Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
![Главное](/images/star.png)
Выступление Президента Группы Всемирного банка Дэвида Малпасса на встрече министров финансов и председателей центральных банков «Группы двадцати»
Благодарю Вас, господин председатель. Я хотел бы выразить признательность министру Аль-Джаадану и Саудовской Аравии за работу в рамках «Группы двадцати» в течение этого года, а также за существенный прогресс в деле облегчения бремени задолженности для беднейших стран, включая продление моратория на обслуживание долга, дополнение к условиям и единый рамочный подход. Всё это будет очень полезным.
Некоторые страны уже восстанавливаются, однако пандемия всё ещё приводит к тяжким последствиям, а уровень бедности резко повышается. Неравенство и изменение климата приводят к политической нестабильности и усугубляют неустойчивость, кризис с беженцами и проблему насилия в отношении женщин.
Международное сотрудничество сейчас важно, как никогда, и Группа Всемирного банка находится в центре многих ключевых инициатив в области международного развития.
Благодаря вашей поддержке в качестве членов Совета управляющих Всемирного банка, мы находимся на пути к рекордному увеличению объёмов зарезервированных и предоставленных средств. Объём расходования средств в квартале, который заканчивается 30 сентября, вырос в два раза по сравнению с прошлым годом; мы также увеличиваем объёмы предоставляемых грантов и финансирования на льготных условиях.
Мы осуществляем программы чрезвычайного реагирования в сфере здравоохранения в 112 странах с использованием механизма ускоренного предоставления средств, в рамках которого теперь имеется доступ к дополнительному финансированию в размере 12 млрд долларов США для закупки и доставки вакцин. Мы – в сотрудничестве с ВОЗ, ЮНИСЕФ, Глобальным фондом и Глобальным альянсом GAVI – уже ведём работу по оценке готовности к оперативному использованию вакцин в интересах 100 стран. Координируя свои действия с Коалицией по инновациям в области обеспечения готовности к эпидемиям (CEPI), IFC осуществляет меры, призванные обеспечить инвестирование дополнительно 4 млрд долларов США в производство и распределение вакцин и продуктов, поддерживающих программы вакцинации.
Мы работаем со всеми клиентами, однако признаём, что страны, подверженные нестабильности, конфликтам и насилию (FCV) испытывают наибольшую потребность. Мы ведём работу в Судане, Сомали, Ливане, Эфиопии, на Западном берегу и в секторе Газа, регионе Сахель, а также во многих других точках. Я надеюсь, что в Судане удастся быстро приступить к урегулированию проблемы просроченной задолженности. Этот вопрос требует неотложного внимания, учитывая приток беженцев из Эфиопии, и его решение позволит Всемирному банку практически немедленно организовать поступление существенных финансовых средств.
Мы стремимся обеспечить более экологичное, устойчивое восстановление. На протяжении последних пяти лет Группа Всемирного банка является крупнейшим международным инвестором в области финансирования климатически значимой деятельности. Я горжусь тем, что за время, которое я занимаю свой нынешний пост, Группа Всемирного банка инвестировала в эту сферу больше, чем в какой-либо период своей истории. В перспективе ключевая цель для нас состоит в том, чтобы увеличить масштабы финансирования климатически значимой деятельности и добиться более качественных результатов с точки зрения сокращения объёмов выброса парниковых газов и оказания содействия странам в достижении их определяемым на национальном уровне вкладов.
МАР наращивает объёмы финансирования на начальном этапе, чтобы предоставить больше ресурсов беднейшим странам. Вследствие этого в 2022 и 2023 годах будет ощущаться нехватка финансирования. Мы приветствует призывы со стороны Японии, Индии и других стран пополнить ресурсы МАР.
Крайне важной для обеспечения максимальной действенности этой помощи станет прозрачность. Я с удовлетворением отметил прогресс, который был достигнут во время председательства Саудовской Аравии. Важным шагом стал призыв «Группы двадцати» к странам-участницам инициативы по приостановке платежей в счёт обслуживания долга (DSSI) согласиться на раскрытие всех финансовых обязательств государственного сектора. Мы работаем по этому вопросу в тесном взаимодействии со странами-должниками, и публикуем гораздо больше данных, чем прежде. Тем не менее, для процесса урегулирования, к которому призывала «Группа двадцати», раскрытие информации должно стать ещё более полным, и мы призываем все страны-члены «Группы двадцати» потребовать, чтобы их организации, выступающие в качестве кредиторов государственного сектора, раскрыли положения договоров займа, соглашений о рефинансировании и условия реструктуризации долга.
Я хотел бы дать высокую оценку детальному заявлению Генерального секретаря ООН, посвящённому облегчению бремени задолженности и прозрачности, которое прозвучало на этой неделе. Мы сталкиваемся с серьёзными вызовами, связанными с долгом, - такими, как ситуация в Анголе и Эфиопии, где из-за отсутствия механизмов, которые обеспечивали бы облегчение бремени задолженности на постоянной основе, перспективы в части сокращения бедности выглядят неутешительными. Я был рад тому, что в Замбии кредиторы, не принадлежащие к Парижскому клубу, такие как Экспортно-импортный банк Китая, применяют новые условия, предусмотренные инициативой DSSI, и приостановили взимание платежей в счёт обслуживания долга. Это - важный и позитивный шаг.
Я знаю, что некоторые кредиторы не желают предлагать значительного, постоянного облегчения бремени задолженности, считая, что такой шаг просто спровоцирует новый цикл формирования непрозрачного долга. Необходимо обезопасить себя от этого за счёт открытых и взвешенных мер политики с учётом опыта текущего долгового кризиса; вместе с тем, принимая во внимание остроту этого кризиса, требуется уже сейчас приступать к реализации процессов облегчения бремени задолженности.
Как и многие из вас, я был разочарован неспособностью частных кредиторов и их групп ответить на призыв «Группы двадцати». Я настоятельно призываю вас побуждать всех кредиторов в ваших юрисдикциях - как государственных, так и частных – к полноценному участию в усилиях по облегчению бремени задолженности. Нельзя допустить, чтобы решение этого вопроса откладывалось. Всемирный банк готов предоставить юридическую поддержку должникам и организовать диалог между кредиторами и должниками, используя Механизм сокращения задолженности для стран, отвечающих критериям МАР.
Комитет по развитию поручил Всемирному банку и МВФ подготовить больше предложений по решению проблемы экономически неприемлемого бремени долга стран с низким и средним уровнем доходов. Если частные кредиторы не в состоянии продвинуться вперёд самостоятельно, основным юрисдикциям, возможно, потребуется внести изменения в своё законодательство, чтобы обеспечить скорейший прогресс. Там, где предпринимаются добросовестные усилия, направленные на достижение соглашения с кредиторами, может потребоваться терпимость к формированию просроченной задолженности, чтобы поддержать расходы, связанные с пандемией. Со своей стороны, развивающимся странам необходимо обращаться за облегчением бремени задолженности, а также осуществлять меры, которые позволили бы реализовать прозрачные и устойчивые национальные стратегии, обеспечивающие привлечение новых средств в производительные сектора. Более полная прозрачность – единственный способ обеспечить баланс между интересами граждан и интересами тех, кто подписывает инвестиционные соглашения и договоры займов. Я хотел бы поблагодарить Саудовскую Аравию как председателя «Группы двадцати» за текущий прогресс, и надеюсь на работу с «Группой двадцати» под председательством Италии в следующем году.
Благодарю вас.
Выходит, музей заразней ресторана
Почему закрыты музеи, тогда как в театры и кино публика допущена, пусть и при 25% заполняемости залов?
Елена Широян, искусствовед
Нынешний музейно-выставочный сезон грозит стать самым коротким за всю послевоенную историю. Музеи в стране из-за пандемии не пускали публику с середины марта до июня, потом приоткрылись, взяв на вооружение маски, бахилы, санитайзеры и рециркуляторы воздуха. Разработали хитроумные схемы движения посетителей, спрятали сенсорные экраны и наушники... И вдруг новые запреты.
Еще в октябре перекрыли вход в учреждения культуры гражданам 65+. Вскоре в Подмосковье закрыли все музеи без разбора (остался доступ лишь в усадебные парки). Целая россыпь уникальных культурных очагов вроде музеев-заповедников Чайковского или Чехова, дворцов, как в Архангельском, или старинных крепостей, где найдутся и кремли, и монастыри, как Саввино-Сторожевский в Звенигороде. Это и грандиозные храмовые комплексы, и современные здания с прекрасной коллекцией искусства, как в Новом Иерусалиме. Но теперь смотреть на это великолепие можно только снаружи. До Нового года, который пройдет без хороводов у елки, до Крещения или вообще до Пасхи?
В ноябре в столице запретили работу временных выставок (мол, вы же помните толпы «на Серова»?). Обещали оставить действующими постоянные экспозиции, среди которых — обновленная версия «Искусства ХХ века» в Третьяковке. Эх, зря кураторы поместили в центре картину Натальи Гончаровой «Пустота» — похоже, накликали. Теперь все музеи — муниципальные и федеральные — напрочь закрыли двери. Пока — до 15 января. Мысль, что мы в этом сравнялись с Парижем и Лондоном, утешает слабо. Тогда считать мы стали раны: Музеи Кремля перенесли с минувшего апреля на спокойный, как тогда надеялись, октябрь роскошный проект «Карл Фаберже и Федор Рюкерт. Шедевры русской эмали», объединивший работы легендарной ювелирной фирмы из престижных собраний, включая лондонский Музей Виктории и Альберта. Достоят ли экспонаты до тех дней, когда пандемия ослабнет, или вернутся в домашние хранилища? Есть ведь контракты, сроки, обязательства. А ближайший сосед Московского Кремля Исторический музей даже с сайта убрал недавно развернутую выставку в честь предпоследнего императора Александра III — увидим ли мы теперь старинные фото, письма, документы, ради которых и стоит ходить на такие экспозиции?
ГМИИ имени Пушкина до последнего показывал шедевры графики из своего собрания. Год назад проект «От Дюрера до Матисса» покорял взыскательных парижан, а в Москве он с весны простоял смонтированным в ожидании зрителей, хотя хрупкие рисунки, да и вообще работы на бумаге не могут долго находиться на свету. Осторожный оптимизм высказала куратор развешенной в соседнем здании выставки «Реклама как искусство. Британский постер конца XIX — начала XX века»: экспонаты принадлежат ГМИИ, и он постарается не снимать их до конца локдауна. Но не все проекты способны продержаться так долго: требования хранения строги.
Музейщики схлестнулись в спорах. Одни считают, что закрывать музеи в эпидемию разумно. Например, Квартиру Пушкина на Мойке, 12 (это Петербург, которого пока не коснулся приказ министра Любимовой) на всякий случай прикрыли, обтекаемо объяснив на сайте — «по техническим причинам».
Сотрудники Эрмитажа негодуют: зарплата сократилась вполовину ввиду отсутствия прежних зрительских масс. А что говорят музейщики Москвы! Тут сплошь возмущение: почему закрыты музеи, тогда как в театры и кино публика допущена, пусть и при 25% заполняемости залов? О ресторанах, клубах и торговых центрах уж не говорим. Неужто они безопаснее музея?
Отдельная песня — судьба 80 имеющихся в Москве частных музеев, которым, в отличие от «бюджетников», государство вообще ничего от своих щедрот отсыпать не собирается — выживайте как знаете.
А как именно, не знает никто.
Байден обозначает свои приоритеты
Кандидат от демократов считает, что единственной целью ядерного арсенала США должно быть сдерживание.
Кандидат в президенты США от Демократической партии Джозеф Байден, который согласно прогнозам ведущих американских СМИ получит большинство голосов выборщиков, сформировал группы экспертов для оценки деятельности федеральных ведомств. Группу в Пентагоне возглавит Кэтлин Хикс, эксперт по вопросам борьбы с терроризмом и внутренней безопасности, работавшая до последнего времени в Центре стратегических и международных исследований, где занималась проблемами Азии и НАТО. В государственном департаменте во главе группы экспертов будет Линда Томас-Гринфилд, занимавшая в 2013–2017 годах пост помощника госсекретаря по делам Африки. Группу по вопросам деятельности разведывательного сообщества возглавит Стефани О’Салливэн, ранее первый заместитель директора национальной разведки.
Американские эксперты считают, что Байден, если он, как предсказывается, станет 46-м президентом США, будет добиваться заключения международных соглашений по контролю над вооружениями и направит инвестиции в развитие высоких технологий, что положительно отразится на оборонных возможностях страны.
Как отмечает еженедельник Jane’s, вопросы национальной безопасности не имели большого значения в ходе предвыборной кампании для обоих кандидатов. Тем не менее Байден успел озвучить свою позицию по ряду вопросов оборонной сферы. В частности, он, как и Трамп, намерен вывести подавляющее большинство войск США из Афганистана и других горячих точек на Ближнем Востоке. «Наша миссия ограничивается уничтожением «Аль-Каиды» и «Исламского государства» (террористические организации, запрещённые в РФ. – Ред.)», – цитирует издание слова Байдена.
Байден ранее заявил журналу Foreign Affairs, что Вашингтон должен прекратить поддерживать возглавляемую Саудовской Аравией коалицию, которая ведёт боевые действия в Йемене. «Мы должны по-прежнему уделять внимание борьбе с терроризмом во всём мире, но постоянное участие в конфликтах, в которых невозможно победить, истощает наши возможности решать другие проблемы», – сказал он.
В одном из своих выступлений Байден предположил, что «краеугольным камнем его президентства» станут инвестиции в исследования и разработки в области «чистой энергии, квантовых вычислений, искусственного интеллекта, 5G» и других инфраструктурных и медицинских технологий.
Еженедельник Jane’s указывает, что Байден будет стремиться наладить связи между США и союзниками по НАТО, поскольку за годы правления Трампа отношения с европейскими партнёрами по Североатлантическому альянсу стали натянутыми.
«Я буду добиваться продления договора о сокращении стратегических наступательных вооружений – основы стратегической стабильности между Соединёнными Штатами и Россией, и использовать это в качестве основы для новых договорённостей по контролю над вооружениями, – заявлял Байден на страницах журнала Foreign Affairs. – И я предприму другие шаги, чтобы продемонстрировать нашу приверженность снижению роли ядерного оружия. Повторюсь: я считаю, что единственной целью ядерного арсенала США должно быть сдерживание».
Кроме того, кандидат от Демократической партии планирует вернуться в Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД – соглашение по ядерной программе Ирана), изменив при этом некоторые пункты договора. Ожидается, что возвращение в СВПД будет для него одним из приоритетов.
Другой внешнеполитической инициативой Байдена, связанной с Ближним Востоком, станет вопрос создания Палестинского государства. Он, возможно, отменит «сделку века» – план администрации Трампа по урегулированию палестино-израильского конфликта, который был отвергнут палестинцами и рядом исламских государств.
Нелёгкие времена могут ожидать Саудовскую Аравию, если ЦРУ при новом хозяине Белого дома раскроет все детали убийства журналиста Джамаля аль-Хашакджи. Встанет вопрос и о поставках Эр-Рияду американского вооружения, используемого для войны в Йемене.
Тем временем из Вашингтона на минувшей неделе приходили сообщения, свидетельствующие о том, что Трамп не считает борьбу с Байденом завершённой и рассматривает Пентагон как ведомство, на которое он смог бы положиться в противостоянии с политическими противниками и в реализации своих предвыборных обещаний.
Только что назначенный исполняющим обязанности главы Минобороны США Кристофер Миллер направил сотрудникам Пентагона меморандум, в котором выразил желание окончить нынешние вооружённые конфликты с участием США, сообщила в субботу издаваемая в Вашингтоне газета The Hill. «Мы – не народ вечной войны. Это противоположность всему, за что мы выступаем и за что боролись наши предки. Все войны должны закончиться», – цитирует издание выдержки из меморандума. «В то время как мы готовимся к будущему, мы остаёмся привержены задаче борьбы с группировкой «Аль-Каида»*, которая пришла на наши берега в 2001 году. Эта война не окончена», – указал Миллер.
По его словам, США на пороге победы над «Аль-Каидой» и её союзниками, однако американцам нельзя повторить предыдущую «стратегическую ошибку», упустив из виду перспективы окончания конфликта. Миллер пояснил, что наступает «критически важная фаза», когда США переходят от лидирующей роли в конфликте к «роли второго плана».
Издание The Hill отмечает, что недавняя отставка с поста главы Пентагона Марка Эспера вызвала предположения, что администрация президента США Дональда Трампа намерена «слишком поспешно вывести контингент из Афганистана».
В конце февраля этого года США и движение «Талибан»* подписали соглашение, согласно которому американский воинский контингент будет уменьшен до уровня 8,6 тысячи человек за 135 дней. Затем в течение 14 месяцев США полностью выведут свои силы с афганской территории. Однако это будет сделано только при условии, что талибы будут выполнять свою часть соглашения. В частности, они должны на деле вести борьбу с террористическими группировками на территории Афганистана (прежде всего связанными с «Исламским государством»*) и вступить с властями в Кабуле в диалог по урегулированию конфликта в стране. Однако в период предвыборной кампании Трамп пообещал к концу декабря вывести американских солдат из Афганистана.
На этой неделе бывший сотрудник Пентагона, сохранивший связи с нынешним руководством военного ведомства, заявил американскому информационному бюллетеню McClatchy Report, что Трамп хотел бы «обезглавить гражданское руководство Пентагона» с целью более активно использовать военных для отстаивания позиции, что именно он, Трамп, одержал победу на президентских выборах.
Между тем за отставкой на прошлой неделе главы Пентагона Марка Эспера последовали другие кадровые перестановки в министерстве обороны. В отставку ушли исполняющий обязанности заместителя министра по политическим вопросам Джеймс Андерсон и заместитель министра по разведке Джозеф Кернан, а также глава аппарата министра Джен Стюарт, являвшаяся ранее сотрудником комитета по делам вооружённых сил палаты представителей США. Все трое высокопоставленных сотрудников заменяются более лояльными к политической повестке Трампа людьми.
34-летний Эзра Коэн-Уотник, исполнявший обязанности помощника министра обороны по специальным операциям и конфликтам низкой интенсивности, теперь и.о. заместителя министра обороны по разведке. По данным американских СМИ, его карьере способствует то, что его родители знали Джареда Кушнера, зятя и старшего советника Трампа.
60-летний бригадный генерал в отставке Энтони Тата будет исполнять обязанности заместителя министра обороны по политическим вопросам. Этот нетерпимо настроенный к последователям ислама комментатор телекомпании Fox News известен в политических кругах США тем, что называл президента Обаму «лидером террористов». С августа он являлся исполняющим обязанности помощника заместителя министра обороны по политическим вопросам.
Известно также, что Миллер назначил своим старшим советником полковника в отставке Дугласа Макгрегора, который ранее неоднократно выступал за прекращение участия США в конфликтах на Ближнем Востоке и Афганистане. Телеканал CNN утверждает, что начальником аппарата Миллера станет Каш Патель, который недавно занимал пост старшего директора по борьбе с терроризмом в совете национальной безопасности.
По информации газеты The Washington Post, следующим кандидатом в отставники может стать заместитель министра обороны Дэвид Норквист и даже председатель объединённого комитета начальников штабов генерал Марк Милли. В случае ухода последнего в Пентагоне может произойти «землетрясение», предупреждает издание.
Екатерина Виноградова, «Красная звезда»
* Террористическая организация, запрещённая в РФ.
Евгения Крюкова: После съемок в «Крестах» я три дня не могла опомниться
Одна из самых красивых российских актрис – о том, может ли проповедь принять форму детектива
Александр Славуцкий
Завершились съемки сериала «Подражатель» (кинокомпания Star Media по заказу телеканала «Россия»). Фабула такова: в Петербурге происходит убийство, копирующее преступление 20-летней давности. Та преступница все еще в тюрьме — и следствие принимает парадоксальное решение: обратиться к ней как консультанту и сделать своей союзницей. Эту роль играет известная, давно полюбившаяся российским зрителям актриса Евгения Крюкова. Пока канал готовится к показу сериала, «Труд» с ней побеседовал.
— Евгения, вы строги при выборе проектов. Что привлекло вас в «Подражателе»?
— Необычная интрига в сюжете. Образ героини, глубокий и противоречивый. Тут требовалось вникнуть в психологию человека, лишенного свободы. Для этого я встречалась с женщинами, осужденными на длительные сроки заключения, и они оказались совсем не такими, как я себе их представляла. Говорят, после 20 лет заключения происходит необратимая трансформация личности. Подумайте, каково год за годом находиться в среде, где никогда не выключается свет и нет возможности уединиться. Но при этом они удивляют умением не суетиться, терпеливо ждать. А моя героиня вдруг возвращается в давно ею покинутый мир, встречается с дочерью, которую не видела 20 лет...
— Расскажете про встречи с кем-то из реальных узниц?
— Пришла красивая женщина интеллигентного вида, с прямой спиной. Никаких татуировок или сигарет во рту с фиксами. А между тем она провела за «колючкой» 10 лет по экономической статье. Что поразило — ни разу не ушла от ответа на мои подчас резкие вопросы. Говорила прямо, как и держалась. Я тогда поняла, что и в тюрьме можно сохранить человеческое достоинство. Врезались в память ее слова: «Неважно, за что ты сидишь, важно, какой ты человек».
— Какие эпизоды съемок запомнились больше всего?
— Особо впечатлили два момента. Первый — эпизод в часовом механизме башни Петропавловской крепости, куда доступ обычным смертным закрыт. Второй — сцена в легендарной питерской тюрьме «Кресты». Не думала, что это окажется так тяжело. Здание историческое, в каком-то смысле памятник архитектуры, но если изначально камеры строились как одиночные, то потом в них набивали людей, как селедку в банки. Сами стены накопили такой мрак, впитали столько страдания, что после съемок этого эпизода я дня три не могла опомниться, прийти в себя. Для сравнения — помню воздух у Стены плача в Иерусалиме, в нем тоже разлита печаль, но он как будто звенит от близкого присутствия Бога. А в «Крестах» он гудит роем людских несчастий.
— На нашем телевидении и без «Подражателя» хватает детективов. Чем, на ваш взгляд, он выделяется среди других проектов?
— Не берусь говорить о других фильмах, но у нашего проекта очень серьезная задача: не только заинтриговать (какой же детектив без этого), но и задать важные нравственные вопросы, из которых, наверное, главный — имеет ли герой (в моем случае героиня) право на самосуд?.. На всю жизнь запомнила случай в городе Иваново. Мы там играли спектакль «Анна Каренина», и на показ пришел мой знакомый батюшка — серьезный, глубокий человек, с довольно большим приходом.
Во время легкого банкета после спектакля он поднялся и произнес: «Я хочу сказать вам спасибо. На меня сегодня смотрели как на ненормального — как это православный священник, в своих проповедях осуждающий смертные грехи, аплодирует самоубийству. Но проповедовать можно по-разному. И я аплодировал не самоубийству, а тому, что люди после спектакля выходят, задумавшись о важном». Вот мне бы хотелось, чтобы и с нашим фильмом случилось подобное — чтобы зрители задумались о чем-то серьезном из своей жизни. А уж в детективной форме это подано или какой-то иной — особого значения не имеет.
— Почему-то многие из современных наших детективов снимаются в Петербурге. У вас есть объяснение?
— Оно на поверхности: дело в самой фактуре города, в его архитектуре, облике, духе. Здешние дома, дворы, крыши, улицы, каналы можно обыгрывать на все лады. Над Петербургом разлита атмосфера творчества — столько всего здесь передумано, перечувствовано, создано! Между прочим, был момент, когда продюсеры решили перенести съемки в Москву. Вся творческая группа очень расстроилась: Москве, конечно, не занимать своеобразия, но такой интересной «детективной» фактуры, как Кресты или Петропавловская крепость, в ней не найти. А когда решили остаться снимать в Питере, радость была всеобщей.
— Не слишком ли много в вашей карьере детективов?
— Я так не считаю. У меня много фильмов самых разных жанров. Есть комедии, романтические мелодрамы, лирика и многое другое. Главное ведь, повторю — не жанр, а возможность рассказать зрителю волнующую человеческую историю.
— А есть у вас роль-мечта, которую вы пока не осуществили?
— Представьте, нет. Если ставишь перед собой конкретную планку, после ее достижения тебе может стать скучно. А мой критерий предельно прост — роль должна быть мне интересна. Я и не снималась довольно долго, потому что не было таких предложений, пока не появился «Подражатель». Теперь буду ждать другого столь же яркого случая. А банального ответа вроде «Хочу сыграть Леди Макбет» от меня не услышите. Актерская жизнь вообще больше импровизация, чем запланированное восхождение к заветной цели.
— Сейчас принято сетовать, что кино из режиссерского превратилось в продюсерское.
— Могу присоединиться к таким сожалениям. Сегодня мало кто из режиссеров способен взять на себя всю ответственность за фильм. Как это делали, к примеру, Сергей Александрович Соловьев или Эльдар Александрович Рязанов, снимавшие исключительно в свое удовольствие и так, как им хочется. Я прекрасно помню и очень люблю то глубокое и обстоятельное кино. А сейчас все упирается в деньги, сроки, рейтинги. Совсем другие темпы — и степень художественной глубины и проникновенности. Наверное, это тоже по-своему интересно — в условиях ограниченного времени и бюджета постараться снять яркое кино. Тут тоже требуется высокий профессионализм съемочной группы.
— Много лет вы играете в Театре имени Моссовета. Чем он вам дорог?
— А чем вам дорог ваш родной дом? В ГИТИСе моим мастером и педагогом был Павел Осипович Хомский — художественный руководитель Театра имени Моссовета. Еще студенткой я сыграла там две свои первые главные роли и начала репетировать третью. Так что сомнений, куда идти после института, не было. Я в этом театре сформировалась как актриса, знаю тут каждый уголок, каждую ступеньку. И меня в этом микрокосмосе помнят еще со студенческих времен.
— Как на вашем театре сказалась пандемия коронавируса?
— Мы долгое время ничего не играли. Пришлось перенести ряд премьер. Сейчас театр постепенно возвращается к обычной жизни. Снова пошли спектакли, разумеется, с соблюдением всех необходимых мер предосторожности, включая неполную загрузку зрительного зала. Надеюсь, это не навсегда. Сама я исправно ношу маску, постоянно дезинфицирую руки. Если вдруг придется снова уйти на самоизоляцию, как это было весной — значит, такова необходимость. Моя семья, кстати, карантин перенесла хорошо, мы живем за городом, приусадебный участок довольно большой, есть где подвигаться, подышать воздухом, поработать. Честно вам скажу, это было даже здорово, потому что столько времени с близкими я очень давно не проводила. Настоящий праздник.
— Помимо актерской профессии у вас две линии бизнеса...
— Я занимаюсь фарфором и керамикой, а также производством одежды. Что касается керамики, долгое время это и бизнесом нельзя было назвать — скорее хобби и творчеством. Мы с моими сотрудниками исследовали все этапы производства, и, когда поняли, что в состоянии предложить что-то свое, вышли на рынок. Продвигаем авторскую продукцию хорошего качества, не имеющую аналогов. Собрали прекрасную команду мастеров, технологов, администраторов, рассчитываем на дальнейший рост. Сейчас все так отлажено, что я могу спокойно уезжать на два месяца на съемки, не тревожась, как оно там без меня.
— А как вы вообще пришли к «фарфоровой» идее?
— Случайно. Без хозяина осталась керамическая мастерская, где у меня были знакомые. Я заинтересовалась, потом добавила к керамике фарфор... А теперь у нас даже свои ноу-хау есть.
— А что скажете насчет линии одежды?
— И здесь надо благодарить случайность. В советское время модно и красиво одеться было непросто, я с молодости полюбила шить. Потом из-за тотальной нехватки времени начала сотрудничать с одним ателье. В конце концов его сотрудницы предложили мне делать собственную коллекцию. Сейчас этих коллекций выпущено уже несколько. О них писали глянцевые журналы. Сейчас выпускать коллекции не так актуально, но у нас остались клиенты, делающие точечные заказы... Оглядывалась я и на модельный бизнес. В знаменитом агентстве Elite мне сулили златые горы, но я хотела заниматься актерской профессией. Поработав в Париже, вернулась в Москву. Ни секунды о том не пожалела — играть на сцене несравнимо интереснее, чем ходить по подиуму.
— А теперь и ваша дочь выбрала актерскую профессию...
— Я долго была против, поскольку знаю и изнанку нашего дела. Но дочь твердо сказала, что это ее осознанное решение, и попросила не вмешиваться. При поступлении в институт запретила мне приближаться к приемной комиссии. Более того, долго скрывала, что является моей дочерью. Я ее понимаю: ей важно быть уверенной, что ее достижения — не результат чьего-то покровительства. Горжусь, что она именно так себя ведет. Но если ей иногда нужны совет, подсказка, объяснение, с удовольствием даю.
— А если и ваш сын захочет стать актером?
— Буду категорически против, потому что считаю профессию актера не самой удачной для мужчины.
— Это еще почему?
— Мужчина — это прежде всего ответственность, умение принимать решения. А судьбу актера, в общем-то, решают другие — продюсер, режиссер... Да не обидятся на меня актеры-мужчины — куда без них в нашей профессии, — но я ее считаю, по сути, женской. Наверное, бывают исключения, но они, как известно, лишь подтверждают правило.
— Вы любите путешествовать?
— Мы много раз были в Китае, Вьетнаме, Непале, Камбодже. Европа, Африка, Южная Америка тоже прекрасны, но Азия привлекает обилием тихих, укромных, все еще не истоптанных туристами мест. Всегда поражаюсь тому, насколько жизнь, люди, природа там отличаются от нашей повседневности. Это красивый и загадочный мир. Особенно мне запомнился Непал. Мы с мужем ездили по небольшим монастырям и восхищались красотой не только гор, но в первую очередь людских душ. Однако, знаете, все-таки театр я люблю еще больше. Вот сейчас в «Моссовете» начинаются репетиции нового спектакля, в котором у меня очень интересная роль. Больше пока ничего не скажу — приходите на премьеру!
![Главное](/images/star.png)
НАША ПЕСНЯ ХОРОША, НАЧИНАЙ СНАЧАЛА
ИЛЬЯ ФАБРИЧНИКОВ
Член Совета по внешней и оборонной политике, коммуникационный консультант.
АФГАНСКАЯ И ИРАНСКАЯ ПОЛИТИКА США ПРИ ДЖО БАЙДЕНЕ
У Трампа осталось два месяца для того, чтобы сделать жизнь администрации Байдена совершенно невыносимой хотя бы на двух направлениях: Иран и Афганистан. И хотя бы в среднесрочной перспективе.
Всю вторую половину своего президентского срока на внешнем треке Дональд Трамп построил на стратегии «быстрых побед». Одно направление – закручивание гаек во всём, что касается Ирана (не в последнюю очередь благодаря тесному взаимодействию своего советника по национальной безопасности Джона Болтона с заливными монархиями). Другое – вывод американских войск из Афганистана: их присутствие там сократилось по меньшей мере вдвое, начался процесс мирного урегулирования с запрещённым в России движением «Талибан». Его интеграция в афганский внутриполитический процесс должна завершить во многом бесцельное почти двадцатилетнее пребывание оккупационных сил западной коалиции в этой стране.
Давление на Иран было частью куда более сложной игры трамповской администрации на Ближнем Востоке по созданию широкой антииранской коалиции, а, вернее даже объединенного антииранского фронта, включающего в себя, с одной стороны – заливные монархии (ОАЭ, Бахрейн, Иорданию и, в самой ближайшей перспективе, Саудовскую Аравию), а с другой – Израиль, который получил из рук советника и зятя американского президента Джареда Кушнера желаемую еврейским государством формулу ближневосточного урегулирования: столица в Иерусалиме, посольства в Иерусалиме, сектор Газа. На возмущение палестинцев не стали обращать внимания. Дополнительно ситуацию обострили, ликвидировав заместителя руководителя КСИР, командира спецподразделений «Кудс» Кассема Сулеймани, видимо, чтобы сделать более сговорчивыми иракцев, внешнеполитический и военный приоритет Тегерана.
Иран обещал кары небесные на головы американских дипломатов, разведчиков и военных, работающих в регионе. Однако, предсказуемо, ничего не произошло: даже давно ожидавшееся завершение санкционного режима ООН, которое запрещало продажу иранцам систем тяжёлого вооружения, никак не отразилось на региональных позициях Тегерана – никто из поставщиков ВВТ не спешит заключать с иранцами сделки, боясь реакции Вашингтона. По факту Иран остался «при своих», тогда как администрация Трампа последовательно занималась его окружением со всех сторон. Но даже с помпой разрекламированное примирение суннитских монархий с Израилем (не в последнюю очередь под соусом совместного противостояния Тегерану) принесло Белому дому меньше дивидендов, чем ждали: поддержки еврейского лобби для победы на выборах не хватило.
С Афганистаном ситуация складывалась иным образом. Трамп, в отсутствие серьёзных внешнеполитических прорывов, был исключительно ориентирован на вывод регулярных американских войск из страны, но для этого нужно было создать хотя бы видимость внутриафганского мирного процесса. Открытие в Дохе при поддержке США межафганских переговоров с участием талибов и представителей президента Ашрафа Гани, которые продолжаются уже более полугода, не просто не принесли желаемых результатов: масштабные теракты и в Кабуле, и в других крупных городах стали греметь только чаще (за последний месяц четыре крупных взрыва, последний случай – в Кандагаре), и всё это – на фоне постепенного сокращения военного присутствия США (сейчас в стране около 4 тысяч военных, а в начале 2020 г. их было более 10 тысяч).
Талибы же заняли выжидательную позицию: чтобы просто подобрать власть, когда она сама упадёт к ним из рук всё слабеющего Гани, который не только рассорился с хазарейцами, таджиками и узбеками, но и останется без поддержки американских штыков. В то же время влияние «Талибана» в большинстве провинций растёт, а собственная афганская армия и силы Главного управления национальной безопасности терпят поражение за поражением.
И для Ирана, и для Афганистана приход к власти Дональда Трампа в 2016 г. был трагедией. Иранцы не просто рассчитывали на победу Хиллари Клинтон, они были в ней уверены и возлагали огромные надежды на хотя бы частичную нормализацию отношений: между иранскими МИДом и спецслужбами и Государственным департаментом с ЦРУ были протоптаны надёжные дорожки взаимопонимания не просто на оперативном, исполнительском уровне – министра иностранных дел Ирана Джавада Зарифа и госсекретаря Керри связывали хорошие рабочие отношения. Когда же к власти пришёл Трамп, иранскую повестку стали определять эмиссары движения «Муджахедин э-Хальк», у которых сформировался удивительный симбиоз с помощником Трампа, бывшим мэром Нью-Йорка Руди Джулиани. Результат – новые, ещё более жёсткие санкции, включение КСИР в перечень террористических организаций, ликвидация Кассема Сулеймани и частичная утрата «Хизбаллой» контроля над Ливаном. А приписанное иранским диверсионным отрядам нападение на эмиратские танкеры (адвокатом и бенефициаром этой версии выступал лично Джон Болтон) чуть было не взорвало всю ситуацию в регионе.
Что же касается Афганистана, то Ашраф Гани и его приближённые (круг которых таял с каждым месяцем в течение всего последнего года), окончательная утрата влияния США на позицию Пакистана по зоне племён, спешка с мирным процессом и выводом войск для того, чтобы как можно скорее набрать как можно больше внутриполитических очков – всё это привело к тому, что поддерживаемая Вашингтоном центральная афганская власть последовательно торпедировала (и продолжает это делать) любые американские шаги по снижению присутствия в стране. Без американских баз в стране режим в Кабуле обречен, а коалиционные силы с марта 2020 г. не прибегают больше к профилактическим бомбометаниям, которые могут подорвать и без того хрупкий политический процесс.
Изменится ли всё с приходом в Белый дом Байдена? И будет ли готова новая администрация учитывать интересы России в Афганистане, снизить давление на Тегеран?
Демократические администрации стабильно рассматривали Иран как альтернативный центр силы на Ближнем Востоке, а тегеранский истеблишмент им в этом активно подыгрывал, несмотря на сопротивление Израиля и Саудовской Аравии.
Можно уверенно предположить: как только в адрес Тегерана будут транслированы хотя бы какие-то сигналы, которые иранское руководство сможет истолковать как примирительные и позволяющие сторонам хотя бы «откатиться» к статусу пятилетней давности, иранский истеблишмент этим воспользуется. И элиты, и народ объективно устали находиться под санкционным режимом, который усугубляется год от года, а для американской администрации сейчас куда важнее сконцентрировать силы на противодействии Пекину и восстановлении прежних союзнических связей с Европой, которая до последнего противилась любым попыткам Трампа отправить СВПД на свалку. Судьба самого СВПД не ясна, и, скорее всего, американцы при Байдене предложат иранцам какой-то новый формат, новые переговоры (которые будут трудными, но по крайней мере – будут). Не исключено, что разговаривать захотят без участия России: вряд ли новая американская администрация откажет себе в удовольствии ударить по сотрудничеству России и Ирана. По некоторым признакам похоже, что сами иранцы не будут сильно возражать, если взамен получат ослабление давления.
Что же касается афганской политики, похоже, она вряд ли вернется в число приоритетов для приложения американских усилий. Байден и его внешнеполитическая администрация не смогут решить проблему Афганистана – ситуация слишком запущенная, чтобы ей управлять, нужно наращивать и объёмы финансовой и военно-политической помощи, и присутствие войск на афганской территории. Избиратель не поймёт таких шараханий. Но вот использовать афганскую нестабильность (включая потворство экспорту напряжённости) для того, чтобы ещё большое «размягчить» российское влияние на Центральную Азию, Вашингтон вполне может. Байден вряд ли откажется от столь полюбившихся ему тезисов о том, что российские спецслужбы финансировали в Афганистане охоту за американскими скальпами. И те громкие слова, которые Байден произнёс во время предвыборных дебатов с Трампом о необходимости призвать Россию к ответу за её действия в Афганистане вряд ли не будут подкреплены никакими конкретными действиями. Для этого у Белого дома достаточно и политического желания, и ресурсов.
У Трампа же осталось два месяца для того, чтобы сделать жизнь администрации Байдена на этих двух направлениях совершенно невыносимой – хотя бы и в среднесрочной перспективе. Уже были анонсированы новые санкции в отношении Ирана, которые Белый дом будет последовательно включать, как было заявлено, «каждую неделю». А заодно может в форсированном порядке вывести по меньшей мере ещё 2500 американских штыков из Афганистана, что приведёт к окончательной деградации ситуации. Это, правда, способно сыграть на руку новым американским внешнеполитическим руководителям (поговаривают, что ими могут стать бывшая замминистра обороны Мишель Флурной и бывший посол в России Уильям Бёрнс), которые смогут продемонстрировать добрую волю и готовность разговаривать со всеми заинтересованными сторонами.
Залечить раны. Главное, чтобы было что залечивать.
Байден против Трампа: кого мир хочет видеть главой США
Какие страны желают видеть Байдена президентом США
Иван Половинин
Победитель президентских выборов в США все еще официально не определен. Хотя ряд СМИ и приписал этот статус Джо Байдену, Дональд Трамп отказывается признавать поражение и рассчитывает задержаться в Белом доме на второй срок. Сложившаяся интрига держит в напряжении не только американское общество, но и весь мир, поскольку от личности американского президента может зависеть характер отношений США с другими странами. Как международное сообщество разделилось на сторонников и противников Трампа и Байдена — в материале «Газеты.Ru».
Кандидат в президенты США от Демократической партии Джо Байден продолжает принимать от мировых лидеров поздравления с победой на выборах президента США, хотя подсчет голосов до сих пор не закончен, а действующий глава государства Дональд Трамп отказывается признавать свое поражение.
Неопределенность ситуации и неоднозначная реакция мировых лидеров на выборы провоцирует американские СМИ на дискуссию о том, какие государства надеются увидеть во главе США нового президента-демократа, а какие предпочли бы услышать новость о переизбрании Дональда Трампа.
Ближневосточный вопрос
Источники телеканала CNN в Саудовской Аравии утверждают, что из-за политики максимального давления на Иран, в котором королевство видит угрозу для своей безопасности, Трамп представляется более выгодным для Эр-Рияда партнером, чем Байден.
В королевстве опасаются, что подход демократической администрации к американо-иранским отношениям может оказаться более мягким, чем у республиканцев.
Байден уже обещал, что США вернутся к выполнению положений Совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе (СВПД) — а это предполагает снятие с Ирана большинства экономических ограничений.
Кроме того, Байден открыто говорил, что не собирается продавать Саудовской Аравии оружие на фоне продолжения конфликта в Йемене, и обещал, что Эр-Рияд заплатит за свои действия в регионе. Действующий президент подобных заявлений не делал, так что в случае его переизбрания США продолжили бы поддерживать королевство, считает обозреватель CNN Ник Робертсон.
Возможное возвращение США к СВПД в случае победы Байдена — определенно позитивный фактор для Ирана, отмечает «Аль-Джазира». При этом каким образом может быть реализован поворот американской политики, неясно, также неизвестно, попытается ли Тегеран в таком случае потребовать от США какую-либо компенсацию за несколько лет «максимального давления» со стороны администрации Трампа.
И если Иран скорее выиграет от смены главы Белого дома, то для Израиля Байден — менее выгодная фигура.
Источники арабского телеканала утверждают, что политик скорее всего возобновит экономическую и гуманитарную поддержку палестинцев.
Администрация Трампа в этом конфликте занимала произраильскую позицию. Президент активно продвигал «сделку века» — план, нацеленный на окончательное урегулирование конфликта между Палестиной и Израилем и в большей степени учитывавший интересы Тель-Авива, а не палестинцев.
И несмотря на провал этой инициативы, в преддверии выборов Трамп все же добился выгодных израильтянам подвижек на Ближнем Востоке: Объединенные Арабские Эмираты, Бахрейн и Судан согласились на нормализацию отношений с Израилем при посредничестве США. С точки зрения Ника Робертсона из CNN, Трамп активно пытался привлечь к этому процессу и Саудовскую Аравию, что приблизило бы «сделку века».
В этом королевстве находится две важные для ислама святыни — Мекка и Медина, что делает слово Эр-Рияда достаточно весомым в арабском мире. Если Саудовская Аравия также пойдет на нормализацию отношений с Израилем, многие государства могут последовать ее примеру.
«Байден может продолжить работу с Саудовской Аравией по ближневосточному миру. К решению этого вопроса стремился почти каждый американский президент, Трампу удалось создать своего рода импульс для этого», — подчеркнул Робертсон.
Сам Байден приветствовал нормализацию отношений арабский государств с Израилем, а также обещал помочь другим странам достигнуть аналогичных договоренностей. Однако кандидат-демократ также обещал изменить односторонний подход к урегулированию израильско-палестинского конфликта.
Однако отказа от поддержки Тель-Авива в целом от Байдена ожидать не стоит, уверен обозреватель «Аль-Джазира» Томас Фальк. По его словам, политика демократа на Ближнем Востоке будет отличаться от подхода Трампа, но не станет полноценной перезагрузкой.
То есть для Палестины возможная смена главы Белого дома не принесет серьезных изменений. В своих официальных заявлениях Байден не раз критиковал методы Трампа в израильско-палестинском урегулировании, но не выступал против его достижений на данном направлении.
Азиатская надежда
Впрочем, изменений подхода США к внешней политике ожидают не только на Ближнем Востоке, но и в других странах мира. В частности, в Азии большинство стран позитивно воспринимают возможную победу Байдена, отметил в разговоре с «Газетой.Ru» директор Института Дальнего Востока РАН Алексей Маслов.
«Китаю более выгоден Байден, потому что за последние несколько месяцев он как минимум не участвовал в серьезной критике Пекина.
Более того, стало известно о прямых связях его сына Хантера с КНР, поэтому китайская сторона рассчитывает на более мягкую политику со стороны Байдена. В Пекине не очаровываются и понимают, что давление будет продолжаться, но в более вежливой форме», — пояснил эксперт.
Для Японии и целой группы стран Азиатско-Тихоокеанского региона, в том числе Австралии и Новой Зеландии, также предпочтительнее победа Байдена, продолжил Маслов. Трамп прекратил все переговоры о создании Транстихоокеанского партнерства, которое должно было объединить эти страны для противостояния экономическому давлению Китая в регионе. Кандидат-демократ может вернуться к этой инициативе.
В странах Юго-Восточной Азии симпатии также находятся на стороне Байдена, уверен эксперт, потому что Трамп просто забыл о них в своей внешней политике. Исключением здесь можно считать лишь Тайвань — действующий президент в последнее время активно вооружал остров против Китая, когда Байден, скорее всего, будет придерживаться более взвешенной позиции в этом плане.
«Внешняя политика Трампа в целом была скорее деструктивной, когда Байден — глобалист, от него стоит ожидать более конструктивного подхода, в особенности с точки зрения создания каких-либо новых альянсов и союзов», — резюмировал Маслов.
С точки зрения Associated Press, победа Байдена может быть без энтузиазма принята в Индии, которая получала немало внимания со стороны Трампа из-за ее регионального конфликта с Китаем. Вряд ли политика новой администрации будет серьезно отличаться от этого подхода, но кандидат-демократ определенно станет акцентировать внимание на нарушениях прав человека со стороны Нью-Дели, что по большей части игнорировал действующий глава государства.
Кроме того, агентство указывает, что возможная победа Байдена не привнесет позитива в отношения США и Северной Кореи, так как демократ не раз называл лидера КНДР Ким Чен Ына «мясником» или «головорезом». Политик также критиковал Трампа за «дружбу» с главой Северной Кореи и обещал добиться денуклеаризации Корейского полуострова путем ужесточения санкций. По Южной Корее особых изменений при смене главы Белого дома AP не прогнозирует, разве что допускает увеличение числа совместных военных учений.
Латинский запал
По мнению главного научного сотрудника Института Латинской Америки РАН Владимира Сударева, позицию стран ближайшего к США региона наглядно иллюстрирует реакция кубинцев на американские выборы.
«Жители Кубы молили о победе Байдена, хотя кубино-американцы не слишком положительно относятся к демократу. Он говорил, что надо выкинуть в окно все, что сделал Трамп против кубинцев — поэтому у граждан Кубы была такая реакция.
Байден в принципе выгоден большинству стран Латинской Америки, кроме Бразилии», — заявил эксперт «Газете.Ru».
Кандидат от Демпартии обещал вернуть послабления в отношении части латиноамериканских государств, в том числе Кубы, Венесуэлы, Никарагуа и Боливии, продолжил Сударев. Речь идет о левых режимах, с которыми демократ призывал начать какой-то диалог — в администрации Трампа их ранее называли враждебными державами.
«Байден считает, что это абсолютно неправильное решение, потому что необходимо налаживать отношения. Так же поступал бывший президент США Барак Обама», — подчеркнул эксперт.
Как пишет The Atlantic, большую часть Латинской Америки в своей международной повестке Трамп игнорировал, сосредоточившись на ограничениях против Кубы и Венесуэлы. Байден же был основным эмиссаром Обамы в регионе, поэтому имеет необходимый опыт для налаживания взаимодействия с ним.
С точки зрения обозревателя издания Кристиана Паса, демократ может пересмотреть жесткую политику Трампа против мигрантов из Мексики, Сальвадора и Гондураса. Отчасти поэтому большинство государств региона позитивно воспринимает возможную победу Байдена.
Смешанный подход
По версии Euronews, симпатии большей части Европы на стороне Байдена. В Евросоюзе ожидают завершения негативной риторики со стороны Белого дома, которая доминировала при Трампе.
В особенности ЕС надеется на укрепление трансатлантического партнерства, отказ от таможенных пошлин и возвращение Вашингтона к ключевым соглашениям — иранской сделке и Парижскому соглашению по климату.
Единственное, где европейцы ждут продолжения трений, так это в спорах по цифровому налогу, который затрагивает крупнейшие американские корпорации Google и Facedook. Как отмечает телеканал, демократы больше республиканцев привязаны к этому вопросу, поэтому завершения дебатов ожидать не стоит.
При этом Politico указывает, что возможная победа Байдена, скорее всего, не слишком приветствуется в Великобритании из-за критики кандидата в отношении Brexit. Это может создать проблемы для заключения сделки о свободной торговле между Лондоном и Вашингтоном, которую активно продвигал Трамп.
Также опасения существуют у Венгрии, подчеркивает издание. Они связаны с тем, что руководство страны придерживается жесткой линии в отношении мигрантов и сексуальных меньшинств — президент-демократ вряд ли будет поддерживать такую политику. Скорее всего, Байден займет сторону Брюсселя, которой давно критикует Будапешт за отказ от соблюдения демократических принципов.
Касательно Африки, большинство стран с оптимизмом воспринимают возможный приход демократа к власти. Как отмечает «Би-би-си», с победой на выборах кандидата поздравили лидеры всех ключевых государств континента. Сожаления о поражении Трампа в регионе может почувствовать разве что Египет, поскольку президент Абдул Фаттах ас-Сиси сумел наладить хороший контакт с Трампом. Однако, как уточняет издание, вероятнее всего, положительный темп в двусторонних отношениях будет сохранен и при Байдене.
В случае с Турцией говорить об однозначных симпатиях к тому или иному кандидату на пост президента США не приходится.
Как пишет издание Hurriyet, официально в Анкаре не ожидают серьезных изменений в отношениях с Вашингтоном, хотя некоторые опасения у турецкой стороны все же присутствуют.
С точки зрения обозревателя издания Серкана Демирташа, Байден восстановит отношения США с Евросоюзом и НАТО, которые сильно пострадали при Трампе. Это будет иметь ряд негативных последствий для Анкары. Во-первых, в Восточном Средиземноморье Турции придется отказаться от претензий на части континентального шельфа Греции и Кипра. ЕС действиями турецкой стороны и так недоволен, а поддержка США усилит его позиции.
Во-вторых, Байден, вероятно, будет более активно работать по линии Сирии и Ливии. Трамп же стремился ограничить роль США в решении проблем этих государств. Как подчеркивает Демирташ, в таких условиях Турции будет трудно усилить свое влияние в данных странах.
«Таким образом, избрание Байдена будет означать конец выгоде Анкары от трений между Вашингтоном и Брюсселем», — уверен журналист.
И, наконец, для России возможное избрание демократа американским президентом вряд ли станет позитивным фактором, впрочем, как и победа Трампа. По словам программного директора Российского совета по международным делам (РСМД) Ивана Тимофеева, Россию в США называют главной угрозой как минимум последние шесть лет.
«Байден может начать поднимать вопросы по правам человека, ввести санкции по инциденту с Алексеем Навальным. Однако вряд ли при нем произойдут кардинальные изменения в худущую сторону, если только не будет какого-то нового политического кризиса между Россией и США», — резюмировал эксперт.
![Главное](/images/star.png)
КАК ТЕГЕРАН И ЭР-РИЯД ЗАЛИВ ДЕЛИЛИ
АНДРЕЙ ЧУПРЫГИН, Старший преподаватель Школы востоковедения Факультета мировой экономики и мировой политики Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики». Эксперт РСМД.
ЛАРИСА ЧУПРЫГИНА, Старший преподаватель Школы востоковедения Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».
ВАЛЕРИЙ МАТРОСОВ, Преподаватель Школы востоковедения Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».
В последнее десятилетие тема противостояния двух региональных акторов – Саудовской Аравии и Ирана – не только определяет политическую повестку на Ближнем Востоке, но и делит аналитическое и научное сообщества на две группы с полярными взглядами. Одна часть представителей политических элит, поддерживаемая единомышленниками в экспертных кругах, всерьёз рассматривает возможность прямого вооружённого столкновения между двумя региональными гигантами. Другая часть, видя причины в шиито-суннитском конфликте, представляет его как «вечное противостояние» двух течений ислама, не имеющее перспективы разрешения из-за догматических противоречий.
В статье представлено мнение авторов о том, каковы реальные истоки противостояния между Эр-Риядом и Тегераном, на каких «аренах» разворачиваются непосредственные действия в рамках конфликта, а также к чему может привести ближневосточная «холодная война», а к чему – не может.
История конфликта
С момента возникновения Исламской Республики Иран (ИРИ) в 1979 г. отношения между Тегераном и Эр-Риядом развивались неоднозначно. Появилось государство, сумевшее в крайне непростых условиях выстроить систему управления, экономику, культурную жизнь в «более исламском» русле. Это предполагало, что руководству Королевства Саудовская Аравия (КСА), которое позиционировало себя в качестве лидера мусульманского мира, придётся потесниться, а, возможно, и передать пальму исламского первенства своему неарабскому, да к тому же ещё и шиитскому, соседу.
Иранский пример с энтузиазмом восприняли все шииты Ближнего Востока, причём шиитское население восточных провинций Саудовской Аравии – самых нефтеносных и самых небогатых – первым выступило с политическими лозунгами в пользу иранского опыта и построения шиитского государства[1]. Кроме того, курс на воспроизведение иранской модели взял ряд суннитских группировок – таких, как «Исламский джихад» на территории Палестины.
Официальная позиция иранского духовенства, которое открыто критиковало саудовский режим и призывало к «экспорту исламской революции» в страны региона, воспринималась как угроза национальной безопасности Саудовской Аравии. Королевство, впрочем, не осталось в долгу и оказало активную поддержку Саддаму Хусейну в годы Ирано-иракской войны (1980–1988), предоставив ему помощь на сумму 27,2 млрд долларов[2].
На фоне этих событий произошёл разрыв дипломатических отношений, продолжавшийся с 1988 по 1991 год. Формальным поводом послужили столкновения иранских паломников с полицией во время хаджа[3], а также холодно встреченное в Эр-Рияде требование Ирана увеличить квоту с 55 тысяч до 150 тысяч паломников в год[4]. Однако с завершением Ирано-иракской войны Тегеран стал склоняться к выходу из региональной международной изоляции и к компромиссу с соседями. Смерть харизматичного и экспрессивного аятоллы Рухоллы Хомейни, а также осуждение Ираном оккупации Кувейта иракскими войсками годом позже способствовали восстановлению дипломатических отношений и достижению консенсуса по вопросу количества паломников (квота составила 115 тысяч человек)[5].
На протяжении более чем десятилетия отношения развивались достаточно ровно. Однако с момента вторжения американских войск в Ирак в 2003 г. они начали стремительно ухудшаться, причём основными вехами следует считать события 2003, 2011 и 2015 годов.
Американская агрессия против Ирака уничтожила прежний баланс сил в регионе Персидского залива. До начала вторжения наличие общего соперника в лице Багдада вынуждало КСА и ИРИ идти на компромиссы, вплоть до предложения (правда, нереализованного) сформировать коллективную систему обеспечения безопасности, которая включала бы и Иран, и страны Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) и была бы направлена на достижение энергетической безопасности и совместные меры для борьбы с сепаратизмом, терроризмом и так далее[6]. Но крушение иракской государственности повлекло за собой огромные по своей значимости последствия.
Хрупкий баланс внутри треугольника «Эр-Рияд – Тегеран – Багдад» был уничтожен, геостратегическое пространство претерпело существенную трансформацию. Особую роль здесь сыграли внутренние политические и социальные особенности Ирака. Государство, где шииты всегда составляли более половины населения, а сунниты формировали политическую и экономическую элиту, страна, расположенная на пересечении суннитской и шиитской осей «Саудовская Аравия – Турция», «Иран – Ливан», оказалась желанным призом для обоих претендентов на региональное лидерство[7].
Установление контроля над Ираком позволило бы и Саудовской Аравии, и Ирану существенно укрепить собственные региональные и глобальные позиции. И вот вокруг заветной цели начался новый этап политического противостояния.
Приход в 2005 г. на пост президента ИРИ энергичного и решительно настроенного Махмуда Ахмадинеджада усугубил обострение отношений Ирана с внешним миром[8]. Помимо Ирака, конфликт в формате «войн по доверенности» затронул Ливан и Йемен. В первом Эр-Рияд и Тегеран «издалека» поддерживали оппозиционно настроенные в отношении друг друга политические силы, чему в большой степени способствовала конфессиональная структура политического поля Ливана. А во втором – прямо вмешались во внутренний конфликт, причём Иран оказал содействие повстанцам, хуситам, а КСА заняло сторону официального правительства страны[9].
Таким образом, к классическому противостоянию, протекавшему на внутреннем уровне и затронувшему идеологические, религиозные, националистические противоречия, а также вопросы экономического характера (цены на нефть, логистика торговых маршрутов), добавилась неприкрытая борьба за региональную гегемонию, в которую стали вовлекаться и другие страны. Основной целью борьбы оставался Ирак.
Эта тенденция стала ещё более очевидной после начала «арабской весны». И Эр-Рияд, и Тегеран восприняли пробуждение «арабской улицы» не столько как угрозу, сколько как возможность сыграть втёмную, укрепив свои позиции в регионе[10]. Поддерживая различные правительственные и антиправительственные группировки, спонсируя их и оказывая им военную поддержку, ИРИ и КСА энергично трансформировали противостояние в полноценный региональный конфликт. Обе стороны творчески применяли давно обкатанную доктрину управляемого хаоса, демонстрируя хорошо усвоенный урок британской модели взаимодействия с Ближним Востоком. При этом и КСА, и ИРИ достаточно активно привлекали внешних акторов своими действиями «на земле» и в дипломатическом, и в экономическом секторах, приглашая их (а часто и провоцируя, как в случае с США) принять участие в этом конкурсе возможностей[11]. Вовлечённость в большинство локальных столкновений других игроков – как ближневосточных (Катар, Турция), так и внешних (Соединённые Штаты, Россия) – в свою очередь, способствовали тому, что конфликт между претендентами на лидерство проявлялся по-разному: политическое маневрирование, военные действия через лояльные группировки на месте, дипломатические игры и экономическое давление.
На фоне широкомасштабного развёртывания региональной стратегии усиливались антиправительственные выступления в Саудовской Аравии. Социальную базу протестов составляли шииты – выходцы из восточных провинций. Была задействована повестка шиито-суннитского противостояния, что позволило Ирану ужесточить риторику в отношении властей КСА. Однако в июле 2012 г. протесты практически подавили, а один из наиболее влиятельных лидеров – шиит-саудовец Нимр ан-Нимр, получивший образование в Иране, был арестован.
В 2015 г. в Саудовской Аравии произошли коренные изменения: королём стал Салман бин Абдул-Азиз, министром обороны (с 2017 г. наследный принц) – его сын Мохаммед, который позиционирует себя во внешнем мире как сторонник реформирования и обновления королевства, решительных действий на внутренней и внешней политической арене. Уже через месяц Саудовская Аравия возглавила коалицию вооружённых сил стран ССАГПЗ (кроме Омана, чьё вступление в коалицию скорее было знаково-формальным) и начала вторжение в Йемен[12].
Кажущаяся безопасность и в некотором роде чувство безнаказанности Саудовской Аравии, впрочем, вскоре подверглись двум испытаниям. Во-первых, если южные провинции Йемена легко переходили под контроль саудовского руководства и лояльного ему правительства Мансура аль-Хади, то хуситы на севере страны могли держать оборону, давать сдачи и даже занять ряд приграничных районов в самой Саудовской Аравии[13]. Во-вторых, Иран сумел договориться со странами Запада по поводу ядерной программы и начать реализацию Совместного всеобъемлющего плана действий – это, в свою очередь, фактически расширяло возможности Ирана в области ядерных разработок и одновременно подрывало доверие Саудовской Аравии к её западным партнёрам (если допустить, что таковое было изначально), так как КСА становилось уязвимым в случае успеха Ирана[14].
Вскоре после этого был казнён Нимр ан-Нимр, что вызвало волну возмущения в Иране как на народном уровне (волнения, массовые выступления, погромы саудовских представительств), так и на официальном уровне (вплоть до обвинений со стороны МИДа и разрыва дипломатических отношений). В результате саудовско-иранские контакты оказались в худшем состоянии за всё время их существования[15], а обострение противоречий в наиболее ярко выраженном виде затронуло две сферы: официальную и экстерриториальные конфликты.
ИРИ и КСА ужесточили полемику: в Эр-Рияде обвиняют Тегеран в попытке использования прокси-сил, чтобы навязать на всём Ближнем Востоке собственную политическую повестку; в Тегеране же полагают, что саудовское руководство продвигает в регионе интересы США (а заодно – Израиля). Претензии обеих сторон не лишены оснований, но взаимная политическая риторика отличается склонностью к гиперболизации. Между Саудовской Аравией и Ираном в полную силу идёт информационная война, в которую невольно (или осознанно) вовлекаются внешние акторы, позиционирующие себя в качестве союзников и противников каждого из претендентов на лидерство в регионе.
Во многих государствах Ближнего Востока не прекращается опосредованный конфликт: обе стороны обеспечивают лояльные им группировки и партии деньгами, оружием, опытом, дипломатической и медиаподдержкой. В результате целый ряд региональных конфликтов усугубляется их вовлечённостью в ирано-саудовское противостояние, а некоторые прямо возникают из него.
Внешнее влияние, или Эффект золотой рыбки: кто исполнит заветное желание?
В сферу противостояния вовлечено неопределённое количество внешних участников. Неопределённое, потому что в каждый конкретный момент идентификация их прямо зависит от характера текущей проблемы. Однако есть два фактора, которые позволяют увидеть конечный расклад.
Первый можно описать вопросом: что ты можешь сделать для меня сегодня? Причём ставится он обеими сторонами. Здесь важны политические сиюминутные интересы, разбавленные любовью к твёрдой валюте, которой обе противостоящие стороны пользуются с удовольствием.
Второй фактор – более или менее постоянный – участие США и России. Он имеет историческую природу. Конструкция «Россия – Великобритания – СССР – Соединённые Штаты – Россия» представляет собой классический пример конкурентной геополитической борьбы на Ближнем Востоке, играющей роль перманентной характеристики событий, которая определяет политический процесс в регионе в исторической ретроспективе.
Естественным образом эта самая конкурентная борьба напрямую влияет и на противостояние между КСА и ИРИ. Пусть не всегда заметно, зато всегда эффективно.
Обе конкурирующие стороны давно научились играть на душевных струнах «наивных русских и американцев», пытающихся утвердить влияние на территории, исторически принадлежащей персам и арабам. В то время, как в Вашингтоне и Москве старательно формулируют ближневосточную политику, ставя себе определённые задачи, планируя экономические и геополитические приобретения, Тегеран и Эр-Рияд используют бывших «внешних гарантов» стабильности в качестве источника дипломатического потенциала и – часто – военной угрозы в адрес конкурента.
Проще говоря, шантажируют друг друга и соседей своим мускулистым и воинственным союзником.
Особенно интересен в этом плане период президентства Дональда Трампа, и не только потому, что он совпал с серьёзными сдвигами в балансе сил на Ближнем Востоке. Приход Трампа в Белый Дом был ознаменован переменами в политике Вашингтона в отношении Ближнего Востока – он запустил переформатирование старых альянсов, вызвал когнитивный диссонанс в традиционных элитах и спровоцировал новый виток старых конфронтаций. Кроме того, при Трампе начались разговоры о выводе американского контингента с Ближнего Востока. И даже начался процесс вывода, который, однако, никак не закончится, что сбивает с толку и союзников, и конкурентов США. Всё это касается как эволюции соревновательных отношений между Тегераном и Эр-Риядом, так и конкретных политических и экономических интересов двух внешних тяжеловесов[16].
Так почему Соединённые Штаты, потеряв азарт, всё же из последних сил цепляются за Ближний Восток? И как Россия определяет свои сиюминутные и перспективные интересы?
Как это ни странно, причины присутствия США и России на Ближнем Востоке кроются не столько в специфике региона и его значении для мирового политического процесса, сколько в отношениях между двумя мировыми акторами. В период холодной войны Вашингтон и Москва, будучи внешними гарантами безопасности в регионе, строили альянсы с ближневосточными элитами в основном с целью противостоять влиянию своего визави в рамках большой геополитической игры. С исчезновением Советского Союза ничего принципиально не изменилось. Как и раньше, Россия и США продолжают «работать» с ближневосточными элитами в пику друг другу.
Но в отличие от периода холодной войны роль идеологического фактора перешла из арсенала Москвы в джентльменский набор Вашингтона.
Если в политике Кремля ясно виден политический и экономический прагматизм, пусть и не всегда достаточно ясно сформулированный, то в действиях Белого дома всё больше чувствуется идеологический подтекст. Это чревато последствиями и для региона, и для взаимодействия между основными акторами.
Как поссорились гаранты безопасности
История российско-американских отношений на Ближнем Востоке достойна пера новеллиста. Истоки «сотрудничества» лежат в тумане «большой игры» между Россией и Великобританией, дух которой плавно и практически незаметно перешёл на американо-советские и затем – на американо-российские отношения. Настолько зорко и увлечённо каждая из сторон следила за действиями другой[17], что порой создавалось впечатление, будто проблемы Ближнего Востока интересуют и Москву, и Вашингтон в последнюю очередь.
Сегодня мало что изменилось. Всё так же Вашингтон ревниво следит за действиями Москвы, стараясь вовремя понять, что задумал Кремль – «а может, и нам туда срочно нужно?». И всё так же Москва старается упредить или, по крайней мере, не сильно опоздать за движениями Белого дома в региональном контексте.
Хотя есть и существенное отличие от предыдущего исторического периода, называемого холодной войной. Теперь речь идёт не столько о борьбе за контроль над углеводородными и другими ресурсами, сколько о «чистой» геополитике – кто с кем и против кого дружит, у кого где есть присутствие и в каком объёме. То есть материальные выгоды сомнительны, учитывая, что финансовая подушка ближневосточных скруджей резко съёжилась, нефтяной фактор теряет своё значение, а традиционное противостояние в регионе трансформируется в нетрадиционное для Ближнего Востока сотрудничество[18], практически обнуляя палестино-израильскую проблему. Матч заканчивается со счётом 1:0 в пользу команды янки. Но баланс сохраняется, так как фокус игры смещается в район Средиземноморья, где российский фактор с каждым днём увеличивается благодаря турецкому аншлюсу и, судя по всему, такой «размен влияния» пока устраивает всех.
Традиционный для XX века баланс внешнего влияния в регионе между США и Россией (СССР) начинает трансформироваться в торги за «территории интересов». Вашингтон, озабоченный окормлением электората в преддверии выборов, разыгрывал израильскую карту, в то время как Москва, имея неоднозначный, но достаточно сильный козырь в виде Сирии, взяла реванш в Средиземном море. Конечная цель – не дать сопернику занять выгодную позицию.
В этом контексте нужно рассматривать характер отношений и в Персидском заливе вообще, и между Тегераном и Эр-Риядом в частности. Достаточно посмотреть на недавнюю сделку между Объединёнными Арабскими Эмиратами, Бахрейном и Израилем. Конечно, отношения носили рабочий формат уже последние десять лет во всех сферах государственной деятельности. Общий противник в лице Ирана, общий союзник в лице Соединённых Штатов и – для монархий Залива – вопрос контроля над диссидентствующими элементами. А в этом как раз Израиль был в состоянии оказать высокотехнологическую поддержку. Так что оформление де-юре того, что давно являлось реальностью де-факто, прошло плавно и убедительно. А главное – вовремя, обеспечив Трампу ещё один плюс в избирательной кампании.
А что же Иран? Он, как представляется, желал бы урегулировать свои разногласия с США. По крайней мере, он периодически подаёт об этом сигналы через третьих лиц. В своё время руководство Ирана не воспринимало достаточно серьёзно действия Трампа по расторжению ядерной сделки, считая это неким этапом «большого торга», что было ошибкой. К тому же и с Москвой не всё складывается так, как хотелось бы Тегерану. Москва – союзник, но тактический, зорко следящий за тем, чтобы позиции Ирана в регионе не слишком укреплялись. Интерес обеих стран лежит практически на одних территориях, и это создаёт проблемы. К тому же в Тегеране живы опасения по поводу того, что Москва не будет жертвовать отношениями с лидерами суннитского мира ради безоглядной поддержки лидера мира шиитского[19].
Несмотря на это, Тегеран, понявший после ликвидации американцами генерала Касема Сулеймани, что антииранский нарратив Вашингтона – всерьёз и надолго, вынужден играть по правилам Москвы, дабы не остаться одиноким воином в поле.
И это, конечно, ослабляет позиции Ирана в регионе.
А вот для Москвы эта «слабина» имеет принципиальное значение. В рамках российско-американского перетягивания каната в регионе уязвимость иранской позиции может позволить России аккуратно сконструировать баланс между Абу-Даби, Тегераном и – в дальнейшем – Эр-Риядом на платформе Сирии и Ливии, сыграть на противоречиях вышеупомянутых стран с Турцией и Катаром и лояльности США к действиям последних. Такой поворот в долгосрочной перспективе способен укрепить роль Москвы в качестве модератора региональных процессов. Кремль сможет позиционировать себя в качестве посредника, к которому приходят за советом в решении сложных вопросов регионального характера. Процесс непрост и длителен, однако предпосылки есть, их просто нужно вовремя использовать.
--
СНОСКИ
[1] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, p.79, 2019.
[2] Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 62, 2017.
[3] Terrill, W.A. The Saudi-Iranian Rivalry and the Future of Middle East Security. Strategic Studies Institute, p.6, 2011.
[4] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, p.105, 2019.
[5] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, p.139 2019.
[6] Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 63-64, 2017.
[7] Ottaway, M. Iran, the United States, and the Gulf. The Elusive Regional Policy. Carnegie Papers, Middle East Program, № 105, pp. 16-19, 2009.
Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 67, 2017.
[8] Там же, с. 64.
[9] Terrill, W.A. The Saudi-Iranian Rivalry and the Future of Middle East Security. Strategic Studies Institute, p.18, 2011.
[10] Diansaei, B. Iran and Saudi Arabia in the Middle East: Leadership and Sectarianism (2011-2017). Вестник РУДН. Серия: Международные отношения. Т. 18, № 1, с. 126, 2018.
Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 72-75, 2017.
[11] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, pp. 255-259, 2019.
[12] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, pp. 281-284, 2019.
Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 66, 2017.
[13] Hiro, D. Cold War in the Islamic World. Saudi Arabia, Iran and the Struggle for Supremacy. Oxford University Press, pp. 303-306, 2019.
[14] Там же, p.235.
[15] Бирюков Е. Взаимоотношения Саудовской Аравии и Ирана в сфере безопасности. Россия и мусульманский мир, № 12 (306), с. 80, 2017.
[16] Отвечая на вполне ожидаемые вопросы: да, с точки зрения наблюдателей со стороны Персидского залива, и США, и Россия, несомненно, являются «тяжеловесами», присутствие которых в региональном контексте так или иначе влияет на все события, там происходящие.
[17] См. Chuprygin, A. The MENA Region: A Great Power Competition, ISPI — Atlantic Council Report. Milan: Ledizioni Ledi Publishing, p. 93-105, 2019.
[18] Договор между Израилем и Объединёнными Арабскими Эмиратами формализовал существовавший давно неофициальный консенсус между странами Залива и Иерусалимом в совместном противостоянии с Ираном.
[19] Вспомним Н. С. Хрущёва и разрыв отношений с Израилем. Тогда наглядно сработали соображения о том, что сила в количестве. И действительно, ведь арабов больше, чем израильтян. Так же и суннитов неизмеримо больше, чем шиитов. Это соображение часто проходит мимо внимания аналитиков.
![Главное](/images/star.png)
Конец однополярного мира и угрозы долгому государству
Арег Галстян о месте России в мире, в котором больше не могут господствовать США
На недавнем заседании международного дискуссионного клуба «Валдай» президент России Владимир Путин заявил, что США уже не могут претендовать на исключительность. Нужна ли эта исключительность самим Соединенным Штатам? И каким будет мир после того очевидного крушения однополярной системы с господством Америки, которое происходит прямо сейчас?
Любой процесс разлома изношенных мирополитических конструкций и построения новых сопровождается серьезным стрессом для всего человечества. Вестфальская система возникла по итогам Тридцатилетней войны между протестантами и католиками за доминирование в Священной Римской империи германской нации и Европе. Венская — после окончательного разгрома наполеоновской Франции. Версальско-Вашингтонская была сформирована по итогам Первой мировой войны, а Ялтинско-Потсдамская ввела правила игры после Второй мировой.
Каждая из этих систем закрепила ряд фундаментальных принципов (суверенитет, баланс сил, коллективизм, разделение зон ответственности), которые призваны сдерживать чрезмерные амбиции акторов международных отношений.
Сегодня человечество находится на сложнейшей стадии излома однополярной системы, которая в силу некоторых феноменальных обстоятельств установила гегемонию одной державы – Соединенных Штатов – с их глобальной философией демократического мира.
Рушиться эта система начала с первого дня возникновения, ибо формула ее функционирования была проста: «будет так, как скажем мы». Задача привести человечество к миру без войн и потрясений была поистине амбициозной, поэтому можно с пониманием отнестись к убежденности Штатов и американцев в своей исключительности.
Однако до и даже после появления инструментария мягкой силы это видение в абсолютном большинстве случаев навязывалось грубой силой. При этом гегемон крайне избирательно относился к собственной ответственности за те или иные действия в различных участках планеты.
В ситуации с Югославией поведенческая модель защиты того же албанского населения в Косово была принципиальной и последовательной, а миллионы людей в Руанде были оставлены на убой.
Во многих случаях мир даже не мог понять, где проходит разделительная линия между национальными интересами гегемона и корпоративными интересами отдельных групп влияния внутри него.
Бунт против этой системы рос в геометрической прогрессии. Иран изначально был в радикальной оппозиции, Россия бросила перчатку в 2007 году (вспомним знаменитую Мюнхенскую речь Путина), Китай начал активно обозначать свое отношение с 2014 года.
При отсутствии четких правил, а также при нарастающем безразличии и инерционности Вашингтона (в силу объективной усталости от перенапряжения сил) стали формироваться отдельные подсистемы. Региональные державы получили возможность создавать и воплощать собственные концепции, ограничивая свою зависимость от влияния гегемона.
Усиление региональных конкуренций – один из основных и наиболее ярких индикаторов меняющейся системы.
На Ближнем Востоке заметно укрепилась Турция, которую президент Эрдоган хотел бы видеть не просто ключевой силой региона, но и одной из основательниц постоднополярной системы международных отношений. На достижении этой цели сосредоточены все внешнеполитические ресурсы страны. Анкара сохраняет свои позиции в блоке НАТО, но при этом за последние три года активно развивает военно-техническое сотрудничество с Россией, при поддержке Японии проводит модернизацию всех отраслей и углубляет экономический диалог с Китаем.
При этом турки создали широкую сеть взаимозависимости со всеми центрами сил, что ограничивает возможности великих держав влиять на стратегические решения Анкары.
Турецкая модель сочетает в себе элементы западной дипломатии (особенно по части лоббизма в ключевых столицах) и неоимперской агрессии.
Динамика развития международных отношений показывает, что в скором времени большинство амбициозных середняков с планами на переход в тяжелую весовую категорию будут применять условный турецкий стиль. Множество великих держав (помимо Китая) уже давно разучились защищать внутренние красные линии своей внешней политики, в которую проникают сотни групп влияния со своими узкими интересами. Тот же турецкий или израильский факторы приобрели настолько существенный размах в Соединенных Штатах, что Вашингтону приходится считаться с позициями Анкары и Иерусалима.
Фактически крупные региональные игроки не просто вышли на новый уровень, но и стали выполнять функцию геополитических розеток для малых стран.
Раньше легковесы, как правило, подключались к системе напрямую через великие державы. Сейчас это уже необязательно. К примеру, страны Прибалтики стали больше ориентироваться на Польшу, а Грузия, Азербайджан и Украина — на Турцию.
В подобных обстоятельствах малым странам, стремящимся выжить в новой системе, необходимо либо совершенствовать механизмы по сохранению геополитического патронажа со стороны великой державы (более глубокая интеграция или иная модель двусторонней взаимозависимости), либо идти по пути формирования сетевой модели влияния на принятие решений в одном или нескольких центрах силы.
Совершенно очевидно одно – большинство малых стран будут вынуждены доказывать свое право на физическое существование.
Необходимо постоянно обогащать свой функционал, чтобы исчезнувший по тем или иным причинам интерес со стороны одного центра силы балансировался появлением другого.
Россия встречает новые реалии в статусе долгого государства. Процесс его оформления имеет принципиальное значение, ведь именно от успеха или провала в этом направлении зависит и роль Москвы в будущей архитектуре миропорядка (Россия была ключевым актором в двух системах из четырех: Венской и Ялтинско-Потсдамской). Основным условием итогового триумфа является строгое разделение национальных и корпоративных интересов.
Узкие бизнесовые, групповые, этнические и иные факторы не должны влиять на ведение международной политики. Национальные интересы должны иметь совершенно четкие очертания, а механизмы их реализации должны быть последовательными и жесткими, с четкой моральной, а не меркантильной ясностью.
Уже на данном этапе конкурирующие страны, стремящиеся забронировать места за основным столом в грядущем концерте держав-оформителей глобальных правил игры, пытаются не допустить попадания в их число России.
Сжимание постсоветского фронта (естественного внешнего фронтира России), которое мы наблюдаем сегодня, создает серьезные вызовы проекту долгого государства. Иными словами, России предстоит сложнейший выбор: вырваться из болота инерционности, которое выгодно основным противникам нашей страны, или иссушить его.
![Главное](/images/star.png)
ГЕОПОЛИТИКА: МИРОВОЙ БЕСПОРЯДОК ПОСЛЕ COVID И ПОСЛЕ США
ЧЕЗ ФРИМАН
Старший научный советник Института мировой и публичной политики имени Уотсона в Университете Брауна, в прошлом – высокопоставленный дипломат и сотрудник Пентагона, переводчик.
Соединённые Штаты и Китай заменили дипломатию оскорбительными выпадами и третированием друг друга. Это явно делает их неспособными возглавить перестройку мирового управления. У ЕС также нет таких компетенций. При отсутствии одной или нескольких великих держав у руля мир вступил в опасную эру неопределённости.
Соединённые Штаты переживают самый тяжёлый внутренний кризис со времен гражданской войны XIX века. Он стал следствием противоречий федерализма. Нынешний кризис отражает крах конституционного разделения властей и замену этого принципа безраздельным, произвольным и капризным президентским правлением. Конец упорядоченного проведения политики Вашингтоном – одна из серьёзных причин развала системы международных отношений, созданной эпохой Просвещения и двумя веками гегемонии Запада.
Сегодня несколько факторов приводят мир в состояние хаоса:
I. Переосмысление Вашингтоном геополитики как соперничества крупных держав, в котором может быть только один победитель, что исключает дальнейшее углубление взаимозависимости в мире.
II. Подъём или возрождение великих держав, ранее находившихся в тени: Китая, Индии и России. Каждая из этих стран – ещё и своеобразная, особенная цивилизация.
III. Последовательная неспособность Европы и арабского мира реализовать свой потенциал.
IV. Растущее неуважение к суверенитету и другим принципам международного права, что проявляется в попытках «смены режимов» и в политике захвата территорий.
V. Поворот Америки в сторону всё большего доминирования над другими странами, что отчуждает от неё союзников, партнёров и друзей и не даёт им возможности участвовать в проводимой ею политике.
VI. Замена принципа Pacta sunt servanda («Соглашения необходимо соблюдать») – беспардонным нарушением договоров и обещаний.
VII. США развязали торговую и технологическую войну с Китаем, противодействуя его попыткам изменить глобальные правила, сообщества и организации.
VIII. Переход мировой военно-политической и экономической мощи к мнимым региональным гегемонам и группам стран.
IX. Возникающие в связи с пандемией вопросы о будущем потребительского капитализма, о процветании мирового сообщества и функционировании человеческого общества.
X. Замена прямого восприятия действительности без прикрас представлением о ней с помощью социальных медиа, что напоминает кривые зеркала в комнате смеха.
XI. Рост уныния и подавленности у среднего класса Запада и мировая депрессия, в которой оказалась большая часть мира за пределами Китая.
XII. Отсутствие «Города на холме», которому другие хотели бы подражать. Америка сегодня вызывает жалость или негодование и больше не вселяет в людей надежду. Экономика Китая остается малопонятной, а его политика удручает всех, кроме честолюбивых диктаторов.
Что всё это означает для нашего будущего? Пока ещё рано делать выводы, но мы всё же попытаемся предложить наши умозаключения.
Многое зависит от того, можно ли управлять пандемией COVID-19. А если вирус продолжит вызывать заболевания и убивать даже после появления вакцин? С учётом ограниченного иммунитета, вырабатываемого от соприкосновения с вирусом, а также того факта, что у его носителей зачастую нет ярко выраженных симптомов, а распространения мутаций вируса очень высока, у COVID-19, как и у других коронавирусов, имеется потенциал, чтобы стать долговечным спутником человечества. Если иммунитет надолго не сохраняется, то массовый иммунитет – миф. Что из этого следует? По меньшей мере, 400 миллионов рабочих мест уже потеряно из-за вируса. Вернутся ли они в ближайшем будущем? Если социальное дистанцирование по-прежнему будет необходимо, что произойдёт с туризмом и путешествиями, гостиничной и развлекательной индустрией, образованием, спортом, общепитом? Если люди не смогут работать, как они могут быть потребителями? Если они не смогут вместе посещать богослужения, что тогда произойдёт с религиозными общинами и деноминациями? Что бы ни случилось, нас ожидают мучительные социально-экономические перемены.
Мы вступаем в мир, распадающийся из-за многочисленных линий раскола и разлома, отличающийся политическим и экономическим разъединением, технологической обособленностью, борьбой за сферы влияния, гонками вооружений, растущей опасностью крупномасштабных войн и вероятным валютным изоляционизмом на глобальном уровне.
Люди сегодня слишком разобщены, чтобы коллективно отвечать на планетарные вызовы, такие как пандемии, изменение климата, миграция или распространение ядерного оружия. Что бы ни делалось для противодействия этим опасностям, нависшим над родом человеческим, если что-то вообще будет делаться, это должно осуществляться спонтанно создаваемыми группами, а не институтами мирового управления с членством всех стран. Вот несколько ярких особенностей грядущего мира.
На планетарном уровне
Соединённые Штаты и Китай заменили дипломатию оскорбительными выпадами и третированием друг друга. Это явно делает их неспособными возглавить перестройку мирового управления. У ЕС также нет таких компетенций.
При отсутствии одной или нескольких великих держав у руля мир вступил в опасную эру неопределённости.
На мировом уровне
Угасание американского и европейского лидерства в сочетании с разладом в трансатлантических отношениях означает постепенное исчезновение на глобальном уровне ценностей эпохи Просвещения и норм международного права.
Региональные группы берут на себя функции регулирования, которые до этого выполнялись всемирными организациями, созданными после Второй мировой войны, если вообще выполнялись.
В мире распространяется новый меркантилизм: теперь правительства, а не рыночные силы, управляют торговлей, инвестициями и передачей технологий.
Сказать, что «восстановление происходит неравномерно», значит – признать начальный этап крупномасштабной экономической перестройки. Никто не знает, куда это нас приведёт.
Величайшие мировые державы стали рассматривать большинство региональных конфликтов как возможность для продажи оружия или сведения политических счётов, а не вызовы, требующие совместных усилий для реагирования на них.
При возникновении мировых кризисов ни одна страна или организация более не способны организовать меры по их преодолению на глобальном или региональном уровне.
На региональном уровне
На Ближнем Востоке влияние США продолжает снижаться. Китай остаётся политически отчуждённой силой. Россия приобрела военно-политическое влияние, но движущей силой того, что происходит в этом регионе, являются не внешние державы, а местное противоборство таких стран, как Иран, Израиль, Саудовская Аравия, Турция и ОАЭ.
Доминирование Ирана в регионе и угроза демократического исламизма власти одного человека или клана вытеснили Палестину на второй план с радаров большинства арабских стран. Израиль создает плацдармы и внедряется в страны Персидского залива и Ормузский пролив, используя возможности своего разведывательного сообщества и военного истеблишмента.
Турцию болтает между востоком и западом, севером и югом. Она оставила попытки стать европейской державой и прилагает неумелые и непоследовательные усилия, чтобы стать лидером пантюркизма, безуспешно пытаясь обновить отношения с Россией и Китаем; при этом ей не удаётся восстановить лидерские позиции в мусульманском мире.
Украина и Белоруссия превратились в зоны военно-политического соперничества, а не мостами и буферами между ЕС и Россией, которыми могли бы быть.
Восточная Азия становится всё более китаецентричной. Требования Запада, касающиеся Гонконга, Тибета и Синьцзяна, а также американская пена у рта по поводу усиления и подъёма Китая не замедлили и не замедлят этой общей тенденции.
США перестали соблюдать соглашения с Китаем, которые долго удерживали его от развязывания гражданской войны в Тайваньском проливе. Тем самым Америка провоцирует Китай. Риск Тайваньской войны теперь вполне реален, и он всё время нарастает.
Препирательства между Индией и Китаем по поводу необитаемой территории на гималайских границах пока ещё не приводят к открытому вооружённому конфликту, однако предполагают долгосрочное военное противостояние и соперничество.
Это век экономического роста и демографического взрыва в Африке, который пока ещё находится в самом начале.
Латинская Америка расколота изнутри и избегает вовлечения в мировую политику. Её сближению с США препятствуют Азия и Европа, стремящиеся к более глубокому взаимодействию с латиноамериканскими странами.
Энергетика
Электроэнергия становится всемирным интерфейсом и сопряжением между всеми разновидностями энергии и механической активности. При этом углеводороды вносят всё более весомый вклад и электроэнергетические системы.
Китай сегодня является крупнейшим в мире импортёром нефти и потребителем энергии, а также крупнейшим производителем гидротурбин, солнечных батарей, ветровых лопастей, литиевых батарей и электрокаров. Он также лидер по внедрению водородной и атомной энергии, но по-прежнему сильно зависит от угля. Китай сменил Соединённые Штаты в качестве главного фактора мирового спроса.
Экономическая война между Китаем и США, нарушение цепочек поставок, влияние пандемии COVID на трудоустройство людей, перестройка экономики в результате этих глобальных потрясений и разные темпы роста в разных регионах мира затрудняют прогноз спроса на разные энергоносители.
Другая Рублевка
В Усово прошли XXIII Елисаветинско-Сергиевские чтения
Текст: Татьяна Хорошилова
В просветительском центре "Усово-Спасское" прошла первая сессия XXIII Елисаветинско-Сергиевских чтений "Путешествия и паломничества представителей Императорского Дома Романовых", организованных Фондом "Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество".
Елисаветинско-Сергиевские чтения проводятся ежегодно 1 ноября в день рождения святой преподобномученицы Великой Княгини Елисаветы Феодоровны в местах, связанных с её жизнью.
Святая преподобномученица Елисавета Федоровна строго смотрит на нас с иконостасов русских церквей и с портала Вестминстерского собора в Лондоне, где ее статуя стоит среди девяти святых, канонизированных англиканской церковью в 20 веке. Елисавета Федоровна была третьей из четырех Гессен-Дармштадских принцесс, ставших частью русской и немецкой истории, молитвенницей за новую родину - Россию.
Научная конференция начала свою работу в единственном в Подмосковье императорском имении "Ильинское-Усово", принадлежавшем супруге императора Александра II Марии Александровне, а затем её сыну - Великому Князю Сергею Александровичу и его супруге Великой Княгине Елисавете Фёдоровне.
Елисавета Федоровна Романова была не только самая красивая принцесса Европы, родная сестра русской императрицы, но и основательница Марфо-Мариинской обители и особого движения сестер милосердия.
Участники конференции узнали новые факты о знаменитом Звенигородском тракте, которому 700 лет. Сегодня дорога известна как Рублевка.
Есть две стороны Рублевки - гламурная и таинственная, мифическая. В конце Рублевки, в Рождественском соборе Саввино-Сторожевского монастыря преподобный Савва благословлял на царство будущих правителей. Старец поддерживал только тех, чьё право на престол было истинным.
Участники конференции заслушали доклады о посещении императорской семьи Вильны (ныне Вильнюс), о паломничествах в Уфимскую епархию и Соловецкий монастырь, о знаменитом восточном путешествии Цесаревича Николая Александровича, о создании по решению Великой Княгини Елисаветы Фёдоровны архитектором А.Щусевым пещерного храма-часовни во имя Рождества Пресвятой Богородицы на месте обретения Казанской иконы Божией Матери в Казанско-Богородицком монастыре, об августейших визитах в Пермскую губернию, где в 1914 году Елисавета Фёдоровна побывала на Белой Горе во время паломничества по святым местам Урала, куда пришло известие об объявлении войны Австрией Сербии. Из-за этого до Алапаевска княгиня не доехала, но там через четыре года день в день закончился ее, настоятельницы Марфо-Мариинской обители, земной путь. Из Алапаевска, в сопровождении игумена Серафима с Белой Горы ее останки через огни боев, через Китай доставлены на Святую землю и захоронены в Иерусалиме.
- Со времен Павла Первого входит в традицию "обручение с Россией", - рассказала председатель Наблюдательного совета Фонда "Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество" Анна Громова. - Как только член царской фамилии вступал в совершеннолетие, он совершал большое путешествие по стране. Кроме путешествий и паломничеств, были официальные визиты. Елисавета Федоровна совершила 36 паломнических поездок по России, у нее было 6 000 подопечных благотворительных организаций. Все эти места могут быть сейчас посещаемы. Люди хотят, чтобы там создавались музеи, появлялись мемориальные доски, соответствующие исторической правде, которая важна для формирования нашего сознания, ВИП-отдыха, процесса развития и самореализации людей в эти непростые ковидные времена. Разработка нашего "Императорского маршрута" совпала с моментом, когда особый импульс получил внутренний туризм в стране, в развитие которого мы можем внести свой вклад.
- Фонд ЕСПО с успехом проводит мероприятия, которые способствуют укреплению исторической памяти и национальной идентичности, - считает академик РАН Александр Чубарьян.
- ЕСПО воскрешает историческую память, - сказал руководитель Управления по работе с общественными организациями Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ протоиерей Димитрий Рощин. - Советский период уничтожил все, что до него было, он не был толерантным.
2 ноября накануне праздника в честь Казанской Божьей матери XXIII Елисаветинско-Сергиевские чтения продолжатся в Казанском кремле. 3 ноября для участников конференции запланирована экскурсия по историческим местам Казани, вошедшим в "Императорский маршрут", посещение острова-града Свияжск.
С 2019 года Московская область и Республика Татарстан являются участниками национального историко-культурного туристического проекта "Императорский маршрут", который реализуется Фондом ЕСПО при поддержке Министерства культуры РФ и Федерального агентства по туризму в 19 регионах России. Проект направлен на сохранение исторической памяти о 300-летнем правлении представителей Императорского Дома Романовых, духовном и благотворительном наследии Царской семьи и включает места памяти представителей Императорской фамилии - дворцы и резиденции, усадьбы, места официальных визитов, паломничеств по России и за рубежом.
Мероприятия проходят с соблюдением санитарно-эпидемиологических норм.
Спикер парламента Ирана подверг критике некоторые арабские государства за нормализацию отношений с Израилем
Спикер парламента Ирана Мохаммад Бакер Калибаф подверг критике некоторые арабские государства за нормализацию отношений с Израилем, подчеркнув, что Палестина остается главным приоритетом ислама.
Нормализация отношений некоторых арабских стран с сионистским режимом продлится недолго, и их позор останется с ними в истории, сказал Калибаф, выступая в четверг на 34-й Международной конференции исламского единства по видеоконференции, сообщает Fars News.
«Вопрос о Палестине по-прежнему является главным приоритетом ислама; однако правители нескольких мусульманских стран отвернулись от ислама и начали нормализовать отношения с фальшивым и террористическим сионистским режимом», - сказал он.
Калибаф отметил, что Неделя исламского единства является символом солидарности и братства, добавив, что приверженность Сунне и Священному Корану всегда была главной причиной исламского единства на протяжении всей истории.
По его словам, любая форма дерзости по отношению к Пророку Мухаммаду [мир ему] и Священному Корану на самом деле является оскорблением для всех пророков, и любому, кто это делает, не хватает минимального понимания религии, этики, духовности и человечности.
Калибаф сказал, что у исламской уммы так много общего, что не может быть никаких оправданий для споров и разногласий.
Поскольку такфиристы лгали и создавали столкновения в регионе, есть определенные люди как среди шиитов, так и суннитов, которые сосредотачиваются на разногласиях, чтобы создать раскол между мусульманами, и оба должны быть осуждены, сказал он, добавив, что, если руки не будут спорить из среды исламского мира, более 1,5 миллиарда мусульман не будут иметь проблем друг с другом и будут поддерживать друг друга.
Калибаф сказал, что Верховный лидер Исламской революции аятолла Сейед Али Хаменеи считает единство вечной стратегией, а не краткосрочной тактикой.
Он также призвал мусульманские страны поддержать друг друга во время эпидемии коронавируса.
Судан стал пятой арабской страной, подписавшей соглашение о нормализации обстановки с Израилем после объявления аналогичного соглашения между Тель-Авивом, Абу-Даби и Манамой в прошлом месяце, подписанного в Вашингтоне под эгидой президента США Дональда Трампа. Иордания подписала мирное соглашение с Израилем в 1994 году, а Египет в 1979 году.
В пятницу президент США Дональд Трамп заявил, что Израиль и Судан открыли экономические связи в качестве пути к нормализации отношений.
Он объявил о сделке в Овальном кабинете во время телефонной конференции с премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху и премьер-министром Судана Абдаллой Хамдоком и главой его суверенного совета генералом Абдель Фаттахом аль-Бурханом.
В рамках соглашения Трамп предпринял шаги по удалению Судана из списка правительства США стран, пропагандирующих терроризм.
Улицы Хартума, столицы Судана, собрали толпы разъяренных людей, протестующих против соглашения и призывающих генерала Бурхана изменить курс.
Некоторые суданские политические партии также выстроились в очередь, чтобы заявить о своем категорическом неприятии соглашения.
Исламское движение ХАМАС в Газе осудило решение правительства Судана нормализовать отношения с Израилем, так же осудило и ОАЭ и Бахрейн.
«Наш героический палестинский народ вместе со всеми народами арабских и исламских стран и свободного мира воспринял новость о согласии правительства Судана на нормализацию отношений с сионистским врагом с большим шоком, осуждением и предосудительностью", - заявила группа.
В заявлении добавлено: «Мы выражаем наше осуждение, гнев и отвращение по поводу этой постыдной и унизительной нормализации, которая не соответствует народу Судана, его истории, статусу и роли как глубинного государства в поддержке Палестины, ее делу и сопротивлению».
В заявлении содержится призыв к народу Судана отвергнуть «позорное соглашение», которое «не принесет стабильности или разрядки в стране, а приведет к дальнейшей фрагментации, сужению и утрате».
В нем добавлено: «У нас есть уверенность в людях нашей страны, что они не будут втянуты в это болото, как это сделали некоторые режимы и правительства, и что народ нашей страны останется полон любви к Палестине, Аль-Кудсу и Благословенная мечеть Аль-Акса и верность делу палестинцев до тех пор, пока Палестина не будет очищена от тирании узурпаторов, сионистских захватчиков».
![Главное](/images/star.png)
КОНЕЦ АМЕРИКАНСКОЙ МОЩИ
ЭЛИОТ КОЭН
Декан Школы передовых международных исследований Пола Нитце при Университете Джона Хопкинса.
ПЕРЕИЗБРАНИЕ ТРАМПА ОЗНАМЕНУЕТ ПЕРМАНЕНТНЫЙ УПАДОК
В преддверии выборов многочисленная армия противников Трампа среди американских интеллектуалов сплачивает ряды, чтобы объяснить, каким кошмаром закончится его – свят-свят-свят! – переизбрание. Публикуем очень показательный анализ видного учёного-международника.
Если президенту Дональду Трампу удастся переизбраться, многие вещи никак не изменятся. Его узкое мировоззрение по-прежнему будет определять внешнюю политику США. Непоследовательность подходов, презрение к союзникам, симпатии к диктаторам – всё это останется неизменным и в ходе второго срока.
Но если выйти за рамки конкретных политических шагов, победа Трампа будет означать кардинальные перемены в отношениях Соединённых Штатов с остальным миром. Сигнал будет очевиден: Вашингтон отказывается от стремлений к глобальному лидерству и моральных приоритетов на международной арене. Наступит период хаоса и конфликтов, страны будут действовать по законам джунглей и заботиться только о себе. Второй срок Трампа подтвердит опасения многих: сияющий град на холме померк, а американская мощь осталась в прошлом.
Кампания на достижениях первого срока
Первый президентский срок Трампа вполне может служить гидом для второго. Под его руководством США отказались от нескольких значимых международных обязательств, включая Парижское соглашение по климату, и перешли к охлаждению отношений с союзниками по НАТО. Страна вступила на путь конфронтации с Китаем и ведёт непоследовательную политику в отношении России – восхищение Трампа президентом Путиным противоречит враждебности к Москве, которая широко распространена среди конгрессменов и чиновников. Тесные отношения администрации с Израилем, а также партнёрство с арабскими государствами Персидского залива ускорили трансформацию политики на Ближнем Востоке. Вопрос палестинской государственности отошёл на второй план, фокус сместился на создание коалиций в противовес Ирану и Турции. Забота о правах человека превратилась в инструмент, рычаг воздействия «реалполитик» и внутренней политики. Американские чиновники игнорируют Латинскую Америку и Африку, а отношения с азиатскими странами рассматривают сквозь призму торговли.
Трамп и его советники придерживаются упрощённого мировоззрения в соответствии со слоганом «Америка прежде всего». Они знают о коннотации этой фразы 1940-х гг., когда это был лозунг движения против вступления США во Вторую мировую войну, но их это не беспокоит. Они не намерены участвовать в проектах по продвижению свобод или их защите, хотя могут использовать права человека как дубинку против Китая. Им не нравятся международные организации, в том числе те, которые Соединённые Штаты помогали создавать после Второй мировой. В отличие от своих предшественников, они считают лидерство в этих институтах не инструментом американской мощи, а её ограничителем. (Китайцы придерживаются диаметрально противоположной точки зрения, поэтому активизируют деятельность в рамках ООН.) Администрация Трампа рассматривает мир как арену жёсткого коммерческого и военного соперничества, где у США нет друзей – только интересы.
Второй срок Трампа необратимо разрушит репутацию Америки как стабильной и предсказуемой державы.
Конечно, существуют внутренние противоречия, особенно заметные в отношениях с Россией, но в целом это хорошо узнаваемое эхо старых подходов в американской внешней политике. Оно отражает, как писал 25 лет назад историк Артур Шлезингер, желание «вернуться к истокам». К наивной и недостижимой форме изоляционизма.
Шлезингер недооценивал, насколько Соединённые Штаты всегда были державой, вовлечённой в глобальные дела, собственные ценности периодически толкали страну на зарубежное вмешательство – иногда оправданное, иногда глупое. Но изоляционистский импульс в его изначальной воинственной форме присутствовал в американской политике уже давно. Трамп просто сформулировал одну из его версий: весь мир дурачит американцев, международные институты – порочные инструменты тех, кто хочет ограничить суверенитет США, кровопролитие и ужасы в других местах не затронут гигантскую республику, окружённую двумя великими океанами и двумя гораздо более слабыми соседями.
Конечно, сформулированная Трампом версия имеет свои отличия. И даже если политический курс можно считать более-менее нормальным или ожидаемым (произраильский уклон, например, или подозрительность в отношении ООН), то стиль и реализацию таковыми назвать никак нельзя.
Стиль и содержание
Первый срок администрации Трампа характеризовался периодическими вспышками пафосных заявлений, оскорблений и пикировок с союзниками, а также комплиментами дружественным или льстивым диктаторам. Следует также отметить административную некомпетентность, усугублявшуюся нежеланием республиканцев-профессионалов по вопросам внешней политики и нацбезопасности работать с лидером, которого они презирают. Поэтому вопрос второго срока нужно рассматривать как с точки зрения содержания (политика администрации), так и стиля (её тон и состав).
В плане политики главная неопределённость связана с желанием Трампа обеспечить себе место в истории – достаточно распространённая мотивация у президентов, переизбранных на второй срок. Президент обычно стремится удовлетворить свои амбиции, заключив крупную сделку, главным фаворитом остаётся палестино-израильское урегулирование, а также прекращение войн и примирение со старыми противниками.
Идея заключения крупных сделок отлично вписывается в представление Трампа о самом себе – успешный бизнес-магнат перенёс коммерческую мудрость в сферу управления государством. Крупнейшей сделкой могут стать торговые переговоры с Китаем, которые одновременно позволят сгладить стратегическую напряжённость между двумя странами. К менее крупным можно отнести мирное соглашение между Израилем и Палестиной и, возможно, какое-то значимое урегулирование отношений с Россией. Чтобы добиться этих договорённостей, Трамп, не раз терпевший банкротство и принимавший ошибочные бизнес-решения по казино, авиакомпаниям и гольф-клубам, пойдёт на многое. Например, КНДР он подарил президентские визиты и приостановку военных учений с Южной Кореей, не потребовав ничего взамен. Значит, можно ожидать чего-то впечатляющего – передачи Тайваня КНР или уступок по промышленному шпионажу Китая в США.
Однако ни одна из этих сделок не лежит на столе переговоров. Соперничество Вашингтона и Пекина обусловлено не только геополитической логикой, но и глубоким взаимным недоверием, а также стремлением Си Цзиньпина вывести регион из-под американского влияния. Даже если Трамп захочет пойти на сделку, Пекин не будет ждать его за столом переговоров, а если соглашение всё-таки удастся заключить, оно затеряется в коридорах Конгресса. Переговоры между Израилем и Палестиной вряд ли дадут палестинцам соглашение лучше заключённого при Клинтоне (скорее оно будет гораздо хуже) и не удовлетворят их стремление к полноценной государственности и столице в Иерусалиме. Что касается потепления в отношениях с Россией, симпатии Трампа к Путину разделяют немногие конгрессмены-республиканцы и сотрудники администрации.
И тут мы переходим к теме стиля. Риторика Трампа в отношении традиционных союзников – постоянные оскорбления: его не заботят их интересы и опасения. Даже если он действительно считает, что Соединённые Штаты могут действовать в одиночку, будет трудно заключить сделку с Китаем без поддержки ключевых азиатских союзников. Палестино-израильское мирное урегулирование невозможно без учёта позиций арабских государств, а соглашение с Россией – без поддержки Европы. Кроме того, Трамп окажется в ловушке административной некомпетентности. Разочаровавшись в своих сотрудниках, он поймёт (уже начал понимать), что внешнюю политику делают не только в Белом доме. Некомпетентность персонала и его нехватка приведут к срыву его усилий, как намеренному, так и случайному.
Конечно, у Трампа не будут полностью связаны руки. Если он прикажет вернуть домой войска из Афганистана, Ирака или даже из Европы, это произойдёт, хотя поразительно, насколько успешно назначенные им самим чиновники затянули вывод американских войск из Сирии. Однако если Трамп будет настаивать, ему удастся вывести войска и отказаться от обязательств. Подобные шаги укрепят его имидж миротворца.
Второй срок Трампа – как если бы изоляционист Роберт Тафт победил Дуайта Эйзенхауэра на праймериз Республиканской партии в 1952 г., а потом перенёс тяжёлое психическое заболевание.
Нет оснований ожидать, что пафос, непоследовательность, воинственный нарциссизм и авантюризм Трампа уменьшатся после второй чудесной победы над более популярным оппонентом-демократом.
Его нестабильная версия «Америки прежде всего» нанесёт больший ущерб, чем традиционное «возвращение к истокам», о котором писал Шлезингер.
Репутация США как стабильной и предсказуемой державы будет необратимо разрушена. Избрание Трампа благодаря минимальному преимуществу в трёх штатах можно считать случайностью, американской разновидностью политического вируса, поразившего в последние годы многие демократические государства, Переизбрание станет более тревожным сигналом – либо система фундаментально несовершенна, либо Соединённые Штаты переживают моральный коллапс. В обоих случаях дни американского мирового лидерства будут сочтены. Страна, построившая международные институты, укреплявшая базовые ценности свободы и верховенства закона и выполнявшая обязательства перед союзниками, уйдёт в прошлое. США останутся великой державой, но другого рода.
Закон джунглей
Проблемы, вызванные президентством Трампа, и нанесённый им ущерб репутации страны будет тяжело пережить даже самым яростным критикам главы Белого дома. Это будет означать возврат к миру, где действует только закон джунглей – как в 1920–1930-е гг. и даже хуже, потому что на периферии не будут маячить Соединённые Штаты, готовые пробудиться и спешить на помощь.
Это будет мир радикальной самоподдержки, где все инструменты власти окажутся легитимированы главным фактором – необходимостью. Государства будут стремиться получить ядерное оружие, совершать убийства, применять биологическое оружие ради собственной безопасности. Возрастет привлекательность авторитарных режимов.
Даже как великая держава Америка будет ослаблена из-за внутренней разобщённости. Второй срок Трампа, полученный путём подавления воли избирателей, умелым маневрированием республиканцев, а также благодаря особенностям Коллегии выборщиков, приведёт к политической нестабильности. Республиканская партия демографически обречена, так как опирается на поддержку сокращающейся и стареющей части электората. Лидеры партии об этом знают, как и их оппоненты. На улицах американских городов уже происходит политически мотивированное насилие, и оно будет только нарастать. Гражданская война не начнётся, но вполне можно допустить политические убийства – как сторонниками Трампа, так и его радикальными оппонентами. Противники США за рубежом, безусловно, воспользуются возможностью раздуть пламя.
Последствия второго срока Трампа могут быть самыми непредсказуемыми. Произойдёт сдвиг в мировом восприятии США. С момента основания Соединённые Штаты всегда были землей будущего и постоянного прогресса, незаконченного, строящегося града на холме – несмотря на трудности и недостатки. После переизбрания Трампа США будут восприниматься как памятник прошлому.
Не распавшееся государство, а большая держава в упадке, чьё время ушло.
Соединённые Штаты сталкивались с радикальным пересмотром собственного имиджа и раньше. Гражданская война поставила под вопрос существование единого государства, а Великая депрессия пробудила сомнения по поводу выбранной политической и экономической модели. В обоих случаях уникальные лидеры, руководствуясь идеалами отцов-основателей, осознавали необходимость указать американцам путь к сияющему будущему. Поэтому в предложенных Авраамом Линкольном законах говорилось о необходимости развития земель американского Запада, а Франклин Рузвельт убеждал американцев, что им некого бояться, кроме себя самих.
Слоган Трампа звучал так: «Вернём Америке величие». Более показательно выражение «американская бойня», которое Трамп употребил в инаугурационной речи в 2017 году. Президент принял точку зрения, которая ведёт к упадку и подрывает всё то хорошее, что США способны сделать для мира. Его представление о величии пугающе бессодержательно, его политическая привлекательность базируется на недовольстве, страхе быть вытесненным и отчаянии. Переизбрание Трампа будет означать, что США вступили в многоаспектный кризис, потенциально такой же глубокий, как в 1850-х и 1930-х гг., но на этот раз во главе страны будет стоять президент, ослабленный из-за собственного нарциссизма, некомпетентности и неправильного понимания «последней и лучшей надежды человечества», как говорил его предшественник-республиканец.
Время второго акта
В Подмосковье закрылись выставки и музеи
Текст: Ирина Рыбникова
В Подмосковье вступило в силу постановление губернатора Андрея Воробьева о новых ограничительных мерах, принятых из-за второй волны распространения коронавирусной инфекции. Перестали работать музеи и выставки, прекращен доступ зрителей на массовые мероприятия.
"Наше здравоохранение вновь испытывает огромную нагрузку, количество выявленных случаев заболевания и госпитализаций растет", - объяснил Воробьев необходимость ограничений. В последние два-три месяца в области в день выявляли в среднем по 150 новых больных, сейчас же регистрируют от 300 до 500 заразившихся коронавирусом. В среду, например, их было 466. "Мы ограничили то, что не влияет ни на экономику, ни на доходы людей", - говорит губернатор. Пока новые ограничения будут работать до 7 ноября, дальше власти намерены действовать по ситуации, исходя из медицинской статистики. Если удастся стабилизировать рост новых больных, все ограничения будут сняты.
Сами мероприятия, особенно спортивные, при этом не отменяются. "Профессиональный спорт - это та же работа", - уточнил Воробьев. Поэтому все запланированные ранее спортивные матчи с участием футбольного и баскетбольного клубов "Химки", а также хоккейного клуба "Витязь" состоятся, но без зрителей. Наблюдать за игрой можно будет только онлайн. Деньги за уже купленные билеты болельщикам вернут.
Власти подчеркивают: несмотря на то что музеи и выставки закрылись, вход на территорию музейно-усадебных и парковых комплексов не запрещен. То есть гулять по живописным окрестностям "Нового Иерусалима" или дома-музея Чайковского можно - не получится лишь зайти внутрь помещений. И ограничения не коснулись деятельности театров. Как рассказали "РГ" в областном министерстве культуры, они продолжают работать с соблюдением всех стандартов, утвержденных Роспотребнадзором - ношением масок и перчаток, сохранением социальной дистанции и заполняемостью залов, не превышающих 50 процентов. Муниципальные театры, как правило, невелики, объясняют в ведомстве. Лишь немногие из них имеют возможность давать представления в залах, вмещающих 100 и более зрителей, у большинства - довольно скромные залы, где не наберется и двух десятков зрителей, рассаженных через одного.
Ужесточает область и контроль за соблюдением масочного режима и проведением термометрии в местах скопления людей. В торговых центрах площадью более 5 тысяч квадратных метров, а также во всех заведениях общепита посетителям начали измерять температуру на входе. К слову, в общественном транспорте Подмосковья бесконтактное измерение температуры у пассажиров проводят давно и ежедневно находят до 150 человек, пытающихся в час пик зайти в автобус или электричку с повышенной температурой. А еще каждый день выявляют порядка 10-12 тысяч пассажиров, которые ездят без масок.
Андрей Воробьев обратился к жителям области с просьбой не забывать о мерах санитарной безопасности. Область на этот раз не стала блокировать социальные карты жителей из групп риска - пенсионеров старше 65 лет и инвалидов, они могут пользоваться картами при оплате проезда в подмосковном общественном транспорте, но рекомендации по возможности оставаться дома для этих категорий граждан по-прежнему актуальны. "Берегите себя, будьте внимательны и осторожны", - попросил жителей Подмосковья Воробьев.
![Главное](/images/star.png)
Битва за Антарктиду
что случилось с эскадрой Ричарда Бэрда
Лаврентий Гурджиев
Нынешний год юбилейный: ровно 200 лет назад русскими моряками был открыт для человечества целый континент — Антарктида. Всероссийские торжества по этому поводу не проводились. Первые лица страны не высказывались. Тема в отечественных и мировых СМИ почти не поднималась. Сообщение об этом величайшем открытии затерялось среди сводок о распространении коронавируса и пересудов о новой сумочке Ксении Собчак.
Если бы Антарктиду открыли англичане или американцы, то мы с вами стали бы свидетелями потрясающего мирового шоу. Репортажи, лекции, документальные и художественные фильмы (с великолепными натурными съёмками) сыпались бы на нас как из рога изобилия. Каждый школьник в мире твёрдо заучил бы подробности события двухсотлетней давности. Но поскольку Антарктиду открыли русские, то мир хранит гробовое молчание. Юбилейный год завершается, а на выходе немота и забвение.
Тем не менее, наше издательство воздаёт должное первооткрывателям Антарктиды — русским мореплавателям XIX века Беллинсгаузену и Лазареву, вспоминает подвиг на ледовом континенте советских моряков и лётчиков, отмечает свершения наших учёных в области исследования тайн Антарктики. Обо всём этом можно прочесть в книге Лаврентия Гурджиева "Антарктида — русская земля", которая выходит в издательстве "Наше Завтра". В этой работе автор взрыхляет пласты истории, идеологии и философии, рассматривает проблему законности российского флага над Южным и Северным полюсами, касается темы продажи Аляски, оперируя малоизвестными фактами о "шестом континенте" и о многом другом.
Поскольку вопрос с Антарктидой умышленно запутан врагами России, то исследование Гурджиева включает детективную составляющую. Публикуем отрывок из книги, в котором повествование строится вокруг ряда неожиданных аспектов боестолкновения между советскими и американскими военными, случившегося в 1947 году.
Сведения о реакции властей США на происшествие в Антарктиде стали известны советскому военно-политическому руководству не из открытой печати. Газетчики, конечно, подкидывали свои дровишки в костёр скандала. Но с их стороны это были мелочи, да и делалось всё с оглядкой. Что именно происходило в высоких вашингтонских кабинетах, газетчики доподлинно знать не могли. А иметь информацию о конкретных аналитических оценках и выводах врага положено по всем правилам классического шпионажа.
Какими возможностями в решении проблемы располагала сталинская разведка — тайна за семью печатями. Тем любопытнее, что по прошествии времени выяснилось: неплохие возможности существовали у… польской разведки.
После буржуазного переворота в Польше в 1989 г. в западную прессу попали некоторые материалы из архивов компетентных польских органов. Из них явствовало, что поляки ещё в сороковых годах имели в США нелегальных агентов. После того как советские войска изгнали немецких оккупантов из Польши и страна стала возрождаться, новым варшавским властям досталась часть довоенной агентуры. Информаторы близкие к ФБР отличались добросовестностью, не бездельничали и снабжали польское руководство — а через него советское — важными сведениями.
Недоглядевшим контрразведчикам Штатов осталось задним числом, не подавая расстроенного вида, пожимать плечами и пенять судьбе. Или меланхолически утешаться тем, что в шпионаже двойное и даже тройное дно — явление не редкое, а приобретающее кое-где и кое-когда большое распространение.
В прессе, жадно вцепившейся в секреты, извлечённые из тайных депо польских спецслужб, преподносилось сенсационное и красноречивое: упомянутая агентура подробнейшим образом зафиксировала и передала польским и соответственно советским товарищам впечатления, произведённые на янки "событиями 1947 года в Антарктиде", их планируемые ответные действия. В публикациях детали не конкретизировались — редакторы даже десятки лет спустя проявляли обусловленную западной цензурой сдержанность и осторожность. Но подчёркивалось, что переданные польскими шпионами данные "обладали полной информативной адекватностью, лишённой какой-либо неопределённости". Не приходится сомневаться, что под "событиями 1947 года в Антарктиде" подразумевалось сражение, ставшее роковым для эскадры адмирала Ричарда Бэрда.
Между прочим, сталинская Антарктида осваивалась нами при помощи Аргентины. Есть предположение, что ценные сведения о бывшей германской базе на шестом континенте, о точных координатах урановых разработок и складированной руде поступили Сталину от Хуана Доминго Перона — полковника, профессора, дипломата и разведчика. Впоследствии генерала и президента.
Он встал у руля Аргентины в труднейший для Советского Союза период 1946–1955 гг. Перон возобновил дипотношения с нашей страной, разорванные после Октябрьской революции. Популярность среди трудящихся и левой молодёжи привела к возникновению культа личности Перона. Его интеллектуальные поиски и социальные опыты произвели на свет идеологию "перонизма" — попытку найти несуществующий "третий путь", лежащий между капитализмом и социализмом. В русле этой идеологии был выработан курс под названием "хустисиализм" — от испанского слова "хустисиа", то есть "справедливость". Увы, соответствие капиталистического строя понятию справедливости, его сочетание с прогрессом — штука весьма относительная. Поэтому первый же экономический кризис в Аргентине вверг власть в кризис политический.
Перон считался искусным политиком, разбиравшимся в хитросплетениях внутренней и международной жизни. Однако к концу правления он вступил в острейший конфликт с католической церковью, что тогда было из ряда вон выходящим поступком в Латинской Америке, архиопасным для любого лидера.
1955 год стал переломным в его карьере. Католическое духовенство открыто заняло антиправительственную позицию и вступило в сговор с военной верхушкой. Переворот не был бескровным: состоялась воздушная бомбардировка президентской резиденции, во многих городах происходили бои. Перонисты атаковали и жгли церкви, создавали партизанские отряды… Счёт убитым, раненым, замордованным шёл на тысячи. В сентябре Перон бежал в соседний Парагвай. Затем — долгие годы эмиграции в Испании.
Редкий случай: президент, неугодный Соединённым Штатам и свергнутый в 1955-м, вернулся во власть в 1973-м. Однако не минуло и года, как Хуан Перон скоропостижно скончался, не дожив немного до своего восьмидесятилетия. Сторонники президента сомневались в естественности его смерти.
Нельзя не отметить роль, которую в тогдашней политике Аргентины сыграла жена президента — с редкой для аргентинки внешностью, светловолосая кареглазая красавица Мария Эва Ибаргурен, вошедшая в историю как Эвита Перон. Внебрачная дочь из беднейшей деревенской семьи, она 15 лет от роду сбежала в столицу. Спустя много лет в прессе разных стран стали намекать на шпионские связи Эвиты с… советской разведкой. Кто инспирировал публикации? Те, кому это было выгодно: аргентинская военщина, её покровители из США, преследовавшие перонистов. Насколько публикации были близки к правде? Этого сами противники не знают.
Зато читателям предоставлялся шикарный набор сплетен. Наиболее пикантные касались славянского происхождения Эвиты, хотя формально оно иберийско-басконское. Столь же завлекательными были сообщения о том, что она является разведчиком-нелегалом, засланным непосредственно из СССР. Доказательства? Лингвистический анализ записей речей Эвиты, проделанный западными специалистами, выявил-де замаскированный русский акцент. Ну и совсем уж игриво выглядят утверждения, что завербовал девочку-подростка её первый любовник — выходец то ли из Восточной Европы, то ли из самой России.
Достоверным является: сделав карьеру актрисы и журналистки и выйдя в 1945 г. замуж за Перона, она приобрела огромное влияние на супруга. Эвита купалась в роскоши, но требовала, чтобы её называли не "сеньора" ("госпожа"), а "компаньера" ("товарищ"). Она широко контактировала с левыми деятелями, активно выступала перед рабочими, крестьянами, студентами, поддерживала профсоюзы, щедро помогала беднякам. Народ её боготворил, аристократы ненавидели. Во внешнеполитических вопросах она, как с возмущением писали в США, занимала просоветскую позицию. Для "красной шпионки" поведение несколько странное, нетипичное, нелогичное… Но обыватели, избалованные сенсациями, не могут обходиться без жареного, как истинный аргентинец — без его любимого "асадо".
Эвита ушла из жизни в 1952-м совсем молодой, ей исполнилось всего 33 года. Поползли слухи, что ей "помогли" умереть. Официально она скончалась от лейкемии, но есть точные сведения, что её сгубил другой недуг. Перон поручил забальзамировать её тело. Процесс бальзамирования длился долго, и его завершение совпало со свержением Перона, после чего начались посмертные мытарства покойной. Армейские чины, устроившие переворот, перевозили и прятали злополучный гроб в разных местах, включая военные базы. Но информация просачивалась, и люди выкладывали у ворот цветы и зажжённые свечи. Наконец покойницу инкогнито переправили в Европу. В Италии состоялись тайные похороны.
Жена Хуана Доминго Перона страшила аргентинскую хунту больше, чем он сам? Выходит, так.
Её тело вернулось на родину вместе с мужем, который, как уже сказано, вновь стал президентом. И вот что любопытно. Эвиту окончательно захоронили на кладбище Буэнос-Айреса в могиле глубиной 10 метров, перекрытой двумя толстенными стальными плитами. Похоже, кому-то очень хотелось и хочется затруднить возможную эксгумацию её останков на предмет установления подлинной причины смерти…
Весьма удивительным в этой истории является следующий факт. В феврале 1953 г. посла Аргентины в СССР вдруг известили, что его в Кремле примет Сталин. Посол Леопольдо Браво о подобной аудиенции даже не мечтал. Сталин редко удостаивал такой чести иностранных дипломатов. Послу было предложено явиться без сопровождающих. На встрече (о которой в нашей печати ничего не сообщалось) присутствовали всего четыре человека: кроме Сталина и посла — министр иностранных дел А.Я. Вышинский и советский переводчик.
Впоследствии Браво, вспоминая этот потрясающий эпизод своего пребывания в Советском Союзе, поведал много интересного о проблемах политико-экономического сотрудничества двух стран, обсуждавшихся со Сталиным. Однако самым неожиданным для посла стали вопросы Сталина о роли в жизни Аргентины уже скончавшейся Эвиты Перон. По всему чувствовалось, что Сталин был прекрасно осведомлён о внутренней обстановке в южноамериканском государстве, вообще о латиноамериканских делах. Но ему хотелось перепроверить свои знания через мнение собеседника. И вряд ли было случайным, что, до того как зашёл разговор о Хуане Пероне, он в вежливой форме, но дотошным образом выяснял обстоятельства политической биографии супруги президента, подробности последних месяцев и дней её жизни.
А может, это и не очень удивительно. Кремлёвская встреча была, пусть негласно, туго "завязана" на антарктическую тему. Ведь к тому моменту Аргентина имела в Антарктиде шесть станций и решительно воспрепятствовала попыткам США воспользоваться ими под невинными "научными" предлогами. Она грубо отклонила просьбу адмирала Бэрда посетить её станции с "дружественным визитом". Перон известил самонадеянных янки, что им будет оказан военный отпор, если они посмеют высадиться на той части Антарктиды, которая объявлена аргентинской территорией. И представьте себе, янки отступили. История умалчивает, было ли это проявлением воли одного Перона или также его жены.
Информация, приведённая ниже, вроде бы не имеет отношения к этой теме. Однако, занимательная и настораживающая, она слегка раскрывает подспудные мотивы симпатий и антипатий аргентинцев и внешнеполитические зигзаги страны.
Перон издавна слыл антисемитом. Пожалуй, нет дыма без огня, так как в бытность военным атташе в фашистской Италии он встречался с Муссолини, идеям которого в Аргентине симпатизировали. Главенствующую роль в формировании аргентинской нации сыграли иммигранты с испанской и итальянской кровью. Итальянских предков имели многие президенты этой страны; были они в роду и у Перона. Наконец, после США именно Аргентина впитала в себя наибольшее число немецких и славянских иммигрантов. Антисемитские настроения среди них мало уступали соответствующим настроениям ревностных католиков, какими исстари являлись испанцы и итальянцы. Это — реальность из прошлого, которую оставим без комментариев. Однако в дверь стучатся факты из настоящего, и здесь без конкретного отношения к ним и без некоторых пояснений не обойтись.
Каждому, кто осмелится покритиковать сионистов и государство Израиль, западники готовы приклеить ярлык антисемита. Еврейская печать дружно ополчилась на Перона, когда для будущего Израиля ещё только подыскивалось местечко в Азии, Африке, Америке. В качестве одного из вариантов рассматривалась Патагония. Для сионистов она была соблазнительной по многим параметрам. А президент Перон, даже когда Израиль уже обосновался в Палестине, позволил себе обвинять того в подготовке отторжения Патагонии.
А может, опять-таки нет дыма без огня? Сегодня сюда вновь протянулась мохнатая и когтистая лапа Сиона. Израильские власти, скупая аргентинские земли через подставных лиц, организовали в этих краях летние лагеря для отдыха своих солдат и офицеров, где ежегодно проводят двухнедельные отпуска до 10 и более тысяч военнослужащих. Чем, как не видами на будущее, является строительство здесь израильтянами казарменного жилья для размещения сотен тысяч человек?.. А в чилийской Патагонии создана база израильских ВМС. По правде говоря, это, скорее, пункт базирования подводных лодок, нежели полноценная военно-морская база. Однако невысокий "ранг" объекта не мешает тому обозначать в регионе твёрдое военное присутствие государства, находящегося отсюда за тысячи миль.
Военный флот Израиля невелик, состоит из малотоннажных кораблей. Три корвета стандартным водоизмещением чуть более одной тысячи тонн и несколько десятков ракетных, сторожевых и пр. катеров ни в какую Америку, конечно, не пойдут. Зато пять дизель-электрических субмарин типа "Дольфин", построенные в ФРГ, к которым скоро должны добавиться ещё три такие же, не могут не привлекать пристального внимания. Подлодки имеют хорошие тактико-технические характеристики, включая удовлетворительную автономность плавания (50 суток), и вооружены крылатыми ракетами, способными нести атомные боеголовки.
Одни считают, что хлопоты Израиля в этой части света — отражение некоего плана по отступлению из Палестины в случае поражения в непрекращающемся противостоянии с арабским миром. Другие — что это всего-навсего следствие программы Израиля по созданию плацдарма для проникновения в Антарктиду.
Действительно, в начале текущего столетия было образовано "Израильское антарктическое объединение" и состоялась экспедиция израильтян на шестой континент. Они совершили восхождение на неисследованную вершину высотой около тысячи метров. В группу отборных коммандос включили пару подсадных арабов-палестинцев, сопроводив выполнение военно-тренировочного задания шумной политической рекламой по поводу показушного "акта примирения" двух народов. Не скрывают в Израиле и того, что хотели бы присоединиться к клубу стран, имеющих в Антарктиде научные станции.
Ещё один аргентинец, в отличие от Перона находившийся в тени, но принимавший видное участие в закулисной борьбе за атомное оружие, Рауль Хосе Сото. В качестве резидента аргентинской спецслужбы он в 1939 г. был заслан в США. Возглавил целую сеть агентов и осведомителей, вертевшихся в околоатомной сфере и даже проникших в учреждения, причастные к "Урановому комитету" и "Манхэттенскому проекту". (Оба названия отражают организационно-производственные этапы создания ядерного оружия в США.)
Сото установил контакт с советским разведчиком Гайком Овакимяном, действовавшим в Штатах под торговым и дипломатическим прикрытием. Последний имел непосредственное отношение к нашему "Атомному проекту". Ещё до начала Великой Отечественной войны он получил от Сото содержательные материалы о соответствующих исследованиях янки в их лабораториях и — внимание! — о деятельности немцев в Антарктике. Об этом было немедленно доложено в Москву. Л.П. Берия взял под личный контроль перепроверку информации, и она подтвердилась.
К сожалению, отсутствуют данные о вкладе в решение атомных вопросов советского разведчика-нелегала И.Р. Григулевича, в течение двадцати лет плодотворно работавшего в Старом и Новом Свете. В 1940–1944 гг. он "занимался" Аргентиной. Вероятно, ещё не пришло время рассекретить эти "занятия", хотя об остальных операциях под руководством либо с участием сей незаурядной личности кое-что известно из открытых источников.
Здесь будет нелишним упомянуть, что Аргентина лидировала в неофициальном рейтинге разведок Латинской Америки. Она вела собственную игру на мировом шпионском фронте, выторговывая у великих держав — ядра антигитлеровской коалиции — неплохие преференции. В то же время она плотно сотрудничала с Третьим рейхом. Показательный факт: Аргентина последней из стран Латинской Америки объявила войну Германии — в марте 1945 г.
Соединённые Штаты были осведомлены о прогерманских настроениях, царивших в Аргентине. Там ещё с Первой мировой войны проживала многочисленная немецкая община. На неё приходилось около 20% населения страны, или 3 из 15 миллионов человек. Половина аргентинских генералов прошла службу в германской армии. В стране плодились группы и группки полуфашистского и откровенно фашистского толка. Но янки недооценивали смышлёность аргентинцев и то, что влияние прогрессивных сил в этой стране тоже было традиционным и заметным. Местная коммунистическая партия, образовавшаяся в январе 1918 г., являлась старейшей не только в Западном полушарии, но и в мире.
Тем временем под ударами Красной армии пал Берлин… Да, часть нацистов бежала из Германии в Аргентину. Однако их куда больше попряталось в Парагвае, Боливии, Бразилии, Чили… Теперь янки с негодованием узнавали, что на аргентинских военно-морских базах нет-нет да швартовались и осуществляли текущий ремонт корабли советского ВМФ. В частности, на базе в Рио-Гранде — городе на архипелаге Огненная Земля.
Этими и другими близлежащими островами заканчивается на юге суша американского материка. Дальше через пролив Дрейка лежит Антарктида. Архипелаг разделён пополам между Аргентиной и Чили. Рио-Гранде представляет собой административный центр провинции с длинным, отдающим претенциозностью названием: "Провинция Огненная Земля, Антарктида и Острова Южной Атлантики". Витиеватая топонимическая "предъява" на свою долю при ожидаемом дележе южнополярных территорий…
Это — самое подходящее место, откуда нашему (да и любому) военному или гражданскому судну было сподручнее всего попасть к Берегу Королевы Мод…
Оказывалось нам и содействие поневоле, если так можно выразиться.
Два из эсминцев нашего "Антарктического флота" зашли в конце 1945 г. в Циндао и Чифу (Яньтай) — порты Китая на полуострове Шаньдун в Жёлтом море. Пикантность ситуации в том, что Циндао, претерпевший японскую оккупацию, теперь служил военно-морской базой для американского флота. С другой стороны, это не должно вызывать удивления. Хотя полуостров тогда ещё не был освобождён коммунистами, но перед тем, как война между проамериканской армией Чан Кайши и просоветской армией Мао Цзэдуна вышла на новый виток, в ней наблюдалось относительное затишье.
Обе стороны — Компартия на севере, Гоминьдан на юге — перегруппировывали и накапливали силы, прежде чем приступить в следующем году к активной фазе боевых действий. Советский Союз порвёт формальные связи с гоминьдановским режимом только в 1949-м, когда в Пекине будет провозглашена Китайская Народная Республика, а ставленник Штатов генералиссимус Чан Кайши с остатками разгромленной армии сбежит на Тайвань. Поэтому янки и чанкайшисты пока номинально оставались союзниками СССР и вынуждены были терпеть заходы наших кораблей. Более того — обслуживать их.
А вот зачем "антарктические" эсминцы отсюда пошли не к домашним дальневосточным берегам, а взяли курс на юг, для противной стороны оставалось в то время загадкой.
Беспокоящим для военного командования США явилось то, что эти же эскадренные миноносцы в 1946 г. объявились в Аргентине. После чего их след опять затерялся.
Янки имели свои глаза и уши в аргентинских портах, куда зачастили не менее "подозрительные" пароходы Совторгфлота. Они грузились-выгружались, бункеровались, чистились и красились. Однако, покидая порт, случалось, пропадали из поля зрения соглядатаев США. Во всяком случае, те безуспешно пытались искать наши суда к северу от эстуария Рио-де-ла-Плата. Слишком поздно "гринго" сообразили, что искать надо было в квадратах намного южнее.
Негативное отношение латиноамериканцев к США, вообще к англосаксам, имеет старинные корни, которые в Аргентине были одними из самых глубоких и прочных. "Гринго" — этим оскорбительным прозвищем ещё в позапрошлом столетии называли здесь пришельцев из Штатов и Британии. Презрение к ним в народах Латинской Америки так зашкаливало, что вскоре к "гринго" были причислены все англоговорящие белые. Именно на этих настроениях умело играли германские нацисты, которых неискушённые в европейских делах латиноамериканцы долго рассматривали как верных союзников в борьбе с засильем янки. По той же причине Аргентина после войны взаимодействовала с нами по многим вопросам, включая политическое прикрытие советских операций в Южном полушарии.
Переход этой страны во внутренней и внешней политике на реакционные, антикоммунистические позиции произошёл позже — в середине 1950-х. Страна и раньше попадала под пяту военных диктатур. Но с этого момента каждый переворот приводил к власти самых одиозных представителей военщины. В 50–70-х годах страну сотрясала жестокая классовая борьба, выливавшаяся в вооружённое сопротивление левых радикалов диктаторским режимам. Бурлила и остальная Латинская Америка. Путём запугивания населения жёсткими репрессиями и массированной антисоветской пропагандой аргентинским и другим латиноамериканским реакционерам удавалось сбивать накал народных протестов.
Наступало время, когда захиревшие было антикоммунизм и антисоветизм нежданно-негаданно получили повсеместно второе дыхание. Его дал им возмутительный, лживый и, откровенно говоря, преступный ХХ съезд КПСС с его "секретным" хрущёвским докладом и "разоблачением культа личности Сталина".
Но это — отдельная тема, а в отношении рассматриваемой самое время вспомнить, что Россия и Советский Союз могли сто с лишним лет назад на законных основаниях, при посредничестве Аргентины занять самую выгодную позицию на подступах к ледовому континенту, стать хозяевами части Огненной Земли.
В 1892 г. Россия получила от Аргентины официальное предложение купить у неё остров Стейт в южной части архипелага. Явной политической подоплёкой было перманентное, периодически обострявшееся противостояние между Аргентиной и Англией. Насолить Британии, которая спесиво называла себя "владычицей морей", предоставить русским возможность обосноваться рядом с мысом Горн и контролировать пролив Дрейка — это вполне отвечало обоюдным интересам нашей и южноамериканской страны. Первым оценил привлекательность предложения генеральный консул России в Буэнос-Айресе, который докладывал: "В случае войны Англия, конечно, не пропустит нас ни через Суэцкий канал, ни через Индийский океан. Так что у нас остаётся лишь один путь для сообщения с нашими владениями на Тихом океане… Для нас было бы очень важно иметь точку опоры в этой части света".
Сложности в реализации проекта, безусловно, имелись. К политическим и экономическим добавлялись географические: труднодоступность территории, отсутствие удобных бухт, экстремальность погодных условий. Умение считать копейку — разумно и достойно похвалы. Неумение просчитывать будущее — идиотично и достойно худословия. Особенно в отношении государственных мужей. Именно под этот вывод подпадает вердикт государя императора Александра III, который "высочайше повелеть соизволил отклонить предложение правительства Аргентинской Республики". Ведь, несмотря на все грозящие убытки, стратегическая ценность сделки для нас была видна ещё тогда, а сегодня возросла бы десятикратно…
Советские военные суда в тот период не заходили в порты Южно-Африканского Союза (так назывался этот британский доминион, пока не получил независимость в 1961 г., когда превратился в ЮАР). Забираться так далеко в их имперские владения англичане тогда мало кому позволяли. Однако после войны в здешних водах неоднократно бросали якорь торговые суда СССР.
В Кейптауне ещё в 1942 г. открылось советское консульство. Население и администрация ЮАС испытывали огромную симпатию к сражавшейся России. Из Южной Африки к нам шли разнообразные грузы по двум маршрутам: 1) через Атлантику и Северный Ледовитый океан в Мурманск и Архангельск; 2) через Индийский океан и иранские порты в Персидском заливе, далее по шоссейным и железным дорогам — в Закавказье. Советская промышленность получала из ЮАС руды чёрных и цветных металлов, асбест, каучук, шерсть, хлопок, химическое сырьё, рыбопродукты. Многие продовольственные и медицинские товары собирались и отправлялись в СССР безвозмездно.
Война окончилась, и рейсы советских грузовых пароходов всё чаще пролегали через южноафриканскую прибрежную акваторию. Заправляясь в Кейптауне, Порт-Элизабет, Дурбане топливом и водой, закупая другие виды снабжения, суда с непременной государственной эмблемой СССР — серпом и молотом на дымовой трубе — отчаливали и уходили. Они не выглядели необычно на морском перекрёстке с интенсивным двусторонним движением с запада на восток и обратно. Путь вокруг мыса Доброй Надежды — символической оконечности африканского материка — один из наиболее оживлённых судоходных районов мира. Тем более что нельзя было придраться и к формальным сторонам активности Совторгфлота. Регистровые свидетельства, рейсовые задания, вахтенные и машинные журналы, коносаменты, прочие документы всегда были на советских судах в полном порядке. Другой вопрос, что, официально направляясь на запад либо на восток, они в реальности нередко шли на юг, где их ждали на советской антарктической базе.
Назвать это содействием в традиционном понимании нельзя. Однако не исключено, что лидеры доминиона знали или догадывались об антарктических операциях СССР и молча не противодействовали им. Они недолюбливали лондонское правительство, прилагали усилия по избавлению от британской опеки, искали союзников. Африканеры, или буры (потомки колонизировавших эту территорию голландцев, фламандцев, немцев, ирландцев и др.), в массе своей терпеть не могли англичан. Поэтому симпатии местных властей к нашей стране и различные поступки, направленные на сближение с Советским Союзом, были у них в ту пору искренними.
Крайне полезной для сталинских планов освоения Антарктиды была сознательная, практическая поддержка их со стороны… Франции. Неприязнь французов к англосаксам общеизвестна. Несмотря на союзнические обязательства, между ними не было настоящей близости. Их контакты и сегодня оставляют желать лучшего. Блок НАТО ещё не был создан. Франция стала его членом лишь в 1949-м. Непримиримые противоречия внутри западного лагеря периодически доходят до крайних степеней конфронтации. (Не будем забывать, что обе мировые войны, куда Россию и СССР буквально втащили, начинались между ведущими капиталистическими державами, да и в третьей, вероятнее всего, сцепятся между собой давно знакомые хищники.) Таково непреложное историческое обстоятельство, и оно в определённой ситуации может играть нам на руку.
Всё это способствовало тому, что между Сталиным и де Голлем возобладали доверительные отношения, разительно отличавшиеся от отношений Москвы с Вашингтоном и Лондоном.
Во время войны немцы пробрались на принадлежащий Франции и практически безлюдный архипелаг Кергелен в Индийском океане. Отсюда до побережья Антарктиды 1000 миль. Германские суда отстаивались, ремонтировались, получали снабжение с развёрнутых ими здесь складов. Это был их удобный перевалочный пункт. Когда над Кергеленом вновь взвился французский флаг, янки засекли заходы на архипелаг неопознанных кораблей. Но вот досада — их сопровождала очень даже опознанная советская подводная лодка типа "К".
В отличие от кригсмарине советские военные и гражданские суда пользовались Кергеленом с ведома и разрешения французского правительства.
Кстати, США хотели разместить на Кергелене свою военно-морскую базу, однако де Голль не согласился. А в 1966 г. он таки вырвал свою страну из удушающих североамериканских объятий, прекратив членство Франции в военной организации НАТО и сохранив её участие лишь в политической деятельности Североатлантического альянса. Причём участию этому была присуща выраженная самостоятельность и независимость действий Франции на международной арене. Известна раздражённая реплика президента США Линдона Джонсона: "Невзирая на все минусы, в этой истории имеется всё же один замечательный момент — теперь наши военные секреты, которыми мы делились с французами, перестанут попадать прямиком к русским".
![Главное](/images/star.png)
Двери открываются
Молодые китайцы приобретают ценный опыт, работая в международных организациях
Текст: Лю Сюань
С середины марта Гэ Синьи работала удаленно в своей квартире в Нью-Йорке из-за COVID-19. И только недавно после снятия ограничений начала задумываться о том, чтобы начать время от времени ходить в офис.
Гэ 27 лет, она родом из города Ухань, провинция Хубэй, четыре года проработала в штаб-квартире Детского фонда ООН, где отвечала за планирование, мониторинг и оценку коммуникации по организационным вопросам и информационно-просветительской деятельности.
"У нас в ЮНИСЕФ есть много краткосрочных, среднесрочных и долгосрочных стратегических планов, и моя работа - следить за тем, чтобы эти планы выполнялись", - говорит Гэ. Это ее третья должность в офисе ЮНИСЕФ.
Во время пандемии Гэ сосредоточила внимание на глобальном коммуникационном плане организации по COVID-19. Дважды в неделю она предоставляет обновленную информацию о работе и кампаниях, связанных с этим заболеванием. В мае она взяла на себя задачу разработать способы более эффективного осуществления программ ЮНИСЕФ посредством информационно-просветительской деятельности и коммуникаций во время пандемии.
"Распространяя информацию, мы хотим продвигать изменения в поведении людей и позволить программам помочь местным жителям", - говорит она.
Прежде чем приступить к своей нынешней роли, Гэ работала в управлении чрезвычайных программ ЮНИСЕФ. В ее обязанности входило наблюдение за гуманитарной помощью в чрезвычайных ситуациях, вызванных войнами, стихийными бедствиями, проблемами общественного здравоохранения и политическими конфликтами, а также предоставление рекомендаций офисам государств-членов.
Желание Гэ работать в ООН, вероятно, появилось много лет назад, когда в ее средней школе проводилось мероприятие Организации Объединенных Наций.
"Я не была знакома с ООН, но обрела там много друзей, и мне очень понравился весь процесс работы. Мне даже вручили награду", - вспоминает она.
На первом году обучения в университете Гэ поехала в Чешскую Республику на стажировку, спонсируемую фондом Европейского союза. Она также приняла участие в конференции ООН по изменению климата в 2012 году в Дохе, Катар.
"Я поняла, что хочу заниматься чем-то, связанным с общественными делами, и работать в системе ООН, поэтому подала заявку на получение степени магистра социальной политики в Соединенных Штатах", - продолжает Гэ. После окончания Пенсильванского университета она проработала почти два года в качестве стажера, а затем консультанта в департаменте по экономическим и социальным вопросам в штаб-квартире ООН. В 2016 году после нескольких собеседований и экзаменов девушка стала официальным сотрудником ЮНИСЕФ.
"Работа в системе ООН - это особенный процесс обучения, потому что вы встречаете людей из разных стран с разным опытом", - отмечает она.
Гэ также пришлось столкнуться с проблемами и ситуациями, с которыми она не была знакома, но которые распространены в некоторых странах. Это дало ей более полное представление о мире.
"Работа здесь позволяет вам сохранять непредвзятость. Это процесс постоянного расширения вашего мышления. Работа в штаб-квартире (ЮНИСЕФ) очень важна, но я также хочу участвовать в реализации политики, которую мы разрабатываем. Я хочу делать конкретные вещи, которые могут помочь мне лучше понять смысл и важность моей работы", - говорит она.
Другой сотрудник ООН Го Лэй в августе наконец прибыла в Шанхай после того, как покинула Найроби и прилетела транзитом через Дубай, а затем через Шри-Ланку.
"Наш офис в Найроби был закрыт из-за пандемии, поэтому я решила вернуться в Китай, - рассказывает она. - Возможно, в этом году не все смогут вернуться в офис".
Го 29 лет, она работает руководителем проекта по инновационным инициативам в Программе ООН по населенным пунктам, штаб-квартира которой находится в столице Кении. Департамент Го занимается изучением инноваций для содействия лучшему развитию городов.
"Мы ищем передовые технологии, которые смогут помочь нам более эффективно решать городские проблемы, - поясняет она. - А также сосредоточены на некоторых нетехнологических способах инноваций - таких, как политические и институциональные инновации".
В 2016 и 2017 годах Го работала в офисе Организации ООН по вопросам образования, науки и культуры в Бейруте, занимаясь вопросами, связанными с образованием и трудоустройством беженцев.
"В Ливане мы в основном сосредотачиваемся на вопросах, связанных с беженцами, потому что в стране проживает много сирийских и палестинских беженцев. Но когда я была в Африке, приоритетом было развитие".
Работа в ООН дала Го возможность много путешествовать, и она называет себя гражданином мира.
Цай Инань после трехмесячной стажировки в департаменте общественной информации штаб-квартиры ООН в Нью-Йорке в 2016 году решила вернуться в свой родной город Пекин. Сейчас 29-летняя Цай работает в НПО, занимающейся проблемами изменения климата, но опыт работы в ООН, по ее словам, "более или менее" повлиял на ее выбор карьеры.
"Стажировка дала мне лучшее понимание многонациональных организаций и их работы, позволив мне окунуться в многонациональную рабочую среду", - отмечает Цай, добавив, что теперь она часто встречается с иностранными коллегами и хорошо адаптировалась к международному стилю работы.
Цай начала стажировку в ООН в 2016 году, получив степень магистра в области коммуникаций, культуры и технологий в Джорджтаунском университете в Вашингтоне.
"Если вы не являетесь частью системы ООН, вы можете думать, что ее вопросы очень далеки от вас и вас это не касается, - говорит она. - Однако если вы находитесь внутри, у вас будет больше сочувствия и более глубокое понимание того, что происходит в мире". По ее словам, работа в ООН может помочь людям принять и больше уважать диверсифицированный мир. И это может быть одной из причин, по которой организация привлекает все больше молодых китайцев.
Выборы в США: Трамп или Байден?
Исход американской президентской гонки неясен до сих пор.
До дня выборов президента Соединённых Штатов, а они назначены на 3 ноября, осталось всего две недели, однако каков будет их итог, сказать по-прежнему трудно. Хотя демократ Джо Байден, согласно опросам, несколько опережает нынешнего хозяина Белого дома Дональда Трампа, шансы у обоих кандидатов на победу практически равны. В какой ситуации подходит к своему финишу президентская кампания в США и чего ждать от американских выборов? Эти и другие вопросы стали темой беседы нашего обозревателя с одним из ведущих российских американистов – генеральным директором Российского совета по международным делам Андреем Кортуновым.
– Андрей Вадимович, не могли бы вы вкратце напомнить читателям, как происходит выбор президента США?
– Начнём с того, что 3 ноября американцы будут выбирать не только президента и вице-президента. Предстоит переизбрать всех 435 членов палаты представителей и треть сенаторов конгресса, а также губернаторов 13 штатов и территорий. Сегодня верхняя палата конгресса – сенат – находится под контролем в целом лояльных Трампу республиканцев, а нижнюю – палату представителей контролируют враждебные ему демократы. Как изменится состав конгресса после выборов, сказать трудно, но в целом риски для республиканцев потерять контроль над сенатом расцениваются как более высокие, чем риски демократов утратить большинство в палате представителей.
Надо учитывать, что президентские выборы в США непрямые, технически избиратели голосуют не за кандидата в президенты, а за своего кандидата в коллегию выборщиков которая, в свою очередь избирает президента. Чтобы победить, кандидату в президенты нужно набрать больше половины голосов выборщиков – не менее 270 голосов. Поскольку на уровне штатов голосование мажоритарное, а не пропорциональное, в коллегии выборщиков от каждого штата оказываются сторонники только лидирующего в данном штате кандидата. То есть победитель получает всё.
В 2016 году Клинтон получила голосов избирателей больше Трампа – на 2,9 миллиона! Но голосов выборщиков у неё было всего 232.
Это важно для понимания тактики кандидатов на выборах – борьба идёт главным образом за колеблющиеся или фиолетовые штаты – то есть те штаты, где сложилось относительное равновесие сил. Например, Трампу бессмысленно вести активную кампанию в Калифорнии – он её в любом случае проиграет Байдену, а вот за пока неопределившуюся Флориду он будет бороться до конца. Это же касается Пенсильвании, Мичигана, Висконсина, Северной Каролины…
– А чем остаётся привлекательным Трамп, ведь у него число сторонников в стране весьма велико?
– Ещё четыре года назад он смог уловить настроения «глубинного народа» Америки, недовольного происходящими в стране переменами. Кто он, типичный сторонник Трампа? Человек, живущий не на побережьях Атлантического или Тихого океанов, а в американской «глубинке». Скорее всего, он из небольшого городка, а не из миллионного мегаполиса. Вероятно, у него нет высшего образования и он работает на производстве или владеет небольшим собственным бизнесом. Это человек среднего или предпенсионного возраста. Скорее белый, чем представитель расовых меньшинств.
– И вот этого «среднего американца» ещё в 2016 году очень многое раздражало. Раздражал постоянный рост социальных программ и пособий, которые он должен был финансировать из своего же кармана. Раздражал стремительный процесс переноса американских производств в Азию и Латинскую Америку, оборачивавшийся потерей рабочих мест внутри США. Раздражали американские союзники, по факту взвалившие на Вашингтон основное бремя расходов на укрепление своей обороны. И так далее. За четыре года этот «средний американец» убедился в том, что Трамп в отличие от многих своих предшественников, пытается всё это поменять. Поэтому многие сторонники Трампа не просто не разочаровались в нём, а, напротив, превратились в его убеждённых фанатов.
– На поддержку каких категорий населения рассчитывают демократы?
– Среднестатистический сторонник демократов живёт, скорее, на побережье в большой агломерации, чем в маленьком городке в центре страны. Он моложе, чем сторонник Трампа, лучше образован, работает где-то в сфере «новой экономики», а не традиционного производства. Сторонник демократов вполне может оказаться представителем многочисленных меньшинств. По своим взглядам он не националист, а космополит, сторонник активного участия США в международных делах.
Одна из фундаментальных проблем демократической партии – её глубокий внутренний раскол между условными «центристами» из команды Клинтонов–Обамы и условными «левыми», представленными самыми разными деятелями, начиная от известного сенатора Берни Сандерса и кончая молодыми «конгрессменшами» в лице Александрии Окасио-Кортес, Ильхан Омар, Айанны Пресли и Рашиды Тлаиб. Сегодня Байден, относящийся к группировке «центристов», вынужден заигрывать с «левыми», чтобы не потерять их голоса на выборах. Но это значит, что у «левых» растут ожидания и надежды, которым Байден, если он станет президентом, вряд ли сможет соответствовать…
– Как известно, в американских выборах огромную роль играют очные дебаты кандидатов в президенты. Существует даже мнение, что именно они определили исход некоторых президентских выборов. Первый раунд прений Трампа и Байдена уже состоялся. Второй, назначенный на 15 октября, отменён из-за коронавируса, третий вроде бы состоится 22 октября. Как, на ваш взгляд, прошёл первый раунд и что кандидаты пообещали на нём своим избирателям?
– Меня, честно говоря, дебаты не очень впечатлили. Причём особенно удивил именно Байден – он с готовностью принял тот формат сугубо личностной дискуссии «на грани фола», который ему предложил Трамп. Политические платформы практически не обсуждались, полемика шла главным образом по поводу интеллектуальных и моральных качеств обоих кандидатов. Я, откровенно говоря, не помню столь бессодержательных дебатов на президентских выборах, деградировавших до уровня кухонной склоки в коммунальной квартире.
А что касается обещаний народу – ну что сегодня вообще кандидаты могут обещать? Никто ведь точно не знает, как долго в США продлится пандемия коронавируса, когда завершится экономическая рецессия, что будет с финансовыми рынками… Оба кандидата старались излучать оптимизм, но все вокруг понимают, что следующие несколько лет будут для Америки очень трудным временем. Народу придётся затягивать пояса, напрягать силы и отражать атаки новых и новых «чёрных лебедей». Американский системный кризис – это всерьёз и надолго, и совсем не очевидно, что его низшая точка уже пройдена.
Серьёзно расколото и само американское общество. Его «воссоединение» также потребует много времени и сил при любом исходе нынешней президентской гонки. Этот исход никого и не в чём не убедит – сторонники Трампа, как и его противники, останутся при своём мнении. Можно смело прогнозировать уличные демонстрации, жёсткое политическое противостояние в СМИ и в социальных сетях, инициирование судебных процессов, попытки обструкции на Капитолийском холме, планы взять реванш в самом ближайшем будущем. Возможно, «воссоединение» произойдёт не раньше 2024 года, когда в американской политической элите наконец наступит долгожданная смена поколений.
– Трамп допустил, что он может не согласиться с результатами голосования и не покинуть Белый дом, Байден в свою очередь не исключил, что проигравшего президента придётся выводить из резиденции силой. Такое вообще случалось в американской истории и возможен ли такой сценарий?
– Я не думаю, что дело дойдёт до того, что американские морские пехотинцы будут штурмовать президентскую резиденцию – это всё-таки, скорее, сюжет для очередного голливудского блокбастера. Но поскольку американское федеральное законодательство о выборах крайне сложное и запутанное, то проигравшая сторона вполне способна инициировать многочисленные судебные тяжбы об исходе выборов и тем самым заблокировать процесс передачи власти вплоть до самого дня инаугурации – согласно 20-й поправке к конституции США это 20 января.
В американской истории не было случаев, когда проигравшего президента приходилось насильно выдворять из Белого дома. Но, например, в 1876 году проигравший демократ Сэмюель Тильден не согласился с победой республиканца Резерфорда Хейса и даже начал готовить свою «альтернативную» инаугурацию в Нью-Йорке. Тогда уходящий президент-республиканец Улисс Грант пригрозил введением военного положения в Нью-Йорке и погасил конфликт. Разница, однако, в том, что все полномочия, которыми полтораста лет назад обладал уходящий президент Грант, сегодня находятся в руках Трампа, который никуда уходить не желает.
Что же касается позиции военных, то на их настроениях не может не сказываться рост военного бюджета при Трампе. Он все четыре года демонстрировал заботу и о вооружённых силах, и об оборонной промышленности. Военное строительство для Трампа – не только средство обеспечения национальной безопасности, но и один из инструментов реиндустриализации Америки.
Но военные – далеко не единственные, получающие огромные бонусы, хоть они и обеспечиваются за счёт стремительного роста государственного долга, а он уже превысил 27 трлн долларов. Ещё в марте Трамп подписал закон о финансовой поддержке американской экономики в размере 2 трлн. Там были и прямые выплаты американцам, и программы поддержки малого бизнеса, и специальные меры отраслевого характера, и дотации городам и штатам США. Сейчас в Белом доме готовят новый пакет мер по стимулированию роста экономики на сумму 1,8 трлн.
– Мир в целом уже как-то привык к экстравагантному поведению Трампа, а вот чего ожидать от «сонного Джо» – так называет Трамп своего соперника-демократа. Чем может обернуться победа того или иного кандидата для мира?
– Как давно хорошо известно, стиль – это человек. Если темпераментного, импульсивного, самоуверенного 74-летнего Трампа в Белом доме сменит осторожный, рассудительный и опытный 78-летний Байден, во внешней политике США многое поменяется, – особенно в механизмах принятия решений, в стиле и риторике. Большинство европейских союзников США вздохнут свободнее: Байден всегда был приверженцем многосторонности и защитником НАТО. Вероятно, чуть меньше будет давления на Иран, чуть больше баланса в израильско-палестинском конфликте. В Германии и Канаде, в Китае и Мексике сегодня безусловное предпочтение отдаётся кандидату от демократической партии, тогда как в Израиле и Польше, в Бразилии и Индии найдётся немало сторонников нынешнего хозяина Белого дома.
Но едва ли можно ожидать, что президент Байден инициирует пересмотр важнейших целей и задач Вашингтона на международной арене. Всё-таки американская внешняя политика традиционно носила двухпартийный характер, и различия между партиями касались главным образом средств, а не целей внешнеполитической стратегии. Понятно, что в ближайшие четыре года США будут заняты преимущественно своими внутренними проблемами, но отказа от курса на сохранение американской гегемонии или, скажем мягче, американского лидерства в мире ожидать не следует, по крайней мере, в обозримом будущем.
– Как известно, отношения между нашими странами сегодня напоминают те, что были во времена холодной войны. В какую сторону они могут повернуться после американских выборов?
– Давайте посмотрим, что мы имеем сегодня от президента-республиканца. Новые и новые экономические санкции по всем возможным поводам – от Украины до Сирии, от химического оружия до энергетического сотрудничества России и Германии. Беспрецедентную дипломатическую войну, превратившую российское посольство в Вашингтоне в подобие осаждённой крепости. Жёсткое и последовательное вытеснение Москвы с её традиционных рынков вооружений. Резкое усиление давления на стратегических партнёров и союзников Москвы – от Ирана и Сирии до Кубы и Венесуэлы.
Действия республиканской администрации подтверждают старую истину, хорошо знакомую любому, кто уделил хотя бы немного времени истории отношений между Вашингтоном и Москвой. Только сильный американский президент, опирающийся на широкую и устойчивую внутреннюю поддержку, способен направить эти отношения в конструктивное русло. Только такой президент может провести удачный саммит, договориться с конгрессом, нейтрализовать домашних оппонентов и в полной мере отвечать за взятые на себя обязательства. Был ли Трамп таким президентом? Американская элита все эти три с половиной года оставалась расколотой, и именно этот раскол, на мой взгляд, оказывал самое губительное влияние на американо-российские отношения.
К несчастью, есть все основания полагать, что Байден, если демократы одержат верх 3 ноября, станет очередным слабым президентом. Значит, отношения и дальше будут выстраиваться на основе «наименьшего общего знаменателя», а этот знаменатель предполагает продолжение нынешнего конфронтационного курса. Тем более что при наличии глубокого раскола в американских политических и экономических элитах антироссийские настроения в заокеанском истеблишменте остаются весьма устойчивыми. Даже возможное резкое обострение отношений США с Китаем, скорее всего, принципиально не изменит этих настроений в обозримом будущем.
Сказанное не означает, что между президентом Трампом и потенциальным президентом Байденом вообще нет никакой разницы. В чём-то Байден может оказаться менее удобным для нас, а в чём-то – более удобным. Несомненно, он станет наращивать американскую поддержку Украине и начнёт более жёстко ставить вопрос о правах человека в России. С другой стороны, он, скорее всего, займёт более конструктивные позиции по вопросам контроля над вооружениями. Байден, разумеется, не будет расточать комплименты в адрес Москвы, но его подход к отношениям с Россией может стать, как мне представляется, более последовательным и предсказуемым.
Александр Фролов, «Красная звезда»
Дубай, ОАЭ. Московская балетная труппа Moscow City Ballet прибудет с гастролями в Дубайскую оперу в ноябре 2020 года. В преддверии рождественского сезона театр покажет знаменитый балет «Лебединое озеро» – с 26 по 28 ноября 2020 года.
Стоимость билетов – от 300 дирхамов (US$ 82), включая бокал горячительного напитка. Зрителей ожидает «театральный шедевр, адаптированный под вкусы нового поколения».
Театр классического балета Виктора Смирнова-Голованова Moscow City Ballet – одна из наиболее известных и престижных балетных трупп, гастролирующих по всему миру. Своей танцевальной спецификой и чувственностью коллектив уже не одно десятилетие продолжает очаровывать не только строгих экспертов танцевального искусства, но и аудитории с изысканным вкусом.
В труппе Moscow City Ballet – более 50 артистов балета, многие из которых являются учениками супруги руководителя балета В. Смирнова-Голованова, знаменитой прима-балерины Людмилы Нарубасенко. Большинство танцоров – выпускники лучших балетных школ России и Украины.
Особенно ценимое поклонниками балета «Лебединое озеро» русский композитор Петр Ильич Чайковский создал на либретто Владимира Бегичева и Василия Гельцера. Премьерная постановка состоялась 4 марта 1877 года в Московском Большом театре. Автор оригинальной постановки на музыку П. Чайковского - Юлиус Резингер.
Первой исполнительницей партии Одеты-Одиллии была Полина Карпакова. Хотя существует много версий постановки, подавляющее большинство балетных трупп признают классической музыкальную и хореографическую интерпретацию Льва Иванова и Мариуса Петипа. Впервые она была представлена 15 января 1895 года в Санкт-Петербургском Мариинском театре. Спектакль длится около двух часов, с 20-минутным перерывом.
Ноябрь и декабрь будут насыщенными для Дубайской оперы и поклонников классического искусства. 8 ноября, в пятницу, джазовый клуб Ronnie Scott's Jazz Club представит концерт “Гиганты джаза” и отправит зрителей в столетнее путешествие по шедеврам музыкального направления – от Луи Армстронга до Дюка Эллингтона. Стоимость билетов – от 175 дирхамов (US$ 48).
11 ноября гостей оперного театра ждет выступление ансамбля фламенко Flamenco Passion с шоу “От Люсии до Камарона”, посвященным легендарному гитаристу Пако де Люсия и вокалисту Камарону де ля Исла, который перевернул отношение мира к жанру фламенко. В программе вечера – уникальный микс игры на рояле, скрипке, флейте и электрической бас-гитаре – все в сопровождении яркого танцевального коллектива. Стоимость билетов – от 175 дирхамов (US$ 48).
На следующий день, 12 ноября 2020 года, на сцену Дубайской оперы поднимутся Гай Манукян и Ара Маликян, всемирно известные музыкант, композитор и пианист и скрипач. Подобное совместное выступление состоится впервые в мире и будет посвящено армянскому музыкальному наследию. Стоимость билетов – от 195 дирхамов (US$ 53).
Всемирно известный палестинский певец и композитор Омар Камаль приглашает любителей искусства на свой концерт 12 декабря 2020 года, в преддверии рождественского сезона. Как ожидается, его единственный концерт будет не менее ярким и запоминающимся, чем в прошлом году. Стоимость билетов – от 195 дирхамов (US$ 53).
Стоит отметить, что в оперном театре будут соблюдаться меры профилактики коронавируса – прежде всего, это отразится на рассадке зрителей. Зрителям рекомендуется приобретать билеты онлайн. Ношение масок и соблюдение социальной дистанции обязательны в помещении театра.
Министерство просвещения развивает сотрудничество в сфере образования с Палестиной
Первый заместитель Министра просвещения Дмитрий Глушко провёл рабочую встречу с Чрезвычайным и Полномочным Послом Государства Палестина в Российской Федерации Абделем Хафизом Нофалем, во время которой стороны обсудили перспективы развития сотрудничества между государствами в области образования.
Основные темы, затронутые на встрече, – разработка проекта меморандума о взаимопонимании между Министерством просвещения Российской Федерации и Министерством просвещения Государства Палестина, взаимодействие в сфере среднего профессионального образования, изучения языков.
«Мы считаем важным укреплять взаимодействие в сфере общего образования. В частности, необходимо развивать прямое сотрудничество образовательных организаций России и Палестины, обмениваться опытом повышения качества подготовки педагогических работников в данной области, содействовать организации обмена делегациями школьников и педагогов, изучать языки и культуры наших стран. Минпросвещения России реализует гуманитарный проект по обеспечению преподавания русского языка и предметов на русском языке в образовательных организациях зарубежных стран, проводит повышение квалификации педагогов и целый комплекс образовательных и просветительских мероприятий за рубежом. В эту работу стоит активно включить и палестинскую сторону», – отметил Дмитрий Глушко.
Отдельная тема разговора – взаимодействие в сфере среднего профессионального образования. В обоих государствах заинтересованы в том, чтобы повышать престиж рабочих профессий, помогать студентам СПО получать качественные знания и полезные умения и впоследствии трудоустраиваться. Российская сторона готова оказать методическую помощь в повышении квалификации специалистов СПО. Сейчас это возможно в онлайн-режиме, после – в очной форме. Представители Палестины рассказали о том, какие направления обучения их интересуют в первую очередь. Напомним, что Министерство просвещения принимает участие в разработке многофункционального центра компетенций в городе Бирзейт, в котором планируется обучать студентов по программам СПО.
Дмитрий Глушко отметил, что Министерство просвещения также готово организовать повышение квалификации преподавателей русского языка в Палестине в онлайн-режиме. Стороны подтвердили общее мнение о том, что важно давать возможность школьникам создавать совместные проекты, а педагогам - обмениваться опытом и успешными практиками по обучению, воспитанию и развитию талантов детей. Палестинская сторона в ближайшее время предоставит точные списки педагогов для повышения квалификации.
![Главное](/images/star.png)
Интервью Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова радиостанциям «Sputnik», «Комсомольская правда» и «Говорит Москва», Москва, 14 октября 2020 года
Вопрос: Добрый день, Сергей Викторович. Мы не здороваемся за руку – все-таки коронавирус, соблюдаем все, что можно, хотя и без масок. Нас предупредили, что времени мало, потому что Вас ждут итальянцы, поэтому мы не будем перебивать, чтобы Вы успели ответить на все вопросы на благо аудитории.
Когда мы готовились к интервью, сказали друг другу в полушутку, хотя это очень грустный юмор, что перед тем, как Сергей Викторович зайдет, надо быстро посмотреть в соцсетях, не началась ли еще какая-нибудь война. В этом году все это случается внезапно. И будет нехорошо, если она началась пять минут назад, а мы Вас об этом не спросим.
Новая война не началась, но продолжается другая, почти новая, несмотря на вроде бы достигнутое перемирие, в том числе Вашими титаническими усилиями (Вы действительно не курили эти 11 часов, не представляю, как Вы вообще с этим справились?), по факту никакого прекращения огня нет. Хочу спросить Вас, оно вообще возможно? Мы, Россия, говорим о безальтернативности мирного подхода к урегулированию. Это можно сделать? Кто-то из них остановится?
С.В.Лавров: Конечно, переговоры были уникальными. Отмечу, что в решающий момент свой вклад внес Президент России В.В.Путин, потому что он контролировал наши «ночные бдения», и уже где-то глубоко в ночи мы с ним разговаривали два раза.
Вопрос: Звонил или заходил?
С.В.Лавров: Звонил. Подключался и Министр обороны России С.К.Шойгу, потому что было важно согласовать вопрос о том, что объявление перемирия будет не совсем достаточным, если не будет механизма контроля за прекращением огня. Второй пункт согласованного документа предусматривает именно это.
За последние дни я несколько раз контактировал со своими коллегами в Баку и Ереване. То же самое делал С.К.Шойгу – общался с министрами обороны обеих стран. В.В.Путин разговаривал с лидерами конфликтующих сторон. Наш главный посыл заключается в том, что все-таки необходимо немедленно встречаться по линии военных и согласовывать механизм контроля за прекращением огня, о котором говорится в тот самом документе, но который пока никто даже не начал обсуждать.
Соответствующие сигналы я переподтвердил буквально полчаса назад, когда мне звонил Министр иностранных дел Азербайджана Д.А.Байрамов. Такой же сигнал мы направляем и нашим армянским коллегам. Думаю, что это сейчас является ключом к устойчивому прекращению огня, от которого страдают гражданские объекты, мирные граждане.
Вопрос: Что это за волшебный механизм контроля за прекращением огня? Это бесполетная зона?
С.В.Лавров: Когда политики и дипломаты в любом конфликте объявляют о договоренности прекратить огонь, для того, чтобы это было успешно выполнено, военные тут же согласовывают «на земле», какие конкретно меры должны для этого приниматься, кто будет объективно наблюдать за тем, как соблюдается режим прекращения огня с обеих сторон. Это не нечто «волшебное». Так было и в Приднестровье. И, кстати, в Донбассе, хотя там прекращение огня объявляется уже не один раз, и лишь последнее более или менее действует, и то только потому, что в Контактной группе по урегулированию ситуации на Украине были разработаны дополнительные меры верификации этого режима. Так было и в 1994 г. в Нагорном Карабахе, когда объявление о прекращении огня сопровождалось четким согласованием по линии военных того, как это будет выглядеть «на земле».
Отвечая на вторую часть вопроса, да, конечно, политическое урегулирование возможно. Предложения, которые прорабатывали и продолжают прорабатывать сопредседатели Минской группы ОБСЕ, остаются на столе переговоров. Их содержание уже известно: это поэтапное, постепенное освобождение районов вокруг Нагорного Карабаха при соблюдении гарантий его безопасности и обеспечении надежной связи между Арменией и Карабахом до того, как будет определен его окончательный статус. Такая схема хорошо известна. Думаю, что не было бы счастья, да несчастье помогло: эти печальные события должны помочь активизировать политический процесс параллельно с решением «на земле» вопросов безопасности.
Вопрос: Сергей Викторович, под надежной связью с Арменией Вы имеете в виду два района – Лачинский коридор, схему «пять – два»?
С.В.Лавров: Все договоренности, которые обсуждались в последнее время и всерьез воспринимались сторонами, предполагали на первом этапе освобождение пяти районов при сохранении двух районов на второй этап, равно как на второй этап откладывался бы и вопрос об окончательном статусе Нагорного Карабаха. На первом этапе, помимо освобождения пяти районов, разблокировались бы все коммуникации, экономические связи, транспортные контакты, развертывались бы миротворцы, которые гарантировали бы невозобновление боевых действий.
Вопрос: То есть все-таки миротворцы – это тот самый механизм, про который Вы только что говорили?
С.В.Лавров: Нет, этот механизм сейчас должен заработать на линии фактического соприкосновения. Это не пять районов, которые должны быть переданы на первом этапе согласно предложениям сопредседателей. Сейчас было бы даже достаточно не миротворцев, а военных наблюдателей.
Вопрос: Наших?
С.В.Лавров: Мы считаем, что было бы совершенно правильным, если бы это были наши военные наблюдатели. Но окончательное слово должно быть за сторонами. Мы исходим из того, что в Ереване и в Баку будут приняты во внимание наши союзнические связи, отношения стратегического партнерства.
Вопрос: Сергей Викторович, нынешнюю войну в Карабахе, если называть вещи своими именами, вдохновляла Турция. Вообще, мы регулярно «натыкаемся» на Турцию - в Ливии, а также в Сирии, где Анкара становится вовсе не нашим союзником, а военным оппонентом. При этом мы регулярно заявляем о том, что это наш стратегический союзник. Как все это будет сейчас в свете происходящих событий? Где мы, где Турция? Кто мы по отношению друг к другу?
С.В.Лавров: Мы никогда не квалифицировали Турцию как нашего стратегического союзника. Это партнер, очень тесный. На многих направлениях это партнерство имеет стратегический характер.
Действительно, мы работаем в Сирии, стараемся помогать урегулировать ливийский кризис. Турция тоже стремится продвигать свои интересы в этом регионе. Главное, что это абсолютно законно, если интересы легитимны, будь то Турция, Иран, ОАЭ, Катар. Много стран в этом регионе имеют свои интересы, которые проецируются за пределы их государственных границ. Важно, чтобы это проецирование было транспарентным.
В том, что касается Сирии, я считаю, такие транспарентность и легитимность были обеспечены, несмотря на то, что турецкие военнослужащие присутствуют на сирийской территории без приглашения законных властей. Президент САР Б.Асад и его правительство приняли и поддержали создание Астанинского формата. Они сотрудничают в выполнении всех тех инициатив, которые выдвигает «тройка» астанинских гарантов. В этом смысле партнерство России, Турции и Ирана играет очень важную роль. Именно оно позволило сократить территории, на которых правили террористы, по сути дела, до Идлибской зоны деэскалации.
Отдельная тема – это восточный берег Евфрата; к сожалению, американцы нетранспарентно и абсолютно противозаконно продвигают на тех территориях, на которых сейчас хозяйничают, идеи сепаратизма, поощряя настроения курдов к тому, чтобы они там устанавливали отличные от центрального правительства правила проживания и функционирования.
В Ливии мы тоже взаимодействуем с Турцией. Уже не один раз встречались дипломаты, военные, представители спецслужб, чтобы использовать возможности каждой из наших сторон. Мы контактируем со всеми: и с восточной частью Ливии, где расположен парламент, и с западной частью страны, где находится Правительство национального согласия (ПНС). Турки, как Вы знаете, поддерживают ПНС, но прекрасно понимают, что необходимо искать компромиссы между подходами всех регионов, всех ливийских политических сил. Сейчас политические процессы пока достаточно хаотично, но все-таки развиваются и начинают выстраиваться в одном русле. Это касается Берлинской конференции по Ливии, тех инициатив, которые предлагают Марокко, Тунис, Египет как соседние страны – это абсолютно понятно, мы это поддерживаем. Сейчас важно канализировать все это под эгидой ООН в единую схему, которая будет опираться на стимулирование всех ливийских сторон не к тому, чтобы они выдвигали друг другу ультиматумы, как мы наблюдали это между Тобруком и Триполи в последнее время, а чтобы они сели и стали договариваться.
Сейчас наши ооновские коллеги стараются привести к общему знаменателю все эти усилия. Мы этому активно содействуем. Я слышал, что и Турция заинтересована в том, чтобы такие процессы набирали силу. В любом случае, дипломатия предполагает учет позиций всех сторон конфликта внутри той или иной страны, охваченной кризисом, но также и учет интересов региональных государств, которые легитимны и принимаются самими конфликтующими сторонами.
Вопрос: Вы рассказали про учет интересов всех игроков. А мы считаем, что в Карабахе интерес Турции легитимен, собираемся его учитывать?
С.В.Лавров: Я перехожу к Карабаху. Мы не согласны с той позицией, которую озвучила Турция и несколько раз высказывал Президент Азербайджана И.Г.Алиев. Здесь нет никакого секрета. Мы не можем разделить заявления о том, что есть и допустимо военное решение конфликта. К сожалению, Турция смогла это сделать и подтвердила, что будет поддерживать любые действия, которые предпримет Азербайджан для решения этого конфликта, включая военные.
Мы находимся в контакте с турецкими коллегами. Я несколько раз в период этого кризиса разговаривал с Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу. Мы все-таки отстаиваем свою точку зрения: мирное урегулирование не только возможно, но является единственным способом обеспечить устойчивое решение этой проблемы, потому что все остальное будет сохранять конфликт в приглушенном состоянии. Если не будет долговременного политического согласия, то когда-нибудь решения, достигнутые военным путем, докажут свою несостоятельность, и боевые действия все равно будут.
Вопрос: Эффект отложенной войны?
С.В.Лавров: Да, как мы видим, кстати, с палестинской проблемой.
Вопрос: Невозможно этого не замечать, и практически все обращают внимание на то, что Президент Турции Р.Т.Эрдоган активизировался. Он ведет свою игру в регионе Ближнего Востока: Ливия, Сирия. Однозначно, он считает это зону сферой своих интересов, не скрывая, говорит об этом.
На территории Кипра у него своя игра. Он опять пошел на обострение на греческом направлении. Они были в шаге от войны с Афинами. Плюс, его заявления о том, что Иерусалим – это тоже османский город. Сейчас это то, что они делают в регионе Южного Кавказа. При этом в своей инаугурационной речи, ьяговоря о Турции, он называл ее «Османской Турцией». В самой Турции его называют «новым султаном». Он открыто говорит о том, что хочет воссоздать новую Османскую Империю, поэтому активизировался по всем направлениям. Я уже не говорю про его решение по службе в Храме Святой Софии. Это же явный отход от завещания, которое им оставил К.Ататюрк.
В связи с этой активностью турецкого лидера и всей Турецкой Республики будем ли мы вносить какие-то коррективы в нашу политику на этом направлении?
С.В.Лавров: Конечно, коррективы всегда необходимо иметь в виду, но политика на турецком и любом другом направлении должна исходить из реальности, избегать материализации принципа «война – это продолжение политики». Это мое глубокое убеждение. Хотя наверняка бывают ситуации, когда, если против тебя осуществляется агрессия, то пушки должны перестать молчать.
Вопрос: У нас это называется: «Если не слушаете Лаврова, будете слушать Шойгу».
С.В.Лавров: Я видел майку с этой надписью. Да, речь примерно об этом.
Но сначала я хочу обозначить общую ситуацию, кто, где и как пытается продвигать свои интересы. Везде, где, по Вашим словам, Турция проявляет свою активность, достаточно активны, порой даже более, чем Анкара, страны, расположенные за 10 тыс. миль и дальше от этого региона. Есть государства, которые находятся поближе, но США везде в этих точках играют весьма активную роль.
В Сирии американцы активно подрывают весь смысл резолюции 2254 СБ ООН, подтвердившей территориальную целостность САР и потребовавшей ее уважать. Создают на ее территории квазигосударственные структуры, нисколько не смущаясь. Сначала объявили запрет на закупки сирийской нефти всем странам мира, а потом разрешили своей компании добывать там нефть и использовать вырученные средства на укрепление курдских структур, которые не должны подчиняться Дамаску. Кстати, на том же восточном берегу Евфрата Турция работает, чтобы, как она считает, пресечь курдский терроризм. Озабоченности Анкары в отношении безопасности своей границы с Сирией на восточном берегу Евфрата и в районе Идлиба, по крайней мере, гораздо более легитимны, чем то, что пытается делать Вашингтон, разжигая сепаратистские тенденции в САР.
США весьма активны в Ливии. Также пытаются «разруливать» этот конфликт в своих интересах, в том числе с тем, чтобы ослабить Турцию и, между прочим, Российскую Федерацию. Это заявляется открыто. Там тоже нефть играет не последнюю роль, потому что вопрос возвращения ливийской нефти на мировые рынки, снятия моратория, объявленного командующим Ливийской национальной армией Х.Хафтаром, имеет большое политическое и практическое значение, прямо влияя на цены на энергоносители.
По палестинской проблеме, Иерусалиму, урегулированию арабо-израильского конфликта, создания Палестинского государства США отодвинули практически всех остальных, сказав, что разберутся сами. Была Согласно Арабской мирной инициативе, сначала создается Палестинское государство, за чем следует нормализация отношений Израиля со всеми арабами. Но США ее перевернули с ног на голову. Сначала они хотят активно продвигать установление отношений Израиля со всеми арабскими соседями, а потом посмотреть, как можно будет решить, и надо ли вообще решать, палестинскую проблему.
Мы за то, чтобы отношения Израиля со своими соседями и с другими странами региона улучшались. Мы против того, чтобы это делалось за счет интересов палестинского народа, закрепленных в той же самой резолюции 181 ГА ООН, провозгласившей и создание Еврейского государства. Оно живет и здравствует, это наш близкий друг и партнер. А палестинского государства пока нет. Конечно, обещанного три года ждут, но эти три года уже давно прошли.
В ситуации, когда объявляется забытым и перечеркнутым решение Совбеза ООН о том, что судьба и положение Иерусалима как столицы трех монотеистических религий должны определяться с учетом позиций сторон, когда доступ к Мечети Аль-Акса, который должен решаться в рамках договоренности об окончательном статусе в контексте создания палестинского государства, опять пересматривается и отменяется, наверное, мы будем слышать такого рода заявления со стороны лидеров исламского мира, к каковым, конечно же, относится Президент Турции Р.Т.Эрдоган.
Еще более широкий контекст: в исламском мире идет очевидная борьба за лидерство. Есть несколько полюсов: Турция, Саудовская Аравия как лидер и местонахождение двух величайших исламских святынь. Не будем забывать, что, помимо тюрков и арабов, еще есть пакистанцы, индонезийцы. Индонезия – крупнейшее исламское государство мира. У нас есть отношения и с Лигой арабских государств, и с Советом сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), и с Организацией исламского сотрудничества (ОИС), которая объединяет все без исключения исламские государства Азии, Африки, где бы они ни находились. К сожалению, в рамках ислама это противоборство, конкуренция за лидерство в последнее время все чаще обретает достаточно ожесточенные формы. В контактах с коллегами из ОИС мы всячески призываем к тому, чтобы они вырабатывали общие подходы, консенсусные позиции, стремились к гармонии между всеми течениями ислама. В 2004 г. Король Иордании Абдалла II проводил саммит всех мусульман, по итогам которого была принята «Амманская декларация», содержавшая подтверждение единства всех мусульман, обязательство его продвигать в различных практических ситуациях. Не получается до сих пор.
В отношении Собора Святой Софии мы признаем право Турции и властей Стамбула определять конкретные параметры использования этого объекта, но, безусловно, с учетом его статуса объекта всемирного культурного наследия ЮНЕСКО. В рамках этой организации дискуссия еще не завершена. Турецкие коллеги давали нам заверения, что все связанное с православной культурой сохранит открытость для доступа посетителей, туристов, паломников. Посмотрим, как это будет реализовано на практике, так как технически соответствующие меры пока еще не реализованы.
По Южному Кавказу - опять же, посмотрите, кто там пытается активничать. Американцы далеко не менее активны.
Вопрос: Американцы откровенно говорят, что зона их национальных интересов – весь мир. Они позиционируют себя как империю. Турки никогда так не говорили, а сейчас находятся на этом пути.
С.В.Лавров: Опять «бык и Юпитер»?
Вопрос: Надо разобраться, что они имеют в виду.
С.В.Лавров: Может, все должны быть «быками»? В противном случае, все должны быть «Юпитерами»?
Вопрос: Процитирую Вас: «Если в ЕС не понимают необходимости взаимоуважительного диалога с Россией, будем вынуждены прекратить с ними общаться». Что Вы имели в виду?
С.В.Лавров: Я не так сказал. Сказал, что у нас возникает вопрос не просто о том, возможен ли «бизнес как обычно», а возможен ли вообще бизнес с Евросоюзом, который даже не свысока, а достаточно высокомерно, аррогантно посматривает на Россию, требует отчитываться за все грехи, которые, по мнению Евросоюза, мы совершили. Считаю, что мы не должны ни за что отчитываться. У нас есть собственная Конституция, законы, механизмы.
Вопрос: Ваша знаменитая фраза, адресованная бывшему Министру иностранных дел Великобритании Д.Милибэнду, когда он советовал изменить Конституцию России, – «Who are you to lecture me?».
Продолжу предыдущий вопрос. Как мы можем с ними не общаться? И можем ли? Что Вы имели в виду?
С.В.Лавров: Экономические интересы должны сохраняться, экономические операторы должны сами решать, что им выгодно, а что нет. Бегать и унижаться считаю ниже нашего достоинства. Если они будут разваливать наше экономическое партнерство, включая тот же «Северный поток-2», наверное, всю газотранспортную структуру взаимодействия по линии многих других ведомств и компаний они не разрушат. Пусть это идет своим чередом - от объективных интересов, которые будут совпадать.
Нам заявляют, что мы в принципе не доросли еще до того, чтобы быть геополитическим партнером Евросоюза, как это сделала недавно У. фон дер Ляйен. Министр иностранных дел ФРГ Х.Маас говорит, что разночтения с Россией не означают, что Германия не хочет иметь хорошие или хотя бы разумные отношения с нашей страной. Хорошими они едва ли будут в обозримой перспективе, но не по нашей вине. Мы всегда готовы их возобновлять, нормализовывать, оздоровлять на равноправной и взаимоуважительной основе. Все, что касается разума, сейчас, к сожалению, подлежит анализу по ту сторону нашего диалога. Очень надеюсь, что разум там возобладает. Пока мы этого не видим.
Говоря о подспудных течениях и о том, как может формироваться новый подход со стороны ЕС к России. Недавно близкие Правительству ФРГ «мозговые тресты», политологи публично взялись за выработку новой «восточной политики». По сути дела, они предлагают демонтировать существующую двустороннюю повестку дня. По их мысли, было у нас и «стратегическое партнерство», которое ушло в прошлое. Было «партнерство для модернизации», которое продвигал еще Ф.В.Штайнмайер на посту Министра иностранных дел. Эти политологи считают, что все эти проекты не удалось материализовать. Россия отказалась стать единомышленником Евросоюза и НАТО, не захотела этого делать и окончательно превратилась в противника по принципиальным вопросам миропорядка - так говорят эти мыслители, близкие к Правительству ФРГ. Они предлагают отказаться от стратегических замыслов в отношении партнерства с Россией. Более того, если до недавнего времени Евросоюз заявлял, что стратегически он с Россией расходится, но нужно избирательно сотрудничать в тех областях, где есть общие интересы, то эти мыслители частью своего нового подхода обозначают такую парадигму, что даже избирательное сотрудничество станет возможным лишь тогда, когда «русские изменят свое поведение». Это вызревает. Когда в кругах политических аналитиков прорезаются подобного рода вещи, то, конечно же, это говорит об изменении настроений в правящей элите. Посмотрим, как это будет препарироваться в практической политике, но пока она у лидеров ЕС, включая Францию и Германию, к сожалению, не очень оптимистична. Хотя в Париже, по-моему, гораздо более настроены на сохранение стратегических отношений с Россией. По крайней мере, это позиция Президента Франции Э.Макрона, реализуемая в контексте его договоренностей с Президентом России В.В.Путиным в целом ряде механизмов, созданных между Москвой и Парижем для того, чтобы обсуждать и вырабатывать общие подходы в отношении вопросов стратегической безопасности и стабильности в Европе. Посмотрим, куда будет «выруливать» вся эта ситуация и мыслительные процессы.
Вчера я говорил с Высоким представителем ЕС по иностранным делам и политике безопасности Ж.Боррелем. По-моему, он как опытный человек прекрасно понимает, что без России очень трудно решать многие вопросы, интересующие Евросоюз. Поэтому даже инстинкт обеспечения собственных интересов должен сподвигать объединенную Европу к партнерству и взаимодействию с Россией, но, по моим оценкам, и судя по его реакции на некоторые мои вопросы, пока ЕС не в состоянии справиться с русофобским меньшинством, которое, грубо спекулируя на принципе консенсуса и солидарности, блокирует более-менее конструктивные подходы к развитию отношений с нашей страной.
Вопрос: «Русофобское меньшинство» – это страны Балтии?
С.В.Лавров: Прибалтика, Польша.
Вопрос: «Русские должны изменить свое поведение». Мы же можем его изменить в разные стороны. Например, почему не возбуждается уголовное дело по А.Навальному? Почему Канцлер ФРГ А.Меркель встречается с А.Навальным, большое количество западных лидеров встречаются с С.Г.Тихановской, а мы все время осторожничаем, все время в обороне. Может, нам тоже начать встречаться с оппозицией, хотя бы на уровне Министерства иностранных дел, со своими «симпатизантами» в этих странах? Мы очень осторожные на фоне того, как все пошло «вразнос».
С.В.Лавров: Мы старались вести себя прилично, всегда уважали решения, касающиеся выбора руководителей, парламентариев и т.д, принимавшиеся в странах, с которыми у нас есть отношения. Да, мы видим, как наши западные коллеги всегда встречаются с оппозицией, причем далеко не только с системной. Несколько лет назад эта тема специально обсуждалась. Решили, что будем работать с оппозицией. Мы и до этого не чурались таких отношений, но теперь будем делать это без оглядки на тех, кто пытался нас критиковать.
Вопрос: С кого начнем?
С.В.Лавров: 2017 г. Избирательная кампания во Франции. По приглашению наших парламентариев в Москву приезжала М.Ле Пен - лидер парламентской партии, легитимный, системный политик. Она общалась с парламентариями, ее принимал Президент России В.В.Путин. Тогдашний Министр иностранных дел Франции Ж.М.Эйро публично заявил, что это попытка вмешательства в избирательные процессы его страны, что Париж не хочет вмешиваться во внутренние дела России и надеется, что Москва тоже не будет вмешиваться во внутренние дела Франции. Вы привели примеры, с кем встречаются Э.Макрон, А.Меркель, как принимают С.Г.Тихановскую. Никто даже не обращает внимания на то, что это, в общем-то, является вмешательством во внутрибелорусские дела.
Вопрос: Может быть, именно потому, что мы такие вежливые и осторожные?
С.В.Лавров: У нас сейчас нет препятствий для общения с оппозицией. Если это только не те, кто призывает к насильственному свержению конституционного строя наших партнеров, мы будем общаться со всеми, как, собственно, это уже происходит в целом ряде случаев.
Вопрос: Почему не возбудить уголовное дело по Навальному? Это некий аргумент, мол, мы даже не завели уголовное дело.
С.В.Лавров: Мы много раз объясняли. Уголовное дело должно возбуждаться на основе фактов, позволяющих подозревать наличие уголовного преступления. Такому решению всегда предшествует доследственная проверка, которую сейчас ведет МВД России. Они опросили более 200 человек, взяли показания у врачей, у сотрудников гостиницы, у экипажа самолета и т.д. Даже не буду перечислять. По различным телеканалам сейчас приводится столько фактов того, сколько здесь недосказанностей, несуразиц и прочего: бутылка; почему люди прибежали в гостиничный номер; были в трусах и босиком, но никто больше не заболел... Нестыковок миллион. Мы будем настаивать на том, чтобы наши германские коллеги уважили свои международно-правовые обязательства, вытекающие из Европейской конвенции о правовой помощи по уголовным делам 1959 г. и ее протоколов.
Насчет уголовного преследования и того, кто кому должен чего объяснять. Из уст наших официальных представителей не так давно прозвучала фраза о том, что у нас есть данные о работе ЦРУ с А.Навальным. Тут же адвокат А.Навального потребовал доказать распространяемые сведения. Просто так. Это их позиция. А когда мы просим доказать наличие уголовного состава в том, что произошло с А.Навальным, просим немцев показать, что они обнаружили в его анализах, нас спрашивают, неужели мы им не верим. Говорят, что не могут нам это передать, т.к. пациент должен дать согласие, а он не дает.
Вопрос: Это классический принцип всей международной политики последних лет: все животные равны, но некоторые равнее.
Вы упомянули Германию и «Северный поток - 2». Узкий вопрос: что мы будем делать, если Германия все-таки откажется от «Северного потока – 2»? Но я его сформулирую шире, давно хочу задать его и Вам, и не только. Что бы мы ни делали – мы получаем санкции. Есть мнение, что это вообще не зависит от того, что мы делаем, не зависит от нашего поведения. Есть некий набор санкций, который давно придуман и будет внедрятся не с целью изменить наше поведение, а с целью сдержать наше развитие – экономическое, военное, торговое. Всегда найдется «кейс Магнитского» или что-то еще, из-за чего можно влепить санкции. Сколько в американских СИЗО умирает людей – мы же санкции не вводим. Да и у нас возможностей нет таких, чтобы какие-то более-менее чувствительные санкции против них ввести. Если они все равно это делают, может, нам перестать на них оглядываться, более широко защищать свои интересы в мире? Может быть, нам определиться с тем, что мы хотим с интеграцией делать, хотим ли мы вернуться в какой-то форме к более широкому Союзному государству? Может быть, нам это ярче, отчетливее и агрессивнее, в хорошем смысле, позиционировать и добиваться, раз уж санкции все равно будут введены?
С.В.Лавров: Я ровно об этом и сказал. Пора перестать, и мы уже перестаем судить о себе по тем оценкам, которые нам выставляет коллективный Запад или отдельные западные страны. У нас есть, кому судить действия Российской Федерации как государства. У нас есть Конституция, соответствующие органы власти, есть российский народ, который принимает решения о том, кому он доверяет руководить страной. Всё. Если у нас есть партнеры (а таких подавляющее большинство), которые готовы на взаимоуважительной основе искать баланс интересов, то мы должны с ними продолжать наше сотрудничество. Таких, повторю, большинство.
Да, у нас есть структуры, которые мы во многом по своей инициативе создавали, которые мы хотим укреплять. В военно-политической области – Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). СНГ охватывает и вопросы безопасности на постсоветском пространстве, и экономические, социальные, гуманитарные, образовательные проекты. Есть Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), ЕАЭС, Союзное государство – их надо укреплять. Я считаю, это нужно делать более энергично. Соответствующие поручения были сформулированы Президентом России В.В.Путиным. Они прорабатываются в Правительстве нашей страны.
Конечно, мы должны делать все, чтобы эти проекты были более привлекательными для тех, кто сейчас объединен указанными структурами. Не думаю, что нам нужно постоянно оглядываться на то, что о нас говорит Запад. Я согласен с Вами на сто процентов: поводов для того, чтобы сдерживать наше развитие, Западу особо искать не надо. Он эти поводы умеет создавать сам, как мы убедились.
Вопрос: Может, тогда нам надо немного смелее действовать? Ввели войска в Донбасс, навели порядок в открытую? В чем проблема, если санкции все равно будут введены?
С.В.Лавров: Мы все-таки вежливые люди, как вы знаете. Убежден, что наша позиция отстранения от ситуации, когда мы оглядываемся на Запад и на то, что он о нас подумает, должна все-таки оставаться в рамках международного права. Мы должны сохранять приверженность всем тем договоренностям, которые с нашим участием достигались, включая, если говорить о Донбассе, Минские договоренности.
Другое дело, нам надо самим требовать от тех, кто так или иначе подписывался под решениями об урегулировании тех или иных ситуаций, чтобы они выполняли свои обязательства. Я уже направил, наверное, с десяток писем своим коллегам во Франции и Германии, прямо обращая их внимание на абсолютно неприемлемые действия, диаметрально противоположные Минским договоренностям, которые предпринимаются официальными лицами на Украине, включая Президента страны В.А.Зеленского, главу делегации на переговорах Контактной группы Л.Д.Кучму и Министра иностранных дел Д.И.Кулебу. Ответы абсолютно беспомощные - простые отписки. Я им объясняю, что В.А.Зеленский заявил, что надо пересмотреть содержание и последовательность Минского документа. А они мне говорят: «Мы по-прежнему ему привержены». Я привожу пример, как в нарушение Конституции Украины и ее международных обязательств происходит прямая дискриминация русского языка в законах о языке, об образовании и на практике. Они отвечают: «Да, мы будем обращать на это внимание в рамках ОБСЕ и Совета Европы». Это еще одно проявление того, что они считают себя и выше закона, и выше уровня Российской Федерации. Чувство собственного превосходства очень опасно.
Вопрос: Но его не хватает иногда.
С.В.Лавров: Нам достаточно чувства собственного достоинства, полагаю, об этом надо думать.
Вопрос: Слушатели звонят нам в эфир и все время говорят – в последнее время все чаще и чаще звучит эта мысль: хватит выражать обеспокоенность ситуацией, нужно более активно и, может быть, даже более агрессивно наступать или же самим инициировать какие-то процессы, а не реагировать на чьи-то действия.
Мы вспоминали С.Г.Тихановскою. Она сейчас ездит, встречается с разными президентами, сидит в одной из соседних стран Евросоюза. Готовы ли мы в принципе к тому, что в Белоруссии может поменяться власть? Есть ли у нас какой-то запасной вариант, кроме Президента Республики Беларусь А.Г.Лукашенко? Мы очень часто сталкиваемся с тем, что в результате определенных событий меняется власть, где-то в виду революции, где-то по другим причинам, а мы потом оказываемся без запасного варианта и не знаем, что делать.
С.В.Лавров: Я считаю, что мы, конечно, должны видеть картину на всех направлениях, окружающих Российскую Федерацию, тем более в странах, являющихся нашими ближайшими союзниками. Мы долгие годы, столетия жили в одном государстве. При этом, конечно же, мы не должны вести себя, как ведут себя те же американцы. Я с этим согласиться не могу. Они ведут себя грубо, невежливо, беспардонно, хотя всех пытаются учить уважать право каждого народа самому выбирать свою судьбу. Они это право стараются формировать через свои посольства, как это было в Киеве в ходе двух «майданов». Все прекрасно знают, где и в каком количестве там расположены в официальных правительственных зданиях представители и ФБР, и ЦРУ. Они сейчас так же делают в Молдавии, между прочим. Мы видим это и по публичным высказываниям американского посла. Они продвигают свои интересы и в республиках Закавказья - мы это тоже видим и знаем.
Но я убежден, что мы такого рода методами действовать не должны. Необходимо видеть перспективу развития наших союзников, те шаги, которые нам позволят сохранить хорошие, взаимовыгодные отношения с ними, независимо от того, как будут развиваться внутриполитические события.
В том, что касается Белоруссии, я убежден, что наша линия в поддержку процесса конституционной реформы, который, как я сейчас упоминал, был впервые предложен Президентом А.Г.Лукашенко, и в котором мы видим (и говорим об этом публично) хороший повод, чтобы завязать по-настоящему общенациональный диалог, куда вошли бы все политические силы страны, является наиболее оптимальной.
Мы заявили о том, что признаем результаты президентских выборов. Убеждены, что все попытки наших западных партнеров их оспорить и сказать, что там было меньше процентов, требовать, чтобы мы теперь согласились на приглашение ОБСЕ, которая будет разруливать эту ситуацию, никуда не годятся.
Именно наши западные партнеры и западные партнеры Минска ударили по рукам ОБСЕ, чтобы она не принимала приглашение Президента Белоруссии А.Г.Лукашенко направить наблюдателей для того, чтобы посмотреть, как организуются и как проводятся эти президентские выборы. А сейчас говорить о том, что только ОБСЕ спасет эту ситуацию, когда она просто упустила возможность внести свой вклад в обеспечение событий в том русле, которое будет способствовать развитию белорусского государства, по меньшей мере, некорректно. Президент Белоруссии А.Г.Лукашенко сказал, что он не держится за власть, что он после конституционной реформы готов рассмотреть варианты и досрочных президентских, и досрочных парламентских выборов. Если мы хотим помочь белорусскому народу, сделать так, чтобы он был един и процветал, мы, конечно, должны пресечь ультиматумы с чьей бы то ни было стороны, попытки насильственных протестов и, конечно, призывать к тому, чтобы и правоохранители тоже руководствовались законом и реагировали пропорционально. Это наша позиция. Она неоднократно заявлялась.
Вопрос: Пресечь протесты? Они выходят тут на протесты каждое воскресенье.
С.В.Лавров: Пресечь призывы к насильственным протестам, к перекрытию транспортных магистралей. Мы сейчас эти призывы слышим из Вильнюса из уст С.Г.Тихановской. Я говорю «из уст», потому что, наверное, все-таки писали эти призывы другие люди.
Насчет того, что мы не можем какие-то инициативы выдвигать в своих интересах. Это не так. Минские договоренности в 2015 г. сформулированы однозначно в российских интересах и поддержаны тогдашним Президентом Украины П.А.Порошенко, а также руководителями Германии и Франции. То, что сейчас заявляют на Украине о невозможности выполнить Минские договоренности, потому что Россия хочет выполнять их в своей интерпретации, – это от лукавого. Международно-правовая интерпретация, одобренная Советом Безопасности ООН, и то, что эти соглашения отражают наше внимание к обеспечению интересов украинского народа на устойчивой основе, сейчас раздражает всех тех на Украине, кто понимает, что они не готовы к учету интересов Востока страны.
Вопрос: Они сформулированы в российских интересах, только они не соблюдаются. Именно поэтому, когда Вы говорите, что мы должны действовать и защищать наши интересы в рамках международного права, все время хочется Вас спросить, а оно что существует? Но я не буду, потому что вопрос риторический. Нам-то, журналистам, кажется, что никакого международного права уже нет, а есть только то, что происходит «на земле», что мы видим своими глазами.
Мы видим, как почти полыхнуло в Белоруссии, видим, как полыхнуло в Киргизии. Это то, что сейчас происходит. Карабах уже обсуждали. Наши коллеги из «Sputnik» и в Молдавии, и в Грузии говорят: «Готовимся, потому что тоже будет жутко». Это «жутко» - результат нашего противоборства там с США и с другими упомянутыми силами? Или это результат намеренного раскачивания этих лодок и создания беспорядков у наших границ? Или это просто бардак внутри самих этих стран? Надо ли нам быть активнее, чтобы все это просто прекратить?
С.В.Лавров: Конечно, внутренние передряги в этих странах играют свою немалую роль, и это очевидно. Я сейчас не буду на этом останавливаться. Во всех перечисленных Вами странах есть внутренние проблемы, особенно, конечно, это было видно в Киргизии и Молдавии. Вы говорили в одном из предыдущих вопросов, что бы мы ни делали, все равно Запад будет пытаться нас стреножить, сдерживать, подрывать наши возможности и в экономике, и в политике, и в технологической сферах. Это части одного целого.
Вопрос: В их собственной стратегии национальной безопасности написано, что они будут это делать.
С.В.Лавров: Конечно, но у них написано это такими формулировками, которые в приличном обществе еще могут как-то пропустить мимо ушей, но в практическом плане они реализуются просто возмутительно.
Вопрос: Вы же тоже умеете сформулировать не так, как Вам хотелось бы сказать, правда?
С.В.Лавров: Наоборот, я могу формулировать не так, как я обычно говорю. Но вывести нас из равновесия, в том числе не только прямыми нападками на Российскую Федерацию во всех возможных и мыслимых сферах путем нечистоплотной конкуренции, нелегитимных санкций и тому подобного, но еще и разбалансировав ситуацию вокруг наших границ, не позволяя нам сосредоточиться на созидательных делах, – это желание у них, конечно же, абсолютно очевидно. Тем не менее, при всех человеческих инстинктах, при всех искушениях ответить по принципу «сам дурак», я убежден, что мы должны оставаться на почве международного права.
Вопрос: Вы «олдскульный» человек, Сергей Викторович.
С.В.Лавров: Я не «олдскульный» человек. Думаю, что это все равно – будущее, и ничего надежнее Устава ООН человечество не придумало. По крайней мере, моральное превосходство имеет тот, кто всегда может объяснить свои позиции универсальными международно-правовыми нормами, под которыми подписались все без исключения страны, вступая в ООН, а затем развивая международно-правовую договорную базу в многочисленных конвенциях и т.д.
Минские договоренности одобрены Советом Безопасности ООН. Это часть международного права. Карабахское урегулирование, роль сопредседателей Минской группы ОБСЕ, где мы на инициативных, передовых позициях, - они тоже зафиксированы Советом Безопасности ООН.
Мы только что говорили о том, что есть попытки расширить количество посредников. В Москве, в Доме приемов МИД, где мы с вами находимся, в ночь на 10 октября был принят документ, крайний пункт которого гласит: переговорный формат остается неизменным. Это тоже теперь часть международного права, так как является договоренностью сторон.
Наверное, в человеческом плане хочется иногда нагрубить и как-то агрессивно проявить свое возмущение поведением коллег, но приходится сдерживаться.
Вопрос: Расшифровывая всё, что Вы сказали, получается, надо договариваться не с Молдавией, а с США. Там осталось несколько месяцев до выборов. У Вас есть какие-то прогнозы, надежды? Видите ли Вы какие-то знаки? Лучше будет или хуже после выборов? Чего ожидать вообще?
С.В.Лавров: Прагматизм тоже является частью нашей внешнеполитической концепции, определенной Президентом Российской Федерации В.В.Путиным, которая предполагает продвижение сотрудничества со всеми, кто к этому готов, на основе равноправия и в тех областях, где у нас есть общие, пересекающиеся интересы. Мы с американцами, кстати говоря, несмотря на непоправимо ухудшившуюся ситуацию в концептуальных подходах к развитию сотрудничества, по ряду конкретных направлений взаимодействуем неплохо.
В той же Сирии мы принципиально не согласны с тем, что американцы, во-первых, пришли без всякого приглашения, по сути дела, оккупировали значительную часть САР. Во-вторых, с тем, что они там делают на практике: разворовывают углеводородные богатства, пускают их на цели, прямо сопряженные с разжиганием сепаратизма и т.д. Тем не менее, по линии военных у нас устойчивые каналы. Это реальность: они летают, мы летаем. Есть договорённость о том, кто и где летает, а также, как реагировать в случае непредвиденных инцидентов. Есть механизм раннего предупреждения.
В политическом диалоге отмечу Афганистан, где есть механизм Россия-США-Китай, к которому подключается Пакистан, и вполне может подключиться Иран. По крайней мере, у всех участников этого диалога нет в этом отношении каких-либо противопоказаний. По Корейскому полуострову худо-бедно мы все-таки взаимодействуем, несмотря на порой диаметрально противоположные подходы к той или иной ситуации.
Вопрос: По Карабаху?
С.В.Лавров: Да, мы сотрудничаем по Карабаху и можем сотрудничать, кстати, по Приднестровью, где есть механизм «5+2». Две стороны – Кишинев, Тирасполь, а также Россия, Украина, США, ОБСЕ, ЕС. Пока, к сожалению, этот механизм по приднестровскому урегулированию не работает. Прежде всего, потому, о чем мы уже говорили. Американцы стараются «подмять» все под себя и создать из Молдавии очередной «нарыв» на постсоветском пространстве, не допустить, чтобы на практике состоялась сформировавшаяся некоторое время назад коалиция между М.Г.Санду и И.Н.Додоном, его социалистической партией, чтобы прозападные силы одержали однозначную победу.
США – это все-таки самая мощная до сих пор страна, но это государство уже не может решать ни один вопрос международной повестки дня в одиночку. Они пытаются это сделать. Это инерция, которая постепенно утихает. Пытаются это делать, прежде всего, в странах постсоветского пространства, где они откровенно продвигают антироссийскую повестку дня, стараются формировать в выгодном им русле процессы дальнейшего становления государств в Центральной Азии, на Украине, в Закавказье, в Молдове, как мы только что выясняли. Знаю, что они приглядываются к тому, как заложить основы для подобного развития событий в Белоруссии. Мы должны этому противодействовать, прежде всего, через выполнение обязательств перед нашими стратегическими партнерами и союзниками. Об этом было достаточно четко заявлено, в том числе Президентом России В.В.Путиным. Плюс у нас есть другие формы сотрудничества на уровне исполнительной, законодательной власти, гражданского общества. Думаю, как раз по линии гражданского общества нам нужно быть гораздо более активными и инициативными, я бы сказал. Это в том числе и вопрос финансирования, потому что хотя их называют «неправительственные организации», все знают, что наиболее активные и эффективные НПО Запада – американские республиканские и демократические институты – все на сто процентов финансируются из бюджета США. Плюс через Агентство по международному развитию, которое тоже является американской государственной структурой (финансируется из госбюджета), получают субсидии сотни, если не тысячи НПО, в огромной степени действующих на постсоветском пространстве.
Вопрос: Мы так же будем делать?
С.В.Лавров: Мы говорим о том, что «мягкая сила» должна быть нами освоена как практическая форма народной дипломатии. Пока, конечно, мы не можем здесь сравниться с американцами. М.С.Симоньян сама признавала в одном из появлений на телевидении, что мы не можем сравниться по финансовым масштабам государственной поддержки, которую получают СМИ на Западе и в Российской Федерации.
Вопрос: Смешно сравнивать.
Вопрос: Главное, у нас есть теперь понимание, что нужно идти этой дорогой. Это хорошо.
Вопрос: Сергей Викторович, Вы вызвали у меня такой парадокс. В США «Комсомольская правда» выходит, а в Белоруссии ее запретили.
С.В.Лавров: Это временное явление. Вы зря сказали, потому что ее сейчас в США точно запретят. Там руки не дошли. Госсекретарь М.Помпео только что заявил, что все исследовательские институты в Соединенных Штатах должны сообщать, кто их финансирует из-за рубежа, кто получает иностранные гранты, прямо сказав, что это наверняка российские и китайские деньги, которые идут во вред американскому государству.
Вопрос: Гулять, так гулять! Может, вмешаемся во внутренние дела США прямо сейчас на глазах у наших слушателей? За кого мы будем «топить»? За Дж.Байдена или за Д.Трампа?
С.В.Лавров: Нас уже записали в главных вершителей судеб Америки. Об этом недавно говорил Президент России В.В.Путин в интервью телеканалу «Россия-1». Зачем нам тратить деньги, когда мы и так уже «в авторитете»?
Вопрос: И все же кого мы будем поддерживать?
С.В.Лавров: Пусть продолжают объективно освещать то, что там происходит.
Вопрос: Это скучно.
С.В.Лавров: Нет, это совсем не скучно.
Вопрос: Кто бы там ни выиграл, все равно скажут, что это мы сделали.
С.В.Лавров: Ну, и хорошо. В.В.Путин сказал, что мы будем сотрудничать с тем президентом, с той администрацией, которые получат поддержку американского народа. Это наша принципиальная позиция. Здесь-то я думаю, не нужно ничего менять. Другое дело, я согласен с Вами, что все равно, наверное, проигравшая сторона обвинит нас. Обе партии - Республиканская и Демократическая - уже в качестве одного из главных используют аргумент о том, что «русские хотят привести их конкурента к власти». Но в любом случае еще в одном можно быть уверенными: ситуация в наших отношениях не изменится кардинальным образом. Могут быть какие-то нюансы в ту или иную сторону.
Вопрос: Хуже не станет?
С.В.Лавров: Может быть, я не знаю. Мы все равно оптимисты. Только пессимист говорит, что хуже не будет. Оптимист говорит: может быть.
Вопрос: Высылают наших дипломатов из Чехии, Австрии, Норвегии, Словакии, Болгарии. Почему? Что за ерунда случилась, что они побежали наперегонки?
Мы все время отвечаем зеркально. У нас принцип взаимности. А можно ответить на это все не зеркально, а как-то более активно, чтобы закончить с этой «эпидемией»?
С.В.Лавров: То, что это сейчас стало признаком хорошего поведения по отношению к США и Великобритании, – это факт. Англичане играют здесь традиционно очень негативную роль, в том числе в последнее время. Вспомните ситуацию со Скрипалями, когда выгнали 60 российских дипломатов только из США. Англичане заставили подавляющее число стран-членов ЕС, в который они тогда еще входили, также выслать наших коллег. Далеко не всем удалось устоять. При этом, мы уже не раз говорили, и наши партнёры - участники такого рода высылок подтверждают, что англичане не предоставили никаких фактов. Ровно так же, как сейчас немцы не собираются предоставлять никаких фактов, несмотря на все международно-правовые обязательства.
Мы отвечаем зеркально. Это дипломатическая практика, дипломатический ответ. Конечно, мы делаем выводы и с той точки зрения, что сами решения наших партнеров о высылке российских дипломатов по обвинению в шпионаже или чем-то еще отражают не только дипломатическую практику (это уже на выходе), а податливость русофобским тенденциям. Американцы пытаются их насадить в Европе и всячески отвадить ее от наших газа, продукции военного назначения и много другого, заменив все это своим товарами подороже. Но зато странам, которые пойдут на эту сделку, будет спокойнее жить. Американцы не будут их слишком сильно теребить. По крайней мере, какое-то время. Потом наверняка наваляться с новой силой. Мы, конечно, в более широком, симметричном, концептуальном плане делаем определённые выводы, насколько надёжны наши партнеры.
Вопрос: Помните выражение: «если драка неизбежна, бей первым»? Давайте мы уже что-нибудь сделаем, чтобы нам не так обидно было, когда против нас вводят очередной пакет санкций.
С.В.Лавров: Я не имею права вдаваться в детали, но мне так кажется, что за последние годы мы так и поступаем в целом ряде случаев.
Вопрос: К.Г.Шахназаров написал недавно пост и в конце поставил знак вопроса. Текст о том, Россия – империя или не империя. От этого очень многое зависит. Вы как министр иностранных дел, как думаете? Мы - империя? Если империя, то тогда и внешняя политика должна быть соответствующей.
С.В.Лавров: Для К.Г.Шахназарова это риторический вопрос. Он однозначно считает Россию империей. Я уважаю его заинтересованность в том, чтобы проанализировать происходящее. Не у каждого практического политика это получается. Просто иногда на это не хватает времени. Его размышления о том, что именно империи имеют будущее в современном мире, учитывая, что слишком малые страны не могут состязаться с крупными объединениями. Он исходит из того, что СССР был империей, как и Российская империя.
Во многом сейчас российские интересы на мировой арене заключаются в том, чтобы сохранить свое влияние и поддержку со стороны непосредственных соседей. ЕС, конечно, тоже является империей по сути. США – империя с глобальным охватом. Китай, продвигая свои проекты «Один пояс, один путь», «Ледовый шёлковый путь», Сообщество единой судьбы человечества, конечно, проецирует свои глобальные интересы и заинтересован во влиянии, которое будет распространяться далеко за пределы его границ.
Наверное, для простоты ощущений К.Г.Шахназаров употребляет термин «империи». Можно придумать более точный для современной эпохи термин, который тем не менее будет показывать, что объективный процесс формирования того самого полицентричного мира, конечно, предполагает возвышение и диалог не между 193 странами-членами ООН, а между крупными державами. Это и постоянные члены Совета Безопасности ООН. Здесь напомню об инициативе Президента России В.В.Путина о том, что у них по Уставу ООН особая ответственность. А Устав ООН никто не отменял. Это, конечно, и новые, сформировавшиеся за последние десятилетия крупные объединения. Ярчайший пример - Евросоюз. Как и у любой классической империи в прошлом по мере экспансии начинают появляться проблемы. В Евросоюзе целый ряд стран, прежде всего, «Вышеградская четверка», начинает всерьез высказывать недовольство бюрократией, которая, как любая бюрократия, имеет тенденцию воспроизводить сама себя, укреплять свое влияние в ущерб регионам, в данном случае - странам-членам ЕС.
Соединенные Штаты Америки по мере распространения своего влияния сейчас особенно настырного и агрессивного будут наталкиваться на проблемы. Будь то в Афганистане, где они уже стараются всеми правдами и не правдами чего-то добиться, но пока у них ничего не получается и не получится без помощи других стран. Ирак –ярчайший пример. В 2003 г. добрались до Багдада, «объявили демократию», а страны нет. Ливия разбомблена натовцами по инициативе США и, кстати, Франции, в то время одним из наиболее активных «желающих». Б.Обама предпочитал тогда держаться на вторых ролях. Где бы за практически последние пару десятилетий ни развивалась экспансия США, нигде не установилось демократий, хотя это была главная цель. Не наблюдается какого-либо покоя.
Вопрос: Везде хаос.
С.В.Лавров: Везде разрушения.
Вопрос: Нет ни одного примера за последние пару десятилетий.
С.В.Лавров: Думаю, что многосторонность, о которой мы говорим, конечно, должна быть направлена на организацию взаимодействия, на «притирку», поиск компромиссов, баланса интересов между ключевыми центрами современного мира, располагающими территорией, населением, экономическими, технологическими возможностями как в гражданской, так в военной сфере. «Пятерка» СБ ООН для меня очевидна. Но, конечно, придется понять, что Франция и пока еще Великобритания – это часть Европы. Великобритания скоро станет страной через пролив от территориальной Европы. Но ЕС игнорировать очень тяжело.
Вопрос: К другой империи. Что теперь будет с Японией?
С.В.Лавров: Не думаю, что Японию можно причислить к разряду империй.
Вопрос: Я говорю с иронией.
Вопрос: Там есть император.
Вопрос: Она больше империя по формальному признаку.
С.В.Лавров: Были контакты нового Премьер-министра Японии Ё.Суги с Президентом России В.В.Путиным. Они обменялись посланиями. Президент России поздравил его с избранием лидером партии и премьер-министром. Получил развернутый ответ. Недавно они еще пообщались по телефону. Насколько могу судить, с японской стороны еще требуется посмотреть, как будет формироваться практическая политика на многих направлениях. Но пока я ощущаю, несмотря на многие прогнозы, что японские соседи подтвердили преемственность в отношениях, нацеленность на их развитие во всех областях. Мы это приветствуем, потому что это отражает принципиальные подходы России, которые были закреплены в совместных договорённостях с предшественником Ё.Суги. Они гласят, что только полноценное, полномасштабное партнерство в экономике, в сфере технологий, гуманитарной области, в сфере сближения и координации наших внешнеполитических подходов может вывести отношения на качественно новый уровень, который абсолютно необходим, чтобы можно было всерьез подступаться к любым вопросам, стоящим до сих пор на повестке дня.
Вопрос: С противостоянием с США все понятно. Крупные, сложные страны. Китай. Но есть страны (я про «мягкую силу») полностью от нас зависящие - Абхазия, Таджикистан. Про Белоруссию я уже упомянул нашу драму. Нам там даже запрещают сегодня продавать наши книги. В Абхазии выгнали всех русских бабушек из квартир - Вы знаете эту проблему, этим постоянно занимается российское Посольство. В Таджикистане МИА «Россия сегодня» не может открыть корпункт. «Комсомольскую правду» там тоже закрыли. Страна полностью зависит от нас. Там по-прежнему остались сотни тысяч русских. Ведут себя — как хотят.
У меня два предложения. Может быть, нам как-то сразу закладывать в договора, соглашения момент о нашем «медиапроникновении». Знаете, по-человечески обидно, когда Абхазия, Таджикистан берут и вышвыривают. Я про русских людей, про интересы русскоязычных. Что хотят, то и делают. И мы ничего не можем сделать.
С.В.Лавров: Примеры, которые Вы привели, можно продолжить. В частности, проблемы с нашими СМИ до конца еще не отрегулированы ни в Армении, ни в Казахстане, где переход на новые формы вещания, на создание т.н. общественного мультиплекса автоматически не учел наши отношения союзничества. Минкомсвязи активно было вынуждено включиться в переговоры. Уверен, что мы эти вопросы решим.
Но я согласен, что эти проблемы не должны были возникать. Принимая во внимание наши отношения, все то, что мы делаем на практике, наше участие в многочисленных совместных объединениях, учет наших интересов должен был быть более отчетливым. Но все это у нас на повестке дня. Вопрос собственности этнических русских, да и грузин этнических - граждан Российской Федерации в Абхазии является предметом нашего постоянного внимания.
Надеюсь, что сейчас, когда пертурбации в Абхазии вроде бы улеглись, мы обязательно вернемся к этой теме. Хотя, повторю, нас немного удивляет, что эта проблема остается не урегулированной. Теперь после всех этих событий, думаю, мы будем продвигать наши подходы чуть более энергично в отношениях со странами, которые Вы упомянули. В большинстве из этих государств наше присутствие по линии бизнеса является преобладающим, в том числе есть стопроцентные предприятия с российским капиталом и совместные предприятия. В большинстве из них преподавание русского языка все-таки, надо признать, находится на очень хорошем уровне. В Таджикистане по имеющейся договоренности разворачиваются специальные программы подготовки учителей русского языка, создания дополнительных школ в поддержку линии государства на сохранение русского в качестве ключевого языка многонационального общения внутри страны, в рамках СНГ. Те же процессы идут и в Киргизии.
Мне трудно судить, каждый раз занимаясь каким-то практическим аспектом тех отношений, которые складываются у нас с союзниками, со стратегическими партнерами. У вас, наверное, есть возможность более объективно видеть всю полноту картины, поэтому ваши подсказки для нас тоже важны. Но когда у ваших СМИ или других коллег возникают практические вопросы, мы, конечно же, всегда будем готовы эти обращения не просто выслушать и принять во внимание, но и сделать предметом нашей практической политики.
Вопрос: Мы все время говорим о том, что в такой-то стране переписали кусок нашей истории, в другой - снесли памятники нашим генералам, которые командовали в годы Великой Отечественной войны, в третьей - что-то сделали с мемориалом. Это бесконечная история. Мы каждый раз говорим, что мы не позволим. А что мы можем реально сделать, чтобы не позволить?
С.В.Лавров: Это опять же, это к вопросу о том, держаться нам за международное право, или «ну его».
Вопрос: Я за «ну его», честно скажу.
С.В.Лавров: Если за «ну его», тогда я скажу, какой сценарий будет в этом случае реализован. Тогда, например, нужно все мемориальные знаки, которые установлены в память о чешских легионерах, просто взять и разрушить. Сказать населению, что знаки находятся в здесь в соответствии с международно-правовым документом, но теперь «ну его», поэтому куча-мала, кто как хочет, так давайте.
Это будет, конечно же, приглашение к тому, чтобы упомянутые многочисленные проявления, особенно в Польше, а теперь уже и в таких странах, как Болгария, есть единичные проявления, стали нормой. И тогда уже будет ликвидирован последний порог, и сняты все препятствия.
Вопрос: Это и так для них стало нормой. Это для нас не норма.
Вопрос: До сих пор этим занимаются. Мы ехали в Минск на интервью с Президентом Белоруссии А.Г.Лукашенко. Проезжали указатель на Катынь, где случилась трагедия с польским самолетом. У нас там мемориал, он в прекрасном состоянии. Мы следим на государственном уровне за такими местами, и они прекрасно знают, что никогда и ничего Россия как государство не позволит сделать с ними. Это пример свежий, который мне пришел в голову. Но они же не бьют по тормозам, они сносят и сносят. Неужели нельзя их хотя бы напугать?
С.В.Лавров: Повторю, в этой конкретной сфере - защиты памяти и исторической правды - я не вижу другого пути, кроме как настаивать на выполнении международно-правовых обязательств. Да, сносят много. Сносят уже не только в Польше, причем употребляя аргументы, которые, в общем-то, я считаю, непорядочными для любого нормального человека: «А мы демонтируем только памятники, которые расположены не над захоронениями; в обязательствах только то, что над захоронениями». Во-первых, в обязательствах упомянуты все памятники, поэтому они лгут. А, во-вторых, они уже сносили и памятники над захоронениями, так же, как это делали в том же Таллине с «Бронзовым солдатом». Если мы начнем отвечать взаимностью, это уже будет наперекор православным принципам.
Вопрос: Об этом хотела спросить. Вы сначала говорите, что мы так не можем делать, потому что это связано с международным правом. Давайте будем делать так, как в наших интересах: не отвечать взаимностью, потому что мы христиане, потому что это не в традиции России, но не потому, что речь о международном праве.
С.В.Лавров: Нет, потому что это международное право. Православие я упомянул, потому что убежден, что нам разрушать могилы, памятники на нашей территории не пристало. Если мы говорим, что международное право, по крайней мере, в этой сфере больше не существует, в отношении всех наших памятников, которые пока еще остаются в той же Польше (да и в других странах этот процесс станет необратимым), скажут: «Все, у нас нет никаких обязательств, Россия вышла из этих договоров». Не хочу сравнивать, это может быть воспринято как святотатство, но тут, как в покере, кто первый моргнет. И если мы моргнем первыми, скажем, что у нас терпение лопнуло, мы ни за что не отвечаем; если в этой сфере мы должны проявить инициативу, отказаться от международного права, то для чего мы это сделаем? Смысл для нас только в том, чтобы нам можно было разрушать памятники на нашей территории…
Вопрос: Ну если брать эту сферу, то да. А если в принципе?
С.В.Лавров: Ну мы пока про эту сферу говорим. Рассуждаем, что сейчас действительно идет война по поводу истории, происходят грубейшие нападки на итоги Второй мировой войны, которые мы и другие страны, боровшиеся с гитлеровской коалицией, завоевали кровью. Россия ежегодно выносит на Генеральную Ассамблею ООН резолюцию о борьбе с героизацией нацизма. Она принимается подавляющим большинством. Против голосуют США вместе с Украиной. Евросоюз воздерживается. Считаю это позорным явлением для ЕС. В этом году на 75-ю сессию ГА ООН мы внесли проект резолюции про окончание Второй мировой войны. Там есть новый термин, вернее, новое предложение: чтобы все члены ООН признали Победу во Второй мировой войне всеобщим достоянием человечества. Потому что, Организация Объединенных Наций — всеобщее достояние, а ее создание стало возможным только благодаря этой Победе. Против проект резолюции - США, весь Евросоюз, Канада, Украина и Грузия.
Вопрос: Чем объясняют?
С.В.Лавров: Ничем не объясняют. Говорят, что это лишнее: раньше мы так не говорили, а теперь вы хотите, чтобы мы так сказали. Это неприемлемо, и это показывает абсолютную обоснованность нашего утверждения о том, что они реально хотят переписать историю, не только для того, чтобы обелить своих предшественников, но и для того, чтобы сейчас использовать это в своей практической политике в антироссийских целях. Поэтому мы будем с этим бороться. Но я не могу согласиться с мыслью о том, что в наших интересах отказаться и вообще «похерить» международное право как норму.
Вопрос: Вы все-таки ушли от ответа про светлое будущее с американцами, есть ли какие-то шансы?
С.В.Лавров: Я не уходил, а сказал, что лучше не будет.
Вопрос: Зайду с другой стороны. А нет ли у нас шанса, у российских интересов, поучаствовать в тех противоречиях, которые есть у Китая и США? США сейчас создает по многим признакам антикитайскую коалицию. Нам бы здесь воспользоваться ситуацией. Скажем, немного дистанцироваться от Китая, дать понять, что мы могли бы быть с американцами. Вот здесь есть какие-то маневры для нас с этими новыми союзами?
С.В.Лавров: Мы все-таки идем от жизни во всем, что делаем. По крайней мере, стараемся идти от жизни. И здесь я не вижу причин, по которым мы должны дистанцироваться от кого бы то ни было. Уходить от договоренностей, которые мы рассматриваем как взаимовыгодные и работающие, было бы глупо. Дистанцироваться от договоренностей с Китаем только для того, чтобы показать, что мы тоже можем интриганствовать, -зачем? Это себе в ущерб. Американцы уже, по-моему, далеко не дипломатическими методами в открытую говорят, что Россия должна им помочь наказать Китай, заставить его разоружаться или заморозить свои вооружения, спекулируют беспардонно, как наперсточники.
Недавно американский представитель сделал заявление, что Россия их поддержала, и мы «выходим на договоренность к президентским выборам в США о том, что замораживаем количество всех ядерных боеголовок»; что «Россия очень хочет, чтобы Китай к этому присоединился. Слушайте, ну это нечистоплотно.
Вопрос: А вот как реально обстоят дела по поводу СНВ-3? Они говорят, что готовы, предложили русским историю с заморозкой ядерного потенциала, и они уже в шаге от продления Договора на своих условиях?
С.В.Лавров: Мы всегда исходили и продолжаем исходить из того, что договоренности в сфере стратегической стабильности должны базироваться на презентации интересов каждой из договаривающихся сторон, на анализе угроз, которые противоположная сторона представляет для тебя, и на поиски компромисса, учитывающего на сбалансированной основе интересы каждого, и соответственно, реальные угрозы. Это, прежде всего, предполагает те средства, которые могут доставлять ядерные боеголовки на территорию друг друга.
А США сейчас перевернули все с ног на голову. Они хотят оставить в стороне средства доставки, потому что у них появилось немало средств, сейчас не являющихся предметом переговоров. Они все говорят про наши новые ресурсы, о которых было объявлено, которые сейчас активно поступают на вооружение. Но из пяти новых систем вооружения две мы готовы включать в контекст нынешнего договора. Они это знают.
Вопрос: А какие именно мы готовы включить?
С.В.Лавров: Я не буду сейчас вдаваться в детали. Те, которые подпадают под категории, покрытые нынешним договором. А это межконтинентальные баллистические ракеты, ракеты подводных лодок и стратегические бомбардировщики.
Вопрос: А вот американцы на нашем месте сказали бы, что не подпадают. И все. Не подпадают.
С.В.Лавров: Они на своем месте и говорят, что не подпадают. Потому что у них есть программа молниеносного глобального удара. Речь о неядерных стратегических носителях, которые могут по целям этой программы достигать любой точки земного шара за один час. Они пока не включили это в наши разговоры. Равно как и не затрагивается ими тема милитаризации космоса, хотя официально космос в их доктринах, как и киберпространство, включен в арену боевых действий. Мы этого не можем не учитывать.
Они не хотят учитывать тот факт, что сами официально поставили крест на своем присоединении к Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ), да и многое другое. Вместо того, чтобы заниматься конкретными носителями, которые представляют угрозу для территории друг друга, они предлагают считать боеголовки, боезаряды. Тем самым они хотят ввести в практический оборот тему нестратегического ядерного оружия, т.н. тактические ядерные вооружения. На этот счет было четкое понимание, что, прежде чем включать эту категорию вооружений в дискуссии об их ограничении, американцы должны сначала убрать эти тактические вооружения с ядерными боеголовками на свою территорию. Они находятся на территории пяти натовских стран. Более того, в нарушение Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) Вашингтон привлекает страны НАТО к тренировкам по применению и обращению с ядерным оружием. Это грубейшее нарушение ДНЯО. Вместо того, чтобы выровнить поле для контактов путем вывоза всего этого дела на свою территорию, они хотят принять все как данность и предлагают все посчитать. Не будет этого.
И второе их требование — вернуться к механизмам верификации, которые существовали еще в 90-е годы и были, по большому счету, унизительны. Тогда их инспекторы сидели у проходной соответствующих заводов, измеряли сантиметром контейнеры, в которых вывозили ракеты, измеряли то, что ввозится на эти заводы. Да, у нас тоже было право находиться на объекте в городе Магна. Но при согласовании ныне действующего договора СНВ-3, было решено, что мы уходим от этих интрузивных и не очень партнерских практик, которые в общем-то не годятся в современных условиях, когда мы уже достаточно серьезно перешли к равноправным договоренностям, заключенным в нынешнем документе. Но американцы хотят посчитать все боеголовки и вернуться к упомянутым мною жестким мерам верификации, а еще заставить нас уговаривать КНР. Вот о чем они говорят.
Вопрос: Они же здесь ничего нового не придумали. Много лет назад прямо в этом здании мы снимали, как разрабатывали Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов. И когда, наконец, уже вышли на этот договор, «носители ядерного оружия» они просто переделали под «носители высокоточного оружия» и на полном серьезе рассказывали, что они сократили число носителей, в первую очередь, самолетов. Но если они сейчас стоят на этих позициях, значит, нет перспективы продления СНВ-3?
С.В.Лавров: Нет, я лично не вижу такой перспективы. Мои коллеги, которые работают в межведомственном формате и встречаются с американской делегацией, тоже не видят такой перспективы. Хотя мы никогда не скажем, что мы хлопаем дверью и заканчиваем все контакты. Нет. Но мы просто объясняем, что невозможно вести разговор на основе выдвинутого ультиматума, полностью игнорирующего все те принципы, которые десятилетиями были признаны в качестве основы наших договоренностей по СНВ и т.д.
Насчет Договора о сокращении стратегических наступательных потенциалов, он же был не только юридически обязывающим документом, но политической декларацией, которая на тот момент худо-бедно позволила сохранить на плаву сам процесс поддержания стратегической стабильности.
Вопрос: Кто нам лучше? Дж.Байден или Д.Трамп? И есть ли вообще здесь лучше?
С.В.Лавров: Думаю, глубоко проник в понимание предмета Семен Слепаков, написавший текст со словами «Америка нас не любит».
Вопрос: Я хочу отметить исторический момент, когда Министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Викторович Лавров в эфире трех больших российских радиостанций цитирует Семена Слепакова. А вопрос у меня в другом. Чтобы уйти от ужасной темы невозможности СНВ-3 - самой пессимистичной, по-моему, из сегодняшних, хочу спросить про Казахстан и шире, как мы обычно тут делаем. Есть мнение, не знаю, согласны ли Вы с ним, и не знаю, согласна ли я сама, поскольку не эксперт по Казахстану, но некоторые аналитики и эксперты сулят нам в этой стране противоречия, близкие к тому, что произошло на Украине. Имею в виду то, что произошло между этническими русскими на Севере и Казахстаном как государством. Я это слышала от нескольких людей и читала в нескольких источниках. Не знаю, так ли это. Надеюсь, что нет. Несколько раз была в Казахстане, правда, очень давно, но ничего такого не заметила. Считаете ли Вы, что есть действительно такие опасения? Замечаете ли Вы рост напряжения? И вопрос шире. Когда мы будем делать что-то, чтобы наши соотечественники (в первую очередь, этнические русские люди) могли вернуться на Родину? Мы говорим об этом много лет, бесконечно что-то упрощаем, а воз и ныне там.
С.В.Лавров: Что касается Казахстана, то, как и Вы, я не вижу угрозы раскола Казахстана по этническому принципу. Власти страны прекрасно понимают необходимость укрепления межэтнического, межнационального согласия и обеспечения надежной территориальной целостности своей страны. В этом смысле учет интересов русскоязычной части граждан Казахстана имеет одно из важнейших значений, в том числе и в контексте преподавания русского языка, поддержания русскоязычного пространства, обеспечения права родителей отдавать детей в русскоязычные школы и т.д.
Это все является частью договорённостей в рамках СНГ и двусторонних документов между Россией и Казахстаном. Это, конечно, касается и вопроса о том, чтобы русские чувствовали себя вовлеченными в управление регионами Казахстана и государства. Убежден, что Президент РК К.-Ж.К.Токаев и первый Президент страны Н.А.Назарбаев это прекрасно понимают. По крайней мере, в наших контактах на уровне первых лиц, министров разного профиля мы всегда видим это понимание.
Что касается тех, кто кроме нас поддерживает отношения с Казахстаном, в чистоту их замыслов я голословно поверить не могу. Мы видим (опять же, говоря о том, как американцы осваивают постсоветское пространство, в частности, Центральной Азии), что они пытаются сеять противоречия на очередной территории, не просто географически расположенной рядом с Россией, но очень близкой нам исторически, политически, военно-политически, являющейся нашим союзником. Такие попытки ими предпринимаются. По крайней мере, все НПО, финансируемые американскими фондами, продвигают линию, стремящуюся поощрять националистические тенденции титульной нации и тем самым поддерживать конфликтный потенциал.
Китай тоже имеет свою программу в Центральной Азии. Прежде всего, его интересует продвижение своих экономических интересов. Уже комментировал вопрос, возникший в связи со статьей К.Г.Шахназарова. Китай накопил экономическую мощь, причем сделал это по правилам, внедренным Западом, прежде всего, американцами в контексте концепции глобализации. Сейчас же во многом из-за этого сыр-бор. Американцам не нравится, что Китай поднялся, выполняя те правила и играя по тем нотам, которые были написаны самими американцами. Поэтому сейчас США хотят выходить из ВТО, разрушать остальные договорённости, лимитирующие так или иначе свободу их действий. Китай, проецируя свою экономическую мощь, реализует абсолютно естественные интересы. Мы стараемся в этом участвовать и гармонизировать интересы той же Центральной Азии, других стран постсоветского пространства, включая интересы России, с теми интересами и возможностями, которые предоставляет КНР.
ЕАЭС заключил уже два соглашения с Китаем. Они нацелены ровно на то, чтобы гармонизировать евразийскую интеграцию с китайскими проектами «Одного пояса, одного пути» и более широко - в рамках философии, которую Президент В.В.Путин назвал формированием Большого Евразийского партнерства, куда приглашаются все те, кто расположен на нашем огромном евразийском континенте, в том числе страны АСЕАН и те государства, которые не состоят ни в каких интеграционных объединениях. Плюс, как было подчёркнуто, мы держим открытой дверь для ЕС, потому что не использовать сравнительные преимущества, данные нам Богом - географию наиболее активно растущего и перспективного континента, было бы глупо с точки зрения развития каждой страны.
Еще раз подчеркну, что с Казахстаном, как и с любой другой страной СНГ, у нас идет очень доверительный, развернутый диалог по всем вопросам. Все темы, которые так или иначе могут вызывать озабоченность, ставятся открыто, по-товарищески и успешно решаются в подавляющем большинстве случаев. Надеюсь, что в итоге мы решим удовлетворительно все вопросы такого рода.
Вопрос: Вопрос от наших слушателей. Министр иностранных дел С.В.Лавров объездил весь мир. Пять самых красивых мест с Вашей точки зрения?
С.В.Лавров: Везде по-своему красиво. Но я больше склонен придерживаться тех взглядов, которые выработались у меня и у В.Н.Сунгоркина, кстати сказать. Объезжая весь мир, ты должен помнить, что нашу страну не объехать. В нашей стране красот хватит не на одно поколение.
Вопрос: У нас с Сергеем Викторовичем дискуссия. Он сторонник Алтая, а я - Дальнего Востока. Спор идет.
Вопрос: А мы сторонники Краснодарского края.
Вопрос: Сочи, Черноморское побережье.
Вопрос: Где мы отдыхали в этом году семьями. И заехали еще в Ялту.
С.В.Лавров: С точки зрения физкультуры это пассивный отдых.
Вопрос: Как сказать. Смотря, чем заниматься.
С.В.Лавров: Но это будет не физкультура. Я знаю, чем там занимаются.
![Главное](/images/star.png)
НОВЫЙ БЛИЖНИЙ ВОСТОК – ТЕПЕРЬ ОФИЦИАЛЬНО
ДЕНИС МИРГОРОД
Кандидат политических наук, профессор кафедры международных отношений, политологии и мировой экономики ИМО Пятигорского Государственного Университета.
Наибольшую угрозу нормализация арабо-израильских отношений несёт Ирану. Фактически мы наблюдаем перераспределение ролей на Ближнем Востоке, когда именно Исламская Республика становится главным региональным изгоем. Более того, часть экспертного сообщества сходится во мнении о том, что главной целью соглашений является усиление изоляции Тегерана и подготовка к крупному военному конфликту в регионе.
Подписание в сентябре текущего года Объединёнными арабскими эмиратами (ОАЭ) и Бахрейном соглашений об установлении дипотношений с Израилем, а также многочисленные сообщения о том, что их примеру могут последовать и некоторые другие арабские государства, открывают новую страницу политического развития Ближнего Востока. Нормализация арабо-израильских отношений может стать отправной точкой как для стабилизации региона, так и для нового витка напряжённости, обусловленного указанными качественными преобразованиями.
От де-факто к де-юре
Арабо-израильский конфликт настолько слился с образом современного Ближнего Востока, что стал постоянной, рефлекторно учитываемой переменной при анализе динамики региональных политических процессов. Создание Государства Израиль и последующее его неприятие со стороны практически всех ближневосточных и арабских государств сформировали настоящий «гордиев узел» глобальной политики. Уже невозможно точно подсчитать международные инициативы и проекты по примирению враждующих сторон. Помимо этого, ведущие государства мира соревновались между собой в том, кто именно запустит действенный механизм нормализации арабо-израильских отношений.
Многие эксперты и политики сходились во мнении о том, что полноценное урегулирование является непосильной задачей, решение которой может обрести чёткие контуры в очень отдалённой перспективе или вообще являться предметом футурологии. Казалось, что Египет и Иордания, имевшие на то исторические предпосылки, ещё долго будут оставаться единственными арабскими странами, признавшими Израиль (в 1979 и 1994 годах соответственно). Однако 2020 год преподнёс очередной сюрприз – ОАЭ и Бахрейн установили дипотношения с Израилем, что является поистине значимым событием для Ближнего Востока и всего арабского мира. Хотя с международно-правовой точки зрения произошло относительно стандартное и распространённое в международной практике преобразование: от фактического взаимодействия к юридически установленным связям.
Торжественную церемонию в честь подписания соглашений о нормализации отношений Израиля с ОАЭ и Бахрейном, состоявшуюся 15 сентября 2020 года в Вашингтоне, с позиции изменения характера взаимодействия между государствами следует рассматривать не более как документальное оформление давно свершившегося факта. Власти Израиля уже долгое время сотрудничают с различными арабскими государствами, прежде всего – с аравийскими монархиями, по целому ряду направлений. ОАЭ и Бахрейн попросту сделали шаг к формализации уже существовавших открытых и секретных отношений с Израилем.
Соответственно, историческая важность соглашений связана не со сменой характера взаимодействия между еврейским государством и частью арабского мира. Она привносит качественно новые штрихи и предопределяет значимые региональные и отчасти глобальные тренды, позволяющие смотреть на Ближний Восток по-новому.
Главные бенефициары
Ключевой вопрос в контексте нормализации арабо-израильских отношений – кто является её основным выгодоприобретателем?
В первую очередь это Израиль и лично премьер-министр Биньямин Нетаньяху. Для Израиля соглашение имеет большое значение, поскольку оно представляет собой официальное признание третьим и четвёртым арабским государством после Египта и Иордании. Следовательно, снижаются масштабы антиизраильской риторики в отношении страны как «оккупационного режима» на палестинских территориях. Помимо этого, признание позволит Израилю укрепить свою легитимность на международной арене, поскольку в мире остаётся ещё достаточно большое количество государств, отрицающих существование страны как полноценного субъекта мировой политики. Также необходимо отметить, что другие арабские страны, воодушевлённые этим шагом, могут предпринять аналогичные действия для формализации существующих отношений с Израилем – в настоящее время активно тиражируется информация о том, что Оман, Саудовская Аравия и Судан рассматривают возможность пойти по пути ОАЭ и Бахрейна. Таким образом, Израиль меняет свой региональный статус, постепенно переставая быть главным (в глазах большинства арабских государств) «изгоем» ближневосточного политического процесса.
Помимо выгоды израильского государства, сам Биньямин Нетаньяху (и нынешнее руководство страны) лишь выигрывает от этого соглашения. Оно в значительной степени нивелирует потерю им популярности и доверия среди населения в связи с обвинениями в коррупции и злоупотреблении властью. Нормализация отношений с арабскими государствами, без всяких оговорок, является дипломатической победой действующего премьера и возводит его в ранг одного из наиболее успешных руководителей Израиля.
В качестве второго ключевого бенефициара соглашений выступают США, которые с имиджевой точки зрения выиграли поул-позицию в очередном этапе миротворческой гонки ведущих мировых дипломатий на Ближнем Востоке. Успехи Вашингтона как главного посредника при подписании соглашений в значительной степени компенсируют неудачи американской внешней политики на Ближнем Востоке последнего десятилетия. Также необходимо указать на то, что имя будущего хозяина Белого дома определят множество факторов, к которым, безусловно, следует относить и достижения США на международной арене, включая проблему нормализации арабо-израильских отношений.
Наконец, в теории от соглашений выигрывает весь регион, поскольку любая мирная инициатива способна потенциально привести к снижению конфликтного потенциала Ближнего Востока и его стабилизации. Однако нормализация арабо-израильских отношений имеет множество подводных камней, меняющих течение привычных ближневосточных процессов.
Панарабизм? Вычёркиваем!
Как уже говорилось, подписание соглашений об установлении дипотношений стали формализацией давних интенсивных связей между государствами. Вместе с тем, особенно с учётом множащихся слухов о скором признании Израиля новыми арабскими государствами, следует указать на окончательный крах концепта панарабизма, который был идеологической доминантой консолидации арабов в первые десятилетия их постколониальной жизни.
Безусловно, проект объединения части региональных государств по национальному принципу исчерпал себя раньше вследствие «нефтяного бума» и постепенного обособления отдельных нефтедобывающих государств от панарабских тенденций. В любом случае именно сейчас происходит полный документально оформленный закат Арабского национального движения. Ведь подписание соглашений ОАЭ и Бахрейном не имеют цели решения территориальных споров с Израилем. В этом – главное отличие от предыдущих действий Египта и Иордании, которые всегда использовали именно этот довод при критике в их адрес из-за установления дипотношений с Израилем, что сохраняло относительное арабское единство.
С высокой долей вероятности в нынешней ситуации следует ожидать усиления размежевания арабских государств в отношении ключевых региональных проблем. Так, с осуждением соглашений уже выступили Алжир, Йемен и Катар. В некотором смятении находятся и другие арабские государства, которые не до конца понимают, как им действовать с учётом новых вводных. Очевидно, что нормализация арабо-израильских отношений также станет испытанием для арабских интеграционных объединений, в первую очередь ЛАГ, которая будет вынуждена корректировать свою повестку в соответствии с текущими реалиями межгосударственного диалога на Ближнем Востоке. Например, выдвинутый Палестиной 9 сентября проект резолюции с осуждением ОАЭ за нормализацию отношений с Израилем стал предметом бурной дискуссии и в итоге не был принят, но оставил чёткое ощущение, что нормализация на долгое время останется одной из центральных тем для межарабских спекуляций.
Новые проблемы для Ирана
Наибольшую угрозу нормализация арабо-израильских отношений несёт Ирану. Фактически мы наблюдаем перераспределение ролей на Ближнем Востоке, когда именно Исламская Республика становится главным региональным изгоем. Более того, часть экспертного сообщества сходится во мнении о том, что главной целью соглашений является усиление изоляции Тегерана и подготовка к крупному военному конфликту в регионе.
Поэтому неудивительно, что иранское руководство гневно отреагировало на установление дипотношений Израиля с ОАЭ и Бахрейном. Президент Ирана Хасан Рухани предупредил, что «если соглашение приведёт к расширению израильского влияния в регионе, всё изменится», и с подписавшими соглашение «будут поступать по-другому». Начальник Генерального штаба Вооружённых сил Ирана генерал-майор Мохаммад Бакери также предупредил, что «если что-то случится в Персидском заливе и национальная безопасность Исламской Республики Иран окажется под угрозой – пусть даже незначительной – мы будем винить ОАЭ. И не будем терпеть это».
Возникающий альянс обладает значительным потенциалом для изменения регионального баланса сил в пользу противников Ирана (Саудовской Аравии и Израиля), а это, в свою очередь, может усилить чувство незащищённости Тегерана, что найдёт выражение в усилении поддержки хуситов в Йемене, а также шиитов в Бахрейне и на всём Аравийском полуострове.
Возможно, нормализация отношений направлена именно на это – максимальное облегчение сотрудничества в военной сфере для минимизации / нейтрализации иранского угрозообразующего фактора. Именно Иран является единственной реальной экзистенциальной угрозой для Израиля, который, исходя из своих внешнеполитических принципов, не может допустить снижения своего существенного военного превосходства в регионе.
Данный вывод также связан с постепенно усиливающейся антииранской риторикой Вашингтона, который, тем не менее, пока находится в режиме ожидания в связи со скорыми президентскими выборами.
Палестинский вопрос
Особый интерес в контексте нормализации арабо-израильских отношений также вызывает палестинский вопрос. Палестинцы в сложившихся обстоятельствах чувствуют себя обманутыми и обеспокоены перспективами создания собственного независимого государства. У них стойкое ощущение, что предпринимается попытка окончательно отодвинуть опостылевшую всем проблему на задний план региональной повестки. Однако сейчас мы можем наблюдать за любопытными процессами во внутрипалестинских делах, где происходит консолидация двух группировок: ФАТХ и ХАМАС.
Так, в середине сентября делегация сотрудников египетской разведки была отправлена в Рамаллу для встречи с президентом Махмудом Аббасом перед всепартийной встречей палестинского руководства. Основной целью визита было желание снизить критику палестинских политиков и СМИ в адрес ОАЭ после объявления о нормализации отношений с Израилем. План провалился, о чём свидетельствуют крайне резкие заявления палестинского руководства, последовавшие после визита. Примечательны во всём этом три аспекта. Во-первых, все палестинские политические группировки объединили свои силы на встрече под эгидой Организации освобождения Палестины (ООП), включая ХАМАС и Исламский джихад Палестины. Уже одно это можно рассматривать как первый за долгое время реальный шаг на сближение различных палестинских политических сил. Во-вторых, Махмуд Аббас отказался от свойственных ему дипломатических выражений и прямо охарактеризовал соглашение как «удар в спину» и «предательство» Иерусалима и палестинского дела. В-третьих, было подтверждено, что палестинцы применят такую же риторику и все возможные методы воздействия на международной арене в отношении других арабских государств, которые нормализуют отношения с Израилем.
Помимо этого, привлекает внимание ещё один ход Махмуда Аббаса, который, вероятно, благословил или напрямую повлиял на религиозное решение (фетву), вынесенное имамом мечети Аль-Акса шейхом Икрамом Сабри, запрещающее гражданам ОАЭ и Бахрейна посещать священное место. Это решение стало беспрецедентным, поскольку такого запрета не было, когда Египет, а затем Иордания установили дипотношения с Израилем.
Таким образом, палестинская тема сохраняет высокую актуальность в ближневосточных делах и может в значительной степени обостриться после соглашений о нормализации отношений Израиля с двумя новыми арабскими государствами. В частности, нельзя не вспомнить недавнее резонансное заявление президента Турции Раджепа Тайипа Эрдогана, назвавшего «Эль-Кудс» (Иерусалим) турецким, читай османским, городом. Возможно, нормализация усугубит проблему Палестины, которая станет инструментом более агрессивной политики Анкары или, например, Тегерана в регионе.
* * *
Заданный ОАЭ и Бахрейном тренд на нормализацию арабо-израильских отношений, в основе которого заявлены принципы мирного сосуществования и повышения безопасности, в итоге может привести к обратным эффектам. Очевидно одно, что на Ближнем Востоке происходит переформатирование регионального порядка, направленное на перераспределение военно-политических и экономических связей между государствами. Следовательно, в новое десятилетие мы войдём со значительно «обновлённым» Ближним Востоком, который, тем не менее, останется одной из наиболее турбулентных территорий на карте мира.
![Главное](/images/star.png)
Вячеслав Матузов: «Их цель — Третий храм»
что скрывается за «сделкой века»
Игорь Шишкин Вячеслав Матузов
"ЗАВТРА". Вячеслав Николаевич, во время работы в Международном отделе ЦК КПСС вы курировали вопросы, связанные с Израилем и Палестиной. Поэтому именно у вас хотелось бы спросить: почему Ближний Восток всё время находится в центре международной политики? Даже сейчас, когда внимание мира поглощено "ковидом", в этом регионе по-прежнему фокусируются интересы мировых элит. Не из-за нефти же только?
Вячеслав МАТУЗОВ. Нефтяной вопрос — прикрытие реальной картины той борьбы, которая велась на Ближнем Востоке изначально. Вспомним функции руководителей в советское время. В Министерстве иностранных дел первые заместители министра Громыко всегда курировали три проблемы: разоружение, отношения с США и Ближний Восток. Каждая встреча Брежнева, Андропова, Черненко с американцами затрагивала тему ближневосточного урегулирования.
Проблема Палестины, в принципе, была первоочередной с 1948 года для заседаний Совета безопасности ООН. У меня сложилось стойкое ощущение, что палестино-израильский конфликт играл ключевую роль во всех наших контактах как с американцами, так и с Европой.
Когда я работал в Международном отделе ЦК, то все шифротелеграммы, все распечатки текстов бесед Брежнева или нашего посла с американским руководством обязательно ложились на стол мне как человеку, который курировал палестинцев. У меня всегда была полная картина увязки палестинской темы с позициями ведущих государств мира. Это было логично. Поэтому я был в курсе многих смежных тематик.
Был у меня, например, полный текст переговоров с Рейганом, я знал всё, потому что занимался Ближним Востоком. В этом регионе сталкивались не только экономические интересы, хотя американские компании всегда стремились овладеть ресурсами Ближнего Востока, в первую очередь нефтью. Тогда ещё о газе не заговаривали, но нефтяные компании были все под американским контролем.
"ЗАВТРА". Но поначалу контроль был ведь сугубо британский?
Вячеслав МАТУЗОВ. Да, "Бритиш Петролиум", "Шелл" и прочие.
Когда в конце 90-х годов я приехал к Кабусу бен Саиду, султану и премьер-министру Омана, мне довелось видеться с президентом Национальной нефтяной и газовой компании Салемом Макки. Салем оказался человеком, который отлично говорит по-русски и знает русские реалии в мелочах, вплоть до гастрономических предпочтений. Выяснилось, что он выпускник Менделеевского химико-технологического института 1968 года! И я его спросил: "А кто-нибудь из Москвы к вам обращался с попытками выстроить отношения?" — "Нет, никого! Давайте я устрою вам дружбу с "Шелл", её руководство у нас тут обретается в специальном городке. Мы вам поможем, и будете работать с ними где-нибудь в Латинской Америке, например. Уверен, им нужны партнёры типа вас, потому что американцы задирают цену. Вот они установку бурильную нам поставили, и по той цене, что американцы назвали, приходится покупать. А нам нужна здоровая конкуренция! И пусть ваши станки будут чуть хуже, но тем самым хоть собьём цену монополистам-американцам…".
Мы поехали и обнаружили целый город нефтяников — около 50 тысяч сотрудников с семьями в отдельных домах. Туда была двойная система пропусков… В общем, вся эта история — иллюстрация нашей упущенной выгоды.
"ЗАВТРА". А всё же, почему так важен Ближний Восток? Нефть же не была жизненно необходима тем же Соединённым Штатам, у которых свои огромные запасы.
Вячеслав МАТУЗОВ. Тогда ещё нужна была.
"ЗАВТРА". Но запасы-то у них были, они вполне могли эту отрасль у себя развивать. Да и на Ближнем Востоке мы им конкуренции не составляли.
Вячеслав МАТУЗОВ. У нас и задачи такой не было.
"ЗАВТРА". Тогда что же? Вопрос палестино-израильских территорий? Но сколько на Земле таких нерешённых территориальных конфликтов — полным-полно! Но на них никто не обращает столь пристального внимания, как на Палестину и Израиль.
Вячеслав МАТУЗОВ. Вы правы, конфликты есть везде: и на Украине, и в дальневосточном регионе, и в Африке, и в Латинской Америке, но, несмотря на это, ведущее место продолжает занимать палестино-израильская проблема.
Я был президентом Общества дружбы с Палестиной и в прекрасных отношениях с Ясиром Арафатом; у меня есть много фотографий, особенно когда мы привозили к нему депутатов Госдумы, приехали тогда 15 человек из пяти фракций, это была очень интересная поездка.
Надо сказать, что все годы своей работы я относился к палестинской проблеме как к проблеме политической. Есть противоречия между Израильским государством и палестинским народом, который претендует на территории, которые оказались занятыми Израилем с 1947 года. Беженцев — миллионы, около пятнадцати палестинских лагерей только в Ливане! Я по долгу службы часто бывал в них. Там живут, вернее, существуют люди с глубокой обидой в душе, им даже запрещено иметь паспорт! Во многом это связано с тем, что они — сунниты, а Ливан не желает менять внутренний политико-религиозный баланс. Если дать полумиллиону палестинцев ливанские паспорта, то это сразу выльется в существенную прибавку голосов в пользу суннитской общины, в совершенно иные результаты выборов… А ливанское руководство в руках маронитов — христиан-католиков.
Более того, ни одна арабская страна вообще не позволяла палестинцам получать местные паспорта, поскольку никто не хотел растворения интересов собственной страны за свой же счёт.
"ЗАВТРА". Но ведь миллионы беженцев — это тоже не исключительно ближневосточная беда. Есть миллионы африканских, азиатских беженцев.
Вячеслав МАТУЗОВ. Там всё-таки беженцы политические. А тут люди элементарно лишены своей земли, они покинули жилища в результате агрессии, захвата.
"ЗАВТРА". Но вспомните, пожалуйста, Экваториальную Африку, историю вырезанных тутси и их бесконечных войн с хуту. По некоторым оценкам, свыше миллиона жертв было. Информация об этом проходила второстепенно, фоном, что, мол, одни африканцы режут других африканцев, и ничего там не понятно. Президент США, Совет безопасности ООН постоянно не обсуждали эту тему десятилетиями. И российский президент с президентами США, Франции, канцлером Германии тоже не говорили об африканской трагедии, хотя жертв там колоссальное количество.
Поэтому не верится, что из-за беженцев на Ближнем Востоке, оказавшихся в тяжелейших условиях, цивилизованный мир пришёл в ужас и стал денно и нощно гадать, как же эту проблему решить. Гуманизм прямо зашкаливает! Неправдоподобная версия.
Вячеслав МАТУЗОВ. Вы правы, но все эти годы я был убеждён в том, что это политическая проблема, что решение палестино-израильского конфликта лежит в политическом русле.
А надо сказать, что в конце 1990 года я был в Вашингтоне, возглавляя нашу группу по арабо-израильским переговорам. Это были двусторонние переговоры, когда впервые палестинцев признали израильтяне. Но спустя годы, когда я уже организовал Общество дружбы и делового сотрудничества с народами арабских стран, я пришёл к выводу, что суть проблемы не в экономических, политических или демографических разногласиях, а в духовных, идеологических, религиозных.
Можно решить политическими способами любые вопросы: где-то уступили, чем-то пожертвовали — это нормальная практика любого переговорного процесса. А здесь же упёрлись с 1948 года, и отрегулировать никак не получается!
И мне тут вспомнились разговоры с одним из видных наших политиков (имени его называть не буду) в 2001 году, когда я привёл к нему председателя Прогрессивно-социалистической партии Ливана. Я организовал эту встречу. И я тогда услышал вещи, которые не были известны широкой общественности…
"ЗАВТРА". Что именно?
Вячеслав МАТУЗОВ. В 2001 году в Вашингтоне в резиденции президента США, Кэмп-Дэвиде, состоялась встреча Билла Клинтона, Ясира Арафата, уже получившего статус президента Палестины, хотя израильтяне его не признавали окончательно, и Эхуда Барака, премьер-министра Израиля. И там прозвучало то, что нигде не публиковалось. А именно: Арафату было предложено решить окончательно палестинский вопрос.
"ЗАВТРА". Так ведь американцы это не раз предлагали — Кэмп-Дэвидская сделка в конце 1970-х, например. Или тут что-то новое вскрылось?
Вячеслав МАТУЗОВ. Кэмп-Дэвидская сделка лишь урегулировала отношения Израиля с Египтом при президенте Садате; тогда всё было сделано на межгосударственной основе, и было как раз вариантом политического решения. А здесь даже не рассматривали такой возможности!
И когда лидер ливанской партии задал вопрос нашему политику: "А что же в этом предложении Арафату показалось неприемлемым, почему он отказался подписать соглашение с Эхудом Бараком?". Эхуд Барак, напомню, тогда уходил со своего поста, на смену ему шёл Нетаньяху. Но, видимо, Эхуд Барак хотел задержаться в премьер-министрах, рассчитывая на карт-бланш из рук Арафата. Но Ясир Арафат не дал ему этот карт-бланш, хотя он и был более умеренным, чем Нетаньяху, премьером.
А что же, спросят, предложили Арафату в этом документе? Ни много ни мало: на месте иерусалимской мечети Аль-Акса, вернее, под её фундаментом, построить Третий храм иудейский, храм Соломона — его по-разному называют… За это Арафату обещали президентство, границы государства, признание независимости, возвращение беженцев, компенсацию за ущерб по захвату их собственности.
"ЗАВТРА". Всё, чего палестинцы и добивались. А про мечеть было сказано, что под фундаментом, то есть её саму не затронут?
Вячеслав МАТУЗОВ. Да. Предлагали поднять основание этого комплекса исламских святынь на определённую высоту, а под ним выстроить, восстановить Третий храм, который, по преданию, был на этом месте.
А что такое мечеть Аль-Акса для мусульман? Это третья святыня после мечети Аль-Харам в Мекке и мечети Пророка в Медине. В мечети Аль-Акса есть священный для мусульман камень, с которого пророк Мухаммед вознёсся на небеса.
Арафат же, как мне стало известно, ответил так: "Мечеть Аль-Акса не является собственностью палестинского народа. Я не могу распорядиться этой святыней так, как вы мне предлагаете. Это же ценность для всего исламского мира!" Мой собеседник, которого я привёл на эту встречу, был очень воодушевлён ответом Арафата.
А теперь давайте остановимся и подумаем: где здесь все эти истории о созданном Обамой ИГИЛ* и войнах, которые ведутся якобы ради того, чтобы проложить трубу из Персидского залива через Сирию к Средиземному морю и далее — в Европу? Всё это лишь прикрытие той самой единственной, главной задачи! Цель сохраняется и сегодня. Отсюда постоянная острота ближневосточного вопроса.
"ЗАВТРА". Заинтересованность Израиля в этом очевидна.
Вячеслав МАТУЗОВ. Религиозная заинтересованность, да.
"ЗАВТРА". А США? Только ли наличие израильского лобби определяло тот факт, что американцы готовы были всё отдать палестинцам, лишь бы получить разрешение на возведение этого храма? А ведь его строительство означает пришествие Антихриста в мир.
Вячеслав МАТУЗОВ. С точки зрения ислама и с точки зрения православия это действительно так. Православные считают, что создание Третьего иудейского храма, которое стремится осуществить лжемессия, приведёт к появлению Антихриста и скорому концу света, то есть к общему уничтожению человечества.
А с точки зрения иудаизма в центре этого храма должен стоять трон, на который претендует Машиах. Машиах этот для них — спаситель, а не Антихрист.
"ЗАВТРА". У них прямо противоположная точка зрения!
Вячеслав МАТУЗОВ. Да. И если мы внимательно посмотрим на личности тех, кто на глобальном политическом уровне принимает решения, то увидим, например, что большая часть президентов США — сторонники израильской концепции, евангелисты. А евангелизм — своего рода ответвление иудейской религии в рамках христианства, так я считаю. Президент Буш-старший, прежде чем начинать войну против Ирака в 1990 году, посещал маленькую евангелическую церковь, которая находится рядом с Белым домом, Трамп тоже не так давно стоял близ неё с Библией — все видели. Да и Буш-младший, когда начинал войну против Ирака, тоже посещал эту церковь, и он тогда публично заявил, что перед принятием решения выступить против Саддама Хусейна "посоветовался с Богом".
Если вера определяет пути решения ближневосточного конфликта на путях удовлетворения Израиля и оказания содействия приходу Машиаха, это одно. А если другие религии рассматривают это не как Машиаха, а как Антихриста — разрушителя, уничтожителя всего человечества, это совсем другое. Ведь и в исламе знают, что есть дьявол, его называют Даджжаль. Его фигура резко отрицательная, как и в православии. Отсюда проистекают многие противоречия между мировыми лидерами, приверженцами разных конфессий. Вопрос обострён до предела, так как он касается глобального развития человечества.
"ЗАВТРА". Это даже не вопрос взаимоотношения религий, это вопрос существования мира.
Вячеслав МАТУЗОВ. Да. Потому что приход Антихриста, его земное воплощение — это конец человечества. Православные знают и верят в то, что Иисус Христос низложит в итоге Антихриста. Но ведь это тоже процесс борьбы. Можно ли избежать её и нужно ли? Всё это — самые важные религиозные вопросы. Предельные вопросы.
В 2002 году интервью со мной, касавшееся этих тем, было опубликовано на сайте тогдашнего советника патриарха Алексия II. Развернулась дискуссия приверженцев всех конфессий, полсотни страниц комментариев в интернете есть.
"ЗАВТРА". Помнится, вы говорили, что особую остроту дискуссии придали мусульманские СМИ.
Вячеслав МАТУЗОВ. Это было следствие моего интервью одному дагестанскому сайту. Приятные ребята были. Прошло некоторое время, и они мне прислали ссылку на интернет-страницу, где беседа со мной шла под заголовком "Матузов: "Ислам спасает человечество от Антихриста". Я был в шоке, хотя позже признал, что сказанное могло подвести и к такому выводу.
Чуть позже один человек иудейского вероисповедания обратился к патриарху Алексию II и попросил дать разъяснения позиции Русской православной церкви по этому вопросу. Тогдашний советник патриарха на своей странице опубликовал это письмо и предложил его для обсуждения представителям всех конфессий. И тут я понял, что затронул такой нерв глобальной политики, о котором всё-таки стараются помалкивать. Как сейчас помню, один православный священнослужитель подвёл такой итог: "Матузов неправ, хоть и говорит правильно. Спасёт человечество не ислам, а Иисус Христос".
Замечу, что в ходе этого давнего обсуждения представители всех конфессий, кроме православных и мусульман, выступили за изменение статуса иерусалимской мечети, то есть поддержали иудейскую концепцию!
Поэтому надо пристальнее смотреть на религиозные убеждения мировых лидеров, не надо считать религию сугубо частным делом.
"ЗАВТРА". А Трамп? Мало кто, наверное, поверит, что он действует, исходя не из политических интересов США, а из религиозных взглядов?
Вячеслав МАТУЗОВ. Я слежу за внутренней и внешней политикой нынешних США. Относительно Дональда Трампа у меня складывается ощущение, что он автор серьёзных революционных изменений внутри своей страны. За это его будут трепать здорово на выборах, и дай Бог, чтобы он устоял.
На внешней арене Трамп добился колоссального сдвига в деле налаживания отношений арабских лидеров с руководством Израиля. Это и Саудовская Аравия, и Эмираты, и Бахрейн (помимо давно сотрудничающих с Израилем Египта и Иордании). Трамп отодвинул всех международных посредников по урегулированию арабо-израильского конфликта в сторону.
Там ведь исходно был политический "квартет": Соединённые Штаты Америки, Советский Союз (потом Россия), Европейский Союз и ООН. Ещё при Обаме всех стали потихонечку отодвигать. Да, мы могли что-то сказать вслух, обозначить позицию, но никак не более. А реальный формат развивался в том же ключе, как и в 90-х, когда сложилась "тройка" Ясир Арафат — Эхуд Барак — Билл Клинтон.
И Трамп тут оригинален не был. Вот он выдвинул идею "сделки века"… Я не берусь судить о специфике религиозных предпочтений Трампа, просто обратил внимание на тот факт, что в период пандемии он посещал ту же самую церковь, о которой я уже говорил и которую, кстати, пытались поджечь протестующие.
"ЗАВТРА". Это всё же слабое доказательство, что он исключительно религиозно мотивирован.
Вячеслав МАТУЗОВ. Может быть, может быть… Смущает другое. Ещё до американских выборов 2016 года проходила информация, что дочь Трампа, Иванка, которая приближена к нему и политически — является советником президента — за семь лет до того сменила христианскую религию на иудаизм, прошла для этого необходимый гиюр. А она была евангелисткой. Что такое гиюр, спросите вы? Гиюр — это обряд, который проходит нееврей, принимающий иудейскую религию.
"ЗАВТРА". Этот факт про Иванку не скрывался, но преподносился так: при выходе замуж за верующего иудея Джареда Кушнера она, как достойная невеста, решила принять веру своего жениха.
Вячеслав МАТУЗОВ. Наподобие Екатерины II, которая приняла православие и стала великой русской императрицей? Нет, параллель не работает. Ведь результатом союза Иванки и Джареда будет план Трампа, известный как "сделка века".
"ЗАВТРА". Вот это интересно!
Вячеслав МАТУЗОВ. Ведь автором сделки с американской стороны является именно Джаред Кушнер. Все переговоры с израильскими, арабскими руководителями вёл и ведёт он. Однако есть важный штрих: принятие гиюра Иванкой Трамп в нью-йоркской синагоге не было одобрено израильским раввинатом.
"ЗАВТРА". Почему же?
Вячеслав МАТУЗОВ. Тут как раз никаких "инсайдов" не будет, в открытую говорилось, что Главный раввинат Израиля не признаёт гиюр дочери Трампа, потому что та проводила его в синагоге, принадлежащей хасидскому движению Хабад.
Как видите, религиозные нюансы имеют порой в политике решающее значение. Это вовсе не значит, что дипломаты, политики и военные работают впустую. Просто этому фактору надо уделять больше внимания. В сфере религиозных мотивов кроются подоплёки многих расхождений между странами и многих мировых конфликтов.
"ЗАВТРА". Выходит, вся международная политика с 1948 года "закручивается" вокруг новосозданного государства Израиль и Палестины, мешающей построить Третий храм? И именно в эту сторону направлены усилия всех последних американских президентов? Значит, тут истоки конфликтов и с Ираком — врагом Израиля? И для этого нынешний президент Трамп предложил "сделку века"?
Вячеслав МАТУЗОВ. И заметьте: до сих пор никому толком не известно её содержание. Никому!
"ЗАВТРА". Даже так?
Вячеслав МАТУЗОВ. Наш МИД говорит, что нас так и не проинформировал американский Госдеп о содержании условий этого урегулирования. Хотя мы, между прочим, активный член вышеназванной "четвёрки".
Я несколько месяцев назад долго разговаривал с Махмудом Аббасом, президентом Палестины. Выяснилось, что и он не знает, какие именно пункты значатся в "сделке века". Руководства саудитов и иорданцев тоже заявляют, что им неизвестно содержание этого документа. Вот и выходит, что разговоров вокруг много, а о содержании можно только догадываться.
Я смотрю на эту "сделку века" с позиции не только администрации Трампа, но и преемственности американской политики вообще, несмотря на все противоречия между демократами и республиканцами. В этом вопросе все администрации, скорее, едины. Помните, как забивали нам уши, что американцы вели борьбу с ИГИЛ*? Оказывается, эту организацию создало ЦРУ.
"ЗАВТРА". Но это-то и так все знали, но вот чтобы президент США это признал — такое только при Трампе могло случиться!
Вячеслав МАТУЗОВ. И я вспоминаю все эти планы по построению "Большого Нового Ближнего Востока", которые были сформулированы в 2006 году уже публично, в официальных источниках. Кондолиза Райс, в частности, заявляла. А как раз в это время израильская армия уничтожала государство Ливан. С севера до юга вся инфраструктура страны дрожала от израильских ракетных ударов. Два месяца Израиль разрушал соседнее государство, не обращая внимания даже на маронитов, которые с ним сотрудничали.
"ЗАВТРА". Они всегда сотрудничали.
Вячеслав МАТУЗОВ. Пусть лучше вспомнят Башира Жмайеля, лидера правохристианской коалиции Ливанский фронт, убитого через три недели после его вступления в должность президента Ливана. Есть такой район в Бейруте, Ашрафия, там живут исключительно сторонники Жмайеля. Маронитский район, христианский квартал, центр Бейрута… Он был подвергнут израильским атакам. И построенные миллиардером Рафиком Харири трассы из Бейрута до ливанских Тира и Триполи — великолепные дороги и мосты — были разрушены до основания.
Два месяца наш МИД пытался созвать заседание Совбеза ООН. И два месяца американцы и Кондолиза Райс в частности отказывались дать согласие даже на дискуссию по этому вопросу! Казалось бы, не решение, не резолюция, а лишь обсудить! Просто отказывались в повестку дня вносить эту проблему.
Тогда Кондолиза Райс произнесла историческую фразу: "В огне Ливанской войны рождается Новый Большой Ближний Восток". А несколько ранее была опубликована геополитическая карта этого Нового Большого Ближнего Востока, на которой менялись границы между государствами. Там захватывались, между прочим, и Афганистан, и Пакистан.
"ЗАВТРА". А кто автор этой карты?
Вячеслав МАТУЗОВ. Один из ведущих офицеров, аналитиков в военном ведомстве США.
Эта карта использовалась в учебном пособии для офицеров НАТО. А первыми обнародовали этот документ турецкие офицеры, которые проходили военную подготовку, по-моему, в Италии.
"ЗАВТРА". Немудрено — они ведь увидели, что на этой карте от Турции остались только рожки да ножки.
Вячеслав МАТУЗОВ. Именно так. Потому что в соответствии с этими планами американцев вся восточная часть Турции, где большинство этнических курдов и где есть горловина выхода к Чёрному морю, между Батуми и Турцией, отрезается для будущего так называемого Курдского государства. Видно, что и Сирии американцы не позволяют восстановить контроль над сирийскими северными территориями. Более того, поощряют курдов на создание здесь независимого государства Рожава, Сирийского Курдистана. Есть ещё северный Ирак с его нефтяными промыслами в районе Киркука, Сулеймании и так далее, и западные районы Ирана. Все эти регионы в планах Нового Большого Ближнего Востока должны объединиться в форме Курдского государства, дружелюбно настроенного по отношению к Израилю. Такова стратегия американской геополитики.
"ЗАВТРА". Но цель-то — не геополитическая, вы ведь сами говорили!
Вячеслав МАТУЗОВ. Цель тут — создать благоприятные условия для решения задачи, которую отказался решать Арафат. Чтобы решение было не ответом на просьбу, а единственным выходом в навязанном раскладе сил. Но это крайне опасная линия, которая создаёт вероятность серьёзной войны. И тут для Израиля без ущерба никак не обойдётся. Иран с его ракетным потенциалом вполне может смять Израиль.
И Турция, оккупирующая Идлиб и меняющая статус храма святой Софии, тоже не случайное явление, оно как раз укладывается в игру по изменению ситуации на Ближнем Востоке.
"ЗАВТРА". Наверное, в этом ключе стоит подумать и о событиях вокруг Ливии и Ирана. Не всё ведь упирается в нефть и беженцев, как вы сегодня рассказали. Здесь важна нацеленность верующих иудеев в приход Машиаха, которого они ждут как благо для себя.
Вячеслав МАТУЗОВ. Для себя — исключительно, судя по всему.
"ЗАВТРА". А православные и мусульмане видят тут конец света. Получается, что стандартное объяснение позиции президентов США тем, что на них влияет очень мощное израильское лобби, верно лишь отчасти. На самом деле сами американские президенты принадлежат к тем ветвям протестантства, которые религиозно мотивированы тем же, чем мотивированы и иудеи в Израиле.
Вячеслав МАТУЗОВ. Поэтому возникает вопрос: может быть, вызреет когда-то внятный союз православных и мусульман — именно идеолого-политический? Русская православная церковь и мусульмане Российской Федерации должны сохранить то, что унаследовали от своих предков, а не идти тем путём, по которому, увы, уже идут ведущие конфессии и секты Европы, всё менее и менее напоминающие христианство.
"ЗАВТРА". За это и идёт сейчас борьба. Вячеслав Николаевич, спасибо за этот важный разговор!
* — террористическая организация, запрещённая в Российской Федерации.
Советник аятоллы Хаменеи призвал Армению вернуть оккупированные части Азербайджана
Али Акбар Велаяти, главный советник по внешней политике лидера Исламской революции, призвал Армению вернуть оккупированные части Азербайджанской Республики, включая семь городов.
«Война между Азербайджаном и Арменией, двумя соседями Ирана, и некоторые события, такие как участие сионистского режима, Турции и террористической группировки такфиристов в этой войне, а также периодические выстрелы из оружия и минометов по территории Ирана, относятся к числу вопросов, которые должны быть немедленно решены», - цитирует слова Велаяти информагентство Mehr News.
Велаяти, который сделал это заявление в интервью газете Keyhan, опубликованном во вторник, сказал, что Иран уважает территориальную целостность всех стран и принципы Устава ООН, отметив, что в данном случае территория одной страны оккупирована другой страной.
Велаяти отметил, что «участие сионистского режима, Турции и террористической группировки такфиристов» в войне в Нагорном Карабахе «относится к числу проблем, которые должны быть немедленно решены».
По этому поводу были приняты четыре резолюции ООН, каждая из которых требует от армян покинуть территории и вернуться к международнопризнанным границам, сказал Велаяти, который был министром иностранных дел Ирана в 1981-1997 годах.
«Все мы, члены Организации Объединенных Наций, должны соблюдать эти принципы. Поэтому мы хотим, чтобы Армения вернула эти оккупированные территории Азербайджанской Республике», - заявил Велаяти.
«Более миллиона азербайджанцев были перемещены из-за оккупации этих территорий и должны вскоре вернуться на родину. Подобно тому, как мы выступаем против оккупации Палестины сионистским режимом, мы придерживаемся той же позиции», - добавил он.
Тяжелые столкновения продолжаются уже с конца прошлого месяца между азербайджанскими и армянскими вооруженными силами из-за спорного Нагорно-Карабахского региона. Обе стороны обвиняют друг друга в развязывании боевых действий в Кавказских горах.
Сотни людей были убиты с тех пор, как вспыхнули недавние боевые действия, что сделало их наихудшей серией боев между двумя бывшими советскими республиками с 1990-х годов.
Азербайджан и Армения в течение многих лет находятся в состоянии конфликта из-за Нагорного Карабаха. Хотя в 1994 году было достигнуто соглашение о прекращении огня, Баку и Ереван продолжают обвинять друг друга в стрельбе по анклаву.
«Решение ни в коем случае не военное, оно должно быть решено политически», - сказал Велаяти. «Поэтому мы выступаем против любых военных действий кого бы то ни было. Потому что проигравшие в этой войне люди, тем более что в последнее время бомбили жилые районы», - отметил он.
Он также назвал войну противоречащей интересам народов двух стран и безопасности региона. «Некоторые посторонние также усиливают напряженность, например, сионистский режим и Турция», - сказал он.
«Сам сионистский режим нелегитимен и основан на оккупации других территорий, а именно Палестины, и он вообще не имеет права комментировать эти вопросы», - сказал советник - «Этот режим только подстрекает к мятежу в этом регионе».
Велаяти также подчеркнул готовность Ирана предложить помощь для посредничества и установления мира между двумя соседними странами.
«Мы твердо верим, что мир будет установлен в интересах обеих стран», - добавил бывший главный дипломат.
Израиль стремится к созданию напряженности между Турцией и Ираном в Нагорном Карабахе
Профессор факультета мировых исследований Тегеранского университета и старший эксперт по палестинским вопросам Хади Борхани, рассказал, что израильский режим пытается использовать нагорно-карабахский кризис, особенно с целью создания напряженности между Ираном и Турцией.
В интервью IRNA по поводу причастности израильского режима к нагорно-карабахскому конфликту, Хади Борхани заявил, что «Израиль не заботится ни об Азербайджане, ни об Армении в вопросе Нагорного Карабаха. В Израиле думают, как ловить рыбу в этой мутной воде. На мой взгляд, одна из целей Израиля использовать этот кризис - создать напряженность в турецко-иранских отношениях».
Что касается плана нормализации отношений между ОАЭ и Бахрейном с сионистским режимом, он отметил: «Соответственно, они провозгласили компромисс между ОАЭ и Бахрейном, чтобы побудить другие исламские страны сделать то же самое, чтобы исламский мир мог представить себе политическое эмбарго против Израиля законченым».
«Цель Израиля - оказать давление на "Хезболлу" и ее популярность в Ливане. Он хочет разрушить популярность этой партии. Но история обращения Израиля с "Хезболлой" полна ярких и унизительных поражений, и "Хезболла", действительно, унизила этот режим, приняв правильную и разумную политику», - добавил он.
![Главное](/images/star.png)
Выступление и ответы на вопросы Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова на встрече с членами Ассоциации европейского бизнеса в России, Москва, 5 октября 2020 года
Уважаемый господин Вандерплатсе,
Уважаемые дамы и господа,
Коллеги,
Благодарю за эту возможность в очередной раз выступить перед членами Ассоциации европейского бизнеса в России. Прежде всего, хотел бы поздравить вас с юбилеем – 25-летием создания вашей Ассоциации. Мы признательны за те усилия, которые вы предпринимаете для развития наших связей в сфере экономики, инвестиций, торговли, что призвано создавать прочный фундамент для добрых отношений между нами и теми странами, которые вы представляете.
В нашем Министерстве мы ценим диалог с европейскими предпринимателями, нацеленный на продвижение прагматичной, деполитизированной, взаимовыгодной повестки дня, а в конечном счете – на повышение благосостояния граждан России и ваших стран. Наши регулярные встречи в таком формате стали доброй традицией и подтверждают нашу обоюдную нацеленность на продолжение такого диалога.
Но на деловую активность все больше и больше продолжает оказывать серьезное негативное влияние общая ситуация в мировых делах, которая с момента нашей последней встречи (а это было в прошлом году, уже более года назад) не стала проще. Многие годы в мире наблюдается серьезное обострение проблем международного терроризма, наркотрафика, организованной преступности. Не прекращается и лишь увеличивается количество региональных конфликтов. В последнее время добавился новый, очень серьезный вызов – коронавирусная инфекция, что стало испытанием для всего человечества. В одночасье, как у нас говорят, все это изменило жизнь, без преувеличения, миллиардов людей. При этом сейчас никто не может спрогнозировать, когда можно ожидать окончания пандемии. В этой аудитории я не буду останавливаться подробно на том, как это сказывается на международной торговле, когда были разорваны глобальные производственно-сбытовые цепочки, во многих странах существенно растет уровень безработицы. Все это негативно сказывается на мировой экономике, которой предстоит долгий и наверняка непростой период восстановления.
В целом, если говорить в глобальном, всеобъемлющем контексте, пандемия в очередной раз высветила то, о чем мы давно говорим: взаимозависимость всех государств без поправок на географическое положение, размер и уровень экономического развития. Пострадали все. Тем самым пандемия в очередной раз продемонстрировала, что в глобализированном мире отмахнуться от проблем, которые имеют трансграничный характер, не получится.
Нам казалось, что вывод напрашивается сам собой: общие задачи и вызовы должны способствовать объединению усилий на основе общепризнанных норм международного права. К сожалению, пока этого не произошло. Наоборот, ряд наших западных коллег во главе с США пытаются воспользоваться нынешним коронавирусным кризисом для еще более настырного продвижения своих узкокорыстных интересов, откровенного сведения счетов с геополитическими конкурентами. Кстати, до сих пор не были услышаны призывы Генсекретаря ООН А.Гутерриша и Верховного комиссара ООН по правам человека М.Бачелет о том, чтобы приостановить хотя бы на время пандемии применение односторонних нелегитимных санкций прежде всего в том, что касается поставок лекарств, медицинского оборудования и необходимых для этого финансовых транзакций. Проигнорировано и предложение Президента России В.В.Путина, внесенное им в рамках встречи «Группы двадцати» в онлайн-формате, о создании «зеленых коридоров», которые должны быть свободны от торговых войн и рестрикций и использовались бы для поставок медикаментов, продовольствия, соответствующего оборудования и технологий. Такое отношение к объединительным инициативам серьезно отравляет атмосферу межгосударственного сотрудничества, усугубляет дефицит взаимного доверия. От этого страдают не только обычные граждане (а прежде всего это сказывается на них), но и деловые круги. Не мне вам об этом говорить.
Не остаются в стороне от таких тревожных тенденций и отношения между Россией и Европейским союзом. О каких-либо положительных моментах говорить не приходится. Начиная с 2014 г., когда Евросоюз грубо нарушил свои гарантии по соглашению между тогдашним Президентом Украины В.Ф.Януковичем и оппозицией, он не только принял, согласился с государственным переворотом, но и фактически стал поощрять тех, кто пришел незаконным, антиконституционным путем к власти в Киеве, в том числе полностью закрывая глаза на то, что в центр своей политики путчисты поставили русофобию, угрожая изгнать русских из Крыма, подавляя те русскоязычные регионы, которые отказались признать переворот и сказали, что хотят разобраться в ситуации. Их тогда объявили террористами (хотя они ни на кого не нападали), на них были направлены армейские силы, силы безопасности Украины. Повторю, их объявили террористами только за то, что они не признали государственный переворот.
С того момента, наверное, во многом понимая свою негативную роль в этих процессах, но всячески стараясь «свалить с больной головы на здоровую», Европейский союз с 2014 г. обрушил всю многоуровневую архитектуру взаимодействия, которая была выстроена между Брюсселем и Москвой, – от саммитов до более двух десятков отраслевых диалогов. Была полностью забыта программа построения четырех общих пространств. До сих пор нормализация отношений искусственно увязывается с тем, как будут выполнены Минские договоренности. При этом откровенно говорят, что это должна сделать Российская Федерация. А наши украинские коллеги, как вы знаете, устами руководства Украины в очередной раз заявили, что Минские договоренности нужно сохранить, потому что их сохранение гарантирует продолжение санкций Евросоюза и США против России. Вот и вся логика.
Конечно, мы будем настаивать на выполнении Минского «Комплекса мер», который был одобрен в Совете Безопасности ООН, но не ради того, чтобы «заслужить» снятия санкций Евросоюза, а прежде всего в интересах украинского народа, который нам близок и страдает от того, что происходит в Киеве и других регионах этой страны в последнее время.
До сих пор сохраняются ограничения на доступ российских экономических операторов к внешним финансовым рынкам. Продолжают терпеть многомиллиардные убытки и европейские производители. Буквально на днях мы получили информацию о том, что в Швеции был предпринят очередной дискриминационный шаг, когда шведская компания «Квинтус Текнолоджис АБ» отказалась поставлять запчасти для промышленного пресса «Группы ГАЗ» под абсолютно надуманным предлогом. Якобы этот пресс имеет характер военного и двойного назначения. Абсолютно искусственная логика. Никогда ранее – а этот пресс используется с 2009 г. – включая весь период наших кризисных отношений после переворота на Украине, никаких сомнений у шведских регуляторов не возникало. Судя по всему, это далеко не последний пример, когда стремление понравиться тем, кто определяет геополитическую линию Запада, берет верх над здравым смыслом и собственными интересами. Конечно, это будет бить и по шведскому бизнесу, который сотрудничает с «Группой ГАЗ», по теvsм людям, которые заняты на этом производстве.
К сожалению, мы вынуждены констатировать сохраняющуюся недальновидную деятельность структур Евросоюза, особенно тех государств-членов ЕС, которые объявили себя «прифронтовыми» государствами. Они и настроены «по-фронтовому», и проводят «фронтовую» политику. Отмечу, что в июле под абсолютно надуманным предлогом был задействован созданный Евросоюзом в 2019 г. рамочный режим односторонних санкций за нарушение неких «правил» в киберпространстве, которые пока еще никто не согласовал на универсальной основе. Этот генерический режим, изобретенный в прошлом году, решили «обкатать» в практическом плане на российских гражданах. Без предъявления каких-либо реальных доказательств им инкриминировали участие в некоей кибератаке против штаб-квартиры Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО) в Гааге. Этот режим, созданный в 2019 г., не единственный. Евросоюз также в «своем кругу» создал еще один генерический режим за нарушения в сфере применения химических отравляющих веществ – короче говоря, за использование запрещенных видов химикатов, которые являются химическим оружием. Он замыслен для того, чтобы применять его к конкретным ситуациям. У меня нет никаких сомнений, что сейчас этот режим будут пытаться применить к ситуации вокруг А.Навального. Причем факты для этого тоже не требуется «обкатывать» и обсуждать на универсальной основе.
Опять же в одностороннем порядке наши французские коллеги не так давно создали т.н. «партнерство против безнаказанности в сфере применения химического оружия». Это структура вне ООН, каких-либо универсальных, всеми одобренных международно-правовых рамок. Но в узком кругу единомышленников будут устанавливаться т.н. «факты», потом на основе этих в одностороннем порядке установленных «фактов» односторонне созданная в Евросоюзе структура для наказания тех, кто якобы виновен в нарушениях, будет принимать санкции. Все это печально и наводит на мысль о том, что разговоры наших западных коллег о необходимости для всех уважать порядок, основанный на правилах, – это не просто фигура речи, синоним необходимости уважать международное право, а осознанная политика на подмену универсальных международно-правовых рамок, требующих консенсуса между всеми государствами, для того чтобы принимались соответствующие конвенции, односторонне выработанными действиями, которые не носят легитимного характера.
Мы заинтересованы в том, чтобы как можно скорее установить истину в отношении А.Навального. Но ситуация сложилась вопиющая и развивается один в один по сценарию т.н. «дела Скрипалей», когда обвинения были заявлены, но никаких фактов предъявлено не было. Как вы знаете, Генеральная прокуратура России обратилась к своим коллегам в Германии, Франции и Швеции, где якобы были сделаны соответствующие анализы, за тем, чтобы нам в соответствии с Европейской конвенцией о взаимной правовой помощи по уголовным делам 1959 г., по протоколам к этой Конвенции предоставили информацию о том, каковы результаты этих анализов. Нам сказали, что никаких действий на основе этой Конвенции предприниматься не будет (что уже является ее нарушением), что все передано в ОЗХО. Мол, ждите, когда эта Организация объявит о результатах своих исследований. А в ОЗХО нам сказали, что пока еще продолжают исследовать эту проблему и те анализы, которые они взяли (причем непонятно, когда и кто их брал). Нам сказали, что когда они закончат, поскольку они реагируют на обращение Германии, они все сообщат Германии, а уж она сама решит, рассказывать нам что-то или нет. Это просто издевательство над здравым смыслом. По-моему, это понятно для всех, в том числе и для наших западных коллег, которые отказывают нам в требовании, основанном на обязательной к исполнению международной Конвенции. Судя по всему, русофобский запал стал настолько неостановимым, что руководствоваться здравым смыслом у них просто не получается.
Сожалеем о том, что торгово-экономического сотрудничество все более политизируется. Только что я приводил вам дополнительные примеры. Торговля, экономика всегда рассматривались в качестве «страховочной сетки» для отношений между государствами. Сейчас все это переходит в несколько иную фазу. Прекрасно помню, как в 2014 г. германский бизнес призывал Евросоюз, его структуры не ставить политику выше экономики в подходе к украинским делам. Но тогда лично канцлер ФРГ А.Меркель заявила, что бывают случаи, когда экономика должна быть подчинена политике. Печально.
Сейчас мы увидели очередной пример: Еврокомиссия подготовила доклад, который имеет длинное название – «О существенных искажениях в экономике Российской Федерации для целей проведения расследований в области торговой защиты». Думаю, вы понимаете, о чем идет речь. Документ носит откровенно предвзятый характер и чреват возникновением дополнительных ограничений для доступа российских товаров на рынок Евросоюза, что, как вы понимаете не останется без ответа. В частности, в этом докладе за т.н. «искажения» в экономике России выдаются абсолютно легитимные меры регулирования, в том числе в сферах энергетики, транспорта и трудовых ресурсов. У нас также возникают вопросы и к еще одной инициативе Евросоюза. Имею в виду ключевой элемент «Европейского зеленого курса» (ЕЗК) – т.н. «пограничный корректирующий углеродный механизм», который, как объявили в Брюсселе, в том или ином виде обязательно будет введен в действие не позднее 1 января 2023 г. Мы пока еще изучаем, что конкретно имеется в виду под этой инициативой. Мы очень надеемся, что этот «механизм» не вступит в противоречие с нормами Всемирной торговой организации (ВТО) и не обернется «торгово-климатическим протекционизмом». Хотелось бы избежать необходимости введения ответных мер. Думаю, что сейчас, даже если брать явно политизированную ситуацию, совсем не время для торговых войн.
Не буду много говорить об играх вокруг «Северного потока – 2». Все началось уже немало лет назад, когда вопреки всем правовым нормам, устоявшейся и одобренной всеми странами практике, задним числом была изменена «газовая директива» «Третьего энергопакета» ЕС только для того, чтобы осложнить реализацию этого проекта. С огромным трудом были найдены какие-то компромиссы. Но потом все опять пошло наперекосяк. Как только наметились перспективы завершения этого проекта, несмотря ни на что, тут же появилось новое обстоятельство – мощнейшее политическое давление США, которые открыто, беззастенчиво заявляют, что они хотят сорвать этот проект России и европейцев, навязать европейцам свой сжиженный газ. Лихорадочно создаются соответствующие мощности для сжиженного природного газа. Тем самым, как заявляют в Вашингтоне, будут поддержаны американские производители. Никакого политеса, этического предела здесь, по-моему, никто не ощущает. То, что будет подрываться конкурентоспособность целых секторов европейской промышленности из-за повышения издержек на более дорогой газ, американцев не то, что не волнует, а просто устраивает.
Политизация энергетического сотрудничества – это очередной удар по основам того, что мы называем европейской безопасностью. Именно энергетика была той сферой, история которой насчитывает уже больше 50 лет. Недавно мы вместе с австрийскими коллегами отмечали этот юбилей. Энергетика всегда выводилась «за скобки» любых форм противостояния во времена «холодной войны». Наша совместная энергетическая программа, совместное сотрудничество пережили распад и формирование новых государств, всегда служили долгосрочным интересам всех европейских народов, включая и Российскую Федерацию.
Протекционизм и прочие барьеры и ограничения лишь будут усугублять и без того непростую экономическую ситуацию. Кстати, мы обратили внимание на то, что Конфедерация европейского бизнеса «Деловая Европа» недавно опубликовала рекомендации, направленные на защиту европейского бизнеса в условиях санкционных ограничений. В документе прямо говорится о недопустимости превращения санкционной политики в «оружие» для продвижения экономических интересов. Вроде бы очевидная вещь, но по нынешним временам чтобы сказать эту очевидную вещь, требуется немалое мужество.
Дамы и господа,
Российское руководство реализует меры по оказанию помощи гражданам и бизнесу в условиях коронавирусных проблем. Мы делаем все возможное с учетом неких минимальных требований эпидемиологических властей для того, чтобы оказывать содействие возвращению иностранного персонала на территорию России, о чем вам хорошо известно. Вы обращались с соответствующими просьбами, и такие обращения продолжают поступать. Будем их оперативно рассматривать. Рассчитываем, что, как сейчас прогнозируют в России и зарубежных столицах (включая многосторонние институты), глубина экономического спада в нашей стране будет не такой значительной, как во многих других государствах, в том числе странах еврозоны.
Наш потенциал противодействия инфекционным заболеваниям становится все более эффективным. В ходе применения практических мер по борьбе с этим вызовом мы многому научились. Смогли, опираясь на прошлый опыт борьбы с различными пандемиями, разработать линейку тест-систем для выявления коронавируса, наладить производство медицинских препаратов для его эффективного лечения. Мы зарегистрировали вакцину, как вы знаете, «SPUTNIK V». Сейчас будет завершаться регистрация еще одной-двух вакцин, которые разработаны нашим предприятием «Вектор». Мы за то, чтобы делиться опытом в этой сфере и сотрудничать со всеми заинтересованными странами, ведь это важно для надежного преодоления последствий этого общего бедствия. Как вы знаете, Президент России В.В.Путин, выступая на 75-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН в видеоформате, выдвинул инициативу о проведении онлайн-конференции высокого уровня с участием государств, заинтересованных в кооперации по созданию вакцин против коронавируса. Ожидаем конструктивную реакцию на это важное предложение.
Перед тем, как я завершу свое вступительное слово, возвращаясь к главной теме, хотел бы отметить, что экономическая взаимозависимость, как мы уже неоднократно убеждались, может работать как во благо, так и во вред. Если Евросоюз будет по-прежнему рассматривать партнеров в качестве неких «придатков» евроцентричного мира, то едва ли у нас что-то получится. Мир, который концентрировался на этом ощущении центральной роли Европы, не к сожалению и не к радости, а объективно остался в прошлом. Драйверы экономического роста и политического влияния сместились на Восток. Новая полицентрическая реальность требует новых подходов в политике и экономике. Уже неприемлемы схемы «ведущий-ведомый». Требуется уважение основополагающего принципа равноправия.
Сегодня мировой экономике нужно помочь пережить сложный период, обеспечить на этой основе поступательное «постковидное» восстановление. Цель должна была бы нас всех объединить, поскольку речь идет о благосостоянии всех наших народов. Мы за то, чтобы для преодоления глобальной рецессии совместно искать новые точки роста. Здесь очень важно постараться сложить потенциалы различных интеграционных начинаний, которые реализуются на всем пространстве Евразии. На это нацелена инициатива Президента России В.В.Путина о формировании на принципах универсально применимого международного права, транспарентности Большого Евразийского партнерства, открытого для всех без исключения стран нашего общего огромного континента. Как вы знаете, мы активно продвигаем диалог по этой теме в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС), Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и со странами АСЕАН. При этом подчеркиваем, что заинтересованы в том, чтобы к этому процессу подключились все без исключения страны нашего общего континента, как входящие в те или иные региональные организации, так и не входящие ни в одну из них. Имеем в виду, что и страны Евросоюза могли бы присмотреться к этой инициативе с точки зрения своих собственных интересов, интересов европейского бизнеса, учитывая открывающиеся возможности в рамках продвижения этого нашего проекта для облегчения доступа к быстрорастущим рынками, к новым транзитным маршрутам. У нас уже есть отправная точка для того, чтобы эта работа всерьез началась. Имею в виду контакты, которые стартовали пока еще на техническом уровне между Еврокомиссией и Евразийской экономической комиссией. Мы за то, чтобы эти контакты не ограничивались техническими, регуляторными вопросами, но чтобы они все-таки имели какой-то политический горизонт в этих дискуссиях и политическую дальновидность по вопросам развития Евразии, которая будет одним из локомотивов мировой экономики – в этом нет никаких сомнений.
Убеждены в том, что в наших общих интересах не допускать появления новых, абсолютно ненужных разделительных линий в новых областях экономической деятельности, связанных с очередной сменой технологического уклада. Идет «озеленение» энергетики и промышленного производства, оцифровка всех видов человеческой деятельности, включая работу экономических операторов. По нашему глубокому убеждению, все это требует сложения усилий, а не попыток вновь затевать геополитические игры с нулевой суммой, как мы уже переживали это в прошлом. Мы готовы к сотрудничеству на самой широкой основе.
Спасибо за внимание. Готов к интерактивной части нашей беседы.
Вопрос: На родном для меня немецком языке есть поговорка: «Умный в споре уступит». На какие шаги была бы готова в этом плане Россия? Какие возможности Вы видите для придания этому процессу импульса и его возвращения на более конструктивную траекторию? Какие механизмы и меры Вы видите для защиты пока небольших островков сотрудничества от побочных эффектов геополитического соперничества?
С.В.Лавров: Я так понимаю, приводя эту немецкую пословицу (умный в споре уступит), Вы убеждены, что Запад не уступит никогда.
Меня тоже наводит на этот вывод многое из того, что сейчас происходит. В частности, претензии, которые нам выдвигаются. Любая существующая в мире проблема - Россия должна. Сирия - Россия, Ливия – Россия, Белоруссия – естественно Россия. А.Навальный, любые кибердела, отравления. А фактов нет. Еще и обижаются, как мы смеем подвергать сомнению то, что они заявляют, то, что они проанализировали, – в данном случае в лаборатории Бундесвера. В случае со Скрипалями – в лаборатории «Портон-Даун». Но не было предъявлено никаких данных. Сейчас наши германские коллеги говорят нам, что это наша проблема, что отравление произошло на нашей территории, поэтому они ничего не знают. Мол, давайте заводите уголовное дело, но мы вам ничего не дадим.
Кстати, помню один не очень радостный эпизод в наших отношениях с ФРГ, когда в 2016 году возникла проблема вокруг несовершеннолетней русской девочки Е.Фесенко. Она пропала, ее долго искали. Потом она появилась, сказала, что ее изнасиловали. Впоследствии выяснилось, что не изнасиловали, но все равно в Германии было возбуждено уголовное дело по факту совершения преступления сексуального характера – растление несовершеннолетних. Один из двух обвиняемых получил условный тюремный срок. Но когда мы озаботились судьбой этой девочки (помимо гражданства ФРГ, у нее было и гражданство Российской Федерации) и просили наших немецких коллег объяснить, что с ней произошло, на нас обрушился шквал негодования, включая заявление тогдашнего министра иностранных дел ФРГ Ф.-В.Штайнмайера о том, что Россия не должна вмешиваться во внутренние дела ФРГ, использовать этот инцидент в пропагандистских целях. Я вижу здесь аналогию. Что-то произошло с российской гражданкой на территории ФРГ. Когда мы поинтересовались и попросили объяснений, нам ответили, что это не наше дело, и попросили не вмешиваться во внутренние дела. Когда сегодня мы просим наших немецких коллег объяснить, что же все-таки они установили при анализе биоматериалов А.Навального, нам говорят идите в ОЗХО. Там отвечают: идите в Германию, так как это их запрос, вы не могли не обнаружить того, что обнаружили в Берлине. Но, во-первых, врачи в Омске предоставили результаты всех проведенных анализов и проделанной работы немцам. Немцы, когда забирали А.Навального, расписались в том, что получили всю информацию. Более того супруга А.Навального подписала документ, в котором брала на себя ответственность за все последствия его транспортировки в Германию, потому что наши врачи не были уверены, что это безопасно. Да, они не обнаружили никаких следов боевых отравляющих веществ. Они об этом честно сказали. Но обращаю ваше внимание, что и в клинике «Шарите» не обнаружили никаких отравляющих веществ из т.н. семейства «новичков» в его анализах, а сделали это уже в клинике Бундесвера. До сих пор не знаем, сами ли брали французы и шведы анализы, или немцы просто передали им эти анализы. То, что наши партнеры пытаются все держать втайне, как у нас говорят, «наводить тень на плетень», нас очень тревожит. Мы хотим добиться истины и будем этого добиваться. Не знаю, что с этим делать. Сейчас нас уже обвиняют в ситуации в ЦАР, что-то в Мозамбике тоже пытаются на нас свалить – практически все и везде.
Когда Госсекретарь США М.Помпео, его заместители, другие члены Администрации США разъезжают по миру, они публично на пресс-конференциях призывают своих партнеров отказываться от сотрудничества с Россией, с Китаем будь то в Африке, будь то в Греции. Все эти заявления звучат официально, в микрофон, никого не стесняясь. Как «уступать» в этой ситуации, мне очень трудно сейчас сформулировать.
Ваш Председатель сказал, что, слава Богу, восстанавливаются контакты с ЕС. Они восстанавливаются, но исключительно по конкретным направлениям: Сирия, Ливия, африканские вопросы (недавно были консультации). Но не происходит никакого системного подхода к оценке отношений в таком глобальном, ответственном политическом плане.
Высокий представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Ж.Боррель – мой добрый знакомый. Мы с ним общались в начале года «на полях» Мюнхенской конференции по вопросам безопасности. Затем в июне у нас был двухчасовой видеоконтакт. Мы очень подробно все рассмотрели. Есть понимание того, что нужно переоценить ситуацию и хотя бы посмотреть на то, насколько эффективна линия, которую проводит ЕС, опираясь, прежде всего, на санкции. Это дело Евросоюза. Мы убеждены, что эта линия ущербна. От санкций страдают те, против кого они применяются, и те, кто их применяет. Как вы знаете, мы стараемся сейчас отойти от любых форм сотрудничества, которые будут увековечивать нашу зависимость от Европы, – будь то технологии, продукция сельского хозяйства. По-моему, достигли очень неплохих результатов во всем этом. Делается это, наверное, просто потому что у нас теперь нет уверенности, что наши европейские партнеры будут договороспособными. Я привел пример «Северного потока - 2». Казалось бы, юридическая служба ЕС давным-давно заявила, что она провела анализ, и проект полностью вписывается, не противоречит никаким нормативам ЕС. Несмотря на это, вопрос вскрыли задним числом, переиграли правила. Какая здесь надежность как партнеров? Причем все это делается вопреки тому, что компании из пяти уважаемых «старых» членов ЕС были полностью заинтересованы в «Северном потоке - 2» и продолжают оставаться заинтересованными. Но политика довлеет.
Конечно, по конкретным вопросам, как Вы сказали, имеет место избирательный диалог. Мы не отказываемся от этого. Но видим, что пока ЕС на официальном уровне пытается сохранить известные «пять принципов» и лишь модернизировать их применение (а они все равно основываются на том, что для нормализации отношений нужно, чтобы Россия, а не Украина, выполнила Минские договорённости). Пока в ЕС продолжаются такие бесплодные дискуссии, а русофобским меньшинством, которое ведет себя весьма агрессивно и шумно блокируются любые действия по переоценке отношений, в Германии разворачиваются очень серьезные аналитические процессы. По нашим данным (это было опубликовано в германской прессе), близкие к Правительству ФРГ эксперты разрабатывают то, что они называют «новой восточной политикой», предлагая по сути демонтировать любые остатки позитива в нашей повестке дня. Лейтмотив изысканий, о которых пишет пресса: стратегическое партнерство ушло в прошлое; партнерство для модернизации, которое когда-то было брендом нашего сотрудничества, прежде всего с Германией, а потом было распространено на отношения с ЕС в целом, тоже не удалось реализовать; Россия не захотела стать единомышленником Евросоюза и НАТО и превратилась тем самым в противника по принципиальным политико-идеологическим вопросам нового миропорядка. Я уже говорил о том, каким видится миропорядок нашим западным друзьям: порядок, основанный на правилах, а не на международном праве. Правила изобретаются в узком кругу единомышленников.
Про избирательное сотрудничество около правительственные круги, формулирующие новую повестку дня, говорят, что оно станет возможным, когда русские изменят свое поведение. В условиях такого застоя в Брюсселе в том, что касается мыслительных процессов, эти процессы идут, прежде всего, в Германии. Видимо аналитики от геополитики почувствовали, что Германия сейчас все больше и больше играет роль мотора по обеспечению устойчивой, долговременной, антироссийской заряженности всех процессов в рамках ЕС.
Мы это давно слышали. Первые санкции вводились после проведения в Крыму абсолютно прозрачного референдума, в результатах которого никто не сомневается – мне об этом говорили сразу после референдума американские представители. Никто не сомневался в результатах и не сомневается, что это было искренне желание крымчан. С того момента, когда это все началось, нам стали достаточно высокомерно заявлять, что Россия должна понять, что «бизнеса как обычно» больше не будет. Мы сказали, что, конечно, «бизнеса как обычно» не будет. Вы совершили такие действия по подрыву своего статуса, своей репутации, когда вам просто, извиняюсь, плюнули в лицо те, кто разорвал гарантированный Францией, Германией, Польшей договор. Мы понимаем, что мы больше не будем иметь с вами «бизнес как обычно», но мы готовы всячески искать какие-то конструктивные области взаимодействия. Но то, как сейчас развивается ситуация: «Северный поток-2»; мелкий, но все-таки серьезный пример – шведы прекратили разрешать своим компаниям сотрудничать с «Группой ГАЗ». Таких примеров много. Это вообще ставит вопрос не о том, что не может быть «бизнеса как обычно», а вообще-то можем ли мы с Европой в долгосрочном плане вести какой-либо бизнес на основах, которые будут надежными и будут подтверждать договороспособность европейцев? Не бизнеса. Бизнес заинтересован, но сейчас бизнесом руководят политики. Вот, в чем дело. Еще раз скажу, у нас нет недостатка доброй воли, желания развивать нормальные отношения. Почитайте поздравительные послания Президента России В.В.Путина Федеральному Президенту ФРГ Ф.-В.Штайнмайеру, Канцлеру ФРГ А.Меркель по случаю юбилея восстановления германского единства. Там все это сказано. Но добрая воля не может быть односторонней. И тут уже говорят, что кто умнее, сильнее, должен сделать первый шаг. Наверное, мы имеем все основания рассматривать наших партнёров сильными и умными. Надеюсь, они о нас такого же мнения. При наличии взаимной доброй воли, мы сможем переломить ситуацию. Пока такой взаимности мы не наблюдаем.
Вопрос: Мы видим эти переживания по поводу последних тенденций, которые Вы упомянули, материалы, в которых пишут о том, что партнёрство подошло к концу. Разделяем эту озабоченность. Как Ассоциация, мы согласны, что танго танцуют двое.
С.В.Лавров: Сейчас некоторые танцуют брейк-данс, там можно и в одиночку.
Вопрос: Будем надеяться, что все-таки парные танцы тоже не выходят из моды. Как Ассоциация мы придерживаемся принципа независимости. Общаемся как в Брюсселе – выражаем свою озабоченность текущей ситуацией, так и в диалоге с властями в России. Был очень рад услышать в Вашем выступлении поздравления в отношении нашего юбилея. Действительно в этом году нам исполнилось 25 лет. Планировалось организовать конференцию под лозунгом «России и Европа в мире завтрашнего дня: оглядываясь на прошлое, чтобы двигаться в будущее». Какими Вам видятся Россия и Европа в мире завтрашнего дня? Каковы наиболее перспективные направления для продолжения сотрудничества, которое не всегда было простым, но, безусловно, плодотворным на протяжении 25 лет? Какие для Вас ключевые направления?
С.В.Лавров: Мы сегодня об этом уже много сказали. Если говорить о конкретных направлениях, то это, конечно, цифровая экономика, зеленая экономика, все, что связано с новыми видами энергии, (российско-итало-французский проект термоядерных реакторов), с немцами у нас много высокотехнологичных проектов. К этому есть обоюдный интерес. Но повторю, политика, которая осуществляется сейчас, прежде всего, США, направлена на то, чтобы не позволить никаким взаимовыгодным, перспективным, конкурентоспособным экономическим проектам в Европе реализовываться без американского участия - будь то Россия, КНР. Об этом говорится в открытую. Политика – это искусство возможного, но, наверное, в нынешней ситуации экономика – тоже искусство возможного. Насколько смогут руководители ваших стран защитить исконные интересы европейского бизнеса, насколько смогут защитить вашу конкурентоспособность, насколько они могут выстоять перед этим давлением.
Но, конечно, помимо экономики нас очень волнует военно-политическая ситуация. В Европе она не улучшается, а, наоборот, становится все более тревожной. Сейчас, кстати, по случаю юбилея воссоединения Германии было много репортажей, оценок, статей. На нашем телевидении был снят двухчасовой документальный фильм «Стена», в котором делался достаточно печальный вывод о том, что Берлинская стена не была разрушена, а просто обрела виртуальную форму и передвинулась на Восток вплотную к границам России вопреки всем обещаниям, заверениям. Не буду комментировать этот фильм. Надеюсь, вы его смотрели. Кто не смотрел, советую посмотреть, потому что вы многое поймете о том, в каких условиях сейчас реализуются отношения между Россией и Европой, как в российском руководстве, российском народе отзывается память о тех временах, когда – мы все это хорошо знаем – Россия сыграла решающую роль в воссоединении Германии, сделала это ценой огромных жертв. Я не преувеличиваю. Вывод нашей группы войск осуществлялся в абсолютно нечеловеческих, антигуманных условиях. Мы знаем, какую цену в буквальном смысле (финансово) заплатила за это Германия. Знаем также, как наши западные коллеги в то время не то, чтобы отговаривали советское руководство, но спрашивали, хорошо ли подумали, нужна ли всем нам единая Германия. Итог известен. То, как сейчас некоторые представители германского руководства разговаривают с Российской Федерацией, считаю не только неприемлемым, но и абсолютно отражающим полное предание забвению той эпохи, которая считалась всеми историческим завоеванием немцев и русских, и затем все это стало завоеванием всей Европы. Это печально. Очень надеюсь, что эта аномалия пройдет. Она не может отражать истинного отношения немцев к России. Недавно, кстати, был опрос общественного мнения, где половина немцев на всей территории ФРГ, включая Западную Германию, позитивно высказались по отношению к российскому народу. У нас, думаю, будет не меньше тех, кто за сотрудничество с немцами. Наше историческое завоевание – преодоление всех фобий и сосредоточение на созидательном процессе в интересах наших народов. Конечно, будет преступно его потерять.
Вопрос: Хочу вернуться к вопросу возвращения в Россию высококвалифицированных специалистов. Мы очень благодарны за ту помощь, которую мы получили от Правительства Российской Федерации и, в частности, от Вашего Министерства. Мы знаем, что те правила, которые на сегодняшний день действуют – распоряжение Правительства Российской Федерации от 16 марта 2020 года № 635-р. – это большая ценность для наших членов, потому что оно открывает канал возвращения высококвалифицированных специалистов. Однако, с другой стороны процесс по-прежнему сложный и есть много нерешенных вопросов. Каковы перспективы либерализации режима пересечения границ, особенно в преддверии новогодних праздников?
С.В.Лавров: Я уже на эту тему не раз высказывался. Здесь МИД будет играть далеко не самую главную роль. Главный приоритет – это здоровье граждан. Поэтому первую скрипку здесь играют эпидемиологические и санитарные власти. У нас есть Оперативный штаб под председательством вице-премьера Т.А.Голиковой, Роспотребнадзор, Министерство здравоохранения, Федеральное медико-биологическое агентство. Все специалисты работают над тем, чтобы максимально оградить и наших граждан, и наших гостей от угрозы заразиться коронавирусом.
В интересах Министерства иностранных дел, чтобы контакты устанавливались как можно быстрее. Те же интересы, как Вы понимаете, и у авиационных властей, и у авиакомпаний, которые несут убытки и, которые хотели бы поскорее возобновить авиасообщение. Еще раз скажу, что решать здесь должны прежде всего эпидемиологи.
Вопрос: Я наблюдаю, что Россия пытается отгородиться от внешнего мира, требуя все большей локализации производства. Мы инвестировали около 2 млрд и являемся одной из крупнейших компаний. 70 процентов нашей продукции через два года не будет рассматриваться как российская продукция. Я хочу призвать Вас сделать все возможное для того, чтобы Россия не ограждала себя от остального мира и взаимодействовала с западными компаниями. Не вынуждайте нас прибегать к локализации, которая будет нам невыгодна и, которая будет казаться весьма странной после того, как мы инвестировали 2 млрд.
С.В.Лавров: Я разделяю идею о том, чтобы мы не разваливали глобальные формы сотрудничества и не возводили барьеры. Если рассматривать локализацию как барьер, то, наверное, есть такая логика. Но опять же нужно смотреть на стратегические задачи, которые перед нашей экономикой поставлены и Президентом Российской Федерации В.В.Путиным, и Правительством. Во многом они связаны с тем, что произошло за последние 6-7 лет в наших отношениях и с тем, насколько надежным и договороспособным проявил себя Запад в отношениях с нами.
Мы не одиноки в том, что касается локализации. В Индии, например, в целом проводится достаточно активная политика «делай в Индии» и, по-моему, она гораздо более жесткая, чем политика локализации в Российской Федерации. В целом, я понимаю Ваши производственные озабоченности и исхожу из того, чтобы эти проблемы должны ставиться перед советом по иностранным инвестициям при Правительстве Российской Федерации, который должен такими вещами заниматься.
Вопрос: Правительством Российской Федерации были приняты новые правила, которые лишают нас возможности инвестировать в течение следующих двух лет. Мы не знаем, можем ли мы инвестировать в будущее, поскольку через два года это уже будет для нас невыгодно.
С.В.Лавров: Наше Министерство заинтересовано в том, чтобы прагматичный и взаимовыгодный процесс сотрудничества в экономике продолжался, поэтому давайте договоримся, что ваш председатель, Генеральный директор, по итогам этого мероприятия, по итогам нашей дискуссии напишет мне предложение о том, какими бы Вы видели шаги, которые позволили бы нашему взаимодействию продолжаться на взаимовыгодной основе.
Я знаю, что вы сотрудничаете с группой «ГАЗ». Ровно то, о чем Вы говорили, я имел ввиду, когда сказал, что некоторые небольшие европейские страны пытаются «бежать впереди американского паровоза», потому что в очередной раз были продлены американские изъятия. Американцы тоже думают о себе. Многие американские рабочие места зависят от продолжения этого сотрудничества. Наши шведские соседи решили, что они будут более американцами, чем сами американцы.
Вопрос: Когда мы говорим о либерализации режима пересечения границ для высококвалифицированных специалистов, очень большая просьба не забывать про членов их семей, потому что это большая часть их жизни здесь. Просил бы на это обратить внимание.
С.В.Лавров: Конечно, специалисты должны находиться в комфортном состоянии, поэтому мы будем всячески поддерживать и обращения на счет членов их семей.
Вопрос: Сейчас мы действительно видим, что американская Администрация целенаправленно разваливает систему международных отношений, которая сложилась после Второй мировой войны. Насколько американцы уже в этом преуспели? Насколько это бесповоротный процесс? Что нам в этой связи ждать от предстоящих выборов?
С.В.Лавров: Нынешняя система международных отношений разваливается, как я уже сказал, под лозунгом «Rules based world order» – «Миропорядок, основанный на правилах». Он внедрился в политический лексикон, в нарратив, как сейчас говорят, где-то года 3-4 назад. Мы сразу обратили на это внимание. Когда мы стали привлекать внимание на международных форумах к этому термину, который предлагался в декларации, нам говорили: «Это же то же самое, что международное право». Когда мы предлагали заменить этот термин на «уважение международного права» нам всеми правдами и неправдами объясняли, что «нужно какой-то свежий язык употреблять». А потом выяснилось все то, о чем я говорил.
Сейчас происходят два параллельных процесса, напрямую связанных с размыванием той самой системы, которую создали после Второй мировой войны, которая всех устраивала, позволила избежать очередной мировой войны и как все мы надеялись, которая будет избавляться от конфронтационных компонентов после завершения «холодной войны». Мы уже говорили про Берлинскую стену и про все, что последовало затем и то, что мы сейчас наблюдаем.
Есть два очевидных направления, по которым идет «размывание» этой системы. Первое – приватизирование секретариатов существующих международных организаций. Ярчайший пример – Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО), которая базируется на Конвенции о запрещении химического оружия (КЗХО). Она принята единогласно (любая конвенция может быть только единогласной) и действует исключительно для государств, ратифицировавших эту Конвенцию (всего 193 страны). ОЗХО – одна из самых универсальных организаций. Менять Конвенцию можно исключительно внесением поправок, которые опять-таки должны стать предметом переговоров, формулировки должны быть приведены в консенсусное состояние, после чего они принимаются и ратифицируются. Конвенция предполагает, что Технический секретариат (ТС) ОЗХО обладает компетенцией провести расследование в ответ на обращение любой страны-участницы КЗХО по ее запросу. Оно должно осуществляться путем выезда экспертов на место, указанное соответствующей стороной, для забора проб, которые перевозят в сертифицированные лаборатории. Потом сообщается, обнаружено ли в этих пробах вещество, запрещенное специальными списками, прилагаемыми к КЗХО. Все. Секретариат ОЗХО стал грубейшим образом нарушать Конвенцию: в той же Сирии принимали решение, писали доклады без какого-либо выезда на место. Просто сообщали, что смогли получить пробы, скажем, от Великобритании и Франции (был такой эпизод в Хан-Шейхуне), т.к. самим туда ехать «небезопасно». Мы говорили, что по Конвенции они сами должны туда ехать. В ответ – «небезопасно». Тогда мы обратились к англичанам и французам, раз они смогли в таких небезопасных условиях каким-то образом получить пробы, то может быть, они используют свои связи для обеспечения безопасности инспекторов ОЗХО, чтобы они выполнили требования Конвенции. Нам сказали, что ничего не могут сделать, «это секретно». Сирийскому правительству вменяли бомбовые удары с начинкой из отравляющих веществ. На основе этого «секрета» было вынесено, что в Хан-Шейхуне применялось отравляющее вещество. И все. Никто не знает, кто эти пробы брал, кто их довозил до какой лаборатории, т.к. это «секрет».
Вопросов много. Когда мы стали их задавать и прекратили принимать такого рода доклады в Совете Безопасности ООН (только он может решать, кто прав, а кто виноват по международному праву и Уставу ООН), наши западные коллеги в ОЗХО созвали внеочередную сессию всех сторон Конвенции. Они поставили на голосование предложение о том, чтобы помимо того, что дозволено Техническому секретариату ОЗХО по Конвенции (определять, было применено запрещенное отравляющее вещество или нет), он был бы еще уполномочен устанавливать виновных, осуществлять атрибуцию. «За» проголосовали меньше половины стран-участниц Конвенции, остальные голосовали «против», либо воздержались. Но по правилам процедуры решение было объявлено принятым. Тем самым вместо инструмента международного права, каковым является любая универсальная конвенция, мы получили инструмент «порядка, основанного на правилах». Мы, конечно же, не будем платить за ту часть деятельности этого Секретариата, которая идет на эти цели. Так же поступает Китай и ряд других стран, но от этого проблема не исчезает. Это прямая приватизация Секретариата, которая сейчас проявляется в том, как руководство этой структуры (западные страны занимают посты Генерального директора и его «правой руки») реагируют на наши обращения по многим вопросам (по Сирии, А.Навальному и др.). Параллельно приватизация осуществляется и в менее агрессивных формах, когда «западные» сотрудники соответствующих секретариатов проводят откровенно одностороннюю линию в организациях системы ООН.
Второе направление – тенденция к выносу «неудобных» тем за рамки структуры системы ООН. Во вступительном слове я упоминал, что наши французские коллеги создали Международное партнерство против безнаказанности за применение химического оружия. Мы спросили, почему нельзя обсуждать это в ООН, даже в той же ОЗХО, которой они пытаются манипулировать. Почему это надо делать на стороне? Нам ответили, что это просто «группа единомышленников». Сегодня я разговаривал по телефону с моим французским коллегой, Министром Европы и иностранных дел Ж.-И. Ле Дрианом, и поинтересовался, почему они не отвечают на запрос из Генеральной прокуратуры России по анализам А.Навального. Ж.-И. Ле Дриан сказал, что они ждут, когда ответит ОЗХО. А ОЗХО до сих пор не ответила (сегодня 5 октября). Но уже 24 сентября с.г. в той самой Организации в Гааге наши французские коллеги инициировали распространение среди своих ближайших партнеров проекта заявления стран-участниц того самого Международного партнерства против безнаказанности за применение химического оружия. В проекте этого заявления уже сказано, что, как подтвердил Секретариат ОЗХО, А.Навальный был отравлен «новичком». А Секретариат вообще ничего еще не подтвердил и ничего не сказал. У нас есть официальное письмо Генерального директора ОЗХО Ф.Ариаса Гонсалеса, что процесс еще продолжается.
Эта «приватизация», как мы ее называем, создает достаточно серьезные проблемы и по другим направлениям работы универсальных институтов. Вместо того, чтобы в очередной раз устраивать скандалы на конференциях сторон соответствующих универсальных конвенций, они принимают решения в узком кругу «единомышленников», а потом преподносят это как образец многосторонности. На этом основана франко-германская инициатива о новом мультилатерализме, которую они продвигают и которая была провозглашена не так давно. Было сказано, что ЕС – образец мультилатерализма. Опять же мы спросили, почему многосторонность рассматривается где-то за рамками самой многосторонней организации ООН. Ответа нет, но нам он понятен. Такие примеры будут множиться. Наряду с этим Международным партнерством против безнаказанности за применение химического оружия такое же партнерство французы же создали по свободе журналистики и информации в киберпространстве.
Вопрос: Влияние геополитики на деглобализацию. Современное оборудование имеет очень широкий вшитый функционал с точки зрения сбора и передачи данных. Идет ужесточение требований по локализации, в частности, по сбору и передаче данных. Есть прогнозы, что к 2030 году многие страны закроют рынки друг для друга. Что, по Вашему мнению, может способствовать открытию единого экономического пространства?
С.В.Лавров: 15 лет (если не больше) мы активно продвигаем инициативу (сейчас она обрела большое количество сторонников) разобраться в том, как должен функционировать Интернет, чтобы все чувствовали себя комфортно. Поставили этот вопрос в Международном союзе электросвязи (МСЭ) (который занимается всеми формами информационно-коммуникационных технологий), в ООН (где предложили согласовать правила ответственного поведения в информационной сфере). Речь идет о теме международной информационной безопасности. Параллельно продвигаем инициативы в ООН по борьбе с преступностью в киберпространстве. Есть одна тема, касающаяся процессов, затрагивающих безопасность государств, а вторая – чистая преступность: наркоторговля, педофилия, порнография и прочее. Но в МСЭ дела идут туго. Все эти годы дискуссии ни к чему не привели. Американцы и не заинтересованы в том, чтобы эту тему каким-то образом сделать предметом договоренностей. Обсуждение продолжается, но вы знаете, как управляется Интернет, как это все устроено. Им это подходит. Американцы, кстати, продвигают тезис о том, что не требуется никаких конвенций по борьбе с киберпреступностью, правил поведения с точки зрения безопасности в информационном пространстве, т.к. есть международное право и оно применимо. Это тоже отражает линию наших западных партнеров на то, чтобы объявить киберпространство ареной потенциального противоборства, включая возможность боевых действий (и космос заодно).
Как мы убедились в ходе многочисленных и многочасовых дискуссий с американцами и другими западниками, нежелание вводить новые нормы регулирования, т.к. действует международное право, обусловлено тем, что запад опять же хочет оставить право за собой. Я упоминал Партнерство по защите свободы в киберпространстве. Если устанавливают, что кто-то нарушил «свободу в киберпространстве», они не должны будут никому ничего доказывать, т.к. международное право уже существует. Американцев интересует, прежде всего, статья 51 Устава ООН (право на самооборону с возможным применением оружия). Они этого не скрывают и хотят оставить за собой право наносить удары. Вернее не оставить, а получить право применять военную силу за то, что они считают некими поползновениями в киберпространстве, затрагивающими их национальный интерес. Туда можно «приплести» что угодно.
Президент России В.В.Путин выступил с предложением возобновить существовавшие каналы по проблемам кибербезопасности, Секретарь Совета Безопасности России Н.П.Патрушев 2 октября с.г. встречался с помощником Президента США Д.Трампа по национальной безопасности Р.О’Брайеном, который сказал, что «пока Вашингтон не видит попыток русских вмешаться в президентские выборы». Мол, наверное, Москва постарается это сделать, но «Н.П.Патрушев заверил, что они этого делать не будут». Секретарь Совета Безопасности России предложил ему то, что мы уже много лет назад передавали еще при Администрации Б.Обамы, потом возобновили при Д.Трампе, – предложение заключить договоренность о том, что мы не будем вмешиваться в дела друг друга, в том числе в киберпространстве, в связи с выборами и прочее. США не хотят, т.к. реально вмешиваются в наши внутренние дела. После событий в Киеве в 2014 г. они приняли закон «о свободе Украины», в котором Государственному департаменту прямо предписывалось тратить по 20 млн долл. США в год для того, чтобы работать с российским гражданским обществом, поддерживать «независимые» и «неправительственные» организации. Вам все это хорошо известно. Да, ситуация, когда в киберпространстве и в информационно-коммуникационных технологиях в целом появляются новые достижения и прогресс бурно набирает темпы, – это сфера конкуренции. Посмотрите, что сейчас происходит с сетями 5G, как американцы запрещают всей Европе, всему остальному миру работать с китайцами, что все это привносит в атмосферу международных отношений. Еще можно упомянуть искусственный интеллект. Думаю, конкуренция будет сохраняться, это новая «промышленная революция», точнее уже не промышленная, а технологическая.
Если брать линию США, которая сейчас наблюдается, трудно делать прогнозы, чем и когда это закончится, закончится ли вообще это по крайней мере на нашем веку, т.к. в жизни все может быть. Кто знает, что произойдет через 50-100 лет на этой планете. Есть много людей, считающих, что эта линия США бесповоротная, отныне они терпеть не будут. Самое интересное, что они добиваются своих целей в целом ряде случаев. Как у нас говорят, «сила солому ломит». Но мне кажется, США все-таки должны и будут уделять больше внимания своим внутренним проблемам. По-моему, то, что сейчас там проявляется, имеет очень глубинные корни. Есть много предсказаний, что любая империя когда-то переживает кризис и становится меньше, спокойнее. Как писал В.С.Высоцкий, «идет вкривь и вкось, вразнос, наперерез».
Делать сейчас прогнозы по выборам в США я не берусь, чтобы лишний раз никто не обвинял, что мы кого-то поддерживаем, а кого-то нет. В.В.Путин многократно говорил, что мы будем работать с любым, кого выберут. Наблюдаем за перепалками между демократами и республиканцами. Конечно, ничего хорошего. Дестабилизация США весьма вероятно ничего хорошего никому из нас не принесет. Наверное, мы все заинтересованы в том, чтобы США были ответственным игроком на международной арене, для этого они должны все-таки иметь какую-то внутреннюю стабильность, которая сейчас подвергается испытаниям. Если мы хотим, чтобы они были ответственным игроком, они, конечно, должны соблюдать правила, не ими же изобретенные, которые они применяют от случая к случаю, меняя их как то самое дышло (у нас говорят «закон – что дышло, куда повернешь, туда и вышло»). Это порядок, основанный на правилах. К сожалению, тенденция достаточно устойчива: они вышли из ЮНЕСКО, из Совета ООН по правам человека, практически из всех договоров, сейчас «умрет» последний – Договор о стратегических наступательных вооружениях, т.к. условия, которые они выставили, абсолютно односторонние, вообще не учитывают ни наших интересов, ни опыта многих десятилетий, когда контроль над вооружениями осуществлялся к всеобщему удовлетворению, приветствовался всеми странами мира. Не исключаю, что следующей будет Всемирная торговая организация. К ней тоже они предъявляют претензии, как я понимаю, до сих пор блокируют работу органа по разрешению споров, препятствуя назначению необходимых участников для кворума.
Этот вопрос всех волнует, но ответа на него у меня нет. О том, как стареют империи и появляются новые, некоторые говорят, как во дворе: многие играли, когда были маленькими, но всегда был какой-то главный хулиган, который обижал маленьких. Потом, когда маленькие подрастали, они припоминали ему все это. Наверное, в жизни тоже так происходит в разных формах. Это многовековые циклы.
Вопрос: Как Вы знаете между Турцией и Ливией есть определенные договоренности касательно средиземного моря. Образовалась аномальная ситуация, где Турция, будучи членом НАТО сталкивается с Европой, где большинство стран тоже являются членами НАТО. Очевидно, что причиной послужили не только экономические интересы, но и геополитические, военные. Хотелось бы услышать Ваше мнение касательно возможного увеличения количества столкновений в этом регионе, а также роли России в регионе.
С.В.Лавров: Здесь тоже приходится смотреть через призму геополитических интересов. В Ливии, Сирии и ряде других стран далеко не всё в порядке, но углеводороды – один из очевидных факторов, которые влияют на политику. По крайней мере то, что американцы делают с нефтью, незаконно оккупировав восточное побережье Евфрата в Сирии, – специально приняли для своей компании решение, разрешающее добывать нефть. Вмести с курдами они пытаются «сколотить» курдскую автономию, которая будет обладать квазигосударственными функциями. Известно, что они пытаются и турок уговорить, чтобы они не возражали против создания такой автономии, заверяя, что американцы обеспечат лояльность курдов. Заигрывать с территориальной целостностью любой страны – это грубое нарушение международного права. В данном случае это касается не только Сирии, но и курдской проблематики, которая может взорваться так, что нынешняя ситуация покажется гораздо менее серьезной. Она затрагивает целый ряд стран этого региона. Приглашение к сепаратизму и его активное продвижение может закончиться очень плохо. Это всё делает страна, которая далеко за океаном, а последствия будут «расхлебывать» страны региона и Европы. Мы тоже совсем не далеко находимся. Поэтому мы предложили инициативу разработки концепции безопасности в Персидском заливе с участием всех арабских стран, Ирана, Лиги арабских государств (ЛАГ), Организации исламского сотрудничества (ОИС), постоянных членов СБ ООН, Евросоюза.
Пришло время, когда накопилось слишком много проблем в Персидском заливе и вокруг него, включая Ближний Восток и Север Африки. Нужно садиться за стол и договариваться.
Американцы здесь тоже уходят от международного права, переходят к правилам, на которых они хотят основать миропорядок, имею в виду ближневосточное урегулирование. Они переворачивают с ног на голову Арабскую мирную инициативу, которая гласила создание палестинского государства, потом нормализацию отношений всех арабских стран с Израилем. Сейчас идет обратный процесс.
Мы приветствуем любые договоренности, которые нормализуют отношения между государствами, но не можем согласиться с тем, чтобы это делалось в ущерб интересам палестинского народа, закрепленным в многочисленных консенсусных резолюциях Совета Безопасности и Генассамблеи ООН.
Вопрос: Больше года назад состоялась встреча между Президентом Российской Федерации В.В.Путиным и Президентом Франции Э.Макроном в Брегансоне. Как вы оцениваете результаты встречи? Я знаю, что недавно в Литве Президент Франции Э.Макрон сказал, что без России ничего не будет делать в Европе. Как Вы это оцениваете?
С.В.Лавров: В августе 2019 г. в Брегансоне была очень хорошая, полезная встреча Президента России В.В.Путина и Президента Франции Э.Макрона. Франция – единственное государство, руководство которого ответило на послание В.В.Путина, которое было распространено осенью 2019 г., когда стало известно, что Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД) окончательно «умер». Было направлено большое послание всем членам НАТО, ряду других государств, в котором В.В.Путин объяснил историю вопроса, показал, насколько важным был этот Договор, насколько возрастут риски в отсутствие его и какого-либо контроля за ракетами этих категорий, предложил объявить добровольный мораторий. Он сказал, что Россия уже его объявила и не будет создавать и развертывать ракеты этих категорий до тех пор, пока в каком-либо районе мира не появятся такие же системы американского производства. Президент России пригласил натовских партнеров рассмотреть возможность встречного моратория, не заключая никакого договора, – просто добрая воля, как в свое время был мораторий на ядерные испытания. Ответили немногие, и ответы были такие: «Мы получили, спасибо, почитаем», кто-то приписывал, что с нами не согласен. Президент Франции Э.Макрон – единственный, кто написал, что он готов это обсуждать, и кто обратил внимание на то, что в этом послании было сказано, что мы не просто предлагаем два встречных моратория – Россия-НАТО или более широкий – но мы готовы обсуждать конкретные меры верификации соблюдения этого моратория, потому что западные европейцы и американские коллеги заявляли, что «хитрая» Россия предлагает мораторий, когда у нее в Калининграде уже якобы стоят эти ракеты. Искандеры они считают ракетами, которые нарушали этот Договор, но нам не предъявили ни одного факта. Если они сказали, что эта ракета была испытана на запрещенную дальность, то явно у них должны быть спутниковые снимки, но они их нам не предъявили, так же как не предъявляют до сих пор спутниковые снимки в связи с катастрофой малазийского «Боинга», который был сбит над Донбассом. У них есть снимки, просто они их никому не показывают. Поэтому В.В.Путин предложил: «Если у вас такие озабоченности, давайте обсудим, какие меры верификации могут быть согласованы, чтобы всем было комфортно». Единственный, кто откликнулся на это предложение, был Э.Макрон.
В условиях, когда с есовским Брюсселем у нас избирательное сотрудничество по отдельным конфликтным темам, спорадически, от случая к случаю, с французами – устойчивый диалог, в том числе в формате «2+2» между министрами иностранных дел и обороны. В сентябре 2019 г. наши французские коллеги были в Москве. Также налажено сотрудничество в рамках более десяти рабочих групп по различным направлениям стратегического характера. Недавно состоялись заседания рабочих групп по борьбе с терроризмом, кибербезопасности – те самые темы, которые, очевидно, должны интересовать всех, но по которым американцы и большинство других западников, включая немцев, мягко говоря, не проявляют интереса к взаимодействию.
Э.Макрон высказывает критику. Мы это видим. У нас тоже есть вопросы к Франции. Я уже упоминал сегодня о тех действиях, которые они предпринимают, подсекая легитимность универсальных организаций, пытаясь вынести какие-то вопросы в комфортный для себя круг участников. Но у нас идет диалог, и никакие разногласия не могут служить основанием, чтобы не обсуждать серьезные вопросы, а не просто искать какие-то выборочные, избирательные темы, как это делает Евросоюз.
Вопрос: Мировое сообщество в 20 веке не смогло предотвратить две крупнейшие катастрофы – холокост и геноцид армян. Сейчас мы сталкиваемся с ситуацией, когда происходит эскалация конфликта между Арменией и Азербайджаном при участии Турции. Какие есть механизмы предотвращения геноцида в 21 веке?
С.В.Лавров: Есть Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него, которая действует. Геноцид – объявлен преступлением против человечности. Геноцид бывает разных форм и модификаций. То, что сейчас происходит с русским языком, с русским образованием в Прибалтике (Латвии и Эстонии), на Украине, ряде других мест. Это однозначно ущемление коренных прав огромной группы людей.
Одна из тем, которую мы обсуждали с Ж.Боррелем касалась такого дискриминационного отношения к русскоязычным, в частности со стороны Украины. Про Прибалтику мы регулярно ставим вопрос с Евросоюзом. Они не в состоянии ничего сделать, по-моему, даже ничего не хотят делать. Говорят лишь: «Пусть будет процесс натурализации. Он идет, продолжается, всё будет хорошо». Ничего хорошего там не намечается. А на Украине приняли несколько законов об образовании и языке, приняв потом поправки, делающие исключения для языков Евросоюза, оставляя тем самым только русский язык под двойной дискриминацией, хотя в конституции Украины записано, что украинское государство обеспечивает права национальных меньшинств. Русские там упомянуты напрямую.
Мы обратились в Евросоюз: «Вот у вас венгры, болгары, поляки, чьи диаспоры существуют на Украине. Давайте вместе отстаивать права национальных меньшинств в ООН, ОБСЕ, Совете Европы». Мы почувствовали тенденцию к тому, что каждая из этих стран хочет полюбовно попытаться решить свои проблемы с Украиной для своего национального меньшинства, а остальное потом уже будет не их дело. Я спросил Ж.Борреля, поддержит ли Брюссель такую линию. Он сказал: «Ни в коем случае. Мы будем одинаково защищать все языки национальных меньшинств. Не будет такого, что ЕС успокоится, если для наших диаспор будет сделано исключение». Эти исключения уже сделаны. С первого сентября с.г. должен был вступить в силу закон, запрещающий преподавание в начальной школе на любых языках кроме украинского. Для языков ЕС сделано исключение на три года, а для русского языка этот закон вступил в силу. Я разговаривал с Ж.Боррелем, спросил: «Как же так?». Он ответил, что они над этим работают.
Я не думаю, что в нынешнем мире может быть повторение геноцида в классическом виде, но дискриминационные тенденции, к сожалению, будут набирать силу. Если говорить о Карабахе – мы в контакте с армянской и азербайджанской стороной, также с Турцией и Ираном как с соседями. Сегодня мы с Ж-И. Ле Дрианом обсуждали по телефону в том числе Карабах. Тройка сопредседателей Минской группы ОБСЕ в лице президентов России, Франции и США выступила с сильным заявлением. Сейчас мы готовим заявление министров иностранных дел трех стран. Но, конечно же, нужно думать не только о заявлениях, но и о тех конкретных шагах, которые можно предпринять для прекращения кровопролития и возвращения ситуации в русло переговоров.
Вы упомянули, что Э.Макрон был в Вильнюсе и заявил, что нужно с Россией искать пути решения проблем. Мы полностью это разделяем. Он там встречался и с С.Г.Тихановской, которую сейчас начали принимать высокопоставленные представители руководства стран ЕС.
В этой связи я вспомнил один эпизод, который произошел, наверное, в 2017 г., когда Ж.-М. Эро был министром иностранных дел Франции. В то время, в марте 2017 г., Россию по приглашению наших парламентариев посетила М.Ле Пен. С ней встречался В.В.Путин. Я помню, как тогда Ж.-М. Эро подверг критике такую встречу Президента России с лидером крупной французской партии, и сказал: «это попытка вмешательства в предвыборный процесс, мы хотим понять так ли это или нет. Мы, Франция, не вмешиваемся во внутренние дела России и надеемся, что Россия не будет вмешиваться в наши». Вот такой был комментарий по поводу встречи Президента России В.В.Путина с приглашенной нашим Парламентом руководителем французской партии. Сравните с реакцией на то, что происходит сейчас в Вильнюсе и других местах. Это к вопросу о двойных стандартах.
Вопрос: В первую очередь хотел бы отметить важность процесса возвращения специалистов в Россию, чтобы они могли продолжать тут свою работу. Что касается вопроса экспорта в Россию мы хотели бы сказать, что сегодня 25% продукции приходится на нас и мы хотим развиваться и дальше. Мы видим большие возможности, в частности, возможности использования сырья в России. В первую очередь здесь надо посмотреть на возобновляемые материалы и обсудить вопросы переработки материалов. Важно обсудить вопросы сертификации, подумать о том, как мы могли бы развивать мебельную промышленность в России с тем, чтобы экспортировать больше товаров ИКЕА из России.
С.В.Лавров: Я надеюсь, что вашу продукцию не объявят продукцией военного, двойного назначения, как это сделали со шведской компанией «Quintus Technologies», и вы будете продолжать снабжать нас недорогой, прочной, надежной мебелью.
Педагогика радости
Марина Крючкова, архивариус
Что общего у Антона Макаренко и Януша Корчака
Они не были знакомы, хотя слышали и читали друг о друге. Одного в 1988-м в честь 100-летия со дня рождения ЮНЕСКО объявила Человеком года и причислила к четырем великим, определившим педагогику XX века. Второй просто писал книжки для детей, работал в приютах и интернатах, а когда пришел страшный миг, вместе с малышами вошел в газовую камеру, чтобы не оставлять их одних перед лицом смерти: Сегодня, накануне Всемирного дня учителей 5 октября, наши герои — Антон Семенович Макаренко и Януш Корчак.
Но начнем с фотоаппарата. Перед нами легендарный «ФЭД», пленка, формат кад-ра 24×36 мм, с дальномером и видоискателем, почти калька с немецкой «лейки». У кого-то, возможно, он до сих пор хранится в семейной коллекции.
В начале 1934 года выпуск этого высокотехнологичного аппарата, впервые в стране, начали под Харьковом, в: детской Коммуне имени Ф.Э. Дзержинского. Не «на коленке», а на специально построенном предприятии с современным оборудованием. Деньги на его строительство, как и на появившийся годом раньше (и тоже первый в СССР) завод электроинструментов, где делали «сверлилки», аналог американской дрели, заработали сами коммунары. К тому времени их было уже почти 500 человек. День их был поделен между школой (4-5 часов) и производством (4 часа). Старшие занимались еще и на рабфаке, который здесь же открыл Харьковский машиностроительный завод. Практически с момента создания коммуну возглавлял А. С. Макаренко, который перешел сюда в 1928-м из Колонии имени Горького...
Странным он был человеком. Казалось бы, что еще надо: непыльная работка в обычной школе в Крюкове (ныне район Кременчуга, Полтавская область Украины), размеренная жизнь. И вдруг бросает все и в 1920 году становится директором колонии для несовершеннолетних, которые в те годы во множестве создавались по всей стране. Но у Макаренко все устроено не так, как у других. Никакой охраны, заборов, карцера. Самое суровое наказание — бойкот, да и тот применялся очень редко.
Когда под конвоем доставляли очередного беспризорника, Антон Семенович говорил: «Я не буду читать твое личное дело, потому что не хочу знать о тебе ничего плохого». Этот принцип он позже назовет «авансирование хорошего в человеке». Первым воспитанникам было негде жить — все вместе строили бараки, нечего есть — создавали натуральное хозяйство. Постепенно складывался коллектив, первые «колонисты» становились его ядром, «закваской», вокруг них группировались новички (еще одна аксиома Макаренко: нет плохих детей, есть дурная среда). В колонии появляются разновозрастные команды, самоуправление, совет командиров, общее собрание — те демократические основы, которые никак не вписывались в каноны большевистской педагогики, создаваемые Н.К. Крупской. Почему-то больше всего ее задело, что у ребят вместо вечернего занятия политграмотой — драмкружок. «В общем, хорошо хоть ноги унес, не сел в тюрьму», — позже напишет Макаренко в своей «Педагогической поэме» (1937). Помог Горький, незадолго перед тем побывавший в колонии (на фото он рядом с Макаренко).
«Всякая, даже небольшая, радость, стоящая перед коллективом впереди, делает его более крепким, дружным, бодрым», — втолковывал Макаренко свой принцип «авансирования завтрашней радости». — Мы решаем: едем 500 человек по Волге на Кавказ. Для этого нужно 200 тысяч рублей. Постановили: в течение месяца работаем полчаса лишних и в результате получаем эти деньги. Я видел, насколько важна для ребят эта летняя перспектива: Это придавало дополнительный смысл и учебе, и работе, делало ребят счастливей».
Эту главную для себя задачу — сделать детей счастливыми — Макаренко снова и снова решал по-своему. В 1935-м ему пришлось оставить и это свое детище — Коммуну имени Дзержинского...
Сейчас на Западе, если спросить про русских педагогов, навскидку назовут лишь Льва Толстого (!) и Антона Макаренко. Толстого — за его педагогику ненасилия, а Макаренко — за педагогику отношений. И неслучайно в Японии, например, работа многих фирм строится по лекалам Макаренко. Возвращается его система и к нам — в виде зарубежных методик «мозгового штурма», «умения работать в команде», «повышения мотивации сотрудника». Радость как средство воспитания -это не только про детей...
Ну а теперь о Януше Корчаке (кстати, Корчак — литературный псевдоним, настоящее имя — Генрик Гольдшмидт).
Это праздничный выпуск детской газеты Maly Przeglad («Малое обозрение»), в октябре 1933 года исполнилось 7 лет со дня выхода ее первого номера. Януш Корчак был ее редактором. Делали ее тоже дети (нашу «Пионерскую правду», основанную в 1925-м, редактировали вполне себе взрослые тети и дяди: редактором был Николай Бухарин, а в редколлегии Надежда Крупская и Мария Ульянова).
А бывшие воспитанники Дома сирот для еврейских детей, организованного Яном Корчаком в 1911-м, и «Нашего дома» (интернат для детей-поляков), существовавшего в 1919-1936 годах, вспоминают о системе детского самоуправления, включавшей парламент и суд, созданной под началом Яна. Вот что было записано в тамошнем «Кодексе товарищеского суда»: «Если кто-нибудь совершил проступок, лучше его простить. Если он сделал это потому, что не знал, теперь уже знает» (в это время, напомню, в некоторых странах подростков судили и расстреливали как взрослых). Принципы Корчака — например, право ребенка на свободу от унижений и на уважение — стали основой для первой в мире Декларации прав ребенка, принятой в Женеве в 1924 году.
Польский педагог хорошо знал русский и с большим вниманием следил за работой коллеги Макаренко. А после выхода «Педагогической поэмы» написал ему восторженный отзыв. Но это письмо, как и соболезнование, посланное жене Антона Семеновича в апреле 1939 года после его скоропостижной смерти (разрыв сердца), до адресатов не дошли ...
Ну а дальше 1940-й, варшавское гетто. 5 августа 1942 года детям приказали собрать вещи, встать в колонну и идти к поезду, отвозящему людей в концлагерь Треблинка. Воспитателям и директору велели остаться в гетто, но Януш Корчак взял на руки маленького мальчика и встал во главе колонны. Старый доктор рассказывал ребятам смешные истории, стараясь сберечь последние мгновения их короткого детства. Никто из детей не плакал. Во время посадки в поезд немецкий офицер узнал Корчака: «Это вы написали «Банкротство маленького Джека»? Отличная книжка, вы можете остаться». — «А дети?» — «Дети поедут». — «Нет, что вы, главные здесь — дети, куда я без них...» Учитель улыбнулся и вошел в вагон.
Этот монумент, что находится в Иерусалиме на площади Януша Корчака, — один из множества, установленных по всему миру в память об учителе, который до последнего старался спасти детей — спасти хотя бы от страха, если не удалось — от смерти...
![Главное](/images/star.png)
Крот истории
человечество начинает вспоминать давно забытые истины
Александр Проханов
Близится роковое 4 октября, когда в 1993 году состоялся расстрел Дома Советов, произошёл беспощадный разгром патриотической оппозиции. Эта кровавая рана все прошедшие десятилетия медленно зарастала, но продолжает сочиться кровью. Казалось бы, всё уже высказано, всё известно о Доме Советов. Тут и ельцинский референдум, который предшествовал бойне у Белого дома, этому кровавому перевороту. И актёр Смоктуновский, который, двигая мокрыми губами, повторял сакраментальное "Да. Да. Нет. Да", призывая голосовать за ельцинский вариант референдума. Известны имена и роль того скопища демократов, интеллигентов, которые накануне расстрела Дома Советов накликали танки на засевших там патриотов. Каждый из этих кровопийц известен поимённо. И сегодня, когда старая Ахеджакова вылезает на телевизионный экран, мы знаем, что она хлюпает кровью. Известны все подробности обороны Дома Советов и все, кто его защищал, стоя насмерть, кто оборонял его ценой своей собственной жизни: и Союз офицеров Терехова, и Добровольческий полк Маркова, и Русское национальное единство Баркашова, и коммунисты, и православные, и лидеры обороны Макашов и Ачалов, и депутаты Бабурин и Павлов.… Всё это, казалось бы, понято и осмыслено. Но остаются не понятыми и не осмысленными до конца последствия этой обороны.
Неясно, почему разгромленная оппозиция, забитая ельцинскими танками в самые тёмные углы истории, почему она через пару месяцев победила на первых думских выборах и заставила истеричного демократа крикнуть: "Россия, ты одурела!" Почему воплотилась библейская фраза: "И последние станут первыми"? Последние оборонявшие Дом Советов радетели красного государства, разгромленные и уничтоженные, оказались первыми, возглавив поход патриотов, который длится по сей день. Ибо патриотический уклад, который сегодня сложился, — прямое следствие той обороны, результат того, казалось бы, рокового поражения оппозиции в октябре 1993 года.
Кто она, мать-история, которая сначала напрочь отодвинула всё советское, сдавшееся без боя в 1991 году, а потом, в 1993-м, подняла баррикадников на борьбу под красным и Андреевским флагами? Как так случилось, что сбылись вещие, пророческие слова митрополита Иоанна, сказавшего, что нет ни белых, ни красных, а есть русские. Сегодняшний патриотический уклад есть слияние двух этих начал — красного и белого, которые стремятся сочетаться в сложное единство, именуемое ныне "православный сталинизм". Какова она, мать-история? Есть ли у неё законы? Может быть, это марксистские законы, в основе которых лежит материальное, экономическое? Или это моральное, лежащее в глубине человеческого сознания, построенное на идее справедливости, которая, невзирая на все сменяющиеся экономические уклады, была всегда — быть может, с тех времён, когда был сотворён мир, и Господь создал справедливый безукоризненный рай? Потом этот рай был подвержен порче, испорченные люди были изгнаны из рая и продолжали свой земной путь, вспоминая о райском блаженстве, когда царила божественная гармония и благодать, и волки ходили на водопой вместе с овцами. Каковы они, законы истории? Над этим ломают головы лучшие умы современной исторической науки. Но на это нет ответа.
Когда был разгромлен Советский Союз, и, казалось бы, красная энергия исчезла, скрылась в скромных марксистских кружках угасающего еврокоммунизма или в неслышной, стреноженной властью коммунистической партии, появился Фукуяма. Этот американский японец, ставший пророком, возвестил о конце истории, окончательной — раз и навсегда — победе мирового либерализма, который завершает исторический путь человечества, и всё, что предстоит человечеству совершить в дальнейшем, на тысячу лет вперёд, будет происходить в недрах либерального, победившего в потоках мировой истории, уклада.
И не успели отгреметь восторженные аплодисменты и радостные вопли либералов, этих господ мировой истории, как возник мировой исламский взрыв — огненный ислам, охвативший своей революционной энергией весь Ближний Восток. Эта энергия прорвала фанерную ширму, на которой Фукуяма начертал свои пророческие письмена. Огненный ислам породил исламские революции, создал исламское сопротивление Палестины, создал ХАМАС и "Хезболлу", породил террористические взрывы на всех континентах, и под ударами "боингов" рухнули нью-йоркские башни-близнецы. И лишь американские крылатые ракеты подавили это исламское восстание в Ираке и Ливии, проамериканский военный переворот в Египте загнал восставших исламистов в тюрьмы и пыточные камеры, а русские штурмовики и бомбардировщики разгромили запрещённое в России Исламское государство.
Казалось, что доктрина исламской революции перенесётся в Америку, где чёрное население открыто исламу, а мусульманское мировое движение станет главной движущей силой истории. Но эта исламская ширма оказалась прорванной могучим ударом Китая, китайской идеей мирового доминирования. Китайский шёлковый путь, по мнению китайских стратегов, должен превратиться в Млечный путь, придающий китайской поступи вселенский характер. Китайская составляющая казалась незыблемой, определяющей всё дальнейшее развитие истории, но случились небывалые волнения в Америке. Хлынула чёрная магма. Запылали и задымились американские города. Качнулась история американской либеральной империи. И это чёрное восстание, которое, на первый взгляд, казалось расовым бунтом, превращается в неокоммунистическую революцию. Повсюду звучат марксистско-ленинские лозунги о справедливости, равенстве, о примате труда и трудового народа над капиталом и эксплуататорами. Марксизм, вырвавшись из узких кружков маргиналов, вывалился на улицы грандиозными толпами, эти толпы вооружены пулемётами и автоматами, в университетах открыто изучается и проповедуется ленинизм, экстравагантный безумный художник предлагает перенести прах Ленина вместе с Мавзолеем в Америку, и теперь им самое место не в России, а там, среди чёрного бушующего океана.
Что это всё значит, в чём тайна истории? Огромные исторические явления, казалось бы, всеобъемлющие, утвердившиеся навсегда, вдруг исчезают, как дым, съёживаются и превращаются в крохотные бактерии. Эти бактерии пропадают в исторической толще, становятся прошлым, которое не разглядеть и не услышать сквозь шум современных информационных взрывов. И вдруг нежданно, в одну сказочную ночь, волшебно, по чьему-то колдовскому велению эти бактерии выходят наружу и превращаются в гигантские социальные эпидемии. Человечество начинает вспоминать давно забытые истины, восстаёт против поругания святынь и ценностей, сражается с золотым тельцом, рушит памятники эксплуататорам. И Анджела Дэвис, этот персонаж из далёкого полузабытого прошлого, эта чёрная женщина с кудрявой копной волос, которая в советское время казалась курьёзом, а теперь, будучи доктором наук, читает лекции в университетах, выступает на многотысячных марксистских митингах на площадях бушующих американских городов, становится одной из главных персон сегодняшней американской революции.
Кто ты, крот истории? Ты слеп или обладаешь подземным зрением, которое позволяет тебе видеть будущее сквозь чёрные, угрюмые пласты истории? Ты демиург, который в век цифровой экспансии, в эру искусственного интеллекта вбрасывает в человечество пылающие головни ленинизма? Куда ты, о крот, роешь свои туннели? И не увидят ли жители Москвы и Петербурга, как на центральных площадях начинает взбухать земля, выворачивая плиты вековечных мостовых? И мы, одни с ужасом, другие с надеждой, смотрим, что вырвется на свободу из этой дымящейся, встающей дыбом земли.
![Главное](/images/star.png)
Пираты XXI века
Мы должны освободить троих российских граждан из плена в Нигерии
Текст: Татьяна Москалькова (Уполномоченный по правам человека в России)
В руках пиратов на территории Нигерии находятся трое российских граждан - Алексей Перфильев, Валентин Нечай и Вячеслав Сечин, - захваченных на суднах "Джиблоо", "Рио Митонг" у берегов Экваториальной Гвинеи.
Российские дипломаты и парламентарии предпринимают огромные усилия по их освобождению. Переговоры с властями Нигерии не прекращаются ни на час. Однако пираты выдвигают все новые и новые ультиматумы, пытаясь извлечь из этого торга максимальную выгоду, будто речь идет не о людях, а о товаре. По сведениям, полученным от родственников, похищенным морякам угрожает смертельная опасность. Содержат их в совершенно неприемлемых условиях в каком-то пиратском палаточном лагере вблизи Лагоса. Будто и не XXI век на дворе…
В борьбу за освобождение наших граждан из пиратского плена подключилась и я, как Уполномоченный по правам человека в РФ. Обращаясь к своему коллеге - Генеральному секретарю национальной комиссии по правам человека Нигерии Энтони Оджукву, я попросила предпринять все необходимые меры, направленные на соблюдение прав и свобод наших моряков, и оказать всё возможное содействие в возвращении их на родину. Другое мое ходатайство направлено Верховному Комиссару ООН по правам человека Мишель Бачелет с просьбой о содействии в скорейшем освобождении наших граждан.
Только за последние полтора года в Гвинейском заливе было похищено 27 российских моряков. В мире по сути возник новый очаг неопиратства. Благодаря настойчивым усилиям наших дипломатов, скоординированным действиям нигерийских властей и представителей компаний - судовладельцев, удалось добиться освобождения 22 граждан России.
Однако искоренить пиратство в мире пока не удается. Более того, оно стало срастаться с набирающим силу международным терроризмом и приобретать новые, еще более опасные формы: возникло всем ныне известное "воздушное пиратство". Связь между пиратством и терроризмом стала вызывать особую озабоченность мирового сообщества после захвата палестинскими боевиками круизного лайнера "Ахилл Лауро" в 1985 году. А в 1995 году генеральный секретарь Международной морской организации Уильям О"Нил направил всем членам этого объединения официальное предупреждение о росте угрозы морского пиратства в мире. Он потребовал от председателя Комитета по безопасности на море и Международного комитета борьбы против пиратства усилить меры по предупреждению и подавлению актов пиратства и вооруженных ограблений судов.
Но, несмотря на это, начиная с конца XX века морское пиратство вновь расцвело в морях Восточной и Юго-Восточной Азии и Восточной Африки, где акты морского разбоя стали совершаться разветвленными преступными организациями, занимающимися контрабандой оружия, наркотиков и другой криминальной деятельностью. Эти новоявленные члены "берегового братства", как правило, действуют в небольших портах, которые получают долю от незаконной прибыли. Они особенно активизировались в 2008-2009 годах в водах у берегов Африки, чаще всего - у побережья Сомали. Практически регулярный захват судов, принадлежащих десяткам стран, привел к тому, что военно-морские флота крупнейших держав, включая Россию, вынуждены были ввести в этих водах патрулирование на постоянной основе. Эта миссия принесла свои результаты: ситуация с мореходством в районе Африканского Рога нормализовалась. Но возник новый очаг неопиратства в Гвинейском заливе, о котором я рассказала вначале.
Казалось, что пиратство как явление было уничтожено к середине XVIII века. "Удачи императоры, бродяги ста морей, кто в вице-губернаторы, а кто и на нок-рей…" Памятные с детства зачитанные томики Роберта Луиса Стивенсона и Рафаэля Сабатини: одноногий Джон Сильвер, благородный капитан Блад, страшный Тич Черная Борода… Но и во времена, описанные в приключенческих романах, как всегда это бывает в реальной жизни, романтики было сильно поменьше, а вот крови и грязи - куда как побольше. Немногие пираты и флибустьеры стали адмиралами и уважаемыми членами палаты лордов одного островного королевства, ну а большинство закончили свой трудовой путь на реях фрегатов, где их живописно развесили, дабы воздействовать на подданных с низкой социальной ответственностью.
Однако почти исчезнув как явление и одна из форм "крупного бизнеса", пиратство оставило свои метастазы. В довольно крупных размерах оно процветало в Юго-Восточной Азии - кто же не слышал о знаменитой мадам Вонг и ее банде, десятилетиями орудовавшей в Южно-Китайском море. А с середины 50-х годов XX века количество пиратских нападений на торговые суда стало исчисляться десятками. Я не могу отрешиться от мысли, что этому способствовало то, что великие державы, занятые глобальным противостоянием, попросту просмотрели развитие этого опаснейшего явления. На словах все было правильно: растущий морской разбой строго порицался. Женевская конвенция от 29 апреля 1958 года определила пиратство в открытом море как "незаконный акт насилия и хищения (грабежа) со стороны экипажа или пассажиров одного корабля против другого, или лиц, или их имущества, находящегося на борту…". Но справиться с проблемой не удалось. Очень надеюсь, что в год 75-й годовщины со дня образования ООН международное сообщество, мои коллеги-омбудсмены предпримут коллективные действия, чтобы положить конец пиратству на планете Земля и поддержать глобальное сотрудничество во имя самой гуманной цели - спасения человеческих жизней. Именно это и станет ярким подтверждением принципа, заложенного в преамбуле Устава ООН и гласящего, что цель объединенных наций состоит в том, чтобы "утвердить веру в основные права человека, в достоинство и ценность человеческой личности". В конце концов, для чего и для кого принимались нормы международного морского права, закрепленные в статье 101 Конвенции ООН по морскому праву - "Определение пиратства"?! Верю, надеюсь, что мировое сообщество услышит отчаянные просьбы родных и близких российских пленников, и продолжаю бороться за их судьбу.
Страдающая церковь
Митрополит Иларион: В Эфиопии убивают христиан. Русская Церковь не оставит их без поддержки
Текст: Елена Яковлева
В Африке, южнее Сахары есть церковь, близкая и братская Русской православной, это одна из древнейших в мире Эфиопская церковь. Сегодня она переживает времена гонений на духовенство и верующих. Председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Волоколамский Иларион рассказал об этом "РГ".
Владыка, в последние месяцы приходят новые тревожные свидетельства того, что в Эфиопии набирает обороты страшный процесс гонения на христиан. В августе прошлого года "РГ" писала о происходящем, в частности, следующее: "Десятки тысяч христиан Эфиопской Церкви устроили протесты в Аддис-Абебе и в штате Амхара на севере Эфиопии. Это произошло после поджогов храмов и нападений на христиан. Храмы разграблены и сожжены, а священники убиты". Насколько сегодняшняя ситуация в Эфиопии отличается от прошлогодней? Неужели образовался еще один очаг христианофобии в современном мире?
Митрополит Иларион: Сама тема гонений на христиан сегодня уже не только не нова, но стала, увы, привычной. Регулярно мы получаем все новые свидетельства. Уже много лет у всех на слуху Ближний Восток - Сирия и Ирак. Но метастазы экстремизма распространяются. На наших глазах одним из очагов гонений становится Африка южнее Сахары. Об этом говорил Святейший Патриарх Кирилл в своем слове на открытии II Бакинского саммита религиозных лидеров мира в ноябре прошлого года.
Эпицентром гонений стала Нигерия, где сегодня происходит настоящий геноцид христианского населения. Теперь подобным местом становится и Эфиопия, где жестоким преследованиям подвергается древняя и самая многочисленная на континенте Эфиопская Церковь.
Нападения на храмы в этой стране периодически случались и ранее - агрессорами, как правило, выступали сомалийские боевики-исламисты. Но то, что раньше напоминало скорее набеги, сейчас приняло характер систематических гонений. В Эфиопии сжигают храмы и дома христиан, убивают священников и мирян. Людей хватают прямо на улицах, истязают, калечат, отрубают правую руку, чтобы человек не мог совершать крестное знамение. Но отпускают немногих - чаще сразу забивают насмерть. Жертвами становятся люди без различия возраста, пола или национальности - для расправы достаточно, чтобы на человеке увидели крест или знали, что он ходит в храм. И, что еще страшнее, теперь это творят вовсе не пришлые террористы.
А кто? Чем обусловлены эти жуткие злодеяния? Почему они происходят именно в Эфиопии?
Митрополит Иларион: Сегодня эти злодеяния творят активисты радикальных националистических движений народа оромо - одного из крупнейших эфиопских этносов. Эфиопия - многонациональная страна, всего в ней проживает несколько десятков различных народов, но самые многочисленные - амхара, тыграи и упомянутые оромо. Именно они традиционно играли ведущую роль в истории этой страны. Амхара и тыграи - это семитские народы, исконно принадлежащие к Эфиопской Церкви. Оромо - народ хамитского происхождения, примерно половина которого также верующие Эфиопской Церкви, другая часть - мусульмане. Однако в последнее время в результате активной работы западных миссионеров среди оромо стало появляться все больше протестантов - адептов разных харизматических течений.
Нынешние события имеют несколько причин как внутри страны, так и в более глобальном контексте. Эфиопия - одна из древнейших христианских стран мира, сердце христианской Африки - находится в окружении охваченных конфликтами государств, некоторые из ее соседей являются центрами деятельности или финансирования террористических группировок антихристианской направленности. Это Сомали, где господствует группировка "Аш-Шабаб", периодически атакующая соседнюю Кению. Это Йемен, часть которого контролирует "Аль-Каида" ( организация запрещена в России - прим. ред.). Организация "Братья-мусульмане" ( запрещена в России - прим. ред.), деятельность которой в Египте в значительной степени пресечена, активно действует у самых эфиопских границ. Нельзя забывать, что в непосредственной близости находится и Саудовская Аравия с почти неограниченными финансовыми ресурсами, которые часто направляются на утверждение ее влияния в соседних странах. Кроме того, через Эфиопию постоянно устремляются в Европу потоки беженцев из воюющих стран Экваториальной Африки - Центральноафриканской Республики, Демократической Республики Конго и других. То есть существует много путей для проникновения в страну разного рода экстремистов. Эфиопы становятся их жертвами, как на своей земле, так и за ее пределами. Помните, как весь мир потрясли кадры жестокой расправы террористов ИГИЛ над 30 эфиопскими христианами в апреле 2015 года на берегу Средиземного моря в Ливии?
Отмечу, что именно Африка южнее Сахары имеет все шансы в будущем стать первым по числу христиан регионом планеты. Статистика свидетельствует, что при сохранении существующей тенденции уже через 25 -30 лет количество африканских христиан может превысить их число в Европе и Латинской Америке вместе взятых. А Эфиопская Церковь - третья по величине христианская община мира и самая крупная в Африке - общее число ее верующих более 65 миллионов человек, примерно 2/3 населения Эфиопии.
В то же время Африка лидирует по запасам полезных ископаемых, необходимых для индустрии современных высоких технологий. За них ведется ожесточенная борьба, которую выгодно маскировать под конфликты на религиозной и иной почве. Несколько лет назад в Эфиопии пришло к власти новое Правительство во главе с Премьер-министром Абием Ахмедом Али. За короткий срок ему удалось добиться позитивных изменений. Самое заметное - заключение мирного договора с соседней Эритреей, что положило конец более чем 20-летнему конфликту между двумя государствами. За это А. А. Али был удостоен Нобелевской премии мира. Эфиопия начала играть активную роль в международной политической жизни. И это не по нраву тем, кто привык рассматривать Африку лишь в качестве своей колонии и источника дешевого сырья.
Ставка была сделана на дестабилизацию внутренней ситуации? И были использованы этнический и религиозный факторы?
Митрополит Иларион: Да. Сначала были обострены имеющие место противоречия между амхара и тыграями с одной стороны и оромо - с другой. Оромо стали требовать политических перемен и выступать против амхара и тыграев - произошел межэтнический конфликт. По стране прокатилась серия протестных акций оромо. Но что характерно, почти сразу же эти протестующие начали громить храмы Эфиопской Церкви и творить те зверства, о которых я упомянул в начале. Незадолго до этого были закуплены и розданы погромщикам десятки тысяч новых мачете - основных орудий убийств в Африке.
Поводом для агрессии послужили провокации (сейчас это уже доказано). Крупнейшая из них - в конце июня этого года, когда в Аддис-Абебе был убит известный музыкант и активист движения оромо Хачалу Хундесса. И экстремистски настроенные представители этого народа стали устраивать погромы, обвиняя в случившемся другие этнические группы. Но только при чем здесь Церковь и христиане? Почему они стали объектами атак?
Параллельно был учрежден церковный раскол - несколько человек объявили о создании так называемого "Ортодоксального движения народа оромо", представляемого как некая альтернатива Эфиопской Церкви. Это движение раскольников является малочисленным, но оно сыграло свою роль в распространении конфликта. В ходе нынешних событий среди христианской части оромо стала распространяться агитация, убеждающая их в том, что Эфиопская Церковь якобы является им исторически чуждой, что это Церковь враждебных им амхара и тыграев и тому подобное.
Так было в прошлом, 2019 году. Но в нынешнем году оромские радикалы стали убивать не только амхара и тыграев, но и своих же соплеменников, даже под страхом смерти не желающих отрекаться от Церкви, к которой столетиями принадлежали их предки. То есть конфликт, переведенный в религиозную плоскость, вышел из-под контроля. А может быть, это и нужно было его организаторам? Может, цель и заключается в том, чтобы Эфиопию охватил хаос, она превратилась в подобие Сомали и была уничтожена как крупнейшее христианское государство региона?
Имеются ли данные о количестве жертв?
Митрополит Иларион: По тем сведениям, которыми располагает Эфиопская Церковь, с лета 2019 года сожжены и уничтожены десятки храмов и сотни домов христиан Эфиопской Церкви. Убиты несколько тысяч человек. Тысячи на всю жизнь остались инвалидами. Не менее 12000 человек стали внутренними беженцами. В основном это варварство происходит в маленьких городах и сельской местности. Но были такие случаи и в столице страны Аддис-Абебе.
Как ведет себя в этих условиях эфиопское руководство?
Митрополит Иларион: Правительство Эфиопии пытается решить данную проблему. Однако для этого, прежде всего, нужно, чтобы погромы и убийства не остались без наказания, чтобы их участники понесли ответственность в соответствии с законом. Средствам массовой информации следует обратить большее внимание на происходящее в этой стране и донести правду о страданиях эфиопских христиан до мировой общественности.
Что касается Эфиопской Церкви, то она приняла строгие меры в отношении раскольников и призвала восстановить мир в стране. При этом сама Церковь заняла миротворческую позицию. Ведь ее чадами являются и оромо, и амхара, и представители остальных этносов Эфиопии. В евангельском духе любви Патриарх Эфиопский Абуна Матфий обратился к своей пастве, говоря о наступившем времени мученичества, плакал и молился за свой народ.
Об Эфиопской церкви часто говорят, как об одной из древнейших и наиболее многочисленных христианских общин мира, а также самой южной в мире и территориально отдаленной от нас христианской Церкви.
Митрополит Иларион: Христианская вера начала распространяться в Эфиопии еще в I веке с проповеди вельможи Абиссинской царицы Кандакии, которого крестил апостол Филипп. К тому времени эфиопы уже тысячу лет исповедовали ветхозаветную религию, а их правители вели свое происхождение от царя Соломона и царицы Савской. Сама Эфиопия впервые упоминается в Библии еще в книге Бытия. По одной из версий, там хранится вывезенный из Иерусалима Ковчег Завета.
Эфиопская Церковь основана в начале IV века. Она относится к семье Древних Восточных, или, как их еще называют, Дохалкидонских Церквей, которые признают только первые три Вселенских собора. По этой причине между нами нет евхаристического общения. Однако существуют тесные исторические связи. Эфиопская Церковь внесла в становление и развитие эфиопской государственности не меньший вклад, чем Русская Православная Церковь в истории России. Вообще исторические пути наших народов во многом схожи. Как и Россия, Эфиопия в течение многих столетий являлась суверенной христианской монархией. Принятие Аксумским царством (тогдашней Эфиопией) христианства для эфиопов столь же эпохальное событие, что для нас Крещение Руси. Но только у них это произошло в 330 году. Таким образом, Эфиопия, вместе с Восточной Римской Империей и Арменией - одно из первых христианских государств на земле.
Как и на Руси, в Эфиопии именно храмы и монастыри традиционно являлись центрами грамотности и просвещения. Эфиопская Церковь имеет свой древний богослужебный язык - геэз, который отличается от наиболее распространенного в стране амхарского языка примерно так же, как церковнославянский язык отличается от современного русского. Эфиопы используют старинный богослужебный календарь, который близок к нашему церковному календарю. С древних времен в Эфиопской Церкви не прерывается монашеская жизнь, ее верующие, даже простые миряне, отличаются искренним благочестием, верностью церковным традициям. Для эфиопских христиан немыслимо не прийти в храм в воскресенье или в праздничные дни. Они часто приступают к исповеди и причастию, обязательно крестят детей, при вступлении в брак венчаются, строго соблюдают домашнее молитвенное правило. По древней традиции эфиопы еще в детстве наносят на запястье изображение креста, - чтобы свидетельство о вере неуклонно сопровождало их всю жизнь.
Насколько мировое сообщество сегодня осведомлено о происходящей трагедии? Кто может противостоять и противостоит гонениям на христиан в Эфиопии?
Митрополит Иларион: Как правило, гонения на христиан, какими бы жестокими они ни были, не сразу привлекают внимание средств массовой информации. Это же мы видим и в случае с Эфиопией. Тема замалчивается и для многих остается неизвестной.
В то же время, сами эфиопы научены горьким опытом общения с западным миром и не слишком склонны ожидать от него поддержки. В XVI -XX веках страна неоднократно испытывала беды, которые ей несли португальские, французские, британские и итальянские интервенты, колонизаторы и миссионеры. От рук европейских захватчиков мученическую смерть приняли многие эфиопские архипастыри, священники, монахи и миряне. Захватчики стремились обратить эфиопов в рабство и завоевать их землю. Последняя такая попытка была совершена фашистским режимом Муссолини. Эфиопия выстояла - она является единственным государством в Африке, никогда не бывшим колонией. И эта историческая память сильна в эфиопском народе.
Эфиопские христиане открыто демонстрируют симпатии к России и Русской Православной Церкви. Эта тенденция имела место и в прежние годы, но теперь проявилась с новой силой. В сознании эфиопов утвердилось представление о нашей стране как о главной сегодня в мире защитнице притесняемых христиан. Способствовали этому и активизировавшиеся в последние несколько лет контакты между Московским Патриархатом и Эфиопской Церковью. По приглашению Патриарха Московского и всея Руси Кирилла в 2018 году Россию посетил Патриарх Эфиопский Абуна Матфий, тогда же была образована Комиссия по диалогу между Русской Православной Церковью и Эфиопской Церковью. Осенью прошлого года в рамках деятельности этой Комиссии Аддис-Абебу посетила делегация церковных и светских СМИ из России. В разных регионах страны делегацию встречали толпы людей, державших в руках российские флаги и транспаранты с портретами Путина и Патриарха Кирилла и надписями, в том числе по-русски: "Спасибо Путину, спасибо Патриарху Кириллу!" Так они выражали благодарность за то, что Русская Церковь помнит о существовании христиан в Эфиопии и поддерживает с ними контакт.
В декабре 2019 года Святейший Патриарх Кирилл первым из мировых духовных лидеров возвысил свой голос в поддержку эфиопских христиан. Его Святейшество направил Премьер-министру А.А. Али письмо с выражением обеспокоенности тревожным развитием ситуации и просьбой защитить Эфиопскую Церковь от гонений.
Мы находимся в постоянном контакте с нашими собратьями из Эфиопской Церкви. Сегодня самое важное - прорыв информационной блокады, донесение правды об их страданиях до широкой общественности. Кроме того, те эфиопские христиане, которые были вынуждены бежать из своих домов и стали внутренними переселенцами, нуждаются в практической помощи. Им необходимы элементарные продукты, одежда и предметы гигиены. Особенно остра эта проблема сейчас, когда к их бедствиям добавилась угроза стать жертвами новой коронавирусной инфекции.
Способствует ли контактам с Эфиопской Церковью накопленный опыт российско-эфиопских отношений, которые были установлены еще в дореволюционные времена, а затем активно поддерживались в советскую эпоху? Вероятно, существовали ранее и связи на уровне двух Церквей?
Митрополит Иларион: Официальные дипломатические отношения между двумя тогдашними империями - Российской и Эфиопской - были установлены в 1898 году, два года назад мы отмечали их 120-летие. Но наши политические, торговые, культурные связи можно проследить еще с середины XVIII века, и тогда же начали устанавливаться контакты межцерковные. В XIX столетии значительный вклад в налаживание отношений Русской и Эфиопской Церквей внес начальник Русской духовной миссии в Иерусалиме архимандрит Порфирий (Успенский), собравший богатейший материал по истории, вероучению, богослужению и обычаям эфиопских христиан. В 1888 году высокая церковная делегация из Абиссинии присутствовала в Киеве на торжествах в честь 900-летия Крещения Руси. В 1895 году Император Менелик II принимал при своем дворе духовную миссию из России. А в 1896 году представители Эфиопской Церкви в составе национальной делегации посетили прошедшую в Москве церемонию коронации Императора Николая II.
Активизации уже межцерковных отношений в середине XX века во многом способствовала деятельность митрополита Ленинградского и Новгородского Никодима (Ротова). Затем в 1960-90-х годах высокие делегации Русской Церкви неоднократно посещали Эфиопию, равно как и наши братья из Эфиопской Церкви - Советский Союз и Российскую Федерацию. Достаточно вспомнить визит в Эфиопию Святейшего Патриарха Пимена в 1974 году, посещение СССР Патриархом Эфиопским Текле Хайманотом в 1978 году и Патриархом Абуной Павлом в 1996 году. Не прерываются эти контакты и в XXI столетии. В сентябре 2011 года я посещал Эфиопию во главе делегации Русской Православной Церкви.
Успешно развивается академическое сотрудничество. Целый ряд эфиопских студентов, ставших впоследствии видными иерархами, прошли через главные духовные школы Русской Православной Церкви. Например, ректор Свято-Троицкой богословской академии в Аддис-Абебе архиепископ Абуна Тимофей учился в Ленинградской (ныне Санкт-Петербургской) духовной академии в одно время с будущим Святейшим Патриархом Кириллом. А другой архиерей - архиепископ Абуна Гавриил являлся студентом этой академии в годы, когда Святейший Патриарх Кирилл, тогда архиепископ Выборгский, был ее ректором.
Эти связи продолжают развиваться. Русская Православная Церковь не оставит своих эфиопских братьев без поддержки. Особенно в таких драматических обстоятельствах, которые они переживают сегодня.
![Главное](/images/star.png)
Эксперт: Сближение с Израилем — это подготовка стран Персидского залива к пост-нефтяной фазе
Соглашение о нормализации отношений между Израилем, ОАЭ и Бахрейном укрепит коалицию, которая была сформирована в Восточном Средиземноморье
В сентябре Израиль, ОАЭ и Бахрейн подписали соглашение о нормализации отношений. Лаури Хайтаян, известный ливанский эксперт по нефти и газу на Ближнем Востоке и в Северной Африке, считает, что это соглашение не только ставит политические цели и направлено на изоляцию Ирана в регионе, но и свидетельствует о подготовке стран Персидского залива к переходу к пост-нефтяной фазе. Материал подготовлен специально для «НиК».
— Как сближение Израиля с ОАЭ и Бахрейном повлияет на энергетический рынок Ближнего Востока?
— Есть много идей, которые крутятся вокруг энергетического сотрудничества между Израилем и ОАЭ, переговоров и первоначальных дискуссий о возможностях транспортировки нефти Персидского залива по трубопроводу из ОАЭ в Саудовскую Аравию, а затем в порты Израиля. Цель — обойти Ормузский пролив или другие «слабые» места в различных морских коридорах в регионе по соображениям безопасности, связанным с напряженностью между странами Персидского залива и Ираном, и небезопасной обстановкой в зоне других проливов, по которым нефть Персидского залива транспортируется в Средиземное море. В настоящее время это всего лишь идеи.
В ближайшее время ничего конкретного не произойдет, по крайней мере, до тех пор, пока Саудовская Аравия не подпишет мирное соглашение с Израилем. Но сделка между Израилем и ОАЭ укрепит коалицию, которая была сформирована в Восточном Средиземноморье через Восточно-Средиземноморский газовый форум (EMGF) между Египтом, Израилем, Грецией, Кипром, Палестиной, Иорданией и Италией, который поддерживается ЕС и особенно Францией. Поскольку существует сотрудничество между Египтом, Францией и ОАЭ в Ливии, это новое мирное соглашение поможет укрепить отношения между странами Персидского залива и Восточного Средиземноморья. Следовательно, страны Персидского залива могут помочь инвестировать во многие общие проекты, которые намечает Восточно-Средиземноморский газовый форум.
— Есть мнение, что, инициировав переговоры о нормализации отношений между Израилем, ОАЭ и Бахрейном, США оказывают давление на Иран и его нефтяную промышленность. Вы как считаете?
— Определенно, это мирное соглашение является стратегическим политическим шагом, направленным на изоляцию Ирана в регионе. Это имеет больше политических последствий и последствий для безопасности, чем экономических.
Он не нацелен на нефтегазовый сектор Ирана, но нацелен на то, чтобы остановить угрозу Ирана для Персидского залива и Израиля.
— Связано ли каким-то образом сближение арабских стран с Израилем с кризисом в этих странах после падения цен на нефть?
— Сделка не связана напрямую с падением цен на нефть. Она скорее связана с созданием новой политической коалиции, как я уже сказала, против амбиций Ирана в регионе и открытием дверей для новых экономических возможностей, которые появятся на Ближнем Востоке благодаря нормализации, которая свяжет Восточное Средиземноморье с Персидским заливом и превратит их в центр торговых взаимоотношений между рынками Европы и Азии.
Странам Персидского залива будет очень важно подготовиться к переходу к пост-нефтяной фазе. И, определенно, это плюс для президента Трампа. Даже если он не добьется успеха на предстоящих выборах, он определенно будет заинтересован в инвестировании в эти страны, как бизнесмен, в качестве жеста признания того, что эти страны помогли ему достичь части его мирного плана для Ближнего Востока, что было названо «сделкой века».
— Что происходит со странами Ближнего Востока при нынешних ценах на нефть? Какие меры предпринимают нефтедобывающие страны?
— Как мы знаем, многие страны Ближнего Востока зависят от нефти и газа, как основного источника доходов, поэтому низкие цены повлияли на их бюджеты, а также на их расходы и проекты, которые они уже запланировали. Разные страны использовали разные инструменты для жизни в новой реальности. Многие страны были вынуждены сократить расходы, например, Алжир и Оман. Другие, такие как Саудовская Аравия, использовали свои фонды национального благосостояния и повысили налоги. Катар предпочел взять деньги в долг.
— Как «дружба» Китая с Ираном и полулегальные закупки сырья Пекином отражаются на Ближнем Востоке?
— Любое соглашение, особенно соглашение по нефти и газу между Китаем и Ираном, вызывает беспокойство у других стран, особенно у тех, кто продает сырье в Китай, потому что всегда существует конкуренция за долю на рынке, а Азия является основным потребителем, особенно для производителей Персидского залива. Никто не любит конкуренции.
— Ближневосточные страны ОПЕК возвращаются к политике скидок на свою нефть после слабого летнего сезона. Поможет ли это как-то улучшить ситуацию со спросом?
— Единственный способ улучшить ситуацию со спросом — это восстановление экономики и преодоление кризиса в области здравоохранения из-за Covid-19, который оказывает прямое влияние на экономику во всем мире. V-образное восстановление, которое ожидалось во всем мире, не случилось. Напротив, мы наблюдаем разнонаправленные движения экономик: одни открываются, другие закрываются. Ни восстановление, ни меры по предотвращению второй волны Covid-19 не синхронизированы, и в связи с неопределенностью вокруг вакцины ожидаемого быстрого восстановления не произойдет. Следовательно, спрос будет оставаться слабым, что бы ни случилось.
Мы все еще находимся в ситуации, когда спрос контролирует цены на нефть.
— Миллионы непроданных баррелей остаются в танкерах. Нефтетрейдеры сталкиваются с дилеммой: либо продлить хранение, зафрахтовав суда и превратив их в «плавучие канистры», либо попытаться продать их, рискуя обрушить цены на хрупком рынке. Что правильнее в этой ситуации?
— Китай покупал, чтобы накопить побольше, но и он уже не покупает больше, потому что переживает экономический подъем. Мы видели, что спрос со стороны Китая рос летом, но нефть покупалась больше для хранения, чем для использования в экономике. Рынки очень хрупкие, и именно поэтому мы стали свидетелями встречи ОПЕК+ на прошлой неделе, на которой министр энергетики Саудовской Аравии снова очень жестко отнесся к соблюдению требований и подчеркнул, что все должны подчиняться, нет места несоблюдению, потому что рынок все еще хрупкий.
Необходимо учитывать, что теперь существует вероятность того, что от 200 тыс. до 300 тыс. баррелей ливийской нефти могут вернуться на рынок. Мы все ждем конца года, чтобы увидеть, где окажутся рынки. Все прогнозы таковы, что рынки не восстановятся должным образом, и поэтому будет интересно посмотреть, как будет действовать ОПЕК+. Будет ли реализовано то, что было согласовано в апреле 2020 года, или будет решено сохранить сокращения на текущем уровне до тех пор, пока рынок не восстановится? Увидим.
Зарубежный корреспондент ИРТТЭК Михаил Вакилян
Гнездо с бриллиантами
В музее "Новый Иерусалим" открылась выставка "Возвращение в усадьбу"
Текст: Андрей Васянин
Русская усадьба в нашем представлении - классические дворцы и газоны Кусково и Останкино, заросшие деревьями остовы замков Пущина-на-Наре. Экспозиция в Новом Иерусалиме добавляет в эту картину смыслов, напоминая, на чем стояли русские усадьбы, чем они полнились и украшались. И как спасались. И кем.
Выставка - одно из центральных событий юбилейного, сотого года музея "Новый Иерусалим", созданного в стенах Воскресенского Ново-Иерусалимского монастыря в 1920-м. Первыми экспонатами стали сокровища обители и подмосковных усадеб, брошенных хозяевами и разысканными первыми сотрудниками музея. Начало выставки делит пополам "река времени" - длинный стол, где под стеклом хроника работы музея с первых его шагов. Здесь рассказы о спасении коллекций и раритетов, документы, передающие частные ценности в общественные хранилища, списки ценностей, вывезенных немцами в 43-м... А по другую сторону стола-реки - жизнь, память о которой спасали музейщики. Это островки-гнезда, посвященные усадьбам Романовых, Шереметевых и Загряжских, и в каждом гнезде-стенде - собрания книг, мебели, картин, утвари из их особняков, их портреты и письма.
..."В Ильинском я предполагала жить в уединении для отдохновения. И потому недостаток помещений есть естественный предлог к отклонению приемов". Супруга Александра II Мария Александровна Романова - напоминает нам надпись - не соглашалась достраивать царскую усадьбу в Ильинском, дабы ничто ей не мешало на ее островке "отдохновения". В уголке зала, посвященном Ильинскому, - то, что делало этот островок таким уютным: ореховые стулья и столик из гостиной, гобелены, портреты владельцев усадьбы.
В углу зала усадьба-островок Ярополец: "Барельефы над дверями, узорчатые карнизы, колонны в зале, отдающие чудаковатостью доброго старого времени", - как их описывает краевед в 20-х годах. Усадьбой владели Гончаровы, тут бывал Пушкин - сидел за этим столиком, читая при свете свечей, установленных в этом подсвечнике-сфинксе, поглядывая на портрет графа Муравьева, написанный сыном знаменитого крепостного художника Николаем Аргуновым.
В 1762 году Петр III подписал "Манифест о вольности дворянства": дворяне освобождались от обязательной службы, могли выходить в отставку и выезжать за границу. Так в России появились люди, располагающие временем и средствами и увлеченные жаждой деятельности. Это они строили дворцы, разбивали по последней моде парки и украшали свои гнезда тем, что принято и ценно в Европе - и как принято.
Натюрморты, портреты, пейзажи голландцев, фламандцев, итальянцев так развешаны, что на стенах нет свободного места. Похожий на дворцовый зал разделен на эпохи, каждой посвящена своя анфилада. Сюда, по словам куратора выставки Ксении Новохатько, "выбирались перлы", но и в этих анфиладах, кажется, нет свободного места и для перлов из коллекции Ново-Иерусалимского музея, тех самых, когда-то разысканных по усадьбам Шереметевых и Загряжских, переданных государству и возвращенных после войны.
Вторая анфилада - эпоха Екатерины II: сохранившиеся в паре фарфоровые вазы-курильницы мейсенской работы, окантованные фигурной бронзой, на бронзовых же ножках с пламенеющими полированным металлом крышками. Дактилиотека 1830 года, размером с небольшой сундук ларец для хранения драгоценностей, собранный в каркас из эбенового дерева набор литых деталей, лазурита, флорентийской мозаики. Галерея стульев и кресел разных времен: резной, эпохи королевы Анны, начала XVIII века, английский "чиппендейл" с прорезной спинкой и русский из карельской березы, протравленной в квасе и оттого позеленевшей.
В главном зале много часов - со столов, комодов и каминов, от строгих и лаконичных до фарфоровой куртуазной сценки, где в кутерьме героев не сразу находишь циферблат. Часы стоят тут на границах эпох-анфилад, отделяя одно время от другого.
По новому времени зажил теперь и музей "Новый Иерусалим", начав свой второй век с того, с чего начинал первый - с темы спасения родовых гнезд русской культуры. Закладывая при этом новые традиции. Выходя из музея, гости вернисажа сразу оказывались перед сценой, на которой играл Государственный оркестр имени Светланова: в один день с выставкой открылся и традиционный классический open-air.
"Лето. Музыка. Музей". Из-за пандемии он сменил свои сроки с июля на сентябрь, а его организаторы, решив приурочить фестиваль к выставке, поменяли и программу, введя в нее, например, "Метаморфозы" Рихарда Штрауса, знаменитый этюд о смерти и возрождении. Иллюстрируя историю, музыка добавляет ей красок. Директор "Нового Иерусалима" Василий Кузнецов, в прошлом пианист, знает это наверняка.
Квота на уважение
Россия стремится быть активнее в гуманитарной политике
Текст: Елена Яковлева
Неожиданный результат пандемии: Россия набирает очки и наращивает активность в гуманитарной политике. Страны, которым мы оказали помощь во время пандемии, занимают довольно большое место на карте мира. Как и страны, где будет тестироваться российская вакцина от ковида.
Гуманитарная деятельность и гуманитарная политика, знакомая нам в советское время по международным фестивалям мирового уровня, гастролям, выставкам, детской дипломатии, сегодня требует настоящего обновления и ребрендинга. Эксперты стараются наметить контуры этого обновления, обращаясь к истории - далекой и близкой.
Первой гуманитарной организацией, созданной в России в конце 19 века, было знаменитое ИППО - императорское Палестинское православное общество.
- Мы уже тогда опоздали, - считает кандидат политических наук, научный сотрудник ИМЭМО РАН Анна Великая, представившая свой взгляд на тему в Высшей школе экономики, - и из-за этого опоздания сделали в работе ИППО акцент на развитие церковной дипломатии и православного паломничества. А могли бы, как американцы, открывшие в 1818 году на Ближнем Востоке протестантский колледж, ставший потом знаменитым Бейрутским университетом, поставить перед собой вдобавок и образовательные задачи.
Впрочем, России есть чем и гордиться в своей прошлой гуманитарной политике. Чего стоит, например, генерал-губернаторство в Саксонии князя Репнина-Волконского, сделавшее ее центром искусств и заслужившее благодарную память саксонцев. Но особенно богатым на успехи в гуманитарной политике был советский период, начиная от создания в 1921 году (еще шла гражданская война) коммунистического университета трудящихся Востока, в котором учились, например, китайские студенты, и кончая образованием МОПРа (советского аналога Красного креста), ВОКСа, Комиссии заграничной помощи, ставшей затем Россотрудничеством. Лучшие люди своего времени Руаль Амундсен, Альберт Эйнштейн, Рабиндранат Тагор, Бернард Шоу, Теодор Драйзер, Герьерт Уэллс, Томас Манн, Ромен Роллан, Анри Барбюс, Лион Фейхтвангер, Мария Кюри, Джавахарлал Неру жили идеями помощи Советскому Союзу.
А созданный МОПР знаменитый Интердом в Иваново, где воспитывались дочь Долорес Ибаррури и сын Мао Цзе Дуна! А помощь зарубежным странам - Монголии, Афганистану,Турции.
Во второй половине 20 века были построены Асуанская плотина в Египте и тоннель Саланг в Афганистане, возвращена "Сикстинская мадонна" и другие культурные шедевры в галерею старых мастеров Дрездена. На ММКФ блистали кинозвезды первой величины. Университет дружбы народов им. Патриса Лумумбы, обучив 100 тысяч студентов, воспитал руководителей 90 государств. Для обучения иностранных студентов был создан знаменитый Институт русского языка им. Пушкина. Россотрудничество открыло 97 представительств по миру, и это - не считая 73 центров науки и культуры в 62 странах. Открылись знаменитые академические исследовательские центры - ИМЭМО, институт Международного рабочего движения, НИИ Латинской Америки, Африки, США и Канады.
По оценкам экспертов, на все это с 1954 по 1989 годы ушло 144 миллиарда долларов - и конечно, принесло серьезный имиджевый эффект.
И хотя потом 90-е годы стали годами большого имиджевого провала России и свернутой гуманитарной политики - многие центры и институты были ликвидированы или влачили жалкое существование, кадры и наработки утрачены - сегодня на повестке дня опять стоит вопрос о возрождении гуманитарной политики. О переходе с "балалаечной" ( по словам недавно возглавившего Россотрудничество Евгения Примакова) деятельности к серьезному гуманитарному влиянию.
Новое время приносит свои сюрпризы. Кто бы мог подумать, что сегодня значительную роль в гуманитарной политике начнет играть, например, МЧС. Мы очень многим странам можем помочь и помогаем в чрезвычайных ситуациях, и это точно серьезный плюс имиджу России.
Сегодня, по разным оценкам, на гуманитарную политику Россия тратит около миллиарда долларов. Это самые разные траты, начиная от помощи независимому Донбассу, где старики получают пенсии, а школьники ходят в школу благодаря гуманитарным усилиям России, и кончая работой с многочисленными соотечественниками за рубежом и взносами в международные организации и банки развития.
Но аккуратно платя все взносы, Россия не всегда, например, заполняет квоты, выделяющиеся нам соответственно взносам. И далеко не всегда потраченные деньги приносят результат в отстаивании внешнеполитических интересов России и росте симпатии к нашей стране.
- Нам необходимо больше эмпатии, - считает Анна Великая. - А мы часто не хотим задумываться о том, какую ответную реакцию вызовет то или иное наше действие. Например, "Русский мир" замечательно звучит на Балканах. Но в странах, с которыми мы граничим, может быть, лучше назвать организацию, занятую гуманитарным влиянием, как-то по другому.
Гуманитарная политика требует не меньшей, а то и большей тонкости, чем обычная. Как российские госбанки на Балканах перевели свои операции на латиницу?! Сербы возмущены: мы столько усилий тратим на поддержание кириллицы, а тут российский госбанк, не соотносясь с нами, переходит на латиницу.
Глядя на то, как наши политические партнеры и конкуренты поддерживают выпускников своих вузов, приехавших к ним учиться из заграницы - устраивают на работу в своих компаниях, НКО, торгпредствах - и нам стоит задуматься над тем, как дать реализоваться людям, готовым связать свою будущую судьбу с Россией. В этом году у нас учится около 300 тысяч иностранных студентов, напомнила Анна Великая, и хоть это почти в три раза меньше чем в США, они все равно остаются очень важным активом гуманитарной политики. Не надо забывать, что иностранный студент, приезжавший учиться в советский вуз, получал большую стипендию - 100 рублей. Сегодня ее у иностранных студентов либо нет, либо она около 3000 рублей, что ниже даже прожиточного минимума. И те, кто приезжает к нам учиться по квотам, обычно предоставлены сами себе.
Наткнувшись на фобии и страхи в отношении России, нам надо не просто обижаться или злиться в ответ, но, выявляя фобии, преобразовывать чужие страхи, считает Анна Великая.
Повышению российского имиджа хорошо бы послужила даже любезность органов ФМС, уверена она. Напоминая, что для всех этих желаемых перемен может понадобиться немалая законодательная работа.
Сменить название Россотрудничества, продвинуть российское онлайн-образование, запустить курс по цифровой дипломатии, вытеснить русофобов из наиболее цитируемых авторов, пытаясь самим чаще публиковаться на посвященных России ресурсах - интересных идей много. И у них есть будущее.
Сергей Хоружий: русская философия как антитренд
человек, в котором встретились Афины и Иерусалим
Наталья Ростова
22 сентября ушёл из жизни Сергей Сергеевич Хоружий – человек, в котором встретились Афины и Иерусалим. Он был физиком и специалистом по богословию, математиком и переводчиком Дж. Джойса. Оставшись с раннего детства сиротой, он был воспитан родственниками матери – Героя Советского Союза Веры Хоружей, погибшей в 1942 году от рук нацистов. Будучи выпускником физического факультета МГУ, а впоследствии доктором физико-математических наук, он обращается к исследованию русской философии и святоотеческого наследия, участвует в издании трудов Сергия Булгакова, Павла Флоренского и Льва Карсавина. Сегодня Патриарх отмечает его вклад в изучение философии и практики исихазма.
Но, быть может, главным делом жизни С.С. Хоружего оказалась философия. С. Хоружий работал не просто как комментатор, издатель и историк философии, но как тот, кто рискнул коснуться самой философии, то есть взять на себя бремя мыслить самому. Но как возможно мыслить самому? Ведь всякое мужество обеспечено следованием бережно охраняемой традиции. У нас же в России – не философия, а «русская религиозная философия». Речевой оборот «русская религиозная философия» указывает не столько на характер нашей философии, сколько на её сомнительный статус, словно обязывающий нас все время оправдываться, мол, есть у нас философия, только она не вполне соответствует собственной идее.
Как говорил Г.П. Федотов, на Западе в самые темные века монахи читали Вергилия, в грязном и нищем Париже XII в. гремели битвы схоластов. Запад хранил и передавал античную философию из рук в руки, а Россия, словно немая дурочка, молчала почти тысячелетие, она не имела такого наследства, зато ей досталась главная книга – Библия, переведённая на славянский язык. Именно этот дар обрек Россию на разрыв с западным миром, но одновременно именно он позволил родиться великому русскому языку, ибо на нем, а не на латыни, возносил молитвы русский народ. Русская философия возникает вдруг, в XIX веке. В основании её лежат, как говорит Ф.И. Гиренок, грёзы Владимира Соловьева о Софии Премудрости Божией. Русская философия оказывается особенной не потому, что она религиозна, а потому что она, в отличие от Запада, не стала для нас основной формой культуры. Для Запада философия – универсальный метафизический орган восприятия мира. В России же доминирует не Логос, а Образ. А потому нашими основными формами культуры оказываются икона, литература, живопись, философия же всегда тяготеет к метафоричности и выходу за собственные пределы в апофатику и мистерию. Россия не бессловесная дурочка, ибо наше умозрение, как скажет Евгений Трубецкой, в красках. Оно иное, невербальное.
Русская философия сегодня может состояться только в том случае, если мы обратимся к себе, своим смыслам, своей оптике, своим чаяниям, а не к подражанию чуждой нам западной культуре. Как говорил И.Киреевский: «Наша философия должна развиться из нашей жизни». Современная русская философия мыслима лишь как преемница традиции русской религиозной философии и философии русского авангарда. Философские поиски С. Хоружего находятся именно в контексте этой грандиозной задачи – построения современной русской философии.
Четко отличая себя от нынешних обитателей «мансарды окнами на Запад», С. Хоружий пишет: «Что значит быть русским философом сегодня? … Необходимо заново обрести пространство мысли и координацию в нем или, иными словами, восстановить контекст; и это значит — вернуться к тому, на чем все оборвалось, разглядеть, что же собирались сделать, что успели, что оставалось впереди... И лишь тогда сможешь идти дальше — после перерыва… Обрести вновь полномерное пространство мысли, опамятоваться, оглядеться — действительно, абсолютная необходимость. Однако как действовать, как двигаться в возвращенном пространстве?».
Всякая философия – это концепт, и С. Хоружему есть, что предъявить. Он является автором синергийной антропологии, которую мыслит как философию, которая приходит на смену исчерпавшей себя метафизике всеединства, и видит ее истоки уже в имяславии: «Капитально разработав и исчерпав потенции метафизики всеединства (а с нею и всей древней «панентеистской» парадигмы сущностной связи Бога и мира), - пишет он, - русская мысль начала продвигаться к созданию философии синергии (отвечающей парадигме энергийной связи Бога и мира). Такое продвижение наметилось уже в московских спорах об имяславии, в работах Флоренского и Лосева двадцатых годов. Обстановкою в большевистской России оно было оборвано, однако вскоре — и независимо — оно вновь начинается в трудах эмигрантских богословов — Кривошеина, Керна, Вл. Лосского, Мейендорфа. Теперь же пришла пора двоякого поворота: основу, заложенную в этих трудах, необходимо перевести с Запада — обратно на родину, и равно — из богословия в философию». Что же вернул С. Хоружий философии?
Синергийная антропология
Неправославный не может быть русским, говорит Ф.М. Достоевский. С.Хоружий возвращает русской философии православие, делая ее животворящим центром традицию исихазма, или священнобезмолвия. Суть синергийной антропологии состоит в смене языка философии. Отказываясь от описания человека и Бога в терминах «сущности», «субстанции» и «субъекта», С. Хоружий предлагает говорить о них на языке «энергий». Греческое слово «синергия», взятое из исихазма, означает соработничество двух энергий – человека и Бога.
Энергийный язык радикально меняет представление о человеке. Отныне он понимается не как тот, кто наделен неизменной природой, имеет некое сущностное ядро, например, разумность. Но как тот, кто определен периферией, то есть встречей с энергиями внешнего - «Иного». Теперь он предстает не как существо константное и закрытое, но как существо предельно пластичное, гибкое, динамичное, вариативное, открытое иному. Свою антропологию С. Хоружий также называет антропологией границы, ибо телос человека задан не центром, но выхождением к границе, ее трансгрессией. Человек – это тот, кто существует на пределе. Он не тот, кто есть, но тот, кто обнаруживает себя в самопревосхождении. Его истина – в размыкании себя.
Энергии внешнего, согласно С. Хоружему, отнюдь не исчерпываются божественными. С. Хоружий выделяет три основные «топики», то есть области границы – онтологическую, онтическую и виртуальную. В онтологической топике энергии человека соприкасаются с энергиями Инобытия, это пространство духовных практик. Здесь трансформируются онтологические характеристики человека, прежде всего, конечность и смертность. Например, в православии речь идет о стяжании благодати и обожении. В онтической топике человек взаимодействует с энергиями бессознательного, это пространство неврозов, комплексов, безумия и прелести. Виртуальную топику С. Хоружий понимает как сферу «недоактулизированного, недовоплощенного сущего». Эта область квалифицируется как пограничная, поскольку в ней, по мнению С. Хоружего, также нарушается ход «нормального, обычного эмпирического существования».
Если истина человека заключена не в центре, а в игре периферии, то С. Хоружий закономерно приходит к выводу о том, что, говоря о человеке, мы подразумеваем целый «ансамбль существ, конституируемых разными топиками границы: существ радикально различных и, весьма рискованным, опасным образом, вовсе не сообразованных и не согласованных меж собой». Человек «слишком широк». Многолик. Но в отличие от Ф.М. Достоевского, для С. Хоружего он задается не просто вертикалью от Содома до идеала Мадонны, но бесчисленными вариациями трангрессии границы. Антропологии С. Хоружего скорее близок образ человека у Г. Гессе, который уподобляет его шахматной доске, на которой может быть разыграно сколь угодно много различных партий. Как выражается С. Хоружий, человек – «животное сценарное», а его история – это смена «антропоформаций».
Обогащенная традицией исихазма русская философия реабилитирует тему свободы человека, проблему связи его актов и пред-актов, поведения, замыслов и помыслов. Если западная философия сегодня предпочитает модель «закрытого мира», исключающую трансцендентное измерение и описывающую универсум нейтральными терминами, которые не позволяют различить вещь, человека и Бога, то русская философия тяготеет к расширенной, как выражается С. Хоружий, онтологии, делающей возможным разговор о Боге, смысле и истине. Синергийный подход призван объяснить различие культур и ту ситуацию, в которой мы находим себя сегодня, в том числе такие феномены, как суицидальный терроризм, эвтаназию, тотальную виртуализацию антропологического пространства. Речь сегодня идет не о «смерти» человека, то есть исчезновении его как феномена, но о смене антропологических конфигураций.
Тренд ухода
Сегодня, как скажет С. Хоружий, в культуре и философии наметился «тренд ухода». Что это значит? Это значит, что человек устал быть человеком и готов уйти со сцены истории. С. Хоружий квалифицирует этот тренд как коллективное самоубийство. На смену себе человек готовит новое существо – постчеловека. Что можно сказать о постчеловеке? Его очертания смутно угадываются уже сегодня по тем плодам, которые сулит развитие биотехнологий, кибернетики, искусственного интеллекта и генной инженерии. Но ясно, как говорит С. Хоружий, одно: постчеловек – это не человек.
Постгуманистическая парадигма мышления является детищем западной философии постмодернизма и взращивается сегодня именно в западноевропейской философии, хотя и в России она находит себе немало сторонников, мыслящих себя как акторов мировой философии. Постгуманистическому тренду западной философии противостоит антропологическая парадигма русской философии. Философия абсолютного гостеприимства, дискредитирующая идею хозяина, то есть нормы, так называемые плоские онтологии и нечеловеческие антропологии, стирающие грань между людьми и не-людьми, трансгуманизм, превозносящий нечеловеческое в человеке, - все эти родственные феномены помещают разговор о человеке в контекст фашизма. Говорить о человеке сегодня становится неприлично и невозможно. Современная русская философия, напротив, обращена к теме человека. Её главной проблемой оказывается различение человеческого и нечеловеческого в нём. Как говорит С. Хоружий, сценарий «смерти» человека – это лишь один, пусть и доминирующий сейчас опыт антропоформаций. Концептуальный аппарат синергийной антропологии позволяет проводить различие между антропологическими сценариями: «Раскрытие, развертывание себя в бытии - принципиально более богатая перспектива и более широкий диапазон самореализации, нежели все прочие». Именно область духовных практик открывает сферу онтологически Иного, встречаясь с энергиями которого человек обретает свою подлинность.
![Главное](/images/star.png)
ПЕРСПЕКТИВЫ-2021
ТЬЕРРИ ДЕ МОНБРИАЛЬ
Основатель и президент Французского института международных отношений (IFRI), основатель и председатель Конференции по мировой политике (World Policy Conference).
Обзор Тьерри де Монбриаля – вступительная статья к ежегодному сборнику Ramses, издаваемого Французским институтом международных отношений. Данный материал написан для следующего выпуска.
Пандемия COVID-19 – уникальное явление в современной истории. Ни одна эпидемия с начала века (коровье бешенство, птичий грипп, вирус H1N1, коронавирусы SARS и MERS, лихорадки Эбола, чикунгунья, Зика и другие), не говоря уже о боязни биотерроризма (сибирская язва), не превратилась в глобальный катаклизм. Некоторые из этих вспышек вызывали панику, каждый раз будто застигая мир врасплох. Худшего не случалось, поэтому о необходимости готовиться к этому худшему, которое рано или поздно произойдёт, каждый раз тут же забывали. С этой точки зрения, COVID-19 – не самое страшное: вирус контагиозный, но имеет довольно низкий уровень смертности, хотя, по-видимому, вызывает патологии.
Ключевой момент – неспособность общества организовать превентивную подготовку к предсказуемым, но точно неопределённым по срокам потрясениям, потому что люди забывают о пережитых шоках, которые могут повториться в будущем. Например, гиперинфляция 1923 г. осталась в коллективной памяти немцев, но европейцы забыли об эпидемии испанки, разразившейся в конце Первой мировой войны и унесшей не меньше жизней. Спустя 30–40 лет в учебниках истории испанка уже не упоминалось. Кстати сказать, испанским грипп был только по названию, на самом деле вирус происходил из Америки, как COVID-19 – из Китая. Главное, что вирусное заболевание приводило к бактериальной суперинфекции, которая являлась основной причиной смерти. Антибиотиков тогда не было. Понятно также, почему азиаты, чаще сталкивающиеся с эпидемиями, чем жители западных стран, оказались лучше подготовлены и действовали более эффективно (маски, тесты и так далее).
Наследие кризисов
Начну с рассмотрения предполагаемой уникальности пандемии COVID-19. Предполагаемой, потому что в некоторой степени этот эпизод напоминает три других, которые, несмотря на все различия, потрясли международную систему в период, когда идеология либеральной глобализации находилась на подъёме. Это финансовые кризисы 1997-го и 2007–2008 гг. и теракты 11 сентября 2001 года.
Последний в XX веке финансовый кризис
Он начался в Таиланде весной 1997 г. и распространился на Восточную Азию, Россию и даже Латинскую Америку настолько быстро, что его без преувеличения можно назвать эпидемией. В то время либеральные лидеры говорили о финансовых рынках, как о живых организмах, мыслящих более рационально, чем человек. Специалисты с математическим складом ума создавали модели, получали Нобелевские премии и способствовали нескольким крупным банкротствам. Нас прежде всего интересует объяснение, как начинается финансовый кризис. В июле 1998 г. я писал: «Упрощая аргументы американского экономиста Пола Кругмана, можно сказать, что государственные и частные финансовые посредники, убеждённые, что государство так или иначе покроет любые убытки, занимались сомнительными, плохо продуманными и нередко теневыми инвестициями, особенно в сфере недвижимости. Это привело к инфляции, которая сначала касалась портфелей активов. Однако общий уровень цен оставался относительно стабильным, и критерии хорошего государственного финансового менеджмента (бюджетного и монетарного), казалось бы, соблюдались. Высокий дефицит текущего платёжного баланса вроде бы соответствовал темпам роста. По той же причине рост стоимости активов не вызывал беспокойства и списывался на спекулятивную природу».
Этот анализ базируется на двух важных идеях. Во-первых, на том, что эксперты по рискам называют угрозой недобросовестности: чем больше вы думаете, что защищены от последствий рискованных действий (в данном случае со стороны финансовых институтов), тем выше ваша беспечность и вероятность риска. Во-вторых, моральная недобросовестность одновременно способствует незаконным действиям. И, наконец, когда ультралиберальная идеология находится на пике и поддерживается влиятельными лобби, тревожные голоса не слышны. Не все могут придерживаться внесистемной идеологии и быть законопослушными гражданами. В случае с «пузырями», когда дисбаланс растёт, достаточно одной искры, чтобы разрушить ожидания. Затем стадный менталитет вызывает панику, которая распространяется со скоростью информации или слухов. Именно это произошло в конце прошлого века и повлекло за собой цепь экономических и политических последствий, включая падение режима Сухарто в Индонезии.
Второй вопрос, который сразу приходит в голову, – выявление дисфункций, вызывающих подобные кризисы. В случае с Таиландом (вновь цитирую свой текст от июля 1998 г.) МВФ винили в «неспособности диагностировать риски и их усугублении, поскольку сначала государства-авантюристы убеждали в том, что помощь всегда придёт, а потом предлагали неадекватное лечение». Конечно, я был слишком критичен. На самом деле международные организации не могли быть выше или даже на одном уровне с государствами, которые по-прежнему сильно привязаны к собственному суверенитету, особенно если могут его использовать. Несмотря на огромные ресурсы, МВФ сам зависел от стран-членов и их дипломатических отношений. Ни одна международная экономическая организация не имела полномочий аудитора, ответственного за сертификацию счетов компании. Государства могут публиковать любые цифры, а возможность манипулировать ими ограничивается только их собственными политическими институтами и представлениями о своей надёжности. В свою очередь, МВФ или Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) должны проявлять осторожность, не только чтобы избежать критики со стороны наиболее влиятельных государств, но и чтобы не провоцировать кризисы публичным предупреждением о них. Рейтинговые агентства не подвержены таким рискам, однако их возможности ограничены. Прежде всего, они не обладают такой легитимностью и могут стать объектом жёсткой критики. Тем не менее их позиция оказывает реальное (иногда преувеличенное) воздействие на условия заимствования.
Самое важное – позвольте вновь процитировать «Перспективы» 1998 г. – заключается в следующем: «Проблема организации так называемой международной экономической безопасности не сильно отличается от военно-политических отношений, где крупные государства постепенно наладили процедуры обмена информации, выходящие далеко за рамки деклараций правительств. Примером могут служить механизмы верификации, предусмотренные соглашениями об ограничении вооружений или Договором о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Удивительно, но в сфере экономических отношений мы продвинулись не так далеко. Как мы видим, государства часто действуют, руководствуясь националистическими побуждениями. Разоблачение уязвимости финансовой системы неизбежно поставит под вопрос целый ряд практик, включая коррупцию, которая серьёзно затронула правящие классы. Но, как и в военно-политических делах, это вопрос безопасности».
Я подробно остановился на финансовом кризисе в Таиланде, поскольку считаю, что он поднимает вопросы глобального управления, которые можно перенести и на здравоохранение. Очевидно, структурная стабильность международной системы, которая стала настолько взаимозависимой, вступает в противоречие с потребностью государств в абсолютном суверенитете касательно контроля медицинских данных, выявления вспышки заболевания и организации чрезвычайных мероприятий на всех стадиях эпидемии. Иными словами, необходимо реальное глобальное управление. Оно предполагает определённый обмен суверенитетом (выражение, часто используемое в отношении Евросоюза), а также институты, способные разработать и реализовать глобальные стратегии и наделённые широкими полномочиями в период до и после крупных кризисов в сфере здравоохранения.
До пандемии COVID-19 немногие – за исключением небольшой группы экспертов – понимали, чем занимается Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ). Вряд ли кто-то задумывался об ограниченности её возможностей. Более того, ВОЗ в значительной степени зависит от информации, предоставляемой государствами. Она может публиковать стандарты и заявления, которыми, кстати, не стоит пренебрегать. Здравый смысл позволяет предположить, что жуткий шок от нынешней пандемии даст возможность создать новую, более прочную архитектуру международного управления в сфере здравоохранения.
Какой мультилатерализм?
Если вернуться к моменту учреждения институтов Бреттон-Вудской системы, мы увидим, что их успех зависел от двух взаимодополняющих факторов: незаинтересованности Советского Союза и объединения западного лагеря вокруг реального лидера – США. Здесь стоит отметить, что слово «мультилатерализм» многозначно. Надо различать мультилатерализм в широком смысле с точки зрения международного права, мультилатерализм западной системы в период холодной войны, организованной вокруг Бреттон-Вудских институтов и Североатлантического альянса, и региональный мультилатерализм, выстроенный после Римского договора 1957 г. вокруг идеи Европейского сообщества (переименовано в Европейский союз по Маастрихтскому договору). Международное право – важная, хотя и слабая, опора мультилатерализма. В отсутствии естественного лидера углубление европейской интеграции требует мощного, априори противоестественного мультилатерализма. На практике обязательное условие будущего ЕС – способность Франции и Германии договориться на фоне постепенного уменьшения экономической мощи Франции.
Проблема в том, что степень мультилатерализма в рамках ассоциации государств снижается пропорционально идеологической и политической неоднородности её членов. Расширяющийся раскол между либеральными демократиями (которые и сами становятся более неоднородными) и так называемыми нелиберальными демократиями и авторитарными режимами (их несколько видов) подрывает управление международной системой в целом. Если сегодня глобализация находится на спаде, то только потому, что основные взаимодействующие акторы воспринимают друг друга как соперников. Они не хотят системного сотрудничества, которое предполагает статус-кво, то есть существование системы, нуждающейся только в сохранении или укреплении. В сфере здравоохранения отправной точкой является низкий уровень сотрудничества, поэтому его укрепление отвечает интересам всех государств и пойдёт на пользу, даже если взаимозависимость будет снижаться.
Ипотечный кризис и другие сравнения
Пропустим пока 11 сентября 2001 г. и сосредоточимся на кризисе субстандартного кредитования 2007–2008 гг., который стал раздутым по масштабам повторением тайского эпизода. Не буду останавливаться на огромной ответственности США, которая сопоставима или даже превышает ответственность Китая за пандемию COVID-19. Соединённые Штаты, которые уже не являлись лидером, но продолжали оказывать влияние на остальной мир, не стоит критиковать слишком жёстко. Процитирую «Перспективы» от июля 2009 г.: «Кредитный кризис стал непосредственной причиной системного коллапса по наихудшему сценарию. Рынки прекратили функционировать, и экономика оказалась парализована. Из-за новых стандартов в бухгалтерии компаний стало невозможно разобраться. Росло недоверие. Сначала правительства запаниковали. Джордж Акерлоф и Роберт Шиллер придали современное звучание идее Кейнса об иррациональном начале в экономике (animal spirits). К счастью, центробанки, в первую очередь ФРС США и ЕЦБ во главе с Беном Бернанке и Жан-Клодом Трише соответственно понизили ключевые ставки и пошли на «нетрадиционные» меры, предоставив помощь терпящей крах банковской системе».
Касательно этого монументального кризиса отмечу три пункта.
Во-первых, он бы не случился, если бы система – фактически США – извлекла уроки из тайского кризиса.
Во-вторых, что объясняет первое, в мире, где прав тот, кто сильнее, в результате кредитного кризиса пострадали другие. Следствием стал кризис в Евросоюзе, но еврозона извлекла из него пользу благодаря укреплению системы управления, что говорит о способности ЕС двигаться вперёд в тяжёлые времена.
В-третьих, лучшая аналогия экономического воздействия пандемии COVID-19 – кредитный кризис. В обеих ситуациях рынки, понимаемые как взаимодействие спроса и предложения, рухнули: в первом случае финансовые, во втором – реальные. Часто проводят сравнение с послевоенным периодом. Но мне оно кажется некорректным, потому что в 1945 г. уничтожены материальные средства производства (и отчасти люди). Со времён Джона Стюарта Милля мы знаем, что после войн рост идёт быстрее, потому что выжившие стремятся всё восстановить, особенно если им удаётся получить помощь извне, как Европе по плану Маршалла после 1945 года. С социальной точки зрения нынешняя ситуация тоже серьёзно отличается. В Европе я не вижу стремления к восстановлению, есть только желание каждой группы сохранить преимущества.
Если поискать другие сравнения в современной истории, я бы предложил события другого масштаба и другого времени: бывшие соцстраны, вступившие в ЕС после краха советской системы, или новые независимые государства, возникшие на её обломках. В обоих случаях, используя ту же терминологию, можно сказать, что рынки прекратили функционировать без физического уничтожения и перестраивались в совершенно иных условиях (и с совершенно иными результатами с точки зрения распределения богатства) в зависимости от внутри- и внешнеполитической ситуации. Позже мы вернёмся к экономическому и социальному воздействию пандемии, но важно отметить, что ни одно государство на планете не заинтересовано в срыве сотрудничества по вопросам здравоохранения, если оно может предотвратить повторение катастрофы, подобной нынешней.
Шок 11 сентября
Сравнение с 11 сентября 2001 г. кажется мне правомерным по крайней мере по трём причинам.
Во-первых, оба потрясения стали «чёрными лебедями». Со времён книги Нассима Талеба так мы называем тяжёлые потрясения, которые ничто не предвещало и после которых мы оказываемся в замешательстве и пытаемся осмыслить случившееся. С этой точки зрения не важно, является потрясение разовым или длительным, в случае с COVID-19 – от первого заражения до эпидемии.
Во-вторых, 11 сентября имело долгосрочные политические и экономические последствия, но не изменило иерархию сил.
В-третьих, шок поменял наше представление о гражданских свободах.
Идея «чёрных лебедей» для меня сложная, поскольку я не вижу множества убедительных примеров потрясений, которые ничто не предвещало. Многие люди, включая писателя Тома Клэнси представляли себе атаки, подобные 11 сентября. Кроме того, как я уже говорил, эпидемии, подобные COVID-19, предполагались и прогнозировались. В том числе самим Талебом. А Билл Гейтс казался алармистом, когда в своей лекции в 2015 г. говорил, что вирусы представляют большую угрозу для мира, чем ядерное оружие.
Можно привести и другие примеры. Конечно, бомбардировки Хиросимы и Нагасаки невозможно было представить себе до открытия атомной энергии, но многие и до Эйнштейна «предсказывали» использование того, что сегодня мы называем оружием массового уничтожения. С точки зрения принципов статистической физики, вероятность подъёма тяжёлого объекта без воздействия внешней силы чрезвычайно мала, но не равна нулю. В этом смысле даже воскрешение мёртвых нельзя считать невозможным. Главная проблема с прогнозированием заключается в том, какое внимание люди должны уделять событиям, вероятность которых кажется им небольшой. Это психологический аспект, а не технический или научный. И с научной, и с психологической точки зрения невозможно представить, что с нами случится за день: авария скутера, разрыв аневризмы, нападение и так далее. Это касается и жизни человека, и институтов.
Тем не менее COVID-19, как 11 сентября, обнажил дисфункции, которые все осознали постфактум (но не все хотели искать виновных). Во многих странах, считавшихся развитыми, неожиданной оказалась нехватка масок, лекарств, медицинского оборудования. Другая сторона той же медали – когда случается потрясение, люди склонны думать, что очень скоро всё повторится. Кто 12 сентября 2001 г. не задумывался об атаке на мост «Золотые ворота» или о новых терактах в Вашингтоне, Нью-Йорке и других крупных городах? Так и сегодня люди боятся второй волны пандемии. В прошлом однозначного ответа не было. Сегодня ситуация иная, потому что мы больше знаем об истории эпидемий. В любом случае воспроизведение уже пережитого риска происходит более активно, чем риска только воображаемого. И это опять же касается и людей, и институтов.
Как гласит африканская поговорка, тот, кто слышал о пантере, бежит не так быстро, как тот, кто её видел.
Среди множества идей следует также отметить связь между эволюцией общественного мнения, восприятием рисков изменения климата и рациональностью мер, рекомендуемых или реализуемых властями. В политике и психологии желание не всегда совпадает с пониманием. Это известно со времён Святого Августина и Блеза Паскаля.
После «чёрных лебедей» я упомянул политические и экономические последствия потрясений. Кадры от 11 сентября 2001 г., как самолёты врезаются в башни-близнецы, и они рушатся, вызвали в мире шок, глобальную волну эмоций и солидарность с США – даже в России и Китае, странах, столкнувшихся с исламским терроризмом раньше, чем мы. Следует отметить два важных отличия от ситуации с COVID-19. Первое – неожиданная, беспрецедентная атака была видна всем. Второе – невидимый, но вездесущий вирус постепенно распространялся по всему миру. В одном случае источник атаки – Усама бин Ладен и «Талибан» (запрещено в России – прим. ред.) – был идентифицирован почти сразу. В другом – возникло смятение из-за неизвестного вируса, обстоятельств его появления у некоторых видов животных и таинственной передачи человеку.
Изначальные различия дополняются политическими. После 11 сентября американцы объединились вокруг президента, как это всегда происходило в истории Соединённых Штатов, мощь которых основывается не только на суверенитете, но и на патриотизме. Это мы вновь увидели в 2003 году, когда Джордж Буш – младший начал войну с Саддамом Хусейном. Пандемия коронавируса началась в момент, когда из-за неравенства американцы оказались разобщёнными – наверное, впервые настолько со времён Гражданской войны. Последние двадцать лет пожары бушевали в обеих политических партиях. Возникли радикально настроенные силы: в одной неосоциалисты, в другой неоконсерваторы. Избрание Дональда Трампа было бы невозможно без этой двойной поляризации и в итоге усугубило противоречия. Когда появился вирус, нынешний хозяин Белого дома, считая Америку неуязвимой, одарил презрением всех, включая американских союзников и особенно Китай, стремясь укрепить свои позиции в конфликте с Поднебесной. На следующий день после 11 сентября Буш указал на страну-виновника – Афганистан. В 2020 г. Трамп указал на Китай, утверждая, что Си Цзиньпин создал COVID-19, чтобы ослабить своих соперников, несмотря на риск «самозаражения». По ходу он ещё обвинил ВОЗ в том, что она действует по приказу из Пекина.
Из-за бредней Трампа США серьёзно пострадали от пандемии, и единственная мировая супердержава теперь не может скрыть свою уязвимость и беспомощность. Более того, для всего остального мира Америка – временно – превратилась в изгоя. К невезению добавилась гневная риторика президента, который тем не менее сохранил поддержку базового электората. Пока его переизбрание в ноябре кажется вполне возможным, если экономика выдержит удар, несмотря на его стиль управления. Недавно вышел бестселлер неоконсерватора Джона Болтона. Это не памфлет, а большая, тщательно задокументированная книга. Что бы вы ни думали об идеологии автора (другой вопрос) важность книги очевидна. На сегодняшний день ясно одно: президентская кампания этого года беспрецедентна. Да и можно ли её называть кампанией? Джо Байден ещё может проснуться после пика эпидемии, но пока его стиль – бездействие, стратегия, более подходящая буддистским монахам. Под давлением левого крыла партии он также постепенно отступает от американских центристских традиций.
Именно этой традицией объяснялось единство американцев в прошлом. Я как-то представил Соединённые Штаты, как глазунью, плотно заполненная середина которой – это центр, края же скорее эксцентричны, что даёт возможность выпустить пар, а нонконформистам избежать уничтожения системой. Для тех, кто жил в Беркли среди хиппи в 1967–1968 гг., во время войны во Вьетнаме, много общался с белыми англосаксами-протестантами, эта картинка говорит о многом. Она позволяет понять святость Конституции и сплочённость вокруг президента перед лицом внешней угрозы. Но что происходит сейчас? Раскол из-за растущего неравенства? Главная угроза единственной супердержаве исходит изнутри, а не извне? Беспорядки после убийства Джорджа Флойда и невероятная реакция, включая разрушение памятников и пересмотр национальных постулатов, заставляет нас задавать эти вопросы. Я бы только добавил, что США не единственная страна, политические ритуалы которой разрушил коронавирус.
КНР была вынуждена перенести сессию Всекитайского собрания народных представителей, Россия – парад 9 мая и референдум по Конституции, Франция – второй тур муниципальных выборов. Также во Франции военный парад в День взятия Бастилии заменила трогательная церемония в честь медицинских работников. Но все эти примеры блекнут на фоне происходящего в Америке.
Кто бы ни стал президентом, это будут странные выборы. И эта странность не уменьшает их неопределённости.
А теперь несколько слов о сравнении 11 сентября с нынешней пандемией с экономической точки зрения. В 2001 г. были разрушены только башни-близнецы и часть Пентагона. Погибло несколько тысяч человек. Рынки быстро восстановились. С потрясением удалось справиться благодаря американскому патриотизму, который творит чудеса. Конечно, меры безопасности в аэропортах, общественных местах и так далее были тщательно пересмотрены. Кто-то, наверное, ещё помнит, что можно было улететь из Вашингтона в Нью-Йорк без предварительной регистрации. Просто бросить сумку на багажную ленту и пройти на посадку. Нужно было только проверить наличие мест. После 11 сентября изменилась не экономика и даже не экономика авиакомпаний, которые продолжили стабильный рост. Реальные изменения касались социальной сферы – ограничения свобод. Мы вернёмся к этой теме позже.
Экономические вызовы, обусловленные COVID-19, кардинально отличаются от ситуации после 11 сентября. Пока мы можем говорить только в общем, потому что пандемия продолжается, особенно на американском континенте. И ещё хотелось бы отметить один факт касательно кризиса 2007–2008 гг.: структурный ущерб от нынешних событий будет гораздо выше, даже в США. Более того, масштабы невозможно оценить, пока пандемия не прекратится.
COVID-19 как катализатор и фактор долгосрочного воздействия
Большинство аналитиков согласны, что пандемия стала катализатором трендов во всех сферах, можно даже сказать, обнажила их. В экономике компании, уже испытывавшие трудности – например, ритейлеры, пойдут ко дну быстрее. Везде под влиянием национализма будут сокращаться и диверсифицироваться цепочки поставок из-за политических рисков и угрозы срывов поставок. Некоторые виды деятельности будут перенесены на побережье (преимущество для стран Восточной и Южной Европы). Произойдёт отказ от поставок по принципу «точно в срок». Кроме того, можно ожидать дальнейшего спада международных и даже национальных авиаперевозок, а также увеличения видеоконференций, к которым компании привыкли за время локдауна.
Вероятна большая политизация мировой экономики, то есть более тесная корреляция между геополитикой, геостратегией и геоэкономикой, что заметно уже сейчас. Государства будут открыто защищать компании, которые считают «стратегическими», или по крайней мере критические точки их деятельности. Пострадает законодательство о защите конкуренции. Возможна гонка за субсидиями между Boeing и Airbus, а на заднем плане уже будут маячить китайские авиастроители. Это очень чувствительный вопрос, потому что в авиаотрасли трёхсторонняя олигополия нежизнеспособна. В результате возникнет дуополия. Хотя сейчас трудно представить, что такая страна, как Китай, откажется от индустриальных амбиций или что Boeing, ослабленный до коронавируса из-за катастрофы B737 Max, позволит Airbus себя купить. В любом случае прямые инвестиции и перемещение людей сократятся.
Вернусь к исключительно медицинскому аспекту первых месяцев кризиса. Наименее подготовленные страны вдруг обнаружили, насколько они зависимы от поставок масок, медицинского оборудования, таких препаратов, как парацетамол, и веществ, используемых в анестезии. Государства, даже союзники, готовы были перегрызть друг другу глотки за поставки медицинских товаров. Либеральные экономисты и подумать не могли о таком сценарии, если речь не шла о стратегических запасах.
Экономика и управление обществом
Кризис обнажил и другие проблемы, которыми не следует пренебрегать. Некоторые страны решили тратить деньги, не задумываясь о стоимости поспешных мер. Как выразился президент Франции Эммануэль Макрон, «за любую цену». Статистика показывает, что тяжелобольные пациенты с коронавирусной инфекцией имеют осложнения, обусловленные образом жизни, что в итоге ложится на плечи общества. Несмотря на табу, страховщики рано или поздно поднимут вопрос: какую ответственность общество готово брать за своих членов, не претендуя на контроль над ними? При этом в Азии уже действуют механизмы отслеживания — наиболее жёсткие в Китае. Сама постановка вопросов, предполагающих моральные риски, вызовет гнев тех, кто утверждает, что жизнь бесценна, и якобы не знает, что она имеет стоимость. Иными словами, пандемия COVID-19, скорее всего, вызовет дебаты об экономике здравоохранения, в которых этика и политика по-прежнему будут играть значимую, но не ведущую роль.
Этим воздействие пандемии не исчерпывается. Возможен возврат к прежней форме международной экономики, где происходит обмен товарами, но ограничено перемещение факторов производства (капитала и трудовых ресурсов в классической терминологии). Именно поэтому ВТО, в 1995 г. пришедшая на смену ГАТТ (Генеральному соглашению по тарифам и торговле), называется Всемирной торговой организацией, а не Всемирной организацией экономического обмена. Во многих странах происходящие сейчас изменения приведут к временной безработице, которая будет выше и продлится дольше, чем ожидалось до пандемии.
Беспрецедентный объём денег закачивается в экономику, поскольку «нетрадиционная» политика, проводимая центробанками после кризиса 2007–2008 гг., не дала негативных результатов (инфляции). Это позволило избежать худшего – цепной реакции банкротств структурно значимых компаний, а также главного кошмара – схлопывания глобальной экономики, которая могла рухнуть как карточный домик, как это произошло в России в 1990-е гг., но уже в планетарном масштабе. Страшно представить, что могло произойти дальше. Центробанки вновь отреагировали адекватно, но даже грамотные действия имеют обратную сторону. В данном случае это взрыв государственных долгов.
Беспрецедентность нынешнего кризиса в его одновременности по всему миру. Плюс тот факт, что он случился после достаточно длительного периода стабильных цен, которые поддерживались благодаря повышению конкурентного давления в развитых странах, особенно по зарплатам, учитывая открытие трудовых ресурсов развивающихся экономик. Даже при частичной деглобализации реальная инфляция или стагфляция, о нежелательных эффектах которой жители Западной (или скорее Юго-Западной) Европы забыли, может вновь вернуться в западные страны. В остальном мире социально-политические проблемы продолжат нарастать. С точки зрения Европы, особое внимание нужно уделить Африке, которой пока удаётся противостоять вирусу, но она страдает от экономических последствий пандемии. Строить математические модели на бумаге просто – создаётся иллюзия жизнеспособности экономики при вечно растущем госдолге, и некоторые неокейнсианцы не отказывают себе в этом удовольствии.
Структурная экономическая политика государств должна внушать достаточно доверия, чтобы позволить им себя рефинансировать с помощью межгосударственных трансферов, оправданных политическими причинами, или с помощью заимствования на финансовых рынках. Если доверие исчезнет, восстановить его будет очень трудно. Для чистоты анализа нужно различать внутренний и внешний долг.
Чтобы преодолеть постковидный период, потребуется более инновационное международное экономическое сотрудничество. А для этого нужно участие всех крупных государств, добиться которого будет непросто.
Тут мы возвращаемся к вопросу глобального управления, который стоял на повестке дня задолго до пандемии из-за колоссальной потери доверия в сочетании с беспечностью и самоуверенностью мировых лидеров, начиная, к сожалению, с главы самого мощного государства, который, казалось бы, должен подавать пример. Постоянные оскорбления, вульгарность, поиск козлов отпущения – часть привычного арсенала популистов. Нельзя также отрицать, что развитие соцсетей способствовало распространению оскорблений, информационных фальшивок и возврату к законам джунглей, где благородный дикарь Руссо чувствовал бы себя неуместно.
Но если международные отношения превратились в кулачный бой, где эмоции (или воля – по выражению Паскаля и Августина) преобладают над разумом в период, когда сотрудничество необходимо как никогда, риск Третьей мировой войны становится более отчётливым.
Как сбалансировать свободу и безопасность?
Эту часть «Перспектив» я бы хотел закончить несколькими фразами о гражданских свободах. Не углубляясь в историю (здесь я имею в виду XX век), можно сказать, что первый удар был нанесен терактами 11 сентября и – в более широком смысле – распространением исламского терроризма. Вопрос, как найти правильный баланс между свободой и безопасностью, в демократических странах возникает практически каждый день. В каждой по-своему. Американцы считают ношение огнестрельного оружия фундаментальным правом, для французов это неприемлемо. Со временем на фоне постоянной цифровой революции, внедрения искусственного интеллекта и использования больших данных те, кто особенно заботится о гражданских свободах, де-факто становятся объектами масштабной, широко распространенной слежки. Добропорядочные будут только приветствовать, если целью станет борьба с уклонением от налогов. Но если это будут делать для слежения за всеми передвижениями и образом жизни людей в случае медицинского кризиса, чтобы разрешить или запретить им доступ к медпомощи, возникнет сопротивление. Как далеко авторитарные, но демократические государства могут зайти в контроле за своими гражданами?
Нравится нам это или нет, но эти острые вопросы возникают не из-за 11 сентября или пандемии. Дело в прогрессе технологий и конкуренции технологических лидеров. Усложнение мира в отсутствии адекватного управления спровоцирует появление фальшивых «чёрных лебедей». Я часто говорю о риске цифровой пандемии. В любом случае в масштабах истории такие события, как финансовые кризисы, теракты 11 сентября и COVID-19, могут быть не только причиной, но и следствием изменений в мире.
Задуматься о геополитике и геоэкономике
В средне- и долгосрочной перспективе пандемия раскроет уже наметившиеся тренды во многих сферах. В первую очередь это касается эволюции международной системы в целом. В прошлогодних «Перспективах» (июль 2019) я особо подчеркивал идею о том, что соперничество Китая и США станет структурным феноменом ближайших десятилетий. Феноменом, который можно анализировать как конфронтацию двух противников. Французский институт международных отношений (IFRI) выбрал эту тему для 40-й конференции в Сорбонне 10 апреля 2019 года. Тогда (так близко и так давно) подобный взгляд на мире ещё не стал банальным. Обострение торговых войн, жёсткая риторика сторон и конспирологические теории вокруг китайского вируса, ухудшение ситуации в Гонконге и агрессивные заявления Пекина делают наши тогдашние суждения очевидными. Есть понимание, что в соперничестве двух супердержав нового мира контроль над информационными и коммуникационными технологиями, включая 5G, станет решающим фактором.
Поэтому в войне слов, значение которой в истории человечества нельзя недооценивать, всё чаще звучит не только «геополитика», но и «геоэкономика». Чем ближе к центру силы, тем больше они переплетаются. Цифровая власть предполагает контроль над составляющими технологий – программным обеспечением и оборудованием или, по крайней мере, над критически важными точками – соединениями в системе, что должно помочь государству избежать зависимости от внешних сил. Для государств это означает очень тесное взаимодействие правительства и индустрии. В 1960-е гг. много говорили о военно-промышленном комплексе. Сегодня это выражение кажется ограниченным, если не включает цифровые возможности в самом широком смысле, потому что в итоге тот, кто доминирует в технологиях, будет доминировать во всём мире. Поэтому сейчас нужно говорить о военно-цифровом промышленном комплексе, который должен обеспечивать неявные связи между крупными государственными и частными поставщиками и покупателями инструментов технологической силы. Совершенно очевидно, что такой комплекс существует в Китае и он абсолютно непроницаем для посторонних как знаменитый Запретный город. В США он тоже есть и скрыт за якобы прозрачным экраном. Другие страны, в том числе Россия и Израиль, расширяют свои возможности, создавая военно-цифровые комплексы на разных уровнях. С точки зрения мировой иерархии сил – чем слабее политическая составляющая, тем меньше вероятность появления военно-цифрового или военно-цифрового промышленного комплекса.
С этим вызовом нужно справиться Евросоюзу, чтобы обеспечить своё политическое присутствие в мире, где доминируют Вашингтон и Пекин, и не превратиться в поле битвы двух противников. Прежде чем закончить эту часть, хотелось бы проиллюстрировать роль COVID-19 как катализатора в двух взаимосвязанных реальностях. Первый пример – ужесточение властями Китая контроля за населением для борьбы с эпидемией. Пекин – и это вторая реальность – уже активно следит за гражданами, которые получают баллы за своё поведение (от количества баллов, разумеется, проистекают различные последствия). Демократические государства должны задать себе два вопроса: до какой степени общество может терпеть контроль, учитывая идеи свободы, и при приемлемом уровне контроля – до какой степени оно может зависеть от внешнего мира?
Вторая реальность вынуждает вернуться к классической геополитике. Гонконг находится в неспокойном состоянии уже год. Ситуацию можно сравнить с другими антисистемными движениями, как «Жёлтые жилеты» во Франции, «Хирак» в Алжире, протесты в Ираке и продолжающаяся мобилизация в Ливане. У них разные цели, но всех объединяет одно – цифровые технологии (соцсети с одной стороны и полицейский контроль с другой). В любом случае «Жёлтые жилеты» так и не вернулись в топы новостей после демонстраций против пенсионной реформы и особенно пандемии. В Алжире вирус также ослабил протесты, хотя движение «Хирак» добилось отставки президента Абделя Азиза Бутефлики, но новая система пока очень напоминает старую. Ливан находится на грани краха. Система серьёзно поражена, но пока не рухнула. «Хизбалла» выжидает. В Гонконге ситуация иная. КНР не отступит по целому ряду причин. 2047 год – дедлайн по передаче бывшей британской колонии – далеко, но он неизбежно наступит, и никто не хочет воевать с Китаем из-за нарушения соглашения 1997 года. Экономическая элита Гонконга уже давно присягнула Пекину, и мощь региона постепенно снижается, в то время как Шэньчжэнь и Шанхай наращивают обороты. Кроме того, центральное правительство обладает возможностями, чтобы контролировать всё население специального автономного района – так жёстко, как посчитает нужным. Да, за репрессии придётся заплатить высокую цену. Пекин заботится о своём имидже и не приветствует такие шаги, как предоставление британского гражданства жителям Гонконга или экономические санкции. Но в руководстве КНР понимают, что цена будет гораздо выше, если Пекин отступит, потому что тогда он потеряет Тайвань.
Мы должны быть готовы к жёсткому соперничеству США и Китая, которое повлечёт за собой частичную деглобализацию, а в рамках НАТО – к увеличению давления Вашингтона на европейцев, чтобы перетянуть их на свою сторону.
Некоторые попытаются найти баланс, склоняясь, как сказал бы Дэн Сяопин, на 70% в сторону Америки и на 30% в сторону Китая. Но это, конечно, фигуральное выражение.
Евросоюз становится геополитическим?
Тут мы переходим к ЕС. За прошедший год (с моих прошлых «Перспектив») мы увидели ряд ярких событий. После парламентских выборов в конце мая 2019 г., которые оказались не такими катастрофичными, как ожидалось, и трудных переговоров новый состав Еврокомиссии приступил к работе 1 декабря. В неё вошли значимые фигуры: председатель Урсула фон дер Ляйен, вице-председатель по цифровым вопросам Маргрет Вестагер, верховный представитель по внешней политике и обороне Жозеп Боррель и комиссар по внутренним рынкам Тьерри Бретон. Новая Еврокомиссия, которая, по мнению председателя, должна быть «геополитической», осознаёт быстрые и глубинные изменения в мире и понимает, что Европа больше не может прятаться под американским зонтом. Боррель выступает за стратегическую автономию. И все они признают значимость общих индустриальных проектов (прежде всего в цифровых технологиях) и необходимость защищать стратегические сектора, особенно от китайского проникновения. Однако пандемия коронавируса разразилась спустя всего три месяца после начала работы новой Еврокомиссии, добавив ещё один кризис к пережитым ЕС за последние десять лет: кризис в еврозоне, кризис с беженцами и Brexit. И каждый раз оказывается, что король голый – теперь выяснилось, что у Еврокомиссии нет серьёзных полномочий в сфере здравоохранения (кто слышал заявления комиссара, теоретически ответственного за здравоохранение, гречанки Стеллы Кириакидес?). Именно поэтому Италия почувствовала себя брошенной.
В истории Евросоюза трудности часто (хотя медленно) ведут к прогрессу. Ангела Меркель умело обошла постановление Конституционного суда по политике ЕЦБ, которое могло стать губительным, и договорилась с Эммануэлем Макроном о пакете мер (их ещё нужно реализовать) на общую сумму 750 млрд евро, которые должны ускорить экономическое восстановление стран, наиболее пострадавших от кризиса. Как обычно, это южные члены ЕС. С привычным прагматизмом канцлер, аура которой достигла пика к концу четвёртого срока, заявила, что коллапс Европы не в интересах Германии. Европа не распадётся, пока другие члены блока будут на это согласны. А это значит, что на континенте у Британии не будет последователей.
Невозможно говорить о стратегической автономии, не упомянув НАТО. 7 ноября 2019 года в интервью The Economist Макрон заявил, что Североатлантический альянс переживает «смерть мозга». Я убеждён, что после распада СССР НАТО утратила своё значение. США используют блок, чтобы структурировать свое доминирование в Европе, где, однако, есть свои нюансы. Страны Восточной Европы, вступившие в Европейский союз, ещё не излечились от травм межвоенного периода и советского режима. После окончания холодной войны они пережили массовый отъезд граждан. В некоторых расцвёл популизм. И все рассматривают НАТО как гарантию защиты от России, хотя венгерский премьер Виктор Орбан выступает за некий баланс в отношениях с Москвой. Болезненные воспоминания и страхи стран Восточной Европы – проблема ЕС. Для Германии, которая восстала из руин после 1945 г. благодаря Соединённым Штатам, НАТО остаётся краеугольным камнем. Для Британии после Brexit это надежда на особые отношения в будущем. Для Франции, которая три четверти века балансирует между атлантизмом и голлизмом, НАТО – это якорь в отсутствие «европейской силы» или меньшее из зол, на которое она готова пойти. В любом случае идеология играет для европейцев существенную роль: убеждение, что США являются защитников демократии, по-прежнему широко распространено.
Но определённость в этом вопросе разрушает Дональд Трамп. Конфликты из-за пандемии напомнили о пределах солидарности альянса. Главная проблема в том, что помимо пресловутых «западных ценностей» ни у членов НАТО, ни у членов ЕС нет общего представления об интересах, которые нужно защищать. После распада Советского Союза европейцы так и не смогли предложить общий проект с учётом России. Нет и проекта по Китаю (отсюда группа «16+1»). Без общих интересов и европейской идентичности альянс не имеет смысла и сводится к отношениям гегемона с вассалами. Никто не знает, какой будет политика Лондона на континенте после Brexit. Германия продолжает избегать антагонизма с США, что не мешает ей, как и в период холодной войны, поддерживать отношения с Россией и Восточной Европой. Канцлер Меркель вновь демонстрирует приверженность европейской архитектуре. Но в дальнейшем, если экономическое превосходство Германии продолжит расти, увеличится и её геополитическая свобода. Тогда Германия, а не ЕС приобретет стратегическую автономию.
Немцы много делают и мало говорят, у французов всё наоборот. Наше пространство для манёвра сокращается, как и наше влияние на южную часть Европы. Ядерное оружие и место в Совбезе ООН не позволит нам бесконечно поддерживать имидж. В XXI веке ключ к власти – экономика в целом и цифровые технологии – в частности. Недавний инцидент в Ливии между Францией и Турцией, влиятельным членом НАТО с новейшим вооружением, демонстрирует абсурдность того, во что превратился альянс. В суровом мире, где Америка отдаляется от Европы, чтобы защищать собственные интересы, Евросоюз уже не может медлить с мотивацией, потому что скрепляющий его цемент ещё не засох и распределён неравномерно. В ближне- и среднесрочной перспективе ещё будут действовать рефлексии холодной войны, но потом все ставки сгорят.
Сбросить идеологические шоры
Я неоднократно говорил об идеологических конфликтах в современном мире. Было бы неверно сводить их к бинарным противостояниям между «западными демократиями» и «путинским режимом» или «диктатурами» Си Цзиньпина, Ким Чен Ына и Мадуро, «популизмом Болсонару» и так далее. Наш мозг не любит сложности и склонен мыслить бинарными категориями, как добро и зло, правда и ложь, красота и уродство. Я ни в коем случае не оспариваю их релевантность с философской точки зрения. Но философия и реальность – не одно и то же.
Возьмём пример Индии, которую постоянно называют крупнейшей демократией мира. Политолог Кристоф Жаффрело опубликовал книгу об Индии при Моди. В ней от называет эту страну «этнической демократией», эту удивительную концепцию предложили политологи, изучающие Израиль. Жаффрело рассказывает, как Нарендра Моди поднялся со «стартовой площадки» в штате Гуджарат при содействии талантливого организатора Амита Шаха и использовал агрессивный национализм и поддержку бизнеса (например, Reliance Мукеша Амбани), чтобы превратить плюралистичную Индию в нацию индусов (хинду раштра составляют 80% населения страны). Он методично атаковал мусульман (около 13% населения), а затем обратил внимание на меньшинства, включая христиан (чуть более 2%). Чтобы добиться своих целей, нынешний премьер-министр «крупнейшей демократии мира» использовал политику страха, основанную на разоблачении чужака (мусульман). Себя он позиционирует как лидера, обеспечившего экономический рост (который ещё предстоит увидеть, поскольку коронавирус нанёс по субконтиненту мощный удар). Многие индийские общественные деятели утверждают, что страна абсорбирует любые попытки трансформировать природу субконтинента. Не буду комментировать эти заявления, отмечу лишь необходимость вникать в нюансы.
Другой один интересный пример – Россия. Владимир Путин получил поддержку на референдуме по Конституции, который пришлось перенести из-за пандемии. Да, его популярность упала по сравнению с 2014 г., когда был присоединён Крым, но остаётся достаточно высокой. Добавлю, что, хотя политический режим в России очевидно является авторитарным, любой человек, знающий страну, скажет, что называть её диктатурой странно, особенно на фоне других примеров. Россия противостоит коронавирусу не хуже западных стран. И неплохо справляется экономически, в том числе благодаря соглашению с США и ОПЕК по ценам на нефть, которые рухнули в начале марта, когда Россия и Саудовская Аравия не смогли договориться об объёмах добычи.
Если мы не хотим деградации международной системы, нужно пытаться воспринимать другие страны с эмпатией, в позитивном свете. Например, конституционные поправки дают возможность Путину оставаться у власти до 2036 г., но это можно интерпретировать не как его стремление держаться за власть до 84 лет, а как пространство для манёвра, чтобы защитить себя и подготовить преемника к нужному моменту. Полагаю, что этими же мотивами руководствовался Китай, инициируя конституционную реформу.
С западной и особенно европейской точки зрения (американцы прежде всего прагматичны) мы всегда возвращаемся к той же точке: если мы и дальше будем строить внешнюю политику на обращении в свою идеологию, нас ждут проблемы. Из-за отсутствия реалистичного, объективного взгляда на мир после распада СССР мы подтолкнули Россию и Иран в объятия Китая. Как я уже подчеркивал, Европа не может определить свои интересы, не говоря уже о том, чтобы их защитить на флангах (концепция одновременно является геополитической, геостратегической и геоэкономической) – не только на востоке, но и на юге, в Африке и на Ближнем Востоке. Но это еще не всё. Мы живём в новое время, когда некоторые недемократические в западном понимании государства выглядят более эффективно, чем сами западные демократии. Если мы продолжим воспринимать их как нацистскую Германию, империалистическую Японию или Советский Союз, мы неминуемо упадём в пропасть.
Заканчивая разговор о Европе, добавлю несколько слов о Ближнем Востоке (не так много, учитывая значимость темы). Главные игроки региона, который ещё де Голль называл «сложным», – это Саудовская Аравия, ОАЭ, Египет и Израиль, с одной стороны, и Турция и Катар, с другой. Они ничем не обязаны европейскому политическому инжинирингу. Первая группа задействована в политике США по Ирану, вторая, которую американцы активно не порицают, строится на амбициозных идеях Эрдогана и опирается на «Братьев-мусульман». Европейцы мечутся между двумя группами и при этом упрекают Трампа в односторонних действиях по Ирану. В то же время им нужна Турция, которая шантажирует их беженцами, а недавно спровоцировала скандал, превратив Айя-Софию в мечеть. Катар нужен европейцам, потому что богат. Европа не одобряет перенос столицы Израиля в Иерусалим и поддержанный Трампом план Нетаньяху по аннексии оккупированных палестинских территорий, что противоречит нормам международного права и всем предыдущим договорённостям. Но молчит или высказывается сдержанно. После хаоса в Ливии, который европейцы сами и спровоцировали – ломать проще, чем строить – Европа действует двойственно, потому что не она раздает карты. Пользуясь этим, Эрдоган устремил свои взгляды на Триполи, что вызвало недовольство Эмиратов, ключевого партнера альянса против Тегерана (но в первую очередь альянс направлен на сдерживание политического исламизма). А в это время Россия делает что хочет или – скорее – что может. В соперничестве с Турцией она хочет закрепиться в Ливии. В Сирии она уже добилась больших успехов, как и Турция, воспользовавшись отсутствием единства на Западе. Даже специалисту трудно во всем этом разобраться. Хочу лишь подчеркнуть, что, когда речь заходит о ключевых темах, как Россия или Ближний Восток, отсутствие единой внешней политики ЕС становится очевидным.
Идея Урсулы фон дер Ляйен о «геополитической» Еврокомиссии – благое намерение. Может быть, ей вместе с главой Евросовета Шарлем Мишелем и верховным представителем по внешней политике Жозепом Боррелем и при поддержке лидеров стран-членов удастся возродить надежды Европы. Но сначала нужно заняться экономикой, которая серьёзно пострадала от пандемии. Коронавирус ещё больше усилил страхи тысячелетия, о которых я говорил в прошлогодних «Перспективах». Третье тысячелетие начинается непросто.
Глава Генштаба ВС Ирана предостерег государства региона от развертывания войск Израиля
Начальник штаба Вооруженных сил Ирана генерал-майор Мохаммад Хоссейн Багери предупредил арабские государства региона, которые нормализовали отношения с Израилем, о том, что они должны учитывать любые проблемы безопасности, создаваемые сионистами в регионе.
«Если сионисты будут размещены в регионе и произойдет что-то, что нанесет хотя бы минимальный ущерб нашей национальной безопасности и обороне, мы будем рассматривать эти страны (которые нормализовали отношения с Израилем) в качестве поставщиков баз для врага и будем рассматривать их как врагов», - сказал генерал Багери в субботу вечером в интервью государственному телевидению.
Он также подчеркнул нестабильное положение Израиля и его премьер-министра Биньямина Нетаньяху после нескольких месяцев демонстраций протеста и сказал: «Сегодня, если США прекратят поддержку сионистского режима, этот режим рухнет».
В соответствующих комментариях в августе генерал Багери осудил компромиссную сделку ОАЭ с Израилем, как акт государственной измены, который заставит Тегеран начать коренной пересмотр своих отношений с Абу-Даби, и предупредил, что при малейшей угрозе национальной безопасности Ирана в Персидском заливе, будет винить в этом ОАЭ.
«К сожалению, ОАЭ достигли соглашения о нормализации отношений с израильским режимом, убивающим детей, - сказал Бакери, предупреждая. - Мы считаем любую напряженность в регионе следствием этого шага».
«Иран не потерпит ни инцидентов в Персидском заливе, ни каких-либо угроз его безопасности», - сказал генерал.
«Для ОАЭ, как арабской и мусульманской страны, неприемлемо устанавливать связи с режимом, нарушившим первую мусульманскую киблу и вытеснившим, убившим и заключившим в тюрьму палестинский народ», - добавил он.
Генерал-майор Багери подчеркнул: «Несомненно, подход иранского народа к этому соседнему государству [ОАЭ] кардинально изменится, и Вооруженные силы Исламской Республики также будут иметь дело с этой страной с другими расчетами».
«ОАЭ лучше пересмотреть это решение, пока не стало слишком поздно, и сойти с пути, который подрывает их собственную безопасность и безопасность региона», - повторил командующий.
Президент США Дональд Трамп написал в Твиттере новость о нормализации отношений между Израилем и Бахрейном в начале этого месяца после того, как он поговорил по телефону с королем Бахрейна Хамадом бин Иса Аль Халифой и премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху.
После объявления в Белом доме, палестинские официальные лица осудили сделку о нормализации отношений между Израилем и Бахрейном, объявленную президентом США Дональдом Трампом, как еще один «удар в спину» со стороны арабского государства.
Договоренность о нормализации дипломатических отношений между Израилем и Бахрейном была достигнута через месяц после того, как Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) согласились нормализовать отношения с Израилем в рамках сделки при посредничестве США.
13 августа президент Трамп объявил о сделке, заключенной при посредничестве его правительства между Израилем и ОАЭ, которая, по его словам, приведет к полной нормализации отношений между ними.
Критики рассматривают сделку, как последнюю попытку Трампа спасти свою президентскую кампанию против демократа Джо Байдена.
Есть газовая организация
Соглашение о создании межправительственной газовой организации подписали шесть средиземноморских стран, входящие в Газовый форум Восточного Средиземноморья, сообщает Reuters, ссылаясь на заявление форума. Документ подписали представители Египта, Израиля, Греции, Кипра, Италии и Иордании — стран, конкурирующих с Турцией и Ливией за нефтегазовые ресурсы в Восточном Средиземноморье.
Израиль в рамках сотрудничества, достигнутого на форуме, экспортирует газ в Иорданию и Египет на сумму около $30 млрд, сообщил министр энергетики Израиля Юваль Штайниц в Twitter. Палестина, отметили страны форума, также была представлена на форуме. Франция подала заявление о вступлении, а ЕС и США попросили статус наблюдателя в организации.
О формировании Газового форума Восточного Средиземноморья, напоминает «Коммерсант», было объявлено в январе 2019 года. Турция и Ливия, оставшиеся за рамками форума, в ноябре того же года подписали меморандум о взаимопонимании по разграничению морских зон. Коалиции формируются для разделения средиземноморских нефтегазовых месторождений. Турция претендует на часть спорных участков шельфа, отмечает газета.
Как ранее отмечал для «НиК» независимый эксперт Вячеслав Мищенко, подписанное в этом году соглашение о демаркации границ морской экономической зоны Ливии и Турции привело к тому, что две страны полностью перекрыли всю прибрежную территорию в Восточном Средиземноморье. «В такой ситуации невозможно безопасно проложить ни один трубопровод в регионе, например, для поставок газа из месторождений „Левиафан“ или „Афродита“ (шельф Кипра). И вполне очевидно, что в этом положении президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган будет и дальше активно поддерживать правительство Сараджа», — отметил эксперт.
![Главное](/images/star.png)
Мифы и фейки Древнего мира
Исторические вымыслы и провокации переместились в интернет
Текст: Мария Агранович, Елена Новоселова
В интернете пережевывается свежая "утка": якобы в новом российском учебнике по истории Древнего мира подробно доказывается, что до 1250 года до нашей эры Иерусалим был русским городом, который израильтяне потом отвоевали у русских. Каково? "Новость" разлетается по Сети быстрее света. Не только в России, но и в Израиле ее штампуют направо и налево.
На поверку оказалось: это насквозь прогнивший фейк, провокационная подделка, которая бродит по интернету аж с 2015 года. Но мало кто полезет искать "ноги", когда ему покажут скан не только обложки "учебника", но и его страниц, где черным по белому, правда, очень размытыми буквами, написано следующее: "1250 год до нашей эры. Завоевание иудеями древнерусского города "Русска Оселя" (основанного воеводой Кияном). И переименование его в Иерусалим". Шах и мат.
Но постойте. На обложке, тоже, кстати, размытой, "Древний мир, 6-й класс". Любой учитель истории слету скажет вам: Древний мир всегда изучали в 5-м классе. Кроме того, фото обложки и страниц настолько нечеткие, что невозможно определить ни издательство, ни авторов. Слепить такую обложку для нечеткой фотографии минут за пять - десять сможет в простеньком редакторе любой семиклассник.
Так был ли учебник? Разбираемся с учителем истории, заместителем директора московской школы N 548 Андреем Ивановым.
- Первое и явное доказательство того, что с "учебником" что-то не так, - отсутствие любой информации об авторах, издательстве, и о том, в каком году учебник был рекомендован Минпросвещения для использования в школах. А без этой рекомендации ни один учебник не может попасть в классы, - говорит Андрей Владимирович. - Отсутствие этих ключевых признаков наводит на мысль: автор специально не дает этой информации для введения читателей в заблуждение.
Для справки: все учебники, которые были допущены в школы в прошлом или допущены сейчас, можно посмотреть на сайте https://fpu.edu.ru. Это страница официального Федерального перечня учебников, и любой гражданин любой страны может найти там все допущенные учебники с 2014 года по настоящее время.
- Несмотря на то что я хорошо знаю содержание рекомендованных отечественных учебников по истории, не поленился просмотреть в школьной библиотеке разные учебники за 6-й класс, - продолжает педагог. - Такого откровенного мракобесия, о котором пишет автор материала, в используемых школой учебниках, конечно же, нет.
Ни один академический ученый или квалифицированный учитель истории не стал бы даже рассматривать такие данные в качестве учебного материала.
- В историческом процессе это называется "борьба за умы", - предупреждает учитель. - Лучшее средство для соблюдения "исторической гигиены" в подобных случаях - хорошее знание реальных исторических фактов, критический ум, способность анализировать и умение распознавать достоверную и искаженную информацию. Этому мои коллеги - учителя истории, и учат сегодня ребят.
Взгляд
"Конец истории" ушел в Сеть
Как используются сети, чтобы фальсифицировать историю? Кому выгодны фейки о прошлом? Как с ними бороться? На эти вопросы "РГ" отвечает старший научный сотрудник Института всеобщей истории РАН Дмитрий Суржик. Сфера его научных интересов: вопросы идеологического противостояния (пропаганда, публичная дипломатия, "мягкая сила").
Дмитрий Викторович, фальсификация истории через Сеть - явление, которое в последние годы расцвело буйным цветом. Кто этим занимается и зачем?
Дмитрий Суржик: Фальсификация - это давняя история. Единственное, что изменилось, это каналы распространения фейков. Раньше исторические вымыслы жили в книгах, памфлетах, все мы знаем, какая информационная война развернулась в России в связи с Ливонской войной. Сейчас фейки переместились в интернет, имеют иногда миллионную аудиторию, и это, безусловно, нужно изучать. Для чего придумывают фейки? Все по Оруэллу: кто контролирует настоящее, определяет прошлое, а кто определяет прошлое, контролирует будущее.
Поэтому история (или, лучше сказать, исторические сюжеты) довольно часто используются для оправдания каких-либо действий в настоящем. Российский профессор Мария Станиславовна Бобкова ввела в оборот термин "историоописание", который включает в себя самые разные жанры повествования о прошлом: научный, художественный (исторические романы), мифы, легенды… И у каждого из них своя цель.
Если у науки - это приращение научного объективного знания о прошлом, то у исторических мифов, которые создаются в конкретной исторической обстановке, получение каких-то дивидендов теми, кто запустил фейк.
Как вам кажется, почему историческая тематика именно сегодня так привлекает нечистых на руку политиков, экстремистов или даже сумасшедших в Сети? Интернет полон бреда о прошлом, который нормальные люди с удовольствием "перепощивают"…
Дмитрий Суржик: Если говорить серьезно и глубоко, то мы имеем дело с общемировой тенденцией. Пока шла "холодная война" и существовало соревнование двух систем, были две программы развития человечества, устремленные в будущее. Сейчас "холодная война" не то чтобы закончилась, а перешла в новое качество: "большая игра не закончится никогда", и я здесь согласен с известными строками Киплинга. Но после того, как коммунистическая идея потерпела крах в своем государственном воплощении, оказалось, что капитализму не нужно теперь слишком задумываться о будущем, он уже доказал свою правоту тем, что его противник погиб, и значит, больше строить и развивать программы на будущее нет никакого смысла. Можно жить настоящим. Именно здесь и начался "конец истории".
К тому же во второй половине 90-х за счет компьютерных технологий в западном мире повышается благосостояние людей, а Североатлантическая система благополучно поглощает Восточную Европу, перекраивает ее под себя, извлекая из этого дивиденды. Все это привело к тому, что футуристика стала немодной и неинтересной. Все! Будущего нет! Мы живем в прекрасном настоящем.
Но когда Россия начала немного сопротивляться этому движению Североатлантического альянса на восток, стали актуализироваться исторические сюжеты. Это произошло еще и потому, что в ряде стран пришли к власти откровенно правые популистские силы. Вопросы прошлого стали педалироваться и в постсоветских государствах. Там у власти оказались выразители интересов досоветских элит, свершилась реституция имущества, и теперь потребовалось закрепить законодательно и идеологически этот новый режим. Поэтому в этих странах, в частности в Прибалтике, чаще стали обращаться к прошлому и выдвигать правопреемнице СССР - России самые фантастические претензии. К слову, сейчас в условиях затянувшегося с 2008 года экономического, общественного и политического международного кризиса этим легче объяснить внутренней аудитории неудачи своих стран.
Понятно, что на этом фоне привнесением сюжетов о прошлом в общественный дискурс стали все чаще пользоваться и общественные силы, в том числе и не вполне вменяемые и адекватные. Вполне законное стадное чувство и самому что-то сказать насчет истории!
Не припомните ли фейк, который повлиял бы на взаимоотношения между странами?
Дмитрий Суржик: Их полно, но я специализируюсь на новейшей истории, поэтому скажу о самом свежем. Польша предъявила претензии к диспетчерам аэропорта Смоленск Северный касательно событий 2010 года, когда разбился ТУ-154 с польской политической и военной элитой на борту… Безусловно, эта история осложняет развитие наших с Польшей отношений. Но та катастрофа была вызвана чисто волюнтаристским решением с польской стороны. Между тем, именно когда это случилось, Россия сделала максимум для нормализации отношений. Тогда Росархивом был рассекречен Пакет № 1: документы, связанные с катынским расстрелом. Катынь до сих пор присутствует в польском общественно-политическом дискурсе. И Госдума РФ выступила с заявлением о признании Катынского расстрела преступлением советского НКВД. Российская сторона сделала все, чтобы помочь полякам изжить эту травму. Но им, видимо, это не очень нужно. Польше нужен какой-то жупел, чтобы постоянно в него какие-то исторические дротики кидать.
Дело в том, что мифы или фейки, которые сейчас взяты в некоторых государствах на вооружение политическими элитами, способствуют идейной мобилизации их народов. Доходит до того, что прославление эсэсовцев и так называемых национальных партизан приобретает такие уродливые формы, что детей в младших классах заставляют проводить уроки мужества в униформе СС.
Сюжеты о прошлом стали активно использоваться во внутриполитической, а затем и международной дискуссии. Как известно, нельзя жить только одним прошлым, а тем более - обидами из прошлого. Нельзя жить вопреки географии и элементарному здравому смыслу. Ведь тот, кто поворачивается лицом к прошлому, становится спиной к своему будущему.
Официально
В пресс-службе Минпросвещения "РГ" сообщили: "Таких текстов не может быть ни в науке, ни в школе. К тому же указан 6-й класс, а Древний мир изучался всегда и сейчас тоже в 5-м классе".
Компетентно
Специально для тех, кто уже несколько лет "расшаривает" "информацию" о том, как в 1250 году до нашей эры иудеи завоевали русский город "Русска Оселя" и переименовали его в Иерусалим, мы обратились к специалистам.
Борис Морозов, ответственный секретарь совместной российско-израильской комиссии историков (Тель-Авивский университет):
- Я никогда не слышал о таком бреде и с трудом представляю себе возможность его комментировать. Широкое внедрение интернета крайне способствовало переходу в него самых разнообразных экстремистов, графоманов и просто нездоровых людей.
Тимофей Гимон, ведущий научный сотрудник Центра Восточной Европы в Античном и Средневековом мире Института всеобщей истории РАН:
- Ни о каком "древнерусском городе", "древнерусском государстве" и вообще чем-либо "древнерусском" применительно к 1250 году до нашей эры речь вестись в принципе не может. Древнерусское государство сформировалось спустя более чем две тысячи лет, в IX-X веках нашей эры, тогда же возник этноним "Русь" . Даже о славянах как об этнической группе (не говоря уж о государстве, "воеводах" и пр.) говорить применительно к столь раннему времени нет оснований. Славяне впервые упоминаются в источниках I тысячелетия нашей эры, и находятся они отнюдь не в Восточном Средиземноморье, а намного севернее, в Центральной, Восточной и Юго-Восточной Европе.
Ни о каких "воеводе Кияне", "Сиян-горе" и пр. ни один исторический источник не сообщает. Перед нами типичный псевдоисторический бред, какового возникает очень много на почве националистических настроений, желания удревнить историю своего народа и приписать ему какие-то якобы победы и завоевания в глубокой древности. У бреда всегда находятся свои читатели и поклонники. Уверен: ничего подобного в официально утвержденных в России школьных учебниках по истории нет. На фейки в соцсетях вообще ни к чему реагировать. Какой смысл в такой реакции? Разве что разжигать настроения в духе "они нас не любят".
Подготовила Елена Новоселова
![Главное](/images/star.png)
Министр премьер
Зачем ходить в библиотеку, как научить молодежь любить классику и какие музеи в Подмосковье обязательны к посещению
Текст: Надежда Макеева
Министром культуры Московской области Елена Харламова была назначена ровно год назад. Сегодня она рассказывает "РГ", каким щедрым на культурные события оказался этот коронавирусный год.
Елена Михайловна, главное событие культурной жизни области этого года уже прошло или еще предстоит?
Елена Харламова: Не хотелось бы выделять что-то отдельно. Все события главные, особенно в такой непростой период. Но первым масштабным событием в стране после изоляции стал Международный фестиваль искусств имени П.И. Чайковского в Клину. В этом году у фестиваля появился художественный руководитель, им стал Юрий Башмет. И впервые наш фестиваль поддержало Министерство культуры РФ, а трансляцию всех концертов вел телеканал "Культура". Мы постарались таким образом продумать афишу фестиваля, чтобы она состояла из уникальных программ, которые можно увидеть только в Клину: из семи программ пять были премьерными. В этом году мы отмечаем 180-летний юбилей Петра Ильича Чайковского и 160-летний - Антона Павловича Чехова. Поэтому открылся фестиваль Чайковского особенным образом: Сергей Гармаш, камерный ансамбль "Солисты Москвы" и артисты Мелиховского театра "Чеховская студия" представили спектакль "Ч+Ч" о знакомстве и дружбе двух гениев.
Есть свой проект и у нашего музея "Новый Иерусалим" - это уже полюбившийся публике фестиваль "Лето. Музыка. Музей". В этом году он пройдет с 23 по 27 сентября. Президентом фестиваля является худрук Московской областной филармонии Максим Дунаевский, художественным руководителем - дирижер Ливерпульского королевского симфонического оркестра и симфонического оркестра Осло Василий Петренко. Среди участников Максим Венгеров - это сегодня первая скрипка в мире, Николай Луганский - один из топовых пианистов. Такой звездный состав на одной сцене нечасто увидишь.
Как привлечь молодежь к такому серьезному искусству?
Елена Харламова: Мне кажется, что у каждого человека наступает такой возраст, когда он по-настоящему начинает понимать и любить классическую музыку и читать серьезную литературу. Молодежи нужно просто уметь интересно рассказывать об искусстве, о том, как жили и творили великие люди. К примеру, мало кто знает, что Менделеев увлекался сыроварением, а Чехов серьезно занимался метеорологией. А в Даровом под Зарайском, где прошло детство Достоевского, до сих ищут могилу отца писателя, да и история с прахом его матери полна загадок. Вот через такие истории молодежь приходит к серьезным вещам. Я вообще заметила: если показывать великих людей обычными, со своими слабостями, бедами и удачами, интерес к тому, что они делали, возрастает.
А кто должен показывать? Не библиотекари же.
Елена Харламова: В том числе и библиотекари, почему нет? В Подмосковье 951 библиотека - это одна из самых крупных в стране библиотечных сетей. Мы выбрали 15 пилотных городов, в числе которых Балашиха, Егорьевск, Красногорск, Сергиев Посад, Софрино и Электросталь, где проводим комплексную модернизацию библиотек. Провели капитальный ремонт, сделав умные, светлые, минималистичные пространства. Опросили жителей: хотите ли вы, чтобы библиотеки не закрывались в шесть вечера, а работали до девяти-десяти? Получили согласие и массу пожеланий о том, что люди ожидают от обновленных библиотек. Сейчас идут, скажем так, репетиции, а до конца года все "пилоты" заработают в полном формате.
Они все будут одинаковыми?
Елена Харламова: Общие элементы, конечно, будут у всех. Это благоустроенные подходы к зданиям, обеспечение доступной среды для людей с ограниченными возможностями, удобная навигация, системное расписание, современные интерьеры, где можно уютно устроиться с книгой или планшетом. А рабочую программу все выбирают исходя из пожеланий жителей. Идей много. Например, по утрам можно ввести часы библионяни, когда библиотекарь читает деткам сказки, а мамы в это время рядом занимаются своими делами. Днем можно проводить мероприятия для пожилых граждан - курсы компьютерной грамотности и иностранных языков, встречи с кумирами их молодости, да просто совместные обсуждения сериалов или кулинарных рецептов. Ну а вечера - время молодежи.
В области много творческих учебных заведений. Куда идут работать их выпускники?
Елена Харламова: В дома культуры и детские школы искусств, например. У нас 925 культурно-досуговых учреждений. Недавно открывали новый Дом культуры в Волоколамске, так глава обещает даже предоставить служебное жилье для творческих кадров. В этом плане областноймузыкальный колледж имени С.С. Прокофьева в Пушкино является образцовой кузницей кадров - более 50 его выпускников работают директорами и заместителями в подмосковных школах искусств. Кстати, несколько дней назад было открыто новое здание колледжа. Это уникальный для России проект, когда под одной крышей находятся и колледж, и музыкальная школа. То есть идет непрерывный цикл обучения и у педагогов есть возможность рассмотреть талант еще на школьной скамье. Сегодня и в колледже, и в школе конкурс больше 3 человек на место.
И последний вопрос: какие музеи нужно обязательно посетить в Подмосковье?
Елена Харламова: Все, связанные с гением места. Их у нас много. Приезжайте в "Большие Вяземы". Я всегда рассказываю историю о диване, который стоит в библиотеке этой усадьбы. Во время войны 1812 года в "Вяземах" была расквартирована русская армия, и Кутузов, сидя на этом диване, писал царю: французы давят, нам нужна помощь. А когда наши солдаты отступили, "Вяземы" заняли французские полки и на этом диване сидел уже Наполеон.
Стоит побывать в Зарайске и Коломне. Это традиции и история вкуса. В Коломне мы пробуем форму интерактивных спектаклей, когда посетитель идет по музею, а там в каждом зале играют какие-то сцены. Это магия, когда ты чувствуешь, что попал в лабораторию, с тобой что-то делают и неизвестно, что будет в конце.
В Клину в музее П.И. Чайковского сейчас работает мультимедийная выставка "Чайковский. Симфония "Жизнь", где представлено более тысячи экспонатов из фондов, связанных с великим композитором. В том числе его посмертная маска и рукопись шестой симфонии - видно, как трудно она писалась.
"Новый Иерусалим" в прошлом году стал самым посещаемым региональным музеем в стране. В 2019-м там прошла масштабная выставка Марка Шагала, и дальше музей тоже будет удивлять. В ноябре здесь откроется выставка, на которой будут представлены произведения XVI-XVII веков фламандских и голландских мастеров. Значимыми героями будущей выставки являются работы Брейгелей - Питера Брейгеля Младшего, Яна Брейгеля Младшего и Яна Брейгеля Старшего.
И обязательно нужно посетить музей "Зоя", открытый 8 мая в деревне Петрищево. Он посвящен и подвигу Зои Космодемьянской, и битве под Москвой. Этот музей не похож на обычные патриотические музеи, мы его делали с оглядкой на молодежь.
![Главное](/images/star.png)
ПРИСУТСТВИЕ ПРИ РАЗРУШЕНИИ
РИЧАРД ХААС
Президент Совета по международным отношениям.
КАК ТРАМП РАЗВАЛИЛ ВНЕШНЮЮ ПОЛИТИКУ США
Что будет, если Трампа переизберут? Мировому порядку, просуществовавшему 75 лет, непременно придёт конец; вопрос только в том, что займёт его место.
«Присутствие при сотворении» – мемуары на восьмистах страницах, написанные Дином Ачесоном, госсекретарём при президенте США Гарри Трумэне. Название с его библейским отголоском было нескромным, но, в защиту Ачесона, заслуженным.
Опираясь на планы, разработанные ещё при президенте Франклине Рузвельте, Трумэн и его ведущие советники построили не что иное, как новый международный порядок после Второй мировой войны. Соединённые Штаты приняли доктрину сдерживания, определявшую внешнюю политику США в течение четырёх десятилетий борьбы с Советским Союзом в период холодной войны. Этот курс превратил Германию и Японию в демократические государства и создал целую сеть альянсов в Азии и Европе. В рамках Плана Маршалла американская политика обеспечивала помощь, необходимую Европе, чтобы снова встать на ноги, и, в соответствии с доктриной Трумэна, направляла экономическую и военную помощь странам, уязвимым перед коммунизмом. Был учреждён целый ряд международных организаций, включая Организацию Объединённых Наций, Международный валютный фонд, Всемирный банк и Генеральное соглашение по тарифам и торговле (предшественник Всемирной торговой организации). Также возник современный аппарат внешней и оборонной политики, включая Совет национальной безопасности, ЦРУ и Министерство обороны.
Невозможно представить себе, чтобы один из руководителей национальной безопасности администрации Дональда Трампа написал мемуары, в названии которых есть слово «сотворение». Проблема не только в том, что за последние три с половиной года мало построено. Строительство просто не было главной целью внешней политики этой администрации. Напротив, президент и часто меняющийся состав чиновников вокруг него были гораздо больше заинтересованы в том, чтобы разорвать всё на части. Более подходящим названием для мемуаров этой администрации было бы «Присутствие при разрушении».
Сам по себе термин «разрушение» не является ни комплиментом, ни критикой. Разрушение может быть желательным и даже необходимым, если существующее положение вещей несовместимо с интересами народа и существует альтернатива, которая одновременно выгодна и достижима. Но если руководствоваться этими критериями, разрушение, начатое администрацией Трампа, не было ни оправданным, ни разумным.
Когда дело дошло до внешней политики, Трамп (как и в случае со здравоохранением и Законом о доступном здравоохранении) унаследовал несовершенную, но ценную систему и попытался упразднить её, не предлагая никакой замены. В результате Соединённые Штаты и весь мир оказались в значительно худшем положении. Это разрушение оставит неизгладимый след. И если оно будет продолжаться или ускоряться (а есть все основания полагать, что это произойдёт в случае избрания Дональда Трампа на второй срок), то «разрушение» вполне может стать наиболее подходящим термином для описания этого периода внешней политики США.
Искажённый объектив
Трамп вошёл в Овальный кабинет в январе 2017 г., будучи убеждённым, что внешнюю политику США необходимо сломать. В своей инаугурационной речи, произнесённой со ступенек Капитолия, новый президент очень мрачно рассказал о достижениях Соединённых Штатов: «На протяжении многих десятилетий мы обогащали иностранную промышленность за счёт американской, субсидировали армии других стран, допуская при этом очень прискорбное истощение наших вооружённых сил. Мы защищали границы других стран, отказываясь защищать собственные. Мы потратили триллионы долларов за рубежом, в то время как американская инфраструктура развалилась и пришла в негодность. Мы сделали сильными и богатыми другие страны, в то время как богатство, сила и уверенность нашей страны растворилась за горизонтом… С этого момента Америка – прежде всего».
После трёх с половиной лет у руля внешней политики Трамп, по-видимому, не увидел ничего, что могло бы изменить его мнение. Обращаясь к выпускникам-курсантам в Вест-Пойнте в начале 2020 г., он применил аналогичную логику к использованию военной силы: «Мы восстанавливаем фундаментальные принципы, согласно которым служба американского солдата заключается не в том, чтобы восстанавливать иностранные государства, а в защите – и решительной защите – нашей нации от внешних врагов. Мы заканчиваем эру бесконечных войн. На смену ей приходит новый, ясный взгляд на защиту жизненно важных интересов Америки. В обязанности американских войск не входит разрешение древних конфликтов в далёких странах, о которых многие даже не слышали. Мы – не мировые полицейские».
Многие из основополагающих элементов подхода Трампа к миру можно почерпнуть из этих двух речей. По его мнению, внешняя политика – это в основном дорогостоящее отвлечение внимания. США слишком много делали за границей, и из-за этого им было хуже дома. Торговля и иммиграция уничтожали рабочие места и сообщества. Другие страны – прежде всего, союзники – использовали Соединённые Штаты в своих интересах, Америке же нечем было похвастаться, даже когда другие извлекали из этого выгоду. Издержки американского лидерства существенно перевешивали выгоды.
В этом мировоззрении отсутствует какое-либо понимание того, что, с точки зрения США, было примечательным в предыдущие три четверти века: отсутствие войны между великими державами, распространение демократии на бóльшую часть мира, девяностократное увеличение американской экономики, продление продолжительности жизни среднего американца на десять лет. Также нет признания того, что холодная война (определяющая борьба той эпохи) закончилась мирно на условиях, которые едва ли могли быть более благоприятными для Соединённых Штатов; что всё это было бы невозможно без американского руководства и союзников США; и что, несмотря на эту победу, Соединённые Штаты по-прежнему сталкиваются с проблемами в мире (помимо «радикального исламского терроризма» – единственной угрозы, которую Трамп выделил в своей инаугурационной речи), затрагивающие страну и её граждан, и что партнёры, дипломатия и глобальные институты будут ценным активом в их решении.
Множество других сомнительных предположений проходит сквозь мировоззрение Трампа. Торговля воспринимается как абсолютный негатив, который помог Китаю воспользоваться преимуществами Соединённых Штатов, а не как источник многих квалифицированных ориентированных на экспорт рабочих мест, большего выбора с более низкими издержками для американского потребителя и более низкими темпами инфляции внутри страны. Внутренние проблемы Соединённых Штатов в значительной степени принято объяснять затратами на внешнюю политику. Издержки в человеческих жизнях и долларах, действительно, были высокими, но доля экономического прироста, расходуемого на национальную безопасность, за последние десятилетия упала и сейчас намного ниже того, что было во время холодной войны. Американцы прожили период, когда они могли одновременно наслаждаться безопасностью и процветанием. Оснований придираться к войнам в Афганистане и Ираке предостаточно и без того, чтобы списывать на них состояние американских аэропортов и мостов. И хотя американцы тратят на здравоохранение и образование гораздо больше, чем их сверстники во многих других развитых странах, средний американец находится в худшем положении.
Всё это означает, что сворачивание присутствия в мире не обязательно приведёт к тому, что дома будут делать больше правильных вещей.
Это искажённое представление о национальной безопасности США можно понять, только рассматривая контекст, который породил «трампизм». Соединённые Штаты вышли из холодной войны без соперников, но и без единого мнения относительно того, что им делать со своей непревзойдённой мощью. Сдерживание – компас, которым руководствовалась внешняя политика США в течение четырёх десятилетий – в новых обстоятельствах оказалось бесполезным. И политики, и аналитики изо всех сил пытались найти новую основу.
В результате самая могущественная страна на Земле приняла непоследовательный подход к миру, который со временем привёл к перенапряжению и истощению. В 1990-е гг. Соединённые Штаты вели успешную ограниченную войну, чтобы обратить вспять агрессию Ирака в Персидском заливе, и осуществляли гуманитарные интервенции на Балканах и в других местах (некоторые относительно успешно, другие нет). После террористических атак 11 сентября 2001 г. президент Джордж Буш – младший направил большое количество войск в Афганистан и Ирак – обе войны оказались опрометчивыми (Ирак с самого начала, Афганистан с течением времени), человеческие и экономические издержки затмевали любые выгоды. В годы правления Барака Обамы США инициировали и продолжили несколько дорогостоящих интервенций, но в то же время дали понять, что не уверены в своих намерениях.
Разочарование по поводу предполагаемого чрезмерного перенапряжения за рубежом было усилено внутренними тенденциями, особенно после финансового кризиса 2008 года. Доходы среднего класса не росли, а массовые потери рабочих мест и закрытие заводов вызвали узконаправленную, но острую враждебность к торговле (несмотря на то, что основной причиной негативных изменений был рост производительности труда, связанный с технологическими инновациями). В целом существовало широко распространённое мнение о том, что истеблишмент потерпел неудачу как из-за пренебрежения защитой американских рабочих внутри страны, так и из-за проведения чрезмерно амбициозной внешней политики за рубежом, оторванной от жизненно важных интересов страны и благополучия её граждан.
Уход от того, что в целом работало
Внешняя политика четырёх президентов после окончания холодной войны – Джорджа Буша – старшего, Билла Клинтона, Джорджа Буша – младшего и Барака Обамы – объединила основные школы мышления, которые определяли подход Соединённых Штатов к миру со времён Второй мировой войны. К ним относятся реализм (акцент на глобальной стабильности, в основном за счёт поддержания баланса сил и попытки формировать внешнюю, а не внутреннюю политику других стран); идеализм (придание большего значения продвижению прав человека и формированию внутриполитической траектории других стран) и гуманизм (сосредоточение внимания на сокращении бедности и болезней, а также заботе о беженцах и переселенцах). Четыре президента отличались друг от друга акцентами, но имели много общего. Трамп порвал со всеми ними.
В некотором смысле подход Трампа действительно включает элементы давних течений в американской и особенно республиканской внешней политике – в частности, националистической односторонности XIX века президента Эндрю Джексона, изоляционизм до и после Второй мировой войны таких фигур, как сенатор-республиканец Роберт Тафт из Огайо, и более поздний протекционизм кандидатов в президенты Пэта Бьюкенена и Росса Перо.
Но что отличает Трампа больше всего, так это его упор на экономические интересы и узкое понимание того, что они собой представляют и как их нужно преследовать. Его предшественники считали, что если Соединённые Штаты будут помогать формировать мировую экономику, используя свою власть и лидерство для обеспечения стабильности и установления правил торговли и инвестиций, то американские компании, рабочие и инвесторы станут процветать. Война в Персидском заливе, например, велась ради нефти не в том смысле, чтобы американские компании получили контроль над поставками, а для обеспечения того, чтобы нефть была доступна для подпитки американской и мировой экономики. В результате обе заметно выросли.
Трамп же, напротив, обычно сетует на то, что Соединённые Штаты совершили ошибку, не захватив иракскую нефть. В более фундаментальном смысле он одержим двусторонними торговыми балансами, увеличением американского экспорта и уменьшением импорта, хотя дефицит имеет мало значения, пока другие страны играют по правилам, США могут брать займы для покрытия дефицита. (У всех стран есть сравнительные преимущества и разные нормы сбережений и расходов, которые приводят к дефициту в одних странах и профициту в других.) Он ругает союзников за то, что те не тратят больше на свои вооружённые силы, несправедливо упрекая членов НАТО, что, тратя менее 2% своего ВВП на оборону, они тем самым оказываются в долгу у Вашингтона.
Он поспешил отменить крупные военные учения, важные для американо-южнокорейского альянса, отчасти потому, что считал их слишком дорогими. В торговых переговорах с Китаем он больше заботился о том, чтобы заставить Пекин взять на себя обязательства по конкретным закупкам американской сельскохозяйственной продукции, чем о решении более крупных структурных проблем, хотя урегулирование последних было бы гораздо более выгодным для американских компаний и для экономики США в целом.
Следствием такой ориентации на узко понимаемые экономические интересы стало почти полное пренебрежение другими целями внешней политики. Трамп проявляет мало интереса к защите прав человека, продвижению демократии, облегчению гуманитарных трудностей или решению глобальных проблем, таких как миграция, изменение климата или инфекционные заболевания (последствия такого незаинтересованного отношения к последнему стали особенно и трагически очевидны в последние месяцы). Когда дело дошло до Саудовской Аравии, он не позволил вопиющим нарушениям прав человека помешать продаже оружия. Он вяло реагировал на российское военное вторжение в Сирию, вмешательство Москвы в политику США или недавние свидетельства того, что российские агенты платили талибам за убийства американских солдат.
Контраст между Трампом и предыдущими президентами не менее заметен, когда речь заходит и о средствах внешней политики. Два президента-республиканца и два президента-демократа как раз перед ним в целом верили в многосторонность, будь то через союзы, соглашения или институты. Это не означало, что они полностью избегали односторонних действий, но все понимали, что в большинстве своём многосторонние соглашения усиливают влияние Соединённых Штатов, а договоры привносят определённую степень предсказуемости в международные отношения. Многосторонность также объединяет ресурсы для решения общих проблем таким образом, что никакие индивидуальные национальные усилия не могут сравниться с ними. Трамп же, напротив, имеет привычку выходить из многосторонних обязательств или угрожать им. Даже неполный список включает Транстихоокеанское партнёрство, Парижское соглашение по климату, иранскую ядерную сделку (Совместный всеобъемлющий план действий или СВПД), Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, ЮНЕСКО, Совет ООН по правам человека, Всемирную организацию здравоохранения и договор по открытому небу. Соединённые Штаты Трампа также отказались присоединиться к глобальному миграционному пакту или возглавляемым Европой усилиям по разработке вакцины против COVID-19.
Аппетит к разрушению
Узкое и неадекватное понимание Трампом интересов США и наилучших способов их преследования формировало подход администрации и к другим вопросам – хотя в большинстве случаев ему препятствовало. Когда речь заходит о военных, аппетит Трампа к разрушению наиболее очевиден – он проявляется в фактическом или угрожаемом выводе сил, часто без особого размышления о том, почему они вообще там были или каковы могут быть последствия вывода. Все президенты принимают решения о применении военной силы в индивидуальном порядке. Трамп в этой области, как и Обама, в значительной степени опасался новых военных конфликтов; его применение силы против Сирии и Ирана было кратковременным и ограниченным по масштабу, а угрозы обрушить «огонь и ярость» на Северную Корею быстро сменились на дипломатию и встречу в верхах, несмотря на продолжающуюся работу Северной Кореи над своими ядерными и ракетными арсеналами.
Между тем его призывы к выводу войск относились к зонам конфликта, а также к территориям, где американские войска размещались десятилетиями для предотвращения войны. В Сирии курдские партнёры Соединённых Штатов оказались в затруднительном положении, когда Трамп в конце 2018 г. внезапно объявил о выводе американских войск; а в Афганистане, похоже, мало думали о том, что может случиться с правительством в Кабуле после ухода американских войск. Но одно дело сделать вывод, что США допустили ошибки в Афганистане и Ираке и должны избегать таких войн в будущем, и совсем другое – приравнять эти интервенции к размещению американских войск в Германии, Японии или Южной Корее, которые десятилетиями помогали поддерживать там стабильность. Заявление администрации в июне о том, что она выведет 9500 военнослужащих из Германии (по-видимому, вызванное отказом канцлера Ангелы Меркель поехать в Вашингтон на встречу «Большой семёрки» в условиях глобальной пандемии, а не соображениями национальной безопасности) полностью соответствовало прохладному отношению Трампа к военным обязательствам за рубежом. То, что это решение было принято без предварительной консультации с Берлином, так же как решение об отмене крупных военных учений с Южной Кореей было принято без консультации с Сеулом, только усугубило уже дурную ситуацию.
Эти шаги отражают и более широкое безразличие Трампа к союзникам. Альянсы требуют, чтобы к безопасности других относились так же серьёзно, как и к своей собственной. «Америка прежде всего» даёт понять, что союзники на втором месте. Неустанное внимание Трампа к возмещению расходов на зарубежное военное присутствие Соединённых Штатов усугубило сигнал о том, что американская поддержка союзников стала транзакционной и условной. Его тёплое отношение к врагам и конкурентам – он всегда был более дружелюбен с президентом России Владимиром Путиным, председателем КНР Си Цзиньпином и лидером Северной Кореи Ким Чен Ыном, чем с их демократическими коллегами – усугубило проблему, особенно учитывая нежелание Трампа подтвердить верность Пятой статье Договора о коллективной обороне НАТО. Даже вмешательство России в американскую демократию не помешало Трампу проявлять большую симпатию к Путину, чем к европейским лидерам. Лишь в одном заметном случае администрация действовала против Путина, поставляя оружие Украине, но любые заверения были дискредитированы тем фактом, что дальнейшая помощь была обусловлена обязательством нового президента Украины наводить справки о вероятном оппоненте Трампа от демократов на выборах 2020 года.
Что касается торговли, то администрация в основном отвергала многосторонние пакты (в том числе ТТП), которые объединили бы страны, представляющие 40% мирового ВВП, и заставили бы Китай соответствовать более высоким экономическим стандартам. Она регулярно прибегала к односторонним тарифам, навязывая их союзникам и используя сомнительные юридические оправдания. И хотя Америка не вышла из ВТО, администрация затянула пояса этой организации, отказавшись утвердить судей для арбитража, рассматривающего торговые споры. Единственным исключением является Соглашение между США, Мексикой и Канадой, которое заменило Соглашение о североамериканской зоне свободной торговли (USMCA). Это любопытное исключение, поскольку документ лишь незначительно отличается от резко критикуемой НАФТА и его положения в значительной степени заимствованы из текста отвергнутого ТТП.
Что касается Китая, то долгожданная готовность Трампа бросить вызов Пекину в вопросах торговли была смазана тем, что можно описать только как непоследовательную политику. Администрация использовала конфронтационные формулировки, но, отказавшись от ТТП, ослабила любые реальные рычаги воздействия, которые у неё могли быть, непрерывно критикуя (а не привлекая) союзников в Азии и Европе и явно демонстрируя свою жажду узкой торговой сделки, обязывающую Китай к согласию на увеличение американского экспорта в преддверии предвыборной кампании Трампа. Администрация действовала запоздало или непоследовательно в своей критике Китая за его репрессии в Гонконге и отношение к уйгурам в Синьцзяне, но, прежде всего, она была пассивной, когда Китай укреплял свой контроль над Южно-Китайским морем. Между тем сокращение расходов на фундаментальные исследования в стране, введение новых ограничений на количество квалифицированных иммигрантов, допускаемых в Соединённые Штаты, и неумелое решение проблемы пандемии COVID-19 сделали страну менее конкурентоспособной по сравнению с Китаем.
На Ближнем Востоке разрушение Трампа также свело на нет цели США и увеличило вероятность нестабильности. На протяжении пяти десятилетий Соединённые Штаты позиционировали себя как честного посредника в израильско-палестинском конфликте; все понимали, что Вашингтон был ближе к Израилю, но не настолько, чтобы не давить на него, когда это необходимо. Убеждённая в необходимости нового подхода, администрация Трампа отказалась от любых притязаний на нейтральную роль, поставив крест на реальном мирном процессе ради серии свершившихся фактов, основанных на ошибочном убеждении, что палестинцы слишком слабы, чтобы сопротивляться, а суннитские арабские правительства будут смотреть в другую сторону, учитывая их желание работать с Израилем против Ирана. Администрация ввела санкции против палестинцев, переместив американское посольство в Иерусалим, признав аннексию Голанских высот Израилем, и выдвинула «мирный план», который подготовил почву для аннексии частей Западного берега Израилем. Такая политика может посеять нестабильность в регионе, лишить его возможностей для установления мира и поставить под угрозу будущее Израиля как демократического и еврейского государства.
В ситуации с Ираном администрация сумела изолировать себя больше, чем Тегеран. В 2018 г. Трамп в одностороннем порядке вышел из СВПД, введя при этом новый раунд санкций. Они наносят ущерб экономике Ирана, а убийство Касема Сулеймани (командира отряда Кудс Корпуса стражей исламской революции Ирана) стало препятствием для их региональных амбиций. Но ни того, ни другого не было достаточно, чтобы заставить Тегеран кардинально изменить своё поведение внутри страны или за рубежом либо свергнуть режим (что, по-видимому, и было реальной целью политики администрации). Иран теперь начал пренебрегать ограничениями на свои ядерные программы, установленными СВПД, и, вмешиваясь в дела Ирака, Ливана, Сирии и Йемена, продолжает попытки изменить большую часть Ближнего Востока.
Новая норма
В начале президентства Трамп столкнулся с трудной ситуацией: обостряющееся соперничество великих держав, всё более напористый Китай, неспокойный Ближний Восток, ядерная Северная Корея, многочисленные конфликты внутри стран, в значительной степени нерегулируемое киберпространство, сохраняющаяся угроза терроризма, ускоряющееся изменение климата и многое другое. Накануне его инаугурации была опубликована моя книга «Мировой беспорядок», о которой я упоминаю только для того, чтобы подчеркнуть, что 45-го президента ждало множество трудных испытаний. Сегодня беспорядок значительно разросся. Большинство проблем, унаследованных Трампом, усугубились, поскольку многие из них он просто игнорировал, и пренебрежение не улучшило ситуацию. Положение Соединённых Штатов в мире ухудшилось из-за их неумелого обращения с пандемией COVID-19, отрицания изменения климата, неприятия беженцев и иммигрантов, а также продолжающей беды в виде бесконтрольного применения оружия и проявлении расизма. Страна считается не только менее привлекательной и дееспособной, но и менее надёжной, поскольку отказывается от многосторонних соглашений и дистанцируется от союзников.
Американские союзники, со своей стороны, стали иначе относиться к Соединённым Штатам. Альянсы основаны на надёжности и предсказуемости, поэтому вряд ли хотя бы один союзник будет смотреть на Америку так, как раньше. Посеяны семена сомнения: если это случилось однажды, то может и повториться. После отречения от престола трудно вернуть себе трон. Более того, следующего президента будут сдерживать продолжающаяся пандемия, крупномасштабная безработица и глубокие политические разногласия – и всё это тогда, когда страна изо всех сил пытается бороться с расовой несправедливостью и растущим неравенством. Чтобы сосредоточить внимание на восстановлении внутренних сил и ограничении амбиций за рубежом, придётся встретиться со значительным давлением.
Однако частичное восстановление внешней политики США всё ещё возможно. Соединённые Штаты могут взять на себя обязательства по ремонту отношений с союзниками по НАТО и в Азии. Они могли бы повторно вступить в соглашения, из которых вышли, начать переговоры о пакте, который наследовал бы ТТП, и возглавить реформу ВТО. Стоит скорректировать иммиграционную политику.
Но возврата к тому, что было, нет. Четыре года, возможно, не большой срок в истории, но достаточный, чтобы всё необратимо изменилось.
КНР стала богаче и сильнее, Северная Корея имеет больше ядерного оружия и более совершенные ракеты, климатические изменения идут дальше, посольство было перемещено в Иерусалим, а Николас Мадуро ещё больше укрепился в Венесуэле, как и Башар Асад в Сирии. Это и есть новая реальность.
Более того, восстановление в любом масштабе будет недостаточным с учётом того, насколько беспорядок распространился при Трампе. Соединённым Штатам понадобятся новые рамки для борьбы с более агрессивным и репрессивным Китаем, а также инициативы, которые сократят разрыв между масштабом глобальных вызовов – изменением климата и инфекционными заболеваниями, терроризмом и распространением ядерного оружия, кибервойной и торговлей – и меры, предназначенные для их решения. Повторного присоединения к неполноценному Парижскому соглашению, к СВПД, срок действия которого скоро истекает, или к несовершенной ВОЗ, было бы недостаточно. Вместо этого новая администрация должна будет заключить другие соглашения как по изменению климата, так и по Ирану, и сотрудничать с остальными, чтобы реформировать ВОЗ или создать новый орган, который возьмёт на себя часть глобального бремени здравоохранения.
А если Трампа переизберут? Воодушевлённый победой на выборах, которую истолкует как мандат, он, вероятно, удвоит внимание к центральным элементам внешней политики, определившим его первый срок. В какой-то момент разрушение набирает такую скорость, что пути назад уже нет. «Сотворение разрушения» может стать «сотворением поражения».
Бесчисленные нормы, союзы, договоры и институты ослабнут или увянут. Мир станет более гоббсовским – борьбой всех против всех. (Это было фактически анонсировано в мае 2017 г. в статье для The Wall Street Journal, написанной двумя высокопоставленными чиновниками администрации Трампа: «Мир – это не “глобальное сообщество”, а арена, на которой государства, неправительственные субъекты и бизнес взаимодействуют и соревнуются за преимущество».) Конфликты станут более привычным явлением, а демократия – менее. Распространение оружия ускорится, поскольку союзы потеряют способность успокаивать друзей и сдерживать врагов. Могут возникнуть сферы влияния. Торговля станет более управляемой, в лучшем случае будет расти медленнее, но, возможно, даже сократится. Доллар США начнёт терять свою уникальную роль в мировой экономике, а такие альтернативы, как евро, и, возможно, юань и различные криптовалюты, станут всё более важными. Задолженность США может стать серьёзным препятствием. Мировому порядку, просуществовавшему 75 лет, непременно придёт конец; вопрос только в том, что займёт его место.
Очень многое зависит от того, каким курсом пойдут Соединённые Штаты. Даже частичное возобновление сделало бы внешнюю политику Трампа чем-то вроде отклонения, и в этом случае её влияние было бы ограниченным. Но если его стиль внешней политики сохранится ещё на четыре года, Трампа станут рассматривать как действительно значимого президента. В таком сценарии модель, которой придерживались Соединённые Штаты со времён Второй мировой войны до 2016 г., окажется аберрацией – относительно кратким исключением из более давней традиции изоляционизма, протекционизма и националистической односторонности. История не позволяет смотреть на эту последнюю перспективу никак иначе, как с тревогой.
Перевод: Анна Портнова
Опубликовано в журнале Foreign Affairs №5 за 2020 год. © Council on foreign relations, Inc.
![Главное](/images/star.png)
Интервью Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова нью-йоркскому бюро телеканала «Аль-Арабия», Москва, 21 сентября 2020 года
Вопрос: Сохраняется угроза региональной войны, которая может начаться с ливийского Сирта. Хотел бы спросить касательно всестороннего договора о прекращении огня в Ливии, над которым работают Россия и Турция. Могли бы Вы рассказать, что будет предпринимать Россия для того, чтобы были соблюдены условия договора. И будут ли какие-то гарантии, что они будут соблюдаться, пока Россия и другие государства ищут решение данного политического кризиса в рамках ООН?
С.В.Лавров: Ситуация в Ливии беспокоит не только Россию и Турцию, это большая «головная боль» для многих международных игроков.
За последние пять лет было предпринято много усилий различными европейскими странами, странами региона и др., чтобы закончить войну и преодолеть катастрофические последствия, вызванные агрессивными действиями НАТО в обход резолюции Совета Безопасности ООН в 2011 году.
Ливийская государственность, уничтоженная этой агрессией, должна быть восстановлена. Россия и Турция среди тех, кто хочет этому поспособствовать.
В отличие от многих других внешних игроков, Россия с самого начала установила и поддерживала контакты со всеми ливийскими сторонами и политиками, будь то в Триполи, Тобруке, Бенгази, Сирте или других местах. Я считаю, что это единственный путь обеспечить то, к чему мы все стремимся, а именно: под руководством ливийцев завершить политический процесс восстановления ливийской государственности и разрешить все вопросы касательно будущего Ливии с учетом баланса интересов трех составных частей этой страны. Помимо России и Турции, Франция, Италия, ОАЭ, на различных этапах ливийской «драмы» участвовали в обеспечении некоего диалога. Важную роль сыграла Берлинская конференция по Ливии, которая приняла декларацию, впоследствии одобренную Советом Безопасности ООН. Я бы также упомянул Каирскую декларацию, которую поддержали А.Салех и Х.Хафтар. Затем были инициативы о прекращении огня А.Салеха и Ф.Сараджа. Действительно, — это желание и усилия самих лидеров партий. Россия и Турция хотят поддержать эти усилия.
Консультации, которые прошли несколько дней назад в Анкаре между российскими и турецкими дипломатами и представителями оборонных ведомств, были направлены на то, чтобы помочь сторонам закрепить и ввести в правовое поле режим прекращения боевых действий, который по факту установился за последние пару месяцев. И я надеюсь, что мы сможем с этим справиться.
Есть некоторые страны, которые не хотят, чтобы ливийский кризис завершился так, как хотят этого ливийцы, и которые хотят использовать ливийскую «карту» в геополитических играх. Я надеюсь, что все добросовестные международные, европейские и региональные игроки сконцентрируются на позитивной повестке, согласованной на Берлинской конференции по Ливии.
Вопрос: Как я понял, соглашение еще не достигнуто. Будут ли какие-то гарантии по прекращению огня со стороны ливийских сторон?
С.В.Лавров: Соглашение должно быть достигнуто самими ливийскими сторонами. Россия и Турция могут лишь предоставить посреднические услуги сторонам, чтобы стабилизировать ситуацию «на земле», таким образом, чтобы боевые действия не возобновлялись, а затем вернуться к реализации берлинской повестки, включая военный комитет «5+5», экономические вопросы, в первую очередь решения касательно проблемы нефтедобычи, и, конечно же, политическим реформам, конституционным выборам и т.д.
Вопрос: Обсуждались ли между ливийскими сторонами возможные схемы разделения доходов от продажи нефти без внешнего вмешательства?
С.В.Лавров: Этот вопрос обсуждается ливийскими сторонами. Он поднимался в ходе контактов между главой Парламента в Тобруке А.Салехом и главой Правительства национального согласия Ф.Сараджем. Сейчас эта тема также обсуждается в Тобруке, включая представителей Ливийской национальной армии. Все, что мы делаем – пытаемся усадить их за стол переговоров для того, чтобы они пришли к согласию по тому, как они разделят между собой природные ресурсы, которые им достались благодаря их истории и Богу.
Вопрос: Поддерживает ли Россия призыв к полному оружейному эмбарго по отношению ко всем сторонам конфликта в Ливии, а также высылку всех иностранных военных из Ливии?
С.В.Лавров: Нам не нужно поддерживать этот призыв, так как мы уже поддержали принятие резолюции Совета Безопасности ООН, которая устанавливала без всяких призывов обязательное для выполнения эмбарго на поставку оружия в Ливию. Это эмбарго по-прежнему имеет силу, и все государства должны уважать его. Это было вновь подтверждено на Берлинской конференции. Евросоюз вызвался начать новую операцию – «Ирини» – для того, чтобы следить за тем, чтобы никто не нарушал данное эмбарго, твердо опирающееся на положения резолюции Совета Безопасности ООН. Это наша позиция. Все должны уважать эти решения.
Вопрос: Но как насчет уважения призыва народа Ливии и некоторых субъектов международного права выслать всех иностранных военных, находящихся на ее территории?
С.В.Лавров: Это зависит от того, что Вы понимаете под требованиями ливийских сторон. Там существует легитимное Правительство в Триполи и легитимный Парламент в Тобруке. Пока все ливийцы, не только из Киренаики или Триполитании, но и из Феззана, не договорятся о политических реформах, о разделении полномочий, о том, каким они хотят видеть будущее страны, будет крайне тяжело понять, кто представляет законное ливийское правительство и кто может принять законное решение о том, чтобы все иностранные военнослужащие покинули страну. Прежде чем мы сможем справиться с последствиями нынешнего кризиса, начавшегося в 2011 г. в результате агрессии НАТО, нам необходимо преодолеть те «дебри», которые оставила НАТО в Ливии, и восстановить ливийскую государственность. И только тогда суверенное независимое ливийское государство сможет решить, кого они рады видеть на своей земле, а кого нет.
Вопрос: Конечно, Вы понимаете, что когда я говорю об иностранных военных, я также имею в виду наемников из Сирии, Судана и других стран, которые находятся сейчас в Ливии.
С.В.Лавров: Я уже ответил на Ваш вопрос. До того, как ливийцы решат, кому они рады, а кому нет, им нужно договориться, каким они хотят видеть свое государство.
Какого бы мнения вы ни придерживались о М.Каддафи, ливийское государство было разрушено в грубейшее нарушение международного права в результате бомбардировок НАТО в 2011 году.
Сейчас мы пытаемся воскресить эту страну. Мы приветствуем любые усилия на этом направлении, в особенности усилия государств региона: Египта, Алжира, Туниса, а также европейских стран, прежде всего, Франции и Италии. Также мы ценим усилия, предпринимаемые ОАЭ. В наших общих интересах нормализировать ситуацию в Ливии и решить все проблемы, возникшие в результате агрессии НАТО в 2011 г. – терроризм, нелегальная торговля оружием и другие преступные действия, – проникшие в Сахаро-Сахельский регион.
А в Европу устремлены толпы нелегальных мигрантов. Все это – результат трагедии 2011 года. Мы хотим, чтобы те, кто сейчас пытается собрать страну воедино, не забывали об уроках истории.
Вопрос: 18 октября 2020 г. прекращается действие оружейного эмбарго в отношении Ирана. Может ли это привести к гонке вооружений в регионе Персидского залива? Если Иран сможет покупать оружие, она может возникнуть, причем в худшем виде, чем сейчас. Госсекретарь США М.Помпео заявил однажды, что Америка введет санкции против тех, кто нарушит оружейное эмбарго, которое, по его словам, не истекает 18 октября. Президент Д.Трамп планирует выпустить указ, позволяющий ему вводить санкции против любого, кто нарушит эмбарго в отношении Ирана на обычные виды вооружений. Как бы Вы могли это прокомментировать?
С.В.Лавров: Нет такого понятия, как оружейное эмбарго против Ирана. СБ ООН в принятой консенсусом всеобъемлющей резолюции 2231 согласно Главе VII Устава Организации, подтверждающей СВПД, который регулирует ядерный вопрос Ирана, отметил, что поставки оружия в и из Ирана будут являться предметом рассмотрения СБ ООН. 18 октября 2020 г. этот режим поставок Ирану будет остановлен. Эмбарго нет, и не будет каких бы то ни было ограничений после истечения срока, установленного СБ ООН.
Не могу говорить за американцев, потому что они озвучивают много странных вещей. Я знаю наверняка только одно, что когда американские представители продолжат официально заявлять о том, что они все еще участники СВПД по резолюции 2231 СБ ООН, то я смогу только напомнить им о необходимости уважать иерархию в американской администрации, так как их руководитель Президент США Д.Трамп лично подписал официальный меморандум о выходе США из СВПД. С этого момента у американцев исчезло право голоса, которым они раньше обладали как равноправные участники СВПД.
Вопрос: Но они возражают, что 2231 - это резолюция ООН на основе Главы VII Устава, и она относится ко всем членам Организации. И даже если они вышли из СВПД, являющегося соглашением между странами, то они не могут также «выйти» из Главы VII Устава. Они говорят о том, что любой член Организации связан этой резолюцией, соответственно и они тоже. Они видят правомерность для активации механизма.
С.В.Лавров: Они хотят нарушить и бросить вызов известной английской поговорке: «Нельзя съесть торт так, чтобы он остался цел». Формально они вышли из СВПД. В резолюции 2231 СБ ООН говорится о том, что любые шаги по восстановлению санкционного режима могут быть инициированы членом СВПД, а США им больше не являются. Я не буду удивлен, если они продолжат угрожать санкциями всем, кто сотрудничает с Ираном на прочной основе строгого выполнения условий резолюции 2231 СБ ООН, потому что они применяют санкции по всему миру и иногда абсолютно без причин. Я всегда знал, что слон - символ Республиканской партии, но, пожалуйста, не рассматривайте мир как посудную лавку.
Вопрос: То есть пока у России остаются озабоченности, механизма восстановления санкций не существует?
С.В.Лавров: Все, кроме США, считают, что механизма восстановления санкций не существует. Это было предметом обсуждения в Совете Безопасности ООН, 13 из 15 членов СБ ООН четко формулируют, что нет легальной, политической или моральной причины для чего-то, похожего на восстановление санкций. Все утверждения об обратном не имеют юридической силы. Это оценка всех членов СБ ООН, кроме США и кого-то еще.
Вопрос: Российские компании и банки готовы противостоять американским санкциям?
С.В.Лавров: К сожалению, американцы потеряли талант ведения дипломатии. У них всегда были превосходные эксперты. Сейчас то, что они делают во внешней политике, – выставляют требование (будь то насчет Ирана либо что-то еще), и, если их партнеры говорят, что не могут поступить так, просят обсудить поставленный вопрос, они не соглашаются. Ставят ультиматум, обозначают сроки и вводят санкции. Затем делают эти санкции экстерриториальными. Могу сказать, что это абсолютно незаконно – устанавливать односторонние санкции, не одобренные ООН.
К сожалению, такая практика заразительна. Европейский союз все больше и больше «увлекается» такими же приемами, которые США применяют последние десять лет. Не забывайте, все это начала администрация бывшего президента США Б.Обамы. «Привычки» беспричинно вводить санкции появились до того, как текущая администрация начала свою работу. Не знаю, придется ли иностранным компаниям подчиняться санкциям. У бизнеса свои оценки, но ясно одно, что односторонние санкции нелегальны и незаконны. Вы можете прочитать некоторые резолюции ГА ООН.
Вопрос: Каким Россия видит путь к политическому решению в Сирии, когда каждый шаг чреват бесчисленными неудачами и задержками, и что Вы скажете тем, кто утверждает, что Правительство САР рассчитывает на победу в военном противостоянии с оппозицией с помощью его союзников? Возможно ли еще политическое урегулирование в Сирии?
С.В.Лавров: Недавно я вернулся из Дамаска, где был с заместителем Председателя Правительства России Ю.И.Борисовым, который проводил переговоры о перспективах экономического сотрудничества. Я обсуждал с коллегами текущую политическую ситуацию.
Не думаю, что те, кто общался с Президентом Сирии Б.Асадом и другими государственными деятелями страны, могут сказать, что Правительство САР надеется только на военное разрешение конфликта. Это неправда. Военное противостояние между Правительством страны и оппозицией закончилось. Есть только две «горячие точки». Первая – Идлиб, территория которого контролируется группировкой «Хейят Тахрир Аш-Шам» (реинкарнация «Джебхат Ан-Нусры»), однако сейчас сужается. Наши турецкие коллеги на основании российско-турецкого Меморандума продолжают бороться с террористами и отделяют нормальную оппозицию от них. Мы их в этом поддерживаем. Боестолкновений между Правительством Сирии и оппозицией нет.
Вторая – восточный берег Евфрата, где незаконно размещенные там американские военнослужащие объединились с сепаратистскими силами, безответственно «играют» с курдами. Они привели американскую нефтяную компанию и начали откачивать нефть для их собственных нужд без уважения суверенитета и территориальной целостности Сирии, как это установлено резолюцией 2254 СБ ООН.
Конечно, это создает очень нервную обстановку для большого количества стран в этом регионе. Турция и страны с курдским населением убеждены, что это игра с огнем. Мы хотим, чтобы курды Ирана, Турции и Сирии жили в гармонии с населением этих стран и пользовались правами меньшинств. Мы также верим, что если они будут поощрять движение сепаратизма, регион может вспыхнуть.
Надеюсь, что американцы понимают, что они должны думать не только о выборах, которые начнутся через полтора месяца, но и о будущем региона, который является одним из самых важных в мире.
Я не ответил на вопросы политического характера. Конституционный комитет продолжил работу после паузы, которая была вызвана коронавирусной инфекцией. Специальный посланник Генерального секретаря ООН по Сирии Г.Педерсен посетил Москву. Он относится к процессу с осторожным оптимизмом. Они завершили переговоры по представителям на следующие заседания. Процесс движется не так быстро, как мы хотели бы, но нельзя сказать, что стоит обвинять в этом Правительство. Правительство могло бы быть более активным, и мы передали соответствующую просьбу Дамаску во время моего визита. Мы также можем видеть, что оппозиция не в лучшей форме. Происходит борьба между разными группами внутри оппозиционного течения. Считаем, что это все должно быть вторично в преодолении этой задачи. Нужно начать обсуждения конституции как можно скорее. Это то, к чему мы призываем сирийские стороны.
Вопрос: Переговоры между Россией и Турцией по Идлибу окончились неудачей, и Россия приостановила свое совместное патрулирование с Турцией. Многие боятся нового наступления сирийско-российских войск на Идлиб. Можете ли Вы развенчать эти опасения?
С.В.Лавров: Думаю, я уже ответил. Есть российско-турецкий меморандум, который полностью в силе, патрулирование трассы М-4, которое было остановлено из соображений безопасности, поскольку «Хейят Тахрир Аш-Шам» постоянно устраивает вооруженные провокации и атакует сирийские государственные позиции. Пытаются атаковать российскую авиабазу в Хмеймим. Наши турецкие коллеги подтвердили свое обязательство бороться с терроризмом, и, как я упомянул, отделить реальных оппозиционеров, готовых к переговорам с Правительством, от террористов. Нет необходимости сирийской армии и их союзникам атаковать Идлиб. Есть только необходимость атаковать позиции террористов и устранить их единственный очаг на территории Сирии. Исходя из меморандума, который Вы упомянули, на наших турецких коллегах лежит основная ответственность за это. Борьба с терроризмом – задача номер один. Хочу Вас удостоверить, что совместный патруль участка трассы М-4 скоро будет продолжен, как только ситуация успокоится.
Вопрос: Террористические ячейки размещены среди гражданских лиц, в городах. Гражданские жертвы неизбежны?
С.В.Лавров: Могу Вас заверить, что нет операций, которые проводятся Россией или Правительством Сирии в Идлибе. Мы применяем силу только в случае защиты от атак «Хейят Тахрир Аш-Шам». Мы применяем ее точечно, чтобы не нанести ущерб мирным жителям и гражданским объектам. И этот подход намного более избирателен чем тот, в результате которого г.Ракку сравняли с землей. Мы до сих пор находим там большое количество мин, тела убитых. Никому до этого нет дела. Могу заверить, что нами предпринимаются все необходимые шаги по имплементации международного гуманитарного права в максимально возможном объеме.
Вопрос: Хотел бы перейти к ситуации в Йемене. Все страны Персидского залива, члены Совета Безопасности ООН подтверждают необходимость политического урегулирования конфликта в Йемене. Каков, по мнению России, наиболее приемлемый подход к йеменскому урегулированию? Следует ли Совету Безопасности ООН продемонстрировать бо?льшую вовлеченность в ситуацию или, возможно, проявить твердость с тем, чтобы состоялось политическое разрешение конфликта?
С.В.Лавров: Мы видим определенные перспективы в четком следовании предложениям спецпосланника Генсекретаря ООН по Йемену М.Гриффитса, а также во взаимодействии всех сторон конфликта, включая хуситов, Южный переходный совет и правительство Президента А.Хади. Все они должны быть настроены на сотрудничество.
Мы поддерживаем усилия наших друзей из Саудовской Аравии, ОАЭ и М.Гриффитса по продвижению диалога и достижению взаимопонимания на юге Йемена. Уверен, они приведут нас к успеху, если все, включая Президента А.Хади, проявят готовность к диалогу.
Вопрос: Как Россия смотрит на недавние договоренности о нормализации отношений между ОАЭ, Бахрейном и Израилем?
С.В.Лавров: МИД России уже комментировал ситуацию. С интересом будем следить за ее развитием.
Мы все согласились по основным условиям палестино-израильского урегулирования. Существует целый ряд резолюций СБ и ГА ООН, Арабская мирная инициатива, одобренная ООН, «квартет» международных посредников, Лига арабских государств – большое количество игроков, которые способствовали созданию благоприятной среды для установления мира и стабильности на Ближнем Востоке, разумеется, с полным уважением прав палестинского народа. Это может быть достигнуто только путем прямого диалога между Израилем и Палестиной.
Мы твердо выступаем за скорейший перезапуск этого диалога, готовы всемерно способствовать его развитию в качестве участника «квартета» международных посредников и постоянного члена Совета Безопасности ООН.
Рассматриваем недавние подвижки в развитии отношений между Израилем и ОАЭ, Израилем и Бахрейном как реальные факты. Мы получаем заверения от всех наших арабских друзей, что эти подвижки направлены на улучшение климата в регионе и ни при каких условиях не будут использованы для ущемления прав палестинского народа. Посмотрим, как это будет на деле, когда диалог возобновится. Мы призываем наших израильских коллег и палестинских друзей создать условия, воспользоваться различными международными площадками для восстановления такого прямого диалога. Это единственный способ понять, что необходимо сделать в текущих условиях. То, что аннексия была отложена, конечно, лучше, чем если бы она уже состоялась. Но перенос сроков – это не решение проблемы. Она по-прежнему существует. Только посредством прямого диалога мы сможем выйти на взаимоприемлемые развязки, которые поддержат как израильтяне, так и палестинцы.
Вчера Генеральный секретарь ООН А.Гутерреш заявил, что занимается поиском возможностей для возобновления посредничества ООН в ближневосточном урегулировании. С интересом ожидаем, что он сможет предложить.
Маршрутом памяти
В Подмосковье прошел девятый Елизаветинский крестный ход
Текст: Татьяна Хорошилова
В Усово и Ильинском прошел крестный ход в честь святой великомученицы Елизаветы Федоровны Романовой (18 сентября ее именины).
Ильинское унаследовал от матери-императрицы Марии Александровны Романовой Великий князь Сергей Александрович, генерал-губернатор Москвы (1891-1905). Вместе с супругой Великой княгиней Елизаветой Федоровной, урожденной принцессой Гессен-Дармштадтской, проводил здесь лето, а в сентябре "всем домом" на плотах переправлялись через Москву-реку из Ильинского в Усово в зимнюю резиденцию.
По такому памятному маршруту и прошел Елизаветинский крестный ход, в рамках которого празднуется 20-летие прославления святых царственных страстотерпцев и 10-летие освящения храма Спаса Нерукотворного в селе Усово, построенного при попечении президента.
Елизаветинский крестный ход, который символизирует жизненный путь, - единственный в России, совершаемый с переправой через реку.
Колокольный звон походной звонницы освящал округу. Движение по шоссе было перекрыто, но водители, видимо, привыкли к ограничению движения в здешних местах.
Елизавета Федоровна после гибели мужа в 1905 году от бомбы Каляева создала знаменитую Марфо-Мариинскую обитель и особое движение сестер милосердия. Она пронесла это служение через всю жизнь, и в Алапаевске в 1918 году большевики сбросили ее и ее родных в шахту. Откуда ее прах Белой армией был доставлен в Иерусалим, где захоронен в 1921 году под храмом Марии Магдалины в Гефсимании, который они посещали с мужем, будучи первыми председателями Императорского православного палестинского общества, благодаря которому Россия утвердилась на Святой земле.
В 1981 году царская семья была причислена к лику мучеников Русской православной церковью за рубежом, а в 2000 году канонизирована Русской православной церковью. Статуя священномученицы Елизаветы Федоровны Романовой стоит среди девяти святых, канонизированных англиканской церковью.
После литургии, которая прошла перед храмом, крестоходцы пошли мимо здания родильного приюта, выстроенного в 1892 году Великим князем, мимо лазарета, открытого Великой княгиней в 1905 году для раненых воинов Русско-японской и Первой мировой войн, мимо школы, основанной императрицей, и спустились к Москве-реке. Соблюдались все меры безопасности: паломникам были розданы маски и перчатки.
- Елизавета Федоровна собрала здесь нас своей любовью, своей жертвенностью, - говорит настоятельница Свято-Елизаветинского монастыря в Алапаевске Смарагда. - Люди в тяжелых условиях эпидемии прибыли сюда, забыв о своих слабостях.
После полудня засветило солнце, и первый плот отделился от берега. Иконы Спасителя, Елизаветы Федоровны, царской семьи Романовых, священномученика Сергия Махаева, расстрелянного на Бутовском полигоне, возглавили переправу.
- Елизаветинский крестный ход собрал "елизаветинцев" из Перми, Екатеринбурга, Алапаевска, Калуги, Подмосковья. Не смогли приехать зарубежные гости, - рассказала председатель Наблюдательного совета Фонда содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности "Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество" (ЕСПО) Анна Громова. - Земля эта историческая и хранит память о царской семье. Села Ильинское и Усово стали частью уникального национального проекта "Императорский маршрут", который охватывает 19 регионов России по местам пребывания царской семьи. В здании лазарета будет создан "Музей Красного Креста", где будем рассказывать, как ухаживали за маленькими детьми, как их воспитывали до 10-летнего возраста, какую роль выполняли педагоги как ретрансляторы в воспитании. В здании родильного приюта - "Музей материнства и младенчества", в здании школы в селе Усово - "Музей школы и детства". Ильинское-Усово - единственная императорская усадьба в Подмосковье, которая сохранилась на 60% - это восемь исторических объектов. К сожалению, имение пока недоступно для почитателей Елизаветы Федоровны, однако эти здания являются национальным достоянием и, как в цивилизованных странах, они должны быть доступны для народа. Сюда стремятся люди из Германии, Франции, Испании и мы должны дать возможность поклониться памяти Елизаветы Федоровны, которая образом своей жизни является примером для всех нас.
Через два с половиной часа, пройдя более шести километров, крестный ход пересек Рублевское шоссе, под праздничный колокольный звон достиг белокаменного Спасского храма в Усове.
Возрождение Спасского храма в старинном подмосковном селе проходило в непростые 1990-е годы. В 2004 году историческая церковь, построенная в середине XVIII - первой четверти XIX веков и входившая в императорскую усадьбу, была восстановлена в прежних архитектурных формах, но из-за расположения в границах резиденции Ново-Огарево доступ к ней был ограничен. Тогда при попечении президента России Владимира Путина был возведен новый Спасский храм, который стал центром духовной и культурной жизни округи.
Новый белокаменный красавец-храм, созданный по проекту архитектора Ижикова, выполнен в традициях древнерусского зодчества и стал "редким образцом новизны, простоты и гармонии стиля в современном церковном искусстве".
- Храм потрясает своим аскетизмом и красотой, - говорит академик архитектуры Андрей Анисимов.
После трапезы паломники побывали на выставке Фонда ЕСПО "300-летняя история императорского дома Романовых в гравюрах и литографиях XVIII - XX вв." и на концерте классической музыки студентов Московской консерватории имени П.И.Чайковского.
Карантин на праздник
Из-за COVID-19 в Израиле запретили удаляться от дома более чем на километр
Текст: Захар Гельман (Иерусалим - Тель-Авив)
Фактически речь идет о повторном общенациональном карантине, который Израиль вводит первым из государств. Именно так руководство страны посчитало возможным противостоять ежедневному увеличению (иногда на порядок) количества зараженных коронавирусом. Создалась пародоксальная ситуация: по количеству заражаемых COVID-19 Израиль в процентном отношении к населению оказался на первом месте в мире, а по числу умерших от этой заразы - на одном из последних. Необходимость повторного введения карантинных мер глава правительства Биньямин Нетаньяху объяснил не только "стремительным ростом количества больных коронавирусом, не только перегрузкой сверх меры отделений "короны" в больницах, но и усталостью медперсонала и нехваткой специалистов". Израильский лидер обратил внимание и "на приближение зимы, когда вдобавок к коронавирусу мы столкнемся и с сезонным гриппом".
Согласно решению правительства при повторном карантине, который по времени охватывает все иудейские осенние праздники, гражданам разрешено удаляться от своих домов на расстоянии не более километра (первоначально предполагалось до 500 метров). Исключения составляют посещение больниц, поликлиник, медицинских лабораторий, аптек, участие в похоронных процессиях. Сопровождать инвалида или нуждающегося с другими ограничениями разрешено только одному человеку. Транспорт продолжает работать, но в особом режиме. Так, в городских автобусах разрешена перевозка не более 32 пассажиров, а в междугородних - до 30.
Все госучреждения, большие торговые центры, парикмахерские, спортивные залы и бассейны закрыты. При этом разрешены тренировки на свежем воздухе. Живущим вместе членам одной семьи не возбраняется совершать совместные пробежки без ограничения расстояния, на которое они удаляются от дома. Не закрываются детские площадки и парки, расположенные во дворах жилых кварталов.
Несомненная поблажка предусмотрена для израильтян, живущих рядом с морем. Несмотря на закрытие пляжей, им разрешено наслаждаться купанием. Но опять же нельзя находиться на пляжах. Как можно помочить ноги в морской воде, не оставив при этом следов на пляжном песке, в карантинном плане не оговаривается.
Не удивительно, что на нескольких пляжах Тель-Авива прошли "антикарантинные" демонстрации. В них приняли участие от одного-двух до нескольких десятков протестующих. Самая массовая протестная акция состоялась на лучшем средиземноморском пляже "Фришман" в Тель-Авиве. Примерно сто представителей леворадикального движения "Черных флагов" выступили против пребывания на посту премьера Биньямина Нетаньяху. Самое поразительное, что именно эта демонстрация была разрешена. Однако лидеры ультралевых и анархистских организаций угрожают митинговать и в Иерусалиме у резиденции премьера, несмотря на запрет таких демонстраций из-за опасения распространения COVID-19. Аэропорт Бен-Гурион продолжает принимать и отправлять рейсы, которые были согласованы заранее. Поэтому разрешены поездка в аэропорт и возвращение из него при наличии авиабилета.
Нарушителей карантинного режима ждут высокие штрафы. За удаление от дома более чем на километр без уважительных причин нарушитель заплатит 500 шекелей (примерно 140 долларов). Нарушение запрета собираться лишь маленькими группами обойдется поправшим карантин в 1000 шекелей. Владелец предприятия или бизнеса любого профиля, которые не должны работать в период карантина, но работают, заплатит 5000 шекелей.
США
Горсовет Нью-Йорка разрешил местным ресторанам взимать с посетителей 10 процентов от суммы счета на "восстановление после COVID-19". Как пишет издание Eater New York, руководство ресторана может потратить доход с этих 10 процентов на что угодно, только не на зарплаты персоналу - клиенту нужно четко дать понять, что эта сумма не имеет ничего общего с чаевыми. Новые правила будут действовать в течение 90 дней с момента, когда в городе окончательно станет можно питаться в заведениях общепита. В других американских городах давно существуют подобные "надбавки". Например, в Сан-Франциско некоторые рестораны берут с посетителей один процент от суммы заказа на борьбу с изменениями климата.
Франция
Французский министр экономики Брюно Ле Мэр заболел коронавирусом. Как он сам рассказал на своей страничке в Twitter, симптомов у него нет, но неделю в самоизоляции провести придется. При этом министр продолжит выполнять свои обязанности. Где Ле Мэр мог подцепить инфекцию, пока неясно. По словам властей, точно не от президента, премьера или других членов правительства, которые в минувшую среду собирались на совет министров. Как уточнили в Матиньонском дворце, подобные мероприятия проводятся при строжайшем соблюдении "санитарного протокола… в частности правил ношения маски и дистанцирования". В марте COVID-19 выявили также у тогдашнего министра культуры Франка Ристера.
Британия
На фоне резко возросшей заболеваемости COVID-19 на Туманном Альбионе власти вновь обязали всех жителей Англии с положительным корона-анализом и тех, кто контактировал с больными, отправляться на самоизоляцию. Более того, за первое нарушение карантина англичанам теперь грозит штраф в тысячу фунтов, а за последующие может набежать сумма аж до десяти тысяч (почти миллион рублей). Новые правила вступят в силу 28 сентября. Кроме того, власти выплатят по 500 фунтов каждому малоимущему, которому из-за новых правил придется отправиться на самоизоляцию, а возможности работать и зарабатывать деньги из дома не будет. Правительство намерено штрафовать всех работодателей, кто будет наказывать сотрудников, вынужденно отправившихся на карантин.
Подготовила Диана Ковалева
Дубай, ОАЭ. Авиакомпания Etihad Airways, национальный перевозчик Объединенных Арабских Эмиратов, ожидает возможности начать коммерческие полеты в Израиль на фоне нормализации отношений двух стран.
Нужно отметить, что Etihad был первым перевозчиком из региона Персидского залива, который совершил посадку в международном аэропорту Бен-Гурион в Тель-Авиве – в мае 2020 года, при выполнении гуманитарного рейса с медикаментами для жителей Палестины.
Второй аналогичный гуманитарный рейс по маршруту Абу-Даби – Тель-Авив перевозчик выполнил в июне 2020 года. В настоящее время авиакомпания Etihad ожидает заключения международного соглашения о воздушных перевозках между двумя странами. Документ не только поможет развить сотрудничество в разных сферах, но и укрепить экономические связи.
В настоящее время еще не запущены прямые пассажирские рейсы между Абу-Даби и Тель-Авивом, однако туристы из Израиля могут приобретать билеты на рейсы авиакомпании Etihad у агентства Tal Aviation. Граждане Израиля пока не могут летать напрямую в Абу-Даби, однако могут путешествовать транзитом по другим направлениям маршрутной сети со стыковкой в столице ОАЭ. В настоящее время, стоит напомнить, полетная программа Etihad расширена до 58 направлений.
Церемония подписания соглашения о нормализации отношений между Объединенными Арабскими Эмиратами и Израилем, а также Бахрейном и Израилем состоялась 15 сентября 2020 года в Вашингтоне. В церемонии подписания исторического документа приняли участие премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху, министр иностранных дел и международного сотрудничества ОАЭ шейх Абдалла бен Заед Аль Нахайян и министр иностранных дел Бахрейна Абдулатиф бен Рашид Аль Заяни. Соглашение было подписано на трех языках: английском, арабском и иврите.
Израильская делегация впервые посетила ОАЭ 31 августа, первым коммерческим рейсом авиакомпании El Al. Летевший вместе с делегацией советник президента США Джаред Кушнер выразил тогда надежду, что этот исторический перелет положит начало еще большему историческому путешествию на Ближнем Востоке.
16 сентября 2020 года израильская авиакомпания El Al выполнила первый в истории грузовой рейс в Дубай. Борт Boeing 747, перевозящий сельскохозяйственные и высокотехнологичные продукты совершил посадку в Дубае. Впоследствии рейс станет ежедневным – он будет отправляться из Израиля по средам и возвращаться по пятницам. Маршрут станет «экспортно-импортным» направлением на Дубай и далее на Восток.
Стоит напомнить, что 29 августа 2020 года Его Высочество шейх Халифа бен Заед Аль Нахайян, президент Объединенных Арабских Эмиратов, издал указ об отмене экономического бойкота Израиля. Таким образом, эмиратские компании получили разрешение торговать с Израилем. Согласно указу, теперь компаниям и индивидуальным предпринимателям в ОАЭ разрешено заключать торговые и финансовые сделки с израильскими компаниями, Израиль может ввозить в ОАЭ любые товары и продукцию и торговать ею на территории арабской страны.
Мазками и скобками
Эксперты считают историческое соглашение Израиля с ОАЭ и Бахрейном расплывчатым и шатким
Текст: Александр Гасюк
15 сентября в Белом доме в присутствии президента США Дональда Трампа были подписаны широко разрекламированные Вашингтоном "исторические соглашения" между Израилем и двумя арабскими странами - ОАЭ и Бахрейном. Но если с Эмиратами специально прилетевший в американскую столицу премьер Израиля Биньямин Нетаньяху заключил мирный договор (несмотря на то, что войны между этими странами никогда не было), то с Бахрейном утверждено лишь соглашение о намерении подписать аналогичный документ. Достигнутые при активном посредничестве США арабо-израильские договоренности стали первым такого рода прорывом за последние 26 лет - в 1994 году мирный договор с Тель-Авивом заключила Иордания, а до нее это сделал Египет. Нынешний внешнеполитический успех, который направлен на решение электоральных задач Трампа и Нетаньяху, выглядит шатким и может обернуться провалом в любой момент. Подписанные документы едва ли приведут к долгосрочному миру на Ближнем Востоке, пояснил эксперт "РГ".
Днем 15 сентября церемония подписания соглашения только готовилась. Согласно информации газеты The Jerusalem Post, несмотря на угрозу COVID-19, она должна была состояться на южной лужайке Белого дома с большим размахом - в присутствии порядка 1 тысячи гостей.
"Это будет теплый мир, экономический мир в дополнение к дипломатическому миру", - сказал перед вылетом в Вашингтон Нетаньяху. Сопровождавший его шеф разведки еврейского государства (Моссад) Йоси Коэн заявил, что "большое количество людей на протяжении многих лет усердно работали для того, чтобы этот момент настал". Впрочем, торжество тайной и явной ближневосточной американо-израильской дипломатии США ровно как и пафосный статус "исторического мероприятия" несколько поубавили подмеченные комментаторами особенности его протокола. Так, если от Израиля в США прилетел глава правительства, то ОАЭ и Бахрейн направили подписывать документы лишь министров иностранных дел. А единственной страной-членом ЕС, представитель которой согласился присутствовать на церемонии, станет Венгрия. Кроме того, до сих пор не ясны конкретика и модальности соглашения, в частности, как в соглашениях прописан пресловутый палестинский вопрос. "Это не прекращение борьбы за дело Палестины. Речь идет об укреплении безопасности и экономической стабильности Бахрейна", скупо заявили в Бахрейне.
Очевидно, что продвигая нынешнюю арабо-израильскую сделку лидеры США и Израиля, прежде всего, работают на собственные политические амбиции. Если стремящемуся переизбираться в ноябре президенту США Трампу на финишной прямой избирательной гонки как воздух нужны внешнеполитические успехи и поддержка еврейского лобби, то Биньямину Нетаньяху необходимо отвлечь внимание населения страны от коррупционного разбирательства в отношении него и провального коронакризиса - на днях в Израиле введен второй по счету тотальный карантин. С учетом того, что соглашение с ОАЭ и Бахрейном необходимо будет ратифицировать в кабинете министров и кнессете "Биби" еще не раз сможет возвращаться к триумфальной для него теме, подменяя неудобную повестку. Специализированное ближневосточное издание Al-Monitor также обращает внимание на то, что Нетаньяху, захватив с собой в Вашингтон большую делегацию (включая жену и двух сыновей), подчеркнуто не пожелал делиться славой со своими конкурентами из числа израильских политиков. И целенаправленно не пригласил на церемонию подписания "исторических соглашений" с арабами главу израильского МИДа Габи Ашкенази, а также сменного премьер-министра страны Бени Ганца.
Напомним, что Тель-Авив и Эмираты еще 31 августа с помпой открыли между собой прямое авиасообщение. Среди прочих на борту самолета израильской авиакомпании El-Al, впервые совершившим рейс из тель-авивского аэропорта имени Бен-Гуриона в Абу-Даби, находились высокопоставленные чиновники администрации Трампа - советник президента США по нацбезопасности Роберт О'Брайен и родившийся в ортодоксальной еврейской семье зять и советник действующего президента США Джаред Кушнер. Именно они, по данным СМИ, сыграли ключевую роль в нормализации отношений между сторонами. Долгосрочная цель запущенного при посредничестве США процесса - реализация стратегических установок Вашингтона на объединение под американо-израильским зонтиком суннитских монархий Персидского залива для противостояния в регионе шиитскому Ирану.
"Предыдущая инициатива администрации Трампа на данном направлении по созданию так называемого антииранского ближневосточного альянса или, как его называли, "арабского НАТО" оказалась недостаточно проработана. Для решения этой задачи требовались не только значительные финансовые ресурсы, но и преодоление разногласий между самими арабскими странами", - пояснила "РГ" эксперт-ближневосточник Российского института стратегических исследований (РИСИ) Елена Супонина. По словам специалиста, нынешние усилия США по нормализации отношений Израиля с ОАЭ и Бахрейном также имеют явный антииранский подтекст.
Действительно, пока в Абу-Даби и Манаме полным ходом идут работы по открытию посольств Израиля в СМИ просочилась информация о предстоящем создании на территории Эмиратов израильской разведывательной базы. Ее основной задачей станет сбор информации об Иране. В этой связи не удивительно, что в Тегеране болезненно отреагировали на наметившуюся нормализацию отношений и расширение сотрудничества Израиля с ОАЭ. Так, представители парламента Исламской Республики уже заявили, что в случае ирано-израильского военного конфликта Эмираты могут стать легитимной целью для удара. Кроме того, иранский Корпус стражей исламской революции (КСИР) предупредил Бахрейн о возмездии за нормализацию отношений с Израилем.
Прямая речь
Елена Супонина, советник директора Российского института стратегических исследований (РИСИ)
"Нынешняя сделка между рядом арабских государств и Израилем прочерчена при посредничестве США слишком широкими мазками. В этой картине не хватает многих деталей, которые осознанно выведены за скобки. Это касается конкретных механизмов улучшения отношений между Израилем, ОАЭ и Бахрейном, а также требования арабов найти решение палестинской проблемы.
В этих деталях скрывается подвох, который может осложнить реализацию нынешнего соглашения в любой момент. Следует учитывать и общественное мнение в этих и других арабских странах, в частности сохраняющееся недоверие к Израилю. Так, в Египте и Иордании мирный договор с Израилем давно подписан, но на уровне рядовых граждан сохраняется подозрительность и недоверие к Израилю и нечто похожее может произойти в ОАЭ и Бахрейне.
Для Вашингтона и Тель-Авива главное в этой истории - достижение краткосрочных целей. Для премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху - это снижение политических последствий от связанного с ним коррупционного скандала. А для стремящегося переизбираться Дональда Трампа, которому так и не удалось добиться внешнеполитических успехов на северокорейском направлении, этот израильско-арабский подарок может подстегнуть рейтинги в преддверии ноябрьских выборов президента США".
![Главное](/images/star.png)
Лужайка Белого дома
Какой американский президент не любит мирить евреев и арабов?
Исраэль Шамир
Под эгидой США набирает обороты процесс «примирения» Израиля с арабскими странами Ближнего Востока и другими государствами мира — за счёт интересов палестинского народа.
Какой американский президент не любит мирить евреев и арабов на лужайке Белого Дома? Однажды это прекрасно получилось у президента Картера, а потом президенты Клинтон, Буш-младший и Обама не отставали. Такой саммит на лужайке хорошо смотрится как дома, так и за рубежом — вальяжный американский президент, словно кот Леопольд, поучает расшалившихся мышей: «Ребята! Давайте жить дружно!», — и те благодарно кивают, бросаясь в объятия друг другу. Напоминает и о двойном смысле слова «Мир»: Pax Americana, Американский Мир — это мiр, в котором царит мир.
Вот и президент Трамп, который может позавидовать безмятежности правления президента Лукашенко, Трамп, осаждённый враждебной прессой, враждебными разведслужбами, враждебным конгрессом, получил свои чудесные мгновения на зелёной лужайке. Он свёл израильского премьера Биби Нетаньяху с двумя арабскими правителями: из ОАЭ и Бахрейна. Это большой плюс для Израиля. ОАЭ баснословно богаты, они уже собираются купить Хайфский порт, направить в Израиль своих больных, купить израильский хайтек и способствовать миру между Израилем и Саудовской Аравией, а также между Израилем и Ливаном. Бахрейн — не столь крупная сила, но это ещё одна «костяшка домино» в ближневосточной и мировой политической игре. Давнее желание Израиля добиться нормализации с арабами, не договариваясь с палестинцами, всё ближе к осуществлению.
Одновременно Трамп продавил Сербию и Косово, и те согласились открыть свои посольства в Иерусалиме. Посольство или представительство Косово станет первым представительством мусульманской страны в еврейском Иерусалиме.
Можно, конечно, фыркать, как делает могущественная оппозиция в Израиле: мол, Косово — это банда диких албанцев, Бахрейн оккупирован саудовскими войсками, в ОАЭ такой апартеид, что сам Израиль отдыхает, — но, во-первых, в таком мире живём, а во-вторых, ничто из сделанного Нетаньяху не удовлетворит израильскую либеральную оппозицию, кроме его отставки. В таком же положении находится и Трамп — его противники ничем не будут довольны, кроме его ухода из Белого Дома. С учётом этих обстоятельств, налицо большое достижение для Израиля, а также и для Трампа с Нетаньяху лично.
Трамп надеется таким образом перетянуть на свою сторону американских евреев — по крайней мере тех, для кого Израиль особенно важен. Полностью он этого не сумеет добиться никоим образом — подавляющее большинство американских евреев включено в структуры Демпартии, голосует за демократов, а сейчас ещё и поддерживает BLM. Но расколоть американское еврейство он сумеет, а это уже плюс.
В США, как и в других странах, есть поверие, что евреи всем рулят, и что с ними нужно договориться. Трамп тоже верит в эту концепцию, или, по крайней мере, учитывает еврейский фактор. До Трампа американцы пытались помочь Израилю договориться с палестинцами — это решило бы все проблемы одним махом. Но договориться с палестинцами можно было лишь путём некоторых уступок. Небольших — признать их людьми с элементарными правами, но таких уступок евреи делать не хотели и не хотят. Одно дело — требовать пересмотра отношения белых к чёрным в Америке, а пересмотреть отношение к гоям в своей стране — «это другое». Первое — всегда пожалуйста. Недаром при столкновениях BLM и полиции выясняется, что на стороне чёрных обычно активничают евреи. А второе — совсем нет. Трамп — реалист. Он учёл это свойство еврейского характера и решил подойти с другого конца: замирить Израиль с дальними странами Персидского Залива. Это у него получилось. Объединенным Арабским Эмиратам и их соседям куда важнее спор с Ираном, чем дружба с палестинцами. А Израиль занимает четкую антииранскую позицию.
В самом Израиле восторгов мало. Прежде всего — там вводят карантин. Израиль – первая страна в мире, входящая на повторный карантин, со всеми его прелестями. Комендантский час, больше десяти в одном месте не собираться, школы закрыты, масочный режим, синагоги закрыты в наступающие еврейские праздники, и всё это — несмотря на небольшое количество смертей от COVID-19. Пока есть данные только за первые шесть месяцев года, но по ним смертей не больше, чем в первую половину предыдущего года. Количество же безработных растёт, рестораны и мелкие бизнесы закрываются. Народ подозревает, что карантин введен против демонстрантов, которые бузят каждый вечер около резиденции премьер-министра. В этих условиях нормализация отношений с дальними странами не может вызвать должного восторга.
Признание Иерусалима столицей Израиля тоже продвигается, хотя и медленно. Без ликования — скорее, как вынужденную меру — принял это требование Трампа президент Сербии. Для Косова это всё равно — маленькая страна, полностью оккупированная войсками НАТО, не имеет ни выбора, ни своей внешней политики. Евросоюз не одобрил даже эти шаги. Если есть площадка, где Евросоюз имеет свою позицию, это палестинский вопрос, и здесь позиция «единой Европы» близка к позиции России. Как ЕС, так и Россия при всей симпатии к Израилю не готовы отказаться от защиты законных прав палестинцев, и это можно лишь приветствовать.
Бахрейн и ОАЭ будут сожалеть о нормализации своих отношений с сионистским режимом
Главный советник лидера Исламской революции по международным делам Али Акбар Велаяти заявил, что Бахрейн и ОАЭ будут сожалеть о нормализации своих отношений с сионистским режимом.
Он сделал это заявление в понедельник, отметив, что мусульманские страны выразили свое несогласие с нормализацией отношений между двумя арабскими странами и сионистским режимом, которую планировало правительство США, сообщает Mehr News.
Далее он сказал, что Бахрейн и ОАЭ решили раскрыть свои отношения с израильским режимом из-за побед движения Сопротивления в Западной Азии.
По словам Велаяти, сионистскому режиму не будет места среди народов мира, независимо от того, изменят ли страны региона свою позицию.
Он также отметил, что Исламская Республика не беспокоится о близости сионистского режима, добавив, что Иран даст решительный ответ врагам, если они будут угрожать национальной безопасности страны.
В пятницу Бахрейн согласился нормализовать отношения с Израилем, став последней арабской страной, которая сделала это в рамках более широкого дипломатического толчка президента США Дональда Трампа и его администрации по дальнейшему ослаблению относительной изоляции этого режима на Ближнем Востоке.
После объявления в Белом доме, палестинские официальные лица осудили сделку о нормализации отношений между Израилем и Бахрейном, объявленную президентом США Дональдом Трампом, как еще один «удар в спину» арабского государства.
Дочь имама Хомейни выступила против нормализации отношений с сионистским режимом
Дочь покойного имама Хомейни в воскресенье предупредила исламские государства против нормализации отношений с сионистским режимом.
Захра Мостафави, дочь покойного отца-основателя Исламской революции Имама Хомейни и генерального секретаря находящегося в Иране Общества защиты палестинского народа (SDPN) в письме к некоторым главам исламских стран, предостерегла от усилий, чтобы нормализовать отношения с сионистским режимом, и сказала, что исламские государства следует предостеречь от гнева их народов.
Вот письмо генерального секретаря SDPN следующего содержания:
Некоторое время прорабатывается вопрос сотрудничества сионистского режима с некоторыми исламскими государствами. Учитывая его важность и наши обязательства, как неправительственной организации, защищающей палестинцев, я почувствовала себя обязанной поделиться с вами некоторыми важными вопросами, как искренний советник.
Дело освобождения Палестины и Аль-Кудса в мусульманском обществе основано на этом очень болезненном чувстве. Поскольку продолжающаяся оккупация Палестины и Аль-Кудса является длительным и постоянным оскорблением исламской уммы, а враждебные действия режима представляют собой постоянную угрозу безопасности и интересам всех стран региона.
Поскольку некоторые лидеры мусульманского мира упустили из виду проблему Палестины и предприняли шаги для установления дипломатических отношений с оккупантами Палестины, на самом деле это противоречит исламским учениям и самому Священному Корану. Как подчеркнул покойный имам Хомейни, эта раковая опухоль не ограничится Палестиной и в очень короткое время расширит свои политические возможности на региональном уровне. К сожалению, за последние 72 года исламские страны не предприняли никаких эффективных или решительных мер для устранения этой давней угрозы. 72 года перемещения палестинцев - важный фактор, который показывает, что лидеры исламского мира не смогли решить проблему Палестины.
Как заявил верховный лидер Исламской революции аятолла Сейед Али Хаменеи, любые отношения с сионистским режимом являются государственной изменой делу Палестины и мусульманской уммы в частности.
Сионистский режим был установлен на основе искаженного учения иудаизма. Те, кого Бог назвал злейшими врагами благочестивых и ясно повелел человеку не заводить с ними дружбу, подчеркивая, что, если какой-либо мусульманин проигнорирует эту заповедь, он не только будет исключен из числа благочестивых, но также станет их частью. Поэтому, когда он откажется от дружбы с благочестивыми и ищет дружбы с врагами, он будет считаться угнетателем, никогда не увидит милосердия и руководства Всемогущего и будет исключен из Его Сострадания.
Несомненно, выбор установления связей с Израилем означал бы признание оккупации Палестины и заключение договора с злейшими врагами мусульман против мусульман, и этот выбор воспламенил чувства мусульманской уммы, что привело к противостоянию исламской уммы во всем мире. Тем, кто принял такое неправильное решение, придется заплатить высокую цену. Им не следует забывать о судьбе Анвара Садата.
Судьба наций и государств, которую Священный Коран подчеркивает для изучения, показывает, что государства не будут стоять вечно, но нации останутся, и эти самые нации будут наказывать те государства, которые пали в измене. В этом отношении мусульманские нации возьмут на себя тяжелую месть со стороны государств, которые решили установить связи с врагами и злейшими врагами. Общество защиты палестинцев и международный союз неправительственных организаций, защищающих народ Палестины, на самом деле являются волей и голосом иранцев, а также национальных и международных членов, которые чувствуют себя обязанными и ответственными за то, чтобы предупредить все арабские и исламские государства о горьких последствиях выбора. Несомненно, каков будет итог этого выбора.
Одним из направлений политики сионистского режима является его военное присутствие и нарушение безопасности во всем регионе Западной Азии и Северной Африки, особенно в стратегическом регионе Персидского залива.
Когда Ариэль Шарон, бывший премьер-министр Израиля, мясник Сабры и Шатилы, подчеркивал «необходимость присутствия израильских вооруженных сил в Персидском заливе и контроля над нефтяными ресурсами в регионе», без сомнения, конечная цель Израиля, с его лживой внутренней литературой о мире, на самом деле направлена на расширение его контроля над всей исламской географией, что может поставить под угрозу интересы и безопасность всех стран в регионе, и, несомненно, малые страны будут наиболее уязвимыми.
Мы предупреждаем все арабские и исламские государства об этом неправильном поступке.
Несомненно, если бы арабское и исламское государства оставались рядом с палестинской нацией, также, как исламский Иран стоит рядом с палестинским делом в течение последних 42 лет, принял эту меру как часть своей приоритетной внешней политики и продолжил эту тенденцию, при наличии стойкости и твердой воли в течение последних 42 лет, освобождение Палестины пошло бы более быстрыми темпами и привело бы к прекращению всей нестабильности, как в этих странах, так и во всем регионе посредством тесного сотрудничества.
Будьте уверены, что угнетатели меньше всего будут думать об интересах и безопасности стран в регионе, когда речь идет об их присутствии в регионе. Израиль - результат их длительного колониального опыта, и их желание состоит в том, чтобы взять полный контроль над регионом с помощью сионизма и, как заметил президент США, доить богатство региона и в конце концов возглавить его.
Трудно быть авангардом
Профессор Полина Степенски: Российским ученым и медикам браво!
Текст: Захар Гельман (Израиль)
В Израиле с энтузиастом встретили известие о создании российскими учеными Национального исследовательского центра эпидемиологии и микробиологии имени Гамалеи вакцины против COVID, готовой к массовому производству под торговой маркой "Спутник V".
Крупнейший израильский иммунолог, заведующая отделением трансплантации костного мозга и иммунотерапии университетской клиники "Хадасса" в Иерусалиме профессор Полина Степенски (уроженка Винницы, выпускница медицинского факультета Еврейского иерусалимского университета) так охарактеризовала "Спутник V": "Первое, что надо сказать российским ученым и медикам, это "браво!" Создание вакцины вызывает массу уважения. И как врач, и как ученый я думаю, что россияне создали действительно замечательное средство и совершили большой прорыв в науке". Уместно напомнить, что В 2018 году Полину Степенски признали в Израиле "Человеком года", а журнал Forbes включил ее в список лучших врачей еврейского государства. Так что ее мнением пренебречь никак нельзя.
Следует также обратить внимание на заявление генерального директора клиники "Хадасса" профессора Зеэва Ротштейна, согласно которому специалисты этой университетской клиники, работающие в ее отделении в "Сколково", участвуют в проверке эффективности и безопасности российской вакцины.
Мировая гонка за первенство в области науки и техники нередко сносит головы конкурирующим сторонам. Об этом, продолжая свою мысль, профессор Полина Степенски высказалась так: "Российские исследователи создали прекрасную вакцину, которая по эффективности может превзойти разработки исследователей в других странах. При этом критика российской вакцины часто политизирована и связана с непониманием того, как работают ученые".
Нарочитая подозрительность в отношении к открытиям, сделанным российскими учеными не нова. Примером может служить внедрение в медицинскую практику первых в мире вакцин против холеры и чумы, разработанных Владимиром Хавкиным, российским бактериологом, иммунологом и эпидемиологом конца XIX - начала XX веков. Вначале доктор Хавкин испытал противохолерную вакцину на себе, а затем применил ее в широких масштабах в Индии. Аналогичен его вклад в борьбу с чумой, эпидемия которой в 1896 году поразила Бомбей (ныне Мумбай). И противочумную сыворотку, названную "лимфой Хавкина", уроженец Одессы также вначале испытал на себе.
Весьма показательно, что сперва индийцы не доверяли Хавкину и отказывались прививаться, ибо считали его английским, то есть "колонизаторским", доктором. Доверие к "лимфе Хавкина" возросло, когда местные студенты, участвовавшие в вакцинизации, разъяснили своим согражданам, что врач Хавкин не "инглизи", а "руси". Владимиру Ароновичу надо было обладать немалой уверенностью в эффективности созданных им вакцин в условиях, когда его учителя и покровители - великие Илья Мечников и Луи Пастер - первоначально выражали сомнения в их безусловной действенности.
В науке, особенно в областях, связанных со здоровьем человека, новационные методы, включая и забытые старые, всегда поначалу вызывали и продолжают вызывать недоверие. Мало кто знает, что и сегодня в мире существует так называемое антипрививочное движение (антивакцинаторство), оспаривающее эффективность, безопасность и даже правомерность вакцинации. Эксперты Всемирной организации здравоохранения характеризуют "антивакцинаторов" как личностей, находящихся "в тревожном и опасном заблуждении". Подобное недоверие ВОЗ внесла в список десяти проблем здравоохранения.
Российский "Спутник V", несомненно, в той или иной степени будут использовать в качестве прививок во многих странах. Можно сказать, что с коронавирусом начнут разбираться по-русски! Но это не значит, что будут проигнорированы разработки вакцины против коронавируса, произведенные в других странах. Сегодня поиски эффективных лечебных средств и прививок против мировой вирусной напасти ведутся в сотнях лабораторий по всему миру.
Фактически на выходе противоковидные вакцины в Великобритании, Израиле, Соединенных Штатах, Германии, Казахстане, Китае, Франции, Австралии и в ряде других стран. И государство, в лабораториях которого произведут вакцину, которая завершит поход COVID-19 против человечества, будет первым в списке победителей "короны". Первым, после России. Так распорядилась история.
Фотофакт
Сотрудники "Российской газеты" одни из первых сделали прививку от гриппа. Их вакцинировали российским препаратом, разработанным специально против новых штаммов вируса, которые ожидаются в этом году. По данным ВОЗ, три из них появятся уже осенью и будут отличаться от тех, что были в прошлом и позапрошлом эпидемических сезонах. То есть популяционного иммунитета у населения к ним еще нет. Всего в 2020-2021 годах циркулировать будут четыре штамма вируса гриппа, поэтому вакцину для прививки рекомендуется выбирать четырехвалентную. Редакция "Российской газеты" выражает благодарность ГБУЗ города Москвы "Консультативно-диагностический центр N 2 Департамента здравоохранения города Москвы".
Эхо войны в храме
Саперы обезвредили в знаменитом монастыре снаряды и гранаты
Текст: Александр Степанов
Военные инженеры в Воскресенском Ново-Иерусалимском монастыре обезвредили боеприпасы, оставшиеся там со времен Великой Отечественной войны.
Снаряды и гранаты нашли работники монастыря при проведении реконструкции. Обезвредить опасную находку попросили Министерство обороны РФ.
В монастырь была отправлена группа разминирования межведомственного учебного центра инженерных войск. Поисковые работы по сплошному обследованию территории монастыря проводились с середины июля. Причем к операции по обнаружению боеприпасов привлекались и водолазы, которые, используя современную станцию по поиску взрывчатки ПРСВ-М, проводили работы в озерах, находящихся на территории монастырского комплекса.
В итоге саперы обнаружили 19 взрывоопасных предметов, оставшихся со времен Великой Отечественной войны, - минометные снаряды и гранаты.
Обычно такие опасные находки уничтожаются на месте путем подрыва. Однако, учитывая, что Новый Иерусалим является объектом культурного наследия федерального значения, а архитектурный ансамбль монастыря входит в золотой фонд русского зодчества, было принято решение вывезти боеприпасы.
"Эхо войны", найденное в монастыре, было со всеми предосторожностями вывезено и уничтожено на специализированном полигоне.
Иордания снизила на треть минимальный размер инвестиций для получения гражданства
Однако многие инвесторы и так вкладывали намного больше порогового значения.
Что случилось? Комиссия по инвестициям Иордании отчиталась о результатах двухлетней работы программы и представила изменения её условий, сообщает Investment Migration Insider.
Результаты. В целом за время работы с 2018 года программа получения гражданства за инвестиции привлекла $1,38 млрд от всего лишь 200 основных инвесторов, сообщил Халид Аль-Вазани, глава иорданской инвестиционной комиссии (JIC). Кроме того, создание 7 369 рабочих мест напрямую связано с программой.
Откуда деньги? JIC не раскрыла статистических данных, но сообщила, что среди инвесторов есть выходцы из следующих стран:
-Сирия
-Ирак
-Палестина
-Финляндия
-Канада
-Ливан
-США
-Пакистан
-Индия
-Сент-Китс и Невис
Цитата. «Было не сразу понятно, как иорданская комиссия убедила участников инвестировать в среднем в семь раз больше требуемого минимума. Возможное правдоподобное объяснение состоит в том, что заявленные вложения иностранцев, только недавно натурализованных через программу, могли быть задним числом включены в подсчёт», – предполагают авторы статьи.
Изменения. Несмотря на необычайную щедрость инвесторов, JIC сочла целесообразным снизить минимальные инвестиционные требования на 25-33% в зависимости от варианта.
Совет министров Иордании объявил о следующих изменениях минимальных требований:
Вариант вложений |
Было |
Стало |
Депозит в центробанк |
$1,5 млн на 5 лет |
$1 млн на 3 года |
Инвестиции в казначейские облигации |
$1,5 млн на 10 лет |
$1 млн на 6 лет |
В уставный капитал иорданской компании |
$1,5 млн на 3 года |
$1 млн на 3 года |
В малые и средние предприятия Иордании |
$1 млн на 3 года |
$750 тыс. на 3 года |
Создание компании (не менее 20 рабочих мест) в столичном регионе |
$2 млн на 3 года |
$1,5 млн на 3 года |
Создание компании (не менее 20 рабочих мест) за пределами столичного региона |
$1,5 млн на 3 года |
$1 млн на 3 года |
Инвестиционная программа Иордании регулярно входит в топ лучших в мире.
Автор: Ксения Ватник
Артефакт в кармане
Музеи вновь встречают посетителей и радуют их не только новыми выставками, но и современными технологиями
Текст: Юрий Гень (Северная Осетия) , Ирина Рыбникова (Подмосковье)
Вот невезуха... Последний день командировки, два часа свободного времени, а Национальный музей Северной Осетии, где давно собирался побывать, встречает меня закрытой дверью. Короткая запись предупреждала: открытие состоится 9 сентября. Помялся у входа, ломая голову: чем заняться? И собрался было уходить, но тут, ура, замечаю выходящего из здания Батраза Цогоева, директора музея, с которым познакомился накануне на одном из мероприятий.
- Здравствуйте, Батраз Таймуразович, - бросаюсь к нему и объясняю ситуацию. Он смотрит на часы: "Что ж, время позволяет, попробуем в порядке исключения решить вашу проблему". И широким жестом руки приглашает пройти в музей.
- Здание музея, - рассказывает Батраз Цогоев, - расположено в бывшей табачной фабрике Вахтангова, отца известного театрального режиссера и актера. Этот корпус - сам по себе уже исторический экспонат. Но сейчас после проведенной реконструкции одна из главных особенностей музея, считаю, - уникальное мультимедийное оборудование, установленное здесь.
Заходим в один из первых экспозиционных залов. Помимо различных исторических артефактов здесь установлен большой тач-стол. Они, кстати, есть почти в каждом большом помещении.
- Фактически это огромный планшет, на котором можно не только прочитать информацию о том или ином историческом периоде, но и посмотреть фильмы или 3D-инсталляции, - рассказывает Батраз Цогоев.
И листая пальцем страницы, как в обычном планшете, находит 3D-реконструкцию древней крепости.
- Вот сейчас мы с вами побродим по ее улицам, окунемся в мир давно минувших столетий и увидим его своими глазами, - говорит он. И уточняет: - Все реконструкции сделаны с исторической достоверностью.
- А можно увидеть осетинский дом Средневековья?
- Пожалуйста, - отвечает Батраз Таймуразович. Несколько движений пальцем - и открывает на тач-столе "гостевой зал" осетинского дома раннего Средневековья. Причем с помощью 3D-реконструкции можно рассмотреть всю детали жилища в мельчайших подробностях.
- К сожалению, самих таких 3D-реконструкций пока еще мало, - замечает Батраз Цогоев.- Нам предстоит их создавать. Это большая работа. Но возможности здесь безграничны. Ведь память тач-столов исчисляется терабайтами.
Переходим в другой зал. "Теперь достаем смартфон, - предлагает он, - если у вас заранее загружено приложение "Артефакт", то вы можете самостоятельно знакомиться с экспонатами"...
Это еще одно новшество, которое используется в залах Нацмузея. Достаточно навести свой мобильник с установленным приложением на QR-код рядом с объектом, и на экране телефона или любого другого гаджета появляется объемная информация о музейном предмете, фото и видеоролики. Такая своеобразная "дополненная реальность". "Использование этой технологии позволяет сделать осмотр экспозиции еще более увлекательным и познавательным", - констатирует директор музея.
Ну и конечно, в каждом зале музея установлены огромные мультимедийные экраны, на которых транслируются 3D-реконструкции, редкие фотоснимки, документальные фильмы и другие познавательные материалы.
Заметив мой удивленный вид - откуда, мол, такое роскошество, Батраз Цогоев пояснил, что уникальное мультимедийное оборудование - своего рода подарок федеральной программы "Цифровая культура" национального проекта "Культура". "И мы тут не исключение, - отметил он. - Подобной технологией оснащен Дом-музей Плиева. А до конца года она заработает в Мемориальном доме-музее Хетагурова".
А в Московской области оценили новые технологии посетители сразу нескольких музеев и усадебных комплексов.
От обычных концертных залов виртуальный отличается наличием большого мультимедийного экрана, на который можно транслировать любые выступления любых коллективов, причем без потери качества звука. К примеру, в Музейно-выставочном комплексе Московской области "Новый Иерусалим" обновить сцену симфонией N5 Бетховена выпала честь Государственному академическому симфоническому оркестру России им. Е. Светланова.
Технические возможности зала позволяют проводить как живые концерты, так и программы в записи - можно транслировать звездные выступления хоть Метрополитен-оперы, хоть Венского филармонического оркестра Иоганна Штрауса. В этом и смысл виртуальных залов - дать возможность как можно большему числу зрителей в самых отдаленных регионах и городах страны насладиться мастерством признанных виртуозов.
Еще один вестник "Цифровой культуры" - мультимедийные гиды в музеях. Их в Подмосковье уже четыре. Первый появился в Историко-литературном музее-заповеднике А.С. Пушкина в Больших Вяземах", затем ими обзавелись "Новый Иерусалим", Серпуховский историко-художественный и Музей-заповедник П.И. Чайковского. Готовится к его получению и Зарайский кремль - единственный сохранившийся полностью кремль Подмосковья.
Мультимедийный гид - это созданные с применением технологий дополненной реальности цифровые "экскурсоводы", которые могут работать как на стационарных мониторах музеев, так и в мобильных приложениях посетителей. По музею в Больших Вяземах, к примеру, теперь можно прогуляться в компании друзей и современников Пушкина, которые с экранов расскажут и обо всех обитателях усадьбы, и об истории появления в ней тех или иных артефактов. А в "Новом Иерусалиме" гид, загруженный в телефон, распознает экспонаты постоянной экспозиции "Русское искусство. Церковное и светское искусство XVI - начала XX века", выводя всю информацию о них на экраны мобильных устройств. По словам министра культуры Московской области Елены Харламовой, за последнее время музеи Подмосковья совершили цифровой скачок длиной в несколько лет.
- За весь прошлый год в 70 муниципальных и государственных музеях Подмосковья побывали более 4,2 миллиона человек, - говорит она. - А сейчас мы уже насчитали 4,6 миллиона онлайн-посетителей.
Справка "РГ"
Федеральный проект "Цифровая культура" - одно из трех направлений нацпроекта "Культура", большой долгосрочный проект, который предусматривает создание виртуальных концертных залов в регионах, оцифровку и включение в Национальную электронную библиотеку книжных памятников, проведение онлайн-трансляций мероприятий, размещаемых на портале "Культура.РФ", а также создание мультимедиа-гидов по экспозициям и выставкам, помогающих посетителю получить больше разной и интересной информации о произведениях искусства.
Комментарий
Максим Ксензов, заместитель министра культуры РФ:
- Рассказ корреспондентов газеты, конечно, лишь небольшой штрих к тому, как идет цифровая трансформация культуры в регионах. Федеральный проект "Цифровая культура" направлен на обеспечение и широкое внедрение цифровых технологий в культурное пространство страны, чтобы жители регионов получили доступ к лучшим образцам отечественной и зарубежной культуры.
В период пандемии цифровые ресурсы доказали свою востребованность. Люди получили доступ к культурным ценностям даже в условиях ограничения посещений театров, музеев и концертных площадок. И это, отмечу, дало новый стимул для того, чтобы цифровое направление в области культуры начало развиваться с еще большей силой.
Разумеется, ни цифровизация услуг культуры, ни один виртуальный проект не заменят, допустим, настоящий поход в музей. У любого произведения есть своя энергетика. Искусство, как известно, требует живого контакта. Но цифровые решения позволяют расширить доступ к культурному наследию. Жители даже самых удаленных городов смогут ознакомиться с произведениями искусства не только страны, но и мира.
А мультимедиа-гиды, которые все больше вытесняют уже привычные нам аудиогиды, позволяют сделать посещение музея более интересным и интерактивным. С помощью мобильного приложения "Артефакт" уже ваш смартфон превращается в гида по выставке. Благодаря технологиям дополненной реальности посетителю нужно всего лишь запустить приложение и навести камеру своего смартфона на экспонат. Приложение его распознает и расскажет о нем много интересных фактов. И вся информация, заметьте, - на экране личного устройства, что особенно актуально и безопасно в посткарантинный период.
Отмечу и такой момент. Приложением "Артефакт" в равной степени пользуются люди всех возрастов. Мы же ставим задачу - и платформа это позволяет - привлечь новую, пока еще нелояльную аудиторию, например подрастающее поколение, которое смотрит на мир через гаджеты.
Причем мы стараемся сделать даже технологически сложные продукты максимально простыми для использования сотрудниками учреждений культуры. Любой музей бесплатно может создать с помощью платформы "Артефакт" мультимедиа-гида буквально за три дня, для этого нужны только желание, компьютер и фотокамера.
Музеи ежегодно в рамках нацпроекта оцифровывают 75 выставок. Но подключаются к приложению "Артефакт" и те музеи, которые не попали в программу. Таким образом, сейчас в платформе представлено 360 выставок, которые подготовили 200 музеев. И это еще не предел.
В рамках национального проекта мы планируем создание 450 мультимедиа гидов к 2024 году. Отбор проходит на конкурсной основе. Принять участие может любой музей. Например, в прошлом году было создано 78 мультимедиа гидов для музеев из 42 регионов страны. Думаю, что в ближайшем будущем мы сможем охватить все регионы России.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter