Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Законопроектом поредлагается увеличение штрафа за разговоры по мобильному телефону во время управления автомобилем до 3 тысяч рублей и в случае повторного нарушения - до 5 тысяч рублей, в то время как на данный момент размер взыскания, согласно Кодексу об административных правонарушениях, составляет 300 рублей.

Депутаты Новосибирска считают, что применяемый в настоящее время административный штраф неэффективен и не влияет на поведение водителей на дорогах "в силу своей малозначительности", сообщает РИА Новости.

В частности, парламентарии приводят в пример запрет на использование телефона во время управления транспортным средством более чем в 50 странах мира. Самое жесткое наказание предусмотрено в Нидерландах, где за нарушение указанного правила предусмотрена ответственность в виде тюремного заключения до двух недель или штраф в размере ?2 тысяч. В Испании штраф за данное правонарушение составляет ?300. В среднем же в странах Европы использование водителем во время движения телефона, не оборудованного специальной гарнитурой, обойдется нарушителю от ?50 до ?100.

Напомним, что буквально вчера депутаты Госдумы РФ предложили внести еще одно изменение в Кодекс об административных правонарушениях и вернуть советское правило "трех проколов", согласно которому водительские права могут отобрать после трех нарушений.

Российскими интернет-агентствами интересуются не только крупные глобальные коммуникационные холдинги. Небольшая французская сеть Weborama, чтобы получить доступ на российский рынок, приобрела контрольный пакет в специализирующейся на мобильном маркетинге компании Interactive Services.

Французская сеть Weborama объявила о покупке 51% российского агентства Interactive Services. Сделка позволила французам выйти на самый динамично развивающийся рынок Европы, говорится в сообщении Weborama. Она ссылается на данные Ассоциации коммуникационных агентств России: в 2011 году затраты на интернет-рекламу в России выросли на 56%, до 41,8 млрд руб. без НДС (около ?1 млрд). Для сравнения: во Франции расходы на рекламу в интернете в прошлом году, по оценке ZenithOptimedia, увеличились на 13%, до ?1,922 млрд.

Weborama была создана во Франции в 1998 году и специализируется на рекламных кампаниях в интернете. Позже офисы были открыты в Испании, Италии, Португалии, Нидерландах и Великобритании. С 2006 года акции Weborama торгуются на альтернативной площадке NYSE Euronext. Капитализация вчера составила ?60,8 млн. Выручка в 2011 году — ?22,4 млн (рост на 47% к 2010 году), чистая прибыль — ?3,5 млн (+46%).

Французская сеть рассчитывает, что в России будут востребованы ее собственные технологии по размещению медийной интернет-рекламы (баннеры, всплывающие окна и другие подобные форматы). Своими клиентами Weborama называет как крупнейших рекламодателей, в том числе Procter & Gamble, Coca-Cola, BMW, так и сетевые медиаагентства и интернет-площадки.

Основанное в 2004 году агентство Interactive Services специализируется на мобильном маркетинге. Компания, в частности, разрабатывает промоприложения с мини-играми для различных брендов, обеспечивает SMS- и интернет-голосования при трансляциях телепередач. Как следует из данных "СПАРК-Интерфакса", после сделки совладельцами ООО "Интерэктив Сервисез" остаются, в частности, Виктор Вольский и Андрей Муравин. В Weborama отказались сообщить финансовые показатели приобретенного агентства. Гендиректор Interactive Services Анжела Федорченко не ответила на запрос "Ъ".

Сумма сделки не раскрывается. Вряд ли она была значимой, полагает основатель агентства MindShare Interaction Дмитрий Ашманов. По его мнению, Weborama просто нуждалась в местной команде, которой она сможет доверить свои технологии и своих клиентов, и теперь российская компания может рассчитывать на сетевые контракты.

До сих пор российские интернет-агентства покупали глобальные коммуникационные холдинги, уже представленные в России своими сетевыми агентствами, занимающимися разработкой креатива или медиазакупками. Так, британский холдинг WPP в 2007 году приобрел 60% MindShare Interaction, в 2008-м — Actis Systems, в 2011-м — Promo Interactive. Минувшей весной WPP купил мажоритарную долю в агентстве Grape с выручкой в 2011 году 425 млн руб. (?10,1 млн). Его стоимость эксперты оценили в ?12-15 млн. Помимо WPP в российский интернет инвестировал и британский Aegis: в 2008 году он приобрел агентство AdWatch.

Работавший в России с 2007 года швейцарский турхолдинг Kuoni не готов дальше терять деньги. Убыточный бизнес в России, равно как в Италии, Испании, Бельгии и Нидерландах, будет в скором времени продан.

Совет директоров Kuoni решил, что ряд небольших убыточных подразделений турхолдинга больше не представляет для него стратегического интереса. В опубликованном в пятницу, 21 сентября, сообщении уточняется, что Kuoni больше не хочет управлять бизнесом в Италии, Испании, Бельгии, Нидерландах, а также России и изучает возможности выхода из этих активов. Возможна как полная, так и частичная их продажа или просто закрытие. Такая участь постигнет и принадлежащую холдингу систему онлайн-бронирования отелей Octupustravel.

Kuoni — крупнейший турхолдинг Швейцарии. Имеет представительства в 60 странах. Выручка в 2011 году — 5,111 млрд швейцарских франков (€4,144 млрд), чистая прибыль — 33,3 млн франков (€27 млн). Капитализация в пятницу — 1,068 млрд франков (€883 млн). Kuoni вышел на российский рынок в 2007 году, купив 80% туроператора «Мегаполюс турс», чей товарооборот тогда превышал €30 млн. По экспертным оценкам, весь туроператор мог быть оценен тогда в €4–6 млн. Но впоследствии Kuoni с сожалением констатировал, что его бизнес в России убыточен. И в прошлом году накануне летнего сезона «Мегаполюс турс» объявил, что отказывается от массовых чартерных программ, «которые предполагают недостаточный уровень рентабельности для покрытия соответствующих операционных расходов в связи с жесткой ценовой конкуренцией». Тем самым Kuoni решил сосредоточиться в России исключительно на индивидуальных турах. По итогам 2011 года заявленный товарооборот «Мегаполюс турс» снизился на 40%, до 1,29 млрд руб. (около €31,5 млн). Число отправленных за границу туристов снизилось на 46%, до 35,491 тыс. человек. Но как следует из заявления Kuoni, в России турхолдинг по-прежнему теряет деньги.

Россию уже покинул главный конкурент Kuoni швейцарский холдинг Hotelplan. В 2008 году вслед за Kuoni он приобрел 51% в российском туроператоре «Асент Трэвел». В последние годы бизнес «Асента» также был убыточен. В 2011 году при выручке €62,6 млн его убыток составил €9,7 млн, констатировал Hotelplan. В мае он объявил, что продал свой контрольный пакет в «Асенте» «одному инвестору из России».

В заявлении Kuoni говорится, что избавление от убыточных активов может вызвать расходы в 35 млн швейцарских франков (€28,9 млн). Предполагается, что операционная прибыль всего холдинга уменьшится приблизительно на 80 млн швейцарских франков (€66 млн), но это вряд ли произойдет в нынешнем финансовом году.

10 сентября в Лондоне состоялась специальная встреча представителей Европейской Комиссии и Европейского агентства по лекарственным средствам (European Medicines Agency — ЕМА) по вопросам отмеченного во многих европейских странах дефицита на рынке лекарственных средств. Целью встречи стала оценка масштаба и причин этого явления, рассмотрение правовых инструментов, которые бы позволили устранить дефицит препаратов в странах ЕС. Также обсуждалась необходимость создания системы обмена оперативной информацией о дефиците лекарственных средств.

Было предложено для этих целей использовать существующую систему обмена информацией по фармаконадзору, адаптировав ее для обмена данными о нехватке жизненно важных препаратов. Во время встречи стороны пришли к выводу, что необходимо определить критерии для отнесения лекарственных средств к жизненно важным, а также оценить возможности использования в странах ЕС клинических рекомендаций, предоставляемых комитетами ЕМА.

Для решения проблемы дефицита лекарственных средств в Европе создана рабочая группа, в которую вошли представители Польши, Испании, Италии и Великобритании. Она совместно с ЕМА продолжит работу относительно преодоления дефицита препаратов. Об этом сообщает пресс-служба Администрации регистрации лекарственных средств, изделий медицинского назначения и продуктов для борьбы с вредителями Республики Польша (Urząd Rejestracji Produktów Leczniczych, Wyrobów Medycznych i Produktów Biobójczych).

Песни нашего кишлака

Верными слушателями радио «Мигрант» стали полицейские

 Виктория Волошина 

Не подвал, а квартира. Не дворники, а строители. Учредитель интернет-радиостанции «Муходжир» (в переводе — «Мигрант») Тохир Хамдамов поражен, насколько российские СМИ, распространившие новость про первое таджикское радио в Москве — «созданное дворниками и выходящее в эфир из подвала жилого дома», — подвержены штампам. 

Не все таджики неграмотные наркокурьеры или забитые уборщики-грузчики. Сам Тохир, к примеру, по специальности программист, в Москве у него своя небольшая строительная фирма. И радио он открыл как коммерческий, а не политический проект. На сайте, где размещена ссылка на радио «Муходжир», можно также недорого сделать звонок на родину, скачать таджикские фильмы и музыку, загрузить нужные файлы и программы. Копейка для мигранта лишней не бывает.

Диджеем на радио Тохир взял своего знакомого, Рахима Каландарова, — тоже строителя.

Концепция проекта, говорят они, чисто развлекательная. «Заказывайте вашим братьям песни, передавайте приветы, — призывает диджей Рахим. — В нашем эфире звучит только таджикская музыка и песни на таджикском языке. У наших слушателей есть возможность звонить в прямой эфир и делиться своими пожеланиями. Кстати, нам также звонят те мигранты, которые готовы помочь своим соотечественникам трудоустроиться. К примеру, за последние две недели мы таким образом нашли работу для четырех своих земляков».

Песни песнями, а социальная составляющая нового СМИ быстро вызвала реакцию органов правопорядка. На этой неделе прямо в разгар вещания журналистов навестил участковый с претензиями от неназванного «начальства». Дескать, в эфире прошло, что таджики — самые угнетенные мигранты в столице. Дословно: кто бы что ни натворил, заберут в каталажку таджика. Причем в эфире эта сентенция прозвучала на таджикском языке. Но нашлись люди — перевели.

Учредитель радио, он же администратор сайта Тохир Хамдамов сначала пытался объяснить полицейскому, что не могут журналисты в прямом эфире фильтровать эмоции дозвонившихся. Но вспомнил про каталажку и дальше спорить с человеком в погонах не стал. Ему сегодня вообще кажется, что они не онлайн-радио открыли, а какого-то джинна — доброго или злого, не разберешь — из бутылки выпустили. Это радио с маломощным сигналом вызвало настоящий ажиотаж в городе. Без какой-либо рекламной кампании в первые же дни работы радиостанции на ней зарегистрировалось более тысячи слушателей. За две недели их число дошло до десятков тысяч. И сайт «лег». Администратор «Муходжира», правда, уверен, что «лечь» сайту помогли некие злые хакеры, взломавшие систему. Но кто эти шайтаны — ФМС, полиция, враждебные диаспоры, таджикские власти или просто хулиганы, — даже предполагать не решается.

Из чата радиостанции «Муходжир»

Admin: Уважаемые слушатели! Мы запустили пробное вещание радио Таджикистана в интернете. В скорейшем времени будет доступна онлайн-заявка на песню, поздравления и появится DJ-радио, чтобы не дать вам скучать.

wool1994: Какой хороший радио!

Леонид: Ребята, я смотрю на это радио, на вас — мигрантов из Таджикистана, которые его запустили, и вспоминаю про других приезжих из вашей страны, про то, как дико они себя ведут везде, где я их вижу. Они по сравнению с вами — животные. Вы отличаетесь от них так же, как мы отличаемся от европейцев. Респект вам, чуваки! Подтяните за собой своих соотечественников!

Фирдавс: Только следите за своими словами. Чтобы не унижать друг друга, тем более таджикский народ.

Вероника: Молодцы ребята, не слушайте, что вам пишут. Я лично знаю многих таджиков, я их уважаю — вам надо чаще следить за чатом, чтобы не писали всякую хрень.

Admin: Извиняюсь за короткие сбои, на наш сайт ведут хакерскую атаку.

oiisac: Это не хакерская атака. Просто о вас стали говорить. Но я вот включил впервые и слышу красивую песню на таджикском языке. Современная музыка на национальном языке — это очень важно.

Admin: Я имею в виду, что админку вскрыли и удалили полностью сайт.

Тилло: Земляки привет. Не слышу вас. Гавари! Гавари! Диджей! Гавари!

Как рассказал Тохир, сначала авторы идеи собирались открыть FM‑радиостанцию на территории России, но для этого не хватило средств. Потом обратились к таджикским FM‑радиостанциям с просьбой предоставить эфирное время для мигрантов, но там засомневались в политической благонадежности живущих далеко от родины земляков. Они выбрали самый дешевый и безобидный вариант интернет-трансляции, но и тут попали под полицейский надзор. И куда, скажите, таджику-радийщику податься?

«Чем лучше таджик владеет русским языком, тем быстрее окажется в тюрьме»

Каромат Шарипов, председатель общественного движения «Таджикские трудовые мигранты», идеально подошел бы на роль Ходжи Насреддина. Образ мудреца-простака — любящего Путина, но не Рахмонова, трудяг-таджиков, а не наркокурьеров — он играет в совершенстве. При этом в его офис-комнату у метро «Сухаревская» только за время нашего часового разговора пришло за помощью более десятка земляков. Расположившись вокруг, они почтительно кивали на каждое слово брата Каромата.

— Небогато живете. В Московском доме национальностей для вас места не нашлось? Там ведь большой особняк.

— Там говорят: хотите танцевать — танцуйте. Пожалуйста. Ну сколько мы можем танцевать. Для нетанцующих мигрантов с их проблемами там места нет. Два месяца назад, когда начались бои в Горном Бадахшане, нас выгнали из помещения на Самотечной улице. Хорошо, американцы эту комнату помогли арендовать.

— Вы радио «Муходжир» слушали?

— Хотел, но не успел. На них, говорят, пошли хакерские нападения. Сейчас они временно не вещают.

— Это онлайн-радио. Но многие ли из ваших соотечественников, работающих на рынках и стройках, имеют выход в интернет?

— Все революции совершают 2% населения — самых образованных. Очень правильное дело затеяли эти ребята. Им обидно стало за таджикскую нацию, пошли — радио открыли. Я вот тоже собираюсь создать кабельное ТВ для 2,5 млн наших земляков, работающих в России. В каждом доме в Таджикистане есть спутниковая тарелка. Народ соберет по 2 долл., будем прямые дискуссии проводить, братьев-сестер искать, вспоминать культуру свою.

— Вы с кем-то из политиков или телевизионщиков обсуждали эту идею? Может, какой спонсор найдется.

— А с кем обсуждать? Денег на таком канале точно не заработать, так что только на свои силы можем рассчитывать. Ребята, которые таджикское радио запустили, боятся даже журналистам показать квартиру, из которой вещают. И правильно делают. Они двух недель не проработали, как к ним пришли из полиции. Как будто они неправду сказали.

— А почему именно таджики стали здесь козлами отпущения?

— Таджикистан сегодня хоть и называется суверенным государством, на деле его ВВП формируется за счет денежных переводов мигрантов из России. Не волнует Россию таджикский народ. Россию волнует, кто будет у власти в Таджикистане, и она готова поддерживать Рахмонова столько, сколько необходимо. Не дай бог придет президент, который создаст рабочие места для своего народа в своей стране, — тут и дружба врозь.

— Вы слышали, что в Кремле для укрепления дружбы между народами решили транслировать в прямом эфире традиционные праздники мусульман. Не вызовет ли это негативной реакции у москвичей?

— Я знаю, многие были против этого решения. Но сейчас XXI век. У всех есть ТВ-пульты. Не нравится смотреть на мусульман — переключи на другой канал. Если мусульмане подметают, убирают, строят дома в Москве, почему бы им не отмечать свои праздники здесь.

— Насколько объективно российские СМИ, с вашей точки зрения, освещают сегодня проблемы мигрантов?

— Самая сильная криминальная диаспора сегодня в России — китайская, но об этом никто не говорит. Говорят: таджики — наркокурьеры, азербайджанцы — мошенники. Третий сорт, не люди. Это оскорбление.

— Кстати, а чем закончилась история с «Нашей Рашей», на которую вы подали в суд за «моральный геноцид таджиков»?

— Когда они сняли фильм про Равшана и Джамшута, у нас лопнуло терпение. Я нашел спонсора передачи, нашел Михаила Галустяна, который играл Равшана. Сказал им: вы знали, что имена Джамшут и Равшан не узбекские, не армянские, не киргизские, а именно таджикские. И теперь кто бы из наших по улице ни шел — хоть Ибрагим, хоть Абдулла, все его называют Джамшутом. Это унизительно. С молдаванином Магьяшем, который Джамшута играл, я тоже говорил. Он сказал: я люблю таджикский народ. Я ему: люби свой молдавский народ, а таджикский не оскорбляй, а то я молдавский в твоем лице оскорблю. Потом занимался делом Хамовнический суд. Потом мы подключили Союз армян России. В общем, за восемь месяцев добились своего. Галустян сегодня обыгрывает проблемы женщин Иванова, и никто не возмущается.

— По вашим оценкам, в России сейчас находится около 2,5 млн граждан Таджикистана. Откуда цифры? По данным ФМС их в разы меньше.

— Между Россией и Таджикистаном отсутствует визовый режим, поэтому в России посчитать мигрантов невозможно. Мы в Таджикистане в каждом кишлаке спрашивали: где ваши четверо сыновей? В России. А ваши трое? В Москве.

— И сколько их в Москве?

— Больше 200 тыс. Половина работает на рублевских дачах. У каждого крупного чиновника по 5–15 таджиков в «рабах». Кто бы там что ни говорил, России выгодны бесправные мигранты. Большинство их работают у тех, у кого деньги есть. Дачи строят. Землю копают. Собак выгуливают. Русского человека оставь на чужой даче — он мало того что сопьется, так еще пожар устроит. А таджики боятся пьянствовать, боятся свои семьи оставить без денег, ничего не требуют. Чиновники их любят.

— Видимо, странною любовью. Большинство таджиков даже по-русски почти не говорят.

— Чем лучше таджик владеет русским языком, тем быстрее окажется в тюрьме. Он говорит: господин полицейский, ну сколько можно издеваться над нами? Получает пару ударов по голове, потом у него «находят» в кармане наркотики, и вот он уже за решеткой.

— А если он русского не знает?

— Ему покажут на пальцах: давай деньги. Он отдаст и дальше пойдет.

— По данным ФМС, каждый таджикский мигрант ежемесячно переводит из России в Таджикистан по 300 долл. Эти оценки верны?

— Да, но есть нюанс. Каждый десятый таджик работает здесь вообще без зарплаты. Вот сейчас разбираемся с долгом — 6 млн рублей не получила бригада.

— И удается вытащить долги?

— Иногда получается. Если, конечно, работодатель не уехал куда-нибудь на Канары. Там его не достанешь.

— А на рублевских дачах трудовые договоры заключают?

— Зачем? Все эти трудовые договоры — липа. Отчеты ФМС перед руководством — мол, видите, мы работаем. Как и квоты. Вот, говорят, на будущий год мы выдали 2 млн квот. Но откуда тогда в России 15 млн мигрантов? Они говорят: все остальные — нелегалы-бандиты. Ну да, как же, пустили бы они к себе на дачи бандитов.

Минэкономразвития предлагает увеличить объем госрасходов на технологическое развитие при аналогичном повышении частных расходов, сообщил министр экономического развития Андрей Белоусов, выступая на заседании правительства.

"Мы считаем, что нам необходимо переломить тенденцию снижения расходов на НИОКР при безусловном повышении частных расходов и повышении их отдачи", - сказал Белоусов.

Он сообщил, что по оценке Минэкономразвития, госрасходы на НИОКР в России относительно ВВП снижаются третий год подряд и оцениваются в настоящее время примерно в 1,1% ВВП. "Что вдвое ниже, чем в Евросоюзе и других развитых странах", - добавил министр.

Например, в Швеции, Южной Корее, Японии, Дании и Швейцарии эти расходы превышают 3% ВВП, а в США составляют 2,8% ВВП. В прогнозе Минэкономразвития на 2013 год рост расходов федерального бюджета РФ на НИОКР заложен на уровне 1,2%.

Также Белоусов признал необходимость бюджетной консолидации, однако обратил внимание правительства на то, что в большинстве стран расходы бюджетов в период кризиса резко повысились и были выше, чем в России, а сокращение этих расходов происходит более низкими темпами. "Могу доложить, что по федеральному бюджету мы запланировали сокращение бюджетных расходов с 25% ВВП на пике кризиса, когда были максимально раскручены государственные расходы, до примерно 19% в 2015 году, то есть примерно на 6 процентных пунктов", - сказал глава Минэкономразвития.

"В таких масштабах бюджетная консолидация осуществляется только странами, которые испытывают большие финансовые трудности либо хотят их избежать", - добавил Белоусов, отметив, что речь идет, например, о Великобритании или Испании.

В других европейских странах, даже таких проблемных, как Франция и Италия, по словам министра, сокращение бюджетных расходов, увеличенных в период кризиса, составляет порядка 3% в год.

Белоусов сообщил, что по оценке Минэкономразвития, цена бюджетной консолидации, которая заложена в проекте бюджета на ближайшую трехлетку, составляет около 1% ВВП в год.

На недавно прошедшем конкурсе International Wine Challenge в Лондоне эксперты определили лучших мировых производителей вина 2012 года, пишет Кorrespondent.net

Среди более чем 12 тысячи представленных на суд критиков вин были отобраны лучшие представители в различных категориях.

В категории производителей победу праздновали представители Старого Света. Так, среди виноделен выпускающих лучшие сладкие вина победу одержала компания Weingut Hans Tschida из Австрии, в категории крепленых вин - Emilio Lustau из Испании, самым лучшим игристым вином может похвастаться французская P & C Heidsieck, а белые вина стали исключением среди европейских триумфаторов – здесь победила австралийская винодельня McGuigan Wines.

В крупнейшей категории конкурса – Лучший производитель красных вин – победителем и несомненным лидером стала известная французская винодельня Gérard Bertrand. Несомненно, что французская легенда заслуживала такого решения судей, ведь за последний год вина Жерара Бертрана получили на различных конкурсах 46 призов и 3 гран-при.

Отметим, что сам конкурс проходит в течение двух недель. Вина должны пройти три раунда слепой дегустации, где участвуют 400 судей. На протяжении процесса отбора победителя, каждое вино судьи пробуют минимум три, а иногда и шесть раз.

Напомним, в ноябре 2011 года - компания Жерара Бертрана была признана Европейской винодельней года. Гений из Лангедока получил эту награду в январе этого года, незадолго до празднования 25-летия бренда Gerard Bertrand и 10-летия своего флагмана виноделия - замка Chateau l'Hospitalet.

ШТРАФЫ ЗА РАЗГОВОРЫ ПО МОБИЛЬНОМУ ЗА РУЛЕМ МОГУТ ВЫРАСТИ

Новосибирские депутаты внесли в Госдуму законопроект, увеличивающий штраф до 3-5 тысяч рублей

Заксобрание Новосибирской области внесло на рассмотрение Госдумы законопроект, увеличивающий штраф за разговоры по мобильному телефону во время управления автомобилем с нынешних 300 рублей до 3 тысяч рублей, сообщили РИА "Новости" в аппарате нижней палаты парламента. В случае повторного нарушения водителей предложено штрафовать на 5 тысяч рублей либо лишать права управления транспортными средствами на срок от одного до трех месяцев.

Новосибирские депутаты считают, что установленный размер штрафа не влияет на поведение водителей на дорогах "в силу своей малозначительности". Для сравнения, в Испании за разговоры по телефону за рулем штрафуют на 300 евро.

Ранее первый заместитель председателя комитета Госдумы по конституционному законодательству и госстроительству Вячеслав Лысаков рассказывал, что в ближайшее время штрафы за нарушение ПДД могут вырасти. Также в Кодекс об административных правонарушениях может появиться термин "агрессивное вождение". Так предлагается обозначить типы поведения, когда водители, например, врезаются в остановки общественного транспорта.

Предыдущий законопроект, внесенный в Госдуму для внесения поправок в КоАП - об отмене административного наказания за отсутствие доверенности - был отклонен комитетом нижней палаты парламента.

1 июля в России вступили в силу поправки в КоАП, ужесточившие наказания за неправильную парковку, выезд на полосу для общественного транспорта и тонировку. Исследования показывают, что чаще всего лихачат в Москве.

11 сентября 2012 г. во время пленарной сессии Европарламент внес изменения в регуляторные акты в сфере фармаконадзора. Поводом для этого стал инцидент, вызванный серьезными побочными реакциями со стороны сердечно-сосудистой системы гипогликемического и гиполипидемического препарата Mediator (вenfluorex) производства Франции. По оценке Линды МакЭвен (Linda McAvan), члена комиссии Европарламента по вопросам здравоохранения, число фатальных исходов, связанных с побочными реакциями препаратов Benfluorex по ЕС составляет 500–2000 случаев.

Данное лекарственное средство было разрешено к использованию в 1974 г. во Франции в качестве препарата для комплексной терапии метаболического синдрома и снижения аппетита. Препараты вenfluorex были зарегистрированы во Франции, Португалии, Люксембурге, Греции, Кипре, Италии и Испании (ТМ: «Mediator», «Benfluorex Mylan», «Benfluorex Qualimed»).

Терапевтический эффект вenfluorex состоит в повышении чувствительности клеток к инсулину, что приводит к снижению уровня глюкозы в крови. Кроме того, препарат влияет на увеличение выработки гликогена в печени, что уменьшает чувство голода.

В конце 1990-х годов стали поступать сообщения о нежелательных побочных реакциях препаратов вenfluorex со стороны сердечно-сосудистой системы. Кроме того, стало известно о развитии легочной гипертензии и пороков сердца, связанных с применением сходных с вenfluorex действующих веществ: фенфлурамина и его дериватов (производные амфетаминов), в результате чего эти препараты были запрещены в США, а затем и в других странах. С 1999 по март 2011 г. в сеть мониторинга легочной гипертензии Франции (French pulmonary hypertension network) поступило 85 сообщений о легочной гипертензии и уплотнении клапанов сердца, связанных с применением препаратов вenfluorex.

В 2007 г. был произведен повторный анализ соотношения риск-польза, в результате чего применение препаратов вenfluorex было запрещено у пациентов с повышенным уровнем триглицеридов в крови. А в 2009 г. препарат был запрещен к дистрибуции на территории Франции. На основании поступившей из Франции информации, Комитет по лекарственным средствам для применения у человека (Committee for Medicinal Products for Human Use — CHMP) оценил доступную информацию о безопасности и эффективности вenfluorex, и в октябре 2009 г. было проведено новое клиническое исследование, результаты которого подтвердили информацию о развитии побочных реакций со стороны сердечно-сосудистой системы. 17 декабря 2009 г. CHMP рекомендовал Европейской комиссии запретить дистрибуцию препаратов, содержащих вenfluorex, на территории Европейского сообщества. Соответствующее решение было принято 14 июня 2010 г.

Медицинский инцидент с препаратами вenfluorex вызвал дебаты среди депутатов Европарламента, после чего комиссия Европарламента по вопросам Здравоохранения предложила внести изменения в регуляторные акты, касающиеся вопросов фармаконадзора. В результате 11 сентября на заседании Европарламента была принята Резолюция (COM(2012)0051 — C7-0034/2012 — 2012/0023(COD)), изменяющая Распоряжение Европарламента и Совета Европы от 31 марта 2004 г. № 726/2004 в сфере фармаконадзора (Regulation (EC) No 726/2004), устанавливающего Европейские процедуры выдачи разрешений для лекарственных средств, применяемых у человека и в ветеринарии, и надзора над ними.

Главные изменения касаются обеспечения прозрачности данных по безопасности лекарственных средств, допущенных к обороту в ЕС. Так, в случае добровольного отзыва, приостановления либо отказа от продления от лицензии, а также исключения препарата из кейса компании, резолюция обязывает субъекта рынка, обладающего лицензией на маркетинг лекарственного средства, информировать Европейское агентство по лекарственным средствам (European Medicines Agency — EMA) о причинах отказа от дальнейшего распространения препарата. Связано это с тем, что, по мнению депутатов Европарламента, производители лекарственных средств в некоторых случаях стремятся избежать огласки медицинских инцидентов, маскируя решение о прекращении производства препарата по причине неудовлетворительных данных по безопасности и эффективности формулировкой «коммерческие причины».

Кроме того, обладатель лицензии должен сообщать Европейскому агентству по лекарственным средствам (European Medicines Agency — EMA) о случаях добровольного отзыва, приостановления либо отказа от продления лицензии, а также исключения препарата из кейса компании в третьих странах (не членов ЕС), если оно произошло по причинам безопасности.

В этих случаях CHMP поручает Комитету по оценке рисков в сфере фармаконадзора (The Pharmacovigilance Risk Assessment Committee) произвести новую оценку соотношения риск-польза лекарственного средства, после чего последний подает ЕМА мнение о целесообразности продолжения дистрибуции на территории ЕС.

Также вводится положение о том, что при получении угрожающих данных по соотношению риск-польза лекарственных средств, дистрибуция препарата может быть прекращена единым решением общеевропейских структур, а не соответствующими процедурами в странах-участницах на национальном уровне, как это было предусмотрено ранее (то есть расширяются регуляторные полномочия ЕС в области регулирования обращения лекарственных средств).

Новой резолюцией был расширен список лекарственных средств, подлежащих постмаркетинговому мониторингу безопасности. Также резолюция в этом случае обязывает производителя в инструкции к препарату включать специальный черный символ (его дизайн будет разработан до 2 июля 2013 г.) и надпись, предупреждающую о том, что в отношении препарата проводятся дополнительные исследования по безопасности. (Другими словами, по всей территории ЕС вводится схема, похожая на действующую в Великобритании систему «черного треугольника», см. «Еженедельник АПТЕКА» № 36 (857) от 17.09.2012 г.).

Кроме того, новыми правилами фармаконадзора введена возможность проведения новой оценки безопасности лекарственного средства и запрета дистрибуции на всей территории ЕС по облегченной процедуре в чрезвычайных случаях, — например, если одна из стран-участниц запретила дистрибуцию лекарственного средства на своей территории из-за соображений безопасности. Ожидается, что резолюция вступит в законную силу в 2013 г.

18 сентября кабинет министров Таиланда одобрил покупку в течение ближайших пяти лет двух новейших фрегатов по цене около 30 млрд батов.

По словам источника, ВМС Таиланда согласились на фрегаты после отказа правительства от приобретения подводных лодок в Германии. ВМС еще не решились с выбором поставщика.

Это должно заинтересовать европейские судоверфи, имеющих хороший список строительства самых современных фрегатов, сказал источник.

Главными возможными поставщиками являются судостроители Германии и Испании, добавил он.

Тем не менее, в руководстве ВМС обеспокоены тем, что некоторые политики могут попытаться подтолкнуть к покупке фрегатов китайской постройки.

В настоящее время ВМС Таиланда располагают двумя флотилиями фрегатов, которые способны запускать ракеты класса «поверхность-поверхность». Все они оборудованы вертолетными площадками.

ВМС также намерены сохранить фрегат HTMS Naresuan китайской постройки (на фото). Правительство в 2012-14 гг. выделит флоту 3,29 млрд батов на ремонт и модернизацию бортовых компьютерных систем, которые позволят кораблю связываться с информационными системами истребителей Gripen.

495 млн батов будут выделены в этом финансовом году, 1,33 млрд батов – в 2013 ф.г. и 1,46 млрд батов – в 2014 ф.г.

Кабинет министров также утвердил запрос армии на выделение 2,82 млрд батов на закупку вертолетов. Средства будут направлены до 2014 ф.г.

Регуляторы из Испании и Ирландии подозревают бюджетную ирландскую авиакомпанию Ryanair в неоправданной экономии на топливе, что, по их мнению, может угрожать безопасности полетов, сообщает AEX.ru со ссылкой на газету Daily Mail.

Интерес контролирующих органов Ирландии и Испании к одной из крупнейших авиакомпаний мира и крупнейшему лоукостеру Европы возник после заявлений представителей испанского профсоюза летчиков SEPLA о том, что Ryanair экономит на горючем и не полностью заправляет свои самолеты перед рейсами. По словам представителей трудового объединения, компания пока не нарушает законов, но пренебрегает элементарными нормами безопасности. "Они (Ryanair) действуют на грани дозволенного", - заявил в беседе с журналистами специалист по расследованию происшествий профсоюза SEPLA Хуан Карлос Лозано (Juan Carlos Lozano).Как сообщается, аналогичные претензии к администрации Ryanair выдвигает и ирландский профсоюз пилотов IALPA.

Руководители департамента транспорта, туризма и спорта Ирландии и министерства развития Испании после совместной встречи в Дублине решили провести проверку того, как Ryanair заправляет свои самолеты. Регуляторы, кроме того, планируют выяснить обстоятельства ряда инцидентов, связанных с посадкой некоторых самолетов Ryanair. Так, 26 июля три самолета ирландского перевозчика, следовавшие из Мадрида в Валенсию, запросили вынужденную посадку в связи с тем, что топливо во всех машинах заканчивалось. Все три полета выполнялись в сложных метеоусловиях, и топливо расходовалось интенсивнее обычного.

Представители Ryanair уверяют, что готовы содействовать проведению проверки, в частности, показать инспекторам из Испании, как проводится техническое обслуживание и заправка самолетов перевозчика и как проходят тренировки членов экипажей авиакомпании. В Ryanair также подчеркивают, что не нарушали никаких норм безопасности.

Ryanair обслуживает свыше 1,1 тыс. направлений между 160 аэропортами в 27 европейских странах и Марокко, совершая более 1,4 тыс. рейсов в сутки. С момента основания Ryanair в 1985 году у компании ни разу не было аварий, повлекших за собой человеческие жертвы. Вместе с тем в 2012 г. отмечалось увеличение числа посадок, связанных с недостатком топлива на борту.

Шведско-финский концерн Телиа Сонера/Telia Sonera, купил лицензию на телекоммуникационные услуги в Узбекистане, переведя 2,2 миллиарда шведских крон компании, состоящей из одного человека, не имеющей ни своего офиса, ни почтового адреса, ни телефона и зарегистрированной в Гибралтаре. По информации, собранной журналистами шведского телевидения SVT, можно подозревать своего рода взятку. На сегодняшний день Telia Sonera в Узбекистане принадлежит 94 % сотового оператора Coscom, предоставляющего услуги под торговой маркой UСell.

Одним из крупнейших акционеров телекоммуникационного концерна-гиганта Telia Sonera является шведское государство, потому по требованию министра Швеции по финансовым рынкам Петера Нормана/Peter Norman руководство концерна должно дать отчет о ситуации с покупкой лицензии. Но еще до начала пресс-конференции шеф концерна Ларс Нуберг/Lars Nyberg заявил: "Полагаю, я ухожу в отставку."

Международная неделя пожароуправления, которая в сентябре прошла в Красноярске, завершилась круглым столом, где эмоции порой лились через край. Ученые, руководители лесных служб, специалисты в области пожаротушения из России, Германии, Украины и Монголии пытались ответить на непростой вопрос: а нужно ли тушить все лесные пожары? Для России, где, согласно действующему законодательству, любой возникший в лесу пожар следует тушить, подобная постановка вопроса выглядела особенно провокационно. К счастью или сожалению, мы еще не достигли того уровня охраны лесов, когда природные пожары практически сведены к нулю. Самое парадоксальное, что в тех странах, где огненную стихию удалось взять под контроль, теперь приходят к необходимости проведения искусственных отжигов, чтобы позволить экосистемам нормально развиваться.

Как экономику совместить с экологией

Руководитель глобального центра мониторинга лесных пожаров Йоханн Голдаммер, являющийся убежденным сторонником идеи управления огненной стихией, попытался обобщить дискуссию, которая длилась несколько дней. Бесспорно, что интенсивные крупные лесные пожары являются нежелательными, с точки зрения экономики и ведения бизнеса. Однако даже такие разрушительные пожары, считает ученый из Германии, для некоторых экосистем бывают весьма полезны, так как стимулируют регенерацию лесной растительности. Большинство низовых лесных пожаров слабой интенсивности, по его мнению, и вовсе можно отнести к "полезным", выполняющим функцию очищения леса от накопившегося древостоя. Тем самым снижается опасность возникновения катастрофических ситуаций, когда огонь способен полностью уничтожить лесной массив.

"Пожары - это фактор природной циркуляции, - настаивает Голдаммер. - Если управлять лесами на экосистемных принципах, то лесные массивы не будут подвергаться сильным разрушениям пожарами". По мнению многих участников встречи в Красноярске, тема природных пожаров имеет двойной контекст. С одной стороны, пожары являются естественным природным процессом, без которого невозможно нормальное существование экосистем. Но, с экономической точки зрения, пожары наносят серьезный ущерб, особенно если учесть возрастающую потребность в лесной продукции.

Где та золотая середина, которая могла бы примирить интересы экономического роста и естественные законы развития природы? Йоханн Голдаммер убежден, что в пожароуправлении должны учитываться как экономические интересы конкретной территории, так и экологические последствия при выборе того или иного сценария развития событий. Фактически речь идет о том, чтобы и органы государственного управления, и арендаторы, и само общество могли бы увидеть проблему лесных пожаров, так сказать, в объемном изображении, а не в одной плоскости исключительно негативного воздействия огня.

Тема природных пожаров оказалась тесно связанной с проблемой неистощительного лесопользования. Такие крупные лесные державы, как США и Россия, активно применяли практику сплошных рубок, когда после лесозаготовителей остается голая пустыня. В Америке давно опомнились и отказались от наносящего серьезный ущерб природе способа заготовки древесины. Дело в том, что если вслед за сплошными рубками приходит огонь, то у природы просто не остается сил на быстрое восстановление экосистемы.

В России только недавно на уровне государства заговорили о необходимости постепенного перехода от сплошных рубок к выборочным. Снизить негативное воздействие от сплошных рубок можно, если лесозаготовители оставляют качественные взрослые семенные деревья, которые в дальнейшем смогут стать своеобразной страховкой от пожаров, так как только сильные деревья в состоянии выдержать натиск огня и обеспечить естественное восстановление леса. Однако, признавали выступающие, не просто "перевоспитать" арендаторов и убедить их не трогать "объект" будущей прибыли.

А судьи кто?

Большинство участников Недели пожароуправления были солидарны в том, что к пожарам необходимо подходить дифференцированно, разделяя образно говоря, "вредные" и "полезные" возгорания. От идеи пожаротушения, которая основана на том, что любой огонь в лесу - это катастрофа, нуждающаяся в ликвидации, пора переходить к пожароуправлению.

Концепция управления огнем подразумевает, что далеко не каждый пожар необходимо тушить, но за каждым нужно наблюдать и в случае возникновения опасности выхода огня из-под контроля иметь все необходимые силы и средства, чтобы оперативно справиться с огненной стихией. Однако концепция пожароуправления имеет две серьезные проблемы, от решения которых зависит эффективность всей модели. Прежде всего, ученые совместно со специалистами в области пожаротушения должны выработать четкие критерии, позволяющие отличить "вредные" пожары от "полезных". И, конечно, необходимо определить, кто и на каком этапе обязан принимать решение о природе возгорания и дальнейших действиях лесопожарных служб.

Во время обсуждения было очевидно, что эти две темы являются самым "зыбким" местом предлагаемой концепции. Представьте такую огромную страну, как Россия, где порой даже в границах одного региона встречаются различные природные и климатические зоны.

Как для такой державы выработать единые правила игры, предписывающиеся, при каких условиях от наблюдения следует перейти к тушению огня? Йоханн Голдаммер не скрывал, что при выработке критериев не должно остаться "лазеек", позволяющих не тушить опасные лесные пожары, ссылаясь на их "очистительную" функцию.

Конечно, в мире накоплен внушительный опыт выработки нормативных документов, регламентирующих проведение контролируемых выжиганий, который вполне может быть применен и к России. Но проведение контролируемых отжигов - это лишь часть проблемы. Намного сложнее выработать рекомендации, позволяющие классифицировать уже возникший пожар.

"Это должны быть практические руководства, которые основывались бы на принципах лесной политики. В них должно быть четко оговорено, что такое лесной пожар. Они не должны давать возможность человеку объявить неудобный по каким-то причинам пожар - профилактическим", - сказал Голдаммер.

Заместитель руководителя службы по контролю в сфере природопользования Красноярского края Александр Коробкин предложил посмотреть на проблему пожароуправления "глазами контрольного органа". "Сегодня существует барьер со стороны нормативных документов, по сути противоречащий здравому смыслу. В законодательстве отсутствует интеграция пожаров, то есть их разделение на "полезные" или "вредные"", - сказал он.

По мнению Коробкина, необходимо внести серьезные изменения в законодательство, прежде чем Россия сможет перейти от практики сплошного тушения к модели управления огнем. "У всех одно опасение. Не разрешить бы то, что нанесет вред природе. Проблема в том, как максимально четко регламентировать действия лесных служб, что считать "хорошим" пожаром, что считать "плохим", наносящим ущерб", - продолжил дискуссию заместитель директора Санкт-Петербургского научно-исследовательского института лесного хозяйства Александр Степченко.

Помимо нормативных документов остро стоит и кадровый вопрос. Ведь верно спрогнозировать движение огня, определить уровень возможной опасности, соотнести экологические последствия с экономическими интересами - все это под силу лишь специально подготовленному профессионалу, имеющему приличный опыт практической работы в лесу. Степченко убежден, что, несмотря на современные и довольно эффективные информационные технологии, связанные с обнаружением и прогнозированием поведения природных пожаров, окончательное решение должен принимать человек.

"Ни одна компьютерная программа в мире не может идеально смоделировать поведение лесного пожара. Но она может помочь человеку принять верное решение. Наша задача - сделать так, чтобы специалисты лесного хозяйства могли правильно выбирать способ борьбы с огнем или принимать решение о том, что один пожар можно пока не тушить, а, к примеру, другой, который близко подходит к населенному пункту, нужно тушить немедленно", - считает он.

На круглом столе зашла речь и о технологии тушения огня. Недавние пожары в США, катастрофические последствия от природных возгораний в Испании и Греции на протяжении последних нескольких лет свидетельствуют о том, что необходимо усовершенствовать технологии, применяемые для борьбы с огнем, - к такому выводу пришли участники дискуссии в Красноярске.

Под давлением жизни

Степень сложности темы пожароуправления особенно ярко обнажилась, когда ученые заговорили о заповедных зонах и особо охраняемых природных территориях. Сотрудник Национального университета биоресурсов и природопользования Украины Сергей Зибцев рассказал, что у него на родине 16 % лесов относятся к заповедной зоне, где запрещено любое лесопользование и ведение какой-либо хозяйственной деятельности.

"Это привело к тому, что происходит в Сибири, - к накоплению большого количества горючих материалов. В то же время мы имеем вокруг заповедников большую плотность населения. В конце концов, в заповедниках начались крупные лесные пожары. Директора заповедников стали делать профилактические выжигания, так как рубки ухода им запрещены. Они спонтанно нашли выход, и теперь мы работаем над тем, чтобы закрепить это на уровне законодательства и разрешить снижать захламленность заповедных лесов контролируемым огнем. Это один из примеров того, как могут применяться контролируемые отжиги в густонаселенных территориях. В Украине была политика полного запрещения огня. Но сейчас, так сказать, под давлением жизни, под влиянием ученых и специалистов-практиков мы приходим к другим принципам", - поделился Зибцев, тем самым вызвав огонь на себя.

Главный научный сотрудник лаборатории пирологии Института леса имени Сукачева СО РА Эрик Валендик заметил, что в таком случае это уже не заповедники. "В заповеднике не должно быть руки человека", - настаивает красноярский ученый.

Но что прикажете делать, когда неконтролируемые природные пожары угрожают людям? Сергей Зибцев напомнил, что совсем недавно в Украине случился огромный верховой пожар в заповеднике на территории 550 гектаров. "А вы следите, что будет дальше с этими лесами", - гнул свою линию ученый из Сибири. "Но следующий пожар может полностью уничтожить заповедник", - сопротивлялся украинский ученый.

В спор включился Александр Степченко, который своими глазами видел последствия крупного пожара в национальных парках Канады. "Канадские специалисты сами говорят, что так успешно боролись с пожарами в национальных парках, что на определенной стадии изменили биологические процессы. Они умудрялись тушить огонь так быстро, что пожары не развивались. А это не естественно для природных процессов. В результате канадцы были вынуждены устроить искусственный лесной пожар. Правда, им не повезло с погодой, они упустили огонь и были вынуждены эвакуировать два города. При этом канадцы не отказались от идеи того, что в национальных парках должны быть небольшие локальные пожары, либо их нужно делать искусственным образом", - рассказал Александр Степченко.

Ведущему круглый стол Йоханну Голдаммеру с трудом удалось успокоить публику, заметив, что особо охраняемые природные территории - это особая тема, требующая отдельного изучения.

Если большинство зарубежных участников затрагивали теорию пожароуправления, то гость из Монголии Баттугс Генденжав, представляющий МЧС, перевел разговор в сугубо практическую область. По его словам, на правительственном уровне между Россией и Монголией нет недостатка в разного рода соглашениях, в том числе и по вопросам охраны лесов от пожаров. Но как только дело доходит до чрезвычайной ситуации, связанной с трансграничными пожарами, в Монголии не понимают, с кем конкретно необходимо взаимодействовать. Как перевести трансграничные пожары в трансграничное сотрудничество? - примерно так можно было сформулировать вопрос, обращенный к российской стороне.

Баттугса Генденжава снабдили необходимыми "паролями и явками", рассказав, что в Рослесхозе круглогодично работает федеральная диспетчерская служба, имеющая в каждом субъекте Российской Федерации региональные центры.

Как минимум один участник встречи в Красноярске уезжал с четким пониманием того, что конкретно нужно делать и куда звонить при возникновении опасности перехода огня за линию государственной границы.

Родители должны бороться за детей-наркоманов, а не брать ответственность на себя, считает заместитель председателя координации совета РБОО "Азария" Любовь Спижарская.

"Родителям наркомана нужно понять, что его выздоровление - не их забота. Не надо перекладывать его ответственность на себя. Нужно учить ответственности за выздоровление детей, но делать это постепенно. Затем - обращаться к специалисту. Решение проблемы начинается с ее признания", - говорит Спижарская.

Накануне родители детей-наркоманов встретились на площадке благотворительной организации "Азария - матери против наркотиков" в Петербурге, чтобы поделиться опытом поведения с детьми, страдающими наркозависимостью.

Классическая история

"Моя история - классическая, я прошла, наверно, через все", - рассказывает Ольга.

Ее 16-летний сын-наркоман вынес из дома все, вплоть до стола. Приспособив под него покрытый фанерой ящик из-под телевизора, Ольга долгое время ставила на него только одно блюдо - овсянку, другой еды не было.

"В доме не осталось ни одного зеркала, я не знала, как выгляжу", - рассказывает Ольга. Она часто стыдилась своего ребенка, пока однажды он ей не заявил: "Мама, я лучше тебя знаю, какое я ничтожество. Я ничего сделать не могу".

Но он смог. О полном выздоровлении от наркозависимости говорить нельзя, но у Ольги есть повод для оптимизма: уже 160 дней ее сын держится без наркотиков, а ведь было время, когда слова "игла" и "героин" ей было даже страшно произнести.

Матери, включите мозг!

Напротив Ольги сидит Наталья, они ровесницы, ее сын тоже наркоман.

"Когда мне стало известно, что мой ребенок "сел на иглу", мне просто "снесло мозг". Я пребывала в тумане, мне что-то говорят, предлагают, а я даже не думаю", - женщина говорит так, как будто эта новость обрушилась на нее только вчера.

В итоге такой "отключки", по совету знакомого профессора, Наталья поместила своего сына в психбольницу, о чем сейчас очень жалеет.

"Нельзя его было в психушку, мне так стыдно теперь перед сыном и перед Богом", - говорит она.

Сейчас ее сын - в одном из монастырей Испании, лечится трудотерапией. "Теперь я понимаю, что, столкнувшись с такой проблемой, главное - вовремя включить голову, не быть тоскливой мамашей, а действовать, не пасовать", - говорит она.

И займитесь собой

Еще одна участница собрания в "Азарии" - Вера рассказывает, что, по словам медиков, жизнь ее ребенка полностью зависит от ее сил.

"Сколько сможете его контролировать, столько ваш сын и проживет", - сказали врачи, когда ее сын-наркоман впервые попал в больницу.

При этом, рассказывает женщина, что эксперты порекомендовали ей совершенно другой выход.

"Каково же было мое удивление, когда в "Азарии" мне посоветовали совсем другое - займитесь собой", - говорит еще одна участница собрания в "Азарии". Алена Теплякова.

Правоохранительные органы Швейцарии арестовали счета в нескольких банках ряда граждан Узбекистана, которые связаны с руководством этой азиатской страны, сообщает Франс Пресс со ссылкой на швейцарскую генеральную прокуратуру.

По данным ряда швейцарских СМИ, на которые ссылается Франс Пресс, арест средств связан с попыткой ряда лиц отмыть крупные суммы денег. К этому скандалу, по сообщению агентства, причастны ранее задержанные полицией Швейцарии двое граждан Узбекистана, связанные со старшей дочерью нынешнего узбекского президента Ислама Каримова 40-летней Гульнарой. Задержанные являются сотрудниками компании "Кока-Кола Узбекистан", которая принадлежит Гульнаре Каримовой.

Ранее Каримова была послом Узбекистана в Испании.

Как сообщает генпрокуратура Швейцарии, в поле зрения правоохранительных органов попали также еще двое граждан Узбекистана, которые пока остаются на свободе. Один из них ранее был сотрудником сотового оператора "Уздунробита", филиала российского МТС.

Председатель Левой партии Швеции Юнас Шёстедт примет участие в третьей попытке "Флотилии Свободы" достичь берегов сектора Газа с грузом гуманитарной помощи.

В интервью редакции новостей Шведского радио лидер оппозиционной партии Риксдага заявил, что хочет таким образом бросить вызов являющимся препятствием для достижения мира израильской блокаде и оккупации палестинских территорий.

Шёстедт, одновременно, подчеркнул значимость сохранения хороших шведско-израильских отношений:

- Это очевидно! Мы должны разговаривать с израильтянами, мы должны стимулировать мирный процесс. Но мы должны быть и конкретны: блокада и оккупация являются препятствиями на пути достижения мира. В ходе первых двух попыток "Флотилия Свободы" до цели не дошла. В 2010 году "Корабли Газе" были атакованы израильскими военными, в результате 9 человек погибли. Член Риксдага, лидер "Левой партии" Юнас Шёстедт до самого сектора Газы не пойдет, ограничившись переходом от Барселоны на Корсику.

ШВЕЙЦАРИЯ АРЕСТОВАЛА МИЛЛИОНЫ ФРАНКОВ НА УЗБЕКСКИХ СЧЕТАХ

Расследуется дело об отмывании денег, к которому может быть причастна дочь президента Узбекистана

Власти Швейцарии заблокировали сотни миллионов франков на счетах, открытых гражданами Узбекистана, сообщила пресс-секретарь Генпрокуратуры Швейцарии Жанетт Балмер, пишет газета Romandie. Издание отмечает, что активы принадлежат лицам, связанным с руководством среднеазиатской страны.

В августе в Женеве были арестованы двое узбеков. Вместе с еще двумя гражданами, остающимися на свободе, их подозревают в отмывании денег.

По данным швейцарского телеканала RTS, в центре преступной группы, существование которой подозревает Берн, может находиться дочь президента Узбекистана Ислама Каримова Гульнара. По данным издания Blick, арестованные в Женеве работали на компанию Coca-Cola Uzbekistan, которая принадлежит Каримовой. Сейчас она занимает пост посла Узбекистана в Испании и представителя этой страны в ООН. В августе 2011 года разразился скандал, когда Ташкент перенес сроки открытия скоростной железной дороги, которую строила испанская компания Talgo, в результате чего посол Испании (и по совместительству в России) Луис Фелипе Фернандес де ла Пенья не успел принять участие на мероприятии.

Решение конституционного суда Германии, одобрившего возможность участия этой страны в проектах ESM, не оказало существенного влияния на состояние делового оптимизма среди представителей бизнеса крупнейшей экономики еврозоны. Согласно результатам традиционного ежемесячного опроса, проводимого авторитетным центром экономических исследований ZEW, респонденты по-прежнему предполагают ее замедление в ближайшие шесть месяцев.

Баланс ответов (разница между процентными значениями положительных оценок и отрицательных) для индикатора, связанного с ожиданиями экспертов на этот период, в сентябре продолжил пребывать на негативной территории и составил -18,2 пункта.

Тем не менее, впервые за последние четыре месяца его значение увеличилась в сравнении с предыдущим периодом. Этой позитивной динамике, согласно заверениям представителей ZEW, способствовало решение Европейского центрального банка выкупать облигации правительств проблемных стран сроком на 1-3 года в неограниченном объеме, но его влияние оказалось разочаровывающее слабым.

Оценки текущего состояния деловой среды в сентябре вновь ухудшились. Баланс ответов понизился на 5,6 пункта и теперь находится на уровне 12,6 пунктов. Однако, важно отметить, что оптимизм относительно перспектив всей еврозоны значительно улучшился, повысившись на 17,4 пункта до уровня минус 3,8, что может создать предпосылки для активизации экономической активности в регионе.

Участники мировых финансовых рынков проигнорировали вышедший отчет, так как он во многом совпал с их ожиданиями. Пара EUR/USD в последнюю неделю смогла закрепиться выше технически важного уровня сопротивления 1,30. Решение ФРС реализовать третий раунд количественного смягчения оказывает существенное давление на доллар по всему валютному рынку, где «американец» теряет свои позиции относительно всех своих основных конкурентов.

Тем не менее, дальнейшее значительное укрепление евро против доллара может сдерживаться сохраняющимся пессимизмом в деловых кругах еврозоны. Для преодоления сопротивления в области 1,3285 будет необходима дополнительная поддержка со стороны макроэкономических показателей или дальнейшие улучшения ситуации на рынке облигаций правительств Испании и Италии.Валерий Полховский, аналитик ГК FOREX CLUB

Торжественная церемония вручения международной астрофизической премии имени Виктора Амбарцумяна пройдет во вторник в Ереване, сообщила пресс-служба Национальной Академии наук Армении.

Победителями премии в 2012 году стали старший научный сотрудник обсерватории Тарту Ян Эйнастон (Эстония) и заместитель директора Астрокосмического центра Физического института имени Лебедева Игорь Новиков (Россия).

На премию в нынешнем году были представлены 12 работ.

Международная научная премия учреждена указом президента Армении от 16 апреля 2009 года с целью увековечения памяти выдающегося астрофизика, Национального героя Армении, академика Виктора Амбарцумяна, а также для развития его научного наследия.

Премия вручается раз в два года за значительные достижения в астрофизике и смежных науках. Размер премии, на которую могут претендовать как отдельные ученые, так и научные группы (не более трех человек), составляет 500 тысяч долларов.

Первой международной научной премии имени Виктора Амбарцумяна в 2010 году были удостоены известный швейцарский астрофизик, профессор Женевского университета Мишель Майор (Michel Mayor) и двое членов его научной группы - сотрудник Института астрофизики Канарских островов Гарик Исраелян и сотрудник Центра астрофизики университета Порто Нуну Сантос (Nuno Santos).

Виктор Амбарцумян (1908-1996) - выдающийся советский ученый, один из основателей теоретической астрофизики. Амбарцумян работал в области физики звезд и туманностей, звездной астрономии и динамики звездных систем, космогонии звезд и галактик. Гамлет Матевосян.

Делегация молодых офицеров Вооруженных сил (ВС) Норвегии впервые прибыла на Северный флот (СФ) России для обмена опытом с российскими коллегами, сообщил журналистам во вторник начальник отдела информационного обеспечения Западного военного округа по СФ капитан первого ранга Вадим Серга.

"Во вторник на СФ прибыла делегация молодых офицеров ВС Норвегии. Это первый визит делегации молодых норвежских офицеров на Северный флот", - сказал Серга.

По его словам, этот визит стал возможен в результате договоренности командования СФ и главного оперативного командования ВС Норвегии о расширении сотрудничества между военнослужащими обеих стран. "Все офицеры в составе иностранной делегации представляют разные виды вооруженных сил Норвегии, их кандидатуры рассматриваются к назначению на вышестоящие должности", - подчеркнул собеседник агентства.

Серга отметил, что визит делегации начался с посещения отдельного полка морской пехоты береговых войск СФ в поселке Спутник, где норвежских военнослужащих ознакомили с бытом морских пехотинцев, учебно-материальной базой и ходом боевой подготовки российских военных. "Иностранным гостям были продемонстрированы боевые возможности подразделений морской пехоты", - пояснил он.

Серга добавил, что в ходе визита норвежские военные посетят главную базу Северного флота - город Североморск, большой десантный корабль "Александр Отраковский", большой противолодочный корабль "Североморск" и учебный центр СФ.

Кроме того, норвежские военные совместно с российскими офицерами на навигационном тренажере "Мостик" потренируются в навыках кораблевождения во время прохождения Суэцкого канала и пролива Гибралтар.

Планируется, что в следующем году с ответным визитом молодые российские офицеры СФ посетят корабли и береговые части ВС Норвегии. "Подобный обмен делегациями позволит молодым офицерам получить наиболее полное представление об уровне подготовки, условиях службы и быта военнослужащих наших стран", - сказал Серга.

Он напомнил, что североморцев и норвежцев связывают давние партнерские отношения, которые позволяют реализовывать ряд совместных мероприятий. "Наиболее масштабное из них - это российско-норвежское учение "Помор", которое ежегодно проходит в акваториях Баренцева, Норвежского и Северного морей", - пояснил Серга.

МИР ПУТЕШЕСТВИЙ И ЭКСКУРСИЙ ОБЕЩАЛ ВЕРНУТЬ ТУРИСТАМ ДЕНЬГИ

Клиенты компании, которые не смогли улететь на отдых в Испанию и Турцию, должны получить деньги в течение 10 дней

Руководство туристической компании "Мир путешествий и экскурсий" обещает в течение десяти дней вернуть деньги клиентам, которые не смогли отправиться на отдых, сообщает Ассоциация туроператоров России.

Глава компании "Мир путешествий и экскурсий" (ООО "Холдинг Плюс", город Выборг) Марина Кочиева сообщила, что у туристов собирают заявления о возврате денежных средств. 15 сентября около 100 клиентов турфирмы из Санкт-Петербурга не смогли вылететь на отдых в Испанию - компания уверяет, что проблема заключается в визах, которые не успели выдать в срок. Еще двое туристов не смогли отправиться на отдых в Турцию, так как не подтвердилась их бронь на отель.

Еще 14 сентября Кочиева предлагала туристам, которые не смогли улететь на отдых, другие варианты решения проблемы - отправиться в отпуск в другой день либо в другую страну. Руководство "Мира путешествий и экскурсий" обещало, что билеты для них будут 17 сентября, а улететь по выбранным направлениям клиенты смогут 22 сентября. Накануне, однако, туристам так и не удалось получить обещанные турпакеты. Один из пострадавших рассказал АТОР, что глава "Мира путешествий и экскурсий" пришла на встречу с клиентами, однако вместо путевок предложила им новые пути решения возникшей проблемы - вернуть им деньги или бесплатно отправить на отдых в Дубай, но уже в октябре. Сама Кочиева сообщила ассоциации, что сейчас может предложить туристам только такой вариант поездки.

Клиенты туркомпании, обратившиеся в АТОР, предпочли потребовать возврата денег. Они сообщили, что уже написали соответствующее заявление и получили расписку о том, что деньги им вернут в течение десяти дней. Туристы рассказали, что в агентстве им вернули паспорта, но не отдали деньги на визы. Одна из туристок сообщила, что в паспорте не оказалось никаких отметок, поэтому полагает, что в консульство документы вообще никто не отправлял. Марина Кочиева уверяет, что сложившаяся ситуация не станет причиной закрытия агентства. Она затруднилась сообщить, какие возникли проблемы при отправке отдыхающих за рубеж - по ее словам, всему виной совокупность факторов кассового разрыва и проблем с визовым обеспечением.

ИНДЕКС РТС УПАЛ НА 2,18%

Давление на котировки оказывал нефтяной рынок. Негативными были настроения и на иностранных фондовых рынках

Торги на российском фондовом рынке 18 сентября завершились снижением основных индикаторов. Индекс ММВБ сократился на 0,98% до 1 515,30 пункта, РТС упал на 2,18% до 1 547,67 пункта. Открытие торгов прошло также в "красной" зоне.

Давление на котировки акций российских компаний 18 августа оказывал нефтяной рынок: цены на "черное золото" снижаются в ходе торгов во вторник. Фьючерс на нефть Brent с поставкой в ноябре на лондонской бирже ICE Futures к 19:05 мск подешевел на 0,35 доллара до 113,44 доллара за баррель.

Неспокойно сегодня и на международных фондовых рынках. "Рынки снижаются второй день подряд, - констатировал в интервью агентству Bloomberg главный рыночный аналитик Price Futures Group Фил Флинн. - Есть вероятность дальнейшего усиления "медвежьего" тренда. Инвесторов нервируют опасения того, что Испания может запросить финансовую помощь".

Торговая делегация Беларуси посетила 12-ую международную выставку строительной индустрии, которая в настоящее время проводится в Тегеране, сообщает агентство «ИРИБ ньюз».

Глава белорусской делегации во время встречи на выставке с генеральным секретарем Центральной палаты кооперативов Ирана Дарьюшем Пакбином заявил, что данная выставка свидетельствует о самых широких возможностях Ирана в строительной индустрии и именно поэтому выставочные экспозиции вызывают большой интерес у посетителей.

По словам главы белорусской делегации, Иран добился больших успехов в области строительства плотин, тоннелей и других подобных сооружений, и это может служить хорошей основой для взаимовыгодного сотрудничества между Ираном и Беларусью.

Дарьюш Пакбин заявил о готовности иранских кооперативов и компаний к участию в белорусских строительных проектах.

В 12-ой международной выставке строительной индустрии принимают участие более 1,3 отечественных и зарубежных компаний. На ней представлены 25 стран, в том числе Германия, США, Франция, Англия, Испания, Турция, Италия, Южная Корея, Китай, Австрия, Малайзия, Ирак, Япония, Гонконг и Швеция.

На прошлой неделе посетители берегов Гонконга получили возможность воспользоваться новой услугой по прокату смартфона. Сервис ориентирован на тех туристов, которые приезжают ненадолго, и призван избавить их от высоких расходов на роуминг, предлагая смартфоны с предварительно загруженным путеводителем по Гонконгу и дисконтными предложениями. Этот сервис может быть приятным сюрпризом для всех, кому надоело тратиться на непомерно дорогие разговоры в роуминге во время поездок по Азиатско-Тихоокеанскому региону, и, учитывая, что почти все путешественники редко проводят в Гонконге больше недели, он идеально подходит для этой местности. Однако маловероятно, чтобы он смог соблазнить тех, кот приезжает в Гонконг по делам бизнеса и использует свои собственные мобильные устройства.

Идея проката смартфонов родилась в местной технологической компании Tink Labs, которая ранее уже оборудовала зал прибытия международного аэропорта Гонконга двумя счетчика обслуживания.

Услуга сочетает в себе преимущества аренды обычного телефона с предложениями, которые скорее можно было бы ожидать от организаций вроде Groupon или Lonely Planet. За HKD 68 в день приезжие получают устройство наподобие «смартфон+планшет», напоминающее Galaxy Note, пакет на неограниченное количество местных и международных звонков, а также неограниченный 3G доступ. В частности, в «международной» части пакет позволяет звонить на городские и мобильные устройства в Китае, США, Сингапуре, Таиланде, Индии и Канаде. А вот что уже не так удобно, так это то, что клиенты могут делать звонки на городские номера только в Тайвань, Японию, Южную Корею, Австралию, Великобританию, Францию, Германию, Италию, Новую Зеландию, Нидерланды и Испанию. Если же нужно позвонить в любое другое место, то придется заплатить по установленным оператором тарифам.

Смартфон снабжен путеводителем по городу, включая магазины, бары, рестораны и другие достопримечательности Гонконга плюс информация о некоторых «эксклюзивных предложениях» от тех или иных заведений.

Неограниченный доступ в Интернет 3G будет особенно полезен для использования онлайн-карт для навигации по многолюдным улицам Гонконга. В пакет включены Bluetooth, Wi-Fi и USB-модем.

Устройство можно заранее забронировать перед поездкой – в настоящее время бесплатно и до конца сентября со скидкой в HKD 18 на ежедневный тариф.

Окажется ли новый проект успешным или неудачным, вероятно, будет зависеть от качества обслуживания, начиная от его заказа до доставки и полезности предварительно загруженной туристической информация и рекламных предложений.

Средняя стоимость гостиничного номера в Москве, по данным Мосгорстата, составляет 4,1 тыс. рублей, сообщил в понедельник журналистам руководитель комитета по туризму и гостиничному хозяйству столицы Сергей Шпилько.

"По данным Мосгорстата по 212 гостиницам Москвы за первое полугодие 2012 года, средняя цена номера составляла 4,1 тыс. рублей, - сказал С.Шпилько. – Есть также люксовые гостиницы, дорогие, но погоды они на рынке не делают".

Он подчеркнул, что данные Мосгорстата существенно отличаются от рейтингов международных агентств, которые включают Москву на первые позиции по дороговизне отелей.

С.Шпилько привел в пример одну из международных рейтинговых компаний, согласно данным которой, средняя стоимость номера в отелях Москвы составляет $405 в сутки.

По его словам, согласно данным, полученным от международных систем бронирования отелей, Москва занимает по стоимости номеров в отелях 3-5* в Европе третье место, пропустив вперед Париж и Лондон. При этом Мадрид по средней стоимости номера оказался дешевле.

Заместитель генерального директора компании "Академсервис" Александр Курносов в свою очередь сообщил, что стоимость турпакета для иностранного туриста на неделю составляет по Москве около 700 евро без учета перелета.

"Таким образом, доля гостиничных услуг в стоимости турпакета составляет около 300-350 евро на неделю, то есть около 50 евро в сутки на человека. Туристы едут в мае-августе, когда им предлагают тарифы выходного дня для туристических групп. В том же Риме или Мадриде надо еще поискать в сезон цену 50 евро в сутки", - подчеркнул он.

Стоит также отметить, что среднюю стоимость гостиничного номера в Москве в размере 4 тыс. руб. оценили эксперты портала Oktogo.ru.

По данным комитета по туризму и гостиничному хозяйству, 46% московских отелей – это гостиницы уровня 2-3*. В 2012 году гостиничный фонд вырос на 616 номеров благодаря открытию четырех новых отелей. Еще около 2,5 тыс. номеров добавили гостиницы и пансионаты на территориях "Новой Москвы".

В последнее время из-за продолжающегося глобального экономического кризиса на родину возвращается все больше немцев. По данным организации Raphaels-Werk число возвращающихся в страну эмигрантов продолжает увеличиваться.

Биргит Клайсле, генеральный секретарь Гамбургского отделения Raphaels-Werk, в Ганновере на ежегодном совещании благотворительных консультационных пунктов для эмигрантов, возвращающихся на родину, отметила, что число возвращенцев невероятно высокое. Так в 2007 году на родину вернулось 100 тысяч немцев, а в 2011 году – 116 тысяч. При этом опросы показывают, что в Германию желают вернуться в 2011 году в два раза больше, чем в 2010 году.

По словам Клайсле, немцам тяжелее всего приходится в странах, которые больше всего пострадали от кризиса. Это Испания, Греция и США. Из России немцы возвращаться на родину не спешат. Многие из них приобрели дома в Барвихе и прочих престижных районах, поэтому о Германии они пока не задумываются.

Средние цены на аренду жилья в Испании выросли всего на 0,4% за год – меньше, чем общий индекс потребительских цен в стране.

Испанская экономика находится под губительным воздействием кризиса Еврозоны, который не в последнюю очередь отразился на арендных ставках в стране. С 2011 года месяц аренды жилья в некоторых регионах подешевел более чем на треть. Темпы роста арендных ставок в популярных регионах растут крайне медленными темпами.

По последним данным Национального института статистики, с июля по август изменений в арендных ставках замечено не было. В годовом исчислении показатели неоднозначны, сообщает портал Kyero. Так в шести регионах страны аренда подешевела: Мурсия (-1,7%), Ла-Риоха (-0,7%), Наварре (-0,7%), Валенсия (-0,3%), Мадрид (-0,2%), Арагона (-0,2%). В большинстве оставшихся регионов арендные ставки незначительно выросли: Каталония (+1,2%), Астурия (+1%), Галисия (+0,9%), Кастилия-Леон (+0,8%), Страна басков (+0,8%), Андалусия (+0,5%).

Эксперты отмечают, что общий индекс потребительских цен «обогнал» годовой рост арендных ставок, составив 2,7%, в то время как в среднем по стране аренда подорожала на 0,4%.

Иностранцы, живущие в Испании, совершили 9 502 сделки во втором квартале 2012 года – на 12% больше, чем за аналогичный период 2011 года.

Испанская недвижимость продолжает дешеветь ввиду финансового кризиса Еврозоны. Во втором квартале 2012 года стоимость 1 кв. м жилплощади в стране снизилась на 8,3%, составив €1606,4. Таким образом, цены упали до уровня 2004 года, что привлекло внимание иностранных покупателей недвижимости, сообщает Fox News.

В первом квартале 2012 года размер иностранных инвестиций в испанскую недвижимость вырос на 2,5% за год – до €1,163 млрд. При этом ослабленные безработицей и низкими заработными платами испанцы зачастую откладывают приобретение жилья до лучших времен.

Большинство сделок с недвижимостью во втором квартале 2012 года было совершено в южной и центральной Испании: в Андалусии (1 676), Валенсии (3 114), Каталонии (1 615) и на Канарских островах (1 173). Меньше всего сделок было заключено в Кантабрии (15), в Сеуте и Мелиле (16) и Эстремадуре (18).

Несмотря на то, что количество сделок с недвижимостью в Испании растет уже четвертый квартал подряд, ему еще далеко до уровня второго квартала 2006 года, когда было зафиксировано 30 тыс. сделок.

Эксперты видят одну из основных причин в уменьшении количества иностранцев, проживающих в Испании. Так к концу 2011 года, в стране было зарегистрировано около 5,7 млн иностранцев, что на 40 447 человек меньше (-0,7%), чем четырьмя годами ранее.

По данным Международного экономического форума (МЭФ), Иран по качеству железнодорожной инфраструктуры занимает 45-ое место среди 144 стран мира, сообщает агентство ИСНА.

В опубликованном МЭФ рейтинге, первое место по качеству железнодорожной инфраструктуры занимает Швейцария. На втором и третьем местах находятся Япония и Гонконг. За ними следуют такие страны, как Франция, Сингапур, Финляндия, Германия, Испания, Голландия и Южная Корея. Они занимают, соответственно, с 4-го по 10-ое места.

Иран по данному показателю опережает такие страны, как Южная Африка, Норвегия, Хорватия, Индонезия, Турция, Египет, Болгария, Мексика, Пакистан и Словения.

На Ближнем и Среднем Востоке Иран занимает второе место по качеству железнодорожной инфраструктуры после Саудовской Аравии.

ПРОФИЦИТ ТОРГОВОГО БАЛАНСА ЕВРОЗОНЫ ВЫРОС ДО 15,6 МЛРД

Экспорт в Россию показал самый значительный прирост - на 16%

Профицит торгового баланса еврозоны увеличился в июле в годичном исчислении на 2,1 млрд евро до 15,6 млрд евро, сообщает Евростат. В июне показатель составлял 13,6 млрд евро.

Экспорт в июле вырос на 2%, импорт - на 1,2%.

С начала года увеличился дефицит в сфере энергетики. Если в первом полугодии 2011 года показатель исчислялся 187,2 мрлд евро, то в июне этого года дошел до 208,6 млрд евро. Также вырос переизбыток промышленных товаров - 167,8 млрд евро против 112,1 млрд евро.

За полгода Евросоюз нарастил торговые отношения с большинством международных партнеров за исключением Индии (спад на 6%) и Турции (-2%). Экспорт в Россию и Южную Корею показал самый значительный прирост (оба - на 16%). Далее следует Бразилия с 15%. Импорт увеличен из Норвегии (рост на 11%), Южной Кореи и США (9%). Ввоз из Индии и Японии сократился на 11 и 9% соответственно.

В первом полугодии профицит торгового баланса с США увеличился на 40,6 млрд евро. Дефицит снизился с Китаем (с 75 млрд до 67,5 млрд), Россией (с 51,7 млрд до 48,1 млрд) и Японией (с 11,5 млрд до 6,1 млрд евро).

В целом по Евросоюзу активнее всего наращивают профицит Германия (до 92,4 млрд евро), Нидерланды (25,6 млрд евро) и Ирландия (20,9 млрд евро). У Великобритании самый крупный дефицит торгового баланса - 73,8 млрд евро. На втором месте Франция (43,9 млрд) и Испания (18,9 млрд евро).

По итогам 2011 года из стран еврозоны было вывезено товаров и услуг на 1,733 млрд евро (+13%) и ввезено на 1,743 (+12); годовой дефицит составил 10 млрд евро.

США еще на 180 дней исключили ряд государств из своего санкционного списка в связи со снижением объемов закупок этими странами неочищенной иранской нефти.

"Я рада сообщить, что Бельгия, Чехия, Франция, Германия, Греция, Италия, Япония, Нидерланды, Польша, Испания и Великобритания вновь обеспечили себе право быть исключенными из списка санкций на основании снижения ими объема закупок неочищенной нефти из Ирана", - говорится в заявлении госсекретаря США Хиллари Клинтон.

В июне были исключены из санкционного списка Китай, Сингапур, Индия, Малайзия, Южная Корея, Южная Африка, Шри-Ланка, Турция и Тайвань - также на 180 дней с правом продления. Как ожидается, срок будет продлен.

Конгресс США в начале года наделил администрацию правом применять дополнительные односторонние санкции к иностранным финансовым институтам и компаниям, заключающим сделки с Ираном. Целью этого шага было сокращение финансирования иранской экономики через принуждение иностранных государств к отказу от закупок иранской нефти, а также изоляция Центробанка Ирана.

Клинтон в очередной раз призвала Иран выполнять свои международные обязательства и серьезно подойти к переговорам с "шестеркой". Мария Табак, Денис Ворошилов.

Систему скоростного автобусного сообщения необходимо создать в "большой Москве" как альтернативу рельсовому общественному транспорту, заявил в субботу на презентации проекта концепции по развитию московской агломерации авторского коллектива во главе с архитектурной мастерской Ricardo Bofill Риккардо Бофилл-младший.

По словам архитектора, темпы строительства метро в Москве, которые, по данным проектировщиков из бюро Ricardo Bofill, равны 7-9 километрам в год, не в состоянии полностью решить проблему с общественным транспортом в Москве.

"Мы считаем, что нужно создать скоростной автобусный транспорт - Bus rapid transit, или BRT", - сказал он.

По данным Бофилла-младшего, по стоимости строительство 7 километров подземки сопоставимо с организацией 426 километров BRT.

Архитектор обратил внимание на то, что система BRT должна быть интеллектуальной и предполагать возможность управления светофорами.

Кроме того, система скоростного автобусного сообщения, которая в первую очередь понадобится для связи Москвы с пределах МКАД с новыми территориями столицы, должна быть включена в систему общественного транспорта города и развиваться параллельно с другими видами транспорта, добавил Бофилл-младший.

"В автобусах BRT должны быть wi-fi, кондиционеры, они должны быть удобными для людей", - отметил он.

При этом, по словам участника конкурса на создание концепции московской агломерации, в команде Ricardo Bofill предполагают, что в целом на создание транспортной инфраструктуры новых территорий столицы и совершенствование транспортной инфраструктуры Москвы в исторических границах может понадобиться в течение 30 ближайших лет 54 миллиарда долларов.

"За инфраструктуру, исходя из наших оценок, заплатят москвичи с помощью в своих налогов. Так, по нашим подсчетам, в качестве налогов за транзакции с недвижимостью можно собрать 45 миллиарда долларов, а еще 173 миллиарда долларов можно получить с доходов девелоперов, работающих на рынке недвижимости", - сообщил он.

Архитектурный конкурс на концепцию развития московской агломерации, продолжавшийся полгода, завершился 5 сентября победой иностранных команд. Лучшей командой, предложившей проектные решения по московской агломерации и по развитию Москвы, члены международного жюри признали французский коллектив Antoine Grumbach et Associes. Победителем в номинации на лучшее решение по новому федеральному правительственному центру стала команда Urban Design Associates из Америки.

Американская компания Cell Therapeutics объявила о выводе на рынки стран Европейского союза нового препарата Pixuvri для лечения рецидивной B-клеточной лимфомы Ходжкина. В ближайшее время, уже в сентябре, лекарство выйдет на рынки Швеции, Дании и Финляндии; на рынках Австрии и Норвегии оно появиться в начале октября, а в Великобритании и Нидерландах – в ноябре. Во Франции, Италии, Испании и других странах ЕС, Cell Therapeutics планирует сделать лекарство доступным в 2013 году.

Европейская комиссия предварительно одобрила выход Pixuvri на рынок ЕС еще в мае поточного года, кроме того, это первый зарегистрированный в ЕС препарат для лечения пациентов с рецидивной или трудноизлечимой агрессивной B-клеточной лимфомой Ходжкина. В странах ЕС ежегодно фиксируется около 37,000 новых случаев заболевания этой болезнью

Биофармацевтическая компания Cell Therapeutics была учреждена в 1991 году. Главный офис компании находиться в Сиэтле, штат Вашингтон. Деятельность компании сконцентрирована на разработке новейших методов лечения рака, более эффективных и менее токсичных.

Несмотря на строительный кризис, с января по июнь 2012 года в стране было совершено сделок с недвижимостью на сумму в €20,120 млрд.

По сравнению с аналогичным периодом 2011 года, доход от сделок сократился на 17,6% - в первом полугодии 2011 года сумма составила €24,4377 млрд. Падение доходов было смягчено повышением активности на рынке вторичного жилья, сообщает портал Kyero.

Всего с января по июнь 2012 года было заключено 136 095 сделок с недвижимостью – на 7,1% меньше, чем за первое полугодие предыдущего года. Продажи вторичной недвижимости принесли €14,8486 млрд. (-10,4%), а первичного - €5,2718 млрд. (-32,8%).

По данным El Mundo, Андалусия оказалась самым прибыльным регионом в рассмотренный период времени. Регион принес доход в €3,6429 млрд. Второй по популярности оказалась Каталония - €3,612 млрд, следом идут Мадрид (€3,0105 млрд.) и Валенсия (€2,5676 млрд.).

Самыми непопулярным районами оказались Астурия (€356 млн), Эстремадура (€298,8 млн), Кантабрия (€244 млн), Наварра (€229,5 млн), Ла-Риоха (€123,6 млн) и Сеута с Мелильей (€57,8 млн на двоих).

КУДРИН ПРЕДВИДИТ СТАГНАЦИЮ ЭКОНОМИКИ ЕС И США

Финансист предлагает "сильное лекарство". "Не исключаю, что это могла бы быть реструктуризация долгов", - размышляет Кудрин

Действия государственных финансовых организаций США и Евросоюза не помогут преодолеть экономический кризис и приведут к стагнации экономики в этих странах на ближайшие пять-семь лет, заявил экс-глава Минфина РФ Алексей Кудрин на международном форуме "Ялтинская европейская стратегия", сообщает РИА "Новости".

Глава "Комитета гражданских инициатив" выразил мнение, что попытки ФРС и ЕЦБ поддержать спрос не нацелены на основные активы, "они делают их искусственными". Кудрин считает, что действия ЕЦБ лишь отложат проблему. Долговая проблема Португалии, Испании, Италии не будет решена, пока экономический рост в этих странах не будет выше, чем ежегодный прирост долга, считает финансист. "Значит, нужно другое. Может быть, более жесткое, сильное лекарство. Не исключаю, что это могла бы быть реструктуризация долгов этих стран", - объяснил Кудрин.

Президент инвестиционной компании "Интеррос" Владимир Потанин называл Кудрина одним из лучших министров финансов в мире. С Потаниным солидарны и за рубежом, где Кудрин неоднократно возглавлял аналогичные рейтинги. К примеру, журнал Euromoney назвал Кудрина лучшим министром финансов 2011 года.

Пассажиропоток московского аэропорта "Домодедово" в январе-августе 2012 года составил 18,717 миллиона человек, что на 9,1% больше показателей аналогичного периода прошлого года, сообщил авиаузел.

В частности, аэропорт на внутренних воздушных линиях обслужил 7,607 миллиона человек (рост на 14%). Наибольший рост зафиксирован на маршрутах: Санкт-Петербург, Екатеринбург, Краснодар, Челябинск, Анапа. По данным аэропорта, перевозки за восемь месяцев текущего года на указанных направлениях выросли на 26,8% - до более 2 миллионов пассажиров.

Аэропорт "Домодедово" на международных воздушных линиях в январе-августе обслужил более 11,109 миллиона пассажиров (рост на 5,9%). Наибольший рост отмечен на направлениях: Дубай, Барселона, Бургас, Киев, Минск. Пассажиропоток на указанных маршрутах составил 1,277 миллиона человек (рост на 38,6%).

Грузопоток "Домодедово" за январь-август увеличился на 3,6% и составил 122,991 тысячи тонн.

Аэропорт "Домодедово" в августе текущего года обслужил на 7,1% больше пассажиров - 3,233 миллиона человек. Пассажиропоток на внутренних воздушных линиях вырос на 15,3% и составил более 1,320 миллиона человек, на международных составил 1,911 миллиона человек.

Всего за летний сезон отпусков аэропорт обслужил свыше 9,123 миллиона пассажиров. По данным авиаузла, наибольшее количество авиапутешественников выбрали для отдыха летом этого года Анталию, Барселону, Сочи, Бургас, Тиват. Суммарный пассажиропоток по этим направлениям составил 1,177 миллиона человек.

В процентном соотношении количество транзитных пассажиров, совершивших в летние месяцы перелет через аэропорт "Домодедово" по единому билету из/в Санкт-Петербург, Краснодар, Екатеринбург, составило 33,9%, 31,7% и 20% соответственно от общего пассажиропотока по данным направлениям.

Грузопоток "Домодедово" в августе 2012 года составил 17,375 тысячи тонн, что на 4,4% больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Сионизм и Палестина

Из сочинений 1904 года

Владимир Жаботинский *

СТАТЬЯ ПЕРВАЯ. О ТЕРРИТОРИАЛИЗМЕ[1]

В 10-м выпуске одесского сборника-журнала «Вопросы общественной жизни» помещена статья г-на М. Г-штейна «Спорные пункты в сионистской программе». Это – голос очень трезвого и очень прямодушного территориалиста[2], который откровенно заявляет, что теория временного Nachtasyl[3] есть только позолота горькой пилюли, пустая фраза, лишенная всякого реального значения. «Ведь каждому ясно, – говорит г-н Г-штейн, – что реализация английского предложения представляет собой такую гигантскую задачу, которая должна надолго отвлечь все сионистские силы от работы для Палестины. Создание автономного государства в Африке – это долгий исторический процесс, в течение которого Палестина заселится другими народами, и тогда евреям придется довольствоваться лишь одной платонической мечтой о родном Сионе». А в другом месте сказано: «Агитируя за территорию, необходимо выдвигать ее не как паллиатив или Nachtasyl, потому что утверждать это – значит умышленно или бессознательно вводить массу в заблуждение. Нужно решительно и категорически заявлять, что принятие предложения, аналогичного английскому, совершенно изменяет базельскую программу». Все эти признания в устах территориалиста, конечно, очень ценны, так как худшее, самое прискорбное, что было на 6-м конгрессе, это – именно неправда, будто бы евреи могут создать два государства вместо одного, – неправда, которой никто из повторявших ее не мог верить. Эта неправда была особенно тяжела потому, что свидетельствовала о недостаточном уважении к конгрессу со стороны если не наших руководителей, то их красноречивых оруженосцев, и в то же время невольно подорвала и наше уважение к ним. Дорожа своим престижем, наши руководители, конечно, никогда больше не допустят таких неудачных уловок.

Г-н Г-штейн не хочет уловок и ведет дело начистоту. Он говорит, что Палестина, пожалуй, caeteris paribus[4], «скорее всякой другой страны могла бы сделаться национальным центром, притягивающим к себе взоры всего еврейства диаспоры. Но таким центром может сделаться и другая страна, в которой евреи будут жить свободной политической жизнью, где, освобожденная из под гнета, автономно проявится их национальная индивидуальность, широко и всесторонне разовьется национальная культура».

Подчеркнув таким образом открыто и без прикрас коренное несходство между территориалистами и палестинцами в самом идеале, г-н Г-штейн так же трезво и бесстрашно указывает на принципиальные разногласия в тактике. Сионисты-палестинцы, говорит он, видимо, начинают тяготеть к старому палестинофильству. А вернуться к тактике Ховевей-Цион значит изменить политическому сионизму, ибо политический сионизм требует прежде всего гарантий, то есть чартера, и только потом уже допускает массовое заселение страны, тогда как палестинофильский метод, который г-н Г-штейн называет «мелким» и «жалким», согласен обойтись и без чартера, лишь бы ежегодно водворять в Палестине по нескольку десятков новых еврейских семейств. Такая программа не сулит массам близкого спасения от Judennoth[5], а потому массы к ней не примкнут, а крупное политическое движение под этим флагом невозможно. И настоящий политический сионизм должен тщательно ограничить себя от палестинофильски настроенных элементов. Вместе работать нельзя, и г-н Г-штейн твердо заявляет, что все эти наболевшие вопросы о коренных разногласиях должны быть ясно и определенно решены будущим конгрессом. «Это необходимо сделать, – говорит он, – даже если бы такая резкая и определенная постановка вопроса грозила расколоть организацию».

Эта статья, без сомнения, выражает настроение сионистских групп. Она доказывает, что связь народа с Палестиной сознается многими нашими представителями интеллигенции очень смутно, что влечение к древней родине есть, в глазах их, просто красивая прихоть, с которой, при нужде, можно и не считаться. Все это, пожалуй, наша вина. В сионистской литературе действительно меньше всего разработан вопрос о том, почему Св[ятая] земля является и должна быть краеугольным камнем нашего возрождения. Пора тем из нас, которые сознают ясно и твердо современную неразделимость сионизма и Палестины, вслух обосновать и формулировать это сознание. Течение, стремящееся сорвать с нашего герба надпись «Сион» и начертать вместо нее девиз: «Куда глаза глядят», орудует, бесспорно, весьма обдуманными и логическими доводами и в то же время настаивает, что мы в нашей приверженности к Палестине руководствуемся моментами сомнительной ценности: чувством, настроением, «историческим романтизмом». Пора выяснить, что связь сионизма и Сиона есть для нас не только неистребимо сильный инстинкт, но также и пробный, законный вывод строго позитивного размышления.

Движение может быть народным и жизнеспособным только тогда, когда оно точно соответствует народной воле. В большие поворотные исторические моменты массы бывают одушевлены одним основным желанием. У разных лиц под влиянием разных внешних давлений это желание может выражаться в разных формах, часто в исковерканном, нечистом виде, с посторонними примесями. Но если извлечь из всей этой разноголосицы общее для всех ядро, то оно и выразит для данной эпохи истинную формулу народной воли. И для этого, чтобы данное движение было в полном смысле слова движением народа, необходимо, чтобы в основу его легла эта очищенная формула народной воли. Если идеал движения хоть немного несроден этой формуле, движение скоро или потеряет почву, каков бы ни был временно его внешний успех, или подчинится стихии и изменит свое направление, ибо стихийная масса может иметь во всякую данную эпоху только одну основную массовую волю, созданную силой вещей, и никто не властен изменить эту волю, как не властен разрушить силу вещей. Против этого положения не станет, без сомнения, спорить ни один человек, усвоивший достаточно современное научное мировоззрение и понимающий, что историю делают не вымыслы и замыслы вожаков, а стихийные процессы, независящие от нас и непосредственно влияющие на образование массовой народной воли.

Спор вызывается не сущностью этого положения, а только применением его. Действительно, как познать настоящую народную волю, ее очищенную, беспримесную суть? Кто скажет нам формулу народной воли, кто выразит точными словами, чего именно желает народ своим массовым безошибочным инстинктом? Проще всего – спросить у самого народа, но ведь это не очень легко. Иногда это невозможно, потому что массы состоят из непросвещенных личностей, которые могут быть менее всего способны точно разобраться в своих желаниях, отделить в них вечные основные элементы от мимолетных и наносных, обнажить истинную формулу народной воли.

На 6-м конгрессе кто-то выразился, что массы подобны больному, который не может сам знать, какое лекарство ему нужно, и вокруг этой фразы пошли теперь страстные споры. Многие настаивают, что высказывать такие взгляды – значит проповедовать неуважение или даже пренебрежение к народной воле. Мне кажется, что этот взгляд ничуть не колеблет громадного всерешающего значения народной воли: он только указывает на то, что народная воля иногда лежит глубже народного крика. Так бывает с человеком, у которого бельмо на глазах: искусный врач удаляет бельмо и запирает больного на два дня в темную комнату, с повязкой на глазах. И тогда больной может возмутиться и закричать: я хочу света, выпусти меня из темной комнаты! Но врач знает, что это только крик, а не истинная воля больного человека; ибо истинная воля всего его организма требует в эту минуту, чтобы слепцу вернули свет не на одно мгновение, после которого отвыкшие глаза опять ослепнут, а навсегда. И если врач, наперекор крикам больного, насильно держит его в темной комнате, пока не наступит момент полного возвращения к свету, то не значит ли это, что врач повиновался истинной органической воле своего больного?

Истинная формула народной воли не выясняется из того, что народ кричит. Иногда он кричит: «Хлеба и зрелищ!», между тем как бессознательно желает света новой религии. Зерно народной воли не обнаруживается из официального подсчета голосов. Есть только три формы обнаружения чистой воли народа. Во-первых – исторический процесс. Он всегда подчиняется истинной воле масс, потому что только этой волей, рожденной в силу вещей в строгом соответствии со стихийными потребностями момента, только этой волей он и совершается, и отметает, и отбрасывает своеобразным естественным подбором все то, что не совпадает с чистой волей масс. То, что диктуется волей масс, рано или поздно победит. Так раскрывается суть народной воли в самом ходе истории, и, изучая с этой точки зрения летопись наших дней, потомки могут познать истинную волю современных нам масс. Второе откровение народной воли – это чутье гениального современника. Возникают иногда из среды народа особенные люди, одаренные сверхобычной чуткостью, которой нет у других смертных; все заветное, что осколками разбросано в душе миллионов, в душе такого человека собрано воедино, спаяно в один слиток, и тогда бог народа говорит его устами и творит его рукой, и он будет избранным вождем массы с правом осуществлять ее истинную стихийную волю, хотя бы даже наперекор ее неосмысленному крику. Счастливы те народы, которым судьба дарит в надлежащее время такого предводителя.

Но есть третий способ обнаружить истинную волю народа. Он не так точен, как первые два, зато он доступнее. Этот способ – вдумчивое изучение истории народа. Прошлое прокладывает стальные рельсы для будущего: если поезд какого бы то ни было движения сойдет с этих рельсов, он потерпит крушение. Всякое новое течение в народной жизни должно быть в строгой преемственной связи со всем его прошлым; если под многообразными событиями, составляющими историю данного народа, всюду красными нитями проходят одни и те же основные стимулы, то и в новом течении должны непременно и неприкосновенно проявиться те же стимулы, иначе под новым движением нет стойкой почвы. Вдумчиво изучая прошлое, мы можем подметить такие красные нити, выяснить основные стимулы народа; мы постигнем их тем точнее, чем вдумчивее и беспристрастнее будем изучать. И тогда, познав насколько это нам удастся, главные девизы народной воли, неизменно проявившиеся в разнообразных событиях национальной истории, мы ясно увидим, соответствует ли содержание нового движения этим незыблемым девизам, то есть вытекает ли оно преемственно из предыдущего исторического процесса или хочет уклониться от предначертанного прошлым пути и сорваться с его рельсов. И отделив таким анализом те элементы народного движения, которые стихийно возникли как естественное развитие и последствие всех предшествовавших процессов, от тех элементов, которые извне нанесены давлением часто мимолетных обстоятельств, мы получим право с большей или меньшей точностью признать, что вторая категория будет рано или поздно отметена самой историей как не имеющая корня в народной воле, тогда как первая категория и составляет для данной эпохи истинную формулу народной воли – ту формулу, которой суждено осуществиться и победить.

Вдумаемся в историю еврейского рассеяния и попытаемся раскрыть основной стимул нашей жизнедеятельности за этот огромный период.

Это вовсе не такая сложная задача, как может показаться на первый взгляд. Дело в том, что хотя история галута очень запутана и разбита на множество отдельных кусков – по числу стран, где мы прятались, – но история галута далеко не является историей нашей жизнедеятельности. В жаргонной печати появилась в прошлом году небольшая статья г-на Иошуа Равницкого «Macht allein aiere geschichte»[6], где настолько же остроумно, сколько и верно указано, что история еврейского галута повествует не о том, что делали сами евреи, а о том, что с ними делали другие. В таком-то году Испания нас выгнала, в таком-то году папы заперли нас в гетто, в таком-то году Франция дала нам равноправие. Чужие руки строили нашу историю, мы же являлись только воспринимающей, пассивной стороной. Поэтому, как богата ни была бы история нашего скитания, наша собственная жизнедеятельность тут ровно ни при чем. Делали многое и разнообразное над нами другие, мы же только принимали и расписывались в получении. Очень трудно установить единство в сложной истории любого другого народа, жизнедеятельность которого многообразно проявлялась и в войнах, и во внутренних переворотах, и в экспансивной колонизации; но история нашего галута в этом смысле удивительно проста и представляет вечное продолжение одного и того же мотива. Чтобы в ней установить единство, нет нужды прибегать к тонкостям сложного анализа: достаточно окинуть с птичьего полета одним внимательным взглядом всю равнину нашего рассеяния, и общая картина сразу станет ясна. Там и сям разбросаны кучки евреев, окруженные многочисленными сонмищами иноплеменников. Иноплеменники настроены враждебно и дают это чувствовать; в основании этой вражды лежит непременно какое-нибудь требование – явное или скрытое, сознательное или бессознательное, справедливое или несправедливое, которое одни по праву сильного предъявляют другим, подкрепляя свою настойчивость гнетом. Евреи молчаливо терпят, но, очевидно, не уступают, не соглашаются на требование, потому что вражда к ним не убывает, а только меняет форму. И так оно идет из века в век настолько однообразно и монотонно, что в конце концов отдельные группы как бы сливаются и получается одна общая картина: тесная кучка людей, на которую раздраженно наступают со всех сторон многочисленные недруги, очевидно добиваясь чего-то; маленькая кучка не поддается и, по-видимому, предпочитает хроническое мученичество, лишь бы что-то сохранить, чего-то не выдать врагу. Что же, в таком случае, дорого этой кучке людей? Как назвать это что-то, ради которого они согласны терпеть хроническое мученичество? Если история галута есть оборона кучки людей, то что же это за святыня, которую они так упорно обороняли и любовь к которой есть, очевидно, основной стимул всей истории безземельного народа?

На этот вопрос готов ходячий ответ: святыней была религия. Еврейский народ отстаивал свою Тору и страдал за Тору. Иноплеменники требовали, чтобы он отказался от Торы, а он не хотел. История галута есть летопись нашей борьбы за свое вероучение.

Добрая половина всех ходячих мнений страдает обыкновенно если не легкомысленностью, то недостатком глубины. В данном случае перед нами типичное ходячее мнение, скороспелое и поверхностное. Прежде всего бросается в глаза одна странность: ведь религия, как и всякая другая идеология, подчинена закону эволюции. В течение двух тысячелетий совершилось много общественных перемен, которых евреи были свидетелями; на глазах у них открывались новые страны, совершенствовалась техника, разрасталось в глубину и ширину естествознание; из их среды сплошь и рядом выходили врачи, постигавшие тайну науки, и банкиры, имевшие сношения с заморскими странами. Все это должно было расширить кругозор народа, особенно столь восприимчивого народа, и должно было вызвать известное брожение и в религиозной области, пробудить некоторые попытки, хотя бы робкие новшества. Христианство за этот период успело несколько раз дифференцироваться. То же самое естественно должно было произойти и с иудаизмом. Должно было – но не произошло. Факт бесспорно установленный, что с первого дня галута прекращается внутренний прогресс иудаизма как религии. Это тем более резко бросается в глаза, что до рассеяния замечалось нечто совершенно обратное: замечались попытки постоянного религиозно-этического творчества, прорывались новые слова. Все это жизненное движение сразу обрывается в момент потери национального отечества. Религиозное «творчество» галута все сводится к бесплодному толкованию толкований на толкования. Замечается даже сильный регресс: до изгнания были попытки, так сказать, либерального истолкования закона, отступления от буквы; после изгнания мелочные ограничительные постановления умножаются до невероятных пределов, преданность букве учения становится главной заботой религиозной мысли. Ни соприкосновения с внешним миром, ни обогащение высших классов, ни сравнительно частое приобщение евреев к свету положительной науки, – ничто не отзывается даже малейшей зыбью к этой стоячей воде. Иудаизм не прогрессирует, иудаизм не подчиняется закону эволюции. С тех пор как еврейский народ потерял свою землю, иудаизм перестал изменяться, развиваться и совершенствоваться. Он застыл на той своей ступени, на которой его застал разразившийся гром обезземеления. Еврейская религиозно-этическая мысль, до того усиленно создававшая новые ценности, которые подготовили возникновение христианства, с этого момента всецело устремляется на охранение старого религиозного багажа и ограждение его от каких бы то ни было новых элементов. До галута еврей холил свое религиозное сознание, как цветок, который поливают водой, чтобы он рос в высоту и в ширину; с первого дня галута еврей лишил этот цветок воздуха и воды, не давая ему расти, засушил цветок и мертвым зашил его в заветную ладанку, мертвым, лишь бы только не дать ему измениться!

Что же это значит? Разве так поступают со святыней, ради которой приносятся веками тяжелые жертвы? Если, например, мать готова на всякие муки за своего ребенка, то ведь это не для того, чтобы навеки сохранить его маленьким и неосмысленным, а для того, чтобы дать ему возможность развиваться и расти. Она не отдает его недругам, ибо она его кормит и с радостью на скорбном лице видит, как дитя увеличивается в весе и учится новым словам. Но если мать сама, бессознательно, нарочно, остановила рост младенца и, быть может, задушила его, чтобы остановить рост, – и все-таки веками стоит над маленьким трупом, терпит муки и гонения, все же не хочет отдать мертвое тельце, тогда есть только одна разгадка ее странному образу действий: это мертвое тельце, вероятно, не есть сама святыня, а только оболочка или ограда святыни.

Так омертвел иудаизм, ибо то, что не развивается, равно и подобно мертвому, даже если в глубине скрыта искра жизни. Так омертвел дотоле живой и жизнеспособный иудаизм, когда Израиль стал безземельным народом и начал свой подвиг дважды тысячелетнего мученичества за свою святыню. Если бы этой святыней был иудаизм, то народ поливал бы его живой водой и радовался бы его росту и развитию, как было до рассеяния. Но если народ добровольно заковал свое религиозное сознание в насильственные рамки, засушил его до степени полной окаменелости, сделал из живой религии как бы набальзамированный труп религии, то ясно, что не в религии была святыня, а в чем-то другом, чему эта мумия должна была служить оболочкой и оградой.

Я позволяю себе отослать читателя к брошюре М. М. Марголина «Основные течения в истории еврейского народа» (СПб, 1900), где очень обстоятельно и основательно разработан вопрос о том, является ли та постоянная оборона, которую вели и ведут евреи в изгнании, обороной религии, или религия только прикрывала и охраняла что-то другое. Указав на зарождение, рядом со школами Гилеля и Шамая, третьего течения («универсального»), которое позднее приняло форму христианства, г-н Марголин говорит: «Едва ли можно сомневаться в том, что если бы над евреями не разразилась политическая катастрофа, если бы они сохранили свою национальную организацию в Палестине, то развитие универсального течения пошло бы иными путями, и так как национальному существованию евреев не угрожала бы никакая опасность, то к новому универсальному течению примкнул бы весь народ еврейский…» (с. 21). Иными словами, эволюция от мозаизма к профетизму и к дальнейшим стадиям иудейского религиозно-этического миропонимания совершалась бы в еврействе безостановочно своим естественным путем. Но «ввиду крушения еврейской политической организации, национальная самозащита могла быть сделана только на почве религиозной» (курсив автора). Для сохранения своего национального целого не было других средств как замкнуться в себе, оградиться системой мелочных и антисоциальных запретов…»

Не религия, а национальная индивидуальность является той святыней, которую наш народ так упорно отстаивал и отстаивает. Для всякой народности, живущей в нормальных условиях, охраной и оградой ее национальной личности является национальная территория и национальная организация. Израиль лишился того и другого, тогда инстинкт национального самосохранения цепко ухватился за единственное, что могло сыграть роль непроницаемой стены между еврейством и другими племенами и в то же время послужить скрепляющим цементом внутри самого еврейства: за религию – и притом непременно уснащенную всякого рода ограничительными толкованиями. Инстинктом национального самосохранения народ почуял, что до тех пор, пока Израиль не только верит в своего Бога и молится в своих храмах, но и почти во всех других проявлениях жизни сторонится иноплеменника, до тех пор национальная индивидуальность спасена от растворения в племенах земли. Почва, по которой мы ходим, должна быть неподвижна: землетрясение нас ужасает; поэтому, когда религия заменила нам землю, мы прежде всего сделали эту религию неподвижной. Мы превратили ее в мумию или даже растолкли и растерли в мелкий порошок, которым, как камфарой, осыпали свое сокровище – национальную индивидуальность, чтобы ее уберечь…

Все это не умаляет внутренней ценности иудаизма. Напротив, чтобы религия одна в течение стольких веков могла успешно заменить национальную территорию и национальную организацию – это должна быть поистине великая религия, богатая семенами вечной правды. Но все-таки в нашем галуте Тора сыграла роль не самого палладиума, а только его защитницы. И в высшей степени любопытно то, что именно теперь, когда религиозная вера отцов вымирает и передовое еврейство, таким образом, теряет ту броню иудаизма, которая в дедах наших ограждала их национальную индивидуальность от смешения с чужеродными элементами, – именно теперь мы начинаем громко добиваться и национальной территории, и национальной организации, то есть как раз того, суррогатом чего служила до последнего времени религия. Это знаменательное совпадение окончательно подтверждает то, что нам и требовалось доказать: основным стимулом всей исторической жизнедеятельности безземельного Израиля было отстаивание национальной индивидуальности. Следовательно, и теперь только то национально-еврейское движение может стать истинно народным движением и привести к победе, которое в основу своей программы поставит, без урезок и отклонений, ту же цель: обеспечить неприкосновенность еврейской национальной индивидуальности.

Мы подошли к главному спорному пункту. Что такое еврейская национальная индивидуальность?

Был целый период – теперь он, кажется, начинает проходить, – когда слово и понятие «раса» считалось совершенно лишенным основания в науке. Существования племенных особенностей нельзя было отрицать за их явной очевидностью, но признавалось, что они являются отпечатками своеобразно сложившихся исторических судеб и только, а расы ни при чем. Выходило почти так, что если бы по воле судьбы смены социальных отношений у эскимосов и у нубийцев с незапамятных времен и до наших дней были всегда совершенно параллельны, то нубийцы и эскимосы ничем бы не отличались теперь друг от друга и даже, пожалуй, говорили бы на одном языке… Конечно, это пример карикатурный, но и в своем настоящем, не шаржированном виде такой взгляд – еще далеко не вымерший – не может совершенно претендовать на какую бы то ни было серьезную состоятельность. И физическая, и психическая природа человека – все это такие чуткие и тонкие аппараты, на которых не может не отражаться малейшее различие в окружающей естественной среде. Немыслимо, чтобы гористый горизонт не положил своеобразного отпечатка на психику человека, выросшего среди гор, по сравнению с психикой уроженца равнины. Так во всем, и, несомненно, если даже вся разница между двумя местностями, сходными по устройству поверхности и т. п., сводилась бы к двум-трем градусам средней годовой температуры, то такое маленькое различие за период нескольких поколений при отсутствии взаимного смешения крови создало бы некоторое соответствующее различие между типичными представителями обеих местностей. Этот особый отпечаток мог бы даже быть неуловим для нашего глаза, но это доказывало бы только несовершенство нашего глазного аппарата. Все это давно и прекрасно выяснено еще у Бокля, и только близорукая односторонность может упускать из виду или отрицать великое влияние естественных факторов на физическую и психическую природу человека – влияние, вырабатывающее отдельные расы.

Вполне понятно, почему в ту эпоху, когда вырабатывалось материалистическое понимание истории, о расовых различиях забыли. Дело в том, что сумма естественных факторов данной местности, то есть та среда, которая, влияя в течение веков, вырабатывает расу, – эта сумма с течением времени почти не меняется. Конечно, возможны некоторые изменения в устройстве поверхности или температуре, но они всегда так незначительны и так незаметно медленны, что естественную среду, а следовательно, и расу можно принять за постоянную неизменяющуюся величину, исключая, конечно, случаи переселения или смешения с инородцами. По сравнению с этой неподвижностью естественных факторов, факторы социальные сменяются с головокружительной быстротой. Каждая смена их, конечно, отзывается так или иначе на организме и психике современников, и эти отражения социальных влияний так быстро следуют одно за другим, что невольно бросаются в глаза и заставляют забыть о неподвижном и потому незаметном расовом фоне, на котором они более или менее ярко, но все же поверхностно отпечатываются. Это можно сравнить с экраном, на который из волшебного фонаря бросают, быстро сменяя, то красные, то зеленые, то голубые лучи, так что зритель забывает, в конце концов, что цветное освещение – это только внешняя мимолетная окраска, а экран есть нечто самостоятельное, независимое, обладающее своими неизменными свойствами и даже придающее свой особенный оттенок цветным лучам, которые падают на его поверхность… Иными словами, острое влияние сменяющихся социальных факторов на человеческий организм и психику гораздо ярче и заметнее, но далеко не так глубоко и невытравимо, как медленное, постоянное, ни на миг не прекращающееся давление естественной среды – родного ландшафта, родного климата, родной растительности, родного ветра. Психика племени создается только естественными факторами; факторы социальные привносят в нее лишь одни второстепенные черты, которые легко стираются под давлением новых социальных условий. Тем, кто были рабами, дайте три поколения полной свободы – в их психике исчезнут всякие следы рабства, но никакие социальные перемены – если не будет смешения с чужой кровью – не вытравят пытливого духа предприимчивости из племени, рожденного на берегу моря, и не истребят в расе, выросшей на беспредельной равнине, влечения к удали и размаху. Но, конечно, та школа, которой предстояла задача дать истории материалистическое объяснение, имела право игнорировать влияние естественной среды и роль расы. Этой школе просто не было дела до племенной психики и ее различий: эта школа должна была доказать, что пружины истории лежат в экономических отношениях; и задача эта была так трудна, по пути предстояло опрокинуть столько увесистых предрассудков, что Маркс поистине имел полное право устремить все свое внимание на социальные факторы и закрыть глаза на расовые. Тем более что последние, в самом деле, играют гораздо менее видную роль в истории, чем первые. Борьба интересов, которая главным образом и создает историю, возникает почти всегда на экономической почве, а не на племенной, хотя иногда и прикрывается румянами расовой вражды. Может быть, единственный случай, когда расовый момент в чистом виде вмешивается в историю как непосредственный фактор, – и есть случай безземельного народа Израиля, именно в силу этой аномалии безземельности. Обыкновенно же в истории нормально развившихся народов племенные особенности данной нации только до некоторой степени определяли ее тактику в случае тех или иных событий, но эти события были порождениями обыкновенных экономических процессов. Таким образом, было бы грешно упрекать школу исторического материализма за то, что она, занятая своей главной задачей, вычеркнула понятие расы из своего кругозора.

Мы задали себе вопрос: что такое еврейская национальная индивидуальность, что, собственно, понимаем мы под словом «настоящий еврей» в те редкие минуты, когда произносим это слово не со стыдом, а с гордостью. Есть ли это тот тип еврея, который мы встречали на каждом шагу вокруг себя? Всякий понимает, что нет, так как на этом современном еврее осело и даже въелось в него много осадков долгого нахлебничества под чужими кровлями, а ведь мы доискиваемся именно того беспримесного зерна национальной индивидуальности, которое как раз и хотел народ уберечь от этих самых осадков нахлебничества. Если мы с первого дня галута стараемся ревниво охранить какую-то сущность от всяких влияний галута, то ведь ясно, что эта сущность не может быть хотя бы даже отчасти порождением галута. Конечно, охрана не могла быть совершенно удачной, и галут порядком захватал и запятнал эту сущность своими грязными пальцами, но ведь не эта грязь, не эти наслоения, не эти, так сказать, синяки от чужих ударов на лице нашем были той святыней, которую мы ценой страданий оберегали от растворения в чужеродной среде. Святыней, ревниво оберегаемой от влияний галута, могло быть только нечто такое, что создалось раньше галута, что мы уже готовым принесли с собой в страны рассеяния и твердо решили сохранить неприкосновенным. То зерно национальной индивидуальности, которое мы инстинктивно подразумеваем, когда не со стыдом, а с гордостью произносим слово «еврей», рождено не в изгнании, а до изгнания. Следовательно – в Палестине. Все, что осело на теле и на душе у нас за века рассеяния, не может быть включено в нашу национальную индивидуальность, подобно тому, как рубец от раны или красный след от пощечины не могут быть признаны за черты физиономии. Все новые черты, которые мы, быть может, приобрели после разлуки с Сионом, – все это чужеродные, нееврейские наслоения. Истинное зерно еврейской национальной индивидуальности является созданием чисто палестинским.

До Палестины мы не были народом и не существовали. На почве Палестины возникло, из осколков разных племен, еврейское племя. Почва Палестины взрастила нас, сделала гражданами; создавая религию единого Бога, мы вдыхали ветер Палестины и, борясь за независимость и гегемонию, дышали ее воздухом и питались злаками, рожденными из ее почвы. В Палестине выросли идеологии наших пророков и прозвучала «Песнь песней». Все, что есть в нас еврейского, дано нам Палестиной; все остальное, что в нас имеется, не есть еврейское. Еврейство и Палестина – одно и то же. Там мы родились как нация и там созрели. И когда буря выбросила нас из Палестины, мы не могли расти дальше, как не может расти дальше дерево, вырванное из земли. И вся наша жизнедеятельность свелась к охране той нашей индивидуальности, которую создала Палестина. И таким образом вот, наконец, в своей окончательной форме, тот основной стимул всей истории нашего галута, стимул, из которого мы хотим познать истинную формулу народной воли: охрана и отстаивание нашей национальной, то есть чисто и исключительно палестинской, индивидуальности. И следовательно, делая строго логический вывод из всего того, что раньше говорилось, только то национально-еврейское движение будет истинно народным, которое поставит себе целью обеспечить неприкосновенное развитие нашей палестинской национальной индивидуальности.

Но неприкосновенное развитие палестинской индивидуальности мыслимо только на той почве и в той природной среде, которые некогда создали эту индивидуальность. Другой климат, другая флора, другие горы не могут не исковеркать организма и психики, созданных климатом, флорой и горами Палестины, ибо расовый организм и расовая психика суть только порождения определенного сочетания естественных факторов, и пересадить расовую индивидуальность в другую естественную среду – значит обречь ее на переделку под чужой лад. «Может быть, переделка послужила бы к лучшему?» – ответят иные. Может быть. Но это безразлично. Мы можем вести народ только по тому направлению, точно и неуклонно, куда угодно идти его стихийной воле. И изучая стихийную волю безземельного Израиля, мы нашли, что главным стимулом ее всегда неизменно была охрана еврейской национальной индивидуальности – сущности чисто и исключительно палестинской, и таким образом пришли к выводу, что единственный путь, по которому может направиться истинно народное национально-еврейское движение, есть тот, который приведет к наибольшему обеспечению неприкосновенности этой палестинской индивидуальности; и так как неприкосновенно-своеобразное развитие палестинской индивидуальности органически немыслимо вне Палестины, то путь народного движения может вести только в Палестину, во что бы то ни стало.

Г-н Г-штейн говорит: «Свободное и всестороннее развитие всякой нации обусловливается степенью ее национального самоопределения. Такое самоопределение возможно тогда, когда нация, составляя на собственной территории политическое большинство, управляется автономно, то есть когда ее развитие определяется не интересами и судьбой господствующей, подчас совершенно не сходной с ней народности, а ее собственными национальными потребностями и присущей ей национальной психикой…» Пусть г-н Г-штейн поселит, на началах самой полной автономии, колонию итальянцев в Канаде; много ли через триста лет в них останется итальянского? Чужая земля всегда чужая земля, даже при полной свободе самоопределения.

А теперь еще два слова о палестинофильской тактике и об измене политическому сионизму. Здесь опять перед нами та наша праздная склонность к пререканиям, о которой мы уже беседовали мимоходом в январской книжке. Почему-то каждому взводу в нашем лагере кажется, что он сам не может спокойно маршировать, пока не переколотит насмерть все инакомарширующие взводы. Всякая попытка своеобразной тактики сейчас же клеймится именем «измены». Культура есть «измена» фонду, привлечение мизрахистов – «измена» культуре, и так далее. Я опять настаиваю, что вся эта любовь к взаимному критиканству непосредственно вытекает из склонности к безделью, ибо под шум громов легче увильнуть от настоящей работы. И настаиваю, что имени настоящей работы достойна только работа положительная и созидательная: ежели ты за культуру, то учреждай национальные школы и выпускай учебники; ежели ты за чистую политику, то устраивай вечеринки в пользу фонда, вербуй шекеледателей и укрепляй организацию; и тогда вы не только не будете мешать друг другу, но даже будете друг друга дополнять и вместе, с разных сторон, подвигать вперед наше общее дело. А взаимные обвинения в «измене», постоянное старание схватить соседа за шиворот и выкинуть вон из лагеря – вся эта шумиха велеречивых указаний на «непримиримые разногласия» – не есть работа, а развлечение и безделье – самое нехорошее безделье. Ценность партии или фракции познается не в том, сколько неприятностей наговорит она другим фракциям, а в том, сколько положительного создает она в духе собственной программы.

Да простит меня г-н Г-штейн, но его нападки на тактику «палестинофилов» кажутся мне совершенно несерьезными. Сказать, как это часто делают критиканы, что метод заселения понемногу «противоречит» методу заселения en grand[7], – значит, собственно, ничего не сказать. Если нам с г-ном Г-штейном понадобится выпрямить свернутую проволоку, то мы поступим так: он возьмется за один конец, а я за противоположный; он будет тянуть, скажем, на север, а я совсем напротив. При этом, несомненно, его тактика будет резко «противоречить» моей – но, тем не менее, обе прекрасно уживаются и ведут к одной цели. Это так ясно, так часто подтверждается на каждом шагу в обыденной жизни, что прямо-таки непостижимо, как могут толковые люди, вроде г-на Г-штейна, говорить о «непримиримости» одного метода с другим. Откуда они взяли эту непримиримость?

Впрочем, было откуда взять. В известном письме Герцля к Усышкину имелся один любопытный довод: если бы, мол, Усышкин скупил понемногу весь Екатеринослав, то все-таки ведь Екатеринослав принадлежал бы не Усышкину, а России. Герцль настолько умный человек, что ему, когда он написал эту фразу, самому, без сомнения, пришло в голову возражение: да, Екатеринослав будет принадлежать России, но Усышкин будет тогда пользоваться огромным влиянием в Екатеринославе, что, собственно, и требуется… Это возражение, конечно, пришло в голову Герцлю, и он оставил свою фразу, очевидно, только ради красоты слога. Наши почитаемые руководители – замечу в скобках – часто проявляют эту любовь к стилистике: Макс Нордау, например, на последнем конгрессе, ратуя за ночлежный приют, выразился так: «Вы говорите, что вам дорого еврейство, а не евреи. При таких понятиях вам место не на базельском конгрессе, а в спиритическом сеансе!» Если бы мы хоть на миг поверили, что эти слова действительно выражают убеждения г-на Нордау, нам пришлось бы ответить ему: кому дороги евреи, а не еврейство, тому место в заседании благотворительного общества, а не на конгрессе возрождения… Мы этого, однако, не скажем, так как ясно видим, что фраза была выпущена ради красоты слога и не может идти в счет. Но те мысли, которые для самих авторов являются только риторическими украшениями, тем менее должны превращаться в символ веры для других людей. Обмолвка г-на Герцля в письме, написанном в минуту справедливого раздражения, не может стать девизом для руководства сионистских работников.

Будем учиться у Англии, которая, несомненно, очень опытна в искусстве захвата земли. Когда ей понравится чужая область, Англия прежде всего наводняет ее своими людьми: техниками, торговцами, агрономами, учителями и даже колонистами. Англия прежде всего старается мало-помалу приобрести влияние среди местного населения. Это, так сказать, ее «палестинофильство». А затем – Англия выжидает, пока созреет момент, когда при помощи искусного дипломатического хода или политического акта можно будет и окончательно захватить область в свои руки. Это, так сказать, ее «политический сионизм». Одно другому не мешает, одно только подготавливает и помогает другому.

Не со вчерашнего дня все настойчивее раздаются голоса о необходимости немедленной работы в Палестине. Там теперь на 600 тысяч населения – 60 тысяч евреев. Если бы это были в большинстве не попрошайки, а грамотные, толковые и самостоятельные работники, они и теперь бы пользовались преобладающим влиянием среди остального населения.

В Палестине нужны школы и мастерские, чтобы тамошние евреи поголовно стали развитыми и самостоятельными работниками.

Светская культура распространяется все шире, и рано или поздно она должна будет коснуться и палестинских инородцев – арабов и других. Пусть это сделают евреи, а не германцы и не французы. Евреи должны стать учителями туземных инородцев; это – лучшее средство укрепить свое влияние в стране.

Палестины рано или поздно коснется процесс индустриализации. Фабрика дойдет и до Св]ятой[ земли. Пусть это сделают евреи на еврейские капиталы. Тогда к Палестине будет привлечена часть той индустриальной эмиграции, которая теперь направляется в Америку и в Англию.

И надо покупать землю, чтобы ее не раскупили другие. Покупать землю, дешево или дорого, большими участками или малыми, но постоянно покупать и постоянно заселять. У какого-то писателя было на стене начертано: каждый день хоть по строчке. У нас должно быть начертано: каждый день хоть по дунаму.

Для всего этого нужно снять запрещение евреям русско- и румынско-подданным селиться в Палестине. Отмены надо добиться во что бы то ни стало, и можно добиться. Известно, что запрет был вызван недоразумением: он состоялся в начале 80-х годов, когда возникли слухи, будто приток переселенцев несет с собой какие-то заразные болезни. Надо хлопотать об отмене запрета, совершенно независимо от хлопот о публично-правовых гарантиях. Если этого не сделают наши официальные представители, это должны сделать другие сионисты.

Если все наше движение не есть игра взрослых людей, то скоро закипит живая работа в Палестине и для Палестины. Мы создадим стройную программу упрочения нашего влияния в нашей ирредентной земле и будем осуществлять эту программу день за днем, шаг за шагом, упорно и неотступно. Это не будет «мелкая» работа, как выражаются территориалисты, полагающие, как кажется, что сидеть у моря, грызться друг с другом и ждать, пока Герцль выхлопочет, – не жалко и не мелко. Я же полагаю, что живая работа для живой земли и на живой земле даст и нам оживление. Мы тогда во всякий миг будем чувствовать, что недаром живем, что энергия уходит на дело, а не в пустоту, и что каждый день нашими усилиями создается новая ступенька. За работой неохота будет пререкаться о выеденном яйце. Работа для Палестины воскресит в нас исконную органическую связь с дорогой маленькой родиной великого племени, и снова полюбят ее даже те из нас, которые ныне записались в чин не помнящих родства. Это единственный путь к объединению рассеянных элементов: ничто не может объединить, кроме живой работы над живым и родным сердцу делом. И пусть одновременно крепнет и наша сионистская организация вне Палестины, и пусть наши вожди по-прежнему подготавливают и стерегут минуту искусного заключительного дипломатического акта.

Если вдуматься, нам нечего винить себя за то, что до сих пор работы в Палестине почти не было. Это вполне понятно: нужно было раньше создать ту силу, которая могла бы уверенно взяться за огромное и трудное дело. Ведь против так называемой «мелкой» (?) колонизации часто выдвигается тот довод, что Ховевей-Цион работают на этом поприще вот уже двадцать лет, и им, однако, почти ничего не удалось. Да и не могло удаться, прибавим мы, и их неудача нисколько не может поколебать наши намерения. Напротив, она должна укрепит их. Часто видим мы, как возникают здесь и там газеты, иногда и недурные по направлению и содержанию, – возникают и через некоторое время погибают. А между тем существуют же газеты, приносящие миллионные доходы и составляющие даже «седьмую державу». И секрет успеха и неуспеха в том, с какими силами начато издание.

Если у издателя мало денег, то газета лопнет; чтобы создать большую газету, надо иметь большие средства. Если в газетном мире возможны иногда случайные исключения из этого правила, то по отношению к вопросу о сознательно организованном заселении целой страны никаких уклонений от этого закона быть не может: чтобы правильно вести огромное дело, нужны огромные силы. Тут не в одних деньгах дело: тут необходимо и огромное влияние, и точная осведомленность, и вообще все те преимущества, которые могут быть даны только крупной политической организацией. Одесский комитет был очень симпатичным учреждением, но не был и не мог быть политической организацией; в его силах, поэтому, было создать десяток-другой колоний, но для систематического культурного завоевания страны по разносторонне составленному плану необходим крупный и влиятельный политический организм. Чтобы вполне владеть Индией, англичане создали не простое акционерное общество, хотя бы и с колоссальными денежными средствами, а Chartered Company – то есть политическую, почти государственную единицу. То же самое необходимо было и нам. И если мы на создание этой политической организации употребили только семь лет и даже забросили на это время всякую другую работу, то ведь это все-таки довольно скоро и доказывает с нашей стороны значительную способность творческого напряжения. Но теперь, когда учреждение, способное взять на себя и довести до конца огромное и сложное дело, уже готово, – пора начинать и само дело. И все это еще раз доказывает, что в нашем движении методы «политический» и «палестинофильский» одинаково ценны, одинаково необходимы: второй немыслим без первого, первый неполон и неустойчив без второго, и предпочесть один в ущерб другому значит ослабить и подорвать наше дело.

Не знаю, убедил ли я кого-нибудь, но думаю, что одно мне удалось доказать: что наша вера в Палестину не есть слепое полумистическое чувство, а вывод из бесстрастного изучения всей сущности нашей истории и нашего движения. И после этого я охотно сознаюсь, что я, действительно, все-таки верю. Чем больше вдумываюсь, тем тверже верю. Это для меня, скорее, даже не вера, а нечто иное. Разве вы верите, что после февраля будет март? Вы это знаете, потому что иначе быть не может. Так неопровержимо для меня то, что в силу сочетания непреодолимых стихийных процессов Израиль стянется для возрождения к родной Палестине и мои дети или внуки там будут подавать голос в избирательном собрании. И если вы тоже хотите верить, то засучим рукава и будем стыдиться вечера, в который нам пришлось бы сказать: я не работал сегодня…

СТАТЬЯ ВТОРАЯ

I

Первая моя статья под этим заглавием встретила возражения с довольно неожиданной стороны. Отозвались на нее не угандисты и не территориалисты, а лица, к сионизму вовсе не причастные: обозреватель печати из «Хроники Восхода» в первом номере ее по возобновлении и, еще в летние месяцы, г-н М. Г. Моргулис («О сионизме») в одесском журнале «Южные записки»). Я не ответил ни на ту, ни на другую, так как в заметке «Хроники Восхода» нет решительно никаких доводов, а доводы статьи г-на Моргулиса настолько слабы и дышат такой наивностью не от мира сего, что мне тут решительно не о чем и не на что возражать. Единственное, ради чего могу призвать на эти два опыта мимолетное внимание читателя, есть та авторская психология, которая в обоих сквозит и которая, действительно, любопытна. Оба автора не хотят казаться ассимиляторами и потому должны доказать свое радение о дальнейшем преуспевании еврейской культуры. Отсюда неизбежно вытекает необходимость доказывать, что еврейский дух наиболее пышно развился не в Палестине, а в галуте. Для этого, конечно, превозвеличивается Талмуд, а Библия совершенно игнорируется. Приступив сравнительно недавно к изучению Талмуда, я самым почтительным образом удивляюсь глубине мудрости, заложенной в страницах этого памятника, но в то же время я вижу совершенно ясно, что весь он является только развитием вечных этических начал, данных Пятикнижием и пророками, то есть Палестиной, если только господа возражатели не разобьют меня наголову тем победоносным доводом, что Пятикнижие, по точному смыслу библейского сказания, написано еще в пустыне… В конце концов, даже странно было бы настаивать на таком бесспорном канонизированном общем месте, как то, что Талмуд есть обширное толкование к Библии, а Библия есть основа Талмуда. Я и не настаиваю, а только указываю мимоходом на психологию людей, которым приходится всячески выдвигать Раши и Рамбама и всячески затирать Моисея, пророков, Гилеля и ту форму, в которой этические начала иудаизма завоевали весь цивилизованный мир и которая тоже, грешным делом, возникла на почве Палестины. Все ради того, чтобы, с одной стороны, не спасовать по части национального самосознания, но, с другой стороны, не прегрешить по части сионизма. Как единственный вывод из этого скажу: тяжело сидеть между двумя стульями.

Должен еще заметить: из некоторых личных бесед я убедился, что в первой статье «Сионизм и Палестина» мне, очевидно, не удалось достаточно выяснить или, вернее, подчеркнуть основную свою точку зрения в ее приложении к политическому сионизму. Собеседники мои вынесли то впечатление, будто я доказываю, что евреи, как раса палестинская, могут вполне (то есть «вполне по-еврейски») развиться только в Палестине, а потому всякий территориализм еретичен. Это не совсем так. Я, конечно, признаю, что полноценное национальное развитие палестинской расы возможно только в Палестине, но не этим чересчур отвлеченным и неосязательным доводом пытался я переубедить наших реально мыслящих территориалистов. Я говорил и говорю, что вся история галута субъективно сводится к охране нашей палестинской индивидуальности. Это не предрешает вопроса о том, насколько нам удалось или не удалось сохранить в неприкосновенности нашу палестинскую индивидуальность: это значит только, что охрана ее была центральным нервом, основной красной нитью, главным, так сказать, рельсовым путем нашей истории на всем протяжении галута. С того момента, как возник «еврейский вопрос», он бессознательно и естественно поставлен именно в этой форме: найти способ для сохранения еврейской палестинской индивидуальности. Следовательно, сионизм, если ему предстоит дать окончательное решение «еврейского вопроса», должен дать его непременно в этой же форме: найти лучший способ для сохранения и развития еврейской палестинской индивидуальности, то есть переселить нас в Палестину. Без Палестины сионизм не то что «еретичен», а просто неосуществим, так как завершение нашего галута должно двинуться по тому же рельсовому пути, по которому двигался и весь исторический поезд галута: поезд, сошедший со своих рельс, неминуемо терпит крушение. Уганда в моих глазах не тем плоха, что из нее в конечном итоге выйдет не палестинско-еврейское, а угандо-еврейское государство: она тем плоха, что из нее в конечном итоге никакого государства не выйдет и не может выйти, ибо длительное массовое национальное напряжение («hachlata leumith[8]» Ахад-ха-Ама), необходимое для осуществления еврейского государства, может создаться и поддерживаться только на почве того принципа во всей полноте, который является разгадкою всей нашей исторической национальной самообороны: гарантии сохранения палестинской индивидуальности. Такая гарантия, по указанным в первой статье естественно-антропологическим причинам, может быть связана только с Палестиной. Всякий другой проект, будь это Уганда, Конго или что угодно, не представляя этой гарантии, не может создать длительного массового национального напряжения и потому осужден выродиться, в лучшем случае, в незначительное и совершенно неполитическое предприятие, вроде Аргентины.

Вот та мысль, которую в первой статье я старался вывести a priori[9]. Теперь я попытаюсь несколько развить ее и подкрепить соображениями более практического свойства. Цель будет все та же: обосновать отрицательное отношение к территориализму не тем, что он недостаточно «национален», а тем, что он неосуществим. Неосуществим не сам по себе, а потому, что его осуществление, по сравнению с осуществлением сионизма палестинского, является бесконечно более затруднительным. Между тем и возникло-то все территориалистическое движение под тем предлогом, будто создать еврейское государство вне Палестины будет «легче»…

Но прежде чем перейти к самому разбору территориализма, надо выделить настоящий территориализм из-под двух его наслоений. Я считаю настоящим территориализмом тот, который согласен отказаться от Палестины только потому, что Палестина ему кажется недостижимой. Территориалисты этого толка (и они в своем лагере составляют, кажется, большинство) принципиально заявляют, что будь Палестина достижима, они при равных условиях не только ничего бы не имели против нее, но даже по многим причинам предпочли бы ее другой стране. Но территориализм, при всей своей юности, уже успел курьезным образом повторить в малом объеме судьбу еврейского народа: он породил и своих шовинистов, и своих ассимиляторов. Шовинисты провозглашают: «Все, кроме Палестины, а Палестину и даром не возьмем!» Ассимиляторы, положа руку на сердце, уверяют самым искренним тоном à-la поляк Моисеева закона: «Мы – самые настоящие палестинцы, только, так сказать, угандистского исповедания. Уганда не есть отказ от Сиона, а, напротив, путь к Сиону»…

Подолгу останавливаться на этих курьезных разветвлениях территориализма не стоит, и я уделю им только по нескольку строк. Если фактический возглас: «только не Палестина!» опирается на то, что почва нашей старой отчизны будто бы неплодородна («dos gepêgerte land»[10]), то на это можно возразить целым десятком доводов. Во-первых, такие утверждения можно делать только после всестороннего изучения страны, а Палестина еще не изучена. Во-вторых, трудно допустить, чтобы почва, плодородие которой некогда вошло в пословицу, могла потерять его за две тысячи лет, в течение которых она не только не истощалась неумеренной эксплуатацией, но и совсем была заброшена. Ведь не могли же в ней за 2000 лет вырасти камни или чернозем претвориться в песок: геология не знает таких скорых превращений. Тут, по-видимому, вся разгадка именно во многовековой запущенности и в прекращении искусственного орошения. В-третьих, даже на самой неплодородной почве искусственное удобрение и канализация делают чудеса. В-четвертых, если бы Палестина и оказалась малопригодной для земледелия, то она в высшей степени удобна для торговли и не менее любой другой страны приспособлена для индустрии[11]; значит, весь вопрос только в том, будут ли евреи в Палестине производителями сырья или обработанных продуктов, а не в том, грозит ли им там голодная смерть. В-пятых, было бы нелепо думать, что Палестина вечно останется незаселенной: капиталистический процесс не может оставить без эксплуатации страну, лежащую на торговом пути между Средиземным морем и пробуждающейся Азией; не мы, так другие заселят ее, а если могут там прокормиться другие, то можем, очевидно, и мы. В-шестых, если есть сомневающиеся, «вместит ли Палестина», то по простой аналогии с другими, даже не особенно густо заселенными странами ясно, что Палестина с прилежащими к ней округами Сирии и вади Эль-Ариш способна вместить целиком, если понадобится, все 10 миллионов еврейского народа и что теперь все эти местности не заселены даже на 10% своей емкости. И так далее, до бесконечности.

Что же касается тех господ, которые выражают опасение, что «в Палестину мы унесли бы с собою слишком много старых предрассудков», то им, право, даже отвечать не хочется. Нельзя же серьезно спорить о том, будет или не будет наша интеллигенция в Палестине носить пейсы и арбаканфот. Все это – извиняюсь за резкость – просто глупо. Новообразовавшееся государство постоянно прогрессивнее старых стран: таков социологический закон, до сих пор всегда подтверждавшийся, и только хасиды могут полагать, что для евреев Господь Бог его отменит. Где бы ни создался, в конце концов, наш самостоятельный центр, он обгонит Европу, а нам тут говорят о пейсах… И любопытнее всего то, что эти пейсы нелепы даже с точки зрения философии нашей религии. Усиление внешней обрядовой стороны как искусственный изолятор против смешения с инородцами явилось именно следствием утраты естественного изолятора – национальной территории. Об этом я уже подробно говорил в первой статье. Поэтому ясно, что возвращение на национальную территорию само по себе уже сделало бы ненужною, даже для набожной массы народа, большую часть нашей устарелой обрядности, и она даже без внешних толчков неминуемо понемногу бы отпала. Если хотите конкретного примера, то вспомните один из рассказов Лескова, где говорится, будто набожному еврею полагается спать лицом к востоку, ибо там Сион и храм. Каюсь в своем невежестве – я не знаю, есть ли такой обычай, но если есть, то ведь именно в Палестине он сам собою должен исчезнуть… Вот наглядный пример судьбы, которая неминуемо острижет в Палестине все наши телесные и духовные пейсы. Ежели вы скажете, что это довод несерьезный, то я отвечу, что на несерьезные возражения иначе и отвечать не приходится…

Переходя к «ассимиляторам территориализма», то есть угандистам из секты «ночлежного приюта» (разновидности гораздо более многочисленной, чем шовинисты-антипалестинцы), я говорить о них особо не стану, а просто приведу выдержку из одесского циркуляра «Ответ угандистам». В нем, правда, рассмотрены доводы только одесских угандистов, но эти доводы вполне типичны для всего угандистского течения. Вот эта выдержка:

Как образец, мы предлагаем беспристрастным сионистам разобраться вместе с нами в недавнем циркуляре «одесского комитета союза политических сионистов в России». В этом циркуляре заявляется, что еврейский народ гибнет и вырождается, и поэтому «ему важно уйти от смерти, от мук, от пытки, ему важно найти страну, где он был бы в большинстве, где он мог бы стать в нормальные условия жизни… И если такой территорией окажется Уганда, то кто может и смеет отказаться от нее? … Ведь то, что мы не можем теперь пойти в Палестину и идем пока в другую страну, не значит отказываться от Палестины» (с. 5). «Территория на автономных началах по пути к Сиону есть лучший путь к Сиону» (с. 6). Одним словом, типичное повторение теории «ночлежного приюта», изложенной Максом Нордау на 6-м конгрессе. Уганда, по этой теории, совсем не есть радикальный переворот базельской программы. Сионизм по-прежнему ведет в Палестину, но Палестины можно и подождать, а пока мимоходом создать колоссальное временное убежище. Уганда не есть замена Палестины. Уганда – просто необходимый паллиатив…

В том же циркуляре на первой странице говорится, что в сионизме до сих пор особенно выдавались две группы: «одна – стоявшая за чистый политический сионизм, не признающая никаких паллиативов, ни культурных, ни экономических; другая – хотя тоже заявляющая себя политическими сионистами, но готовая на всевозможные паллиативы, начиная с культуры и кончая мелкой колонизацией». Циркуляр подписан именем «союза политических сионистов: значит, это именно те, которые до сих пор «не признавали никаких паллиативов». Когда им говорили, что еврейский народ для осуществления трудной задачи сионизма должен быть прежде всего культурным и сознательным, они отвечали, что культура, то есть народное просвещение в национальном духе, есть паллиатив, а потому сионизм не может ею заняться. Когда им говорили, что еврейский народ голодает и вырождается, а потому необходим сейчас же экономический подъем еврейской бедноты, они отвечали, что экономика есть паллиатив, а потому сионизм не может ею заняться. Они уверяли, что эти паллиативы отвлекут наши силы от главной цели – от Сиона. И теперь они же отстаивают Уганду, то есть грандиознейший из всех паллиативов, ибо ведь сознание «временного еврейского государства» действительно поглотит целиком все силы на множество лет, и сами громко заявляют, что это не измена Сиону, нет, а только паллиатив, и потому сионизм… должен им заняться. Всякий понимает, что только ребенок может искренно запутаться в таких явных противоречиях. Авторы циркуляра – люди зрелые, и потому одно из двух: или они сами не понимают, что говорят, или в душе давно решили отречься навсегда от Палестины, но боятся высказать это вслух.

Еще типичнее другое противоречие. На с. 6 угандисты приглашают нас спастись в Уганду, «сохранив в своей груди любовь и стремление к Палестине. И кому ее (Палестины) легче будет добиваться: еврею ли изгнаннику, зависящему от чужой воли, находящемуся под чужой властью, или свободному гражданину автономной территории, живущему среди своих братьев». И в том же циркуляре, но несколько раньше, на с. 2 и 3, говорится буквально следующее: «Эта любовь к Палестине заставляла наших отцов ездить туда умирать, заставляла плакать наших поэтов, заставляла нас молиться ей, но эта любовь не могла довести нас к Сиону. Для того, чтобы народ захотел действительно пойти в Сион, нужны были еще причины, а именно внешние: необходимы были гонения, экономическое и моральное вырождение… Словом, одни идейные стремления, не опирающиеся на реальные причины, никогда не в состоянии вызвать движение народа…» И вот, после всех этих рассуждений, оказывается, что именно из Уганды, где народ, как надеются угандисты, не будет уже вырождаться ни морально, ни экономически и не будет терпеть никаких гонений, именно оттуда евреи в конце концов уйдут в Палестину, так как «сохранят в своей груди любовь и стремление», то самое «стремление», которое, по словам того же циркуляра, «никогда не в состоянии вызвать движение народа». Опять вопиющее противоречие, которое не может быть примерено и только подтверждает то, что мы выше сказали: или угандисты сами не понимают своих же слов, или, наоборот, очень хорошо понимают, что Уганда есть полное отречение навсегда от Палестины, и только стараются это скрыть лицемерными поклонами в сторону нашей старой родины.

Или Уганда, или Палестина. «Если трудно создать одно государство, то для облегчения создайте себе два» – так не могут рассуждать серьезные и добросовестные люди. Часть угандистов давно это поняла и прямолинейно заявила, что она готова отречься от Палестины навсегда. Эти территориалисты, по крайней мере, искренни. Рано или поздно и нашим угандистам останется одно из двух: раз навсегда порвать или с Угандой, или с Палестиной.

Формула настоящего, не фанатического и не лицемерного территориализма гласит: еврейский народ страдает, ему некогда ждать. Если бы возможно было получить Палестину сейчас, это было бы лучше всего, но если Палестины не дают, а вместо нее дают другую, во всех, допустим, отношениях удобную территорию, то нельзя ставить на карту всю будущность еврейского народа и не принять предложенный земли, упорно поджидая Палестины, ибо тогда можно, в конце концов, ничего не дождаться. Если не в Палестине, то уж лучше где-нибудь, чем нигде. А если так, то нам не приходится, конечно, пассивно ждать, пока нам другие вздумают предложить территорию: выяснив, что Палестина теперь недостижима, надо самим начать сознательно добиваться чартера на какую-нибудь другую подходящую страну. Если Уганда не подойдет, надо, значит, организовать новые изыскания, найти другую незаселенную область, изучить ее, выхлопотать чартер и начать планомерное заселение… Таким образом, центр тяжести территориализма, если разобраться, сводится к двум положениям: первое – что еврейскому народу нужна безотлагательная помощь, и второе – что на другой территории можно создать Judenstaat[12] легче и скорее, чем в Палестине. Иначе, если бы народу не нужна была скорая помощь, нечего было бы и торопиться, и можно было бы еще много лет продолжать настойчивые хлопоты о Палестине; с другой стороны, если бы «территория» не казалась легче и скорее осуществимой, чем «Сион», то есть первая и вторая являлись бы одинаково достижимыми, то при таких равных условиях всякий трезвый территориалист предпочел бы Палестину как страну более популярную среди еврейских масс. Все дело, таким образом, в этих двух соображениях: нужна скорая помощь, и «территория» может дать ее скорее и вернее, чем «Сион»; и не будь этих двух соображений, не было бы и территориализма…

Мне уже приходилось указывать в «Еврейской Жизни» на одно характерное явление: сионистская программа только теперь, собственно говоря, начинает правильно дифференцироваться и развиваться. Я говорю не о том фракционировании по «направлениям», которое началось у нас, по еврейской привычке, со второго же дня: я говорю о дифференцировании и развитии нашей практической программы, нашего плана осуществления. До последнего времени вопрос о том, как мы намерены взяться за исполнение колоссального предприятия, да и вообще сам вопрос о «сионистской работе» в настоящем смысле слова даже еще не был как следует поставлен. И вполне понятно, почему: вся история истекшего столетия вела нас к необходимости организации, и последние восемь лет пошли именно на создание этой организации – на постройку той машины, которая должна будет вершить нашу национальную работу. Ясное дело, что пока строилась машина, до тех пор сама работа и ее подробности были на заднем плане. Об этой работе, конечно, говорилось, но говорилось в общих чертах: отдельные стороны ее намечались в эскизной, примитивной, часто даже наивной форме. Так было и с важнейшим вопросом сионистской программы: как создать на данной территории, хотя бы уже с чартером в руках, еврейское большинство, то есть – как переселить туда еврейские массы. На этот вопрос, хотя с враждебной стороны его нам задавали часто и насмешливо, мы почти совсем не отвечали, а как-то отмахивались, мысленно отговариваясь тем, что прежде, мол, дайте получить чартер, а там уже как-нибудь… «перевезем». Но в последние годы, когда первый период политического сионизма – период создания организации или, вернее, создания того зачатка, из которого должна развиться обширная национально-политическая организация, стал подходить к концу, – громче и яснее заговорило общее стремление выяснить, наконец, все основные стороны сионистской тактики и практики и, в том числе, и этот важный вопрос. Стоило только попристальнее вникнуть в него – и становилось ясно, что одним неопределенным «перевезем» тут не отделаешься. «Пустая территория, – говорится в том же циркуляре Ционей-Цион, – не может быть заселена сразу». Только фантазеры могут мечтать, что, получив чартер, они сейчас посадят миллионы людей на пароходы и перевезут на новые места. На это не хватило бы никаких богатств, и неподготовленная страна не могла бы прокормить даже сотой доли таких переселенцев. Массовую колонизацию нельзя вести искусственно: надо так подготовить территорию, чтобы она сама естественно привлекала к себе массы эмигрантов, как привлекает их Америка. Почему столько бедняков едет в Америку? Потому, что в Америке есть богатый спрос на рабочие руки. А богатый спрос на рабочие руки существует только в промышленно развитых странах. Следовательно, прежде всего надо подготовить страну для промышленного развития, то есть индустриализировать страну». Пополню от себя: всесторонне индустриализировать не только в тесном смысле промышленность обрабатывающую, но и добывающую и променивающую. Чтобы вызвать массовый приток переселенцев, то есть чтобы создать магнит для иммиграции, нужно привести в движение все экономические функции, к каким только способна данная территория по своим природным условиям. Единственный видный теоретик сионистской колонизации проф. Оппенгеймер в докладе, прочитанном на 6-ом конгрессе, исходил приблизительно из той же точки зрения и предложил даже особый разработанный план такой индустриализации. С частностями плана можно и не соглашаться, но основа его неоспорима для всякого мыслящего человека: подготовку территории нельзя предоставить стихийному, неорганизованному, беспорядочному приливу первых поселенцев. При стихийном наплыве иммигранты будут, как водится, охотнее селиться друг подле друга, чтобы создать скопление масс в одних местах и пустоту в других; большинство будет набрасываться на одну какую-нибудь наиболее выгодную или привычную профессию, и таким образом не окажется никакой равномерности в заселении разных мест и развитии разных промышленных отраслей. А между тем только эта равномерность и может привести «к скорейшему всестороннему промышленному подъему страны и создать сильный «магнит». Тот же циркуляр дальше говорит: «Эту индустриализацию – поясняет Оппенгеймер – надо вести осторожно, по строгому плану, наподобие того, как плетут большие рыбачьи сети: сначала намечаются основные узлы, потом промежуточные, потом первые большие клетки, потом поменьше, потом еще помельче и т. д. Всей этой работой должна руководить организация, посылая каждый раз определенное и строго ограниченное число работников и только постепенно увеличивая это число, то есть ведя мелкую колонизацию. Таким образом, и тут на первых порах никак не может быть речи о «массах» еврейской бедноты. Эти массы должны будут по-прежнему остаться на старых местах до того дня, пока не станет возможной массовая иммиграция, то есть пока страна не станет настолько индустриализованной, чтобы для всех нашелся заработок… На это уйдет не пять и не десять лет, а приблизительно промежуток целой человеческой жизни». И долгой жизни, прибавлю я от себя. Приобретение чартера может быть делом нескольких лет или, при удаче, даже делом одного счастливого момента, но заселение территории есть в полном смысле слова длительный процесс, и было бы в высшей степени легкомысленно об этом забывать.

А если это помнить, то прежде всего отпадает сердобольная теория безотлагательной помощи. Насущная эмиграционная нужда восточно-европейского еврейства громадна и растет не по дням, а по часам, но удовлетворить эту нужду сейчас не в силах ни Уганда, ни другое пустопорожнее место, как бы оно ни было обширно и плодородно и какой бы широкой автономии ни сулило нам оно в придачу. Эта эмиграция есть одно из проявлений Judennoth’a, и прекратится она тогда, когда исчезнет Judennoth. И надо помнить, что задача сионизма не в прикладывании «безотлагательных» пластырей к той или к другой язве галута, а в искоренении самого галута. Цель огромная, и срок для нее нужен большой. Это должны признать и палестинцы, и территориалисты. На какой бы стране мы в конце концов ни остановились – будь это Сион или (допустим на мгновение) Уганда или Конго, мы этим обещали бы народу вовсе не «скорую помощь», а радикальную помощь, раз навсегда.

Тем и различаются между собою сердобольная благотворительность и разумная самопомощь, что первая стремится наскоро заткнуть наружные прорехи, между тем как вторая бесстрашно предпринимает, если нужно, основательную перестройку всего здания, не считаясь ни с жертвами, ни со временем. Как бы ни суждено было называться той территории, на которой создано будет еврейское государство, но при выборе ее и во время работы над ее подготовкой сионизм может руководствоваться только своей основной целью: дать Израилю прочное отечество, а не побочным желанием дать его поскорее. Наш девиз «навсегда», а не «наскоро». Даже ярый территориалист должен будет из нескольких территорий выбрать не ту, которая сейчас под рукою, а ту, на которой с наибольшим вероятием можно создать Judenstaat. Весь вопрос именно в том: как называется та территория, на которой с наибольшим вероятием можно предпринять и довести до конца постройку еврейского государства.

Если вы хотите обидеть разумного территориалиста, скажите ему, что территориализм порожден Угандой. Он запротестует и ответит, что Уганда – случайность, а территориализм – мировоззрение. И он прав, в том смысле, что провал Уганды на предстоящем гаагском конгрессе еще не будет означать теоретического поражения территориализма. Пусть Уганда окажется неприемлемой, но у территориалистов и тогда останется возможность требовать, чтобы наша деятельность не ограничилась хлопотами о Палестине, а вела бы вообще к получению чартера на какую угодно местность, лишь бы подходящую. Поэтому в обоснование территориализма Уганда не может входить как довод ни «за», ни «против». Отсюда ясный вывод: кто хочет принципиально доказывать преимущества территориализма, тот не может ссылаться на то, что «страна уже имеется». Сегодня есть (?), а завтра может не стать: тут можно рассуждать только вообще, и вопрос должен быть поставлен только в такой форме: чтó с бóльшим вероятием осуществимо для политического сионизма – приобретение Палестины или приобретение какой-нибудь другой подходящей территории?

В статье «Наброски» я писал, между прочим, что для осуществления своих целей территориалисты могут рассчитывать только на дипломатию. После этого я имел возможность ближе познакомиться с очень многими представителями территориализма и выслушал от них возражение или, вернее, поправку: не только дипломатия в тесном смысле, но вообще самое широкое влияние на европейское общественное мнение и на правящие круги, путем митингов, печати и даже парламентского воздействия. Но больше ничего. Имея в виду свою цель, оказывать давление на других – вот тактика территориализма. Палестинцы почти единогласно говорят о необходимости реальной работы в Палестине сейчас же, до чартера, но территориалисты ничего подобного, конечно, не могут предложить, потому что у них и страна еще не намечена, да и не может быть намечена. Следовательно, их тактика сводится вот к чему: укреплять, расширять и усиливать сионистскую организацию, пока она не станет влиятельным международно-политическим фактором, а тогда, выждав удобный момент, добиться у одной державы или у концерна держав уступки нам одной какой-нибудь из подходящих незаселенных территорий. Хватит ли у нас на это влияния? – спрашивают скептики. Да, – отвечают территориалисты, – еврейство и теперь обладает крупными силами, финансовыми и интеллектуальными, которые способны оказывать значительное влияние на международные дела, но если эти силы собрать, соорганизовать и направить на чисто еврейские цели, то их удельный вес удесятерится, и им, несомненно, удастся добиться территории, тем более что ненормальное положение евреев не только им одним невыгодно.

Полагаю, что нельзя в этом не согласиться с территориалистами. Создать большую и сильную организацию – значит, несомненно, обеспечить себе, так сказать, крупный шанс на получение территории. Но вообразите на мгновение, что в тот же день, когда будущие представители этой территориалистической организации выступят со своим требованием перед державами, рядом предстанут и делегаты другой организации, тоже еврейской и тоже стремящейся к созданию Judenstaat’a. Первые заявят: «За нами – влиятельная организация, которая требует от держав, во имя интересов справедливости и ради нашего собственного спокойствия, предоставления нам какой-нибудь подходящей территории». В то же время вторые заявят: «У нас также влиятельная организация, и мы тоже ссылаемся на интересы справедливости и на собственную выгоду цивилизованных государств, но, кроме того, мы еще указываем на определенную территорию, которую мы заранее наметили, индустриализировали, подготовили к заселению и на которой мы уже пользуемся крупным влиянием; эту страну вы и должны уступить нам». Сравнивая положение обоих претендентов, мы видим, что и первый, и второй в одинаковой мере располагают одним «шансом» – влиятельной организацией, но у второго есть еще другой «шанс», которого нет у первого – заранее намеченная, подготовленная и уже отчасти экономически захваченная территория. Кто скорее добьется? Рассуждая абсолютно, есть, конечно, возможность, чтобы ни тот, ни другой не добились, но с большей вероятностью, во всяком случае, добьется тот, у кого не один, а два «шанса». Это математически ясно. Если же оставить область абсолюта и математики и взять мерку обычных земных отношений, то надо сказать, что второе несомненно добьется своей цели. Первому могут вовсе не дать территории, если все имеющиеся пустыри уже облюбованы сильными мира сего; или, если дадут, то уж представят себе самим право выбора территории, то есть предложат народу принять в качестве «отечества» страну, выбранную не по его вкусу. Но воспротивиться требованию второго будет не так легко и просто. Ведь никто не воспротивится только ради того, чтобы данная местность навеки осталась незаселенной: воспротивиться могла бы та держава, которая сама имела бы виды на данную местность. Иметь виды на местность – значит рассчитывать на ее эксплуатацию, и притом, конечно, выгодную эксплуатацию. Выгодная же эксплуатация есть та, которая может дать наибольшие барыши при наименьших затратах: иными словами, основное условие для выгодной эксплуатации местности – это отсутствие или незначительность «трения», всякого рода препятствий для использования богатств края; каменистая почва, недостаток удобных гаваней, сильное и строптивое местное население – все это понижает «меновую ценность» края, так как все это создает затруднения для эксплуатации, обусловливает бóльшие затраты и меньшие выгоды. Но в ряду таких препятствий для эксплуатации одним из самых сильных является именно упрочившееся на данной территории чужое влияние. Если другие пустили уже корни в ее почве, то в высшей степени трудным делом было бы выкорчевать их и заменить своими. Чужое влияние есть самое действительное «трение», самый значительный камень в почве, на устранение которого понадобится столько затрат, что эксплуатация этой почвы, по простому коммерческому расчету, уже никому не может показаться заманчиво выгодной. Капиталистические государства при захвате чужих земель руководствуются и могут руководствоваться только соображениями выгоды, а не идейными или принципиальными побуждениями, и всегда стремятся к захвату только таких стран, использование которых обещает большую прибыль и требует малых затрат. Или вернее: только единовременных затрат. Богатая держава ничего не имеет против того, чтобы выбросить сразу уйму денег на экспедиции, на изучение территории, на оборудование гаваней и городов, потому что все это затраты производительные, которые после окупятся. Но захват таких территорий, на которых в течение неопределенного времени придется вести борьбу с туземцами или с укоренившимся чужим влиянием, то есть сыпать деньги в хроническую прорву совершенно непроизводительных затрат, – такой захват всюду признается безусловно невыгодным предприятием, политической авантюрой, которая никогда не может окупиться. Это не исключает, конечно, возможности, чтобы такая авантюра все-таки совершилась и какая-нибудь из держав облюбовала для себя ту местность, на которую мы приобрели уже экономическое и культурное влияние. Но в этом случае, чем сильнее будет наше влияние, тем труднее и дороже обойдется тому предполагаемому сопернику борьба с ним. Борьба эта не должна быть непременно кулачной: это будет борьба орудием экономического вытеснения и культурного преобладания, а при такой борьбе всегда в более выгодных условиях оказывается тот, кто раньше успел упрочить в данном крае свое культурно-экономическое влияние. Вся задача в том, чтобы успеть создать это влияние, прочное, сильное и доброкачественное: раз оно уже имеется, то никакая борьба не опасна, ибо есть возможность постоянного несокрушимого сопротивления, которое в конце концов должно привести противника к признанию чисто коммерческой невыгодности предприятия. Если же кроме влияния на месте учесть еще влияние крупной международной национально-еврейской организации, которая будет своим давлением извне поддерживать это сопротивление и ставить те или иные препятствия сопернику, то вопрос об успехе становится только вопросом времени и жертв. Но если вообще кто-нибудь из нас надеется проделать весь путь сионизма верхом на палочке в три часа с минутами и без огромных усилий и жертв, он сильно ошибается, да и не думаю, чтобы среди нас действительно имелись такие простаки.

Вывод из сказанного таков: как бы ни называлась страна будущего Judenstaat’a, но если мы вообще хотим получить какую-нибудь территорию, мы должны ее заранее наметить и подготовить. Не наметив заранее территории и не упрочив на ней нашего влияния, мы, во-первых, предоставим чужой воле право выбора нашего отечества, что является, если вдуматься, чудовищным абсурдом, и, во-вторых, сами себя лишим ровно половины (если не более) шансов на успех. Все сионистское движение построено на принципе, который мы не устанем повторять как некое новое «Шма Исраэль»: делайте сами свою историю, – и было бы вопиющим противоречием этому основному принципу, если бы существеннейший момент всего движения, выбор той страны, где должна быть совершена колоссальная работа воссоздания еврейского государства, где еврейский народ должен будет обрести вечную пристань, мы сознательно предоставили такой случайности, как желание или расположение европейских дипломатов. Достаточно вникнуть в эту мысль, чтобы понять, может ли серьезное народное движение строить свои надежды на таких основах. Территория должна быть намечена заранее нами. Но наметить еще мало: можно наметить и получить отказ. Чтобы действовать с уверенностью, надо вести захват намеченной территории одновременно с двух сторон, изнутри и снаружи, по строгому плану и в строгой организации дела. Так прорубаются туннели в горах: инженер дает точный план, и затем рабочие в один и тот же день начинают врезываться в гору с противоположных сторон, пока не встретятся, и тогда путь открыт.

Раз создана и усвоена необходимость наметить территорию заранее, остается выяснить, какая территория должна быть избрана для этой цели. Несомненно, та, на которой еврейское влияние, экономическое и культурное, может быть упрочено с наибольшей легкостью, если только вообще уместно произнести слово «легкость» в применении к движению, которое, как всякое национальное освобождение, потребует еще огромных усилий и тяжелых жертв. Здесь выражение «с наибольшей легкостью» значит только то, что эти усилия и жертвы должны пасть на ту почву, которая для них наиболее благоприятна и плодородна. Что же это за «почва», и каким условиям должна она удовлетворять? Есть, конечно, люди, которые на этот вопрос ответят: «Прежде всего, нам должны позволить работать на этой почве. Это есть первое условие». Не будучи вовсе поклонником прошибания лбом каменной стены, я, однако, нахожу безусловно невозможным считаться с таким доводом. Где народ делает свою историю, там не может играть руководящей роли чужое согласие или несогласие. Иначе мы должны бы заключить, что если нам вообще «не дозволят» работать ни на какой территории, то мы смиримся и совсем откажемся от мысли добиваться для себя земли? Допустить, что при выборе территории мы можем принципиально считаться с чужим согласием, значит опять, в конце концов, предоставить чужому вкусу выбор нашего отечества. Несомненно, в зависимости от того, «позволят» нам или не позволят, должна будет измениться наша тактика, работа может пойти быстрее или тише, тайно или открыто, но такой кардинальный, основной момент движения, как выбор территории, должен и может быть только чисто принципиальным. Условия, необходимые для того, чтобы данная территория была нами избрана и намечена, должны соответствовать нашему активно национальному настроению, ибо если этого не будет, то никакое позволение не даст нам силы вести организованную работу. Надо, к тому же, вспомнить, что никогда захват влияния на какой бы то ни было территории не совершался и не мог совершиться с разрешения начальства, а всегда наперекор его сопротивлению. Для этого только нужны определенные условия: извне – сильная и влиятельная, как уже говорилось, организация с крупными денежными и идейными средствами и с непоколебимой волей к овладению раз намеченной территорией, несмотря ни на какие временные неудачи, во что бы то ни стало, изнутри же – крупная армия «своих людей», достаточно культурных, экономически самостоятельных, организованных и твердо преданных национальному делу, – людей, которые взяли бы на себя роль проводников и укрепителей нашего всестороннего влияния в остальном некультурном населении страны.

Здесь будет уже излишним в десятый раз повторять, что единственной страной, способной ответить всем этим условиям, является Палестина. Пришлось бы снова указывать на то, что в Палестине живет около 80 тысяч евреев и что это составляет около 11 процентов всего тамошнего населения, то есть больше, нежели в какой угодно другой стране, что эти 80 тысяч теперь невежественны и экономически беспомощны, но школа и организация трудовой помощи в течение десяти лет способны коренным образом перевоспитать все молодое поколение этой массы; что местное арабское население совершенно некультурно, и потому евреи, которые и в самых просвещенных странах, будучи горсточкой, умеют достигать известного влияния, особенно легко приобретут его здесь, тем более что по магометанскому преданию Палестина должна принадлежать Израилю; что в Палестине у нас уже есть, как-никак, тридцать колоний, банк с отделениями, частные земли в разных местах и даже кое-какие промышленные предприятия; что, наконец, имеется в народе исконное тяготение к Палестине, наличности которого не отрицают и территориалисты, и которое способно дать нашей работе над организованным захватом Св[ятой] земли прочную устойчивость, создавая противовес приливам уныния при временных неудачах. Повторять это подробно было бы скучно. Мне вообще представляется неоспоримым, что стоит только хорошо вникнуть в мысль о необходимости заранее наметить и подготовить территорию, как Палестина сама собою выступает в качестве единственной возможности. Вести упорный, настойчивый, планомерный захват какой-либо другой территории, которой «не отдают», и добиваться таким путем чартера на нее, – эту перспективу любой территориалист признает совершенно дикой. Ведь «при равных условиях» и территориалист предпочел бы Палестину, а тут именно и создается это равенство условий. Ежели все равно брать борьбою, «без разрешения», то уже само собою Палестину, потому что при этом положении дела совершенно немыслимо пренебречь таким полюсом, как психический фактор неоспоримой, хотя бы и «романтической», связи народа с Палестиной. Территориализм, по самой своей сущности, немыслим без дозволения подлежащего начальства. Не думаю, чтобы нашелся добросовестный территориалист, который стал бы оспаривать эту истину. А между тем, из этой истины следует, что ежели бы, не дай Господи, дозволения в конце концов все-таки не получилось, территориализм был бы с огорчением вынужден отказаться от решения еврейского вопроса. Вся надежда на чужую добрую волю – и это называется народная самостоятельность! Территориалисты вольны обижаться, когда им говорят, что их родила Уганда, но правда остается правдой: пусть только развеется этот призрак уже готового «дозволения» – и любопытно будет посмотреть, что за реальный остаток останется от новомодного Давидова щита с надписью «Эрец».

Но допустим на минуту и Уганду. Допустим, что на 7-м конгрессе Уганда оказывается подходящей во всех отношениях, английское правительство дает самую широкую автономию, ИКА предлагает нам все свои миллионы, и мы единогласно постановляем: Judenstaat будет создан в Восточной Африке. Начинается работа. Процесс, как уже выяснено, длительный. Я не пессимист и не исчисляю продолжительность его столетиями: напротив, я оптимист и считаю на десятилетия. В Либерию за 80 лет стеклось около двух миллионов негров, в Новую Зеландию за 60 лет переселилось 750 тысяч эмигрантов, а в Австралию за 100 лет – целых 4 миллиона. Я не предрешаю вопроса о том, сколько миллионов евреев переедут в Judenstaat, но лет в 50, полагаю, постройка его будет закончена в том смысле, что создастся достаточно развитая промышленная жизнь, которая позволит туда переселяться всем нуждающимся в эмиграции евреям галута. Но в течение этих 50 лет надо будет, как уже говорилось выше, систематически и всесторонне индустриализировать совершенно неподготовленную страну – иными словами «посылать каждый раз определенное и строго ограниченное число работников и только постепенно увеличивать это число, то есть вести мелкую колонизацию… Массы должны будут по-прежнему остаться на старых местах до того дня, пока не станет возможною массовая иммиграция, то есть пока страна не станет настолько индустриализованной, чтобы для всех нашелся заработок… На это уйдет не пять и не десять лет, а приблизительно промежуток целой человеческой жизни». В течение всего этого долгого времени должна будет, значит, действовать сильная политическая организация, то есть объединенный еврейский народ. Духовная жизнь народа в каждый данный период не может не быть отражением его реальной жизнедеятельности; если еврейский народ в течение 50 лет будет напряженно и сознательно работать над постройкой своего национального будущего, то и настроение его, соответственно этому, не может не быть ярко национальным. Будет все расти и расти самосознание, самоуглубление, самоизучение. На первый план в воспитании народной психики выдвинется национальная история и история национальной культуры – выдвинется совершенно неизбежно, в силу исторического закона: духовные переживания отражают реальную потребность. Примеры всех народов это подтверждают: в эпохи национального самоосвобождения проявляется особый интерес к историческому и культурному прошлому нации. За полвека назреет, считая на русский лад – по десятилетиям, пять поколений. Эти поколения будут воспитываться в национальной атмосфере и будут, поэтому, на каждом шагу слышать и склонять имя Палестины. Они сроднятся с той научной истиной, что еврейская психика сложилась в Палестине. Они затвердят, что история еврейского народа начинается и кончается Палестиной, а все дальнейшее есть только история того, что другие народы проделывали над евреями. Они всосут с молоком матери сознание, что величайшие этические ценности, вошедшие в сознание всего цивилизованного мира, созданы были нами в Палестине, а вне Палестины мы только записывали, разъясняли да ремонтировали старое, палестинское, или вовсе уходили обрабатывать чужие виноградники. Они узнают и шаг за шагом проследят, как на всем своем долгом пути сквозь строй галута еврейский народ повторял имя Палестины, словно заклинание против вражьей силы, сделал из нее щит национальной индивидуальности и само сохранение этой индивидуальности рисовал себе в виде возврата некогда в Палестину. Национальное воспитание неотделимо от Палестины, как слова Торы неотделимы от ее пергамента, огонь – от очага, и нельзя читать Писание, не видя пергамента, или греться у огня, не приблизившись к очагу. Атмосфера национального воспитания пропитана Палестиной, и в этой атмосфере наши поколения будут вырастать и будут затем приносить свои силы на работу для восстановления и обновления того, что было в Палестине. Эта Палестина ведь не исчезнет тогда с лица земли: она будет тут же, на географической карте, определенная и осязательная, и они будут знать, что она заброшена и пустынна, а еврейский народ строит себе новый дом в другой стране, потому что султан не пускает… Вдумайтесь, и вы поймете, что это был бы за диссонанс. Если бы заселение Уганды можно было совершить залпом, сразу, то, конечно, за шумом массового переезда о диссонансе можно было бы и не вспоминать. Но при длительном постепенном процессе, требующем выдержки и вдумчивости, этот хронический диссонанс изо дня в день вносил бы разлад в общее настроение, ослаблял бы напряженность воли и работы; ибо невозможно, чтобы при таких условиях, когда внимание народа должно быть сосредоточено в течение десятилетий на систематическом восстановлении палестинского прошлого, у работников этого дела не возникал неотвязный вопрос: почему же не в Палестине? почему не уломали этого упрямого султана? или, может быть, еще и теперь не поздно?

Есть, конечно, многие, для которых все это «романтика». Они, пожалуй, согласятся, что процесс создания Judenstaat’a повысит национальное самоуглубление и что при этом слово «Палестина» будет часто склоняться, но отсюда еще не вытекает, по их мнению, ни диссонанс, ни разлад. Будут читать о Палестине, а работать в Уганде – ну, что же за беда? Мне знакомы такие взгляды, и на меня они всегда производят впечатление большого легкомыслия. «Социальное воспитание», то есть сумма впечатлений, воспринимаемых каждым индивидуумом из данной среды, есть могущественный исторический фактор; каждый из элементов этого социального воспитания впитывается в сознании масс как нечто неискоренимое и становится для них как бы стихийным гипнозом, «психологией толпы». Вообще легкомысленно думать, что народ, социальное воспитание которого в течение 1800 лет укореняло в его психике связь с Палестиной, может освободиться от этой связи через два поколения только потому, что эти поколения читали немецкие и русские книги. Вся жизнь иначе бы шла на земле, если бы так легко улетучивались психические пережитки. Этого не бывает. Можно a priori поручиться за то, что химический анализ психики любого даже из наших ассимиляторов, будь возможен такой анализ, обнаружил бы и в ней сильные корешки этой связи с Палестиной, – конечно, заглушенные, придавленные посторонними налетами, ослабленные оторванностью от еврейской среды. Наследственность тысячелетий может быть искоренена только веками – и забывать об этом, ссылаясь на то, что я, Хаим или Мендель, никакой такой связи не чувствую, значит полагать в истолкование истории не массовые факторы, а свое обывательское настроение. Но тем более в процессе напряженной и сознательной национальной работы такой яркий элемент социального воспитания в духе народности, как Палестина, не может не вызвать массовой психической связи между национальным настроением и идеей Палестины. И если эта связь на практике будет хронически опровергаться, ибо дело, ведущееся, так сказать, во имя Палестины, будет создаваться на другой территории, то этот диссонанс явится вполне осязательной, вполне реальной помехой работе, раздваивая и понижая активное настроение.

Но любопытнее всего следующее. Вообразите на мгновение, что прошло 10 лет с того дня, как 7-й конгресс принял Уганду и там уже кое-что сделано, – и вдруг… султан согласен. Является великий визирь и докладывает, что падишах согласен. В этом нет ничего несбыточного: может вступить на престол новый султан или просто подействует пример Англии, которая нашла же выгодным для себя приютить Judenstaat… Как быть тогда? Брать или не брать? С одной стороны, жаль бросать начатое в Уганде: затратили деньги и усилия, а теперь все другим достанется. Но, с другой стороны, при таком казусе уже неизбежен целый взрыв исконной еврейской любви к Палестине – и против этого ничего не может иметь ни один территориалист, ибо тогда ведь это будет с дозволения начальства. Трудно не понять, что при наличности этого позволения уж наверное нельзя будет удерживать народную волю на Уганде и по-прежнему игнорировать Палестину. Кое-кто вспомнит тогда славные времена теории Nachtasyl’я и предложит, поплевав на руки, взять да учинить два государства, но могу безошибочно предсказать, что «этот номер не пройдет». Делать нечего: придется бросить начатое в Уганде и приняться за Палестину. Однако ежели через три года султан передумает и возьмет свое позволение обратно? Вещь, опять-таки, вполне возможная в турецком климате. Что тогда? Ясное дело, снова придется бросить Палестину и вернуться к Уганде. Но что как англичане тогда уже не захотят вторично отдать нам Уганду? В высшей степени, как видите, запутанное положение…

Впрочем, возможно и еще более запутанное положение. Нет никаких причин для того, чтобы примеру Англии никто не последовал. Напротив, если выгодно для англичан, то почему не выгодно для немцев, итальянцев, французов, бельгийцев или даже для русских? У всех у них, кажется, есть обширные пустыри под разными широтами: возни много, а заселить некем. Сплошь и рядом правительства зазывают переселенцев на такие земли, предлагая всякие вольности и льготы. Можно почти наверняка побиться об заклад, что если бы мы только приняли Уганду и начали в ней серьезно работать, к нам стали бы поступать и другие предложения. Не потому, чтобы мы были всюду особенно желанными гостями, а потому, что все-таки лучше заполнить пустырь хотя бы жидами, чем оставить его втуне. Как же быть, ежели на второй или третий год нам не то что прямо предложат, а дипломатически дадут понять, что не прочь были бы предоставить нам чартер на какую-нибудь Уганду-2. И если притом еще будет доподлинно известно, что эта вторая Уганда удобнее первой: климат, допустим, более умеренный, туземцы менее свирепые и к морю гораздо ближе? Случись такое событие, мы не имели бы решительно никакого основания и права отказаться от детального рассмотрения этого нового проекта. В самом деле: почему мы предпочли Уганду Палестине? Потому, что Уганда по сумме природных, политических и т.п. условий была признана более удобной и выгодной. Но вот перед нами третья территория, еще более удобная и выгодная. Правда, в Уганде-1 мы уже затратили два-три года усилий, но, может быть, преимущества Уганды-2 так велики, что гораздо выгоднее бросить начатое и взяться за новую страну, чем остаться при первой Уганде? Раз только допущен принцип выбора территории по сравнительной выгодности, тут уже нельзя останавливаться: сколько бы ни представлялось новых комбинаций, надо все их серьезно рассматривать и немедленно бросать одну, если другая настолько выгодна, что обещает покрыть даже издержки по первой и дать еврейскому народу еще более удобное и плодородное отечество. Раз мы взялись раздобыть себе родину приятную во всех отношениях, то уж прямой наш долг перед народом требует, чтобы мы выбрали самую что ни на есть приятную. Тут нельзя считаться с такими мелочами, как два, три или пять лет уже затраченной работы: ведь территория нам нужна не на срок, а навеки, а что такое пять лет в сравнении с вечностью? Если выбирать, то уж выбирать до конца. Я говорю это совершенно серьезно, потому что это прямой естественный вывод из основного абсурда – из нелепого положения народа, который «выбирает» себе родину в зависимости не от своего исторического тяготения, а от настроения богдыханов и дипломатов…

Так не ведут серьезного народного движения. Абдул-Гамид сегодня не согласен, а завтра может захотеть. Надо быть ослепленными, надо растерять всякое чутье и понимание хода и смысл истории, чтобы придать таким посторонним и совершенно случайным комбинациям значение решающего момента в стихийном народном движении, длящемся под разными формами почти двадцать столетий. Только в самом себе, в своих основных признаках и элементах может народное движение черпать себе направление и руководство. Путь нашего скитания, пройденный во имя Палестины, с первого шага до последнего полный культа Палестины, может завершиться только в Палестине. Свернуть с этого пути – значит выйти из исторической колеи, сбиться с дороги и заблудиться. Пока мы пассивно переживали историю, мы не ответственны за свои шаги и шли туда, куда нас толкала чужая воля, но с того мгновения, как мы начали новую эру самодеятельности, мы не можем больше руководиться чужими толчками – мы должны творить свою историю сами во всем и до конца, ибо нет и не может быть иного исхода.

Мне хочется ответить еще на два сомнения, которые, быть может, возникнут у читателя. Первое из них то, что в Уганде, как-никак, можно было бы сейчас приступить к «индустриализации», то есть немедленно дать заработок хоть небольшим группам еврейской бедноты, а в Палестине прежде придется «упрочить влияние» и только потом можно будет начать привлечение еврейских работников для промышленного оживления страны. Дело в том, что разница эта кажущаяся. «Влияние» предполагает те же приемы, какие нужны и для подъема промышленной жизни: закупку и обработку земли, учреждение ферм, колоний, мастерских, фабрик, торговых заведений и (последнее по месту, но не по важности) школ – сначала для еврейского, а потом, быть может, и для арабского населения. Для всего этого понадобятся еврейские рабочие руки сейчас же, как только начнется долгожданная реальная работа в Палестине. Конечно, благодаря тамошним политическим условиям придется вести эту работу не в таких размерах и не так быстро, как бы хотелось: кроме того, и работников придется привлекать не столько из диаспоры, сколько из коренного палестинского еврейства, но главное то, что попутно с ростом нашего влияния будет само собою расти и промышленное оживление Палестины, и нам вовсе не придется, покончив с первой задачей, начинать вторую с азов.

Другое сомнение – относительно того, можно ли вообще работать в Палестине при нынешних условиях, то есть гарантированы ли мы, что сделанное или приобретенное там не будет у нас по первому капризу отнято. Я полагаю, что устранить это сомнение вполне будет зависеть от нас. Раз у нас есть организация, то она должна добиться на первых порах хотя бы отмены иммиграционного запрета и предоставления нашему банку некоторых концессионных льгот. Это не так трудно: мы видим, что державам и посильнее Турции приходится, по настоянию извне, отменять запреты въезда иностранным евреям. Такие наши ходатайства в Константинополе всегда охотно поддержат Англия и Америка, которые ради собственной пользы будут рады открыть новое, хотя бы маленькое русло для еврейской эмиграции. Пусть это будет первым шагом к чартеру. Где нельзя получить конституцию сразу, там ее вырывают по частям… Но и до того нет никакого сомнения, что сидеть сложа руки не приходится. В Палестине трудно действовать, но трудно не значит нельзя. «Трудно» значит только то, что каждый шаг будет обставлен препятствиями, затруднениями, сетью формальностей: это все только замедлит наше дело, но не убьет его, и то, что будет нами приобретено или устроено с соблюдением всех формальностей, уже не может быть у нас отнято, тем более, что и теперь уже все операции совершаются на имя банка, обеспеченного покровительством Англии. Полагать, что у нас вдруг отнимут, например, земли, на которые у банка имеется законная купчая крепость, немыслимо: этого ни одна великая держава себе не позволит, не то что Турция, и британское правительство ради собственного престижа не потерпело бы такой обиды учреждению под английской фирмой. Столько же можно было возразить против пугающей многих в будущем опасности турецких погромов, если бы мне вообще не казалось странным и неуместным говорить о гарантиях. Гарантий вообще не может быть нигде – даже в Уганде. Чем мы «гарантированы», что Англия через десять лет не скажет нам «стоп», если, например, в Уганде будут найдены такие же золотые россыпи, как в Трансваале? Чем мы «гарантированы», что через пятнадцать лет другая держава не победит Англию и не отберет у нее Уганды, как отобрала Германия у Франции Эльзас. Все это вполне возможно, и все это снова напоминает и повторяет нам ту же заповедь: делайте сами свою историю, надейтесь на себя и не ждите никаких гарантий, ибо единственную гарантию нашего будущего можем дать себе только мы сами.

II. Работа в Палестине

Я не буду здесь говорить о той организованной работе в Палестине, которой начало, мы надеемся, положит ѴII конгресс. Тогда в Палестине начнутся закупки земли, будут командироваться туда особые агенты, учредятся бюро, устроятся фабрики и т. д. Все это – дело ѴII конгресса, то есть, вернее, дело нашей подготовки к ѴII конгрессу. Если мы хотим, чтобы реальная работа началась, мы создадим большие массы избирателей, которые этого желают, и пошлем в Базель делегатов, которые это постановят.

Но теперь я хочу говорить не о работе конгресса, а о работе отдельных личностей. Вообще, я далеко не стою за то, чтобы право на участие в движении принадлежало только тем, которые пламенно и беззаветно преданы: напротив, всегда найдется дело и для «тепловатых». Но здесь я пишу для отборных из отборных, для тех, которые готовы на все страдания, на все опасности и жертвы. Нас укоряли долго за то, что наше движение будто еще не освящено ни одним мученичеством. Однажды в Берне, было собрание, в котором противники сионизма повторили этот укор и гордились перед нами количеством своих страдальцев. Тогда поэт-сионист Бертольд Фейвел рассказал этим противникам повесть, полную без конца мук и лишений, героизма и самопожертвования, и наши противники слушали его, затаив дыхание, забывая шевельнуться. Это была история билуйцев. Надо повторить эту историю, и настала пора создать новое Билу[13].

Не будь политического сионизма, не было бы ни смысла, ни нужды в новых билуйцах. Но для того, чтобы политический сионизм завоевал евреям Палестину, евреи должны полить ее своим потом. Так поступают все культурные народы, когда хотят укрепиться на данной территории: они наводняют ее своими работниками. То же сделаем теперь и мы, если отборные нашей молодежи не побоятся труда и лишений ради Палестины и возрождения. Что не побоятся, видно уже и сейчас: поход сам собою начался, из разных мест доходят слухи о группах молодежи, собирающихся или уехавших в Палестину. Это не туристы, а бедняки: они едут оживить нашу землю работой. Одни там устроятся, другие, промаявшись несколько лет, вернутся назад, – но за эти несколько лет они сделают свое дело, отбудут свою народную военную повинность.

Это – военная повинность. Много веков уже не было у еврейского народа собственных солдат, теперь им подошло время. Кто идет в солдаты в военное время, тот, если любит родину, не задает вопросов, будет ли ему в походе сытно и тепло. У нас тоже военное время, и пусть наши ратники будут готовы на тяжелый труд, и на голод и холод. Тем более, что найдутся такие, которым нечего терять; а надрываться под тяжестью и молоть зубами черствый хлеб все таки лучше в Палестине, чем где бы то ни было. Но я верю, что мы найдем не только таких, кому нечего терять. Пойдут и из уютных домов, ускользнут и от прибыльной карьеры, найдутся и девушки, и тоже не побоятся. Да и чего бояться? Разве сотни еврейской студенческой молодежи не голодают и не зябнут по разным чердакам университетской Европы? И разве телесный труд и чистый воздух поля не нужны нам, малокровным, тонконогим, узкогрудым? Многие вернутся назад бодрыми, сильными, здоровыми, какими никогда не бывали. И ничего, что вернутся назад: они принѳсут с собою любовь к Палестине и привьют ее другим, а сами, когда настанет день, снова появятся там, на местах своей юношеской работы; ибо невозможно, чтобы тот человек, который посеял зерна, не пришел ко дню жатвы. Пусть только будет у нас закон: три года молодости каждый из нас должен отдать на «военную службу» еврейскому народу в Палестине.

Что там делать – это выяснится не мною. Будут созданы справочные и организационные бюро, завяжется обильная и систематическая переписка с палестинским еврейством, которая принесет нашему делу двойную пользу. Чем больше внимания с нашей стороны увидит тамошняя молодежь, чем яснее почувствует она единство между собою и нами, тем громче заговорит в ней и национальное, и человеческое самосознание, стремление к просвещению и самодеятельности. Мы же, благодаря этой переписке, незаметно и почти без труда накопим очень ценный статистический материал. Мы получим сведения о настроении тамошнего населения, об отношениях между отдельными его слоями, между евреями и неевреями, об умственном развитии, о грамотности; узнаем, на что они надеются, чего хотят, в чем нуждаются, довольны ли своими школами и чем в них, собственно, недовольны, как относятся к нашему движению, что читают; мы, наконец, приобретем там в разных пунктах знакомства, так что переселяющиеся туда будут знать, к кому на месте обращаться, и вообще будут являться туда уже с некоторым знанием страны и среды. Выяснятся все подробности, о которых я теперь мог бы говорить только в общих чертах. Надо ехать туда, а работа найдется; но это будет работа тяжелая и скупая, и надо быть готовыми на все.

Мне теперь ясно только то, что вся эта работа потечет по двум главным руслам, сообразно двум основным задачам. Первая из них – создать в Палестине местное национально активное поколение, самостоятельное, сплоченное и культурное. Это, собственно, важнее всего; но велика и другая задача – добиться, чтобы все, строящееся в Палестине для еврейских целей, строилось еврейскими руками. В Палестине грозит повториться обычная история: еврей вкладывает ум, а физический труд приносят другие, и понятие «еврей» сливается с понятием «эксплуататор». Надо идти отдавать самих себя под ярмо этой эксплуатации, чтобы еврейские виноградники и поля возделывались еврейским, а не арабским трудом. Если мы верим, что ядром нации является ее рабочий, мы не можем допустить, чтобы у еврейского народа в Палестине не было этого ядра. В XII книжке нашего журнала (1904 г.), в статье г-на Усышкина, вы найдете подробные сведения об этой стороне будущей работы – суровой и тяжелой работы за ничтожную плату. Но и такой работы хватит не больше, как на девять или десять месяцев в году. В августе и сентябре, когда полевых занятий нет, придется перебиваться как-нибудь иначе, и тут, несомненно, случится недоедать. Но за это время, кочуя в поисках заработка, вы ознакомитесь с краем, а это очень важно. Посмотрите, в чем одно из главных преимуществ японцев: они раньше изучили через своих эмиссаров решительно все – все мелочи топографии, состав населения, разные языки, обычаи и настроения того края, с которым теперь им пришлось иметь дело. Это важно не только для грубой физической войны: в культурном завоевании, которое предстоит нам, победа останется за тем, кто приобретет больше влияния в крае, а получить влияние – значит раньше до тонкости изучить все стороны характера страны и населения.

Но высшей и важнейшей из наших задач в Палестине будет первая: добиться, чтобы тамошнее наше население из невежественного, экономически зависимого, разрозненного и малосознательного – стало просвещенным, приобрело трудовую самостоятельность и объединилось прочным национальным самосознанием. Тогда оно среди малокультурных остальных групп местного населения получит первенство и силу.

Отсюда вытекает сущность основной нашей миссии в Палестине: учить. Мы должны заполнить и переполнить, за самую ничтожную плату, все города, деревни и закоулки Палестины, где только есть евреи, молодыми и толковыми учителями и учительницами. Надо фактически ввести у тамошних евреев всеобщее обязательное обучение, которое всегда было и будет главным условием национальной непобедимости. Кто только чувствует себя годным к учительству, девушки и юноши, пусть готовятся к этому виду нашей военной службы: надо овладеть хорошо еврейским языком, изучить фребелевские руководства, разработать нормальную программу начального школьного образования в национальном и общечеловеческом духе. Надо насытить и пресытить еврейскую Палестину школами: если невежественное гетто будет сначала чуждаться наших учителей, надо усилить предложение, чтобы вызвать наружу существующий, но искусственно подавленный спрос на школы; надо довести предложение учительского труда до такой степени, чтобы школа проникла во все поры населения, чтобы наконец действительно не стало школьников для новых школ. Надо идти напролом, очертя голову, как азиаты на приступ, как саранча на огонь: принести в жертву без всякой жалости первые ряды, чтобы через тысячи неудач все-таки дойти до нашей цели и дать Палестине через несколько лет сильное, культурное, сознательное, образцово сплоченное молодое еврейство, которое сыграет тогда для политического сионизма роль отборного передового отряда – уже внутри той самой крепости, которую мы задумали взять правильной планомерной осадой.

Идите в Палестину и не шумите об этом: не твердите об успехах, когда будут успехи, не кричите о планах. Но о самой стране, о ее покинутой и родной красоте говорите евреям горячо и много, чтобы они вспомнили. Если многим из вас после трех лет «военной службы» придется вернуться назад, пусть они заразят окружающих своей любовью, пусть рассказывают о Палестине умирающим старикам и малым детям в колыбели. Пусть не останется того еврея и того дня, когда бы этот еврей не слышал о Палестине и не думал о Палестине. Тогда вы получите громадные результаты. Вы увидите, как еврейские толстосумы поплывут в Палестину искать той наживы, за которой они до сих пор гнались по чужим землям. Пусть. Это нужно. Вы увидите, как наша ассимилированная молодежь, те агрономы и техники, что теперь, окончив курс, разбредаются для практического усовершенствования Бог знает куда, постучатся за практикой у ворот Палестины. Вы увидите, как туда нахлынут евреи-туристы, просто посмотреть, как Швейцарию, или провести лето, как на курортах Ривьеры, и даже свадебные путешествия буржуазных еврейских парочек изменят Венеции для Яффы. Пусть, это все нужно. Каждая песчинка золотой пыли, которую оставят на том берегу эти сытые люди, будет увеличивать оживление края, призывать новые рабочие руки, усиливать и укреплять ваше влияние. Так вы снова свяжете и сродните две разрубленные, вечно друг о друге тоскующие доли одного живого целого: дом Иакова, и землю Израиля.

«В дорогу, дом Иакова! И мы пошли».

* Статьи планируются к публикации в четвертом томе «Полного собрания сочинений» Владимира (Зеэва) Жаботинского, который готовится к выходу в свет осенью этого года. Редакция благодарит за предоставленные материалы инициатора, составителя и главного редактора издания Феликса Дектора.

[1] «Еврейская жизнь», № 2, февраль, 1904; № 1, январь, 1905

[2] Территориалист – здесь: сторонник создания автономного поселения на любой территории с еврейским большинством.

[3] Прибежище на ночь, ночной приют; ночлежка (нем.).

[4] При прочих равных [условиях] (лат.).

[5] Гонения на евреев (нем.; термин М. Нордау).

[6] Делайте сами свою историю (идиш).

[7] Здесь: в крупных размерах (фр.).

[8] Национальное решение (иврит).

[9] Априори, независимо от предыдущего опыта (лат.).

[10] Гиблая, мертвая земля (идиш).

[11] Любопытно, что одной энергии Иордана достаточно для электрического освещения всей Палестины. (Примечание Жаботинского).

[12] Еврейское государство (нем.).

[13] Би́лу – организация еврейской молодежи в России, аббревиатура из начальных букв слов библейского стиха «Бет Яаков леху ве-нелха» («Дом Иакова! Вставайте и пойдем!», Шмот. 2:5), послужившего призывом к переселению в Эрец-Исраэль.

Билу возникла в 1882 года как реакция на погромы 1881 года на юге России.

«Иерусалимский журнал» 2011, №37

Цены на жилье в Испании продолжают снижаться. Стоимость квадратного метра на средиземноморском побережье в августе упала в среднем на 40% от своего самого высокого уровня в декабре 2007 года.

Согласно индексу IMIE, в августе годовой спад цен составил 11,6%, что немного выше, чем в июле месяце. Суммарно с момента пика стоимости жилья в декабре 2007 года цены уменьшились на 32,4%. Об этом сообщает портал Kyero.com.

Что касается территориального разделения, то сегмент средиземноморского побережья Испании испытал самый значительный годовой спад в августе – 14,7%. Следом за ним расположился сегмент недвижимости в ведущих городах страны – 13,4% снижения по сравнению с тем же месяцем годом ранее.

На Балеарских и Канарских островах спад составил 11,5%, в центральных областях – 10,4% и, наконец, в других областях Испании – 8,8%.

Что касается спада цен с момента вершины рынка, то тут средиземное побережье опять на верхней строчке – 39,5% снижения. В столицах и главных городах этот спад составил 35,6%, в центральных областях – 31,4%, на Балеарских и Канарских островах – 30,2% и в других областях страны – 27,4%.

На авиационной выставке ILA-2012 в Берлине компания Taurus Systems GmbH представила дозвуковую авиационную крылатую ракету большой дальности Taurus KEPD (Kinetic Energy Penetration Destroyer) 350. Taurus Systems GmbH является совместным предприятием немецкой LFK-Lenkflugkörpersysteme (EADS/MBDA) и шведской Saab-Bofors Dynamics.

Высокоточная крылатая ракета Taurus KEPD 350 может проникать через плотные системы ПВО и уничтожать высокозащищенные стационарные и полустационарные наземные цели. Немецкое Федеральное управление по военным технологиям и закупкам (BWB) выдало контракт Taurus Systems GmbH на разработку авиационной крылатой ракеты большой дальности в 1998 году. Первые успешные испытания ракеты были проведены в июне 2001 года. Летные испытания на максимальную дальность осуществлены в ноябре 2002 года на полигоне Оверберг компании Denel в ЮАР. Испытания вели 61-й испытательный центр и ВВС Германии. Серийное производство Taurus KEPD 350 начато в 2004 году.

Стартовый вес ракеты – 1400 кг. Длина – 16,7 футов, размах крыла – 6,7 футов. Ракета состоит из модульных секций (в т.ч. электронные системы), которые могут устанавливаться в зависимости от типа боевой задачи. Вес тандемной проникающей (кумулятивно-фугасной) боевой части - 481 кг. Двухконтурный двигатель Williams P8300-15 обеспечивает крейсерскую скорость от 0,6 до 0,95М при очень низкой высоте полета (30 м). Максимальная дальность стрельбы – 500 км. Высокая точность обеспечивается комбинированной (3-компонентной) автономной навигационной системой (ИНС + GPS + РЛ-коррекция по карте местности) и инфракрасной ГСН.

Ракета состоит на вооружении ВВС Германии и Испании. На самолетах Tornado, EF-18 и Eurofighter могут подвешиваться по две КР Taurus KEPD 350. ВВС Испании были поставлены 43 ракеты по контракту от ноября 2004 года (стоимость сделки составила 57,4 млн евро, поставки завершены в августе 2010 года). ВВС Германии получили около 600 ракет (контракт заключен в августе 2002 года, стоимость сделки составила 570 млн евро, поставки завершены в декабре 2010 года). Возможными заказчиками Taurus KEPD 350 считаются Австралия, Канада и Швеция. Ракета предлагалась Индии для оснащения истребителей Су-30МКИ.

ВЛАСТИ ФРАНЦИИ ПРЕДЛАГАЮТ PEUGEOT ЗАКРЫТЬ ЗАВОД В ИСПАНИИ

В Париже против сокращения рабочих мест автопроизводителя на территории страны

Министерство промышленности Франции давит на ведущего в стране автопроизводителя PSA Peugeot Citroen, чтобы тот максимально смягчил последствия реструктуризации, в результате которой будет сокращено около 8 тысяч рабочих мест. Минпром предлагает перенести часть сокращений в Испанию, передает Reuters.

Глава министерства Арно Монтебур поднял данный вопрос в ходе сегодняшних переговоров с исполнительным директором PSA Peugeot Citroen Филиппом Вареном. Компания собирается закрыть завод Ольне под Парижем. "Речь идет не только об Ольне. Будет потеряно и производство в Ренне, в то время как завод в Мадриде продолжит работу", - рассказал Монтебур.

Представитель испанского Минпрома сказал, что решение о том, где именно проводить сокращения, является делом частной компании и отказался давать какие-либо дополнительные комментарии. Однако предложение Монтебура, скорее всего, плохо скажется на испанской экономике, где правительство Мариано Рахоя подумывает о возможности получения финансовой помощи от ЕС и МВФ. Кроме того, в Испании самый высокий в Европе уровень безработицы, которая в июле достигла показателя в 25,1%.

Peugeot объявил о сокращениях в июле 2012 года в связи с ростом убытков. По итогам первого полугодия 2012 года компания получила чистый убыток в размере 819 млн евро, а выручку сократила с 31,135 млрд до 29,553 млрд евро.

Пожары на всей территории Испании - от Малаги на юге до Леона на северо-западе - охватили в этом году 165 тысяч гектаров лесов. Площадь распространения огня является максимальной за последние 10 лет, сообщило министерство экологии страны.

Из-за пожаров сгорело более 1 процента испанских лесов по сравнению с 0,2 процента в 2011 году, сообщается в отчете зарубежного ведомства. Сейчас правительство Испании работает над ужесточением наказаний как за преднамеренные, так и за случайные поджоги леса. Кроме того, власти хотят, чтобы такие дела рассматривались в обычных судах, а не в специальных органах.

Распространению пожаров в Испании способствовала крайне засушливая погода весной и осенью и сильный ветер в летние месяцы. В результате лесного пожара неподалеку от курорта Марбелья погиб один человек, еще пять человек с серьезными ожогами были доставлены в больницы. А на юге Испании лесные пожары заставили тысячи человек, включая туристов, покинуть ряд курортных районов.

Между тем сильные пожары бушуют и в Португалии. Один человек там погиб, пытаясь потушить свою ферму. Страна самостоятельно не справляется с огнем и просит о помощи другие государства. Власти Португалии уже обратились к Евросоюзу с просьбой прислать четыре самолета, оснащенных системой пожаротушения с воздуха. В начале недели на территории Португалии бушевали около десяти крупных очагов пламени. В борьбе с огнем участвуют около 2 тысяч пожарных, но взять ситуацию под контроль тяжело.

Экспортеры перца из Голландии считают, что рынок находится под давлением из-за нового урожая перца в Испании. Конкуренция очень сильна, поэтому сложно достичь разумных цен. В настоящий момент цена красного перца составляет около 90 центов, желтого – 78 центов, зеленого 1,15 Евро и оранжевого 1,20 Евро.

Кроме конкуренции с Испанией, экспортеров беспокоят проблемы, связанные с поставками в Америку и Канаду. Многие голландские производители продают овощи непосредственно заграничным клиентам, совершая отгрузки «прямо из теплиц». Для компаний-экспортеров, которые всерьез занимаются организацией поставок, сертификацией и аудитом, невозможно конкурировать с прямыми производителями.

В настоящий момент рынок голландского перца стабилен. В случае, если спрос не увеличится в ближайшие дни, цены на перец не вырастут.

Всемирный экономический форум (ВЭФ) в своем последнем докладе разместил Иран на 25-ой строке по такому показателю, как объем ВВП, в списке из 144 стран всего мира, сообщает агентство ИСНА.

По оценкам ВЭФ, объем ВВП Ирана составляет 482,4 млрд. долларов, и это позволяет ему занимать по этому показателю 25-ое место в мире. Среди стран Ближнего и Среднего Востока ему принадлежит третье место после Турции и Саудовской Аравии.

Первое место по объему ВВП занимают США (более 15 трлн. долларов). За ними следуют Китай (7,2 трлн. долларов) и Япония (5,8 трлн. долларов).

С 4-го по 25-ое места в упомянутом списке занимают соответственно Германия, Франция, Бразилия, Англия, Италия, Россия, Канада, Индия, Испания, Австралия, Мексика, Южная Корея, Индонезия, Голландия, Турция, Швейцария, Саудовская Аравия, Польша, Бельгия, Норвегия и Иран.

По объему ВВП Иран опережает такие страны, как Аргентина, Южная Африка, Таиланд, Малайзия, Тайвань, Португалия и Казахстан.

Иран > Госбюджет, налоги, цены > iran.ru, 12 сентября 2012 > № 643088

В испанской провинции Альмерия стоимость кабачков и перца возросла более чем на 500% от фермера к потребителю за последний месяц.

В случае зеленого перца разница составила 534%: при себестоимости 0,29 Евро потребительская цена составляла 1,80 Евро. Цены на кабачок возросли еще заметнее: при себестоимости продукта 0,16 Евро покупатели платили 1,34 Евро за аналогичное количество, то есть разница составила более 700%.

Андрес Гонгора, секретарь комитета по сельскому хозяйству Альмерии, отметил, что это худшие показатели среди овощей в прошлом месяце.

По итогам второго квартала 2012 года Россия заняла четвертое место в мире по темпам роста стоимости жилья. Согласно исследованию «Глобальный индекс цен на жилую недвижимость», проведенного компанией Knight Frank, за год цены на квартиры в стране в среднем увеличились на 9,9%.

Как отмечают аналитики, за первое полугодие текущего года цены на жилую недвижимость в России повысились на 6,1%. В апреле-июне жилье подорожало на 3,1%.

По словам специалистов, цены на квартиры в России растут второй квартал подряд впервые после падения в кризисный период. В первом квартале 2012 года цены увеличились 8,2%, что позволило ей занять 8 строчку рейтинга. При этом в четвертом квартале 2011 года падение цен составило 9,3% и Россия находилась на 50 из 52 мест рейтинга.

Первое место по росту цен заняла Бразилия, где со второго квартала прошлого года жилье подорожало на 18,4%. На второй позиции оказалась Австрия (+11%), на третьей – Турция (+10,5%). На пятой строчке расположились Колумбия (+7,7%).

Наибольшее годовое снижение стоимости жилья зафиксировано в Ирландии (–14,4%). На второй позиции расположилась Венгрия, где падение составило 11,2%. Следом за ней разместились Греция (–10,3%), Испания (–8,3%) и Португалия (–7,9%).

По данным экспертов, среднерыночный рост цен на жилую недвижимость в мире за 12 месяцев составил всего 0,7%. В течение второго квартала 2012 года стоимость жилья выросла на 1,1%, что является самым значительным ростом с четвертого квартала 2009 года.

Всего в исследовании, основанном на официальной государственной статистике и данных центральных банков, рассматривались рынки недвижимости 54 стран мира. В индексе учитывались все ценовые сегменты.

Выход Греции из Еврозоны может произойти уже до конца текущего года, однако вернуться обратно страна не сможет долгие годы, полагает главный стратег по валютам и инструментам с фиксированной доходностью банка Lombard Odier Стефан Монье.

Как в Японии уже 20 лет

Ситуация в мировой экономике в последние несколько лет сохраняется очень напряженной, восстановительного роста не заметно. При этом улучшения не происходит, несмотря на беспрецедентное стимулирование, отмечающееся в последние годы. Так, учетные ставки в пока еще считающихся развитыми экономиках мира сохраняются самыми низкими за многовековую историю финансового рынка.

Если считать эту историю от нидерландских бирж, то это минимум за последние 500 лет, если вспомнить Великобританию, то 300 лет, США - 200 лет, заметил Монье. Ставки минимальны уже на протяжении последних 5 лет, а улучшения не происходит - значит, что-то не работает, отмечает он.

Похоже, что нам нужно привыкать к ситуации, когда депрессия (или как мягко сказал глава ФРС США Бен Бернанке, чрезвычайная неопределенность) будет продолжаться на протяжении десятилетий, как это тянется в Японии уже более 20 лет, констатирует эксперт.

В начале 90-х годов прошлого века, когда Япония входила в эту фазу, ставки долговых бумаг в стране Восходящего Солнца существенно упали (цены резко возросли), и многие говорили, что нужно срочно "шортить" эти бумаги - продавать в надежде на скорый откуп подешевевших облигаций. Однако такие доходности сохраняются вот уже более 20 лет, а где те инвесторы, кто "шортил" Японию в начале 90-х, риторически рассуждает Монье.

Слабое звено

Между тем на фоне европейского кризиса, который особенно беспокоит инвесторов в последние несколько месяцев, особняком стоит Греция, которая ранее других испытала финансовые трудности и стала первой в цепи слабых звеньев еврозоны. Так, государственный долг страны по отношению к ВВП приближается к 200%, а бюджетный дефицит составляет около 7% ВВП.

Трудовые издержки в производственном секторе Греции довольно высоки и неконкурентоспособны. Отрицательное сальдо счета текущих операций - самое большое в еврозоне и приближается к 10% от ВВП.

На этом негативном фоне Греция имеет максимальный в еврозоне спред между доходностью своих госбумаг и германских бондов.

"Экономическая ситуация в Греции остается кошмаром, несмотря на массовые интервенции. Сложно понять, как страна сможет повысить платежеспособность, учитывая, что ее ВВП падает, начиная с 2009 года (-5,5% сегодня)", - резюмировал Монье.

Уйдет на время но не вернется

В связи с этим высока вероятность того, что Греция покинет еврозону уже до конца текущего года. При этом выход будет управляемым, чтобы не вызвать цепной реакции и оградить другие слабые страны еврорегиона от подобной участи, говорит эксперт.

Последние меры ЕЦБ, в частности, OTM (outright monetary transaction) по выкупу гособлигаций стран еврозоны на вторичном долговом рынке, направлены как раз на стабилизацию ситуации на долговом рынке Испании, Италии и Португалии, указывает Монье.

Возможно, что для спокойствия на рынках Греции оставят возможность для возврата в еврозону при условии, что она добьется показателей на уровне, который требуют правила европейского валютного союза, считает он.

Впрочем, финансовые институты наподобие МВФ, ЕЦБ или фондов стабильности помогать Греции после ее возможного выхода из еврозоны уже не будут. В последние месяцы руководство страны довольно сильно раздражало представителей "тройки" и политиков европейских стран-доноров. Руководство Греции не держит своих обещаний в вопросах сокращения бюджетного дефицита. Возможно, что некоторые страны, например, Китай или Россия, окажут Греции помощь, исходя из политических соображений, на больше ей рассчитывать не стоит. В результате, вернуться в Евросоюз страна не сможет долгие годы, резюмирует Монье.Ситуация в Греции. Дмитрий Майоров.

БЫТЬ ИЛИ НЕ БЫТЬ ГЕРМАНИИ В ЕВРОЗОНЕ

Джордж Сорос ставит Германию перед выбором: уйти или остаться. Инвестор призывает руководство страны пересмотреть свои взгляды на антикризисные меры

Возглавить или покинуть еврозону - Германия должна сделать выбор, считает известный финансист Джордж Сорос. Как прокомментировал он в интервью The Financial Times, Германия должна либо разделить общую участь с остальной Европой - пан или пропал, - либо выйти из евро, потому что это поспособствует выправлению ситуации.

Подробное эссе Сороса о трагедии Европы опубликовано в новом выпуске Нью-йоркского книжного обозрения.

"Все будет зависеть от позиции Германии, - цитирует Сороса The Financial Times. - Если руководство страны не отступится и будет настаивать на политике экономии, тогда им лучше в долгосрочной перспективе выйти из евро".

Сорос дал понять, что более предпочтительным считает отказ Германии от сегодняшнего дефляционного курса и ее активное участие в качестве "благожелательного наставника" по отношению к партнерам. Альтернативный сценарий он не приветствует: "В политическом плане это было бы ужасным потрясением. Все сторонники европейской интеграции шокированы самой идеей, что Германия может выйти из евро. Было бы гораздо лучше, если Германия изменила бы свои взгляды. Когда они оценят издержки, они захотят остаться в евро".

По его мнению, еврозоне необходимо ориентироваться на темпы роста не менее 5% в год, причем - на какой-то период времени - при более высоком темпе инфляции, чем готов был допустить Бундесбанк. Без перспектив подъема европейские должники застрянут в дефляционной ловушке и в конечном итоге допустят дефолт.

Сорос выступает за создание более или менее равных условий внутри блока между кредиторами и должниками. Добиваясь ужесточения режима экономии в таких государствах, как Испания и Италия, можно лишь усилить "классовое расслоение" в еврозоне, предупреждает Сорос, - "это шаг к закреплению двухуровневой Европы".

Чтобы не допустить такого сценария, по мнению инвестора, потребуется создание Европейского финансового управления (European Fiscal Authority, EFA) - своего рода европейского МВФ, - которое примет на себя риск неплатежеспособности всех государственных облигаций, выкупаемых ЕЦБ.

По мысли Сороса, EFA мог бы стать преемником фондов финансовой помощи еврозоны - Европейского фонда финансовой стабильности (EFSF) объемом в 440 млрд евро и 500-миллиардного Европейского стабилизационного механизма (ESM). В рамках EFA Сорос также предлагает учредить фонд сокращения долга. Эта структура выкупала бы заимствования стран еврозоны сверх сумм в 60% ВВП (таким предлагается долговой потолок) и выпускала бы специальные облигации реструктуризации (debt reduction bills) как коллективные обязательства блока. Они принимались бы ЕЦБ как самые надежные инструменты залога и были привлекательным активом для инвесторов. По мнению Сороса, создание режима единых облигаций еврозоны - одно из ключевых условий выхода из кризиса евро.

"В ЕЦБ депонировано сейчас 700 млрд евро, которые не приносят процентов, - цитирует The Financial Times Сороса. - Вместо того чтобы хранить эти средства в ЕЦБ, банки будут вкладывать их в облигации [еврозоны] с ненулевой доходностью".

Концепция совместных гарантий по долгу еврозоны вызывает жесткое неприятие в руководстве Германии. Канцлер страны Ангела Меркель и министр финансов Вольфганг Шойбле настаивают, что коллективные обязательства еврозоны как единого заемщика возможны лишь после создания полноценного бюджетного союза, то есть на завершающем этапе процесса европейской интеграции, а не на начальном.

"Меня на самом деле беспокоит, что евро сейчас угрожает ЕС, - подчеркивает Сорос, предупреждая, что в случае распада Европа будет жить хуже, чем до начала объединения.

Сорос, убежденный сторонник европейской интеграции, открыто критикующий политику Германии с 2010 года, поддержал намерение ЕЦБ возобновить покупку европейских облигаций: "Это подействует и может даже стать базой для окончательного решения. Но это только временная мера, а не ответ на кризис".Известный финансист Джордж Сорос

По словам Андре Нивенхейса (Оlympic Fruit), сезон винограда в этом году стал не очень продуктивным. «Рынок сейчас очень тихий, что естественно для первых недель после летних каникул. Спрос на виноград повышается после 17 сентября. Одна из причин повышения спроса в эти даты — то, что поставки из Испании и Италии идут на спад, и основным поставщиком становится Греция».

Сорта белого греческого винограда без косточек «Томпсон» и «Кримсон» будут поставляться до конца октября. Сейчас Olympic Fruit также поставляют некоторые сорта винограда из Италии и Испании. Андре считает, что сезон поставок греческого винограда может закончиться быстрее обычного. «На рынке много винограда не очень хорошего качества по низким ценам, что приводит к снижению цен в том числе на качественный виноград». Кроме того, плохие погодные условия лета 2012 года привели к потере части урожая.

Снижение объемов урожая обусловлено также тяжелыми экономическими условиями, в которых оказались многие производители и экспортеры винограда, а также логистическими проблемами.

Один из основных производителей миндаля в Испании, компания La Comunitat Valenciana, обеспокоена тем, что ее постоянные клиенты все чаще покупают миндаль в Америке. Один из крупнейших клиентов компании, Grupo Antiu Xixiona (крупный производитель нуги), в настоящий момент закупает миндаль в Испании, однако может начать делать закупки в Северной Америке.

Сельскохозяйственное объединение Валенсии (LA Unio де Llauradors) сообщает, что испанские компании все чаще импортируют миндаль из Калифорнии. При этом Валенсийские производители утверждают, что испанский миндаль — более дешевый и качественный.

В настоящий момент испанский рынок миндаля демонстрирует позитивные тенденции, хотя производители всерьез опасаются спада из-за конкуренции с США. Кроме того, вследствие засухи в Валенсии зарегистрированы меньшие объемы урожая миндаля, чем ожидалось (-18% по сравнению с прогнозами), что также повлияет на увеличение объемов импорта миндаля из США.