других субъектов страны для оказания помощи.

На всех железнодорожных вокзалах, в аэропортах с завтрашнего дня у нас разворачиваются пункты мониторинга при дежурных подразделениях транспортной полиции по контролю за логистикой и передвижением организованных групп детей. 100% поездов будут физически сопровождаться.

Пользуясь присутствием глав субъектов Российской Федерации, хотел бы обратить внимание коллег на следующие вопросы. Несмотря на подписание Федерального закона 28 декабря 2016 года, накладывающего прямую ответственность, в том числе, за обеспечение охраны порядка и безопасности со стороны администраций этих лагерей и их собственников, мы продолжаем в силу определённых проблем – финансовых, методических, географических – оказывать помощь территориям, в том числе и по выделению личного состава. Я благодарю присутствующих здесь губернаторов, которые для выполнения этой задачи разместили и поставили на котловое довольствие личный состав органов внутренних дел.

Мы приняли участие в обследовании всех 100% лагерей, которые готовятся к приёму детей для летнего отдыха. Информация была направлена вместе с коллегами из территориальных подразделений Минобразования нашими коллегами из МЧС главам субъектов и соответствующим прокурорам. Динамика пока по некоторым вопросам оставляет желать лучшего. Я хотел бы обратить внимание особенно на вопросы извещения и реагирования. На сегодня по стране 57% заведений, предназначенных для отдыха детей, оборудованы кнопками вызова. Мы продолжаем здесь работать вместе с коллегами из Федеральной службы войск национальной гвардии, идём навстречу хозяйствующим субъектам, несмотря на определённые затраты, прекрасно понимая, что это касается детей.

Очень интенсивно работаем по проверке персонала, который должен работать в этих лагерях. По опыту прошлого года в результате наших проверок были отведены от работы с детьми 417 человек. Мы в пятницу в этом плане переговорили, и приказы по приёму не будут подписываться без согласования руководителей территориальных органов министерства.

Д.Медведев: Это по всем регионам 417 человек?

А.Горовой: По всем. В прошлом году.

Мы обращаем внимание на несанкционированные лагеря. В прошлом году, в том числе по нашей инициативе, были закрыты 48 таких учреждений. Мы переговорили с заместителями губернаторов, чтобы не допустить подобного рода факты в этом году.

Д.Медведев: Я уже сказал: что такое несанкционированные лагеря. Если это постоянно действующие места проживания детей, где их размещают за плату, то это грубейшее нарушение закона и повод для возбуждения уголовного дела, вне всякого сомнения. И просил бы МВД тоже к этому так и относиться.

А.Горовой: Я услышал.

И последнее. Я хотел бы обратиться ко всем операторам организации организаторам детского отдыха. Мы и по своему направлению серьёзное внимание уделяем отдыху и занятости детей, которые стоят на профилактических учётах. В прошлом году была подвижка, «подучётников» отдыхало уже 77%.

На сайтах управлений Министерства внутренних дел всех субъектов обозначены номера телефонов, на которые родители либо дети могут позвонить и сообщить о тех или иных недостатках, которые имеются в том или ином учреждении по различным направлениям их функционирования. Приказами руководителей территориальных органов за каждым этим учреждением закреплены руководители либо подготовленные офицеры.

Россия > Образование, наука. Миграция, виза, туризм > premier.gov.ru, 31 мая 2017 > № 2197450 Дмитрий Медведев

Брифинг Александра Новака и Мохаммеда Баркиндо по завершении встречи.

Из стенограммы:

А.Новак: Мы очень активно сейчас взаимодействуем с ОПЕК. Во-первых, это связано с нашими совместными действиями со странами ОПЕК по стабилизации ситуации на рынках. Здесь ключевую роль играет генеральный секретариат ОПЕК, сама организация и лично господин Баркиндо, который сегодня находится в Москве и только что встречался с Председателем Правительства, чтобы ещё раз подтвердить поддержку нашим совместным действиям.

Второй формат, в котором мы взаимодействуем, – это энергодиалог между Россией и секретариатом ОПЕК. Работу такого формата мы возобновили в 2012 году. Он очень полезный, поскольку позволяет нам обмениваться опытом, информацией, совместными исследованиями и делать оценку текущей ситуации и прогнозы на будущее по ситуации на нефтяных рынках. Кроме этого мы ведём совместные работы, исследования по разным направлениям, темам, более узконаправленные, но влияющие на ситуацию на рынке, например: ситуация со сланцевой нефтью и её влияние на мировые рынки, исследования в области развития нефтепереработки, исследование роста возобновляемых источников энергии и влияния на ситуацию, связанную с будущим нефти, и другие. Это очень интересное и важное взаимодействие.

После соглашения о сделке, которая сегодня реализуется, когда закончится её действие и рынок войдёт в равновесие, мы, безусловно, будем продолжать работать и взаимодействовать с ОПЕК. В организацию входят страны-экспортёры. Мы также страна, которая является экспортёром углеводородов, и нам важно обмениваться интересующими нас вопросами, темами и делать совместные прогнозы.

Вопрос: Звучали слова «институализация отношений». Будет ли создан какой-то орган, может быть, комитет?..

А.Новак: Мы сейчас над этим работаем вместе с нашими странами. Это площадка, на которой консолидировались страны ОПЕК и не входящие в ОПЕК, она могла бы продолжать свою работу и по окончании действия соглашения по сокращению добычи. Мы думаем, в каком формате это будет. Не комитет в узком составе, а, может быть, это будет министерская встреча, которая будет проходить один или два раза в год в более широком составе, включая страны ОПЕК и не входящие в ОПЕК. Мы поручили такие предложения подготовить. На очередном заседании мониторингового комитета мы услышим эти предложения, с тем чтобы обсудить их на министерской встрече, которая состоится в ноябре.

Вопрос (как переведено): Господин Баркиндо, означает ли это, что страны, которые не участвуют в сделке, примут участие в диалоге со странами ОПЕК и странами, не входящими в картель? Будут ли страны, которые в настоящее время не снижают нефтедобычу, привлечены к такому обмену мнениями?

М.Баркиндо: Да, те самые 24 страны, которые сейчас связаны подписанной Декларацией о сотрудничестве, те, кто твёрдо намерен выполнять то, о чём договорились. Как видите, выполнение соглашения пока идёт неплохо. За время работы Министерского мониторингового комитета (ММК) мы создали новые структуры, которым оказывает помощь Совместный технический комитет (СТК). Он проводит встречи ежемесячно, а Министерский мониторинговый комитет – раз в два месяца. Все отчёты ММК и СТК подтверждают высокий уровень выполнения обязательств странами − участниками соглашения. Это существенно повлияло на рынок. В настоящее время обязательства полностью выполняются. Как только что сказал министр Александр Новак, кооперация и сотрудничество между нами, ОПЕК, и не входящими в эту организацию странами будет продолжаться и после выполнения соглашения. Помимо приведения рынка в равновесие мы в настоящее время рассматриваем возможность институализации этого партнёрства между ОПЕК и не входящими в неё нефтедобывающими странами на постоянной основе.

Вопрос: То есть, если срок действия соглашения истекает в марте, продолжат ли Совместный комитет министров по мониторингу сокращения добычи нефти и Совместный технический комитет работу над отчетами или эти механизмы сотрудничества прекратят свое существование вместе со сделкой?

М.Баркиндо: Эта работа продолжается, мы обсуждали это во время встреч на заседаниях ОПЕК и 25-го числа на министерском заседании стран ОПЕК и стран, не входящих в эту организацию. Секретариат работает с различными комитетами − Советом экономической комиссии ОПЕК, Советом директоров ОПЕК, СТК и Техническим комитетом стран ОПЕК и не входящих в неё стран − над созданием эффективной системы, которая обеспечит это взаимодействие и сотрудничество на постоянной основе, поскольку мы считаем, что это сотрудничество отвечает интересам не только производителей, но и потребителей, и, следовательно, всей мировой экономики. Если хотите, мы закладываем фундамент католического брака. Мы уверены, что этот брак не завершится разводом. И мы только что получили благословение его превосходительства премьер-министра Медведева, который поддерживает то, что сделано на сегодня, и призывает нас продолжить работу для достижения этих долгосрочных отношений.

Вопрос: Господин Баркиндо, поднимался ли в ходе вашей сегодняшней встречи вопрос о вступлении России в ОПЕК?

М.Баркиндо: Мы весьма удовлетворены уровнем и качеством существующего взаимодействия с Российской Федерацией. Как сказал господин Новак, сегодня состоялась шестая встреча на высоком уровне Энергетического диалога Россия − ОПЕК. Энергетический диалог, начатый давно, 11−12 лет назад, постепенно терял своё значение. Господину Новаку удалось вернуть этот диалог к жизни. С 2012 года он регулярно принимает участие в его работе и стал одним из его лидеров. Сегодня у нас был очень плодотворный день, шестой, и мы договорились о проведении последующих технических заседаний с Россией. Мне кажется, благодаря его умелому руководству ОПЕК и Россия открыли новую главу взаимовыгодных отношений. И это отвечает не только интересам ОПЕК и России – с его помощью мы смогли привлечь к подписанию этой Декларации о сотрудничестве ещё 10 стран. Поэтому его деятельность отвечает интересам всех. Однако решение вступить в ОПЕК – это суверенное решение, и я не вправе обсуждать его или отвечать на Ваш вопрос.

Вопрос: Александр Валентинович, вопрос по Саудовской Аравии. Вы сказали, что в Иране российские нефтекомпании работают вместе с компаниями Саудовской Аравии по совместным проектам. Можете перечислить их или сообщить какие-то детали?

А.Новак: У нас было подписано соглашение между нашими министерствами – Министерством энергетики Российской Федерации и Саудовской Аравии – о развитии сотрудничества в области энергетики. В развитие этого соглашения у нас создана рабочая группа, куда входят представители министерств, компаний, и они регулярно проводят свои встречи, для того чтобы найти точки развития, совместные направления сотрудничества. Их достаточно много, мы определили порядка 30 направлений. Речь идёт и об участии в добычных проектах, разведке, реализации проектов по развитию нефтегазохимии, по возобновляемым источникам энергии, технологии сжиженного природного газа. Нефтесервис, участие российской компании в Саудовской Аравии и саудовских в России – сейчас идёт диалог по этому поводу. Вы знаете, здесь, в Москве два дня находился Министр энергетики Саудовской Аравии, он встречался с руководством наших компаний, господин аль-Фалих. Я думаю, что более конкретные проекты по данным направлениям, которые я озвучивал, мы сможем назвать после того, как компании между собой проработают все вопросы, касающиеся этих проектов.

Вопрос: Скажите, а установили уже дату следующего мониторинга?

А.Новак. Мы с господином Баркиндо обсуждали сегодня возможность проведения с 22 по 24 июля. Я думаю, что мы согласуем со всеми участниками мониторингового комитета.

Вопрос: Господин Баркиндо, присоединятся ли международные компании к соглашению ОПЕК, то есть не только страны, но и компании?

М.Баркиндо: Мы не можем исключать никакие варианты в среднесрочной и долгосрочной перспективе, в зависимости от формата взаимодействия и сотрудничества, над которым мы сейчас работаем. В данный момент при разработке этого формата мы рассматриваем все сценарии. Пока рано говорить, каким он будет.

Австрия. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > premier.gov.ru, 31 мая 2017 > № 2197447 Александр Новак