Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Количество зарубежных потребителей иранской рыбной продукции продолжает расти
Директор департамента по повышению качества и переработке рыбной продукции и развитию рынка Организации рыболовства и рыбоводства «Шилат» Ирана Иса Гольшахи в интервью агентству ИСНА сообщил, что до конца текущего года будет экспортировано различной рыбной продукции примерно на 350 млн. долларов.
Как уточнил Иса Гольшахи, в прошлом году Иран экспортировал в различные страны около 72 тыс. т рыбной продукции на сумму более 300 млн. долларов, и предполагается, что в текущем году этот показатель достигнет 350 млн. долларов. При этом иранская экспортная корзина включает в себя различные виды рыбы, выращенной в рыбоводческих хозяйствах, креветок и некоторые виды рыбы, добываемой в южных морях. В настоящее время основными потребителями этой продукции являются Ирак, страны Юго-Восточной Азии, ОАЭ, некоторые страны Евросоюза, Египет и Ливан.
Иса Гольшахи обратил внимание на то, что вслед за введением западных санкций в отношении Ирана доля стран Евросоюза в экспорте иранской рыбной продукции заметно сократилась, а в последнее время эти страны снова проявили интерес к рынку иранской продукции. Конечно, с учетом нынешней ситуации на рынке и количества зарубежных потребителей иранской продукции Евросоюзу, по всей видимости, вряд ли удастся вернуть себе прежнее место в экспорте рыбы из Ирана.
Иса Гольшахи подчеркнул, в случае отмены санкций валютные доходы Ирана от экспорта рыбной продукции вырастут примерно на 20%. По его словам, одна из главных причин, по которым многие страны мира хотят покупать иранскую рыбную продукцию и, в частности, креветок, заключается в том, что в Иране при выращивании рыбы и креветок не используются антибиотики и в иранской продукции практически полностью отсутствуют вредные вещества и их остатки.
В 2014 г. объем производства пиломатериалов на предприятии ОАО «Лесосибирский ЛДК №1» (г. Лесосибирск, Красноярский край) составил 423 тыс. м3, что на 5% меньше, чем годом ранее, об этом говорится в полученном Lesprom Network годовом отчете компании.
Выпуск ДВП за отчетный период увеличился на 1% до 25,8 млн м2.
Около 75-80% пиломатериалов ОАО «Лесосибирский ЛДК №1» производятся из ангарской сосны и являются наиболее востребованными на рынках, 15-20% составляют лиственничные пиломатериалы, оставшиеся 5-10% – елово-пихтовые.
Компания поставляет пиломатериалы в Германию, Бельгию, Ливию, Сирию, Египет, Италию, Францию, Китай, Ирак, Ливан, страны Ближнего Востока. В качестве новых потенциальных рынков сбыта рассматриваются Япония, Индия, Корея, Ирак, Саудовская Аравия. Возможно также увеличение реализации на внутреннем рынке.
Как сообщал Lesprom Network ранее, выручка ОАО «Лесосибирский ЛДК №1» по итогам 2014 г. увеличилась на 14,6%, достигнув 4,55 млрд руб.
Саудовские ловушки для России?
Владимир Ефимов
Приезд многочисленной и представительной делегации Саудовской Аравии на Санкт-Петербургский экономический форум во главе с заместителем наследного принца, министром обороны и сыном нынешнего короля Салмана принцем Мухаммедом, а также атмосфера, в которой делегацию принимал президент Владимир Путин, как и подписанные по итогам переговоров меморандумы и соглашения на десятки миллиардов долларов вызвали много слухов и кривотолков о том, почему это произошло. Ведь хорошо известно, что Эр-Рияд никогда не отличался симпатиями к Москве. И, кроме того, уже не раз декларировались подобные «исторические прорывы», в том числе в ходе поездки Владимира Путина в КСА в 2007 году, но результатом всех предшествующих договоренностей стал ноль. Более того, во время арабской «весны» позиции России и Королевства были диаметрально противоположны: Москва была против свержения режимов в Сирии, Ливии, Йемене и т.д., тогда как КСА не только это поощряло и финансировало, но и вставляло палки в колеса российским усилиям положить конец беззаконию исламистских экстремистов. Так что же произошло сейчас? Откуда такой сюрприз, да еще с обеих сторон?
Внешняя картинка
На самом же деле, ничего особого не произошло. Никаких миллиардов Саудия не дала. Меморандумы о намерениях сторон, будь то ВТС, сотрудничество в сфере нефти, ядерная энергетика, космос, инвестиции – это пока что не более чем декларации. Только контракты можно рассматривать как осязаемые итоги и реальные результаты. В свое время в сфере ВТС были даже не только соглашения, но и запарафированные контракты, которые так и остались клочками бумаги. Как только Москва проголосовала в СБ ООН в поддержку проекта резолюции Запада о введении международных санкций против Ирана, морковку у России саудовцы отняли. Приманка сработала, Москва попала в ловушку. В результате, Россия потеряла возможность развивать сотрудничество с Тегераном, ничего не получив от Саудии взамен, и де-факто оказалась в фарватере политики США и КСА. Были и другие многомиллиардные ловушки-завлекалки. На этом специализировался принц Султан Бандар, который в то время отвечал за спецслужбы Королевства и дважды накануне Олимпиады в Сочи приезжал к Владимиру Путину с заманчивыми денежными предложениями и даже обещаниями не допустить теракты на российской территории в ходе олимпийских игр. Но не сработало. Тогда Бандару не поверили. Зато произошло 2 крупных теракта в Волгограде и Пятигорске за несколько недель до открытия Олимпиады.
Так что же случилось сейчас? Разве Эр-Рияд стал лучше? Поменял свое отношение к России? А тогда как быть с продолжением его линии при новом короле Салмане на свержение правящего режима в Дамаске или началом воздушной войны против Йемена? Нет, агрессивность нового руководства Королевства после смерти короля Абдаллы только возросла. Особенно когда Салман сделал своего любимого сына Мухаммеда – недавнего гостя в Санкт-Петербурге − заместителем наследного принца и министром обороны. Он наиболее рьяно выступал за начало военной операции против хуситов в Йемене, хотя никаким опытом военного командования в свои 33 года не обладает. Он даже смог оттеснить наследного принца Наифа, который старше его по должности и является его двоюродным братом, от военной операции против Йемена. О Сирии говорить не приходится. Как и об Иране. Враждебность нового саудовского руководства в отношении Тегерана только возросла. Нынешние правители Эр-Рияда сделали все возможное, чтобы сорвать сделку по иранской ядерной программе (ИЯП) между «шестеркой» международных посредников (читай – США) и ИРИ. Салман даже демонстративно не поехал на встречу Обамы с лидерами стран ССАГПЗ в Кэмп-Дэвиде, чтобы якобы показать свое недовольство политикой Вашингтона.
Вот, видимо, некоторые аналитики в России, которые надеются на получение саудовских миллиардов, и погнали волну в плане того, что теперь, дескать, в КСА новые Саудиты молодой генерации, с которыми можно найти общий язык. А тут еще такой состав делегации, в которой были министр иностранных дел Адиль Джубайр и министр нефти Али аль-Наими, не говоря уже о куче других высокопоставленных деятелей инвестиционного, экономического и военного профиля. Но главное – столь помпезный визит происходил в условиях, когда США и ЕС не только ввели, но и усиливают экономические санкции в отношении России. Это позволило все тем же «экспертам» внушать руководству России, что траектория движения Эр-Рияда отныне не совпадает с траекторией движения Вашингтона, поскольку саудовцы, дескать, разочаровались в США, которые начали процесс восстановления отношений с Тегераном.
Конечно, потерпев поражения на многих направлениях – от Йемена, Сирии до Ирака и Ирана − Саудовская Аравия стала отчетливо осознавать, что США более не являются единственным влиятельным игроком на Ближнем Востоке, и необходимо искать новых партнеров. А то, что Россия в случаях с Сирией, Йеменом, Ираком и Ираном стала играть все более весомую роль, и игнорировать ее уже нельзя, наконец-то дошло до правителей Королевства. Кстати, известный авторитет среди арабского экспертного сообщества Абдель Рахман ар-Рашид в издаваемой в Лондоне на саудовские деньги газете «Аш-Шарк аль-Аусат» делает вывод о том, «Саудовская Аравия хочет привлечь Россию на свою сторону, поскольку Россия стала важным фактором в делах региона, в Сирии, Йемене, Ливане, в достижении военного паритета с Ираном. Но решение этой задачи требует концентрации и постоянной работы». А если изложить последние его слова на простом языке, то он говорит: Москву нужно попытаться купить огромными деньгами, чтобы она прекратила помогать упомянутым странам.
Вполне понятно и то, что в определенной мере этот своеобразный петербургский «демарш» Эр-Рияда стал саудовской реакцией на изменения американского курса на Ближнем Востоке – сближение Вашингтона с Ираном и нежелание посылать американские войска на помощь своему главному союзнику – КСА, который завяз в Йемене и Сирии. Но только мало сведущий в саудовских делах эксперт может серьезно поверить в то, что саудовско-российское сближение, это – реакция КСА на проводимую США политику в регионе. А вот использование этого тезиса для внешнего потребления – вполне возможно. Тем более если речь идет о вовлечении американцами Эр-Рияда в очередной антироссийский сговор.
А что же в реалии?
Сложно поверить в серьезность того, что сейчас происходит между Москвой и Эр-Риядом. По целому ряду причин. Но достаточно назвать лишь две:
1. Саудовская Аравия – это вовсе не самостоятельная региональная держава, которая способна вот так просто взять и «кинуть» в России сотню миллиардов долларов. Она прекрасно понимает, что США это просто так «не проглотят». Вся финансовая система КСА завязана на ФРС США. И Вашингтону достаточно лишь пальцем пошевелить, чтобы оставить Королевство без денег. Ведь любые крупные проплаты по любым сделкам проходят только с одобрения ФРС, которые контролируют минфин КСА, а американские советники физически и реально сидят во всех саудовских госструктурах, связанных с денежными потоками. В том числе и в министерстве нефти. И надо же, все-таки находятся в Москве те, кто думает, что Саудии американцы позволят дать России в нынешних условиях войны, объявленной Вашингтоном против Москвы через экономические санкции, хоть 5 млрд. долл. Неужели еще остаются в российской политической элите те, кто наивно полагает, будто нынешние усилия США и Запада в целом по удушению России и прежде всего путем свержения Владимира Путина − это некая игра, а не стратегическая цель?
Ведь без удушения России США не смогут остановить рост Китая, в том числе и в военной сфере. На данный момент Китай без России с ее ядерным и энергетическим потенциалом – это не конкурент Америке. И если раздавить Россию, то затем последует главный этап в стратегии США – удушение самого Китая. А тут вдруг добренькие саудовцы, якобы обозленные политикой Обамы, вдруг на блюдечке приносят 100 млрд. долл. России в условиях продолжающегося падения нашей экономики! Да за это Вашингтон в течение нескольких дней поменяет всех «новых» правителей Эр-Рияда на более «понятливых». И это не просто слова. Нужно хотя бы вспомнить, какие мощные вооруженные силы США окружают КСА в виде крупнейшей в регионе базы ВВС в Эль-Удейде (Катар), базы пятого флота ВМС США (Бахрейн), 45 тыс. американских военнослужащих в Кувейте. Да еще тысячи американских солдат в других странах ССАГПЗ, включая само Королевство. Тем более что и в правящей семье Аль Сауд полно недовольных нынешними правителями, которые все подмяли под себя. А саудовская армия слаба. Она терпит поражение в Йемене. Хуситы при поддержке их братьев-шиитов в Наджране уже захватили часть саудовской территорию и находящуюся там крупную военную базу. Так что несколько сот американских спецназовцев при поддержке проамериканских принцев в клане Аль Сауд очень быстро и легко поставят на место любого нового короля в КСА. За несколько часов. Так что вывод напрашивается сам по себе – визит Мухаммеда бин Салмана в Москву и его щедрые посулы – это все хорошо спланированная и согласованная с Вашингтоном акция по дальнейшему удушению России. И саудовцы ничего не потеряют, даже если им позволят кое-что вложить в РФ, прежде всего в ядерную энергетику. Это – лакомый кусок. Через саудовские инвестиции в ядерную промышленность России американцы получат доступ к тому, до чего они пока не добрались – самым передовым в мире ядерным технологиям Москвы.
А вложенные саудовские денежки в ядерную энергетику, если они будут, то в любом случае уцелеют. Ведь, в Вашингтоне уверены – еще год-полтора, и в России будет смена власти с нынешней на проамериканскую. А уж новые власти России уже не вывернутся из когтей Запада, как это удалось сделать Владимиру Путину в последние 10 лет. На этот раз американцы думают, что в Россию придут надолго и будут напрямую контролировать все – от энергетики до внешней политики. Видимо, в Москве стали забывать, что было при Ельцине – Козыреве. Так что Эр-Рияд может обещать хоть триллион долларов – но России это ничего не даст.
2. Россия была, есть и, возможно, будет злейшим врагом ваххабитского режима Саудовской Аравии, который прекрасно помнит Афганистан при СССР, Сирию, Ливию, Йемен, Ирак и Иран при нынешних властях. Россия никак не вписывается в шариатско-салафитские планы Эр-Рияда. И лишь мешает поскорее покончить с Сирией и Йеменом, Ираком и Ираном. Ведь в этих странах у власти шииты – самые главные враги КСА. А тут Россия своими действиями путает все карты. Да и в отношении Северного Кавказа и Поволжья планы Королевства радикально расходятся с политикой Москвы. Как и в отношении Центральной Азии.
Зачем действительно нужна Россия Саудовской Аравии?
Приведем наиболее примечательные саудовские комментарии по поводу визита Мухаммеда в Москву. Саудовская, но издающаяся в Лондоне, газета «Аш-Шарк аль-Аусат» пишет: «Стремление Саудовской Аравии к развитию контактов с Россией в ядерной сфере означает, что эта страна решила стать членом клуба ядерных держав. Подписание саудовско-российского «Соглашения о мирном использовании ядерной энергии» стало вторым доказательством этого намерения, первым же – принятое месяц назад саудовским министром образования решение об отправке тысячи студентов заграницу для обучения в области энергетики, включая и ядерную. Разумеется, нельзя представить, что Саудовская Аравия совершит переворот в своих позициях и в сфере союзнических связей в отношениях с США.
Эр-риядская газета «Аль-Ватан» написала, что «Саудовская Аравия и Россия сближаются… в течение двух часов»! − имея в виду продолжительность встречи принца Мухаммеда бен Салмана и Владимира Путина. Однако ни эта газета, ни другие саудовские газеты не поместили каких-либо комментариев в отношении того, что можно было бы назвать «прорывом» в двусторонних отношениях, ограничиваясь только лишь мнениями экспертов. И это вполне объяснимо.
Член саудовской делегации, председатель Совета торгово-промышленных палат Абдель Рахман аз-Замиль заявил, что Саудовская Аравия заинтересована в «использовании российского опыта и российских технологий, поскольку Россия достигла ощутимого прогресса в этой сфере». Однако, по его словам, нуждаясь в новых источниках электроэнергии, саудовская сторона «предприняла аналогичные инициативы и в отношении других международных структур, также достигших ощутимого прогресса в этой сфере». Так можно это считать прорывом? Вряд ли.
А саудовский министр нефти и природных ресурсов Али ан-Нуэйми был еще более откровенен. В интервью газете «Аш-Шарк Аль-Аусат» он написал, что Саудия достигла стоявшей перед ней важной цели – привязать нефтяную политику России к собственным интересам, в том числе, и с точки зрения приближающейся возможности возвращения Ирана на мировой рынок нефти.
Ну, а подписанный в Санкт-Петербурге «Меморандум о совместных намерениях в области космоса» вот как прокомментировал принц Турки бен Сауд бен Мухаммед: «Все наши космические программы мы еще будем определять. Это произойдет, даст Бог, только в будущем. Во всяком случае, у нас будет серьезная космическая программа, которая включит и подготовку саудовских технических кадров». Так что России придется долго ждать, прежде чем она сможет получить сколько-либо реальные доходы от развития космического сотрудничества с Эр-Риядом.
***********
Станет ли Россия саудовским партнером? Вряд ли. Нет никаких сомнений в сохранении высокого уровня партнерства КСА с США, как и никаких намеков на то, что развитие отношений с Россией выходит за рамки традиционного саудовского курса диверсификации внешнеэкономических связей. Причем это в лучшем случае. Но вот что интересно. 19 июня газета «Аль-Хайят», которая также финансируется Саудией, сообщила, что в ходе закрытой части встречи принца Мухаммеда бен Салмана и президента Владимира Путина «детально обсуждалось положение в Йемене, Сирии, Ираке и Ливии, а также другие региональные и международные вопросы». И по словам главы саудовского внешнеполитического ведомства Адель аль-Джубейра, «визит наследника престола в Россию помог решению многих вызовов, с которыми Саудовская Аравия сталкивается в регионе, что внесет свой вклад в дело развития всесторонних отношений с Россией». Это можно истолковать только как одно: Россия скорее всего пошла на удовлетворяющие саудовскую сторону уступки в отношении политических проблем Ближнего Востока. И свидетельство тому уже есть: по последним сведениям, свой визит в РФ якобы отложила делегация хуситов и сторонников Али Абдаллаха Салеха из Йемена. Осталось дождаться того, в какой атмосфере и в каком ключе пройдет встреча Владимира Путина с Хасаном Роухани в Уфе и что будет происходить в ближайшее время в Сирии и Ираке.
Представители всех политических партий Ливана, министры и духовные лидеры страны на протяжении трех дней приезжали в посольство РФ в Бейруте, чтобы почтить память бывшего премьер-министра и экс-главы МИД России Евгения Примакова.
"От имени премьер-министра Ливана Тамама Саляма и от своего имени лично, хочу выразить искренние соболезнование правительству и народу Российской Федерации в связи со смертью бывшего премьер-министра России Евгения Примакова. В связи с этим событием хочу передать чувства солидарности и братства в адрес России, которую связывают с Ливаном лучшие отношения", — написал министр информации Ливана Рамзи Джрейш в книге соболезнований.
Лидер ливанской православной партии "Эль-Машрек" Родриг Эль-Хури рассказал РИА Новости, что для православных в Ливане Примаков был как "связующее звено" между арабскими народами во время обострения конфликтов в регионе.
По мнению Эль-Хури, русский политик отстаивал интересы арабских народов, больше чем их лидеры, так как верил, что интересы России и Ближнего Востока тесно связаны между собой.
"Мы убеждены, что президент Путин верит в свободный Ближний Восток, в котором нет места терроризму, в это же верил и Евгений Примаков. Россия под руководством Владимира Путина верна заданному Примаковым вектору", — добавил он.
Оставить свою запись в книги соболезнований в посольстве РФ в Ливане с 29 июня по 1 июля мог любой желающий. Сотрудник дипмиссии рассказал РИА Новости, что помимо представителей партий, общественных организаций и политической элиты страны, почтить память бывшего премьер-министра приходили и обычные граждане.
Примаков скончался в пятницу на 86-м году жизни. Церемония прощания, в которой приняли участие также президент РФ Владимир Путин, глава правительства Дмитрий Медведев и глава МИД РФ Сергей Лавров, состоялась в понедельник в Колонном зале Дома союзов в Москве. Примаков был похоронен на Новодевичьем кладбище.
Востоковед по образованию, Примаков в разные годы возглавлял Институт востоковедения Академии наук СССР, был директором Института мировой экономики и международных отношений АН СССР. С января 1996 года по сентябрь 1998 года Примаков был министром иностранных дел России. За несколько лет работы на этом посту он объездил практически весь мир. Во внешней политике Примаков стал автором стратегии "многополярности".
Мохамад Алаеддин.
В списке из 25-ти лучших университетов стран Ближнего Востока и Северной Африки значатся 6 высших образовательных учреждений из Арабских Эмиратов.
Британская компания QS Quacquarelli Symonds, которая публикует ежегодный авторитетный международный рейтинг университетов, включила вузы Объединённых Арабских Эмиратов в рейтинг лучших университетов в регионе.
Один из самых популярных университетов, Американский университет в Дубае (American University in Dubai) , занял 19-ое место, в то время как Американский университет в Шардже (American University of Sharjah) разместился на 7-ой строчке рейтинга. Согласно рейтингу, лучшим в ОАЭ является Университет Объединенных Арабских Эмиратов (UAE University).
Университету Халифа (Khalifa University) было отдано 24-ое место согласно исследованию. Профессор Тод Ларсен, президент университета сказал: "Мы очень рады видеть наш университет в последнем рейтинге QS. Это признание важно для всех нас, однако мы должны понимать, что наша работа еще далека от совершенства."
Первое и второе место было отданы университету Короля Фахда в Саудовской Аравии и Американскому университету в Бейруте соответственно.
Хрупкий мир в Ливане
Виктор Титов
Несмотря на то, что Ливан оказался вне зоны «цветных революций» и гражданских войн в арабском мире, ситуация вокруг него и внутри страны остается весьма сложной. В любой момент в Ливане могут вспыхнуть как вооруженные конфликты на межконфессиональной основе, так и начаться всплеск терроризма. Да и Израиль в любой момент может приступить к военной операции на ливанской территории, прежде всего, против Хизбаллы. Хрупкий мир – это, пожалуй, то определение, которым можно характеризовать ситуацию в Ливане.
В настоящее время быстро меняющаяся динамика развития региональной ситуации на фоне внутренних трудностей постепенно усиливает активизацию деятельности ливанского террористического подполья, создавая основную угрозу национальной безопасности страны. Основной причиной обострения внутренних противоречий в Ливане послужил затянувшийся кризис в Сирии. В страну хлынули десятки тысяч сирийских беженцев, причем под них в последнее время маскируются и боевики экстремистских группировок, прежде всего, ИГИЛ и «Джабхат ан-Нусра» (на сегодня их число приблизилось к 1,5 млн чел).
Ливанская шиитская военизированная организация Хизбалла активно участвует своими бойцами в сирийской войне на стороне Б. Асада и правительственной армии. По разным данным, в САР находятся до 3 тыс. членов Хизбаллы, и их операции против исламистской оппозиции зачастую помогают властям в Дамаске удерживать важные пункты стратегического значения. Это привело к вооруженным столкновениям в районе второго по величине города страны – Триполи, где сильны позиции суннитских партий и движений прозападного и просаудовского толка. Ливан фактически расколот на сторонников и противников нынешнего режима в САР во главе с Б. Асадом.
К сторонникам Дамаска относятся мусульмане-шииты во главе с Хизбаллой и алавиты, а также большинство христиан, ориентированных на Свободное патриотическое движение генерала М. Ауна, отдельные суннитские политики. Эти силы понимают, что победа радикального исламизма в Сирии приведет к тому, что следующей их целью станет уже сам Ливан. А как расправляются экстремисты из ИГ, «Джабхат ан-Нусры» и других просаудовских и прокатарских тергруппировок ливанские шииты, алавиты, христиане и умеренные сунниты знают не понаслышке. Насилие, грабежи, отрезание голов – это обычные средства в отношении тех, кого не устраивают законы шариата по салафитскому варианту.
К противникам Б. Асада относятся суннитское движение «Мустакбаль» во главе с С. Харири, салафитские объединения, ряд христианских партий, включая «Ливанские силы» С. Джааджаа, а также часть ливанских друзов, объединенная вокруг Прогрессивно-социалистической партии В. Джумблата, хотя сирийские друзы поддерживают Б. Асада. Судя по всему, на суннитские силы, группирующиеся вокруг С. Харири, большое влияние, если не давление, оказывает Саудовская Аравия, поскольку сам С. Харири не является поклонником экстремистского ислама, но его бизнес тесно связан с Эр-Риядом.
В принципе, боевикам исламистских террористических группировок ничего не стоит разжечь войну в Ливане, но пока они воздерживаются от этого. Во-первых, их удерживают от этого Саудовская Аравия, Катар и Запад, понимающие, что открытие нового «фронта» на Ближнем Востоке чревато опасными последствиями. Хизбалла и ее союзники вполне способны нанести мощный удар по тем, кто служит в Ливане «пятой колонной» исламистского террористического интернационала. Только вмешательство Израиля может изменить баланс сил, но израильтяне не испытывают желания увидеть у себя на северной границе государство исламского фундаментализма. Во-вторых, территория Ливана используется боевиками для лечения и отдыха от боев в Сирии.
Однако в последнее время ситуация в ряде районов страны стала ухудшаться, прежде всего, в зоне сирийско-ливанского приграничья и вблизи Триполи. Число боевиков, в том числе прибывающих из САР, быстро возрастает, и многие из них не подчиняются «верховным» командирам, занимаясь внутренними разборками. Отсюда – периодические боестолкновения между ними и с ливанскими силами безопасности. Власти вынуждены все чаще привлекать к пресечению боевых столкновений армейские части.
Наиболее активны в Ливане члены ИГ и «Джабхат ан-Нусры», причем многие из них прибыли не только из Сирии, но и других стран арабского мира. Их террористическая деятельность в основном направлена на то, чтобы вызвать в Ливане раскол по конфессиональному признаку, прежде всего по линии сунниты-шииты. Она носит откровенно провокационный характер.
За ними следуют «Бригады Абдаллы Аззама», которые являются суннитской исламистской военизированной террористической группировкой. Она неоднократно заявляла о тесных связях с Аль-Каидой и клялась в верности ее лидеру А. Завахири. Их основные цели – иранские дипломатические представительства и культурные центры, а также армейские блок-посты. Еще одна организация – «Бригады Ахрар аш-Шам», которая представляет собой объединение салафитских группировок для войны против армии Б. Асада. Большая часть ее финансирования идет из Кувейта.
В этих условиях Хизбалла вынуждена сохранять часть своих бойцов на ливанской территории, не отправляя их воевать в Сирию. Тем более, что вероятность столкновений между Хизбаллой и Израилем остается весьма высокой. В этих условиях ливанская армия и Служба внутренней безопасности МВД остаются единственными инструментами противодействия распространению терроризма и экстремизма в Ливане. Однако их боевые возможности ограничены. Они нуждаются как в новых людских ресурсах, так и в более эффективном и современном оружии.
В любом случае на сегодня ясно одно: Ливан продолжает оставаться заложником ситуации в Сирии. И падение режима Б. Асада в Дамаске, если это произойдет, будет означать катастрофу для Ливана, который еще не до конца отошел от последствий последней гражданской войны, длившейся почти 20 лет.
![Главное](/images/star.png)
Саудовская Аравия – Иран: есть ли шансы на историческое примирение
Развитие событий на Ближнем Востоке протекает под знаком противоборства Эр-Рияда с Тегераном
А.Г. Аксенёнок – кандидат юридических наук, Чрезвычайный и Полномочный Посол, опытный дипломат, арабист, долго работавший во многих арабских странах, в том числе в качестве посла России в Алжире, а также спецпредставителем на Балканах и послом Российской Федерации в Словакии.
Как показывает весь ход постреволюционных потрясений на Ближнем Востоке, без снятия напряженности между Саудовской Аравией и Тегераном – двумя региональными центрами влияния – разорвать порочный круг насилия и террора, братоубийственных гражданских войн и разрушения государственности становится едва ли возможным. К такому выводу приходят многие эксперты-ближневосточники, хотя политики мирового уровня пока избегают говорить об этом из соображений дипломатической деликатности.
Крушение прежних устоев в арабском мире произошло в тот период, когда парадигма международных отношений, обеспечивающая при биполярной системе баланс относительной устойчивости, в том числе за счет более или менее контролируемого поведения «малых государств» (союзников, партнеров великих держав), окончательно осталась в прошлом. Новые правила, соответствующие изменившемуся миропорядку, так и не сложились. Региональные государственные и негосударственные субъекты, к тому же окрепшие экономически в условиях глобализации, стали вести себя более автономно, а порой даже и вопреки интересам мировых держав. Такие тенденции особенно проявились на Ближнем Востоке, чаще всего в последние годы, с началом разрушительных процессов, вызванных арабской весной.
Взлет протестной активности изначально под демократическими лозунгами и социально-политические катаклизмы, охватившие весь регион, существенно изменили соотношение сил между ведущими региональными игроками. Роль и влияние Египта, пережившего за четыре года две революции, временно ослабла. Сирия и Ирак раздираются внутренними кровопролитными противоборствами на конфессионально-этнической почве. Турция, претендовавшая на универсальность своей модели «исламской демократии», по мере нарастания оппозиционного движения и проблем с соседями перестала рассматриваться как пример для подражания.
Арабские государства, не затронутые напрямую радикальными переменами, были вынуждены срочно изыскивать дополнительные внутренние ресурсы для выживания, вносить коррективы в свою внешнеполитическую стратегию. В отличие от монархических режимов в Иордании и Марокко, вставших на путь политической модернизации, Саудовская Аравия почувствовала себя наиболее уязвимо. Негибкость архаической системы власти в королевстве – хранителе святых мест ислама отягощалась традиционно сильным влиянием жесткой ваххабитской его ветви на все области общественной жизни и нарастающими проблемами престолонаследия.
Свержение режима Хосни Мубарака в Египте было воспринято в Эр-Рияде как потеря предсказуемого союзника и, что более болезненно, как свидетельство ненадежности американского покровительства.
Заигрывание США с пришедшими к власти умеренными «братьями-мусульманами», соперниками ваххабитов на поле толкования ислама, вызвало у саудовцев еще большую настороженность. После того как революционная волна захлестнула Сирию и Йемен, ощущение внешних угроз только усилилось. Саудовско-иранские отношения и до арабской весны были напряженными, но с началом внутригосударственных конфликтов в соседних арабских странах Иран занял в Саудовской Аравии место главного противника, а последующее развитие событий в регионе стало протекать под знаком этого противоборства.
Шиитскому Ирану действительно удалось значительно укрепить свои позиции в Ираке (этому парадоксально способствовало американское вторжение в эту страну в 2003 году, изменившее конфессиональный баланс во власти в пользу шиитского большинства), опрокинуть расчеты на быстрое свержение близкого к нему режима Башара Асада в Сирии и создать опору в Ливане в виде шиитского движения «Хезболлах», располагающего крупной военной силой. Одновременно активизировалась шиитская оппозиция суннитскому правящему меньшинству в Бахрейне, а также партия хоуситов в Йемене, считающиеся, хотя и с известной долей преувеличения, креатурой Тегерана.
Все это создало в Эр-Рияде устойчивое представление о том, что Иран преследует цель окружить шиитским поясом святыни ислама и дестабилизировать саудовскую монархию через шиитское меньшинство на востоке страны.
Во внешнеполитическом плане усилия саудовцев были направлены на то, чтобы выбить Сирию из цепочки иранского влияния и создать в Ираке противовес Ирану путем консолидации близких к ним суннитских племен и политических деятелей в правящей коалиции. Саудовское финансирование исламистской части сирийской и иракской оппозиции сыграло главную роль в изменении характера внутренних конфликтов в сторону борьбы за власть на конфессионально-этнической почве. Катастрофическая эскалация насилия в Йемене также показывает, что борьба за сферы влияния на региональном уровне уходит корнями не столько в соперничество мировых держав, сколько в историческую вражду на поле самого ислама. На фоне йеменского кризиса враждебная риторика между этими двумя религиозными центрами приобрела, пожалуй впервые, именно такую окраску.
Трудности адаптации Саудовской Аравии к новому внешнему окружению усугубляются в еще большей степени изменившимся характером ее отношений с американским союзником. Стало очевидным, что их интересы далеко не во всем совпадают, а по отдельным направлениям даже расходятся.
Сближение США с Ираном в процессе переговоров по ядерной проблематике, стремление американцев избавиться от нефтяной зависимости от непредсказуемого Ближнего Востока и занять лидирующие позиции на глобальном энергетическом рынке, отказ президента Барака Обамы от планов прямого военного вмешательства в Сирии по ливийскому сценарию (на это очень рассчитывали саудовцы), критика силового подавления бахрейнской оппозиции – все это вело к накоплению множества раздражителей, хотя американцы и старались спокойно реагировать на сигналы недовольства из Эр-Рияда.
Дело дошло до радикальных демаршей с саудовской стороны, призванных возложить на международное сообщество и администрацию США всю ответственность за катастрофическое развитие событий в регионе. Бывший глава саудовской разведки принц Бандар даже заявил о том, что отношения с США могут быть коренным образом пересмотрены. О воздушных ударах по Йемену Вашингтон, например, был поставлен в известность только за три часа до начала бомбардировок.
Возникают вопросы: не слишком ли далеко зашла такая конфронтация, каким образом можно ее остановить, способны ли внешние акторы, в первую очередь США и Россия, внести элементы разрядки? Переговоры США о финализации «ядерного соглашения» с Ираном выходят за рамки проблемы нераспространения ядерного оружия. Американская администрация вкладывает свой политический капитал также в выработку новых подходов к решению ближневосточных проблем, получивших название «стратегии саморегулирующегося баланса». По этим расчетам Иран, вышедший из международной изоляции, будет вести себя более умеренно, проявлять склонность к компромиссам по Сирии, Ираку, Йемену и по вопросам безопасности в Персидском заливе. В свою очередь, аравийские монархии, получив заверения в готовности защитить их от иранской агрессии, станут проводить в регионе более ответственную политику с учетом новых реалий.
По мере того как две противоборствующие силы в регионе истощают свои ресурсы, а международное сообщество чувствует усталость и бессилие остановить порочный круг насилия, появляются некоторые предпосылки к достижению пакетных договоренностей по урегулированию очагов ближневосточных конфликтов. Иран жизненно заинтересован в снятии экономических и финансовых санкций и, со своей стороны, подает сигналы готовности к переговорам. Саудовская Аравия пока не идет навстречу, хотя баланс выигрышей и неудач складывается в целом не в ее пользу. Многое здесь будет зависеть от того, по какому сценарию пойдет развитие ситуации в Сирии и Йемене. Эти два кровопролитных конфликта, вызвавшие беспрецедентные гуманитарные катастрофы, не могут продолжаться до бесконечности.
Другим фактором, способствующим поискам примирения, может стать наличие общего противника в лице международного терроризма, который с образованием «Исламского государства» (ИГ) получил как бы духовный ореол, апеллирующий к памяти мусульман о славных временах арабского «Халифата». Иран через своих советников и подконтрольные ему части шиитского ополчения де факто принимает участие в вооруженных действиях против ИГ в Ираке и Сирии, не входя в состав образованной Америкой международной коалиции. Саудовская Аравия осудила создание ИГ и его действия как террористические, а также присоединилась к коалиции. Новая волна воинствующего исламизма бьет бумерангом и по ее интересам. Идеология «халифатизма» имеет своих приверженцев в самой Саудовской Аравии, где в последнее время начались теракты от имени ИГ. Вооруженная борьба в Йемене с участием Саудовской Аравии под флагом защиты «конституционной законности» ведет к дальнейшему усилению террористических группировок на юге Аравийского полуострова, уже в самой непосредственной близости от ее границ.
Министр социальных дел Ливана Рашид Дербас в пятницу?заявил, что Ливан представит Лиге арабских государств /ЛАГ/ доклад, в котором содержится призыв к арабским странам разделить бремя приема беженцев из Сирии.
Как отметил Р. Дербас в тот день ливанской прессе, Ливан призывает ЛАГ созвать совещание для обсуждения вопроса сирийских беженцев. Страна готова представить участникам совещания доклад с предложениями по урегулированию кризиса сирийских беженцев. "Если не урегулировать эту проблему, она повлечет напряженность в отношениях между беженцами и странами, их принимающими", -- подчеркнул министр.
Р. Дербас призвал арабские государства возводить объекты на ливанской территории, в том числе вкладывать средства в строительство солнечных и ветровых электростанций, а также детских садов для беженцев.
По данным Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев, после вспышки сирийского кризиса в марте 2011 года число людей, бежавших из Сирии в Ливан, достигло 1,2 млн человек. Соотношение числа беженцев к общей численности населения Ливана превысило все мировые показатели: в среднем на каждую тысячу человек приходится 232 беженца. Ливанское правительство многократно заявляло, что не в силах нести столь тяжелое бремя, и обращалось с призывами к мировому сообществу предоставить больше помощи.
ИГ угрожает Ирану
Владимир Алексеев
Несмотря на то, что исламистская террористическая организация радикально салафитского толка «Исламское государство» действует в непосредственной близости от иранской границы на территории Ирака и Сирии, на сегодня она непосредственно не угрожает безопасности Ирана. Кроме того, регулярные части вооруженных сил ИРИ способны отразить любые вылазки ИГ на свою территорию. Однако в реалии ее действия подрывают, хотя пока и косвенно, безопасность иранского государства, а в будущем могут затронуть ее напрямую. Достаточно посмотреть на карту Исламского халифата «Исламское государства», начерченную лидерами этой группировки после того, как 29 июня 2014 года было провозглашено его создание. Как хорошо видно, вся территория ИРИ входит в состав халифата, причем разделенной между «областями Хузистан, Курдистан, Кавказ и Хорасан явно по этническому признаку: азербайджанцы по версии ИГ будут проживать в Кавказе, арабы – в Хузистане, курды – в Курдистане, а все персы и беллуджи – в составе гигантской «провинции» Хорасан, куда также входят вся Центральная Азия, Пакистан, Афганистан, Индия, Шри-Ланка и даже часть Китая.
История создания ИГ
Созданная 15 октября 2006 г. в результате слияния 11-ти радикальных суннитских формирований во главе с одним из ответвлений «Аль-Каиды» в Ираке («Аль-Каида Междуречья») до 2013 г. группировка называлась «Исламское государство Ирак». 9 апреля 2013 г. путем слияния двух «филиалов» «Аль-Каиды» в Ираке и Сирии – «Исламского государства Ирак» и сирийской «Джабхат ан-Нусра» на деньги Саудовской Аравии и Катара была образована группировка под единым названием «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ), целью которой стало создание исламского эмирата на территории Ирака и Сирии.
На сегодня ИГ – это непризнанное квазигосударство (провозглашённое как всемирный халифат «Исламское государство») с шариатской формой правления и штаб-квартирой (фактически столицей) в сирийском городе Ракка. Общая площадь контролируемой ИГ территории по состоянию на конец июня 2015 года оценивалась в 300 тысяч квадратных километров, а проживающее на ней население − 10 миллионов человек, преимущественно состоящее из суннитов. ИГ контролирует свыше 50% сирийской территории и до 40% иракской территории.
Структура ИГ имеет довольно отлаженную иерархическую форму. На пике всей пирамиды находится Аль-Багдади, он же «халиф» и главнокомандующий. После него следует подобие кабинета министров, куда входит: Административное Ведомство, Финансовое Ведомство, Ведомство Безопасности, Военное Ведомство, Ведомство Шариата, Ведомство Муджахедов. Ни «Аль-Каида», ни какая-то иная известная группировка, существующая на мировой арене уже не один десяток лет, не имеет подобной сложной и исправно работающей на практике системы. ИГ реально напоминает государство, имеющее свои доходы, систему социальной поддержки, отлаженный механизм информационной пропаганды и схему управления. С 22 июня ИГ стало чеканить свою валюту под названием динар в виде золотых монет, чтобы подчеркнуть свой статус как «самостоятельного халифата». Один золотой динар эквивалентен 139 долларам.
ИГ без проблем удовлетворяет свои потребности в оружии, в основном за счет захвата складов с американской техникой и боеприпасами в Ираке, сирийских складов с российским вооружением, а также получает оружие, направляемое сирийской оппозиции некоторыми странами, среди которых Турция, Катар, Саудовская Аравия и даже США. Кое-что ИГ закупает напрямую в Турции за деньги от контрабанды нефти. После взятия Пальмиры и Идлиба в апреле с.г. у ИГ появились танки, БТР, противотанковые ракеты и тяжелая артиллерия. Есть и ПЗРК, скорее всего американского производства.
Источники финансирования
Есть разные данные относительно источников доходов организации. Несмотря на то, что ИГ позиционирует себя как политическую и религиозную организацию, на деле эта структура функционирует как криминальная организация, и главным источником ее доходов является дань, контрабанда и другие виды преступлений. В Ираке и Сирии организация превратила в источник своих доходов такие деяния, как совершение краж в банках, похищение людей и вымогательство. Важным источником финансирования группировки являются доходы от грабежей, выкупов, полученных после взятия заложников. В частности, в Мосуле в июне 2014 г. боевики ИГ ограбили филиал Центрального банка Ирака, присвоив, по разным оценкам, от 900 млн. до 2 млрд. долл. Кроме того, ИГ получает денежные средства от частных инвесторов из стран Персидского залива, в частности из Кувейта и Саудовской Аравии, поддерживающих борьбу с режимом Башара Асада. Это осуществляется через исламские благотворительные фонды, в основном Катара, Кувейта и Саудовской Аравии. Член иранского Меджлиса Мохаммад Салех Джоукар утверждает, что ИГИЛ получила финансовую помощь, в том числе от Саудовской Аравии, в объеме 4 млрд долл. на ведение террористической деятельности в Ираке. По оценкам экспертов, бюджет организации сейчас может достигать 7 млрд. долл.
18 февраля 2015 года представитель Ирака в ООН Мухаммад аль-Хаким заявил о том, что «Исламское государство» убивает людей, чтобы продавать их внутренние органы. По его словам, в братских могилах жертв «Исламского государства» были обнаружены тела людей со следами хирургических операций. У этих людей отсутствовали почки и другие внутренние органы. Также ИГИЛ получает доход от транзита наркотиков. По данным главы ФСКН Виктора Иванова, ежегодный доход ИГИЛ от транзита афганского героина в Европу составляет до миллиарда долларов.
Однако основной источник доходов – поступления от контрабанды нефти и нефтепродуктов с захваченных нефтяных месторождений и перерабатывающих мощностей через турецких, курдских и иорданских посредников. Они продаются по цене в 2-3 раза меньше мировой. Ежедневно от этого в бюджет ИГ поступает 3-3,5 млн.долл.
Идеология и цели
Идеология организации представлена мировому сообществу как создание Исламского государства, основанного на шариатском праве. Главная же цель ИГ заключается в формировании в Ираке и Сирии порядка, опирающегося на суннитскую власть, и в очистке региона от других религиозных группировок (шиитов, алавитов, шиитов-нусайритов, христиан, йезидов). В этом плане организация защищает строгое шариатское право. В отличие от идей, отстаиваемых многими исламскими политическими партиями в умеренных исламских странах, ИГ делает ставку на достижение всех своих целей с помощью силы. Основополагающей идеологией в реалии является салафизм, причем в крайне радикальном его проявлении. Для ИГ все, кто не с ними, против них. Поэтому для боевика «Исламского государства» любой этнический мусульманин или мусульманин традиционного мазхаба, и уж тем более шиит, является муртадом, то есть вероотступником, а уж все остальные это вовсе кафиры (неверные). И тех и других нужно убивать. Более того, в июне 2014 член ИГИЛ Абу Тураб аль-Мукаддаси сказал, что священное для всех мусульман место паломничества-хаджа Кааба в Мекке будет разрушена: «С соизволения Аллаха, под руководством нашего шейха аль-Багдади мы разрушим Каабу и убьём тех, кто поклоняется камням в Мекке. Люди идут в Мекку не ради Аллаха, а ради того, чтобы коснуться камней». Несмотря на то, что это движение насаждает жёсткое следование исламским законам, оно в первую очередь представляет собой коалицию противников шиитских властей Ирака и Сирии, которая включает в себя как исламистов, так и бывших офицеров времён режима Саддама Хусейна.
На более дальнюю перспективу целью организации является создание ортодоксального суннитского исламского государства как минимум на территории Ирака, Сирии, Ливана, Палестины, Иордании, Саудовской Аравии, как максимум − во всём исламском мире. Среди скрытых и рассчитанных на длительную перспективу целей есть цель занять место королевской семьи и взять под свой контроль Саудовскую Аравию и богатый нефтегазовыми ресурсами весь регион Персидского залива.
На словах и на деле тактика ИГИЛ, сформированной на базе идеологии такфиризма, не только представляет угрозу для региона Ближнего Востока и мира в целом, но и является серьезным вызовом политике Исламской республики Иран. Эта угроза, конечно, не подвергает опасности сущность сложившегося в Иране политического строя, однако создает риски для политического влияния Исламской республики и усложняет ее ситуацию в плане безопасности.
Ведь после «цветных революций» в арабском мире по наущению США, КСА и Катара все новые группировки экстремистов, включая ИГИЛ, своей первоочередной задачей поставили борьбу с шиитским правительством и самими шиитами. Доказательством тому служат зверские расправы над сирийскими и иракскими шиитами. Данное обстоятельство может стать причиной разделения региональных государств на два лагеря – шиитов и суннитов. Шиитский лагерь включает Иран, Сирию, ливанскую «Хизбаллу», Ирак, Бахрейн и йеменских ополченцев из движения «Аль-Хуси», которые противостоят другим странам региона. Разумеется, подобная ситуация представляет собой угрозу Исламской республике Иран, которая выступает не только против расправ над шиитами.
Кадровый состав ИГ
В кадровом плане ИГ сегодня состоит из бойцов, прибывших со всех концов света (арабского мира, Африки, Северного Кавказа, Центральной Азии, Турции, Пакистана, Афганистана и даже европейских стран, прежде всего Англии и Франции). Считалось сначала, что численность вооруженных боевиков ИГ в Сирии достигает свыше 5-6 тысяч, а в Ираке − более 10 тысяч. Сейчас же называют цифру в 80-100 тыс.чел. В рядах боевиков много офицеров бывшей армии иракского президента Саддама Хусейна.
Каждый месяц, по данным американских спецслужб, к организации присоединяется не менее 1000 иностранных добровольцев, помимо мобилизации населения в Ираке и Сирии, а общее число иностранцев − не менее 16 тысяч. На стороне организации в Сирии и Ираке действуют добровольцы из 80 стран мира. В каждой западной стране есть крупные подпольные группы ИГ, цель которых заключается в дестабилизации обстановки в европейских странах и организации серии терактов, если будет приказ.
Экспансия ИГ
В начале сентября 2014 года усилились опасения, что «Исламское государство» может распространить свое влияние на племенные территории Пакистана, находящиеся вблизи границы с Афганистаном. Эти предположения вызваны тем фактом, что некие боевики на северо-западе Пакистана стали распространять брошюры с заголовком «Фатех» (победа), написанные на языках пушту и дари, с символикой ИГ и призывами к местным жителям поддержать эту джихадистскую группировку. По сведениям МВД Ирана, группировка может в скором времени напасть на Иран. В стране начинают задерживать сторонников «Исламского Государства», в основном направляющихся в Ирак афганцев и пакистанцев.
В апреле 2014 года отряд боевиков ИГ проник в Ливию, захватив контроль над прибрежным городом Дерна. Сейчас боевики осаждают крупный ливийский порт Сирт. На верность ИГ и о своем вхождении в него уже объявили египетская «Ансар Бейт аль-Макдис», узбекское «Исламское движение Узбекистана», нигерийская «Боко харам» (Западноафриканская провинция Исламского государства), базирующаяся в Йемене террористическая группировка «Аль-Каида на Аравийском полуострове» (АКАП). Присяга на верность «халифу» Аль-Багдади (главарь ИГ) стала ответом на захват власти в Йемене шиитами Аль-Хуси. Более мелкие салафитские группировки заявляют также о своей верности ИГ: в Алжире, Тунисе, на российском Северном Кавказе, и даже в Синьцзян-Уйгурской автономной области Китая. 23 июня чеченская террористическая группировка «Имарат Кавказ» присягнула на верность ИГ и заявила о том, что Северный Кавказ отныне является вилайтом (областью) Халифата.
Коалиция против ИГИЛ бессильна
Международная коалиция, созданная для борьбы с ИГ в августе 2014 г. в Париже, насчитывает 62 государства и существует почти год, но ее победы над ИГИЛ не просматривается. Авиация коалиции (в основном американская) нанесла 3 тысячи ударов с воздуха по объектам ИГ, но ударами с воздуха войну не выиграешь. Есть только два региональных государства, каждое из которых могло бы быстро разгромить войска ИГИЛ: Иран и Турция.От объединенных арабских сил, если они будут созданы, толку будет мало, ведь все они (кроме иракцев) будут состоять из суннитов, которые вряд ли проявят большое рвение в боях против своих единоверцев, да и опыта у них нет. Правда, можно создать подавляющее техническое превосходство. Но без направления в логово ИГ, в Ирак и Сирию танков, артиллерии и сотен тысяч солдат это не даст результата. Выступать в качестве авангарда и главной ударной силы коалиции американцы не станут. Обама не может себе позволить выглядеть врагом суннитов. А сунниты преобладают как раз в тех странах, которые являются главными американскими союзниками или партнерами в регионе: в Саудовской Аравии, Египте, Иордании, Турции. И в этих странах крайне высок уровень антиамериканских настроений. Некоторые арабы-сунниты уже давно называют американскую авиацию, бомбящую силы ИГИЛ в Ираке и Сирии, «шиитской авиацией». Если бы Обама обрушил на ИГИЛ всю американскую мощь, это выглядело бы в глазах арабов-суннитов как альянс Америки с шиитами (а есть уже и более сильные пропагандистские атаки на США: дескать, они вступили в союз с шиитами и Ираном).
Отсюда – вялость и половинчатость действий Соединенных Штатов против ИГИЛ. Они попали в ловушку: с одной стороны, ясно, что ИГИЛ − главный, непримиримый и смертельный враг Америки, равно как и Саудовской Аравии, Египта, Иордании и даже Ирана, находящегося вроде бы на противоположной стороне. Но потопить ИГИЛ в крови невозможно без огромных потерь среди арабов-суннитов, живущих на территории, образующей «халифат», а это ни много ни мало − треть Ирака и половина Сирии.
*********
На сегодня действия ИГ подрывают позиции Тегерана в Ираке, где у власти находится шиитское правительство, в Сирии, где правят шииты-алавиты, в Йемене, где победили шииты-хуситы и в Ливане, где боевики ИГ уже провели первые атаки на позиции отрядов шиитской «Хизбаллы». Лезть в Иран игиловцы боятся. Сейчас. Но если их планы по созданию суннитского халифата на территории Ирака, Сирии, Ливана, Палестины и тем более в Аравии реализуются, то Ирану будет угрожать уже очень мощный в военном и финансовом плане противник с огромной территорией и населением. Причем опирающийся на поддержку Турции и, как утверждают, имеющий тайную симпатию со стороны США. Поэтому в интересах ИРИ разгромить этого опасного врага на его территории уже сейчас, не дожидаясь, когда он начнет экспансию на Восток. Прежде всего в Ираке и Сирии, где дружественные Тегерану режимы терпят одно поражения за другим перед мощным наступлением ИГ.
В прошлую среду в ходе обмена мнениями в Комитете по делам вооруженных сил Палаты Конгресса министр обороны США Эштон Картер заявил, что администрация Обамы готова принять распад Ирака в качестве единого национального государства.
"Что делать, если оказалась, что многоконфессиональный Ирак не возможен?" – риторически спросил Картер. – "Это важная часть нашей стратегии в настоящее время на местах. Если правительство не может делать то, что оно обязано делать, то во имя сохранения стабильности в Ираке мы все равно будем пытаться усиливать возможности местных наземных войск, если они готовы сотрудничать с нами, но единого государства Ирак уже не будет".
Наглое заявление Картера подчеркивает, опять же, хищный и колониальный характер десятилетий интервенций США на Ближнем Востоке, а также бесконечные лживые [поводы], используемые для их обоснования.
Всего лишь 10 месяцев назад администрация Обамы сказала американцам, что возобновила свои военные операции в Ираке во имя защиты от ИГИЛ, угрожающего его выживанию. Еще в этом апреле, стоя рядом с иракским премьер-министром Хайдером аль-Абади, Обама объявил в Белом доме, что “первостепенный интерес Соединенных Штатов” наряду с нанесением поражения ИГИЛ состоит в том, чтобы “уважать иракский суверенитет”.
Через несколько месяцев администрация Обамы дает понять, что она равнодушна не только к суверенитету, но даже к существованию самой страны.
Перемены в американской риторике последовали за отступлением из Эр-Рамади в западной провинции Анбар иракской армии, которая покинула этот преимущественно суннитский город и оставила в руках ИГИЛ огромное количество поставленного США оборудования. В ответ на это Обама позабыл свои обещания о том, что американские наземные войска не будут отправлены обратно в бой в Ирак. На прошлой неделе Белый дом направил 450 кадровых военнослужащих для развертывания на базе между Рамади и Эль-Фаллуджей.
Американским “советникам” из этой цитадели поставлена задача приплачивать местным суннитам, чтобы убедить их оставить сотрудничество с ИГИЛ против преимущественно шиитского иракского правительства и присоединиться к вооружаемым США ополченцам, которые будут бороться с исламскими экстремистами. Так называемая концепция “lilypad” (транзитная военная база) будет в ближайшие недели расширена, и эти советники будут сопровождать своих иракских наемников в зоны боевых действий, чтобы направлять атаки поддержки с воздуха.
Насчет северного Ирака Картер, по сути дела, объявил, что США начнут посылать вооружение и оборудование непосредственно курдскому региональному правительству (КРП), которое уже фактически управляет своей территорией как отдельным государством. Всего лишь несколькими днями ранее, он заявлял, что непосредственное вооружение КРП было бы “несовместимо с давней работой американской внешней политики по поддержке стабильного и единого Ирака”. Однако именно через КРП предоставляется помощь курдским повстанческим силам в северной Сирии, которые в последние недели нанесли значительные поражения ИГИЛ.
В Сирии США реагирует не только на успехи курдского ополчения на севере [в боях] против ИГИЛ, но и на победы на юге страны суннитских мятежников (обучаемых и поставляемых американскими союзниками – Иорданией и Саудовской Аравией) над [армией] поддерживаемого иранцами сирийского правительства президента Башара аль-Асада. Силы Асада потеряли контроль над большей частью страны.
Сдвиг в политике США также происходит на фоне растущей важности иранской помощи в защите правительства Абади на территории, которую оно по-прежнему контролирует. Преимущественно шиитские ополченцы, которым помогают иранские советники, приняли на себя главный удар, чтобы отразить прорыв ИГИЛ близко к Багдаду и районам, населенным шиитами Ирака. Усилия Тегерана спасти иракское государство, однако, осуждаются и Картером и американскими вооруженными силами как “иранское пагубное влияние”.
Франсуа Джордж Пико и сэр Майкл Сайкс В комментарии на заявления Картера и ситуацию на Ближнем Востоке обозреватель Washington Post Чарльз Краутхаммер указал на выводы, которые в настоящее время распространены в правящих кругах США. Американская политика по отношению к Ираку и Сирии, пишет он, должна начать "признавать, что старые границы исчезли, что не будут воссозданы единая Сирия и единый Ирак, что карта Сайкса-Пико больше не существует".
Договор Сайкса-Пико – отвратительный империалистический сговор между Англией и Францией, чтобы раздробить и разделить между собой Ближний Восток в конце Первой мировой войны. Это привело, в итоге, после значительного кровопролития и колониальных репрессий к созданию национальных государств – Саудовская Аравия, Ливан, Сирия, Ирак, Иордания и Кувейт. Столетие спустя, в погоне за своими империалистическими планами сегодня, Соединенные Штаты более чем готовы снова разорвать эти государства.
С момента первой иракской войны в 1990-1991 гг, единственный "основной интерес" американского империализма на Ближнем Востоке состоял в том, чтобы убедиться, что он обладает безраздельным военным господством в Персидском заливе, т. е. над основными мировыми запасами нефти.
Незаконное вторжение и оккупация Ирака в 2003 году, обоснованные ложью об "оружии массового уничтожения", продолжились систематическим преследованием сторонников прежнего режима Саддама Хусейна, прежде всего среди суннитского населения. Последовательные марионеточные правительства, сформированные в Багдаде, были основаны на коалициях между шиитскими религиозными партиями и курдскими националистами.
Уход американских войск в 2011 году, после девяти лет массовых убийств и репрессий, которые унесли целый миллион иракских жизней, сопровождался дальнейшим сектантским изолированием суннитского населения, теперь руками правительства премьер-министра Нури аль-Малики.
ИГИЛ возникло среди преимущественно суннитских экстремистов, которые боролись с американской оккупацией и преимущественно шиитским правительством в Ираке. В Сирии, однако, эти силы стали полезной пешкой для Вашингтона в целях смены режима. США способствовали подъему исламистских ополченцев в качестве ведущей силы в вооруженном восстании, которое вспыхнуло после 2011 года против поддерживаемого Россией и Ираном правительства Асада. ИГИЛ, в частности получило большое количество оружия и фондов через американских союзников в регионе.
В июне 2014 года, в результате этой молчаливой поддержки США, ИГИЛ смог вернуться назад в Ирак с существенной силой и захватить большой северный город Мосул. Полное фиаско американской политики, тем не менее, стало для поводом администрации Обамы не только для возвращения своих военнослужащих в Ирак, чтобы подорвать растущее влияние Ирана, но для организации прямых ударов воздуха по Сирии, которые в определенный момент будет направлены против остатков армии Асада ,
Насилие США на Ближнем Востоке и их интриги с различными этно-сектантскими фракциями – это преступление огромных размеров. Это привело к сотням тысяч смертей, неисчислимым страданиям и наибольшему со времен Второй мировой войны потоку беженцев и перемещенных лиц. Любая попытка Вашингтона контролировать новый колониальный передел и перекраивание границ региона влечет за собой опасность еще большей резни населения в регионе и и во всем мире.
James Cogan
В новом обзоре STR Global отмечается, что доходы отелей Дубая в мае 2015 года несколько снизились на фоне увеличения потребительского спроса.
В отельном секторе Дубая (ОАЭ) в мае 2015 года было зарегистрировано существенное повышение спроса, в соответствии с данными, представленными компанией STR Global, однако доходы данной индустрии продолжают снижаться и, скорее всего, данная динамика сохранится на протяжении всего 2015 года.
Как сообщает Imexre.com со ссылкой на издание Arabian Business, снижение объема туристического потока из России и более жесткая конкуренция с отелями Египта и Ливана существенно повлияли на положение в отельном секторе Дубая в первом квартале 2015 года.
В новом обзоре сообщается об увеличении объема отельных номеров на 5.6% и рост потребительского спроса на 8%. Данные обзора также продемонстрировали 2.3% повышение доли занятых номеров (до 80%). При это средняя стоимость номера снизилась на 8.5% и составила 709 дирхамов (US$ 194) за ночь.
Компания STR Global также сообщила о 6.4% снижении доходов с номеров, составившем в первом квартале 2015 года 568 дирхамов (US$ 156).
Отели Дубая в 2015 году вступили в более сложный период, тогда как 2014 год для данной индустрии оказался благоприятным во всех отношениях. В 2014 году Дубай посетили 11.630 тыс человек, что на 5.6% превышает показатели 2013 года. Доходы отелей эмирата в 2014 году выросли на 10% по сравнению с предыдущим годом.
20 июня — Всемирный день беженцев
Марина Рогова
Стремление к перемене мест всегда было свойственно человеку, особенно некоторым, для которых постоянное движение было формой существования и доставляло удовольствие. Одних толкает жажда приключений, любознательность, тяга к перемене места, стремление попробовать свои силы, испытать себя. Это естественный собственный выбор.
Однако в последнее время для все большего числа людей смена места жительства стала жестокой необходимостью. Это – беженцы, которые бегут от судьбы и оказались вынужденными оставить родной дом, потому что вокруг идут военные столкновения, а они оказываются лишенными места для жизни, без средств для существования.
Данные о числе беженцев разнятся, но это более 42 млн человек – как население в большой европейской стране. Естественно, эта проблема возникла с самых давних времен, но в международном праве понятие «беженец» появилось в 1922 г. – когда эта проблема в ходе и после Первой мировой войны приобрела серьезный масштаб. Появились и правовые документы о статусе беженцев — Конвенция 1951 г. и Протокол 1967 г. В соответствии с этими документами беженцы – это лица, покинувшие страну, в которой они постоянно проживали, в силу чрезвычайных обстоятельств – военных действий, вооруженных конфликтов, а также в силу вполне обоснованных опасений, что могут стать жертвой преследований по признаку расы, вероисповедания, гражданства, принадлежности к определённой социальной группе и т.д. Созданы структуры, занимающиеся проблемами беженцев: Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев, преобразованное из созданной после второй мировой Международной Организации по делам беженцев. Помощью беженцам и оказанием содействия вынужденным переселенцам в вооружённых конфликтах также занимается множество различных организаций, прежде всего Международный Комитет Красного Креста, несколько сотен тысяч чиновников занимаются разрешением проблем беженцев, разбросанных по всему миру.
XXI век при всем расцвете науки и техники не только не принес результатов в разрешении этой проблемы, приобретшей действительно глобальный размах, но и придал ей, как это не кажется парадоксальным, еще большую остроту. Скорее, горьким упреком, чем знаком сочувствия может служить тот факт, что с 2001 г. 20 июня отмечается как Всемирный день беженцев.
Истории беженцев похожи. Похожи по степени отчаяния, страха, страданий, унизительного положения, и одновременно они индивидуальны, у каждого своя судьба.
Число беженцев продолжает постоянно расти. Упомянем в качестве одного из недавних примеров трагедии в Средиземном море весной и летом нынешнего года. По данным Верховного Комиссара ООН в одном только 2014г. в Средиземном море при попытке на катерах добраться до европейского берега утонуло 3000 человек. «Mare Nostrum» становится настоящим кладбищем», с горечью сказал об этом один из официальных лиц Мальты.
По опубликованным в СМИ данным, через Средиземное море, прежде всего, в Испанию и Италию, в надежде достичь «райских» берегов Европы, пытаются правдами и неправдами перебраться (в год) почти четверть миллиона человек из Африки и ряда азиатских стран (многие идут через Турцию, Грецию и другие страны). Это не искатели приключений, а в большинстве своем обезумевшие от ужасов непрекращающихся вооруженных конфликтов, лишенные средств к существованию самые обездоленных из обездоленных. В 2014 г. с просьбами о предоставлении убежища, то есть о получении статуса беженца, обратились 625 тыс. человек. Увы, пока нет оснований надеяться, что поток иммигрантов уменьшится, и это прежде всего связано с эскалацией напряженности во многих азиатских и африканских странах.
Тяжелые времена переживает арабский мир: обостряются старые и появляются новые конфликты, гражданская война буквально испепеляет Сирию, Ливию, Ирак, Йемен и постоянно грозит переброситься в соседние регионы. Страшна и непредсказуема разрушающая сила почти мистического Исламского Халифата, взросшего буквально как на дрожжах благодаря финансовым вливаниям и массовым поставкам оружия со стороны США, Англии, Саудовской Аравии, ряда других стран Залива. Сносятся с лица земли целые жилые кварталы, ежедневно поступают сводки об убитых и раненых в результате взрывов, терактов, военных столкновений. Спокойная мирная жизнь тысяч семей оказывается в одночасье разрушенной, и они превращаются в беженцев.
Более 3 млн человек были вынуждены покинуть Сирию в связи с продолжающейся гражданской войной. Часть беженцев размещена в специально созданных лагерях – больше всего в Ливане, Иордании, Турции.
Более 1,5 млн иракцев покинули родину после вторжения американцев в 2003 г., когда в недавнем прошлом эта благополучная развивающаяся страна оказалась разоренной, разрушенной, разобщенной. И уже несколько сот тысяч человек покинули Ирак, спасаясь от зверств ИГИЛ.
На фоне этих событий, когда из-за военных действий страдают целые массы гражданского населения на Арабском Востоке, мало кто вспоминает, что Саудовская Аравия изгнала из королевства почти 800 тыс. йеменцев, потому что Йемен поддержал агрессию Ирака против Кувейта. Более полумиллиона ливанцев вынуждены были бежать за пределы своей страны во время гражданских войн и столкновений. Никто не упоминает о 300 тыс. палестинцев, изгнанных из Кувейта за сотрудничество с Саддамом Хусейном во время его нападения на Кувейт в 1990 г.
Печальный список стран, откуда идет поток беженцев, к общему нашему стыду, пополнила Украина: обстановка, сложившаяся там после государственного переворота в феврале 2014 г., вынудила более 1 млн человек покинуть свои дома и искать убежище в России.
Но есть категория людей, которым статус беженца, а с этим неизбежные сопровождающие его тяжелые моральные травмы и переживания, переходят от поколения к поколению. Это – палестинские беженцы.
«Кто бы мог подумать тогда, 65 лет тому назад, когда создавалась UNWRA – Ближневосточное агентство по оказанию помощи палестинским беженцам (БАПОР), что эта структура просуществует так долго», – сказал в своем заявлении в июне с.г. в связи с этой датой генсек ООН Пан Ги мун.
Это Агентство (учреждено на основании резолюции ГА ООН № 302 (IV) 8 декабря 1949 г.), начавшее с мая 1950 г. оказывать техническую, медицинскую, бытовую помощь арабским беженцам из Палестины продолжает функционировать и по сей день. Мандат Агентства продлевается. Более того, с тех пор его функции были расширены, стали включать различные виды гуманитарной помощи, содействие в области образования и других сфер, к реализации его мероприятий подключаются много разных международных и региональных организаций. Горькая истина в том, что его деятельность, хотя и немного облегчает повседневную жизнь беженцам, мало что изменила в их положении в мировом сообществе.
Ныне это более 5 млн (многие считают реальной цифру 6 млн) – почти четыре поколения (статус беженца передаётся от родителей к детям) людей, которые провели жизнь в лагерях для беженцев, находятся в изгнании, разбросаны по миру, в основном в арабских странах. 65% зарегистрированных беженцев – моложе 25 лет. Почти все имеют образование, но нет работы, и почти нет возможностей для ее получения за пределами лагерей, где они проживают. Положение палестинских беженцев ужасающе, это многослойная гуманитарная трагедия – они скованы безжалостной блокадой, живут в постоянном страхе перед очередными рейдами военных акций Израиля, в ужасающих бытовых условиях. В оккупированных Израилем секторе Газа и на Западном берегу Иордана проживают более 1,5 млн палестинцев. Израиль препятствует их возвращению в родные дома (и это вопреки тому, что «народ повсюду, и это конечно распространяется и на палестинских беженцев, имеет естественное право находиться на своей родине и иметь будущее», указывается, например, в докладе генсека ООН на 22 сессии ГАООН и во множестве других документов).
Беженцы на оккупированных территориях могут быть арестованы оккупационными властями на неопределённый срок, подвергнуты жёстким административным ограничениям в передвижении. Они оказались оторванными от привычной традиционной производственной деятельности, произошло их фактическое деклассирование; невыносимые условия существования в лагерях беженцев ведут к тому, что накапливающиеся отчаяние, гнев, чувство безысходности, бессилия доказать обоснованность своих требований приводят к появлению анархических настроений, толкает их на отчаянные поступки, а отсюда – прямая дорога в западню террористических организаций. Об этом свидетельствуют документы и истории о своих судьбах, написанные палестинцами. Читать их без слез невозможно. Вот, например, одна из самых щемящих, буквально заставляющих рыдать, так талантливо и правдиво изложенная в повести «Утром в Дженин» (“Mornings in Jenin”) палестинки Сюзан Абульхава (Susan Abulhawa), родившейся в семье беженцев и перенесшей все круги ада палестинской трагедии. Эта книга заслуживает того, чтобы внести в список обязательной литературы для студентов и старшеклассников.
Вопрос о палестинских беженцах – неизменный пункт переговоров и консультаций по урегулированию ближневосточного конфликта, известного как самого долгого и затяжного в современной истории. В резолюции 2535 XXIV сессии ГА ООН четко и ясно констатируется, что «проблема палестинских беженцев возникла в связи с лишением их неотъемлемых прав, гарантированных в Уставе ООН и Всеобщей Декларации прав человека». Как и почему это произошло. На этом вопросе важно остановиться, ибо причины возникновения проблемы беженцев, масштабы их страданий и последствия в разных странах схожи, это ключ к пониманию и возможным последствиям разрастающихся сегодня гуманитарных конфликтов.
Палестина всегда была одним из узлов восточной политики мировых держав, ибо являла собой важный стратегический плацдарм для утверждения влияния в зоне Ближнего и Среднего Востока, для контроля за транспортными путями между тремя континентами. Уже в ходе Первой мировой войны начался торг между странами Антанты за установление особых связей со «Святой землей» – Палестиной, тогда входившей (с 1516 г.) в состав Оттоманской империи и считавшейся частью Великой Сирии. В Палестине проживали в основном арабы, еврейские поселения начали создаваться в конце ХVШ – начале ХIХ века. На первом сионистском конгрессе в 1897 г. в Базеле Палестина была объявлена «землей предков», решение еврейского вопроса предлагалось путем переселения евреев на эту территорию и образования там еврейского государства. К идее создания «национального очага» благожелательно отнеслось правительство всемогущего тогда королевства Англии. Это было скреплено в 1917 г. документом, оставшимся в истории как Декларация Бальфура (письмо тогда министра иностранных дел лорда Бальфура на имя Ротшильда – известного деятеля еврейской общины), в котором правительство Великобритании обязывалось содействовать созданию в Палестине «национального очага для еврейского народа». О признании Декларации в 1919 г., а затем о согласии перехода Палестины под английское управление вынуждена была заявить Франция, тогда тоже могущественная колониальная держава. В 1920 г. на конференции в Сан-Ремо Англия получила мандат на Палестину и при опоре на обещанный «еврейский очаг» – большую свободу маневра в острой политической игре на мировой арене. Это был первый акт трагедии палестинского народа.
Началось движение еврейской диаспоры к берегам Палестины. Только за период с 1919 г. по 1932 г. в страну въехали 119 тыс. еврейских иммигрантов. Для обустройства на земле обетованной при содействии Англии были созданы многочисленные организации: Еврейское агентство, Еврейский национальный совет, Еврейский национальный фонд, Иммиграционное движение молодежи и многие другие.
А на палестинской земле уже была развернута программа расчистки территории для еврейской колонизации, для вытеснения арабов с их родных мест различными способами, в том числе методом насилия и прямого террора. Особенно в этом преуспела созданная в 1920 г. организация «Хаганат», составившая в последующем ядро армии Израиля. Это был классически пример этнической чистки. Возникавшие, как грибы после дождя, военизированные организации, такие, как «Иргун цвай Леуми» (1935г.) и отколовшаяся от нее «Штерн», открыто провозгласили основной задачей создание чистого в расовом отношении еврейского государства и изгнание, если потребуется, арабов с их территорий. Правды ради можно упомянуть, что от этих организаций, которые в последующем сделали ставку на США, пострадали и англичане. Например, в 1944 г. террористы из «Штерна» убили в Каире английского статс-секретаря лорда Мойна. Пожалуй, больше известен устроенный террористами в 1948г. взрыв в Иерусалиме в гостинице «Царь Давид», где размещалось высшее английское командование.
Это все кажется давней историей. На самом деле заложенные тогда бомбы взрываются сегодня.
В самой Палестине резко обострились отношения между арабской и еврейской общинами.
В 1918 г. в Палестине проживало 708 тыс. арабов – 93% населения, 57 тыс. евреев. Арабы владели 97,5% всей земли. В период после Декларации Бальфура до принятия ГА ООН резолюции о разделе подмандатной территории в 1948 г. численность еврейских переселенцев возросла в 10 раз – до 650 тыс., и из общего числа населения Палестины в 1 млн 970 тыс. евреи составляли уже одну треть.
По резолюции ГА ООН 181(11) от 29 ноября 1947г. предполагалось создать еврейское и арабское государства, а также интернациональную зону г. Иерусалима, провозглашение которых намечалось к 1 октября 1948 г. Но, не дожидаясь этой даты, боевики «Иргун Цвай Леуми», «Штерн» начали «очищение» территории, которая должна была отойти к арабскому государству. В каждой палестинской семье знают, помнят и не могут забыть об зверских убийствах, резне, издевательствах. Название деревни Дейр Ясин стало нарицательным: оно означает истребление, геноцид. Пепел Клааса по сей день стучит в их сердцах.
Затем была война 1948–1949 гг., унизительное поражение арабских армий, выступивших в защиту палестинцев, оно по сей день лежит тяжелым камнем в сердцах всех мусульман и осталось вечным в политическом лексиконе – «накаба» – на арабском это означает одновременно поражение, унижение, катастрофа.
После создания в 1948 г. Израиля, затем оккупации в ходе войны 1967 г. Западного берега Иордана и сектора Газы более половины арабского населения этих территорий были вынуждены, спасаясь от репрессий и преследования, покинуть свои дома, где на протяжении десятилетий жили многие поколения их родных. Части беженцев посчастливилось найти приют и устроиться на работу в арабских странах (около 2,5 млн человек). Но значительная часть оказалась в созданных под эгидой ООН лагерях. По данным палестинских агентств полтора миллиона человек были изгнаны еще до войны 1948 г., и порядка 274 тыс. изгнаны из домов, которые находились на территории самого Израиля после 1948 г., в итоге в 1951 г. было 875 998 зарегистрированных беженцев. В результате войны 1967 г. это число увеличилось еще на 750 тыс., причем добавилось еще 150 тыс. с оккупированных территорий после войны 1967 г., затем была война 1973 г. и снова – беженцы. В итоге с учетом роста населения в палестинских лагерях, это по официальной статистике около 5 млн (а по палестинским данным – почти 6 миллионов), изгнанных, лишенных признанного сообществом право на жизнь на своей земле.
Израиль категорически выводит вопрос о беженцах за формат любых переговоров, ибо для него право на возвращение нынешнего числа в 5 млн ставит под вопрос само существование еврейского государства. Он требует, чтобы проблема беженцев была решена путем размещения и абсорбции в арабских странах. И, вообще, то и дело утверждает, что палестинцы, вообще, мол, добровольно покинули свои дома. Это вопиющее противоречит резолюции ГА ООН 194 (111) от 11 декабря 1947 г. и статье 13 Декларации прав человека, предусматривающих «безусловное право беженцев на возвращение к своим очагам и мирной жизни со своими соседями или на получение соответствующей компенсации за утраченное ими имущество». Израильские правительства одно за другим, и особенно рьяно это делает нынешнее – Б. Нетаньяху, наращивает строительство израильских поселений на оккупированных землях, вопреки и в нарушение принятых по этому вопросу резолюций ООН и многочисленных обращений со стороны правительств, ведущих политических и общественных деятелей различных государств.
Правда, были редкие времена, когда в Тель-Авиве демонстрировали готовность к поиску решения проблемы беженцев. Например, Эхуд Ольмерт, будучи премьер-министром, в рамках предложенной им в августе 2008 г. «пакетной сделки» допускал, чтобы в Израиль ежегодно на протяжении пяти лет въезжало по одной тысяче беженцев. Позднее он даже согласился с условиями палестинской стороны, которая требовала принять по 1000 беженцев на протяжении 10 лет. Таким образом, общее число палестинских беженцев, которым предполагалось позволить вернуться, составляло 10 тысяч человек. Это было гораздо меньше того, что предлагалось в 2000 г. Йосси Бейлиным, представлявшим Израиль в переговорах о возможности возвращения беженцев от имени кабинета Эхуда Барака (тогда речь шла о 15–40 тысячах человек в год на протяжении десяти лет). Но все это кануло в лету.
Может быть, трагизм палестинских беженцев и всей палестинской проблемы в том, что упрятаны в дальний ящик архивов документы о событиях, ставших подлинной причиной нынешнего кажется почти тупикового положения в Ближневосточном урегулировании. Но эти события не стерлись из памяти миллионов палестинцев и передаются из поколения в поколение.
Весь Ближневосточный конфликт, палестинская проблема в целом и одна из ее основных частей – о беженцах – это прямой результат ущемления прав палестинского народа, и это составная часть политической линии правящей элиты Израиля на утверждение в качестве маленькой, но постоянной сверхдержавы Ближнего Востока. Трагическая история палестинских беженцев должна быть предостережением. Об этом писал еще в 1968 г. английский историк с мировым именем, исследователь истории Палестины А. Тойнби: «На протяжении 30 лет еврейская иммиграция навязывалась палестинским арабам с помощью английской военной мощи. Палестинская трагедия – это не местная трагедия. Это трагедия всего мира, поскольку это – несправедливость, которая угрожает всеобщему миру».
В указанном выше обращении по случаю 65-летия БАПОР Генсек ООН призвал к скорейшему возобновлению палестино-израильских переговоров, прерванных весной прошлого года. И все признают, что без учета и практического обеспечения законных прав и интересов арабского народа Палестины, без решения вопроса о беженцах не может быть мира и нормального развития стран этого региона, и не может быть обеспечена безопасность и будущее самого Израиля.
Сегодня полыхает весь Ближний Восток, подожженный алчностью, стремлением властвовать повсюду и управлять, и навязать волю, и под шумок грабить, обманывать, продавать оружие. Гражданская война выгодна. И тех, кто ее разжигает, не печалит, что непременный ее спутник – беженцы.
Беженцы становятся неотъемлемой чертой политического пейзажа современного мира. Но, пожалуй, самое страшное в том, что мировое сообщество начинает привыкать к существованию этой проблемы почти как к естественному компоненту нашей жизни.
Скорее, укором и горькой иронией, чем знаком сочувствия, может служить тот факт, что проблема беженцев приобрела глобальный масштаб, и вот уже 14-ый год подряд 20 июня отмечается как «Всемирный день» тех, кто вынужден покинуть родной дом и идти скитаться по свету.
Бейрут, покупающий сейчас оружие на Западе, заинтересован в поставках вооружений из России, заявил посол Ливана в России Шауки Бу Нассар.
«Сейчас мы ожидаем выполнения контрактов. Они символизируют хороший прогресс в сотрудничестве между нашими странами в этой области, поскольку Ливан получает оружие из западных стран: из Франции и США, а поставки из России являются новым трендом. Российское оружие является эффективным, и мы очень нуждаемся в нем, чтобы противодействовать угрозам», - сказал посол.
«Мы надеемся, что в будущем нам удастся повысить уровень взаимодействия между нашими странами в этой области», - добавил он.
Посол также заявил, что усилия стран-участниц международной коалиции в борьбе с радикальной группировкой «Исламское государство» (ИГ) показали свою неэффективность.
«Это очевидно уже потому, что ИГ продолжает свое наступление и расширяет свое влияние в Ираке и Сирии. Здесь достаточно простого анализа. Если вы попытаетесь не допустить, чтобы кто-то вошел к вам в комнату, но ему все же удастся это сделать, это говорит о том, что ваши попытки оказались безуспешны», - сказал посол.
В этих условиях, убежден дипломат, страны ближневосточного региона и всего международного сообщества должны объединиться для противодействия ИГ, прежде всего, совместно полностью перекрыв каналы финансирования экстремистов.
Делегация Российского Совета предпринимателей в Дубае и северных эмиратах принимает участие в XIX Петербургском международном экономическом форуме
Дубай, ОАЭ. Делегация Российского Совета предпринимателей в Дубае и северных эмиратах во главе с председателем Игорем Егоровым принимает участие в XIX Петербургском международном экономическом форуме, который проходит в период с 18 по 20 июня в северной столице России. Девиз текущего форума - «Время действовать: совместными усилиями к стабильности и росту!»: он отражает стратегию России в новых реалиях мировой экономики.
Накануне, В первый день работы ПМЭФ 2015, было проведено 37 мероприятий, в том числе 33 дискуссии в рамках основной программы, а также деловые форумы ШОС и БРИКС и две панельные дискуссии Регионального консультативного форума «Деловой двадцатки».В числе состоявшихся мероприятий - панельная дискуссия "РОССИЯ — БЛИЖНИЙ ВОСТОК: НОВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ ИНВЕСТИЦИОННОГО СОТРУДНИЧЕСТВА", в которой приняли участие профильные министры и руководители инвестиционных агентств Саудовской Аравии, Бахрейна, Иордании, Египта и Ливана. Многие мероприятия транслируются в онлайн-режиме на сайте: forumspb.com.
В первый день работы форума были подписаны 106 соглашений, меморандумов, контрактов, совместных заявлений, рамочных протоколов о сотрудничестве.Общее количество участников мероприятия - 6320 человек из 115 стран мира, в том числе 178 глав крупнейших иностранных компаний и 505 глав российских компаний. Объединенные Арабские Эмираты на форуме также представляют руководители таких крупных компаний, как Mubadala Petroleum, Abraaj Capital Limited, DP World Limited.Подробнее о форуме читайте в свежем номере журнала "Деловые Эмираты", также представленном на форуме: http://flash.dxb.ru/02pr/58/#18.
Дубай и Абу-Даби заняли соответственно 23 и 33 строчки рейтинга самых дорогих для жизни городов мира. Это показало недавнее исследование, проведенное компанией Mercer. Позиции этих двух городов значительно выросли с прошлого года, обозначив резкий рост стоимости жизни в них. Дубай поднялся на 44 позиции – с 67 места, в то время как позиция Абу Даби передвинулась на 33 места – в 2014 году этот город занимал 68 строчку рейтинга Mercer.
Эти данные совпадают с ощущениями жителей ОАЭ, которые отметили, что стали расходовать на свои нужды значительно больше. Согласно данным HSBC, больше половины жителей страны отметили, что их доходы не поспевают за ростом цен. Абу-Даби и Дубай также являются самыми дорогими городами для иностранцев в регионе; дешевле всего для мигрантов проживание обойдется в Джидде.
В этом году стоимость жизни значительно выросла и в других крупных городах Ближнего Востока. Позиции Манамы и Дохи, ранее занимавших 91 и 92 строчки рейтинга, взлетели на целых 59 пунктов. Их догоняют Эр-Рияд и Амман, переместившиеся вверх на 40 и 49 позиций соответственно. Бейрут - самый дорогой город на Ближнем Востоке после Дубая и Абу-Даби, поднялся на 19 позиций.
Нуно Гомес, глава ближневосточного информационного отдела Mercer, считает, что «курсы многих валют на Ближнем Востоке зависят от стоимости доллара, которая и подтолкнула вверх позиции ближневосточных городов в рейтинге. Изменения курсов валют - основная причина этих весьма существенных изменений. Резкий рост расходов на жилье для иностранцев, особенно в Дубае и Абу-Даби, также повлияли на положение этих городов в рейтинге».
Всплеск роста стоимости жилья в ОАЭ уже снизил привлекательность страны для международного бизнеса, планирующего увеличить свое присутствие в регионе. С другой стороны, компании в ОАЭ ищут возможности для того, чтобы отправить своих сотрудников работать за рубеж, что может быть выгоднее, нежели их пребывание в стране. В Mercer отмечают, что изменения курсов валют, вызванные политической и экономической нестабильностью, привели к увеличению затрат на проживание для сотрудников крупных компаний, работающих за рубежом, по всему миру.
Вот уже третий год подряд самым дорогим городом для жизни является столица Англолы Луанда. На вершине рейтинга также находятся Гонконг, Цюрих, Сингапур и Женева.
Исследование Mercer включает 207 городов на пяти континентах и основано на сравнении стоимости 200 наименований товаров и услуг в каждом из них, включая жилье, транспорт, питание, одежду, домашние принадлежности и развлечения.
Владимир Розов
16 июня в «Корстон-Казань» завершил свою работу VII Международный экономический саммит России и стран Организации Исламского Сотрудничества (ОИС) – KazanSummit 2015.
Почётным гостем главной международной площадки экономического взаимодействия Российской Федерации и стран исламского мира стал Президент Исламского банка развития Ахмед Мохаммед Али Аль Мадани. В мероприятии приняли участие свыше 700 участников из 46 стран мира: Россия, Саудовская Аравия, Туркменистан, Египет, Турция, Пакистан, ОАЭ, Сомали, Казахстан, Иран, Малайзия, Великобритания, Люксембург, Италия, Марокко, Палестина, Таджикистан, Маврикий, Катар, Нидерланды, Латвия, Азербайджан, Нигерия, Бруней-Даруссалам, Алжир, Индонезия, Корея, Замбия, Ирак, Китай, Южная Африка, Узбекистан, Киргизия, Индия, Грузия, Йемен, Филиппины, Иордания, Афганистан, Бангладеш, Ливан, Швейцария, Македония, Венгрия, Бахрейн, Чехия. Работу саммита освещали свыше 90 представителей средств массовой информации из России, США, Ливана, Иордании, Великобритании.
Как подчеркнул Президент Республики Татарстан Рустам Минниханов, KazanSummit – хорошая возможность продемонстрировать экономические возможности и инвестиционный потенциал нашей большой страны на примере Татарстана, показать открытость региона, страны и готовность к диалогу в новых политических и экономических условиях. Площадка KazanSummit, отметил Рустам Минниханов, способствует созданию новых контактов, заключению договоренностей о реализации конкретных проектов.
Основатель KazanSummit Линар Якупов – Президент главного организатора Международного экономического саммита России и стран ОИС – Фонда развития исламского бизнеса и финансов (IBFDFund), выступая на одном из главных событий KazanSummit – Деловом завтраке, рассказал, что поворот России на Восток, который начался в последнее время, обусловлен тем, что экономический потенциал стран вполне соизмерим с потенциалом Китая и ЕС, причем экономика стран ОИС развивается быстрее, чем страны БРИКС и ЕС. В презентации о развитии сотрудничества России и стран исламского мира в области торговли и инвестиций, которую участникам завтрака представил Линар Якупов, отмечено, что в тройку стран ОИС, активно инвестирующих стран в экономику России входят Турция, Казахстан и Азербайджан. Финансовые потоки из других стран не столь значительны, но растут с каждым годом.
Сотрудничество выстроено не только в области торговли и инвестиций, но и экспорта, сельского хозяйства, текстиля, химии, туризма. Презентация включала в себя множество статистических данных, позволяющих наиболее полно оценить картину того, в каком направлении и как развивается взаимодействие Российской Федерации и стран исламского мира. Линар Якупов заметил необходимость создания единой базы статистики, которая могла бы давать объективные данные.
Президент Исламского банка развития Ахмед Мохаммед Али Аль Мадани подчеркнул, что Исламский банк развития рад сотрудничать с Татарстаном для того, чтобы сделать этот регион не только настоящим хабом Российской Федерации, но и источником развития и расширения общих мировых возможностей. Стать демонстрацией дружбы России и стран ОИС.
Из 46 стран-участниц KazanSummit 2015 – 25 представляли государства, входящие в состав Организации Исламского Сотрудничества: Турция, ОАЭ, Азербайджан, Казахстан, Алжир, Египет, Иордания, Индонезия, Иран, Саудовская Аравия, Малайзия, Нигерия, Катар, Сомали, Узбекистан, Марокко, Пакистан, Ливан, Афганистан, Бахрейн, Бангладеш, Ирак, Киргизия, Таджикистан, Йемен. Среди участников мероприятия – заместитель министра экономики Катара Султан Аль-Хатер руководитель инвестиционного департамента Исламского банка развития Мохамед Хеди Миджай, советник генерального директора IСIEC Хуссейн Халиф Хаджи Джама, посол по особым поручениям Министерства иностранных дел России Константин Шувалов, послы иностранных государств, парламентарии России и стран ОИС, руководство государственных структур и финансовых институтов, бизнесмены.
От регионов России в KazanSummit 2015 на мероприятие зарегистрировались 400 человек, представляющие 18 субъектов Российской Федерации: Республика Татарстан, Москва, Санкт-Петербург, Крым, Карачаево-Черкессия, Башкирская, Удмуртская, Чеченская Республики, Архангельская, Воронежская, Свердловская, Кемеровская, Нижегородская, Пензенская, Самарская, Тюменская, Ульяновская, Ростовская области.
Спикерами события выступили Мохамед Хеди Миджай – руководитель инвестиционного департамента Islamic Development Bank, Ахмед Галал Элдин Ибрагим – Председатель правления Международной ассоциации бизнеса и инвестиций IBIA (Египет), Неждет Шенсой – член Совета директоров Центрального банка Турции, Наби Мохамед Мамод Раффик – основатель и секретарь Al Barakah Multi-purpose Cooperative Society Limited (Маврикий), Николай Журавлев – заместитель председателя Комитета Совета Федерации по бюджету и финансовым рынкам, Ирина Ярыгина – доктор экономических наук, профессор Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, Мухамед Зульхибри – старший экономист Исламского банка развития (Саудовская Аравия), доктор Нур Суайда Касри – исследователь Международной академии исследований шариата по исламским финансам ISRA (Малайзия), Инесе Тенберге – эксперт по банковскому праву Санкт-Петербургского государственного университета, Рустам Вахитов – эксперт по международному налогообложению, партнёр International Tax Associates B.V., Хуссейн Халиф Хаджи Джама – советник генерального директора Исламской корпорации страхования инвестиций и экспортных кредитов (ICIEC), Алексей Крыловский – президент AV Group и другие.
Ключевой темой KazanSummit 2015 стали ИСЛАМСКИЕ ФИНАНСЫ ДЛЯ КОНСТРУКТИВНОЙ ГЛОБАЛЬНОЙ ТОРГОВЛИ И ИНВЕСТИЦИЙ. В рамках мероприятия прошли Деловой завтрак участников KazanSummit 2015, Стратегический форум, где шло обсуждение ключевой темы события, Форум по исламской экономике, финансам и банкингу, Форум по международной торговле, церемония закрытия I Казанского форума молодых предпринимателей стран ОИС, круглые столы по туризму и урбанистике, Инвестиционный форум.
Помимо этого, на площадке KazanSummit 2015 состоялись первое региональное собрание Всемирного исламского объединения предпринимателей (Islamic World Entrepreneurs Network – ISWEN), бизнес-диалог: «Россия – арабский мир. Новый этап взаимодействия: торговля, подряды, инвестиции и финансы», презентация инвестиционного потенциала регионов Российской Федерации и инвестиционных проектов, встречи в формате B2B.
Ведущей темой первого и второго дня саммита без преувеличения стали исламские финансы. Их роль в мировом масштабе, функционал, устойчивость к экономическим кризисам и тот интерес, который к этим инструментам проявляют не только сами мусульманские страны, но и европейские, и западные государства. В развернувшихся на площадке саммита дискуссиях были озвучены предложения противопоставить сильные исламские финансы и саму модель исламской экономической системы более слабой западной экономической системе. Исламская финансовая индустрия, демонстрирующая высокую динамику роста мирового финансового сектора, была представлена как экономический инструментарий для развития торговли, привлечения инвестиций и эффективного сотрудничества России со странами исламского мира.
Для справки
Главным организатором ежегодного Международного экономического саммита России и стран-участниц ОИС – KazanSummit – с 2010 года выступает Фонд развития исламского бизнеса и финансов (IBFDFund) – центр компетенции исламского бизнеса и финансов в России. Мероприятие проходит при поддержке Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, Правительства Республики Татарстан – на KazanSummit 2015 ответственным органом выступило Агентство инвестиционного развития Республики Татарстан, и Ассоциации региональных инвестиционных агентств России. Золотой партнёр мероприятия – одна из крупнейших российских нефтяных компаний, международно-признанный вертикально-интегрированный холдинг «Татнефть». Серебряным партнёром является ведущий российский банк – Внешпромбанк.
Международный партнёр KazanSummit 2015 – Исламский банк развития. Партнёрами мероприятия на международном уровне выступают также Бизнес форум THIQAH, учреждённый Исламским банком развития, Всемирное исламское объединение предпринимателей (Islamic World Entrepreneurs Network – ISWEN), Организация Исламского Сотрудничества (ОИС). Страховой партнёр KazanSummit 2015 – один из ведущих интегрированных поставщиков страховых и финансовых услуг в мире – Allianz.
Генеральный информационный партнёр площадки – ведущее информационное агентство России – ИТАР-ТАСС. Стратегическим информационным партнёром KazanSummit2015 выступает Аналитический банковский журнал, главный информационный партнёр мероприятия – журнал «Банковское дело». Ведущим информационным партнёром мероприятия является финансовое издание в области исламского финансирования – Islamic Finance News (IFN).
Информационное сопровождение VII Международного экономического саммита России и стран ОИС также осуществляют ведущие деловые, специализированные и международные издания RussiaBeyondTheHeadlines, BusinessNewEurope, True Banking, «Деловые Эмираты», AlHuda, Capitol Intelligence Group, деловой журнал «Венчурный инвестор», Российская газета, единственный русскоязычный экспертно-информационный портал, посвящённый арабскому бизнесу – ArafNews, Интернет-издание деловых новостей и отраслевой аналитики «Реальное время», Агентство экономической информации «ПРАЙМ», портал Islamic-Finance.ru, журналы «Стратегия», «Эксперт. Татарстан», TheAngelInvestor, «Линия полёта», ROGTEC, «Банковское обозрение», «Татарстан, «Банки и Деловой мир», ПЛАС, BigRussia, NIEJournal, портал «Бизнес-Успех», подразделение МИА «Россия сегодня» – Евразийский коммуникационный центр, Агентство информации и деловых коммуникаций, портал «Всемирные новости татар», Информационно-аналитическое агентство RWAY, медиа холдинг «Деловой контакт», портал CFIN.ru, консалтинговая компания «Марчмонт Капитал Партнерс», Центр коммерциализации технологий ННГУ имени Н.И. Лобачевского, Национальный банковский журнал, деловой центр Республики Татарстан – Интернет-портал TatCenter.ru, Национальное рейтинговое агентство, издательский дом «Украина Бизнес», портал ВсеТренинги.ру, Татарстанская международная инвестиционная компания (ТМИК), портал IslamToday.
Очередной годовой отчет о стоимости жизни для иностранцев в различных городах планеты доказывает, стоимость жизни в главных городах ОАЭ заметно возросла всего за один год.
Консалтинговая компания Mercer уже много лет составляет отчет о стоимости жизни в различных городах мира для иностранцев, в ее отчете за 2015 год Дубай поднялся с 67 места на 23, а столица страны, Абу-Даби – с 68 на 33. Чем выше место в рейтинге, тем дороже жизнь в городе. Только один город обогнал Дубай и Абу-Даби по темпам удорожания жизни – Буэнос-Айрес, аргентинская столица переместилась вверх на 67 позиций и стала 19-м самым дорогим городом мира. Среди основных причин такого роста крупнейших городов ОАЭ эксперты компании называют высокий курс национальной валюты, привязанной к доллару США, и рост цен на жилье.
В настоящее время Mercer оценивает жизнь в 207 городах планеты, используя комбинированный показатель уровня цен на 200 видов товаров и услуг от жилья и транспорта до образования и развлечений.
Еще только один город Ближнего Востока вошел в число 50 самых дорогих городов мира – Бейрут, занявший 44 место.
Самым дорогим для проживания иностранцев городом остается столица Анголы Луанда, это связано с нехваткой, а потому и дороговизной, качественного жилья, товаров и услуг. В пятерке лидеров произошла замена – столица Чада Нджамена опустилась со второго на 10 место, а Женева вошла в пятерку, заняв пятое место. Гонконг поднялся на второе место с третьего, Цюрих – на третье с пятого, Сингапур сохранил свою четвертую позицию. В целом, наблюдается заметный рост стоимости жизни в китайских и южнокорейских городах на 4-23 пункта, а также столицах многих развивающихся стран и относительная стабильность позиций европейских городов. Стоимость жизни в городах США менялась не равномерно, Нью-Йорк остался на 16 месте, Вашингтон поднялся вверх на 42 пункта, Лос-Анжелес – на 26 пунктов, а Сан-Франциско опустился на 37.
Самым дешевым для жизни городом из исследованных оказался Бишкек. В лидеры по дешевизне стоимости жизни вошли еще две столицы республик бывшего СССР – Минск (201) и Тбилиси (198). Москва занимает в списке 51 место, возглавляя пятерку лидеров в регионе Центральная и Восточная Европа.
Лидер сирийской региональной ячейки группировки "Исламское государство" (ИГ) убит во время столкновений на северо-востоке Ливана, сообщает во вторник местный телеканал "Аль-Манар".
По данным телеканала, сторонники движения "Хезболлах" во вторник атаковали боевиков в районе населенного пункта Рас-Баальбек, а также провели артобстрел по городу Арсал. В результате обстрела был убит Абу Балкис аль-Багдади, который считается лидером ячейки ИГ в сирийском регионе Куаламон, граничащем с Ливаном.
Ливанская газета Daily Star также сообщает, что в операции также принимала участие сирийская армия. Совместно с организацией "Хезболлах" им удалось установить контроль над районами Таллет Рас-Аль-Кош и Корнат Рас-Аль-Сабах, в ходе столкновений были убиты и ранены "десятки боевиков".
Широкая экспансия ИГ, захватившего значительную территорию Ирака и Сирии, стала одной из главных мировых проблем последних двух лет. Группировка, насчитывающая, по данным ЦРУ, около 30 тысяч боевиков, провозгласила на захваченных территориях халифат и стремится расширять свои приобретения.
Единого фронта борьбы с ИГ нет: с группировкой борются правительственные войска Сирии и Ирака, международная коалиция во главе с США (пока ограничивается ударами с воздуха), а также иракские и сирийские курды. В результате боевых действий несколько тысяч мирных жителей погибли, сотни тысяч стали беженцами и еще несколько тысяч находятся в заложниках у ИГ.
Впервые в этом году, в соответствии с Концепцией развития математического образования в Российской Федерации и по предложению Ассоциации учителей и преподавателей, ЕГЭ по математике был разделен на два уровня – базовый и профильный. Базовый уровень необходим выпускникам, не планирующим продолжение образования по техническим, естественнонаучным и экономическим специальностям. Профильный уровень предназначен для тех, у кого фундаментальная или прикладная математика в будущем станет основой профессиональной специализации.
ЕГЭ по математике базового уровня 1 июня сдавали более 425 тысяч человек. Экзамен только базового уровня выбрали свыше 130 тысячи человек, 290 тысяч также сдавали и профильный. Профильный ЕГЭ по математике 4 июня писали около 560 тысяч человек, только этот уровень выбрали почти 270 тысяч выпускников.
Экзамены проводились в 85 регионах Российской Федерации, включая Республику Крым и Севастополь, а также в 52 странах ближнего и дальнего зарубежья.
Средний тестовый балл по профильной математике составил 49,56 при минимальном балле 27. Это на три с небольшим балла выше прошлогоднего результата ЕГЭ по математике (46,42; минимальный балл - 24).
Средний балл по базовой математике составил 3,95 по пятибалльной шкале.
У тех, кто не справился с экзаменом, есть возможность пересдать его в резервный день – 23 июня и в сентябре.
«Мы дали школьникам возможность дополнительно опробовать свои силы в решении задач разного уровня сложности, взвешенно подойти к оценке своих сил», – отметил министр образования и науки Российской Федерации Дмитрий Ливанов в ходе подведения итогов экзамена в ситуационном центре Рособрнадзора России, - мы также отмечаем улучшение качества подготовки учащихся, которые планируют связать свою жизнь с математическими специальностями».
Министр оценил результаты экзаменов как «положительные» и констатировал объективность проведения экзамена, которой удалось достигнуть благодаря мерам, принятым для минимизации возможных нарушений.
«Благодаря разделению математики на базовый и профильный уровень, экзамен по этому предмету стал более адаптированным к интересам выпускников, - сказал руководитель Рособрнадзора Сергей Кравцов, - в вузы пойдут более подготовленные абитуриенты».
Заместитель Комитета Госдумы по образованию Ирина Мануйлова напомнила, что Комитет в свое время поддержал инициативу о разделении обязательного экзамена по математике на базовый и профильный уровень.
«Изменения, которые происходят в организации ЕГЭ, направлены исключительно на повышение качества образования», - подчеркнула Ирина Мануйлова.
В день сдачи единого госэкзамена по информатике и ИКТ, истории и биологии в работе Ситуационно-информационного центра Рособрнадзора приняли участие министр образования и науки РФ Дмитрий Ливанов, глава ведомства Сергей Кравцов и заместитель председателя комитета Госдумы по образованию Ирина Мануйлова.
Согласно единому расписанию, 15 июня прошли госэкзамены по выбору. ЕГЭ по биологии сдавали 140 тысяч выпускников, ЕГЭ истории - 160 тысяч человек, ЕГЭ по информатике и ИКТ - более 64 тысяч человек.
Глава Минобрнауки в своем вступительном слове отметил высокий технологический уровень проведения единого государственного экзамена.
«В целом мы оцениваем уровень проведения экзамена и сами результаты как достаточно хорошие: нарушений меньше, чем в прошлом году, утечек контрольных измерительных материалов в Интернет допущено не было. Видео- и общественное наблюдение обеспечили справедливое оценивание его участников», - сказал Дмитрий Ливанов.
По словам Сергея Кравцова, ЕГЭ по информатике и ИКТ, истории и биологии начались в рабочем режиме, так же как и уже прошедшие экзамены ЕГЭ-2015.
«Для контроля порядка проведения ЕГЭ, четкого исполнения организаторами и наблюдателями своих обязанностей мы уделяем особое внимание вопросам информационной безопасности. Выпускники должны быть уверены, что для них обеспечены равные и комфортные условия сдачи экзамена», - отметил глава Рособрнадзора.
По мнению заместителя председателя комитета Госдумы по образованию, единый государственный экзамен - один из важных, но не единственных инструментов оценки качества. «Второй год подряд результаты ЕГЭ помогают системно подходить к работе по повышению качества образования и совершенствованию системы», - сказала Ирина Мануйлова.
В ходе мероприятия на прямую связь с СИЦ Рособрнадзора выходил министр образования, науки и инновационной политики Новосибирской области Сергей Нелюбов. Он рассказал о ходе сдачи ЕГЭ в регионе, а журналисты СМИ Новосибирской области получили возможность задать вопросы спикерам в Москве.
Министр туризма и древностей Иордании Наиф аль-Файиз объявил, что доходы от туризма в Иордании составляют около 14% ВВП страны. Аль-Файиз рассматривает туризм как один из важнейших секторов, способствующих росту национальной экономики, привлечению инвестиций, увеличению количества рабочих мест в соответствующих секторах, а также поступлениям твердой валюты.
Туристическая деятельность приносит государству прямые доходы за счет продажи входных билетов в музеи, парки и центры, визовых сборов и налогов на въезд и выезд из страны, продажи туристических объектов, а также косвенные – от проведения различных мероприятий для туристов.
Однако сектор туризма в королевстве сталкивается с серьезными проблемами на фоне политического и регионального кризиса, а также внешней и внутренней экономической нестабильности, связанных, в том числе, с конкуренцией между странами региона. В связи с нестабильной ситуацией в соседних странах темп притока иностранных туристов в Иорданию снизился, что повлияло и на объем выручки от туристической деятельности. Кризис особенно отразился на секторе туристического транспорта, работе пятизвездочных отелей, гидов и сувенирных магазинов, почти полностью рассчитанных на иностранных туристов.
С другой стороны, министр указал на активизацию въездного турпотока из арабских стран Залива. Иордания – хорошая альтернатива для арабских туристов соседним странам, таким как Ливан, Египет, Сирия, в отличие от королевства, не уделяющих достаточного внимания деятельности, направленной на привлечение туристов из арабских государств Залива. В противоположность им правительство Иордании приняло решение об упрощении пересечения границы и снижении цен для туристов из соседних арабских стран за посещение археологических и туристических объектов.
Юлия Клусова
Практически год назад на территории Ближнего Востока активизировалась террористическая группировка «Исламское государство», которая в довольно короткий промежуток времени смогла захватить значительную часть Сирии и Ирака.
Против исламистов образовалась коалиция, страны-участницы которой согласились участвовать в действиях боевой авиации или же поставлять в зону конфликтов военную технику. Газета National Post приводила приблизительный список тех, кто был готов бороться за освобождения мира от влияния «Исламского государства»: США, Канада, Ирак, Иордания, Бахрейн, Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты, Франция, Германия, Великобритания, Австралия, Бельгия, Дания, Италия, Чешская Республика, Албания, Нидерланды, Эстония, Венгрия, Турция, Ливан.
Каждая страна из списка, так или иначе, предпринимала какие-либо действия, для «усмирения» пыла террористической группировки: кто-то бомбил Сирию, кто-то Ирак, кто-то направлял военные грузы, а кто-то занимался финансовой стороной вопроса.
Канада выделила 15 млн долларов на «нужды безопасности». Саудовская Аравия выделяла 100 млн долларов Антитеррористическому центру ООН и 500 млн долларов – на гуманитарную помощь. Великобритания поставила в зону конфликтов оружия и боеприпасов на 1,6 млн долларов, Чехия выделила 1,5 млн долларов на гуманитарную помощь, на которую большая часть стран и жертвовала собственные средства: Швеция – 13 млн долларов, Кувейт - 9,5 млн, Швейцария – 9 млн, Япония – 6 млн, Австрия – 1,3 млн, Новая Зеландия - 1 млн, Южная Корея – 1 млн, Ирландия - 1,4 млн, Испания - 640 тыс. долларов, Словакия – 25 тыс. долларов.
Как и в любом объединении, у всех должен быть, скажем так, свой предводитель, лидер, инициатор. Данная коалиция не стала исключением, и пальма первенства досталась Соединенным Штатам Америки, которые одними из первых нанесли удары по позициям террористов сначала в Ираке, затем в Сирии.
И, конечно же, как лидер США выделили наибольшую сумму на борьбу с «Исламским государством». Когда только зарождалась кампания против ИГ, Америка уже потратила порядка 900 млн долларов (по состоянию на сентябрь 2014 года). Однако и эта сумма оказалась бы недостаточной для того, чтобы положить конец террористической анархии. Продолжить военную операцию было необходимо.
По подсчетам американского правительства, более интенсивные бомбежки, в которых примут участие 5000 солдат, обойдутся в 350-570 млн долларов, а бомбежки средней интенсивности будут стоить 200-320 млн долларов, в которых приняли бы участие 2000 солдат сухопутных войск. Но и этого могло не хватить. По оценкам CSBA, не исключено было введение войск США, что потребовало бы еще 25 тыс. солдат, которые обошлись бы в 1,1 – 1,8 млн долларов в месяц.
Пентагон сразу заявил о том, что война с «Исламским государством» может затянуться на годы, а это означает, что США будут и дальше выделять баснословные суммы на «борьбу» с террористами, как и случилось.
12 июня этого года появилась новость о том, что Пентагон впервые обнародовал данные о тратах на войну с ИГ в Сирии и Ираке. С прошлого года общая сумма затрат достигла 2,4 млрд долларов. Это приблизительно 9 млн. долларов в день (для сравнения, изначально в день тратилось порядка 7,6 млн долларов в день, в октябре 2014 года эта сумма выросла до 8,3 млн долларов в день).
2/3 от этой суммы тратятся на бомбардировки, которые были признаны неэффективными, ведь нефтяная инфраструктура, подконтрольная боевикам, до сих пор функционирует, по ней ударов не наносится.
Помимо этого, американским правительством было принято решение увеличить число американских военнослужащих в Ираке на 450 человек – до 3500 сотрудников. Стоит отметить, что никто из них в боях участия не принимает, они лишь «тренируют официальные иракские вооруженные силы», которые занимаются постоянным отступлением перед «Исламским государством».
На протяжении всего времени противостояния боевикам американская сторона выделяла своих военных для помощи официальным вооруженным силам багдадского правительства, которые признаны слабейшими из основных участников войны. Получается, что все те солдаты, что были направлены Штатами в Ирак как для сражений, так и для обучения иракских военных, никакой пользы не принесли. То есть, деньги, затраченные на осуществление этого увеличения вооруженных сил США, были пущены в трубу, собственно как и все те средства, что на протяжении уже года выделяются на борьбу с террористической организацией «Исламское государство». Затраты Соединенных Штатов Америки увеличиваются прямо пропорционально росту агрессии и мощи боевиков.
Ни для кого уже не является секретом тот факт, что Америка, так или иначе, сотрудничала с террористами. Президент США Барак Обама признавался в том, что некогда Штаты послужили своего рода усилителем «разжигания» Ближнего Востока (вторжение в Ирак, унесшее жизни тысяч мирных жителей), из-за чего и разрослось ответвление «Аль-Каиды» — «Исламское государство». «Осознавая» свою ошибку, президент США, видимо, и решил ее «исправить» благодаря увеличению финансирования против террористов.
«Вашингтону не следовало бы помогать группировке, а затем извиняться и говорить, что это было сделано по ошибке. США утверждают, что хотят противостоять ИГ, а на деле получается, что они ведут наблюдение и проводят рекогносцировку» - заявлял генерал-майор Хасан Фирузабади, командующий вооруженными войсками Ирана.
Все же помнят, что нанесение авиаударов, которые планировали Штаты исходя из создания международной коалиции, по территории Ирака и Сирии так и не были совершены. Военная операция провалилась из-за того, что она не была одобрена Советом Безопасности ООН, ведь Россия использовала право «вето» по данному вопросу. Американское правительство негодовало, ведь у власти так и оставался Башар Асад, с которым у Штатов уже давно отношения не ладились. А теперь еще и повода для нанесения удара не оказалось.
ИГ в данном случае можно по праву считать лишь отвлекающим маневром, своего рода приманкой для всего мирового сообщества. Оно должно было понять, что эта террористическая организация представляет огромную опасность для всего мира, и, как следствие, попросить именно у Штатов помощи в борьбе с ней.
Американское правительство неоднократно пыталось убедить весь мир в том, что Асад помогает террористам (дабы с себя снять какие-либо подозрения). Так, например, совсем недавно в диппредставительстве в Сирии было сказано, что сирийские военные помогают боевикам «Исламского государства» воздушными ударами наступать на позиции антиправительственных сил в Алеппо. Именно так президент Сирии Башар Асад сражался с сирийской оппозицией, которая в своей борьбе за власть использовала те же террористические методы. А США решили выставить это противостояние так, будто войска Асада были брошены на помощь террористам. Вопрос о том, учли Штаты, что в Алеппо находятся войска президента Сирии, или же нарочно пропустили это мимо ушей, отпадает. Америка просто надеялась на «авось» – на то, что данное обвинение мир воспримет за чистую монету.
Вся эта пыль в глаза уже не действует. У мировой общественности есть все доказательства того, что именно Штаты являются виновниками сего «торжества». Так что, вопрос о том, куда же и на что тратятся все американские деньги, которые, как заявляет само правительство США, направляются на борьбу с ИГ, сам собой отпадает. Средства выделяются, да вот только не на прекращение военных действий на Ближнем Востоке, а на их максимальное продление.
Война продолжается уже год, и, судя по воодушевлению США, будет идти еще долгие годы, однако на днях появилась информация о том, что Штаты планируют покончить с ИГ за 3-10 лет. Всего-то.
«Это проблема трех, пяти, семи или десяти лет — ее нельзя решить за одну ночь. США не смогут справиться с ИГ в одиночку. Мы лишь можем оказать помощь», — заявил начальник штаба сухопутных войск США генерал Рэй Одиерно (Ray Odierno) в интервью CBS News, отметив, что активизировать борьбу с экстремистами, в первую очередь, должны арабские страны, в частности, Ирак. Так, по словам генерала, Багдаду стоит обратить особое внимание на «подготовку бойцов, готовых сражаться за свою страну».
На сегодняшний день Ближний Восток понес огромные потери, и то, что будет с ним через 10 лет в случае непрекращения Штатами своей активной политики «борьбы с «Исламским государством», страшно представить…
Трудно вообразить, сколько еще средств будет выделяться из бюджета США на эту войну. Вместо того, чтобы решить внутренние проблемы, Барак Обама предпочитает «решать» проблемы мирового масштаба. Любые средства хороши, лишь бы строить образ "внешнего врага" и сплотить нацию.
Ева Лисовская
![Главное](/images/star.png)
Дубай: По результатам международного рейтинга высших учебных заведений этого года QS University Rankings два университета из ОАЭ вошли в десятку лучших в арабском регионе.
Университет ОАЭ (UAE University), получивший 88.6 баллов, и Американский университет Шарджи (American University of Sharjah), набравший 86.1 баллов, заняли шестое и седьмое место соответственно, сохраняя свои позиции на протяжении двух лет.
В рамках проводимой оценки по региону было отобрано 259 лучших университетов из всех арабских стран. В минувшую среду были опубликованы названия сотни лучших.
Согласно результатам, лучшим университетом в арабском мире признан Университет нефти и минералов им. короля Фахда в Саудовской Аравии, набравший 100 баллов. За ним следуют Американский университет в г. Бейрут, Ливан, Университет короля Сауда в Саудовской Аравии, Университет короля Абдуль Азиза в Саудовской Аравии, а также Американский университет в Египте.
Оценка проводилась по девяти параметрам, включая академическую репутацию университета, репутацию преподавательского состава, оценку профессорско-преподавательского состава, качество представления в интернете, количество преподавателей с научными степенями, количество успешно защищенных научных работ, количество научных работ на каждый факультет и процент проходящих обучение иностранных студентов.
В мировом значении, согласно данным QS World University Rankings 2014/15, из 800 университетов, участвующих в рейтинге, Университет Объединенных Арабских Эмиратов занял 385 место, Американский университет Шарджи – 390.
Оценка высших учебных заведений QS World University Rankings ежегодно проводится британской компанией British Quacquarelli Symonds (QS) совместно с Академическим рейтингом университетов мира и Мировым рейтингом университетов журнала Times Higher Education.
Министр образования и науки Российской Федерации Дмитрий Ливанов и руководитель Рособрнадзора Сергей Кравцов в ходе пресс-конференции в информационном агентстве «Интерфакс» подвели итоги единого государственного экзамена по русскому языку.
Свою оценку результатам выпускного испытания дал также и присутствовавший на мероприятии советник Президента Российской Федерации Владимир Толстой.
ЕГЭ по русскому языку в этом году сдавали порядка 700 тысяч человек в 85 регионах России, включая Крым и Севастополь, а также в 52 странах ближнего и дальнего зарубежья.
Средний тестовый балл составил 65,8, что на 3,3 выше, чем в 2014 году (62,5).
Предварительные результаты показали, что по сравнению с прошлым годом на 5% увеличилось количество экзаменуемых, набравших на ЕГЭ по русскому языку от 80 до 100 баллов.
При этом, как и в прошлом году, все высокобалльные работы будут перепроверены для обеспечения объективных результатов.
У тех, кто не справился с экзаменом, есть возможность пересдать его в резервный день - 22 июня, и в сентябре.
Экзамен в 2015 году претерпел значительные изменения. В их числе – введение итогового сочинения и отмена тестовой части по русскому языку, которая позволила исключить угадывание ответа и дала возможность выпускникам проявить свои знания и творческие способности.
«Возврат итогового сочинения, объективность проведения экзаменов, отсутствие утечек в интернет контрольных измерительных материалов простимулировали школьников к более серьезному отношению к учебе», - отметил Дмитрий Ливанов.
«И дети, и родители, и учителя поняли, что нужно больше заниматься, - сказал Владимир Толстой, - Возвращение сочинения - это огромный плюс, это позволило детям «натренироваться» к основным итоговым экзаменам».
Советник президента также отметил, что с появлением нового итогового испытания школьники стали больше внимания уделять чтению литературных произведений.
«Дети чуть больше стали читать, - заявил выступающий, - 3-4 % на которые в этом году повысились средние баллы по русскому языку и литературе - это хорошая тенденция, которую нужно закрепить».
В свою очередь глава Рособрнадзора Сергей Кравцов констатировал, что на данный момент по русскому языку выстроена четкая и объективная система экзаменов.
«Экзамен в 9 классе, итоговое сочинение и единый государственный экзамен дополняют друг друга, позволяют контролировать различные стороны подготовки школьников по русскому языку», - отметил выступающий.
По словам Дмитрия Ливанова, по завершении экзаменационной кампании будет проведена масштабная аналитическая работа.
«Нам необходима актуальная и объективная картина ситуации, чтобы совершенствовать ЕГЭ и систему школьного образования в целом», - заключил министр, подчеркнув, что любые изменения невозможны без учета мнения педагогического и родительского сообществ.
Большая часть Ближнего Востока и Северной Африки страдает от острой нехватки воды, и регионы должны приложить усилия, чтобы сохранить воду, и расширить пилотные программы, включающие установку водяных насосов, работающих на солнечной энергии, заявили ученые.
На совещании Организации ООН по вопросам продовольствия и сельского хозяйства (ФAO) в Риме представители министерства водных ресурсов Египта сообщили, что в стране возникла катастрофичная ситуация. Приходится использовать почти каждую каплю воды вследствие прироста населения.
Согласно ФAO, во всем регионе доступность воды составляет 10% от среднего мирового показателя. В течение последних 40 лет эта цифра уменьшилась на 60% и понизится еще на 50% к 2050 году.
Сельское хозяйство на Ближнем Востоке и в Северной Африке использует приблизительно 85% общей доступной пресной воды, сообщила ФAO, поэтому сокращение количества воды, необходимой для производства продовольствия, является жизненно важной проблемой.
В 2014 году Ближний Восток перенес самую засушливую зиму за несколько десятилетий, принесшую засуху на ограниченные пахотные области в Сирии, Ливане, Иордании, палестинских территориях и Ираке.
Египет, самое густонаселенное арабское государство в мире, пытается использовать солнечную энергию для добычи воды из Нубийского водоносного слоя, крупнейшего из известных в мире источников ископаемой пресной воды, который охватывает границы четырёх стран.
Бурение и установка глубинных водяных насосов, работающих на солнечной энергии, имеет высокую первоначальную стоимость, но работа и обслуживание новых систем не является чрезмерно дорогой.
В соседнем Судане, крупном производителе продуктов питания, правительство намерено улучшить свою способность добывать и сохранять водные ресурсы.
Ближневосточные эксперты предсказывают учащение циклов засухи в ближайшие годы, которые будут сопровождаться задержками зимних сезонов дождей, наносящих ущерб урожаю фруктов и не позволяющих созревать зерновым культурам.
![Главное](/images/star.png)
Заседание президиума Совета при Президенте Российской Федерации по модернизации экономики и инновационному развитию России.
О разработке и реализации Национальной технологической инициативы, об инновационном развитии информационных технологий.
Стенограмма:
Д.Медведев: Уважаемые коллеги, мы встречаемся с вами, как обычно, в разных местах интересных. Сегодня в этом плане тоже особая встреча, потому что она проходит в Иннополисе – новом городе, который буквально три года назад только начал создаваться. Сейчас вы все посмотрели, что удалось сделать за это время. В общем, это впечатляет, надеюсь, что мы и дальше будем здесь видеть высокие результаты в сфере IT и по тем вопросам, которые мы сегодня будем рассматривать.
Мы сегодня рассмотрим две большие темы. Первая касается реализации Национальной технологической инициативы, вторая – инновационного развития в сфере информационных технологий. Обе эти инициативы важны для того, чтобы в ближайшем будущем Россия вошла в число лидеров в новых сегментах экономики. Темы эти, естественно, связаны между собой. Все мы видим, каким образом информационные технологии меняют мир. Появляются новые профессии, естественно, новые производственные кластеры, исчезают какие-то профессии, автоматизируются многие процессы, меняются рынки транспортных услуг, ретейла, в том числе, кстати, и потому, что исчезают посредники между бизнесом и клиентом. Деятельность этих посредников заменяется программами – собственно, продуктами IT.
Очевидно, что значение информационных технологий будет только возрастать. Этот фактор нужно учитывать и при выборе приоритетов нашей технологической инициативы. Начнём с инициативы как раз. Речь идёт о долгосрочной стратегии инновационного развития страны с весьма значимым, дальним горизонтом планирования – 20 лет. Поручение это было сформулировано ещё Президентом в Послании Федеральному Собранию. Сегодня это программа совместных действий проектных и творческих команд, инвесторов, бизнеса, институтов развития, в конечном счёте государства. Они должны быть ориентированы на внедрение передовых технологий, на формирование новых глобальных рынков. В эту работу, помимо государства и бизнеса, вовлечены Академия наук, университеты, научные организации.
Правительство уже с Академией наук и с Агентством стратегических инициатив проделало определённую работу, были согласованы основные направления развития инициативы. Рабочие группы, включающие в себя и учёных, и предпринимателей сформулировали образы будущих глобальных рынков, начата разработка карт дорожных. Нам сейчас коллеги об этом вкратце расскажут.
Для нас важны и управленческие решения по этим вопросам, поэтому есть ряд предложений, как организовать эту работу, включая вовлечённость в неё нашего президиума Совета по модернизации экономики и инновационному развитию. В качестве органа оперативного управления предполагается формирование при нашем президиуме специальной межведомственной рабочей группы. Давайте эти предложения обсудим.
Теперь про инновационное развитие отрасли IT в контексте современного глобального развития. Имея в виду сложную внешнеполитическую обстановку, поддержка российских производителей, развитие собственных технологических решений, платформ, то есть инфраструктуры, – вопрос не только информационной, но и национальной безопасности, вне всякого сомнения. Наши IT-компании имеют неплохие конкурентные позиции на глобальных рынках, технологические разработки также у них неплохого уровня, многие пользуются спросом. Преувеличивать, наверное, наши нынешние позиции не нужно, иногда, я смотрю, мы здесь в какую-то другую крайность погружаемся, говорим о том, что мы чуть ли не самые передовые в мире в этой сфере. Это, конечно, не так, но и недооценивать наши возможности тоже не следует.
Поэтому у нас есть реальная возможность не только увеличить долю на внутренних рынках, но и нарастить экспорт программного обеспечения в ближайшие годы. Этому процессу нужно помочь, поддержать его по целому ряду направлений, обеспечить комфортные условия ведения бизнеса.
Работа эта начата, в том числе в рамках Стратегии развития отрасли информационных технологий на период до 2020 года. Там есть целый ряд преимуществ, преференций, включая льготные ставки по страховым отчислениям в государственные внебюджетные фонды, увеличение контрольных цифр приёма в вузы по специальностям информационных технологий. Улучшены условия для привлечения в отрасль иностранных специалистов, включая исполнительский уровень среднего звена, в ряде регионов установлена пониженная ставка налога на прибыль для IT-компаний (там порядка 15% вместо 20) – таких регионов пока несколько. Если будет интерес, я думаю, сами регионы должны определяться по приоритетам, что им развивать.
Поддерживают отрасль и институты развития, которые с 2008 года инвестировали в эти проекты, если считать по усреднённому курсу рубля к доллару, около 1 млрд долларов. Но здесь без помощи государства не обойтись. Я не буду называть, кто что проинвестировал: там есть и много проектов, и мало, у кого-то они профильные, у кого-то непрофильные. Тем не менее, в общем, такая работа велась с привлечением довольно приличного для наших институтов финансирования (но, конечно, по-хорошему количество денег в этой сфере должно быть существенно больше). Нам нужно продумать дополнительную систему мер поддержки IT-проектов, в частности в рамках созданного Национального экспортного центра, чтобы сократить издержки бизнеса на начальном этапе. Может быть, нужно будет разработать и ряд дополнительных преференций для наших компаний, включая преимущества при обеспечении государственных и муниципальных нужд. Следует также обсудить вопрос о льготах по страховым взносам в государственные внебюджетные фонды, об их продлении, потому что здесь есть разные позиции о том, что делать в этом направлении и чего не делать.
Вот те вопросы, которые мы сегодня на нашем заседании планируем рассмотреть. Просил бы всех выступать компактно, имея в виду, что значительная часть вопросов уже проработана и подготовлена. Я сначала дам высказаться коллегам по инициативе, а потом – по развитию информационных технологий. Сначала прошу и по тому, и по другому вопросу выступить министров. Дмитрий Викторович Ливанов, давайте.
![Главное](/images/star.png)
Заседание президиума Совета при Президенте Российской Федерации по модернизации экономики и инновационному развитию России.
Дмитрий Ливанов на заседании президиума Совета при Президенте Российской Федерации по модернизации экономики и инновационному развитию России.
Д.Ливанов: Спасибо, уважаемый Дмитрий Анатольевич. Уважаемые коллеги! Дмитрий Анатольевич, Вашим поручением обязанности по разработке национальной технологической инициативы в Правительстве Российской Федерации были возложены на Министерство образования и науки. Я коротко расскажу о проделанной нами работе и о тех соображениях по организационной рамке инициативы, которые на сегодняшний день сложились. Несколько замечаний по самому формату национальной технологической инициативы.
Первое. Мы анализировали аналогичные инициативы в других странах. Они были созданы в Китае, в Германии, в целом ряде других государств. Принципиальной особенностью инициатив подобного рода является эффективная консолидация усилий разных участников инновационного процесса – бизнеса, сферы образования и науки. Но всегда крайне важна активная поддержка государства. Вот эта активная, проактивная, я бы даже сказал, позиция государства по продвижению технологической инициативы является залогом успеха, именно это и позволяет создавать эффективные организационные решения, которые в дальнейшем являются катализаторами новых рынков.
Мы обращаем внимание на то, что ключевой вызов технологической инициативы – это преодоление разрыва между сферой фундаментальных результатов, с одной стороны, и сферы прикладных коммерциализируемых результатов, с другой стороны. И в этом преодолении важнейшую роль будут играть наши ведущие научно-образовательные центры, ведущие университеты и институты Федерального агентства по научным организациям. В этой связи мы предлагаем сформировать три исследовательских фронта. Фактически мы о них уже докладывали на заседании президиума. Это связано с развитием нейротехнологий, это связано с развитием передовых производственных технологий, это связано с развитием квантовых технологий и фотоники. Фактически сегодня, если мы посмотрим на исследовательскую повестку наших ведущих университетов, то они уже активно включены в работы по этим трём фронтам. Наш анализ показывает, что только в прошлом году общий объём средств, направляемых на исследования по этим трём направлениям, превысил 5 млрд рублей. При этом средства федерального бюджета составляют меньше половины этих средств. Поэтому мы считаем принципиально важным использовать уже существующие заделы наших ведущих университетов и научных организаций в «дорожных картах» НТИ, развивать их в формате центров технологических компетенций и передачи знаний, в том числе на базе созданной инфраструктуры инжиниринговых центров или центров передовых производственных технологий. По сути дела, координационные центры будут созданы в наших ведущих университетах – Московском физико-техническом институте, МГУ имени Ломоносова, питерском политехе и других.
Второе. Мы провели обсуждение инициативы со всеми заинтересованными ведомствами: это Агентство стратегических инициатив, Минпромторг, Минэнерго, Российская академия наук, Минэкономразвития, наши институты развития и так далее.
Последнее крупное обсуждение состоялось буквально неделю назад, это было расширенное заседание межведомственной комиссии по технологическому прогнозированию при нашем президиуме, и мы там окончательно синхронизировали наши позиции. Фактически сегодня все участники работы согласны с единым видением того, как нам предстоит действовать.
Третье. Системообразующие документы Национальной технологической инициативы – это «дорожные карты» по различным направлениям, нацеленные на формирование перспективных рынков. Эти карты должны включать в себя, во-первых, обоснование выбора конкретных рынков и групп технологий, во-вторых, целевые параметры этих рынков к 2035 году, третье – это необходимое для успеха технологическое, ресурсное, кадровое и инфраструктурное обеспечение, четвёртое – те институциональные преобразования, которые требуется провести, и, наконец, пятое – это ожидаемые результаты работы, система ключевых событий проектов и программ со сроками их осуществления, естественно, ответственными. За форсайт и разработку «дорожных карт», мы тоже об этом договорились, основную ответственность несёт Агентство по стратегическим инициативам (сейчас Дмитрий Николаевич Песков об этом расскажет), а рассмотрением проектов «дорожных карт», организацией работы федеральных органов исполнительной власти в связи с их согласованием, уточнением и исполнением будет заниматься специально созданная для этого рабочая группа нашего Совета по модернизации экономики. А за президиумом совета предлагается закрепить общее руководство Национальной технологической инициативы, включая как утверждение «дорожных карт», так и назначение лидеров рабочих групп, выдачу поручений федеральным органам исполнительной власти, институтам развития и так далее.
Следующее. Основные практические шаги по реализации Национальной технологической инициативы, которые нам предстоит осуществить в ближайшее время, – это закрепление за основными участниками соответствующих обязанностей и полномочий, прежде всего в части разработки и утверждения «дорожных карт». Это разработка со всеми заинтересованными министерствами и ведомствами порядка реализации этих «дорожных карт», и (естественно, к этому мог бы подключиться экспертный совет при Правительстве) это экспертная поддержка процессов разработки и реализации «дорожных карт».
Очень важную роль в успехе будет играть правильное формирование консорциумов, то есть институтов частно-государственного партнёрства по поддержке реализации отдельных инициатив. Здесь мы считаем важным сформировать требования к таким консорциумам, зафиксировать их функциональные обязанности и полномочия. Естественно, что здесь будут широко привлекаться и институты развития, имея в виду и то, что за Российской венчурной компанией предполагается закрепить функцию проектного офиса инициативы.
И в заключение два момента, касающиеся основной деятельности Министерства образования и науки применительно к работе по Национальной технологической инициативе. Первое. Мы просим закрепить за нами координацию научно-исследовательского и – совместно с профильными ведомствами – технологического аспектов реализации «дорожных карт». Во-вторых, мы обращаем внимание на то (это, кстати, очень широко обсуждалось во время всех предыдущих наших встреч), что в связи с реализацией Национальной технологической инициативы возникает острая потребность в ускоренном, интенсивном формировании человеческого капитала по целому ряду новых направлений. Здесь я уже отметил необходимость активного вовлечения ведущих университетов, в которых будут создаваться передовые образовательные программы и одновременно вестись исследования на переднем крае науки и технологий. Кроме этого мы будем уделять особое внимание развитию, внедрению новых продвинутых программ дополнительного образования детей. Это тоже крайне важно, поскольку именно интерес детей в конечном счёте создаёт мотивацию на поступление в ведущие университеты на инженерные, технологические программы, на занятие наукой. Спасибо за внимание.
Д.Медведев: Спасибо. Пожалуйста, продолжить прошу коллегу из Агентства стратегических инициатив, тоже максимально компактно.
9 июня в городе Иннополисе в Татарстане Дмитрий Медведев проведёт заседание президиума Совета при Президенте Российской Федерации по модернизации экономики и инновационному развитию России.
На заседании обсудят ход разработки Национальной технологической инициативы, а также развитие отрасли информационных технологий.
В заседании примут участие Заместитель Председателя Правительства А.В.Дворкович, помощник Президента Российской Федерации А.Р.Белоусов, Министр связи и массовых коммуникаций Н.А.Никифоров, Министр образования и науки Д.В.Ливанов, Министр Российской Федерации М.А.Абызов, генеральный директор АНО «АСИ» А.С.Никитин, главы профильных предприятий и организаций, представители научной общественности.
Заседание совета пройдёт на площадке технопарка им. А.С.Попова.
Также Председатель Правительства посетит соревнования всероссийского этапа Робототехнической олимпиады – 2015.
***
Мероприятия в целях развития отрасли информационных технологий планируются и реализуются в рамках Стратегии развития отрасли информационных технологий в Российской Федерации на 2014–2020 годы и на перспективу до 2025 года, утверждённой распоряжением Правительства Российской Федерации от 1 ноября 2013 года №2036-р.
Мероприятия направлены на улучшение институциональных условий развития ИТ-отрасли, сокращение дефицита рабочей силы, популяризацию ИТ как сферы деятельности, развитие исследовательской деятельности в области информационных технологий, международное сотрудничество и поддержку экспорта, поддержку развития малого ИТ-бизнеса в части создания инфраструктуры, импортозамещение программного обеспечения.
Численность работающих в ИТ-отрасли за 2013–2014 годы увеличилась на 20% по сравнению с 2012 годом, выручка и объём налоговых отчислений ИТ-компаний на протяжении этого периода показывали уверенный рост, сумма доходов аккредитованных компаний выросла до 311 млрд рублей. По опросу НП «Руссофт», выручка ИТ-компаний, пользующихся льготами по социальным отчислениям, растёт в пять раз быстрее выручки компаний, которые не имеют этих преференций. Средняя заработная плата в ИТ-отрасли в 2014 году выросла на 7,5% по сравнению с 2013 годом, у аккредитованных компаний она достигла 84 тыс. рублей, что более чем в два с половиной раза превышает среднемесячную заработную плату в целом по экономике.
Особое внимание в части развития информационных технологий в России уделяется разработке Национальной технологической инициативы (НТИ), инициированной в декабре 2014 года Посланием Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации.
В соответствии с Посланием Правительству Российской Федерации совместно с Агентством стратегических инициатив по продвижению новых проектов (АСИ) и Российской академией наук (РАН) поручено организовать разработку и реализацию НТИ. Разработкой НТИ в Правительстве Российской Федерации занимаются Минобрнауки России, Минпромторг России и Минэкономразвития России.
К настоящему времени АСИ при организационной и финансовой поддержке ОАО «РВК» и Фонда содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере сформировано 30 рабочих групп, охватывающих все перспективные рынки НТИ, а также три тематические области: «Университеты 3.0», кружковое движение и передовые производственные технологии.
Разработаны 10 «дорожных карт» по каждому из новых рынков и каждой из тематических областей. Карты содержат план-график реализации инициатив и нацелены на развитие ключевых сегментов (четыре-семь сегментов) рынков. Всего рабочими группами было предложено более 650 инициатив, 200 из которых были проработаны до уровня отдельных паспортов инициатив, включающих перечень требуемых мероприятий, сроки, а также ответственных за реализацию.
На предстоящем заседании президиума совета 9 июня 2015 года будут рассмотрены общий доклад о концепции формирования и реализации НТИ (цели, задачи, ключевые мероприятия и система управления), три «дорожные карты» первой очереди («АэроНэт», «АвтоНэт» и «НейроНэт»), а также предложение о создании межведомственной рабочей группы при президиуме Совета по модернизации экономики и инновационному развитию России по формированию и реализации Национальной технологической инициативы с проектом соответствующего положения о ней и списком участников.
Об итогах Международного семинара по вопросам оценки информационно-коммуникационной компетентности старших школьников в Армении 26-27 мая 2015 года
В рамках подведения итогов реализации совместной Программы Всемирного банка и Министерства финансов Российской Федерации по повышению качества базового образования (Russia Education Aid for Development, Программа READ) 26-27 мая в Ереване (Армения) прошел Международный семинар по вопросам оценки информационно-коммуникационной компетентности старших школьников. На мероприятии с участием экспертов, в том числе из России, Армении, Белоруссии, Казахстана и Великобритании, шла речь о готовности подростков использовать цифровые коммуникационные технологии для обучения и решения жизненных задач.
В рамках семинара представлен инструмент измерения информационно-коммуникационной компетентности школьников — Information and Communication Literacy Test (ICL Test), разработанный российскими специалистами (CICED) в ходе реализации Программы READ. Тест направлен на выявление способности тестируемого эффективно работать с информацией, оценку его навыков мышления.
Созданный российскими специалистами инструмент получает широкое распространение и за рубежом: уже проведены апробации в школах России, Великобритании, Белоруссии, Армении, Таиланда; продолжается его использование в Киргизии, Таджикистане, Казахстане, Ямайке и Ливане.
В ходе реализации Программы READ в Армении создана версия инструмента на армянском языке; адаптированы тестовые задания с учетом языковых и культурных особенностей, целей, задач и специфики содержания национальной системы общего среднего образования; протестировано около 2500 учащихся из всех 11 регионов Республики.
Присутствовавшие на семинаре руководители Министерства образования и науки, Центра тестирования и оценки Республики Армения высказали удовлетворение итогами реализации проекта внедрения инструмента оценки ИКТ-грамотности в Армении, подтвердили важность данной работы для развития образовательной системы и повышения качества базового образования в стране.
Заместитель министра образования Республики Армения Манук Мкртчян выразил благодарность Министерству финансов Российской Федерации и Правительству Российской Федерации за оказанную помощь в рамках Программы READ.
Программа READ инициирована Министерством финансов Российской Федерации в 2008 году и направлена на развитие систем оценки качества в странах СНГ, Азии и Африки (Армения, Киргизия, Таджикистан, Ангола, Мозамбик, Замбия, Вьетнам, Эфиопия), а также на укрепление национального потенциала России в оказании помощи развитию в сфере образования.
![Главное](/images/star.png)
Как сдержать Китай
Эндрю Крепиневич
Преимущества архипелажной обороны
Эндрю Крепиневич – президент Центра стратегических и бюджетных оценок
Резюме Некоторые полагали, что с ростом военной мощи китайские руководители почувствуют себя более защищенными и их поведение станет более сдержанным. Но более вероятным кажется совершенно иной сценарий.
Опубликовано в журнале Foreign Affairs, № 2, 2015 год. © Council on Foreign Relations, Inc.
В американских вооруженных силах «поворот к Азии» уже начался. К 2020 г. ВМС и ВВС планируют разместить 60% своих сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе. В то же время Пентагон вкладывает значительную долю своих сократившихся ресурсов в новые стратегические бомбардировщики и атомные подлодки, предназначенные для действий в обстановке повышенной опасности.
Эти изменения явно нацелены на сдерживание все более агрессивного Китая. И вполне обоснованно: растущие территориальные претензии Пекина угрожают практически всем странам вдоль так называемой «первой цепи островов», включающей части Японии, Филиппин и Тайваня, а Вашингтон взял на себя обязательства защищать эти государства. Но чтобы надежно сдерживать китайскую агрессию, Пентагону придется пойти еще дальше. Растущие возможности КНР ставят под вопрос способность Вашингтона обеспечивать военную поддержку союзников и партнеров. Хотя сдерживание через перспективу наказания в виде авиаударов и морской блокады может сыграть роль и заставить Китай воздержаться от авантюр, задача Вашингтона и его союзников и партнеров заключается в том, чтобы добиться сдерживания посредством лишения доступа – убедить Пекин в том, что он просто не сможет достичь своих целей силой.
Используя скрытый потенциал сухопутных войск США, а также союзников и партнеров, Вашингтон сможет реализовать эту задачу, создав систему взаимосвязанных оборонных рубежей вдоль «первой цепи островов» – «архипелажную оборону», – и таким образом лишит Пекин возможности достичь своих ревизионистских целей путем агрессии или давления.
РИСКИ РЕВИЗИОНИЗМА
Китай утверждает, что его подъем имеет мирные цели, но действия говорят совсем о другом – ревизионистская держава стремится к доминированию в западной части Тихого океана. Пекин претендует не только на Тайвань, но и на японские острова Сенкаку (по-китайски Дяоюйдао) и большую часть из 1,7 млн квадратных миль, которые составляют Восточно-Китайское и Южно-Китайское моря, где еще шесть стран выдвигают различные территориальные претензии. Пекин никак не оправдывается и не извиняется за свою позицию. Так, в 2010 г. тогдашний министр иностранных дел КНР Ян Цзечи одним махом отверг все опасения по поводу экспансионизма Пекина, заявив: «Китай – большая страна, а другие страны – маленькие, и это факт».
Вспомните последние действия Пекина в Южно-Китайском море. В марте 2014 г. береговая охрана КНР лишила Филиппины доступа к островам Спратли. Спустя два месяца Китай попытался установить буровую вышку в исключительной экономической зоне Вьетнама, произошли столкновения с вьетнамскими рыболовецкими судами. Ранее произошел ряд инцидентов в Восточно-Китайском море. В сентябре 2010 г. в ответ на задержание капитана китайского рыболовецкого судна, который протаранил два корабля японской береговой охраны, Пекин приостановил экспорт в Японию редкоземельных металлов, необходимых для производства мобильных телефонов и компьютеров. В ноябре 2013 г. Пекин в одностороннем порядке ввел над спорными островами Сенкаку и другими районами Восточно-Китайского моря «зону идентификации ПВО», где действуют его собственные правила регулирования воздушного движения. Китайские власти предупредили, что против самолетов-нарушителей будут приняты военные меры.
Некоторые полагали, что с ростом военной мощи китайские руководители почувствуют себя более защищенными и их поведение станет более сдержанным. Но более вероятным кажется совершенно иной сценарий. На самом деле провокации совпали с резким наращиванием военных мускулов. Пекин вкладывает средства в новые возможности, которые представляют прямую угрозу региональной стабильности. Например, Народно-освободительная армия Китая (НОАК) расширяет возможности по преграждению доступа к отдельным районам (anti-access/area-denial), чтобы помешать армиям других стран оккупировать или пересечь значительную территорию, но очевидно конечная цель – сделать западную часть Тихого океана запретной зоной для войск Соединенных Штатов. Для этого разрабатываются средства блокирования систем командования и контроля Пентагона, координация операций и логистика которых зависят от работы спутников и интернета. В последние годы НОАК удалось добиться значительного прогресса в этом направлении: проводятся испытания противоспутниковых ракет и лазеров для блокирования американских спутников, оборонные сети США подвергаются масштабным кибератакам.
Китай также расширяет возможности по противодействию военным силам и ограничению маневров американских ВМС в международных водах. НОАК уже имеет на вооружении обычные баллистические и крылатые ракеты, способные атаковать крупные военные объекты Соединенных Штатов в регионе, включая базу ВВС Кадена на японском острове Окинава, и разрабатывает самолет «стелс» для ударов по целям вдоль «первой цепи островов». Чтобы обнаруживать военные корабли на больших расстояниях, НОАК развернула мощные радары и спутники слежения, а также использует беспилотники для дальних разведывательных полетов. Для противодействия американским авианосцам и кораблям сопровождения китайские ВМС получают субмарины, оснащенные современными торпедами и высокоскоростными крылатыми ракетами для дальних ударов.
Действия Пекина нельзя объяснить реакцией на наращивание вооружений США. В последние 10 лет Вашингтон сосредоточил максимум усилий и ресурсов на обеспечении своих сухопутных войск в Афганистане и Ираке. Оборонный бюджет Соединенных Штатов, который до недавнего времени превышал 4% от ВВП страны, по прогнозам, опустится ниже 3% к концу десятилетия. Проще говоря, Пентагон сокращает военный потенциал, в то время как НОАК его увеличивает.
Тем не менее если полагать, что истоки нынешней политики коренятся в прошлом, то КНР не будет стремиться к достижению экспансионистских целей посредством открытой агрессии. Придерживаясь собственной стратегической культуры, Пекин хочет медленно, но неумолимо изменить военный баланс в регионе в свою пользу, чтобы у других стран не было иного выбора, кроме как принять силу Китая. Большинство морских соседей убеждены, что дипломатическое и экономическое вовлечение не изменят этот основополагающий факт. Некоторые из них, включая Японию, Филиппины и Вьетнам, акцентируют внимание на противодействии амбициям Пекина. Однако они прекрасно понимают, что, действуя в одиночку, не помешают Китаю двигаться к своей цели. Только при материальной поддержке США можно сформировать единый фронт, чтобы удержать Пекин от агрессии или давления.
ЭФФЕКТИВНОЕ СДЕРЖИВАНИЕ
Если Вашингтон хочет изменить расчеты Пекина, ему нужно лишить Китай возможности контролировать воздушное и морское пространство вокруг «первой цепи островов», поскольку только доминируя в воздухе и на море, НОАК сможет изолировать архипелаг. Соединенным Штатам также необходимо интегрировать боевые системы союзников и усовершенствовать их арсеналы – это позволит противодействовать усилиям НОАК по дестабилизации военного баланса в регионе. Этих целей можно добиться с помощью сухопутных войск, которые не заменят существующие ВВС и ВМС, а дополнят их.
Что касается ПВО, то государства, расположенные вдоль «первой цепи островов», могут усилить свои возможности лишить Китай доступа в воздушное пространство путем развертывания армейских подразделений, оснащенных мобильными и относительно простыми ракетами-перехватчиками малого радиуса действия (например, Evolved Sea Sparrow при поддержке РЛС Giraffe для обнаружения целей). Одновременно армия США вместе с такими союзниками, как Япония, могла бы использовать усовершенствованные системы большего радиуса действия, способные перехватывать китайские крылатые ракеты и уничтожать новейшие самолеты. Не являясь частью «первой цепи островов», Вьетнам уже начал расширять свой потенциал в воздушном пространстве, и это может способствовать совместным оборонным усилиям.
Также стоит задача по лишению НОАК морского контроля, который она должна наращивать для проведения наступательных операций против островов. Высокопоставленные члены Конгресса предлагают армии США подумать о возрождении артиллерийских подразделений для береговой обороны, от которых отказались после Второй мировой войны. Идея проста и кажется убедительной. Вместо того чтобы рисковать военными кораблями в зоне досягаемости НОАК или перенаправлять подлодки с приоритетных направлений, американцы и их союзники могли бы использовать сухопутные войска, базирующиеся вдоль «первой цепи островов» и вооруженные мобильными пусковыми установками и противокорабельными крылатыми ракетами, чтобы выполнять те же задачи. Именно так поступила Япония, разместив пусковые установки противокорабельных крылатых ракет на островах Рюкю во время военных учений. Аналогичные системы развернул Вьетнам. Другие страны могли бы последовать их примеру – самостоятельно или при финансовой, обучающей и технической поддержке Соединенных Штатов.
Еще одна задача, которой могли бы заняться сухопутные войска США и союзников, – морские мины. Традиционно военные корабли закладывают мины или обезвреживают их, чтобы ограничить или обеспечить проход через узкие проливы. Хотя разминирование останется преимущественно функцией ВМС, сухопутные войска, особенно если они будут дислоцированы вблизи ключевых проливов, связывающих Восточно-Китайское и Южно-Китайское моря с океаном, способны играть более заметную роль в установке мин. Обладая возможностью закладывать морские мины с наземных баз с помощью ракет малого радиуса действия, вертолетов и барж, сухопутные войска могут сделать значительные морские районы недоступными для китайских ВМС. Минные поля в «узких горлышках» вдоль «первой цепи островов» серьезно затруднят продвижение китайских военных кораблей и помешают беспокоить ВМС союзников. В то же время береговые батареи противокорабельных ракет сделают операции по разминированию очень рискованными для кораблей НОАК.
В долгосрочной перспективе сухопутные войска смогут также поддерживать операции против растущего подводного флота НОАК. Главное для подлодки – оставаться незамеченной; при обнаружении она должна избегать контакта, в противном случае ей грозит уничтожение. Установив низкочастотные и акустические датчики в водах в районе «первой цепи островов», США и их союзники улучшат возможности обнаруживать подлодки НОАК. Тогда береговые артиллерийские подразделения используют ракеты-торпеды, чтобы заставить субмарины прекратить поход и уйти.
Если Китай атакует союзника или партнера Соединенных Штатов, даже небольшой контингент американских сухопутных войск поможет местным силам оказать решительное сопротивление. Современные конфликты в Юго-Восточной Азии и на Ближнем Востоке показали, чего могут добиться небольшие нерегулярные сухопутные подразделения при наличии современного вооружения и грамотных советников. Благодаря американским советникам и авиации армия Южного Вьетнама смогла противостоять полномасштабному наступлению превосходящих по численности войск Северного Вьетнама в 1972 году. Спустя почти 30 лет, в 2001-м, небольшой контингент сил специального назначения США при содействии штурмовой авиации помог «Северному альянсу» нанести поражение «Талибану» в Афганистане. В 2006 г. боевики «Хезболлы» в Ливане при поддержке иранских советников воевали с израильской армией, и через месяц ситуация зашла в тупик.
Аналогичные действия американских сухопутных войск в Тихоокеанском регионе могут превратить захват и оккупацию территории в чрезвычайно затратное предприятие для Китая, особенно если местные силы будут иметь современную подготовку и вооружение. Наличие высокоточных реактивных снарядов и ракет малого радиуса действия, а также ПЗРК максимально повысят эффективность партизанских отрядов сопротивления.
Взяв на себя больше ответственности за лишение НОАК контроля в воздухе и на море, который необходим для наступательных операций, сухопутные войска позволят ВВС и ВМС США и союзников сосредоточиться на задачах, которые могут выполнить только они – например, дальнее наблюдение и нанесение авиаударов. Если сдерживание провалится, воздушные и морские силы окажутся жизненно необходимы для защиты «первой цепи островов» и лишения НОАК преимущества. Например, НОАК может сконцентрировать силы в любой точке вдоль «первой цепи островов» гораздо быстрее, чем американцы и их союзники, войска которых рассредоточены на большой территории. Кроме того, Китаю не нужно искать компромисс между противоречивыми национальными интересами. (В случае нападения на один из «островов первой цепи» другие страны скорее всего захотят оставить войска на месте, чтобы защитить свою территорию.) Освободив ВВС и ВМС Соединенных Штатов от участия в лишении Китая контроля в воздухе и на море, сухопутные войска позволят им находиться в резерве и быть готовыми к быстрой передислокации для защиты уязвимого звена в цепи.
Чтобы политика сдерживания оказалась успешной, необходима и реальная угроза ответного удара, и в этом сухопутные войска тоже могут помочь. В настоящее время американское вооружение, предназначенное для нанесения точного ответного удара, находится на уязвимых передовых авиабазах и авианосцах. Пентагон планирует решать проблему, строя новые подлодки и стратегические бомбардировщики «стелс», но стоимость этих проектов очень высока, особенно учитывая сравнительно небольшую боевую нагрузку. Сухопутные войска, напротив, предлагают более дешевый способ повысить огневую мощь. В отличие от ВВС и ВМС, сухопутным войскам не нужно возвращаться на дальние базы, чтобы пополнить боезапас. Они обладают большим боезапасом, чем любой бомбардировщик или военный корабль, и готовы поместить вооружение в бункеры, которые надежнее защищены от атак.
Кроме того, в случае конфликта НОАК в состоянии воспользоваться асимметричным преимуществом – значительным арсеналом баллистических ракет средней и меньшей дальности наземного базирования. США, подписавшие Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, не могут использовать такое оружие. Однако оснастив сухопутные войска относительно недорогими ракетами разрешенной дальности и разместив их на «островах первой цепи», чтобы снизить расходы на доставку ракет на большие расстояния, Вашингтон вместе с союзниками сможет решить проблему дисбаланса при относительно небольших затратах. И если сухопутные войска окажутся не в состоянии оперативно отреагировать на прорыв обороны одного из островов цепи, подразделения на соседних островах быстро перенацелят ракеты на район, оказавшийся в опасности.
Возможно, главная уязвимость «первой цепи островов» связана с американскими армейскими сетями – важнейшими системами, которые управляют всем: от направления и отслеживания войск и их снабжения до наведения оружия. В настоящие время работа этих систем в значительной степени зависит от спутников и беспилотников без технологии «стелс», которые могут стать целями для НОАК. Лучший способ снизить риски – создать коммуникационную сеть из оптоволоконного кабеля, проложенную под землей и по морскому дну. Это позволит разрозненным подразделениям безопасно передавать и получать данные от укрепленных командных центров на суше. Базирующиеся на островах подразделения ПВО и морского контроля, а также противокорабельные минные поля обеспечат защиту кабелей, проложенных между островами.
ИСКУССТВО ВОЗМОЖНОГО
Как и любая оперативная концепция, архипелажная оборона может столкнуться с несколькими препятствиями. Два основных – это финансы и геополитика, т.е. предполагаемые затраты и готовность стран «первой цепи островов» к сотрудничеству. Несмотря на стоимость нового проекта, военные эксперты в США начинают понимать, что планируемое сокращение бюджета Пентагона не соответствует текущей все более опасной обстановке. Комиссия по национальной обороне, в которую входят военные эксперты обеих партий, недавно рекомендовала администрации Обамы и Конгрессу вернуть военные расходы на уровень, первоначально заявленный в бюджете Пентагона на 2012-й финансовый год. Если эти рекомендации будут приняты, ресурсы Пентагона в ближайшие 10 лет существенно возрастут.
Пентагон может привести следующий аргумент: инвестирование средств в архипелажную оборону в будущем принесет плоды и за пределами западной части Тихого океана. Например, так называемая доктрина «воздушно-наземной операции», разработанная в 1970-е гг. для сдерживания атак Организации Варшавского договора на НАТО, оказалась эффективной не только в Центральной Европе, Америка и ее союзники в модифицированной форме использовали ее во время войны в Персидском заливе в 1990–1991 годах. Аналогичным образом Пентагон сможет использовать многие возможности архипелажной обороны для защиты других ключевых регионов, включая союзников и партнеров в Персидском заливе и на Балтике.
Если Министерство обороны не добьется увеличения бюджета, оно все равно сможет произвести изменения, чтобы лучше соответствовать нынешней ситуации в мире. Приведем пример: Пентагон по-прежнему выделяет значительный контингент сухопутных войск для защиты Южной Кореи от атак КНДР. Однако масштабное вторжение маловероятно; главная угроза состоит в том, что Пхеньян в силах нанести ракетный удар, используя ядерные или химические боеголовки. В любом случае население Южной Кореи в два раза превышает население страны-противника, а подушевой доход выше более чем в 15 раз. Сеул может и должен взять на себя большую часть затрат на собственную защиту от традиционного наземного вторжения.
Даже при наличии необходимых ресурсов иметь дело с целой группой региональных союзников – безусловно серьезный вызов. Американским сухопутным войскам придется выполнять разные задачи в зависимости от страны. Япония обладает значительным военным потенциалом и может усилить сухопутную оборону без поддержки США. На Филиппинах, напротив, американским войскам скорее всего придется взять на себя более существенную роль. В обеих странах увеличение численности армейских частей Соединенных Штатов обеспечит определенный уровень доверия, который не создают ВВС и ВМС, так как их можно быстро вывести. Тайваню, учитывая отсутствие дипломатических отношений с Вашингтоном, придется обходиться практически без американской помощи.
Некоторые страны, в частности Япония и Вьетнам, уже продемонстрировали серьезность намерений по поводу укрепления своих рубежей, которое потребуется для архипелажной обороны. Другие страны за пределами «первой цепи островов», включая Австралию и Сингапур, кажется, готовы оказать логистическую поддержку. НАТО потребовалось более 10 лет, чтобы обеспечить эффективное неядерное сдерживание стран Варшавского договора. Очевидно, что США и их союзникам не удастся создать архипелажную оборону за один день.
Приняв эту стратегию сейчас, Вашингтон и его друзья смогут распределить расходы на создание такой обороны. А пока, учитывая продолжающееся военное соперничество в регионе, Соединенные Штаты и их союзники должны прилагать максимум усилий для сохранения региональной стабильности и процветания. Конечно, архипелажная оборона – не панацея от всех форм китайской агрессии, так же как натовская доктрина неядерного сдерживания не сняла всех угроз, которые представляли национально-освободительные войны и наращивание ядерного арсенала Москвы. Но создание такой системы является важнейшим – и давно назревшим – первым шагом в противодействии ревизионистским амбициям Китая.
В дверь стучится Шиитский Арабистан
Владимир Алексеев
Неожиданно из Эр-Рияда прозвучало заявления йеменского президента в «изгнании» Абу Мансура Хади о его намерении идти на компромиссы со своими противниками. Бежавший в Саудовскую Аравию Абу Мансур Хади согласился на переговоры с повстанцами-хуситами, хотя еще 28 мая он отказался от проведения в Женеве международной конференции по Йемену, не желая видеть хуситов за столом переговоров. Формально Хади и раньше был готов к переговорам, однако он выдвигал для хуситов и их союзников из Всеобщего народного Конгресса (ВНК) Али Абдалла Салеха невыполнимые условия, требуя отказаться от вооруженной борьбы и освободить занятые территории. Казалось бы, наконец-то возобладал разум. Но в реалии дела обстоят по-другому. Просто КСА срочно нужно перемирие с Йеменом, чтобы перебросить свои войска с юга в Восточную провинцию, где вспыхнули мятежные выступления местных шиитов. Более того, от имени шиитской «Коалиции Свободы и Справедливости» на днях провозглашена «Республика Эль-Хаса и Эль-Катиф», противопоставляемая «Королевству ваххабизма и саудитов». Уже разработана карта-схема Аравии с обещанием поднять «Знамя Ахль аль-Бейт» (т.е. семьи Пророка, которую шииты ограничивают Фатимой, Али, Хасаном, Хусейном и их потомками) над всей Аравией, но уже без Саудитов. То есть она включает не только территорию Восточной провинции КСА, но и ОАЭ, Катар и Оман, а также юго-восточные районы саудовского королевства.
КСА проигрывает войну
Йеменская вооруженная авантюра, как, впрочем, и вмешательство саудовцев в Сирии и Ираке, сильно ослабили королевство. Сосредоточив 30-тысячную группировку своих войск на границе с Йеменом, Эр-Рияд оголил все остальные направления. При этом ВС КСА не осмеливаются войти в Йемене, опасаясь там позорного разгрома. И убрать войска нельзя, так как хуситы, уставшие от бомбардировок их страны, перешли в контрнаступление и вторглись в нескольких местах на саудовскую территорию в Джезьяне и Наджране. Разгромлены многие пограничные КПП КСА, погибли десятки военнослужащих, население из приграничных территорий, многие из которых имеют йеменские и шиитские корни, бегут вглубь королевства, в том числе в Эр-Рияд. На некоторых участках хуситы продвинулись вглубь на 30-40 км. И это происходит под лозунгами освобождения «оккупированной» саудовцами йеменской земли (в реалии – это спорные территории). Более того, пошли разговоры о том, что надо восстановить йеменский суверенитет над Аль-Асиром и Наджраном, где проживают либо йеменские племена численностью до 2-2,5 млн.чел, либо шииты-исмаилиты численностью около 1 млн. чел. А некоторые лидеры хуситов идут дальше, утверждая, что именно им исторически принадлежала во времена Зейдитского имамата Мекка и Медина. На этом фоне и вспыхнул мятеж шиитов в Восточной провинции.
У саудовских шиитов лопнуло терпение
Поскольку после недавней смены власти в Эр-Рияде и резкого снижения цен на нефть ситуация в самой Саудовской Аравии и без Йемена достаточно удручающая, а тут еще в Восточной провинции произошло два громких теракта якобы «Исламского государства» (ИГ) против шиитов. Причем взрывы будто бы производил именно «местный» филиал ИГ, который действует на саудовской территории, а не иракская его часть, от которой королевство отгородилось стеной на севере. 22 мая в шиитской мечети местечка Аль-Кудейх (Эль-Катиф) была осуществлена террористическая акция, и ее исполнителем стал смертник, саудовский гражданин. По официальным саудовским данным – 21 погибший, 97 раненых, среди жертв шестилетний ребенок. А 29 мая у шиитской мечети в городе Даммам произошел новый террористический акт в шиитской мечети (трое погибших, много раненых). В результате этих терактов в Восточной провинции Саудовской Аравии, населенной в основном шиитами, начинается восстание против династии Саудидов – на улицы городов уже вышли люди с транспарантами, провозглашающими республику Эль-Катифа и Эль-Хасы. Так, после теракта вблизи Эль-Катифа был перерезан участок дороги на Даммам, и там было водружено знамя с портретами имамов Хасана и Хусейна (сыновья последнего праведного халифа Али и мученики, с точки зрения шиитов, так как они были убиты последователями Сунны).
Но ответственность за теракты взял на себя «Вилайет Неджд» − местное ответвление «Исламского государства». При этом игиловцы ещё и сделали призыв к «единобожникам» исполнить завет пророка Мухаммеда и очистить Землю Двух Святынь от нечисти «рафидитов-многобожников» (так салафиты-ваххабиты в Саудовской Аравии называют шиитов) и, что очень важно, очистить Землю Двух Святынь от нечисти «их покровителей – вероотступников и тиранов – Ааль Салюль и тех, «кто приукрашивает их деяния».
То есть, по сути, здесь уже прозвучал призыв к восстанию против династии Саудидов, которые называются в тексте Ааль Салюль – по имени матери того мединского соперника Пророка Мухаммада, который стал именем нарицательным «лицемера», принявшего ислам, но сговаривавшегося против Пророка с иудейскими племенами Медины. «Те, кто приукрашивает их деяния» − это часть ваххабитского духовенства, поддерживающая династию Саудидов. А подобный призыв ИГ – это ни что иное как лозунг «арабской весны» в «аравийском исполнении» − с участием «Исламского государства».
Причем, как это ни парадоксально, и с участием шиитов, проживающих на территории Королевства, которые адекватно отреагировали на эти теракты. Они расценили их как действия, спровоцированные религиозной ваххабитской и салафитской пропагандой, которая ведется в Аравии в течение всей истории саудовского государства. И протестуют шииты не против «Исламского государства», которое последовательно реализует салафитско-ваххабитский политический проект, разрабатывавшийся в течение десятилетий под патронажем Саудидов для разных районов исламского мира, а против Саудидов. Тем самым они отделили свои территории от тех районов, где проживают сунниты. Более того, есть неподтвержденные официально данные о том, что между шиитами КСА и ИГ проходят тайные контакты на предмет раздела сфер влияния. Существует и другая версия – узнав об этом, саудовские спецслужбы устроили теракты против шиитов, чтобы настроить их против ИГ и сорвать переговоры о разделе королевства и его нефтяных доходов.
В этой ситуации Эр-Рияду надо что-то срочно предпринимать. Одно дело – разжигать войны против шиитов в Сирии, Ираке и Йемене. И совсем другое – противостоять начинающемуся шиитскому мятежу у себя дома, да еще на фоне активизации ИГ. Но для этого надо срочно перебросить армию с йеменской границы.
Кто же совершил теракты?
Саудовские криминалисты и следователи утверждают, что материалы к изготовлению самодельного взрывного устройства (СВУ) террористом-смертником завезены из-за рубежа. В первую очередь они имеют в виду в виду Иран (Восточная провинция находится на побережье Персидского залива) и Йемен. Хотя все это притянуто за уши. Иран не занимается терроризмом. А Йемен слишком далеко. Может, все-таки сами саудовские спецслужбы стоят за этим? Вряд ли. Опасно. Может быть утечка информации изнутри.
Несмотря на то, что ответственность за теракт, как и в первом случае, взяла на себя группировка ИГ, практически все эксперты сомневаются в этом. Прежде всего указывается на различный почерк проведения атак. ИГ, что в Сирии, что в Ираке, использует в основном СВУ, которые состоят из большого количества поражающих элементов, а тактика совершения подобных подрывов более изощренная и широкомасштабная. Кроме того, фактически всегда совершается серия подрывов, что позволяет вначале ликвидировать барьеры безопасности, а затем ударить собственно по мечети или иной цели, и очень редко совершается единичный подрыв. В саудовском случае наблюдается использование современного СВУ, изготовленного в фабричных условиях, поражающая сила которого усиливается за счет «навеса» на террориста-смертника различных емкостей с поражающими элементами – их можно спокойно купить на местном рынке. Причем во втором теракте таких «навесов» фактически не было, что наталкивает на мысль о лимитировании запасов из опасения закупать их вновь в условиях повышенных мер безопасности. Из всего этого вытекает логичный вывод о том, что террористы получают современные СВУ из-за границы при отсутствии лаборатории «на месте», что минимизирует риск провала. Кроме того, диверсии на объектах нефтяной инфраструктуры для ИГ является более приоритетной целью, чем попытка спровоцировать саудовских шиитов на волнение. А именно эта цель ставится при совершении атак на шиитские мечети. Поэтому очень похоже на использование саудовских «подпольщиков»-одиночекпри руководстве иностранных спецслужб. Возникает естественный вопрос – а кто в этом заинтересован? Может быть США и Великобритания, которые уже выработали план расчленения КСА путем раскола королевства на новые образования и анклавы между племенами и этно-конфессиональными группами, уставшими от дикостей правлений Саудидов?
В любом случае, надо отбросить версию о причастности к данным терактам структур ИГ, даже несмотря на все их официальные заявления. Тем более, что сторонники ИГ вообще стараются упоминать свой бренд везде, где только можно, и брать ответственность на себя за все резонансное теракты. Это их общий подход к ведению пропагандистской войны. К этой же серии надо отнести и последние заявления ИГ о готовности купить «атомную бомбу» у Пакистана, поскольку де на «счетах» организации находятся миллиарды долларов. Такие взбросы преследуют цель доказать могущество организации и показать ее высокий финансовый потенциал. Одним словом, многие западные и арабские эксперты очень сомневаются в причастности ИГ к терактам в шиитских мечетях.
Глобальные и региональные последствия распада Саудовской Аравии
Мятеж в шиитской нефтеносной Восточной провинцию КСА выгоден в политическом плане, прежде всего Ирану, йеменским хуситам, Ираку, Сирии и ливанской «Хизбалле», а также, как ни странно, США. Эр-Рияд изрядно надоел в последнее время всем регионалам, включая партнеров по ССАГПЗ, своими действиями по разжиганию суннито-шиитской конфронтации, провоцированию внутренних конфликтов и прямым вмешательством, в том числе в финансовом и военном плане, во внутренние дела стран региона. Да и Вашингтон подустал от наглости Саудитов, которые, к тому же, захотели взять на себя роль регионального «жандарма» на Ближнем Востоке, да не справились. В результате, этот стратегически важный район, как в плане его особой энергетической значимости для всего мира, так и с точки зрения его нахождения на пересечении важных транспортных мировых артерий, оказался в ситуации хаоса и нестабильности. Повсюду войны, терроризм и нестабильность. На этом фоне многие на Западе подумали, так не легче ли будет, если роль «стабилизатора» перейдет к предсказуемой региональной державе, например, Ирану?
Тем более, что Эр-Рияд все-таки принял решение о срочной переброске в Восточную провинцию дополнительных частей Национальной гвардии и спецназа. Таким образом объективно ослабляется прикрытие йеменской границы, на которой активность хуситов уже привела к захвату ряда укрепленных КПП, и даже нескольких складов с вооружением. То есть стимулируется открытие «второго фронта» уже в тылу врага, который, в случае его активизации приведет к серьезным проблемам не только с точки зрения собственно системы региональной безопасности, но и перебоев с нефтедобычей и экспорта нефти в Европу и Азию. Нестабильность в этом регионе является «кошмарным сном» для саудовской элиты, и организаторы терактов это прекрасно учитывали. В любом случае можно констатировать, что своей цели организаторы терактов добились.
И вполне вероятно, тем более что и новая карта Аравии и прилегающих к ней регионов уже опубликована, что через несколько месяцев, максимум через 2-3 года, здесь возникнут совершенно новые государственные образования. Например, Шиитское государство на базе Восточной провинции КСА, расширенный за счет прилегающих к нему саудовских территорий Большой Йемен с преобладающим шиитским населением, «Шиитстан» (провинция шиитов, территория, где проживают шииты) на половине территории современного Ирака, ну, и, естественно, супермощный Иран. При этом велика вероятность того, что все шиитские арабские государственные образования создадут единую страну или федерацию шиитских арабских республик, с огромным населением численностью не менее 50 млн. чел. на территории нынешних Южного Ирака, Сирии, части Ливана, Кувейта, Восточной провинции КСА, Катара, ОАЭ, Бахрейна, Омана, Йемена, Наджрана и Аль-Асира, обладающую вместе с Ираном всеми нефтяными и газовыми ресурсами Персидского залива и части Ближнего Востока.
Это арабское шиитское государство протянется вдоль всего западного берега Персидского залива, сделав его с Ираном внутренним «шиитским морем», Аравийского моря и части Красного моря. Его союз с Ираном создаст новую геополитическую реальность в мире, которая по своей финансово-экономической мощи приблизится к уровню мировой державы. И в союзе арабского Шиитстана и шиитского Ирана не будет разногласий, учитывая, что революционные идеи Хомейни поддерживаются арабскими шиитами, а в духовном плане нахождение главных шиитских святынь – Неджефа и Кербеллы – в Ираке обеспечивают религиозную пассионарность арабских шиитов. Это может стать союзом двух равноправных народов на основе общности религии и неприятия духовных ценностей испорченной Западом салафито-ваххабитской части суннитского ислама.
Дело идет к созданию крупного арабского шиитского государства. Мир находится на пороге колоссальных изменений. Мировое сообщества вынуждено будет признать эту новую реальность. США и Запад не смогут помешать, противостоять этому процессу и, тем более, подойти к этому фактору с позиции силы. Они не смогут как раньше зайти с заднего двора и решать свои вопросы. Китай одним из первых признает новое геополитическое образование и будет строить с ним свои отношения на равноправной и партнерской основе. Россия сможет напрямую выстраивать взаимоотношения с этим государством, и у нее появится исторический шанс вновь вернуться в арабский мир (уже без противодействия США, Запада и подконтрольных им политических блоков и организации). Самым серьезным образом изменится конфигурация мира, исчезнет ССАГПЗ, совершенно другим и более активным станет ОИС. В духовном плане главным ориентиром нового образования останется Тегеран. В воздухе витает дух и образ нового геополитического альянса, мощнейшего центра силы в лице России – Шиитского Арабистана – Ирана.
************
Конечно, кто-то может подумать, что все это – фантазии или голые прогнозы, не подкрепленные фактами. Однако это не так. Ведь речь не идет о том, в какой точно день и час развалится КСА (никто же не смог предсказать точную дату распада советской империи), и какие конкретно государства в каких точно границах возникнут в регионе в результате нынешних катаклизмов. Здесь изложены тенденции с весьма вероятным исходом и перечислением возможных сценариев на базе конкретных фактов и того, что сегодня происходит в Аравии и вокруг нее. И не важно, где пройдут новые границы. Но ясно одно: начав разжигание «цветных революций» и суннито-шиитского конфликта, подогревая нездоровые страсти вокруг Ирана, вмешиваясь в открытую в дела арабских стран со сложной этно-конфессиональной структурой, правители КСА получили логический результат: конфессиональный конфликт с шиитами, терроризм в лице ИГ и угрозу «цветной революции» − все это пришло к ним бумерангом. Как гласит русская поговорка, «не рой другому яму, сам в нее попадешь».
Ливан просит США продать ракеты «Хеллфайр»
Государственный департамент США вынес определение об утверждении возможной продажи Ливану партии противотанковых ракет AGM-114 Hellfire II, соответствующих компонентов, запчастей и услуг на сумму 146 млн долл, сообщает asdnews.com.
Правительство Ливана запросило продажу 1000 ракет этого типа. Госдеп пришел к выводу, что продажа этого оружия укрепит внешнюю политику и национальную безопасность США и послужит интересам народов обеих стран.
Такое стандартное уведомление о возможной продаже требуется по законодательству США, и не означает, что контракт будет заключен (фото – ракета AGM-114P Hellfire в арсенале ударного беспилотника MQ-9 Reaper - ВП).
![Главное](/images/star.png)
Дмитрий Медведев провёл совместное заседание попечительских советов Южного и Сибирского федеральных университетов.
Глава Правительства России Дмитрий Медведев является председателем попечительских советов Южного и Сибирского федеральных университетов.
Всем привет! Поздравляю студентов и преподавателей Южного федерального университета с юбилейной датой. Вы отмечаете 100-летие, если исчислять возраст от ваших предшественников. На самом деле 100 лет – это и много, и мало. Сегодня Южный федеральный университет – один из ведущих университетов нашей страны. Мне очень приятно, что я имею некоторое отношение к его созданию в новом, нынешнем качестве. И надеюсь, что предстоящие 100 лет будут ещё более успешными. А сегодня университет – это все вы. Вы – наше будущее. Хочу пожелать вам максимальных успехов, хочу, чтобы вы все стали классными специалистами. Уверен, что это возможно сделать в стенах Южного университета. И в эту прекрасную дату, в этот прекрасный день желаю, чтобы вы справились с текущими трудностями и после этого мероприятия всё-таки успешно сдали сессию. Она же не для всех ещё закончилась. Успехов вам всем! С праздником! До встречи!
Стенограмма заседания попечительских советов Южного и Сибирского федеральных университетов:
Д.Медведев: Добрый день, коллеги! У нас сегодня мероприятие, которое, скажем так, у нас давно не проводилось. Это третье совместное заседание попечительских советов Южного и Сибирского федеральных университетов.
Мы их несколько раз проводили после создания двух, тогда первых федеральных университетов. Первое заседание было в апреле 2008 года в Москве, второе – в феврале 2013-го в Красноярске. И сегодня мы встречаемся на юге, в Ростове-на-Дону, в стенах Южного федерального университета, который отмечает по принципу правопреемства в этом году своё столетие. Я поздравляю с юбилеем всех преподавателей, всех студентов, всех, кто в разные годы и в разных стенах разных учебных заведений, объединённых сегодня под лейблом университета, учился, нынешних студентов, конечно, у которых сессия.
Университет менялся, менял своё название, структуру, но самое главное, что сейчас он развивается как один из первых двух федеральных университетов и сегодня является не только ведущим вузом юга России, но и одним из 10 федеральных университетов.
Мы создавали систему федеральных университетов, по сути лидеров, чтобы соответствовать требованиям глобального мира, современной экономики, готовить для регионов специалистов качественно иного уровня, способных к творческой работе, к практической работе, объединяя и гуманитариев, и технарей. Такие университеты должны стать своего рода большими корпорациями, интегрированными, многопрофильными структурами, где есть и учебные аудитории, и инновационные центры, и опытные производства, и, самое главное, условия для апробации результатов, для разработки и внедрения новых технологий – всё, что в конечном счёте должно дать импульс развитию целых территорий и даже федеральных округов.
Под эти стратегические задачи были выстроены программы развития федеральных университетов, в том числе двух крупнейших из них, то есть Сибирского и Южного, выделены значительные средства. Сегодня мы можем уже говорить об определённых промежуточных результатах. Они видны не только в обновлённой университетской инфраструктуре – где-то получилось, где-то пока ещё не так видно, но тем не менее она всё равно развивается. Но самое главное, главный результат – это успешные студенты. Отмечу, что за эти годы университеты укрепили технологическую базу, накопили научно-инновационный потенциал, эффективнее заработали малые предприятия, о которых мы тогда только начинали говорить, когда создавали их, стали больше получать патентов на изобретения. Сегодня тоже об этом поговорим.
В образовании, как и в науке, которая не может развиваться отдельно от системы образования, важно двигаться быстро. Поэтому и Сибирский, и Южный университеты подготовили новые редакции программ развития до 2021 года. Документы учитывают общие подходы к программам федеральных университетов. Напомню, что эти подходы утверждаются Правительством Российской Федерации. Главное, что программы скорректированы с учётом современных технологических процессов, их трендов, как принято говорить, дополнены перспективными направлениями, такими как биомедицина и интеллектуальные материалы. В учебный процесс внедряются новые формы обучения – сетевые, дистанционные системы обучения, которые адаптированы для людей с проблемами по здоровью. В прошлом году оба университета уже провели набор студентов на сетевое обучение.
Уточнён ряд показателей, на которые должны выйти университеты к 2021 году. В частности, вырастет доля магистров и аспирантов (по сравнению с 2015 годом – от полутора до трёх раз). Рассчитываем, что больше иностранных студентов приедут на учёбу. Это всегда важно, прежде всего для того, чтобы поддерживать престиж нашего образования. Всё-таки приезд иностранных студентов – это всегда индикатор качества обучения, от этого не уйти. И так весь мир построен – люди ездят учиться в разные страны, это в глобальном мире действительно очень важно. Нужно, чтобы наше образование становилось более привлекательным в этом плане.
В программах учтена система мониторинга эффективности, введённая с 2012 года для всех вузов страны. Это даст возможность сопоставлять результаты и объективно оценивать работу каждого университета. Акцент сделан на достижении качества образования, в том числе за счёт более высоких требований к абитуриентам, большей результативности НИОКР, а также на вопросе международного признания университетов.
Федеральные университеты наряду с научными институтами должны стать интеллектуальной базой для предприятий и ключевых отраслей всех своих регионов. Активнее участвовать в развитии высокотехнологичных производств, в том числе импортозамещающих. Потенциал для этого есть. И Сибирский, и Южный федеральные университеты успешно сотрудничают с крупными компаниями, среди которых наши очень большие организации, такие как «Росатом», Объединённая авиастроительная корпорация, концерн «Алмаз-Антей» и ряд других. Сибирский федеральный университет является участником 13 региональных и 15 федеральных технологических платформ, Южный – 23 технологических платформ и инновационно-технологического кластера «Южное созвездие».
Перед тем как приехать к вам, я участвовал в работе первого форума по продовольственной безопасности. Южный федеральный университет имеет здесь мощную базу, в том числе ботанический сад. Надеюсь, он будет модернизирован, чтобы разрабатывать собственные биотехнологии, которые будут способствовать импортозамещению в сельском хозяйстве. Как вы понимаете, спрос на это сейчас огромный. Тесная связь с производством даёт вузам возможность внедрять программы под заказ работодателя, а студентам – расширять практические навыки.
Я знаю, что многие ведущие предприятия считают ваши университеты своими опорными вузами. Были открыты базовые кафедры: в Сибирском университете их уже 30, в Южном – пока четыре. Согласно программам развития к 2021 году должна возрасти доля студентов целевого набора – в три-пять раз это должно увеличиться. Это касается таких профессий, как инженеры, врачи, педагоги. Ещё раз обращаюсь ко всем руководителям университетским: надо нам именно на этом сконцентрироваться, хватит готовить юристов с экономистами, нам их уже достаточно. Когда-то их мало было, вот когда я заканчивал Ленинградский университет. Сейчас их уже достаточно. Качество у них очень разное. Нужно сделать акцент на инженерном образовании, на качественном медицинском образовании, на качественном педагогическом образовании.
Сейчас мы все активно возрождаем инженерное образование под задачи инноваций. Это образование должно в полной мере стать элитным, таким, кстати, как оно было, воспринималось в 1960-е годы, привлекать именно талантливых ребят. Сложность, скорость технологических изменений в мире такова, что нужно постоянно повышать качество подготовки современного инженера за счёт современных компетенций, востребованных компетенций, продвинутых программ, практик в зарубежных центрах. Сибирский университет здесь делает определённые успехи. Совместно с работодателями внедрено шесть магистерских корпоративных программ обучения, реализуются и другие программы. Надеюсь, что эта работа будет продолжена, включая проект специального инженерного образования. Состоялся первый выпуск магистров этого проекта. Южному университету также следует обратить более пристальное внимание на инженерное образование. Понятно, что у каждого университета своя история и свои составные части, но я специально хотел на этом акцентировать внимание руководителей университетов.
Также хотел бы выразить надежду на то, что члены попечительских советов, которые сегодня представляют бизнес – и крупные компании, и не очень крупные компании, – помогут университетам и своими идеями, и иными средствами поддержки, их никто ещё не отменял, а также предложат новые проекты для развития. Это касается повышения конкурентоспособности в целом нашей страны, нашей экономики, нашего образования, нашей промышленности, связей с зарубежными бизнес-компаниями и, конечно, трудоустройства и дальнейшей карьеры выпускников. Это важнейший показатель того, насколько университет отвечает потребностям рынка. По итогам вот таких совместных мероприятий я давал поручения, готов это сделать и сегодня по итогам обсуждения. И хотел бы, чтобы вы вкратце рассказали, как обстоят дела. Начнёт Министр образования, потом я дам, естественно, высказаться руководителям университетов.
Пожалуйста, Дмитрий Викторович (обращаясь к Д.Ливанову).
Д.Ливанов: Спасибо, уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!
Я коротко скажу о том месте, которое федеральные университеты занимают в нашей системе высшего образования. Программа создания и развития федеральных университетов началась в 2006 году, когда по Вашей инициативе, Дмитрий Анатольевич, были созданы два первых федеральных университета – Южный и Сибирский. Сейчас у нас 10 федеральных университетов. В конце прошлого года, мы все помним, в группу федеральных университетов влился и Крымский федеральный университет имени Вернадского. Ректор сегодня здесь с нами. Мы можем сейчас уверенно сказать, что это было абсолютно правильное стратегическое решение. Оно привело к консолидации ресурсов – интеллектуальных, материальных, организационных. И сегодня федеральными университетами накоплен потенциал, позволяющий реализовывать масштабные образовательные и научные проекты. Достаточно сказать, что если сегодня в федеральных университетах обучается примерно 4% студентов, то примерно 8% студентов – это магистранты. Таким образом, здесь преимущественно сконцентрированы магистратура и аспирантура и научная деятельность. 10% всех публикаций, которые делают российские университеты, – это публикации федеральных университетов. Вообще я должен сказать, что тот курс на повышение научной активности университетов, который был взят примерно 10 лет назад, полностью себя оправдал. Нам крайне важно, чтобы студенты вовлекались – ещё будучи студентами, на студенческой скамье – в современные научные исследования, выполняли на высоком уровне научные работы. Сейчас наши университеты, Дмитрий Анатольевич, уже обогнали по общему объёму публикаций в высокорейтинговых научных изданиях институты Российской академии наук – это произошло год назад, и университетский сектор, по существу, стал ведущим сектором в нашей системе фундаментальных исследований.
Мы также отмечаем, что федеральные университеты впервые приступили к реализации сетевых образовательных программ. Что я имею в виду? Ещё с 1990-х годов многие вузы начали программы обмена с зарубежными университетами – это очень хорошо, это расширило кругозор студентов. Но мы обратили внимание, что очень мало наши студенты перемещаются между нашими университетами. И действительно, это существенно понижает образовательный потенциал нашей системы высшего образования. Сейчас именно федеральные университеты разработали целую систему, целую группу сетевых образовательных программ, когда у каждого студента есть возможность отдельный курс пройти либо семестр или даже учебный год провести в другом федеральном университете, в другом регионе, увидеть другую культуру, другой регион, познакомиться со своими коллегами из других городов. Мы считаем это крайне важным. Только за последний год объём научных исследований, выполняемых федеральными университетами, в целом увеличился более чем на миллиард рублей, количество статей в престижных научных журналах увеличилось на тысячу, каждый федеральный университет сейчас активно, динамично развивается. По существу, федеральный университет в своём федеральном округе, в своём регионе является центром интеллектуального, культурного, научного, инновационного развития, интегрирует ресурсы. Очень важно и то, что закономерным результатом этого развития является вхождение наших университетов в глобальные международные рейтинги и улучшение их позиций. В прошлом году Дальневосточный, Казанский, Уральский и Южный университеты вошли в международный рейтинг университетов. До сотни пока ещё далеко, но мы видим очень позитивную динамику.
Мы сейчас пересмотрели, скорректировали программы развития федеральных университетов как с учётом новых вызовов, которые стоят перед нашей экономикой, системой образования, так и с учётом накопленного опыта. Мы отразили в обновлённых программах развития мероприятия по расширению внутрироссийской академической мобильности, по взаимодействию с предприятиями, с промышленными лидерами. Возрастёт роль университетов как центров подготовки кадров для новых промышленных проектов. И, что очень важно, мы отразили в программах развития также вопросы создания доступной среды для обучения лиц с ограниченными возможностями здоровья.
В целом программы развития федеральных университетов, в том числе Южного и Сибирского, отражают основные направления развития университетов на ближайшие годы. Мы также сформировали единую для всех ведущих университетов страны систему мониторинговых показателей, что нам позволит сопоставлять развитие вузов, понимать, какой из них развивается быстро, а где требуется решение для оказания дополнительной поддержки.
В целом, Дмитрий Анатольевич, мы оцениваем позитивно развитие и Южного, и Сибирского федеральных университетов. Ректоры вузов расскажут более подробно об основных результатах. Спасибо.
Д.Медведев: Спасибо. Я сейчас передам коллегам слово. Подробно, но компактно расскажите о результатах. Мы с вами понимаем, что всякие рейтинги не надо переоценивать. И недооценивать их не надо. Потому что рейтинги – это некий консенсус (правда, определённых групп) по поводу того, как позиционируется тот или иной университет. Да, там есть засилье университетов из определённых стран. Не потому, что они такие вредные, просто потому, что они начали формироваться раньше наших – это тоже правда. То, что Южный федеральный университет в ведущих рейтингах (причём, скажем так, в недружественных нам) увидели, – уже событие. Это неплохо. Потому что, как ни крути, несмотря на 100-летнюю историю, как нынешний современный образовательный центр, как университет вы возникли относительно недавно. И то, что через 10 лет результаты Южного университета разглядели, – это хорошо. Надеюсь, что то же самое в ближайшее время произойдёт и с Сибирским, потому что понятно, ещё раз говорю, что это довольно субъективная история. Вы знаете, и ведущие наши университеты редко поднимаются выше, чем в первую сотню. Зависит от отдельных специальностей, отдельных видов наук – где-то у нас и ведущие позиции. Надо за этим всем следить и работать и на этот результат, не преувеличивая, ещё раз говорю, и всё-таки понимая, что это некая модель ситуации, некая оценка.
Пожалуйста, Марина Александровна (обращаясь к М.Боровской), начните как ректор Южного университета.
М.Боровская (ректор Южного Федерального университета): Спасибо большое. Уважаемые коллеги, хочу сказать, что, наверное, сегодня в рамках как раз актуализации программы развития важно посмотреть на те программные задачи и те основные целевые показатели, которые стояли перед университетом, в той программе, которая была ранее утверждена распоряжением Правительства 2010 года. И здесь нужно сказать, что целый ряд этих показателей, которые запланированы уже на 2014 год, по факту реализации 2014 года показывают, что такая актуализация, наверное, программе необходима.
Я бы хотела обратить ваше внимание на структуру контингента студентов. Сегодня структура контингента студентов Южного федерального университета, которая в своё время составляла 60% – гуманитарный блок и общественные науки, а 40% – инженерные и естественные науки, изменилась в сторону укрепления естественнонаучного и инженерного блока. Сегодня соотношение этого контингента студентов составляет 53% – естественнонаучные и инженерные специальности, а 47% – это как раз блок гуманитарных специальностей и специальностей, связанных с общественными науками.
В этой же структуре также изменилось и внутреннее соотношение контингента студентов, потому что серьёзно увеличена доля магистерской подготовки. И по цифрам 2015 года мы уже можем сказать, что в естественно-научной и физико-математической подготовке, а также в инженерной – доля магистратуры начинает подрастать, что тоже позволяет нам уже в этом году, в наборе 2015 года, укрепить подготовку управленческих кадров, которые будут готовиться в инженерных группах и группах естественно-научной подготовки.
Говоря об основных результатах научной деятельности, необходимо сказать, что одним из важных показателей развития, безусловно, являются объёмы научных исследований, которые есть у университета. Сегодня по результатам 2015 года объём научных исследований Южного федерального университета составляет чуть более 1,5 млрд рублей. Это говорит о том, что позиции, связанные с привлечением научных исследований, хоздоговорная деятельность, связанная с различного рода участием в федеральных целевых программах, позволяют увидеть, что научный потенциал университета востребован.
Также хочу отметить и долю доходов, полученных от интеллектуальной собственности. Общая доля этих доходов в структуре университета сегодня составляет чуть больше 200 млн рублей. И для нас это тоже достаточно важная позиция, потому что мы начинаем получать эти доходы, которые способны обеспечивать программу уже дальнейшего развития.
Я хочу обратить ваше внимание на тот подход к междисциплинарным исследованиям, которые сегодня реализует Южный федеральный университет. В тех основных укрупнённых группах направлений подготовки – естественнонаучном блоке, инженерном образовании, гуманитарном, социальной подготовки, педагогики, психологии и архитектуры, то есть в тех основных группах, которые сформировались у Южного федерального университета, сегодня серьёзно вырисовывается такая карта мегапроектов, которые реализует Южный федеральный университет, исходя из пяти укрупнённых групп вот таких базовых научных исследований.
Сегодня междисциплинарные исследования внутри университета, а также за его пределами строятся в области группы медицины и биотехнологий. В 2014 году нам удалось около 600 млн рублей получить за счёт поддержки именно этого профиля исследований.
Также серьёзным выглядит проект, и сегодня он реализуется на междисциплинарном уровне, в области информационных технологий, нанотехнологий, интеллектуальных материалов. И здесь тоже у Южного федерального университета есть соответствующие успехи – 650 млн рублей мы получаем за счёт такого междисциплинарного подхода к реализации этого научного направления.
Инженерное направление также серьёзно представлено развитием научной тематики в области робототехники, систем управления, навигации и связи. Здесь объём немножко снизился по сравнению с 2013 годом, но это говорит о том, что два проекта были переходящего периода и немножко были изменены в объёмах. Но мы надеемся, что в 2015 году нам удастся, во-первых, вернуться к тем 230 млн, которые были в предыдущем году, и нарастить эти объёмы.
Также сложился общий междисциплинарный проект в Южном федеральном университете в области геополитики, геоэкономики и проектов социально-экономического развития юга России. И здесь тоже есть, может быть, такие незначительные по сравнению с теми областями, но всё-таки неплохие результаты – 98 млн рублей мы сегодня получаем от реализации проектов, связанных именно с решением задач для юга России.
Также хочу сказать, что проекты и программы по развитию Азово-Черноморского бассейна реализуются в университете. В 2014 году объём этих проектов чуть превысил 52 млн рублей.
Конечно, основную часть исследований проводит сегодня группа инженерных специальностей и направлений подготовки. Здесь сегодня общий объём исследований на 900 млн. И, конечно, естественнонаучная подготовка – здесь объём исследований превышает 500 млн рублей, что позволяет нам, во-первых, продолжить работу по укреплению междисциплинарных исследований и вовлечь в эти области исследований все группы специальностей и направлений подготовки и научных коллективов, которые в этом участвуют.
Также хотела обратить ваше внимание на показатели использования учебно-научного оборудования, что позволило нам в течение трёх лет увеличить всё-таки объёмы в том числе и научных исследований. И на прошлом попечительском совете я как раз докладывала о том, что результаты действительно были не так хороши, потому что речь шла о том, что загрузка оборудования 2012 года в университете составила только 13,5%.
Безусловно, в течение трёх лет, организуя работу по увеличению норматива загрузки того лабораторного исследовательского оборудования, которое имеется в университете, сегодня, в 2015 году, мы можем отметить, что этот показатель составил 63,5%, что, наверное, отражается и в той области роста научных исследований, той интеграции, которая сегодня осуществляется в университете.
Хотела обратить ваше внимание также на оборот предприятий инновационного пояса и сказать, что сегодня эти предприятия, которые встроены в орбиту Южного федерального университета, в целом формируют инновационный пояс. Оборот этих предприятий составляет 2,5 млрд рублей. И здесь хотела бы немножко уточнить цифры, связанные с базовыми кафедрами. Базовые кафедры Южного федерального университета действительно находятся в количестве четырёх, но это те кафедры, которые созданы в учреждениях, имеющих образовательную деятельность. В целом же корпоративных кафедр университета сегодня насчитывается около 20. Это те кафедры, которые сегодня работают в корпоративной структуре и работают в таких компаниях, как «НПО "Квант"», Азовский оптико-механический завод, и в других производственных компаниях, с которыми мы ведём работу, связанную с организацией практик для подготовки наших студентов.
Хотела бы обратить внимание на международную деятельность университета: контингент обучающихся в университете сегодня в сравнении с 2012 годом постепенно подрастает. Соответствующий интерес иностранных студентов к образовательным программам университета постоянно растёт. И, конечно, здесь можно говорить об увеличении интереса к международному научному сотрудничеству и тем международным коллаборациям, которые в этой части возникают. Но здесь мы вынуждены были провести небольшие преобразования, связанные с организацией международной деятельности, потому что то распоряжение Правительства, которое касалось списка глобального образования, показало, что вузы, с которыми мы выстраивали до этого международную деятельность, были разной степени качества. Поэтому на сегодняшний момент мы сосредоточились на тех образовательных учреждениях, которые попадают в перечень глобального образования. И сегодня можем сказать, что уже пятёрка ведущих университетов в этой части начинает сотрудничество с Южным федеральным университетом. Мы понимаем, что эти задачи постепенно будут решены и повысят качество и подготовки, и сотрудничества университетов.
Позвольте обратить также внимание на работу Южного федерального университета в интересах юга России. На сегодняшний момент сформирован научно-исследовательский консорциум вузов юга России, которые в целом участвуют в подготовке целого ряда научно-исследовательских проектов, что позволяет нам совместно с научно-исследовательскими образовательными учреждениями юга России подавать совместные заявки, выигрывать и реализовывать эти проекты. Объём деятельности сегодня такого научного консорциума составляет порядка 44 млн рублей.
Нам постепенно удаётся объединять тематические планы и области исследований этих научных коллективов, тем самым немножко структурировать нашу научную деятельность и совместно решать задачи, связанные с развитием науки и образования.
Говоря о консорциуме научно-исследовательской деятельности вузов юга России, могу сказать, что сегодня те 29 вузов, которые объединились для таких программ совместного сотрудничества, имеют целый ряд результатов и в области научных своих успехов, и в публикационной активности, и в области сотрудничества по прикладным исследованиям и разработкам, что позволяет укрепить потенциал не только академического сообщества Южного федерального университета, но и потенциал научных коллективов тех учреждений, которые сотрудничают с Южным федеральным университетом.
Хотела бы обратить ваше внимание на те ключевые показатели, которые содержатся в программе актуализации, что именно актуализирует Южный федеральный университет. Доля обучающихся по программам магистратуры и аспирантуры в 2014 году в Южном федеральном университете в плане составляла 13%, а по факту она составила 19,6%, что позволяет нам актуализировать этот показатель и заявить его в программу развития Южного федерального университета до 2021 года в размере уже 28% от общей доли обучающихся.
Также могу сказать, что средний балл ЕГЭ, который Южный федеральный университет продемонстрировал в 2014 году, составил 71,6 балла, что позволяет актуализировать этот показатель и в 2021 году заявить его как показатель 79,5%.
Что касается объёма научно-исследовательской деятельности, в предыдущей программе развития содержался показатель, касающийся количества научно-исследовательских тем и проектов. Это количество нами выполняется, но это всё-таки достаточно субъективная цифра. Поэтому мы предлагаем его изменить на уже конкретный объём НИОКР на одного научно-педагогического работника, выраженный в соответствующих тысячах рублей, и заявляем его как 410 тыс. рублей на одного научно-педагогического работника к 2021 году.
Также меняется соотношение по доле иностранных студентов, объём внебюджета сегодня уже нами реализован – 41%. Поэтому мы хотим просить попечительский совет поддержать нас в принятии этого показателя как 53% доли внебюджетных доходов в общей структуре доходов университета.
Также мы актуализируем общие доходы университета на одного НПР (научно-педагогического работника). Немножко увеличиваем эти значения и говорим о том, что доля научно-педагогических работников высшей квалификации в общей численности коллектива академического сообщества университета до 39 лет уже может составить к 2021 году 33%.
Уважаемые коллеги, благодарю за внимание и прошу поддержать нашу программу на предмет её актуализации до 2021 года. Спасибо.
Д.Медведев: Спасибо. Знаете, я посмотрел показатели развития, на которые ориентируются и один, и другой университет. Я понимаю: как бы мы ни праздновали юбилеи, но университеты новые объективно по своей природе, по педагогическому коллективу, по задачам, которые вы решаете. Тем не менее надо ставить амбициозные цели. Я не считаю, что 70 баллов, например, которые здесь заявлены для Сибирского университета к 2021 году, – это сильно амбициозная цель, да и 79,5 – тоже не сверхъестественная цель.
Я понимаю, что есть текущая ситуация, но надо всё-таки подумать о том, чтобы постараться подтягивать вот эти показатели даже под показатели других университетов федеральных и исследовательских университетов в особенности. Я не предлагаю сразу же поставить такие цели, как в московских университетах самых продвинутых, но амбициозные цели ставить надо. 70 – это точно не амбициозная цель.
Пожалуйста, Евгений Александрович (обращаясь к Е.Ваганову), вам передаю слово на этой мажорной ноте.
Е.Ваганов (ректор Сибирского федерального университета): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Обязан проинформировать о том, что все поручения предшествующего заседания попечительского совета университетом выполнены. И хотя СФУ и не попал в число 15 университетов, получающих поддержку, многие из наработок по повышению конкурентоспособности были включены в скорректированную программу развития, которая представлена на утверждение. Кроме того, созданный центр стратегических разработок для Сибири провёл несколько мероприятий в рамках экономических форумов и подготовил ряд аналитических записок.
Проделанная работа позволила определить приоритеты в выборе конкретных действий на среднесрочную перспективу, что позволило университету в течение двух лет закрепиться в топ-15 лучших университетов страны (правда, по версиям российских агентств, экспертов РА «Интерфакс»). Успешность выбранной политики подтверждается ростом привлекательности университета у абитуриентов и стабильным спросом на выпускников: 72% – трудоустроенность по специальностям. Полагаем, это неплохой результат для нынешнего времени. Этому способствует расширение спектра взаимодействия с работодателями, в первую очередь расширение числа базовых кафедр на предприятиях-партнёрах.
Поскольку в университете половина студентов обучается инженерным специальностям, то развитие инженерного образования – предмет нашего особого внимания. Здесь апробированы и успешно реализуются комплексные программы подготовки инженерных кадров, сквозные для бакалавриата и магистратуры, разработанные под конкретный заказ работодателей, с обязательной стажировкой в ведущих российских и зарубежных центрах, сетевые программы магистратуры, а также мультидисциплинарные проекты по заказам предприятий или муниципалитетов, например в строительстве. Это прямо отражается и на стабильном заказе на исследовательские и проектные работы, а также на привлечении выпускников для работы на кафедрах и в исследовательских лабораториях университета, на малых предприятиях при университете и средней заработной плате научно-педагогических работников.
Расширение научной работы преподавателей и студентов – ещё одно важное направление, в материальную базу которого в период становления были вложены значительные средства. И отдача очевидна: постоянный рост числа публикаций, цитирования по ведущим международным базам данных. Это и вхождение два года назад одного из пяти журналов, издаваемых университетом, в международную базу Scopus, это и рост привлекательности наших журналов для коллег из России и из-за рубежа – доля их публикаций сейчас в наших журналах превышает 60%. Отмечу, что все эти пять наших журналов имеют современные электронные порталы и печатают работы, прошедшие лицензирование, бесплатно.
Среди приоритетных направлений на среднесрочную перспективу выделяем как важнейшее развитие магистратуры, технологически ориентированной и конкурентоспособной. Именно магистры, прошедшие хорошую школу исследовательских лабораторий и новых технологий, могут двигать эти технологии и создавать новые в производстве.
Объём НИОКР свидетельствует, что университет достаточно успешно заполняет нишу, утерянную ранее отраслевой наукой. Как один из примеров приведу, что под разработки нашего выпускника и его группы предложено построить предприятия для выпуска особо чистого алюминия, правда, за рубежом.
Для региона не менее важным является активное включение университета в инновационную структуру, инфраструктуру, и это в первую очередь подготовленные люди, люди, знающие новое в мире науки и осваивающие новые технологии. В наращиваемой магистратуре и аспирантуре университету необходимо использовать потенциал научных лабораторий РАН, но с взаимными обязательствами, а не так, как сейчас: хочу возьму, хочу нет.
Конечно, независимо от этого университет в последние годы вложился в формирование новых исследовательских центров и лабораторий, привлекая ведущих зарубежных и российских учёных, понимая, что эти направления крайне важны в первую очередь для края. Так, исследовательская лаборатория по экономике фокусирует свою работу на экономике лесного сектора, крайне важном секторе производства в Сибири. Центр лесной экономики развивает новые направления генетического анализа лесных растений и их природных врагов – фитофагов.
Но даже с исследовательскими лабораториями РАН и базовыми кафедрами это не превышает пока 100–110 центров, тогда как один из западных университетов-аналогов по многим характеристикам, начиная от климата, кончая объёмом и влиянием на региональную инфраструктуру, Университет Альберта, решающий аналогичные задачи для региона, насчитывает более 400 исследовательских лабораторий и центров.
Мне кажется, что здесь необходимо более содержательное взаимодействие и большая интеграция с исследовательскими центрами РАН, которая даст новый толчок для развития университета. И уже сейчас университет даже при нынешних исследовательских структурах испытывает недостаток научно-производственных площадей, в первую очередь для формирования элементов технопарка, и, естественно, это ограничивает развитие.
В заключение отмечу, что хотя программа развития университета представлена достаточно формально, но многое, что составляет её так называемую дорожную карту, проработано в деталях и заложено во многие управленческие решения, равно как и в самой модернизированной системе управления университетом.
Особо отмечу комплекс мероприятий, направленных на привлечение талантливой молодёжи в университет. Здесь, согласен, наверное, нужно поамбициознее ставить планы и по поводу балла ЕГЭ. Но хотелось бы, чтобы те действия, которые мы предпринимаем для привлечения талантливой молодёжи, тем не менее в какой-то степени сказывались и на общем: мы всё-таки не только талантливых, но и среднеталантливых, и не очень сильно талантливых воспитываем. Поэтому, говоря о таком стипендиальном обеспечении, нужно, мне кажется, чтобы стипендиальное обеспечение было как-то скорректировано на инфляцию и так далее, то есть чтобы студенты и в этом отношении не потеряли.
Считаем, что мы всё-таки амбициозные планы имеем – это задачи университета в социально-экономическом развитии региона и в привлечении людей для реализации первоочередных инвестпроектов Красноярского края и в целом Сибири. Рассчитываем, что всё это будет выполнено.
Благодарю за внимание.
Д.Медведев: Я готов поддержать то, что Евгений Александрович сказал по поводу более тесной интеграции с академическими структурами, с системой Академии наук и использования того потенциала, который есть. Это, кстати, может быть, даже в большей степени проявляется в Сибирском федеральном округе, в основных сибирских научных центрах, будь то Новосибирск, Красноярск и целый ряд других. Здесь у нас присутствует руководитель Федерального агентства научных организаций, вместе с Академией наук (можно было бы это прямо отметить в протокольном решении попечительского совета) эту работу нужно будет проводить.
Ливанская армия получила ракеты «Тоу-2»
В понедельник ливанской армии переданы переносные противотанковые управляемые ракеты TOW-2, сообщает сегодня Altair.
Процесс передачи проведен в международном аэропорту в Бейруте. Ливанцы получили неуказанное количество ПТУР TOW-2 (Tube-launched, Optically-tracked, Wire-guided), поставляемых американской армией через посольство США. Оружие будет использоваться для борьбы с боевиками «Ад-Даула аль-Исламия» и другими экстремистскими организациями, действующими в Сирии.
США обеспечивают оружием ливанские вооруженные силы, которые находятся на переднем крае многонациональных сил с целью остановить наступление исламистов на территорию страны. В начале февраля в Бейрут были доставлены 70 155-мм буксируемых гаубиц и 26 млн единиц боеприпасов, минометных выстрелов и снарядов. Общий объем военной помощи оценивается в 25 млн долларов.
Бейрут также получает военную помощь от Иордании: Амман поставил в эту страну 12 155-мм самоходных артиллерийских установок М109А2/А3. Существенную помощь Ливану окажет и Саудовская Аравия.
Министерство образования и науки Российской Федерации и Рособрнадзор информируют, что состоявшиеся 25 мая стартовые ЕГЭ-2015 по литературе и географии позволили объективно оценить уровень знаний экзаменуемых с учетом результатов досрочного периода.
Так, ЕГЭ по литературе в этом году сдавали 38 010 человек. На 100 баллов работу написали 200 участников (это 0,53% от общего числа - так же, как и в 2014 году). При этом, средний тестовый балл по этому предмету вырос до 56 (53 в 2014 году). Количество несдавших ЕГЭ по литературе снизилось на треть: до 2 325 в 2015 году против 3 509 годом ранее. В процентах к количеству участников этот показатель так же заметно снизился с 8,83% до 6,12%.
«Нам было особенно важно увидеть и оценить результаты ЕГЭ по литературе, поскольку в этом году школьники впервые писали итоговое сочинение, - отметил Министр образования и науки Российской Федерации Дмитрий Ливанов. Глава ведомства напомнил, что формат нового итогового испытания на протяжении всего 2014 года разрабатывался Советом по вопросам проведения итогового сочинения во главе с президентом Русского общественного фонда Александра Солженицына Наталией Солженицыной и был предложен выпускникам этого года в достаточно «мягком» формате: так, например, оценка выставлялась по системе зачет/незачет.
«Такие факторы как снижение количества несдавших экзамен, а также повышение среднего тестового балла позволяют говорить о том, что введение итогового сочинения настроило выпускников на более успешную сдачу литературы», - сказал Министр.
В ЕГЭ по географии приняли участие 20 321 человек. На 100 баллов работу написали 72 участника, что составило 0,35% от общего числа (в 2014 году – 0,27%). При этом, средний тестовый балл закрепился на уровне прошлого года – около 53 баллов. Количество несдавших ЕГЭ составило 3 260 человек, что на 6% ниже показателя прошлого года. В процентах к количеству участников этот показатель незначительно вырос с 15,74% до 16,04%.
«Стабилизация количества стобалльников и снижение числа несдавших ЕГЭ по географии и литературе можно считать хорошим индикатором того, что первые экзамены основной волны ЕГЭ-2015 прошли на должном уровне, без аномальных всплесков», - сказал руководитель Рособрнадзора Сергей Кравцов.
Участники ЕГЭ смогут предварительно ознакомиться со своими результатами по географии и литературе, начиная с 3 июня, на официальном информационном портале ЕГЭ www.ege.edu.ru.
Официальное ознакомление участников с результатами ЕГЭ будет проходить в зависимости от графика выдачи индивидуальных результатов экзамена в каждом конкретном субъекте Российской Федерации.
Официальное ознакомление с результатами ЕГЭ у выпускников текущего года будет проходит в своей школе, у других участников ЕГЭ – там, где они регистрировались на сдачу экзамена. Кроме того, во многих регионах организовано ознакомление с индивидуальными результатами через специальные региональные Интернет-ресурсы.
Сирийская война: на очереди вмешательство Ирана?
Петр Львов
31 мая на сайте интернет-издания MIGnews.com со ссылкой на издаваемую в Лондоне и финансируемую Саудовской Аравией влиятельную общеарабскую газету Asharq Al-Awsat была опубликована статья под названием: «Грядущее падение Асада: Россия уходит из Сирии». В ней утверждается, что после серии громких поражений Асада Россия начинает пересматривать свое отношение к традиционному союзнику на Ближнем Востоке. Сирийская армия якобы развалилась. Города, один за другим были сданы, и вся система обороны, повалилась как домино. ИГИЛ контролирует 50% территории Сирии, а в распоряжении Асада – не более 8% нефтяных и газовых ресурсов Сирии, под контролем же ИГ – более 80%.
Согласно источникам указанной газеты, разворот в российской политике происходит на фоне переговоров с представителями государств Персидского залива. Asharq Al-Awsat утверждает, что из Латакии эвакуированы 100 высокопоставленных российских офицеров с семьями. Из Дамаска эвакуированы работники совместного оперативного штаба – русские, иранцы и офицеры «Хизбаллы». Более того, Asharq Al-Awsat утверждает, что в апреле состоялась встреча российских представителей с главами западноевропейских разведок, и российская сторона впервые не настаивала на сохранении Асада.
Одновременно в арабской прессе публикуется все больше информации о «серьезном диалоге» между Россией и США по вопросу о будущем Сирии. Дипломатические источники еще одной общеарабской газеты Al-Hayat отмечают, что Москва впервые начала обсуждать с американцами конкретные детали плана переходного периода.
Однако все обстоит не так или не совсем так. Во-первых, российские военные советники работают только с сирийской армией, но никак не совместно с офицерами Ирана и «Хизбаллы». И никакой эвакуации вышеупомянутого оперативного совместного штаба из Дамаска не было. То есть саудовцы через Asharq Al-Awsat начали пропагандистскую подготовку общественного мнения к военной операции переформатированных вооруженных отрядов оппозиции с участием наемников и офицеров спецназа стран антиасадовской коалиции против режима Б. Асада, подготовленную Саудовской Аравией, Турцией и Катаром.
Между тем Асад не собирается капитулировать. По сообщению газеты Al-Quds al-Arabi, сирийская армия приступила к укреплению алавитского бастиона на средиземноморском побережье – в провинции Латакия. Создана так называемая «прибрежная гвардия», а в Латакии высажены 1500 военнослужащих элитного спецназа Корпуса стражей исламской революции Ирана (КСИР). Да и Иран не собирается бросать Дамаск. Из Тегерана уже раздались заявления о том, что Сирия – это глубина иранской стратегической обороны. Да и «Хизбалла» готовится к усилению сопротивления, понимая, что в случае падения режима Б. Асада наступит и ее черед.
Наиболее значимые военные действия в Сирии в последние два дня мая разворачивались на севере провинции Алеппо, где бандформирования ИГ продолжали наступление на отряды террористов коалиции Джебхат ан-Нусры, Ахрар Аш-Шам Исламия и Джабха Шамия, входящие в сколоченную Анкарой, Эр-Риядом и Дохой исламистскую коалицию «Джабхат аль-Фатх». То есть против них выступили боевики ИГ, которые не хотят отдавать Сирию в руки антиасадовского «треугольника». В результате ожесточённых боевых столкновений игиловцами были взяты несколько мелких населённых пунктов и крупное селение Соран. Следует отметить, что район боевых столкновений от пограничного перехода Баб Ас-Саляма на турецкой границе отделяют всего 3 км. Наиболее активные атаки террористов ИГ на «конкурентов» в настоящее время продолжаются на направлении к ещё одному форпосту «повстанцев» – селению Мареа. Также боевые столкновения происходят в районе Аззаза. Погибло не менее чем 150 убитых членов исламистских группировок, обороняющих захваченные территории на севере региона Алеппо.
Одновременно сирийская боевая авиация подвергала массированным ударам позиции и опорные пункты ИГ в районе Эль-Баб и на местах периодически вспыхивавших боёв бандгруппировок с армейскими подразделениями в районах Башкой и Ханадарат и в кварталах Салах-эд-Дин и Ар-Раммуса города Алеппо. Правительственные войска покинули г. Ариха – последний крупный населенный пункт, остававшийся в руках правительственных войск в провинции Идлиб.
Сейчас приоритетом для Б. Асада стала оборона Дамаска, Хомса, Хамы и городов Средиземноморского побережья – Латакии, Тартуса и Банияса. Но если Анкара все-таки введет «бесполетную зону» на севере САР, то ситуация для режима резко ухудшится. Многие сирийские СМИ стали даже призывать Москву перейти от дипломатической поддержки к военной путем нанесения авиаударов по позициям террористических группировок.
Сирийская и ливанская армии массированно подвергали авианалетам и артиллерийским ударам позиции бандгруппировок по обе стороны государственной границы. Продолжался обстрел с воздуха, артиллерийские и ракетные атаки на бандгруппировки, окопавшиеся в Забадани. В Восточной Гуте отряды террористов Джейш аль-Ислам, которая в мае дважды обстреляла из минометов посольство России, 31 мая предприняли новые попытки сместить в свою пользу линии соприкосновения сил в районе Дейр Сальман. Одновременно их «союзники» в Западной Гуте активизировали боевые действия в районе Хан Шиха и на западе от города Сасаа. На юге столицы в лагере палестинских беженцев Ярмук радикальные исламисты ИГ и Джабхат Ан-Нусры начали наступление на позиции отрядов палестинских ополченцев. Интенсивным ракетно-бомбовым ударам ВВС САР подверглись позиции исламистов в провинции Дейр-эз-Зор и в так называемом «треугольнике» на юге страны в местах скопления членов бандформирований между провинциями Аль-Кунейтра, Дараа и Дамаск.
Развитие ситуации в Сирии свидетельствует о том, что правительственные вооруженные силы явно испытывают серьезные проблемы с количеством боеспособных подразделений для ведения эффективных действий против наступающих частей исламистов из «Джабхат ан-Нусры» и «Исламского государства» (ИГ). В условиях крайнего дефицита боеспособных частей, сирийцы вынуждены выравнивать линию фронта, оставляя «второстепенные» участки и концентрируя свои силы на защите основных направлений. После падения Идлиба сирийская армия во многом сознательно уклонилась от продолжения противостояния в этой провинции и вывели свои части для прикрытия Латакии, Алеппо, Дамаска и Хомса. На юге страны потеря ключевого логистического узла Пальмиры фактически отрезала Дамаск от основных каналов материально-технического снабжения из Ирака, что является для режима Б. Асада принципиально важным. В этой ситуации сирийская армия явно утратила стратегическую инициативу, и основной задачей для нее в настоящее время является стабилизация положения, что даст Дамаску возможность для перегруппировки своих сил. Все очевиднее, что у правящей алавитской верхушки зреет понимание того, что в случае продолжения негативного развития ситуации им придется покинуть большинство крупных городов Сирии и сосредоточить свои усилия исключительно на местах компактного проживания алавитской общины страны, таких как Дамаск и Латакия.
Анкара и Эр-Рияд стараются не терять темп наступления поддерживаемой ими вооруженной оппозиции. В этой связи 26 мая ими принято без согласия Вашингтона решение о введении в неформальном режиме «бесполетной зоны» в приграничных к Турции северных районах Сирии. Системы ЗРК «Пэтриот» уже размещены вдоль турецко-сирийской границы. При этом, несмотря на начало совместной подготовки США и Турцией нового «умеренного» объединения вооруженной оппозиции, между обоими союзниками по НАТО существуют серьезные разногласия в отношении реальных шагов по свержению нынешнего сирийского режима. Ведь Сирии грозит участь Ирака с фактическим распадом на несколько частей и перманентным вооруженным противостоянием. Видимо, в Белом доме полагают, что эти противостояния на внутреннем фронте в достаточной степени сведут на «нет» угрозы дальнейшей внешней экспансии исламистов за пределы своего отвоеванного ареала в Ираке и Сирии. Однако первой жертвой такой политики могут стать как раз спонсоры исламистской оппозиции в лице КСА и Турции.
По прогнозам большинства аналитиков, сирийскому режиму осталось 6-8 месяцев. Если только не произойдет консолидация алавитских сил в традиционных местах проживания, прежде всего Латакии, в силу реальной перспективы угрозы их физическому выживанию. В этом случае алавиты, безусловно, могут удержать этот регион. Но самое главное сейчас – насколько Иран готов драться за Сирию. Для Тегерана настал момент начать прямое военное вмешательство кадровыми частями своих вооруженных сил, а не только спецназом КСИР, что может очень быстро и резко изменить ситуацию на фронтах. Причем сторонников такой линии в Тегеране становится все больше. Дамаск – это тот ключевой пункт в стратегии ИРИ, который чреват не только потерей «сирийской площадки», но и, что более важное, – резким снижением авторитета Ирана у его же союзников, которые поймут, что Тегеран не в состоянии их эффективно защищать. Одновременно последует и серьезное ослабление позиций ливанской «Хизбаллы» и переход Ливана в саудовскую орбиту.
Подготовка к усилению иранского участия в сирийском конфликте уже активно ведется. Транспортные самолеты из Ирана совершают несколько рейсов в день на аэродром в Дабаа. Для беспилотников строится пункт управления. Все это свидетельствует о том, что в самом скором времени можно ожидать и переброску первых армейских подразделений и авиакрыла. При этом выбор Дабаа говорит о том, что наступление иранцев начнется именно с направления Хомса. Ни Турция, ни КСА на прямое боевое столкновение с иранцами не пойдут. Саудовцев просто раздавят, учитывая, что они и с хуситами справиться не могут. А Эрдоган просто не рискнет начинать войну против ИРИ, опасаясь, что это усилит вес армейской верхушки, которая давно уже хочет избавиться от него. Но все это реально только в случае, если Тегеран решится на широкомасштабное военное вмешательство в сирийский конфликт. Такой сценарий очень вероятен.
Главы МИД Египта и Саудовской Аравии заявили о недопустимости вмешательства Ирана в дела арабских стран, сообщили министры иностранных дел двух стран в воскресенье по итогам переговоров в Каире.
"Иран — это единственная страна, вмешивающаяся в дела арабских стран, — будь то Сирия, Йемен, Ирак или Ливан", — заявил глава саудовского МИД Адель аль-Джубейр.
Он также добавил, что Эр-Рияд готов к установлению нормальных отношений с Тегераном. "Но при условии его невмешательства в арабские проблемы", — добавил он.
Глава МИД Египта Самех Шокри, в свою очередь, также отметил, что его страна "отвергает любые попытки навязать влияние и опеку региону". Он также добавил, что Египет будет "твердо противостоять таким попыткам, чтобы защитить арабскую национальную безопасность".
Маргарита Кислова.
Вступительное слово и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Казахстана Е.А.Идрисовым, Горно-Алтайск, 29 мая 2015 года
Уважаемые дамы и господа,
Мы провели очень насыщенные переговоры. Прежде всего, хотели бы выразить признательность администрации Республики Алтай за гостеприимство и хорошую организацию нашей работы в этом замечательном краю. Мне очень приятно, что мы можем ответить взаимностью на гостеприимство наших казахстанских друзей, которые год назад также на природе, в Усть-Каменогорске, провели нашу очередную встречу на уровне министров иностранных дел.
Сегодня мы констатировали поступательное развитие наших отношений. Они получили новую очень мощную «подпорку» в виде вступившего в силу в декабре прошлого года Договора между Российской Федерацией и Республикой Казахстан о добрососедстве и союзничестве в XXI веке. Рассмотрели ход выполнения решений, принятых нашими президентами, в том числе в ходе их последней встречи в рамках официального визита Президента Казахстана Н.А.Назарбаева в Россию 8-9 мая. Мы также обсудили график предстоящих контактов. В числе мероприятий с участием президентов – предстоящий осенью этого года в Уфе XII Форум межрегионального сотрудничества между Россией и Казахстаном.
Особое внимание мы традиционно уделили взаимодействию внешнеполитических ведомств в рамках работы по дальнейшему укреплению Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Мы едины в том, что евразийская интеграция отвечает коренным интересам народов России и Казахстана, а также других стран, входящих в ЕАЭС. О том, что эта структура очень перспективна, говорит тот факт, что интерес к сотрудничеству с ней в той или иной форме проявляют уже несколько десятков зарубежных государств.
Мы также рассмотрели наше сотрудничество в других интеграционных объединениях, включая СНГ, в котором сейчас председательствует Казахстан. В эти дни в Астане проходит Совет глав правительств СНГ, на котором также принимаются важные решения. Мы ознакомились с приоритетами Казахстана в СНГ на этот год и их полностью поддерживаем.
Договорились о том, чтобы и по линии дипломатических ведомств наших стран, и в рамках СНГ и ОДКБ уделять особое внимание 70-летию Великой Победы. Казахстан в лице своего Президента участвовал в мероприятиях 9 мая в Москве. Мы высоко оценили участие казахстанского воинского подразделения в параде на Красной площади, и сегодня мы подчеркнули важность продолжения активной работы, чтобы никто не смог забыть и, тем более, извратить итоги и значение Великой Победы.
На повестке дня – консультации между нашими ведомствами, многие вопросы, касающиеся региональной безопасности, сотрудничества на международной арене. Конечно же, в качестве союзников в рамках ОДКБ мы озабочены ситуацией в Афганистане и вокруг него,распространением терроризма, проблемами Ближнего Востока, Севера Африки, т.н. «Исламского государства» («ИГ»), провозглашением«халифата» на очень значительной территории Ирака и Сирии, проникновением эмиссаров «ИГ» в другие страны, включая Ливан и Ливию, да тот же Афганистан, где на севере страны в непосредственной близости от центральноазиатского региона (зоны ответственности ОДКБ) уже есть признаки появления т.н. посланцев «Исламского государства». В рамках ОДКБ разрабатываются конкретные меры по повышению эффективности обеспечения обороноспособности нашего региона.
Безусловно, мы говорили о ситуации на Украине. У нас единая позиция – необходимо в полном объеме выполнять Минские договоренности от 12 февраля. Высоко ценим роль Казахстана в создании правильной атмосферы вокруг международных дискуссий, чтобы направлять усилия всех международных игроков именно в русло побуждения сторон к неукоснительному выполнению того, о чем договорились. Важнейшей составляющей успеха является налаживание прямого диалога Киева с Донецком и Луганском.
Мы обменялись мнениями о текущих задачах нашего сотрудничества по проблематике Каспийского моря. Вслед за саммитом в Астрахани в сентябре прошлого года председателем очередного мероприятия на высшем уровне будет Казахстан. Все приняли приглашение Президента Казахстана Н.А.Назарбаева провести такой саммит. Надеемся, что он состоится в следующем году и увенчается новыми конкретными результатами.
Мы обсудили взаимодействие и координацию наших действий в рамках ООН и ОБСЕ. Все эти и другие направления нашего тесного взаимодействия отражены в только что подписанном нами Плане консультаций, который закладывает основу сотрудничества двух министерств на нынешний и следующий годы.
Я искренне благодарю Ерлана Абильфаизовича за плодотворную работу.
Вопрос: Есть ли шанс на освобождение задержанных на Украине российских граждан А.Александрова и Е.Ерофеева, и какие меры предпринимает российская сторона?
С.В.Лавров: Мы с первого же дня предприняли необходимые официальные шаги перед Министерством иностранных дел Украины, чтобы обеспечить незамедлительный доступ к нашим гражданам. Этот доступ был предоставлен только позавчера. По их словам, они чувствуют себя хорошо, но мы хотим убедиться, что на них не оказывается никакого давления, и их интересы полностью обеспечены. В частности, нашим гражданам были предоставлены казенные адвокаты, в то время как адвокат, который является предпочтительным, пока не может получить согласие украинских властей на их защиту. Надеюсь, они пойдут навстречу в этом вопросе, и будет сделано все, чтобы защита наших граждан была максимально объективной и эффективной. Мы, безусловно, будем добиваться их освобождения. Есть соответствующие правовые процедуры в украинском государстве, мы это понимаем. Пользуясь случаем, хочу еще раз подчеркнуть, что мы занимаемся их судьбой с первого дня, и, честно говоря, было немного обидно за некоторые СМИ, когда мы читали сообщения, что россияне были брошены в беде, и никаким консульству и посольству до них не было дела. Каким-то образом некоторые журналисты российских СМИ смогли проникнуть в больницу, где содержались россияне, гораздо раньше наших дипломатов, и именно эти журналисты потом говорили о том, что наши граждане обескуражены отсутствием какого-либо внимания со стороны российских дипломатических представителей. Это не очень чистоплотная игра, и, я надеюсь, никто не будет пытаться продолжать делать что-то подобное и спекулировать на ситуации, в которой оказались эти люди.
Вопрос: Какие меры может предпринять Россия в связи с подписанным вчера Президентом Украины П.А.Порошенко законом, дающем право Украине не платить по внешним долгам, в том числе по задолженности перед Россией?
С.В.Лавров: Сейчас на Украине принимается столько законов, что, наверное, нет смысла их комментировать. Упомянутый Вами закон, разрешающий не платить по долгам, был принят Верховной Радой несколько дней назад, и все комментарии уже были сделаны, в том числе на уровне Правительства России.
Здесь надо смотреть на то, как законы, принимаемые на Украине, корреспондируются с ее международными обязательствами. Это касается и закона, который объявляет национальными героями преступников, осужденных Нюрнбергским трибуналом, и многих других вопросов. Я бы не стал сейчас комментировать то, что, на мой взгляд, является всего лишь популистским и, если говорить о законе, который Вы упомянули, направленным на то, чтобы провоцировать напряжение вокруг ситуации на Украине, провоцировать кредиторов и, прежде всего, правительства западных стран на какие-то шаги, которые украинское руководство хочет от них видеть в ситуации, когда оно само не делает того, что требуется по имеющимся обязательствам.
Вопрос: Развитие приграничного сотрудничества между Республикой Алтай и Казахстаном тормозится из-за незавершенности транспортного проекта «Карагай-Риддер» с российской стороны. Будет ли решен этот вопрос?
С.В.Лавров: Обязательно будет. Я Вас могу заверить. Мы говорили об этом сегодня с Главой Республики Алтай А.В.Бердниковым. По понятным причинам я не могу отвечать за строительство дороги, но такие планы есть, они утверждены и будут реализованы.
Вопрос: Можно ли Вас спросить, как председателя попечительского совета Федерации гребного слалома России? Примерно с 2010 года ведутся разговоры о строительстве гребного канала в Республике Алтай. Проект пока не реализован. На сегодняшний день российские и казахстанские рафтеры ездят тренироваться в другие страны. Можем ли мы ожидать претворения в жизнь этого проекта?
С.В.Лавров: Этот вопрос находится несколько в стороне от основных тем наших сегодняшних переговоров. У Вас не совсем верная информация. Российские спортсмены из разных регионов России тренируются в том числе и здесь. Канал – важная вещь, мы сейчас в России строим несколько таких, в том числе под Москвой и, кстати, в Башкирии (сегодня мы обсуждали предстоящие мероприятия в Уфе). У нас есть договоренность с местными властями, что они поддержат энтузиастов, и канал будет построен. Ситуация связана, прежде всего, с финансами. Она должна решаться на основе объединения усилий тех, кто поддерживают этот вид спорта, властей, которые отвечают за развитие социальной сферы и, конечно же, энтузиастов.
Вопрос (обоим министрам): Сегодня уже звучала тема горы Белуха, по которой проходит граница России и Казахстана. Сейчас нет возможности подняться на эту гору на легальных основаниях, поскольку там нет пограничных переходов. Можно ли решить этот вопрос дипломатическими средствами?
С.В.Лавров: Я убежден, что его можно решить. Я просто не получал ни одной жалобы на эту тему ни от российских, ни от казахстанских туристов. Вы сделали для нас открытие. Посоветуйте им обратиться в министерства иностранных дел России и Казахстана. Я впервые об этом слышу. Посоветуйте, чтобы нас проинформировали, потому что до сих пор многие, даже россияне, забрасываются в верховья Катуни для сплава через территорию Казахстана – и никаких проблем не возникает.
Дмитрий Медведев, Сергей Собянин, Дмитрий Ливанов и Николай Никифоров высоко оценили разработки резидентов БФК «Северный» на открытии Физтехпарка
26 мая на севере Москвы открылся технопарк в сфере высоких технологий — Физтехпарк. Комплекс создан в непосредственной близости к Московскому физико-техническому институту в рекордные сроки — за 11 месяцев. Премьер-министр Дмитрий Медведев выступил с приветственным словом и отметил, что новый технопарк будет способствовать развитию современных информационных технологий, будет создавать новые бизнес-решения.
После официальной части церемонии Дмитрий Медведев, мэр Москвы Сергей Собянин, министр образования и науки Дмитрий Ливанов и министр связи и массовых коммуникаций Николай Никифоров отправились на осмотр экспозиции разработок участников технопарка, среди которых они особенно оценили проекты резидентов БФК «Северный» на стыке биотехнологий, IT и медицинского приборостроения.
Общедоступный дефибриллятор
Руководитель компании «Альтоника» Алексей Егоров продемонстрировал премьеру портативный дефибриллятор. С помощью такого устройства, установленного в общественных местах, можно ежегодно спасать тысячи жизней людей с обострениями заболеваний сердца. Помощь таким больным нужна экстренная, счет идет на минуты. Общедоступные дефибрилляторы, по словам Егорова, стоило бы устанавливать, как это уже реализовано в США и Европе, например, в аэропортах, и других местах большого скопления людей, тогда в случае необходимости скорую помощь могли бы оказывать не только врачи. «Надо подумать, как это сделать», — сказал Медведев, добавив, что либо можно выучить кого-то из постоянных сотрудников аэропорта работать с аппаратом, либо вывести этот прибор из категории медицинских. В любом случае, глава правительства посчитал необходимым использование такого мобильного аппарата в жизни. «Внедряйте», — сказал он своему собеседнику. Однако вопрос необходимой корректировки законодательства в этой области в соответствии с международной практикой еще требует оперативного решения.
Участник Биофармкластера «Северный» компания «Нейроком» показала Дмитрию Медведеву аппарат, позволяющий человеку выспаться за четыре часа. Прибор «Соня» представляет из себя браслет, надевающийся на ладонь. Он считывает импульсы головного мозга, стимулирует и продлевает глубокую стадию сна. «Нам всем такой прибор нужен, — с улыбкой заметил премьер. — Когда потренируетесь, то нам с Сергеем Семеновичем (Собянин, мэр Москвы, прим. авт.) и всем членам правительства пришлите, чтобы не засыпали на заседаниях». Этот уникальный прибор находится на стадии регистрации и скоро будет доступен для широкого круга потребителей. Еще одна разработка «Нейроком» — телемеханическая система контроля бодрствования машиниста — уже успешно внедрена на всех железнодорожных локомотивах России и некоторых стран СНГ. За 18 лет ее эксплуатации не зафиксировано ни одного случая аварии по причине засыпания машиниста. Теперь аналогичное оборудование будет внедряться и для автотранспорта.
3D-принтинг титановых позвонков
Представили премьеру свои высокотехнологичные титановые импланты и новый участник БФК «Северный» — компания «Конмет». Технологии обработки изображений и пространственного дизайна, используемые «Конмет», обеспечивают индивидуальную подгонку имплантируемых конструкций до операции, а значит, сокращают ее время и повышают точность выполнения. Прототипы имплантов «Конмет» печатают на 3D-принтере, продукция компании сертифицирована и разрешена к использованию после полного цикла испытаний.
Технопарки дошли до Москвы
Даниил Сидоров
В столице открылся "Физтехпарк" при Московском физико-техническом институте (МФТИ). Это предпоследний технопарк, который планировалось создать в рамках госпрограммы, рассчитанной на 2007-2014 гг. Затраты на его создание составили 2,05 млрд руб.
В открытии технопарка в поселке Северный между Москвой и Долгопрудным вчера участвовали председатель правительства Российской Федерации Дмитрий Медведев, мэр Москвы Сергей Собянин, главы Минобрнауки Дмитрий Ливанов и Минкомсвязи Николай Никифоров.
"Надеюсь, что новый технопарк будет способствовать развитию современных информационных технологий, будет создавать новые бизнес-решения", - заявил Дмитрий Медведев. В дальнейшем технопарк позволит сформировать вокруг МФТИ инновационно-образовательный кластер "Физтех ХХI", в рамках которого будут построены новые учебные корпуса, исследовательские лаборатории и инжиниринговые центры.
"Открытие технопарка фактически завершает эту работу, однако это не означает, что правительство решило бросить эту тему и больше технопарками не заниматься и высокие технологии не развивать, - подчеркнул премьер-министр. - Нет, конечно. Просто мы переходим в другую фазу - будем вкладываться в инфраструктуру технопарков, в индустриальные кластеры и формировать нормальную деловую среду".
"По итогам 2014 г. технопарки, созданные в рамках программы, показали выдающиеся результаты. На территории 12 технопарков в 10 регионах России работает почти 800 компаний, организовано 19 тыс. высокопроизводительных рабочих мест. Рост выручки по отношению к 2013 г. составил почти 30%: резиденты выручили более 40 млрд руб.", - отметил министр связи и массовых коммуникаций РФ Николай Никифоров. По его словам, 40% основного объема площадей технопарков введено в эксплуатацию только в декабре 2014 г.
Николай Никифоров подчеркнул, что технопарки стали хорошей инфраструктурой инвестицией государства. "За все время действия программы из федерального бюджета на создание технопарков было направлено 13 млрд руб., еще 18 млрд руб. вложили регионы России, в то же время объем выручки резидентов составил уже 130 млрд руб.", - обратил внимание министр.
Право на получение финансирования в рамках комплексной программы "Создание в Российской Федерации технопарков в сфере высоких технологий" "Физтехпарк" получил на конкурсе в 2013 г. Общий объем финансирования проекта - 2,05 млрд руб., из них 415,8 млн руб. составили субсидии из федерального бюджета в 2013-2014 гг. Еще одним инвестором был город Москва.
Строительство технопарка началось 10 января 2014 г. и было окончено в рекордные сроки - один год и два месяца вместо двух лет и шести месяцев, отведенных строительными нормативами. Общую координацию проекта осуществлял Департамент науки, промышленной политики и предпринимательства города Москвы. Управляющей компанией технопарка является ГБУ "Центр инновационного развития".
Общая площадь "Физтехпарка" насчитывает 30,7 тыс. кв.м. Согласно конкурсной заявке, к 2018 г. в технопарке должно быть 25 компаний-резидентов, 1300 созданных рабочих мест, 1 млрд руб. выручки резидентов и не менее 12% доли экспорта продукции в общей выручке. В качестве якорных резидентов технопарк рассматривает компании Parallels (производитель программного обеспечения по виртуализации), Acronis (производитель программного обеспечения по защите данных), Nettracker (производитель программного обеспечения для операторов связи). Планируется, что отбор резидентов будет происходить публично, на конкурсной основе с участием экспертного совета.
PR-директор Parallels Юлия Ясиновская в беседе с ComNews подтвердила, что компания намерена быть якорным резидентом "Физтехпарка". Разработчик собирается реализовывать здесь кроссплатформенные решения и решения для сервис-провайдеров, разрабатываемые с марта 2015 г. под брендом Odin.
"Acronis пока обсуждает условия участия в проекте, - отметил сооснователь и старший вице-президент по проектированию и разработке этой фирмы Станислав Протасов. - Могу сказать, что технопарк кажется нам оптимальным местом для работы. Близость к университету и наличие развитой ИТ-среды дает нам доступ к талантам и открывает дополнительные возможности: делать совместные проекты со стартапами. Поэтому в этом ключе технопарк выглядит для нас идеальным местом, а Acronis - идеальным резидентом".
Заниматься в технопарке специализированными проектами Acronis не будет. "Независимо от локации мы работаем над нашими продуктами и всем, что способствует их развитию, - объяснил Станислав Протасов. - Технопарк в случае нашего переезда не станет исключением".
Станислав Протасов подтвердил, что Acronis в качестве участника некоммерческого партнерства "ИТ-кластер "Физтех", которое будет заниматься отраслевой работой в управлении технопарком, готов участвовать в отборе резидентов. Parallels этого делать пока не планирует, сообщила Юлия Ясиновская.
Напомним, в конце прошлого года Минкомсвязи завершило программу создания технопарков в России, действовавшую в 2007-2014 гг. (см. новость ComNews от 12 января 2015 г.). 28 декабря глава ведомства Николай Никифоров открыл технопарк "Рамеев" в Пензе, 29 декабря - "Жигулевскую долину" в Тольятти, 30 декабря - "Университетский" в Свердловской области. Чуть раньше, 27 декабря, заместитель министра связи и массовых коммуникаций РФ Рашид Исмаилов принял участие в открытии Центра проектирования инноваций, завершившего создание основного комплекса "Технопарк-Мордовия".
"Физтехпарк" стал еще одним в этом ряду. В ближайшее время ожидается полноценный запуск последнего технопарка - "ИТ-парк "Анкудиновка" в Нижнем Новгороде, который пока функционирует на базе бизнес-инкубатора. Его строительство растянулось на семь лет и омрачилось коррупционным скандалом. В январе 2015 г. проверка Счетной палаты выявила, что более 75% выделенных под проект средств федерального бюджета (около 788 млн руб.) ушло на создание инженерной инфраструктуры для Нижнего Новгорода. В частности, на эти деньги был построен магистральный водовод большого диаметра.
"Программа создания технопарков изначально была нацелена на решение двух больших задач - создать инновационную среду и инфраструктуру для развития высокотехнологичных компаний и увеличить число рабочих мест, - напоминает бывший замминистра связи и массовых коммуникаций Илья Массух (курировал эту программу в 2010-2012 гг.). - Судя по отчетам министерства, программа развивалась экстенсивно - было построено много площадей, но выручка резидентов растет медленно". По наблюдению Ильи Массуха, на льготные площади приходят крупные игроки, в то время как для небольших инновационных компаний размер офисных площадей менее критичен.
Технопарк при МФТИ Илья Массух назвал хорошим проектом, однако близость к столице, на его взгляд, может произвести обратный эффект. На выгодные площади могут претендовать большие успешные компании, в то время как маленьким фирмам также необходимо дать возможность работать и расти.
Новая сирийская стратегия Тегерана
«Большая антисирийская тройка» − США, Турция и Саудовская Аравия – концентрирует усилия для нанесения решительного удара по Сирии, целью которого, как предусматривает оптимистический военный сценарий, должно стать падение Башара Асада и захват Дамаска. Что может и что намерен в этих условиях делать Тегеран? По имеющейся у Iran.ru информации, Исламская республика вносит коррективы в свою «сирийскую стратегию».
Сирию не зря называют «кладбищем экспертов», поскольку немалое количество аналитиков, как ни пытались, так и не смогли верно оценить развитие событий в этой стране. И в первую очередь это касалось прогнозов о том, сколько сумеет продержаться правительство Асада и о том, как долго Иран будет в состоянии оказывать поддержку своему главному союзнику на Ближнем Востоке.
Выйдя на финишную прямую в переговорах по ядерной программе, которые день ото дня становятся все драматичнее, Тегеран, тем не менее, остается категоричен в своей поддержке Дамаска. «Иран решительно будет оказывать всестороннюю помощь странам, ставшим жертвами агрессии террористов, Йемену, Сирии и Ираку», − заявил на вчерашней пресс-конференции в Москве заместитель министра иностранных дел Исламской Республики Хосейн Амир Абдоллахиян. Однозначно дав этими словами понять, что надежды некоторых западных и ближневосточных политических кругов на «уступки» Тегерана по сирийскому вопросу в обмен на соглашение по его «ядерному досье» совершенно напрасны.
«Сирия является стратегической глубиной Ирана, и за Дамаск мы будем сражаться также ожесточенно, как если бы враги атаковали Тегеран», − заявляют в Корпусе стражей исламской революции. И это исчерпывающая характеристика настроений военно-политического руководства Ирана. Но в интервенция джихадистов против сирийского народа и законно избранного правительства наступает новый этап. То, что основные игроки – США, Турция и Саудовская Аравия – играют сейчас «на добивание», прилагают все усилия к тому, чтобы в ближайшее время нанести руками исламистов решающий и смертельный удар, сомнений нет никаких.
Эр-Рияду и Анкаре удалось добиться от Вашингтона «отступных» в обмен на свое признание возможного соглашения по иранской ядерной программе. «Отступными» этими стало согласие Вашингтона на то, что два остальных члена «большой антисирийской тройки» реализуют в отношении Дамаска стратегию «кольцо фронтов» и «паровой каток джихада». В оптимистичном варианте этой стратегии − наступление исламистов, подготовленных американскими военными советниками, сразу на нескольких фронтах: от иорданской, турецкой и ливанской границ, которое должно закончиться взятием Дамаска. Если же не получится, то существует и пессимистический сценарий: создание на территории Сирии «бесполетных зон», которые, по факту, станут опорными базами боевиков, некими «освобожденными территориями» под управлением некоего «временного правительства», куда на уже легальном основании пойдет военная помощь нацеленным на Дамаск боевикам. По времени второй вариант более затяжной, но не менее эффективный, если под эффективностью понимать именно окончательное уничтожение сирийского государства и полный разгром иранских союзников – Башара Асада, Хизбаллы и добровольческих шиитских бригад.
Кое-что о «политическом диалоге»
Следуя дипломатическим традициям и протоколу, иранские представители еще упоминают о необходимости «внутрисирийского политического диалога», но эти слова – не более чем риторика, поскольку Тегеран, в отличие от других, прекрасно понимает, что никакого «внутрисирийского диалога» сегодня не может быть в принципе. Не с кем там договариваться. За годы войны противоборствующие стороны полностью определились. Нет никакой «светской оппозиции». Здравомыслящие оппоненты Асада активно сотрудничают сегодня с правительством, поскольку воочию убедились, кто придет ему на смену – фанатики и бандиты, которые погрузят страну в кровавый хаос, в средневековье, разруху и поголовную резню. Что же касается «демократов и диссидентов», осевших на Западе и пытающихся выдать себя за некое подобие «правительства в изгнании», то это, по большей части, откровенные марионетки, живущие на финансовые подачки антисирийской коалиции, не имеющие никакого влияния ни на население страны, ни уж тем более на «полевых командиров». Все остальные, воюющие против Асада – джихадисты, откровенные бандиты, пользующиеся возможностью пограбить, подразделения турецкой армии и диверсионные группы американского, британского, французского спецназа и спецподразделений арабских монархий. Вполне очевидно, что уж с ними-то точно никакой «политический диалог» не возможен по определению.
Особенностью нового этапа наступления антисирийской коалиции является в первую очередь и главным образом то, что основная ставка делается именно на исламистов, все эти ИГИЛ, «ан-Нусры», «Ахрар аль-Шам», «Джунд аль-Аксы» и прочую нечисть, все те, кого официально тот же Вашингтон именует «врагами» и «целью для международных антитеррористических усилий». И даже борется с ними в том же Ираке, да так, что «Исламское государство» от этой борьбы только крепчает. Что оно и продемонстрировало недавно захватом Рамади, обратив иракскую армию и племенное ополчение в паническое бегство.
На той же пресс-конференции в Москве 25 мая Хосейн Амир Абдоллахиян совершенно справедливо заметил, что «террористы никого щадить не будут. И как только им представится возможность, они начнут войну против своих покровителей». Но от этой здравой и очевидной мысли Вашингтон, Анкара и Эр-Рияд предпочитают отмахнуться. «Клоны аль-Каеды», захватившие Дамаск, представляются им сегодня меньшей опасностью, чем Башар Асад. Какой может быть здесь «политический диалог»?
Тегеран формирует собственную антитеррористическую коалицию
Стратегию «кольца фронтов», в которых должна задохнуться Сирийская республика, Тегеран считает сегодня главной опасностью. Разорвать его можно только формированием собственной антитеррористической коалиции, в которую входят Иран, Сирия, Хизбалла и добровольческие бригады шиитов из того же Ирака. Задачи этой коалиции достаточно прозрачны.
Во-первых, не допустить усиления боевиков на границах с Ливаном. С этой точки зрения принципиально важен визит советника Верховного лидера, одного из архитекторов внешней политики Ирана Али Акбара Велаяти в Бейрут. Саудиты стремятся «кнутом и пряником» − угрозой выступлений суннитских боевиков и щедрой финансовой помощью на перевооружение и модернизацию правительственных войск – склонить руководство Ливана на свою сторону, заставить его если и не поддерживать боевиков, то хотя бы не препятствовать их «освободительной борьбе».
После того, как в ноябре прошлого года ливанская армия при поддержке движения Хизбалла провела широкомасштабную операцию по «зачистке» северной части долины Бекаа, активность боевиков несколько сократилась. Но – ненадолго. Сегодня «более тысячи боевиков «Исламского государства» используют горные районы Ливана на границе с Сирией в качестве убежища и опорной базы», − заявляет глава директората общей безопасности Ливана генерал-майор Аббас Ибрагим. – «Их целью является создание на ливанской территории тренировочных лагерей, складов с оружием и убежищ, а в ряде деревень, находящихся под контролем боевиков, введены шариат и созданы так называемые «исламские комитеты» − органы местного самоуправления… С населения и местных предпринимателей регулярно собирается «налог на джихад».
Али Акбар Велаяти вполне смог объяснить ливанскому правительству, что никакой «нейтралитет» в отношениях с боевиками не возможен, что следование пожеланиям саудитов вполне может обернуться для Бейрута масштабной трагедией. Тем более, что ливанская разведка располагает информацией о том, что руководство «Исламского государства» рассматривает вопрос о выделении нескольких районов Ливана в отдельный эмират. Аргументы Велаяти официальный Бейрут воспринял достаточно серьезно.
Во-вторых, стратегия Тегерана предусматривает усиление роли шиитских добровольческих бригад в борьбе против «джихадистов», причем не только на сирийской территории. Опыт Ирака, как, впрочем, и Сирии, показывает, что тактика боевиков строится на мобильности: никакой обороны, никаких прямых столкновений с превосходящими в численности и вооружении силами противника. Только атаки, концентрированные удары по «слабым звеньям» и эффективное использование ресурсов захваченных территорий. Соответственно, и борьбу с ними необходимо строить в том же ключе, активными действиями мобильных групп.
При всем уважении к мужеству сирийской армии и стойкости, проявленной ею в боях, она мало приспособлена к подобной тактике. Это задача спецназа и подготовленных отрядов, уже прошедших под руководством иранских советников «проверку боем» в условиях Ирака. Поэтому очевидно, что в ближайшее время численность добровольцев-шиитов и советников КСИР в Сирии возрастет. Так же, как возрастет и координация действий с движением Хизбалла, само существование которой зависит от исхода этой войны.
Ряд аналитиков на Западе отмечают, что в случае необходимости Иран вполне способен «перенести войну на территорию противника», то есть, дескать, осуществить ряд диверсионно-террористических актов на территории Турции или, что на их взгляд более вероятно – на территории Саудовской Аравии. К подобным выкладкам не стоит относиться всерьез – массовый террор не входит в арсенал Тегерана, а все попытки доказать обратное, как правило, либо дурно пахли, либо заканчивались ничем.
*******
При том, что стратегия Тегерана в отношении Дамаска меняется под воздействием внешних обстоятельств, при том, что ожесточенный натиск «джихадистов» и «большой антисирийской тройки» создает новые угрозы, ее основные положения остаются незыблемыми. Иранское руководство верит в устойчивость правительства Башара Асада. Иранское руководство верит в победу народа и руководства Сирии над интервентами и бандформированиями. Против Сирии и Башара Асада воюют десятки стран организованно и целенаправленно. А Башару Асаду реально помогает только Иран, и ему все сложнее удовлетворить возросшие потребности Дамаска в эффективной защите и противостоянии. Реальный перелом в нынешней ситуации мог бы наступить, если к процессу подключилась бы Москва. Дипломатия здесь бессильна, наступает время конкретных действий. И это время в Тегеране как никогда по-особому ждут и рассчитывают на активную поддержку Москвы в сирийском вопросе. Ибо Дамаск при Башаре Асаде так же важен Москве, как и Тегерану.
Ольга Голодец провела заседание межведомственной рабочей группы по рынку труда.
В Доме Правительства состоялось очередное заседание межведомственной рабочей группы по мониторингу ситуации на рынке труда под председательством вице-премьера Ольги Голодец.
В ходе совещания Министр труда и социальной защиты Максим Топилин сообщил, что численность официально зарегистрированных безработных в течение всего месяца оставалась на одной отметке – 1 млн человек.
При этом, по словам министра, количество вакансий, заявленных работодателями, составило 1 млн 270 тыс., а численность работников, предполагаемых к высвобождению, по состоянию на 20 мая составила 247 тыс. человек.
В то же время службы занятости зафиксировали снижение числа работников с неполной занятостью с 305 тыс. человек на конец апреля до 286 тыс. человек на конец мая.
Отдельно был рассмотрен вопрос о ситуации на рынке труда в сфере образования.
По словам Министра образования и науки Российской Федерации Дмитрия Ливанова, сегодня система образования насчитывает более 100 тыс. образовательных организаций различных типов с общей численностью работников более 5,4 млн человек.
«По данным Росстата, в I квартале 2015 года численность принятых работников в сфере образования превышает численность высвободившихся более чем на 25 тыс. человек», – подчеркнул Дмитрий Ливанов. С учётом увеличения к 2018 году числа детей от 5 до 18 лет на 1,6 млн человек планируется создание 4,4 млн дополнительных образовательных мест, что приведёт к увеличению количества педагогических работников на 55 тыс. человек.
В ходе заседания был также рассмотрен вопрос о ситуации с трудоустройством выпускников образовательных организаций высшего образования и профессиональных образовательных организаций.
Наибольшее количество выпускников в 2015 году прогнозируется в двух субъектах Российской Федерации – в Москве (270 тыс. человек) и в Санкт-Петербурге (108 тыс. человек). На сегодняшний день планируют трудоустроиться порядка 63% выпускников вузов и порядка 56% выпускников учреждений среднего профессионального образования.
В ходе обсуждения Ольга Голодец поручила проработать решение вопросов, связанных с дефицитом выпускников рабочих специальностей.
Доклады о ситуации на рынке труда в своих регионах сделали глава Республики Карелия Александр Худилайнен и губернатор Астраханской области Александр Жилкин.
Что произойдет, если соглашение по ИЯП не будет подписано к 30 июня?
Владимир Алексеев
25 мая министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф и его заместитель Аббас Арагчи, выступая на закрытом заседании иранского Меджлиса (парламента), рассказали о ходе переговоров по ядерной программе. Разговор получился жестким, парламентарии указали на то, что в погоне за результатом никоим образом нельзя перешагнуть за так называемые «красные линии» Исламской республики. Приглашенные сообщили, что Иран и «Шестерка» уже договорились об одновременной отмене экономических и финансовых санкций, действующих в отношении Исламской республики. Кроме того, «Шестерка» согласилась на сохранение реактора на тяжелой воде в Араке и предприятия Фордо, на котором будут действовать 1 444 центрифуги. 26 мая в Вене возобновляются переговоры по ИЯП. Вместе с тем, в западных СМИ все чаще появляются сообщения о том, что США вдруг замедлили их ход на пути к достижению всеобъемлющего соглашения по ИЯП, ужесточив ряд требований и выдвинув новые. Все это выглядит нелогично, учитывая, что раньше в Вашингтоне наоборот, торопились к выходу на сделку с Тегераном к 30 июня с.г., что зафиксировано в промежуточном соглашении в Лозанне.
Военный объект Парчин
В настоящее время американцы хотят добиться согласия Тегерана на доступ инспекторов МАГАТЭ к военному объекту Парчин в 35 км юго-восточнее столицы ИРИ, где якобы есть что-то, что можно отнести к реализации ИЯП. Это делается не в первый раз. Так, в 2012 году после встречи «Шестерки» международных посредников с иранской стороной в Багдаде в конце мая представители МАГАТЭ стали настаивать на посещении военного комплекса Парчин. Однако тогда Тегеран отклонил данные требования, ссылаясь на то, что объект был детально исследован агентством в 2005 году. По мнению ряда экспертов Стокгольмского международного института исследования проблем мира (SIPRI), МАГАТЭ искусственно концентрирует свое внимание лишь на одном конкретном здании в Парчине, основываясь на разведданных третьих стран (читай – США и Израиля), содержащихся в последнем докладе агентства о ядерной программе Исламской республики.
По имеющейся у Агентства информации, на объекте находится огромная стальная камера, предназначенная для проведения испытаний взрывчатых веществ в процессе разработки высокоточных бомб. Эксперты МАГАТЭ полагают, что эта емкость может быть использована для разработки ядерного оружия. Однако, как известно, использование такой камеры в истории разработки ядерного оружия в других странах было крайне редким и вряд ли является целесообразным для Ирана. Более того, МАГАТЭ уже сообщало, что предполагаемые крупномасштабные испытания взрывчатых веществ, вызывающие особую обеспокоенность, проводились не в Парчине, а за сотни километров на объекте под названием Мериван. А Парчин − это всего лишь огромный завод боеприпасов, имеющий около 1 тыс. зданий на площади более 40 кв. км. То есть завод занимается работой с взрывчатыми веществами. Таким образом, МАГАТЭ усиливает подозрения в свой адрес, используя отчеты анонимных, зачастую заинтересованных источников.
«Интервью» сотрудников ИЯП
Второй настораживающий момент – попытка США добиться фиксации в окончательном соглашении пункта о том, что инспекторы МАГАТЭ получат право по своему усмотрению проводить интервью в любое время с учеными, занятыми в ИЯП. То есть по существу речь идет о допросах секретоносителей, что может серьезно подорвать безопасность Ирана. Тем более что печальный опыт подобной практики уже имеется – с Ираком.
Во время работы МАГАТЭ и Спецкомиссии ООН по иракским программам ОМУ их сотрудники вызывали по своему усмотрению любых иракских ученых, занятых в сфере ВПК, несмотря на то, что многие из них не имели никакого отношения ни к ядерной программе, ни к разработке химического или биологического оружия, ни к производству ракет. Более того, затем под давлением Вашингтона Спецкомиссия ООН стала настаивать на том, чтобы подобные «интервью» проводились за пределами Ирака, так как в Багдаде все проводилось под запись видеокамер в присутствии сотрудников иракского Центра мониторинга и контроля, который отвечал за взаимодействие с СК ООН и МАГАТЭ в плане раскрытия программ ОМУ и ракетам. А это затрудняло фабрикацию лжи и провокаций, которыми занимались сотрудники американских и британских спецслужб, работавшие под прикрытием СК ООН и МАГАТЭ для сбора информации о военном потенциале Ирака. Кроме того, это позволило завербовать несколько иракских ученых, которые затем бежали на Запад и там выступали с заявлениями, содержавшими ложь. Благодаря этому в Вашингтоне и Лондоне состряпали всякие небылицы, типа передвижных установок по производству биотоксинов, пробиркой с которыми в феврале 2003 года тряс на заседании Совета Безопасности ООН госсекретарь США Колин Пауэлл. Это было использовано в качестве предлога, чтобы вторгнуться в Ирак и оккупировать эту страну. Никаких следов ОМУ и ядерной бомбы не нашли, Пауэлл затем с ухмылкой извинялся за то, что ввел в заблуждение мировую общественность, используя дешевые продукты «фабрикации» спецслужб.
Видимо, в США и Великобритании считают иранцев и участников «Шестерки» (Россию, Китай, Францию и Германию) полными идиотами, которые забыли об американских манипуляций с ложью по ОМУ накануне оккупации Ирака войсками коалиции во главе с США. Либо у провокаторов из спецслужб этих двух стран просто не хватает мозгов, чтобы придумать что-либо новое, а не повторять иракские схемы в отношении Ирана.
США: санкции не будут сняты сразу после соглашения
Еще один способ вызывать раздражение Тегерана и толкать его на срыв переговоров – это требование Вашингтона и его западных союзников о том, чтобы наложенные на ИРИ международные санкции не были отменены сразу же после подписания всеобъемлющего соглашения, а это делалось бы постепенно, по мере того, как иранцы будут выполнять свою часть обязательств, и это сначала должно фиксироваться МАГАТЭ. Более того, еще в апреле с.г. американские сенаторы Комитета по иностранным делам единогласно проголосовали за законопроект, позволяющий Конгрессу США оценивать окончательное соглашение по иранской ядерной программе, которое будет достигнуто по итогам переговоров Ирана и «шестерки». Законопроект предусматривает возможность изучения Конгрессом соглашения с Ираном в течение 30 дней, при этом еще 12 дней дается главе государства для наложения вето на решение парламентариев, после чего у Конгресса будет десятидневный срок, предполагающий возможность преодолеть вето президента США.
Сначала, реагируя на вышеуказанное решение комитета по внешней политике Конгресса, духовный лидер Ирана аятолла Хаменеи заявил о том, что Соглашение может быть подписано исключительно при одном и единственном условии, а именно при одновременном снятии всех санкций с Ирана. Он заявил, что «тот вариант соглашения, который нам предлагают, не предполагает одновременного снятия всех санкции и даже не влечет за собой каких-либо юридических обязательств».
Одним словом, духовный лидер настаивает на одновременном снятии санкций с Ирана и подписании юридического соглашения по урегулированию ИЯП. «Поэтапное снятие санкций неприемлемо, они должны быть сняты в тот же день, когда будет подписано соглашение», − подчеркнул Хаменеи. Лидер Ирана добавил, что «продление дедлайна 30 марта не станет концом света». Кроме того, он еще раз напомнил, что «никогда не был настроен оптимистично в отношении переговоров с США, основываясь на предыдущем горьком опыте». Духовный лидер Ирана отметил, что «никакие военные объекты Ирана не могут быть проверены под банальным предлогом наблюдения и никакие унизительные интервью с иранскими учеными-ядерщиками не допустимы». Днем позже в таком же духе высказался и президент Ирана Хасан Роухани.
Почему США готовы сорвать подписание соглашения 30 июня?
Изменения в позиции Вашингтона легко объяснимы: за последние недели ослабли позиции Тегерана в регионе, что породило надежды Белого дома на то, что теперь из Ирана можно выбить побольше уступок по ИЯП. Речь идет в первую очередь о резком ослаблении режима в Сирии, который оказался на грани коллапса. В течение конца апреля – начала мая сирийские войска потеряли ряд стратегических пунктов, особенно на севере страны, где действует новое объединение вооруженной оппозиции под названием «Джабхат аль-Фатх», управляемое турецким генштабом и финансируемое Саудовской Аравией и Катаром. Его основная сила – экстремистская организация «Джабхат ан-Нусра» и еще 8 группировок. Сейчас они готовятся к наступлению на Латакию – оплот алавитского режима Башара Асада, и на Хаму – «ворота» на Дамаск с севера. На юге от сирийской столицы успехов добились 58 отрядов, входящих в так называемый «южный фронт», сколоченный при активном участии Иордании и США на саудовские деньги. Он управляется иорданским генштабом, где активно работают и американские офицеры – специалисты по оперативному планированию военных операций. Его боевики уже действуют в пригородах Дамаска, и даже дважды, 19 и 21 мая, смогли обстрелять посольство России из минометов. Вот-вот может быть перерезана «дорога жизни» из Дамаска в Ливан, которая и так с трудом контролируется сирийской армией и подразделениями Хизбаллы.
А тут еще «нарисовался» ИГИЛ, который не только взял Пальмиру на востоке страны и полностью контролирует с 22 мая всю пограничную зону между Сирией и Ираком, но и смог установить контроль над 56% территории САР и более 60% территории Ирака. 23 мая боевики ИГИЛ, не встретив никакого сопротивления сирийской армии, смогли захватить газовый комплекс вблизи Хомса, а это в 90 км от Тартуса на побережье Средиземного моря, где находится база ВМС РФ, 160 км севернее Дамаска и 20 км от границы с Ливаном в центральной части страны. Фактически, Сирия перерезана ИГИЛ на две части. И не исключено, что окончательная фаза военной операции по свержению режима Башара Асада будет проведена не отрядами вооруженной оппозиции с севера и юга, контролируемой антиасадовским «треугольником» в лице КСА, Турции и Катара, а игиловцами. И тогда наступит конец не только алавитскому правлению, но и оппозиции, управляемой США, Турцией, Саудовской Аравией и Катаром. Либо, скорее всего, она просто перейдет на сторону ИГИЛ и еще более его усилит.
На фоне успешного наступления «Исламского государства» в иракской провинции Анбар и ряда чувствительных поражений сирийской армии в Идлибе и под Пальмирой, несколько обострились отношения и между Тегераном и Дамаском. Особое недовольство иранцев вызвали «безответственные действия» брата президента Башара Асада Махера, который, по иранской оценке, провалил оборону Идлиба и организовал плохо спланированное контрнаступление, что привело к попаданию части наступающих в фактический «котел». В результате были обрублены практически все «коридоры снабжения» алавитской вотчины − Латакии. Одновременно по инициативе Махера Асада началась перетасовка в командном составе спецслужб, что выбило на довольно продолжительный срок этот важнейший сегмент обороны режима Башара Асада из активной деятельности. В результате сирийское командование прозевало принципиальное изменение оперативной обстановки в виде состоявшегося и оформившегося альянса исламистских сил «Джабхат аль-Фатх» (основными силами последней являются просаудовские группировки «Джабхат ан-нусра» и «Ахрар аш-Шам») под фактическим руководством КСА и Турции. При этом сильное раздражение Тегерана вызвал тот факт, что в Идлибе были задействованы элитные и самые боеспособные подразделения сирийской армии, в том числе и дивизия Республиканской гвардии под командованием Махера Асада.
Если отряды игиловцев возьмут Дамаск, то территория ИГИЛ будет включать уже всю Сирию и половину Ирака, где игиловцы на днях захватили весь западный Ирак, включая Рамади и Феллуджу и находятся сейчас в 56 км от Багдада. Шиитское ополчение, переброшенное из-под Мосула и Тикрита, несмотря на то, что их контрнаступление, начатое 24 мая, было поддержано бомбардировками ВВС США, бросая оружие, отступило. Иран вынужден был ввести в Ирак дополнительные подразделения КСИР. Часть из них пытается отбить у ИГИЛ крупнейший НПЗ в Байджи, от которого зависит снабжение иракской армии горючим. А тем временем боевики ИГИЛ наращивают группировку для наступления на иракскую столицу. Несколько отрядов численностью до 20 тыс. боевиков уже продвигается на восток из района Феллуджи, что может открыть дорогу ИГИЛ на Багдад. Под видом суннитских беженцев из провинции Анбар на западе страны в Багдад проникают диверсионные группы игиловцев. Появились слухи о том, что вскоре начнется штурм иракской столицы с одновременным выступлением террористов и диверсантов ИГИЛ, в том числе состоящих из бывших офицеров армии Саддама, изнутри иракской столицы. На этот случай Вашингтон уже подготовил план раздела Ирака на три анклава: шиитский, суннитский и курдский.
Да и в Йемене дела идут не слишком успешно с точки зрения Ирана. Аравийская коалиция наращивает бомбардировки позиций хуситов – союзников ИРИ. Не исключается начало сухопутной операции войск Саудовской Аравии в районе Наджрана при одновременной высадке комбинированного десанта коалиции в Адене. Разведка боем с моря с участием египетского спецназа уже состоялась, хотя и была сорвана.
***************
Все это развитие событий в регионе позволило ССАГПЗ во главе с КСА усилить нажим на Обаму, задействовав при этом свое лобби в лице республиканцев в Конгрессе во главе с сенатором Маккейном. И в Белом доме дрогнули, пойдя на ужесточение переговорной позиции по ИЯП. Прошла информация о том, что Вашингтон, если Тегеран не уступит, предложит перенести дедлайн по подписанию окончательного соглашения на 30 сентября или даже 30 октября. Кроме того, в США уверены: Россия в случае падения Башара Асада в САР и победы ИГИЛ в Ираке вынуждена будет пойти на уступки Вашингтону по ИЯП. Ведь после Сирии и Ирака следующим в очереди «мишеней» США, ССАГПЗ и Турции стоит Иран. А затем последуют Кавказ и Центральная Азия. Вашингтон методично обкладывает Москву как медведя в берлоге. И только Иран может остановить наступление на Россию с юга. А сейчас Москве и Тегерану нужно срочно спасать Сирию и Ирак. Времени в обрез, мало шансов, но они еще есть, такая возможность все еще сохраняется.
Наступление ИГ в Сирии и Ираке: режимы Дамаcка и Багдада под угрозой
Петр Львов
Пока ближневосточные аналитики гадали, где «порвется» раньше – в Сирии, где переформатированная оппозиция готовит новое наступление на Дамаск, либо в Ираке, где ИГ захватил стратегический важный город в западной части страны Рамади всего в 110 км от Багдада, игиловцы «нарисовались» сразу в двух странах. Они не только взяли Пальмиру на востоке САР, но и теперь с 22 мая полностью контролирует всю пограничную зону между Сирией и Ираком. На сегодня под их «управлением» находится уже 53% территории САР.
23 мая боевики ИГ, не встретив сопротивления сирийской армии, смогли захватить газовый комплекс вблизи Хомса, а это – 90 км от Тартуса на побережье Средиземного моря, где находится база ВМС РФ, 160 км севернее Дамаска и 20 км от границы с Ливаном в центральной части страны. Фактически Сирия перерезана ИГ на две части. И не исключено, что окончательная фаза военной операции по свержению режима Б. Асада будет проведена не отрядами вооруженной оппозиции с севера и юга, контролируемой антиасадовским «треугольником» в лице КСА, Турции и Катара, а игиловцами. И тогда наступит конец не только алавитскому правлению, но и оппозиции, управляемой США, Турцией, Саудовской Аравией и Катаром. Либо, скорее всего, вся эта «новая» сирийская оппозиция просто перейдет на сторону ИГ и еще более его усилит.
Если отряды игиловцев возьмут Дамсак, то территория ИГ будет включать уже всю Сирию и половину Ирака, где игиловцы на днях захватили весь западный Ирак, включая Рамади и Феллуджу, и находятся сейчас в 56 км от Багдада. Шиитское ополчение и части иракской армии, переброшенные из-под Мосула и Тикрита, несмотря на то, что их контрнаступление, начатое 24 мая, было поддержано бомбардировками ВВС США, бросая оружие, отступили. Иран ввел в Ирак дополнительные подразделения КСИР, а в Багдад прибыли иранские войска. Часть из них пытается отбить у ИГ крупнейший НПЗ в Байджи, от которого зависит снабжение иракской армии горючим. А тем временем боевики ИГ наращивают группировку для наступления на иракскую столицу. Несколько отрядов численностью до 20 тыс. боевиков уже продвигаются на восток из района Феллуджи, что может открыть дорогу ИГ на Багдад. Под видом суннитских беженцев из провинции Анбар на западе страны в Багдад проникают диверсионные группы игиловцев. Появились слухи о том, что вскоре начнется штурм иракской столицы с одновременным выступлением террористов и диверсантов ИГ, в том числе состоящих из бывших офицеров армии Саддама, изнутри иракской столицы. На этот случай Вашингтон уже подготовил план раздела Ирака на три анклава: шиитский, суннитский и курдский.
Отступление армии и полиции из Рамади и Феллуджи было хаотичным. В руки боевиков ИГ попали оставленные армией танки и ракетные установки. Практически такая же картина наблюдалась, когда джихадисты в июне 2014 года захватили Мосул, – второй по величине город Ирака, и Тикрит. Дело в том, что проправительственные войска слабы. После свержения Саддама Хусейна его вооруженные силы были полностью расформированы. Вместо них была создана новая армия. Но теперь очевидно, что в процессе ее создания были допущены серьезные ошибки. Вывод американских войск из Ирака в конце 2011 года привел, в частности, к прекращению проводившейся под эгидой США программы подготовки армии. Жизнь показала, что иракские вооруженные силы не готовы к серьезному столкновению. А среди самых успешных полевых командиров «Исламского государства» – много бывших офицеров саддамовской армии, в которой преобладали сунниты.
После падения Мосула в июне 2014 года в Ираке для противостояния «Исламскому государству» начали формироваться так называемые Народные мобилизационные силы, численность которых сейчас составляет десятки тысяч человек. Ядро этих сил составляют две группы: это известные шиитские военизированные формирования, такие как «Бригады Бадра» и «Хизбалла», которые пользуются поддержкой Ирана, а также те, кто откликнулся на призыв шиитских священнослужителей идти войной на «Исламское государство». Месяц назад этим мобилизационным силам удалось нанести существенное поражение джихадистам-суннитам и изгнать боевиков ИГ из Тикрита. Но затем шиитских ополченцев обвинили в нападениях на местных суннитов. И хотя бойцы шиитского ополчения являются ближайшими союзниками иракской армии, сунниты воспринимают их иначе. Даже сунниты в провинции Анбар, признающие власть правительства в Багдаде, не хотят видеть у себя бойцов шиитского ополчения и не признают их в качестве освободителей от «Исламского государства».
Военное поражение, понесенное иракской армией от «Исламского государства» в провинции Анбар и захват экстремистами города Рамади 18-20 мая ставит новые вопросы о правильности выбранной стратегии борьбы с этой организацией и возможных шансах центрального правительства в Багдаде восстановить единство страны. В настоящее время ИГ, несмотря на предельно брутальные методы его деятельности и идеологию нетерпимого фанатизма трудно назвать просто террористической организацией. Это образование контролирует в Сирии и Ираке территорию общей площадью 300 000 квадратных километров, на которых проживают до 8 миллионов человек. Оно располагает собственными финансовыми и природными ресурсами, взимает налоги на подконтрольных ему землях. Секрет успеха «Исламского государства» состоит в сочетании террористических методов борьбы, дисциплины, унаследованной от кадровой иракской армии Саддама Хусейна и баасистских спецслужб и эффективной пропагандистской работы. И поражение правительственных войск в Рамади по тяжести своих последствий можно сравнить с поражением иракской армии в Мосуле в июне прошлого года.
Сейчас иракский кризис проходит переломный момент. Военная победа над ИГ возможна при условии тесной координации действий и военного сотрудничества между Ираном и США. Однако это крайне сомнительно. Кроме того, «партнеры» США по антитеррористической коалиции Катар и Саудовская Аравия не проявляют большого рвения в борьбе с ИГ. Для них в настоящий момент гораздо важнее ослабить Иран, прервав его коммуникации с Сирией, а «заслон» в лице ИГ неплохо выполняет эту задачу. Другим вариантом разрешения кризиса является распад Ирака. В этом случае умеренные сунниты уже без «помощи» Багдада найдут способы нейтрализовать ИГ. И эта перспектива становится все более реальной.
При этом именно шииты остаются наиболее боеспособными частями правительственных сил, прежде всего, в силу своей мотивированности и грамотному штабному управлению со стороны иранских советников. Это означает, что их количество в Анбаре будет только возрастать, а соответственно и стимулировать суннитско-шиитское противостояние. В контексте этого недавний визит министра обороны ИРИ Х. Дехгана в Багдад выглядит вполне логичным. Безусловно, за этим последует увеличение материально-технического снабжения и направления дополнительных частей КСИР для «выпрямления» линии фронта. Иранские военные в случае крайнего осложнения обстановки примут и участие в непосредственных боевых действиях.
Еще у Багдада остается надежда на военно-техническую помощь России. В ходе визита в Москву иракского премьер-министра Х. аль-Абади президент В. Путин подчеркнул важность военно-технического сотрудничества с Ираком, а глава МИД РФ С. Лавров пообещал всемерную поддержку Багдаду и Дамаску в войне с исламскими «террористами», победу в которой прибывший в Кремль премьер Ирака пообещал праздновать как победу над фашизмом. Перед встречей В. Путина и аль-Абади С. Лавров сказал, что Россия приложит все усилия для того, чтобы помочь Ираку одолеть «Исламское государство», чей успех в овладении Рамади стал самым значительным за год поражением правительства в Багдаде. «Ирак и Сирия находятся на переднем фронте борьбы с терроризмом. Поэтому мы будем все возможные запросы максимально стараться удовлетворить, чтобы их обороноспособность и их способность изгонять со своей территории ИГИЛ и прочих террористов была обеспечена», – заявил глава МИД России журналистам.
Поездка премьер-министра Ирака в Москву, не только свидетельствует об острой нужде Ирака в новом оружии перед лицом угрозы со стороны боевиков, намеревающихся продолжить захват его территории, но и доказывает, что Россия – это «более быстрый» вариант в плане получения вооружений по сравнению с его союзниками в Вашингтоне. Багдад не может ждать месяцами, а Россия готова предоставить стрелковое оружие и среднее вооружение достаточно быстро. Хотя это не отменяет потребности в американском оружии. Но Россия готова предложить Ираку оружие с отсрочкой оплаты. Между тем, США медлят и выдвигают массу условий предоставления Ираку оружия, чтобы оказывать большее политическое давление на Багдад. Совсем недавно они предложили отправить оружие напрямую суннитским боевикам и курдским формированиям Пешмерга, что разозлило центральное правительство в Багдаде.
Но, судя по успехам ИГ в Сирии и Ираке, сейчас стоит более важный вопрос – а не поздно ли спасать режимы в Ираке и Сирии? Ведь если такими темпами игиловцы пойдут вперед дальше, то судьба Дамаска и Багдада будет быстро решена не в пользу нынешних их властей. Не случайно Хизбалла заявила 25 мая, что Вашингтон не сможет защитить Ближний Восток от ИГ. А без прямого сухопутного вмешательства США в войну с ИГ победить последнее не представляется возможным.
Министерство промышленности Ливана объявило о праздновании Национального дня промышленности, который пройдет 2 июня под патронажем председателя Совета министров Ливана Таммама Салама в Институте промышленных исследований при Ливанском университете.
Празднованием Национального дня промышленности министерство стремится продемонстрировать значимость промышленного сектора для развития экономики Ливана, уменьшения дефицита торгового баланса и увеличения экспортного потенциала страны.
Официальная часть празднования будет включать выступления министра промышленности Ливана и руководителя торжественной церемонии Хусейна Аль-Хадж Хасана, председателя правления Ливанского института стандартов (LIBNOR) Хабиба Газири, генерального директора Института промышленных исследований Бисама Аль-Фурна и председателя Ассоциации ливанских промышленников Фади Аль-Джамиля. Генеральный директор министерства промышленности Дани Гедеон проведет презентацию стратегии развития ливанского промышленного сектора, которая была разработана министерством на срок до 2025 года. Также состоится показ фильма о ливанской промышленной продукции.
С учетом сложных экономических и политических проблем, с которыми сталкивается Ливан, министерство промышленности в минувшие месяцы выдвинуло ряд инициатив, направленных на защиту промышленных отраслей от политики демпинга, которая может привести к закрытию большого числа заводов и увольнению сотен рабочих. В частности, министерство взаимодействует со всеми государственными структурами и частным сектором с целью сокращения дефицита торгового баланса за счет повышения объемов промышленного производства, увеличения ливанского экспорта и уменьшения импорта. В этом контексте, Ассоциация ливанских промышленников и министерство промышленности координируют свои действия для лоббирования чиновников, работающих в органах исполнительной и законодательной власти, с целью издания законов и принятия решений, которые, были бы выгодны прежде всего промышленному сектору, обеспечивающему наибольшее количество рабочих мест для ливанцев.
Министерство промышленности провело ряд конференций, форумов и семинаров, на которых обсуждались вопросы предоставления необходимой финансовой поддержки промышленному сектору страны. Организация подобных мероприятий способствовала проведению кампании, направленной на создание конструктивного диалога между министром промышленности и представителями парламентских блоков для обсуждения важности промышленного сектора для развития ливанской экономики. В ходе этой кампании министерство учредило проведение Национального дня промышленности Ливана, который состоится 2 июня 2015 года в Институте промышленных исследований при Ливанском университете.
Тахир Мухамедрахимов
Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Азербайджанской Республики Э.М.Мамедъяровым, Москва, 25 мая 2015 года
Уважаемые дамы и господа,
Российско-азербайджанское стратегическое партнерство опирается на принципы равноправия и добрососедства, вековые традиции дружбы и взаимного уважения. Все это, безусловно, отвечает интересам наших народов. Сегодняшние переговоры подтвердили твердую решимость наших стран следовать именно этим курсом, который подтвержден высшими руководителями Российской Федерации и Азербайджана. Наше стратегическое партнерство важно в двустороннем плане и с точки зрения укрепления стабильности и безопасности на Южном Кавказе и в Каспийском регионе.
Мы высоко ценим участие Президента Азербайджана И.Г.Алиева в мероприятиях в Москве в честь 70-летия Победы в Великой Отечественной войне и его решение направить воинское подразделение на Парад на Красной площади 9 мая. Мы свято чтим память о том, что народы Советского Союза внесли решающий вклад в разгром нацизма.
С удовлетворением констатировали развитие наших двусторонних отношений по всем направлениям. Отметили, что важное значение имеет регулярный, доверительный политический диалог на высшем уровне. Экономика развивается. По нашей статистике, в 2014 г. товарооборот достиг исторического максимума, увеличившись на 12 процентов по сравнению с предыдущим годом. В текущем году также наблюдается позитивная динамика. Активно реализуются решения прошлогоднего заседания межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству. На осень текущего года планируется очередное заседание этого важного механизма.
Большинство российских регионов поддерживают связи с Азербайджаном. Только с начала нынешнего года там побывали делегации Краснодарского края, Татарстана, Северной Осетии и Дагестана. Готовится уже VI российско-азербайджанский межрегиональный форум, который состоится в этом году в Екатеринбурге.
Мы дали высокую оценку ходу выполнения Программы гуманитарного сотрудничества наших стран до 2016 года. Совместный проект президентов наших государств – Бакинский международный гуманитарный форум – уже получил мировое признание, как весьма востребованная площадка для обсуждения актуальных проблем современности с широким вовлечением гражданского общества.
Рассмотрели международные и региональные проблемы. Подробно обменялись мнениями по карабахской проблематике. В России по-прежнему рассматривают содействие достижению договоренностей между сторонами конфликта в качестве одного из наших внешнеполитических приоритетов. Будем активно продолжать содействовать поиску взаимоприемлемых договоренностей по двусторонним каналам и в качестве сопредседателей Минской группы ОБСЕ вместе с нашими партнерами из США и Франции.
Подтвердили нашу признательность за взвешенную позицию Азербайджана по украинской проблематике. У нас общее мнение, что необходимо сделать все для ускорения усилий по политическому урегулированию этого кризиса на основе выполнения Минских договоренностей от 12 февраля с.г., что предполагает налаживание устойчивого прямого диалога Киева с Донецком и Луганском. Нас очень беспокоит гуманитарная ситуация в Донбассе, социально-экономическая деградация региона в результате фактической блокады, объявленной украинскими властями. Ее снятие тоже предусмотрено Минскими договоренностями. Мы призываем украинское руководство их выполнять.
Обсудили каспийскую тематику. В прошлом году был достигнут существенный прогресс на многосторонних переговорах по проекту Конвенции о правовом статусе Каспийского моря. Результаты Четвертого каспийского саммита, состоявшегося в сентябре прошлого года в Астрахани, позволяют продвигаться по целому ряду вопросов, которые пока еще не обличены в общеприемлемые формулировки.
Условились продолжать взаимодействие, координировать позиции наших делегаций в ООН, СНГ, ОБСЕ, Совете Европы, в Организации черноморского экономического сотрудничества. Дальнейшему развитию, углублению нашего сотрудничества по международным делам будет способствовать подписанный сегодня План консультаций между министерствами иностранных дел России и Азербайджана на 2015-2016 годы.
В завершение хотел бы напомнить, что через три недели в Баку стартуют первые в истории Европейские игры, в которых примут участие представительная спортивная и государственная делегации Российской Федерации. Мы искренне желаем азербайджанским друзьям успеха в проведении этого мероприятия. Убежден, что зрелище будет весьма впечатляющим и порадует нас высокими спортивными достижениями.
Вопрос: Употреблённое Вами слово «перезрело» в отношении необходимости урегулирования нагорно-карабахского конфликта было воспринято в Азербайджане как позитивный сигнал. Стоит ли ожидать оживления в процессе урегулирования?
С.В.Лавров: Честно говоря, я уже не помню, что употреблял такое слово, но никто не отрицает, что конфликт слишком затянулся. Все также согласны, что есть реальная база для достижения договорённостей. Наверное, сейчас дело за тем, чтобы эти понимания были переведены на язык конкретных формулировок. Обычно это не самое простое дело, но смею Вас заверить, что активность, по крайней мере, со стороны российского руководства в том, что касается содействия усилиям сторон по поиску обоюдоприемлемого урегулирования, никогда не снижалась.
Как упомянул сейчас Э.М.Мамедьяров, вчера мы несколько часов подробно обсуждали подходы к нагорно-карабахскому урегулированию с учётом огромной работы, которая была проделана за многие последние годы, прежде всего, по линии сопредседателей Минской группы ОБСЕ от России, США и Франции. Все эти наработки у сторон имеются, они высказывали свои идеи, которые также брались сопредседателями в актив и учитывались в дальнейших усилиях. Честно говоря, я смотрю на нынешнюю ситуацию с осторожным, но укрепляющимся оптимизмом. Будем стараться делать всё, чтобы такая договорённость была достигнута чем раньше, тем лучше.
Вопрос: Париж недавно предложил провести в конце мая встречу представителей «нормандской четверки» на уровне заместителей министров иностранных дел. Какие вопросы намерена поднять Россия, и что мы ждем от этой встречи?
С.В.Лавров: Во-первых, это предложение Франции, и поэтому мы бы хотели получить от наших французских коллег предложения по повестке дня. Во-вторых, мы готовы встречаться в любом формате, если речь пойдет о неукоснительном выполнении Минских договоренностей от 12 февраля, которые признаны в качестве базы для урегулирования. Но наблюдаются многочисленные попытки эту базу «расшатать», переставить закрепленные по итогам 17-часовой переговорной сессии лидеров четырех государств приоритеты. Нам эти попытки не нравятся. Будем сами предлагать предпринимать дополнительные шаги для недопущения какого-либо отхода от Минских договоренностей, а также для того, чтобы страны, являющиеся гарантами их выполнения и участвовавшие в их разработке, ощущали свою ответственность и применяли ее на практике.
Вопрос: Ситуация в Сирии катастрофически ухудшается. За последние дни боевиками «Исламского государства» (ИГ) по разным подсчётам были казнены от 200 до 400 человек. Как в Москве оценивают текущую ситуацию? Намерена ли Россия что-то предпринять совместно с другими странами?
С.В.Лавров: Рассматриваем ситуацию в Сирии и не только в этой стране с растущей тревогой. Боевики ИГ на очень значительной части территории Сирии и Ирака провозгласили т.н. «халифат». «Исламское государство» уже проявляет своё присутствие в других странах – в Ливане и Ливии. Параллельно нарастают террористические действия других экстремистских группировок, в том числе т.н. «Аль-Каиды» на Аравийском полуострове, которая в результате продолжающихся бомбардировок Йемена оказалась наиболее выигравшей стороной, укрепив свои позиции в этой стране.
Если говорить о Сирии, то мы будем настаивать на скорейшем перезапуске политического процесса. Мы сделали немало для подготовки почвы для этого: провели в Москве две встречи представителей различных групп сирийской оппозиции и Правительства САР, на второй из этих встреч в апреле с.г. была одобрена «Московская платформа», содержащая около десятка базовых принципов, с которыми согласились все участники, – оппозиционеры и представители сирийского правительства. Будем активно использовать наработанный в Москве потенциал в ходе контактов, которые сейчас проводятся с нашим участием и участием других стран под эгидой спецпосланника Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистуры. Они идут в виде консультаций с различными сирийскими сторонами и внешними игроками в Женеве. По их завершении будет внесено официальное предложение о возобновлении полноценного переговорного процесса. Самое главное здесь – не допустить повторения ошибок прошлого, когда круг переговорщиков от оппозиции был фактически сведён лишь к представителям одной структуры под названием «Национальная коалиция», которая может представлять далеко не всю сирийскую оппозицию.
Говоря не только о Сирии, а в более широком плане, мы продвигаем в ООН инициативу, предложенную нами ещё в сентябре 2014 г., о необходимости разработать под эгидой СБ ООН на основе тщательного и честного объективного анализа последовательную стратегию борьбы с терроризмом и экстремизмом на Ближнем Востоке и Севере Африки, чтобы не было двойных стандартов, когда в зависимости от политических пристрастий в одном случае с террористами борются, а в другом – используют тех же самых террористов для того, чтобы помочь «свалить» неугодные режимы. Нашим партнёрам трудно уходить от такого предложения. Будем настаивать на том, что только такая всеобъемлющая, одобренная всеми и не допускающая двойных стандартов стратегия может стать действенным ответом международного сообщества на нарастающую террористическую угрозу в этом регионе.
Возвращение большого террора в Саудовскую Аравию
Максим Егоров
Террористический акт в деревне Эль-Кадих в районе Катиф (шиитский анклав в Восточной провинции КСА), в результате которого из-за подрыва смертника в местной мечети во время пятничной молитвы 20 человек погибли, а более 70 пострадали, станет знаковым в современной истории страны. Такого масштаба терактов в стране не было с 2003-2006 годов, когда «Аль-Каида» совершила свои известные нападения в Джидде и Эр-Рияде.
Однако разница между тем, что происходило десять лет назад и сейчас, существенна. Тогда это были действия организации Бен Ладена, направленные, прежде всего, против королевской семьи. Сама «Аль-Каида» была рассеяна по территории нескольких стран в виде законспирированных ячеек, организовывала громкие теракты, но они были призваны больше заявить о себе, чем создать новую реальность.
Сегодня ситуация принципиально другая. ИГИЛ, взявшая на себя ответственность за вчерашний теракт, держит под своим контролем значительную часть территории Ирака и Сирии. Фактически она имеет черты квазигосударства со своей армией, территорией, финансами, пропагандисткой машиной, экономикой, системой образования. Начав свои действия всего год назад, в июне 2014 года, эта террористическая организация сумела коренным образом изменить расклад сил в регионе и стала претендовать на статус военно-политического полюса, определяющего основные тренды Ближнего Востока.
Саудовская Аравия изначально не сумела правильно оценить риски деятельности этой организации, хотя внешне громко заявила о борьбе с ней. Более того, она даже объявила ей в августе 2014 года беспощадную войну и, следуя инициативам Вашингтона, сколотила коалицию региональных государств для противодействия ИГИЛ. Однако Эр-Рияд быстро утратил интерес к противостоянию с ней, ограничившись рутинным участием в бомбардировках ее позиций и созданием защитного вала на границе, фактически перепоручив борьбу с этой организацией Багдаду.
Саудовские стратеги исходили, видимо, из того, что, несмотря на громкие декларации, тогда еще живого ее лидера Абу Бакра аль-Багдади о создании халифата и его претензиях на контроль над Меккой и Мединой, у этой организации нет достаточных сил и средств для того, чтобы начать наступление в саудовском направлении. Даже теракт 4 ноября 2014 года в провинции аль-Ахса, когда террористы открыли беспорядочный огонь по шиитам, не убедил саудовское руководство более глубоко подключиться к борьбе с этим злом.
Кроме того, группировка ИГИЛ рассматривалась как суннитская и так или иначе сдерживающая усиление главного геополитического противника Саудовской Аравии – Ирана. Подразумевалось, что борьба ИГИЛ с шиитами в Ираке и Башаром Асадом в Сирии будет вести к их взаимному ослаблению и «аннигиляции». А с возвращением к власти в Саудовской Аравии после смерти 23 января 2015 года короля Абдаллы клана Судейри, в качестве главной угрозы безопасности страны стало рассматриваться движение хуситов в Йемене, которое при помощи ранее отстраненного от власти президента А. Салеха, захватило там власть (сентябрь 2014 года). Главное опасение Эр-Рияда заключалось в том, что укрепление контактов хуситов и А. Салеха с Тегераном запустило в Йемене – мягком подбрюшье КСА – процессы, схожие с теми, что были инициированы Ираном в начале 80-х годов прошлого века в Ливане, и приведет к превращению хуситского движения, выросшего из йеменского зейдизма (ветвь шиизма), в своего рода аналог Хизбаллы. В более широком контексте это все рассматривалось как попытка Ирана окружить Саудовскую Аравию враждебными ей режимами, к которым в Эр-Рияде относят нынешнюю сирийскую власть и до недавнего времени, т.е. до перехода власти от Аль-Малики к нынешнему премьеру Аль-Абади, относили Ирак.
Поэтому приход к власти хуситов, а также их поход на юг Йемена (за пределы зон своего традиционного влияния) был расценен как переход Тегераном условных «красных линий», в качестве которых рассматривается территория Аравийского полуострова. Ведь многие помнят, что именно так саудами воспринимались шиитские волнения на Бахрейне в 2011 году и тогда Саудовская Аравия тоже отреагировала решительно, начав операцию «Щит полуострова» и введя на Бахрейн небольшой по численности контингент своих войск.
Равным образом она поступила и в случае с Йеменом, начав 26 марта этого года широкомасштабную воздушную операцию против хуситов силами наспех сколоченной коалиции арабских государств, которая «откликнулась на просьбу законного президента Йемена А. Хади». Разница с Бахрейном заключается в трудности организации наземной операции, поскольку у КСА нет достаточно подготовленных войск для ведения боевых действий в горных условиях (ее поражения от хуситов в декабре 2009 года это убедительно доказали). Многие другие страны, такие как Египет и Пакистан отказались посылать свои контингенты в Йемен, хотя и политически поддержали действия КСА, (Каир даже выделил свои самолеты). Саудам пришлось ограничиться масштабными бомбардировками территории Йемена, которые, однако, как и ожидалось, не позволили существенно подорвать военный потенциал хуситов и вернуть под контроль законного правительства хоть какие-то территории.
В дополнение к военным неудачам саудов, у Эр-Рияда не получилось запустить политический процесс урегулирования на основе национального диалога – хуситы на фоне бомбежек Саны и практически полного разрушения их родного очага Саады отказались ехать на организованную при содействии ССАГПЗ межйеменскую конференцию в саудовской столице, которая прошла 17-19 мая без их участия. Ее решения оказались откровенно направленными против них, и хуситы их осудили.
Теперь же, после теракта в Эль-Катифе, ситуация поворачивается совсем другим углом. Теперь любому здравомыслящему наблюдателю очевидно, что хуситы главной угрозой безопасности Королевства, по крайней мере, на данный момент не являются. Более того, они готовы на переговоры, согласны ехать в Женеву на организуемые спецпосланником генсекретаря ООН Исмаилом Ульд Шейх Ахмедом консультации 28 мая для возобновления всеобъемлющего национального диалога. Да и нападать на территорию КСА они скорее всего перестанут (одну военную базу они на юге Саудовской Аравии хуситы все же на днях захватили), если Эр-Рияд прекратит бомбардировки йеменской территории, которые уже привели к возникновению тяжелейшего гуманитарного кризиса в этой стране.
Другое дело – ИГИЛ. Признав произошедший крупнейший за последние десять лет теракт делом рук своей «Недждийской провинции»(!), новоявленный халифат фактически объявил войну Саудовской Аравии. Если этот факт соединить с изменением в последнее время главного направления военных действий ИГИЛ, то, как можно констатировать, он поменялся. Если раньше основные удары наносились по курдским районам на границе с Турцией (Кобане) и в направлении Багдада, то с недавних пор халифат развил наступление на юг, захватив город Рамади – столицу суннитской провинции Анбар, откуда уже рукой подать до саудовской границы. Параллельно он быстро продвигается в сторону Дамаска, захватив древний город Пальмира, находящийся в 200-х километрах от сирийской столицы.
КСА нужно срочно менять стратегию и тактику, отказываться от военной операции против Йемена на деле, а не на словах, поддержав переговорный процесс под эгидой ООН в Женеве, и сосредоточить все силы на борьбе с ИГИЛ. В этом у нее найдется много союзников, в том числе и Россия.
Анкара и Эр-Рияд: Союз против Тегерана
Игорь Панкратенко
В подходе к региональным проблемам, будь то Сирия или Ливия, Египет или же Ирак, Саудовская Аравия и Турция, монархия и вполне себе светская демократия, долгое время никак не могли найти общего языка. Более того – откровенно конфликтовали и были враждебны друг другу. Но изменение ближневосточной политики США – переговоры с Ираном и требование Вашингтона к союзникам «производить безопасности больше, чем они потребляют» − заставили и Эр-Рияд, и Анкару пересмотреть отношение друг к другу. Сегодня две страны создают альянс, конечная цель которого – противостояние Ирану и уничтожение его союзников в регионе.
«Режим Башара Асада хуже, чем боевики ан-Нусры и «Исламского государства» в Дамаске. А увеличивающееся влияние Ирана в регионе – опаснее, чем деятельность «Братьев-мусульман» − именно так выглядит первый и главный принцип, на котором строится сегодня альянс между Анкарой и Эр-Риядом. Второй − по номеру, но не по значимости – звучит так: «Вашингтон опасается слишком глубоко увязнуть в ближневосточных проблемах, в своих собственных целях демонстрирует миролюбие в отношении Тегерана. Но при этом развязывает нам, Турции и Саудовской Аравии, руки для того, чтобы мы решали региональные вопросы самостоятельно».
Именно так выглядят основные турецко-саудовские договоренности, которые были достигнуты в ходе визита Раджепа Эрдогана в Эр-Рияд 28 февраля − 2 марта нынешнего года. Разумеется, в силу они вступили не сразу, потребовались консультации с Вашингтоном, руководством НАТО, трехсторонний диалог с участием Катара и ряд других организационных мероприятий. Но к сегодняшнему дню союз Турции и саудитов вполне сложился. И уже прошел «проверку боем»: группировка «Джаиш аль-Фатх» (Армия завоевания), совместный проект Анкары и Эр-Рияда, активно и небезуспешно действует в сирийской провинции Идлиб и на остальных территориях северо-запада страны.
Впрочем, вопрос о судьбе Дамаска и свержении правительства Башара Асада – лишь одна из задач, для решения которой Турция и Саудовская Аравия заключили партнерское соглашение. Безусловно – актуальная, критически важная для руководства двух государств, но не единственная. Вопрос стоит гораздо шире. «Политика Ирана в регионе была главным вопросом в повестке встречи двух лидеров, президента Эрдогана и короля Салмана», − откровенно пишет проправительственная турецкая Yeni Safak. – «Оба они обеспокоены экспансией Тегерана в регион и продвижение им своей сектантской политики, поскольку Иран тратит огромные ресурсы на пролитие крови мусульман и на дестабилизацию мусульманских государств».
Перед лицом этакой «опасности, шагающего в регионе по колено в крови Тегерана», что могут значить какие-то существовавшие ранее между Анкарой и Эр-Риядом противоречия в отношении Египта, Ливии или «братьев-мусульман»? Тем более, что именно такое искаженное видение двумя государствами реальных проблем региона вполне устраивает их основного партнера и покровителя – Вашингтон. Хотя, как это обычно и бывает, от чистого сердца признавая Иран «главным противником», каждый из участников свежеиспеченного союза стремится использовать его возможности в первую очередь для решения собственных проблем. Что, в конце концов, этот союз и угробит.
Заботы Эрдогана
Амбициозная внешнеполитическая доктрина турецкого президента и его партии, выраженная в формуле «ноль проблем с соседями», серьезно поистрепалась в столкновениях с реалиями региона. За броским названием скрывалось не менее броская суть – монополизировать положение «моста» между «Западом» – США, НАТО и Евросоюзом – и «Востоком», включающим в себя, в представлении Анкары, и ближневосточный регион, в том числе Иран, и пресловутый «тюркский мир», и Северную Африку.
В хаосе «арабской весны» Эрдоган и его однопартийцы всерьез рассчитывали, что на смену режимам в Сирии, Египте и Ливии придут протурецки настроенные «братья-мусульмане» и возникнет некий «Исламский порядок», лидером которого, как тогда казалось, станет Анкара. Вскоре после начала антиправительственного мятежа в Сирии Эрдоган, тогда еще премьер-министр, заявил, что вскоре совершит молитву в «освобожденном Дамаске», в мечети Омейядов. Не сложилось. Более того, вскоре выяснилось, что и «братья-мусульмане» в Египте оказались недееспособны, и остальные страны региона совершенно не горят желанием признать за Анкарой статус верховного арбитра.
Но главное – куда бы ни направлялись внешнеполитические усилия Анкары, они неизменно «натыкались» на иранское присутствие, будь то Ирак, Ливан или тот же ХАМАС. Более того, основное противостояние в регионе складывается по линии «Эр-Рияд − Тегеран», и в этой борьбе двух центров «третий», да еще и с претензией на постоянное посредничество, явно оказывается лишним. Перед Эрдоганом встала серьезная проблема – отношения с каждым из основных игроков осложняются, с ролью регионального арбитра ничего не получается, в результате – вместо «ноля проблем» появляются одни сплошные минусы.
Решение, которое он принял в подобной ситуации, – заключить союз с одной из враждующих сторон, чтобы максимально ослабить другую. Ну, а там – вполне возможны варианты, когда получится если и не «переиграть» партнера, то договориться с ним о разделе сфер влияния. Выбор в качестве союзника Эр-Рияда – глубоко логичен и обоснован. Под ирано-турецкими отношениями всегда находилась «мина замедленного действия»: серьезные политические противоречия, от подходов к региональным проблемам до членства Турции в НАТО, которое для Анкары всегда было важнее «особого партнерства» с Тегераном. И как ни пытались стороны замаскировать эти противоречия успехами экономического сотрудничества, тоже, кстати, не без подводных камней, но рано или поздно мина должна была сработать. Что, собственно, в нынешнем году и произошло.
По целому комплексу причин, главной из которых является турецкая экономика, Эр-Рияд на данный момент просто необходим Анкаре и как военно-политический союзник, и как финансовый партнер, а точнее как источник «горячих денег», от нехватки которых задыхается турецкая экономика. Кроме того, «война в одиночку» в той же Сирии – более чем затратное мероприятие. Анкара вложила в нее почти 2,5 миллиарда долларов. По самым оптимистичным расчетам, контрабандная нефть, захваченное на сирийской территории и вывезенное в Турцию промышленное оборудование, другие трофеи сумела «отбить» миллиард-полтора (действия Турции на сирийской земле похожи на настоящее мародерство, причем вознесенное на государственном уровне). И Эрдогану хотелось бы не только ликвидировать этот дефицит, но и остаться «в плюсе», тем более в преддверии июньских выборов в парламент страны.
Эр-Рияд и новая «суннитская ось»
Политические часы Эрдогана и короля Салмана сошлись. Время выбора для Анкары регионального стратегического партнера совпало с аналогичной ситуацией в Эр-Рияде. 50 королевских указов за 100 дней правления нового короля, каждые два дня – по одному важнейшему распоряжению, полностью перетряхивающему структуру управления Саудовской Аравии, определяющему новые функциональные обязанности министерств и ведомств, производящему перестановки в «кадровой обойме» дома Саудов. Эта интенсивность реформ, скрытая от внимания общественности и масс-медиа, не имеет прецедента ни в саудовской истории, ни в истории других монархий Залива.
В королевстве сегодня меняется многое, даже то, что вчера казалось незыблемым, как, например, отношение к «братьям-мусульманам» и радикальным исламистским группировкам, открыто называвшим Эр-Рияд свои врагом и будущей целью. По иному и быть не может, поскольку на кону стоит не просто лидерство династии в исламском мире, а вопрос выживания в противостоянии с Тегераном и «шиитским Пробуждением». Эрдоган с его предложением о Союзе, что называется, поймал волну саудовских перемен.
Главным врагом для Эр-Рияда по-прежнему остается Иран, но теперь саудиты считают, что в борьбе с ним хороши все средства, в войне с ним могут помочь даже те, кто еще вчера считался врагом. Согласно новой концепции, принятой узким кругом тех, кто стоит у трона короля, для «противостояния иранской экспансии» необходимо создать новую «суннитскую ось». Причем, личная лояльность ее участников к дому Саудов теперь особой роли не играет. Нанести поражение Ирану в Сирии, уничтожить его союзников в регионе – эти цели признаны более актуальными, чем верность королевскому дому.
Эта новая «суннитская коалиция», разумеется, явление временное. После решения задач «сдерживания Ирана», взятия Дамаска, уничтожения Хизбаллы и хуситов, после «замирения» Ливии нелояльных к династии, излишне самостоятельных и потенциально опасных жестко зачистят. Но только после победы над главным противником. Так же и в отношении возникшего сегодня союза с Анкарой. Вопрос о том, сохранится ли он дольше, чем в Сирии продержится Башар Асад, Эр-Рияд будет решать после падения Дамаска. А пока – единый фронт против «иранской экспансии».
Основной элемент турецко-саудовская стратегии: удары «из-за угла»
Ни Саудовская Аравия, ни Турция не пойдут в лобовую атаку на Иран. Точно также, как и на публичном уровне Анкара и Эр-Рияд будут избегать откровенно враждебных шагов по отношению к Тегерану. Избранная ими стратегия будет заключаться в регулярном нанесении ударов не по самой Исламской республике, а в чувствительных для нее точках, в странах, которые Иран считает входящими в его сферу влияния.
В первую очередь это относится, разумеется, к Сирии. То, что Анкара и Эр-Рияд играют сейчас «на добивание», прилагают все усилия к тому, чтобы в ближайшее время нанести решающий и смертельный удар по Башару Асаду, сомнений нет никаких. Они, собственно, и ведут себя так, как будто государства Сирия уже не существует, а есть лишь некая территория, нуждающаяся в «переформатировании». И главную ставку здесь Турция и Саудовская Аравия делают на исламистских боевиков, на сколачивание единой коалиции из всех этих многочисленных клонов «всемирного джихада»: «Джаиш аль-Фатх», «Ан-Нусры», «Ахрар аль-Шам», «Джунд аль-Аксы» и прочей нечисти.
Совместная операция в Сирии преследует и другую цель: уничтожение или максимальное ослабление Хизбаллы, которую Эр-Рияд рассматривает как препятствие своему проникновению в Ливан. Затем – Ирак, который, судя по всему, уже поделен на сферы влияния. Турция по-прежнему будет наращивать свое присутствие в Иракском Курдистане, где сосредоточены колоссальные запасы иракской нефти и газа и который за последние годы стал одним из наиболее значимых для Анкары экспортных рынков. А кроме того, поставки курдских нефти и газа позволяют Турции постепенно сокращать свою зависимость в этом вопросе от России и Ирана. Ну, а Саудовская Аравия, опираясь, в первую очередь на Иорданию, будет усиливать свое влияние на местных суннитов, создавая из них полноценный противовес иранским позициям в Багдаде.
Найдутся для союза Анкары и Эр-Рияда общие темы и в Ливии, и в Египте, словом, на ближайшие годы для поддержания партнерства совместных проектов более чем достаточно. На более длительный срок турецкие и саудовские элиты предпочитают не загадывать, прекрасно понимая, что неизбежен момент, когда нынешний союз обернется самым серьезным противостоянием.
**********
Комментируя возникновение партнерства между Эрдоганом и саудитами, один из известных турецких журналистов, Мурат Йеткин (Murat Yetkin) написал: «Сектантский по сути альянс, провоцирующий конфронтацию с Ираном, не принесет пользы ни Турции, ни какой-либо другой стране. Этот союз означает, что в регионе станет больше насилия и смерти». Предельно точное определение, к которому нечего добавить.
Сотрудники платежной системы Payfort опубликовали отчет «The State of Payments 2015». Документ рассказал о состоянии электронной коммерции и онлайн-платежей в арабских странах.
Компания провела исследование в шести государствах с доступом к Payfort: Египте, Иордании, Кувейте, Ливане, Саудовской Аравии и Объединённых Арабских Эмиратах. Наиболее популярные сегменты онлайн-рынка составляют одежда и БТиЭ, как и в Российской Федерации. По прогнозам Payfort, объем сетевых продаж в данных сегментах увеличится в два раза за пять лет. К 2020 году он составит $13,4 млрд.
Больше всего онлайн-покупки любят в Египте и Саудовской Аравии. Вслед за ними идут ОАЭ, где есть высокоскоростной Интернет. По числу интернет-покупателей лидирует Египет, а количество электронных покупок на человека самое большое в ОАЭ. Арабский и Российский рынки считаются перспективными для электронной коммерции.
Кирилл Романов
Отступать некуда, позади Дамаск!
Владимир Ефимов
Пока Москва проводила у себя встречи представителей сирийских властей и оппозиции, которая реально никого не представляет, основные враги Дамаска – Саудовская Аравия, Турция и Катар разработали новый план по свержению законного сирийского правительства и перешли к его реализации. По оценке многих экспертов, режим Асада на этот раз вряд ли удержится у власти более 4-6 месяцев после начала открытого военного вторжения турецкой армии в САР при участии британского, французского и катарского спецназа с опорой на перегруппировавшиеся силы исламистов, готовых выступить на всех «фронтах».
Антиасадовский «треугольник»
В феврале-апреле сего года произошло формирование антиасадовского «треугольника» в составе Эр-Рияда, Анкары и Дохи, в создании которого главную роль сыграла встреча короля КСА Абдель Азиза Салмана с президентом Турции Раджепом Эрдоганом в начале марта 2015 г. Турецкий лидер убедил саудовского монарха в том, что США в настоящее время не готовы и не хотят незамедлительного свержения Башара Асада, который на данном этапе нужен Вашингтону для ликвидации ИГ в Ираке и Сирии. Были приведены и конкретные доказательства того, что американские и сирийские спецслужбы тесно сотрудничают в целях получения информации о точных местах расположения наиболее чувствительных позиций боевиков ИГ, по которым ВВС США уже много месяцев не слишком успешно наносят удары. Кроме того, США упорно уходили от введения над территорией САР «бесполетных зон». При этом Вашингтон критиковал КСА, Турцию и Катар за то, что они делают ставку исключительно на радикальных исламистов в процессе создания «новой» сирийской вооруженной оппозиции после разгрома ССА (решение об этом принималось в августе 2014 года). Слишком свежи в Вашингтоне воспоминания о том, что вытворяли финансируемые Катаром «революционные» власти исламистов в Египте при президенте от «Братьев-мусульман» Мухаммеде Мурси и полубандитское правительство в Ливии после свержения там Муаммара Каддафи, включая зверское убийство посла США в Ливии Кристофера Стивенса. Да и Израиль, безопасность которого крайне важна Вашингтону, явно не благоволит к тому, что вместо вполне умеренного и предсказуемого Башара Асада на смену ему придут кровавые убийцы из организаций типа «Джабгат ан-Нусра», призывающих к полному уничтожению еврейского государства.
Раджеп Эрдоган надавил и на самую болевую точку Эр-Рияда (США сотрудничают с Ираном, главным соперником КСА, в борьбе против ИГ как в Ираке, так и в Сирии). Это, говорил турецкий лидер саудовскому королю, подразумевает сохранение режима Башара Асада у власти на неопределенное время. Данный довод стал, судя по всему, для саудовского монарха ключевым, причем настолько, что он даже согласился на сохранение присутствия сирийских «Братьев-мусульман» во вновь создаваемой антиасадовской коалиции. Хотя они являются ставленниками в первую очередь Турции и Катара.
Оставался только один вопрос – а кто конкретно возглавит новую власть в Дамаске после свержения Башара Асада? Вот тут договориться не удалось, учитывая, что у каждого члена «треугольника» имеется свой фаворит. Поэтому данный вопрос временно отложили, тем самым заложив мину замедленного действия под будущее Сирии. Такое ведь уже случилось в Ливии, где бывшие союзники, объединившиеся для свержения Каддафи, после этого просто переругались между собой и развалили страну на анклавы своего влияния, тем самым фактически уничтожив ливийскую государственность. Да и в Ираке сейчас наблюдаются такие же процессы: каждый внешний игрок делает ставку на «своего» фаворита, что толкает страну к окончательному распаду на курдское, суннитское и шиитское маргинальные государства. На данном этапе объединяющей задачей «треугольника» становится отстранение Башара Асада от власти, причем этот процесс ускоряется с четкой фиксацией сроков окончании операции.
Новая антисирийская коалиция
В рамках этого антиасадовского альянса на севере САР была создана организация верховного командования подконтрольных КСА и Турции сил в лице «Джабхат фатх», которая является не только координирующим штабом в плане разработки боевых операций, но и центром по распределению между отрядами боевиков на местах финансовой и материально-технической поддержки. Штаб-квартира «Джабхат фатх» сейчас располагается в Идлибе и включает в себя девять различных исламистских организаций, среди которых наиболее крупные: «Джабхат ан-Нусра», «Ахрар аш-Шам» и «Джунуд аль-Акса». Эр-Рияд выступает в качестве основного финансиста и поставщика вооружения, Анкара организует штабную работу и разведку, причем через турецких офицеров непосредственно в штаб-квартире организации на сирийской территории. Кроме того, Турция предоставила базы для подготовки исламистов на своей территории, ее офицеры открыто работают инструкторами, а также обеспечивает коридоры на сирийско-турецкой границе для переброски вооружения, боеприпасов и боевиков. Катару отводится роль второго главного финансового источника, а офицеры его спецназа вместе с саудовскими и турецкими инструкторами участвуют в подготовке «джихадистов». Забавно, что Служба общей разведки (СОР) КСА, направив в отряды «повстанцев» своих кадровых офицеров, на всякий случай предварительно уволила их со службы во избежание дипломатических осложнений.
Примечательно то, что в противовес им США готовят на турецкой и иорданской территории более умеренных боевиков, никак не связанных с исламистской идеологией. В числе «курсантов» − остатки ССА, «Харакат аль-Хазм», «Бригады Фарука», в том числе новые и старые дезертиры сирийской армии. Среди них много представителей неарабских нацменьшинств. Правда, боевики «Харакат аль-Хазм» практически без боя сдали исламистам свои арсеналы с новейшим американским вооружением, среди которого были противотанковые системы TOW. После это США прекратили их финансирование. ЦРУ проводит селекцию тренируемых боевиков с целью недопущения попадания в их число радикальных исламистов. В настоящее время по этой программе, на которую еще осенью 2014 года было выделено 500 млн. долл., готовится более 400 боевиков. Значительное число «курсантов» − этнические туркоманы. Причем задача по подготовке американцами контингента общей численностью в 15 тыс. боевиков будет выполнена не ранее чем к середине 2017 года. Так что Вашингтон явно запаздывает. Ведь уже сейчас в составе только «Джабхат фатх» находится порядка 30 тыс. бойцов.
Но в любом случае, опередить США в вопросе подготовки мощной вооруженной силы для свержения Башара Асада − дело стратегической важности и для КСА, и для Турции, и для Катара. Свержение сирийского режима в ближайшие месяцы поставит США перед свершившимся фактом и, кроме того, серьезно ослабит растущее иранское влияние в этом регионе. Это позволит тому же Эр-Рияду более эффективно сконцентрироваться уже на других участках противодействия шиитскому влиянию.
Слабость сирийского режима
На сегодняшний день не просматривается никаких перспектив мирного урегулирования сирийского конфликта. Женевский процесс давно заглох. Московские переговоры оказались бесполезными. Основные внешние игроки – Россия, США, Франция – на сирийскую тему давно не выходят за рамки простого обмена мнениями на уровне экспертов. А тем временем отдельные отряды вооруженной оппозиции смогли перегруппировать свои силы и перейти в контрнаступление. Последние военные успехи оппозиции в Сирии стали возможны благодаря объединению 58 различных вооруженных структур на юге, которые придерживались в основном идеологии Сирийской свободной армии (ССА), при помощи США, Иордании и КСА. Этот «южный» фронт в основном действует в районе городов Дераа и Кунейтра при явной активной подпитке иностранных спонсоров и координационно-штабной поддержке единого центра в Иордании. «Южане» могут отрезать сирийскую столицу от границы с Ливаном, и тогда затруднится поступление Башару Асаду помощи со стороны Хизбаллы. На севере исламские радикалы под общим руководством «Джабхат фатх», прежде всего в лице «Джабгат ан-Нусра» и «Ахрар аш-Шам», недавно захватили важный город Идлиб – центр одноименной провинции. После его захвата эта новая оппозиционная структура под саудовско-турецким патронажем планирует организовать наступление на Алеппо, а также на Латакию, кстати, оплот клана Асада, где та же «Джабхат ан-Нусра» сконцентрировала сейчас более трех тысяч боевиков. Вчера, 19 мая, артиллерия джихадистов начала обстреливать Латакию. Не исключено проникновение боевиков в город, а затем его штурм. Более того, 19 мая посольство РФ в Дамаске подверглось минометному обстрелу. МИД России расценил это нападение боевиков как террористическую атаку.
Правительство Башара Асада все еще контролирует территорию, на которой проживает большинство населения страны, но ему становится все труднее сдерживать наступление антиправительственных сил на нескольких фронтах. Более того, развитие событий в марте-апреле сего года позволяет говорить о затягивании конфликта и перспективах фактического распада сирийского государства на несколько полунезависимых образований. Кровопролитие в Сирии, где в результате гражданской войны погибло более 250 тысяч человек, грозит принять еще более угрожающие формы.
Сдача Идлиба правительственными войсками − огромный проигрыш Асада. Это открыло джихадистам путь в провинцию Хама. Город Джиср аш-Шугр уже пал. Его важность не только в том, что он находится между Идлибом и Хамой, но прежде всего в том, что он открывает дорогу на средиземноморское побережье Сирии, в районы, населенные алавитами. Джиср аш-Шугр находится всего в 55 километрах от Латакии и его взятие боевиками создает непосредственную угрозу для провинций Латакия и Тартус.
Негативную роль играет и то, что одновременно происходит сужение базы поддержки Башара Асада внутри Сирии. Растет недовольство правительством в Дамаске среди алавитской общины, что вызвано большими потерями среди военнослужащих-алавитов. Это связано с тем, что правительство избегает использовать военнослужащих-суннитов на важных боевых участках, опасаясь их дезертирства. Все это не может не вызывать разочарования в действиях правительства у алавитов Сирии. Существенно уменьшаются и возможности правительства Башара Асада по финансированию военных действий. Пока что основную нагрузку по финансированию сирийских вооруженных сил и правительства в Дамаске несет исключительно Иран. Однако в условиях падения цен на нефть и одновременной военной поддержки Сирии и Ирака Тегерану становится все тяжелее нести бремя этих огромных расходов в одиночку.
К тому же, в Сирии идет процесс фрагментации. Территории, контролируемые различными оппозиционными группировками и союзниками правительства, постепенно превращаются в полунезависимые образования. Северо-восток страны, Ракка и Дейр эз-Зор, захвачены «Исламским государством», в провинции Идлиб фактически создан исламский эмират под эгидой «Джабхат ан-Нусры». В районах Сирии, населенных курдами, создается курдское квазигосударство. В данных условиях сфера контроля правительства Башара Асада может уменьшиться до территории, включающей Дамаск, Хаму, Хомс, средиземноморские районы Сирии, населенные алавитами, и Джебель-Друз, населенный друзами.
Сценарий предстоящей войны
Сценарий того, что задумали Эр-Рияд, Анкара и Доха при участии Аммана, уже известен из военных источников ряда арабских стран. По замыслам «треугольника», Башар Асад должен быть свергнут до конца сего года. Сначала Турция вводит «бесполетную зону» на севере САР глубиной до 300 км. Затем начинается наступление на Алеппо, Латакию, Тартус и Банияс при поддержке ВВС Турции, а если понадобится – турецкой артиллерии и даже отдельных воинских частей. Одновременно разворачивается наступление «южного фронта», чтобы отрезать Дамаск от Ливана. В пригороды Дамаска и в сам город проникает спецназ Катара и ряда западных стран во главе крупных отрядов наемников из исламских стран, в том числе и с Северного Кавказа. Начинается паника. Оставшиеся дипмиссии закрываются, а Башару Асаду и его окружению ничего другого не остается, как бежать в Иран. А пока что страны «треугольника» продолжают обрабатывать США, чтобы убедить Вашингтон поддержать его наземные действия ударами американских ВВС. В Эр-Рияде и Анкаре уверены – у американцев не будет другого выбора, иначе для них в будущей Сирии (уже без Асада) не будет никакого место и позиций.
При таком развитии событий Хизбалла будет вынуждена уйти на ливанскую территорию, и иранские инструкторы тоже покинут САР, поскольку никакого смысла не будет им оставаться там. Конъюктура мировой геополитики на сегодня такова, что прямое иранское военное вмешательство Тегерана исключено. России тоже. Более того, уже многие СМИ США и западных стран распространили информацию о том, что Москва якобы договорилась с Вашингтоном о том, что она откажется от Башара Асада, понимая бесперспективность его правления, в обмен на признание американцами де-факто вхождения Крыма в состав РФ. Якобы это и было главной сделкой во время недавнего пребывания госсекретаря Джона Керри в Сочи. Более того, уже пошли разговоры о том, что помощник госсекретаря США Виктория Нуланд приезжала в Москву 18 мая в развитие итогов сочинских переговоров для выработки конкретных модальностей подобной договоренности.
Вместе с тем, судя по российским заявлениям, это не совсем так, вернее это абсолютно не так. В Москве разочарованы нынешним состоянием российско-американских двусторонних отношений и возлагают всю ответственность за их ухудшение, прежде всего на США, − заявил замминистра иностранных дел России Сергей Рябков после переговоров с Викторией Нуланд. «Проведена сверка часов. В целом ситуация в двусторонних отношениях удручающая», − сказал он. Сергей Рябков отметил, что частота контактов с США может быть будет повышена, но конкретных договоренностей пока нет, никаких и ни на каком уровне. Возможность каких-либо геополитических сделок или разменов с США в контексте украинского урегулирования и решения сирийского кризиса он категорически отверг. Сергей Рябков объяснил, что у Москвы и по Украине, и по Сирии «есть абсолютно четкая, понятная всем и твердая позиция, которая «не конъюнктурна» и «не является какой-то разменной монетой».
К сожалению, в Вашингтоне еще со времен Бориса Ельцина и до сих пор уверены, что, стоит только Белому дому помахать перед Кремлем конфеткой в красивой обертке, как русские тут же бросятся в объятия американцев. Похоже, уроки Украины ничему их не учат. Это в Киеве падки на дешевые «печенюжки» от Виктории Нуланд на Майдане, но никак не в Москве. Президент России Владимир Путин мыслит совершенно другими категориями, прежде категориями, исходящими из интересов России, он не продается. Тем более за миску дешевого салата, заправленного очередным американским обманом.
Да потом, ситуация такова, что только исключительно наивный человек не понимает, что Обаме нужны громкие дипломатические победы, чтобы помочь Хиллари Клинтон выиграть президентские выборы. А без помощи России он ничего не добьется ни по Украине, ни по Сирии и ни по Ирану. Хотя наверняка много тех, кто хочет убедить Владимира Путина в искренности намерений Вашингтона. Это те, кто смотрит на Запад как на икону, те для которых солнце восходит на Западе, и те, кто связал и связывает с Западом будущее своих детей, свой бизнес и свое личное благополучие.
Но, что бы ни произошло на новом этапе сирийской войны, высока вероятность, что итогом задуманной военной операции «треугольника» может стать развал сирийского государства. Примерно так, как это случилось в Ливии. Слишком сильны противоречия между участниками антиасадовского оппозиционного альянса и участниками «треугольника». Скорее всего, на месте САР возникнут несколько анклавов: суннитский (самый крупный) или несколько суннитских образований, алавитский, курдский, друзский и т.д. Гражданская война в Сирии, к сожалению, станет еще более кровавой. Возможно, что именно этого и добиваются в Эр-Рияде, Анкаре и Дохе.
*************
Очевидно, что сейчас как никогда дружественная России и Ирану Сирия находится перед лицом огромной опасности. Против Башара Асада объединили свои усилия мощные региональные страны при поддержке Запада. Нынешнее законное правительство сильно ослаблено. В последние недели правительственная армия потерпела ряд серьезных поражений. Но пока рано хоронить Башара Асада и дружественный нам сирийский режим. Если Россия и Иран нарастят военную и военно-техническую помощь Дамаску, а иракские шиитские формирования типа «Армии Махди» и ливанская Хизбалла помогут бойцами, то есть шанс нанести поражение оппозиции как на северном, так и на южном фронтах. Так что, перефразируя историческую фразу защитников Москвы в 1941 году, можно сказать: Отступать некуда, позади Дамаск!
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter