Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Россельхознадзор продолжает попытки остановить поставки санкционной продукции через Беларусь
Вопросы Россельхознадзора вызвала подлинность фитосанитарных сертификатов на продукцию, поставляемую через Беларуси из многих стран Африки и Ближнего Востока.
Ведомство направило в главную государственную инспекцию по семеноводству, карантину и защите растений Беларуси просьбу с 1 июня не оформлять в адрес РФ фитосанитарные сертификаты на плодоовощную продукцию ряда африканских стран.
Как сообщает Россельхознадзор, речь идет о республиках Конго, Малави и Мозамбик, а также о подкарантинной продукции (груши, яблоки, клубника, черешня, томаты, грибы), выращенной в Сьерра-Леоне и Демократической республике Конго.
Это связано с тем, что через Беларусь продолжаются поставки подкарантинной продукции из стран, которые ранее не числились в поставщиках. Кроме того, Россельхознадзор не получил подтверждения подлинности фитосанитарных сертификатов и информации от ряда африканских стран об объемах производства и экспорта продукции, планируемой для поставки в РФ и другие страны.
Россельхознадзор также обратился в посольства РФ в Ливане, Камеруне, Кот-д'Ивуаре с просьбой рассмотреть возможность принять делегацию Россельхознадзора для ознакомления с системой фитосанитарного контроля в этих странах. В посольства Йемена, Бенина, Гвинеи, Нигерии, Гвинеи-Бисау, Буркина-Фасо направлена просьба оказать содействие в организации телефонных переговоров между Россельхознадзором и национальными организациями по карантину и защите растений этих государств для уточнения информации о планируемых в 2016 году объемах экспорта подкарантинной продукции в РФ, путях ее поставок.
Россельхознадзор напоминает, что с 6 апреля 2016 года ввел запрет на ввоз всей подкарантинной продукции высокого фитосанитарного риска из Индии и Либерии, с 18 апреля - из Иордании. Ввоз этой продукции разрешен только через пункты пропуска, расположенные на российском участке внешней границы ЕАЭС.
Как заявляли не раз в Россельхознадзоре, эти меры направлены на предотвращения ввоза в страну санкционной продукции. Служба располагает многочисленными фактами того, что для обхода российского продовольственного эмбарго недобросовестные поставщики пытаются провезти через Беларусь санкционную продукцию по поддельным фитосанитарным сертификатам других стран, в частности, африканских.
ФИОП рассказал на форуме в Сочи о возможностях наноиндустрии для модернизации автодорог.
Фонд инфраструктурных и образовательных программ представил на международном форуме «Инновации в дорожном строительстве», прошедшем в Сочи, нанотехнологические разработки, которые могут быть использованы для модернизации инфраструктуры автомобильных дорог в России.
Перед участниками встречи выступил руководитель Департамента программ стимулирования спроса ФИОП Андрей Берков. Он рассказал о деятельности Фонда, в частности, о поддержке наноиндустрии, о развитии сети наноцентров.
Он отдельно остановился на технологических разработках портфельных компаний РОСНАНО, которые могут помочь в создании дорожной инфраструктуры. В частности, речь идет об оптико-волоконных системах мониторинга состояния дорог, модификаторах дорожного покрытия, светодиодных светильниках дорожного освещения, комплексах видеонаблюдения и контроля, и многих других технологиях.
Кроме того, Берков коснулся сотрудничества с ГК «Автодор», отметив, что совместно с госкомпанией ФИОП планирует создать испытательный полигон на трассе М-4 «Дон» в Ростовской области. На этом полигоне будут проверяться инновационные технологии в дорожной отрасли.
«В рамках этого проекта мы рассчитываем совместно со специалистами автодорожной отрасли разработать и внедрить инновационные решения с их дальнейшим тиражированием по всей территории России», — сказал Андрей Берков.
Справка
Фонд инфраструктурных и образовательных программ создан в 2010 году в соответствии с Федеральным законом № 211-ФЗ «О реорганизации Российской корпорации нанотехнологий». Целью деятельности Фонда является развитие инновационной инфраструктуры в сфере нанотехнологий, включая реализацию уже начатых РОСНАНО образовательных и инфраструктурных программ.
Председателем высшего коллегиального органа управления Фонда — наблюдательного совета — является Министр образования и науки Дмитрий Ливанов. Согласно уставу Фонда, к компетенции совета, в частности, относятся вопросы определения приоритетных направлений деятельности Фонда, его стратегии и бюджета. Председателем Правления Фонда, являющегося коллегиальным органом управления, является Председатель Правления ООО «УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс, генеральным директором Фонда — Андрей Свинаренко.
Казахстан возвращает 12,3 тыс га земель
Казахстан проводит процесс возврата земли, арендованной иностранными компаниями. Об этом ходе третьего заседания комиссии по земельной реформе заявил министр сельского хозяйства республики Аскар Мырзахметов, передает LS со ссылкой на сайт премьер-министра.
"12,3 тыс гектаров были предоставлены предприятиям с участием Ливана и других государств. Сейчас проводятся судебные разбирательства по возврату этих земель Казахстану. Это говорит о том, что требования по предоставлению земли иностранным лицам очень жесткие", - сказал Мырзахметов.
Глава аграрного ведомства проинформировал, что на сегодня в call-центры комиссии по земельной реформе поступило свыше 3 тыс. звонков. На сайт jerturaly.kz поступило 289 вопросов и 170 предложений, 43% из которых касаются земельной реформы.
Как ранее сообщало агентство, заместитель премьер-министра Бакытжан Сагинтаев разъяснил некоторые вопросы по земельной реформе. Он подчеркнул, что никто не собирается продавать землю иностранным компаниям, потому что законодательство этого не предусматривает.
АвтоВАЗ открыл новый дилерский центр в Ливане.
АвтоВАЗ возобновляет продажи в Ливане: в столице республики Бейруте открылся новый дилерский центр, построенный в соответствии с современными стандартами LADA.
В 2016 году здесь планируется продать более 300 автомобилей марки. Таковы законтрактованные объемы, но общий заказ на текущий год может достигнуть 900 машин, сообщает пресс-служба АвтоВАЗа. Основу поставок в Ливан составляет LADA 4х4, также на местном рынке востребованы модели Kalina, Granta, Largus.
«Ливанский рынок на 90% состоит из доступных автомобилей стоимостью до 11 тыс. долларов, поэтому у LADA здесь хорошие перспективы, – отметил и.о. исполнительного вице-президента по продажам и маркетингу ОАО «АвтоВАЗ» Виталий Осипов. – В настоящее время наши ливанские партнеры собираются открыть второй шоу-рум LADA».
Глава Минобрнауки уволил двух ректоров за нарушения в вузах
Елена Сергеева
Глава российского Министерства науки и образования Дмитрий Ливанов отправил в отставку ректора Алтайского государственного технического университета им. Ползунова Александра Ситникова и руководителя Сахалинского государственного университета Игоря Минервина. Министр отметил, что в учебных заведениях были выявлены нарушения.
В четверг глава Минобрнауки РФ Дмитрий Ливанов объявил об отставке двух ректоров российских вузов: Алтайского государственного технического университета им. Ползунова и Сахалинского государственного университета. Глава образовательного ведомства уточнил, что данное решение было вызвано большим количеством нарушений, выявленных при проверке учебных заведений, передает телеканал НТВ. В обоих вузах были проблемы с темпами повышением зарплат преподавателей, а также с несвоевременностью получения государственной аккредитации.
В настоящее алтайский вуз работает без аккредитации, а сахалинский - более 90 дней. В связи с этим у студентов университета возникли серьезные проблемы, отмечает ТАСС. Ливанов отметил, что в результате халатности руководства студенты лишаются отсрочки от армии. Кроме того, учащиеся могут остаться без стипендий и социальных выплат.
Рукотворный хаос
Автор: Сергей КОЖЕМЯКИН.
Политический кризис в Ираке чреват новыми конфликтами. Фактическим параличом центральной власти уже пользуются внешние игроки, нацеленные на окончательное разделение страны. Небольшие, имеющие ограниченный суверенитет государственные образования будут использоваться для натравливания на соседей — в первую очередь на Иран.
Последствия вторжения
Западные журналисты, освещающие события на Ближнем Востоке, всё чаще используют по отношению к Ираку термин «несостоявшееся государство». Куда реже эта «самая свободная» пресса пытается вникнуть в причины существующих проблем. Но даже когда такие попытки делаются, ничего, кроме недоумения, они не вызывают. Например, авторы заявляют, что корень иракских бед заключается в многонациональности и в том, что страна появилась на свет только в 1932 году. Однако таких молодых государств в мире — две трети от общего числа, и почти все они являются полиэтническими.
Ещё чаще объектом обвинений становится режим Саддама Хусейна, который-де жестоко притеснял все этнорелигиозные группы, кроме арабов-суннитов. Идеализировать ни этого правителя, ни время его правления нельзя. Но и демонизировать Хусейна тоже неправильно. При нём в высшем руководстве Ирака были представлены все крупные народы и конфессии. Вице-президентами были курды Таха Ясин Рамадан и Таха Мохи эд-Дин Мааруф. Пост министра иностранных дел занимал ассириец по национальности и христианин по вероисповеданию Тарик Азиз. Спикером парламента являлся шиит Саадун Хаммади, которого, кстати, называли в числе возможных преемников Саддама Хусейна. А когда после оккупации страны американцы опубликовали список 55 самых разыскиваемых функционеров режима, 35 из них оказались шиитами. При всех случавшихся эксцессах иракское общество оставалось веротерпимым и светским.
Так что причину нынешнего состояния Ирака следует искать уже в нынешнем веке. Вторжение коалиции под руководством США разрушило экономические, административные и идеологические скрепы. Образовавшийся вакуум благоприятствовал деградации общественных отношений и фактическому распаду Ирака по племенным, клановым и узкоконфессиональным линиям.
Американская военная администрация только узаконила этот раскол. Разработанная за океаном Конституция закрепила федеративное устройство страны. Региональные власти получили широчайшие полномочия, в том числе финансовые, что привело к усилению местных кланов и племён. Система религиозных квот, введённых американцами якобы для справедливого доступа к власти всех конфессий, также оказалась медвежьей услугой. Во-первых, она вытеснила на обочину политической жизни светские силы. Во-вторых, государственная власть теперь напоминает феодальные кормления: все ведомства поделены между различными кланами, использующими полномочия для обогащения и роста своего влияния. Неудивительно, что чиновничий аппарат в стране раздут до невероятных размеров: если при Хусейне число госслужащих не превышало 1 миллиона человек, то теперь их стало больше в семь раз.
В этих условиях коррупция пронизала государство сверху донизу. Её размеры отчасти вскрыло расследование поражений иракской армии в 2014 году, когда чуть ли не половина страны была захвачена «Исламским государством». Выяснилось, к примеру, что 55 тысяч военнослужащих лишь числились на бумаге, в то время как выделяемое на них довольствие шло в карманы генералитета. Впрочем, за чудовищный разгром и бегство пяти дивизий никто из политиков и армейских чинов наказания не понёс. Лишь нескольких генералов торжественно проводили на пенсию...
На пути к народной революции
Ситуация в социально-экономической сфере между тем близка к катастрофической. Треть жителей Ирака, являющегося одним из ведущих экспортёров нефти, живут за чертой бедности. Постоянные перебои с энерго- и водоснабжением превращают жизнь граждан этой жаркой страны в настоящий ад. При этом положение только ухудшается. В результате наступления ИГ число беженцев внутри страны превысило 3 миллиона. А падение нефтяных цен нанесло удар по бюджету. При общем объёме в 107 триллионов динаров (около 100 миллиардов долларов) дефицит составляет 24 триллиона. Иных источников прибыли у Ирака нет. Если при Саддаме Хусейне в стране существовали машиностроение и лёгкая промышленность, то нынче более 99 процентов валютной выручки Багдад получает за счёт экспорта нефти.
Летом прошлого года по Ираку прокатились акции протеста. Сотни тысяч людей требовали реформ, которые искоренили бы коррупцию и господство религиозных партий. Требования протестовавших поддержал духовный лидер иракских шиитов Али Систани. В результате премьер-министр Хайдер аль-Абади объявил о масштабной реформе системы госуправления, предусматривающей сокращение количества министерств, а главное, замену конфессионального принципа формирования органов власти на профессиональный. Однако значительная часть парламентских фракций блокировала изменения. Среди них оказалась фракция «Государство закона», выдвиженцем которой является премьер.
Новые выступления начались в феврале. На этот раз их главным организатором стал Муктада ас-Садр. Мир услышал о нём в 2004 году, когда возглавляемая 30-летним харизматичным шиитским богословом и политиком «Армия Махди» начала восстание против оккупационных сил. После вывода иностранных войск она была преобразована в политическое движение — одно из наиболее влиятельных среди шиитского населения. Сам ас-Садр отошёл от публичной деятельности. Это продолжалось до 26 февраля нынешнего года, когда на центральной площади Багдада собралась миллионная демонстрация. Ас-Садр выступил с требованием к правительству провести обещанные реформы. Иначе, по его словам, руководство будет сметено народным гневом. Также Муктада ас-Садр обвинил власть в зависимости от США, которые под предлогом борьбы с ИГ разместили в Ираке свыше 4 тысяч военнослужащих. Народные протесты шиитский богослов назвал «продолжением борьбы с ненавистной американской оккупацией».
Может показаться странным, что религиозное движение требует реформ, среди которых первым пунктом значится отмена конфессиональных квот. Однако сторонники ас-Садра — это самые обездоленные слои населения, больше всех страдающие от кризиса. Да и сам шиитский богослов подчёркивает стремление к сплочению всех конфессий и политических сил ради возрождения Ирака. Например, он демонстративно поддерживал выступления суннитов, которые в 2012—2013 годах протестовали против ущемления своих прав. И сейчас акции протеста объединили самые разные группы, включая светские. Как заявил член Политбюро Иракской коммунистической партии Яссим аль-Хильфи, «мы сотрудничаем, чтобы отстаивать общенациональные, народные требования».
Однако ни митинги, ни начавшаяся в марте в центре Багдада бессрочная акция протеста не помогли. Аль-Абади представил перед депутатами список нового «технократического» правительства, но за исключением нескольких второстепенных фигур парламент предложение премьера не поддержал. Это привело к эскалации напряжённости. 30 апреля тысячи протестующих ворвались в так называемую Зелёную зону — наиболее охраняемый административный район столицы, ставший символом пропасти, разделяющей народ и власть. Большинство депутатов, опасаясь расправы, разбежались, а Муктада ас-Садр, выступая перед сторонниками, объявил о прекращении переговоров с властями. «Либо эти коррумпированные политики уйдут сами, либо правительство падёт под натиском людей… Я жду народную революцию», — сказал он.
Судя по всему, это единственный выход, способный спасти Ирак от распада и хаоса. В Багдаде едва ли не каждый день происходят теракты, уносящие сотни жизней. Власть, запутавшаяся в клановых сетях и зависящая от Запада, не в состоянии справиться с этой задачей.
Спонсоры сепаратизма
Но распад страны вызван не только внутренними причинами — его активно провоцируют извне. В ближайшие месяцы может состояться референдум о независимости Иракского Курдистана (со столицей в городе Эрбиле). 5 мая прошло заседание руководящего совета Демократической партии — ведущей политической силы автономии. На нём было принято решение «активизировать усилия для подготовки референдума». В те же дни интервью американской газете «Вашингтон пост» дал Масрур Барзани. А поскольку этот человек является не просто главой Совета безопасности Курдистана, но и сыном президента Масуда Барзани, сделанные им заявления можно назвать программными. Повторив тезис о готовности региона провести референдум, Масрур заявил, что «эксперимент под названием Ирак не сработал», а все попытки сохранить его единство закончатся провалом.
Делая подобные заявления, руководство Иракского Курдистана лишь транслирует позицию внешних сил. Автономия полностью зависит от Турции, через территорию которой она экспортирует нефть. В Курдистане находятся турецкие военнослужащие. По официальным заявлениям, они тренируют бойцов местного ополчения, но учебными задачами их миссия не ограничивается, поскольку, к примеру, на базе Башика размещены бронетехника и артиллерия Турции. Кроме того, власти региона позволяют турецким силовикам проводить операции против боевиков Рабочей партии Курдистана, имеющей опорные пункты на территории автономии, и даже передают Анкаре разведданные для нанесения ударов.
Другим партнёром (а точнее, патроном) Эрбиля являются США, также расквартировавшие в регионе довольно крупные военные силы. Наконец, Иракский Курдистан имеет союзнические отношения с Саудовской Аравией. По итогам визита в Эр-Рияд Масуда Барзани власти королевства решили выделить автономии рекордную финансовую помощь — 8 миллиардов долларов.
Эти три страны видят в Иракском Курдистане плацдарм для достижения собственных интересов, прежде всего для противодействия влиянию Ирана. Вряд ли можно считать совпадением, что одновременно с активизацией движения за независимость региона о возобновлении вооружённой борьбы заявили сепаратистские группировки в Иране. Лидер Демократической партии Иранского Курдистана Мустафа Хиджри, повторяя пропагандистские клише саудовских властей, назвал Тегеран «главной угрозой региону» и призвал к уничтожению правящего режима Исламской Республики. В начале мая курдские боевики атаковали иранских военных в городе Сардешт, убив 6 и ранив свыше двух десятков из них. Тегеран стянул дополнительные силы к границе с Иракским Курдистаном, поскольку именно на территории автономии базируются отряды сепаратистов.
Помимо Курдистана, США и их союзники добиваются провозглашения независимости ещё одного иракского региона, пока условно именуемого Суннистаном. Это государство должно объединить населённые арабами-суннитами районы на западе страны. В феврале, во время визита в США спикера иракского парламента (согласно квотам, этот пост занимает суннит Салим аль-Джабури), было подписано соглашение об открытии в Вашингтоне официального дипломатического представительства суннитов Ирака. Его возглавил бывший губернатор провинции Найнава Атиль аль-Нуджаифи, сразу заявивший, что главная цель офиса — «рассказать всему миру о зверствах шиитов».
Провоцируя межрелигиозную вражду и разваливая Ирак, Вашингтон, Анкара и Эр-Рияд не могут не понимать, что разгром «Исламского государства» откладывается на неопределённый срок. Но в этом и заключается их цель! Превратить Ирак в конгломерат слабых и зависимых государств, одновременно держа наготове цербера исламского экстремизма, — это лучший, по их мнению, способ контроля над регионом и борьбы с Ираном. В случае появления квазисуверенных Курдистана и Суннистана Тегерану станет сложнее поддерживать режим Башара Асада и своих сторонников в Ливане, а это изменит всю расстановку сил на Ближнем Востоке. Поэтому на улицах и площадях Багдада, заполненных возмущённым народом, сегодня решается судьба не одного Ирака.
В горах Ливана построят «брутальную виллу»
Дом под названием Casa Brutale появится в скале недалеко от Бейрута на высоте 1600 метров над уровнем моря.
Необычный проект, реализация которого обойдется в $2,5 млн, разработан архитекторами греко-нидерландской студии Open Platform for Architecture (OPA ) Лаертисом Антониосом Андо Василиу и Пантелисом Кампуропулосом, пишет Archi.ru.
Архитекторы стремились органично вписать здание в горный массив, сделав его почти незаметным. Такого эффекта поможет достигнуть не только оригинальная концепция дома, но и простые строительные материалы, среди которых дерево, стекло и бетон.
Три стены виллы будут выполнены из бетонных плит, полностью погруженных в скалу, а единственный открытый участок дома решено сделать из армированного стекла. Это будет фасадная часть здания, откуда открывается прекрасный вид на море. Общая площадь виллы составит 270 кв.м. Здесь смогут комфортно разместится до шести человек. Кроме того предусмотрен подземный гараж на три автомобиля.
На момент презентации в 2015 году у проекта не было никакого «осязаемого» будущего. Отсутствовал заказчик, бюджет, ни даже место предполагаемого строительства. Но в 2016 году домом с прозрачным бассейном вместо крыши заинтересовался владелец крупного ливанского агентства недвижимости Алекс Демирджан. Бизнесмен выбрал участок в горах недалеко от собственного оздоровительного центра. Строительство планируется начать уже этим летом и завершить в 2018 году.
США действуют методами столетней давности
16 мая этого года исполнилось ровно сто лет со дня подписания Великобританией, Францией и Россией (а позднее и Италией) секретного соглашения, которое разграничило сферы их интересов на Ближнем Востоке после Первой мировой войны.
Соглашение было названо в честь его авторов - французского дипломата Франсуа Жоржа-Пико и англичанина Марка Сайкса. Франции достались юго-восточная часть Турции, Северный Ирак, Ливан и Сирия. Великобритании отходили Палестина, Иордания и часть Ирака. России были отданы проливы Босфор и Дарданеллы, Константинополь, часть Курдистана. Осуществлению этого плана помешала Октябрьская революция в России.
Сегодня опыт расчленения региона на сферы влияния пытаются перенять США. Накануне переговоров по Сирии в Вене высокопоставленный представитель американского Госдепартамента не исключил вероятность «децентрализации» Ближнего Востока, когда, например, Сирия распадется на несколько автономных территорий, которые перейдут под управление курдов и оппозиции. Таким образом, возможно, Турции позволят контролировать часть северных территорий Сирии взамен на ее согласие прекратить войну с курдами.
Предпринимаемые Вашингтоном действия приведут к еще большим потрясениям в и без того нестабильном регионе. США на Ближнем Востоке играют крайне негативную роль, именно американцы и их союзники, свергнув законных правителей Ирака и Ливии, привели эти страны в состояние перманентной гражданской войны, или, как ее еще называют, войны всех против всех. Того же самого Белый дом добивается и в Сирии. Для того чтобы ввергнуть эту страну в пучину хаоса, они стремятся любой ценой избавиться от легитимного режима Башара Асада, всячески поддерживая вооруженную сирийскую оппозицию. Даже задача борьбы с террористической группировкой «Исламское государство» (группировка запрещена в РФ) для США, похоже, отходит на второй план.
Наиболее последовательными борцами с ИГ выступают вооруженные силы Сирии, Воздушно-космические силы России, а также отряды курдов, провозгласивших создание автономного образования в границах единой страны. Курды неуклонно приближаются к столице «Исламского государства» Ракке и сегодня находятся в 40 км от нее. Курды окружают Ракку с трех сторон, с юга к ней приближаются сирийские войска. Представитель курдов сообщил, что уже создан военный совет, который будет руководить освобожденным городом.
Николай Иванов
В Бухаресте прошла 17-я экспертная встреча по вопросам защиты свидетелей под эгидой Европола.
Делегация МВД России приняла участие в 17-й экспертной встрече высокого уровня по вопросам защиты свидетелей, где были обсуждены вопросы, связанные с обеспечением безопасности участников уголовного судопроизводства. Встреча проходила в Бухаресте (Румыния) с 10-11 мая 2016 года.
На мероприятии присутствовали руководители и эксперты профильных национальных подразделений государств Европейского сообщества, Южно-Африканской Республики и ряда других стран, представители Европола, а также Международного уголовного суда, Международного трибунала по бывшей Югославии, Специального трибунала по Ливану.
Участники обменялись передовым опытом и сведениями информационно-аналитического характера по социально-психологическому сопровождению защищаемых лиц. Также они изучили практические аспекты и примеры организации работы полицейских подразделений в ходе реализации национальных программ по защите свидетелей.
Вопросы, рассмотренные в ходе экспертной встречи, актуальны для выработки предложений по дальнейшему совершенствованию деятельности по обеспечению безопасности лиц, подлежащих государственной защите.
ФИОП представил на метрологическом форуме разработки для измерений и сертификации нанопродукции.
Фонд инфраструктурных и образовательных программ (ФИОП, входит в Группу РОСНАНО) представил на 12-м Московском международном инновационном форуме и выставке «METROLEXPO-2016» современные измерительные приборы для наноиндустрии, разработки для целей сертификации нанопродукции.
Организаторами форума и выставки, приуроченной к Всемирному дню метрологии, стали Минпромторг РФ и Федеральное агентство по техническому регулированию и метрологии (Росстандарт).
В составе экспозиции Фонда были представлены портфельные компании РОСНАНО. В частности, компания «Профотек» представила измерительную систему для испытаний, поверки и калибровки электротехнического оборудования, компания «Оптосенс» — малогабаритные измерительные преобразователи взрывоопасных газов с ультранизким энергопотреблением, предназначенные для нефте-газодобывающей, нефтеперерабатывающей, металлургической, угольной и других отраслей промышленности.
Для целей испытаний и сертификации продукции наноиндустрии в рамках Системы добровольной сертификации продукции наноиндустрии «Наносертифика» представлены приборы и оборудование для исследования наноразмерных параметров и характеристик продукции, анализаторы размеров частиц и дзета-потенциала, система анализа изображения для металлографии и материаловедения.
Справка
Фонд инфраструктурных и образовательных программ создан в 2010 году в соответствии с Федеральным законом № 211-ФЗ «О реорганизации Российской корпорации нанотехнологий». Целью деятельности Фонда является развитие инновационной инфраструктуры в сфере нанотехнологий, включая реализацию уже начатых РОСНАНО образовательных и инфраструктурных программ.
Председателем высшего коллегиального органа управления Фонда — наблюдательного совета — является Министр образования и науки Дмитрий Ливанов. Согласно уставу Фонда, к компетенции совета, в частности, относятся вопросы определения приоритетных направлений деятельности Фонда, его стратегии и бюджета. Председателем Правления Фонда, являющегося коллегиальным органом управления, является Председатель Правления ООО «УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс, генеральным директором Фонда — Андрей Свинаренко.
Россия и Иран договорились сотрудничать в сфере сертификации нанопродукции.
Предприятия российской наноиндустрии будут взаимодействовать с иранскими коллегами в сфере оценки безопасности и сертификации нанотехнологической продукции.
Соответствующее соглашение подписали в среду в Тегеране генеральный директор Центра сертификации продукции в сфере наноиндустрии (АНО «Наносертифика») Сергей Волков и директор Комитета по международному сотрудничеству и наностандартизации Иранского совета нанотехнологических инициатив Али Бейтоллахи.
Документ был подписан в рамках Международного форума по сертификации и маркировке нанотехнологической продукции (International Forum on Nanotechnology Products Certificates and Labeling), в котором помимо России и Ирана участвовали представители Южной Кореи, Тайваня, Таиланда, Малайзии и Казахстана.
Соглашение предусматривает совместное проведение испытаний продукции, совершенствование методологии оценки и обеспечения безопасности в наноиндустрии, разработку методик измерений и испытаний. Достигнута договоренность о создании рабочей группы, которая сформирует «дорожную карту» совместных работ в сфере стандартизации, сертификации и оценки безопасности продукции наноиндустрии.
В ходе подписания соглашения Волков и Бейтоллахи подтвердили взаимный интерес к гармонизации нормативного обеспечения в наноиндустрии, созданию единых подходов оценки нанобезопасности, а также к разработке процедур сертификации продукции наноиндустрии, обеспечивающих взаимное признание ее результатов.
Справка
Фонд инфраструктурных и образовательных программ создан в 2010 году в соответствии с Федеральным законом № 211-ФЗ «О реорганизации Российской корпорации нанотехнологий». Целью деятельности Фонда является развитие инновационной инфраструктуры в сфере нанотехнологий, включая реализацию уже начатых РОСНАНО образовательных и инфраструктурных программ.
Председателем высшего коллегиального органа управления Фонда — наблюдательного совета — является Министр образования и науки Дмитрий Ливанов. Согласно уставу Фонда, к компетенции совета, в частности, относятся вопросы определения приоритетных направлений деятельности Фонда, его стратегии и бюджета. Председателем Правления Фонда, являющегося коллегиальным органом управления, является Председатель Правления ООО «УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс, генеральным директором Фонда — Андрей Свинаренко.
* * *
Автономная некоммерческая организация «Центр сертификации продукции и систем менеджмента в сфере наноиндустрии» (АНО «Наносертифика») создана по инициативе и при поддержке РОСНАНО для оказания услуг предприятиям наноиндустрии по сертификации продукции и систем менеджмента в этой сфере. АНО «Наносертифика» обеспечивает деятельность Системы добровольной сертификации нанопродукции «НАНОСЕРТИФИКА».
Учредителями АНО «Наносертифика» являются Открытое акционерное общество «Всероссийский научно-исследовательский институт сертификации» и Фонд «Институт современного развития».
Россия или Британия? Кто нарисует новую карту Ближнего Востока?
20 мая правительство Сирии направило в «Лукойл», «Газпром нефть» и «Зарубежнефть» запрос на помощь в восстановлении нефтегазовой промышленности арабской республики. Об этом сообщает иранский англоязычный телеканал Press TV со ссылкой на министра энергетики России Александра Новака. «Сирия попросила наши компании принять участие в восстановлении нефтегазовых проектов, развитии инфраструктуры и строительстве газопровода», — заявил глава ведомства, уточнив, что в настоящее время компании изучают предложение Дамаска. Ранее Москве уже предлагали принять участие в восстановлении нефтеперерабатывающего завода (НПЗ) в г. Баньяс (Тартус, северо-западная провинция САР) и строительстве нового НПЗ совместно с Ираном и Венесуэлой. И здесь нет ничего удивительного: ведь именно ВКС России помогли президенту Башару Асаду сохранить страну от развала и освободить часть территорий на севере и западе от террористов ИГИЛ и «Джебхат ан-Нусры». Однако нюансов и параллелей в этой истории намного больше, чем кажется на первый взгляд.
Дело в том, что впервые за столетия непримиримой борьбы Москва уверенно действует на территориях, за которые некогда дрались Париж и Лондон. Речь идет об «османском наследстве» — Большой Сирии (современные территории САР, Ливана, Иордании и Израиля), которая простирается вдоль побережья Восточного Средиземноморья, куда англичане и французы в годы Первой мировой войны намеревались протянуть два нефтепровода из Киркука — в Хайфу и Триполи (на территории современного Ливана). Интрига состоит в том, что предложение Дамаска, адресованное российским нефтяным компаниям, совпало со знаменательной датой — 16 мая 2016 года исполнилось 100 лет с момента подписания самого противоречивого тайного пакта в истории XX века — Соглашения Сайкса-Пико (Sykes-Picot Agreement). Не исключено, что сирийское правительство стремилось таким образом намекнуть Лондону и Парижу о конце былого господства в регионе. Чтобы понять глубину этого послания, обратимся к истории.
Напомним, что соглашение берет свое начало с ноябрьских консультаций 1915 года, которые велись между Парижем и Лондоном при посредничестве Санкт-Петербурга. Итоговый документ, подготовленный Марком Сайксом и Франсуа Жоржем-Пико к марту 1916 года, предполагал раздел Османской империи на несколько частей. Российская империя получала во владение Западную Армению (Трапезунд, Карс, Эрзурум, Битлис и Ван), французы — Ливан, Киликию, Сирию и провинцию Мосул, в том числе и такие города, как Мерсин, Адана, Сиваш, Диярбакыр, Мардин, Мосул и Равандуз (совр. мухафаза Эрбиль). Британцы же обосновывались в Месопотамии, получая территории современных государств региона — Ирака (в том числе и Киркук), Кувейта, Иордании, Палестины и Израиля. Городам Хайфа, Акра (ныне — г. Акко, расположенный в израильской Западной Галилее) Иерусалим и Александретта (ныне — турецкая провинция Хатай) предоставлялся международный статус.
Однако уже тогда между Россией, Францией и Великобританией наметились стратегические расхождения, которые сохранились и по сей день. В отличие от европейских столиц и Вашингтона, Санкт-Петербург не претендовал на нефтяные концессии арабских владений бывшей Османской империи (поскольку имел в них достаток — нефтепромыслы в Баку, Грозном и Майкопе), а пытался обезопасить Закавказье от удара с южного направления. Париж и Лондон преследовали противоположные цели, о чем свидетельствует рупор американского Совета по международным отношениям — журнал Foreign Affairs. «Большинство историков неправильно понимают значение пакта Сайкса-Пико, поделившего сферы влияния на Ближнем Востоке. Документ не ограничивается колониальной картографией. На самом деле секретное соглашение между Францией и Великобританией преследовало нефтяные интересы держав. Франция, Великобритания, Германия, США и Османская империя знали об обширных запасах нефти в регионе. Поэтому и был создан международный консорциум, целью которого являлся передел месторождений», — пишет автор Foreign Affairs Рейчел Хэврелок.
Речь идет о Turkish Petroleum Company (TPC), созданной в 1912 году по инициативе британского финансиста Галуста Гюльбенкяна, который считал себя полноправным «архитектором» мирового нефтяного бизнеса. Он был в буквальном смысле непотопляемым: даже приход к власти младотурок в 1908 году не пошатнул позиции Гюльбенкяна, который спустя два года становится во главе Национального банка Турции. Справедливости ради отметим, что за спиной у Гюльбенкяна стояли не только обширные связи с казначейством Османской империи и султаном, но и лондонский Сити, выступивший совладельцем TPC. Тем не менее, несмотря на старания британцев, в долю вошла и рокфеллеровская ExxonMobil. В конечном итоге учредителями оказались пять обществ — Anglo-Persian Oil Company (будущая ВР), Royal Dutch Shell, Exxon, Compagnie Française des Pétroles (будущая Total) и Partex Oil and Gas Corporation, принадлежащая Гюльбенкяну.
Чего они хотели добиться? На этот вопрос Р. Хэврелок дает развернутый ответ: «С помощью соглашения Сайкса-Пико Франция и Великобритания надеялись прибрать к себе долю Германии и построить нефтепроводы к портам на средиземноморском побережье. Чтобы не поссориться в будущем между собой Париж и Лондон решили построить два трубопровода. Французы решили тянуть трубу из Киркука (совр. Иракский Курдистан — С.Ц.) в Триполи (совр. Ливан), а англичане намеревались соединить Киркук с Хайфой». Дальнейшая история общеизвестна: в 1925 году король Ирака Фейсал передает Turkish Petroleum Company право на эксклюзивную разработку месторождений, а в 1929 году предприятие переименовывается в Iraq Petroleum Company. Компания будет национализировала иракским правительством только в 1972 году. Баасисты не потерпят конкуренции.
О нефтяных амбициях предводителей Старого Света написано достаточно. Тем не менее лучше всех о британских интересах говорят сами британцы. Вот что заявлял в годы Первой мировой войны секретарь английского кабинета министров сэр Морис Хэнки, обращаясь в письме к министру иностранных дел лорду Артуру Бальфуру: «Единственно, где Британия может поставить под свой контроль резервы нефти, это в Персии (Иране) и Месопотамии (Ираке)…Контроль над этими резервами стал главной военно-стратегической целью Британии». Что же дальше? А дальше — самое интересное. 2 ноября 1917 года глава МИД королевства направляет лорду Уолтеру Ротшильду письмо, вошедшее в историю дипломатии под названием «декларации Бальфура», где говорится о намерении Лондона «создать в Палестине национальный очаг для еврейского народа». Прикрываясь жестом доброй воли в отношении евреев, Лондон живет нефтью, памятуя о транспортной значимости Хайфы. Впрочем, как и Франция, которая предоставила Ливану независимость только в ноябре 1943 года, а Сирии — в апреле 1946 года.
С тех многое изменилось на Ближнем Востоке, в том числе и границы государств, которые стали заложниками «арабской весны». Однако нефтяные интересы остались неизменными. Как и сто лет назад, американские нефтепромышленники обеспокоены европейской экспансией в арабо-мусульманском мире, который с точки зрения границ застыл в 1918 году. То есть регион по-прежнему скроен по англо-британским лекалам. И это вызывает изрядное раздражение в Вашингтоне. Не случайно вице-президент США Джозеф Байден видит главную проблему Ближнего Востока в «искусственных границах государств, которые состоят из множества этнических, религиозных и культурных групп».
Многое познается в сравнении. Как и то, что логистика нефтяной контрабанды ИГИЛ совпадает с замыслами пакта Сайкса-Пико, который не утратил свою актуальность. Поэтому Дамаск привлекает Москву к сотрудничеству в восстановлении нефтяной промышленности, пытаясь таким образом сдерживать амбиции Лондона и Парижа. Regnum.
«Фанат Путина» возглавит минобороны Израиля
Либерман станет первым русскоязычным министром обороны Израиля
Игорь Крючков
Министр обороны Израиля Моше Яалон, заслуженный военный и работник спецслужб, ушел в отставку. Его место готовится занять Авигдор Либерман, уроженец Кишинева. На Западе его называют «поклонником Путина» и ненавистником арабов. Что готовит первый русскоязычный политик во главе самой мощной армии Ближнего Востока для региона и России, разбиралась «Газета.Ru».
После того как Моше Яалон покинул пост министра обороны Израиля, многочисленные сообщения местных СМИ о скором назначении Авигдора Либермана на его место получили дополнительное подтверждение.
Как рассказал «Газете.Ru» Бенни Брискин, бывший советник премьер-министра страны Биньямина Нетаньяху, вопрос этот практически решен. «Если не произойдет никаких форс-мажорных обстоятельств, Либерман приступит к своим обязанностям с начала следующей недели», — утверждает он.
Между левым Моше Яалоном и правым Нетаньяху несколько недель развивался открытый конфликт. В итоге министр обороны объявил, что «утратил веру» в премьер-министра и решил сделать паузу в политической карьере. Впрочем, по слухам в израильской прессе, Яалону предлагают место министра иностранных дел, то есть бывший пост Либермана, менее влиятельный, но более заметный для СМИ. Как ранее заявлял в интервью израильской газете «Вести» сам Либерман, его назначение министром обороны — это прорыв для русскоязычной общины Израиля.
Пост главы минобороны считается вторым по значимости в стране после премьер-министра, и до сих пор ни один израильтянин – выходец из бывшего СССР не забирался так высоко по политической карьерной лестнице.
Сделав ставку на Либермана, Нетаньяху принял решение создать менее широкую, но политически однородную правящую коалицию, считает Брискин. Таким образом, партия «Ликуд» вступит в союз с не менее консервативной партией «Наш дом — Израиль», которую возглавляет Либерман. «Другим вариантом был союз с левоцентристским «Сионистским лагерем», Нетаньяху серьезно рассматривал этот вариант, однако в итоге было решено договориться с партией, которая ближе идеологически», — добавил в интервью «Газете.Ru» Брискин.
Опытный и скандальный
57-летний Либерман родился в Кишиневе и репатриировался в Израиль в 1978 году в возрасте 20 лет. Отслужив в Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) и получив образование в Иерусалимском университете на отделении общественных наук и международных отношений, он вступил в партию «Ликуд» и начал активную политическую деятельность, работая в команде Нетаньяху. С 1999 года Либерман основал партию «Наш дом — Израиль», которая выбрала более консервативную повестку и стала ориентироваться на многочисленную русскоязычную общину Израиля.
К настоящему дню политик успел поработать министром инфраструктуры, транспорта, стратегического планирования и иностранных дел. Кроме того, с 2009 по 2012 год Либерман был вице-премьером Израиля.
Богатый опыт Либермана делает его ценным союзником Нетаньяху с управленческой точки зрения. Между тем с точки зрения имиджа в СМИ Либерман выглядит далеко не так выигрышно.
Критики Либермана, прежде всего левые политические силы Израиля и сочувствующая им пресса, обвиняют его в общей неадекватности, напоминая, что ранее он призывал отрубать голову обвиненным в терроризме, называл арабских депутатов кнессета «пятой колонной» и предателями, а также призывал передать израильские города, населенные палестинцами, в состав будущего государства Палестина.
Кроме того, дом Либермана находится на Западном берегу, который с точки зрения международного права является оккупированной палестинской территорией.
Американское издание Foreign Policy накануне опубликовало статью под заголовком «5 фактов, которые стоит знать о новом, любящем Путина министре обороны Израиля». Это отражает еще одну слабую сторону имиджа Либермана на Западе. В свою бытность главой МИД Израиля он не раз выступал в поддержку российской политики, воздерживался от критики отечественного избирательного процесса (в отличие от многих его коллег в израильском руководстве), а также поддерживал жесткое антитеррористическое законодательство, утверждая, что «Россия больше, чем кто-либо еще, пострадала от терроризма».
Этот образ между тем вряд ли повлияет на контакты Израиля с традиционным его союзником — США, считает Зеэв Ханин, профессор израильского университета Бар-Илан. «Если говорить по существу, то он — прагматичный политик, только завернутый в правую упаковку, — рассуждает о феномене Либермана собеседник «Газеты.Ru». — Те иностранные политики, которые работали с Либерманом во время его бытности главой МИДа, всегда находили с ним точки соприкосновения. Более того, в 2015 году, когда в Израиле прошли очередные выборы и появился новый кабинет во главе с Нетаньяху, в американском Белом доме было распространено мнение, что Либерман — единственный министр, с которым США могут иметь дело».
По мнению эксперта, в отличие от Нетаньяху, который не может договориться с президентом США Бараком Обамой из-за личной неприязни, Либерман всегда мог абстрагироваться от этого фона.
«На позиции министра обороны Израиля от него будет требоваться вести переговоры с американскими военными, — добавил Ханин. — Либерман вполне может с ними договориться».
Политик поддерживает неплохие отношения с Хиллари Клинтон, экс-госсекретарем США и нынешним фаворитом предвыборной гонки со стороны демократов, утверждает Бенни Брискин. «Если же в Белом доме окажется нынешний республиканский претендент Дональд Трамп, Израилю в его отношениях с США очень многое придется начинать с чистого листа, и Либерман вполне может найти нужный подход», — считает бывший советник Нетаньяху.
Между Россией и Ираном
Сотрудничество Израиля и России по Сирии останется на прежнем уровне, считают опрошенные «Газетой.Ru» эксперты. Сейчас они нашли баланс, который позволяет России сохранить союз с Ираном и одновременно дает возможность Иерусалиму наносить удары по сирийским целям, которые могут угрожать ее восточным границам. Речь идет прежде всего о радикальной организации «Хезболла», которая пользуется поддержкой Тегерана и пытается закрепиться на Голанских высотах. Эта территория — удобный плацдарм для нанесения ракетных ударов по Израилю.
В апреле Москва и Иерусалим достигли договоренности, согласно которой ВС Израиля должны предупреждать российских коллег в Сирии о готовящихся операциях на территории страны. До сих пор это соглашение работало эффективно.
«Россия, бесспорно, выиграет от того, что Либерман станет министром обороны, — рассказала «Газете.Ru» Елена Супонина, советник директора Российского института стратегических исследований. — У него очень хорошие отношения с Владимиром Путиным. Однако для палестино-израильского мирного процесса новый минобороны Израиля — это очень плохой сигнал. Политик придерживается гораздо более жесткой позиции в этом направлении, чем Нетаньяху, — хотя, казалось бы, куда уж жестче».
Либерман в принципе не видит смысла в продолжении переговоров с представителями Палестинской национальной администрации, поэтому есть немало шансов, что этот дипломатический процесс если не остановится полностью, то по крайней мере начнет испытывать еще больше проблем, чем раньше.
Впрочем, по мнению Ханина, Израилю и так давно пора пересмотреть подход к палестинским политикам: переговоры в нынешнем формате зашли в тупик. «Либерман считает, что разговаривать с представителями Палестинской автономии не имеет никакого смысла, — утверждает эксперт. — Этот конфликт нужно решать путем переговоров с палестинскими покровителями: лидерами аравийских суннитских держав». Приход Либермана на пост минобороны означает, что в ближайшее время международной конференции по Ближнему Востоку, о которой договаривался глава Палестинской национальной администрации Махмуд Аббас, не состоится, добавил собеседник «Газеты.Ru».
Кроме того, как считает Брискин, приход Либермана в министерство обороны свидетельствует о расторжении негласного соглашения между Израилем и руководством палестинской радикальной группировки ХАМАС, которая контролирует сектор Газа. «Согласно этой сделке, ВС Израиля обязались не уничтожать руководство ХАМАС, в обмен на прекращение атак на израильской территории, — рассказал собеседник «Газеты.Ru». — Но очевидно, что ХАМАС продолжает закупать оружие и копить силы».
По словам эксперта, Либерман, скорее всего, захочет в ближайшее время изменить ситуацию в секторе Газа — теми средствами, которые будут в его распоряжении в качестве министра обороны.
Другое изменение политики, которое можно ожидать при министре обороны Израиля, — это отношения с Турцией. «Иерусалим, скорее всего, замедлит восстановление отношений с Анкарой. Это объясняется и нынешним состоянием российско-турецких отношений, и инцидентами, которые происходили между Израилем и Турцией ранее», — рассказал эксперт.
Речь идет о поддержке Анкарой боевиков ХАМАС, а также акции политических активистов, которые пытались прорвать израильскую блокаду сектора Газа на пассажирских кораблях в 2010 году. Конфликт с израильскими пограничниками закончился поножовщиной и перестрелкой, в ходе которой погибли десять человек.
Долголетие заслужил неустанным трудом
Автор: Виктор КОЖЕМЯКО.
Советский министр Александр ЕЖЕВСКИЙ, отметивший своё 100-летие, в беседе с политическим обозревателем «Правды» Виктором КОЖЕМЯКО
Признаюсь, к этой встрече готовился с необыкновенным интересом. Ведь о значении Великой Октябрьской социалистической революции мне предстояло говорить на сей раз с человеком, который родился за два года до неё, то есть ещё в царской России. А какая жизнь! Трудовой стаж у Александра Александровича Ежевского (работающего, кстати сказать, до сих пор) превысил 85 лет, и 26 из них он был членом Советского правительства.
Конкретизирую: с 1962 года — председатель Всесоюзного объединения «Союзсельхозтехника» Совета Министров СССР и затем Государственного комитета СССР по производственно-техническому обеспечению сельского хозяйства, а с 1980-го — министр тракторного и сельскохозяйственного машиностроения.
Был в течение многих лет членом ЦК КПСС и депутатом Верховного Совета СССР. Герой Социалистического Труда, награждён четырьмя орденами Ленина и двумя орденами Трудового Красного Знамени.
«Вышли мы все из народа»
— Итак, дорогой Александр Александрович, родились вы 21 октября, а по новому стилю — 3 ноября 1915 года. И вскоре грянет Октябрьская революция. Скажите, что значила она лично для вас?
— Революция определила всё в жизни моего поколения. Ну и в моей, конечно. Паренька из рабочей семьи подняла до министра! Причём не было в этом для нашего времени ничего удивительного. Скажем, друг моего детства Борька Зубарев, с которым вместе мы голубей гоняли, стал первым заместителем министра геологии СССР, заслуженным геологом России, трижды лауреатом Государственной премии Советского Союза…
Да вы посмотрите биографии всех советских руководителей — откуда они? В основном из рабочих и крестьян. Комсомол нас воспитывал, Коммунистическая партия растила и выдвигала.
— Давайте посмотрим, как складывалось у вас.
— Родом я иркутский. Когда окончил семилетку в 1930 году, решил идти на завод. Учеником токаря.
— А почему? Нужда в семье была?
— Нет, наверное, возобладало желание поскорее к взрослым приблизиться. Отец на этом предприятии токарем работал: крупнейший был тогда в Иркутске машиностроительный завод имени Куйбышева. Делали драги для золотодобычи. Но я не только специальность токаря по металлу здесь освоил, но и одновременно получил среднее образование, окончив вечерний рабфак. Новое это слово тоже было рождено революцией: Советская власть помогала рабочей молодёжи овладевать знаниями.
— А вам хотелось учиться?
— Очень. Как и многих моих товарищей, особенно привлекало инженерное дело. На заводе довольно скоро я стал мастером механического цеха…
— Это во сколько же лет, если пришли вы сюда пятнадцатилетним?
— Восемнадцати, по-моему, ещё не было.
— Вот уже когда заметили у вас организаторские способности.
— К любым способностям знания требуются. А тут страна такими стройками стала подниматься! Индустриализация — главный лозунг времени, и он как-то личностно до нас доходил. Дело огромное, общее, а стало быть, ты тоже должен в нём участвовать.
— Вы именно так это воспринимали?
— Примерно так. В 1933-м поступаю в Иркутский горно-металлургический институт. Но, представьте себе, уже после первого курса меняю направление. Дело в том, что к этому времени в Иркутском сельскохозяйственном институте открыли факультет механизации — для подготовки инженеров-механиков. И я решаю, что как раз это — моё.
— Перевелись туда?
— На второй курс. Считаю, выбор жизненный сделан мною был верно.
«Кадры решают всё»
— В чём же верность этого вашего выбора?
— Да в том, что я рождён был, наверное, для работы инженером-механиком, причём в первую очередь по сельскохозяйственным машинам. Вот говорят же: есть у человека призвание. Важно поточнее угадать его, чтобы и человеку, и делу было хорошо. Ну и осваивать профессию досконально.
— Институт, где вы учились, способствовал этому?
— Весьма. Я с величайшей благодарностью вспоминаю, какое нам давали образование. И в советской школе, и в институте. Здесь у нас было отличное опытное хозяйство, где с первых курсов начиналась практика. При окончании вуза, кроме всего прочего, каждый из нас должен был иметь удостоверения шофёра, тракториста и комбайнёра. Мы выходили из института полноценными инженерами. Не то что сейчас…
— А что сейчас вам не нравится?
— Не приемлю эту так называемую Болонскую систему. Бакалавры, магистры… Бакалавр — это кто? Полуинженер? Приходит на производство и тычется, как недоучка.
Вообще, что это за манера обезьянья — копировать всё оттуда, «из-за бугра»? Будто там и только там вся мудрость мира собрана, а мы сами ни на что не способны. Да, хорошему у других надо учиться, и в советское время мы учились. Но не хватали же подряд что попало. Вот, скажем, позорный ЕГЭ в школах — сколько от него вреда! И все это видят, многие осуждают, но господин Ливанов в своём министерском кресле неколебим.
— А советский опыт почти во всём стали отбрасывать. С презрением: «совковый».
— Зато умные люди «за тем же бугром» нашим опытом пользовались и пользуются. Иду, например, по заводу японской фирмы «Камацу», и сопровождающий меня президент этой фирмы останавливается возле большого плаката. Переводчик по его просьбе читает по-русски: «Кадры решают всё». Сталинская формула! Где она у нас сегодня? А там по-своему работала и работает. Есть система соревнования, лучших отмечают на Доске почёта. Есть планирование, и даже рабочий имеет свой план на перспективу.
Словом, идёт работа с людьми, с теми самыми кадрами. Понятно, всё это на капиталистической основе. Однако рождено социализмом, у которого, надо же признать, колоссальные преимущества. Жизнь нам их за десятилетия убедительно продемонстрировала, и забывать этого никак нельзя. Не произошло бы в нашей стране социалистической революции — не было бы давно уже и самой страны.
Только благодаря советскому строю могли одолеть то, что одолели
— Между тем все последние годы народу нашему упорно внушают: история у него в советское время была какая-то «не такая». Если говорится о революции, то это лишь кровь и сплошная разруха; если, скажем, про 1930-е годы, — только повальные репрессии…
— Объективность требует правды. Октябрьская революция страну не разрушила, а, наоборот, заново объединила. На основе идеи справедливости был создан Советский Союз, одержавший Победу в величайшей войне. И 1930-е годы стали временем такого подъёма, такого действительно всенародного энтузиазма, без которых к войне подготовиться мы бы не смогли.
Сколько всего успели за кратчайший срок создать! Не просто тысячи предприятий — множество совершенно новых для нас и жизненно необходимых отраслей: авиастроение, автомобилестроение, станкостроение, химическая промышленность…
— В том числе родные для вас тракторное и сельскохозяйственное машиностроение.
— Конечно. Вспомните: Ленин вскоре после Октября говорил, что, если дать селу сто тысяч тракторов, крестьянин скажет: «Я за коммунию». И эти тракторы, свои, отечественные, советская промышленность стала давать!
— Вместо дефицитных американских «фордзонов»…
— В 1939 году, заканчивая институтскую учёбу, я готовил свой дипломный проект не где-нибудь, а на знаменитом уже к тому времени ЧТЗ — Челябинском тракторном заводе. Как и Сталинградский, Харьковский тракторные, был он детищем первых сталинских пятилеток, гордостью всей Советской страны. Эти заводы преобразили тогда труд в деревне.
— Но скоро ЧТЗ станет ведь прославленным Танкоградом…
— Что ж, и на это был государственный расчёт. И в фильме «Трактористы» главный герой не случайно по военной специальности — танкист. Напряжённо страна трудилась, но это была и подготовка к защите, к отпору, «если завтра война». Так пелось в одной из наших песен.
— А тема вашего диплома какая была?
— Очень интересная: «Форсирование дизель-мотора для трактора «Сталинец-65». Замечу, что двумя годами ранее, в 1937-м, этот мощный советский дизельный трактор получил Гран-при на Всемирной выставке в Париже, а в годы моей учёбы велось его серийное производство и дальнейшее совершенствование. Диплом я защитил на «отлично».
— И потом?
— Ещё когда учился, я одновременно работал лаборантом, а затем ассистентом на кафедре тракторов и автомобилей. В результате меня оставили на преподавательской работе.
— Значит, способности проявили?
— Может быть. Не исключено, что нашёл бы себя в науке. Но началась война, и теперь она диктовала главное.
— В очерке про вас я читал, что вы рвались на фронт, однако получили другое задание.
— Меня направили главным инженером ремонтно-прокатной базы на строительство № 12. Что за строительство? Оно относилось к особо важным военным стройкам. Дело в том, что единственная линия железной дороги, которая связывала тогда европейскую и восточную части страны, в районе Байкала проходит около 50 тоннелей. Попадёт бомба в один из них или найдут враги какой-то другой способ подорвать тоннель — и вся восточная половина СССР окажется отрезанной. Чтобы этого избежать, и началось форсированное сооружение второго участка дороги, минуя берег Байкала. Я отвечал за работоспособность, обслуживание и ремонт всей строительной техники.
— Можно представить, как тяжело приходилось…
— Нелегко. Но, я думаю, мало где было легче во время войны. Мне потом довелось возглавить новое автомобильно-сборочное производство, оперативно созданное по решению Государственного Комитета Обороны на базе авторемонтного завода в Иркутске. По ленд-лизу во Владивосток поступали узлы и агрегаты высокопроходимых трёхосных машин — артиллерийских тягачей. А мы их срочно собирали и сразу же отправляли на фронт. Частично детали и самим приходилось изготавливать.
— Что запомнилось больше всего?
— Люди, настроение людей, их коллективизм и готовность одолеть все трудности. Только при таком настрое, в крепком единстве можно было справиться с поставленными задачами. Особенно если учесть, из кого мы наш коллектив создали. Представьте, это или совсем юные, несовершеннолетние ребята, которых пока не призвали в армию, или очень пожилые люди. На ходу шла техническая учёба, а работать приходилось до 12—15 часов в сутки: «Всё для фронта, всё для Победы!»
— Каким же образом удавалось настроение поднимать и поддерживать?
— Например, искусством. Над нами шефствовал коллектив Киевского театра оперы и балета имени Шевченко, эвакуированный в Иркутск. Изумительные концерты давали нам ведущие его солисты! Вот когда понял я, сколь велика сила музыки и пения, всей душой влюбился в романс, и теперь у меня собрана богатейшая коллекция грамзаписей.
— Но где нынче та традиция дружбы рабочих и художественных коллективов, которая обычной была в советское время?
— Тогда не просто провозглашалось, что искусство принадлежит народу, а так на самом деле и было. Врезалось в память, как мы с украинскими друзьями встречали 26-ю годовщину Великого Октября. Шёл праздничный концерт, когда поступило сообщение: от фашистов освобождена столица Советской Украины — город Киев. И какое невероятное ликование началось в зале и на сцене! Торжество продолжалось до 8 часов утра следующего дня…
От сохи до космоса.
А теперь?
— Александр Александрович, давайте обратимся к родной вашей отрасли — тракторостроению и сельскохозяйственному машиностроению. Наверное, здесь по-своему отразилось и то, чем стал для нашей страны Великий Октябрь, и к чему мы пришли, допустив уничтожение социализма?
— Конечно, отразилось. Вот мы справедливо говорили, что Октябрь поднял страну от сохи до космоса, это ведь совершенно точно. А у меня ещё и личный показатель есть: от одной лошадиной силы до шестисот.
— В каком смысле?
— Мальчишкой на молотьбе гонял я по кругу лошадь, которая приводила молотилку в действие. А потом дожил до выпуска тракторов и комбайнов мощностью 600 лошадиных сил. Начинали в самом деле от сохи да конной молотилки. А в 1990 году в Советском Союзе действовали 14 тракторных заводов и было выпущено ими 550 тысяч тракторов; в РСФСР, то есть в России, — 214 тысяч. Звучит?
— Безусловно.
— А вот теперь скажу, сколько выпускается нынче. За прошлый год — всего 3 тысячи отечественных тракторов. В 70 раз меньше!
— Кошмар… Можно сказать, докатились.
— Именно. Из 14 заводов СССР, производивших тракторы (а все они были созданы, конечно, в советское время), 7 находились в Российской Федерации. И что же с ними произошло? Липецкий тракторный завод ликвидирован, Алтайский тракторный бульдозерами снесён…
— Тот, где после войны вы стали директором?
— Да-да, он самый… А Волгоградский тракторный, делавший в год 75 тысяч машин, в прошлом году выпустил… 10 сельскохозяйственных тракторов.
— Десять?!
— Я не оговорился. По существу нет Волгоградского тракторного. И Владимирский завод производство тракторов прекратил…
— Вы назвали четыре предприятия из семи.
— Так ведь я же сказал: в 70 раз сократилось производство! Октябрь, Советская власть его создавали, страна во время пятилеток по-ударному строила эти заводы и по праву гордилась ими, а тут — под нож!
Жуткий этот перечень можно продолжать. Возьмём зерноуборочные комбайны. В 1990 году Советская Россия делала их 65 тысяч, а в прошлом году у нас выпущено 4 тысячи. Ликвидировано 10 заводов по производству комбайнов и прочих сельхозмашин — в Таганроге, Туле, Рязани, Люберцах и других городах. Закрыто крупнейшее между Уралом и Дальним Востоком предприятие — Красноярский комбайновый завод, выпускавший ежегодно до 25 тысяч комбайнов новейших типов.
— А почему он закрыт?
— Политика такая. Разрушено более 30 предприятий-изготовителей комплектующих изделий для тракторов и сельхозмашин. Подорвано моторостроение. Алтайский моторный завод, выпускавший в год до 156 тысяч двигателей, теперь даёт штук 600, Волгоградский моторный остановлен. Почти полностью прекращено производство машин для животноводства. Ну и так далее. Слёз не хватает… В Советском Союзе проводилась индустриализация, а в «новой России» — деиндустриализация.
— Было сказано: «рынок» всё наладит.
— Вот он и наладил. Пустили всё на распыл, на самотёк, от планирования и регулирования отказались. А у «прихватизаторов», завладевших народным хозяйством, одна забота — прикарманить побольше да сплавить подальше.
— Ссылались, что качество нашей продукции не устраивает: дескать, будем закупать.
— То, что требовало улучшения, надо было улучшать, а не ломать. Но ведь мы, например, ежегодно экспортировали в США, Канаду, Францию и другие страны 56 тысяч тракторов — значит, наше качество их устраивало.
А возьмите станкостроение. Оно же было у нас на очень высоком уровне, и спрос был по всему миру. Но что сотворили? Если в 1990 году российское станкостроение дало 101 тысячу единиц оборудования, то в прошлом — 4 тысячи 100.
— Меньше в 25 раз!
— А если нет станков, так на чём работать? И подобная картина буквально во всём. Электронику подорвали, приборостроение — тоже, строительное и дорожное машиностроение сведены на нет…
Призывы не превращаются в дела
— Но когда-то, согласитесь, надо выходить из положения, которое вы обрисовали. Вот КПРФ ставит вопрос о новой индустриализации.
— Абсолютно верно ставит, я поддерживаю. Однако видим же, как трудно это пробивать. Стало быть, очень влиятельны силы, которые ничего такого не хотят, а потому всячески этому препятствуют.
Я выскажу главное своё наблюдение. «Сверху», от власти, говорятся иногда вроде бы правильные слова: модернизация, импортозамещение, конкурентоспособность, развитие высокотехнологичных отраслей промышленности, а не только добывающих и т.д. и т.п. Но слова-то остаются лишь словами! За ними не следует никаких дел. А один из моих любимых афоризмов такой: «Грамм активных действий перевесит тонну призывов».
Нет действий, чтобы призывы превращались в дела. Нет дисциплины и ответственности, организованности и спроса. Как-то сказал, например, президент о необходимости повысить производительность труда в два раза, но далее, по-моему, ничего не последовало. А сколько, согласно установке президента, должно было появиться у нас новых эффективных рабочих мест? Это почти все, наверное, уже и забыли…
— Интересен в связи с темой ответственности эпизод из ваших воспоминаний, как позвонил вам на Алтайский тракторный завод сам Сталин.
— Да, это было в 1952 году, я там директором работал. Ночной звонок и короткий разговор. Сталин сказал: «Товарищ Шаяхметов (первый секретарь ЦК Компартии Казахстана) просит поскорее отгрузить тракторы, которые ему полагаются». Мобилизовались мы и выполнили меньше чем за двое суток.
Дисциплина была. И держалась она не просто на страхе, как нынче изображают, а на глубоком чувстве ответственности. Ведь коллектив того же Алтайского тракторного, которым я руководил, без остановки производства даже на день и не снижая план, сумел в течение одного года перейти с керосинового трактора на дизельный ДТ-54. Уникальная была выполнена задача! И новый трактор участвовал в подъёме целины.
— А вас направили директором на «Ростсельмаш», находившийся в прорыве.
— Дело нормальное. Когда посылали на сложнейший участок, это было самой высокой оценкой предыдущего твоего труда.
— Извините, Александр Александрович, но я вернусь к заботам сегодняшним. Вы наглядно представили провал отрасли, подъёму которой была посвящена почти вся ваша жизнь. И что же? Неужели не пытались вы как-то повлиять на ситуацию, чтобы её изменить?
— Обижаете. Все эти годы только и делал, что пытался. Сам анализировал и писал предложения в наивысшие инстанции. Потом организовался у нас свой Совет Министров, а точнее — Совет министров-ветеранов СССР и РСФСР, так его авторитет я тоже подключил. Короче, видите вот эту толстенную папку?
— Вижу.
— В ней обращения к руководству страны — к президентам и главам правительства разного времени, к председателям Госдумы и Совета Федерации — всё по вопросам сельхозмашиностроения. С начала 1990-х годов.
— А в ответ?
— Ответы тоже здесь. Восемнадцать поручений и постановлений на самом высоком уровне. Восемнадцать! И ни одно не выполнено.
— Можно эти резолюции посмотреть?
— Разумеется.
— «Поручение Б.Н. Ельцина 25 апреля 1994 г. Черномырдину. Обстановка, сложившаяся в сельхозмашиностроении, требует принятия срочных мер». И после этого — ничего?
— Ровным счётом.
— Документ второй: постановление Совета Федерации Федерального собрания 2 июня 1994 года «О кризисе производства в сельхозмашиностроении».
— Тоже ничего не последовало.
— Третье: постановление Госдумы 21 марта 1997 года «О катастрофическом положении в агропромышленном комплексе Российской Федерации»…
— Если положение катастрофическое, чрезвычайные меры надо принимать. Так ведь? Но нет, опять всё на месте.
— Дальше вижу в подписях фамилии Касьянова, Медведева, Путина…
— А результат один и тот же. Никакой. Бьёмся, как об стену горох. И возникает подчас ощущение безысходности.
Оно возникает ещё и потому, что никто в стране, по-моему, не знает, куда мы плывём. Раньше строили социализм, коммунизм, то есть была в обществе большая и ясная цель, объединявшая всех. А сейчас? Что теперь мы строим? Что должно нас объединять и вдохновлять? Я говорю так: если нет цели, то и попутный ветер не поможет.
К вопросу о справедливости
— О сплочении общества, о необходимости его единства много призывов раздаётся. Вот недавно Путин опять сказал: «Когда мы были едины, то способны были на яркие и большие свершения». Но когда это было? И возможно ли единство при нынешнем классовом, имущественном разрыве? С одной стороны — дерипаски и абрамовичи со своими миллиардами, захватившие народную собственность, а с другой — те, кто на них работает, получая нередко буквально гроши…
— Вот это, прямо скажу, больше всего меня волнует: вопрос справедливости. Ведь и Октябрьская революция вызвана была невозможностью дальше терпеть такой же контраст между господами и трудовой массой. Рабоче-крестьянское правительство должно было покончить с этим.
— Вы были министром. Это, как нынче выражаются, вершина правящей элиты. Сколько получали в сравнении, скажем, с рабочим?
— Моя зарплата была 800 рублей в месяц, а у квалифицированного рабочего — 200. То есть разница в 4 раза.
— А что теперь?
— Мне известны такие факты. Директор завода получает ежемесячно 3 миллиона, а рабочие в среднем — 30 тысяч. Тут уже разрыв в 100 раз. Ну а насчёт «Роснефти» было сообщение, что у рабочего ежедневный заработок тысяча рублей, а у начальника — аж миллион…
— Вопиющая несправедливость!
— И самое главное: не хотят это менять. Ничего не предпринимается, чтобы хоть в какой-то мере поправить положение. Плоская шкала налогов — это в корне неправильно. Однако сколько бьётся КПРФ, да всё понапрасну. То же самое с национализацией природных ресурсов, которые, ясное дело, не могут быть в распоряжении нескольких человек.
— Как вы думаете, а возможен ли по-настоящему патриотизм, о котором сейчас много начали говорить, когда у нас такие контрасты в обществе?
— Сомнительно. Нам удалось пережить даже самые трудные времена именно потому, что ничего подобного не было. И сегодня справедливость нужна также при оценке нашего советского прошлого, которое подвергается невероятной клевете. Я уже говорил, что недостатки у нас, конечно, были, социализм наш надо было совершенствовать, но перечёркивать его и все колоссальные достижения, которые он нам дал, недопустимо. Великое прошлое освещает будущее.
— А вы замечаете, что вот советское время ругают изо всех сил, но страна-то живёт в основном на созданном, открытом и освоенном в те годы?
— На советском багаже едем! Сами за четверть века мало что создали. Даже оборудование на предприятиях, которые сохранились, в основном с тех времён. Активные производственные фонды устарели на 50 процентов, а в обрабатывающей промышленности — на 70! И знаете, на сколько за год обновляется оборудование?
— На сколько?
— На 0,7 процента! По-моему, этого в мире нигде нет. Не удивительно, что по валовому внутреннему продукту на душу населения мы оказались нынче на 79-м месте.
В отставку не собирается
— И всё-таки, сколь ни велики груз проблем и тяжесть потерь, Александр Ежевский остаётся образцом жизнеутверждающего оптимизма, потрясающего трудолюбия и невероятной самоотдачи. Если кто-то не знает ваш возраст, ни за что не поверит, что этому энергичному, стройному человеку — 101-й год.
— Тем не менее факт…
— И вы каждый день здесь, на рабочем месте: главный научный сотрудник Всероссийского научно-исследовательского технологического института ремонта и эксплуатации машинно-тракторного парка.
— Мы называем его кратко: ГОСНИТИ. В далёком 1962-м я участвовал в организации этого института, а теперь с радостью в нём тружусь.
— Да, мне сказали, что не просто числитесь.
— Просто числиться — не для меня. Есть, например, важное дело: следить за новым опытом в отрасли, обобщать, что ценного появляется у сельхозмашино-строителей разных стран. Когда-то же, я верю, и мы нашу отрасль возродим. Вот летаю на международные выставки, изучаю там новейшие достижения, а потом пишу книги.
— Нелегко летать?
— Нормально. Каждый год осенью обязательно бываю в родной Иркутской области. Первый секретарь обкома КПРФ, а теперь и губернатор Сергей Георгиевич Левченко давно начал проводить здесь праздник встречи поколений. Очень интересно бывает! Ездим по области, встречаемся с пионерами, комсомольцами, массу вопросов они задают…
Кстати, земляки в преддверии юбилея сюрприз мне преподнесли: моё имя присвоено Иркутскому государственному аграрному университету. При жизни такое редко случается. Приятно.
В прошлом году замечательная выдалась у меня поездка и на «Ростсельмаш», где, если помните, был я в своё время директором. Они сделали хороший новый комбайн, который с превеликим удовольствием я испытал: самолично за рулём скосил два гектара.
— Когда перед этой нашей встречей несколько дней я звонил сюда, никак не удавалось вас застать. Отвечали: «В Общественной палате… В Госдуме… В МАМИ…»
— МАМИ — это Московский государственный машиностроительный университет. Я там почётный профессор. Приходится выступать.
— Откуда силы для стольких дел, Александр Александрович?
— Труд ради людей даёт силы и продлевает жизнь. Я говорю, что жизнь как велосипед. Крутишь педали — едешь, перестал крутить — упал. Движение, движение, движение! Со студенчества я был заядлым танцором: чечётка, «яблочко», «барыня» — много чего и сейчас могу сплясать. От метро до работы и обратно хожу только пешком. А ещё любимая музыка, романсы помогают быть в форме… В отставку пока не собираюсь.
Подведены итоги работы Съезда «Российского движения школьников»
Президент России Владимир Владимирович Путин направил приветствие участникам, организаторам и гостям Съезда «Российского движения школьников», который проходит в эти дни в Москве. Текст приветствия на Съезде зачитал Помощник Президента РФ Андрей Фурсенко.
«Вопросам воспитания подрастающего поколения на основе высоких духовно-нравственных идеалов, ценностей патриотизма, гражданственности, уважения к истории Отечества — неизменно уделяется приоритетное внимание государства», — отметил Президент.
«Важно, что успеху этой масштабной и в высшей степени востребованной работы служат такие серьезные общественные инициативы, как «Российское движение школьников», которое объединило неравнодушных, увлеченных, искренне радеющих за дело людей», — говорится в приветственной телеграмме.
Президент России выразил уверенность, что для достижения поставленных перед Движением целей необходимо «вдумчиво, творчески использовать лучшие традиции воспитания и просвещения, которыми по праву гордится наша страна».
«И в то же время — искать новые, интересные форматы работы, активнее задействовать мощный потенциал добровольческих, творческих, военно-патриотических, спортивных организаций», — подчеркнул Президент.
Глава государства пожелал участникам съезда «успехов в ответственной деятельности и всего самого доброго».
С приветственным словом в адрес участников съезда также обратился Министр образования и науки Российской Федерации Дмитрий Ливанов.
«В своей деятельности мы исходим из того, что каждый человек талантлив. Задача «Российского движения школьников» заключается именно в том, чтобы каждый из ребят мог раскрыть свои возможности, свои таланты и стать достойным гражданином и патриотом своей Родины», — отметил министр.
Статс-секретарь — заместитель Министра обороны Российской Федерации Николай Панков поздравил собравшихся делегатов Съезда и участвующих в его работе школьников от лица Сергея Шойгу с созданием «Российского движения школьников» и подчеркнул, что Движение в своей работе «будет основываться на многовековых традициях патриотического воспитания подрастающих поколений нашей страны, являющихся наследниками и носителями великой культуры».
По словам руководителя Федерального агентства по делам молодежи Сергея Поспелова, ключевой задачей «Российского движения школьков» является «создание новых возможностей для самореализации самих детей, улучшение и распространение образовательных и воспитательных практик для школ и учителей, а также выстраивание системы выявления и работы с молодыми лидерами из самых разных уголков нашей страны».
«Российское движение школьников» сегодня обладает всем необходимым для того, чтобы предоставить новые возможности для самореализации школьников, для популяризации лучших практик системы образования и для некоммерческих организаций, за счет вовлечения их успешных образовательных проектов и программ в образовательный процесс», — подчеркнул руководитель Росмолодежи.
Ректор МГУ Виктор Садовничий в обращении к участникам Съезда подчеркнул, что Движение сможет «привнести дух единства и организованности в нашу жизнь».
Глава «Российского движения школьников, летчик-космонавт и Герой России Сергей Рязанский вместе с модераторами рабочих площадок Съезда подвел итоги работы съезда, отметив продуктивность и заинтересованное отношение к работе со стороны участников тематических встреч.
«Активное вовлечение участников Съезда в работу тематических площадок и в процесс заседаний Координационного совета движения говорит о высокой заинтересованности в развитии важной и нужной работы по воспитанию подрастающего поколения», — отметил Рязанский.
В завершение работы Съезда также был представлен логотип Движения. Символика организации была выбрана по результатам всероссийского конкурса, участие в котором приняли более 1000 работ со всей страны.
Новый символ движения состоит из трех пересекающихся сфер, окрашенных в цвета триколора. Круг (сфера) стала ключевым элементом визуального стиля созданного движения благодаря особенностям восприятия.
В центре логотипа распологается пересечение трех кругов, символизирующее единый подход к развитию направлений деятельности движения.
Пересечение кругов выполнено в форме золотой пропорции (или т.н. «золотого сечения»), символизирующей гармоничное развитие качеств молодых людей и стремления к совершенству.
Напомним, общероссийская общественно-государственная детско-юношеская организация «Российское движение школьников» была создана по Указу Президента России Владимира Путина с целью содействия воспитанию подрастающего поколения и «формированию личности на основе присущей российскому обществу системы ценностей».
Велаяти: Сирия золотое звено сопротивления
Руководитель Центра стратегических исследований при Совете по целесообразности, а также советник Верховного лидера ИРИ Али-Акбар Велаяти сказал в среду, что Сирия является золотым звеном в линии сопротивления.
«Если Сирия распадается и его правительство падает, а террористы, которые связаны с Израилем, Саудовской Аравии и США, будут доминировать в стране, это может отрицательно сказаться, как это было на практике в Ливане и Ираке», - сказал Велаяти.
Выступая перед группой иракских улемов и мыслителей, Велаяти сказал, что линия сопротивления начинается с Ирана и проходит через Ирак, Сирию, Ливан и Палестина.
«Мы с вами должны серьезно относиться к тому, что происходит в Сирии, потому что, если правительство и народ Сирии потерпит поражение от радикалов, они сделают следующий шаг, и Ирак и Иран не останутся в стороне от их агрессии», передает слова Велаяти Iran.ru.
Бейрутская модель
Виктор Каспаров
«Хезболла», Ливан и Ближний Восток глазами русского ливанца
В последнее время словосочетание "Ближний Восток" прочно вошло в обиход каждого человека. Весь мир пристально следит за ситуацией в Сирии. Многие из нас делают прогнозы касаемо исхода затянувшегося конфликта, ищут виноватых, с содроганием узнают о бесчисленных жертвах на этой беспощадной и ужасающей войне.
Данная ситуация способствовала появлению большого интереса в обществе. Интереса к таинственному, а где-то даже мистическому Ближнему Востоку. Ваш покорный слуга не стал исключением… Набрав на досуге телефонный номер своего старого друга и договорившись о встрече в уютном кафе на севере Москвы, я понял, что у меня появился уникальный шанс обогатиться информацией об очень интересном, прошедшем через огромное количество трудностей государстве Ближнего Востока.
Речь пойдет о Ливане. Стране, в которой долгое время райский средиземноморский климат сочетался с адским зрелищем уничтоженных городов. На мои вопросы об этой удивительной стране ответит Махмуд Хажизи. Врач-кардиолог. Гражданин РФ, исторической родиной которого является Ливан.
"ЗАВТРА". Спасибо, что нашёл время. Хотел поговорить о твоей родине. О государстве, история которого начинается от древней Финикии и продолжается до наших дней. Что для тебя Ливан? С чем ассоциируется? Чего не хватает вдали от родины?
Махмуд ХАЖИЗИ. Что тут можно сказать… Прежде всего это море, горы, климат. Этого очень не хватает. Скучаю по узким улочкам родного города. По присущей Ливану архитектуре, которую можно назвать национальным достоянием.
Если обсуждать какие-то социальные моменты, Ливан более толерантная страна в религиозном вопросе. Я исповедую ислам, а в России, по большей части, достаточно специфическое отношение к моей религии. В Ливане таких проблем, по понятным причинам, нет.
"ЗАВТРА". Ни для кого не секрет, что Ливану присущ конфессионализм, то есть организация государственной власти, опираясь на деление общества по принципу религиозных общин. Что ты думаешь по этому поводу? Правильно ли это? Или же лучше брать за основу, скажем так, "главенствующую религию" или "главенствующую конфессию"?
Махмуд ХАЖИЗИ. Конфессионализм или, как его ещё называют, "Ливанская модель" — на мой взгляд, лучший гарант отсутствия экстремизма в обществе. В нашей стране христиане отлично уживаются с мусульманами. Более того: чтобы обеспечить справедливый доступ к государственной власти для всех религиозных конфессий, существуют условия, на основании которых определяется, какую должность в высших государственных кругах будет занимать представитель той или иной религиозной общины. К примеру, президентом Ливана может стать исключительно христианин, премьер-министром — мусульманин-суннит, а спикером парламента — мусульманин-шиит. Кроме того, может, для кого-то это покажется диким, но в Ливане запросто можно увидеть, что храм и мечеть находятся буквально через дорогу друг от друга. И я считаю это абсолютно нормальным. Каждый человек вправе выбирать религиозную конфессию. Наличие религиозного убеждения у одного человека не должно отрицать религиозное убеждение другого. Конечно же, есть некоторые разногласия между суннитами и шиитами, но к этому нужно относиться как к должному. Эти недопонимания были, есть и будут. Самое главное, чтобы они не перерастали в полноценные вооружённые конфликты. И я считаю, что "Ливанская модель" в какой-то мере их минимизирует. Поэтому нет никакой необходимости в так называемой "главенствующей религии" или в "главенствующей конфессии".
"ЗАВТРА". В середине ХХ века Ливан был лидером среди арабских стран в финансовом и банковском сегменте. Тому свидетельство негласное название "Ближневосточная Швейцария". Но, как известно, Гражданская война (1975-1990) сбросила страну с этого пьедестала. Задам два извечных русских вопроса: кто виноват, и что нужно сделать для того, чтобы вернуть лидирующую позицию?
Махмуд ХАЖИЗИ. Да, Ливан был безоговорочным лидером в этом аспекте. Все эпитеты, присуждаемые Ливану и Бейруту: "Ближневосточная Швейцария" и "Ближневосточный Париж" соответственно, — действительно являлись обоснованными. Сейчас титул лидера перешёл к ОАЭ и, нужно признать, вполне заслуженно.
Кто виноват в том, что это произошло? Может быть, отвечу не очень оригинально: виноваты все. Почему началась Гражданская война? Если не вдаваться в исторические подробности, по причине конфликта между арабами и Израилем появилась проблема вооружённых палестинских беженцев. Потерпев поражение в Иордании, они оказались в Ливане.
Представь, что ты приютил у себя дома нуждающегося в этом человека, а он вместо того, чтобы поблагодарить тебя за крышу над головой, начинает бросаться камнями в твоего соседа, с которым у тебя и без того не самые дружелюбные отношения. И причём делает это из окна твоей квартиры и плюс к этому пытается притеснить тебя в праве владения собственностью. Данное сравнение отображает суть поведения палестинцев на территории Ливана. Я думаю, ты догадался, кто выступает в роли "недружелюбного соседа".
Тем не менее эту проблему можно было решить меньшей кровью, если бы не грамотная пропаганда Израиля и, соответственно, США. Каким образом она работала?
Христианское население, которое выражало наибольшую степень недовольства фактом нахождения палестинцев на территории Ливана, активно "подогревалось" агитацией с ярко-выраженным радикальным оттенком (лозунги из серии "Ливан для ливанцев" и прочее). Мусульманам же внушалось, что нужно быть терпимее и пожалеть беженцев.
Таким образом и осуществлялась травля. Лично я считаю, что главной причиной этой войны является нежелание США иметь под боком у своего "полномочного представителя на Ближнем Востоке" экономически сильную страну, которая не относится к категории проамериканских. И, в принципе, они добились своей цели.
О том, что нужно сделать для возвращения лидирующей позиции, могу сказать следующее: сейчас в Ливане наблюдается раскол между суннитами и шиитами. Каждый хочет делать то, что ему более выгодно, и то, что больше выгодно его покровителю. Различные столкновения на политической почве, противоположные мнения касаемо государственного устройства и.т.п.
К примеру, из-за постоянных разногласий страна на долгое время осталась без полноценного президента. То есть без человека, который должен контролировать все сферы государственной жизни. Естественно, при отсутствии контроля начинают появляться проблемы в тех или иных областях. Я считаю, что все эти закулисные игры — не что иное, как спланированная междоусобица, которая и является главным препятствием для возвращения лидирующих позиций Ливана в финансовом и банковском сегменте.
"ЗАВТРА". Обстановка на Ближнем Востоке крайне напряжённая. Что думают по этому поводу у тебя на родине? Каково отношение к Асаду? Есть ли какое-то цельное мнение о способе ликвидации сирийского конфликта?
Махмуд ХАЖИЗИ. Правительство Ливана в своём большинстве считает политику президента Сирии вполне адекватной. Основным доводом служит позиция Хезболлы, которая поддерживает Асада всеми возможными способами. Ни для кого не секрет, что мнение Хезболлы является самым авторитетным для большей части правительства и населения моей страны, так как эта организация заслужила непререкаемый авторитет своими боевыми операциями в Ливане и за его пределами.
Но есть и другое мнение, сторонники которого считают Асада диктатором, проливающим кровь своего народа. В начале 2005 года премьер-министр Ливана Рафик Харири был взорван в своём автомобиле. Спустя некоторое время появилась информация о том, что Асад накануне убийства угрожал Харири физической расправой. Это заявление спровоцировало так называемую "революцию кедров", целью которой был вывод сирийской армии из Ливана. Данное событие до сих пор используется в качестве основного аргумента негативного отношения к сирийскому президенту.
Также существуют различные мнения по поводу того, каким образом Асад исполняет свои президентские функции. Кто-то считает, что он диктатор, который железной рукой истребляет всех несогласных, а кто-то думает, что облик тирана специально создан американцами для того, чтобы беспрепятственно удовлетворять свои потребности на Ближнем Востоке.
"ЗАВТРА". Ливан на протяжении всей своей истории находится, мягко скажем, не в самых тёплых отношениях с Израилем. Расскажи, что происходило со страной в период ливано-израильских войн конца ХХ века. Об оккупации. О тотальном уничтожении населения.
Махмуд ХАЖИЗИ. В 1982 году Израиль ввёл войска на территорию Ливана по причине агрессивных действий палестинских беженцев, о которых упоминалось выше. Это мероприятие было представлено в качестве помощи. Помощи в избавлении страны от палестинских формирований. Я уже говорил, что часть населения Ливана была крайне недовольна поведением и агрессивными действиями палестинцев. К тому же, были зафиксированы попытки государственного переворота с подачи беженцев. Также палестинцы, находясь на территории Ливана, вели активную террористическую деятельность по отношению к Израилю.
Поэтому, когда войска входили в Ливан, члены различных партий (преимущественно христианских) и их сторонники встречали израильтян с великими почестями, осыпая их рисом и падая перед ними на колени. Складывалось такое впечатление, что это вовсе не солдаты, а какие-то высшие силы, спустившиеся с небес.
Дальше ситуация развивалась намного прагматичнее. Израильские подразделения, входя в тот или иной город, расстреливали палестинцев, как в тире. Мужчин, женщин, детей. И, что самое любопытное, далеко не все из них были палестинцами. Убивали также и ливанцев, которые оказывались не в том месте и не в то время. Стоит сказать и о том, что весь юг Ливана был оккупирован, а все мы прекрасно знаем, как ведёт себя та или иная армия на захваченной территории другого государства. В моей голове до сих пор не укладывается, на каком основании вооружённые силы Израиля, выполняя официально миротворческую функцию, оккупировали территорию другой страны. Может быть, я ничего не понимаю в нормах международного права? В общем, вся эта ситуация была форменной дикостью, на мой субъективный взгляд.
Ввиду всех этих событий была создана Хезболла (что в переводе с арабского переводится как партия Аллаха), военизированная политическая партия. Её членами были и остаются преимущественно шииты, но в составе Хезболлы присутствовали также сунниты и христиане — правда, в небольшом количестве. Основная деятельность была направлена на сопротивление Израилю. Хезболла требовала немедленного вывода войск с территории Ливана и всячески этому способствовала, совершая диверсионные операции против израильских сил.
Ввиду этого Израиль был вынужден воевать как с палестинцами, так и с Хезболлой при поддержке армии Ливана. Естественно, что у каждой из сторон были свои цели. Так называемая "Организация освобождения Палестины" воевала со своими извечными врагами, ради своей извечной цели — освобождения Палестины. Израиль уничтожал палестинцев за их террористические действия, заодно пополняя свою казну посредством экономической экспансии. То есть нелегально поставляя товар на территорию Ливана в колоссальных объёмах с целью дальнейшей реализации, что не могло не сказаться на ливанском товарообороте и, как следствие, экономике. Хезболла же старалась изгнать агрессора.
24 мая 2000 года этот ад ненадолго прекратился. Израиль объявил о выводе своих войск с территории Ливана под предлогом того, что "Организация освобождения Палестины" ликвидирована и, соответственно, цели достигнуты. Я считаю, что дело тут абсолютно не в этом. Подпольные палестинские организации были изрядно потрёпаны, но не уничтожены, что Израиль, я уверен, прекрасно понимал. На мой взгляд, Израиль подсчитал свои потери и понял, что ему нужна передышка. Стоит отметить, что вывод войск не обошёлся без инцидентов. В ходе войны Израиль заминировал огромные территории, и многие снаряды остались в земле. Несмотря на просьбы ливанской армии предоставить карты минных полей, Израиль этого не сделал, что впоследствии привело к гибели большого количества ливанцев.
Вторая война началась в 2006 году и продолжалась 33 дня. Началась она с того, что Хезболла совершила диверсионную операцию на территории Израиля, в итоге которой двое израильских военнослужащих были захвачены в плен с целью обмена. Стоит отметить, что с 2000 по 2006 год на территории Ливана время от времени продолжались вооружённые столкновения между Израилем и Хезболлой. Эти две противостоящие стороны до сих пор считают друг друга главными врагами. Но если взять в расчёт, что Хезболла исповедует идеологию освобождения своей страны от иностранного вмешательства, а Израиль то и дело норовит выпустить пару ракет по ливанским городам, их цели заметно отличаются.
Возвращаясь к истории с диверсионной операцией: Хезболла заявила, что даже если весь мир объявит войну Ливану, они не отдадут пленных. Выдача будет произведена только на их условиях. В итоге, если я не ошибаюсь, в тот же день, израильское правительство объявило войну Ливану.
За эти 33 дня израильская авиация сровняла с землёй целые города, уничтожила практически всю инфраструктуру, вела огонь по мирным жителям. Грубо говоря, действовала в своём стиле. Но их бесчеловечность не сослужила им добрую службу. Хезболла буквально выгнала израильскую армию за пределы своей страны, так и не выдав пленных. Это был первый случай в истории противостояния Ливана и Израиля, когда последние официально объявили о своем поражении.
В итоге израильские пленные были обменяны на Самира Кунтара, члена другой политической партии, но одного из самых убеждённых последователей Хезболлы. У меня на родине Самир Кунтар считается народным героем, и все предъявленные Израилем обвинения, которые послужили основанием для заключения, считаются сфабрикованными.
После этих событий Израиль использовал каждую возможность напомнить о себе. По словам моих друзей и родственников, израильская авиация с 2000 года и до сегодняшнего момента регулярно нарушает воздушное пространство Ливана. Также были замечены многочисленные провокации. К примеру, не так давно был случай, когда грузовой автомобиль израильских вооружённых сил нарушил границу Ливана. Он был уничтожен, так как водитель грузовика намеревался сбить ливанских пограничников. В ответ на это израильская авиация нанесла локальный ракетный удар по мирному населению. И такие случаи не единичны.
"ЗАВТРА". То есть израильская армия покинула Ливан сугубо официально? По факту в стране до сих пор ощущается её присутствие?
Махмуд ХАЖИЗИ. Совершенно верно. И люди к этому привыкли. Никто не удивится, если средь бела дня город подвергнется массированному удару с воздуха. Если внезапно войдут войска и будут истреблять всё, что движется. У населения Ливана за многолетнюю историю конфликтов с Израилем выработался иммунитет к подобным проблемам.
"ЗАВТРА". Поделись личными воспоминаниями о первой войне.
Махмуд ХАЖИЗИ. Если говорить о моих воспоминаниях, я действительно был свидетелем первой войны. Никогда не забуду звук выпущенной ракеты. И сейчас помню до мельчайших подробностей, как, будучи ребенком, лежал в своей кровати, как на слух определял, где именно находится израильский бомбардировщик, как ужасающие крики людей сменялись гулом пикирующих снарядов, какая атмосфера была в бомбоубежище, глаза этих людей, наполненные достаточно противоречивыми чувствами. С одной стороны, в них читались отчаяние и безысходность, а с другой — радость от того, что этот кошмарный день заканчивается, а они всё ещё живы.
Было очень страшно. Никогда не забуду, как гадал, куда устремится выпущенная ракета: в мой дом, в соседний или в совершенно другой. Каждая ночь была лотереей с шансами на выигрыш примерно 50 на 50. Либо жизнь, либо смерть.
Даже здесь, в Москве, просыпаясь ночью, я первым делом прислушиваюсь к небу. Всё ли спокойно. Не слышно ли сухого щелчка, который потом сменяется приближающимся гулом. Только через некоторое время я осознаю, что московское небо — это мирное небо. И благополучно засыпаю.
Во время событий 2006 года я учился в Москве и воочию ситуацию не наблюдал. Многие знакомые и друзья из Ливана утверждают, что эти 33 дня кошмара чем-то были сравнимы с первой войной. Такие же катастрофические последствия — правда, в меньших масштабах.
"ЗАВТРА". Есть утверждение, что отношение к государству определяется его армией. Что собой представляет армия Ливана? Доверяют ли ей люди? Каковы её задачи?
Махмуд ХАЖИЗИ. Армия Ливана очень немногочисленна и в основном используется в качестве помощника Хезболлы, так как именно эта партия, о чём неоднократно было сказано, решает все проблемы государства на внутренних и внешних поприщах.
Если говорить непосредственно про армию. Она явно не входит в рейтинг сильнейших армий арабских стран. В большинстве своём вооружение оставляет желать лучшего. Оружие поставляется из США. Чего у американцев не отнять, так это умения преподносить свою помощь как что-то феноменальное. Не так давно с их стороны было заявлено, что в Ливан завезут образцы экспериментального оружия, аналога у которого нет и очень нескоро появится. В итоге в контейнерах оказались солдатские ботинки и кувалды. И таких примеров масса.
Касаемо подготовки военнослужащих — ничего неординарного в этом аспекте не наблюдается. Но есть подразделения, которые заслуживают внимания.
![Главное](/images/star.png)
Заседание Правительства.
Первый вопрос повестки – о развитии ведущих университетов в целях повышения их конкурентоспособности среди ведущих мировых научно-образовательных центров.
Стенограмма:
Д.Медведев: Сегодня мы обсудим один крупный вопрос о том, как идёт работа по повышению конкурентоспособности наших ведущих университетов, как они двигаются в международных рейтингах.
Напомню, мы поставили перед собой такую задачу – чтобы не менее пяти университетов вошли в топ-100, причём в достаточно короткой перспективе, к 2020 году. Дело это сложное. Как мы все понимаем, рейтинги нам нужны не ради самих рейтингов, а для качества подготовки специалистов, для того чтобы учиться в наших университетах было и полезно, и престижно. Экономике нужны профессионалы, которые легко ориентируются в закономерностях глобального рынка, глобальной экономики, понимают все процессы, которые происходят в технологическом развитии всего человечества, и, естественно, в социальных закономерностях ориентируются.
Послушаем, какие стандарты в настоящий момент заданы. Для нас важно, чтобы во всех этих соревнованиях принимали участие (в рейтинговании) не только столичные вузы, в качестве которых мы в общем и целом не сомневаемся, потому что они всегда были на приличном уровне, хотя и у них есть определённые проблемы. Но нужно, чтобы и в других научных центрах, в других регионах развивалось высшее образование.
У нас есть университеты мирового уровня. Да, многие считают, что их позиции в рейтингах недооценены. Очевидно, что у нас мало опыта продвижения самих себя на образовательном рынке. Гораздо лучше и проще это делают прежде всего англосаксонские университеты – просто потому, что они когда-то эту историю затеяли, – тем не менее прорываются и университеты из других стран. И нам нужно учитывать это и учиться показывать свои сильные стороны.
Для укрепления, для улучшения наших позиций в рейтингах был создан Совет по повышению конкурентоспособности ведущих университетов. В него входят представители нашей высшей школы, нашей науки, нашего бизнеса и зарубежные коллеги.
Мы оказываем университетам поддержку в виде субсидий. Каждый университет формирует программу и представляет её на конкурс. Я один раз следил за тем, как подводятся итоги. Там на самом деле соревнование идёт, выглядит вполне прилично это всё. С 2013 по 2015 год было подано 88 заявок, 21 вуз стал победителем. Соответственно, эти университеты получили средства. В общей сложности было выделено 30 млрд рублей. В текущем году мы предусмотрели такие субсидии для университетов в размере 11 млрд рублей, и сегодня мы эти деньги распределяем.
Принятые меры уже принесли определённые результаты. Растёт число университетов в общих списках мировых рейтингов (пока, наверное, не на тех местах, какие мы для себя хотели бы, но в целом движение в правильном направлении). Улучшаются позиции в предметных рейтингах, причём это не только те позиции, те отрасли, где мы традиционно были сильны (это математика, физика), но в последние два года мы продвинулись и в некоторых социальных направлениях. Многие вузы улучшили результаты своих научных исследований, число публикаций, индекс цитируемости увеличился в два раза по отношению к 2012 году. Но проблем всё равно в этой сфере много.
Сегодня у нас несколько выступающих: это и Министр образования, и наши коллеги, представляющие ректорское сообщество и, по сути, потребителей, – ректор Томского университета Эдуард Владимирович Галажинский и Сергей Владиленович Кириенко как генеральный директор «Росатома».
Сегодня мы также рассмотрим законопроект, который вносит изменения в закон «О ветеранах». Речь идёт о придании статуса ветерана боевых действий нашим гражданам, которые были направлены в Сирию для ведения боевых действий. Там проводятся известные операции, причём успешно. Принятие этого законопроекта позволит распространить на них меры социальной поддержки, которые у нас получают ветераны боевых действий, что вполне справедливо.
Также мы продолжим работу по снятию с предпринимателей избыточных нагрузок. Сегодня мы рассмотрим законопроект, который направлен на совершенствование положений регламента о требованиях пожарной безопасности. В нём предлагается установить добровольный порядок составления декларации безопасности для малого и среднего бизнеса. Объекты, на которые собственники составят такие декларации, не будут включаться органами пожарного надзора в план проведения проверок. Это облегчение жизни для бизнеса, но в то же время здесь, конечно, должен быть баланс, для того чтобы не создать проблем для безопасности.
Также мы рассматриваем изменения в законодательство по финансовому рынку, изменяем закон о консолидированной финансовой отчётности.
Сегодня мы рассмотрим и целый ряд международных документов, включая ратификацию конвенции, которая направлена на борьбу с опасным воздействием канцерогенных веществ.
Давайте приступим к обсуждению первого вопроса.
Пожалуйста, Дмитрий Викторович Ливанов.
Д.Ливанов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!
Как, Дмитрий Анатольевич, Вы уже сказали, Правительству поручено обеспечить вхождение к 2020 году не менее пяти российских университетов в первую сотню ведущих мировых университетов согласно мировому университетскому рейтингу. Правительством Российской Федерации для решения этой задачи утверждён план мероприятий по развитию наших ведущих университетов. В этом плане намечены меры по организации конкурсного отбора университетов, имеющих высокие шансы на выдвижение на ведущие позиции в рейтингах, по предоставлению им поддержки за счёт федерального бюджета, и определены основные блоки мероприятий, нацеленных на обеспечение повышения международной конкурентоспособности наших университетов.
В 2013 году распоряжением Правительства зафиксированы объёмы государственной поддержки, утверждены правила распределения и предоставления субсидий.
В формате конкурсного отбора и механизмов последующей поддержки университетов мы учли опыт других стран в реализации подобных программ. Ещё до начала 2000-х годов аналогичные проекты были начаты в пяти странах, к 2010 году – ещё в 11 странах, в последние годы – ещё в трёх странах, включая и Россию.
Почему это важно? Наличие сильных университетов с высокой международной репутацией – это не только условие ускоренного формирования интеллектуального, экономического капитала страны, но и фактор её международного влияния, продвижения в мире своих гуманитарных и технологических стандартов.
Конкурсный отбор на право получения поддержки основывается на подготовленных самими университетами программах повышения конкурентоспособности, в них университеты берут на себя конкретные обязательства по достижению целевых показателей.
Совет был сформирован Правительством Российской Федерации, Дмитрий Анатольевич, Вы об этом сказали. В его состав входят ведущие российские и зарубежные эксперты в области высшего образования, представители Российской академии наук, предпринимательского сообщества.
В 2013 году совет рекомендовал 15 вузов-победителей, в 2015 году был проведён ещё один отбор и перечень участников увеличился до 21 университета.
Университеты – участники программы расположены в 13 регионах Российской Федерации в шести федеральных округах.
Отдельно отмечу, что два наших самых известных вуза – Московский государственный университет и Петербургский государственный университет – формально не участвуют в мероприятиях программы, поскольку в силу своего особого статуса они обеспечиваются финансированием своих программ развития на внеконкурсной основе.
Каждый университет – участник программы ежегодно докладывает о результатах реализации мероприятий своей программы, в зависимости от результатов и качества планов на будущее фиксируется объём бюджетных ассигнований на следующий год.
Реализуемый нами проект по повышению международной конкурентоспособности университетов уже имеет серьёзные положительные результаты.
В целом по группе университетов – участников проекта за три года общее число публикаций в международных научных журналах выросло в 2,5 раза, число высокоцитируемых публикаций (это верхние 10%) – в 3,5 раза. Удвоилось число иностранных студентов, а число сотрудников, имеющих опыт работы в ведущих мировых университетских центрах, увеличилось более чем в 10 раз. Как следствие, за этот срок число участников проекта, участвующих в мировых университетских рейтингах, увеличилось с пяти до 13, при этом в топ-400 этих рейтингов уже входят пять университетов – участников проекта.
В силу исторических причин многие наши университеты характеризуются высоким уровнем научно-образовательных специализаций – это физика, естественные науки, математика, информационные технологии. Поэтому наряду с институциональными мы отслеживаем и предметные международные рейтинги. Здесь у нас тоже значимое продвижение, в разных предметных рейтингах на позиции в топ-200 наши вузы отмечены уже 14 раз. Это Новосибирский госуниверситет, МФТИ, МИФИ (в рейтинге по физике и математике), Высшая школа экономики (в рейтинге по социально-гуманитарным наукам). Активно продвигаются Казанский федеральный университет, Томский университет, Петербургский политех и так далее.
В рамках развития образовательных программ и научного потенциала наших университетов мы считаем ключевым усиление международной кооперации. Международное сотрудничество – это способ быстрого восполнения дефицита компетенций. Например, в ряде направлений биомедицинских исследований или социально-гуманитарных исследований, где мы пока отстаём, международная кооперация позволяет преодолеть соответствующее отставание путём привлечения к реализации образовательных программ и научных проектов зарубежных специалистов, в том числе представителей российской научной диаспоры, имеющих значимый задел и наработки в данной сфере.
Результат подобной работы – это новые образовательные программы, обеспечивающие рост качества образования, увеличение доли иностранных студентов, выход на новые источники финансирования и, что немаловажно, рост узнаваемости университета в международном академическом сообществе.
В течение трёх лет нашей работы с университетами произошла серьёзная модернизация системы управления университетами, их образовательными и научными блоками. В университетах – участниках программы сформированы авторитетные наблюдательные советы (в работе которых, кстати, Дмитрий Анатольевич, ряд членов Правительства принимает активное участие) и международные научно-консультативные советы, которые, по существу, определяют научную политику ведущих университетов.
На последнем заседании международного совета, которое прошло в марте этого года, было обозначено смещение акцентов проекта с поддержки общесистемных мероприятий к поддержке отдельных приоритетных направлений и тех структурных подразделений университетов, которые обеспечат быстрое их развитие. Университеты уже выделили в своей структуре подобные подразделения, в настоящий момент вносят уточнения в свои «дорожные карты» по повышению конкурентоспособности, фиксируя конкретные показатели развития.
Другая наша задача – это выстраивание акцентов в решении не только текущих, но и перспективных, в том числе практико-ориентированных задач в научно-технологической сфере. В рамках проекта университеты, помимо развития своего сотрудничества с нашими ведущими крупными компаниями, традиционными отраслями, выходят и на научно-технологические задачи с горизонтом планирования три, пять и более лет.
Наконец, есть ещё одно важное направление нашей деятельности – это распространение лучших практик проекта для других университетов. Мы проводим ежеквартальные мероприятия по обмену опытом. С прошлого года на эти мероприятия приглашаем все университеты. Таким образом, лучшие практики, опробованные в рамках проекта, распространяются на всю систему нашего высшего образования.
Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги! В заключение хочу отметить, что мы в соответствии с постановлением Правительства, о котором я уже сказал, подготовили проект распоряжения о распределении субсидий университетов на 2016 год. Он прошёл необходимое согласование, разногласий по нему нет.
Прошу поддержать наше предложение по данному вопросу.
Спасибо.
Д.Медведев: Спасибо.
Теперь, пожалуйста, коллеги, о которых я говорил.
Эдуард Владимирович Галажинский, ректор Томского государственного университета.
Э.Галажинский: Глубокоуважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые члены Правительства!
Как ректор одного из университетов, которые находятся в этой программе, хотел бы сказать несколько слов о процессах реальных изменений и трансформаций, которые происходят сегодня в университете, и подтвердить, что программа является не просто субсидиарной поддержкой нашего развития, а очень мощным средством пересборки российского образования и выхода его на авангардные позиции.
Те средства, которые мы сегодня обсуждаем, в бюджетах университетов составляют на самом деле 10–15%, но рост показателей развития измеряется в диапазоне от двух до пяти раз. На примере нашего университета могу показать. Допустим, публикации в высокорейтинговых международных журналах: если в 2013 году эта цифра составляла 400, то в 2015-м мы вышли на объём 2200, причём половина из них – в лучших журналах мира (50% журналов в первом-втором квартиле). Это говорит о том, что качество исследований, которые мы представляем, соответствует лучшим международным образцам и, по сути, идёт освоение нашими университетскими людьми новых стандартов международной научно-образовательной деятельности.
Ещё важный момент – это, действительно, изменение системы управления. Вузы сегодня открываются активно, созданы наблюдательные советы, международные советы. Мы настаиваем на том, чтобы наши партнёры и стейкхолдеры влияли на изменения и принятие политик университета в разных областях.
На мой взгляд, сама программа является мощным стимулом, драйвером формирования сообщества ведущих российских университетов, обмена опытом и в некотором смысле зоной ближайшего развития всей системы российского образования.
Поэтому от имени ректорского сообщества я хочу поблагодарить членов Правительства за эту поддержку очень мощную и сказать, что сегодня она крайне необходима. Процессы изменения таких мощных социальных систем, как университеты, очень длительны, нелинейны, и последовательность здесь, конечно, чрезвычайно важна, потому что новые стандарты должны однозначно уже восприниматься всеми как новая норма.
Спасибо.
Д.Медведев: Спасибо.
Пожалуйста, Сергей Владиленович.
С.Кириенко: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые члены Правительства! Для «Росатома» это является очень важной частью, поскольку (Дмитрий Анатольевич, Вы это хорошо чувствуете по своим переговорам) практически каждая страна, с которой мы начинаем работать по атомной энергетике, первый вопрос, который ставит, – это подготовка кадров. Только на этой неделе четыре страны об этом вели разговоры. Поэтому для нас, в общем, пакет услуг профильного университета (МИФИ) и консорциума вузов (у нас 20 вузов для атомной отрасли работают) – это часть продукта, который мы продаём. Если он будет неконкурентоспособен, то мы всё остальное тоже не продадим. Мы подключились к программе изначально, и должен сказать, что она работает.
Цифры по нашему консорциуму и по МИФИ: конкурс вырос более чем в два раза на одно место, по профильным специальностям – в три раза на одно место. МИФИ был в 2012 году на 40-м месте по баллу ЕГЭ, в 2015 году – на восьмом в стране. В три раза выросло количество иностранных студентов (сейчас 950 уже), профессоров, имеющих опыт преподавания в университетах мирового уровня, – в 30 раз, то есть было восемь, когда программа стартовала, сейчас почти 300.
По рейтингам. По общему рейтингу – в топ-300 и по двум предметным – в топ-100. По QS (по физике и астрономии) – в топ-100, по Times 36-е место по физике занимает на сегодняшний день МИФИ. Заработная плата выросла в 2,5 раза, количество международных программ, которые проводятся в МИФИ, – в 10 раз. И партнёрство с университетами, научными институтами из 14 стран: было шесть таких программ, сейчас 55, что, конечно, сказывается на авторитете международном и восприятии, что крайне важно для всех наших партнёров, с которыми мы договариваемся. Количество публикаций выросло в 3,2 раза. Могу только подтвердить ещё раз, что программа работает.
Что для нас как для заказчиков очень важно? Вы знаете, психология поменялась, на мой взгляд, с этой программой. Потому что до этого, при всём уважении к нашим университетам, это всё-таки были бюджетные, затратные учреждения, и все наши обсуждения шли по поводу того, что «помогите деньгами» и «что с нас спрашивать, мы по определению затратное учреждение».
Программа поставила университеты в конкурентные условия, и не какие-то там отложенные, будущие. Каждые полгода надо снова выстраивать рейтинг, и снова университеты понимают, что достаточно проиграть по нескольким параметрам, и ты вылетаешь из приоритетных, поэтому включается конкуренция.
Я говорю на примере МИФИ, поскольку являюсь там ещё и председателем наблюдательного совета, понимаю, что люди просто внутри МИФИ по-другому начинают об этом рассуждать. Я впервые вижу, что они рассуждают на том уровне, на котором рассуждают корпорации, конкурирующие на рынке. Они думают о стратегии, они думают, в чём их конкурентные преимущества, они понимают, что просто ходить и клянчить дополнительные деньги, если ты не будешь соответствовать, будет недостаточно. Это, на мой взгляд, самое качественное изменение и крайне важное. Просил бы поддержать предложение Министерства образования.
Спасибо.
Д.Медведев: Спасибо, Сергей Владиленович. Пожалуйста, коллеги, теперь можно что-то добавить или предложить.
В.Скворцова: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!
Минздрав горячо поддерживает программу. Я хотела бы отметить, что в 2015 году первый отраслевой вуз попал в список 5–100 – это наш Первый Московский государственный медицинский университет имени Сеченова.
Твёрдо можно констатировать, что те целевые показатели, которые выставляет этот проект, чрезвычайно значимы, повышают планку развития вуза и перестраивают программу развития. Мы сейчас готовим целую плеяду наших медицинских университетов к тому, чтобы они принимали участие в дальнейших конкурсных процедурах и развивались во всех случаях по программам, близким к той, которую предлагает Минобрнауки.
Спасибо большое.
Д.Медведев: Спасибо. Пожалуйста, прошу.
В.Фортов: Я хочу сказать, что действительно цифры очень впечатляющие, и, конечно, это движение в правильном направлении.
Меня смущает немножко следующее: как бы мы не стали терять темп. Потому что те цифры, которые были названы – в три раза, в пять раз больше публикаций, – это явно эффект роста: когда вы стартуете с низкого уровня, тогда, конечно, любая дельта много значит. Это нормальное явление.
Но если думать о будущем, я бы предложил обратить внимание на научную сторону дела. Во всех этих рейтингах научная компонента занимает очень большое место, и, не подтянув её, очень трудно добиться результата.
Если вы сравните ситуацию в наших университетах и западных или восточных, то легко увидите, что, конечно, и приборное оснащение, и кадровое оснащение там значительно более мощные, потому что традиционно так получилось, что наука делается у них в университетах, у нас – в Академии наук. Но Академия наук, конечно, может – и должна, я убеждён в этом – принимать более активное участие. Нужно использовать возможности академии, для того чтобы поднимать уровень преподавания именно в научной компоненте.
Нельзя сказать, что Академия наук не участвует в этом процессе. Сегодня 30% публикаций, которые заметны на международном научном ландшафте, делаются учёными совместно – и Академией наук, и вузами, это очень хорошо. Но явно мы должны здесь добавить, с моей точки зрения, потому что смотрите, что получается? Получается, что вузы составляют 19% от всех структур, которые проводят исследования, и вклад их публикаций – 41% (это из той справки, которая у Вас есть), Академия наук – 14% и даёт 60% публикаций. Соединить академическую часть с вузовской – по-моему, это задача на будущее, повторяю, иначе, как мне кажется, будет очень трудно удержать высокие темпы, которые здесь необходимы. Это как бы первый месседж.
Надо сказать, что это не новая логика, большинство институтов, которые прозвучали в Вашем докладе, Дмитрий Викторович, физтех, МИФИ, НГУ, строились именно по такой системе, когда существует очень плотная связка между наукой и образованием. Мой родной физтех на этом построен. На втором году обучения, когда нам было по 16–17 лет, мы уже работали в почтовых ящиках на самой современной аппаратуре, на самых мощных компьютерах, с самыми квалифицированными преподавателями. Причём это преподавание не такое, что «мама мыла раму» – переведите на английский язык, а это реальное дело, которое потом летало в космосе и так далее.
Поэтому я хочу обратить внимание на эту сторону дела и подумать о том, что потенциал Академии наук должен быть использован, и мы готовы этим заниматься, тем более что вот такой был Фрэнсис Бэкон, который первый 600 лет назад дал определение, что такое наука. Он говорил, что наука – это две вещи: первое – получение новых знаний и второе – передача этих знаний от поколения к поколению.
Спасибо.
Д.Медведев: Спасибо, Владимир Евгеньевич. Есть ещё комментарии? Нет? Если нет, тогда будем считать, что всё-таки мы находимся, несмотря на различные нюансы, на правильном пути по развитию ведущих университетов. Поддержку мы продолжим, деньги будут распределены и университеты их получат. Надеюсь, они их будут тратить рационально и добиваться вот тех самых успехов, на которые мы рассчитываем. Потому что, повторю то, с чего сегодня начал, конечно, нам нужны эти рейтинги не ради самих рейтингов, а ради того, чтобы были качественные знания, и, как справедливо сейчас только что процитировали Фрэнсиса Бэкона, для того чтобы передавать их по наследству, то есть, иными словами, из поколения в поколение. Просил бы, естественно, министерство этим и руководствоваться. А что касается лучшего использования научных критериев, то здесь сомнений быть не может, мы должны делать всё, для того чтобы развивалась университетская наука, и, соответственно, эта наука должна быть одним из ключевых индикаторов в рамках этих рейтингов.
Спасибо.
Дмитрий Ливанов: Законопроект о научно-технической деятельности появится в России к середине 2017 года
В России появится окончательный вариант нового закона о науке, заявил глава Минобрнауки РФ Дмитрий Ливанов в Госдуме на заседании Совета по образованию и науке при спикере нижней палаты Сергее Нарышкине.
Министр считает, что в течение нескольких ближайших месяцев ещё можно продолжить обсуждение концепции документа. Ливанов уверен, что законопроект будет способствовать созданию более комфортных условий для научного творчества, систематизации ряда аспектов научной деятельности, а также для установления коммуникации между наукой и бизнесом.
«Необходимо создать целостную, упорядоченную, сбалансированную систему современного законодательства в области науки и технологии. Поэтому на площадке Государственной Думы была создана соответствующая рабочая группа во главе с академиком Российской академии наук, президентом Курчатовского института Михаилом Ковальчуком», — сказал глава ведомства. По его словам, над проектом концепции работали порядка 60 человек и, кроме того, поступило порядка 300 предложений по её совершенствованию.
Ливанов напомнил, что действующий закон устарел и необходим новый документ, который обеспечит поступательное развитие науки и технологий, а кроме того, наладит взаимосвязь государства и бизнеса в научной сфере. Также предполагается, что отдельные главы документа будут посвящены академгородкам, технопаркам, правам и обязанностям учёных, системы присуждения учёных степеней. «Документ чётко объясняет такие виды научной деятельности, как «научно-экспертная» и «научно-просветительская».
Напомним, что действующий Закон «О науке и государственной научно-технической политике» был принят в 1996 году.
Немецкий покерКто стоял за разрушением Югославии
Славин Алексей
Недавно ушёл из жизни Ганс-Дитрих Геншер, немецкий либеральный политик, возглавлявший МИД ФРГ в 80-х – начале 90-х годов. Ему были устроены государственные похороны – в знак признания выдающихся заслуг. В России он известен как один из архитекторов объединения Германии и закадычный партнёр Эдуарда Шеварднадзе (именно о нём Эдуард Амвросиевич как-то сказал, что не может отказать ему на переговорах, так как он «хороший человек»).
Но Геншер не только объединитель. Он один из главных разрушителей послевоенного европейского миропорядка – уничтожения федеративной Югославии. Именно Геншер четверть века назад дирижировал развалом этого сильного европейского государства, что привело к этническим войнам с десятками тысяч жертв.
О мёртвых, как говорится, или хорошо, или ничего. Но не о крупных политиках. Ибо их наследие можно и должно оценивать критически.
Исторически близкие
Как известно, Независимое государство Хорватия возникло в 1941 году на руинах Югославского королевства и было союзником нацистской Германии. Его солдаты участвовали в боевых действиях против СССР. В Хорватии действовали «расовые законы» и были даже созданы концлагеря. Самый страшный – Ясеновац, где, по разным оценкам, замучили до полумиллиона человек. Зверства хорватских нацистов – усташей – порой удивляли даже немцев. После войны союзная Хорватия стала частью Социалистической Федеративной Республики Югославия. Её границы были значительно расширены. Вошла туда, например, и Сербская Краина, откуда впоследствии были изгнаны сотни тысяч этнических сербов.
После кончины И.Б. Тито в 1980 году СФРЮ поочередно правили руководители союзных республик. Последним президентом был хорват Стипе Месич, который прямо взял курс на развал страны (с 2000 по 2010 год он был уже президентом Хорватии). В книге «Как была разрушена Югославия» Месич пишет, что именно Геншер «сыграл историческую роль в деле признания нашего суверенитета и независимости». А на телевидении Словении он заявил: «С Геншером я встретился три раза. Он мне обеспечил контакт со Святейшим престолом. Папа с Геншером дали согласие на полное раздробление Югославии».
Папой римским тогда был Иоанн Павел II, причисленный к лику блаженных.
Американский госсекретарь Кристофер в интервью «Ди Вельт» 18 июня 1993 года прямо указал на Германию как инициатора «преждевременного признания» Хорватии и Словении и виновника усугубления югославского кризиса. Его французский коллега Ролан Дюма в «Зюддойче цайтунг» 21 июня 1993 года подчеркнул: «Ответственность Германии и Ватикана в ускорении кризиса, очевидно, огромна».
Цели и средства
Есть свидетельства о тайном визите будущего президента Хорватии Франьо Туджмана в Бонн ещё в 1988 году. ФРГ пообещала политическую, финансовую и даже военную поддержку в случае выхода Хорватии из состава СФРЮ и создания государства в границах 1941 года (определённых, кстати, Гитлером). Это совпадало и со стратегическими целями Германии на Балканах, а именно – включение католических Хорватии и Словении в немецкую экономическую зону, прямой выход на Адриатическое и Средиземное море.
В начале 1990 года в Бонне было открыто Информационное бюро Хорватского национального вече (ХНВ). Оно стало своеобразным координационным центром хорватских сепаратистов по сбору денег на предвыборную кампанию лидера сепаратистов Ф. Туджмана и нелегальным каналом закупки вооружения, главным образом в Германии.
После победы Туджмана на выборах в Хорватии в мае 1990 года Геншер почти ежедневно общался с руководством балканской республики. В октябре 1990 года Хорватия через подставные организации OrdreSouverain et Militaire de Saint-Jean de Jerusalem, Chevaliers Hospitaliers de Malte получила беспроцентную ссуду в два миллиарда долларов «на строительство» со сроком выплаты в десять лет. Хорваты использовали высвободившиеся собственные средства на закупку вооружений. Например, под видом металлолома из ФРГ поставлялись танки бывшей ГДР.
Первый глава МИД в правительстве Туджмана Йосип Больковац впоследствии не раз повторял, что Туджман «стремился к войне любой ценой», «по его плану в Хорватии не должно было остаться сербов».
Туджман утверждал, что Независимое государство Хорватия в 1941–1945 годах не было чисто фашистским образованием, а отвечало устремлениям хорватского народа иметь независимое государство. Он признался: «Я рад, что моя жена не еврейка и не сербка». Он переименовал улицы, носившие имена партизан, восстановил деньги и флаг старого фашистского режима и изменил Конституцию, в которой сербское население определялось национальным меньшинством.
В служебной переписке было запрещено кириллическое письмо. Сербам не разрешалось иметь свои радио- и телепередачи (хотя таковые имели словенцы, венгры, албанцы), а также газеты и журналы на кириллице. Началась чистка школьных программ от сербской истории и сербской литературы. Были реабилитированы многие преступники Второй мировой войны, осквернялись памятники жертвам фашизма, могилы партизан. Во многих общественных местах вывесили портреты главаря усташей Анте Павелича, появлялись кафе и рестораны с названием «У» (усташа).
24 мая 1991 года Туджман, выступая в Загребе, признал: «Мы проводили политику переговоров, а сами создавали вооружённые отряды».
Сербов выгоняли с работы, заставляли подписывать бумаги об их лояльности к хорватской власти, нападали на их дома, отбирали или разрушали бизнес. Переименовывались населённые пункты, улицы, общественные здания, где был хоть какой-нибудь намёк на сербство. Из МВД были уволены все сербы. Их активно выдавливали с руководящих постов в промышленности и массмедиа, провозгласив «пятой колонной».
Те же процессы происходили и в Словении.
Европа ничего не замечала.
Розыгрыш
19–20 июня 1991 года на Берлинской встрече глав МИД стран ОБСЕ ФРГ вместе со всеми выступила за сохранение «территориального единства Югославии» (автором резлюции, кстати, был Геншер).
Тогдашние руководители ЕС Жак Делор и Жак Сантер уверяли, что только «сохранение территориальной целостности Югославии представляет основу для ассоциации с ЕС», и выражали «обеспокоенность из-за намерений Хорватии и Словении в кратчайшие сроки провозгласить независимость».
Однако 25 июня провозглашение произошло! США, СССР, Франция, Венгрия и Австрия не признали Хорватию и Словению. Но через несколько дней Геншер в Мюнхене заявил, что «ситуацию в Югославии следует расценивать как непредвиденную» и Германия теперь «не имеет никакого интереса в деле сохранения «Бейрута» на Балканах». Он выразил «поддержку Словении и Хорватии, которые вступили на путь демократии и рыночной экономики».
3 июля Геншер связался по телефону с Месичем и спросил, нужно ли Германии признавать суверенитет и самостоятельность Словении и Хорватии. Месич на это ответил: «Это то, чего мы больше всего желаем». – «В этом случае, – сказал Геншер, – я начинаю работу с ведущими государствами».
В тот же день Геншер связался с министрами иностранных дел Великобритании, Австрии и ряда других государств, а 9 июля 1991 года позвонил госсекретарю США Джеймсу Бейкеру, требуя решительной акции Запада против «сербского террора», введения экономических санкций против Сербии и Черногории и признания Хорватии и Словении как самостоятельных государств.
Однако на встрече глав МИД ЕС в Маастрихте 9 декабря 1991 года консенсуса достичь не удалось: восемь из двенадцати государств выступили за признание сепаратистов, четыре – против. И тогда Геншер поставил ультиматум: совещание продолжится до тех пор, пока не будет найдено общее решение. Давление продолжалось до четырёх часов утра. ФРГ грозила блокировать все вопросы европейской интеграции и обещала финансовые вливания упирающимся странам.
В результате решено было признать независимость Хорватии и Словении, если те выполнят критерии ЕС.
Однако Хорватия никоим образом под них не подпадала: там вовсю шла война, проводились этнические чистки.
И тогда 23 декабря 1991 года ФРГ признала отколовшиеся республики в одностороннем порядке!
Европа сдалась.
Югославская трагедия неразрывно связана с разрушением СССР, объединением Германии, роспуском организации Варшавского договора, провозглашением Америкой «нового мирового порядка». Не менее фатальным для страны было бесконтрольное внедрение рынка и «неолиберальная макроэкономическая реструктуризация», навязанная СФРЮ Западом. Югославия как идейный противовес тоталитарному СССР стала больше не нужна. Её перестали финансировать. И она исчезла.
Не правда ли, что-то похожее на «реформы» Туджмана и Месича в Хорватии мы видим теперь по соседству с Россией на Украине?
Главный же разыгрывающий той геополитической игры, глава МИД ФРГ Ганс-Дитрих Геншер, почти сразу тихо ушёл на покой.
Миссия выполнена. Взятки гладки.
Мир праху его.
Помощь пришла из Минска
Автор: Пётр ЦВЕТОВ.
ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ необходимость просматривать информационные каналы Вьетнама привела меня на днях к сайту радио «Голос Вьетнама» на русском языке. Моё внимание обратил на себя материал Минь Маня о проблемах изучения русского языка в этой стране. Одна из них — отсутствие носителей русского языка в школах и вузах СРВ, где его преподают.
Неискушённому читателю может показаться странным, что тысячи вьетнамцев учат этот язык в школах и вузах, а живую русскую речь не слышали подчас ни разу за все годы учёбы. Но это действительно так, хотя есть несколько российских институтов, которые должны, по определению, направлять за счёт госбюджета преподавателей-русистов во Вьетнам. Это и министерство образования и науки с его знаменитым на весь мир Государственным институтом русского языка имени А.С. Пушкина, это и Россотрудничество, у которого есть в Ханое свой центр науки и культуры, это и фонд «Русский мир», созданный ради популяризации русского языка за рубежом… Однако русских, преподающих родной язык в СРВ, можно пересчитать по пальцам одной руки.
И это несмотря на то, что вроде бы есть высшая государственная воля развивать это направление нашего сотрудничества с Вьетнамом. В ноябре 2013 года, когда в Ханое с официальным визитом находился российский президент, в совместном заявлении главы двух государств подчеркнули «настрой на скоординированные шаги по активизации преподавания и изучения русского языка и российской культуры во Вьетнаме». А в 2014 году между нашими странами было подписано межправительственное соглашение о стратегическом партнёрстве в области образования, науки и технологий.
Тем не менее, как прекратилось в начале 1990-х годов направление наших преподавателей-русистов во Вьетнам, так оно и не возобновилось в необходимых масштабах до сих пор. Обещал в ноябре 2013 года министр образования и науки Д.В. Ливанов восстановить статус Ханойского филиала Института русского языка имени А.С. Пушкина, но ничего в этом направлении не сделано.
Другой герой нашего телеэкрана — председатель правления фонда «Русский мир» В.А. Никонов пять лет назад, в июне 2011 года, передал Ханойскому филиалу Института русского языка имени А.С. Пушкина библиотеку из 172 книг и с тех пор практически потерял интерес к распространению русского языка во Вьетнаме.
В итоге в Российском центре науки и культуры в Ханое по-прежнему нет штатного русиста, командированного из Москвы.
Помощь пришла, как говорится, оттуда, откуда её совсем не ждали: из Минска. Белорусский государственный университет прислал в Ханой преподавателя своего факультета доуниверситетского образования Галину Шершукову. Её приезд был осуществлён в соответствии с межправительственным соглашением о взаимном обмене преподавателями и студентами. Часть расходов на командирование Г. Шершуковой несёт Белорусский госуниверситет, часть — вьетнамское государство.
Кроме этической стороны вопроса — профессиональный преподаватель русского языка как иностранного должен стремиться сеять свои знания в иностранную среду, есть и прагматический расчёт этой командировки: кто-то из ханойских учеников Г. Шершуковой наверняка захочет учиться в Минске. Всё это прописные истины, известные всем, кто серьёзно работает в сфере образования.
А вот у наших менеджеров от образования, по-видимому, нет желания строить серьёзные отношения с Вьетнамом, вьетнамцам придётся искать русистов не в России, а в других странах СНГ. Основой могут стать межправительственные соглашения, подписанные СРВ с некоторыми из этих республик в области образования. О такой перспективе говорится и в завершающей части репортажа корреспондента радио «Голос Вьетнама». Не очень-то это будет здорово…
В мире есть понимание важности русского языка как языка международного общения. Однако во многих московских кабинетах не реагируют на это адекватно.
Съезд «Российского движения школьников» пройдет в Москве
В стенах Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова 18 и 19 мая пройдет очередной съезд Общероссийской общественно-государственной детско-юношеской организации «Российское движение школьников» (РДШ).
Его участниками станут представители органов исполнительной власти субъектов РФ, реализующих государственную молодежную политику, региональные координаторы Росдетцентра и «Российского движения школьников», директора школ и заместители по воспитательной работе, школьники-лидеры школьного самоуправления, дети-представители движения «Юнармия», а также представители общественных организаций-учредителей движения.
К участию в мероприятии приглашены Министр Образования и науки РФ Дмитрий Ливанов, заместитель Министра обороны Российской Федерации Николай Панков, Руководитель Федерального агентства по делам молодежи Сергей Поспелов, а также представители Министерства Образования и науки РФ и Министерства обороны РФ.
Участникам предстоит разделиться на группы для работы в блоках. Они обсудят организационно-структурные вопросы работы РДШ, подготовку кадров для движения, региональное взаимодействие, определение ценностных ориентиров школьника сквозь призму РДШ. Также будут вынесены на обсуждения предлагаемые направления работы движения: «Личностное развитие» (творческое развитие, популяризация ЗОЖ среди школьников, популяризация профессий); «Гражданский патриотизм» (волонтерская деятельность, поисковая работа, изучение истории и краеведения, «Школа Безопасности» – воспитание культуры безопасности среди детей и подростков; «Военно-патриотическое направление»; «Информационно-медийное направление».
Для лидеров школьного самоуправления и представителей движения «Юнармия» предусмотрена отдельная дискуссионная программа.
В рамках первого дня съезда на заседании экспертного совета при Координационном совете движения подведут итоги конкурса на разработку символики «Российского движения школьников».
Напомним, 29 октября 2015 года Президент России Владимир Владимирович Путин подписал Указ о создании общероссийской общественно-государственной детско-юношеской организации «Российское движение школьников». Как отмечается в документе, целью учреждения новой организации является «совершенствование государственной политики в области воспитания подрастающего поколения и содействие формированию личности на основе присущей российскому обществу системы ценностей». Первый съезд учредителей «Российского движения школьников» прошел 28 марта 2016 года в МГУ им. М.В. Ломоносова. В ходе собрания был выбран глава движения, им стал космонавт, Герой России и отец четырёх детей Сергей Рязанский. В координационный совет движения вошли 17 человек. В настоящий момент ведется работа по созданию региональной сети представительств общественной организации. Отделения открываются во всех регионах России.
![Главное](/images/star.png)
Заседание Комиссии по мониторингу достижения целевых показателей социально-экономического развития.
Под председательством Владимира Путина состоялось заседание Комиссии при Президенте по мониторингу достижения целевых показателей социально-экономического развития Российской Федерации.
Обсуждался ход выполнения поручений, сформулированных в указах главы государства от 7 мая 2012 года. На повестке дня, в частности, вопросы обеспечения системы здравоохранения квалифицированными кадрами, развития дополнительного образования детей, повышения качества государственных услуг, в том числе в сфере ЖКХ.
В заседании приняли участие главы министерств и ведомств, полномочные представители Президента в федеральных округах, руководители ряда регионов.
* * *
В.Путин: Уважаемые коллеги, добрый день!
Четыре года назад в известных майских указах были обозначены цели в экономике, социальной сфере, демографии, науке и образовании, в других областях. Мы взяли на себя тогда большую ответственность перед гражданами и должны работать без ссылок сегодня на сложности и внешние ограничения.
Хочу подчеркнуть: оценивать результаты проделанной работы (я уже об этом говорил, причём, по–моему, в этом зале в прошлом году) надо не по количеству снятых с контроля поручений или по объёму написанных отчётов – это у нас делать умеют, научились. Люди должны почувствовать реальные перемены к лучшему.
Должны почувствовать, например, что стало проще создавать своё дело, устроить ребёнка в детский сад, переехать в новое, более комфортное жильё, получить качественную медицинскую помощь. И это, безусловно, базовые вещи, во всяком случае, они из базовых вещей, которые определяют благополучие миллионов российских семей.
Что считаю принципиально важным: задачи, поставленные в указах, должны выполняться на всей территории Российской Федерации. Необходимо улучшать качество жизни людей и в больших, и в малых городах, и в сельской местности. Особое внимание необходимо уделить труднодоступным, удалённым районам, в том числе в Сибири и на Дальнем Востоке. Здесь нужно прикладывать дополнительные усилия по развитию здравоохранения, транспортной инфраструктуры, строительству жилья и модернизации жилищно-коммунального хозяйства.
Отмечу, что при широком участии активистов Общероссийского народного фронта в постоянном режиме отслеживаем ситуацию на местах. Смотрим, где есть очевидные сбои, а где вместо реальной работы иногда пытаются на бумажках отразить мнимые результаты.
Такой – не бюрократический, а именно гражданский – контроль за выполнением указов доказал, безусловно, свою эффективность и востребованность, стал примером подлинного партнёрства государства и общества в реализации стратегии развития страны.
Уважаемые коллеги, перед нами множество больших задач. Мы с вами в оперативном режиме рассматриваем ход реализации указов на совещаниях с членами Правительства, на встречах с губернаторами, на заседаниях Госсовета и его президиумов.
Серьёзное внимание было уделено результатам программы расселения аварийного жилья, а также вопросам безопасности дорожного движения, где у нас некоторая положительная динамика есть, безусловно. В ближайшее время с коллегами из Правительства обсудим вопросы повышения оплаты труда работников бюджетной сферы. Завтра на Госсовете подробно поговорим о дополнительных мерах по наращиванию объёмов строительства жилья, повышению его доступности для граждан.
Сегодня в таком широком формате – с участием руководителей министерств, ведомств, регионов, Счётной палаты, Общероссийского народного фронта – предлагаю остановиться на отдельных направлениях нашей работы, которые непосредственно влияют на качество жизни наших граждан.
Первое. Создана сеть многофункциональных центров, которые работают по принципу «одного окна». Удалось внести определённые изменения в десятилетия существовавшую систему, когда люди ходили по многочисленным конторам, стояли неоправданно в очередях, пытаясь получить нужную справку или документ. По опросам, новый механизм предоставления государственных и муниципальных услуг удобен для граждан.
Создано 2759 МФЦ. Вместе с тем проблемы ещё, конечно, остаются. Хотел бы сегодня с вами поговорить и услышать, какие меры принимаются для того, чтобы сократить время ожидания в очередях. Мы даже сделали намётки на то, каково должно быть это время, хотя бы в среднем, – нужно к этому стремиться.
Также нужно повысить эффективность электронного взаимодействия между органами власти и МФЦ. Это позволит серьёзно сократить сроки предоставления этих услуг.
Далее. Мы с вами уже говорили и отмечали, что по количеству мест в дошкольных учреждениях мы практически приблизились к решению майских указов, что, безусловно, является серьёзным и существенным вкладом в решение задач, стоящих перед нами с точки зрения улучшения условий жизни людей.
Значительный шаг сделан в развитии дополнительного образования детей. Число ребят, которые занимаются в музыкальных и спортивных школах, различных кружках, секциях, растёт.
Действительно, удалось во многих местах сохранить дома детско-юношеского творчества – далеко не везде, конечно, но во многих местах удалось это сделать. Одновременно внедряется новый формат – детские технопарки, такие как «Кванториум», например, где ребята осваивают робототехнику, другие профессии, которые будут востребованы в ближайшем будущем на рынке труда. Детям это интересно, у них глаза горят. Я был там, в этом центре, который сейчас назвал, – действительно здорово.
Уже со следующего года финансирование организаций дополнительного образования – и государственных, и негосударственных – будет отдельным направлением в бюджетах регионов. Напомню, к 2020 году не менее 70 процентов детей должны обучаться в музыкальных, спортивных школах, различных кружках и секциях. Просил бы сегодня доложить, как будет решена эта задача, что мы будем для этого делать.
Третье. Мы сделали существенный шаг вперёд в развитии системы здравоохранения. По ряду направлений достигли тех целей, которые ставили на 2018 год.
Объективные цифры говорят о снижении младенческой и материнской смертности. Собственно говоря, это объективный фактор, объективные данные, мы достигли здесь исторического минимума при историческом максимуме по продолжительности жизни в стране. Снизилась смертность от сердечно-сосудистых, других заболеваний, существенно повысилась доступность высокотехнологичных операций.
Вместе с тем граждане зачастую предъявляют обоснованные претензии к здравоохранению. Для людей главное, насколько профессионально, грамотно оказывается медицинская помощь.
Надо прямо сказать: квалифицированных врачей, прежде всего узких специалистов, фельдшеров на селе, часто не хватает. Особенно остро проблема ощущается в небольших населённых пунктах, удалённых районах. И хотел бы сегодня услышать, какие шаги будут предприниматься для обеспечения здравоохранения квалифицированными кадрами. Сегодня эта задача выходит на передний план.
Четвёртое. Начаты серьёзные преобразования в сфере жилищно-коммунального хозяйства. Введено лицензирование деятельности управляющих компаний. Для сдерживания цен в сфере ЖКХ установлены предельные индексы роста тарифов по всем субъектам Федерации. Создан механизм господдержки проектов по модернизации коммунальной инфраструктуры в малых городах. Подчеркну: все решения эффективно заработают только тогда, когда будет обеспечена прозрачность и открытость этого сектора для общества и для граждан.
Дано поручение создать государственную информационную систему жилищно-коммунального хозяйства, чтобы каждый человек мог лично проверить, из чего складываются коммунальные платежи, посмотреть расчёты самой управляющей компании, а если есть необходимость, в режиме реального времени подать и жалобу. Нужно сегодня поговорить о том, когда граждане смогут воспользоваться всеми возможностями этой системы.
Пятое. Заработал закон о независимой оценке качества оказания услуг в социальной сфере. Граждане получили возможность высказывать своё мнение о работе поликлиник, больниц, школ, детских садов, библиотек. На основе этой народной оценки должны составляться рейтинги и учреждений образования, здравоохранения, культуры, социального обслуживания. Должны приниматься и кадровые, и управленческие решения именно на основе таких данных.
Подчеркну: открытость, учёт общественного мнения должны стать стимулами для преобразований в социальной сфере. И принципиально важно, чтобы организации социальной сферы слышали позицию граждан, ориентировались на их запросы и интересы, повышали качество работы. Просил бы в этой связи и Общероссийский народный фронт взять на контроль внедрение механизма независимой оценки качества социальной сферы.
Давайте начнём работать. Слово Максиму Анатольевичу Топилину. Пожалуйста.
М.Топилин: Спасибо.
Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги!
В соответствии с Указом Президента от 7 мая 2012 года №597 за последние три года создана принципиально новая для Российской Федерации система независимой оценки, о которой Вы сказали. Она касается учреждений образования, здравоохранения, социального обслуживания и культуры.
Система независимой оценки построена таким образом, чтобы создать условия для того, чтобы граждане могли высказывать своё мнение о работе всех организаций в социальной сфере. И, соответственно, задачи заключаются в том, чтобы выстроить обратную связь и чтобы органы исполнительной власти принимали меры по улучшению качества работы.
По каким направлениям независимая оценка ведётся? Это пять направлений: во–первых, это открытость информации об организации и о тех услугах, которые организации оказывают; второе – комфортность условий предоставления услуг; третье – время ожидания оказываемых услуг; четвёртое – это компетенция доброжелательности, вежливость специалистов; и, наконец, пятое – удовлетворённость населения качеством оказания услуг.
Что для организации этой системы сделано? Во–первых, в каждом субъекте Российской Федерации созданы общественные советы, именно они являются механизмом проведения, организации этой работы. То есть чиновники в этой работе, в её начале, не принимают участия – только общественные организации, которые представляют интересы граждан.
Эти общественные советы выбирают организации для проведения независимой оценки, то есть здесь тоже это происходит по желанию и по усмотрению именно общественных организаций и общественных советов.
Каждая организация должна быть включена в систему независимой оценки в соответствии с законом не реже, чем один раз в три года: хотя бы раз в три года организация должна подвергнуться независимой оценке. И самое главное, что результаты независимой оценки должны быть в обязательном порядке рассмотрены руководителями организаций, руководителями соответствующих отраслей, и, соответственно, необходимо принять решения либо по нарушениям, либо по тем недостаткам, которые в ходе независимой оценки выявляются. Именно это обеспечивает и должно обеспечивать в дальнейшем обратную связь.
Все результаты, всё, что связано с независимой оценкой, в обязательном порядке фиксируется на официальных сайтах субъектов Российской Федерации и органов их исполнительной власти. Но создан и специальный ресурс, который ведёт Федеральное казначейство, на котором всё это тоже отражается, с тем чтобы был единообразный порядок.
Что в 2015 году – это первый год реализации этой работы – что было сделано?
Охват пока у нас разный по разным регионам. В среднем степень охвата организаций независимой оценкой – порядка 20 процентов, чуть выше. Но если говорить о регионах, есть регионы-лидеры и есть регионы-аутсайдеры, в них охват организаций независимой оценкой колеблется от 2 до 70 процентов.
Регионы-лидеры – это Рязанская область, Ямало-Ненецкий автономный округ, Краснодарский край, Костромская область. В этих регионах более 60 процентов организаций работают в этой системе. С другой стороны, есть регионы-аутсайдеры, в которых не более 10 процентов организаций участвуют в этой системе. Это Забайкалье, Курская область, Ульяновская область, Брянская область, Орловская и Вологодская области.
Но мы исходим из того, что не только степень охвата должна показывать, как работает система независимой оценки, но прежде всего это и сами учреждения, и сами показатели этой работы. В прошлом году в механизм независимой оценки уже включились и библиотеки, театры, музеи; в образовании – это детские сады, организации дополнительного образования, школы; в здравоохранении – поликлиники и больницы; в социальном обслуживании – это учреждения для пожилых, для помощи семьям с детьми, для инвалидов, для различных категорий детей.
Как я уже сказал, мы базируемся на законе: был принят специальный закон, с тем чтобы эта система была одинаковой и работала по единым принципам в разных отраслях.
Какие показатели используются? Причём я хочу сказать, что эти показатели были утверждены на федеральном уровне министерствами и ведомствами, они сквозные для всех субъектов Российской Федерации. И, прежде чем их утверждать, была проведена существенная работа по обсуждению этих показателей с общественными организациями, в том числе с Общероссийским народным фронтом.
В здравоохранении эти показатели характеризуют, допустим, доступность записи к врачу с помощью современных средств связи, срок ожидания плановой госпитализации или проведения диагностики, наличие или отсутствие необоснованных платных услуг. Таких показателей значительно больше, но я назвал ключевые.
Первый опыт показывает, что достаточно высокие оценки по независимой системе в сфере здравоохранения показали такие регионы, как Ростовская, Тульская области, Республика Бурятия, Кемеровская область. С другой стороны, невысокие оценки получили учреждения здравоохранения в Нижегородской области и в Курганской области.
В образовании независимая оценка охватывает такие показатели, как доступ и возможность получения дополнительных образовательных программ, возможности развития творческих способностей детишек, создание условий для воспитания и образования инвалидов.
Здесь результаты независимой оценки показали, что неплохая ситуация в Ямало-Ненецком автономном округе, Республике Татарстан, Ивановской области. Невысокие оценки показали такие регионы, как Республика Тыва и Республика Коми.
В сфере культуры – это оценки, связанные с возможностью получить современные формы услуг: это виртуальные экскурсии, электронный билет; доступность цены на услуги.
Для учреждений социального обслуживания – это удобство прихода на дом социального работника, качество предоставления услуг и удобство услуг в учреждениях социального обслуживания.
Тоже здесь работа проводится, есть регионы, которые получили более позитивные оценки, есть регионы, которым следует предпринять дополнительные меры, чем мы и занимаемся с субъектами Российской Федерации.
Владимир Владимирович, Вы сказали о том, что необходимо настраивать именно обратную связь, это сейчас ключевая задача, и субъекты Российской Федерации, проведя первую работу в 2015 году, сейчас этим занимаются.
Это связано с тем, что прежде всего важно, если население говорит о том, что нужно сосредоточиться на оказании услуг в том или ином сегменте, то именно регионы должны перестраивать и концентрировать ресурсы на таких услугах.
Оценивая опыт регионов, можем сказать, что такая работа сейчас позитивно и достаточно эффективно ведётся в Приморском крае, Рязанской области, Иркутской области, Ханты-Мансийском округе, Тюменской области. То есть там уже результаты независимой оценки ложатся в основу принятия решений о разработке соответствующих мероприятий по улучшению материально-технической базы, по улучшению стандартов предоставления услуг. Такие изменения вносятся в нормативные акты субъектов.
Эта работа, как нам представляется, набирает обороты. Мы исходим из того, что она требует совершенствования и на федеральном уровне, в том числе и соответствующие институты, и сайт казначейства. Мы постоянно здесь тоже работаем, чтобы это было удобно людям, чтобы они могли видеть эти результаты и была обратная связь.
И, как Вы сказали, задача заключается в том, чтобы решения принимались по улучшению качества предоставления услуг именно исходя и с учётом тех оценок, которые даёт население и общественные организации. На этих задачах мы и сосредоточим свою работу в 2016 и 2017 годах. Доклад закончен.
В.Путин: Спасибо. Вероника Игоревна, пожалуйста.
В.Скворцова: Спасибо.
Уважаемый Владимир Владимирович! Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги!
В 2015 году были сохранены и закреплены положительные демографические тенденции прошлых лет. За год продолжительность жизни увеличилась на полгода, до 71,4 года. Общая смертность снизилась более чем на 3800 человек. Более существенно смертность снизилась у лиц трудоспособного возраста – более чем на 21 тысячу человек.
Мы вышли на национально-исторический минимум по младенческой, материнской смертности. Благодаря активным программам психологической поддержки снизили число абортов по желанию женщин за год на 65 тысяч, что внесло существенный вклад в повышение рождаемости.
Важно отметить, что указанные тенденции сохранились и в текущем году, и за первый квартал 2016 года смертность населения снизилась более чем на 14 тысяч человек по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
Данные изменения явились результатом активных действий по повышению доступности и качества медицинской помощи разных видов – от профилактической до высокотехнологичной. Движущей силой всех изменений в отрасли является двухмиллионная армия медицинских работников.
Во исполнение указа Президента Минздравом совместно со всеми субъектами Российской Федерации реализовывался комплекс мер по совершенствованию кадровой политики. Впервые были разработаны методики расчёта потребности каждого региона во врачебных и сестринских кадрах, позволяющие учитывать региональные особенности, а также структурные преобразования в отрасли и типовые отраслевые нормы труда.
В каждом регионе утверждена «дорожная карта» преодоления дефицита и дисбаланса медицинских кадров. В 2015 году 43 субъекта Российской Федерации уже достигли плановых показателей обеспеченности врачами, однако в семи субъектах отмечено существенное отставание в реализации региональных кадровых программ, что потребовало введения практически ручного управления со стороны федерального Минздрава.
В целом по стране за 2015 год число врачей, работающих в государственных медицинских организациях системы Минздрава, выросло на 1061 человека. Особенно важно, что при этом удалось сократить уровень кадровых дисбалансов. Так, по сравнению с 2012 годом выросло число врачей, работающих на селе, на 5,5 тысячи человек, или более чем на 11 процентов. За один 2015 год – на 3,9 процента. Во многом это произошло благодаря программе «Земский доктор», которая привлекла на село более 19 тысяч врачей (в 2015 году – 3750 человек).
В 2015 году впервые за последние годы удалось существенно увеличить число врачей по таким традиционно дефицитным специальностям, как анестезиология и реаниматология – почти на 900 новых специалистов в отрасли; онкология и рентгенология – по 400 специалистов; психиатрия, патологическая анатомия и ряд других. Важно отметить, что показатель соотношения числа средних медицинских работников к числу врачей в 2015 году также увеличился на 8,5 процента, а по сравнению с 2011 годом – почти на 15 процентов, и составил 2,4 к одному.
Одним из основных механизмов устранения кадровых дисбалансов является адресная целевая подготовка специалистов по заявкам регионов. Её эффективность, то есть процент возврата на подготовленные рабочие места в целом по стране, превысила 86 процентов. Вместе с тем сохраняются межрегиональные различия, и в шести регионах эффективность целевой подготовки была менее 50 процентов, что требует принятия дополнительных организационных мер на местах.
Качество оказываемой медицинской помощи напрямую зависит от качества подготовки специалистов. За последние три года были обновлены все образовательные программы в рамках новых Государственных образовательных стандартов. Программы были обогащены современными фундаментальными биомедицинскими и клиническими блоками, особое внимание уделялось практической подготовке в специально созданных симуляционно-тренинговых центрах в каждом медицинском вузе, а также у постели больного. Фактически сейчас всё направлено на подготовку выпускников к самостоятельной работе в первичном звене здравоохранения сразу после окончания вуза.
Все вузы системы Минздрава признаны эффективными на основе мониторинга Министерства образования и науки. Для дальнейшего выравнивания их образовательного потенциала в 2015 году Минздрав объединил их в 13 научно-образовательных кластеров с применением перекрёстных образовательных технологий и средств контроля, общей электронной медицинской библиотеки, научно-образовательных баз.
С 2016 года мы внедряем принципиально новую систему допуска к профессиональной деятельности – аккредитацию. Само профессиональное сообщество решает вопрос о допуске специалиста на основе комплексных процедур, соответствующих международной системе допуска к врачеванию, включающих медицинский ЕГЭ, подтверждение навыков и умений, способность решать ситуационные задачи.
Уже в этом году аккредитацию пройдут выпускники вузов по специальностям «Стоматология» и «Фармация», с 2017 года мы начнём аккредитацию выпускников по всей группе медицинских специальностей, а затем планово и поэтапно перейдём к аккредитации всех медицинских работников.
Приведение уровня подготовки медиков к единым требованиям осуществляется через разработанную систему непрерывного медицинского образования. Созданный в этих целях портал непрерывного медицинского образования обеспечивает уже сегодня доступ врача к реестру дополнительных образовательных программ с возможностью формирования индивидуального плана обучения, выбора не только теоретических программ, но и симуляционных тренингов, стажировок, циклов повышения квалификации. Частью системы непрерывного медицинского образования является внедряемый с прошлого года образовательный сертификат. Полностью система непрерывного медицинского образования охватит всех врачей к 2021 году.
Эффективность работы отрасли во многом определяется и уровнем подготовки управленческих кадров. В 2015 году Минздравом проведена подготовка более 3 тысяч управленцев, курирующих финансово-экономическую деятельность в медицинских организациях субъектов Российской Федерации. В качестве итоговой аттестационной работы был предусмотрен анализ финансовой деятельности конкретной медицинской организации и выработка на основе полученных знаний механизмов повышения её эффективности.
К концу года было информатизировано около 380 тысяч рабочих мест врачей, или 57 процентов от общего количества, что обеспечивает не только комфортные условия работы и возможность перехода на электронный документооборот, но и доступ к информационным ресурсам отрасли, к консультативным телемедицинским технологиям и к дистанционным модулям непрерывного медицинского образования. В 2016 году мы планируем увеличить количество автоматизированных рабочих мест врачей до 70 процентов от потребности.
Для формирования настоящего врача наряду с профессиональной подготовкой необходимо уделять особое внимание воспитанию душевных, моральных и личностных качеств. Мы воссоздали систему профориентации со школьной скамьи, в большинстве регионов возрождены лицейские медицинские классы и предуниверсариумы.
Сегодня у абитуриентов, поступающих в медицинские вузы системы Минздрава, наиболее высокий средний балл ЕГЭ, превышающий на 10 пунктов средний российский показатель. Конкурс в медицинские вузы Минздрава составил более 10 человек на место. Важно, что в последние два года появился конкурс в медицинские колледжи, который в 2015 году составил уже около четырёх человек на место. Это значит, что профессии врача и медицинских сестёр стали снова престижными. Мы надеемся, что из лучших абитуриентов будут формироваться лучшие студенты и лучшие медицинские специалисты страны.
В ближайшие годы нам предстоит завершить все начатые преобразования, прежде всего закрепить тесную и неразрывную связь кадровых потребностей каждого региона страны с адресной подготовкой кадров, сбалансированной по медицинским профилям и уровням системы здравоохранения. Для этого совместно с субъектами нам нужно дополнительно отшлифовать механизмы целевой подготовки медицинских работников.
Второе – гарантировать качество подготовки врачей и среднего медицинского персонала через поэтапное включение всех медицинских работников в систему непрерывного медицинского образования на основе инновационного развития биомедицины и под контролем аккредитации.
И хотелось бы сказать, что для гибкого управления кадровым потенциалом отрасли в настоящее время завершается формирование единой информационной системы, которая объединяет федеральный регистр медицинских работников, а также сведения об их участии в непрерывном образовании, в аккредитации, что позволит нам планировать кадровое развитие и адекватно реагировать на возникающие потребности отрасли. Спасибо большое.
В.Путин: Спасибо. Дмитрий Викторович, пожалуйста.
Д.Ливанов: Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги!
Программы дополнительного образования важны, поскольку дают возможность каждому ребёнку попробовать себя в различных сферах, приобрести новые умения, найти себе занятие по душе и по таланту, сориентироваться в конечном счёте в выборе будущей профессии. И хочу также отметить, что дополнительное образование, в отличие от общего, не является обязательным. Поэтому наша задача состоит не просто в том, чтобы создать необходимое количество и разнообразие программ дополнительного образования, но и в том, чтобы сделать их интересными для детей. Без этого интереса дети просто не придут в соответствующие программы.
Выход указа 2012 года в части дополнительного образования, безусловно, придал новый импульс развитию этого сектора образования. Первое, что удалось сделать, – это привлечь внимание всех органов и государственного, и муниципального управления, общественных институтов к развитию этого сектора образования, сформировать необходимую нормативно-правовую базу, которая обеспечивает движение в сторону повышения доступности услуг дополнительного образования на базе организаций всех форм собственности и ведомственной принадлежности.
Хочу подчеркнуть, что помимо Минкультуры, Минспорта, Минобрнауки, которые традиционно отвечали за эту сферу, мы сейчас отмечаем активное участие наших коллег из Минприроды, Минтранса, а также крупнейших наших компаний в реализации программ дополнительного образования. И в целом для частного сектора, для частного бизнеса это оказалось интересной сферой приложения своей инициативы и усилий: с 2012 года в десять раз увеличилось количество частных организаций дополнительного образования. Их, конечно, было немного, сейчас их около 200, но это крайне позитивная для нас тенденция.
Мы в этом году впервые в федеральной целевой программе развития образования выделили дополнительное образование в отдельную задачу и впервые предусмотрели федеральные средства, прежде всего на конкурсную поддержку инициатив российских регионов по переходу на модели персонифицированного финансирования дополнительного образования. Сейчас необходимая нормативная база для перехода на нормативно-подушевое финансирование создана и обеспечен равный доступ к бюджетным средствам организаций любых форм собственности. Единственное требование – требование высокого качества и уровня образовательных программ.
Впервые мы предусмотрели и финансовую поддержку за счёт федерального бюджета негосударственного сектора – и за счёт выделения грантов тем юридическим лицам, которые реализуют интересные и значимые программы дополнительного образования, и средства на возмещение процентов по кредитам, которые такие организации взяли на развёртывание новых программ дополнительного образования.
Мы видим, что принятые меры уже позволили добиться определённых значимых эффектов. Согласно государственной статистике мы фиксируем очень серьёзный рост общего числа организаций дополнительного образования детей и, что самое важное, количества детей, занимающихся в них. В 2015 году различными программами дополнительного образования было охвачено около 68 процентов детей, это на 4 процента больше, чем в 2014 году.
Видно, что растут и расходы консолидированного бюджета на дополнительное образование. В 2015 году, по предварительным данным Министерства финансов, они достигли 220 миллиардов рублей, а в 2014 году было всего 150 миллиардов рублей, то есть рост инвестиций очень серьёзный.
Что нас сегодня беспокоит? Есть две основные проблемы. Первая – это серьёзное различие в региональном развитии системы дополнительного образования. У нас есть регионы-лидеры, которые уже превысили по охвату детей индикаторы, установленные указом, а есть регионы, в которых охват находится на уровне 30 процентов и даже 20 процентов. И, кроме того, мы отмечаем серьёзные различия в доступности программ дополнительного образования в городской и сельской местности: в городской местности охват уже превысил 70 процентов, в сельской местности пока не достигает и 60.
Мы в этой связи разработали нормативы обеспеченности граждан программами дополнительного образования. Они включают и требования к размещению организаций в сфере дополнительного образования, особенно в сельской местности, и нормативы на дополнительное образование детей, рассчитанные на обеспечение не менее 75 мест на 100 детей, а также пешую доступность от места жительства или места получения общего образования. Естественно, при этом учтены и требования к наличию безбарьерной среды для детей разных возможностей. И по каждому региону, который пока не показывает высокую динамику, мы разрабатываем совместно с руководством «дорожную карту» по выравниванию условий доступности.
Здесь необходимо использовать дополнительные ресурсы, прежде всего организационные, ресурсы сетевого взаимодействия. Очень важно, чтобы в программах дополнительного образования участвовали не только специализированные организации, но и школы, музеи, спортивные центры, библиотеки и так далее.
Опыт, который мы имеем, в течение трёх лет реализуя программу развития спортивной инфраструктуры в сельских школах, показывает, что даже небольшие инвестиции в ремонт, в строительство новых спортивных залов позволяют очень серьёзно повысить охват детей в сельской местности различными видами занятий спортом.
Мы также следим за тем, чтобы в ходе повышения эффективности работы сети организаций дополнительного образования не уменьшалась доступность качественных программ, в частности не допускалось сворачивание сети специализированных центров дополнительного образования детей. Для этого сформирован реестр базовых, ключевых для конкретного региона организаций дополнительного образования. Мы будем на федеральном уровне отслеживать работу каждой такой базовой, ключевой организации, учитывая и уровень её оснащённости, качество тех программ, которые предоставляются, и охват детей.
Очень важно также расширять (особенно это актуально в сельской местности) работу школ по предоставлению качественных программ дополнительного образования. Поэтому мы сейчас во все типовые проекты новых школ, которые будут реализовываться в сельской местности, обязательно включаем модуль, связанный с дополнительным образованием. Считаем, это тоже внесёт очень важный вклад в достижение показателей, установленных указами.
Мы в последние годы отмечаем и рост интереса детей к программам технического творчества и программам естественно-научного цикла. Сейчас около 10 процентов детей охвачены занятиями в кружках технической или естественно-научной направленности. К 2020 году мы ставим перед собой задачу увеличить этот показатель в 2–2,5 раза. Здесь, конечно, нужны и новые проекты, в том числе этот проект, о котором Вы сказали, – по созданию сети детских технопарков: из них три первых уже созданы, мы эту работу продолжаем и дальше.
Владимир Владимирович, в целом за минувшее время после выхода Вашего указа нам удалось стабилизировать ситуацию в дополнительном образовании детей, создать новые инструменты и механизмы его развития, максимально вовлечь в эту деятельность наши ведущие высшие учебные заведения, негосударственные организации, создать предпосылки для дальнейшего развития всех направленностей дополнительного образования, в первую очередь – мы этому отдаём приоритет – научно-технической сферы.
Большое спасибо за внимание.
В.Путин: Спасибо. Михаил Александрович, пожалуйста.
М.Мень: Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги!
В рамках реализации 600-го указа и утверждённой Стратегии развития жилищно-коммунального хозяйства, направленных на повышение качества услуг, Правительство осуществляет деятельность по наведению порядка в сфере управления жильём.
Что сделано на сегодня? Заработало лицензирование управляющих компаний, создана система проверки квалификации руководителей этих управляющих компаний, создан реальный инструмент освобождения дома от недобросовестной компании в случае двукратного невыполнения предписания жилинспекции, подтверждённого судом. Распространена уголовная ответственность за поддержку протоколов общего собрания собственником, при этом упрощено проведение самой процедуры общего собрания. Запускается система штрафов в пользу потребителей за неверную квитанцию или некачественную коммунальную услугу.
В результате этих действий рынок управления многоквартирным жильём начал очищаться, участники рынка стали более добросовестно относиться к своим обязанностям, повысилась квалификация управленцев. Так, 10 процентов руководителей управляющих компаний не сдали квалификационный экзамен, 13 процентов управляющих компаний не прошли процедуру лицензирования. Компании стали более внимательно относиться к запросам потребителей и требованиям жилинспекторов.
Практически решена давняя проблема – проблема двойных квитанций. Теперь каждый дом закреплён в лицензии у конкретной компании, и за этим следит Госжилинспекция. А штрафы в пользу потребителей – это дополнительный стимул работать эффективно и честно.
Для завершения процедуры наведения порядка в этой сфере что планирует сделать Правительство? Планируется ввести внесудебный порядок лишения прав управлять конкретным домом за два грубых нарушения в год, упростить процедуру лишения лицензии, если в результате нарушения причинён вред здоровью, конкретному человеку; исключить посредников в виде управляющих компаний из цепочки оплаты за оказание коммунальных услуг, перейдя на договоры между потребителем и соответствующей ресурсоснабжающей организацией, что позволит повысить платёжную дисциплину, и самое главное, с рынка добровольно уйдут те, кто пришёл управлять не домами, а чужими денежными средствами ресурсоснабжающих организаций. Оба законопроекта в высокой стадии готовности, прошли соответствующие согласования, до конца года Правительство планирует принять.
Для модернизации коммунальной инфраструктуры, без эффективной работы которой невозможно обеспечить качество услуг, Правительством созданы благоприятные условия для работы частных инвесторов в этой сфере. Обновлённая нормативно-правовая база позволяет добросовестным предпринимателям легально зарабатывать, повышая качество услуг даже в условиях жёстких ограничений роста платежей за коммунальные услуги.
С 2016 года введены обязательные долгосрочные тарифы, которые сохраняют экономию оператору только при условии повышения эффективности работы. У компании появилась предпринимательская прибыль, зафиксированная в тарифах при условии достижения целевых показателей повышения качества и, соответственно, надёжности.
Заработало новое конституционное законодательство, предусматривающее установление формулы тарифа на весь срок договора концессии: возврат инвестиций даже при её расторжении, при этом повышение качества и надёжности остаются ключевыми условиями концессионного соглашения.
В целом и регионы продвинулись в своей части. Так, утверждено около 95 процентов схем теплоснабжений, водоснабжений – хороший результат. Зарегистрировано порядка 79 процентов коммунального имущества в субъектах Российской Федерации. Во всех субъектах утверждены «дорожные карты» развития ЖКХ, за реализацией которых Правительством установлен жёсткий контроль.
Принятые меры начали давать первые результаты. Бизнес начинает понимать, что ЖКХ – достаточно стабильный сегмент экономики, где можно зарабатывать не на убытках, как привыкли многие ГУПы и МУПы, а именно на повышении эффективности. Есть первые цифры: сегодня инвестиции в ЖКХ демонстрируют стабильный рост – в 2015 году это 183 миллиарда рублей, трёхпроцентный рост, притом что резко, на 20 процентов, сократились бюджетные вложения.
Несмотря на жёсткие тарифные ограничения, активный рост инвестиций демонстрируют ключевые игроки, которые сегодня появились в отрасли. Так, ряд компаний, работающих в отрасли, в 2015 году увеличили свой рост инвестиций практически в два раза. Только в прошлом году заключена 271 концессия, это в 2,5 раза больше, чем в предыдущем году, а по объёму взятых инвестиционных обязательств это в 10 раз больше, чем в 2014 году. Сегодня объявлено 300 концессионных конкурсов в ЖКХ: по сути, это 96 процентов от всех предполагаемых концессий у нас в стране.
В тех регионах, где заработали концессии, – очень важная цифра – аварийность теплоснабжения снизилась в среднем на 47 процентов и водоснабжения – на 21 процент, и потери, соответственно, на 18 и 14 процентов.
Нашим Министерством оказывается регионам необходимая методологическая поддержка, запущен интерактивный справочник наиболее эффективных технологий в жилищно-коммунальном хозяйстве, регионы им активно пользуются. Разработан механизм государственной поддержки концессий в малых городах, поскольку это очень важно. В крупные города инвесторы идут с удовольствием, а малые города мы начинаем поддерживать.
Для активного движения вперёд Правительством планируется разрешить отдавать в концессию МУПы с долгами и частью незарегистрированного имущества. Это было обращение губернаторов, мэров городов, очень важная инициатива. А также планируется сделать регион третьей стороной концессии, и у региона остаётся ответственность за соблюдение тарифной формулы, и третья сторона здесь крайне важна.
Планируется ограничить с 2018 года сферу деятельности вообще ГУПов и МУПов в ЖКХ, передав управление частным операторам через механизмы и принципы концессионных соглашений, и повысить прозрачность конкурсной процедуры. Всё это содержится в проекте закона, который прошёл уже все процедуры, и мы рассчитываем на скорейшее принятие.
На особом контроле Правительства находятся региональные программы по расселению аварийного жилья и капитального ремонта многоквартирных домов. В части расселения в целом по стране план перевыполняется. Особое внимание в этой работе уделяется контролю качества и дополнительной помощи – как финансовой, так и организационной – проблемным регионам, у которых есть проблемы с реализацией этой программы в текущем и будущем году.
Субъекты Российской Федерации доработали планы 2016 года по капитальному ремонту, в которых в соответствии с поручением Правительства предусмотрено полное использование средств, собранных в прошлом году и собираемых в текущем. Ключевая задача – обеспечить своевременный и качественный капитальный ремонт домов и контроль за использованием этих средств.
Важнейшим приоритетом стало повышение прозрачности жилищно-коммунального хозяйства. Люди должны понимать, за что они платят, почему услуга стоит столько.
Владимир Владимирович, Вы в своём вступительном слове говорили о создании государственной системы – ГИС ЖКХ. По согласованию с нашим Министерством и по нашему заданию Минкомсвязи дорабатывает и запускает государственно-информационную систему – ГИС ЖКХ.
Сегодня уже в этой системе есть информация обо всех отлицензированных управляющих компаниях и конкретных домах, которыми они управляют. До конца года в ГИС ЖКХ появится вся необходимая информация обо всей сфере. У каждого потребителя будет «личный кабинет», куда обязательно будет приходить платёжка, которую будет удобно оплатить. Также через ГИС можно будет проголосовать на собрании, пожаловаться и на управляющую компанию, и в соответствующую жилищную инспекцию региона.
Уважаемый Владимир Владимирович, Правительство последовательно реализует озвученную стратегию и решения, направленные на превращение ЖКХ в современную, удобную и доступную для потребителей сферу.
Спасибо. Доклад окончен.
В.Путин: Спасибо. Алексей Валентинович, пожалуйста.
А.Улюкаев: Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги!
Четыре года назад 601-й президентский указ о системе государственного управления заложил основы принципиально новой, не бюрократической, а сервисной культуры взаимоотношений гражданина и государства, государственных институтов. Материальной основой этой культуры является система многофункциональных центров, где эти услуги – качественные услуги, современные услуги – предоставляются по принципу «одного окна». Между прочим, каждый год больше половины наших граждан обращаются за государственной услугой, причём обращаются в значимые для них моменты, связанные с их имущественным положением, демографическим положением и так далее.
Что сделано за это время? Обеспечено завершение создания системы. Приблизительно 13 тысяч точек доступа во всей стране развёрнуто, в каждом населённом пункте с численностью от тысячи человек такая точка доступа есть, причём 2759 из них – это крупные многофункциональные центры, где десятки «окон», где предоставляются разные услуги. Остальные 10 200 примерно – это небольшие центры. В ряде случаев создаются даже мобильные центры, которые позволяют оказывать услуги в отдалённых, труднодоступных регионах. Процент охвата сейчас – 95,8 процента, по указу должно быть 90, так что здесь мы эти возможности гражданам предоставили.
Современные многофункциональные центры – это комфортное, уютное место, они оборудованы по одному стандарту, они работают минимально шесть дней в неделю, в ряде субъектов Федерации работают семь дней в неделю, опять же минимально до 20 часов, чтобы граждане после работы могли услугу получить. Располагаются в узлах транспортной доступности, как правило, так, чтобы получение государственной услуги было сопряжено с покупками, с проведением досуга и так далее, с тем чтобы на эти переезды граждане время не тратили.
Сейчас предоставляется 29 услуг федерального уровня: это услуги, связанные с оформлением имущественных прав, регистрацией сделок с недвижимостью, регистрацией по месту жительства, предоставлением материнского капитала и так далее. В разных регионах примерно от 100 до 150 видов региональных и муниципальных услуг предоставляются через эти же системы, причём в ряде случаев такие пакетные услуги – реализация так называемых жизненных ситуаций. Например, когда у человека родился ребёнок, он одновременно сразу же может получить и свидетельство о рождении, и полный социальный пакет, и получить материнский капитал, и зарегистрировать ребёнка по месту жительства.
Очень важно, что граждане воспринимают и хорошо оценивают эту работу. У нас налажена система обратной связи, система гражданского контроля, и если ещё 10 лет назад, по данным исследований, только 14 процентов наших граждан были удовлетворены качеством оказываемых государственных услуг, то в 2015 году – это 84 процента, в семь раз практически выше. Это очень серьёзная цифра, мы должны выйти к 2018 году на уровень 90 процентов. Но зазор очень небольшой, я думаю, можно уверенно говорить, что это произойдёт.
Что нас беспокоит? Это, конечно, время оказания услуги. Параметр, который установлен в указе, – 15 минут. Пока мы на него не вышли, хотя продвинулись довольно сильно. В момент принятия указа это время было 55 минут, сегодня это 35 минут, причём, поскольку не все услуги оказываются через систему МФЦ, у самих МФЦ она меньше – 26 минут. Тем не менее мы думаем, что уже в 2017 году мы приблизимся вплотную к цифре в 15 минут.
Как и во всяком деле, у нас есть, так сказать, отличники и отстающие. Очень хорошо была развёрнута работа по МФЦ в Москве, в Санкт-Петербурге, в Воронежской, Ростовской, Липецкой областях, в Пермском, Краснодарском краях, Якутии. Есть у нас три региона, которые пока не обеспечивают должный охват граждан этой формой оказания услуг. Это Забайкальский край, Северная Осетия и Архангельская область: там порядка 80 процентов. Думаю, что коллеги с нашей помощью смогут в текущем году это отставание закрыть. И мы должны в этом году завершить работу по созданию сети в Крыму. По понятным причинам начало работы там было позже. Но, тем не менее, в этом году мы эту систему завершаем, финансово она обеспечена.
Над чем мы ещё будем работать в ближайшее время – это, конечно, расширение перечня услуг. Как я сказал, 29 федеральных услуг – в этом году уже будет 33 федеральные услуги, в том числе и получение общегражданского паспорта, и получение загранпаспорта, причём и старого, и нового образца с биометрией, и замена водительских удостоверений – не получение, а замена, чтобы не требовалось подтверждения водительских навыков. Пилотные проекты по этим услугам были проведены в регионах, и мы уверены, что эти услуги также смогут качественно оказываться.
Следующий момент – это повышение уровня электронного взаимодействия центров услуг МФЦ с федеральными ведомствами. Гражданина не должно интересовать, как этот обмен осуществляется, он должен на выходе получить быстро эту услугу. Быстрота получения услуги, конечно же, зависит от формы взаимодействия.
Следующее направление – это распространение оказания услуг через систему МФЦ не только для граждан, но и для тех же граждан, когда они становятся представителями малого и среднего бизнеса или индивидуальными предпринимателями. Такой опыт уже создаётся в ряде регионов. Мы совместно с Корпорацией развития малого и среднего предпринимательства, Агентством стратегических инициатив будем тиражировать эту систему.
Мы хотим обеспечить в ближайшее время экстерриториальность предоставления этих услуг, то есть чтобы можно было оформить своё право, получить услугу, если вы находитесь в одном субъекте Российской Федерации, а материальный носитель этой услуги находится в другом субъекте Российской Федерации или в другом муниципальном образовании. В ряде наших регионов, таких как Краснодарский край, Ростовская область, такой опыт уже есть, и также он очень хорошо воспринимается гражданами.
Я думаю, что в ближайшее время мы совместно с руководителями субъектов эту работу соответствующим образом проведём. И, Владимир Владимирович, насколько я знаю, Вы относитесь к той части наших граждан, которые ещё не получали услугу через систему «одного окна». Мне кажется, было бы очень правильно, если бы Вы лично протестировали эту работу, насколько в самом деле удовлетворительно это делается. Мы Вас приглашаем посетить во время одной из Ваших рабочих поездок МФЦ. Спасибо.
В.Путин: Хорошо. Ты их в дверь, а они – в окно. Обязательно сделаю. Я был, разумеется, в этих центрах, смотрел, когда они только создавались изначально. Так что я прекрасно себе представляю, как они работают. Тем не менее с удовольствием приду и посмотрю ещё раз.
В середине мая исполняется сто лет со дня подписания соглашения Сайкса-Пико, которое положило начало созданию новых государств на Ближнем Востоке. Это странный юбилей. Он больше похож на похороны. Потому что сегодня эти самые государства уже готовы развалиться прямо на наших глазах.
Одного этого достаточно, чтобы вспомнить о том, как 16 мая 1916 года британец Марк Сайкс и француз Франсуа Жорж-Пико по заданию своих правительств вели тайные переговоры о разделе Османской империи. Тогда шла Первая мировая война. Рушилось старое. В муках создавалось новое. Соглашение Сайкса-Пико (его еще называют соглашением о Малой Азии) стало предвестником этих изменений.
Кто хозяин ситуации в Сирии?
Но только ли из-за круглой даты надо ворошить прошлое? В последнее время иностранцы, размышляя о "прощании с эпохой Сайкса-Пико", все чаще упоминают в этом контексте Россию. Смысл этих рассуждений сводится к тому, что границы на Ближнем Востоке изменятся, но теперь эти перемены уже не смогут произойти без участия России, где президент Владимир Путин показал, кто "хозяин ситуации в Сирии".
Британский Королевский институт международных отношений (знаменитый "Четэм-хаус") цитирует историка Шон МакМикина, занимающегося периодом Первой мировой войны, по мнению которого, "Путин на Ближнем Востоке продолжает дело русских царей". Эксперт напоминает, что и в начале XX века, и сегодня Россия укрепляла свое влияние в регионе и заставляла с собой считаться.
Этот и другие специалисты считают, что, "если бы не произошла коммунистическая революция, договоренности по разделу Азиатской Турции вполне могли называться бы соглашением Сазонова-Сайкса-Пико". Министр иностранных дел царской России Сергей Сазонов в 1915 — 1916 годах тоже работал над этими дипломатическими нотами и протоколами, добиваясь в них изменений. В марте 1916 года на встречу с ним в Петроград даже пожаловали господа Сайкс и Пико.
России отдавали Стамбул, и не только
Этому визиту предшествовали долгие переговоры Сазонова с дипломатами из Франции и Великобритании, с их послами в Петрограде и главами МИД. Советский историк Григорий Львович Бондаревский, один из моих наставников, в свое время изложил суть англо-франко-русского соглашения, достигнутого годом ранее, весной 1915 года.
Работая в архивах, он обнаружил, что Англия и Франция готовы были согласиться "на присоединение Константинополя (Стамбула) и проливов Босфор и Дарданеллы к Российской империи, а также примыкающих к ним районов европейской и азиатской части Турции", которая была союзницей Германии в Первой мировой войне.
Были и предложения о придании Константинополю международного статуса. Тогда же поднимался вопрос и о новом разделе Персии.
Себя англичане и французы никоим образом не обделили. Марк Сайкс и Франсуа Жорж-Пико в договоренностях о разделе Азиатской Турции определили пять зон. Синяя — для Франции, красная — для Англии, коричневая предлагалась для международного управления (например, территория Палестины, но позже эти планы изменились). Еще две обозначались буквами "А" и "Б".
В соглашении оговаривалось, кто и какие порты будет контролировать в Средиземном и Красном морях, в Персидском заливе. Кто и где будет строить железные и другие дороги.
Территории нынешних Ирака, Сирии, Ливана, Иордании и других государств делились на зоны влияния, где державы-победительницы позволяли себе безраздельное правление, хотя местным арабам до этого была обещана независимость.
Сайкс и Пико приехали в Петроград из-за взятия Эрзерума
Чем успешнее действовало то или иное государство на восточном фронте, тем серьезнее становились его притязания. Так, поначалу условия диктовали французы, в военной помощи которых нуждались англичане. Итальянцы подозревали о соглашении, но свой кусок пирога получили только после того, как объявили войну Германии.
К России союзники вновь прибежали тогда, когда русская армия к весне 1916 года заняла турецкий Эрзерум и другие пункты, приблизившись к территориям, населенным арабскими племенами. Вот поэтому-то в начале марта 1916 года Сайкс и Жорж-Пико появились в Петрограде, где встретились с Сазоновым.
Доводы нашего дипломата подкрепляли успехи российской армии. Аргументы были тем понятнее, чем сильнее грохотали пушки.
После революции 1917 года и начавшейся гражданской войны о доли России союзники уже не вспоминали. К тому же советские комиссары разгласили пункты соглашения. И тогда англичане объявили соглашение Сайкса-Пико недействительным, сославшись на "выбытие одного из участников", то есть России.
Более поздние договоренности о разделе арабских территорий были выгоднее уже англичанам (под свое управление они получили еще Палестину и провинцию Мосул в Ираке), хотя французы тоже сохранили важные приобретения.
В чей гроб грозился вбить гвоздь халиф аль-Багдади
Так что не соглашение Сайкса-Пико, как мы видим, определило нынешние границы на Ближнем Востоке. Они утрясались на протяжении нескольких лет, а то и десятка лет.
Последовали другие встречи и договоренности, пик которых пришелся на двадцатые годы: в Сан-Ремо, в Севре, в Лозанне. Поэтому когда говорят, что сегодня на Ближнем Востоке рушатся границы, установленные соглашением Сайкса-Пико, то допускают натяжку.
И, тем не менее, в связи с границами на Ближнем Востоке чаще всего вспоминается все-таки это соглашение. Дошло до того, что даже террористы объявили этот документ своим кровным врагом. Поскольку их цель — уничтожение границ и объединение нескольких территорий (тех же Ирака и Сирии) в едином халифате.
В июле 2014 года, выступая в городской мечети Мосула вскоре после взятия этого города, лидер террористической группировки ДАИШ (она же ИГ, запрещена в России) Абу Бакр аль-Багдади объявил: "Нас не остановить, пока мы не вобьем последний гвоздь в гроб соглашения Сайкса-Пико".
Это соглашение стало символом, который вобрал в себя многое: и искусственность границ в регионе, и их зыбкость, причем какую-то странную, как обманчивые пески Аравии. Ведь, как ни крути, но все же сто лет это просуществовало. Когда говорят про соглашение Сайкса-Пико, подразумевают и то, как бесцеремонно ведущие западные державы расправились с наследством Османской империи, поделив ее в своих интересах и проигнорировав местное население.
Сайкса погубила "испанка", а Сазонова — революция
Рассказывая о соглашении, нельзя не сказать несколько слов о судьбе его составителей. Франсуа Жорж-Пико успешно работал дипломатом, много работал на Ближнем Востоке, потом был послом в Аргентине, дожил до 80 лет.
Марку Сайксу не повезло. Ему было 40, его карьера была на взлете, и он планировал новую книгу о Ближнем Востоке, когда отправился на корабле из Сирии в Европу, чтобы в январе 1919 года принять участие в Парижской международной мирной конференции по итогам войны. То ли в дороге, то ли уже во французской столице, но где-то он подхватил "испанку", тяжелый грипп, от которого только в 1919 году умерло 50 миллионов человек.
Сайкс умер в парижском отеле в феврале 1919 года. В 2007 году ученые-вирусологи выпросили у его потомков разрешение на вскрытие свинцового гроба, чтобы поработать с наверняка сохранившимся вирусом и подобрать лекарства на случай повторения эпидемии.
Сергей Сазонов представлял во Франции Совет по внешней политике русского белого движения. На той же мирной конференции он хотел выступить от имени России с докладом, но союзники отказали, объявив, что единого правительства в этой стране пока нет, а значит, и делегации быть не может. Сазонов умер в Ницце в 1927 году в возрасте 67 лет. А разработанные с его участием протоколы так и не стали называться соглашением Сазонова-Сайкса-Пико.
Новое дело для министра Лаврова
Сейчас звучат предложения это исправить. "Российский министр Сергей Лавров, который в свое свободное время иногда рисует в стиле импрессионистов, тоже знает, что границы современного Ближнего Востока исчезли", — пишет один из авторов серьезной арабской газеты "Аш-Шарк аль-Авсат" Мустафа Фахас. По его мнению, "министр не скрывает, что Россия возвращается на Ближний Восток, чтобы нарисовать там новую карту".
"Но для этого Лавров должен найти международных партнеров, как в свое время Сазонов нашел Сайкса и Пико", — предлагает Фахас. Только вот Сазонов в силу не зависящих от него обстоятельств не смог закрепить свои успехи на практике. В 1917 году не стало той России, которой он верно служил. "Лавров, — излагает свои мысли араб, — должен реабилитировать дело Сазонова".
Что бы ни думал про это сам Сергей Лавров, но за рубежом многие так воспринимают действия России в Сирии.
Недавно наткнулась на фразу одного из западных журналистов о том, что "Путин положил конец безраздельному хозяйничанью Запада на Ближнем Востоке в последние годы. И тем самым завершил эпоху Сайкса-Пико, прокладывая путь к новому этапу".
Елена Супонина, политический обозреватель, востоковед, специально для РИА Новости
Как Антанта недоделила Турцию
Сто лет тайному соглашению Сайкса — Пико, разделившему Турцию
Сто лет назад Британия, Франция и Россия тайно поделили Османскую империю, отхватив себе по куску ее территории. Почему Россия отказалась от Западной Армении и как закладывались причины сегодняшних конфликтов на Ближнем Востоке, рассуждает старший научный сотрудник ИМЭМО РАН, кандидат философских наук Виктор Надеин-Раевский.
В разгар Первой мировой войны державы Антанты, которые составляли костяк «Сердечного союза», — Великобритания, Франция и Россия приступили к решению вопроса о дальнейшей судьбе территорий, входивших в состав Османской империи. От России союзники требовали признания притязаний Англии и Франции на территории империи, населенные арабами, взамен признания российских претензий на Константинополь и проливы.
К тому времени французские войска воевали на территории современной Сирии, а английские — в районе территории современного Ирака. Тогда, конечно, эти турецкие на тот момент территории назывались по-другому, а сами современные границы в основном были определены лишь после Первой мировой войны. Только что потерпела неудачу попытка захвата Дарданелл, где высадка союзников началась еще 18 марта 1915 года. Началась она с обстрела турецких позиций в проливах с кораблей Антанты. 25 апреля 1915 года был высажен десант в районе Чанаккале. Позиции османской армии и береговые укрепления были разведаны недостаточно, и десант союзников столкнулся с ожесточенным сопротивлением турок. Потери были велики, была потеряна треть союзного флота, и бои затянулись на многие месяцы. В рядах союзников воевали не только солдаты метрополий, но и военнослужащие из Австралии, Новой Зеландии. С турецкой стороны в боях, кстати, проявил себя будущий вождь Турецкой Республики Кемаль Ататюрк. В сражениях принимала участие и Россия.
Российский крейсер «Аскольд» в районе Чанаккале успешно подавил турецкие артиллерийские позиции, а российский десант сумел высадиться на берегу, что облегчило высадку французов.
Поручик, руководивший десантом, получил орден Святого Георгия, французы наградили его орденом Почетного легиона, англичане — орденом Королевы Виктории.
Территория Османской империи представлялась союзникам основной наградой за проведенные операции и потраченные средства. Напомним, что в течение всего XIX века Османскую империю называли «больным человеком Европы» и будущие победители не собирались сохранять это государство в его прежнем виде. Союзники османов, напротив, обещали поддержать их. Более того, немцы обещали туркам не просто сохранить их империю, но и поддержать турецкие устремления на Восток, на захват российских территорий, чтобы реализовать идею пантюркизма — присоединить территории, населенные другими тюркскими народами, и создать огромную империю Великий Туран.
Собственно, уже тогда турки переориентировались на турецкий национализм в самой агрессивной форме и отказались от панисламизма, на основе которого пытались объединить распадающуюся империю. Панисламизм не сработал. Арабские территории стремились к созданию независимого арабского государства, происходили постоянные восстания, желания жить в одной империи арабы не проявляли. Поэтому нынешние попытки уходящего премьер-министра Турции Ахмета Давутоглу воскресить так называемый неоосманизм выглядят нелепо. Турки уверены, что их владычество в течение нескольких столетий было благом для подвластных народов.
Однако для арабов само слово «османский» звучит оскорбительно.
Арабы принимали участие в боевых действиях на стороне Антанты, а Хусейну бен Али, шерифу Мекки, Антанта обещала создание независимого арабского государства. Но одно дело — обещать, другое — жениться.
Секретные переговоры о будущем Османской империи велись с 1915 года. В результате между Британией и Францией было заключено секретное соглашение, которое разрабатывалось британским и французским дипломатами Марком Сайксом и Франсуа Жорж-Пико, в соответствии с которым Османская империя была поделена между тремя союзными державами. За Россией закреплялись Босфор и Дарданеллы, Турецкая Армения, часть Курдистана и часть побережья Черного моря, Карс, Ардаган, Эрзрум, Трабзон, вилайет Ван — достаточно большая территория, но меньше, чем у англичан и французов.
За французами закреплялись нынешняя Сирия, Ливан. Сложнее обстояло дело с Мосулом, на который также претендовала Франция. Англичане уступили, но позже вопрос был поднят вновь, и в конечном итоге уже после окончания Первой мировой Мосул был закреплен за Англией. В то время там уже добывали нефть, а в жидком топливе появилась потребность с появлением автомобилей.
Позже к разделу османских территорий присоединилась Италия, которой выделили кусок на юге современной Турции. Были определенные условия по судьбе Багдадской железной дороги: французы получали свой участок, англичане — свой.
Принципиально важно то, что соглашение было секретным и не подлежало огласке.
России надлежало утвердить некоторые изменения, которые в него вносились, чего сделано не было из-за последовавшей революции. После прихода к власти большевиков ситуация изменилась кардинально. В ноябре 1917 года большевистское правительство выступило против секретных договоров. Текст соглашения был опубликован, а сам договор охарактеризован как «империалистический сговор» за спиной народов, проявление политики аннексий, контрибуций и т.д. Это был конфуз для союзных держав.
Выяснилось, что Антанта не собиралась выполнять обещаний арабам по созданию арабского государства вопреки соглашению с шерифом Мекки Хусейном.
Британия и Франция стали отрицать, что такое соглашение вообще было.
И лишь позже, когда дело дошло до получения мандата Лиги наций на управление территориями бывшей империи, союзники признали, что соглашение все-таки было заключено.
К тому времени ситуация изменилась принципиально. Если царское правительство претендовало на территории, в том числе Западной Армении, то большевистское правительство категорически отвергало этот «империалистический раздел мира» и считало главным путем развития человечества отказ от войны, аннексий и контрибуций через конечную победу социалистической революции. Таким образом большевики пытались реализовывать троцкистскую идею мировой революции.
Турция представлялась «мостом революции на Восток», а вождь турецкой революции Мустафа Кемаль — важным союзником по реализации этой программы.
Большевики не просто отказывались от раздела Турции. Был разрушен Кавказский фронт, демобилизована армия, а добровольческие отряды армян остались лицом к лицу с турецкой армией. Поскольку Россия выбыла из войны, она перестала быть участником соглашения держав Антанты. Отметим, что эти соглашения послужили основой для будущего раздела остатков османской территории — нынешней Сирии, Ирака, Иордании, Ливана, Израиля, саудоаравийцы тоже получили полунезависимый статус.
Часто встает вопрос, почему границы, в соответствии с соглашением, были обозначены прямыми линиями? Во-первых, соглашение было заключено за спиной арабов, которым обещали независимость, но не дали. Это исторический факт, нормальный империалистический обман, а в осуждении этой политики большевики были правы. Тогда в расчет интересы народов и особенности территорий не принимались. Во-вторых, часть этих территорий заселена крайне слабо: жаркий климат, недостаток воды, пустыни, пыльные бури… Кстати, кроме Тигра и Евфрата здесь нет рек, по которым часто проводятся границы государств.
Казалось бы, соглашение на практике не было реализовано. Однако именно оно послужило основой для дальнейшего раздела этой части суши. Мандат Лиги наций на управление частью этих территорий был дан Франции и Великобритании. США предлагался мандат на Турецкую Армению и Курдистан. Но конгресс США отказался от мандата, посчитав его невыгодным. Американцы умеют считать деньги!
Они поняли, что после геноцида армян остались разграбленные армянские, ассирийские и греческие поселения, обнищавшие территории, в восстановление которых придется вкладывать деньги.
Границы современной Турции были провозглашены «Национальным обетом», принятым турецким парламентом, который отказался подчиняться воле великих держав. Эти территории в основном и входят сейчас в границы современной Турции, за исключением Искендеруна (бывшей Александретты), который не был тогда в составе Турции.
Турки захватили его в 1939 году в результате мошеннического референдума, когда для «голосования» на эту землю прибыли десятки тысяч этнических турок.
Это бывшая сирийская территория — Государство Хатай, — где примерно 40% населения составляли туркоманы. В Западной Армении на то время вместе с русскими войсками воевали бригады, сформированные из армянских добровольцев. Сначала это были батальоны, армяне указывают их численность в 12 тыс. человек. И когда после развала Кавказского фронта началось турецкое наступление, они долго не могли остановить противника, пока не отступили до Сардарапата (ныне Армавир). Только там удалось нанести туркам поражение, в результате чего армяне сохранили часть территории и свою государственность. В одиночку армянская армия не смогла отвоевать захваченную турками территорию даже у разваливающейся турецкой армии. Слишком много армян было уничтожено, считается, что все мужское население, наиболее боеспособная его часть, было мобилизовано в османскую армию, затем разоружено и расстреляно во время геноцида армян в 1915 году.
Безусловно, соглашение Сайкса — Пико, заключенное сто лет назад, заложило противоречия, вылившиеся в последовавшие конфликты, которые мы до сих пор наблюдаем в этом регионе. Потому что раздел проходил не по территориям проживания народов — этническим и религиозным особенностям, — а в соответствии с аппетитами великих держав. Если бы учитывалась этническая карта региона, сегодня мы имели бы совсем другую картину. Не учитывались интересы ни армян, ни курдов. У меня нет уверенности, что интересы армян значили слишком много для Великобритании и Франции. А Россия на это тоже смотрела спокойно — приютила армянских беженцев, но ни о каком создании армянского государства в императорской России речи не шло.
Более того, в надежде на продолжение социалистической революции большевики передали туркам даже армянские и грузинские территории, входившие ранее в состав Российской империи.
Кемалисты получили 10 млн руб. золотом, десятки орудий, сотни пулеметов, тысячи единиц стрелкового оружия, что позволило одержать победу над греческими войсками, а затем и выселить греков с исторической родины. Таким образом, турки получили главный приз — армянские, греческие и ассирийские территории и огромную собственность уничтоженных народов, на которой позже и выстроился турецкий капитализм после «тюркизации», то есть присвоения этой собственности. И это несмотря на то, что геноцид был осужден трибуналами 1919 года в Стамбуле и других регионах бывшей империи.
Когда решался вопрос о территории Армении, американский президент Вудро Вильсон выступал в качестве арбитра при определении будущих границ. Арбитраж американского президента — очень важный шаг, однако решения арбитража выполнены не были.
На Арабском Ближнем Востоке, среди курдов, соглашение Сайкса — Пико вспоминают куда чаще, чем на Западе, потому что оно было заложено в Севрский договор, на основе которого позднее великие державы получили мандаты на управление этими территориями.
Именно этот договор определил современные границы арабских государств.
При этом были полностью проигнорированы курды, так и не получившие своей государственности. Современная война в Турецком Курдистане, противоречия между арабами и курдами в Ираке — все это последствия тогдашнего раздела «османского наследства». Именно это и заставляет нас вспоминать историю и тайное соглашение Сайкса — Пико, подписание которого датируется 16 мая 1916 года.
Записал Павел Котляр
![Главное](/images/star.png)
В сетях архаики
Пять стратегических векторов конфликта в Сирии
Дмитрий Евстафьев – кандидат политических наук, профессор департамента интегрированных коммуникаций факультета коммуникаций, медиа и дизайна Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».
Резюме Сирийский конфликт показал возможность глубокой виртуализации политики и создания устойчивых сконструированных сущностей, бытующих исключительно в коммуникационном пространстве. Наиболее примечательной из них оказалась «умеренная оппозиция».
Междуречье Тигра и Евфрата и Большой Левант, а говоря современным языком, территория Сирии, Ливана и Ирака – почти идеальное место, где можно наблюдать проявление основных противоречий современного мира. Ряд немедленных последствий конфликта очевидны, как и то, что отсутствует полноценная кооперативная база для стратегического взаимодействия ключевых государств. Это, правда, не исключает определенного, хотя и ограниченного сотрудничества не только на военном этапе, но и в процессе политического и социально-экономического воссоздания.
Конфликт выявил несколько долгосрочных векторов развития, эффект которых пока в полной мере не ясен, но они, безусловно, имеют как минимум среднесрочный характер и могут начать определять политические процессы не только на Ближнем и Среднем Востоке.
Вектор 1. Сочетание этно-религиозных, политических и экономических факторов
Конфликт в Сирии вряд ли можно назвать цивилизационным в чистом виде, хотя возникший разлом имеет очень глубокий характер. Есть классические цивилизационные идентификаторы, которые Сэмюэл Хантингтон формулировал на основе этно-религиозных и культурно-поведенческих отличий, они находят подтверждения в длительной исторической перспективе. Но в данном случае проявился и ряд специфических аспектов дестабилизации, которые невозможно свести ни к национальным, ни к этническим.
Даже в самой широкой трактовке «национального» оно утрачивает значение решающего фактора размежевания. Управление такого рода конфликтами существенно осложняется, ведь сердцевиной всегда являлось национальное государство и его институты, пусть и по-разному понимаемые. Но кроме процессов, обусловленных невозможностью и далее сохранять национальные государства в рамках колониальной эпохи (Ирак, Сирия, Иордания, да и Ливия – классические примеры), наметилась перспектива передела пространства ради получения экономических выгод. То есть фактор этно-конфессиональной напряженности все больше воздействует на систему международных отношений, но дополняется экономически мотивированной дестабилизацией. На фоне торможения глобализации и в условиях кризиса стратегий догоняющего развития это особенно бросается в глаза.
Многогранный характер разломов и их последствий – главный стратегический вектор развития мира. Сирия – первый очаг конфликта, где это явственно проявилось, хотя пока и в ограниченной степени. Страна не играет важной роли в мировой экономике и остается второстепенным элементом логистической системы. Столкновение интересов будет куда ожесточеннее, если в его центре окажутся территории, более значимые с точки зрения всеобщих экономических потоков.
Традиционные транспортные и инфраструктурные коридоры и объекты, имеющие глобальное или трансрегиональное значение, давно находятся либо в «белой зоне» взаимоотношений мировых держав (регулируются юридически обязывающими соглашениями), либо хотя бы в «серой» (неформальные договоренности). Пример первого рода – знаменитая «конвенция Монтрё», которую стараются соблюдать даже в периоды максимального обострения отношений (как, например, в ходе нынешнего украинского кризиса или российско-грузинской войны). Пример второго рода – режим судоходства в Гибралтаре, Баб-эль-Мандебском проливе и некоторых других специфических регионах мира.
Однако новые логистические направления, возникающие в ходе перекройки карты мира, попадают в зону неопределенности – и правовой, и политической. Один из наиболее острых вопросов проекта «Экономический пояс Шелкового пути» – стандарты, которыми он будет регулироваться. Стремление КНР построить коридор исключительно на национальных нормах и принципах едва ли вызовет энтузиазм остальных участников. Можно не сомневаться, что тема правил игры возникнет и в связи с такими перспективными логистическими пространствами, как Никарагуанский канал и Северный морской путь (даже несмотря на то, что российский суверенитет над ним пока никто не оспаривает).
Вектор 2. Столкновение сетевой структуры и иерархичности
Девяностые годы XX века были отмечены бурным ростом интереса к сетевым структурам. Считалось, что они эффективнее иерархических, более адаптивны, да и вообще идут на смену прежним моделям управления. Концепция и политическая практика «цветных революций» заключалась в подрыве иерархической конструкции (государства) за счет гибкости и мобильности сетевых образований. Сетевое глобальное пространство, которое, как казалось, заменит скучное господство иерархии, виделось миром транснациональных компаний. Сами по себе они, безусловно, иерархические, но, становясь действующими лицами глобального сообщества, стимулируют переход процессов социально-экономической глобализации в сетевую форму.
Интересно, что на этапе зрелой глобализации (конец 1990-х гг. и нулевые) ТНК нормально уживались и даже взаимодействовали с транснациональными неправительственными организациями, хотя последние, как правило, объявляли себя борцами против засилья глобального бизнеса. Например, значительная часть мирового экологического движения деликатно смолчала по поводу сланцевой нефте- и газодобычи. Или, скажем, первоначально антиглобалистски настроенное «Движение за справедливую цену» сейчас активно используется крупнейшими глобальными корпорациями (тем же «Старбаксом») в маркетинговых целях. То есть чисто теоретически существовала возможность симфонии между ними, равно как и вероятность возникновения сетевого универсума, в котором государственная принадлежность индивида была бы вторичной по сравнению с его принадлежностью к той или иной сети.
Принято констатировать, что «сетевики» уступили в конкуренции с «иерархами», поскольку национальное государство сохранилось в качестве базовой единицы системы международных отношений. На деле ситуация далеко не так однозначна. Противоборство продолжается, и конфликт в Сирии и Ираке дал ему новый импульс.
Однако сетевыми структурами, в наибольшей степени освоившими механизмы глобализации, оказались радикально-религиозные сообщества, глобальный криминал и террористический интернационал. Собственно, рост их влияния в последние пять-семь лет, вероятно, можно связать с тем, что в условиях явного торможения глобализации (прежде всего социальной и социально-экономической) сетевые структуры действительно проявили больше операционной гибкости и воспользовались возможностями передела геополитического пространства и ключевых финансовых потоков.
Сирийский конфликт доказал способность сетевых структур оказывать социальные услуги в подконтрольных им районах. Неформальные группы занимались этим и раньше, порой более успешно, нежели государство. Однако и ХАМАС в секторе Газа, и «Хезболла» на юге Ливана действовали скорее как обычные иерархии, которые подменили собой государство на контролируемой территории. А вот ИГИЛ в Ракке и Дамаске, и «Джабхат ан-Нусра» в Алеппо и Идлибе (обе организации запрещены в России. – Ред.) оставались однозначно сетевыми.
Другой вопрос, что сетям ни разу не удавалось удержать власть. Более того, для «сетевиков» принципиальной задачей был не столько разгром иерархической структуры того или иного государства, сколько врастание в нее и превращение себя в подобие власти, то есть иерархии. Где-то это получалось (Сербия, Тунис, Грузия), где-то нет (Египет), где-то приводило к тяжелой долгосрочной дестабилизации (Украина). Но модель проникновения сетевого элемента в иерархическую конструкцию везде по сути одна и та же. В Сирии впервые в новейшей истории столкнулись чисто сетевая структура (ИГИЛ) и классическое, хотя и «сложносочиненное» государство. ИГИЛ, рожденное именно как сеть и остававшееся ею на протяжении большей части конфликта, ставило задачей разрушение государства как такового. Попытки обозначить собственную иерархичность (государственность) не оказали заметного воздействия ни на ход боевых действий, ни на концептуальную и идеологическую составляющие радикал-исламистского сообщества. Более того, сетевой характер организации исламистского пространства в Сирии и Ираке сохраняется, несмотря на угрозу военного поражения.
Интересно, что сетевой, по сути, характер постмайданной государственности не преодолен и на Украине, несмотря на жесткий нажим извне. В том, что Киеву следует вернуться к иерархичности в политике и сфере применения насилия (в частности, ликвидировать силовое крыло сетевой государственности – т.н. добровольческие батальоны), были едины и США, и Россия, и ЕС, и ОБСЕ. По мере ослабевания внешнего политического контроля над украинской политикой сетевой характер государственности имеет тенденцию к воспроизводству.
Показательно и то, как концепция «русского мира» все больше становится антиподом российской государственности. Она оказывается направлена против государственных институтов, которые представляются слишком косными, неспособными к динамическому расширению и в недостаточной степени отражающими «народность».
Ключевой вопрос, который питает противоречие между иерархическими и сетевыми моделями управления, – способность классического для XIX–XX столетий национального или многонационального государства с доминирующим этносом обеспечивать эффективную обратную связь между политическими институтами и обществом. Второй по значимости вопрос – насколько верхушка может «эмансипироваться» от общественных настроений. История гражданской войны в Сирии и судьба политической элиты во главе с Башаром Асадом преподала немало уроков. По мере того как нарастал «дефицит реакции» верхов на мнение общества, вакуум заполнялся именно сетевыми структурами. А они, похоже, обеспечивают большее «пространство соприкосновения» с обществом.
Попытки начать государственное строительство в Сирии «с нуля», как фактически предлагают США и Запад (демонтаж модели, центром которой являются алавиты), значат, что «новая сирийская государственность» станет возводиться в прямой конкуренции с сетевыми образцами «псевдогосударственности» ИГИЛ и «Джебхат ан-Нусры», международно признанных террористов. Предложение Москвы сохранить «асадовскую оболочку», наполняя ее новым содержанием, выглядят куда более стратегически осмысленно.
По сути, мы имели первый опыт наблюдений за усилиями по институционализации сетевой государственности. Впервые в качестве основы для государственного строительства востребована антисистемная идеология.
Сетевой вызов, вероятно, будет острым и для ислама как наиболее активно развивающейся идеологической системы современности. В какой-то степени это естественно для религии, в которой фактически нет клира как иерархической структуры, поэтому считалось, что прецедент уникален, его невозможно перенести на другие цивилизационные модели. Теперь, однако, речь идет о сетевизации управления насилием, порождаемого идеологией, которая использует исламскую оболочку, но наполняет ее иным содержанием. И это вполне применимо и за пределами ислама, во всяком случае в его классической трактовке.
Вектор 3. Стратегическое противостояние монополярности и полицентричности
Концепция многополярности при всей активной теоретической проработке и информационной подпитке, прежде всего со стороны Китая и спонсируемых им научных кругов, пока практического воплощения не получила. Более того, ни ЕС, ни КНР как потенциальные полюсы силы не смогли конвертировать свое преимущество по определенным типам ресурсов (нормативная и «мягкая» сила в случае Евросоюза и экономическая мощь в случае Китая) в новый геополитический статус. Пекин сделал ставку на врастание в биполярность через глобальную экономику и отказался от возможности бороться за статус второго полюса. Конкуренция с США проявляется скорее в формировании региональных коалиций, разных по составу, целям и задачам, которые невозможно в полной мере перенести в другие части мира.
Предпринята попытка утверждения как минимум двух новых центров силы – Турции и Саудовской Аравии, которые ставят геополитические цели, превышающие их собственный ресурс. В возникшую ситуацию вмешался Иран, который также хотел реализовать как экономическую, так и прежде всего политическую составляющую своего потенциала центра силы. Несмотря на локальность применения силовых инструментов, последствия того, что новые центры стимулировали вооруженные конфликты, выходили далеко за рамки большого Ближнего Востока.
Особенно это видно на примере Турции, которая интенсивно пыталась реализовывать уже не столько политическую или экономическую, сколько геополитическую программу неоосманизма. Схожую политику – естественно, с учетом возможностей и реальных условий – проводят другие страны: Польша, Индия, Бразилия, а в недалекой перспективе при условии стабилизации экономической ситуации, вероятно, к ним могут присоединиться Индонезия, Египет. Саудовская Аравия уже способна сформировать собственную коалицию на основе клиентских отношений с рядом арабских и африканских государств. Возникают полноценные субсистемы зависимости, обладающие собственной логикой развития. На этом фоне государства полузабытой «оси зла» выглядят почти безопасно, поскольку ни одно из них не обладало возможностями для существенного изменения международной системы.
Москва работает в этой парадигме, реализуя на локальном пространстве свое преимущество в отдельных видах мощи. Естественно, потенциал России существенно больше, нежели у обычного центра силы. И она также пытается действовать в логике создания собственной субсистемы союзнических связей, хотя это пока получается политически неэффективно, а экономически – затратно.
С другой стороны, выявилась группа стран, которые, обладая возможностями для более «самостоятельного плавания», заинтересованы в сохранении системы и ключевых тенденций глобализации. Это прежде всего государства, которые встраиваются в новые институты американоцентричной архитектуры – Транстихоокеанское партнерство или Трансатлантическое торговое и инвестиционное партнерство. Ряд значимых потенциальных центров, например, Вьетнам, Южная Корея, Германия, продемонстрировали стремление остаться в рамках классических форматов глобализации, использовав монополярность в своих национальных интересах. И это важная тенденция, подтверждающая гипотезу о нелинейности, разнонаправленности геополитических процессов.
Главная проблема современной американской политики заключается в стратегической неспособности обеспечить управление амбициями ключевых игроков и встроить их в систему глобальной монополярности. Именно растерянность перед полицентричностью вызвала к жизни так повеселивший мировую общественность набор угроз глобальной безопасности, который вполне серьезно изложил Барак Обама в своем выступлении в ООН (Россия, Эбола, ИГИЛ).
Можно отчасти согласиться с мнением ряда специалистов о том, что американский военный активизм нулевых и десятых годов ознаменовал кризис однополярности. Основанную на ней систему уже нельзя было поддерживать в сбалансированном состоянии без прямого силового воздействия.
В мире тормозящей глобализации моделью для потенциальных центров силы стало не только вхождение в те или иные экономические системы, но прежде всего наращивание военных возможностей. Вероятно, справедливы прогнозы относительно медленного, а главное – асимметричного размывания монополярности. Это происходит и на качественном уровне – утрата Соединенными Штатами превосходства в компонентах национальной мощи, и на региональном – потеря Вашингтоном доминирующего положения в конкретных регионах мира. Отмирание монополярности – если, конечно, не произойдет значимых событий, которые развернут этот тренд или катализируют его – не будет носить характер одномоментного обвала, смены модели.
США, скорее всего, упустили время для корректировки глобальных институтов, чтобы они отвечали вызовам новой эпохи. Шаги в этом направлении сделаны – например, изменение системы квот в МВФ в пользу стран БРИКС. Но ситуация уже приобрела ярко выраженную силовую окраску, и эффект частичного экономического умиротворения существенно ниже, чем он мог бы быть в других условиях. Виной тому, вероятно, фиксация нового статуса военной силы и политической воли ее применять, продемонстрированная в ходе конфликта в Сирии и Ираке и не только там. Действия КНДР, целевой аудиторией которых были все же не Соединенные Штаты, а Китай и Япония, не менее показательны и подтверждают гипотезу о том, что в формирующейся системе международных отношений военно-силовой потенциал легко монетизируется.
Вектор 4. Столкновение высоких технологий и архаики в военной сфере
Как показала операция российских ВКС в Сирии, наличие высокотехнологичных вооружений последних поколений (ракеты «Калибр», высокоточное оружие воздушного базирования) не дало абсолютного преимущества сирийской армии на поле боя, хотя и обеспечило благоприятную ситуацию по двум важным показателям. С одной стороны, применение именно высокоточного оружия позволило избежать неблагоприятных гуманитарных последствий, которые были бы для России весьма чувствительными. С другой – дало возможность сравнительно быстро восстановить паритет в управлении войсками между сирийской правительственной армией и боевиками.
Однако в дальнейшем военно-технологическое превосходство перестало быть решающим. Более того, российские ВКС перешли к широкому использованию классических, можно сказать, пред-высокоточных боеприпасов (например, с самолетов Ту-22М3), и это не сказалось негативно на качестве воздушно-огневой поддержки. Зачастую общая интенсивность боевых действий была важнее. Это так, даже если отрешиться от вопроса о стоимости-эффективности применения различных видов вооружения, что в условиях нетотального конфликта является одним из важнейших факторов.
Еще более показательна относительно низкая эффективность боевых действий «западной коалиции», которая почти исключительно использовала высокотехнологичные вооружения и добилась лишь имитационных результатов, фактически проиграв ИГИЛ на поле боя.
Правомерны сомнения во всей методологии расчета субстратегического баланса сил, на которой зиждется утверждение о безусловной американской военно-силовой гегемонии. В ее основе, мол, непревзойденная мобильность вооруженных сил, дополненная преимуществом в высокотехнологичном вооружении. Но если военно-техническое превосходство не дает решающего превосходства даже в асимметричных конфликтах (с заведомо более слабыми противниками), насколько вообще надежна основа военно-силовой монополярности?
Конфликт в Сирии и Ираке показал, насколько ограничен потенциал высокотехнологичных воздушно-наземных операций, если он не сопровождается действиями сухопутных войск или их дееспособного суррогата. Например, частных охранных компаний или подразделений добровольцев, ополчений, которые будут фронтально противостоять противнику, получая воздушную поддержку в виде качественного, но не решающего бонуса. Особенно если боевые действия выходят за рамки классического для биполярного мира квазиколониального конфликта.
Под вопросом вся концепция технологизации боя как единственной основы военного доминирования Севера в условиях демографического и ресурсного превалирования Юга. Именно такой взгляд преобладал после холодной войны. Первые сомнения в правильности «качественной асимметрии» как подхода к ведению боевых действий возникли в ходе «Второй ливанской войны» 2006 г. – операции израильской армии (ЦАХАЛ) против подразделения «Хезболлы» и ее союзников в Ливане. Тотальное технологическое преимущество израильтян не позволило им добиться безоговорочных результатов на поле боя, а соотношение потерь оказалось неблагоприятным. Однако тогда это обстоятельство восприняли как разовый «сбой эффективности».
Важно изучать формы и методы участия разных государств в сирийском конфликте. Наиболее интересный пример – Иран, который создал и продемонстрировал в Сирии, кажется, самую гибкую из апробированных в военных конфликтах последних лет систему силовых инструментов. Иран обкатал и классические военные подразделения, и возможности военных советников (хотя эффект их деятельности, вероятно, более спорный), и подразделения внутренней безопасности (кстати, опыт участия КСИР именно в локальном конфликте может оказаться востребованным в дальнейшем), и полувоенные аффилированные подразделения («Хезболла», причем как ливанская, так, вероятно, и иранская), и внешне самостоятельные подразделения «шиитских добровольцев». Иран испробовал военный потенциал на любой вкус, исходя из максимально широкого спектра потенциальных вооруженных конфликтов, которые могут затронуть его интересы. Конечно, Тегерану есть над чем работать, но у его потенциальных оппонентов в регионе или нет и такого опыта, или имеется опыт скорее негативный, как, например, у Саудовской Аравии в Йемене.
Вектор 5. Усложняющееся взаимодействие социальной реальности и «информационного общества»
Сирийский конфликт показал пример глубокой виртуализации политики (даже ее силовой составляющей) и создания устойчивых сконструированных сущностей исключительно для коммуникационного пространства. Наиболее примечательна «умеренная оппозиция». Появление этого понятия и признание ее в качестве важнейшего элемента конфликта показывает глубину манипулятивных возможностей информационного общества, построенного на принципах интегрированных коммуникаций. Но есть и другая сторона вопроса.
Исламистские структуры сравнительно легко осваивают новейшие формы манипуляций. Информационное общество прорастает в архаизированные социальные структуры, последние же берут на вооружение новейшие технологии. Следствием становится глобализация архаических социальных укладов и поведенческих парадигм.
Этот феномен имеет отложенный эффект, который, впрочем, может со временем оказаться едва ли не самым значимым. События сорока лет показали высокий темп архаизации обществ во всем мире. Формальной отправной точкой, вероятно, стоит считать череду потрясений: начало радикального исламского противодействия центральной власти в Афганистане при Мухаммаде Дауде (1976–1977 гг.), «хлебные бунты» в Египте (1977 г.), показавшие силу архаических социальных институтов во вроде бы модернистских городах, исламистское восстание в сирийском Алеппо (1979 г.), Исламская революция в Иране (1978–1979 гг.). Окончательной легитимацией этих процессов можно считать референдум об исламском устройстве Пакистана, проведенный президентом-автократом Зия-уль-Хаком. Он знаменовал не просто откат в прошлое, а признание новой стратегической модели развития общества, всерьез претендовавшего до этого на промышленную модернизацию.
Но все подобные проявления воспринимались преимущественно как нечто, касающееся развивающегося мира. Ирак, Афганистан, Пакистан, Ливия, Нигерия, отчасти даже Египет превратились из относительно модернистских обществ в архаические не только по форме, но и по сути. Архаизацию удалось несколько замедлить в Алжире, Тунисе, Индонезии, Таджикистане, но, очевидно, только на время. Развитие информационного общества не только не сдерживало скольжение в прошлое, но и, очевидно, было одним из его инструментов. Оно и обеспечило внедрение в сознание мысли о том, что архаические социальные и экономические уклады вполне приемлемы.
Последняя волна нестабильности на Ближнем Востоке и все большая информационная прозрачность постмодернистских обществ делает возможным перенос социальной архаизации из развивающегося мира в сообщество стран с развитой экономикой. Этому способствует деструкция базовых социальных институтов западного мира. Безусловно, процесс небыстрый, и он далек от «точки невозврата», однако отрицать его бессмысленно. Признаки очевидны в Великобритании (например, т.н. шариатские патрули) и Франции. Они все более заметны в Германии, Бельгии. И в том числе это касается такого базового общественного института, как образование.
Перевод борьбы против ИГИЛ в реальную сферу не привел к исчезновению виртуального конфликта. Эту составляющую просто оттеснили на периферию, и она обрела другие формы. Конечно, в точке соприкосновения с реальностью действия виртуальное измерение перестает быть доминирующим. Но там, где этого соприкосновения нет или оно носит несколько иной характер (например, в странах Евросоюза главным является ожидание терроризма и нарастающий страх перед последствиями миграции), баланс между виртуальным и реальным может быть иным. Что допускает возможность воссоздания сконструированной реальности условной ИГИЛ на принципиально иной операционной площадке – за пределами Леванта и Ближнего Востока.
Давно обещанное противоборство Север–Юг, вероятно, уже идет через конкуренцию модернистских и архаических социальных институтов, и более конкурентоспособными оказываются архаические. Они эффективнее используют возможности информационного общества. Это обстоятельство отмечал скандальный немецкий политик Тило Сарацин в нашумевшей книге «Германия: самоликвидация». Деконструкции подвергаются классические социокультурные институты, прежде всего те, которые имеют организационное воплощение. Так разъедается каркас современного устройства западного типа. Оно замещается – пока на локальном уровне – архаизированными институциональными суррогатами. Высокотехнологичное информационное общество, безусловно, относящееся к атрибутам европейского постмодерна, успешно используется для архаизации социального пространства Европы.
Вместо заключения
Рассмотренные векторы – явления долгосрочные, в полной мере их эффект проявится лишь через некоторое время. Однако именно они определят структуру и особенности системы международных отношений, если торможение глобализации станет не только политической, но и операционной реальностью.
Реализация всех этих векторов – в комплексе или по отдельности – предполагает расширение зоны нестабильности, поскольку во всех случаях в той или иной степени предполагается использование силовых инструментов. Собственно, конфликт в Сирии и Ираке даже больше, нежели ситуация вокруг применения экономических санкций против России, показал значимость и потенциальный эффект различных силовых инструментов в современном мире: от почти классических войн союзников (proxy warfare) через новую парадигму гибридных войн к применению стратегических вооружений. Не показал конфликт в Сирии только одного – пределов допустимой эскалации. И это – главная угроза для системы международных отношений.
Внешняя политика России носит относительно деидеологизированный характер, в какой-то мере она приближается к практикам периода разрядки, когда пропаганда играет лишь роль ширмы для решения прагматических, во многом технологических задач. Однако идеологизация внешней политики США постоянно нарастает, определяя политические действия. Это делает маловероятной стратегию ограниченного партнерства, а частные случаи взаимодействия (например, сотрудничество против ИГИЛ) оказываются заложниками пропагандистской инерции.
Ситуация будет выглядеть менее безнадежно, если признать, что управлять возникшими векторами развития можно лишь отчасти, особенно в период глобальной экономической нестабильности. Тогда не исключены хотя бы попытки разговора с Соединенными Штатами (а они обеспечат лояльность своих европейских сателлитов) о пределах дестабилизации в современной системе международных отношений.
С другой стороны, конструктивное взаимодействие между Россией и Западом зависит от способности расширить рамки относительно малоконфликтной повестки дня между Москвой и Вашингтоном, которая, как показала практика, остается сердцевиной многостороннего взаимодействия. Это сложно, но возможно – с целью замедления глобальных деструктивных процессов.
Стратегическая задача России на ближайшие пять-семь лет вполне ясна. Необходимо дополнить эффективный военный потенциал (который, конечно, нужно расширять) возможностями стратегического конструирования и управления как минимум субглобальными геополитическими процессами. Только очень наивные люди могут предполагать, что обозначившиеся в Сирии и Ираке тенденции не проявятся на постсоветском пространстве. Но для адекватного реагирования нужна совершенно иная экономическая база и более эффективные социальные и управленческие институты.
![Главное](/images/star.png)
Борьба или бегство
Выбор Америки на Ближнем Востоке
Кеннет Поллак – старший научный сотрудник в Институте Брукингса.
Резюме Политическая система США склонна избегать решительных действий, и следующая администрация почти неизбежно с горем пополам завершит то, что делала предыдущая. Нежелание выбирать может оказаться худшим выбором из всех возможных.
Опубликовано в журнале Foreign Affairs, № 2, 2016 год. © Council on Foreign Relations, Inc.
На Ближнем Востоке редко царит спокойствие, но так плохо, как сегодня, не было еще никогда. Полномасштабные гражданские войны охватили Ирак, Ливию, Сирию и Йемен. Новые конфликты зреют в Египте, Южном Судане и Турции. Последствия этих войн угрожают стабильности Алжира, Иордании, Ливана, Саудовской Аравии и Туниса. Напряжение между Ираном и Саудовской Аравией достигло новых высот, так что над регионом нависла угроза религиозной войны. Израиль и палестинцы перешли в режим вялотекущего насилия. Кувейту, Марокко, Оману, Катару и ОАЭ до сих пор удавалось избежать потрясений, но даже их страшит то, что происходит вокруг. Такого хаоса на Ближнем Востоке не было со времени монголо-татарских нашествий XIII века.
В ближайшее время положение вряд ли улучшится. Сколько бы раз американцы ни повторяли, что жители Ближнего Востока, предоставленные самим себе, одумаются и справятся с трудностями, этого никогда не случится. Без внешнего влияния лидеры региона раз за разом выбирают стратегии, усугубляющие конфликт и питающие постоянную нестабильность. Гражданские войны – это особо сложные проблемы, и без решительного вмешательства извне они длятся десятилетиями. Гражданская война в Конго продолжается уже 22-й год, в Перу – 36-й, а в Афганистане – 37-й год. Нет оснований надеяться, что ближневосточные конфликты разрешатся сами собой.
Следующему американскому президенту предстоит сделать непростой выбор: прилагать гораздо больше усилий для стабилизации на Ближнем Востоке или более решительно отдалиться от этого региона и его проблем. Но, учитывая, какие бури бушуют сейчас в этой части мира, оба варианта обойдутся Соединенным Штатам намного дороже, чем принято считать. Стабилизация региона почти наверняка потребует больше ресурсов, энергичных усилий, внимания и политического капитала, чем это признают и понимают сторонники активизации внешнеполитической линии США. Но и отказ от контроля над регионом и от ранее взятых обязательств будет связан с несравненно более серьезными рисками, чем признает большинство сторонников ухода из региона. Затраты на укрепление присутствия на Ближнем Востоке более управляемы, чем риск оставить его на произвол судьбы, но любой из вариантов лучше, чем постоянные колебания и нерешительность.
Человек, государство и гражданская война
Чтобы осознать реальный выбор, перед которым оказались на Ближнем Востоке Соединенные Штаты, нужно честно понимать, что там происходит. Хотя модно объяснять беды региона древней враждой и ненавистью или дурной картографией мистера Сайкса и месье Пико, реальные проблемы коренятся в современной системе арабских государств. После Второй мировой войны арабские страны обрели независимость. Большинство стряхнули колониальную власть европейцев, и все взяли на вооружение более современные политические системы, будь то светские республики (читай «диктатуры») или новоиспеченные монархии.
Ни одно из этих государств не функционировало достаточно хорошо. Их экономика во многом зависела от нефти – либо напрямую, поскольку они ее добывали, либо опосредованно через торговлю, социальную помощь и денежные переводы работников. Эти экономики-рантье создавали слишком мало рабочих мест и слишком много богатства, которое их гражданское население не контролировало и не производило, что побуждало правящие элиты относиться к своим гражданам как к иждивенцам. Нефтедоллары служили питательной средой для массовой коррупции, а также раздутого госсектора, не заинтересованного в потребностях или устремлениях широких слоев населения. Положение усугублялось тем, что арабские государства образовались на месте европейских колоний и Османской империи и сохранили их традиционные социокультурные системы, которые нефтяная автократия сочла возможным использовать.
Эта модель кое-как работала несколько десятилетий, но в конце XX века начала разваливаться. Нефтяной рынок стал менее стабильным, длительные периоды низких цен создали экономические трудности даже в богатых нефтью странах, таких как Алжир, Ирак и Саудовская Аравия. Глобализация привнесла в регион новые идеи о связи между правительством и народом, а также влияние иностранных культур. Арабы (и иранцы) все чаще требовали от правительств решения своих проблем, но встречали полное пренебрежение.
К 1990-м гг. народное недовольство стало распространятся на всем Ближнем Востоке. «Братья-мусульмане» и их многочисленные филиалы быстро разрастались в качестве политического противодействия режимам. Другие стали прибегать к насилию – мятежники в регионе Неджд Саудовской Аравии, исламистские повстанцы в Египте и различные террористические группировки в других местах, – и все они пытались свергнуть существующие режимы. В конце концов некоторые из этих групп решили, что для начала им необходимо изгнать всех иностранных спонсоров своих правительств, начиная с США.
В 2011 г. долго сдерживаемое разочарование и жажда политических перемен вырвались наружу во время «арабской весны», когда почти во всех арабских странах начались крупномасштабные протесты, и в пяти государствах правящий режим оказался свергнут или серьезно ослаблен. Но революции – коварная вещь. Особенно ярко это проявилось в арабском мире, где автократы позаботились об устранении всех оппозиционных лидеров, способных объединить страну после падения режима, и где нет альтернативных идей по поводу того, как организовать новое государство. Поэтому в Ливии, Сирии и Йемене итогом стал крах государственности, вакуум в сфере безопасности и гражданская война.
Если проблема первого порядка на Ближнем Востоке – крах послевоенной арабской государственной системы, то не менее важная проблема второго порядка – гражданские войны. Эти конфликты уносят немало жизней, дестабилизируя ситуацию не только на Ближнем Востоке, но и во всем мире, представляют непосредственную угрозу для жителей региона.
Гражданские войны имеют свойство перекидываться на территорию соседних стран. Границы пересекает не только огромное число беженцев, но и не меньшее число террористов и вооруженных боевиков, а также революционная идеология, боевые действия и изоляционизм. Таким образом, нестабильность перетекает к соседям, где тоже может начаться внутренний конфликт. Исследователи уже выявили закономерность, согласно которой самым верным признаком приближающейся гражданской войны служит соседство с государством, где она уже идет полным ходом.
Стремясь защитить свои интересы и предотвратить распространение конфликта, государства обычно решают поддержать конкретных боевиков или полевых командиров на сопредельных территориях. Но это разжигает конфликт с другими державами, которые выбирают иных фаворитов. Даже если конкуренция опосредована, она может быть изматывающей в экономическом и политическом смысле и даже губительной. В худшем случае вспыхивает региональная война, когда государство, уверенное в том, что его доверенные лица плохо выполняют работу, отправляет в зону конфликта войска. Чтобы убедиться в этой закономерности, достаточно посмотреть на саудовскую интервенцию в Йемене или на военные операции Ирана и России в Ираке и Сирии.
Симптомы самоустранения
Как будто краха послевоенной системы арабской государственности и начала четырех гражданских войн было мало, США вдруг решили дистанцироваться от этого региона. Начиная с османских завоеваний XVI века, Ближний Восток не оставался без надсмотрщика в лице какой-либо великой державы. Это не означает, что внешний гегемон всегда был абсолютным добром, но он часто играл конструктивную роль, помогая смягчить конфликт. Хорошо это или плохо, государства региона привыкли взаимодействовать друг с другом в присутствии третьей доминирующей силы, иногда в переносном, но чаще в буквальном смысле.
Отказ от военного и политического влияния привел к самым плачевным результатам в Ираке. Вывод американских войск из страны стал самым важным фактором втягивания ее в гражданскую войну. Исследователи давно признают, что для выхода из междоусобного конфликта требуется внутренний или внешний миротворец, гарантирующий выполнение соглашения по разделу власти между враждующими партиями. Со временем эта роль может становиться все более символической, как случилось с НАТО в Боснии. В течение примерно пяти лет альянс сократил свое присутствие там до уровня незначительного воинского контингента, но по-прежнему играл важную политическую и психологическую роль в смысле умиротворения соперничающих фракций, чтобы не допустить возврата к насилию. В Ираке такую функцию исполняли США, и их самоустранение в 2010 и 2011 гг. привело к исторически закономерным последствиям.
Этот феномен проявляется на всем Ближнем Востоке. Вывод американских войск заставил правительства по-новому взаимодействовать друг с другом, поскольку исчезла надежда на то, что Вашингтон обеспечит решение проблем безопасности, которых хватает в этом регионе, и предложит путь реального сотрудничества. Уход Соединенных Штатов усугубил опасения многих государств, что другие страны поведут себя более агрессивно без сдерживающего фактора в виде американской военной мощи. Эти страхи заставляют их самих действовать агрессивнее, что, в свою очередь, провоцирует других на более серьезные контрмеры – снова в ожидании того, что США не будут сдерживать ни первоначального действия, ни противодействия. Особенно остро динамика проявляется в отношениях Ирана и Саудовской Аравии по принципу «око за око и зуб за зуб». Обмен агрессивными выпадами становится все более ожесточенным. Саудовцы пошли на дерзкий шаг, осуществив прямое вмешательство в гражданскую войну в Йемене против этнического меньшинства хуситов, которых они считают проводниками иранских интересов.
Хотя Ближний Восток выходит из-под контроля, никто не спешит оказать помощь. Политика администрации Обамы не направлена на смягчение остроты реальных проблем, не говоря уже о том, чтобы разрешить их. С тех пор как президент Барак Обама вступил в должность, положение ухудшилось, и нет предпосылок к тому, что станет лучше после того, как он покинет Белый дом. В Каирской речи 2009 г. Обама заявил, что США попытаются помочь региону приблизиться к созданию новой арабской государственной системы, но не подкрепил призыв реальной политикой, не говоря уже о финансовых ресурсах. В 2011 г. его администрация не смогла разработать последовательную стратегию в отношении «арабской весны», чтобы помочь странам осуществить переход к более стабильным, плюралистическим системам правления. Упустив возможность, Вашингтон теперь едва ли даже на словах признает потребность в постепенных и долгосрочных реформах.
Администрация сосредоточена лишь на устранении симптомов гражданских войн, пытаясь сдерживать их побочные эффекты путем нанесения ударов по ИГИЛ, приема некоторых беженцев и действий по профилактике терактов на собственной территории. Однако история показывает, что бороться со следствиями вместо причин чрезвычайно трудно, и сегодняшний Ближний Восток – не исключение. События в Сирии стали искрой, воспламенившей огонь в Ираке. В свою очередь, отголоски иракского и сирийского катаклизма породили гражданскую «войну низкой интенсивности» в Турции; Иордания и Ливан также стоят на пороге междоусобиц. События в Ливии дестабилизируют Египет, Мали и Тунис. Гражданские войны в Ираке, Сирии и Йемене втягивают Иран и страны Персидского залива в ожесточенное опосредованное противостояние на всех трех полях сражений. А беженцы, террористы и радикализация, становящиеся неизбежным итогом этих войн, создают новые трудности для Европы и Северной Америки.
Искоренить симптомы невозможно, если не лечить основной недуг. Неважно, сколько тысяч беженцев примут на Западе – пока продолжается братоубийство, миллионы будут стремиться прочь. И не имеет значения, сколько террористов уничтожили американцы – если не положить конец гражданским войнам, ряды террористов будут и дальше пополняться за счет молодых людей. За 15 лет угроза джихадизма салафитского толка возросла на несколько порядков. И это несмотря на урон, нанесенный «Аль-Каиде» в Афганистане. В местах, раздираемых усобицами, новые группировки, включая ИГИЛ, рекрутируют новобранцев, находят новые пристанища и поля для джихада. Но там, где удается навести порядок, они рассеиваются. Ни «Аль-Каида», ни ИГИЛ не обрели популярности в немногочисленных сильных государствах Ближнего Востока. Когда США к 2007 г. добились, наконец, стабильности в Ираке, местная ячейка «Аль-Каиды» оказалась на грани исчезновения. Ее спас 2011 г., когда гражданская война вспыхнула в соседней Сирии.
Вопреки распространенному мнению, третья сторона может положить конец внутреннему конфликту задолго до того, как он угаснет сам собой. Исследователи гражданских войн обнаружили, что в 20% случаев после 1945 г. и примерно в 40% случаев после 1995 г. внешняя сила помогала выйти из тупика. Конечно, это нелегко, но вовсе не обязательно так дорого и болезненно, как пришлось делать американцам в Ираке.
Держава, осуществляющая интервенцию, должна выполнить три задачи. Во-первых, изменить динамику ведения боевых действий так, чтобы ни одна из воюющих сторон не думала, будто сможет одержать победу на поле боя, и ни одна из сторон не опасалась, что ее бойцы будут убиты, если сложат оружие. Во-вторых, предложить соглашение о разделе мест в правительстве между различными группировками, чтобы все они участвовали в управлении страной. И в-третьих, создать институты, которые убедят все стороны, что первые два условия будут выполнены. В какой-то степени неосознанно НАТО точно выполнила эту дорожную карту в Боснии в 1994–1995 гг., а Соединенные Штаты следовали ей в Ираке в 2007–2010 годах.
История также свидетельствует, что когда внешние силы отходят от данного подхода или выделяют недостаточно ресурсов для урегулирования, их интервенция неизбежно заканчивается неудачей и лишь удлиняет конфликты, делая их более кровавыми и менее сдержанными. Неудивительно, что политика США в отношении Ирака и Сирии (не говоря уже о Ливии и Йемене) провалилась после 2011 года. И до тех пор, пока Вашингтон будет избегать единственного действенного метода урегулирования, нет оснований надеяться на что-то иное. Максимум, чего Соединенные Штаты могут добиться нынешней кампанией против ИГИЛ в Ираке и Сирии – то же, чего они добились, осуществляя удары по «Аль-Каиде» в Афганистане: нанести серьезный урон ИГИЛ, но если не положат конец питающим эту организацию конфликтам, она видоизменится, распространится по всему региону, и со временем ей на смену придет «достойный» преемник подобно тому, как само «Исламское государство» подхватило знамя «Аль-Каиды».
Укрепление ближневосточного курса
Стабилизация на Ближнем Востоке потребует нового подхода, при котором будут устранены глубинные причины всех бед в регионе, но для этого нужны ресурсы. Главной целью должно быть окончание гражданских войн. В любом случае это потребует для начала изменить динамику на поле боя, чтобы убедить все враждующие фракции, что военными средствами победу не одержать. В идеале потребуется отправка небольшого (около 10 тыс. солдат) воинского контингента США в Ирак и, возможно, в Сирию. Но при отсутствии политической воли даже для столь скромного вмешательства следует увеличить число военных советников, боевых самолетов, активизировать обмен разведданными и обеспечить логистику, хотя вероятность успеха при таком подходе снижается.
Помимо этого Соединенным Штатам и их союзникам придется помочь проблемным ближневосточным странам создать новые армии, способные победить террористов, ополченцев и экстремистов, чтобы затем стать фундаментом нового государства. В Ираке это означает поддержание и реформирование сил безопасности в гораздо большей степени, чем предусматривает нынешняя политика США. В Ливии и Йемене это означало бы создание местной традиционной армии (при значительной американской помощи), способной победить любого потенциального соперника, защитить гражданское население и обеспечить соблюдение постоянного прекращения огня.
Во всех четырех гражданских войнах американцам и их союзникам придется приложить серьезные политические усилия к тому, чтобы выработать справедливые соглашения о разделе власти. В Ираке Соединенным Штатам следует вести к выявлению минимальных потребностей и потенциальных областей достижения согласия между шиитскими и суннитскими фракциями, как это делал Райан Крокер, посол США в 2007–2009 гг., и его команда. Это, а также выделение материальных ресурсов умеренным политическим лидерам Ирака и их избирателям среди шиитов и суннитов должно способствовать выработке новой сделки по разделу власти. Ее задача – положить конец отчуждению суннитского населения, которое остается главной причиной нынешних проблем Ирака. В свою очередь, данное соглашение позволит правительству Абади и Соединенным Штатам выступить в защиту суннитских военных формирований, чтобы помочь освободить от ИГИЛ районы с преобладающим суннитским населением и ослабить шиитских ополченцев, поддерживаемых Ираном.
Международные мирные переговоры по Сирии должны послужить отправной точкой для политического урегулирования. Большего вряд ли удастся добиться, потому что военная ситуация не способствует достижению реального политического компромисса, не говоря уже о постоянном прекращении огня. Ни режим Асада, ни оппозиция, поддерживаемая Западом, не верят, что могут позволить себе прекратить боевые действия, и каждая из трех самых сильных повстанческих группировок – «Ахрар аль-Шам», «Джабхат аль-Нусра» и ИГИЛ – все еще уверена в том, что сможет одержать полную и безоговорочную победу. Поэтому до тех пор, пока не изменится положение на фронтах, не стоит ждать каких-то ощутимых сдвигов за столом переговоров. Если же полевая обстановка станет другой, западные дипломаты обязаны помочь основным сообществам в Сирии прийти к соглашению о справедливом разделе политической власти и экономических выгод. В сделке должны участвовать и алавиты, но вовсе не обязательно сам президент Башар Асад, и нужно будет заверить все основные фракции, что новое правительство не станет их угнетать, как это делалось в прошлом, когда алавитское меньшинство третировало суннитское большинство.
Ливийская неразбериха – зеркальное отображение положения дел в Сирии, хотя мировое сообщество уделяет Ливии намного меньше внимания. Первый шаг для Соединенных Штатов – убедить партнеров играть более конструктивную роль. Если США возьмут на себя руководство ситуацией в Ираке и Сирии, то Европе пора взять ответственность за Ливию. В силу экономических связей и географической близости ливийская ситуация больше угрожает интересам Европы, чем Америки, и роль НАТО в интервенции 2011 г. может стать предпосылкой европейского лидерства в разрешении этого конфликта. Конечно, европейцы не примут этот вызов, если не убедить их, что Соединенные Штаты сделают свою часть работы по тушению пожара гражданских войн. И это еще раз подчеркивает важность последовательной стратегии, опирающейся на необходимые ресурсы. Чтобы помочь Европе в борьбе за стабилизацию в Ливии, Вашингтону, вне всякого сомнения, придется обеспечить материально-техническое снабжение, командование, контроль, делиться разведданными и, возможно, даже военными советниками.
В Йемене кампания ВВС стран Персидского залива не привела к желаемым результатам; однако интервенция немногочисленного наземного контингента во главе с Объединенными Арабскими Эмиратами позволила потеснить повстанцев, создав возможность для мирных переговоров. К сожалению, страны Персидского залива не демонстрируют готовности предложить йеменской оппозиции условия справедливого раздела политической власти и экономических выгод, а также предоставить гарантии безопасности. Соединенным Штатам и их союзникам необходимо поощрить своих партнеров в Заливе, чтобы они пошли на значимые уступки. Если не сработает, то самое полезное – уговорить монархии свести к минимуму присутствие в Йемене, прежде чем эта интервенция, поглощающая немало ресурсов, поставит под угрозу их собственную внутреннюю целостность.
После окончания нынешних гражданских войн следующим приоритетом в более активной стратегии США на Ближнем Востоке будет поддержка государств, которым больше всего угрожает сползание к ним: Египта, Иордании, Туниса и Турции. Именно крах государственности, а не нападение ИГИЛ, «Аль-Каиды» или иранских сателлитов, – истинный источник конфликтов на Ближнем Востоке. Эти четыре страны пребывают в зоне риска и отчаянно нуждаются в экономической помощи и в развитии инфраструктуры. Однако в первую очередь им нужна политическая реформа, чтобы избежать краха государственности. Следовательно, стоит предложить этим странам торговые преференции, финансовые стимулы и экономическую помощь в обмен на поэтапные, но конкретные шаги в направлении политической реформы. В данном случае целью должна быть не демократизация как таковая (хотя Тунис следует решительно поощрить, чтобы он не сворачивал с этого пути), а эффективное управление в виде системы правосудия и власти закона, прозрачности и справедливого распределения государственных благ и услуг.
Последняя часть головоломки – усилия в направлении более широких экономических, социальных и политических преобразований. Даже если США и их союзники сумеют найти способ умиротворения воюющих сторон, но на смену недееспособным государствам не придет новая государственная система, старые проблемы вскоре снова дадут о себе знать. Лидеров региона будет трудно убедить в необходимости реформ, поскольку они уже давно сопротивляются им из-за опасения потерять власть и положение. Однако парадокс в том, что гражданские войны способны подсказать решение этой проблемы. Все державы в этой части мира страшатся, что конфликты перекинутся на их территорию, и отчаянно нуждаются в помощи американцев для отвода угрозы. В частности, многие арабские союзники США расстроены выгодами, которые извлек Иран, эксплуатируя вакуум власти. Это означает, что Соединенным Штатам и их союзникам следует предложить хрупким государствам региона экономическую помощь в обмен на реформы. Условие следующее: мы приложим усилия к тому, чтобы положить конец гражданским войнам, только если все страны региона, в том числе более сильные арабские государства, согласятся на необходимые перемены.
Уход с Ближнего Востока
Если следующий президент США не будет готов удвоить усилия ради стабилизации положения на Ближнем Востоке, единственная реальная альтернатива – сделать шаг назад и отмежеваться. Без солидной продуманной стратегии и достаточного финансирования гражданские войны все равно не остановить, а делать что-либо вполсилы – значит заведомо выбросить деньги на ветер. Возможно, даже с противоположным эффектом. Проводя политику реального самоустранения, США станут вообще воздерживаться от участия в гражданских войнах. Вместо этого они попытаются ликвидировать последствия этих войн, как бы трудно это ни было, но если не получится и этого, Вашингтон вернется к защите исключительно своих ключевых интересов на Ближнем Востоке.
Администрация Обамы до сих пор осуществляла похвальную работу по поддержке Иордании на фоне хаоса в Ираке и Сирии, и даже в случае ухода из региона США могли бы продолжать помогать Амману и соседним странам, которым грозит сползание в болото гражданской войны – Египту, Ливану, Тунису и Турции. Все они нуждаются в западной экономической, дипломатической, технической и военной помощи. Но поскольку гражданские войны имеют свойство перекидываться на соседей, одна или более из вышеперечисленных стран – в зоне риска. А это, в свою очередь, снова вызовет цепную реакцию.
Поэтому уход из региона также потребует от Вашингтона беспощадной оценки минимума, который Соединенные Штаты могут предпринять, чтобы обезопасить свои жизненно важные интересы. Связаны они по большей части с Израилем, угрозой терроризма и нефтью.
Как показывают все последние опросы общественного мнения, большинство американцев по-прежнему считают, что безопасность Израиля важна для них и для Соединенных Штатов. Однако США уже делают для ее обеспечения все, что могут. Израильская армия в состоянии нанести поражение любому противнику, оснащенному обычными вооружениями, и способна сдерживать потенциальные угрозы использования оружия массового поражения. Американцы защищали Израиль дипломатическими и военными средствами несчетное число раз, включая неявную угрозу начать ядерную атаку против Советского Союза во время войны Судного дня 1973 года. Соединенные Штаты даже сняли с повестки дня иранскую ядерную угрозу, по меньшей мере на следующее десятилетие, благодаря сделке, которую удалось заключить в прошлом году. Единственное, от чего США не могут спасти Израиль, – его хроническая гражданская война с палестинцами. Но лучшим решением конфликта остается мирное урегулирование, в котором ни израильтяне, ни палестинцы особо не заинтересованы. Короче, Израилю вряд ли нужно от Соединенных Штатов нечто радикальное, чтобы защититься от внешних врагов. А то, что Израилю может понадобиться (например, продажа вооружений), США легко обеспечат, даже если уйдут с Ближнего Востока.
Возможно, самым большим преимуществом невмешательства Соединенных Штатов в дела Ближнего Востока станет снижение террористической угрозы. Террористы из региона атакуют американцев в основном потому, что недовольны их политикой на Ближнем Востоке. Точно так же они совершают теракты во Франции и Великобритании, поскольку эти страны – твердые союзники Соединенных Штатов (и бывшие колониальные империи), и начали атаковать Россию после ее вмешательства в дела Сирии. Чем меньше США будут вовлечены в проблемы региона, тем меньше вероятность того, что местные террористы станут совершать теракты против американцев. Неслучайно Швейцария практически не страдает от рук ближневосточных террористов.
Конечно, даже если Вашингтон постарается отгородиться от проблем Ближнего Востока, это не сделает американцев абсолютно неуязвимыми для ближневосточного терроризма. Сторонники теории мирового заговора в регионе бесконечно обвиняют США в том, чего они никогда не делали, а также в прошлых злодеяниях, поэтому экстремисты всегда найдут повод, чтобы сделать американцев своей мишенью. Кроме того, даже при таком минималистском подходе Соединенные Штаты все равно будут поддерживать Израиль и Саудовскую Аравию, тогда как многие террористические группировки ненавидят оба этих государства.
Если интересы США, касающиеся Израиля и терроризма, совершенно не пострадают в случае снижения активности Вашингтона на Ближнем Востоке, этого нельзя сказать о нефтяной сфере. Идея о том, что технологии добычи сланцевой нефти обеспечили энергетическую независимость Соединенных Штатов – миф. До тех пор пока мировая экономика зависит от ископаемого топлива, США будут уязвимы в случае серьезных нарушений поставок нефти-сырца, сколько бы ее ни производилось. В ближайшие 25 лет не предвидится ослабления глобальной зависимости от нефти или снижения доли Ближнего Востока в ее добыче. По этой причине Соединенные Штаты кровно заинтересованы в бесперебойном поступлении ближневосточного сырья.
Вместе с тем США не нужно защищать каждый баррель в регионе. Вопрос в том, какие объемы считать достаточными. Вот тут-то и начинаются главные сложности. Многие страны располагают стратегическими запасами нефти, которые могут смягчить неожиданное падение объемов добычи. А некоторые, особенно Саудовская Аравия, имеют достаточно избыточных мощностей, чтобы выкачивать и экспортировать больше, если понадобится. Технология вторичного гидроразрыва позволяет североамериканским производителям сланцевой нефти частично компенсировать дефицит. Хотя вследствие гражданской войны добыча нефти в Ливии с 2011 г. упала более чем на 80%, другие производители смогли восполнить эту потерю.
Однако Саудовская Аравия стоит особняком. Она добывает около 10% всей нефти, потребляемой в мире, и имеет подавляющее большинство избыточных мощностей; даже если бы все другие страны опустошили свои стратегические запасы и добывали сланцевую нефть как сумасшедшие, это не компенсировало бы выпадение саудовской нефти. Таким образом, Соединенным Штатам придется и дальше защищать саудовских союзников. Но против чего? Ни одно ближневосточное государство (даже Иран) не имеет возможности победить Саудовскую Аравию, и скромный контингент ВВС и ВМС США, размещенный в Персидском заливе, более чем достаточен, чтобы отразить атаку Ирана на нефтяную инфраструктуру страны.
Главные угрозы королевству находятся внутри него самого. Хотя никто никогда не ставил и не поставит денег на свержение Дома Сауда, монархия управляет по сути нефункциональным послевоенным арабским государством, испытывающим серьезное политическое, экономическое и социальное давление. Шииты, составляющие большинство в богатой нефтью Восточной провинции Саудовской Аравии, десятилетиями поднимали мятежи и сопротивлялись гнету правительства, и их недовольство росло вместе с углубляющимся расколом между шиитами и суннитами в регионе. Королевству удалось избежать потрясений «арабской весны» в основном благодаря далеко идущей (пусть и постепенно) программе реформ короля Абдуллы вкупе с внушительными выплатами гражданам наличными. Но Абдулла умер в январе 2015 г., и его преемнику, королю Салману, еще только предстоит доказать приверженность реформе. Хотя цены на нефть остаются низкими, Салман разбрасывается деньгами у себя на родине и за рубежом (включая дорогостоящую интервенцию в Йемене), сжигая накопленные до него сбережения суверенного Фонда благосостояния со скоростью 12–14 млрд долларов в месяц. При таком расточительстве фонд опустеет примерно через четыре года, но король столкнется с внутренними вызовами значительно раньше.
Как США могут защитить Саудовскую Аравию от самой себя? Невозможно представить, чтобы какой-либо американский президент решился на размещение войск в этой стране для подавления народной революции или для поддержки разваливающейся монархии. Более того, чем дольше гражданские войны будут полыхать на северной границе Саудовской Аравии в Ираке и на южной границе в Йемене, тем выше вероятность того, что конфликты дестабилизируют монархию, не говоря уже о возможной гражданской войне в Иордании. Но стратегия выхода из региона означает, что американцы не будут пытаться подавить потенциальные гражданские войны, и у Вашингтона немного способов убедить саудовцев начать реформы. У него будет еще меньше рычагов влияния, если он откажется от единственной помощи, которую саудовцы хотят получить: более активное вмешательство в происходящие события с целью положить конец гражданским войнам и не дать возможности Ирану эксплуатировать эти конфликты. В этих обстоятельствах у США фактически не будет возможности спасти Саудовскую Аравию от нее самой, если ее правители упорно будут избирать пагубный для себя путь. Вместе с тем в контексте поэтапного отхода Соединенных Штатов от дел региона велика вероятность того, что саудовцы встанут именно на этот путь.
Нет выхода
Наконец, величайший вызов для США, если они отдалятся от Ближнего Востока – придумать способ защиты американских интересов, когда им угрожают проблемы, для решения которых у Вашингтона нет достаточно сил и средств. Поскольку предотвращение расширения ареала гражданских войн – трудное дело, отказ Соединенных Штатов от решения насущных проблем Ближнего Востока повысит риск развала в ближайшее время Египта, Иордании, Ливана, Туниса и Турции. Хотя ни одна из этих стран не добывает много нефти, нестабильность там может в долгосрочной перспективе перекинуться на страны-производители. Мир в состоянии пережить потерю иранской, иракской, кувейтской или алжирской нефти, но в какой-то момент турбулентность не исключена и в Саудовской Аравии. Даже если она останется стабильным производителем, до конца неясно, может ли глобальная экономика позволить себе лишиться нескольких менее значимых поставщиков нефти.
Главная выгода политики самоустранения будет заключаться в радикальном снижении бремени, которое отягощало бы США, возьми они на себя миссию стабилизации Ближнего Востока. Однако подобная политика связана с большими рисками. Если Соединенные Штаты начнут сокращать список стран, которые они готовы защищать от любых угроз, непонятно, где остановиться, чтобы уход не превратился в паническое бегство. Если Иордания или Кувейт сползут в омут гражданской войны, пойдут ли США на размещение стотысячного оккупационного контингента для стабилизации этих стран и защиты Саудовской Аравии (а в случае гражданской войны в Иордании – для защиты Израиля)? Смогут ли Соединенные Штаты сделать это вовремя, чтобы не допустить расшатывания королевства и перетекания беспорядков в соседние страны? Если нет, то есть ли другие способы? Принимая во внимание все эти факторы неопределенности, самой благоразумной политикой для американцев была бы стабилизация региона, чтобы не допустить роста издержек в будущем.
Учитывая все вышесказанное, определенно нельзя застрять между укреплением присутствия на Ближнем Востоке и уходом из этого региона. Нельзя допустить, чтобы рост расходов не привел к видимому улучшению ситуации. Гражданские войны не остановить полумерами. Внешняя держава должна сделать все, что от нее требуется, и оплатить сопутствующие издержки – иначе ее интервенция лишь ухудшит положение всех участников конфликта, включая саму внешнюю державу. Трагедия в том, что по причине склонности политической системы США избегать решительных действий следующая администрация почти неизбежно с горем пополам завершит то, что делала предыдущая. Учитывая хаос, который царит сейчас на Ближнем Востоке, нежелание выбирать может оказаться худшим выбором из всех возможных.
Экспорт зерновых через порты Краснодарского края увеличился почти на 40%
За четыре месяца этого года через морские порты «Ейск», «Кавказ», «Новороссийск», «Тамань», «Темрюк» и «Туапсе» было экспортировано 5,9 млн т. зерна и продуктов его переработки, что на 38,2% больше, чем за аналогичный период прошлого года, когда объем экспорта составил 4,3 млн т. Такие данные приводит Управление Россельхознадзора по Краснодарскому краю. Почти в два раза, с 1,98 млн т до 3,9 млн т, увеличился экспорт пшеницы. Также с 37 до 44 расширился список стран, в которые осуществлялись поставки зерновых. В числе основных стран-покупателей: Египет, Южная Корея, ЮАР, Нигерия, Турция, Саудовская Аравия и Ливан.
По прогнозам Российского зернового союза, в текущем сельхозгоду (с июня 2015 по июль 2016 года) экспорт зерна из России достигнет 34,5 млн т. Минсельхоз РФ прогнозирует экспорт в объеме 33 млн т и урожай зерна не менее 104 млн т.
Израиль разжигает войну с Асадом
Подтверждается информация о нанесении израильской авиацией очередного ракетного удара по территории Сирии.
Сирийский военный источник сообщает о том, как в полночь израильские самолеты нарушили сирийское воздушное пространство и атаковали позиции правительственных войск возле международного аэропорта Дамаска.
Целью израильтян был легендарный командир ливанского патриотического движения «Хезболла» Мустафа Бадреддин, который был убит в ходе этой атаки. Предполагается, что ракетный удар корректировался находившимся на земле отрядом израильского спецназа, который, как известно, продолжает проводить свои операции на сирийской территории, действуя в союзе с антиправительственными силами.
В декабре израильские ВВС нанесли удар по штабу 155- сирийской бригады в Северном Дамаске. Кроме того появились слухи о том, что российские ВСК уже несколько раз перехватывали израильскую авиацию, что стало одним из пунктов недавних переговоров в Москве с израильским руководством.
Гибель Мустафы Бадреддина стала большой потерей для антитеррористического фронта. Его бойцы совместно с российскими ВКС успешно дрались на всех фронтах против «Исламского государства» и «Фронта Нусры». У Израиля был особый счет к Бадреддину, который нанес ряд болезненных ударов по израильским бронетанковым колоннам во время их последнего бесславного вторжения в Ливан. США ввели против Бадреддина санкции за его поддержку Башара Асада, американские агенты охотились за ним наравне с израильскими.
Своим нападением на Сирию Израиль может спровоцировать ответный удар со стороны «Хезболлы», чей военный потенциал значительно вырос в ходе сирийской войны. Сейчас в Ливане десятки тысяч людей стекаются к мемориалу павших героев «Хезболлы». Все ждут выступления лидера ливанских шиитов Хасана Насраллы, который может призвать отомстить за смерть Бадреддина.
Николай Иванов
Спецслужбы США в эпицентре бразильских событий
Нил НИКАНДРОВ
Нет никаких сомнений, что кризисное развитие событий в Бразилии инициировано и патронируется» спецслужбами США. Массированный вброс компромата на руководство Партии трудящихся, на функционеров государственной нефтяной компании Petrobras и ближайшее окружение президента Дилмы Руссефф и Лулы да Силвы, её предшественника, был осуществлён в рамках спецоперации по нейтрализации «враждебного режима». Именно так администрация Барака Обамы воспринимает крупнейшее южноамериканское государство, проводящее независимую политику. Подавить волю к сопротивлению правящей элиты Бразилии, вынудить её следовать в фарватере политики США - таков стратегический замысел.
На реальную угрозу такого поворота событий неоднократно указывали президенты Рафаэль Корреа, Даниэль Ортега, Эво Моралес, Табаре Васкес и другие. Президент Венесуэлы Николас Мадуро прямо назвал события вокруг Дилмы Руссефф «государственным переворотом, организованным Соединёнными Штатами». По оценке Мадуро, «то, что происходит сейчас с Дилмой Руссефф, не только является ударом по демократии в этой стране, но и угрозой для [региональных объединений] Celac, Unasur, для всех социальных и политических движений, которые поверили в возможность вовлечения народа в дела региона». Мадуро призвал левые движения в Латинской Америке «совместно протестовать против клеветнических манипуляций, которым подверглась Дилма Руссефф, поскольку это угрожает миру и благополучию на континенте».
Чётко просматривается, что значительная часть компромата (реального и сфабрикованного), который сейчас используется для шантажа и давления на бразильское руководство, была добыта Агентством национальной безопасности США ещё до побега Сноудена и его разоблачений. Весь этот массив данных придерживался до часа икс. Теперь же ретрансляция этих материалов через подконтрольные СМИ, агентуру среди журналистов и НПО направлена на хаотизацию общественно-политической жизни и дестабилизацию страны. В таких обстоятельствах Вашингтону будет проще продвигать на ключевые посты своих людей. Заявленные «конституционные процедуры» по отстранению Дилмы Руссефф от власти - всего лишь прикрытие для осуществления ползучего государственного переворота. Впрочем, если потребуется, Обама, завершая своё президентство, санкционирует любые действия, вплоть до «майдана с бразильским лицом».
Под крышей посольства США в Бразилиа и в американских консульствах уже действует соответствующим образом подобранная команда. Лилиана Айалде, возглавляющая посольство, начинала свою карьеру на международном поприще в структурах USAID, то есть работала в тесном контакте с ЦРУ и другими спецслужбами. В активе Айалде в бытность её послом США в Парагвае (2008 - 2011) – создание условий для отстранения от власти президента Фернандо Луго. В июне 2012 г. парламент Парагвая объявил Луго импичмент. Официально он был обвинён в «халатности» при исполнении президентских обязанностей: якобы не смог положить конец противостоянию крестьян и полиции, что привело к жертвам. Бразилия выступила по этому поводу с протестом, особо отметив, что парагвайскому президенту «не было должным образом обеспечено право на защиту». Главой Парагвая, в соответствии с конституцией, стал вице-президент. Луго назвал импичмент «парламентским переворотом, идущим против воли народа». Похожий сценарий осуществляется и в Бразилии.
Вторым человеком в посольстве США, хорошо знакомым с «латиноамериканским театром» спецопераций, является Эндрю Боуэн (Andrew Bowen). До прибытия в Бразилию он служил в Колумбии в американской миссии по борьбе с наркотиками. Ещё раньше Боуэн работал в посольствах США в Эквадоре, Каракасе, Панаме, Мексике, Гондурасе. В политической и экономической секциях посольства, которые чаще всего используются для прикрытия кадров ЦРУ и АНБ, трудится не менее 50 сотрудников. Из них более всего «засветился Алексис Лудвиг (Alexis Ludwig), проходивший по нашумевшим шпионским делам в Боливии и Аргентине. Весьма активна Абигайль Дрессель (Abigail Dressel), курирующая по официальной линии культуру, образование и печать. Атташе по правовым вопросам Стив Мур (Steve Moore), шеф отдела по борьбе с наркотиками Гвендолин Льевелин (Gwendolyn Llewellyn), директор USAID Мишель Эдди (Michael Eddy) - список можно продолжать и продолжать.
Дилма Руссефф назвала своё «временное» отстранение от поста президента – «переворотом» и «политическим фарсом». Перед тем как покинуть президентский дворец, она обратилась с посланием к народу. Руссефф назвала решение о её отстранении от власти «саботажем», «трагическим днём для молодой бразильской демократии, а себя – жертвой несправедливости». Руссефф подчеркнула, что «проблема заключается не только в моём мандате, но и в уважении к выборам, суверенитету бразильского народа и конституции». Она предупредила, что не уступит беспрецедентному давлению на неё и будет законными методами сопротивляться осуществляемой процедуре импичмента и добьётся победы: «Я никогда не сдамся… я делала ошибки, но не совершала преступлений».
Исполняющим обязанности президента стал Мишел Темер, который сформировал новое правительство. Если бы он участвовал в «нормальных» президентских выборах, то набрал бы не более 2% голосов. Но этот политик всегда выделялся умением чувствовать конъюнктуру, формировать коалиции. Его Партия бразильского демократического движения (PMDB) в 1990-х годах сотрудничала с социал-демократами Фернанду Энрике Кардозу, а в 2003 году вошла в коалицию с Партией трудящихся Лулы да Силвы.
Теперь у Темера появилась возможность порулить страной самостоятельно. Количество ведомств было сокращено: из 32 министерств осталось 24. В новом кабинете нет ни одной женщины, хотя при Руссефф такой дискриминации не было, женщины возглавляли 15 министерств. Темер обратился к нации с эмоциональной речью: «Моими первыми словами к бразильскому народу на этой должности будут [такие]: верьте в наши ценности, ценности нашего народа, стойкость нашей демократии. Вы должны верить в нашу способность восстановить экономику страны, в потенциал нашего государства, в его социальные и политические институты». Темер пообещал, что главной задачей для его правительства станет восстановление доверия к Бразилии на международной арене, привлечение новых инвестиций, стимулирование роста экономики. Темер воздержался от детального изложения нового внешнеполитического курса страны, но, по всем прогнозам, он будет проамериканским.
Темеру 75 лет, он потомок католиков-маронитов из Ливана, адвокат по профессии, является руководителем Партии бразильского демократического движения. В 1980-х годах был генеральным прокурором штата Сан-Пауло, затем – там же – министром общественной безопасности. Именно к этому времени относится установление Темером тесной связи с посольством США.
Вице-президентом Темер был избран в связке с Дилмой Руссефф в октябре 2010 года. Фактически он был «троянским конём» посольства США в её кабинете. Темер вышел из правительственной коалиции в марте, отказав Руссефф в поддержке под предлогом коррупционного скандала в Petrobras. И это при наличии запроса в палату депутатов о проведении расследования по коррупционным делам самого Темера. Однако коррупция коррупции рознь. Судя по всему, новоиспечённый и.о. президента получил соответствующие гарантии от посольства США и старательно их отрабатывает.
После импичмента Бразилия подвергнется неолиберальным реформам, в первую очередь будет проведена приватизация госкомпаний. В этом процессе США будут активнейшим образом участвовать. Ради этого и затевалась вся интрига с импичментом. Власть в Бразилии перешла к людям, которые сами увязли в коррупционных скандалах, но теперь какого-либо значения для администрации США это уже не имеет.
Кремль не заметил убийства командира «Хезболлы»
Уничтожение командира «Хезболлы» в Сирии оказывает дополнительное давление на Башара Асада
Игорь Крючков
Российский дипломатический источник рассказал «Газете.Ru», что уничтожение Мустафы Бадреддина, командира «Хезболлы», предположительно, от удара израильских ВВС не вызвало возмущения в Москве. Несмотря на то что шиитская боевая группировка считается важным союзником Башара Асада, Кремль не будет вмешиваться в ситуацию — чтобы не сорвать сирийский мирный процесс целиком.
Мустафа Бадреддин был уничтожен в Дамаске 13 мая, предположительно, от авиаудара ВВС Израиля. Об этом сообщил ряд ближневосточных СМИ. Позже в интервью телеканалу Аl-Manar эти обвинения повторил Навар аль-Сахили, ливанский парламентарий и представитель «Хезболлы».
Израильские власти не подтвердили и не опровергли факт удара. Это традиционная позиция Иерусалима, когда речь заходит о поражении целей на территории Сирии.
Впрочем, премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху в апреле признал, что ранее ВВС Израиля уничтожали склады с оружием «Хезболлы» в Сирии. Сделал он это незадолго до своего визита в Москву, чтобы лично с Владимиром Путиным договориться о соглашении, которое предотвращало бы опасные военные инциденты между ВВС РФ и Израиля в Сирии.
«Наше соглашение с Израилем напрямую не связано с уничтожением Бадреддина. Оно не оговаривало, что может делать Израиль на территории Сирии, а что — нет. Главное — это координация действий авиации, — объяснил «Газете.Ru» дипломатический источник. — Израиль должен ставить нас в известность каждый раз, когда намерен проводить операцию ВВС в сирийском воздушном пространстве. Без этого просто невозможно избежать военных инцидентов. Расстояния для авиации смешные, а в Сирии размещены российские и местные системы ПВО».
По его мнению, израильские военные не могли не сообщить российским коллегам о проведении авиаудара, в результате которого погиб командир «Хезболлы». Сам по себе факт уничтожения высокопоставленного человека из группировки, которая координировала свои действия с официальным Дамаском, не вызвал у отечественных властей раздражения, добавил собеседник «Газеты.Ru».
Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил 13 мая, что сообщения о гибели Бадреддина «еще нужно проверить». Он добавил, что контакты между Россией и Израилем на сирийском направлении поддерживаются, но в детали вдаваться не стал.
Тяжелое наследие
Израильский источник, знакомый с ситуацией, не подтвердил и не опроверг факт уничтожения Бадреддина силами ЦАХАЛ (Армия обороны Израиля), однако добавил: «Россия прекрасно знает, что у нашей страны есть долгая история противостояния с «Хезболлой».
«В 2007 году у нас был масштабный конфликт с группировкой в Ливане. Сегодня, в ходе военного конфликта в Сирии, мы неоднократно давали понять, что не допустим усиления «Хезболлы» в этой стране, — добавил собеседник «Газеты.Ru». — Мы не можем себе позволить, чтобы эта организация получала современное оружие и укрепляла позиции на сирийских Голанских высотах, так как это напрямую угрожает израильской безопасности. На данный момент мы чувствуем, что Москва относится к нашей позиции с пониманием».
«Хезболла» — шиитская радикальная группировка, базирующаяся в Ливане. Она пользуется существенной поддержкой Ирана, который позиционирует себя как лидер «шиитского пояса» исламского мира и стремится расширить сферу своего регионального влияния. После того как в 2012 году в Сирии начался военный кризис, боевики «Хезболлы» (как и отряды элитных военных подразделений собственно иранской армии) начали активно помогать президенту страны Башару Асаду сохранить власть.
55-летний Мустафа Бадреддин был одним из лидеров «Хезболлы», командующим боевиками в ходе сирийской кампании. По данным Reuters, Бадреддин входил в состав делегации «Хезболлы», которая регулярно встречалась с Асадом в Дамаске и координировала свои действия с сирийскими военными.
Бадреддин был шурином Имада Мугнии, главы внутренней безопасности «Хезболлы», который погиб от бомбы, заложенной в его автомобиль, в 2008 году. Это убийство наблюдатели также связывали с израильскими спецслужбами.
«Интересы России и Израиля в Сирии в каких-то сферах пролегают параллельно, а в каких-то расходятся, — считает Ирина Звягельская, заведующая сектором международных вопросов Центра арабских исследований Института востоковедения РАН. — Относительно «Хезболлы» они как раз противоположны. Россия поддерживает Башара Асада и, соответственно, союзные ему боевые группировки. Для Израиля между тем Асад — это связующее звено между враждебным Ираном и «Хезболлой», и вся эта цепь тянется на израильский «задний двор» — в Ливан и на Голанские высоты».
По мнению эксперта, Москва и Иерусалим понимают это различие интересов и на данный момент достигли баланса в Сирии. «Израилю безразлично, какие силы Россия поддерживает здесь, до тех пор, пока у «Хезболлы» нет доступа к современному оружию и нет возможности получить передовой боевой опыт», — добавила Звягельская в интервью «Газете.Ru».
Больше не союзник
В то же время между Россией и режимом Асада накопились противоречия. Это стало очевидным на переговорах о создании правительства национального единства в Сирии, которые проходят с февраля текущего года в Женеве под покровительством ООН, Москвы и Вашингтона. Дамаск, а также представители пророссийской и проамериканской оппозиции, участвующие в сирийских переговорах, крайне неохотно идут на уступки, вызывая опасения в срыве всего мирного процесса.
В начале мая стало очевидно, что терпение РФ стало заканчиваться. Глава МИДа Сергей Лавров 4 мая впервые заявил, что президент Сирии не является союзником России.
«Асад нам не союзник, между прочим. Да, мы его поддерживаем в борьбе с терроризмом и в сохранении сирийского государства. Но он не является союзником в том смысле, в котором Турция является союзником США», — сказал Лавров в интервью РИА «Новости».
«Заявление Лаврова об Асаде действительно было сигналом Дамаску, чтобы подтолкнуть его к более конструктивной позиции на женевских переговорах, — считает Елена Супонина, научный советник Российского института стратегических исследований. — Однако это было сигналом и в сторону США. Москва ожидает, что Вашингтон убедит и своих союзников в Женеве, в том числе Турцию, пойти на дополнительные уступки».
5 мая в британской The Financial Times появилась статья о том, что фигура Асада до сих пор остается главной проблемой, тормозящей сирийский мирный процесс.
Издание со ссылкой на американские правительственные источники сообщало, что на данный момент Россия и США и рады бы консолидировать позиции насчет Асада, но в нынешних условиях не могут. «Американские власти утверждают, что не могут уговорить сирийскую оппозицию подписать мирное соглашение, которое не требовало бы ухода Асада с президентского поста. Сделка без этого пункта спровоцирует новую волну насилия со стороны исламистов в Сирии, — гласит текст публикации. — Россия говорит, что смещение Асада дестабилизирует страну, которую его клан контролировал десятилетиями, и приведет к хаосу по ливийскому сценарию».
Пока Москва не собирается использовать свои контакты с Израилем и его удары по «Хезболле» как еще один рычаг воздействия на сирийский режим, считает Ирина Звягельская. «Арабские страны очень остро реагируют на израильскую политику, — рассказала эксперт. — И если Россия будет пытаться использовать этот фактор для давления на Дамаск, это не только не приведет к позитивным результатам, это будет означать разрыв прежних наработанных связей».
Самолетов США и сил коалиции по борьбе с запрещенной в РФ террористической организацией "Исламское государство" (ИГ) не было в районе, где погиб один из командиров боевого крыла "Хезболлах" Мустафа Бадреддин, сообщил в рамках регулярного брифинга пресс-секретарь Белого Дома Джош Эрнест.
В связи с этим ведомство не может подтвердить факт его гибели, добавил он.
"В районе, где, согласно сообщениям, он был убит, ни самолетов США, ни стран международной коалиции не было", — сказал Эрнест.
Ранее о том, что сообщения о смерти одного из ключевых командиров ливанского движения "Хезболлах" Мустафы Бадреддина нуждаются в проверке, заявил пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков.
"Хезболлах" воюет с террористическими группировками почти с самого начала кризиса в Сирии. Представители самого движения неоднократно говорили, что их бойцы "встали на сторону сирийского правительства в борьбе с экстремизмом и продолжают активно действовать как в глубине территории соседнего государства, так и на сирийско-ливанской границе, препятствуя отрядам боевиков проникать вглубь территории Ливана".
Бадреддин, предположительно, фигурировал среди лиц, обвиняемых в причастности к убийству экс-премьера Ливана Рафика Харири. Обвинения были выдвинуты Специальным трибуналом по Ливану в 2011 году, но имена фигурантов официально не разглашались.
Аракчи: Иран не намерен аннулировать сделку о тяжелой воды с США
Заместитель министра иностранных дел Ирана Сейед Аббас Аракчи подчеркнул, что Тегеран не отменит контракт на экспорт своих избыточных резервов тяжелой воды в США.
Замглавы МИД добавил, что экспорт был задержан, так как Иран хочет принять необходимые меры предосторожности, чтобы убедиться, что США выполнят свои обязательства.
Аракчи подробно разъяснил выступление главы Организации по атомной энергии Ирана (ОАЭИ) Али Акбара Салехи, который сказал, что "запас тяжелой воды должен был быть доставлен в США, но мы проявляем осторожность после того, как США заблокировали $ 2 млрд активов Ирана (со ссылкой на недавнее решение Верховного суда США, который санкционировал передачу $ 2 млрд замороженных активов Тегерана семьям жертв 1983 года бомбардировки в Бейруте) ".
Отвечая на вопрос, может ли контракт о тяжелой воде с США быть аннулирован, он сказал: "Нет. Мы более осторожны, потому что мы хотим быть уверены, что никаких проблем не будет происходить в вопросе компенсации, и постановления судов США не будут препятствовать, учитывая тот факт, что администрация США несет ответственность в этом вопросе". Аракчи выразил надежду на то, что необходимые гарантии будут обеспечена в этом отношении, передает Iran.ru.
Роспатент и РОСНАНО заключили соглашение о сотрудничестве.
Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Роспатент) и Группа РОСНАНО заключили Соглашение о сотрудничестве. Подписи под документом поставили руководитель Роспатента Григорий Ивлиев, Председатель правления УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс и генеральный директор Фонда инфраструктурных и образовательных программ (ФИОП) РОСНАНО Андрей Свинаренко.
В документе зафиксированы основы для совместной работы Роспатента и группы РОСНАНО по совершенствованию законодательства в сфере интеллектуальной собственности, развитию системы подготовки и повышения квалификации профильных специалистов, а также координации усилий в целях инновационного развития российской наноиндустрии и сферы интеллектуальной собственности в целом.
Роспатент и РОСНАНО будут работать над вопросами повышения качества предоставления государственных услуг, в том числе для портфельных компаний АО «РОСНАНО», наноцентров и технологических инжиниринговых компаний ФИОП. Стороны обеспечат доступ представителей РОСНАНО к базам данных Федерального института промышленной собственности и результатам анализа патентной статистики в форме патентных ландшафтов. ФИОП сможет пользоваться научными ресурсами Российской государственной академии интеллектуальной собственности для разработки и реализации образовательных программ в сфере интеллектуальной собственности. Стороны намерены совместно развивать сотрудничество с зарубежными патентными ведомствами в области правовой охраны интеллектуальной собственности российских компаний на мировом рынке.
«Роспатент как ведомство, которое обеспечивает правовую защиту результатов интеллектуальной деятельности, поддерживает отечественные высокотехнологичные компании в их стремлении развивать свои портфели интеллектуальной собственности, вводить права на нее в экономический и гражданско-правовой оборот. Это стимулирует развитие экономики нашей страны, а также открывает возможности для выхода России в число мировых технологических лидеров, поскольку потенциал, которым обладает наша страна, огромен. Увы, еще не все понимают, почему важно работать с интеллектуальной собственностью, поэтому принципиально важно, что в нашем Соглашении с РОСНАНО есть пункт о развитии просветительской деятельности данной в сфере», — заявил глава Роспатента Григорий Ивлиев.
«Сотрудничество с Роспатентом — важный этап в реализации стратегии РОСНАНО, которая ставит совершенствование рыночных механизмов в сфере охраны и продвижения продуктов интеллектуальной собственности в ряд приоритетов развития инновационного бизнеса. Ежегодно в России подается порядка 44 тысяч заявок на регистрацию изобретений. Мы в десятке наиболее благополучных стран по этому показателю. Но… в сравнении с лидерами — Китаем (более 1 млн) или США (590 тысяч) — заметно проигрываем, имея колоссальный потенциал», — отметил Председатель правления УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс, — «Например, Реестр интеллектуальной собственности РОСНАНО демонстрирует стабильные темпы роста: в 2013 году включал в себя 888 объектов, а сегодня уже 3770. При этом наиболее заметный тренд наблюдается именно в категории „изобретения“ — их количество только за последние полтора года увеличилось более чем вдвое: с 697 до 1947. При содействии Роспатента, уверен, удастся снять некоторые системные барьеры в интересах частного бизнеса. Опыт портфельных компаний РОСНАНО показывает, что снижение сроков рассмотрения заявок с 24 месяцев до 12 месяцев вполне возможен, и это не предел».
По данным Роспатента, УК «РОСНАНО» — одна из наиболее активных российских компаний в сфере работы с интеллектуальной собственностью. Единый реестр, созданный РОСНАНО в 2013 году для учета и хранения информации об интеллектуальной собственности портфельных компаний, стал значительным вкладом в процесс защиты и продвижения российских высокотехнологичных разработок на мировом рынке.
Справка
Фонд инфраструктурных и образовательных программ создан в 2010 году в соответствии с Федеральным законом № 211-ФЗ «О реорганизации Российской корпорации нанотехнологий». Целью деятельности Фонда является развитие инновационной инфраструктуры в сфере нанотехнологий, включая реализацию уже начатых РОСНАНО образовательных и инфраструктурных программ.
Председателем высшего коллегиального органа управления Фонда — наблюдательного совета — является Министр образования и науки Дмитрий Ливанов. Согласно уставу Фонда, к компетенции совета, в частности, относятся вопросы определения приоритетных направлений деятельности Фонда, его стратегии и бюджета. Председателем Правления Фонда, являющегося коллегиальным органом управления, является Председатель Правления ООО «УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс, генеральным директором Фонда — Андрей Свинаренко.
* * *
Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «РОСНАНО» создано в декабре 2013 года в рамках реализации новой Стратегии АО «РОСНАНО» до 2020 года для управления инвестиционным портфелем компании и формирования новых инвестиционных фондов нанотехнологий.
Председателем Правления ООО «УК «РОСНАНО» является Анатолий Чубайс.
CMA CGM запустила сервис по доставке грузов из Санкт-Петербурга в Восточное Средиземноморье
Ротация на сервисе включает заходы в четыре ключевых порта Северной Европы
CMA CGM запустила новый сервис с кратчайшими сроками доставки Baltic Levant Express, который напрямую связывает Санкт-Петербург и регион Восточного Средиземноморья, об этом 11 мая сообщает ТАСС со ссылкой на пресс-службу компании.
«Ротация на сервисе включает заходы в четыре ключевых порта Северной Европы — Гамбург, Роттердам, Антверпен и Гавр — и важнейшие порты Восточного Средиземноморья — Александрию, Бейрут, Мерсине и Алиага», — говорится в сообщении.
Также отмечается, что сервис предлагает минимальные сроки доставки. Транзитное время от порта Картахена до Тильбюри составляет 5 дней, от Александрии до Гавра — 9 дней.
На сервисе оперирует 6 контейнеровозов вместимостью 1750-1850 TEU. Первый рейс отправился из Петербурга 9 мая.
CMA CGM Group — транспортная судоходная компания со штаб-квартирой в Марселе, занимающаяся преимущественно контейнерными морскими перевозками. CMA CGM Group является самым крупным во Франции и третьим по величине в мире морским контейнерным перевозчиком с общим дедвейтом судов в 1,4 млн TEU. Флот компании состоит из 390 судов и обслуживает более 400 портов по всему миру. CMA CGM Group представлена в 150 странах мира.
Анна Булаева
Крым в апреле экспортировал зерно в страны Средиземноморья
Крым в апреле экспортировал 10,059 тыс. тонн зерна (13,002 тыс. тонн в марте). Сообщает агн. Зерно Он-Лайн со ссылкой на службу Россельхознадзора.
В Ливан было поставлено 6,952 тыс. тонн пшеницы и в Турцию 3,107 тыс. тонн пшеницы.
В марте 7,001 тыс. тонн крымского ячменя было поставлено на Кипр и 6,001 тыс. тонн пшеницы в Ливан.
Продлен срок приема заявок на участие в рейтинге задач для 3D-печати.
Фонд инфраструктурных и образовательных программ (ФИОП, входит в Группу РОСНАНО) и Технологическая инжиниринговая компания «ЛВМ АТ» в апреле 2016 года объявили о запуске ежегодного рейтинга наиболее интересных задач, которые можно решить с помощью 3D-печати.
В связи с повышенным интересом к рейтингу, а также для того, чтобы участники смогли более глубоко и содержательно проработать свои задачи, организаторы приняли решение продлить срок приема заявок для участия в рейтинге до 27 мая.
Напомним, что к участию в рейтинге приглашаются промышленные предприятия, технологические стартапы, отдельные научные группы, которые готовы продемонстрировать свои возможности в области аддитивных технологий. Рейтинг охватит широкий круг отраслей: от медицины до автомобилестроения.
Для того, чтобы принять участие в рейтинге, нужно предложить индустриальную задачу, которая может быть решена с применением аддитивных технологий и при этом будет связана с оптимизацией формы изделия, изменением конструкции детали, изменением процесса производства или объединит несколько направлений.
Результаты первого рейтинга CML AT Additive Challenge будут представлены в июне 2016 года. Лучшие задачи, вошедшие в ТОП-5 рейтинга, будут реализованы, а полученные решения будут напечатаны на 3D-принтере за счет организаторов.
Для участия в рейтинге необходимо заполнить заявку на сайте additivechallenge.ru и направить ее вместе с 3D-моделью детали на адрес challenge@compmechlab.ru. Заявки будут приниматься до 27 мая 2016 года.
Справка
Фонд инфраструктурных и образовательных программ создан в 2010 году в соответствии с Федеральным законом № 211-ФЗ «О реорганизации Российской корпорации нанотехнологий». Целью деятельности Фонда является развитие инновационной инфраструктуры в сфере нанотехнологий, включая реализацию уже начатых РОСНАНО образовательных и инфраструктурных программ.
Председателем высшего коллегиального органа управления Фонда — наблюдательного совета — является Министр образования и науки Дмитрий Ливанов. Согласно уставу Фонда, к компетенции совета, в частности, относятся вопросы определения приоритетных направлений деятельности Фонда, его стратегии и бюджета. Председателем Правления Фонда, являющегося коллегиальным органом управления, является Председатель Правления ООО «УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс, генеральным директором Фонда — Андрей Свинаренко.
Тегеран осудил проведение антииранской конференции в Кувейте
Министерство иностранных дел Ирана вызвало поверенного в делах Кувейта, чтобы возразить протест против решения этой страны принять спонсируемую жителями Саудовской Аравии конференцию против Ирана.
«Проведение такой встречи является явным нарушением всемирно признанных норм и идет вразрез с принципами добрососедства», - подчеркнул официальный представитель МИД Ирана на встрече с кувейтским дипломатом.
Как стало известно Iran.ru, Саудовская Аравия организовала конференцию в Кувейте, в которой должны приняли участие приблизительно 300 человек, представляющих государства Персидского залива, а также Тунис, Мавританию и Ливан. Целью мероприятия заявлено «противодействие политике Ирана в регионе».
Спикер иранского парламента требует подать иск против США
Спикер иранского Парламента Али Лариджани обратился к Министерству иностранных дел с просьбой направить жалобу в Международный суд ООН в Гааге в связи с недавним решением американского Верховного Суда.
«Кража активов Ирана американцами противоречит всем международным нормам. И парламентская Комиссия по Национальной безопасности и Внешней политике должна серьезно заниматься этой проблемой», - заявил сказал Лариджани, выступая на открытой сессии парламента в Тегеране.
«Министерство иностранных дел должно ответить на дерзость американского правительства разбирательством в Международном суде ООН в Гааге и защитить иранские национальные права», - добавил спикер.
Как сообщал Iran.ru, ранее Федеральный суд в Вашингтоне постановил, что в теракте, который произошел в 1983 году в Бейруте, в котором погибли 241 американских военнослужащих, якобы были замешаны высокопоставленные иранские чиновники. И постановил выплатить семьям погибших в Ливане американских морских пехотинцев около 2 миллиардов долларов из замороженных активов Ирана.
Ливан голосует против сирийского конфликта
В Ливане впервые за шесть лет пройдут выборы
Александр Братерский
В Ливане стартуют первые за шесть лет выборы — в муниципальные органы власти. Голосование играет важную роль для стабилизации обстановки в стране, которая уже два года живет без президента и ощущает себя полноценным участником конфликта в Сирии.
Муниципальные выборы в Ливане будут проходить две недели, поочередно в разных районах страны. В воскресенье голосование проходит в Бейруте, городе, который некогда называли «Парижем Ближнего Востока», а также в долине Бекаа, сельскохозяйственном сердце Ливана. Оба региона переживают далеко не лучшие времена. Кризис власти в Ливане усугубляется конфликтом в Сирии. Две страны культурно и политически тесно связаны друг с другом со времен французского колониального владычества.
В многонациональном Ливане огромную роль играет религия, а властные полномочия распределяются между суннитами, шиитами и христианами. Муниципальные выборы, по задумке властей, должны «перезапустить» государственную систему и найти новый этно-конфессиональный баланс сил.
В поисках президента
Из-за сирийского конфликта в Ливане так и не состоялись парламентские выборы, которые должны были пройти в 2013 году. В то же время действующий парламент страны уже 34 раза провалил процедуру избрания президента. Депутаты, которых конституция Ливана обязывает назначать главу государства, никак не могут найти компромиссную фигуру. Согласно нынешним правилам, на этот пост может выдвигаться только представитель общины христиан-маронитов.
Ведущий эксперт вашингтонской аналитической группы Gulf State Analytics Теодор Карасик считает, что нынешние муниципальные выборы могут стать первым шагом к успешным выборам президента Ливана. «Голосование продемонстрирует, насколько граждане недовольны парализованной политической системой в стране», — уверен он.
«Эрозия государственных институтов, включая институт президента, — это то, что вызывает озабоченность международного сообщества», — рассказала «Газете.Ru» заместитель генсека ООН, спецкоординатор организации в Ливане Сигрид Кааг.
В начале мая она посещала Москву, где провела встречу с замглавы МИДа Михаилом Богдановым. Переговоры в России она оценила как позитивные.
В интервью с «Газетой.Ru» дипломат отметила, что, хотя функция президента в Ливане не играет решающей роли (в отличие от поста премьера), неспособность избрать главу государства «наносит большой вред стране как в политическом, так и экономическом отношении».
Сигрид Кааг считает, что прямой связи между муниципальными выборами и выборами президента страны нет, однако они важны как «механизм демократического волеизъявления». «Именно поэтому все члены Совбеза говорят о важности муниципальных выборов, — рассказала заместитель генсека ООН. — Дело в том, что парламентские выборы в Ливане были отложены, и мы по-прежнему наблюдаем вакуум в связи с отсутствием президента».
В Москве не скрывают, что серьезно обеспокоены ситуацией в Ливане, на которую оказывает существенное влияние конфликт в Сирии. На территории этой страны находится 1,5 миллиона сирийских беженцев. Среди главных проблем Ливана Кааг также называет бесконтрольное распространение оружия и прибытие в страну радикальных групп с Ближнего Востока.
«Хезболла» защищает
Ливанская шиитская группировка «Хезболла» — один из самых заметных участников сирийского конфликта. Ее военное крыло воюет на стороне режима президента Сирии Башара Асада. Эксперт-ближневосточник Владимир Ахмедов отмечает, что без поддержки «Хезболлы» и дружественного ей Ирана сирийский режим давно бы пал.
В то же время в самом Ливане, как отмечает издание The Wall Street Journal, многие позитивно относятся к тому, что «Хезболла» участвует в сирийском конфликте. Ее боевики в Сирии борются в том числе с террористическим «Исламским государством» (ИГ запрещено в России). Это обеспечивает безопасность для Ливана. «Если бы «Хезболла» не пришла в Сирию, война пришла бы в Ливан», — рассказал изданию аналитик бейрутского отделения центра American Strategic Studies Камель Вазне.
ООН рассматривает участие членов «Хезболлы» и граждан Ливана в сирийском конфликте как негативный фактор, заявила «Газете.Ru» Сигрид Кааг. Она напомнила, что генсек ООН Пан Ги Мун недавно призвал всех ливанцев, воюющих в Сирии, вернуться обратно домой.
Точное число боевиков «Хезболлы», воюющих в Сирии, неизвестно. По данным израильского издания Haaretz, оно составляет около 3000 человек, то есть 15% от военных сил организации. В Израиле есть опасения, что боевики, вернувшись из зоны боевых действий, начнут угрожать Израилю с территории Ливана.
Однако в ООН подчеркивают, что организация имеет позитивный опыт взаимодействия с политическим крылом «Хезболлы» в Ливане, которая является влиятельной политической силой страны. Она не находится в списках террористических организаций ООН, и это позволяет международным дипломатам взаимодействовать с политическими лидерами «Хезболлы» для предотвращения конфликтов на границе Израиля и Ливана.
По словам Кааг, Израиль информирует руководство ООН об увеличении военных арсеналов «Хезболлы», однако у ООН нет возможностей, чтобы проверить достоверность этих сведений. В то же время собеседница «Газеты.Ru» отметила, что налицо «постоянные нарушения» резолюции ООН 1701 о прекращении огня в Ливане, которые усиливают и без того опасную эскалацию насилия в регионе.
![Главное](/images/star.png)
Брак по расчету
Перспективы российско-иранского регионального сотрудничества
Николай Кожанов – кандидат экономических наук, консультант программы «Внешняя политика и безопасность» Московского Центра Карнеги.
Резюме Как и в ряде других случаев, Россия и Иран оказались в Сирии вынужденными партнерами. Взаимодействие носит ограниченный характер, что определяется как различием мотивов сторон, так и вероятностью навредить отношениям с третьими государствами.
К российскому военному участию в сирийской гражданской войне Тегеран на официальном уровне отнесся исключительно позитивно. Основные информагентства Исламской Республики – ИРНА, ИСНА, ИЛНА и «Мехр» – в целом положительно осветили происходящее, подыгрывая, таким образом, и российской пропаганде. Приветствовали вступление России в борьбу с ИГИЛ и большинство иранских чиновников.
Вместе с тем эксперты серьезно расходятся в оценках диалога, возникшего между двумя государствами. В то время как одни заявляют о возникновении альянса, другие говорят о ненадежности договоренностей и настойчиво ищут признаки скорого раскола между Москвой и Тегераном. Первые ссылаются на факты активного взаимодействия. Подчеркивают, что сирийский вопрос был одним из главных во время визита Владимира Путина в Тегеран 23 ноября 2015 года и встреч с президентом Хасаном Роухани и Верховным лидером Али Хаменеи. Противники версии формирования альянса утверждают, что Россия и Иран рано или поздно должны разойтись по Сирии, так как преследуют разные цели и по-разному видят перспективы урегулирования конфликта. При этом ссылаются на неоднозначные оценки иранским истеблишментом российского военного присутствия в САР.
С нашей точки зрения, взаимодействие Москвы и Тегерана по Сирии будет долгосрочным, но ряд факторов не позволит ему стать полноценным военно-политическим альянсом.
Сотрудничать нельзя соперничать – где ставить запятую?
Скрытая полемика в иранском истеблишменте относительно целесообразности взаимоотношений с Россией по Сирии, равно как и о необходимости участия Тегерана в сирийском конфликте, существует. Однако она ведется внутри определенной группы политической элиты и на национальный уровень выходит нечасто.
Некоторая часть иранского общества демонстрирует усталость от активного вмешательства Тегерана в дела региона, на что уходят значительные средства. Лозунг этих людей достаточно прост: «хватит кормить зарубежье», т.к. направляемые в Ирак, Палестину и Сирию деньги могут быть эффективнее использованы на нужды развития экономики, переживающей не лучшие времена. Спор постепенно выходит за пределы бытового общения и подхватывается некоторыми представителями иранских прагматиков. В частности, в 2013 г. высокопоставленный дипломат ИРИ Мохаммад Садр открыто выступил против безоговорочной поддержки Башара Асада. В рамках дискуссии о целесообразности присутствия Ирана в Сирии оценивается и взаимодействие с Россией. Например, в октябре 2015 г. (после начала операции ВКС РФ) видный иранский политик Али Хашеми-Рафсанджани четко обозначил неприятие военного решения сирийского вопроса. Он открыто заявил о негативном отношении к любого рода бомбардировкам, уточнив, что решить сирийскую проблему можно только путем переговоров. Впрочем (и это зачастую упускается экспертами), помимо Хашеми-Рафсанджани и Садра открыто высказывать столь радикальные идеи никто из ведущих иранских политиков не решился. Да и эти двое, почувствовав, что идея невмешательства непопулярна, стали более сдержанны в своих суждениях.
С другой стороны, критикуют Россию и представители другого политического полюса Ирана – радикально настроенные консерваторы и отдельные члены Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Последние воспринимают Сирию как свою вотчину, право на владение которой они оплатили не только деньгами, но и кровью. Действительно, иранские военные (точнее, военнослужащие сил КСИР и корпуса спецназначения «аль-Кодс») появились в Сирии давно. И если Москва даже сейчас продолжает пытаться играть роль посредника между режимом и оппозицией, то Тегеран с первых дней гражданской войны однозначно выступил союзником официального Дамаска. Помимо военной помощи он предоставил Асаду финансовую поддержку (в наиболее сложные периоды 2013–2014 гг. зарплата сирийским военным платилась фактически из иранского кармана) и топливно-энергетические ресурсы. Иранские военные инструкторы подготовили сирийскую армию и ополчение для участия в городских боях, в то время как гражданские специалисты быстро и сравнительно эффективно перевели сирийскую экономику на военные рельсы. На этом фоне наращивание российского присутствия и прямое вмешательство России в конфликт в Сирии порождает у некоторой части иранских силовиков ревность и стремление к соревнованию с Москвой.
Однако, как и в случае с Хашеми-Рафсанджани и Садром, радикальные консерваторы отражают мнение лишь определенной части населения и не задают тон во внутрииранской полемике. Иностранные эксперты, ориентирующиеся в суждениях на заявления этих групп, зачастую забывают о специфике иранской политической системы. Последняя допускает некий плюрализм мнений и разрешает осторожно усомниться в тех или иных государственных решениях, однако определяющее слово во всех чувствительных вопросах принадлежит даже не президенту, а Верховному лидеру и его окружению. Иными словами, и Садр, и Хашеми-Рафсанджани могут выражать точку зрения, отличную от мнения высшего руководства страны, но все будет именно так, как скажет Хаменеи. Верховный лидер же де-факто дал зеленый свет взаимодействию с Россией, что и было подтверждено во время его встречи с Путиным в ноябре 2015 года.
Оспорить мнение Хаменеи у его оппонентов не получится не только по причине непререкаемого авторитета последнего, но и потому, что на данный момент оно совпадает с видением большинства иранской политической элиты. Позицию высшего иранского руководства по взаимодействию с Россией лучше всего выразил советник Хаменеи по внешней политике Али Акбар Велаяти, курирующий в том числе и сирийский вопрос. Он заявил, что в Тегеране рассчитывают на «продолжительные и долгосрочные связи с Россией». По словам политика, «российские усилия по сирийской проблеме полностью согласовываются с Ираном. Иногда [в прошлом] у [двух стран] расходились мнения, но в конце концов расхождения были согласованы». Для придания большей эффектности своим словам Велаяти призвал не удивляться возможным будущим визитам командира корпуса специального назначения «аль-Кодс» Касема Сулеймани в Москву «для обмена информацией». Подобная точка зрения на Россию как партнера в Сирии стала каноничной для иранского политического истеблишмента, а также, хоть и с определенными оговорками, принимается иранским обществом.
Единство и борьба противоположностей
Не последнюю роль в решимости иранцев сотрудничать с Москвой в Сирии играет и их видение собственных целей и задач. Эксперты, говорящие о существенном расхождении российских и иранских мотивов военного вмешательства, абсолютно правы. Ошибаются они только в одном и самом главном. Различные мотивы не разделяют, а сближают два государства, неожиданно создавая общие цели.
Во-первых, и Иран, и Россия заинтересованы в сохранении государственных институтов в Сирии. Впрочем, каждый по своим причинам. К сентябрю 2015 г. российское руководство было полностью убеждено, что т.н. «русскоговорящие джихадисты» и радикальные исламские группировки, воюющие против режима Асада, представляют существенную угрозу постсоветскому пространству, в то время как сам сирийский режим (точнее, его госструктуры) – последняя надежда на стабильность в стране. Ответ на вопрос, являлись ли эти опасения оправданными, оставим открытым. Важно другое – к сентябрю 2015 г. падение режима Асада казалось Москве лишь вопросом времени. Допустить этого Россия не могла.
Учитывая опыт Ливии и Ирака, где полный демонтаж старых властных структур и строительство новых не дали положительного результата, Москва была уверена, что создавать новую Сирию можно лишь на основе остатков старой. Исчезновение же прежних институтов власти, с точки зрения российского руководства, означало бы потерю Сирии как государства, начало бесконечной гражданской войны и, самое главное, дальнейшую радикализацию воюющих группировок с негативными последствиями для соседних регионов. В результате Россия оказалась перед выбором между плохим сценарием (вовлечением в рискованную военную операцию) и очень плохим (падением сирийского государства, которое Москва видела единственной надеждой на стабилизацию). Выбор был сделан в пользу меньшего из зол.
Тегеран заинтересован в спасении остатков сирийского государства по другим причинам. Политика Ирана на сирийском направлении находится сейчас в ведении Верховного лидера Хаменеи и окружающих его консерваторов, до сих пор видящих Иран «осажденной крепостью». Они воспринимают очередное улучшение отношений с внешним миром (и в первую очередь Западом) лишь как временную передышку в борьбе за национальные интересы. Высшее руководство считает свои действия в Сирии элементом более глобальной стратегии, конечной целью которой является закрепление за Ираном права определять развитие событий в регионе. В этом ключе иранские консерваторы сформулировали концепцию «цепи сопротивления», состоящей из Ливана, Сирии, Ирака и Йемена. По их замыслу, каждая из этих стран является передним краем обороны ИРИ против замыслов государств региона, стремящихся подорвать влияние Исламской Республики на Ближнем Востоке. К числу врагов в первую очередь относят Саудовскую Аравию, а также по мере необходимости Катар и Турцию. Существенное ослабление иранского присутствия в любой из них может иметь негативное значение для регионального положения ИРИ в целом.
Был сформулирован тезис – «борьба за Сирию является борьбой за Иран», и руководство явно не намерено уходить из САР. Велаяти даже назвал Сирию «золотым звеном» в «цепи сопротивления». Военное присутствие Ирана в этой стране также видится Тегерану как элемент старого противостояния с главными идеологическими оппонентами – Израилем и США. Как Велаяти заявил в декабре 2015 г., Сирия является важным «мостом, связующим Иран с Ливаном (т.е. “Хезболлой”) и Палестиной». Последнее неизбежно делает Дамаск одним из важных элементов ирано-американо-израильского противостояния. По словам другого советника Верховного лидера, бригадного генерала Яхьйи Рахим-Сафави, главная цель американской политики на сирийском направлении – обеспечить безопасность Израиля. Все это делает сохранение проиранского режима в Сирии экзистенциальным вопросом для Тегерана, а следовательно, помещает Иран в один лагерь с Россией, которая также (хотя и в силу иных причин) спасает власть Асада.
При этом как Россия, так и Иран не видят конечной целью своего военного присутствия в Сирии возвращение Асаду полного контроля над страной. Как руководство ИРИ, так и российские власти прекрасно понимают, что это невозможно: у них просто нет достаточных ресурсов. В результате обе страны поддержали усилия международного сообщества по решению сирийского конфликта дипломатическим путем, пока последний гарантирует сохранение в САР российского и иранского влияния. Это, в свою очередь, примирило их переговорные позиции.
Наконец, сближает Тегеран и Москву и восприятие ИГИЛ и группировки «Джабхат ан-Нусра» (запрещены в России – Ред.) как значимой угрозы. Однако если для России они в первую очередь являются проблемой национальной безопасности, то в Иране воспринимаются как существенный идеологический вызов. Хотя иранское руководство давно на практике отказалось от экспорта исламской революции, оно по-прежнему болезненно относится к любым попыткам оспаривать его право на использование ислама в политических целях.
Взаимодействие без иллюзий
Еще одним фактором, сближающим два государства в Сирии, служит чрезвычайный прагматизм российского и иранского руководства. Ни у Москвы, ни у Тегерана нет иллюзий относительно различий их конечных целей, которые заставляют РФ и ИРИ бороться за выживание сирийских госинститутов. Об этом вполне открыто заявил Велаяти: «Каждая страна преследует свою выгоду, [но] в одиночку Россия не сможет защитить собственные интересы на Ближнем Востоке и в регионе». По словам Велаяти, одной из причин, по которой Кремль постарался вовлечь Иран в переговорный процесс по Сирии, было нежелание Москвы остаться одной в ходе встреч с зарубежными спонсорами сирийской оппозиции. Иран же, исходя из того, что в Сирии ведется «малая мировая война», и понимая, что без помощи Москвы ему не обойтись, согласился оказать необходимую дипломатическую поддержку, а также вместе с Россией, Ираком, Ливаном и Оманом сформировал на переговорах группу, которую Велаяти охарактеризовал как «дипломатический блок сопротивления».
Иными словами, российское и иранское руководство исходят из того, что обеспечить выживание Дамаска можно, только объединив усилия и временно отодвинув на второй план вопросы, по которым имеются расхождения. В результате возник «брак по расчету», где за счет совместного существования каждый преследует свою цель.
В частности, принцип «брака по расчету» позволил временно преодолеть разногласия между Москвой и Тегераном относительно судьбы самого Асада и алавитского режима как такового. Российская сторона не привязана к сирийскому режиму так, как Тегеран. Для Москвы главной задачей является выживание госинститутов, а в долгосрочной перспективе – уход Асада в процессе мирного урегулирования и при условии, что это не нанесет вреда ни интересам Москвы в Сирии, ни самому мирному урегулированию. Администрация Владимира Путина понимает необходимость трансформации дамаскского режима в более демократичный и инклюзивный. Иранцы же зачастую ставят знак равенства между сирийскими государственными институтами и нынешним президентом. Поначалу для Тегерана уход Асада был абсолютно неприемлем. К декабрю 2015 г. Россия и Иран смогли временно решить это противоречие, согласившись на том, что Асад все же может быть смещен, но только в результате народного волеизъявления.
Впрочем, ни о точных сроках общесирийского голосования, ни о механизмах, которые позволили бы избежать «постановочных» выборов, характерных для режима Асада, в заявлениях сторон ничего не говорится. Похоже, Тегеран и Москва просто нашли удобную формулировку, позволившую отложить дискуссию о судьбе Башара Асада до момента, когда они смогут гарантировать реализацию первостепенной задачи – выживание сирийской государственности.
Все же не союз
Указанная общность интересов Москвы и Тегерана создает основу для координации их политики на сирийском направлении. Тем не менее говорить о полноценном военном союзе не приходится. Для этого у российско-иранского сотрудничества отсутствует главный признак – наличие объединенного штаба или иного наднационального органа, предполагающего постоянное и устойчивое координирование военных усилий. Имеет место ситуативное согласование, не более того. В основном же Иран и Россия продолжают действовать самостоятельно. Так, в 2014–2015 гг. Тегеран, хотя и проинформировав Москву, самостоятельно выходил на сирийскую оппозицию и представителей официального Дамаска со своими планами мирного урегулирования. Иранцы также попробовали силы в качестве переговорщиков в Сирии. В сентябре 2015 г. они добились шаткого временного перемирия между сирийским режимом и отрядами организации «Джейш аль-Фатех» в ряде населенных пунктов.
Остается открытым и вопрос, насколько Москва координировала с Тегераном свои усилия по налаживанию перемирия, действующего с конца февраля 2016 г., а также согласовала частичный вывод ВКС РФ, начавшийся 15 марта. Первичная реакция иранских политиков показала, что Тегеран не вполне понимал замыслы российского руководства. Прозвучавшие из Ирана одобрительные заявления были весьма сдержанными и больше напоминали наигранную попытку продемонстрировать осведомленность, за которой угадывалась растерянность. Представители политических кругов и экспертного сообщества ИРИ явно имели вопросы к России. Особенно смущало иранцев то, что начало перемирия в Сирии может означать снижение интенсивности боевых действий против исламистских группировок и послужит удобной площадкой для смещения Асада американцами. Впрочем, к апрелю 2016 г. на большинство из имевшихся вопросов Москва дала удовлетворительные для ИРИ ответы.
Различается и тактика взаимодействия с сирийским режимом. К 2015 г. Тегеран, учитывая материальные и человеческие затраты на поддержание режима Асада, стал воспринимать Сирию как младшего партнера, которому он имеет право диктовать условия. Проявилась и склонность иранцев к патернализму. Тегеран начал навязывать Дамаску определенные военно-политические решения. При этом, по некоторым сведениям, чрезмерно недовольные иранским диктатом сирийские чиновники и военные имели тенденцию гибнуть при невыясненных обстоятельствах. С 2014 г. Тегеран стал вкладываться в создание военных структур, альтернативных сирийской армии, и замыкать их на себя, чтобы сделать Дамаск еще более зависимым. В частности, был предпринят эксперимент по формированию организации на манер ливанской «Хезболлы».
Москва старалась вести себя с Дамаском корректно и никогда не оказывала на него жесткого давления. В отличие от Тегерана, она удерживалась от того, чтобы действовать за спиной сирийского режима (однако, по словам некоторых сирийских оппозиционеров, попытки подыскать альтернативу Асаду Москва все же время от времени предпринимала). Это создало благоприятный образ России среди лояльных режиму сирийцев и особенно тех, кто был раздражен попытками Тегерана превратить Асада в марионетку. В результате Москва воспринимается в Сирии как своеобразный баланс настырному иранскому влиянию, что также говорит о недостатке координации между Москвой и Тегераном.
Наконец, отсутствие военного союза определяется и характером российско-иранского сотрудничества, построенного на вынужденном взаимодействии при явном расхождении в видении стратегических задач. Конечно, «брак по расчету» позволяет сглаживать острые углы, однако не решает проблему, а только откладывает то время, когда вопрос опять будет поставлен ребром. Так, несмотря на формально общую позицию по Асаду, на практике стороны остались при своем мнении. Ведущие иранские политики продолжают твердить о том, что сохранение сирийского лидера у власти является «красной линией», в то время как российские власти не исключают сценария «постасадовской Сирии», а в середине декабря 2015 г. Reuters даже опубликовало информацию о том, что у Кремля уже готов список преемников Асада. Позиции двух стран близки, но не совпадают, что исключает возможность создания союза.
На этом фоне показательным выглядит поведение представителей Министерства иностранных дел ИРИ, которые старательно избегают однозначных заявлений о характере российско-иранских отношений. 6 октября 2015 г. министр иностранных дел Ирана Джавад Зариф в интервью The New Yorker ушел от прямого ответа на вопрос о том, поддерживает ли Иран российское вмешательство в Сирии. Вместо этого Зариф сказал, что «[Иран] поддерживает любого вступившего в борьбу с ИГИЛ». Не стал он подыгрывать и московской версии о том, что ВКС России бьют исключительно по ИГИЛ. Иранский министр признал, что в первую очередь Москва наносила удар по таким организациям, как «Джабхат ан-Нусра» и «Ахрар аш-Шам». Примерно схожее заявление сделал Зариф и в декабре 2015 г., в повторном интервью The New Yorker. Тогда в ответ на вопрос о том, насколько плотно Москва и Тегеран взаимодействуют по Сирии, министр сказал: «Мы стараемся координироваться с Россией по тому, что происходит в регионе на регулярной основе, равно как и с другими [странами]. И мы готовы к дискуссии по ситуации в Сирии со всеми, потому что мы верим, что [столкнулись с] общей угрозой». Иными словами, иранский чиновник хоть и подтвердил факт взаимодействия между двумя государствами, постарался не придавать ему исключительного значения, переведя разговор в общее русло открытости Тегерана к диалогу с международным сообществом.
Все эти факты красноречиво свидетельствуют об ограничениях в развитии российско-иранского сотрудничества по Сирии. При этом их наличие связано не только с расхождениями в мотивах Москвы и Тегерана, определяющих их заинтересованность в сохранении сирийской государственности. Свою роль играет и фактор «третьих сил». Обе страны принимают во внимание то, как их союз может сказаться на динамике отношений с государствами Запада и Ближнего Востока.
Геополитическая акробатика
Российская внешняя политика в ближневосточном регионе построена на принципе балансирования между государствами Ближнего и Среднего Востока, покуда те сохраняют хоть малую степень заинтересованности в диалоге с Москвой. Кремлю пока удается, не примыкая к какой-либо региональной коалиции, сохранять относительно неплохие отношения с ближневосточными государствами (хотя уже и за исключением Турции).
По этой причине полностью блокироваться с Тегераном в Сирии Москве нецелесообразно. Реальное вступление в возглавляемую Ираном коалицию шиитских сил на Ближнем Востоке и начало полноценного противостояния с Саудовской Аравией и другими монархиями Персидского залива принесет России только вред. Кремль все еще рассчитывает на совместные проекты со странами Залива и их инвестиции. Поддержка Саудовской Аравии и ОАЭ нужна России для развития отношений с Египтом, который во многом зависит от финансовой поддержки богатых арабских монархий. Наконец, союз с шиитским Ираном даст козырь в руки тех, кто стремится выставить Россию врагом суннитов и использовать эту карту не только для ослабления позиций Москвы в регионе, но и дестабилизации мусульманских областей РФ. Российское руководство прекрасно осведомлено о том, что идея представить русских «новыми крестоносцами» обсуждалась салафитами Ирака и стран Залива достаточно давно.
«Тревожным звонком» стало оглашение в начале октября 2015 г. «Заявления саудовских богословов и проповедников о российской агрессии в Сирии». Шариатское суждение, сформулированное 52 представителями второго и третьего эшелонов саудовского духовенства, называет российское вмешательство войной против суннитов и призывает мусульман к джихаду против Москвы. Подобные заявления создают идеологическую основу как для объединения различных радикальных группировок в Сирии для борьбы против режима Асада, так и для интенсификации финансовой подпитки российских религиозных радикалов представителями Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ).
При этом идея «устроить для России второй Афганистан» в Сирии активно обсуждается не только в среде исламского духовенства и руководства радикальных группировок, но и на уровне политического истеблишмента арабских стран Персидского залива (в частности, в Катаре). Эти дискуссии уже привели к увеличению поставок противотанковых систем сирийским повстанцам некоторыми странами ССАГПЗ, а также к попыткам арабских монархий Персидского залива убедить западных партнеров в необходимости снабдить воюющие против Асада группировки переносными зенитно-ракетными комплексами.
В этой ситуации обострение отношений между Ираном и Саудовской Аравией, случившееся после казни в январе 2016 г. шиитского религиозного деятеля Нимра ан-Нимра, стало для Москвы испытанием. Полная поддержка Тегерана или, наоборот, ее отсутствие были одинаково непозволительны. В результате российское руководство приняло единственно правильное решение, предложив Эр-Рияду и Тегерану посреднические услуги для урегулирования противоречий.
Наконец, сближению России и Ирана по Сирии мешает и израильский фактор. Во время визита премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху в Россию 21 сентября 2015 г. был достигнут ряд важных соглашений. В первую очередь Россия дала гарантии того, что никакие ее действия на Ближнем Востоке не нанесут ущерб Израилю. Стороны также договорились об обмене информацией по Сирии, чтобы избежать ненужных столкновений. Израильскую реакцию на воздушные удары в Сирии также можно назвать отвечающей интересам Москвы. 4 октября 2015 г. Нетаньяху заявил, что хотя его страна и преследует в САР цели, отличные от российских, интересы двух держав не должны прийти в столкновение. Он подчеркнул, что Израиль не хотел бы «возвращаться в те дни, когда… существовало противостояние между Россией и Израилем. Думаю, что мы [с тех пор] изменили наши отношения, и это в целом хорошо». В неофициальных беседах израильские дипломаты идут еще дальше, подчеркивая, что Тель-Авив рад наконец-то «получить хотя бы одного ответственного взрослого в сирийской песочнице», что наглядно демонстрирует их отношение к военным усилиям ЕС и США. По их мнению, положительный эффект от прихода «ответственного взрослого» даже перевешивает тот негативный факт, что небо Сирии уже не настолько открыто для ВВС Израиля.
При этом на вопрос, окажет ли военное присутствие России в Сирии стабилизирующее влияние на обстановку, Нетаньяху ответил: «Время покажет». И это неудивительно. Как поясняют дипломаты, у Тель-Авива нет вопросов относительно российских возможностей, но есть опасения относительно партнеров Москвы в Сирии – Ирана и «Хезболлы». В Израиле опасаются трех вещей. Во-первых, попадания российского оружия в руки «Хезболлы». Во-вторых, того, что Москва и Тегеран могут поделить сферы влияния в Сирии на российский север и иранский юг, отдав тем самым ситуацию в сирийско-израильском приграничье на откуп иранцам. В-третьих, того, что Иран под прикрытием российского присутствия начнет создавать базы для действий против Израиля, а также пойдет на открытые провокации, не боясь возмездия Тель-Авива.
В долгосрочной перспективе перед Россией неизбежно встанет вопрос: одернуть Иран или закрыть глаза на антиизраильские провокации. Выбор сложен и неоднозначен. Любое решение неизбежно нарушит баланс в треугольнике Тель-Авив–Москва–Тегеран. Тревожным сигналом для Москвы прозвучало выступление израильского министра обороны Моше Яалона в вашингтонском Институте Брукингса 11 декабря 2015 года. На основании его слов некоторые эксперты сделали вывод о том, что к январю 2016 г. в Тель-Авиве обострилась обеспокоенность растущим сотрудничеством России с Ираном. На этом фоне, чтобы успокоить Израиль, Москве несколько раз приходилось закрыть глаза на авиаудары израильской авиации по позициям «Хезболлы» и сирийской армии, нанесенные, чтобы предотвратить попадание дополнительного оружия в руки враждебных Израилю группировок. Более того, в марте 2016 г. в российской прессе со ссылкой на арабские источники появилась информация о том, что в интересах Израиля Москва приостановила процесс подготовки к передаче Тегерану ракетных комплексов С-300. Якобы решающую роль в этом сыграла информация о фактах передачи Ираном ранее полученных от Москвы ЗРК «Панцирь-С1» и противокорабельных комплексов «Яхонт» «Хезболле». Достоверность этих сведений подтвердить не удалось (о том, что это мог быть информационный вброс, говорит и молчание Тегерана). Но, учитывая тесные связи Москвы и Тель-Авива, если у России действительно появятся подобные данные, ее реакция может быть именно такой.
Москва мне друг, но…
Фактор связей с третьими странами сдерживает и Иран. Показателен подход Тегерана к российско-турецкому конфликту. По целому ряду причин представители иранской политической элиты осудили решение Турции сбить самолет ВКС РФ. Однако иранское руководство пока не намерено полностью давать волю антитурецким сантиментам.
В начале декабря 2015 г. в телефонном разговоре с иранским коллегой президент Турции Реджеп Эрдоган назвал неприемлемой ситуацию, когда иранские новостные агентства и некоторые политические деятели обвиняют семейство Эрдогана в связях с ИГИЛ и торговле игиловской нефтью. Турецкий лидер потребовал от Роухани принять меры, но реакция иранского МИДа и президентской администрации была весьма умеренной. Официальный представитель президента ИРИ Мухаммед Ноубахт хотя и порекомендовал руководству Турции избегать языка угроз при общении с Тегераном, критиковал не Эрдогана, а его «нерадивых» советников, дающих неправильные рекомендации. Более того, во время встречи Эрдогана с вице-президентом ИРИ Эсхаком Джахангири 12 декабря 2015 г. в Туркменистане Турции был послан явный сигнал о готовности Ирана продолжать сотрудничество. Джахангири хотя и признал расхождения по сирийскому вопросу, был подчеркнуто дружелюбен и призвал к сотрудничеству в борьбе с терроризмом. Тон выступлений Джахангири не изменила даже попытка турецкого президента вновь поднять вопрос о действиях иранской прессы; кроме того, иранцы выразили готовность быть посредниками в урегулировании спора Москвы и Анкары.
В нежелании Тегерана ссориться с Анкарой сыграла роль его исключительная прагматичность. Иранскую политическую элиту явно раздражает поведение турецкого президента. Однако в отличие от Москвы, которая после трагедии с Су-24 сразу же принялась «бить горшки», в Иране все спокойно просчитали и пришли к выводу, что словесно с Анкарой ругаться можно и нужно, а вот усугублять кризис пока не стоит. Во-первых, решить сирийский вопрос без участия всех вовлеченных сторон нельзя. Турция же и есть одна из таких сторон, и единственный способ найти с ней общий язык – диалог (в частности, через посредничество между Анкарой и Москвой). Ссора же просто лишит иранцев такой возможности.
Во-вторых, иранцы традиционно пытаются избегать ситуаций, когда политика вредит экономике. В условиях же скорого снятия экономических санкций торгово-экономическое и инвестиционное сотрудничество с Турцией весьма привлекательно для Тегерана. В 2014 г. товарооборот составил примерно 14 млрд долларов, причем торговый баланс был в пользу ИРИ. В 2015 г. Тегеран и Анкара активно обсуждали возможности интенсифицировать сотрудничество и довести в краткосрочной перспективе показатель торгового оборота до 30 млрд долларов.
В-третьих, после прихода к власти Эрдогана иранское руководство привыкло воспринимать Турцию как партнера. В Тегеране с удовлетворением смотрят на то, что правящая в Турции партия опирается в том числе и на ислам. Здесь благосклонно встречали действия Эрдогана, направленные на демонстрацию независимости от политики Запада. Страны активно взаимодействуют в рамках региональной Организации экономического сотрудничества. Анкара выступала против введенного в отношении ИРИ санкционного режима. Она предпринимала попытки помочь решить проблему ядерной программы. Турция также была одной из тех стран, которые помогали ИРИ обходить санкции. Добро в Иране помнят. Более того, здесь исходят из необходимости до последнего поддерживать хорошие отношения с соседями.
Неожиданную роль может сыграть и курдский фактор. Когда в марте 2016 г. в России активизировалась дискуссия о возможности превращения Сирии в федерацию, это вызвало в Тегеране определенное напряжение, в том числе из-за перспективы обретения сирийскими курдами автономии. Принимая во внимание, что проблема курдского национализма актуальна и для ИРИ (хоть и в меньшей степени, чем для турок), иранцы осторожно относятся к идее возникновения полунезависимой курдской территории в САР. Это сближает Тегеран с Анкарой.
Таким образом экономические и политические выгоды от диалога с Турцией перевешивают растущее в иранском обществе недовольство. Правительство ИРИ выбрало двойственный подход. С одной стороны, Роухани дает сторонникам взаимодействия с Россией и политикам, недовольным действиями Турции, выпустить пар, не слишком сдерживая критиков Эрдогана внутри Ирана. С другой – на внешнеполитическом уровне правительство ИРИ демонстрирует дружелюбие к Анкаре и дистанцируется от российско-турецкого конфликта.
Этот подход, когда внутри страны риторика о российско-иранском взаимодействии звучит намного громче, чем на внешнеполитической сцене, в целом характерен для Тегерана и безотносительно к Турции. Очевидно, что, когда Зариф давал интервью The New Yorker, он также принимал во внимание и то, как его слова будут восприняты на Западе. Полностью блокироваться с Москвой иранскому руководству нет причины: слишком много усилий Тегеран потратил на то, чтобы начать выбираться из ямы западных экономических санкций. Вовлекаться в российско-западный спор о принципах миропорядка и начинать новую конфронтацию с Соединенными Штатами и ЕС ради подкрепления амбиций Москвы у иранцев нет ни интереса, ни желания, хоть Тегерану и нужны хорошие отношения с Россией на случай очередного обострения взаимоотношений Исламской Республики с США. На нынешнем же этапе им надо вернуть западные компании. По этой причине уровень конфронтации с Западом в Тегеране стараются не доводить до ситуации, когда это повредило бы восстановлению экономических отношений. Как отметил в Сочи Али Лариджани, его страна «сейчас входит в новую фазу».
Влияет на иранцев и их традиционное недоверие к России. Здесь хорошо помнят, что с 1991 г. Москва неоднократно отказывалась от достигнутых с Тегераном договоренностей ради улучшения отношений с Соединенными Штатами. В Исламской Республике не забывают ни о соглашении Гор–Черномырдин середины 1990-х гг. (кстати, надолго поставившем крест на военно-техническом сотрудничестве РФ и ИРИ), ни об односторонних санкциях, введенных Дмитрием Медведевым на волне российско-американской перезагрузки. Вот почему активизация в феврале-марте 2016 г. диалога России и США по Сирии, а также достижение ими договоренностей о начале перемирия между Дамаском и оппозицией воспринимаются и комментируются в Иране очень осторожно. Здесь опасаются, что для снижения градуса конфронтационности с Западом Москва может пренебречь интересами Тегерана. Некоторые иранские политики не исключают, что американцы способны и просто переиграть Россию, воспользовавшись перемирием для достижения своих целей (включая смещение Асада). О возможности такого сценария де-факто говорил и Велаяти.
Что же дальше?
На сегодня целый ряд факторов заставляет иранское руководство принять решение о политической поддержке российской военной операции в Сирии, а также о развитии определенной координации действий на практике. Вместе с тем говорить о возникновении оси Иран–Россия в САР не приходится. Факторы, способствующие российско-иранскому сближению по Сирии, достаточно сильны, и не стоит ожидать в ближайшее время раскола между Москвой и Тегераном. Но в долгосрочной перспективе это сотрудничество все же ограниченно и зависит от множества составляющих.
В частности, неизбежный риск создают вопросы, связанные с будущим Сирии после конфликта. Речь не только о судьбе Асада и курдской автономии, но и об устройстве самого сирийского государства. В частности, как уже говорилось, настойчиво лоббируемый в международном сообществе проект федеративного устройства воспринимается в Тегеране с опаской. В ИРИ в целом не возражают против федерализации страны, но боятся, что это ослабит контроль Дамаска над остальной территорией, превратив Асада и его преемников на посту президента в номинальные фигуры. Иран вложил слишком много усилий и средств именно в главу САР и его ближайший круг, чтобы позволить им потерять значимость в государственном управлении. Заявления российских политиков в поддержку федеративного формата не внушают Тегерану уверенности в сохранении иранских интересов в Сирии.
Сохранение существенных российских сил в послевоенной Сирии может помешать и реализации целого ряда иранских амбициозных планов. Речь идет не только об использовании сирийской территории для военно-технической подпитки «Хезболлы» и проведения операций против Израиля. Например, российское присутствие может поставить под вопрос попытки Тегерана вернуться к обсуждению с Дамаском довоенного проекта строительства газопровода Иран–Ирак–Сирия–Восточное побережье Средиземного моря, явно противоречащего интересам Москвы.
В целом же, как и в ряде других случаев, Россия и Иран оказались в Сирии вынужденными партнерами. Их взаимодействие носит ограниченный и ситуативный характер. Это определяется как различием мотивов сторон, обусловивших их вмешательство в вооруженный конфликт, так и вероятностью навредить отношениям с третьими государствами созданием полноценного военно-политического союза. Обмениваться информацией и по мере необходимости взаимодействовать Москва и Тегеран будут и далее, однако сейчас возможности сотрудничества, скорее всего, уже достигли предела.
Эпизоотическая ситуация по особо опасным болезням животных в мире за апрель 2016 г.
С 1 по 29 апреля 2016 г. страны сообщили в Международное Эпизоотическое Бюро о 182 очагах особо опасных болезней животных в мире.
Россия сообщила о выявленном очаге классической чумы свиней:
— В охотхозяйстве «Тигровое», Михайловского района, Приморского края. Трупы диких кабанов (2 головы) обнаружены на территории охотхозяйства, вблизи пос. Тигровый. Лабораторные исследования подтвердили, что животные были инфицированы вирусом КЧС.
Очаги африканской чумы свиней (АЧС) отмечены в Латвии (9), Литве (10), Польше (3), Украине (1) и в Эстонии (12). Также об 1 очаге данного заболевания сообщили власти Кении.
В ЮАР выявлен один очаг африканской чумы лошадей.
Ветеринарные службы Франции сообщили о 41 очаге блютанга и об одном очаге высокопатогенного гриппа птиц. В Монголии выявлена оспа овец и коз (11). Пять очагов нодулярного дерматита выявлено в Греции.
Очаги высокопатогенного гриппа птиц зарегистрированы во Вьетнаме (2), в Гане (2), Мексике (25), Нигерии (3) и на Тайване (7). Ветеринарные службы Ботсваны (1), Израиля (9) и Румынии (2) выявили у птиц болезнь Ньюкасла.
На территории ранее благополучных стран отмечены следующие заболевания:
— высокопатогенный грипп птиц — Ирак (6), Ливан (1), Мьянма (1);
— лихорадка долины Рифт — Уганда (1)
— нодулярный дерматит — Болгария (15), Македония (4);
— чума мелких жвачных — Мальдивы (1).
За прошедший месяц в МЭБ также поступили сообщения о регистрации:
— ближневосточного респираторного синдрома в Саудовской Аравии (3);
— миксоматоза кроликов в Мексике (1);
— сибирской язвы в Украине (1);
— слабопатогенного гриппа птиц во Франции (1).
Специалисты Информационно-аналитического центра при ФГБУ «ВНИИЗЖ» продолжают следить за развитием эпизоотической ситуации в мире по особо опасным болезням животных и птиц.
Новороссийск: апрельский экспорт зерна самый низкий в сезоне
За апрель 2016г. через порт Новороссийска, по данным компании ТРАНСАГЕНТ, было отправлено на экспорт 661,808 тыс. тонн зерна. Это на 17,6% меньше, чем месяц назад и это самый низкий объем экспортных отгрузок зерна в текущем сезоне.
В том числе пшеницы было отгружено 511,9 тыс. тонн, кукурузы 83,9 тыс. тонн, ячменя 66 тыс. тонн.
Апрельский объем новороссийского экспорта пшеницы – самый низкий с июля 2015г. В первую очередь, это произошло из-за падения отгрузок в адрес Египта, доля которого снизилась до 37,2%. Абсолютные объемы отгрузок в эту страну по сравнению с мартом упали на 30%. На 2-м месте по отгрузкам пшеницы Южная Африка (31,8%), на 3-м – Нигерия (18,4%). Также пшеница была отгружена в Бангладеш и Йемен.
Объемы отгрузки кукурузы в апреле на 57,8% меньше, чем в марте, и самые низкие с сентября 2015г. Свыше 38% всей кукурузы было отгружено в Ливан, около 33% в Нидерланды, около 27% в Турцию и оставшийся объем в Ливию.
Отгрузки ячменя на 25,7% больше, чем в марте. Весь объем был отправлен в Саудовскую Аравию.
В рэнкинге отправителей зерна на первом месте оказалась компания KZP Expo (16,7%), на втором - Grainbow (13,7%), на третьем – Rif (13,3%)…
Президент США Барак Обама продлил комплекс санкций против Сирии, сообщил во вторник Белый дом.
Решение касается соответствующих исполнительных указов о санкциях, которые были обнародованы в 2006-2016 годах. Предыдущее годовое продление санкций должно было истечь 11 мая текущего года.
Основной причиной продления санкций Обама назвал "жестокую войну режима с сирийским народом, который призывал к свободе и представительству во власти". По словам президента США, гражданская война в Сирии грозит дестабилизацией всему региону. Он также упомянул о предполагаемых попытках властей Сирии получить химическое и бактериологическое оружие, поддержке террористических организаций и вмешательство в дела Ливана, нарушение прав человека.
"Это вызывает рост экстремизма и религиозной розни и продолжает представлять собой необычную и экстраординарную угрозу национальной безопасности, внешней политике и экономике Соединенных Штатов", — заключил Обама.
"США осуждают использование жестокого насилия со стороны режима Асада, а также нарушение прав человека, и призывает режим Асада остановить эту жестокую войну, соблюдать прекращение боевых действий, позволить поставки гуманитарной помощи и дать возможность политической трансформации в Сирии", — говорится в сообщении Белого дома.
В дальнейшем США будут изучать изменения в правительстве Сирии, чтобы определить, следует ли снять или изменить санкции, уточнили в Белом доме.
Алексей Богдановский.
«Хуже всего обстоят дела с военным сотрудничеством»
Политолог Ричард Вайц о России, Сирии, КНДР и Трампе
Артур Громов, Александра Морозова
«Газета.Ru» пообщалась с Ричардом Вайцем, директором Центра военно-политического анализа в Гудзонском институте (Hudson Institute) — одном из ведущих «мозговых центров» мира. Ранее он работал в Институте анализа внешней политики, Центре стратегических и международных исследований, а также в министерстве обороны США. В среду он должен выступить на Московской конференции по международной безопасности, а сегодня он побеседовал с журналистами «Газеты.Ru», РИА «Новости» и ТАСС в американском посольстве.
О Сирии: «Вмешательство России было очень успешным»
Сирия — это сложный вызов для России, США да и всех остальных. Когда я только начал заниматься этой проблемой, Москва и Вашингтон могли запросто разруливать некоторые вопросы. Во время войны между Израилем, Египтом и Сирией (Война Судного дня 6–24 октября 1973 года. — «Газета.Ru») Генри Киссинджер прилетел в Москву, встретился с (советским послом в США Анатолием. — «Газета.Ru») Добрыниным, они заключили соглашение; потом он отправился в Тель-Авив и сказал израильтянам: вы должны прекратить военные действия сей же час. То же самое Добрынин сказал Каиру, и все, война закончилась. В Сирии мы так сделать не сможем. Секретарь Керри и министр Лавров пришли к договоренности, и они сошлись по всем основным вопросам, но ситуация в Сирии по-прежнему находится за пределами нашего контроля. С точки зрения нашего сотрудничества отношения то улучшаются, то ухудшаются, но идут вперед. Наихудшим образом обстоят дела с военным сотрудничеством.
Больше всего мы опасаемся повторения истории со сбитым турками истребителем — США хотели бы избежать сценария, при котором в таком же инциденте были бы замешаны американские военные силы.
Хочется сказать, что военное вмешательство России в сирийскую ситуацию было очень успешным с точки зрения влияния на театр военных действий: операция была буквально учебником по тому, как использовать ограниченную военную силу для перелома ситуации. Ведь перед вмешательством России складывалось впечатление, что силы Асада проигрывают в войне и стоят на грани краха из-за недостатка военных кадров. Сейчас сирийское правительство находится в более выгодном положении, но я не могу представить, чтобы война закончилась в ближайшем будущем, потому что в этом конфликте замешано слишком много сторон. Сирия напоминает Ливан в 70-е — конфликт будет продолжаться и продолжаться до тех пор, пока одна из сторон не одержит окончательную победу.
В следующем году в Вашингтоне появится новая администрация и как минимум один из кандидатов может пересмотреть действующую политику США по отношению к режиму Асада. Правительство России говорило о том, что оно не столько привязано к самому Асаду как человеку, сколько к процессу [мирного урегулирования]. Не думаю, что будущее Асада станет неразрешимой дилеммой для России и США — могут возникнуть факторы, которые изменят эту ситуацию.
О Шелковом пути: «Ни одна сторона не проиграет»
У Китая и США есть много расхождений, в том числе по Транстихоокеанскому партнерству (ТТП), но не по проекту Экономического пояса Шелкового пути (ЭПШП). У США нет возражений относительно проекта, единственное пожелание — это транспарентность. Правительство США разделяет желание помочь странам Центральной Азии — региону нужны инвестиции, это понимают и в российском руководстве. Кроме того, как вы знаете, у Путина есть план по сопряжению Евразийского экономического союза (ЕАЭС) с ЭПШП, так что никакого конфликта интересов здесь нет.
В целом это то, что китайцы называют «обоюдным выигрышем», ни одна сторона не проиграет от запуска ЭПШП.
Другой вопрос, что ЭПШП сложно привести в действие из-за торможения китайской экономики, проблем в Афганистане, барьеров в самих странах Центральной Азии.
О международных отношениях после Киссинджера и Громыко: стало больше акторов
В современном мире стало больше способов распространения оружия, больше акторов, в том числе негосударственных, обладающих возможностями, которые в прошлом были только у государств. Например, в Сирии существуют ИГИЛ и другие силы, с которыми тяжело взаимодействовать и Москве, и Вашингтону, и, соответственно, сложнее становится их уничтожение или заключение мирного соглашения. Главной проблемой в этих условиях становится попадание в руки негосударственных акторов оружия массового поражения.
Об американских военных: впереди планеты всей
В конгрессе говорят о том, что Штаты должны лидировать в расходах на военный сектор и больше инвестировать в новые технологии. Дебаты вокруг бюджета всегда балансируют между двух огней: с одной стороны, адекватно использовать ресурсы для военного сектора, а с другой — не повторять ошибку СССР, который тратил так много на оборонку, что уничтожил все остальные сектора экономики.
Военные бюджеты сложно сравнивать: например, Китай скрывает некоторые данные от публики, разные валютные курсы также усложняют анализ. Но можно с уверенностью говорить о том, что американские военные обладают бóльшим опытом, чем российские или китайские.
У Штатов также самая передовая техника, даже несмотря на мощную российскую авиацию и новый танк («Армата». — «Газета.Ru»), который выглядит весьма солидно.
О НАТО: США продолжают вооружать Европу
Примерно 20 лет назад половина денежных средств, которые НАТО тратило на оборону Европы, поступала от европейских стран, еще одна половина — от США. В последние годы эта пропорция изменилась: 75% — от США и 25% — от ЕС. Точно подсчитать объемы финансирования сложно, потому что часть этих средств направлялась в Афганистан. Но существует беспокойство, что если США будут занимать такую большую долю в финансировании обороны ЕС, то у европейцев не будет достаточного стимула выделять деньги со своей стороны.
Этот аргумент, в частности, выдвигает Дональд Трамп:
у многих американцев есть чувство, что европейцы злоупотребляют финансированием США.
Эта проблема существует уже много лет, и Трамп может сыграть на этих настроениях. Но мне кажется, что лучше принять статус-кво, нежели искать альтернативные варианты. И я полагаю, что этот принцип станет частью политики будущего правительства США. Конечно, Вашингтон надеется, что европейцы будут больше вкладываться в оборонку, но, если они не будут это делать, США все равно продолжат их защищать. И даже будут оплачивать оборонные затраты, поскольку это в интересах Штатов.
О ядерном терроризме: России не следует закрывать глаза
Ядерный терроризм — это комплексная проблема, включающая в себя несколько крупных задач. Например, уменьшить объемы потенциально опасных веществ, сделать их более безопасными, сделать ядерные реакторы более безопасными. Я был несколько озабочен тем, что Россия не участвовала в последнем саммите по вопросу ядерной безопасности в Вашингтоне, но мы надеемся, что в будущем эта ситуация получит положительное развитие — во многом это будет зависеть как от результатов выборов в России, так и от результатов выборов в США.
Президент Обама подошел к проблеме доступа террористов к ядерным веществам с большой ответственностью. Мне не кажется, что нынешние кандидаты в президенты особенно озабочены этой проблемой. То же самое касается Москвы — я знаю, что российское правительство адресовало Китаю дополнительный договор по этому поводу.
О Корее: Ким Чен Ына надо вытащить из Пхеньяна
Корейский полуостров вызывает у меня больше всего опасений с той точки зрения, что напряженность там может действительно перерасти в войну. Я не понимаю нынешнее руководство КНДР, хоть Ким Чен Ын и не повторяет провокаций, которые делал его отец, — например, не организует артиллерийские атаки на Юг. Но очень большие опасения вызывает прогресс Пхеньяна по ядерному оружию. К счастью, в этой области существует пример успешного российско-американского взаимодействия.
Я часто снимаю шляпу перед Москвой за попытки «вытащить» Ким Чен Ына из Пхеньяна — думаю, так он сможет лучше понять мир со всеми его нюансами.
Влияние России, США и Китая очень ограниченно на процессы в Пхеньяне. Но если судить по тому, что представители КНДР говорят на международных конференциях, они никогда не откажутся от ядерного оружия. Остается только надеяться на то, что со временем сумасшедшая внутриполитическая система КНДР трансформируется: сама история против такой системы. Вопрос только в том, изменится ли она до или после того, как КНДР совершит некий агрессивный акт, который приведет к войне. Москва, Вашингтон и Пекин постоянно обсуждают этот вопрос.
От правительства Северной Кореи поступало предложение (правда, США его уже отвергли) о том, что они прекратят ядерные разработки, если США остановят военные учения с Южной Кореей. Китайское правительство предлагало что-то наподобие акта о ненападении или мирного договора, но и это предложение было отвергнуто Штатами, а вместе с ними Японией и Южной Кореей. Существует опасение, что США выполнят свою часть сделки, а Пхеньян сделает это только на словах — такое уже бывало в прошлом. Поэтому Вашингтон настаивает на том, чтобы корейцы выполнили обязательства, которые они уже взяли на себя, в первую очередь связанные с ядерным разоружением, и лишь после этого будут обсуждаться дальнейшие действия.
В последнее время в администрации США звучат заявления о том, что КНДР должна последовать по стопам Ирана и отказаться от средств массового поражения, интегрироваться в мировую экономику, и тогда все санкции будут сняты. Проблема заключается в том, что в Иране ситуация с ядерным оружием была не такой запущенной, как в КНДР, где существует урановая и плутониевая программы, ядерные заряды и ракетная программа. К тому же руководство КНДР индифферентно к санкциям, и в отличие от иранцев у северных корейцев нет ни малейшего желания вступать в переговоры.
Поэтому у меня были большие надежды на приглашение Ким Чен Ына в Москву: я был уверен, что Путин хотя бы немного его образумит. К сожалению, этого не произошло. Надеюсь, Россия попробует это сделать снова, потому что все, что могут сделать США, — это отправлять туда своих баскетболистов.
О Трампе и Клинтон: все сложно
Заявления Дональда Трампа, связанные с внешней политикой, очень сложно привести к единому знаменателю: он говорит разные вещи в зависимости от того, какая перед ним аудитория. Об одном можно говорить с уверенностью: его взгляды на Россию отличаются от мнений всех остальных кандидатов в президенты. Он очень хорошо отзывается о Путине, считает, что неприятие Штатами некоторых действий России было чрезмерным. Если его изберут президентом, российский вектор американской внешней политики изменится и первое, что сделает Трамп, — это встретится с Путиным и попытается заключить с ним некое подобие сделки.
Опросы по всему миру показывают, что из двух наиболее вероятных кандидатов люди выбрали бы Клинтон, и только одна страна проголосовала бы за Трампа — Россия. Взгляды президента Клинтон не будут сильно отличаться от политики нынешней администрации, хотя она говорила, что примет более жесткую позицию по Ирану, будет меньше поддерживать некоторые торговые соглашения. Но зависеть все будет от мировых событий. Я помню, в 2001 году администрация Буша обвиняла предшественников из команды Клинтона в излишнем интервенционизме и стремлении «спасать» другие страны, такие как Югославия. Но потом случилось 11 сентября, и правительство Буша стало самым экспансионистским в современной истории США. Поэтому все будет зависеть от того, какие вызовы и возможности предстанут перед новым президентом.
Об итогах правления Обамы: понять и простить
Когда он только был избран, многие американцы надеялись, что Обама снизит недовольство внешнеполитическим курсом США. Его администрация утверждала, что главными принципами внешней политики станут восстановление отношений с КНДР, улучшение отношений с Китаем и Россией, решение проблемы изменения климата. И я считаю, что эти цели были весьма хорошими, но исполнение оказалось не самым успешным.
Отношения США с Россией сейчас хуже, чем когда Обама только вступил в должность. Отношения с Китаем также ухудшились.
Я не обвиняю в этом администрацию президента, потому что внешняя политика не находится под полным контролем Белого дома. Если оглядываться назад, можно сказать, что некоторые достижения у Обамы все-таки были. Однако проблемы региональной безопасности существенно усугубились, и это будет настоящим вызовом для того, кто следующим займет пост президента. Так же как и для следующих правительств в Москве и Пекине.
Я поддерживаю цели Обамы и думаю, что он действительно очень умный и хороший человек. Но итоги его правления не оправдали ожиданий. Они не такие позитивные, как мы надеялись. В то же время я не думаю, что его можно винить в этом.
![Главное](/images/star.png)
Соглашение по иранской ядерной программе: возможности и преграды для российско-американского сотрудничества
Андрей Баклицкий - Директор программы «Россия и ядерное нераспространение», ПИР-Центр, Россия
Ричард Вайц - Старший научный сотрудник, директор Центра военно-политического анализа, Институт Хадсона, США
Резюме 14 июля 2015 года США, Россия, Китай, Франция, Великобритания, Германия, ЕС и Иран договорились о Совместном всеобъемлющем плане действий (известном также как «иранское соглашение»), с целью положить конец противостоянию вокруг ядерной программы Тегерана.
В случае соблюдения договоренностей, СВПД может существенно ограничить возможность Ирана в кратчайшие сроки создать ядерное оружие.
Сотрудничество между США и Россией имеет первостепенное значение для успешного достижения этой цели.
Между тем, реализации СВПД может помешать ряд обстоятельств. «Иранское соглашение» не является обязывающей международной договоренностью – это лишь добровольный план действий. Его перспективы зависят от того, чем в приоритетном порядке будут руководствоваться участвующие в этом проекте стороны: своими собственными интересами или же неукоснительным соблюдением условий соглашения. Изменение международной или внутренней ситуации может побудить кого-то из участников выйти из СВПД. В частности, в скором времени произойдет смена лидеров в Иране и Соединенных Штатах, и их преемники могут придерживаться других точек зрения на эти договоренности.
Кроме того, западные лидеры и некоторые их союзники по-прежнему критически настроены в отношении внутренней и внешней политики иранского руководства. Россия не считает, что эта «озабоченность» может быть оправданием антииранских санкций: такие меры, по мнению Москвы, ставят под угрозу урегулирование более важной проблемы – ситуации вокруг ядерной программы Тегерана.
Геополитические проблемы, в частности, противостояние между ближневосточными державами, могут стать еще более серьезным вызовом для СВПД: именно там следует искать источники трений между Тегераном и Вашингтоном. Например, США продолжают применять санкции против Ирана по причинам, не связанным с ядерными разработками: в частности, из-за развития ракетной программы, что также может затруднить реализацию СВПД. Россия, в свою очередь, сомневается в оправданности размещения в Европе систем ПРО (якобы по причине угрозы иранских ракет).
СВПД предполагает «возвратный» механизм, позволяющий ООН восстановить все «ядерные» санкции, если Иран нарушит соглашение. Но воссоздать всю ту сложную паутину санкций, которой Иран был опутан прежде, практически невозможно.
Сотрудничество между Россией и США – необходимое условие для успешной реализации «иранского соглашения». У правительств двух стран имеется большой опыт взаимодействия в решении задач, связанных с ядерным нераспространением. Оба государства не заинтересованы в появлении у Ирана ядерного оружия. Более того, у Москвы есть коммерческий интерес, связанный с успешной реализацией иранского мирного атомного проекта, что само по себе подразумевает незаинтересованность России в нарушении Тегераном своих международных обязательств.
В свою очередь, сотрудничество в области безопасности между США и арабскими соседями Ирана снижает у этих стран желание обзавестись собственным ядерным оружием. Россия и США могут оказать важную поддержку Международному агентству по атомной энергии (МАГАТЭ) в обеспечении СВПД и в осуществлении других целей, связанных с ядерным нераспространением.
Успех ядерного соглашения с Ираном создаст сильный прецедент в деле нераспространения ядерного оружия и заложит основу для будущего международного сотрудничества в этой сфере.
Вступление
14 июля 2015 года в Вене Россия и Соединенные Штаты Америки, наряду с Китаем, Францией, Германией, Великобританией и Европейским Союзом (ЕС), согласовали с иранским правительством Совместный всеобъемлющий план действий [1].
Цель СВПД – поставить точку в противостоянии вокруг иранской ядерной программы, длившемся больше десяти лет.
Венским договоренностям предшествовал промежуточный Совместный план действий, принятый в ноябре 2013 года [2], а также диалог между Ираном и МАГАТЭ относительно неурегулированных вопросов, касающихся ядерной программы Тегерана.
СВПД стал возможным, благодаря сочетанию нескольких факторов. Это и давление на Тегеран посредством международных санкций, и избрание Хасана Рухани и Барака Обамы президентами Ирана и США (оба президента стремились к заключению ядерной сделки), и длительное сотрудничество между Россией и Западом по иранской ядерной проблематике, несмотря на серьезные разногласия по другим вопросам.
Основные условия
Реализация СВПД существенно снизит возможности Ирана по обогащению урана (уровень ограничивается 3,67 процентами). Сокращается число центрифуг, вводится потолок запасов тяжелой воды и снижение общего допустимого объема обогащенного урана. Подземный центр обогащения в Фордо перепрофилируется в центр ядерных исследований, а тяжеловодный реактор в Араке модифицируется в целях ограничения производства плутония.
Иран согласился на добровольной основе применять Дополнительный протокол (ДП) к соглашению о гарантиях МАГАТЭ (с прицелом на его ратификацию Меджлисом). ДП наделяет МАГАТЭ дополнительными возможностями мониторинга и доступа на атомные объекты страны. Кроме того, Иран принял модифицированный код 3.1 Дополнительных положений к соглашению о гарантиях, согласно которому он обязуется незамедлительно информировать МАГАТЭ в случае принятия решений о строительстве новых ядерных объектов. Иран также согласился сотрудничать с Агентством, внести ясность относительно прошлых и настоящих нерешенных вопросов, связанных с его ядерной программой, и регулярно информировать МАГАТЭ о своих запасах урана и количестве центрифуг.
На протяжении 15 лет Тегеран сможет импортировать продукцию для своей ядерной программы только с одобрения специально созданной Совместной комиссии. В течение этого времени страна не будет перерабатывать отработанное ядерное топливо из своих реакторов, располагать высокообогащенным ураном (ВОУ) или оружейным плутонием, а также ураном и плутонием в металлической форме. В течение 10 лет Иран ограничит исследования, связанные с обогащением урана, газоцентрифужной технологией, а также обязуется представлять МАГАТЭ ежегодный план деятельности, связанной с обогащением урана. Агентство, в свою очередь, будет следить за выполнением этих обязательств.
В ответ на эти шаги Совет Безопасности ООН принял Резолюцию №2231 [3], отменившую положения всех предыдущих резолюций СБ ООН по Ирану, связанных с его ядерной программой. Правда, в новом документе сохраняется перечень организаций и частных лиц, на которых все еще распространяются санкции [4].
ЕС полностью отменил все односторонние санкционные меры против Ирана, а администрация Обамы отказалась от санкций, наложенных по причине ядерной программы страны [5].
Важность плана
Иранская ядерная программа началась в рамках инициативы США «Атом для мира». В 1967 году Вашингтон организовал поставку Ирану 5-мегаватного исследовательского ядерного реактора [6].
В следующем году Тегеран подписал Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и поставил свою ядерную программу под контроль МАГАТЭ. В 1970-х годах немецкая компания Kraftwerk Union начала строительство двух реакторов на легкой воде для атомной электростанции в Бушере, и Иран выкупил 10% акций Eurodif – европейского консорциума по обогащению урана. Однако Исламская революция 1979 года положила конец ядерному сотрудничеству с Западом. В 1980-е годы Тегеран возобновил ядерную программу и продолжал ее в 1990-е годы, несмотря на противодействие мирового сообщества, подозревавшего Иран в разработке ядерного оружия.
В 2002 году иранские диссиденты информировали мировое сообщество о строительстве незадекларированных ядерных объектов в Натанзе и Араке [7].
Позиция Тегерана заключалась в том, что в рамках своих международных обязательств страна не была обязана раскрывать местонахождение незавершенных ядерных объектов. Но информационные утечки вызывали озабоченность по поводу возможной военной составляющей иранской ядерной программы.
Последовавшие переговоры длились более десяти лет.
Поначалу в них участвовали Иран и три европейские страны – Германия, Франция и Великобритания. В 2006 г. к ним присоединились Китай, Россия и США, что привело к появлению формата 5+1. В ходе переговоров, сопровождавшихся многочисленными спорами и взаимными обвинениями, Иран и группа международных посредников неоднократно меняли свои позиции. Другие попытки достичь соглашения – в частности те, что были предприняты Бразилией и Турцией в 2010 году – окончились неудачей [8].
Россия и Китай также призывали к компромиссу, и Москва помогла Ирану закончить строительство АЭС в Бушере лишь после того, как Тегеран согласился получать российское ядерное топливо, а отработавшее возвращать обратно – в Россию [9].
Тем временем Иран неуклонно наращивал свои ядерные амбиции, овладевая современными технологиями обогащения урана и увеличивая количество действующих центрифуг. В Фордо был открыт укрепленный подземный центр по обогащению урана.
В ответ мировое сообщество усилило давление на Иран, а СБ ООН принял шесть резолюций, из которых четыре вводили режим санкций [10].
Односторонние санкции США и ЕС отрезали Иран от мировой финансовой системы и существенно ограничили экспорт нефти из этой страны. Далее последовал ряд загадочных убийств иранских ученых-ядерщиков, а также появление компьютерного вируса Stuxnet в Натанзе, который привел к выводу из строя около 1000 центрифуг. Президенты США Джордж У. Буш и (в меньшей степени) Барак Обама стояли на том, что ради недопущения появления у Ирана ядерного оружия нельзя исключать никакие варианты. В сентябре 2012 года израильский премьер-министр Беньямин Нетаньяху выступил с угрозой нанести удар по ядерным объектам Ирана в случае, если количество урана, обогащенного там до 19,75%, станет достаточным для изготовления бомбы [11].
На этом фоне в 2012 году начались тайные переговоры между Вашингтоном и Тегераном [12]. Они не смогли существенно продвинуться до августа 2013 года, когда новым президентом Ирана был избран Хассан Рухани. Новая иранская администрация сделала поиск решения ядерного вопроса главным внешнеполитическим приоритетом.
24 ноября 2013 года Иран и шесть стран-участников заключили промежуточное соглашение, известное как Совместный план действий, по которому смягчение санкций производилось в обмен на ограничение иранской ядерной программы. Сторонам потребовалось еще двадцать месяцев, чтобы согласовать все детали СВПД – в силу сложности проблемы, а также несогласия некоторых сил внутри Ирана и на международной арене с предложенным соглашением.
Представляется крайне важным, чтобы Соединенные Штаты Америки, Российская Федерация и другие страны эффективно сотрудничали для обеспечения успеха СВПД. Это соглашение стало первым случаем, когда санкции против страны, введенные согласно Главе VII Устава ООН, были сняты в результате переговоров, а не по итогам военных действий13.
Успешная реализация соглашения станет мощным аргументом для дальнейшего сотрудничества в сфере нераспространения, даже несмотря на разногласия между великими державами по другим вопросам. Кроме того, страны-участницы и ключевые многосторонние организации – МАГАТЭ и ООН, могут получить богатый опыт по преодолению других ядерных угроз, таких, например, как ядерная программа Корейской народной демократической республики (КНДР). [13]
Что бы ни говорили ближневосточные страны о том, что США, Россия и другие ядерные державы должны сами ускоренно разоружаться, их ядерная политика не оказывает непосредственного воздействия на принятие решений нынешних неядерных государств в отношении разработки или отказа от «немирного» атома. Но если Иран будет стремиться к производству ядерного оружия, это напрямую повлияет на такие решения.
В случае появления веских доказательств нарушения Тегераном условий СВПД – даже если речь не пойдет об исследованиях в области ядерных вооружений и их разработке, это может подтолкнуть ближневосточные государства к созданию атомного оружия в качестве защитной меры.
Что же касается Саудовской Аравии, то она наверняка захочет обзавестись ядерным потенциалом, чтобы не дать Ирану возможности утвердить свое превосходство в регионе с опорой на ядерные силы.
Сторонники сделки с Ираном надеются, что СВПД укажет путь КНДР и другим странам к отказу от ядерных амбиций. Верно и то, что широкое применение инспекций, проводимых в рамках СВПД, а также обязательное применение ДП увеличат возможности контроля и выявления нарушений ДНЯО другими государствами. Все это смогло бы минимизировать недовольство иранского руководства тем, что ограничения в области ядерных исследований накладываются исключительно на их страну. Но распространить подобный интрузивный режим контроля на другие государства будет сложно, учитывая противодействие со стороны многих неядерных стран, а также членов ядерной пятерки.
Как следует из Резолюции №2231 СБ ООН, «все положения, содержащиеся в СВПД, предназначены только для целей его выполнения между Е3/ЕС+3 и Ираном и не должны рассматриваться как создающие прецеденты в отношении любого другого государства или в отношении фундаментальных принципов международного права, а также прав и обязанностей, вытекающих из Договора о нераспространении ядерного оружия». Барак Обама верно подметил, что СВПД вводит «беспрецедентные меры контроля» [14], но было бы затруднительно считать их прецедентом для других стран.
Возможные проблемы
СВПД, как вытекает из его названия, это не договор, а план действий. Стороны не подписывали и не ратифицировали юридически обязывающее соглашение. Даже Резолюция 2231 СБ ООН, включающая текст СВПД, лишь «призывает все страны-участницы» поддержать согласованный план. Данная формулировка, а также отсутствие ссылок на Статью 41 Устава ООН, означает, что участники соглашения не обязаны выполнять свои обязательства в соответствии с нормами международного права. Следовательно, перспективы СВПД во многом зависят от того, будут ли и дальше участвующие стороны считать его отвечающим их интересам, независимо от событий на международной арене и внутри их стран, и будут ли они выполнять его условия.
1. Односторонний выход
Один из факторов, способных привести к преждевременной остановке СВПД – выход какой-либо из сторон из соглашения по внутриполитическим причинам, не связанным с выполнением договоренностей другими участниками.
США
Администрация Обамы решительно поддерживает СВПД. Белый Дом отменил указы исполнительной власти о санкциях против Ирана, приостановил санкции, введенные Конгрессом, а также мобилизовал группы в парламенте в поддержку этого честолюбивого проекта. Немногие президенты США готовы были бы вложить такой большой политический капитал в соглашение с Тегераном.
Однако приближающиеся президентские выборы могут поставить под угрозу приверженность США СВПД. Если Белый Дом останется за демократами, перспективы СВПД выглядят лучше, поскольку «иранское соглашение» поддерживают как Хилари Клинтон, так и Берни Сандерс. Хотя Клинтон может предпочесть более сильное давление на Иран, нежели сенатор Сандерс, вряд ли она без веских на то оснований откажется от знаковых достижений своего предшественника. Однако все кандидаты в президенты от Республиканской партии выражают недовольство иранской сделкой, и многие члены Конгресса от Республиканской партии присоединились к этой критике.
Многое будет зависеть от внутриполитической и внешнеполитической ситуации в начале 2017 года. Однако, как видно на примере Договора об ограничении систем противоракетной обороны от 1972 года, в случае возникновения угрозы национальной безопасности, новая администрация США может использовать право выйти даже из юридически обязывающего международного соглашения о контроле над вооружениями.
Даже если следующий президент США поддержит соглашение и будет стремиться к его реализации, противодействие со стороны Конгресса может представлять угрозу для СВПД. Предложенный Акт о пересмотре ядерного соглашения 2015 года обязал президента выставить документ на голосование в Конгрессе. Но хотя у Республиканской партии было большинство в обеих палатах, и она готовилась преодолеть президентское вето, демократическому меньшинству в Сенате удалось сорвать голосование.
Даже если Конгресс окажется под контролем республиканцев, они могут не суметь заблокировать СВПД, поскольку конгрессмены-демократы будут стремиться сохранить главное внешнеполитическое достижение демократической администрации. Даже ослабленная демократическая фракция в Сенате (выборы 2014 года обеспечили республиканцам наибольшее число мест с 1929 года) сумела заблокировать законодательный акт, поддерживаемый республиканцами. В 2016 году состоятся перевыборы 24 сенаторов-республиканцев и 10 сенаторов-демократов, и по их итогам демократы, скорее всего, укрепят свои позиции в верхней палате.
СВПД должен оставаться в силе более 10 лет, и на таком временном отрезке трудно спрогнозировать состав и действия Конгресса. Но, чем дольше Иран станет придерживаться СВПД, тем более сильное международное давление будет оказываться на любого президента США и Конгресс, чтобы не выходить из него.
Иран
В иранской политической системе, несмотря на значение роли избранного президента и парламента, Верховный руководитель страны (в настоящее время это аятолла Али Хаменеи) принимает окончательное решение по главным вопросам. По иранской конституции, Верховный руководитель – глава государства, обладающий эксклюзивными полномочиями, включая «принятие общего политического курса Исламской республики Иран» и «надзор за правильным выполнением этого курса» [15].
Иными словами, если того захочет Али Хаменеи, Тегеран может выйти из СВПД.
На практике нынешний духовный лидер Ирана редко вмешивается в процесс принятия решений государственными органами. Используя – для поддержания необходимого баланса – систему сдержек и противовесов, он устанавливает некие рамки, в пределах которых те или иные действующие лица вправе принимать собственные решения.
Эта тенденция просматривается и в переговорах по ядерной программе: Верховный руководитель Ирана поддерживал дипломатов, но принижал значение самих переговоров для будущего страны. Он обозначал красные линии для переговорщиков, и тем приходилось применять все свое умение, чтобы уместить в эти рамки желаемую суть переговоров. Существует мнение, что аятолла Хаменеи играл роль плохого полицейского для усиления позиций иранской стороны.
Например, в конце мая 2015 года Верховный руководитель спровоцировал острую дискуссию, заявив, что Иран не предоставит доступ к своим ядерным объектам и не потерпит «чрезвычайных мер контроля». Тем не менее, эти ключевые пункты вошли в текст СВПД. В конце концов, переговорщикам удалось оговорить условия посещения военных объектов и убедить иранскую общественность, что эти инспекции – неотъемлемая часть Дополнительного протокола, а, значит, их нельзя считать «чрезвычайными мерами».
После того, как иранский парламент одобрил СВПД, в своем письме президенту Рухани Али Хаменеи сообщал, что принимает этот план. Но с условием. «Любые новые санкции на любом уровне под любым предлогом (таким как неоднократные ложные обвинения в поддержке терроризма или нарушениях прав человека) … будут считаться нарушением СВПД», – писал Хаменеи. В этом случае Иран должен выйти из данного соглашения [16].
Когда 17 января 2016 года США наложили новые санкции на иранских физических и юридических лиц, участвующих в ракетной программе, Тегеран мог бы привести свою угрозу в действие и выйти из СВПД. Но Иран просто увеличил количество запусков и испытаний ракет.
Из этих примеров видно, что Верховный руководитель готов придерживаться СВПД, если при этом не пострадают стратегические интересы Ирана. Снятие санкций с Тегерана, вероятно, приведет к экономическому росту и повышению уровня благосостояния граждан. В этом случае Верховному руководителю будет труднее выйти из режима СВПД без веских на то оснований.
Один из непредсказуемых факторов – это возможная смена Верховного лидера Ирана. Он избирается пожизненно, но Али Хаменеи уже 76 лет; когда «он утратит возможность выполнять свои конституционные обязанности», Ассамблее экспертов придется выбирать его преемника. Итоги такого выбора непредсказуемы. Однако высоки и шансы на то, что решать этот вопрос будет нынешний состав Ассамблеи (2016–2024 гг). Между тем, прошедшие недавно выборы увеличили влияние умеренных сил, солидаризирующихся с президентом Рухани. Это может означать, что новый Верховный руководитель будет, по крайней мере, столь же лоялен к СВПД, как и аятолла Хаменеи.
2. Реализация СВПД
Одним из самых противоречивых моментов СВПД являются меры по обеспечению его выполнения. Критики утверждают, что Тегеран может отказаться соблюдать ограничения, наложенные на его ядерную программу, не станет пускать инспекторов МАГАТЭ и продолжит осуществлять закупку ядерных материалов. Он также может прибегнуть к другим незаконным действиям, обходным маневрам, увиливать от соблюдения положений СВПД (например, создавать мощности по производству ядерного оружия на незадекларированных объектах). Не исключен и выход из соглашения – по примеру Северной Кореи, которая отказалась от обязательств по нераспространению и начала форсированную реализацию ядерной программы.
Хотя до сих пор иранское правительство выполняло свои обязательства по СВПД, будущее правительство может отказаться от них по самым разным причинам. У Ирана имеется богатый опыт по части незаконной закупки ядерных материалов. Эта страна разработала одну из самых изощренных программ противодействия санкциям в истории. Министерство финансов США выявило десятки подставных компаний и других организаций, которые иранцы использовали в обход оказываемому на них давлению [17].
Эти организации получали технологии, материалы и средства, чтобы помогать ядерной и ракетной программам страны. Некоторые из этих структур могут сейчас быть неактивными, но их нетрудно реанимировать. А контролирующим международным организациям придется выявить не только эти структуры, но и те, что могут быть созданы в будущем.
Склонность Ирана к участию в новых незаконных закупках будет меняться в зависимости от целей режима, особенно от его оценки самой системы контроля, созданной в рамках СВПД, ее действенности и эффективности. В этих расчетах следует также учитывать возможную утрату экономических связей с Россией. Поэтому российско-иранская торговля и инвестиции, риск потерять которые могли бы усилить его заинтересованность Ирана в сохранении режима СВПД и снизить заинтересованность к обретению ядерного оружия по истечении срока действия этого соглашения.
Администрация Обамы старается облегчить иранским и иностранным компаниям использование долларов США в новых экономических сделках [18], но она по-прежнему поддерживает неядерные санкции (в качестве наказания за запуск баллистических ракет, а также по обвинению в поддержке терроризма и нарушении прав человека). Это закрывает для Ирана финансовую систему США [19].
Если Тегеран не добьется такого облегчения режима санкций, на которое он рассчитывал при подписании сделки, заинтересованность в выполнении соглашения снизится.
Влияние других сфер на реализацию СВПД
Некоторые события, не связанные с ядерной программой Ирана, также могут нарушить ход реализации СВПД. Например, США не сняли с Ирана свои «непрофильные» санкции – по обвинению в нарушении прав человека и поддержке терроризма [20].
Многие из таких мер направлены против Корпуса стражей революции – могущественного игрока в Иране, который может предпринимать действия, направленные против соглашения по ядерной программе.
Ракеты
Исследования Ирана в области разработки, создания и особенно испытаний межконтинентальных баллистических ракет могут иметь самые неприятные последствия. Они уже стали причиной введения американских санкций в отношении иранских организаций и частных лиц, участвующих в ракетной программе [21]. Разработки Ирана в этой области заставляют США и НАТО последовательно поддерживать программы противоракетной обороны, которые Россия воспринимает как угрозу своим возможностям ядерного сдерживания.
Продолжение испытаний иранских ракет может ослабить поддержку СВПД в США и привести к одностороннему выходу Вашингтона из этого соглашения, о чем уже говорилось выше. Второй, менее вероятный сценарий состоит в том, что испытания иранских ракет заставят США не только поддерживать, но и существенно усилить свою программу ПРО. В свою очередь, это подтолкнет Россию и Китай к ответным мерам, включая те, которые могут угрожать СВПД или их пассивную позицию в отношении нарушения Ираном соглашения.
Терроризм и права человека
Существует и другая алогичная динамика, связанная с терроризмом и правами человека. Критики СВПД говорят, что иранское правительство продолжает поддерживать международные террористические движения (по классификации правительства США)[22]. И хотя нынешнее иранское руководство проводит более умеренную ядерную политику, Тегеран по-прежнему претендует на роль регионального лидера, подчас угрожая другим странам, оказывает давление на свое население, не предоставляя иранцам важных политических и гражданских прав. Согласно докладу Государственного департамента США, «в 2014 году государственное спонсирование Ираном терроризма по всему миру оставалось на прежнем уровне. Это спонсирование осуществляется через Корпус стражей революции, Министерство безопасности Ирана и союзника Тегерана – организацию Хезболла, остающуюся серьезной угрозой для стабильности Ливана и всего региона» [23].
Если США введут новые санкции, связанные с поддержкой терроризма или подавлением гражданских свобод, иранское руководство способно реализовать свою угрозу и выйти из режима СВПД. В зависимости от конкретной ситуации, Москва может занять в этом споре, как сторону Тегерана, так и сторону Вашингтона.
Геополитика и борьба за власть на Ближнем Востоке
Россия и США могут разыграть иранскую карту друг против друга, сознательно усиливая напряженность в отношениях между Тегераном и другой стороной. При этом каждая из сторон будет стремиться использовать Тегеран в качестве своего доверенного лица для ослабления влияния друг друга в регионе. При этом в прошлом Исламская республика никак не выказывала намерения стать чьим-либо сателлитом и, скорее всего, будет придерживаться этой позиции в будущем.
Перспективы «иранского соглашения» вызвали беспокойство многих региональных игроков. После подписания СВПД премьер-министр Израиля Нетаньяху назвал сделку «исторической ошибкой» [24].
Саудовская Аравия – еще один ключевой союзник США в регионе – также выразила недовольство по поводу соглашения.
Когда СВПД получил одобрение в Конгрессе США и дошел до стадии имплементации, его критики переключили внимание на другие проблемы. Но региональный фактор остается потенциально опасным для судьбы «иранской сделки».
На Ближнем Востоке бушует ряд конфликтов: от Ирака до Йемена, в которых Иран участвует либо непосредственно, либо опосредованно. Когда улягутся страсти в Сирии, Иран и его союзники могут получить больше ресурсов для взаимодействия с другими странами и организациями региона. Если Хезболла будет более активно действовать на границе с Израилем, или ситуация в Йемене начнет представлять значительную угрозу для Саудовской Аравии, Тель-Авив или Эр-Рияд могут решиться на ответные действия. Один из вариантов – попытаться торпедировать СВПД через лоббирование своих интересов в Вашингтоне или другими средствами.
Рекомендации
Если СВПД будет выполняться надлежащим образом, Соединенным Штатам следует дать понять своим союзникам в регионе, что ядерное соглашение с Ираном делает Ближний Восток гораздо более безопасным, и потому СВДП следует оградить от возможной угрозы региональных кризисов. В интересах союзников США, чтобы Иран был стороной этих договоренностей – тогда его ядерная программа будет полностью прозрачной.
Если новый президент США решит выйти из СВПД из-за разногласий в Конгрессе между двумя ведущими партиями, другие члены СВПД должны использовать все свое влияние, чтобы убедить Вашингтон остаться. Россия едва ли сможет повлиять на этот процесс, но у нее есть возможность согласовывать свои действия с Китаем и европейскими участниками соглашения, к которым Вашингтон прислушивается как к союзникам по НАТО.
Даже если США выйдут из соглашения, это не будет конец СВПД. Политическая воля остальных участников могла бы компенсировать эту потерю. Снятие санкций ООН и ЕС может стать достаточно сильным стимулом для Ирана, чтобы продолжить выполнение своей части сделки, которая в этом случае может быть видоизменена. Если США снова введут односторонние санкции против иностранных компаний, работающих в Иране, Россия и другие стороны соглашения должны будут защитить свои компании. Хорошим примером в этом смысле может служить принятое Европейским союзом Постановление №2271/96, защищающее европейские компании от санкций США, связанных с Кубой.
Действия Ирана, противоречащие СВПД, должны тщательно расследоваться, и лишь после этого нужно предпринимать какие-то меры. Допустимые пределы запасов обогащенного урана и тяжелой воды могут быть слегка превышены из-за технических или логистических причин. Точно так же МАГАТЭ необходимо придерживаться принципов СВПД, согласно которым «количество просьб о предоставлении доступа [к иранским ядерным объектам] будет сведено к такому минимуму, который необходим для эффективного выполнения обязанностей по контролю в соответствии с настоящим СВПД». Члены Совместной Комиссии должны голосовать на основании данных углубленного анализа по каждому случаю, и не опираться на стереотипы, предвзятые мнения и традиционную склонность поддерживать союзников, независимо от сути вопроса. США следует тщательно взвесить цену ввода новых санкций против Ирана в качестве наказания за нарушения, не связанные с ядерной проблематикой – особенно в первые годы действия соглашения. Например, обратить внимание на то, что иранские ракеты сравнительно безвредны, если на них не установлены ядерные боеголовки.
В целом сторонам нужно поставить перед собой цель реализовать договоренности по СВПД без вмешательства СБ ООН. Обращение к Совету Безопасности в качестве последнего довода в механизме принуждения к выполнению плана действий может запустить процесс, в ходе которого любой из пяти постоянных членов СБ ООН будет иметь возможность завершить действие СВПД («возвратный» механизм), и тогда уже ничего нельзя будет исправить. Когда столько поставлено на карту, все, кроме грубых нарушений соглашения, должно разрешаться путем консультаций и приведения в действие механизмов разрешения конфликтов, предусмотренных в плане.
Сделка по иранской ядерной программе и последовавшее облегчение режима санкций усилило давление на другие ближневосточные страны, такие как Саудовская Аравия и ОАЭ. Они обеспокоены поведением Ирана и задумываются о собственных ядерных программах. Один из факторов, который мог бы побудить ближневосточных соседей Ирана и другие правительства обзавестись собственным ядерным оружием,– это убеждение в том, что у США нет возможности или намерения защитить их.
И наоборот, если США будут по-прежнему делать заслуживающие доверия заявления о готовности защитить эти страны от прямой или косвенной агрессии, потенциальные обладатели ядерного оружия, дабы не лишиться благорасположения США, а также политических и экономических отношений с другими западными странами, вряд ли рискнут обрести этот статус в реальности. США и другие государства могут разубедить их в целесообразности разработки ядерной программы, предоставив им неядерные вооружения – системы противоракетной обороны, а также иную помощь в сфере укрепления безопасности.
Благодаря опыту иранского урегулирования, страны и международные организации существенно улучшили механизмы применения санкций в отношении потенциальных нарушителей договора о нераспространении ядерного оружия. Но и государства, против которых могут быть направлены санкции, увеличили свои возможности действовать в обход такого давления. Кроме того, многие страны, после принятия СВПД и Резолюции СБ ООН №2231, отказываются от применения санкционных мер.
В СВПД предусмотрен «возвратный» механизм, позволяющий ООН восстановить санкции, связанные с ядерной программой Ирана, в случае нарушения соглашения. Но восстановить чрезвычайно сложную санкционную паутину, которой мировое сообщество опутало Иран в прежние годы, вряд ли возможно. Потребовался не один год, чтобы сконструировать всеобъемлющее партнерство, способное оказать необходимое влияние на Иран с целью умерить его ядерные амбиции.
Шестерка посредников должна сохранить способность добиваться неукоснительного выполнения соглашения. Поскольку Россия и Китай не склонны вводить санкции, Министерству финансов США, скорее всего, придется взять на себя лидерство в поддержании «санкционного потенциала». Иранское руководство должно понимать, какую цену придется заплатить в случае «отклонения от курса». Россия и другие страны могут стать партнерами США в деле укрепления пограничного и экспортного контроля, особенно соседей Ирана, с целью ограничения возможной незаконной торговли ядерными компонентами. Российское правительство настроено на поддержание высокого уровня безопасности своих ядерных материалов и технологий, несмотря на прекращение помощи, оказываемой США в рамках программы Нанна-Лугара. У Москвы и Вашингтона накоплен хороший опыт сотрудничества в решении вопросов ядерной безопасности в третьих странах. В качестве примера можно привести их многолетние усилия по вывозу запасов высокообогащенного урана из исследовательских реакторов многих стран, и есть надежда на продолжение этого взаимодействия. Правительствам двух стран следует подумать о средствах усиления Инициативы по безопасности в борьбе с распространением оружия массового уничтожения, Резолюции 1540 СБ ООН, Глобальной инициативы по борьбе с актами ядерного терроризма и других механизмах противодействия терроризму и распространению ядерного оружия. Некоторые из этих инициатив застопорились из-за разногласий между Россией и Западом по другим вопросам.
России, США и другим странам нужно усилить содействие МАГАТЭ, которой требуется дополнительное финансирование и технологии, чтобы обеспечить выполнение Тегераном условий СВПД.
Следует принимать во внимание большую территорию Ирана, который имеет выход к морю и может воспользоваться морским транспортом – особенно в контексте богатой истории его участия в незаконных закупках ядерных компонентов и материалов. Другие страны также могут помочь МАГАТЭ финансами и другими средствами, чтобы обеспечить выполнение условий СВПД – и не только их [25].
Хотя формально процессом обеспечения безопасности иранской ядерной программы руководит ЕС, России также следует укреплять режим безопасности при поставках любых ядерных материалов и технологий Ирану, а также обучать иранских специалистов современным методам безопасного обращения с ними. Иранцы вряд ли допустят американских специалистов на свои ядерные объекты, но США могли бы помочь ЕС, России и другим странам в выстраивании правильных взаимоотношений с Тегераном в этой области. Хотя в Иране действует коммерческий ядерный реактор (в Бушере), Тегеран еще не подписал Конвенцию по ядерной безопасности [26]. Он не является стороной Конвенции по физической защите ядерных материалов [27] и Международной конвенции по борьбе с актами ядерного терроризма [28].
Москва может подтолкнуть Иран к подписанию этих соглашений, что пошло бы на пользу обеим странам и остальному мировому сообществу. У Москвы есть коммерческая заинтересованность в обеспечении безопасности ядерной программы Ирана и ее мирном характере. Крупная ядерная авария в Иране, ядерный теракт с использованием материалов, приобретенных у Тегерана, или крах СВПД сорвут планы Москвы по расширению иранской программы мирного использования атома.
Есть мнение, что Россия и другие члены ШОС в скором времени предоставят Ирану статус полноправного члена Шанхайской организации сотрудничества. В прошлом организация отказывалась идти на такой шаг, поскольку в ШОС действует правило, согласно которому полноценное членство не может быть предоставлено стране, находящейся под санкциями ООН. ШОС следует сохранить этот регламент и быть готовой приостановить членство Ирана, если СБ ООН, где Россия может наложить вето на любую резолюцию, установит факт нарушения Тегераном обязательств в части нераспространения ядерного оружия.
Согласно СВПД, по окончании 10-летнего (и особенно – 15-летнего периода) истечет срок исключительных мер, ограничивающих действия Ирана в области ядерных исследований. После этого Тегеран, как и большинство других стран, имеющих потенциал для создания ядерных вооружений, будет подчиняться общим, менее жестким ограничениям, оговоренным в ДНЯО. Вместе с тем, усилия по установлению зоны, свободной от оружия массового уничтожения (ЗСОМУ) на Ближнем Востоке, тормозятся «арабской весной», разногласиями между Россией и США и другими факторами. Египет торпедирует усилия США, направленные на то, чтобы предлагаемая конференция по ЗСОМУ проходила на приемлемых для Израиля условиях. Как настаивает Каир, Израилю нужно отказаться от непрозрачной политики в области ядерных технологий, а это вряд ли произойдет даже в случае успешной реализации СВПД.
Возможно, странам придется подумать о расширении некоторых положений СВПД (таких как максимальный уровень обогащения урана в 3,5% и усиленный контроль посредством Дополнительного протокола), чтобы убедить другие ближневосточные страны в необходимости принятия аналогичных ограничений. Иранское правительство заявило, что не согласится с односторонними ограничениями – помимо тех, что оговорены в СВПД, но рассмотрит этот вопрос, если ограничения будут обязательны для других стран (то есть, если Иран не будет единственной мишенью для этих ограничений).
Если мы утратим бдительность, СВПД может создать плохой прецедент, побудив другие страны к развитию таких деликатных технологий, как обогащение урана и переработка ядерного топлива. Более надежным стандартом передачи ядерных технологий следует считать Соглашение 123 о сотрудничестве в области мирного использования атома между ОАЭ и США. По этому договору ОАЭ взяли на себя обязательство не развивать технологии регенерации ядерного топлива. Правительство США считает эту договоренность «золотым стандартом», которому должны последовать другие государства. Хотя Соединенным Штатам было трудно добиться консенсуса по этому вопросу в ДНЯО и в Группе ядерных поставщиков (ГЯП), Россия, Китай и США могут оценить возможность полного отказа от обогащения и переработки ядерного топлива в формате двустороннего сотрудничества по мирному атому.
Авторы записки работали над различными разделами текста и потому могут не разделять позиции, обозначенные в других разделах, в то же время авторы приветствуют возможность для дискуссии и экспертного диалога по спорным вопросам.
Данные тексты отражают личное мнение авторов, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.
Данный материал вышел в серии записок Валдайского клуба, публикуемых еженедельно в рамках научной деятельности Международного дискуссионного клуба Валдай. С другими записками можно ознакомиться по адресу http://valdaiclub.com/publications/valdai-papers/
[1] http://www.state.gov/e/eb/tfs/spi/iran/jcpoa/.
[2] http://eeas.europa.eu/statements/docs/2013/131124_03_en.pdf.
[3] https://www.iaea.org/sites/default/files/unsc_resolution2231-2015.pdf.
[4] http://www.un.org/en/sc/2231/2231%20List_17%20Jan.pdf.
[5] Более подробное описание условий соглашения доступно по ссылке: https://www.armscontrol.org/reports/Solving-the-Iranian-Nuclear-Puzzle-The-Joint-Comprehensive-Plan-of-Action/2015/08/Appendix-A-Summary-of-the-Key%C2%ADComponents-of-the-JCPOA.
[6] https://treaties.un.org/doc/Publication/UNTS/Volume%20614/volume-614-I-8866-English.pdf.
[7] http://2001-2009.state.gov/r/pa/prs/ps/2003/20439.htm.
[8] http://www.theguardian.com/world/julian-borger-global-security-blog/2010/may/17/iran-brazil-turkey-nuclear.
[9] http://www.rosatom.ru/resources/03a10680462aa521b6ecf6d490c073ed/protocol_russia_iran_rus.pdf.
[10] https://www.iaea.org/newscenter/focus/iran/iaea-and-iran-un-security-council.
[11] http://www.un.org/apps/news/story.asp?NewsID=43088.
[12] http://www.wsj.com/articles/iran-wish-list-led-to-u-s-talks-1435537004.
[13] http://www.al-monitor.com/pulse/originals/2015/07/mohammad-javad-zarif-interview-post-deal-balconey.html.
[14] http://www.cnn.com/2015/07/14/politics/iran-nuclear-deal.
[15] http://www.iranonline.com/iran/iran-info/government/constitution.html.
[16] http://en.mfa.ir/index.aspx?siteid=3&fkeyid=&siteid=3&fkeyid=&siteid=3&pageid=1997&newsview=363361.
[17] https://www.treasury.gov/resource-center/sanctions/Programs/Documents/irgc_ifsr.pdf
[18] www.npr.org/templates/transcript/transcript.php?storyId=473772642.
[19] http://www.cfr.org/united-states/why-us-economic-leadership-matters/p37731/
[20] http://bipartisanpolicy.org/blog/after-iran-deal-wrangling-over-hybrid-sanctions/?_cldee=d2VpdHpAaHVkc29uLm 9yZw%3d%3d&utm_source=ClickDimensions&utm_medium=email&utm_campaign=Project%20Update%20%7C%20 Foreign%20Policy%20(Iran)
[21] https://www.rt.com/usa/329240-us-sanctions-iran-ballistic/.
[22] http://www.afpc.org/publication_listings/viewPolicyPaper/2926.
[23] http://www.state.gov/j/ct/rls/crt/2014/239407.htm.
[24] http://www.wsj.com/articles/netanyahu-calls-iran-deal-historic-mistake-1436866617.
[25] http://belfercenter.hks.harvard.edu/publication/26413/what_price_nuclear_governance_funding_the_international_ atomic_energy_agency.html?breadcrumb=%2Fpublication%2Fby_type%2Freport.
[26] http://www.iaea.org/Publications/Documents/Conventions/nuclearsafety_status.pdf.
[27] https://www.iaea.org/Publications/Documents/Conventions/cppnm_status.pdf.
[28] http://fas.org/wp-content/uploads/2013/04/iran_nuclear_odyssey.pdf.
Эксперты обсудят в РОСНАНО развитие кадрового потенциала высокотехнологичных компаний.
В РОСНАНО 13 мая состоится первая практическая конференция, посвященная системам оценки квалификаций в наноиндустрии и высокотехнологичных отраслях. Организаторы встречи — Межотраслевое объединение наноиндустрии (МОН) и Национальный совет при президенте РФ по профессиональным квалификациям, конференция пройдет при поддержке Фонда инфраструктурных и образовательных программ (ФИОП, входит в Группу РОСНАНО).
Среди ключевых тем конференции — изменения в законодательстве, связанные с применением профессиональных стандартов, переход от рынка резюме к рынку квалификаций, новые инструменты развития кадровых служб и сервиса по оценке квалификаций, в том числе квалификаций выпускников вузов.
На конференции выступят генеральный директор ФИОП, председатель Совета по профессиональным квалификациям в наноиндустрии Андрей Свинаренко, исполнительный директор по персоналу и социальной политике госкорпорации «Роскосмос», председатель Совета по профессиональным квалификациям в области управления персоналом Алла Вучкович, директор по научной работе ОАО «Интер РАО Светодиодные системы» Дмитрий Бауман, заместитель директора по научной работе Приволжского филиала Федерального института развития образования Ефим Коган и другие ведущие эксперты рынка труда и системы образования.
Приглашаем к участию в обсуждении и совместной выработке решений, направленных на развитие кадрового потенциала высокотехнологичных компаний.
Ознакомиться с программой конференции и пройти регистрацию можно на сайте confspknano.ru. Участие в конференции бесплатно.
Справка
Фонд инфраструктурных и образовательных программ создан в 2010 году в соответствии с Федеральным законом № 211-ФЗ «О реорганизации Российской корпорации нанотехнологий». Целью деятельности Фонда является развитие инновационной инфраструктуры в сфере нанотехнологий, включая реализацию уже начатых РОСНАНО образовательных и инфраструктурных программ.
Председателем высшего коллегиального органа управления Фонда — наблюдательного совета — является Министр образования и науки Дмитрий Ливанов. Согласно уставу Фонда, к компетенции совета, в частности, относятся вопросы определения приоритетных направлений деятельности Фонда, его стратегии и бюджета. Председателем Правления Фонда, являющегося коллегиальным органом управления, является Председатель Правления ООО «УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс, генеральным директором Фонда — Андрей Свинаренко.
* * *
НП «Межотраслевое объединение наноиндустрии» создано в 2012 году по решению предприятий наноиндустрии — участников 1-го Конгресса предприятий наноиндустрии. В его входит более 140 представителей отечественных предприятий и организаций наноиндустрии.
Миссия Объединения — представление интересов предприятий отечественной наноиндустрии в органах государственной власти и общественных организациях, формирование коллективных механизмов защиты прав и интересов, продвижение продукции отрасли. На базе Объединения функционирует постоянно-действующая профессиональная экспертная площадка наноиндустрии и Совет по профессиональным квалификациям в наноиндустрии. Объединение содействует развитию сети деловых контактов предприятий наноиндустрии, в том числе за рубежом, реализации совместных проектов предприятиями наноиндустрии, организует на постоянной основе семинары, конференции и иные тематические события для предприятий наноиндустрии.
* * *
Национальный совет при Президенте Российской Федерации по профессиональным квалификациям создан в соответствии с Указом Президента Российской Федерации за № 243 от 16.04.14. Целью деятельности является создание и развитие системы профессиональных квалификаций в Российской Федерации. Председатель Совета — Александр Шохин.
Тель-Авив готовится к новой войне за Голанские высоты
Израиль создает себе очередную международную проблему теперь уже в отношении отторгнутых у Сирии Голанских высот.
После того, как израильское правительство на днях объявило, что захваченные в 1967 году Голанские высоты являются исконной территорией Израиля, Совет безопасности ООН сразу выступил с резким осуждением присвоения израильтянами чужой территории. Израиль фактически отказался выполнять резолюцию 35-летней давности, принятую Советом безопасности. Она объявляла незаконным суверенитет Израиля над этими землями.
В ходе сирийской войны Тель-Авив надеялся на создание в Сирии марионеточного государства, которое не будет выдвигать никаких требований по возвращению Высот. Однако победное наступление армии Башара Асада опрокинуло эти планы, поэтому именно в эти дни Израиль решил жесткими заявлениями застолбить за собой право на Голаны, дав понять сирийскому правительству, что ему не стоит рассчитывать на возвращение этой стратегически важной территории.
Совет безопасности ООН был вынужден выразить серьезную обеспокоенность ситуацией в этом районе и подтвердил, что статус Голанских высот остается неизменным в соответствии с резолюцией от декабря 1981 года.
Тем временем израильский премьер-министр Беньямин Нетаньяху, посещая одно из еврейских поселений на Голанских высот заявил, что они являются неотъемлемой частью Израиля с древних времен. Но если Израиль и дальше будет ориентироваться на карты библейского мира, то в это регионе Ближнего Востока миру не бывать.
К разочарованию Нетаньяху, Белый дом, уже уставший от провокационных действий своего союзника, также заявил устами представителя Госдепартамента Джона Кирби, что эта территория не является частью Израиля и возвращение Голанских высот Сирии должно проходить в результате мирных переговоров между обеими сторонами.
В ответ Израиль обвинил международную общественность в полном игнорировании реальности на Ближнем Востоке.
Беньямин Нетаньяху вместе с турецким президентом несут серьезную ответственность за то, что произошло в Сирии, ведь именно Тель-Авив являлся одним из главных закулисных игроков антиасадовской коалиции. Однако израильский лидер продолжает накалять обстановку, в случае необходимости, козыряя своими особыми отношениями с Москвой.
Николай Иванов
ФИОП запускает премию для архитекторов и проектировщиков за использование наноматериалов в строительстве.
Фонд инфраструктурных и образовательных программ совместно с АНО «Национальное агентство устойчивого развития» запускает специальную номинацию «Строй — нано!» для архитекторов и проектировщиков за использование наноматериалов.
Награда будет присуждаться в рамках главной Национальной премии в области экологической архитектуры и строительства «Эко_тектоника».
Рациональное использование ресурсов, в том числе сокращение объемов использования базовых материалов: стали, цемента, бумаги, алюминия и пластика — это один из способов сокращение антропогенной нагрузки на биосферу. Использование нанотехнологий позволяет повышать прочность и долговечность материалов, снижает вес конструкций.
В то же время лишь небольшая доля проектировщиков и специалистов строительной отрасли осведомлены обо всех преимуществах применения наноматериалов и нанотехнологий. Спецноминация «Строй — нано!» позволит повысить осведомленность о существующей нормативной базе, успешном опыте применения и самих новых материалах.
Чтобы принять участие в конкурсе, участник должен указать в пояснительной записке к своему проекту, какие именно наноматериалы он заложил в свой проект, и какие именно преимущества они позволяют получить.
Результаты конкурса в этой номинации будут определены в рамках общего подведения итогов премии «Эко_тектоника». Три победителя получат памятные дипломы и денежные призы на церемонии награждения 2 июля 2016 года.
Справка
Фонд инфраструктурных и образовательных программ создан в 2010 году в соответствии с Федеральным законом № 211-ФЗ «О реорганизации Российской корпорации нанотехнологий». Целью деятельности Фонда является развитие инновационной инфраструктуры в сфере нанотехнологий, включая реализацию уже начатых РОСНАНО образовательных и инфраструктурных программ.
Председателем высшего коллегиального органа управления Фонда — наблюдательного совета — является Министр образования и науки Дмитрий Ливанов. Согласно уставу Фонда, к компетенции совета, в частности, относятся вопросы определения приоритетных направлений деятельности Фонда, его стратегии и бюджета. Председателем Правления Фонда, являющегося коллегиальным органом управления, является Председатель Правления ООО «УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс, генеральным директором Фонда — Андрей Свинаренко.
Состоялась презентация Книги «Российские „зеленые“ нанотехнологии».
«РОСНАНО» представила первый в России каталог экологически ориентированной продукции компаний наноиндустрии — Книгу «Российские „зеленые“ нанотехнологии», которая была подготовлена Фондом инфраструктурных и образовательных программ (ФИОП, входит в Группу РОСНАНО).
Создание этой книги — начальный этап работы по развитию «зеленых» нанотехнологий, которая является одним из приоритетов РОСНАНО. Эта деятельность призвана помочь решить экологические проблемы, в том числе в сфере изменения климата.
В презентации, которая состоялась в рамках выставки-форума «ЭКОТЕХ-2016», приняли участие советник председателя правления РОСНАНО по науке — главный ученый Сергей Калюжный, заместитель руководителя Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии Алексей Кулешов, член правления Союза архитекторов России, председатель НП «Совет по „зеленому“ строительству» Александр Ремизов, заместитель руководителя автономной некоммерческой организации «Российская система качества» Елена Саратцева, а также представители портфельных компаний РОСНАНО и Межотраслевого объединения предприятий наноиндустрии.
Нанотехнологии имеют большой потенциал для создания инновационной продукции и использования новых рыночных возможностей, в том числе в области рационального природопользования и охраны окружающей среды.
Для предприятий наноиндустрии проводится разработка «зеленых» стандартов, закрепляющих требования по экологии, энергоэффективности, ресурсосбережению и снижению негативного воздействия на климат, подготовка и реализация мер по продвижению льгот и преференций для «зеленой» продукции. С 2016 году в системе «Наносертифика» проводится сертификация продукции наноиндустрии по требованиям «зеленых» стандартов.
«Книгой „Российские „зеленые“ нанотехнологии“ мы хотим показать на конкретных примерах вклад предприятий наноиндустрии в решение экологических проблем, в устойчивое развитие инновационной экономики России», — заявил во время мероприятия Сергей Калюжный.
Презентация Книги «Российские „зеленые“ нанотехнологии» является важным шагом для ознакомления органов власти и общественности с инновационными достижениями в области «зеленой» экономики, считает заместитель Руководителя Росстандарта Алексей Кулешов. Сегодня важным фактором поддержки развития экологически ориентированных технологий является участие российских предприятий в разработке документов по стандартизации с учетом эффективного механизма их применения, предусмотренного Федеральным законом от 29 июня 2015 г. № 162-ФЗ «О стандартизации в Российской Федерации», сказал он.
Член правления Союза архитекторов России, председатель НП «Совет по „зеленому“ строительству» Александр Ремизов отметил, что представление каталога «Белая книга российских нанотехнологий», включающего значительную номенклатуру инновационной продукции, которая может быть использована в «зеленом» строительстве, — своевременный и важный шаг для экологизации строительной отрасли, оказывающей существенное воздействие на окружающую среду и здоровье человека.
Российская система качества, как инструмент поддержки производителей и импортозамещения, рассматривает «зеленые» свойства как улучшенное качество продукции, говорит заместитель руководителя Роскачества Елена Саратцева. По ее словам, в дальнейших планах сотрудничества с Группой РОСНАНО — оценка «зеленых» строительных материалов, в том числе созданных с применением нанотехнологий, на предмет присвоения Российского Знака качества.
Справка
Фонд инфраструктурных и образовательных программ создан в 2010 году в соответствии с Федеральным законом № 211-ФЗ «О реорганизации Российской корпорации нанотехнологий». Целью деятельности Фонда является развитие инновационной инфраструктуры в сфере нанотехнологий, включая реализацию уже начатых РОСНАНО образовательных и инфраструктурных программ.
Председателем высшего коллегиального органа управления Фонда — наблюдательного совета — является Министр образования и науки Дмитрий Ливанов. Согласно уставу Фонда, к компетенции совета, в частности, относятся вопросы определения приоритетных направлений деятельности Фонда, его стратегии и бюджета. Председателем Правления Фонда, являющегося коллегиальным органом управления, является Председатель Правления ООО «УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс, генеральным директором Фонда — Андрей Свинаренко.
* * *
Акционерное общество «РОСНАНО» создано в марте 2011 года путем реорганизации государственной корпорации «Российская корпорация нанотехнологий». АО «РОСНАНО» содействует реализации государственной политики по развитию наноиндустрии, инвестируя напрямую и через инвестиционные фонды нанотехнологий в финансово эффективные высокотехнологичные проекты, обеспечивающие развитие новых производств на территории Российской Федерации. Основные направления инвестирования: электроника, оптоэлектроника и телекоммуникации, здравоохранение и биотехнологии, металлургия и металлообработка, энергетика, машино- и приборостроение, строительные и промышленные материалы, химия и нефтехимия. 100% акций АО «РОСНАНО» находится в собственности государства. Благодаря инвестициям РОСНАНО на данный момент открыто 68 заводов и R&D центров в 28 регионах России.
Функцию управления активами АО «РОСНАНО» выполняет созданное в декабре 2013 года Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «РОСНАНО», председателем правления которого является Анатолий Чубайс.
Задачи по созданию нанотехнологической инфраструктуры и реализации образовательных программ выполняются Фондом инфраструктурных и образовательных программ, также созданным в результате реорганизации госкорпорации.
* * *
Федеральное агентство по техническому регулированию и метрологии (Росстандарт) создано на основании Указа Президента Российской Федерации от 09.03.2004 №314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» (в редакции Указа Президента Российской Федерации от 20 мая 2004 г. № 649 «Вопросы структуры федеральных органов исполнительной власти»).
Осуществляет функции по оказанию государственных услуг, управлению государственным имуществом в сфере технического регулирования и обеспечения единства измерений, а также контролирует соблюдение обязательных требований национальных стандартов и технических регламентов.
Росстандарт входит в систему федеральных органов исполнительной власти Российской Федерации и находится в ведении Министерства промышленности и торговли Российской Федерации.
Руководителем Росстандарта является Алексей Абрамов.
* * *
Некоммерческое партнерство «Совет по „зеленому“ строительству» (НП СПЗС) создано в 2011 году по инициативе Союза архитекторов России (САР), который входит в Международный Союз архитекторов (МСА) и руководствуется в своей деятельности меморандумом между МСА и Всемирным Советом по «зеленому» строительству (WGBC).
Миссия НП СПЗС — изучение, разработка и поддержка наиболее перспективных отечественных архитектурно-градостроительных, инженерно-технических и конструкторских инноваций, создание отечественных «стандартов экоустойчивого развития» в строительстве, способных качественно улучшить материально-пространственную среду жизнедеятельности на общепризнанной платформе устойчивого развития ХХI века.
Президентом Союза архитекторов России является Андрей Боков. Председателем правления НП СПЗС является Александр Ремизов.
* * *
АНО «Российская система качества» (Роскачество) учреждена распоряжением Правительства Российской Федерации от 30 апреля 2015 года №780-р в целях продвижения на внутренний и внешние рынки российских товаров высокого качества и повышения уровня доверия граждан к российской продукции. У Роскачества два основных вида деятельности: проведение независимых исследований продовольственных и непродовольственных категорий товаров (веерных исследований), результаты которых публикуются в открытом доступе, и присвоение лучшим отечественным товарам российского Знака качества.
Руководителем Роскачества является Максим Протасов.
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter