Всего новостей: 4321979, выбрано 3750 за 0.017 с.
Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Списков нет
Летом 2005г. самым заметным событием российско-африканских отношений стало дело российских моряков танкера African Pride, арестованных в Нигерии. Греческий танкер под панамским флагом African Pride был задержан ВМФ Нигерии в окт. 2003г. в 30 милях от нигерийского берега, с грузом нефти и без необходимых документов на борту. Нигерийская сторона обвинила капитана и команду в сговоре, целью которого был вывоз нефти без лицензии или других документов. По информации, полученной «Аф-Ро» у собственного источника в аппарате советника президента Нигерии по национальной безопасности, African Pride был всего лишь звеном в контрабандных операциях. При осуществлении таких схем нефть различного происхождения баржами перегружается в танкер, который находится вне территориальных вод Нигерии. Танкер, в свою очередь, затем сливает нефть в супертанкер, где, 11 тыс.т. растворяются как капля в море. В неофициальных беседах нигерийцы говорят, что это был уже шестой подобный заход для African Pride. Вся история задержания и последующие злоключения моряков выглядят чрезвычайно запутанно. Танкер был эскортирован на рейд Лагоса. После этого, по словам моряков, находившемуся на борту представителю нигерийской компании Fabisco (фрахтователя судна) дали возможность уйти, а часть команды, в том числе 12 российских граждан, были помещены под стражу на базу ВМФ Апапа. Ни сами моряки, ни нигерийские власти не посчитали нужным поставить российское посольство в известность об инциденте и были изрядно удивлены, когда через несколько дней на базе появился консул Александр Куликов. Капитан танкера Валерий Пахомов в письменной форме отказался от помощи посольства, при этом заявив: «Кому надо, сколько надо заплатят – и выпустят». До этого капитана три раза задерживали на аналогичных основаниях, дважды в Саудовской Аравии и один раз на Фолклендских островах. На этот раз дело было передано в суд, и разбирательство продолжается вот уже полтора года.
Годом позже дело получило новый оборот. Сначала Нигерийская национальная нефтяная корпорация (NNPC), по указанию президента, продала основной вещдок – нефть с танкера, – причем каким-то образом количество нефти по документам о продаже уменьшилось в 2 раза относительно количества на момент задержания – 5 тыс.т. вместо 11 тыс. А затем с рейда порта Лагоса исчез и сам танкер. Исчезновение танкера вызвало немало слухов, в которых фигурировали весьма высокопоставленные лица (в том числе российский консул и сын нигерийского президента Гбенги Обасанджо).
На самом деле угон танкера был инициирован греческой компанией Glera Services – владельцем African Pride, – специально нанявшей для этой цели капитана Савельева и команду из Новороссийска. Семь моряков, находившихся на борту танкера, пошли на угон после шантажа со стороны греков, которые, по словам главного редактора журнала «Человек и закон» Антона Самойленкова, угрожали расправиться с их семьями. Остается неясным, что толкнуло Савельева на действия, которые непременно осложнили бы судьбу его коллег и земляков в тюрьме.
В результате расследования дела об угоне танкера с занимаемых должностей были сняты и предстали перед трибуналом 3 адмирала и целый ряд офицеров западного командования ВМФ Нигерии. Позже по этому же делу был освобожден от должности главком ВМФ Сэмюэл Афолаян (Samuel Afolayan). Нигерийцы так и не смогли найти судно. В лондонском регистре оказалось два танкера с таким же названием, но ни один из них под характеристики задержанного не подходил. В России спустя несколько месяцев стало известно, что танкер работает в Персидском заливе, сменив название сначала на Cosmos-2, а затем на Zenith-1.
После угона оставшимся в Нигерии морякам танкера было отказано в освобождении под залог, и сразу они были переведены в тюрьму строгого режима Кири-Кири. Тюрьма строгого режима, которую российские журналисты назвали «адом», оборудована футбольным полем и двумя теннисными кортами, а также предоставляет весь спектр услуг: от алкоголя и марихуаны до использования сотовой связи в камерах, за вознаграждение. У моряков есть сотовый телефон, они никогда не содержались вместе с местным населением, а греки еженедельно выделяли 1 тыс.долл. на покупку фруктов и овощей. Последнее время моряки находились в камерах по 3 чел. в блоке, оборудованным телевизором, где, кроме них, содержится за двойное убийство еще белый англичанин. В результате, когда в июле морякам был предложен перевод в тюрьму общего режима, они отказались. Хотя, безусловно, Кири-Кири – не санаторий.
После года ведения дела стало очевидно, что ни нигерийская, ни российская сторона простого выхода из сложившейся ситуации не видят. Нигерийцы поняли, что арест и последовавшие события, которые задумывалось представить как победу в борьбе с контрабандой нефти, обернулись позором для силовых структур Нигерии. Обвинение осознало, что, из-за ошибок следствия и неочевидности скудных доказательств, доказать вину подсудимых будет чрезвычайно сложно. Поэтому оно прибегло к тактике затягивания процесса. Адвокату Эмеке Етудо затягивание дела также было выгодно: за время судебного процесса он стал обладателем семизначной суммы в долл.ом эквиваленте и не хотел терять такой источник дохода. Его грубые ошибки, которые можно было бы квалифицировать как саботаж, сводили на нет все усилия других заинтересованных лиц и структур. Стало также ясно, что для окончания процесса необходимо было найти решения на двух уровнях – юридическом и политическом.
Весной этого года дело получило широкий резонанс в российской прессе усилиями жен и матерей моряков. Потерявшие надежду женщины решились на голодную забастовку, что заставило российские государственные и общественные структуры активизировать усилия. Вероятно, тем фактом, что дело приобрело эмоциональную окраску, можно объяснить некоторые журналистские неточности и искажения.
Коллективное давление со стороны МИД, Государственной Думы, общественных и религиозных организаций (вплоть до патриарха Алексия II, который направил личное послание президенту Нигерии), родственников моряков дало свои результаты. Сугубо юридический вопрос принял политический оборот, способный нанести серьезный вред российско-нигерийским отношениям. Осознание этого способствовало достижению взаимопонимания на политическом уровне.
На юридическом уровне остался ряд сложностей. Нигерийское руководство поставило внутреннюю задачу завершить дело к октябрю. Это может означать, что простые члены команды – за исключением капитана – смогут встретить новый год в России (улаживание формальностей может занять еще два месяца). В своем доме или в казенном – вопрос технический.
Решающим фактором стало то, что россияне смогли предложить нигерийцам выход из сложившейся ситуации. Нигерийской стороне была передана информация о местонахождении танкера, и уже в понедельник 8 авг. представители пакистанского отделения государственной службы безопасности Нигерии подтвердили, что Zenith-1 и есть пропавший танкер African Pride. Теперь идут поиски капитана Савельева.
Ситуация с задержанием моряков African Pride – далеко не единственная, даже в этом году. Можно привести в пример случай с изъятием паспортов у двух членов команды исследовательского судна «Петр Котцов» в апр., или арест вертолета Ми-26, зафрахтованного компанией «Вертикаль-Т», в городе Майдугури в мае. Удивляет юридическая безалаберность и бесшабашность российской стороны. Как, например, вертолет Ми-26 мог оказаться в Нигерии без документов, следуя из одной горячей точки (Сьерра-Леоне) в другую (Судан)? Документы, подтверждающие то, что вертолет работает по контракту ООН, по какой-то причине остались со вторым вертолетом в Того, где на тот момент политическая ситуация грозила обернуться гражданской войной. Неудивительно, что у нигерийских компетентных органов возникают подозрения, и бесшабашность сменяется паникой. Видимо, в такие моменты руководство и родственники задержанных вспоминают анекдоты про дикарей, поймавших русского, американца и англичанина. Правда, уже без полной уверенности в находчивости наших сограждан и неизбежности хэппи-энда.
К счастью, в обоих случаях удалось добиться освобождения российских граждан достаточно оперативно. Между тем, решение конкретной проблемы не является гарантией, что подобное не повторится в будущем, и ставит больше вопросов, чем дает ответов. Что делать с существенно ограниченными возможностями МИД в подобных ситуациях? МИД может добиваться быстрых результатов только до передачи дела в суд – после появляется слишком много новых участников, формальностей и процедурных вопросов, и для разрешения проблемы одного авторитета страны и личных связей дипломатов становится недостаточно.
В случае с African Pride возникают следующие вопросы: почему в таких делах владелец и фрахтователь уходят от закона и что может сделать Россия для того, чтобы наказать тех, по чьей вине российские граждане оказались в африканской тюрьме? Почему рекрутинговые компании не несут ответственности за то, кого, как и куда они нанимают? Почему моряки не имеют защиты профсоюза? Наверное, этими проблемами мог бы заняться зампред комитета по труду и социальной политике Госдумы РФ Владимир Васильев, приложивший значительные усилия к разрешению дела African Pride.
Многие признают, что состав преступления в деле есть, но отвечать должны, прежде всего, заказчик и капитан, а не рядовые члены экипажа. Защищать российских граждан нужно не только от неоправданно затянутого нигерийского правосудия, но и, как минимум, от недобросовестных работодателей, которые должны нести хотя бы материальную ответственность в таких ситуациях.
Международная морская организация проявила интерес к публикации материалов по African Pride. Видимо, все закончится после того, как моряки вернутся в Россию, и весь круг вопросов снова придется поднимать в следующий раз, когда российские моряков или летчиков арестуют за границей. Владимир Чередниченко.
3 авг. в Исламской республике Мавритания произошел военный переворот. Президент страны был отстранен от власти группой офицеров президентской гвардии. Президент Мавритании Али ульд Тайя пришел к власти в 1984г. в результате путча. За последние пять лет отстранить президента Тайю от власти пытались четыре раза, включая последний. Попытка переворота была предпринята в 2002г., затем в июне 2003г., но тогда большая часть армии осталась верна правительству. В 2004г. был раскрыт еще один заговор против президента. Во всех случаях сценарий был одинаковый: заговорщики пытались использовать момент, когда президента не было в стране. 3 авг. этого года, когда он находился в королевстве Саудовская Аравия на похоронах короля Фахда, попытка переворота удалась. Как заявил Али ульд Мухаммад Валл, один из руководителей переворота и председатель Военного совета за демократию и справедливость, взявшего в свои руки всю полноту власти после переворота, «сегодня был положен конец диктаторскому режиму – самому кровавому режиму в истории страны. Мавритания встает на путь демократического развития».
Первая реакция мирового сообщества была отрицательной. Как позднее в интервью газете аш-Шарк аль-Авсат заявил один из западных дипломатов, не пожелавший называть себя, «мы должны были осудить переворот, так как переворот есть переворот, противозаконное действие, неконституционный метод смены власти».
С резким осуждением выступили Великобритания и Соединенные Штаты. Белый дом заявил: «Мы осуждаем любые попытки смены власти вооруженным путем». Постепенно руководство США смягчило свою позицию. Хотя оказание военной помощи в 150 млн.долл. было приостановлено, это никак не повлияло на гуманитарную помощь, сумма которой оценивается в 3,54 млрд.долл. Первоначальные требования Белого дома вернуть Тайю сменились теперь на призыв к восстановлению конституционного строя.
Африканский союз приостановил участие страны в организации, ссылаясь на неприемлемость военных методов при смене власти. Вместе с тем, АС направил в Мавританию специальную комиссию для выяснения обстоятельств, и уже через день после прибытия миссии АС ее глава, министр иностранных дел Нигерии Олуйеми Адениджи (Oluyemi Adeniji), призвал мировое сообщество «дать новому руководству шанс выполнить свои обещания». Правда, позиции Мавритании в АС не будет восстановлено до тех пор, пока в стране не будут проведены свободные демократические выборы. Глава миссии АС призвал новое руководство как можно быстрее завершить переходный период и передать власть гражданской администрации. Все это дает основания полагать, что АС склонен скорее признать новое руководство Мавритании.
Нейтральную позицию заняли Россия, Франция, а генеральный секретарь Лиги арабских государств заявил, что «народ Мавритании имеет право самостоятельно решать свою судьбу». ЛАГ также направил в Мавританию своего специального представителя в лице заместителя генерального секретаря ЛАГ Саида Камаля, который уже 12 авг. заявил о признании «настоящего положения дел в Мавритании» и отметил, что ЛАГ будет взаимодействовать с Мавританией как с государством. Ливийский лидер Муаммар Каддафи официально заявил о признании нового мавританского режима. МИД Марокко выразил пожелание и дальше укреплять отношения с Мавританией. В целом, в арабском мире смена власти может быть воспринята позитивно, так как режим Тайи подвергался критике за свою явную проамериканскую и произраильскую позицию.
Али ульд Мухаммад Валл провел встречи с дипломатическими представителями ряда стран, в том числе с израильским послом. Валл дал гарантии безопасности израильским представителям, и это разрушило надежды многих мавританцев на разрыв отношений с Израилем.
Фактически, в стране произошла Белая революция, которая предоставила другим кланам возможность участия во власти. Как отмечается в газете аш-Шарк аль-Авсат, власть только «сменила одежды». Все правительственные учреждения, кроме парламента, который был распущен 4 авг., продолжают свою работу. 6 авг. Валл заявил, что после внесения демократических поправок в конституцию в течение переходного периода, рассчитанного на 2г., и одобрения их на всеобщем референдуме, будут проведены выборы в парламент. Поправки включают в себя изменение полномочий президента, ограничение его власти. Особо оговаривается положение о том, что члены военного совета, управляющего страной, не смогут выдвинуть свои кандидатуры на президентских выборах.
11 авг. 2005г. было заявлено о формировании правительства переходного периода. Премьер-министром стал Сиди Мухаммад ульд Бубакр, который с 1996г. являлся послом Мавритании во Франции. В состав правительства входят 26 чел. В новом составе два портфеля держат лица, ранее уже занимавшие министерские посты. Министром иностранных дел стал Ахмад ульд Сиди Ахмад, известный в Мавритании как «архитектор мавритано-израильских отношений».
Говорить о стабильности нового политического режима пока рано. Можно лишь констатировать, что на настоящий момент новый режим пользуется абсолютной поддержкой всего мавританского общества и оппозиционных сил.
Что касается России, то в Мавритании РФ всегда воспринималась как перспективный партнер, с которым необходимо налаживать отношения. Об этом, свидетельствует тон сообщений о России в мавританских СМИ. Они отличаются выдержанностью и нейтральностью, не поднимают острых проблем, что в целом создает положительный имидж России в глазах мавританцев.
Особенно перспективным представляется развитие сотрудничества в области гидрогеологических и буровых работ. Правительство Мавритании приняло программу, направленную на обеспечение базовых услуг населения. В рамках этой программы – интенсивное бурение колодцев и обеспечение водоснабжения городов страны. Хорошим примером в этой связи является российско-мавританская компания «Гидрофор». Еще одним примером сотрудничества может служить и авиакомпания Псков-Авиа, которая уже много лет работает в сфере грузоперевозок; большой интерес представляет рыбная отрасль страны.
Следует учитывать тот факт, что с начала 2006г. Мавритания предполагает начать добывать нефть, запасы которой на настоящий момент оцениваются в 200 млн. бар. Анатолий Яшин.
Министерство транспорта Бельгии опубликовало на своем сайте список иностранных авиакомпаний, не соблюдающих требования безопасности. В «черный список» попали девять авиакомпаний, занимающихся грузовыми перевозками, в т.ч. South Airlines (Украина) и Air Van Airlines (Армения). В перечень включены также грузовые авиаперевозчики из ЦАР, Конго, Ганы, Руанды, Нигерии, Египта и Ливии. Еврокомиссия, со своей стороны, объявила о намерении составить единый список небезопасных самолетов и авиакомпаний до конца 2005г. По словам еврокомиссара по транспорту Жак Барро, работу по созданию списка решено ускорить в связи с последними авиакатастрофами в Греции и Колумбии, жертвами которых в т.ч. стали граждане стран-членов ЕС.
Главная индийская нефтяная корпорация государственного сектора Oil and Natural Gas Corporation (ONGC) и международная финансово-промышленная группа L.N.Mittal Group (LNM) договорились об образовании совместного консорциума по приобретению собственности в иностранном нефтегазовом бизнесе. Группа LNM является самым крупным в мире производителем стали, ее стоимость оценивается в 22 млрд.долл. Возглавляет LNM Лакшми Н.Миттал – британский подданный индийского происхождения. LNM имеет свои маркетинговые и торговые представительства в 25 странах, а ее ведущая компания Mittal Steel обладает производственными мощностями в 14 странах. Консорциум будет зарегистрирован в одной из стран ЕС и сосредоточит в основном свою деятельность на странах Африки (Алжир, Нигерия, Ливия, ЮАР), Восточной Европы (Румыния, Болгария, Чехия, Польша, Босния) и СНГ (Казахстан), где LNM уже установил свое присутствие.
Горнодобыча
Уран. Разработка уранового месторождения в Малийской Сахаре представляет значительный интерес для России, но в долгосрочной перспективе. Месторождение требует доразведки, а сам проект – комплексного подхода в рамках концепции «экспорта безопасности», учета интересов Франции, Китая и США.
По непроверенным данным, переговоры об освоении этого месторождения велись с Францией, которая является монополистом добычи урана в соседнем Нигере. 2 или 3г. назад исследование этого месторождения со спутников вела японская компания TRIC (Исследовательский центр университета Токаи). В г.Томбукту (ближайший крупный город) существует отель Hendrina Khan, принадлежащий доктору Абдул Кадыр Хану («отец» пакистанской ядерной бомбы). Сам доктор Хан неоднократно посещал Томбукту.
С российской стороны заинтересованными структурами могут выступать государственные компании «Твэл» или «Техноснабэкспорт». Особенностью уранового проекта в Мали является возможность реализации концепции «экспорта безопасности» с российским участием: основной задачей вооруженных сил Мали было и остается сдерживание сепаратистских, повстанческих и бандитских организаций в северной части страны (пустыня Сахара) – именно там расположено месторождение. Есть основания предполагать, что правительство Мали не готово пойти на усиление французского присутствия в Сахаре, так как в военных и политических кругах Мали сильно убеждение в том, что Франция использует фактор сахарского сепаратизма для шантажа правительства в Бамако. В 2002-04гг. отмечается активность в этих районах специальных и разведывательных подразделений США, которые фактически выступают на стороне правительства Мали, ведя охоту за «террористами». Существуют предпосылки для комплексного решения проблемы сепаратизма и безопасности в малийской Сахаре, в т.ч. с российским участием.
Присутствие российских интересов в этом регионе имеет важное значение еще и потому, что малийская Сахара является уязвимым подбрюшьем Алжира (стратегического партнера России). Вблизи этих мест предполагается прокладка магистрального газопровода Нигерия-Алжир-Европа, поставки газа по которому будут (в случае реализации проекта) дополнять российский газ на европейском рынке. Андрей Маслов
Золото. По добыче золота Мали занимает 3 место в Африке (на 3 место претендует также Танзания), уступая ЮАР и Гане. После спада в минувшем году, по итогам 2005г. ожидается рост добычи золота – до 54 т. Это далеко от рекорда в 64 т., установленного в 2002г., но все же выше, чем 49 т. (2004г.). Рост и падение добычи зависят в первую очередь не от конъюнктуры мировых рынков или общего экономического климата в стране, а от жизненных циклов нескольких крупных месторождений, которые и определяют суммарный уровень добычи. Основной объем добычи приходится на 3 рудника: Морила, Саджола и Йатела.
В тек.г. начинается добыча на двух новых рудниках, крупнейший из них – Луло (Randgold) – должен дать 8 т., а Табакото (Nevsun Resources, Канада) – 2,6 т. Производительность крупнейшего из старых – Морила – будет продолжать постепенно падать: добыча снизилась с 39 т. в 2002г. до 12,5 в 2005г. Это месторождение совместно разрабатывают австралийская Randgold Resources и британская AngloGold Ashanti. Готовятся к разработке еще 2-3 сравнительно крупных месторождения, ведется разведка на перспективных площадях. Запасы оцениваются различными источниками в диапазоне от 350 до 700 т., ресурсы – до 1500 т. По самым пессимистичным оценкам, разведанных запасов должно хватить на 7 лет добычи.
Временные ограничения не относятся к кустарной добыче и обработке золота. Этой отрасли народного хозяйства страны уже полутора тысяч лет, и нет определенных предпосылок для ее исчезновения в будущем. В 2005г. на небольших россыпных месторождениях вручную будет добыто 7 т. металла, хотя точные объемы наверняка неизвестны – часть золота вывозится контрабандой или в виде примитивных ювелирных изделий.
Лицензий на разведку золотоносных месторождений выдаются на 3г., добыча золота подразумевает получение определенных налоговых льгот и отсрочек по платежам в бюджет. Сложившаяся практика состоит в том, что малийскому правительству принадлежит 20% в золотодобывающих предприятиях на территории страны. В целом, отрасль характеризует хороший налоговый климат, разрешается репатриация капитала. Борис Свинцов.
Мали > Металлургия, горнодобыча > af-ro.com, 30 июня 2005 > № 340372
Связи с Россией-2005
Деловое сотрудничество России с Нигерией ограничивается поставками стали и удобрений. Объем экспорта, с учетом поставок через третьи страны, можно оценить в 200 млн.долл. в год. В тек.г. состоялось важное событие в российско-нигерийских отношениях – «Русский алюминий», правда, через виргинскую компанию, приобрел алюминиевый завод в штате Аква-Ибом.
В центре Нигерии расположен крупнейший промышленный объект советской постройки – недостроенный сталелитейный комбинат в г.Аджаокута. Общая масса металлоконструкций, поставленных для строительства завода из СССР, составила 250 тыс.т. В начале 1990гг. строительство было приостановлено на этапе готовности 90% (прекратилось финансирование из нигерийского бюджета).
После этого недостроенный завод передавался в управление американской Solgas, а затем индийской компании Global Infrastructure. Global Infrastructure является арендатором завода и ведет его восстановление и достройку некоторых мощностей. Запущен проволочный стан. Перспективы запуска всего комбината становятся все сомнительными – с каждым месяцем он, кажется, становится все дальше и дальше от того момента, когда будет возможен запуск домны. Заводу нужен инвестор, настоящий хозяин, а не располагающий минимумом средств временный арендатор.
Теоретически инвестор может быть российским. Хотя бы потому, что комбинат является полной копией Новолипецкого меткомбината (НЛМК), принадлежащего Владимиру Лисину. Экономика завода требует обстоятельного просчета. Не ясна ситуация с энергообеспечением; не готова пока ведущая к заводу железная дорога; поблизости, да и вообще в Нигерии, нет месторождений коксующихся углей. На завод все же стоит обратить внимание – во-первых, из-за сверхдешевого нигерийского газа (металлурги могут получать его по 10 долл. за 1 тыс.куб.м. – такова политика правительства); во-вторых – из-за быстро растущего, на фоне нефтяного бума, рынка сбыта металла и металлоконструкций в Западной Африке – а Аджаокутский завод должен быть именно центральным и основным производителем стали во всем регионе.
Для того чтобы закрепиться в Нигерии, требуется готовность к первоначальным вложениям и значительное терпение. Сложность завоевания позиций на нигерийском рынке компенсируется, как правило, относительной простотой их удержания.
Пока российские компании проявляют не вполне понятную склонность к сотрудничеству с «пустыми», лишенными собственных активов, посредническими структурами или с компаниями, представляющими интересы действующих чиновников, высокопоставленных военных. Сотрудничество с ними может, в ряде случаев, принести краткосрочный эффект, в долгосрочной перспективе ненадежно и неэффективно. Партнерство с ними в дальнейшем (особенно в случае естественной смены элит в стране) будет обременять российскую сторону, не принося каких-либо преимуществ.
Российской стороне стоит обратить внимание на уже сложившиеся нигерийские финансово-промышленные группы. Они во многом похожи друг на друга: начинали свое развитие с импорта (продукты питания, оборудование) и торговли, затем занялись производством, строительством, инфраструктурой, а теперь постепенно подбираются к добыче нефти, газу и энергетики. В Нигерии уже сформировалось поколение предпринимателей, которые, обладая хорошими личными, а зачастую и родственными связями, создали и развивают свои компании в первую очередь за счет собственного эффективного управления, привлечения кредитов и т.д. То есть они готовы вкладывать свои деньги, умеют просчитывать долгосрочные риски и т.п.
Заметные игроки такого уровня – Oando (компания Вале Тинубу, сына губернатора Лагоса), Zenon Petroleum (компания Феми Отедола), Dangote Group (Алико Данготе), Conoil Petroleum (Майк Аденуга) и ряд других, меньших по размеру. Именно с представителями упомянутой «большой четверки» стоит, в первую очередь, вести переговоры о создании совместных предприятий – как в инвестиционных, так и в экспортных (для России) секторах.
В Нигерии всего 4 НПЗ, все государственные, их планируется приватизировать, уже выдано 18 лицензий на строительство НПЗ частным нигерийским компаниям. Oando Вале Тинубу планирует участие в приватизации НПЗ в Порт-Харкорте, а также строит собственный НПЗ Lekki в Лагосе; Oando также управляет сетью газопроводов в р-не Лагоса и планирует строительство собственной газовой ТЭС. Conoil Майка Аденуги владеет битумными заводами в г.г.Апапа и Порт-Харкорт. Zenon Феми Отедолы владеет заводом по производству масел и смазок в г.Апапа. Феми Отедола заявил о планах инвестировать 100 млн.долл. в строительство НПЗ в Лагосе, Эпе или Бадагри. Его партнером по НПЗ является Transnational Corporation of Nigeria – государственный инвестиционный холдинг. В мае 2006г. Отедола заявил об интересе к строительству частной газовой электростанции.
Правительство Нигерии проводит т.н. Nigerian Content Policy («политику нигерийского содержания» или «политику нигеризации»), суть которой заключается в том, что как можно больше работ и поставок в интересах нефтегазового сектора страны должны осуществляться местными компаниями (то есть такими, контрольный пакет в которых принадлежит нигерийцам). Например, на последнем конкурсе по распределению нефтеносных и нефтегазоносных участков (авг. 2005г.) к претендентам предъявлялось требование взять на себя обязательства по освоению как можно большего объема запланированных инвестиций силами нигерийских поставщиков товаров и услуг. Какой % поставок предполагалось отдать нигерийским компаниям, конкурсантам начислялись баллы, которые, наряду с signature bonus, общим объемом предполагаемых вложений и условиями СРП, учитывались при выставлении суммарной оценки и определении победителя. В результате, у большинства участников объем «нигерийских» заказов в инвестиционных программах составил 45%.
В долгосрочной, стратегической перспективе экспорт российской техники будет расти и развиваться только при создании условий для эксплуатации этой техники. И это не только сеть сервисных центров и налаженные каналы поставки запчастей, но и инвестирование в капитал эксплуатирующих компаний, которое является, оптимальным способом продвижения на африканские рынки российской машинотехнической продукции.
В связи с Нигерией можно привести 2 примера. Переговоры о создании транспортной компании в Абудже ведет компания «Русские автобусы». Идея замечательная. В Абудже, столице Нигерии, нет автобусов, и они действительно там нужны; 2 млн. население одного из самых благополучных городов Африки предъявляет вполне платежеспособный спрос; проект на первый взгляд выглядит абсолютно реальным и окупаемым. Он должен, получить поддержку со стороны мэрии и лично губернатора Федеральной столичной территории (Абуджа). Самое главное, что необходимо российской компании, – грамотный партнер, готовый вложить свои средства в совместное эксплуатирующее предприятие. И если такой партнер не будет найден (или его не станут искать) – хорошая идея наверняка будет использована другими – индусами, например.
Другой пример: малоизвестная украинская компания выступает с инициативой создания в Нигерии транспортной компании, эксплуатирующей вертолеты Ми-26. Украина эти вертолеты не производит и, в долгосрочной перспективе, подобная активность украинцев все равно выгодна именно России – когда «Рособоронэкспорт» и «Вертолеты Ми» создадут, наконец, свою сеть сервисных центров по обслуживанию Ми за рубежом, гипотетическая украинская компания окажется их клиентом не только на ремонт, но и на поставку машин. Это обстоятельство совершенно не отменяет острой необходимости создания за рубежом эксплуатирующих вертолеты Ми транспортных компаний с российским участием. (некоторая работа в этом направлении ведется UTair – их усилий явно недостаточно).
В ряду российских поставщиков имеет смысл объединить усилия и создать постоянно действующий выставочный центр для демонстрации машинотехнической продукции российских производителей. Поддержку в организации сети таких центров может и должно, как нам кажется, оказать российское государство – оптимальным будет долгосрочное и льготное кредитование желающих такие центры построить.
Российские предприниматели любят судить о Нигерии по многочисленным представителям этой страны, которые предлагают себя в качестве посредников и консультантов на различных конференциях, деловых форумах, а то и просто по электронной почте или факсу. Что бы ни производило ваше предприятие, или в каком секторе экономики вы ни собирались бы инвестировать – всегда найдется множество нигерийских фирм-посредников, которые будут предлагать вам свои услуги. Они будут готовы говорить с вами о создании совместного предприятия, об организации контрактов, о регистрации вашей фирмы в Нигерии... Большинство из них будет состоять из 1 чел., а в качестве адреса компании запросто может быть указано несуществующее здание. В Лагосе я слышал историю про то, как крупнейший российский автопроизводитель долгое время всерьез вел деловую переписку о продаже 10 тысяч легковых машин с компанией, принадлежащей мойщику на автозаправке и зарегистрированной по адресу этой же автозаправки в одном из беднейших районов города. Таких примеров множество – и самое удивительное, что участниками подобного рода историй становятся зачастую крупнейшие российские предприятия.
Компания «Одимонтаж» (Odimotazh Nigeria) – единственное российское предприятие, постоянно работающее в Нигерии (г.Порт-Харкорт). 50%-1 акция у российской компании «Зарубежстроймонтаж» (бывшая госкомпания-генподрядчик промышленных строек за рубежом, приватизирована), 50%+1 акция – у нигерийских партнеров (бывший министр энергетики и стали). «Одимонтаж» эксплуатирует оборудование советского производства и поставляет кислородные баллоны (а также еще 5 видов газов в баллонах), в основном, для сервисных нефтегазовых компаний в Нигерии – газ используется при сварке и монтаже металлоконструкций. Объем продаж – 1 млн.долл. в год, с прошлого года предприятие приносит прибыль (начало работать в конце 1990гг.). Количество сотрудников: 40 чел. местного персонала и 3 российских специалиста. Гендиректор (managing director) – Аркадий Владимирович Коваленко, в 1980гг. работал главным энергетиком сталелитейного комбината в Аджаокуте. Подготовлена инвестиционная программа развития «Одимонтажа», которая была утверждена советом директоров. Вся прибыль будет инвестироваться в развитие. Андрей Маслов.
Нигерия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > af-ro.com, 30 июня 2005 > № 340361
24 апр. 2005г. в Того прошли президентские выборы. Победителем выборов был объявлен Фор Ньяссингбе (Faure Gnassingbe), набравший 60,15% голосов. Его главный соперник, представитель оппозиции Эммануэль Акитани-Боб (Emmanuel Akitani-Bob), набрал 38,25%. После объявления о победе Фора начались столкновения между силами правопорядка и сторонниками оппозиции. Следствием этого явился массовый исход беженцев, в результате которого Бенин принял 12 тыс. чел., а Гана – 10 тыс. чел. По информации Тоголезской лиги прав человека, с 28 марта, даты начала ревизии избирательных списков, по 5 мая в Того были убиты 790 и ранены 4000 чел. (IRIN). По словам представителей оппозиции, жертвами столкновений стали 100 чел., гуманитарные организации сообщают о 30-40 погибших. Никаких официальных сведений о погибших представлено не было (Inter Press Service).По информации издания Fraternité, 22 апр., за 2 дня до президентских выборов, министр внутренних дел Того Франсуа Эсо Боко (François Esso Boko) выступил с заявлением о необходимости перенести выборы, так как, по его мнению, за такой короткий срок невозможно было организовать выборы, которые не повлекли бы за собой кровопролитие. После этого заявления министр был отправлен в отставку. Франсуа Эсо Боко нашел прибежище в посольстве Германии, а 5 мая вылетел из Того во Францию.
Европейский парламент не признает результаты выборов в Того и не признает победителем Фора Ньясингбе, ссылаясь на многочисленные нарушения в ходе выборов. Парламентарии потребовали проведения новых президентских и парламентских выборов. Президент Франции Жак Ширак (Jacques Chirac) и президент Европейской комиссии Луи Мишель (Louis Michel) поддержали результаты президентских выборов (RFI). Экономическое сообщество государств Западной Африки (La communauté économique des Etats d'Afrique de l'Ouest, Cedeao), направившее в Того 150 наблюдателей, также заявило, что выборы отвечали принятым критериям и принципам.
25 апр., накануне объявления результатов голосования, Ньясингбе прибыл в Абуджу для встречи с президентом Нигерии Олошегуном Обасанджо (Olusegun Obasanjo) и главой оппозиции в изгнании Джилкрайстом Олюмпио (Gilchrist Olympio). В ходе встречи было принято решение о формировании правительства национального объединения вне зависимости от результата выборов.
Фор Ньясингбе, объявленный победителем президентских выборов, предложил оппозиции сформировать правительство национального объединения. Радикальная оппозиция, поддерживавшая на выборах Эммануэля Акитани-Боба (Emmanuel Akitani Bob) и не признававшая победу Фора, в итоге согласилась на прямые переговоры с новым президентом, при условии, что премьер-министром станет один из ее представителей. Из шести партий, принадлежащих к радикальной оппозиции, свое согласие выразили четыре. Джилкрайст Олюмпио, президент Союза реформаторских сил (l'Union des forces du changement, UFC), не принял инициативы Фора Ньясингбе и отказался признать новый режим.
27 мая совет безопасности Африканского союза отменил санкции, принятые в отношении Того 3 месяца назад, объявив тоголезское правительство конституционным (AP). Е. Волкова.
Кофи Аннан заявил, что ситуация в стране является достаточно спокойной и стабильной, ООН намерена вывести свои войска в конце 2005г. Миссия ООН по поддержанию мира в Сьерра-Леоне Unamsil была создана в 1999г., насчитывала 17 тыс. чел. и являлась крупнейшей миротворческой миссией в мире.На данный момент, 3400 миротворцев находятся в Сьерра-Леоне, несмотря на то, что война закончилась 3г. назад. Вывод войск был намечен еще на конец прошлого года, полномочия миссии были продлены в связи с нестабильной ситуацией в соседних странах. Продолжение кризиса в Кот д’Ивуаре, возможный кризис в Гвинее, первые послевоенные выборы в Либерии, – все это будет отслеживаться ООН. Войска будут оставаться на территории Сьерра-Леоне до конца нояб., когда окончательно станут известны результаты выборов. Вывод миротворцев завершится к 31 дек. 2005г., сообщает IRIN.
В целом, положение в стране остается тяжелым. Всеобщая бедность, отсутствие образования, дискриминация женщин, коррупция, безработица среди молодежи продолжает вызывать беспокойство. По данным IRIN, 70% из 6-миллионного населения страны живут менее чем на 1 долл. в день. Общество за благосостояние нищих и бездомных (Society for the Welfare of Paupers and Homeless) выразило недовольство тем, что правительство не осуществляет контроль над ценами: за последние два месяца резко возросла стоимость основных продуктов питания, цемента и цинка (Concord Times).
Специальный суд во Фритауне (Special Court in Freetown) продолжает поиски Джона Пола Коромы (John Paul Koroma), лидера Революционного совета Вооруженных сил (Armed Forces Revolutionary Council), который скрывался в течение последних 2 лет. В 1996г. Корома участвовал в попытке убийства президента Ахмада Теджана Каббы (Ahmad Tejan Kabbah). В 1997г. в результате военного переворота пришел к власти, прервав правление Каббы, и заключил мирное соглашение с лидером Объединенного революционного фронта (Revolutionary United Front) Фоде Санко (Foday Sankoh), позволив ему присоединиться к правительству. В фев. 1998г. Корома был вытеснен из Фритауна нигерийскими силами. В янв. 2003г. он вновь участвует в попытке государственного переворота. Он был осужден за военные преступления в марте 2003г. После этого Корома бежал в Либерию, где, по некоторым данным, был убит.
Нигерия отказывается выдать Специальному суду во Фритауне Чарльза Тэйлора (Charles Taylor), бывшего президента Либерии и военачальника, находящегося в депортации с 2003г. Его обвиняют в разжигании конфликта в Сьерра-Леоне: Тэйлор нелегально поставлял оружие RUF в обмен на алмазы. Его обвиняют в 17 военных преступлениях и преступлениях против человечества. США отказывается идти на встречу Нигерии в вопросах долга до тех пор, пока власти не согласятся передать Тэйлора органам правосудия Сьерра-Леоне (Concord Times). Несмотря на отклонение требования Специального суда во Фритауне, власти Нигерии пообещали отослать его назад в Либерию, где он предстанет перед судом нового правительства, которое будет избрано в окт. 2005г. Д. Огородникова.
9 июня в столице Нигерии Абудже возобновились переговоры между Движением освобождения Судана (SLM) и Движением за справедливость и равноправие («Харакат аль-адль ва-л-мусават», Justice and Equality Movement, JEM) по вопросу урегулирования в Дарфуре. Переговоры были прерваны в дек. прошлого года, в связи с обвинениями сторон в нарушении договоренностей о прекращении огня. На переговорах присутствуют представители Эритреи, а также предполагаются представители Чада. Именно участие этого государства в посреднических усилиях вызывает много споров между сторонами. Движение освобождения полагает, что участие Чада – необходимое условие достижения успеха переговоров. На повестке дня переговоров стоит проект декларации об основополагающих принципах урегулирования ситуации в Дарфуре. Вместе с тем, Африканский Союз планирует направить в Дарфур, дополнительно к 2370 солдатам, уже располагающимся на территории Судана, и еще 5300 чел. при содействии НАТО. Североатлантический союз рассматривает данный вопрос.Несмотря на возобновление переговоров, бои в Дарфуре продолжаются: 22 июня SLM заявило об установлении полного контроля над северными территориями региона Дарфур, что было достигнуто при поддержке чадских войск. Вместе с тем, обе стороны обвиняют суданское правительство в подготовке военных операций на востоке региона с целью нарушения переговорного процесса.
14 июня 2005г. начала работу комиссия по рассмотрению жалоб о преступлениях, совершенных в Дарфуре. Как заявил председатель комиссии Махмуд Саид Абкам, штаб-квартира будет располагаться в ал-Фашире – столице Северного Дарфура, сбор информации будет проводиться в различных городах региона. Комиссия никак не связана с международным судом, по словам Махмуда Саида, будет координировать свои действия со всеми ранее сформированными комиссиями по расследованию.
18 июня 2005г. в Каире было подписано мирное соглашение между правительством Судана и оппозиционным Национальным демократическим объединением, возглавляемым ал-Миргани (Ат-тагамму’а ал-ватани ад-димукрати). Соглашение содержит в себе приложения, в которых, идет речь о необходимости проведения демократических преобразований в Судане, размещении сил объединенной оппозиции на востоке страны. Внутри страны данное соглашение вызвало неоднозначную реакцию. Как заявил министр иностранных дел Судана Мустафа Осман Исмаил, «подписание данного документа прошло в рамках стратегического плана суданского правительства, нацеленного на достижение полного и справедливого мира в стране». Некоторые проправительственные силы видят в соглашении уступку пожеланиям Каира и объединенной оппозиции. Оппозиционный (Исламский) народный конгресс, возглавляемый ат-Тураби, приветствовал подписание данного соглашения. Пресс-секретарь движения отметил в интервью газете аш-Шарк ал-Авсат, что «хотя соглашение имеет много недостатков и недоработок, на данном этапе мы должны приветствовать любые договоренности подобного рода». Резко против выступила Коммунистическая партия Судана, которая входит в объединение оппозиционных сил. По мнению представителей этой партии, соглашение не соответствует основным требования оппозиции.
21 июня 2005г. была принята отставка министра внутренних дел Судана, ближайшего сподвижника президента республики Омара Башира, полковника Абд ар-Рахима Мухаммада Хусейна. Официальная причина: «Я несу ответственность и политическую, и моральную за обрушение здания больницы», которое имело место в фев. этого города. Как полагают, это всего лишь маневр, цель которого – вхождение Абд ар-Рахима в состав нового правительства (оно будет сформировано к 9 авг. этого года). Напомним, по результатам соглашения от 9 янв. 2005г., новое правительство должно было быть сформировано к 9 июля, в связи с тем, что проект конституции выработан еще не окончательно, формирование правительства отложено до авг.
Официальные представители ЦРУ объявили о своем намерении арестовать главу суданских спецслужб во время его визита в Вашингтон. Цель визита – проведение переговоров о сотрудничестве в борьбе с международным терроризмом. Любые переговоры с такими странами, как Судан, говорится в заявлении ЦРУ, ставят под сомнения честность и серьезность намерений Белого дома в деле распространения демократии. Между тем, 24 июня начался визит в США министра иностранных дел Судана Мустафы Османа Исмаила. Основные цели переговоров, как сообщает газета аш-Шарк ал-Авсат, – добиться исключения Судана из списка стран, поддерживающих терроризм, а также снять санкции, наложенные Вашингтоном на Судан. В. Васильцов.
5 июня в Бамако начался симпозиум бывших глав африканских государств. Из заявленных 20 бывших глав государств на симпозиуме присутствовали лишь 14, среди которых Ницефор Согло (Nicéphore Soglo) из Бенина, Антониу Машкареньаш (Antonio Mascarenhas) из Кабо-Верде, Джерри Роулингс (Jerry Rawlings) из Ганы. Не прибыли приглашенные на встречу президент Нигерии Олошегун Обасанджо (Olusegun Obasanjo) и президент комиссии Африканского союза Альфа Омар Конаре (Alpha Omar Konaré) (Le Soleil). В ходе симпозиума обсуждались вопросы безопасности, наблюдательных миссий и избирательных стандартов, здравоохранения, развития и международного сотрудничества (Le Messager). Е. Волкова.
Президент Кот-д’Ивуара Лоран Гбагбо (Laurent Gbagbo) посетил 7 саммит Содружества сахело-сахарских государств (Communauté des Etats sahélo-sahariens, CEN-SAD), который прошел в Уагадугу (столице Буркина-Фасо) в начале июня. На саммите также присутствовал ливийский лидер Муаммар Каддафи, президент Того Фор Ньяссингбе (Faure Gnassingbe) и другие.Главными темами саммита были проблемы африканской интеграции и ситуация в Того и Кот-д’Ивуаре. Говоря о кризисе в Кот-д’Ивуаре, Каддафи подчеркнул, что Лоран Гбагбо, избранный народом Кот-д’Ивуара, является легитимным президентом (L’Observateur Paalga). CEN-SAD было создано в Триполи 4 фев. 1998г. по инициативе полковника Каддафи. Сначала в нее входили Ливия, Мали, Чад, Нигер, Буркина-Фасо и Судан. Позже были приняты Эритрея, ЦАР, Сенегал, Гамбия, Джибути, Нигерия, Тунис, Марокко, Сомали, Египет, Того, Бенин, Гвинея-Бисау, Кот-д’Ивуар и Либерия. Главным инвестором организации выступает Ливия (Cameroon Tribune).
Ивуарийское издание Le Quotidien Mutations называет трех вероятных кандидатов на участие в президентских выборах 30 окт. 2005г.: это действующий президент Лоран Гбагбо, представитель Демократической партии Кот-д’Ивуара (Parti Democratique de Cote d'Ivoire, PDCI) Анри Конан Бедье (Henri Konan Bédié) и Алассан Драмане Уаттара (Alassane Dramane Ouattara) из Объединения республиканцев (Rassemblement des Républicains, RDR).
Лоран Гбагбо пользуется поддержкой молодежи на юге страны и в столице. Анри Конан Бедье с трудом добивается поддержки своей кандидатуры представителями партии. Издание сообщает, что есть вероятность выдвижения партией другого кандидата. В RDR же нет никаких сомнений относительно кандидатуры Уаттара. 29 мая, в ходе церемонии назначения секретарей секции RDR, министр Ахмет Бакайоко (Ahmed Bakayoko) заявил, что он убежден в том, что Алассан Драмане Уаттара одержит победу на президентских выборах. Министр возложил ответственность за кризис, который переживает страна, на нынешнего президента Лорана Гбагбо (Le Patriote).
В Гвинее-Бисау обострилась политическая ситуация после того, как 15 мая бывший президент Кумба Йала (Kumba Yala), свернутый в 2003г., объявил себя новым главой государства. Йала сообщил, что отзывает свое заявление об отставке, которое его вынудила подписать армия в ходе государственного переворота. При этом соратники Йала высказались в менее категоричной форме, выступив лишь за его переизбрание.Правительство Карлуша Гомеша Жуниора (Carlos Gomes Júnior), пришедшее к власти в результате выборов в 2004г., не придало значения заявлению экс-президента. Министр обороны Мартиньу Ндафа Каби (Martinho Ndafa Kabi) провел консультации с высокопоставленными военными, которые заверили его в полной поддержке правительства.
Йала является одним из главных кандидатов на предстоящих президентских выборах, назначенных на 19 июля 2005г. Он представляет Партию социального обновления (PRS), главное оппозиционное движение в национальной ассамблее. PRS пользуется поддержкой народа баланте, к которому принадлежит и Йала. Эта этническая группа составляет треть населения Гвинеи-Бисау, к ней принадлежит 90% военных (IRIN). В ответ на заявления Йала генеральный секретарь ООН Кофи Аннан призвал всех граждан Гвинеи-Бисау и, политиков не предпринимать никаких действий, способных затормозить предвыборный и переходный процесс (IRIN).
21 мая Экономическое сообщество государств Западной Африки (ЭКОВАС) направило в Гвинею-Бисау делегацию, состоящую из президента Нигера Мамаду Танджи (Mamadou Tandja), президента Сенегала Абдулая Уада (Abdoulaye Wade), президента Нигерии Олошегуна Обасанджо (Olusegun Obasanjo) и премьер-министра Гвинеи Селлу Далена Диалло (Cellou Dalein Diallo). Задачей этой делегации было проведение консультаций с целью оказания помощи стране в преодолении очередного политического кризиса (AFP). Члены делегации провели встречи с представителями правительства, высокопоставленными военными, а также некоторыми из 17 кандидатов на президентских выборах 19 июня, среди которых был и экс-президент Кумба Йала.
По информации IRIN, 22 мая для продолжения переговоров Кумба Йала прибыл в Дакар. Инициатором визита явился президент Сенегала Абдулай Уад, который поддерживал Йала на выборах в 2000г. После своего избрания в 2000г. Йала ликвидировал военные базы, которые использовались сепаратистами, действовавшими в Казамансе на юге Сенегала, что привело к стабилизации ситуации в регионе.
25 мая Кумба Йала и его военные соратники ненадолго захватили президентскую резиденцию в Бисау. Президент страны Энрике Роза (Henrique Rosa) квалифицировал это как «попытку государственного переворота». При этом сам Йала заявил, что он не принимал участия в захвате. Сенегальская газета Le Soleil сообщила об аресте, в результате захвата резиденции, пяти высших офицеров, среди которых генерал Наре Йала (Nharé Yala), начальник службы безопасности президентской резиденции.
Президент Сенегала Уад предложил перенести выборы в Гвинее-Бисау в связи с политической нестабильностью в стране (Wal Fadjri). Президент Гвинеи-Бисау Энрике Роза отверг это предложение, назвав его вмешательством во внутренние дела страны (IRIN). Е. Волкова.
США традиционно являются одним из ведущих торговых партнеров России. По итогам 2004г. российско-американский товарооборот вырос на 34%, достигнув 14,8 млрд.долл. Экспорт из России увеличился почти на 37% и составил 11,85 млрд.долл., импорт – более чем на 20% и превысил 2,96 млрд.долл. Положительное сальдо – 8,9 млрд.долл. В свою очередь, Россия остается за пределами первой двадцатки основных партнеров США, пропустив вперед, в т.ч. такие страны, как Швеция, Бразилия, Венесуэла и Нигерия. Локомотивом российского экспорта остается сырьевой сектор. Лидирует металлургия - 4,8 млрд.долл. Второе место занимает продукция топливно-энергетического комплекса - около 4,6 млрд.долл. В импорте превалируют машины и транспортное оборудование (50% или более 1,4 млрд.долл.). Далее следуют продукты питания (0,7 млрд.долл.), прочие промышленные товары (263 млн.долл.) и химические товары (240 млн.долл.). По объему накопленных иностранных инвестиций в России США в 2004г. находились на 6 месте (5,6 млрд.долл.), вслед за Нидерландами (10,7 млрд.долл.), Люксембургом (10,6 млрд.долл.), Кипром (9,6 млрд.долл.), Германией (9,4 млрд.долл.) и Великобританией (7,4 млрд.долл.).Около половины накопленных американских капиталовложений приходится на топливно-энергетический сектор России. Корпорации США продолжают проявлять интерес к масштабным инвестициям в этой сфере. Это, в частности, такие крупные проекты в нефтегазовой отрасли с участием американских фирм, как «Сахалин-1», предположительный объем инвестиций в который составит 12 млрд.долл. («Эксон-мобил» инвестировала 1,2 млрд.долл.) и «Каспийский Трубопроводный консорциум («Шеврон-тексако», «Эксон-мобил» и «Керр МакГи» инвестировали 1,3 млрд.долл.). В сент. 2004г. американская компания «Коноко-Филлипс» стала крупнейшим инвестором в российский нефтегазовый сектор, приобретя почти за 2 млрд.долл. через аффилированную с ней компанию на состоявшемся аукционе более 7% акций компаний «Лукойл», находившихся в федеральной собственности. В сент. 2004г. компания объявила о намерении довести свою долю в российской компании до 20% за счет приобретения новых активов.
Предполагается, что «Коноко-Филлипс» и «Лукойл» наладят совместное сотрудничество в разработке углеводородного сырья как в России, так и за рубежом. Совместно с «Юнайтед Текнолоджиз» («Пратт Энд Уитни») реализуется проект использования российских двигателей РД-180 на ракетах-носителях «Атлас» на сумму до 1 млрд.долл. «Пратт энд Уитни» также активно инвестирует в предприятие «Пермские моторы». Наращивается взаимодействие в автомобильной промышленности. В городе Всеволжске Ленинградской области компания «Форд» с 2002г. выпускает автомобили модели «Фокус» (проектная мощность составляет 25 тыс. машин в год, стоимость проекта - 150 млн.долл.). Компания «Дженерал моторс» совместно с «АвтоВАЗом» производит внедорожники «Шеви-Нива» в городе Тольятии (проектная мощность предприятия - 75 тыс. машин в год, стоимость проекта 330 млн.долл.).
Ведется освоение производства новой модели автомобиля «Шеви-Вива» на базе «Опель Астра» (в данный проект инвестировано около 100 млн.долл., в 2005г. предполагается нарастить выпуск до 17 тыс.). В 2004г. начата сборка в России гражданской модификации внедорожника «Хаммер» (предполагается выпускать около 500 автомобилей в год). Компания также рассматривает возможность строительства в России завода по производству автомобильных двигателей своей дочерней компании «Опель», которая станет самым крупным инвестиционным проектом с иностранным участием в России. Американская компания «Алкоа», являющаяся крупнейшим производителем алюминия в мире, впервые вкладывает свой капитал в Россию, договорившись с компанией «РусАл» о приобретении 99,2% акций Самарского металлургического завода и 81,3% акций Белокалитвинского металлургического производственного объединения (по некоторым данным сумма сделки составляет 350 млн.долл.).
Компания «Интернэшнл пейпер» планирует приступить к реализации второй очереди модернизации Светлогорского целлюлозно-бумажного комбината в Ленинградской области (предполагаемый объем инвестиций составил 250 млн.долл.). В стадии проработки находится ряд других проектов российско-американского инвестиционного сотрудничества. В таких отраслях, как пищевая, табачная промышленность, рестораны быстрого обслуживания успешно действует на российском рынке ряд американских компаний – «Кока-Кола», «Пепсико», «Крафт Джекобс», «Ригли», «Филип Моррис», «Проктер энд Гэмбл», «Марс». В последнее время инвестиционное сотрудничество приобретает двусторонний характер. В 2000г. «Лукойл» за 71 млн.долл. приобрел сеть автозаправочных станций «Гетти» (почти 1300 АЗС), в янв. 2004г. – 795 автозаправочных станций, принадлежавших компании «Коноко-Филлипс» (сумма сделки оценивается в 266 млн.долл.).
С 2004г. «Лукойл» владел в США 2200 автозаправками, около 30 из которых уже работают под оригинальным российским брендом. В 2003г. состоялась еще одна масштабная сделка - «Норильский никель» за 364 млн.долл. приобрел 56% акций базирующейся в штате Монтана компании «Стилуотер Майнинг», занимающейся производством и сбытом металлов платиновой группы, прежде всего палладия. В 2004г. совершена сделка объемом 285 млн.долл. по приобретению «Северсталью» всех активов компании «Руж Индастриз», являющейся вместе с дочерними предприятиями пятым по величине производителем стали в США. Успешно прошло размещение ценных бумаг ОАО «Стальная группа Мечел» на Нью-Йоркской фондовой бирже, на которой представлены уже шесть российских компаний. Таким образом, объем накопленных прямых российских инвестиций в американскую экономику постепенно приближается к рубежному показателю в 1 млрд.долл.
Динамично развивается сотрудничество в сфере инновационной деятельности и информационных технологий. Продолжается продвижение информационных технологий России на рынок США. Российские ИТ-компании заметно активизировали деятельность – состоялось несколько заседаний российско-американского «круглого стола» по информационным и телекоммуникационным технологиям, организованы передвижные маркетинговые акции по американским городам, отечественные программисты приняли участие в ряде конференций и выставок, в США открыты филиалы нескольких российских фирм. Заказчиками российского программного обеспечения стали такие крупные американские компании, как «Ай-Би-Эм», «Боинг», «Интел», «Моторола» и другие. Причем, некоторые из них создали в России собственные инженерные центры, укомплектованные российскими программистами.
Американские компании проявляют значительный интерес к развитию торгово-экономического сотрудничества с регионами России, обладающими крупными запасами полезных ископаемых (прежде всего, углеводородного сырья), либо являющимися центрами концентрации объектов авиакосмической, автомобильной, целлюлозно-бумажной промышленности и ряда других производств. В частности, «Эксон-мобил», «Шеврон-тексако», «Коноко-Филлипс» и ряд других проявляют серьезную заинтересованность в создании совместно с российскими нефтяными структурами новых нефтепроводов, терминалов для транспортировки нефти, а также заводов по производству сжиженного природного газа в ряде восточных регионов России.
Два бывших директора ЦРУ - Роберт Гейтс и Джеймс Вулси приняли в четверг в Вашингтоне участие в специальных учениях в форме деловой игры, на которых отрабатывались действия Белого дома на случай возможного масштабного «нефтяного кризиса» в США. По данным телекомпании «Фокс», учения проходили в форме кризисного заседания совета национальной безопасности США в секретной «ситуационной комнате». На «заседании» его участникам, выступающим в роли «министра обороны», «советника по национальной безопасности», «министра внутренней безопасности» и других ключевых фигур администрации, пришлось оперативно решать проблемы, связанные с мировым кризисом производства нефти. Согласно сценарию учений, в дек. 2005г. в Нигерии, являющейся пятым по величине в мире поставщиком нефти, вспыхивает политический мятеж, из-за которого срочно эвакуируются все американские нефтедобывающие компании.Мировой рынок нефти сразу же лишается 600 тыс.бар. нефти в сутки, нефтяной дефицит при этом усугубляется резким похолоданием в США и других странах северного полушария, где из-за сильной зимы спрос на нефть подскакивает еще на 700 тыс.бар. в сутки. В результате мир оказывается перед перспективой нехватки двух млн.бар. нефти в сутки, и Белому дому приходится решать вопрос о распечатывании стратегических резервов нефти в США. Согласно сценарию, цены в этот момент уже составляют 82 долл. за бар., но через несколько недель террористам «Аль-Кайды» удается осуществить несколько «терактов» на нефтедобывающих объектах в Саудовской Аравии, после чего дефицит нефти вырастает еще на 250 тыс.бар. в день, а цены на нефть подскакивают до 97 долл. за бар. Еще через некоторое время террористы Усамы бен Ладена «угоняют» нагруженный нефтью супертанкер и «взрывают» его в акватории нефтеналивного порта Валдес (штат Аляска), что немедленно лишает США поступления еще 1 млн.бар. нефти в день.
При этом сценарии цена нефти подскакивает сразу до 123 долл. за бар., и в США начинается масштабный общенациональный экономический кризис, в результате которого потребительский спрос падает на одну треть и работы лишаются 850 тыс.чел. «Эти учения продемонстрировали, что даже очень незначительные перебои в поставках нефти - у нас ли в стране или за рубежом - могут иметь по-настоящему разрушительный эффект для экономики нашей страны и для нашей безопасности в целом», - сказал после учений исполнительный директор «Национальной комиссии по энергетической политике» Джейсон Грумет. «Я думаю, что существует общее недопонимание того, насколько мы являемся уязвимыми перед небольшими перебоями, потому что мировой рынок нефти сейчас настолько плотен, и любые малейшие сбои могут иметь серьезный и подрывной эффект», - добавил Грумет, при участии которого в Вашингтоне проходили учения под названием «Нефтяная ударная волна».
Цены на нефть в США установили 20 июня новый рекорд, пробив отметку в 59 долл. за баррель и дойдя до отметки в 59 долл.,13 за бар., сообщают Washington Post и Associated Press. На рынок сильно повлияло закрытие 17 июня консульств США, Великобритании и Германии в Нигерии из-за угрозы террористических актов. Нигерия входит в 10 крупнейших производителей нефти и является членом OPEC, добывая 2,5 млн.бар. нефти в день. США получает из Нигерии около 10% всего импорта нефти. Трейдеры, сознавая существующие ограничения по объему предложения и наблюдая постоянный рост спроса, теперь готовы к тому, чтобы преодолеть психологическую отметку в 60 долл. за бар.В Лондоне нефть марки Brent, подорожав на 1,54 долл., закрылась на отметке 57,76 долл., также превзойдя прежние максимумы. Тем временем на азиатских биржах нефть достигла рекордного показателя в 59,18 долл. за бар. На прошлой неделе OPEC попыталась успокоить рынок формальным увеличением квоты на добычу нефти до 28 млн.бар. в день, т.к. члены организации уже давно превысили этот уровень. Вместе с Ираком, которого система квот не касается, OPEC в день производит 30 млн.бар. нефти, удовлетворяя тем самым 35% мирового спроса.
США и Великобритания из соображений безопасности временно закрыли свои диппредставительства в столице Нигерии Абудже и экономической столице страны Лагосе, сообщает агентство Ассошиэйтед пресс. В обнародованном посольством США в Нигерии заявлении говорится, что американское посольство в Абудже и консульство в Лагосе были закрыты «из соображений безопасности в интересах как американской миссии в Нигерии, так и нигерийского правительства». Никакие конкретные причины в заявлении не названы. В то же время источник в дипломатических кругах сказал в интервью агентству, что посольство получило из-за рубежа некую информацию, которая была немедленно передана местной полиции.
Представитель посольства отметил, что результаты расследования будут обнаордованы по его окончании. В то же время, как сказал сотрудник дипломатического представительства Великобритании в Лагосе, его офис принял аналогичное решение «по примеру американцев».
Нигерия занимает восьмое место в мире по объемам добычи нефти. По данным зарубежных информационных агентств, глава «Аль-Каиды» бен Ладен внес Нигерию в список стран, подлежащих «освобождению». По данным дипломатических источников, в Нигерии каких-либо признаков деятельности «Аль-Каиды» пока нет.
Камерун и Нигерия продвинулись вперед в мирном урегулировании территориального спора вокруг полуострова Бакасси, заявил в среду генеральный секретарь ООН Кофи Аннан.Он встретился в женевской штаб-квартире ООН с президентами Камеруна Полем Бийя и Нигерии Олусегуном Обасанджо, чтобы продолжить диалог о мирном урегулировании пограничного спора вокруг богатого нефтью и рыбой Бакасси. «Мы провели очень теплую и конструктивную встречу», – сказал Аннан журналистам.
В 1980гг. Камерун и Нигерия оказались на грани войны из-за Бакасси, и напряжение между странами достигло пика, когда в 1993г. Нигерия ввела на полуостров свои войска. В 2002г. Международный суд ООН в Гааге решил спор о суверенитете над Бакасси в пользу Камеруна, однако Нигерия до сих пор не вывела с полуострова свои войска.
По словам Аннана, президенты Нигерии и Камеруна при его содействии намерены выработать новую программу вывода нигерийских войск с Бакасси. Генсекретарь ООН создал специальную смешанную нигерийско-камерунскую комиссию, которая следит за выполнением решения суда в Гааге и продвижением вперед мирного процесса урегулирования.
Через десять лет после объявления Индонезии свободной от полиомиелита опасная болезнь вернулась в эту страну, говорится в пресс-релизе министерства здравоохранения островного государства, поступившем в РИА «Новости». В расположенной в провинции Западная Ява деревне Гириджая подтвержден соответствующий диагноз у полуторагодовалой девочки. С подозрением на полиомиелит там госпитализировано еще семеро детей. Как считают специалисты министерства здравоохранения Индонезии и Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), вирус опасной болезни имеет не местное происхождение, а был принесен в «страну трех тысяч островов» из-за рубежа. Анализ его генетической структуры показал почти полную тождественность со штаммом, существующим в Нигерии. По всей видимости, оттуда он попал в Индонезию через Саудовскую Аравию или Эфиопию. «Это означает, что инфицированные дети вступили в контакт с носителями вируса», – говорит местный представитель ВОЗ Бардан Джунг Рана.
В настоящее время минздрав Индонезии предпринимает активную программу иммунизации детей в провинциях Бантен и Западная Ява, а также Особом столичном округе, говорится в пресс-релизе. Как ожидается, она будет завершена лишь к концу мая и охватит 5 млн.чел. Крупнейший архипелаг планеты был объявлен ВОЗ свободным от полиомиелита в 1995г. Однако программы вакцинации детей продолжались здесь до 2002г., когда они были окончательно свернуты.
Полиомиелит является заразным вирусным заболеванием, поражающим нервную систему человека и способным вызвать паралич или даже летальный исход. Опасная болезнь преимущественно поражает детей в возрасте до трех лет.
Усилия ВОЗ по искоренению полиомиелита привели к тому, что число заболеваний им на планете упало с примерно 350 тыс. в 1988г. до 1 тыс. 267 в 2004г. Однако болезнь все еще сохраняется в Афганистане, Египте, Индии, Нигере, Нигерии и Пакистане, а также имеют место случаи ее вспышек в странах, уже объявленных свободными от этой болезни. Индонезия оказалась 16 государством, где это произошло.
В начале апр. в Аддис-Абебе прошла встреча сопредседателей Совместной межправительственной комиссии Эфиопии и России министра иностранных дел Эфиопии Сейума Месфина и директора российского Федерального агентства по недропользованию Анатолия Ледовских. Последние семь лет российское сотрудничество с Эфиопией в основном строилось вокруг проблем безопасности и поставок вооружений. Теперь, кажется, обе стороны заинтересованы в том, чтобы развивать отношения во всех сферах экономики: например, в разработке минеральных ресурсов Эфиопии, в развитии инфраструктуры этой страны, в поставках сельскохозяйственной продукции в Россию.
При оценке потенциала СМПК с Эфиопией, нельзя не учитывать следующий факт. Россия, в рамках общего списания внешнего долга Эфиопии Парижским клубом, в начале 2005г. приняла обязательства по списанию этой стране 1,2 млрд.долл. Это последний этап списания долга – сначала Россия списала Эфиопии 70%, а затем 80% оставшейся части долга. Эфиопия остается должна России 150 млн.долл., из которых, по оценкам российских экспертов СМПК, только 30 млн.долл. могут быть конвертированы в ликвидные активы. Таким образом, у России больше не будет возможности достигнуть взаимовыгодных соглашений с эфиопской стороной в рамках реструктуризации долга – что делает шансы на достижение реальных экономических результатов не очень большими. На преодоление стереотипного восприятия России как поставщика вооружений и военных инструкторов потребуется еще немало времени.
Встреча сопредседателей, не принесла никаких конкретных результатов, и неясно, когда можно ждать следующего этапа, то есть проведение уже собственно СМПК. Но и сам механизм СМПК, который действует с Нигерией, Анголой, ЮАР, планируется с Гвинеей и Намибией, тоже пока малоэффективен. Задача СМПК – стать эффективным и понятным механизмом лоббирования интересов сторон – пока далека от своей реализации. Анна Маслова.
30 апр. в Хартуме начала работу совместная комиссия, состоящая из представителей официального правительства Судана и бывших повстанцев, по выработке новой конституции страны. Стороны надеются, что в основу проекта будут положены принципы мирного договора. В комиссию входят 60 чел., для принятия какого-либо решения необходимо две трети голосов, при этом правительство и народное движение за независимость (SPLM) имеют 63 %. В комиссию также входит партия Национальный конгресс. Напомним, ранее, 19 апр., руководство этой партии отказалось вести с правительством Судана какие-либо переговоры до тех пор, пока не будет освобожден ее лидер Хасан ат-Тураби. В связи с этим лидер исламистов был переведен под домашний арест, что, по заявлению министра иностранных дел Судана Мустафы Исмаила в интервью газете «Аш-Шарк ал-Авсат», является «первым шагом на пути его освобождения».Как заявил министр информации Абд ал-Басит, «двери для участия в работе комиссии открыты для всех политических сил страны». Народная партия Умма отказалась от работы в комиссии под предлогом необходимости расширения представительства оппозиционных партий.
Работа над проектом конституции сдерживают противоречия между сторонами. Последние разногласия были вызваны вопросом, предварять ли конституцию мусульманской формулой «Во имя Господа Милостивого и Милосердного».
В середине мая в Каире должна пройти трехсторонняя встреча между Али Османом Мухаммадом Тагой – первым заместителем президента Судана, Мухаммадом Османом аль-Миргани – лидером суданской оппозиции, и Джоном Гарангам, по вопросу положения в Дарфуре.
Под эгидой Африканского союза будет создана специальная комиссия по изучению ситуации в регионе. В апр. в Хартуме прошли встречи Омара Башира с представителями Нигерии по вопросу создания специального суда для рассмотрения преступлений, совершенных в Дарфуре. Принципиальное соглашение по этому вопросу было достигнуто ранее между президентами двух стран.
Оппозиционное движение «Национально-демократическое объединение», в состав которого входят представители оппозиционных сил севера страны, заявило о том, что в ближайшее время оно будет готово подписать с Хартумом соглашение, подобное мирному договору с повстанцами Юга. Сообщение об этом появилось в прессе 3 мая.
Руководство США видит «позитивные изменения в Судане». Страна, как говорится в отчете, представленном в Конгрессе 2 мая, «вступила на новый этап». Хартум, в свою очередь, продолжает попытки изменить отношение к стране на международной арене, и в первую очередь в США. В начале мая американской стороне были выданы двое подозреваемых в связях с ал-Каидой. В Белом доме, несмотря на заявления «об установлении прочных связей по каналам разведывательных служб между двумя странами, что, безусловно, способствует борьбе США с международным терроризмом», не спешат вычеркивать Судан из списка стран, поддерживающих терроризм. В. Васильцов.
19 янв. на президента республики Лансана Конте было совершено покушение. Люди в военной форме несколько раз выстрелили по автомобилю президента и скрылись. Сам президент не пострадал, но серьезное ранение получил один из его телохранителей (IRIN). В последнее время недовольство деятельностью Лансана Конте растет из-за длительного застоя в экономике и коррупции. Рост цен вызвал бунты и забастовки, последней из которых стала 8-дневная забастовка учителей.
Редактор новостей независимой еженедельной газеты Lа Lance был взят под стражу. Причиной этому стала статья, в которой Бен Пепито (Benn Pepito) провел параллель между политической ситуацией в Того, вызванной смертью президента Эйадема Ньясингбе (Eyadema Gnassingbe), и ситуацией, которая может возникнуть в Гвинее после окончательного ухода со сцены президента Конте. Возможно, Пепито был арестован по подозрению в связи с Антуаном Боколу Сорому (Antoine Bokolou Soromou). Сорому, лидер оппозиционной партии «Национальный Альянс Развития» (National Alliance for Development, AND), исчез сразу после нападения на Лансана Конте. Видимо, по этой же причине был арестован адвокат Сорому Поль Йомба Корума (Paul Yomba Korouma). Через 3 дня и редактор, и адвокат были выпущены на свободу.
Президент Лансана Конте провел ряд увольнений: со своего поста был снят министр безопасности Мусса Сампил (Moussa Sampil), и его место занял Усман Камара (Ousmane Camara), член партии президента Единства и Прогресса (Party of Unity and Progress, PUP). Каба Махава Сидибе (Kaba Mahawa Sidibe), посол Гвинеи в Нигерии, стала новым министром иностранных дел, сменив Мамади Конде (Mamadi Conde). Горный министр Альфа Мадии Сумах (Alpha Mady Soumah) передал свои полномочия начальнику министерства финансов Ахмеду Тидиану Суаре (Ahmed Tidiane Souare) (IRIN). Д. Огородникова.
Соединенные Штаты занимают первое место в мире по числу заключенных в тюрьмах. Об этом свидетельствуют данные опубликованного в Вашингтоне доклада бюро статистики министерства юстиции США. По данным Минюста, по состоянию на 30 июня 2004г. в американских тюрьмах находились 2,1 млн.чел. Это означает, что за решеткой находился каждый 138-й житель США. На каждые 100 тыс.жителей насчитывалось по 726 заключенных. По состоянию на 30 июня 2003г. на каждые 100 тыс.американцев приходилось по 716 обитателей тюремных камер. По этому показателю США обогнали все страны мира. Второе место в этом списке занимает Великобритания, за которой следуют Китай, Франция, Япония и Нигерия. В 2004г. 61% «населения» американских тюрем составляли представители национальных и расовых меньшинств. За решеткой находились 12,6% всего негритянского населения США в возрасте от 25 до 30 лет. Доля испаноговорящих американцев в этой возрастной группе составляла 3,6%, белых – 1,7%.
Начавший свою работу 22 апр. в индонезийской столице саммит стран Азии и Африки завершился в воскресенье в г.Бандунг подписанием Декларации о новом стратегическом партнерстве двух континентов. Именно в этом городе ровно полвека назад в ходе встречи лидеров 29 государств Азии и Африки была принята также историческая Бандунгская конференция 1955г., положившая начало созданному через шесть лет в Белграде Движению неприсоединения. Знаменитые «Десять принципов Бандунга», сформулированные в итоговом документе форума 1955г., включали в себя, в частности, уважение основополагающих прав человека, а также целей и принципов Устава ООН, неприменение силы в международных отношениях, признание равенства всех стран – больших и маленьких, суверенитет наций и право на самоопределение. По единодушному мнению прибывших на нынешний саммит делегаций более чем ста государств, «дух Бандунга» жив и сегодня. Однако за прошедшие полвека мир существенно изменился, поставив тем самым новые задачи в азиатско-африканском сотрудничестве. Кроме того, если в политической области взаимодействие двух континентов было весьма успешным, то в социально-экономической сфере оно проявилось намного слабее. «На 106 стран, находящихся на азиатском и африканском континентах приходится более половины членов ООН, они покрывают почти половину территории мира. Мы говорим о 4,6 млрд. людей – 73% населения планеты. Наш совокупный ВВП равен 9,3 трлн.долл.», – подчеркнул он. О значении завершившегося форума говорит и тот факт, что около 50 стран Азии и Африки направили на него делегации на уровне глав государств и правительств. Среди них – премьер-министр Индии Манмохан Сингх, председатель КНР Ху Цзиньтао, президент Нигерии Олусегун Обасанджо, премьер-министр Японии Дзюнъитиро Коидзуми.
Во встрече также принял участие генеральный секретарь ООН Кофи Аннан, обсудивший с его участниками свои планы реформирования Сообщества наций. Их поддержка будет иметь для реорганизации ООН критическое значение, поскольку страны Азии и Африки имеют более половины голосов в этой организации. Главная идея новой Бандунгской декларации – необходимость построить «мост сотрудничества» через Индийский океан. На этот раз главы государств и правительств государств Азии и Африки намерены уделить внимание, в первую очередь, практическим шагам в области социально-экономического взаимодействия двух континентов. При этом приоритетное значение будут иметь такие области, как торговля, привлечение инвестиций, туризм, передача технологии и здравоохранение.
Представители 83 государств Азии и Африки подтвердили свое участие в открывающемся 22 апр.я в индонезийской столице двухдневном азиатско-африканском саммите. Как заявил официальный представитель МИД Индонезии Марти Наталегава, по данным на этот момент, 46 стран будут представлены на уровне глав государств и правительств. Среди них – премьер-министр Индии Манмохан Сингх, председатель КНР Ху Цзиньтао, президент Нигерии Олусегун Обасанджо, премьер-министр Японии Дзюнъитиро Коидзуми, а также генеральный секретарь ООН Кофи Аннан. Россия имеет на встрече статус наблюдателя. Участники форума представляют 105 стран двух континентов с совокупным населением в 4,6 млрд. чел. (73% обитателей Земли) и совокупным ВВП в 9,3 трлн.долл., заявил в дни подготовки саммита министр иностранных дел Индонезии Хасан Вираюда. Форум пройдет под девизом: «Укрепить дух Бандунга: двигаться к созданию нового азиатско-африканского стратегического партнерства». По мнению участников саммита, принятые ровно полвека назад «Десять принципов Бандунга», в число которых входят уважение основополагающих прав человека, целей и принципов Устава ООН, неприменение силы в международных отношениях, признание равенства всех стран, остаются не менее актуальными и полвека спустя. Однако теперь к этом необходимо добавить нечто новое. «В ходе Бандунгской конференции 1955г. все страны Азии и Африки имели одну цель, а именно, обрести независимость», – поясняет глава директората по вопросам Африки МИД Индонезии Бали Мониага. «Сегодня же им необходимо заключить новое стратегическое партнерство», – отметил он. Как заявил Наталегава, планируется проводить подобные саммиты раз в четыре, а встречи министров государств двух континентов – раз в два года.
Саммиту будет предшествовать конференция министров иностранных дел стран Азии и Африки, которая пройдет в Джакарте 20 апр.я. В рамках сопутствующих встрече на высшем уровне мероприятий 21-22 апр. в Джакарте также состоится первый в истории азиатско-африканский бизнес-саммит. А 24 апр. участники саммита посетят город Бандунг, где примут участие в торжествах по случаю «золотого юбилея» положившей начало Движению неприсоединения Бандунгской конференции, состоявшейся в этом городе 18-24 апр. 1955г.
5 февр. 2005г. скончался Ньясингбе Эйадема (Gnassingbe Eyadema), президент Того, дольше всех находившийся у власти среди всех африканских лидеров. Президентом Того назначен его сын – Фор Ньясингбе (Faure Gnassingbe), который до этого был министром добывающей промышленности, оборудования и коммуникаций в правительстве. Решающую роль в обеспечении преемственности власти сыграл начальник штаба армии – Закари Нанджа (Zakari Nandja). По официальной версии смерть президента наступила от сердечного приступа, при попытке эвакуировать его для лечения (в Израиль).Согласно конституции, пост главы государства должен был занять спикер парламента – Фамбаре Начаба Уатара (Fambare Natchaba Ouattara), на момент смерти Эйадемы он находился в Париже. Военные блокировали границы и аэропорт, и возвращавшемуся спикеру пришлось остаться в соседнем Бенине. В это время Фор Ньясингбе был избран спикером парламента, после чего его назначение на пост президента стало легитимным. Вскоре Парламент признал право Фора занимать президентский пост до 2008г. (окончание полномочий его отца), хотя до этого конституция предполагала, что новые выборы должны был пройти в 60-дневный срок.
Фор Ньясингбе родился в 1966г., он выпускник Сорбонны (Франция) и Йельского университета (США). Нынешнему президенту был 1 год, когда его отец возглавил страну. Фор был назначен министром в июле 2003г., и после этого считался вероятным преемником своего отца.
Африканский союз устами Альфа Умара Конаре назвал назначение Фора военным переворотом. Приблизительно в том же духе высказался Олошегун Обасанджо, президент Нигерии и нынешний глава Афросоюза. Очевидно, для Нигерии, которая является ведущим центром силы в Западной Африке, сомнительный механизм смены власти в Того оказался неприемлемым.
Стремление Нигерии «навести порядок» в Ecowas (Сообщество государств Западной Африки) опирается на поддержку Великобритании и США. У этих стран свое представление о том, кто должен был управлять Того после Ньясингбе Эйадемы. Их кандидат – Джилкрайст Олюмпио (о нем «Аф-Ро» писал в №3 за 2004г.). Скорее всего, Олюмпио имеет хорошие шансы на победу в случае проведения в Того сводных выборов, так как представляет многочисленную и влиятельную этническую группу – эве (юг страны, см. карту). Ушедший президент, как и его сын Фор, – выходцы с севера страны, этническая группа кабре. Элиты севера в Того традиционно были и остаются опорой влияния Франции. Кажется, разыгранная комбинация с преемником должна вполне устроить Париж.
У самостоятельности, проявленной тоголезскими военными, есть и еще один источник. 1 июля 2003г. США прекратили оказание военной помощи Того, и уже в нояб. того же года страну посетил с официальным визитом министр обороны КНР. Обсуждались вопросы сотрудничества двух стран в области обороны.
Уже 6 фев. 2005г. стало ясно, что, если французам не удастся провести «своего» кандидата (Фора), на фоне войны в Кот-д'Ивуаре это будет еще одним свидетельством окончания «Французской эры» в Западной Африке. Дежурные осуждения со стороны Франции прозвучали, но были гораздо менее резкими, чем нигерийские.
7 февр. 2005г. в Того начались демонстрации, которые напомнили о недавней смене власти на Украине и в Грузии. Аналогия не предвещала ничего хорошего Фору. 12 фев. в столице (Ломе) были убиты трое демонстрантов, 14 фев. – четверо. По данным оппозиции (приводятся агентством Afrol), число жертв превысило 10 чел. Оппозиционный альянс, состоящий из 6 партий, призвал к всеобщей забастовке.
15 февр. 2005г. президент Нигерии Олошегун Обасанджо, через своего представителя Феми Фами-Кайоде, заявил, что нигерийские войска могут быть отправлены в Того для «восстановления мира, демократии и стабильности в Западной Африке». 18 фев. страны Ecowas отозвали из Того своих послов и сообща ввели санкции против Того: запрет на поставки оружия в страну, на въезд тоголезских лидеров в другие страны сообщества. Вслед за региональным сообществом официально огласил свою позицию и Госдепартамент: «Соединенные Штаты не считают Ньясингбе законным президентом Того».
21 фев. парламент Того вынужден был отменить продление президентского мандата до 2008г. Выборы должны пройти в начале апр. По поводу того, что Фор должен оставить пост, официальная позиция тоголезских властей осталась неизменной: «Мы предпочитаем получить санкции, чем гражданскую войну» – заявил Коку Тозун (Kokou Tozoun), министр иностранных дел.
25 фев. Фор Ньясингбе все же добровольно покинул пост президента. Главой государства стал Абба Бонфо (Abbas Bonfoh), до этого – вице-спикер Национальной Ассамблеи.
15 марта 6 оппозиционных партий Того выдвинули единого кандидата на пост президента. Им стал 75-летний Эммануэль Акитани Боб (Emmanuel Akitani Bob). Акитани Боб занимает второй пост в партии «Объединенные силы за перемены» (UFC). Ее глава – Джилкрайст Олюмпио. Акитани уже был кандидатом в президенты на выборах 2003г. и тогда набрал (по официальным данным) 34% голосов, уступив Ньясингбе Эйадеме. Именно выборы 2003г. послужили поводом для введения ряда санкций со стороны Евросоюза – кампания и само голосование прошли с многочисленными нарушениями. Б. Свинцов.
В конце янв. произошло обострение отношений между местными сообществами в Варри (Warri) и американской компанией ChevronTexaco, добывающей в этом районе нефть. В начале фев. в решение вопроса было вовлечено уже как минимум несколько сотен военных. Жертвы среди местного населения превысили 25 чел. Б. Свинцов.
Компания «Глобал стил холдинг» закончит сделку по покупке мажоритарной доли предприятия «Кремиковцы». Основное условие для заключения сделки – проведение замен в надзорном и правящем совете комбината. Переговоры о покупке мажоритарной доли предприятия были закончены еще в фев. 2004г., когда было подписано соглашение о покупке доли ведущего акционера «Финметалс холдинг», который имеет 71% акций металлургического гиганта. Планы компании «Глобал стил» – в ближайшие 3 года проинвестировать в Кремиковцы более 300 млн.долл. «Глобал стил» – собственность индийской фамилии Митал и ее деятельность связана с управлением и производством железа, стали и кокса. Компания контролирует заводы с мощностью производства 13 млн.т. стали ежегодно. Имеются предприятия в Боснии, Индии, Ливии, Нигерии. «Глобал стийл холдинг» – часть «Индиан Испат групп». Компания хочет превратить завод Кремиковцы в основного производителя стали в регионе.
Экономика
Одна из самых богатых стран Тропической Африки переживает тяжелый экономический и политический кризис на фоне затяжного конфликта с Великобританией и США. Зимбабве (столица – Хараре) – страна на юге Африки, ранее известная как Южная Родезия. Зимбабве занимает второе место в Африке к югу от Сахары (после ЮАР) по уровню развития инфраструктуры, промышленности и сельского хозяйства. Большинство африканских стран живут за счет одной, реже – двух, максимум – трех-четырех экспортных отраслей добывающей промышленности или сельского хозяйства. Где-то кофе (Эфиопия), где-то нефть (Нигерия и другие); какао (Кот-д'Ивуар) или фосфаты (Того и Бенин); уран (ЦАР) или бокситы (Гвинея); марганец (Габон) или алмазы (Ботсвана) и так далее. Везде чрезмерная зависимость от конъюнктуры одного-двух-трех сырьевых рынков. Везде – местное правительство в опасной близости от роли наемных сотрудников транснациональных компаний. К Зимбабве все это не имеет никакого отношения.
Экономика страны диверсифицирована. На мировой рынок поставляется разнообразная продукция сельского хозяйства (хлопок, табак, кофе), горной промышленности (металлы платиновой группы, золото, серебро, цинк, олово, медь, никель, хромиты). Вес каждой из перечисленных статей составляет 15% в объеме валютных поступлений. Развита обрабатывающая промышленность, транспорт (сеть железных дорог), энергетика. Зимбабве – витрина африканского капитализма. Точнее, могла бы быть такой витриной. В полном несоответствии со всеми перечисленными преимуществами валовой национальный продукт падает уже 5г. подряд. Экономика потеряла за этот год треть своего веса, а профицит внешней торговли сменился дефицитом 50%.
Причина кризиса – в международных санкциях, падении иностранных инвестиций, разрушении крупного фермерского хозяйства. Все эти обстоятельства, в свою очередь, являются следствием политики президента страны Роберта Мугабе и его ближайшего окружения. Но эта политика обусловлена вовсе не злокозненностью Мугабе или его желанием во что бы то ни стало развалить страну ради сохранения собственной власти. Его политику, в значительной степени, определили объективные обстоятельства и желание их преодолеть. Последние события говорят о том, что желание оказалось утопией. Страна не смогла плыть против течения и начала тонуть.
До 1979г. Южной Родезией управляли белые поселенцы (см. нашу историческую справку), хотя страна формально оставалась колонией Великобритании. Затем, по соглашению с бывшей метрополией, власть перешла к коренному населению в лице партии ZANU-PF. Начав с мягкого перехвата управления и реформы армии, новый режим вскоре столкнулся с необходимостью обеспечить минимальные потребности собственного населения. Сотни тысяч молодых людей были лишены земли и работы. Многие из них имели опыт вооруженной борьбы.
Теоретически, соглашения с Великобританией 1979г. предполагали постепенный выкуп земель у белых поселенцев и их передачу коренному населению. Великобритания должна была спонсировать этот процесс, но, по различным причинам, отказывалась от своих обязательств. Не соглашались продавать свои земли и белые. Эти земли были основой крупного фермерского хозяйства (производство табака, хлопка, кофе) – они приносили доход как собственникам, так и казне (через налоги). Зимбабве была одной из немногих стран Африки, которые полностью обеспечивали себя продовольствием.
Демографическое и политическое давление на фоне пассивной политики Лондона привело к тому, что в 1999-2000г. в стране начались силовые захваты фермерских угодий. 13 белых фермеров, вставших на защиту своей земли, погибли (последний из них – 6 фев., 2005г.). Правительство не вмешивалось. С 2000г. белое население стало покидать страну. В 1980г. в Зимбабве жило 175 тыс. белых, сейчас их, по самым оптимистичным оценкам, в десять раз меньше. Заселившие свободные земли черные зимбабвийцы не в состоянии пока наладить товарное производство – доходы от экспорта сельхозпродукции стремятся к нулю (только в 2002 г. они упали на 35%, далее падение продолжилось). Страна стала нуждаться в импорте продовольствия, а необходимых для этого средств ни в бюджете, ни на руках у населения не оказалось.
Результат – продовольственный кризис и инфляция. Дефицит продовольствия и бюджета покрывается за счет международной помощи, источники которой туманны. Режим Мугабе настолько непопулярен в мире из-за изгнания белых фермеров, что немногие страны решаются заявить об открытой поддержке Хараре.
Продовольственный кризис спровоцировал инфляцию и бюджетный дефицит, а дальше началась цепная реакция. Пытаясь остановить инфляцию, правительство зафиксировало курс зимбабвийского доллара по отношению к американскому. Мера имела обратный эффект: инфляция приобрела скрытый характер, курс черного рынка стал в десятки раз отличаться от официального. Затем, чтобы покрыть бюджетный дефицит, правительство установило правило обязательной продажи добытого золота Центробанку по официальному, то есть абсолютно неадекватному курсу. Так кризис перекинулся на добывающую промышленность – она стремительно начала уходить в тень. Официальная добыча упала с 28 т. в 1999г. до 12 т. в 2003. Дефицит бюджета в том же году достиг 25%.
Рост бюджетного дефицита спровоцировал следующий виток – полномасштабный энергетический кризис. Правительство не смогло платить за поставки электроэнергии из ЮАР и нефтепродуктов через Мозамбик. И если госкомпания ЮАР (Escom) пока готова накапливать зимбабвийский долг, то поставки нефтепродуктов из Мозамбика контролирует британская BP. Излишне говорить, что британцы не испытывают никакого желания идти навстречу Мугабе. Всего за 3г. Мугабе удалось пройти путь от экспроприации ферм до потери 1/3 ВВП.
Энергетический кризис ускорил инфляцию, в отдельные периоды 2004г. темпы роста цен составляли 300-350% годовых. Экономический кризис и падение уровня жизни подтолкнули дальнейшую миграцию (уже не по причинам безопасности). Круг замкнулся. Характерно, что Зимбабве покидают не только белые. Они составляют только ручей (10%) в общем потоке зимбабвийцев, отправляющихся за рубеж на постоянное жительство. По данным African Business на апр. 2004г., 3,5 млн. граждан Зимбабве проживают за пределами страны. 1,2 млн. – в ЮАР, 1,1 млн. – в Британии и 0,3 млн. – в Австралии и Новой Зеландии (по другим данным, 2 млн. только в ЮАР). Нелегальные мигранты направляются также в Ботсвану и другие страны региона.
Теперь Роберт Мугабе, находящийся у власти с самого дня обретения независимости Зимбабве, ищет себе преемника (Мугабе 80 лет). Шансы кандидата от оппозиции занять его кресло выглядят предпочтительнее. Выборы должны состояться в 2008г., есть основания предполагать, что пройдут они досрочно.
Несмотря на напряженные отношения с Великобританией, режим Мугабе пользуется достаточно стабильной поддержкой регионального лидера – ЮАР. С некоторыми оговорками, отношения в треугольнике ЮАР-Зимбабве-Великобритания можно сравнить с отношениями Россия-Белоруссия-США с соответствующим распределением ролей. ЮАР признает необходимость движения своего соседа в сторону «демократии», но весьма опасается потери контроля над ситуацией и появления по соседству неких новых, непредсказуемых элит. При этом от того, что «младший сосед» получает карт-бланш на авторитарные действия внутри своей страны, страдает, в первую очередь, крупный бизнес «старшего соседа» (в данном случае – добывающие компании ЮАР, вынужденные работать в непредсказуемой и неблагополучной экономической системе Зимбабве).
В целом, конечно, отношение официальных властей ЮАР к нынешней ситуации в Зимбабве достаточно критично. Менее склонны придавать значение внутренним проблемам этой страны другие ее международные партнеры – Китай, Ливия и Франция. Подчеркнутая лояльность Франции к Мугабе – вряд ли больше чем политический жест, обусловленный желанием уязвить Лондон. Стратегия Китая прямо противоположна: никакой политики, только экономика. Ливия в последние 2г. заметна устранилась от своих африканских инициатив, сосредоточившись на отношениях с США и Западной Европой.
Британско-американские санкции не носят слишком жесткий характер. Как подчеркивал в своих заявлениях Госдепартамент, санкции направлены «против режима, а не против народа». Американские санкции (запрет на заключение сделок) введен против компаний, собственником которых является министр информации Джонатан Мойо (Jonathan Moyo), против оборонного госхолдинга Zimbabwe Defense Industries и «партийного» бизнеса правящей ZANU-PF под названием M&S Syndicate. Также санкции наложены на компании, принадлежащие Виталису Звинаваше (Vitalis Zvinavashe), бывшему министру обороны. С 2002г. действует запрет на въезд (travel sanctions) в США для Роберта Мугабе и ведущих членов его правительства. Зимбабве не участвует в американской программе AGOA.
Распространенный прогноз развития ситуации в Зимбабве – что-то вроде «оранжевой революции»: относительно мягкая смена режима не позднее 2008г. Основная интрига разворачивается вокруг того, под чьим покровительством произойдет эта смена режима – США и Великобритании или ЮАР. Имя следующего президента в этом случае – Морган Чвангирай. Претория с одной стороны, а Лондон и Вашингтон – с другой, будут соперничать за влияние на этого человека и оппозицию в целом. От того, чем закончится это соперничество (оно вполне может закончится некоторым компромиссом), будет зависеть и то, каких инвесторов будет приглашать в страну новое правительство.
Со своей стороны, мы полагаем, что сторонники Мугабе могут реализовать в Зимбабве «Кенийский сценарий», опробованный президентом Кении Мои в 2002г. Основные элементы этого сценария следующие: ключевые функционеры «партии власти» переходят в оппозицию; лидером оппозиции становится фигура, слабая внутри страны, но привлекательная для Запада; новый лидер приходит к власти при поддержке «народа» и «мирового сообщества»; старая (теперь «оппозиционная») команда занимает привычные места в новом руководстве; уходящий лидер получает политические и экономические гарантии. Стоит отметить, что такой сценарий должен быть хорошо понятен и россиянам.
Зимбабве > Госбюджет, налоги, цены > af-ro.com, 28 февраля 2005 > № 340367
Демография
Трайбализм – формирование политических объединений по этническому, клановому или племенному признаку – является одним из решающих факторов, определяющих результаты выборов. Для того чтобы выяснить структуру неформальных альянсов и противоречий внутри политической элиты Зимбабве, изучить традиционную систему социальной организации шона и ндебеле, которые вместе составляют 96% населения страны.
При анализе этнической ситуации в Зимбабве внимание акцентируется на исторически сложившейся оппозиции шона/ндебеле, при внимательном подходе гораздо большее значение приобретает, например, оппозиция зезуру/каранга (подгруппы народа шона). Общности «шона» и «ндебеле» возникли совсем недавно, и принадлежность к ним еще не стала определять психологию политического поведения. Большее значение имеют другие, архаичные уровни идентичности, прежде всего 1) «клановый» и 2) «племенной». Оба этих термина достаточно условны и вызывают споры по поводу их значения. Вполне подходят для того, чтобы дать адекватную картину альянсов и противоречий в традиционном африканском обществе.
Эта ситуация, характерна и для Африки в целом. Здесь не было и пока нет привычных для Европы «наций». Этнос или народ в Африке – это не более чем люди, говорящие на одном языке. Годы колонизации внесли в это правило множество исключений – европейцам было выгодно «создавать» нации по привычному им (и нам) самим принципу: один язык – одна вера – один народ – одно правительство. Отличились в «конструировании» новых народов англичане: в Нигерии они создали игбо, в Зимбабве они же способствовали возникновению шона. Клановая и племенная принадлежность зачастую оказывается все же важнее этнической, то есть языковой. Поэтому в ответ на вопрос «кто ты?» и «с кем?» африканец очень часто назовет не народ (этнос), а свой клан (родовую группу) или местность, откуда родом его предки. Во втором случае принято говорить о «племенной» принадлежности. Племенные и клановые связи становятся особенно актуальными в критической, конфликтной ситуации, когда важными становятся архаичные пласты коллективного самосознания.
Племена шона. Шона (машона, шуна, свина, суина) – самая многочисленная этническая группа, проживающая в Зимбабве. Согласно данным популярной базы данных ЦРУ, шона составляют 82% от всего населения страны. На самом деле, эта цифра может находиться в диапазоне от 60 до 85% – в зависимости от того, причислять ли к шона многочисленные периферийные группы, постепенно перенимающие их язык. В любом случае, численность шона среди населения Зимбабве растет не только в абсолютном, но и в относительном измерении: за счет ассимиляции других языковых/этнических групп.
Традиционно большая часть шона проживает в северно-восточных районах: провинциях Масвинго (Masvingo), Маньикаленд (Manyikaland), Мидленд (Midlend), Северный (Northern), Западный (Eastern), Центральный (Central) Машоналенд (Mashonaland), а также в районах Белингве (Belingwe), Селукве (Selukwe) и Гвело (Gwelo) южных провинций. Различные племена, племенные и локальные объединения получили общее наименование шона (машона) только в XIX в. Тогда же началось сложение современного этноса шона. Одной из причин этой консолидации было, по-видимому, давление соседей и европейцев.
Существует 5 основных племен шона: каранга, зезуру, маньика, корекоре и ндау. При этом два первых выделяются по численности, каранга составляют 40% шона, а зезуру – 30%. В населении всего Зимбабве доля этих племен, соответственно, составляет 35% (шона-каранга) и 25% (шона-зезуру). Для европейцев противостояние каранга и зезуру «замаскировано» тем, что они говорят на одном языке (чишона), то есть принадлежать к единому «народу».
Группы каранга (mocaranga) и маньика (manyika) упоминаются еще в португальских источниках XVI в. Когда-то эти слова были именами правящих родовых групп (Каранга и Ньика), а затем были распространены (португальцами) на население, которое этим родовым группам подчинялось. Слова «зезуру» и «корекоре» имеют топонимическое происхождение. С одного из диалектов языка чишона «зезуру» переводится как «люди высокогорных районов»; «корекоре» представляет собой самоназвание, означающее «обитатели гор, северных районов».
В период сложения колониальной системы, эти слова (каранга, (ма)ньика, зеруру, корекоре) стали использоваться на обширном пространстве. С одной стороны, это во многом упрощало процесс управления, с другой – способствовало складыванию этнической идентичности, развитию самосознания и формированию внутреннего деления среди шона. Пятое племя шона – ндау – проживает в пограничных с Мозамбиком районах, и о его происхождении нам известно меньше.
Традиционная система управления шона не представляла собой централизованной структуры. Минимальное ядро общности состояло из нескольких семей, во главе его стояла уважаемая и почитаемая семья. Территория проживания этих семей обозначалась по имени главы этой семьи. Например, округ Звимба, где родился президент Зимбабве Роберт Мугабе, назван по имени правителя, проживавшего здесь.
Семьи объединяются в «чидаво». Люди одного чидаво считаются потомками общего предка, и им традиционно запрещается брать жену из того же чидаво. Среди шона зафиксировано 60 чидаво. То есть средняя численность одного чидаво на данный момент составляет 160 тыс. чел. Чидаво – базовая единица в традиционной социальной организации шона.
Каждое чидаво (они имеют свои названия) целиком относится к тому или иному племени: каранга, зезуру и др. Но при этом чидаво из разных племен объединяются между собой в мутупо – обширные кланы. Возможно, система мутупо сложилась в процессе объединения пяти племен в единый народ шона. Чидаво из различных племен устанавливали друг с другом транстерриториальные связи. Эти связи закреплялись браками между представителями разных чидаво в рамках одного мутупо (клана). Каждому мутупо соответствует определенный тотем – животное или предмет-покровитель.
Каждое чидаво является частью какого-либо племени и, одновременно, – частью клана (мутупо). Поэтому племена и мутупо образуют систему координат социальной системы шона: на пересечении осей системы находятся отдельные чидаво. Каждое мутупо состоит из 2-5 чидаво (средняя численность мутупо – 385 тыс. чел.), племя может включать до 20 чидаво. Соответственно, традиционный «политический портрет» отдельно взятого представителя шона зависит от пересечения двух измерений: кланового (мутупо) и племенного. И то, и другое можно определить по чидаво.
Чидаво редко выступают в качестве паспортных фамилий, а принадлежность семьи к тому или иному чидаво установить каждый раз непросто. Точно так же и вся система чидаво, мутупо и локальных групп остается весьма непрозрачной для исследователей.
Президент Зимбабве Роберт Мугабе принадлежит к чидаво гушонго (или гушунго). Это чидаво входит в мутупо нгонья, а также относится к группе зезуру (исторически, – «люди горных районов»). Как зезуру, Мугабе противостоит шона-каранга. Некоторые каранга, а именно чидаво мкумбири, относятся к тому же мутупо нгонья. Этот пример изображен на нашей схеме.
Ндебеле (или амандебеле) – второй по численности народ Зимбабве (14% населения). Проживают в основном в южном и юго-западном регионах страны – провинциях Северный и Южный Матебелеленд, Мидленд (Matebeleland North, Matebeleland South, Midland). Если прямые предки шона жили на территории нынешнего Зимбабве еще 1,5 лет назад, что ндебеле появились рядом с ними только в XIX в. Единая общность ндебеле сложилась также недавно, и именно в процессе переселения.
Миграционные процессы, активное проходившие в XIX-XX вв., оказали значительное влияние на формированию социальной структуры народа ндебеле. В составе ндебеле выделились 3 основные социальные группы, отличавшиеся хозяйственной деятельностью, имущественным положением, правами на власть. В этнографической литературе, посвященной ндебеле, эти группы часто характеризуют как «касты».
Абезанси (abeZansi) – ведут свое происхождение от мигрантов – выходцев из прибрежных районов Зулуленда, т.е. непосредственно от отряда Мзиликази Кумало, а также амасвази, амашангаана и др. К ним относились представители аристократии, семья правителя – все они составляли правящую элиту ндебеле. Абезанси (или занси) – скотоводы.
Абенхла (abeNhla) – потомки суто и тсвана, выходцев из Высокого Вельда, а также суто, присоединившихся к Мзиликази в районе Трансвааля и Северного Наталя. Они занимались земледелием, хозяйственными работами, ремеслами.
Амахоли (amaHoli) (другие названия – abeTjali, amaLozwi) – группа, которая сложилась позднее первых двух. К ней относятся коренные жители региона (шона), оказавшиеся включенными в общность ндебеле посредством браков и военных действий. Эта группа включает в себя представителей каланга, ньяи, лозви, шанкве, нанзви, венда. У амахоли сохранилась традиционная социальная организация шона.
В связи с межгрупповыми браками выделилась четвертая смешанная группа (amacukumbili), которая по своему статусу и положению оказалась ближе всего к амахоли. Представитель высшей касты мог вступать в брак с выходцем из низшей. Ребенок от брака принадлежал к касте отца, но, несмотря на это, его статус был ниже, чем у других детей. Колониальная администрация официально не признавала «кастовое» деление ндебеле, административные должности в косвенной системе управления занимали в основном (абе)занси.
Принадлежность к той или иной «касте» ндебеле можно с достаточной точностью определить по паспортной фамилии, и в этом смысле анализ отношений оказывается легче, чем в случае с шона. Например, для (абе)занси характерна фамилия Кумало (Khumalo) или Нксумало (Nxumalo). Со временем границы между «кастами» стали размытыми, остаются актуальными до сих пор.
Традиционные понятия и будущий президент. На фоне конфликта с белыми и бывшей метрополией, в Зимбабве разворачивается борьба за власть в преддверье ухода Мугабе (ему 81г.). До недавнего времени вероятным преемником Мугабе считается министр информации Джонатан Мойо (Jonathan Moyo), возможно, что его неформальное выдвижение – отвлекающий маневр правящей группировки («семьи»). Другие кандидаты в преемники – влиятельный член правящей партии, бывший министр безопасности Эммерсон Мнангагва (Emmerson Mnangagwa), а также бывший командующий Армией обороны Зимбабве, а ныне бизнесмен Виталис Звинаваше (Vitalis Zvinavashe, в отставке с нояб. 2003г.). И все же реальным претендентом является лидер оппозиции, пользующийся поддержкой Запада Морган Чвангирай. Каковы шансы кандидатов с «традиционной» точки зрения?
Шона обречены на политическое доминирование в Зимбабве. И президент, и его вероятные преемники, и кандидат от оппозиции – все представляют шона. Основная борьба будет разворачиваться между племенами шона-каранга и шона-зезуру, а решающую роль может сыграть то, чью сторону займут ндебеле.
Мугабе и основные фигуры в его окружении принадлежат к племени зезуру. А его «ближний круг» строится вокруг его родного чидаво Гушонго. Клановые связи Мугабе можно проследить через его жену и сестру. Жена Мугабе – Грейс (Grace Mugabe) – родом из округа Чикомбе, Восточный Машоналенд. Ее известные земляки – Соломон Муджуру (Solomon Mujuru) и Пэренс Шири (Perence Shiri).
Соломон Муджуру, как и президент, принадлежит к шона-зезуру. В 1970гг. он проходил военную подготовку в СССР, затем был одной из ключевых фигур в армии и силовых структурах Зимбабве. Ныне – один из крупнейших землевладельцев, Kupukile Resources, работающей на крупнейшем алмазном месторождении Зимбабве.
Значительным влиянием пользуется сестра президента – Сабина Мугабе (Sabina Mugabe) и ее дети – Лео Мугабе (взял фамилию дяди) и Патрик Зуваво. Их деловая активность строиться вокруг Integrated Engineering Group (IEG). Значимой фигурой был старший сын Сабины – Инносент Мугабе, но он погиб или умер в 2001г. при невыясненных обстоятельствах, будучи директором Центральной разведывательной организации (CIO). После этого позиции Сабины, Лео и Патрика также стали слабее.
К чидаво Гушонго принадлежат и другие семьи, близкие Мугабе. Особое место среди них занимает семья Мушайакарара (Mushayakarara), чьи связи с семьей Мугабе уходят в доколониальные времена. Персонально следует упомянуть Элишу Мушайакарару – директора группы Finhold (Zimbabwe Banking Corporation).
Еще одна характерная фигура из Гушонго – Филипп Шиянгва (Philip Chiyangwa). Во время «освободительной» войны он был на стороне Яна Смита, то есть белых поселенцев. После поражения белых в 1979г., он остался влиятельной фигурой, видимо за счет тесных родственных связей с новым лидером, то есть Робертом Мугабе. Филипп Шиянгва стал председателем отделения правящей партии в Западном Машоналенде, а затем – крупной фигурой зимбабвийского ВЕЕ («экономического усиления черных»).
Некоторые каранга и маньика также могут быть традиционными союзниками Мугабе, но уже через клановые связи – мутупо Мугабе (нгонья). Влиятельные сторонники Мугабе из числа каранга – Эммерсон Мнангагва (министр безопасности в отставке) и Виталис Звинаваше (бывший командующий армией). К каранга относится и Морган Чвангирай (Morgan Tsvangirai), лидер оппозиции.
В последние 2г. наметилась любопытная тенденция в кадровой политике Мугабе: влиятельные представители шона-каранга стали терять свои позиции, которые переходили к зезуру. В 2003г., после смерти единственного вице-президента Саймона Музенда (Simon Muzenda, каранга), было назначено два новых – Джозеф Мсика (Joseph Msika) и Джойс Муджуру (Joyce Mujuru). Влиятельные силовые министры из каранга также были отправлены в отставку. Командующим армией вместо Виталиса Звинаваше (каранга) стал Константин Чивенга (Constantine Chiwenga) – зезуру. Другой зезуру – Сидни Секерамайи (Sydney Sekeramayi) стал министром обороны.
Мугабе стал выстраивать отношения с ндебеле, пытаясь привлечь их на свою сторону. Хотя каранга – крупнейшее племя шона (35% всего населения Зимбабве), племя зезуру вместе с народом ндебеле «набирает» 40%. Поэтому потенциально союз шона-каранга и ндебеле может быть перспективным. Известный политик из числа ндебеле – Джонатан Мойо (Johnatan Moyo). Министр туризма и информации, фаворит Мугабе в 2004г.
С традиционной точки зрения сильной кандидатурой представляется Морган Чвангирай, которого можно считать дальним потомков правителей древней Мономотапы. Майя Лобова, Андрей Маслов.
Зимбабве > Госбюджет, налоги, цены > af-ro.com, 28 февраля 2005 > № 340363
Газ-СПГ
Газ постепенно занимает место нефти в мировом энергетическом балансе. Потребление газа растет в два раза быстрее, чем потребление нефти. До недавнего времени основным и единственным способом транспортировки газа были трубопроводы. В 1990гг. начался быстрый рост потребления сжиженного природного газа (СПГ). 27% мирового производства СПГ приходится на 4 африканские страны: Алжир, Нигерию, Египет и Ливию.
Сжиженный природный газ – это не продукт. При его производстве, то есть при сжижении газа, добавленная стоимость не создается. Собственно сжиженный газ никому не нужен, он становится продуктом только после регазификации -обратного превращения в газообразное состояние. СПГ – это не продукт, а способ его транспортировки. Сжижение газа целесообразно там, где между поставщиком и потребителем трудно или невозможно протянуть трубопровод.
Перевозки СПГ осуществляются исключительно морем. Основные элементы транспортной инфраструктуры в данном случае следующие: завод по сжижению на побережье, совмещенный с терминалом; специальный танкер (танкеры); завод по регазификации – также на побережье и также совмещенный с терминалом. Все заводы по сжижению (и, «разжижению») газа находятся на побережье. К заводу ведут газопроводы от месторождений – или со стороны моря (с шельфа) или со стороны суши.
Рост потребления сжиженного газа вызван двумя обстоятельствами: во-первых, стали дешеветь технологии сжижения. Во-вторых, сыграла свою роль общая либерализация газового рынка: при поставках сжиженного газа покупатель в меньшей степени зависит от продавца, а продавец – от покупателя.
СПГ (LNG) занимает в 600 раз меньший объем, чем исходный продукт (газ в его природном состоянии). 1 куб.м. СПГ весит 400 кг. (0,40 т.). Следовательно, из 1000 куб.м. природного газа получается 1,67 куб.м. или 0,67 т. СПГ. Производительность завода измеряется в кубометрах исходного сырья или в т. производимого СПГ. Важно не путать эти два показателя при сопоставлении. Заводы по сжижению газа есть в Алжире, Индонезии, Тринидаде и Тобаго, Венесуэле, Нигерии, Норвегии, Катаре, Австралии и Омане. Рост потребления сжиженного газа в мире составляет 6-7% в год (газа в целом – 2%).
Алжир. Самый первый в мире завод по сжижению газа был построен в Алжире, в порту Арзев, в 1964г. Небольшой по мощности (1,7 млрд.куб.м.) завод был закрыт в 1997г., затем модернизирован и снова введен в строй в 1999г. Спустя 4г. он должен был быть закрыт окончательно, но из-за дефицита мощностей продолжает работать до сих пор, на пределе своих возможностей.
Самый старый в мире завод давно не является для Алжира основным. 95% производства приходится на три других завода, два из которых также расположены в Арзеве (установленная мощность – 11,2 и 12,3 млрд.куб.м.). Третий по размеру алжирский завод находится в Скикде. Расчетная мощность производства в Скикде – 6,5 млрд.куб.м. 19 янв. 2004г. на заводе произошли взрыв и пожар. Не исключено, что причиной взрыва в Скикде был теракт, погибли 27 чел. – работников производства.
3 из 6 модулей завода вышли из строя, производительность сократилась на 44% – до 3,6 млрд.куб.м. по итогам 2004г. Министр энергетики Алжира Хелил заявил, что вместо трех взорванных модулей будут построены 2, но по мощности вместе они будут в 2 раза больше трех взорванных. На это необходимо 800 млн.долл., и пока восстановление мощностей завода не произошло.
Алжирский газ занимает 17% мирового рынка СПГ (2 место после Индонезии). Основные поставки приходятся на Францию (Gaz de France), Бельгию (Distrigaz), Испанию (Enagas), Турцию (Botas), Италию (Snam), Грецию (DEPA), а также США (5% всего объема). Алжирские заводы целиком находятся в собственности и управлении государственной монополии Sonatrach.
Нигерия. В Нигерии построен пока всего один завод по сжижению газа, но этот завод может вскоре стать крупнейшим на континенте. Планируется строительство еще 3-5 заводов, в результате чего Нигерия может занять 15% мирового рынка и выйти на первое место в Африке по производству СПГ.
Единственный пока завод расположен на острове Бонни в Гвинейском заливе, недалеко от впадения в океан одного из рукавов Нигера (вся добыча нефти и газа в Нигерии сосредоточена вокруг Дельты Нигера). Завод начал работу в 1999г., в 2002г. закончено строительство третьего модуля, после чего проект вышел на первоначально запланированную мощность 10,7 млрд.куб.м. Успех проекта вдохновил акционеров, и ведутся работы по расширению завода, известного под названием Bonny Island (о-в Бонни). В 2005г. должны быть введены в строй 4 и 5 модули по сжижению газа, в результате чего мощность завода должна удвоиться (составит 21 млрд.куб.м.).
Собственником Bonny Island является Nigeria Liquefied Natural Gas Corporation (NLNG). Крупнейший акционер (49%) – NLNG – государственная нефтяная корпорация, ей не принадлежит контрольный пакет, что является отступлением от основного принципа развития нефтегазовой промышленности Нигерии (стандартная доля NNPC во всех объектах – 60%). Преобладание иностранного капитала в Bonny Island компенсируется его разнообразием – акционерами являются британская Shell (25,6%), французская TotalFinaElf (15%) и итальянская Agip (10,4%).
Большинство газа в Нигерии находится в нефтяных месторождениях, этот газ уже извлекается и, по большей части, сжигается. Развитие производства СПГ на данный момент представляется реальной программой использования нигерийского газа. В большинстве случаев не требуется проводить специальную разведку. 99% разведанных запасов газа находится вблизи побережья (в прибрежных районах или на шельфе), поэтому нет необходимости в строительстве дорогостоящих магистральных газопроводов до побережья (как в Алжире и Ливии, например).
Помимо расширения завода на острове Бонни существует еще ряд перспективных проектов создания мощностей по производству СПГ. Среди них проработаны следующие (см. карту): West Niger Delta (инвестор – ChevronTexaco); Brass River (инвестор – Phillips); Nnwa (плавучий, инвестор – Statoil); Без названия (плавучий, ExxonMobil). Их совокупная мощность может составить 26,5 млрд.т. в год (15% нынешнего мирового рынка СПГ).
Египет. Первый завод по сжижению природного газа начал работать в Египте в янв. 2005г. Завод расположен на побережье Средиземного моря, в окрестностях г.Думьят (Dumietta) и рассчитан на переработку 7,1 млрд.куб.м. газа в год. Cобственник и оператор завода – совместное предприятие Segas (Spanish Egyptian Gas), образованное испанской Union Fenosa (80%) и двумя египетскими госкомпаниями – Egyptian Gas Holding (EGAS, 10%) и Egyptian General Petroleum Corp (EGPC, 10%). В свою очередь, 50% Union Fenosa Gas принадлежит итальянской Eni (остальные 50% – Union Fenosa SA, Испания).
Строительство завода происходило с некоторыми задержками, инвестиции в проект составили 1,4 млрд.долл. 17 дек. 2004г. агентство Dow Jones сообщило о выделении займа в 250 млн.долл. на достройку завода. Заем выделил Европейский инвестиционный банк (European Investment Bank). В янв. Segas объявил о начале пробных поставок СПГ. В июле 2004г. британская компания BG (бывшая British Gas) заключила соглашения о поставках своего газа на завод и закупках готового СПГ (то есть об экспорте своего газа «через» завод). Речь в соглашениях шла о газе с офшорных месторождений Дельты Нила Scarab Saffron. Соглашение рассчитано на поставки 6,3 млн.куб.м. газа в день (2,3 млрд. в год) в течение ближайших 4 лет. BG разрабатывает месторождения совместно с египетской EGPC и малазийской Petronas. BG будет закупать на заводе 700 тыс.т. жидкого газа в год для реализации в Европе (информация компаний). Предполагаются поставки в интересах Eni и Gas de France (Франция).
Открытие второго египетского завода, с приблизительно такой же производительностью, ожидается в конце 2005г. Строительство ведется также на побережье Средиземного моря, в 50 км. к востоку от Александрии. Завод строится в интересах BG, которая выступает «в партнерстве» с Petronas (Малайзия). Первая очередь завода должна быть готова в III кв. 2005г., вторая – в середине 2006. Газ для этого завода будет поставляться с офшорных месторождений Siman/Sienna, разрабатываемых BG. В окт. 2002г. подписано соглашение сроком на 20 лет (c 2005) о продаже 3,6 млн.т. в год СПГ (50% всего объема) французской Gaz de France (информация African Energy). После ввода в строй второй очереди (середина 2006) основным покупателем СПГ должна стать BG, которая будет закупать газ в том числе для своего завода по регазификации в Lake Charles (Луизиана, США). По предположению EIA, с 2007г. BG может начать поставлять египетский газ и на терминал в Бриндизи (Brindisi), Италия. В финансировании этого проекта участвовали как европейские, так и арабские финансовые структуры: European Investment Bank, Credit Lyonnais, HSBC Bank, Arab Petroleum Investments Corporation, Societe Generale и другие; а также египетский кредитный пул: Commercial International Bank, Misr International Bank, и дочерний банк Societe Generale в Египте.
Если оба завода, в Думьяте и Икду, заработают на полную мощность, то Египет, по нашим оценкам, уже в 2006г. может занять 3-4% газового рынка Евросоюза, причем весьма вероятно, что за счет сокращения российской доли в поставках (сейчас – 38%).
Ливия. В Ливии пока функционирует всего один небольшой завод по сжижению газа (Мерса-ал-Брега). Он был построен еще в 60гг. прошлого века американской компанией Esso и начал работу в 1971г. Ливия тогда стала вторым в мире (после Алжира) экспортером СПГ. Установленная мощность завода составляла 100 млрд.куб. футов газа (2,8 млрд.куб.м.). Из-за введения американских санкций против режима Каддафи ливийский завод испытывает хроническую нехватку запчастей и квалифицированного обслуживания. Он пришел в упадок, объем переработки составляет 0,9 млрд.куб.м. в год. Собственник и управляющая компания – государственная нефтегазовая монополия NOC, покупатель газа – испанская компания Enagas.
Развитие газодобычи является приоритетным направлением для госкомпании NOC. Пока на газ приходится только 6% добычи углеводородов в Ливии (в пересчете на нефтяной эквивалент), в то время как доля газа в разведанных запасах – 18%, а в прогнозируемых запасах – еще выше. После снятия международных санкций появились проекты строительства как магистральных трубопроводов, так и заводов по сжижению газа, но пока говорить о них детально нет смысла.
Ангола. Помимо 4 уже состоявшихся экспортеров СПГ, на карте Африки могут появиться новые. Наибольший интерес представляет в этой связи проект строительства завода в Анголе, в порту Сойо на севере страны. Уже создан консорциум инвесторов, в который вошли ChevronTexaco (США, 32%), Sonangol (ангольская госмонополия, 20%), Norsk Hydro (Норвегия, 12%), BP (Великобритания, 12%), Total (Франция, 12%) и ExxonMobil (США, 12%). Оператором завода будет лидер консорциума – американская ChevronTexaco. Ангольский завод может стать первым подобным объектом на континенте под управлением именно американской компании. Первоначально завод предполагали строить близ столицы страны Луанды, но затем проект был перенесен ближе к запасам газа, в северную провинцию Заире. Первая очередь завода будет состоять из одного модуля, рассчитанного на переработку 6 млрд.куб.м. газа в год. Разработка проекта должна закончится в середине 2005г., а окончательное инвестиционное решение должно быть принято, по данным EIA, в середине 2006.
Перспективы. У четырех рассмотренных нами африканских производителей принципиально различается доля, которую СПГ занимает в их газовом экспорте. 0,1 млрд.куб.м. газа в год будет перекачиваться из Египта в Иорданию по трубопроводу (введен в строй в июле 2004г.). В 70 раз больше поставляться с одного только завода в Думьяте. После введения в строй аналогичного по мощности завода Идку доля трубопроводного транспорта в экспорте газа составит менее 1% (хотя еще полгода назад составляла 100%). В Нигерии завод по сжижению на о-ве Бонни – единственный экспортер газа, как и ливийский Мерса ал-Брега. Только в Алжире наблюдается паритет: на магистральные трубопроводы в Европу приходится 54% экспорта, на заводы по сжижению – 46%.
Во всем в мире в целом сжиженный газ постепенно увеличивает свою долю рынка – за счет трубопроводного транспорта. В Африке ситуация не будет развиваться столь однозначно. Совершенно очевидно, что мощности по сжижению газа будут существенно расширяться во всех рассмотренных нами странах – в Алжире, Ливии, Египте и Нигерии. Рано или поздно появится завод по сжижению природного газа в Анголе. Монополия СПГ на экспорт в Нигерии, Ливии и Египте может быть нарушена.
В первую очередь это касается Ливии. Скорее всего, будут реализованы проекты строительства магистральных трубопроводов по дну Средиземного моря в Италию (напрямую или через Тунис). В результате соотношение СПГ/газопроводы в ливийском экспорте может приблизиться к алжирскому (46:54). В самом Алжире доля СПГ может даже сократиться. В результате ввода в строй трубопроводов Medgaz (во Францию) и Galsi (в Италию) к 2008г. доля СПГ в экспорте может сократиться до 38-40% (с учетом имеющихся планов по расширению мощностей сжижения).
В Египте и Нигерии также популярны проекты развития трубопроводной инфраструктуры. Газопровод Египет-Турция вряд ли станет реальностью в ближайшие годы (Турция затоварена российским и иранским газом), направление Ливия-Италия представляется весьма перспективным для экспорта египетского газа. Из Нигерии строится газопровод в Гану (WAGP, первая очередь 1,5 млрд.куб.м. в год). Недавно был подписан контракт на обоснование строительства (feasibility study) газопровода через Алжир в Европу пропускной способностью от 10 млрд.куб.м. Анализ показал, что, с учетом имеющихся планов строительства заводов по сжижению и трубопроводов, доля СПГ в нигерийском экспорте газа может составить к 2012г. от 62% до 91% (сейчас 100%) при увеличении экспорта в 8-13 раз.
Во всем мире доля СПГ на рынке будет расти, а в экспорте из африканских стран – снижаться. Африканские страны еще не прошли до конца первую – трубопроводную – фазу развития газовой инфраструктуры. Для Ливии, Египта и Нигерии газ – сверхновый продукт, освоение крупных месторождений только начинается. Поэтому данные страны, начав с СПГ, постепенно будут смещаться в пользу паритета. Остальной мир также, возможно, будет двигаться в сторону паритета, но с другой стороны.
Сжижение газа не ведет к созданию добавленной стоимости. Не ведет оно и к созданию внутреннего рынка. Строительство заводов по производству СПГ в стратегическом плане выгодно только покупателям газа. Трубопроводы в этом отношении привлекательны для экспортеров (производителей) газа. Строительство труб – это развитие инфраструктуры. Вместе с трубами можно строить дороги, линии электропередачи. От трубопроводов могут быть сделаны ответвления на внутренний рынок – для развития газовой энергетики и промышленности. Строительство крупных трубопроводов обеспечивает подрядами местные компании, создает рабочие места – чего не происходит в случае со сжиженным газом.
Раздутая популярность СПГ-проектов может пойти на спад в ближайшие годы. Особенно в тех случаях, где есть альтернатива: понятно, что для островов Тринидада и Тобаго, например, сжижение является единственным возможным способом экспорта газа. Во многих других случаях сжижение газа больше подходит на навязанный выбор, стратегически не выгодный странам-производителям.
Россия. Для России проекты по сжижению газа в Африке представляют интерес в первую очередь потому, что наша страна является крупнейшим в мире производителем и экспортером газа. Поэтому африканский сжиженный газ составляет прямую конкуренцию российскому газу, в первую очередь на европейском рынке. Сама Россия сжиженный газ не производит и не продает. В данном случае это обстоятельство принципиального значения не имеет. Совершенно очевидно, что страны Евросоюза ставят перед своими нефтегазовыми компаниями задачу диверсифицировать поставки, проще говоря – снизить долю российского газа в импорте.
Даже большую «угрозу» для России, чем СПГ, несут трубопроводные проекты – по дну Средиземного моря и через Сахару уже очень скоро на европейский рынок пойдут десятки млрд.куб.м. газа. Вначале они компенсирую рост потребления, потом – заменят норвежский газ; российская доля будет медленно, но верно сокращаться с нынешних 38% до 25-27% (неофициальный целевой уровень). С СПГ в этом отношении ситуация не столь однозначна: нигерийский и алжирский сжиженный газ поставляется в том числе в США, туда же в скором времени должна направиться значительная часть египетского. Строительство заводов ущерба положению России на газовом рынке нанести не должно.
Российским производителям газа («Газпром», прежде всего) стоит ближе присмотреться к возможностям по инвестированию в газодобычу за рубежом. Если крупная национальная компания ограничивается добычей только внутри «своей» страны, то рано или поздно становится объектом колониального захвата: диктат покупателя определяет ее инвестиционные решения, кадровую политику, структуру переработки. В конечном счете, опасна для государственного суверенитета.
|
Запасы и добыча нефти и газа в Африке (2004г.) (принят эквивалент 1 т. нефти = 1250 куб.м. газа) |
|||||||
| нефть | газ |
эквивалент |
|||||
| млрд.т. | млн. т/г |
трлн. куб.м |
млрд. куб.м |
млрд.т. | млн. т/г | ||
| 1 | Нигерия | 4,5 | 110 | 5,5 | 40 | 8,9 | 142 (2) |
| 2 | Ливия | 4,9 | 75 | 1,3 | 6 | 5,9 | 80 (3) |
| 3 | Алжир | 1,5 | 93 | 4,5 | 80 | 5,1 | 157 (1) |
| 4 | Египет | 0,5 | 38 | 1,9 | 34 | 2,0 | 65 (4) |
| 5 | Ангола | 0,7 | 46 | 0,0 | 0,5 | 0,7 | 46 (5) |
| 2004г., подсчеты «Аф-Ро» на основе данных производителей, WGJ, EIA, WB, McKenzie. | |||||||
Андрей Маслов, Борис Свинцов.
Нигерия > Нефть, газ, уголь > af-ro.com, 28 февраля 2005 > № 340352
Высокие цены на нефть делают рентабельной добычу нефти в «нетрадиционных» районах. В марте были оглашены ближайшие планы по разработке глубоководных офшорных месторождений в Южно-Африканской Республике (ЮАР).В 175 км. к северо-западу от Кейптауна (блок 3В/4В) разведочное бурение на глубине 500 м. планирует в тек.г. начать консорциум в составе BHP Billiton и Occidental Petroleum. Крупнейшая в мире горнодобывающая компания BHP Billiton в последние годы активно занимается развитием несвойственных для нее проектов в области добычи нефти.
Другое совместное предприятие создано для поисков газа американской Forrest Oil и госкомпанией ЮАР Petroleum Oil & Gas Corp of South Africa (PetroSA). Глубина дна на блоках Forrest Oil/PetroSA составляет от 2 до 4-5 км. (Financial Mail со ссылкой на технического директора Дейва Броада). Предварительные исследования по оценке шельфовых месторождений велись в 2002-03гг. норвежской компаний PGS Geophysical.
В 2001г. наличие коммерческих запасов газа было подтверждено на другом офшорном блоке в ЮАР – 2А (Ibhunbesi). Это месторождение находится на границе с территориальными водами Намибии. В Намибии его продолжение носит название Kudu. В 2003г. 24% в Ibhubesi за 40 млн.долл. приобрела уже упомянутая госкомпания PetroSA. Данные о запасах и резервах расходятся, достигая цифры 25 трлн. куб. футов (700 млрд куб.м.). Объем инвестиций в Ibhunbesi достиг уже 100 млн.долл., для запуска месторождения в промышленную эксплуатацию (с доставкой газа потребителям) требуется еще в 5-8 раз больше средств.
У южного побережья ЮАР (120 км.) три нефтяных месторождения (Oribi, Sable и Oryx) уже разрабатываются, добыча составляет 2,25 млн.т. в 2004г. (7% потребления ЮАР). Предварительную оценку новых месторождений на шельфе Порт-Элизабет ведет Canadian National Resources.
Проблема зависимости от импорта нефти решается в ЮАР уже на протяжении 60 лет. 35% жидкого топлива производится из угля, предполагается внедрять технологии конверсии газа в моторные топлива. Диверсифицируются источники поставок, наращивается присутствие южноафриканских нефтяных компаний в регионе Гвинейского Залива (Нигерия, Экваториальная Гвинея, Ангола). Добыча углеводородов на собственных месторождениях может стать еще одним важным шагом ЮАР к достижению энергетической независимости. Анна Маслова (Рудницкая).
Истоки американского поведения
© "Россия в глобальной политике". № 6, Ноябрь - Декабрь 2004
А.Д. Богатуров – д. и. н., профессор, заместитель директора Института проблем международной безопасности РАН, главный редактор журнала «Международные процессы».
Резюме Чем руководствуется американская элита, принимая внешнеполитические решения? Не поняв этого, невозможно выстроить адекватные отношения с Соединенными Штатами.
В феврале 1946 года поверенный в делах США в Москве Джордж Кеннан послал в Вашингтон знаменитую «Длинную телеграмму» (The Long Telegram), которая по сей день остается лучшей из предпринятых в Америке попыток проанализировать мотивы внешней политики сталинского руководства. В переработанном виде этот документ был опубликован в июле 1947-го в журнале Foreign Affairs под заголовком «Истоки советского поведения» (The Sources of Soviet Conduct). Кеннан оказал большое влияние на политическую мысль США: он сформулировал ключевые идеи концепции сдерживания Советского Союза, которая на многие десятилетия определила взаимоотношения Соединенных Штатов и СССР.
Почин Кеннана-аналитика интересен прежде всего как одна из первых успешных попыток выявить политико-психологические и идейно-культурные истоки внешней политики государства. Без их понимания сегодня, как и полвека назад, трудно рассчитывать на выработку эффективной внешней политики вообще и курса в отношении ведущих международных партнеров, таких, как США, в частности. Предлагаемая статья – попытка зеркально отразить замысел Кеннана, раскрыть особенности мотивов, которыми руководствуется нынешняя американская элита во взаимодействии с внешним миром.
ДЕМОКРАТИЯ ИЛИ ДЕМОКРАТИЯ ПО-АМЕРИКАНСКИ?
Уверенность в превосходстве – первая и, возможно, главная черта американского мировидения. Она свойственна богатым и бедным, уроженцам страны и недавним переселенцам, образованным и не очень, либералам, консерваторам и политически безразличным. На идее превосходства высится махина американского патриотизма – неистощимо многообразного, сводимого, однако, к общему знаменателю: многое в Америке нужно исправить, но это – лучшая страна в мире. Идея превосходства – такая же въевшаяся черта американского сознания, как чувство уязвленности (обиды на самих себя) – современного русского. В данном смысле американцы – это «русские наоборот».
Два века наши «интеллигентствующие» и «антиинтеллигентствующие» соотечественники сладострастно страдают в метаниях между комплексами несоответствия «стандартам» демократии и ксенофобией. Те и другие твердят об ужасах жизни в России. Подобное самоистязание недоступно уму среднего американца. В США могут, не стесняясь, словесно «отхлестать» любого президента. Но усомниться в Америке? Унизить собственную страну даже словом – значит, по американским понятиям, выйти за рамки морали, поставить себя вне рамок приличия. Граждане США любят свою страну и умеют ее любить. Американцы развили высокую и сложную культуру любви к отечеству, которая допускает его критику, но не позволяет говорить неуважительно даже о его пороках.
Америка достойна уважения по многим показателям. Но простому американцу не до статистики экономических достижений. Подозреваю, что если бы США и не были самым сильным и богатым государством мира, то наивно-восторженная убежденность американских граждан в достоинствах родины осталась бы ключевой чертой их национального характера. Отчего? Да оттого, что приток иммигрантов в США возрастает, а оттока из страны нет. На уровне массового сознания это неопровержимый аргумент. Почему мы стыдимся говорить о том, что и в Россию устремляются сотни тысяч людей, в том числе здоровых, красивых, образованных, из Украины, Молдавии, Казахстана, Китая, Вьетнама, из стран Центральной Азии и Южного Кавказа?
Оборотная сторона американского патриотизма – искренняя, временами слепая и пугающая убежденность в том, что предназначение Соединенных Штатов – не только «служить примером миру», но и действенно «помогать» ему прийти в соответствие с американскими представлениями о добре и зле. Это вторая черта американского характера. Для американца типична незамутненная вера в то, что его представления хороши для всех, поскольку отражают превосходство американского опыта и успех благоденствующего общества США.
Принято считать, будто в основе американских ценностей лежит идея свободы. Но стоит подчеркнуть, что в представлениях американцев абстрактное понятие свободы переплетается с более конкретным понятием демократии, хотя, строго говоря, это разные вещи.
В самом деле, свободу белого человека, пришедшего из Европы, чтобы колонизовать Америку, удалось защитить от посягательств Старого Света при помощи демократии – демократии как формы государственной самоорганизации колоний Северной Америки против Британской империи. Вот почему в глубинах сознания американца идея его личной свободы органично «перетекает» в идею свободы нации. При этом в американском понимании «нация» и «государство» сливаются. Возникает тройной сплав: свобода – нация – государство. А поскольку кроме собственного государства никакого иного американское сознание не знало (и знать никогда не стремилось), то названная триада приобрела несколько специфический вид: свобода – нация – американское государство. Демократия для американцев – не тип общественно-политического устройства вообще, а его конкретное воплощение в США, совокупность американских государственных институтов, режимов и практик. Именно так рассуждают ведущие американские политики: в США – «демократия», а, например, в странах Европейского союза – парламентские или президентские республики. С американской точки зрения, это отнюдь не тождественные понятия.
Происходит парадоксальное, с точки зрения либеральной теории, сращивание идей свободы и государства. Концепция освобождения (эмансипации) человека от государства обосновалась на американской почве не сразу. Это в Европе тираническое государство с VIII века виделось антиподом свободного человека. В США государство казалось инструментом обретения свободы, лишь с его помощью жители североамериканских колоний добились независимости от британской монархии (freedom).
Идея освобождения личности от государства утвердилась в США только ко времени президентства Джона Кеннеди (1960-е годы), косвенно это было связано с началом реальной эмансипации черных американцев. Отчасти поэтому идея «свободы-демократии» (liberty) имеет в массовом американском сознании несколько менее прочные основания, чем идеи патриотизма и предназначения, которые апеллируют к понятию freedom (см.: Н.А. Косолапов. Нелиберальные демократии и либеральная идеология // Международные процессы. 2004. № 2).
Приверженность этой идее – третья черта американского политического мировосприятия. На уровне внешнеполитической практики идея «свободы-демократии» легко трансформируется в идею «свободы Америки», которая подразумевает не только право Америки быть свободной, но и ее право свободно действовать. Внешняя политика администрации Джорджа Буша выстраивается в русле такого понимания свободы. В этом заключается идейный смысл политики односторонних действий.
Уверенность в самоценности «свободы-демократии» позволяет считать ее универсальным высшим благом. Идея «свободы действий» в сочетании с комплексом «исторического предназначения» позволяет формулировать миссию Америки – нести «свет демократии» всему миру. Представление об оправданности американского превосходства дает возможность отбросить сомнения в уместности расширительных толкований прав и глобальной ответственности США. В результате взаимодействия всех трех свойств американского политического характера формируется четвертая присущая ему черта – упоенность идеей демократизации мира по американскому образцу.
При всей иронии, которую вызывает «собственническое» отношение американцев к демократии, его стоит принять во внимание. Например, для того, чтобы отличать «обычное» высокомерие республиканской администрации от характерной черты сознания американской нации. Причудливая на первый взгляд вера американца в почти магическое всесилие демократизации для него самого не более необычна, чем наша почти природная тяга к «сильной, но доброй власти» и «порядку». Американцам трудно понять, почему другие страны не хотят скопировать практики и институты, доказавшие свое преимущество в США. Стремление «обратить в демократию» против воли обращаемых (в Ираке и Афганистане) – болезненная черта американского мировосприятия. Ирония по этому поводу вызывает в Америке недоумение или холодную отстраненность.
В отношении американца к демократизации много от религиозности. Пиетет к ней связан с высоким моральным авторитетом, которым в глазах американца обладает проповедь вообще. Исторически протестантская миссионерская проповедь среди привезенных из Африки черных рабов сыграла колоссальную роль для их интеграции в американское общество через обращение в христианство. Демократизация мира приобретает черты сакральности в глазах американца, потому что по функции она родственна привычным формам «богоугодного» религиозного обращения.
Повод для сарказма есть. Но и американцам кажется «природной тоталитарностью» россиян то, что сами мы предпочитаем считать естественным своеобразием собственного культурно-эмоционального склада. Наш народ сформировался в условиях открытых пространств Евразии, на которых Российское государство не могло бы выстоять, не занимаясь обеспечением повышенной военно-мобилизационной готовности своего населения. Постоянный настрой на нее сформировал у русских канон поведения, в соответствии с которым личная свобода соотносится с подчинением таким образом, что акцент делается на последнем.
Любопытна и другая параллель. Всемирное коммунистическое братство и глобальное демократическое общество – единственные светские утопии, способные по мощи и охвату претензий сравниться с главными религиозными идеологиями (христианство, ислам и буддизм). Но коммунизм оттеснен, а религии могут уповать лишь на частичную реставрацию былых позиций. Только демократизация остается вселенской идеологией, по-прежнему притязающей на победу во всемирно-историческом масштабе.
Мышлению политической элиты США, как и любой другой страны, присущ элемент цинизма. Однако в вере американцев в полезность демократии для других стран много искренности. Поэтому она и не лишена заряда внутренней энергии, неподдельного пафоса, даже романтики подвига, которые помогают американцам убеждать себя в том, что, бомбя Сербию и Ирак, они «на самом деле» несут благо просвещения.
Демократизация фактически представляет собой идеологию американского национализма в его своеобразной, надэтнической, государственнической форме. Подобную «демократизацию» США успешно выдают за идеологию транснациональной солидарности. Это упрек американским политикам и интеллектуалам. Но это и пояснение к характеру рядового американца. Он лишь отчасти несет ответственность за политику той властной группы, которую его голос, преломленный избирательной машиной, приводит к власти, но влиять на которую повседневно ему сложно, хотя и легче, чем россиянину влиять на российскую власть.
Не имея возможности в достаточной степени воздействовать на внешнюю политику, американский избиратель легко освобождает себя от мыслей о «вине» за нее. Проблемы экономической политики и внутренние дела вызывают расхождения, но внешняя политика – предмет консенсуса. При видимости «раскола» в американском обществе из-за войны в Ираке полемика ведется, на самом деле, относительно тактики прорыва к победе: с опорой на собственные силы или в сотрудничестве с союзниками, при игнорировании ООН или при символическом взаимодействии с ней. В главном – необходимости победить – демократы и республиканцы едины.
Такое отношение к войне с заведомо слабым противником не новость в американской истории. Но оно не новость и в истории советской (Афганистан), французской (Алжир), британской (война с бурами) или китайской (война 1979 года с Вьетнамом). В 60-е прошлого века отношение американцев к вьетнамской войне тоже стало всерьез меняться только в канун президентских выборов 1968 года. Лишь тогда Республиканская партия, добиваясь поражения демократов, сделала ставку на антивоенные настроения. За счет вброса денег в СМИ республиканцы инспирировали обнародование сведений о потерях США во вьетнамской войне. Журналисты и владельцы новостных каналов располагали этими сведениями и прежде, но ждали момента для выпуска их в эфир и помещения на страницы печати.
«БЕЗГРАНИЧНАЯ» АМЕРИКА
Пятая черта американского мировидения – американоцентризм. Принято считать, что это китайцы помещают свою страну в центр Вселенной. Возможно, когда-то так и было. Во всяком случае в маленькой, тесной Европе трудно было развить психологию «срединности» какого-то одного государства. Все европейские страны придумывали себе родословную на базе исторической памяти о двух Римских империях, империи Карла Великого и Священной Римской империи германской нации. Европейские государства ощущали себя скорее «частями», чем «центрами». Политический центр в «европейском мире» блуждал из одной страны в другую. Не удалось развить идею «мироцентрия» и России, которая на протяжении истории безотрывно смотрела через свои границы – сначала на Византию, потом на Орду и, наконец, на Западную Европу, отдавая силы преодолению «маргинальности», а не утверждению «мироцентрия».
Долго не было американоцентризма и в США. Присутствовали изоляционизм и идея замкнуть на себя Западное полушарие, сделав его «американским домиком» («доктрина Монро»). Но посягательства на вселенский охват эти концепции не предполагали. Идея Рах Аmеricana стала зреть в умах американских интеллектуалов после Второй мировой войны. Но тогда «мироцентрие» США оставалось мечтой. Ее реализации препятствовал Советский Союз. Американоцентризм начал процветать лишь с распадом последнего.
Все, что из России, Германии, Японии и Китая кажется американской экспансией, расширением сферы контроля США (в 1990-х годах – Босния, Косово, в 2000-х – Ирак, Афганистан), американцам таковым не представляется. Они полагают, что наводят порядок в «американском доме». Драма в том, что дом этот имеет странную конструкцию: у него «пульсируют» стены – то сжимаются, то раздвигаются. Снаружи они служат оградой вокруг территории США, ощетинившись кордонами на границе и жесткими процедурами выдачи виз. Изнутри – наоборот: если речь идет об американских интересах, масштабы которых безгранично разрастаются, до бескрайних пределов раздвигаются и стены «американского дома».
При прочтении любого внешнеполитического документа США очевидно: сферой американских интересов в Вашингтоне считают весь мир. Никакой другой стране, согласно американским воззрениям, не полагается иметь военно-политические интересы в Западном полушарии, Северной Америке и даже на Ближнем и Среднем Востоке. Американцы терпят факт наличия у Китая и России собственных стратегических интересов в непосредственной близости от их границ. Но попытки Москвы и Пекина создать там зоны своего исключительного влияния воспринимаются Вашингтоном как противоречащие его интересам. Принцип «открытых дверей в сфере безопасности» распространяется на весь мир… за исключением тех его частей, которые США считают для этого «неподходящими».
Картина интересов США предстает в виде трех отчасти взаимопересекающихся зон. Первая совпадает с контурами Западного полушария – это «внутренний дворик» США. Вторая охватывает нефтяные регионы – Ближний и Средний Восток и Каспий с выходом в Центральную Азию. Третья с запада охватывает Европу, «подпирая» Европейскую Россию, а с востока – Японию и Корею, «обнимая» Китай и Индию. Первая воплощает интересы безопасности США. Вторая – потребности экономической безопасности. Третья – старые и новые сферы фактической стратегической ответственности Соединенных Штатов.
Международная жизнь – последнее, что интересует американцев. Обычно они поглощены внутренними делами – социально-бытовыми, преступностью, развлечениями, затем – экономикой, наличием рабочих мест, выборами, политическими интригами и скандалами. Внешнеполитические сюжеты для них второстепенны за исключением ситуаций вроде войны в Ираке. Но и такая война – вопрос для американца внутренний. Соль новостей из Ирака – это не страдания иракцев, а влияние войны на жизнь американцев: сколько еще солдат может погибнуть и вырастут ли цены на бензин?
Представления о географии, истории, культурных особенностях внешнего мира не очень занимают американцев. Все, что не является американским, значимо лишь постольку, поскольку способно с ним соперничать. США уделяют больше внимания тем странам, отношения с которыми у них хуже. Опасаются Китая? Госбюджет, частные корпорации, благотворительные организации тратят огромные деньги на изучения КНР. Вспыхнули разногласия с Парижем из-за Ирака? В Америке создаются центры по изучению Франции. Ким Чен Ир стал угрожать ядерной программой? В течение 2003 года американцы издали около 20 плохих и не очень плохих книг по КНДР – больше, чем о России за три года.
Сам факт, что Россия почти не упоминается в американских СМИ, а средства на ее изучение сокращаются, – признак того, что о «российской угрозе» в Вашингтоне не думают. Между тем американские политологические школы изучения России, никогда не отличавшиеся глубиной исследования, находятся в состоянии кризиса, сравнимого лишь с упадком американистики в Российской Федерации.
Мышление аналитиков яснее от этого стать не может. Размываются и прежде неотчетливые географические представления американских коллег, пишущих о евразийских сюжетах (речь не о профессиональных географах). А поскольку на карте все кажется рядом, то в ходе «научной» дискуссии в США можно услышать, что размещение американских баз в Киргизии и Узбекистане будет способствовать повышению надежности транспортировки нефти на Запад. Тот факт, что нефтяные месторождения Казахстана находятся на Каспии, на крайнем западе региона, а американские базы – у границ Китая, на его восточной оконечности, западному человеку кажется далеко не важным. «Центральная Азия» предстает сплошным нефтеносным пластом от Синьцзяна до Абхазии – этакая гигантская «Тибетско-Черноморская нефтяная провинция», замершая в восторге ожидания демократизации.
РОССИЯ – США: «СОЮЗ НЕСОГЛАСНЫХ»
Американское руководство предпочитает вести переговоры с позиции гласного или негласного проецирования силы, считается с силой и всегда использует ее – в той или иной форме – как дипломатический инструмент. Этот набор характеристик распространяется на обе версии американской политики – республиканскую и демократическую.
Между двумя партиями есть разница. Демократы считают применение силы последним резервным средством. Республиканцы готовы применять ее без колебаний, по собственному произволу, если не отдают себе отчета в том, что им может быть оказано противодействие сопоставимой разрушительной силы. Страх перед ядерной войной с СССР умерял пыл республиканцев в 1950-х годах. Отсутствие опасений в отношении России придает смелость администрации Буша.
Как вести себя с таким важным партнером, как США? Ответ замысловат. Если Россия в самом деле намеревается стать партнером/союзницей Америки, она должна стремиться быть как можно сильнее, но при этом не представлять угрозы для Соединенных Штатов. Иначе сотрудничество с ней не будут воспринимать всерьез. Слабая Россия, идеал отечественных «пораженцев» бесславной ельцинской поры, для союза с Вашингтоном бессмысленна, а для роли «сателлита» слишком тяжела.
Необходимо осуществить второй этап реформы экономики, преодолеть ее исключительно нефтегазовый характер, провести модернизацию оборонного потенциала и реформу Вооруженных сил, принять меры по усилению государства на основе рационализации при одновременном укреплении демократических устоев политической системы. Отказ России от мысли построить жизнеспособную демократическую модель – аргумент в пользу оказания давления на нее.
Другое дело – какое место даже для умеренно сильной (и «умеренно демократической») России угадывается в американской картине мира. В истории внешней политики США можно отыскать десятки вариантов партнерств с разными странами – от Великобритании, Франции, Канады или императорской России до Китая (между мировыми войнами), Филиппин, Австралии, Японии или Таиланда. Однако американская традиция знает всего два случая равноправного партнерства – это союз США с Россией в пору «вооруженного нейтралитета» Екатерины II и советско-американское сотрудничество в годы борьбы с нацизмом.
Больше Соединенные Штаты на равных ни с кем не сотрудничали. Американское партнерство – это альянс сильного, ведущего, с менее сильным, ведомым. Но такое понимание дружбы плохо сочетается с российскими представлениями о союзе как о договоре равных или договоре сильного с менее сильным, в котором роль ведущего отводится России. Мы слишком похожи на американцев, чтобы нам было легко дружить. Россия стремится стать сильнее, надеясь с большей уверенностью заговорить с иностранными партнерами. США хотели бы видеть Россию умеренно сильной и ничем не угрожающей, но были бы против уравнивания ее голоса с американским.
Можно представить себе несколько вариантов «особых отношений» между Россией и США. Вариант под условным названием «Большая Франция» отчасти реализуется сегодня. Россия, как и Франция при президенте Шарле де Голле, поддерживает США в принципиальных вопросах: борьбе с терроризмом, нераспространении оружия массового уничтожения и соответствующих технологий, предупреждении ядерного конфликта между Пакистаном и Индией. Одновременно, и тоже как Париж времен де Голля, Москва не разделяет подходов США к региональным конфликтам – на Ближнем Востоке и в Северо-Восточной Азии. В отличие от Франции, однако, Россия не связана с США договором союзного характера и формально строит свою оборонную стратегию на базе концепций, не исключающих конфликта с Соединенными Штатами.
Вариант «либерального Китая» не имеет аналогов в реальности, но может возникнуть, если между Россией и США станет нарастать отчуждение, вызванное, например, односторонними действиями США в Центральной Азии или в Закавказье, которые Москва сочтет враждебными. Это не будет автоматически означать возобновления конфронтации, но повысит вероятность сближения России с Китаем.
Двусмысленность американского военного присутствия у западных границ КНР в сочетании с неясностью ситуации вокруг Тайваня тревожит Пекин. Ни Россия, ни Китай не хотят противостояния с США, но их сближают подозрения, которые вызывает «неопределенность» целей американской стратегии в Центральной Азии. Вариант «либерального Китая» в лице России не напугает США. Он может оказаться для Вашингтона приемлемым (если не привлекательным) при условии уверенности американской стороны в том, что Пекин и Москва не вступят в полномасштабный союз с целью противодействия США.
Возможно, в идеале для американского восприятия подошел бы вариант «Россия в роли более мощной Британии». С одной стороны, дружественная страна, к тому же снабжающая США нефтью. С другой – достаточно сильная держава, способная оказать поддержку американской политике в глубине материковых районов Евразии, там, где Соединенные Штаты настроены расширить свое влияние. Однако нет уверенности, что этот вариант импонирует российскому руководству, если принять во внимание «ведомый» характер британской политики, подрывающий ее авторитет даже в глазах европейских соседей.
Компромиссным вариантом оказалось бы сочетание элементов первого и третьего сценариев. Россия – страна, развивающая, как и Великобритания, отношения с США независимо от отношений с Европейским союзом, но одновременно менее покладистая, чем Великобритания, и более упорная, как Франция, в отстаивании своих позиций.
При данном варианте разумной была бы политика «уклонения от объятий» Евросоюза и НАТО. От форсирования дружбы с первым – ввиду его стремления в последние годы мешать сближению России с Вашингтоном. От сотрудничества со второй – в силу неопределенности перспектив такого сотрудничества. Как инструмент обеспечения безопасности только на евроатлантическом пространстве, НАТО перестала представлять для США ценность. Трансформация альянса – с точки зрения американских интересов – предполагает его отказ от роли исключительно европейской оборонной структуры и приобретение им военно-политических функций в зонах Центрально-Восточной Азии и Большого Ближнего Востока, то есть в бывшем Закавказье и бывшей Средней Азии. Если эта трансформация состоится, Россия, как геополитически ключевая держава региона, окажется в более благоприятных условиях для вступления в НАТО. Если подобной трансформации не последует, роль этой организации будет еще более маргинальной и для России не будет иметь смысла придавать ей слишком большое значение.
Зачем Россия нужна Соединенным Штатам? Мы привыкли думать о своей стране в основном как о ядерной державе. Своей «нефтяной идентичности» мы стесняемся: неловко вписывать себя в один ряд с Саудовской Аравией, Кувейтом, Катаром, Венесуэлой и Нигерией.
Теоретически американцы нашу ядерную сущность признаюЂт и отрицать не собираются. Однако для политиков-практиков, особенно среднего и более молодого поколений, Россия – это прежде всего крупнейший мировой экспортер энергоресурсов, который при всем при том обладает еще и ядерным потенциалом. То есть никакая не «Верхняя Вольта с ракетами», а страна, обладающая сдвоенным потенциалом энергосырьевого и атомного оружия.
Переговоры о контроле над вооружениями вернутся в повестку дня встреч российских и американских лидеров. Но это случится позже, когда к ним присоединятся Китай и, возможно, лидеры других государств, если продолжится пока необратимый распад все еще действующего режима нераспространения ядерного оружия. Тогда откроются новые возможности для российско-американского совместного маневрирования в военно-стратегических вопросах.
Это не значит, что России не надо совершенствовать свой ядерный потенциал. Но это означает, что в обозримой перспективе попытки вернуть Вашингтон к ведению дел с Москвой с упором на переговоры о контроле над вооружениями обрекают российскую дипломатию на застой. Ядерный потенциал России обеспечивает ей пассивную стратегическую оборону. Будущее активной дипломатии – в сочетании энергетического оружия в наступлении и ядерного в самозащите. В мире нет больше ни одной ядерно-нефтяной державы. А потенциально таковой могут стать только Соединенные Штаты.
США изучают нефтегазовые перспективы России с различных точек зрения. Во-первых, с точки зрения ее собственного экспортного потенциала (нефть Коми и газ Сахалина); во-вторых, способности России препятствовать или не препятствовать Америке в налаживании импорта из пояса месторождений поблизости от российских границ – на Каспии прежде всего, в Казахстане и Азербайджане; в-третьих, ввиду возможности влиять на новых импортеров российской нефти – Китай и Японию (нефть и газ из Восточной Сибири). Ядерный фактор работает скорее на воспроизводство подозрений США в отношении России, нефтяной – больше на повышение конструктивного интереса к ней.
Другие факторы проявления Америкой внимания к России тоже делятся на условно негативные и позитивные. К первым относится способность Москвы дестабилизировать обстановку в государствах, важных для производства нефти и ее транспортировки на Запад, – Азербайджане, Казахстане и Грузии, а также способность вернуть себе доминирующие позиции в Украине. Последнюю Вашинигтон рассматривает в качестве новой транзитной территории, которая позволит обеспечить расширение военно-политических функций НАТО на новые фактические зоны ответственности альянса вне Европы. К позитивным факторам относится способность России оказывать поддержку США, например, в борьбе с радикалами-исламистами в Большой Центральной Азии (от Казахстана до Афганистана и Пакистана), а может быть, со временем отчасти служить противовесом Китаю.
ИСКАЖЕННЫЕ ВОСПРИЯТИЯ
В США Россию изображают то страной «неудавшейся демократии» и авторитаризма, то просто отстающим в демократизации государством, способным или быть полезным Соединенным Штатам, или нанести ущерб американским интересам и поэтому тоже достойным внимания. Сохраняется высокомерное отношение к России, как к дежурному мальчику для битья. Призывы «потребовать от Кремля...», «сказать Путину…», «напомнить, что США не потерпят (позволят, допустят)...» – к таким фигурам речи прибегают и демократы, и республиканцы. Поводы одни и те же: ситуация в Чечне и внутриполитические шаги, нежелание Москвы поддерживать авантюру в Ираке или согласиться с попытками Вашингтона повторить ее сценарий в Северной Корее и Иране.
Правда, подобные выходки со стороны США имеют место и по отношению к другим странам – например, в связи со вспышками разногласий с Францией или Японией. Разница в том, что японское лобби в Америке – одно из самых мощных, да и людей, симпатизирующих Франции, достаточно. Напротив, признаков ведения систематической деятельности в пользу России в США почти не наблюдается. Российское государство на эти цели денег тратить не хочет, а крупный российский бизнес, в отличие от японского, тайваньского, корейского и французского, поступает как раз наоборот, лоббируя свои интересы в России при помощи нагнетания за рубежом антироссийских настроений.
Какая из российских нефтяных фирм вложила средства в исследования России, проводимые, например, в Институте Гарримана (Нью-Йорк), в Школе Генри Джексона (Вашингтонский университет в Сиэтле) или в Центре русских исследований Университета Джонса Хопкинса в Вашингтоне? Неудивительно, что на многих конференциях, посвященных России, в США продолжают говорить об «авторитарных и неоимперских тенденциях».
Правда, в последние годы американские политологи-русоведы стали больше читать по-русски (на это справедливо указывал один из них; см.: Рубл Б. Откровенность не всегда плохо // Международные процессы. 2004. № 1). Но контраст очевиден: в России рукопись книги о США с указанием малого количества американских источников просто не будет рекомендована к печати, а диссертацию по американистике, две трети сносок в которой не будут американскими, не пропустят оппоненты. В США – иначе. В советские времена американцы находили извинительным не читать русские книги, говоря, что все, публикуемое в СССР, – пропаганда. Те немногие американские работы о советской общественно-политической мысли, которые выходили тогда, являют собой стандарт аналитической беспомощности. Исследуя состояние умов в Советском Союзе, американские авторы до середины 1980-х годов ссылались лишь на решения съездов КПСС и труды советских официальных идеологов, не улавливая сдвигов, которые проявлялись в советской политической науке в виде массы осторожных, но вполне ревизионистских книг и статей. В результате американская политология проспала и перестройку, и распад СССР.
С тех пор в России изданы десятки новых книг и напечатаны сотни статей, представляющих плюралистичную палитру мнений авторов новой волны. И что? За редким исключением (Роберт Легволд, Брюс Пэррот, Блэр Рубл, Фиона Хилл, Гилберт Розман, отчасти Эндрю Качинс, Клиффорд Гэдди и Майкл Макфол) американские политологи, пишущие о российской политике, читают русские публикации лишь от случая к случаю. Сноски на русскоязычные источники и литературу в американских политологических работах – исключение, а не правило. Они не составляют и трети справочного аппарата.
На что же ссылаются американские политологи? Во-первых, американцы предпочитают цитировать друг друга. Во-вторых, использовать материалы газет, выходящих в Москве на английском языке, будто не зная, что эти тексты рассчитаны на зарубежного читателя, а россиянин их обычно не читает и не испытывает на себе их влияния. В-третьих, они ссылаются на книги на английском языке, написанные русскими авторами по заказам американских организаций. Работы этой категории авторов тоже предназначаются американской аудитории и в минимальной степени характеризуют российскую политико-интеллектуальную ситуацию. За свои деньги американцы получают от русских авторов те выводы, которые хотели бы получить. Каков коэффициент искажения подобного рода «научных» призм?
Читали бы американцы русские работы в оригинале чаще, они бы, может быть, узнали из истории почившего Советского Союза нечто о перспективах собственной страны. Поняли бы – и кое-чего бы остереглись.
***
США – страна, которая, используя исторический шанс, стремится на максимально продолжительный срок закрепить свое первенство в международных отношениях. Это ключ к пониманию американской политики. Опасность заключается в том, что Соединенные Штаты чувствуют себя вправе применять любые инструменты, включая наиболее рискованные. Остановить продвижение США по этому пути вряд ли может внешняя сила, если иметь в виду другие страны и их коалиции. Иное дело, что международная среда, природа которой сильно меняется под влиянием транснационализации, способна еще не раз резко осложнить воплощение в жизнь американской стратегии глобального лидерства.
Смысл идущих в России дебатов вокруг вопроса о перспективах российско-американского сближения состоит в выработке оптимальной позиции в отношении не столько самих Соединенных Штатов, сколько той непосильной, если верить истории, задачи, которую они гордо и, возможно, неосмотрительно на себя возложили.
Глобальную мощь Америки невозможно рассматривать и вне контекста эгоизма ее внешней политики. Но в то же время планета выигрывает от готовности США нести на себе груз таких мировых проблем, как нераспространение ядерного оружия, борьба с наркобизнесом, ограничение транснациональной преступности, упорядочение мировой экономики, решение проблем голода и пандемий и, наконец, ограничение потенциала авторитаризма национальных правительств.
Лучше или хуже станет миру, если вместо «либеральной деспотии» Вашингтона установится иной, не просчитываемый пока вариант борьбы за новую гегемонию? Непохоже, чтобы в случае падения величия США настала мировая гармония. Так что же правильнее: ждать революционного свержения лидера или коллективным ухищрением втискивать его амбиции в рамки придуманного американскими же учеными конституционализма?
Когда полвека назад Джордж Кеннан, «человек, который придумал сдерживание», писал свою статью, он пылко ненавидел советский строй и силился сочувствовать нашему народу. Оттого в его тексте много чеканных приговоров, временами чередуемых с лирическими отступлениями. Мне симпатичны американцы, и мне трудно ненавидеть американский строй по очевидной причине: современный российский строй, казалось бы пропитанный обоснованным раздражением против США, в главных чертах, в сущности, моделируется по американскому образцу. Это не случайно и, думаю, не во всем плохо. Это – важнейшая черта современной российской жизни, пронизывающая политические дебаты, которые в России отнюдь не затихают.
США > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 27 декабря 2004 > № 2851570
Алексей Богатуров
Англо-голландская компания Shell и американская компания ChevronTexaco объявили о приостановлении экспорта из Нигерии 134 тыс.бар. нефти в день. Приостановка экспорта происходит в связи с форс-мажорными обстоятельствами. По словам пресс-секретаря филиала Shell в Нигерии, подобные меры обусловлены тем, что местное население регулярно срывает подачу нефти по трубопроводам. В связи с этим компания не в состоянии выполнить условия контракта и сокращает экспорт на 114 тыс.бар. в день. Пресс-служба сообщила, что поставки не возобновятся вплоть до фев. В свою очередь, Chevron Nigeria сократила экспортные поставки на 20 тыс.бар. в день. В результате взрыва на нефтепроводе в Нигерии погибли 20 человек, передает Франс Пресс со ссылкой на полицейские источники. Как сообщил пресс-секретарь полиции Лагоса, взрыв прогремел при неудачной попытке незаконной откачки нефти. Инцидент произошел в ночь со вторника на среду недалеко от рыбацкой деревни Иладо. Пожар на нефтепроводе удалось потушить лишь в четверг утром.
Глава «Газпрома» Алексей Миллер обсудил с президентом компании Gaz de France Жаном-Франсуа Сирелли и премьер-министром Франции Жаном-Пьером Раффареном перспективы сотрудничества России и Франции в газовой сфере, и, в частности, сотрудничество «Газпрома» и Gaz de France. Об этом говорится в совместном пресс-релизе российской и французской компаний. Во время встречи Миллера с Жаном-Франсуа Сирелли было высказано единое мнение, что сотрудничество «Газпрома» и Gaz de France развивается успешно и динамично. Главы компаний обсудили возможные формы сотрудничества в рамках проектов в области сжиженного природного газа и строительства Северо-Европейского газопровода. Стороны решили развивать долгосрочное сотрудничество в рамках этого проекта, который будет способствовать повышению безопасности газоснабжения Европы и удовлетворению растущего спроса на газ на европейском рынке. Добыча природного газа во Франции в 2003г. составила 1,61 млрд.куб.м., потребление – 42,5 млрд.куб.м. Основные объемы природного газа Франция импортирует. Поставщиками природного газа во Францию являются Норвегия, Алжир, Россия, Нидерланды, Великобритания, Нигерия и Бельгия. Gaz de France – одна из крупнейших газовых компаний в Европе. Основными направлениями деятельности компании являются разведка, добыча, сбыт и распределение природного газа. Сотрудничество между «Газпромом» и компанией Gaz de France в области газоснабжения началось в 1976г. За это время «Газпром» поставил во Францию более 250 млрд.куб.м. газа, в т.ч. в 2003г. – 11,2 млрд.куб.м. газа. В 2004г. планируется поставить около 13,4 млрд.куб.м. газа. В 2004г. началось сотрудничество «Газпрома» и Gaz de France в области поставок газа на рынок Великобритании.
История
Если когда-нибудь Африка станет единой, то ее центром будет ЮАР. Успехи в развитии сельского хозяйства, промышленности и технологий очевидны, особенно на фоне остального континента. Задача, которую ставит перед страной правительство, заключается в том, чтобы лидерство корпораций создало долгосрочную основу благополучия для всей страны, а затем и для всего континента. В ЮАР реализуется амбициозный и масштабный проект по перераспределению капитала и собственности в рамках «общественно-частного партнерства». Конечная цель – превращение ЮАР в центр силы мирового масштаба.
Весной 2004г. в ЮАР широко отмечалась десятая годовщина наступления «свободы», под которой подразумеваются первые в истории страны всеобщие выборы и победа на них АНК – партии черного большинства. До этого чернокожее население было лишено гражданских прав и подчинялось правительству белого меньшинства. Идеология раздельного проживания и основанный на ней режим, получивший название апартеид («разделение»), был причиной международной изоляции ЮАР.
Смена власти в 1994г. прошла бескровно и относительно спокойно. Бывшие «угнетатели» и «угнетаемые» сумели найти общий язык как в политике, так и в экономике. Удивительная мягкость перемен объясняется, не в последнюю очередь, договоренностью двух авторитетных лидеров – Фредерика де Клерка (последнего белого президента) и Нельсона Манделы (первого черного). Распространено мнение о том, что их смерть или окончательный уход из политики может привести к катастрофическому всплеску неконтролируемого экстремизма. Объективно каждый следующий год мирного сосуществования общин делает подобную мрачную перспективу все менее вероятной.
Черных в ЮАР принято называть «черными» (blacks), а белых – «белыми», мы также будем использовать эти термины. Официальная идеология объединяет черных, женщин и инвалидов в категорию HDSA – Historically Disadvantaged South Africans («исторически ущемленные южноафриканцы»). В стране принят ряд законодательных и подзаконных актов, обеспечивающих HDSA целый ряд преференций при устройстве на работу, продвижении по службе и получении образования. Причем эти преференции должны предоставлять не только госструктуры, но и частные компании – в качестве компенсации за то, что на протяжении десятилетий они пользовались дешевым трудом угнетенных.
На бытовом уровне между черными и белыми поддерживаются отношения напряженного баланса сил, по-прежнему широко распространено раздельное проживание, чрезвычайно редки смешанные браки. Самое распространенное объявление на частных домах и офисах столицы ЮАР Претории – Armed Response («Вооруженный ответ») – сопровождается, как правило, лаконичной рекламой какой-нибудь охранной компании. Эти охранные компании дали работу большинству белых, уволившимся из армии и полиции после 1994г. В ЮАР постепенно начинает возникать проблема безработицы и даже нищеты среди белого населения. Официальная статистика говорит о 200 тыс. (из 6 млн.) белых, живущих сейчас за чертой бедности, то есть меньше, чем на доллар в день. Для обеспеченных белых граждан основной проблемой, омрачающей существование, является бандитизм. Возможно, он и не имеет расовой основы: как везде и во все времена, бедные грабят богатых. Но богатые (пока), в основном, белые, а бедные (пока) – черные. Поэтому черные часто грабят и убивают белых, что также создает основания для разжигания розни.
Основу белого населения ЮАР составляют африканеры – потомки переселенцев из Голландии (их также называют бурами, что значит «крестьянин, фермер»). После того, как стало известно о том, что в 1994г. власть белых закончится, многие африканеры покинули страну, эмигрировали в Европу. Многие впоследствии вернулись, не сумев устроится на новом месте. Белые жители ЮАР не чувствуют себя пришельцами, колонизаторами, вообще чужими. Африканеры осознают себя белыми африканцами и таковыми, по существу, и являются. На южной оконечности материка, в районе нынешнего Кейптауна, их предки появились в 17 веке, когда эта территория не была занята ни одним из нынешних черных «народов» ЮАР (подробнее см. нашу справку). На протяжении нескольких веков потомки европейских колонистов двигались с западного побережья на восток, а волны чернокожих скотоводов – от восточного побережья на Запад. Позднее африканеры воевали за независимость Южной Африки от англичан, проиграли войну, но затем все-таки вернули себе независимость (хотя Южно-Африканский союз и был британским протекторатом до конца второй мировой войны).
Что касается других лиц, включенных в категорию HDSA – женщин и инвалидов, – то складывается впечатление, что они упомянуты для того, чтобы проходящая в стране компания empowerment («передача полномочий HDSA») получила уверенную международную поддержку. Побочным результатом усиления черных стало то, что из 49 членов недавно назначенного правительства 22 – женщины. В реальной жизни рядом со словом empowerment чаще употребляются слово black (т.е. black empowerment), чем расплывчатое и политкорректное HDSA.
Главная особенность экономической системы ЮАР – высокий уровень стратегической самодостаточности в сочетании с высоким уровнем развития экспортных отраслей. Такое редкое сочетание делает экономику весьма устойчивой и нацеленной на экспансию. Во многом благодаря накопленному потенциалу, нынешнее правительство может позволить себе эксперименты с empowerment, то есть фактически передел собственности и экономического влияния общин.
Эти эксперименты выходят далеко за рамки политического популизма. Конечная цель empowerment заключается в том, чтобы превратить ЮАР в экономический центр мощного регионального блока, который, впоследствии, должен охватить всю Африку к югу от Сахары.
Международная изоляция, которой страна подверглась во время апартеида, была весьма своеобразной, если не сказать условной. Против ЮАР были введены международные санкции, страна не входила в ООН, и занимала ключевые позиции на мировых ресурсных рынках. Даже Советский Союз был вынужден, хоть и тайно, сотрудничать с южноафриканской компанией De Beers на мировом алмазном рынке.
Определенные последствия международной изоляции сказывались. ЮАР не могла рассчитывать на стабильный импорт ближневосточной нефти. Основу энергетики страны составляет уголь, по запасам которого страна занимает 7 место в мире (5%).
Black Empowerment – «Усиление черных» или «Передача полномочий черным». Основополагающий документ – ВЕЕ (Black Economic Empowerment) Асt 2003. Специальные «хартии» приняты для добывающей промышленности; сферы информационных технологий; финансового сектора. Будет приняты ВЕЕ-хартии в области сельского хозяйства, виноделия, транспорта, строительства, туризма. В платах – рынок здоровья и парфюмерно-косметической продукции.
В хартиях вводятся термины – еmpowering companies (то есть, компании, вставшие на путь исправления – empowerment) и еmpowerment companies (уже исправившиеся). В еmpowering companies черным должно принадлежать 26% акций, в еmpowerment companies – 50,1%. Основной пафос всех документов – достижение уровня 26% акций у черных к 2014г., как в каждой отдельно взятой компании, так и в экономике в целом.
По данным Ernst and Young Management Services, в 2003г. в рамках ВЕЕ было заключено сделок на 6,5 млрд.долл. По словам Майка Лоуи (Mike Lowe), спикера оппозиционной партии «Демократический альянс», 60% приобретений приходится на Патриса Мотсепе и Токио Сессуэйла. По подсчетам BusinessMap Foundation, черные пока контролируют только 3% общей капитализации компаний, чьи акции торгуются на Бирже Йоханнесбурга (JSE) (на начало 2004г.).
Большая часть руководителей крупнейших компаний южноафриканской экономики подписали ВЕЕ-хартии, подразумевающие частичный передел собственности в пользу коренного населения, найм этого населения на работу, а также широкие социальные обязательства в рамках РРР (public private partnership). Эти уступки были платой за сохранение социального мира в стране, и платой вполне приемлемой. По своей сути ВЕЕ является абсолютно не рыночным механизмом. Крупнейший нефтехимический концерн Sasol назвал процесс ВЕЕ основным риском для своего развития в официальном заявлении для Нью-Йоркской биржи.
Белые менеджеры компаний, в большинстве своем, англичане или англо-африканцы, потомки колонизаторов. Среди белого населения они составляют только одну треть (две трети – африканеры), но занимают ключевые позиции в экономике, особенно в промышленности и финансовом секторе. Их самосознание существенно отличается от самосознания африканеров. Лучше употреблять название «африканер», так как под словом «бур» подразумевается, помимо буквального значения «крестьянин», еще и «простофиля, неумеха».
Прямым следствием ВЕЕ стало прекращение притока прямых иностранных инвестиций. В 2003г. они составили 350 млн.долл., а в 2004г. основной объем дала противоречивая сделка между «Норильским никелем» и Anglo American по приобретению акций Gold Fields. Собственно южноафриканский капитал устремился за рубеж. В ответ правительство ЮАР вводит ряд заградительных мер против вывода капитала. Например, покупка бизнеса или акций за рубежом должны быть компенсированы привлечением того же объема инвестиций из-за рубежа (например, через продажу акций иностранным инвесторам). Это правило не распространяется на инвестиции в страны африканского континента.
Передел собственности и новые правила ведения бизнеса не способствуют интенсивному экономическому росту. В 2004г. ВВП увеличился только на 2,4%, доход на душу населения остался практически не прежнем уровне; приток прямых иностранных инвестиций фактически прекратился 3г. назад. Собственный капитал южноафриканских компаний продолжает выводиться в соседние страны, несмотря на законодательные ограничения.
African Superpower – «Африканская сверхдержава». Несмотря на все противоречия, ЮАР – одна из немногих стран в мире, где есть национальная идея, и есть она потому, что без нее существование страны вряд ли возможно. Большая часть этой идеи лежит в сфере внешней политики и выражается словами to be (to become) African superpower – «быть (стать) африканской сверхдержавой». Из этого лозунга следует еще один, даже популярный – proudly South African («гордимся быть южноафриканцами»). Основным поводом для гордости является континентальное лидерство страны. И это не просто лидерство по объему ВВП или доходу на душу населения. Это определенное осознание ответственности ЮАР за происходящее на всем огромном пространстве к югу от Сахары с населением 800 млн. чел.
Когда в стране царил апартеид и черные были лишены гражданских прав, белая община изолировала себя внутри страны, а страну – внутри континента. Нынешних возможностей для экспансии не было. Безусловно, определенные интересы компаний из ЮАР были представлены в небольших соседних странах. Но даже эти ограниченные интересы воспринимались как враждебная экспансия белых угнетателей. Теперь, когда белые добровольно уступили власть большинству, исчезли и барьеры, отделявшие ЮАР от остального континента. За время изоляции в стране сформировалась диверсифицированная экономика с собственной технологической и ресурсной базой. И эта экономика готова к региональной экспансии в самых различных секторах.
По итогам года ранд стал самой сильной конвертируемой валютой в мире. По отношению к долл. ранд укрепился на 20%, по отношению к евро на 14%, к иене – на 18%. Расчет изменений за три последних года дает еще впечатляющие результаты – доллар подешевел относительно ранда в 2 раза. На первый взгляд, главная причина роста ранда – высокие цены на золото, никель, платину, уголь и другое сырье, экспортируемое из ЮАР.
Влияние объективных макроэкономических факторов не стоит преувеличивать – высокие цены на нефть, вполне могли бы оказать обратное воздействие на курс. Усиление ранда – осознанная политика руководства ЮАР. Резервный банк ЮАР не предпринимает никаких усилий для борьбы с укреплением национальной валюты. Как результат такой политики рентабельность большинства добывающих компаний близка к нулю уже 2-3г. подряд.
Убытки добывающих компаний, которые в основном принадлежат белому меньшинству, компенсируются ростом влияния ЮАР на континенте. Конечной целью является региональное экономическое доминирование. В результате, импорт в ЮАР из стран континента вырос на 61% в рандах, а за 3г. – в 2,5 раза в рандах и в 5 раз – в долл. Экономический вес страны в Африке вырос в соответствующей пропорции. Этому способствует также уход южноафриканского капитала в соседние страны. Ранд становится все популярнее как средство платежей и резервирования, и постепенно может превратиться в полноценную региональную валюту.
Последствия такой политики внутри страны остаются неоднозначными. Рост ВВП по итогам 2004г. не превысит 3%, прямые иностранные инвестиции практически перестали поступать (исключение составил «Норильский никель» с покупкой акций Gold Fields). Для добывающей промышленности издержки сильного ранда хотя бы частично компенсируются высокими ценами на мировом рынке. В чистом проигрыше – экспортеры сельхозпродукции и туристический бизнес.
Несмотря на внутриэкономическую стагнацию, ЮАР будет продолжать вести политику сильного ранда столько, сколько сможет. Политические амбиции руководства, по всей видимости, важнее задачи ускорения экономического роста. Единственный фактор, способный остановить рост ранда – опережающий рост цен на нефть, так как основную часть энергоносителей страна импортирует. Как показал опыт 3 последних лет, влияние этого фактора ограничено.
Политическая и экономическая доктрина континентального лидерства оборачивается национальной идеей и уже в этом качестве обретает функциональную завершенность. Можно сказать и иначе: колоссальное внутреннее напряжение, существующее внутри ЮАР, начинает трансформироваться в энергию внешней экспансии. Возможность превратить Африку в зону своего политического и экономического доминирования примиряет черных и белых, заставляет их сотрудничать.
Proudly South African – «С гордостью (быть) южноафриканцем». Амбиции южноафриканских элит не ограничиваются Африкой, это совершенно очевидно. Если некоторые белые, по инерции, еще чувствуют себя анклавом Севера на Юге, то для черных миссия ЮАР заключается в том, чтобы быть лидерами Юга. И многие белые, особенно те, кто связан с управлением крупнейшими корпорациями страны, начинают разделять эту идеологию.
Группа IBSA и Китай фактически являются основой политико-экономического союза развивающихся стран, оформленного, рамками G20 (основная задача которой – лоббирование интересов развивающихся стран в ВТО). В эту группу входят 13 государств Латинской Америки (Аргентина, Боливия, Бразилия, Венесуэла, Гватемала, Колумбия, Коста-Рика, Куба, Мексика, Парагвай, Перу, Чили, Эквадор); 5 из Азии (Индия, Китай, Пакистан, Таиланд, Филиппины), и 3 африканских (Египет, Нигерия, ЮАР). Борис Свинцов.
ЮАР > Внешэкономсвязи, политика > af-ro.com, 10 декабря 2004 > № 353272
По сообщению Ghana News Agency от 06 янв. 2005г., 4 Ми-17 производства «Казанского вертолетного завода» (КВЗ) приняты на вооружение ВВС Ганы. Сообщение было подтверждено российским посольством в Аккре, а непосредственно поставка состоялась 16 дек. 2004г.Посредником в организации сделки выступила британская компания Wellfind во главе с Кристофером Макдауэлом (Christopher McDowell). На сайте Wellfind эта компания называет себя официальным представителем Московского вертолетного завода. Министр обороны Ганы особо поблагодарил за помощь в организации поставки российского Посла в стране Валерия Орлова, который «помог установить связи между ВС Ганы и КВЗ».
Контракт на поставку был подписан еще 20 авг. 2002г. (информация министерства обороны Ганы) именно с британской компанией Wellfind. Его исполнение несколько раз откладывалось из-за противодействия парламентской оппозиции. Ее лидеры полагали, что условия сделки не прозрачны, а необходимая сумма – чрезмерна для бюджета страны.
По финансовым параметрам закупка Ми-17 – крупнейшая в истории вооруженных сил Ганы. Сумму контракта можно считать беспрецедентной: до сих пор военный бюджет страны составлял 40 млн.долл. в год, из которых 50% традиционно уходит на содержание военнослужащих.
Для оплаты контракта правительству Ганы был предоставлен заем Barclays Bank в 55 млн.долл. 10 апр. 2003г. министр обороны направил письмо в Wellfind о том, что он вынужден отложить закупку из-за финансовых сложностей. Другое затруднение было связано с тем, что в 2002/3гг. КВЗ не смог продать вертолеты без участия «Рособоронэкспорта»: 15 мая 2003 датируется официальное письмо КВЗ о том, что единственным авторизованным экспортером вертолетов может быть «Рособоронэкспорт» (первоначальный контракт с Wellfind участия российского госпосредника не подразумевал). Отметим также, что вертолеты были поставлены с КВЗ, а не с завода в Улан-Удэ (УУАЗ), собственником которого является «Рособоронэкспорт». Хотя в последнее время предпочтение при распределении экспортных заказов на вертолеты «Ми» отдается именно УУАЗ.
По-видимому, завершение сделки стало возможно только после повторной победы Джона Куфуора на президентских выборах в Гане 7 дек. прошлого года. Крупнейшая в истории вооруженных сил страны закупка лоббировалась лично министром обороны и братом президента Кваме Аддо Куфуором (Kwame Addo Kufuor). Реализация контракта до выборов могла дать повод оппозиции для популистских спекуляций на тему коррупции и нецелевого использования бюджетных средств.
Закупка Ганой вертолетов еще раз подтверждает предположение «Аф-Ро» о том, что реальные возможности африканских стран по импорту вооружений, за редким исключением, никак не следуют из декларируемых размеров государственных оборонных бюджетов.
Министр обороны Кваме Аддо Куфуор заявил, что новые вертолеты будут защищать суверенитет и территориальную целостность страны, отражать «внутреннюю и внешнюю» агрессию (GNA). Он также упомянул, что ВВС должны участвовать в миротворческой деятельности и ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций. Для Ганы благородные задачи регионального миротворчества неотделимы от задач обеспечения собственной безопасности. Внимание и политического, и военного руководства страны сосредоточено на том, чтобы не допустить перехода гражданской войны из соседнего Кот-д'Ивуара на территорию Ганы.
Исполнение контракта для ВВС Ганы может вывести российские вертолетные поставки в Африку на качественно иной уровень. Во-первых, закупка, скорее всего, осуществлена для нужд миротворческой деятельности, а это самый перспективный рынок вооружений в Тропической Африке. Причем рынок, на котором до сих пор российские экспортеры отсутствовали. Во-вторых, Гана имеет практически безупречную (по сравнению с другими африканскими странами) международную репутацию. Отметим также, что в контракт включены пункты о подготовке ганских пилотов, техническом обслуживании и поставках запчастей. В течение года в стране будут работать российские инструкторы. Вертолеты будут приписаны к столичной базе ВВС Burma Camp.
Прецедентным является и открытое участие в реализации контракта британского посредника. В военно-политических кругах США и Великобритании существует установка на тактический союз с российскими экспортерами вооружений, имеющий целью вытеснение Франции из ее сфер влияния в Западной Африке. В этой связи стоит ожидать других заявок на приобретение российской техники для миротворческих подразделений стран ЭКОВАС (Сообщество государств Западной Африки) – прежде всего, Нигерии и Ганы.
У Ганы – самая стабильная и диверсифицированная экономика в Западной Африке. Страна экспортирует алюминий, золото, древесину, какао, кофе, тропические фрукты, хлопок. Сравнительно высок уровень развития гидроэнергетики и транспорта. Серьезный интерес к объектам в Гане проявляют российские компании «Русский алюминий» и «Норильский никель».
Применительно к большинству стран Тропической Африки можно говорить о трех военных бюджетах: официальном оборонном бюджете, бюджете безопасности и бюджете военных закупок. Официальный военный бюджет, как правило, невелик, утверждается парламентом, демонстрируется международным организациям и идет на содержание небольшой профессиональной армии, ее подготовку, ремонт вооружений, закупку боеприпасов, запчастей, горючего и т.д. Данные по военным бюджетам можно встретить в справочниках SIPRI и IISS. Бюджет безопасности превосходит военный бюджет в 2 и более раз (в Нигерии – в 10-15 раз), расходуется на содержание полуформальных и неформальных военизированных структур, лояльных государственной власти. Основная задача этих структур – поддержание целостности страны, обеспечение экономических интересов правящей группировки. Данный бюджет имеет несколько источников наполнения и крайне непрозрачен. Бюджет военных закупок отличается крайне непостоянным размером, может составлять от 0 до 2-3 годовых военных бюджетов; наполняется, как правило, из специальных фондов, подконтрольных главе государства (через доходы о экспорта: Ливия, Нигерия, Судан) или за счет целевых иностранных субсидий (Эфиопия, Эритрея). Как показывает опыт Ганы, возможен комбинированный вариант: иностранный заем с последующим погашением из «специальных» фондов. Андрей Маслов.
Профсоюзы Нигерии объявили транснациональную нефтяную корпорацию «Ройял Датч Шелл» «врагом нигерийского народа» и призвали начать 16 нояб. в стране общенациональную забастовку. «Мы решили объявить «Шелл» врагом нигерийского народа, – заявил в воскресенье журналистам лидер Нигерийского рабочего конгресса Адамс Ошиомхоле. – С «Шелл» будут обращаться, как с врагом. У нас есть средства для борьбы с ней». Ранее глава крупнейшего в стране профсоюзного объединения призвал начать 16 нояб. общенациональную забастовку в поддержку требования об отмене решения правительства Нигерии повысить цены на бензин на 23%. Лидеры нигерийских профсоюзов не скрывают, что их действия направлены прежде всего на срыв экспорта нефти. Нигерия экспортирует 2,5 млн.бар. в день, занимая седьмое место в мире по объему экспорта нефти и пятое среди поставщиков «черного золота» в США. «Шелл» является крупнейшей из действующих в Нигерии транснациональных нефтяных компаний.
Экономический рост в Нигерии происходит на фоне обострения политической борьбы. На местах губернаторы выстраивают отношения с неформальными силовыми структурами, по численности превосходящими армию. В центре они же участвуют в борьбе за место преемника Обасанджо. Выборы 2007г. покажут, есть ли у Нигерии шанс состояться в качестве независимого государства.Варварская добыча нефти в Дельте Нигера и у побережья полностью выбила базу из-под рыболовецких общин, не создав новой социальной структуры, которая бы инкорпорировала местных. В Нигерии, очень сложно найти свою рыбу. Особенно около океана. Норвежская, мавританская, ганская – пожалуйста. А своя? От нефтяных разливов она дохнет.
Нигерия – страна победившего косвенного управления. Причем, с началом добычи нефти, английская колониальная административная система вернулась так быстро, как будто не уходила. Система власти почти не связана с реальным населением и действует через традиционных вождей, как и раньше.
По правилам косвенного управления, система работает как ограниченная пирамида, надстройка без широкого социального базиса. Деньги распределяются наверху, с уменьшением сумм в геометрической прогрессии на нижних уровнях. Из нефтяных денег финансируются и традиционные вожди, которым выделяют 5% от отчислений в округа местного самоуправления «их» региона. Вожди получают добровольные пожертвования от представителей новой элиты.
Губернаторы находятся на втором уровне пирамиды, наверное, даже выше министров, и идут сразу после президента. При значительных экономических и политических рычагах они больше сталкиваются с реальными людьми внизу – они не живут в искусственных Абуджах. Борьба за власть на уровне штатов жестче. У губернаторов нет собственных легитимных инструментов подавления – полиция и армия подчиняется только федеральному центру.
Поэтому в качестве инструмента подавления они используют молодежь, и, традиционные молодежные отряды, которых много по всей стране, для достижения политических целей – обеспечения удачной предвыборной кампании, запугивания, убийств конкурентов и т.п. Наш источник: «Почти у каждого губернатора есть свои войска, численностью до нескольких тыс. чел., которые выполняют грязную работу».
Главный антигерой летне-осенних беспорядков, попавший даже на российское телевидение, Асари Докубо (Asari Dokubo), работал на губернатора Питера Одили (Peter Odili). По существу, речь идет о столкновениях, связанных с трудным процессом формирования национальной организованной преступности. Докубо возглавляет группировку Niger Delta People's Volunteer Force (приблизительный перевод – «Добровольные народные силы Дельты Нигера»), но подобных группировок в Дельте сразу несколько. Сам Докубо оценивает численность «Добровольных народных сил» в 200 тыс. чел. Регулярная нигерийская армия, кстати, насчитывает всего 80 тыс. солдат и офицеров. Докубо, конечно же, преувеличивает и преувеличивает сильно. На 20 тыс. вооруженных сторонников он, по нашим данным, рассчитывать может вполне.
В последнее время позиции Докубо слишком усилились, и давать ему еще больше денег стало уже опасно. Его патрон, губернатор Одили, нанял альтернативную группу, чтобы решить проблему. Это была группа Атеке Тома (Ateke Tom), лидера Niger Delta Vigilante Service («Служба (народного) контроля Дельты Нигера). Начались бои в Порт-Харкорте и его окрестностях. Преимущество оказалось на стороне Докубо, и Одили испугался скорой мести.
Губернатору пришлось звать на помощь президента Обасанджо и армию. Наш источник: «Баба (президент Обасанджо – «Аф-Ро») ценит Одили по двум причинам. Во-первых, это его человек. Во-вторых, Баба готовит преемника. Скорее всего, им станет либо сам Одили, либо губернатор Баучи – Ахмад Адаму Муазу, тогда Одили будет вице-президентом».
И Обасанджо выручил. Армия провела ряд успешных операций, в которых поучаствовал и недавно поставленный из России вертолет Ми-35.
Наш источник в правительстве продолжает: «В Нигерии число жертв не имеет такого значения, как в Европе, если это не касается политики. Чрезвычайное положение в штате Плато было введено не потому, что там погибло тыс. чел., а потому, что Ибрахим Манту, вице-спикер Сената и близкий к Бабе человек, поссорился с губернатором Джошуа Дарийе, которого захотел снять. Они, кстати, оба из Шендама».
В Нигерии растет поколение, которое, вследствие варварской неоколонизации, выключено из реальной сферы экономики. Они привыкли жить на подачки и жить шантажом. Около Аджаокуты Siemens строит электростанцию. Пришла молодежь и сказала: «вы и Ajaokuta Steel должны нам денег и работу». Так скоро будет везде. Асоциальные элементы, живущие грабежом, кражей людей и подачками. Это не инвестиционный климат. Но пока это выгодно и элите, и компаниям – дешевле и меньше тех, с кем надо делиться. Можно стравливать банды. Пока.
Основная опасность нынешних криминальных разборок заключается в их возможной политизации. Пока, в борьбе нет ни этнической, ни религиозной подоплеки. Асари Докубо – иджо, его враг Атеке Том – тоже иджо. 5 окт. Том, как будто бы, признал свое почетное поражение и назвал Докубо «мой брат Асари». Но к этому моменту в конфликт уже оказалась втянута регулярная армия. Теперь стоит ждать того, что боевики Атеке Тома пополнят ряды армии Асари Докубо. Затем – Атеке тесно сотрудничает, по нашим данным, еще с одной народно-криминальной группировкой иджо – Egbesu Boys of Africa («Африканские парни из Эгбезу») – из соседнего штата Байелса (Bayelsa). Сейчас «Парни из Эгбезу» ведут себя относительно тихо, но миру известны больше и дольше, чем группировка Докубо. Еще в 1998г. против них велась войсковая операция. Сейчас численность «Парней из Эгбезу» – 4 тыс. бойцов. За всеми этими молодежными отрядами стоит серьезная структура, созданная, по нашим данным, отставными нигерийскими военными – Ijaw Youth Council («Молодежный совет иджо»). Вот эта организация, численность которой может достигать 500 тыс. чел., уже в состоянии не только объявить, но и начать настоящую войну против центрального правительства и президента.
Можно предположить, что у последних событий в Нигерии есть глубокая подоплека. В 2004г. все заметнее стали некоторые признаки охлаждения между Нигерией и «всесильным» англосаксонским блоком Британии и США. Пользуясь высокими ценами на нефть и занятостью покровителей в Ираке и Афганистане, президент Обасанджо начал проводить независимую политику, к которой давно стремился, но которую не мог себе позволить. Его независимость дошла до того, что он готов был пересмотреть уже, казалось бы, решенный вопрос о преемнике.
Политическая жизнь Нигерии в преддверии 2007г. насыщена до предела. На это есть много причин. Во-первых, нигерийцы обожают политику, и если в Италии каждый считает, что может руководить футбольной сборной, то в Нигерии почти каждый – асс политики различного уровня: от того, что в народе называется «политик от сохи» (grassroot politician), до федеральных масштабов. Кто бы ни придумал политику, он явно придумал ее для нигерийцев.
Другая сторона притягательности политики обусловлена ролью государства в экономике и, соответственно, потенциальными экономическими дивидендами политической деятельности. За годы демократии в коридорах власти частично сложилась новая экономическая элита, которая будет в значительной степени определять будущее страны. Хотя о новизне нужно говорить с известными оговорками: политическая сцена до последнего времени характеризовалась завидной стабильностью состава участников, несмотря на все перевороты и пертурбации. Многие из тех, кто занимал ведущие позиции в 1960-70гг., до сих пор у власти. Для президента Олошегуна Обасанджо это уже второе пришествие в роли лидера страны. Сама система власти пока остается геронтократичной, несмотря на некоторые перемены.
Политические партии, как и во многих других развивающихся и развитых странах, практически лишены серьезного идеологического базиса и представляют собой форумы для достижения договоренностей по разделу полномочий и причитающихся дивидендов между региональными элитами. Из серьезных партий нужно отметить правящую «Народно-демократическую партию» (People’s Democratic Party, PDP), «Всенигерийскую народную партию» (All Nigeria People’s Party, ANPP) и «Альянс за демократию» (Alliance for Democracy, AD). Первые две являются общенациональными и весьма характерно отражают особенности политического пейзажа страны, тогда как AD – это партия йоруба, постепенно теряющая свои реальные позиции.
Суть политической системы на федеральном уровне – пропорциональное представительство в высших эшелонах федерального правительства от каждого штата, а штаты являются однородными в этническом составе. Соответственно, главное – поставить на нужную партию, поэтому партийная принадлежность меняется с неимоверной легкостью. Как иллюстрацию можно привести тот факт, что на прошедший 30 сент. 2004г. съезд, посвященный 6-летию правящей Народно-демократической партии, не приехал почти никто из губернаторов. От партии они не зависят. Они свое получили, и на третий срок пойти не могут. ANPP лихорадит, в то время как на ведущие позиции выходит новый человек – Аттахиру Далхату Бафарава, губернатор Сокото.
Второй реальный уровень власти – это правительства штатов, где по партиям расклад сил следующий: представители правящей PDP контролируют 21 штат, оппозиционной ANPP – 14 штатов, и остальной 1 штат контролирует йорубская AD (см. диаграмму).
Предыдущий строй – «военный федерализм» – ставил основной задачей не допустить повторения сепаратизма Биафры, самой возможности отделения, а следовательно, не дать губернаторам слишком много реальных политических и экономических рычагов влияния, а желательно вообще поставить губернатором человека, не имеющего прямого отношения к подотчетному региону.
За последние 5 лет позиции губернаторов весьма усилились, у них появились значительные возможности проведения собственной экономической политики, а их политический вес неизмеримо возрос. Теперь каждый штат – это почти государство в государстве.
Стоит признать, что политическая обстановка в Нигерии в целом достаточно стабильна: выборы 2003г. – тому показатель. Нигерия, скорее всего, перешла на восьмилетний цикл правления – вряд ли последующие президенты ограничатся четырьмя годами у власти.
Выборы 2007г. будут серьезным испытанием, т.к. явного лидера нет. Одно можно сказать точно: президент будет выходцем с севера страны, а вице-президент, скорее всего, будет представлять нефтепроизводящие районы Дельты Нигера. Игбо, при всех своих амбициях, просто не смогут выдвинуть единого кандидата. Йоруба у власти уже были. Сам Север, далек от единства по этому вопросу.
Кандидатом номер 1 считается Ибрахим Бабангида (Ibrahim Babangida). Самый опытный политик Нигерии, на счету которого бесчисленные перевороты, огромное количество лично обязанных ему людей, поддержка армии и значительный финансовый ресурс. Что еще надо? Он, к тому же, поставил «на царствие» нынешнего президента. Является давним другом Лэнгли. Кстати, и вездесущие американцы, судя по их действиям, рассматривают его как кандидата номер один.
Второй кандидат – нынешний вице-президент Атику Абубакар (Atiku Abubakar). Экс-таможенник, очень богат, выходец из Кадунской группировки из окружения Мусы Йар Адува – второго человека в стране во время первого пришествия Обасанджо. Минусы: в окружении Йар Адува был аутсайдером, находится в неявном конфликте с президентом, собственный политический авторитет под вопросом. Другой возможный кандидат Севера – генерал Буба Марва, скорее всего, снимет свою кандидатуру в пользу Бабангиды.
В последнее время возросла вероятность того, что преемником Обасанджо станет кто-то из губернаторов. Один из близких к нигерийскому президенту чиновников говорит: «Баба боится Бабангиды, а у Бабангиды выборы-2007 – это последний шанс, ему уже 63».
Возможно, что Обасанджо планирует выдвинуть в последний момент «темную лошадку» – «Путина по-нигерийски». Может быть, им станет Ахмад Адаму Му’азу – губернатор Баучи. Тогда вице-президентом с ним должен пойти кто-то с юга, лучше юг-юга – Питер Одили. Му’азу сейчас уже активно раскручивают, он хорошо ладит с северными губернаторами, и, если найдет поддержку Бафарава (губернатор Сокото), – северо-запад его. На северо-востоке он лично может опередить по популярности Аттику Абубукара, нынешнего президента. Юго-запад под вопросом, ибо проголосуют за любого, кто пообещает нормальные посты и деньги, т.к. сами они вряд ли смогут когда-либо выставить единого кандидата. Юг-юг проголосует за Одили.
Валютные поступления в Нигерию от экспорта нефти составят, по данным EIA, 28 млрд.долл. по итогам 2004г. Еще 4-5 млрд.долл. принесет нелегальный экспорт, и с учетом этих денег Нигерия пропустит вперед по экспортным доходам от нефти только Саудовскую Аравию (92 млрд.долл.), Россию (75 млрд.долл.) и Норвегию (38 млрд.долл.), опередив Иран (27,5 млрд.долл.).
Появление новых денег обострит противостояние группировок как в борьбе за центральную власть, так и на местах. В последнее время появляются некоторые свидетельства того, что их долгосрочный консенсус, в принципе, возможен. Такой консенсус является необходимым условием для возвращения в страну капитала и инвестиций в не-нефтяные проекты. Такой консенсус является, необходимым условием для российских инвестиций в алюминиевый завод Alscon или сталелитейный комплекс в Аджаокуте. Владимир Чередниченко.
Согласно данным, опубликованным в среду международной организацией Transparency International, Грузия по уровню коррупции делит 133 место с Анголой, Конго, Кот-Д'Ивуаром, Индонезией, Таджикистаном и Туркменистаном.Transparency International проводит исследования по уровню коррупции в различных странах мира с 1995г. и в этом году ранжирует 146 стран в зависимости от степени представлений о распространенности коррупции среди госслужащих и политиков. Индекс восприятия коррупции (ИВК) – составной индекс, основанный на данных 17 различных опросов и исследований, проведенных 13 независимыми организациями среди предпринимателей и местных аналитиков, включая опросы жителей данной страны, как ее граждан, так и иностранцев. ИВК колеблется в пределах от 10 (коррупция практически отсутствует) до 0 (очень высокий).
Среди 146 стран, включенных в рейтинговый список международной организацией Transparency International, лучший показатель и 1 место, как и в пред.г., у Финляндии – ее Индекс восприятия коррупции (ИВК) составляет 9,7.
У Грузии ИВК по оценке Transparency International составляет 2,0, и он определен на основе 7 исследований, проведенных в стране различными международными организациями. В зависимости от исследований ИВК колеблется от 1,6 до 2,3.
Учитывая данные Transparency International, ситуация в Грузии по сравнению с 2003г. улучшилась – в пред.г. ИВК в Грузии составлял 1,8 и, в зависимости от исследований он колебался от 0,9 до 2,8. В 2003г. Грузия находилась на 127 месте, однако тогда в рейтинг были включены только 133 страны.
По данным Transparency International наименее коррумпированными из государств СНГ и Балтии являются Эстония (31 место – ИВК 6,0), Литва (44 – 4,6), Латвия (57 – 4,0), Белоруссия (74 – 3,3), Армения (82 – 3,1), Россия (90 – 2,8), Молдавия и Узбекистан (114 – 2,3), Казахстан, Украина и Киргизстан (122 – 2,2).
Хуже чем в Грузии ситуация с коррупцией в Азербайджане и Парагвае (ИВК 1,9), Чаде и Мьянме (1,7), Нигерии (1,6), Гаити и Бангладеш (1,5).
Делегация ОАО «Газпром» во главе с председателем правления компании Алексеем Миллером совершила накануне двухдневный рабочий визит в Ливию, сообщило в пятницу управление по работе со СМИ «Газпрома». «В ходе визита Алексей Миллер провел встречи с премьер-министром Ливии Шукри Мохамедом Ганемом, а также с президентом Национальной нефтяной корпорации (ННК) Абдаллой Салемом Аль-Бадри. Стороны обсудили перспективы сотрудничества в области нефти и газа», – говорится в сообщении компании. В «Газпроме» напомнили, что доказанные запасы природного газа Ливии составляют 1,3 трлн. куб.м. (третье место в Африке после Алжира и Нигерии). Газовый потенциал страны практически не используется – ежегодная добыча составляет 7 млрд.куб.м. (данные за 2003г. 90% добываемого газа (6,25 млрд.куб.м.), потребляется внутри страны, а оставшиеся 10% (0,75 млрд.куб.м.) экспортируются в виде сжиженного природного газа в Испанию.По доказанным запасам нефти (5 млрд.т. легкой малосернистой нефти) Ливия занимает первое место в Африке и пятое место среди стран-членов ОПЕК (после Саудовской Аравии, Кувейта, ОАЭ и Ирака). Разведанные запасы нефти страны на 1 янв. 2004г.оцениваются в 7 млрд.т. Ливийская нефть считается одной из самых качественных в мире, относится к классу легких нефтей и имеет низкое содержание серы. Государственная политика в области природного газа формируется основанной в 1968г. Национальной нефтяной корпорацией (ННК). Компания осуществляет функции отраслевого министерства и занимается совместно с иностранными компаниями-инвесторами разработкой и эксплуатацией нефтегазовых месторождений, сообщили в «Газпроме».
Цена на нефть достигла рекордной в истории отметки – 50 долл. за бар. Причиной увеличения цены эксперты считают беспорядки в Нигерии, где вооруженные повстанцы, которые называют себя «Добровольными народными силами дельты Нигера», захватили нефтяные буровые скважины в дельте р.Нигер и требуют, чтобы из региона выехали все иностранцы. Компания Royal Dutch/Shell – крупнейший производитель нефти в Нигерии – из соображений безопасности уже эвакуировала 235 сотрудников и сократила добычу. Нигерия занимает в ОПЕК 7 место по объемам добычи нефти, поэтому волнения в стране так существенно влияют на мировые цены черного золота. Президент ОПЕК Пурномо Юсгианторо заявил, что картель может увеличить добычу нефти, но не способен остановить повышение цен. В некоторых индустриально развитых странах уже появились признаки рецессии в связи с высокими ценами на сырье.
Война, изменившая мир
© "Россия в глобальной политике". № 4, Июль - Август 2004
«По своим размерам эти колониальные военные операции, конечно, не представляют ничего грандиозного, но на жизнь человечества в течение ближайшего столетия они могут оказать влияние исключительное». Так начинается первая корреспонденция Валерия Брюсова, направленная им из Варшавы в журнал «Русская мысль» 1 сентября 1914 года, спустя месяц после начала Первой мировой войны. Знаменитый русский поэт, отправившийся на фронт в качестве военного корреспондента, не ошибся в своем прогнозе: именно та война положила начало распаду прежней системы глобального управления, последствия чего ощущаются до сих пор. Мы решили перепечатать материал 90-летней давности, потому что, по нашему мнению, сегодня, когда мир вновь переживает синдром «начала века», стоит вспомнить многое из того, что происходило тогда.
Фёдор Лукьянов, главный редактор
***
«Великая война» наших дней захватила не только европейские государства, но и значительную часть внеевропейских стран. При той тесной связи, которая установилась теперь между всеми народами и землями мира, это совершенно естественно. Во-первых, все государства земного шара сплетены сетью разнообразнейших взаимных отношений (прежде всего торговых); во-вторых, у воюющих европейских держав на других материках и океанах есть колониальные владения, значение которых для их метрополий существенно и теперь, а в будущем должно стать огромным. Поэтому, в то время как решительные события ожидаются на старых полях Европы, видавших уже по нескольку «битв народов», военные действия ведутся также и в отдаленнейших от нас странах, и на «черном материке», и на водах, омывающих все пять частей света. По своим размерам эти колониальные военные операции, конечно, не представляют ничего грандиозного, но на жизнь человечества в течение ближайшего столетия они могут оказать влияние исключительное.
Внеевропейские события, связанные с войной, можно разделить на следующие категории: 1) содействие колоний своим метрополиям; 2) война Японии с Германией на Дальнем Востоке; 3) военные операции в Африке; 4) военные операции на разных океанах.
Германия на помощь своих колоний рассчитывать не могла. При настоящем положении дел она от них совершенно отрезана, да и вообще содержит в колониях лишь небольшие гарнизоны, преимущественно туземных войск, для местной службы. Почти не пришлось воспользоваться Германии и своими военными судами, стоявшими в Киао-Чао и в гаванях Тихого океана, благодаря энергичным действиям английских крейсеров и вмешательству Японии. Не могла воспользоваться и Бельгия помощью своего «вассального» Конго, так как местная армия (14–15 тыс. человек) не предназначена для действий на европейском театре войны. Таким образом, поддержку от колоний в войне могли получить только Франция и Англия.
В начале войны германцы пытались прервать сношения Франции с ее североафриканскими владениями, т. е. с Алжиром и Тунисом. Германские крейсеры (знаменитые отныне «Гебен» и «Бреслау», проданные туркам) бомбардировали Бону и Филиппвиль (в восточной части Алжира), но безрезультатно. Вступление Англии заставило германо-австрийский флот прекратить всякие активные действия на Средиземном море. После этого Франция получила возможность свободно перевезти в Европу свои африканские войска (как сообщают, до двух армейских корпусов). Войска эти в начале войны уже показали свое превосходство при действиях в горных местностях, именно в Вогезах. Новые эшелоны африканских войск все продолжают прибывать во Францию, постепенно усиливая французскую армию. Телеграмма 29 августа сообщает, какими овациями встречал вновь прибывших тюркосов Париж, готовящийся к осаде.
Англии оказали поддержку прежде всего ее колонии, ныне автономные и полуавтономные государства, входящие в состав Британской империи. В самом начале войны Канада предложила корпус в 20 тыс. человек, с тяжелой и легкой артиллерией, и помощь продовольствием и деньгами, что правительством метрополии было «принято с благодарностью». Телеграф последовательно извещал нас, что из Канады отправлен первый транспорт в миллион мешков муки, что канадские женщины снаряжают для Англии госпитальный корабль и что в канадский парламент внесен законопроект об отпуске 10 миллионов фунтов стерлингов на военные нужды. Сходные предложения поступили от правительств Австралии и Новой Зеландии, предложивших также 20-тысячный корпус и весь свой флот. Эта помощь была использована Великобританией на водах Тихого океана.
Из собственно «колоний» Англия могла полнее всего использовать Индию, где она содержит постоянную армию, известную по своим боевым качествам. Британское правительство решило перевезти часть индийских войск в Европу. Лорд Крю заявил в палате общин (телеграмма 19 августа), что эти войска «горят нетерпением сразиться в Европе». В настоящее время через Порт-Саид уже прошла, под прикрытием особой эскадры военных крейсеров, первая колонна индийских войск, на пяти транспортах, в составе 25 тыс. человек; всего же предполагается доставить в Европу два корпуса. Полунезависимые индийские раджи, со своей стороны, выразили готовность отдать свои войска в распоряжение Англии и проявили, если верить «сообщению великобританского правительства» (29 августа), «величайший энтузиазм». Представители бенгальских мусульман послали в Турцию, великому везирю, телеграмму, в которой высказывают огорчение по поводу недоразумений между Великобританией и Портой и заявляют, что считают священнейшим долгом остаться верными британской короне. В других колониях Англия не содержит настолько значительных военных сил, чтобы их стоило перевозить в Европу; этим войскам был поручен ряд выступлений «на местах», т. е. в колониях же. Впрочем, было известие, что часть южноафриканских войск высадилась в Марселе.
Постоянное войско содержит Англия еще в Египте, который фактически находится в английских руках. Но египетским войскам оказалось достаточно своего местного дела. С самого начала войны Египет «поручил свою защиту Англии». Вслед за тем английское правительство объявило, что в Египте обнаружен какой-то «заговор» против Великобритании, деятельное участие в котором приняли турецкие и германские агитаторы, пробравшиеся под видом «хамалей» и чернорабочих. Произведено было много арестов, и арестованные были преданы военно-полевому суду; вместе с тем английский комендант в Каире предложил дипломатическим представителям Германии и Австрии, состоявшим при особе хедива, покинуть Египет в 24 часа. Таким образом Египет оказался втянутым в сферу войны, а английским египетским войскам поручено преимущественно охранять Суэцкий канал.
* * *
В Азии война отразилась особой японо-германской войной. Ее причины лежат в том политическом и коммерческом положении, которое за последние годы Германия стремилась занять на Дальнем Востоке, опираясь на свои тихоокеанские владения и на гавань Киао-Чао, которую она в 1897 г. «арендовала» у Китая на 99 лет. Немцы углубили прежде мелководную бухту, сильно укрепили ее и превратили в первоклассную гавань, в настоящее время едва ли не лучшую на всем китайском побережье. Желание овладеть этой гаванью и сломить значение Германии на Дальнем Востоке повело к тому, что Япония, ссылаясь на свой военный союз с Англией, сначала послала Германии свой известный ультиматум, а потом, не получив на него ответа, перешла «в состояние войны» как с Германией, так и с Австро-Венгрией.
Как известно, германцы приняли вызов. Проскользнуло сообщение (впрочем, маловероятное), будто в одной телеграмме к коменданту Киао-Чао, перехваченной японцами, император Вильгельм писал, что ему было бы «более стыдно сдать Киао-Чао японцам, чем Берлин русским». Как бы то ни было, немцы с лихорадочной поспешностью взялись за укрепление крепости, заставляя работать китайцев. Население было выселено в Шанхай; нейтральным судам приказано покинуть гавань, на что японцами был дан срок в 24 часа. Крепость окружили рядом новых фортов (Мольткеберг, Бисмарксберг, Вильгельмсберг и тому под.), выдвинутых на 8 и даже на 12 миль от города Цзинтао; перспектива местности очищена, деревья вырублены, строения взорваны и т. д.; гарнизон и военные суда в гавани приведены «в боевую готовность».
Самый ход военных операций японцев вполне ясен. После объявления войны они приступили к высадке десанта и блокаде бухты. Одна эскадра, под командой вице-адмирала Садакичи-Като, прикрывала десант сухопутных войск, привезенных на 18 транспортах со стороны Лун-Коу; другая, под командой адмирала Томи, – высадку на западном берегу артиллерии. Небольшая эскадра, в составе 2 крейсеров, 2 канонерок и 5 миноносцев, осуществила действительную блокаду гавани, выловив германские мины и поставив свои; остальные силы японского флота остались крейсировать в Печилийском заливе. Официально Киао-Чао был объявлен под блокадой с 14 августа. Одновременно с этим японцы перерезали кабели, шедшие из Киао-Чао в Шанхай и Чи-Фу, отрезав немцам сообщение с внешним миром (есть, впрочем, предположение, что немцы успели проложить новый кабель к острову Яп в Каролинском архипелаге). Последние известия сообщали, что японцы уже приступили к обстрелу крепости; что японские гидропланы несколько раз бросали в нее бомбы; что японцами заняты острова, лежащие против бухты (Тай-Пунг, Шьиао-Пунг, Галиен и др.), и что ими даже взяты три форта, из которых один – «штыковым ударом». Кроме того известно, что Япония присоединилась к соглашению, состоявшемуся между Россией, Францией и Англией, – не заключать сепаратного мира.
Конечный исход борьбы несомненен. Небольшой гарнизон крепости и ее наскоро построенные форты не могут держаться долго против дальнобойных орудий и целой армии японцев. Германская эскадра в гавани, по-видимому, сведена к двум броненосным крейсерам «Гензинау» и «Шацугорст» (по 11,600 тонн, с ходом 22,5 узла, вооруженным орудиями сравнительно небольшого калибра) и отряду миноносцев. Где находятся в настоящее время три легких германских крейсера, принадлежащих к той же эскадре, – «Лейпциг», «Нюрнберг» и «Эйден», – неизвестно. Имеется в Киао-Чао еще австрийский бронепалубный крейсер «Императрица Елизавета», но это небольшое судно, построенное в 1890 г. и перестроенное в 1905 г., не представляет серьезной боевой единицы; впрочем, именно оно обстреливало 21 августа японские контр-миноносцы. О серьезных столкновениях на море около Киао-Чао ничего не было слышно; известно только, что японский контр-миноносец «Широтае» наскочил здесь на подводную скалу и затонул.
Военные операции японцев в значительной мере были облегчены позицией, занятой Китаем, который воспользовался случаем свести счеты с Германией, «арендовавшей» его гавань. Дело в том, что собственно «арендованная» полоса земли вокруг Киао-Чао очень невелика, так что на ней произвести десант было бы невозможно. Но вокруг нее тянется, по радиусу в 50 километров, так называемая «нейтральная зона». По-видимому, Китай «посмотрел сквозь пальцы» на то, что японцы высадились именно на этой нейтральной зоне, если только не за пределами ее. По крайней мере, германский поверенный по делам при китайском правительстве протестовал против нарушения японцами нейтралитета Китая, но протест остался без последствий. Между тем раньше Китай сделал Германии «категорическое представление» о недопустимости каких-либо военных действий за чертой арендованной территории и отказал в просьбе немцев – расширить ее пределы в целях защиты порта. Китай отказался также от предложения Германии – возвратить ему Киао-Чао. Ряд других мер, принятых Китаем, также были направлены против Германии. Так, Китай потребовал, чтобы все германские суда, находившиеся в китайских портах, покинули их или остались бы в них до конца войны; с последних были сняты аппараты беспроволочного телеграфа; затем пекинское правительство предписало администраторам Маньчжурии «немедленно прекратить» в ней антияпонскую агитацию и т. под.
Надо добавить, что, в связи с японо-германской войной в Азии, возникла мысль о посылке японской эскадры в европейские воды и японского десанта на европейский театр войны. Это предположение, несколько раз опровергавшееся, продолжает обсуждаться в печати. Вопрос о возможности (политической) для японского флота пройти через Панамский канал решается специалистами (бар. Б.Э. Нольде) в положительном смысле, на основании договора 1901 г. между Великобританией и Соединенными Штатами С.А. Говорят также, что десант – по слухам, в размере 6 корпусов – будет направлен в Малую Азию, где движения турок угрожают новыми осложнениями делу союзников. Кроме того, японская колония в Канаде самостоятельно предложила Великобритании сформировать для европейского театра войны отряд японцев-волонтеров.
К событиям на Дальнем Востоке самый живой интерес проявили Соединенные Штаты. Заатлантическая печать единогласно заявила, что выступление Японии является «событием величайшего политического и экономического значения», так как после него Германия должна потерять всю свою торговлю и свое положение на Тихом океане. Общественное настроение в Америке оказалось вообще враждебным Германии, с которой у Штатов идет напряженное экономическое соперничество. Немецкая агитация в Штатах, которой руководила, по слухам, особая миссия, с министром Дернбургом во главе, и которая привлекла на свою сторону несколько распространенных газет, не имела успеха в широких кругах общества. Правящие круги посмотрели на дело, кажется, иначе, и одно время весь мир был встревожен выходом в море американской эскадры с неизвестным назначением. Постепенно, однако, выяснилось, что правительство Соединенных Штатов опасалось не за участь Киао-Чао, а за судьбу германских владений в Тихом океане. Америке не могло быть выгодным, чтобы они стали достоянием Японии, которая могла бы обратить их в морскую военную базу, в случае столкновения с Штатами. Недоразумение было улажено, и «англо-германский конфликт локализован» пределами операции против Киао-Чао. Сами Соединенные Штаты окончательно заняли позицию самого строгого нейтралитета, имея в виду выступить впоследствии с предложением посредничества между воюющими сторонами.
* * *
В Африке военные действия свелись к захвату германских колоний. Немецкие газеты утверждают, что Англия и Франция уже заключили договор о разделе германских колоний в Африке, и это весьма вероятно. Колониальной державой Германия сделалась недавно, первые земли в Африке заняла только в 1884 г., но в настоящее время ее африканские колонии уже занимают третье место – после английских и французских. Всего владения Германии в Африке простираются на 2,6 милл кв. километров, включая в себя области: Камерун (750 тыс. кв. кил., приобретен в 1884 г.), Того (87 тыс. кв. кил., приобретено в 1884 г.), Юго-Западная Африка (835 тыс. кв. кил., окончательно присоединена в 1890 г.) и Юго-Восточная Африка (941 тыс. кв. кил., окончательно присоединена в 1890 г.), с населением более чем в 11 милл человек (из которых более 20 тыс. европейцы). Эмиграция в эти области пока ничтожна, но торговое их значение для Германии огромно: так, например, она получает отсюда собственные «колониальные товары», каучук, слоновую кость, какао, кофе, бананы, сахарный тростник, продукты масличных и кокосовых пальм и т. п. Между тем германские колонии в Африке расположены так, что со всех сторон окружены владениями английскими, французскими и бельгийскими. Отрезанные от метрополии английским флотом, защищаемые лишь небольшими гарнизонами туземных войск, германские колонии в Африке становятся легкой добычей союзников.
Уже окончательно определилась судьба Тоголанда. Эта колония лежит в Верхней Гвинее и представляет узкую полоску земли, уходящую в глубь страны, с береговой полосой всего в 35–40 километров. На западе Того граничит с английской колонией Золотого Берега, на востоке – с французской Дагомеей, на севере – с областями, находящимися под протекторатом Франции (французская Западная Африка). В конце июля англичане заняли главный город Того – небольшой порт Ломе (10–12 тыс. жителей), единственный пункт побережья, соединенный с внутренностью страны железной дорогой. Позднее пришло известие, что английское войско Золотого Берега разбило в Тоголанде германский отряд и захватило столько пленных, что для перевозки их пришлось употребить два поезда. Немецкое агентство Вольфа уже 3 августа извещало, что Того стало «добычей англичан». 13 августа пришло известие, что немцы уничтожили телеграф в Коринне и послали к английскому отряду парламентера с выражением согласия капитулировать на почетных условиях. Британцы потребовали безусловной сдачи, и в тот же день немцы капитулировали без всяких условий. 14 августа союзные англо-французские войска вступили в Коринну, и Того перестало быть немецкой колонией.
Сходная судьба постигла колонию Камерун, лежащую дальше к востоку, в самой глубине Гвинейского залива. С суши она защищена природой, так как с запада, где она граничит с английской колонией Нигерией, тянутся горные кряжи, а с востока, в том месте, где она соприкасается с французским Конго, лежит пустыня. (По морскому берегу с юга, где Камерун более доступен, он граничит с небольшой испанской колонией, носящей название испанского Конго.) Но 22 августа английский флот захватил у берегов Камеруна два германских крейсера – «Зеадлер» и «Гейер». Крейсера, не приняв боя, сдались, причем в плен попали 61 офицер и около 2 000 солдат. Затем англичане высадили десант, которому также не решился оказать сопротивление местный гарнизон, состоящий из 205 немцев и 1 650 туземцев... Англичане заняли на берегу дом генерал-губернатора, военное управление, все общественные здания и подняли английские и французские флаги. Камерун был объявлен оккупированным.
К менее решительным результатам пришли пока союзники в германской Юго-Западной Африке. Эта обширная область представляет собой еще почти пустынную страну, требующую значительных расходов от метрополии. Предполагают, что край богат минералами (золото и медь), но они не разрабатываются; земледелие требует в нем искусственного орошения; сколько-нибудь успешно ведется лишь первобытное скотоводство. С юга эта область граничит с английским Капландом, и кроме того в руках англичан остается клочок берега в самой Юго-Западной Африке (Китовый залив), несколько гаваней и побережные острова. Оборонять эту свою колонию Германия не имеет никакой возможности. Уже 29 июля было получено известие, что немцы очистили порт Свакопмунд (лежащий близ северной границы Китовой бухты), – пункт, связанный кабелем с рядом других городов побережья и далее с Европой. Затем немцы взорвали набережную и затопили буксиры в Людериц-бухте, самом значительном поселении в южной части колонии. «Лавки и товарные склады, – говорится в телеграмме агентства Рейтера, – закрыты, и жизненные припасы перевезены в Виндхек». Последнее означает, что немцы бежали внутрь страны. Большой Виндхек, главный город Юго-Западной Африки, – конечный пункт железной дороги, идущей от Свакопмунда, и лежит от морского берега по прямой линии в 350 километрах, а по линии железной дороги – в 500 километрах.
Для Англии наибольший интерес представляет занятие германской Юго-Восточной Африки. Эта колония отделяет владения англичан на севере материка (Египет, Судан, Уганда, Британская Восточная Африка) от их владений на юге (Капланд, Трансвааль, Бечуанланд, Родезия). Занятие германской Юго-Восточной Африки позволило бы Англии осуществить мечту Сесиля Родса и «провести рельсовый путь от Александрии до Капштадта по английской земле». Операции против Восточной Африки облегчаются для англичан тем, что у центра ее побережья лежат острова Занзибар и Пембо, принадлежащие Англии. Кроме того, на севере германская Восточная Африка граничит с английскими владениями на всем пространстве от морского берега до страны великих озер. Наконец, неподалеку лежит и французский Мадагаскар. В начале войны инициатива военных действий принадлежала и здесь англичанам. Еще в конце июля английский крейсер разрушил станцию беспроволочного телеграфа в Дарессалеме, главном городе страны (свыше 20 тыс. жителей), лежащем прямо против Занзибара. При этом все портовые суда были захвачены и плавучий док был затоплен в самой гавани. 2 августа пришло известие, что английским военным пароходом «Гвендолен» захвачен немецкий военный пароход на озере Виктория-Нянца, поделенном пополам между английскими и германскими владениями.
Зато позднее, 4 августа, германский отряд занял городок Табету, лежащий в пределах британской Восточной Африки, на самой границе, у подножья горы Килиманджаро (в 150 кил. от морского берега). Позднейшее известие шло из Найроби, другого города, лежащаго в глубине британской Восточной Африки и соединенного телеграфом и железной дорогой с портом Момбаса. 15 августа из Либервиля пришло известие, что немцы напали на восточную часть бельгийского Конго, которое граничит с германской Юго-Восточной Африкой по озеру Танганайка. Бельгия, как гласила телеграмма, «по соглашению с Англией, приняла меры к защите своей колонии, о чем довела до сведения французского правительства». 28 августа в области озера Ньясса (Ньяссаленд), т. е. в английской Родезии, немецкий отряд, численностью до 400 человек, напал на городок Каромгу, но был отбит после серьезного боя и отступил в направлении к Сонгме, оставив 7 офицеров убитыми, 2 ранеными, много убитых и раненых солдат, два полевых орудия и два пулемета. Последнее обстоятельство показывает, что наступление велось с серьезными силами. Таким образом, в Юго-Восточной Африке немцы, хотя и с переменным счастьем, пытались перейти в наступлеше. Это объясняется, однако, тем, что Англии требовалось время для мобилизации своих вооруженных сил в Южной Африке. Только 29 августа Министерство иностранных дел в Лондоне заявило, что эта мобилизация закончена и что южноафриканские войска приведены «в боевую готовность». Между прочим, в них записалось много буров, недавних упорных врагов Великобритании.
* * *
На Тихом океане Германия также начинает терять свои колонии. Ей принадлежит там целый ряд весьма ценных владений: под ее протекторатом находится северо-восточная часть Новой Гвинеи (земля имп. Вильгельма) с архипелагом Бисмарка (240 тыс. кв. кил., с 1886 года), а в непосредственном владении острова Маршальские (400 кв. кил., с 1886 г.), острова Марианские, Каролинские и Палау (всего до 2,5 тыс. кв. кил., купленные у Испании после ее неудачной войны в 1899 г.) и два острова архипелага Самоа (Савойи и Уполу, занятые в 1899 г., благодаря затруднениям Англии в период войны с бурами). Оккупацию этих колоний Англия поручила Австралии и Новой Зеландии, которые за последние годы обзавелись собственными военными флотами (хотя и небольшими).
16 августа, как сообщают из Веллингтона, на Новой Зеландии, десантный отряд, посланный из этой колонии, высадился в Апии, немецком городке на Савойи, в Самоа. Германский губернатор сдался без сопротивления и был отправлен вместе со своим незначительным гарнизоном на острова Фиджи. Несмотря на скромные размеры колонии, утрата самоанских островов очень чувствительна для Германии. Последние годы она тратила много сил и средств на разведение на Самоа различных плантаций – кокосов, бананов, какао, кофе, каучука. Стоимость продуктов, которые Германия получала ежегодно с Самоа, исчисляется миллионами марок .
Несколько позже, 29 августа, был занят теми же новозеландскими войсками город Гербергеэ на острове Новая Померания, самом большом из островов архипелага Бисмарка. Высадка на берег десанта произошла беспрепятственно, но на пути к станции телеграфа немцы пытались оказать сопротивление. Дорога, шедшая на протяжении 3 миль через густой девственный лес, была минирована, и в лесу засели в засадах немецкие стрелки. Однако новозеландцы с оружием в руках пробили себе путь. Офицер, командовавший немецким отрядом, сдался без всяких условий. На Новой Померании также поднят английский флаг.
Наряду с этими совершающимися и возможными территориальными захватами идет преследование германских судов англичанами по всем океанам. Насчитывают, что англичанами уже захвачено в разных частях света свыше 200 германских судов, стоимостью в «миллиард франков» (последняя цифра явно преувеличена), французами – свыше 50, русскими и японцами – свыше 30. Лучшими трофеями оказались захваченные англичанами в Атлантическом океане великаны Северо-Немецкого Ллойда «Кронпринцесса Цецилия» (на котором взято будто бы 40 миллионов марок золотом ) и «Кронпринц Вильгельм». Два других великана той же фирмы «Император» и «Фатерландт» были спешно проданы одной нью-йоркской фирме, а «Вифания», долго ускользавшая от английских крейсеров, захвачена, 29 августа, у берегов Ямайки. Германский пароход «Император Вильгельм Великий» (14 000 тонн), превращенный в крейсер, захватил было у берегов Африки несколько английских судов (в том числе пароходы «Арланда», «Гелициан» и др.), но затем у Золотого Берега был застигнут английским крейсером «Гайфлейер» и потоплен. В Тихом океане немцы захватили близ Цусимы небольшой русский пароход Добровольного флота «Рязань», но англичанами взяты зато германские океанские пароходы «Принц Вольдемар» и «Георг», шедшие из Самоа. Германский крейсер «Карлсруэ» был застигнут в Атлантическом океане английским крейсером «Бристоль» и едва успел спастись, воспользовавшись наступавшей темнотой. Германский крейсер «Блюхер» принужден был укрыться в Пернамбуко (Бразилия) и там разоружиться. В Гонконге, как говорят, видели два германских крейсера, сильно поврежденные в бою, которые вынуждены были снять весь экипаж на берег. И т. д.
Сводя все эти известия к одному, приходится признать, что морское и колониальное могущество Германии уже теперь, в начале войны, потрясено до основания, если не сломлено совсем. Почти треть ее торгового флота находится в руках неприятеля; остальные суда в лучшем случае обречены на бездействие, а иные из них приходится спешно продавать нейтральным государствам. Военный флот доказал свою неспособность померяться силами с английским флотом и защитить колонии. Император Вильгельм говорил когда-то немцам: «Ваше будущее – на воде», имея в виду деятельность флота и развитие колоний. На создание германского флота истрачены были миллиарды марок как из общеимперских сумм, так и собранных по всенародной подписке. Крушение этих заветных надежд – первый решительный и очень чувствительный удар, постигший Германию. Как бы ни развивались события далее, от этого удара Германии не скоро оправиться.
1 сентября 1914 г. Варшава
© Журнал "Россия в глобальной политике", № 4 июль-август 2004
Германия. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 6 сентября 2004 > № 2911744
Валерий Брюсов
Цены на бензин в Испании достигли своего рекордно высокого уровня. Так, по данным министерства экономики, средняя стоимость по стране 1 литра 95 бензина поднялась до 0,91 евро, 98 – до 1 евро, а дизельного топлива – до 0,78 евро. 15-процентный скачок цен на горючее существенно подхлестывает инфляцию. Люди, приобретающие автомобили, переориентировались на более дешевый и экономичный вид топлива – дизель. 65% всех машин, купленных в июле, были оснащены дизельными двигателями. Больше всех ростом цен на горючее озабочены работники транспорта. Их профсоюз заявил, что если правительство не сдержит этот рост, они вынуждены будут пересмотреть долгосрочные договоры на транспортные услуги, что неизбежно повлечет резкий скачок цен на все товары в стране. Тревогу транспортников разделяют объединения аграриев, призвавшие правительство страны принять экстренные меры, компенсирующие растущую стоимость горючего.Правительство, пытаясь успокоить транспортников и аграриев, выступило с официальным заявлением о том, что имеющихся в стране запасов горючего хватит на ближайшее время для поддержания предложения на прежнем уровне. Причинами резкого роста стоимости нефтепродуктов местные средства массовой информации называют скачок мировых цен на нефть, вызванный обострением ситуации на Ближнем Востоке и проблемами у российской нефтяной компании «Юкос». Испания производит лишь 1% потребляемой ею нефти, импортируя остальное из России, Мексики, Саудовской Аравии, Ливии и Нигерии.
Объем теневой экономики в Азербайджане составляет 60% от всей официальной экономики‚ считают западные эксперты. Подобный показатель характерен для таких африканских государств‚ как Нигерия и Зимбабве, сообщaет ИА «Шарг». В др. постсоветских странах‚ к примеру‚ в Украине он составляет 50%‚ в Беларуси – 48%‚ в России‚ Молдове и Казахстане – 45%. В развитых западных государствах теневая экономика составляет 16% от их ВВП.По мнению австрийского экономиста Фриедрича Шнейдера‚ причинами столь высоких показателей теневой экономики в пост советских странах являются высокое налоговое бремя‚ жесткие меры контроля‚ применяемые правительством по отношению к предпринимателям и недоверие представителей частного сектора к государству. Независимые эксперты оценили ежегодный объем теневого бизнеса в Азербайджане в 1 млрд.долл.‚ т.е. немногим меньше доходной части госбюджета страны. При этом размеры утечки капитала за рубеж даже превышали 1,5 млрд.долл. в год.
«Газпром», потерпевший неудачу с покупкой немецкой газораспределительной компании Verbundnetz Gas, намерен взять реванш в Турции. Как пишет газета «Ведомости», «дочка» монополии ZMB ведет переговоры о покупке 40% акций турецкого дистрибьютора газа Bosphorus Gaz Corporation. А представители последней утверждают, что сделка уже состоялась.В 2003г. Турция потребила 19 млрд. куб.м. газа, из них 12,8 млрд. куб.м. – российский газ (11,8 млрд. куб.м. поступило по Трансбалканскому газопроводу, а 1 млрд. куб.м. – по «Голубому потоку»).
Bosphorus Gaz – небольшая газораспределительная компания, владеющая и управляющая пакетами акций в сбытовых сетях, доставляющих газ до турецких потребителей. Подобных дистрибьюторов в Турции насчитывается несколько десятков. Как заявил «Ведомостям» представитель Bosphorus Gaz, на прошлой неделе 40% ее акций были проданы компании ZMB – немецкой «дочке» «Газпрома». Сумму сделки он не назвал. По его словам, остальные 60% акций Bosphorus Gaz принадлежат турецкой энергетической компании Turenergy. Представитель ZMB сказал «Ведомостям», что о совершившейся сделке ему ничего не известно. Однако он добавил, что его компания действительно ведет переговоры о покупке 40% акций Bosphorus Gaz. «Сбытовой газовый рынок Турции нам очень интересен, и мы считаем его перспективным», – пояснил он. По его словам, ZMB намерена приобретать энергетические активы, которые в ближайшее время планирует продать правительство Турции. А для этого необходима доля на розничном рынке газа в этой стране.
В «Газпроме» «Ведомостям» также не подтвердили, что сделка уже завершена, хотя факт переговоров о покупке турецкого дистрибьютора опровергать не стали. «На эту сделку как минимум необходимо решение правления и совета директоров», – объясняет сотрудник монополии. А они этот вопрос не обсуждали. По его словам, структурам «Газпрома» важно именно сейчас закрепиться на рынке сбыта газа в Турции. И дело не только в получении более высокой прибыли от продажи газа конкретному конечному потребителю. «В перспективе мы сможем столкнуться с избытком предложения газа на турецком рынке, – объясняет он. – Сейчас активно продвигаются проекты строительства газопроводов в Турцию из Средней Азии: транскаспийский и иранский. Причем предполагаемая мощность каждого из этих газопроводов превосходит наш «Голубой поток». В такой ситуации мы будем чувствовать себя увереннее, если получим долю газораспределительного рынка в Турции».
Источник, близкий к «Газпрому», сказал «Ведомостям», что сделка уже закрыта. Он считает, что продажу 40% акций Bosphorus Gaz структуре «Газпрома» можно рассматривать как компенсацию со стороны турецких властей за согласие монополии снизить цены на российский газ для Турции. Источник напоминает, что в середине 90гг. власти Турции прогнозировали, что уже к 2005г. их страна будет потреблять до 43 млрд. куб.м. газа, а к 2020г. потребление вырастет до 82 млрд. куб.м. газа в год. На основании этих расчетов Турция заключила долгосрочные экспортные контракты не только с Россией, но также с Ираном, Алжиром, Нигерией, Туркменистаном и Азербайджаном. Но вскоре выяснилось, что Турция сильно переоценила свои потребности в газе, и уже в 2002г. в стране сложился его избыток – 1 млрд. куб.м. «Газпрому» пришлось пойти на уступки и снизить цену на газ по своим долгосрочным контрактам на 7%. Взамен турецкие власти пообещали российской монополии долю в сбытовом рынке газа страны.
Чили обвиняет Аргентину в срыве выполнения договоров по поставкам газа, заявил министр внутренних дел Чили Хосе Мигель Инсульса. «Международные соглашения всегда подписываются на основе доброй воле. Каждая из сторон должна прилагать максимум усилий для их выполнения в полном объеме, – указал министр. – К сожалению, мы это не можем сказать в отношении нашего аргентинского партнера». Президент Чили Рикардо Лагос заявил, что «складывающаяся ситуация внесла трещины в наши отношения с Аргентиной».На прошлой неделе, в связи с разразившимся энергетическим кризисом, аргентинское правительство ввело ограничения на поставки газа в соседние страны. Из 52 млн.куб.м. газа, который идет на экспорт, 80% приходится на эту страну. Поставки газа из Аргентины в Чили сокращены на 3,3 млн.куб.м. В Чили 35% электроэнергии вырабатывается на электростанциях, работающих на природном газе.
Следующая цель – мировой рынок газа
Дэниел Ергин, Майкл Стоппард
© "Россия в глобальной политике". № 4, Октябрь - Декабрь 2003
Даниэл Ергин – председатель Кембриджской ассоциации энергетических исследований (CERA) и автор книги The Prize: The Epic Quest for Oil, Money, and Power («Добыча. Всемирная история борьбы за нефть, деньги и власть».)
Майкл Стоппард – директор департамента СПГ в CERA и соавтор книги «Новая волна: глобальный СПГ-бизнес в XXI веке». Данная статья была опубликована в журнале Foreign Affairsв № 6 (ноябрь/декабрь) за 2003 год. © 2003 Council on Foreign Relations, Inc.
Резюме Зарождающийся глобальный рынок природного газа способен удовлетворить растущий спрос на электрическую энергию во всем мире. Собственные американские запасы газа истощаются, но огромные неразрабатываемые источники этого сырья в других местах планеты становятся доступными как никогда. Сегодня газ может подвергаться сжижению, перевозке и быть эффективно использован. Новая энергетическая взаимозависимость создаст новые риски – но каждый из них можно регулировать посредством надлежащей диверсификации.
Сегодня зарождается новый глобальный энергетический бизнес, и связан он с природным газом. Этот бизнес несет новые возможности и риски, создает новые взаимозависимости и геополитические группировки и окажет далеко идущее воздействие на мировую экономику. По мере того как природный газ будет становиться предметом мировой торговли, он превратится в решающий фактор удовлетворения множества насущных потребностей. Соединенным Штатам природный газ нужен, чтобы обеспечить развитие и предупредить ожидаемую нехватку энергии. Европе – чтобы оживить свою экономику. Развивающимся странам – чтобы повысить темпы роста. И всем странам без исключения природный газ необходим, если они хотят жить в более чистой окружающей среде.
Возникновение мирового рынка становится возможным как за счет строительства магистральных трубопроводов, так и благодаря изменениям, происходящим с самим природным газом. По иронии судьбы он больше не является газообразным, а сжижается посредством охлаждения. Танкеры, которыми будут перевозить сжиженный природный газ (СПГ), смогут менять свой курс в открытом море, реагируя на внезапные изменения спроса или цен. Что означает появление этого нового мирового товарного рынка? Возможность того, что электричество, на котором в США работают осветительные приборы, системы кондиционирования воздуха и промышленные предприятия, будет генерироваться из природного газа, добываемого в Индонезии или в алжирской пустыне, в акватории Тринидада и Тобаго или в Нигерии, на острове Сахалин – самой восточной части России, в холодных северных водах Норвегии или у подножия Анд.
Один из наиболее тревожащих аспектов, связанных с появлением нового глобального бизнеса, состоит в том, что этот процесс напоминает изменения конца 1960-х – начала 1970-х годов, когда США интегрировались в мировой нефтяной рынок. Всего за несколько лет Соединенные Штаты превратились из второстепенного в одного из самых крупных импортеров нефти. Всплеск спроса на нефть на мировых рынках, подстегнутый американской экономикой, способствовал возникновению условий для нефтяного кризиса 1970-х и создал взаимозависимости между странами, которые мир до сих пор не может преодолеть.
Если не считать импорта из Канады, то на протяжении более чем полувека Америка в значительной степени обеспечивалась собственным природным газом. По всей вероятности, в ближайшие пять лет США станут крупным импортером газа, а в течение десятилетия они обгонят Японию – нынешнего лидера среди импортеров. По мере того, как Америка неизбежно становится частью этого нового мирового рынка газа, не приведет ли это к новым проблемам в сфере безопасности? Или, напротив, новые взаимозависимости позволят уменьшить будущие риски?
За последнее десятилетие предметом действительно глобального бизнеса – как по характеру операций, так и по своим перспективам – стали многие товары. Природный газ до сих пор являлся исключением. Хотя торговля газом – это гигантский бизнес (его стоимость составляет более чем 500 млрд долларов в год), в силу ограниченной протяженности трубопроводов и отсутствия мирового рынка газа он развивался лишь на местном, государственном и региональном уровнях. Однако эта картина меняется, поскольку благодаря СПГ потребители смогут получать газ из богатых, но в течение долгого времени не разрабатываемых и простаивающих месторождений во всем мире.
Потребность в глобальном рынке СПГ становится насущной. Со второй половины 1990-х годов цены на газ в США удвоились, это ложится дополнительным бременем на экономику и предвещает дефицит газа. Глава Федеральной резервной системы США Алан Гринспен предостерег недавно: сокращение внутренних запасов газа является «очень серьезной проблемой» и одной из главных угроз национальной экономике; он решительно заявил о необходимости наращивать поставки СПГ.
На СПГ возлагаются сейчас большие надежды. Однако, чтобы полностью развить его потенциал, в общей сложности может потребоваться 200 млрд долларов, и энергетическим компаниям придется выбирать между инвестициями в СПГ и иными инвестициями. Учитывая неопределенность на мировых рынках, в сфере регулирования и государственной политики, удастся ли своевременно создать сложную систему технологий и инвестиций? Не будут ли геополитические риски сдерживать или подрывать это развитие? Способен ли природный газ удовлетворить наши потребности и оправдать наши ожидания?
РАСШИРЯЮЩИЕСЯ РЫНКИ
Природный газ, как и нефть, является углеводородом и в природе встречается либо вместе с нефтью, либо в отдельных месторождениях. Есть старый анекдот времен зарождения нефтяного бизнеса: пробурив разведочную скважину, геолог докладывает: «Плохая новость – мы не обнаружили нефти. Хорошая новость? Газа мы тоже не обнаружили». Шутка отражает тот факт, что природный газ традиционно имеет более ограниченный рынок и меньшую ценность по сравнению с нефтью. Да и к тому, что нельзя закачать в бензобак, принято было относиться пренебрежительно. В последние десятилетия, однако, преимущества газа становятся все более очевидными.
Из всех видов природного топлива газ имеет самую высокую степень сгорания. При сжигании он лишь незначительно загрязняет окружающую среду и выделяет меньше двуокиси углерода – основного парникового газа, чем нефть или уголь. Кроме того, газа на земле много. Объем всех доказанных запасов составляет более триллиона баррелей в нефтяном эквиваленте. Россия, на которую приходится 30 % известных запасов, является «газовой Саудовской Аравией». Еще 25 % выпадает на долю Ирана и Катара: газ находится в сообщающихся месторождениях «Южный Парс» и «Северное», залегающих под акваторией между обеими странами. Далее по запасам газа следуют Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты. США, на долю которых приходится лишь 3,3 % мировых запасов, занимают шестую позицию. Государства с еще меньшими запасами (например, Индонезия и Малайзия), все же входят в число крупнейших экспортеров СПГ. Во многих других странах также имеются большие запасы газа, способные стать основой для производства СПГ. Естественно ожидать, что вследствие роста интереса к природному газу будут открыты еще более крупные месторождения. Нигерию, например, обычно считают крупной нефтяной страной. Однако для тех, кто знает о результатах геологических изысканий на ее территории, она представляется потенциально огромной газовой провинцией, в которой заодно встречается и нефть.
Современная газовая промышленность США зародилась в один из самых мрачных периодов Второй мировой войны, когда дефицит энергии угрожал успеху союзников. «Я хочу, чтобы по Вашему указанию кто-то из Ваших людей рассмотрел возможность использования природного газа, – писал президент США Франклин Рузвельт министру внутренних дел Гарольду Икесу в 1942 году. – Мне известно, что на западе и юго-западе США есть ряд месторождений, где практически не найдено нефти, но в огромных количествах находится природный газ. Этот газ так и оставлен в земле, поскольку месторождения расположены слишком далеко от крупных населенных пунктов, чтобы к ним можно было бы проложить трубопровод».
После Второй мировой войны только что созданные газовые компании наконец подвели трубопроводы к этому газу и стали перегонять его с юго-запада на северо-восток страны. Сегодня природный газ обеспечивает выработку почти четверти всей электроэнергии для экономики США. Хотя европейский рынок газа по-настоящему «развернулся» только в 1959-м с открытием крупного месторождения в Нидерландах, в настоящее время газ используется для выработки более 20 % энергии региона, и эта доля продолжает расти.
Основным источником природного газа для Европы был Советский Союз, а теперь – Россия. В 1980-х годах предложения по расширению поставок советского газа в Европу стали причиной осложнения геополитической ситуации: между США и европейским странами разгорелся самый острый спор десятилетия. Сторонники строительства новых трубопроводов из СССР полагали, что транспортируемый газ уменьшит зависимость Европы от Организации стран – экспортеров нефти (ОПЕК) и укрепит ее экономику. Противники, в основном в США, утверждали, что таким образом усилится зависимость Европы от СССР, а у Кремля появятся как политические рычаги, так и дополнительная твердая валюта для содержания своего военно-промышленного комплекса. И хотя в середине 1980-х конфликт удалось отчасти уладить в результате активных дипломатических действий, окончательное урегулирование произошло лишь с распадом СССР. Однако развитие того, что ныне представляет собой сеть трубопроводов из Сибири до берегов Атлантики длиной около 10 тыс. километров, предвещало интернационализацию газового бизнеса. О том же говорило и появление СПГ.
ЖИДКАЯ ЭНЕРГИЯ
Эффективно транспортировать природный газ – в его газообразной форме – можно только по трубопроводам. Но когда на пути возникает океан, трубопроводы не помогут. К счастью, если природный газ охладить до температуры примерно минус 162 градуса по Цельсию, он превратится в жидкость, которую можно на специальных танкерах перевозить по морю на расстояния в тысячи километров.
Затем доставленный сжиженный газ возвращается в первоначальное состояние на терминалах по регазификации СПГ. Это традиционно очень дорогостоящий процесс. Однако он очень эффективен (газ метан, будучи сжиженным, уменьшается в объеме в 600 раз) и позволяет уместить огромное количество энергии в одной грузовой емкости: за одну перевозку доставляется количество, эквивалентное 5 % газа, потребляемого в США за одни сутки.
Торговля СПГ началась в середине 1960-х годов между Алжиром, с одной стороны, и Великобританией и Францией – с другой. Но вскоре на смену этому многообещающему бизнесу пришли более дешевые поставки по трубопроводам из Нидерландов и британской части Северного моря, а затем из России и Норвегии. И только в конце 1990-х в Европе появился СПГ из Нигерии, Тринидада и Табаго и позже – Катара, где были реализованы новые газовые проекты.
Прирост СПГ, однако, произошел благодаря азиатским странам. Япония стремилась уменьшить загрязнение воздуха за счет перехода от угля и нефти к природному газу для выработки электроэнергии, но транспортировка газа по трубопроводам исключалась. Таким образом, в 1969 году Япония стала импортировать СПГ из Аляски (что продолжает делать и до сих пор). После нефтяного кризиса-1973 правительство Японии сделало ставку на СПГ из соображений энергетической безопасности, чтобы снизить зависимость от ближневосточной нефти. С тех пор Япония диверсифицировала свои источники энергетического сырья путем импорта из различных стран, таких, как Объединенные Арабские Эмираты, Австралия, Бруней, Индонезия, Малайзия и Катар. Южная Корея стала вторым крупнейшим импортером СПГ в Азии в конце 1980-х годов, а Тайвань присоединился к азиатскому клубу импортеров СПГ в 1990-х. Постоянно растущий спрос на электричество в ближайшие несколько лет вынудит войти в ряды импортеров СПГ Китай и Индию – страны с гигантскими экономиками.
В 1970-х годах, когда США начали импорт газа из Алжира, казалось, что они примкнут к странам – покупателям СПГ. Но затем растущая доступность североамериканского газа пресекла легкий «газовый» бум и привела к образованию значительного избытка внутреннего предложения (это явление известно как «газовый пузырь»). По мере того как контракты, вокруг которых разгорался конфликт, приводили к бедственному финансовому положению и тяжбам, СПГ превратился из объекта морских перевозок в объект судебных разбирательств. Терминалы по регазификации были закрыты, и в течение нескольких лет США вообще не импортировали СПГ.
Реализация азиатских и европейских проектов, связанных с СПГ, проходила в соответствии с определенным набором неписаных правил, которые можно назвать «парадигмой СПГ». Эта парадигма направлена на обеспечение того, чтобы логистическое, финансовое и коммерческое звенья цепи связывали поставщиков и потребителей контрактами, оговаривающими каждый этап процесса – от добычи и сжижения газа до его погрузки, доставки и регазификации. Для конкретных предприятий по сжижению природного газа определены и разрабатываются определенные залежи, а готовая продукция доставляется специальными судами на конкретные рынки. Все элементы таких проектов, рассчитанных на 20 лет и более, продумываются и разрабатываются самым тщательным образом еще до каких-либо серьезных инвестиций. Цены на газ рассчитываются по формулам, связывающим цены на СПГ с ценами на нефть. Таким образом, цены остаются конкурентоспособными и не зависящими от последующих решений и покупателей, и продавцов.
Парадигма СПГ была разработана по двум причинам: огромные капитальные затраты на проекты, связанные с СПГ, и неизбежная взаимозависимость между покупателями газа и его продавцами. Попросту говоря, не имеет смысла разрабатывать запасы, если нет рынка, и наоборот. Согласно данной парадигме необходимо, чтобы спрос и предложение развивались в тандеме.
Стоимость «газовых» проектов – от трех до десяти миллиардов долларов за один проект – означает, что инвесторы хотят обеспечить будущие продажи и доходы, защищая себя от непредвиденных и непредсказуемых колебаний рынка.
Эта парадигма вступает в резкое противоречие с тем, как устроен американский газовый рынок после его дерегулирования в 1980-х. Для газового рынка США не характерны долгосрочные контракты: он функционирует на основе спотовых и фьючерсных сделок и краткосрочных контрактов. Несоответствие между парадигмой СПГ и организацией газового бизнеса в США заставило многих наблюдателей прийти к выводу о том, что вряд ли США когда-либо будут импортировать значительное количество СПГ. По крайней мере, такого мнения эксперты придерживались до самого последнего времени.
НАПРАВЛЯЮЩИЙ СВЕТ
Если и существует единственная причина превращения природного газа в товар мирового масштаба, то это рост спроса на электричество. Сегодня природный газ в качестве «предпочтительного топлива» для удовлетворения быстро растущих потребностей в электричестве выбирают как развитые, так и развивающиеся страны. В США спрос растет темпами, которые составляют две трети от темпов роста экономики в целом. В развивающихся странах спрос растет гораздо быстрее. В Китае ныне потребляется в три раза больше электричества, чем в 1990 году, и рост потребления равен рекордным 17 % в год.
Газовые турбины комбинированного цикла (ГТКЦ) – это предназначенная для выработки электроэнергии технологическая новинка, идея которой была заимствована у реактивного двигателя. Она обусловила главное преимущество газа перед его конкурентами: углем, нефтью, атомной и гидроэнергетикой. Станции, оснащенные ГТКЦ, требуют меньше затрат, быстрее строятся и более эффективны в потреблении энергии, чем существующие станции, работающие на угле. Экологические соображения также укрепили позиции газа в качестве нового «предпочтительного топлива». Из всех видов природного топлива природный газ больше всего подходит для «пост-Киотской» ситуации в мире: при производстве электричества из природного газа образуется лишь 40 % углекислого газа, выделяемого при выработке электроэнергии из угля. И поскольку эти, работающие на газе, электростанции меньше по размеру и гораздо чище, их можно размещать внутри или вблизи городов, что устраняет необходимость в строительстве магистральных линий электропередач.
Государственные лидеры во всем мире проводят дерегулирование энергетического бизнеса с целью перехода от «естественных монополий» к такому рынку, на котором присутствовали бы различные игроки, торгующие и конкурирующие друг с другом. Оказывается содействие новым независимым энергогенерирующим компаниям, выходящим на рынок. Работающие на газе турбины – небольшие по размеру, дешевые, быстрые и экологически чистые – хорошо приспособлены для эры дерегулирования рынков энергии.
Технологии также воздействовали на поставки газа на этот рынок. Раньше казалось, что не удастся сократить высокие затраты на терминалы и танкеры, но фактически они снизились. Недавние технические и проектные усовершенствования привели к снижению стоимости почти на 30 %. Снижение это продолжается и поныне.
Но для формирования мирового рынка недоставало одного компонента – Соединенных Штатов.
АМЕРИКАНСКИЙ ЛОКОМОТИВ
За последние два года США продемонстрировали, что являются одним из ключевых, а в действительности ведущим рынком СПГ с высоким потенциалом развития. Только на США приходится четверть всего природного газа, ежесуточно потребляемого в мире. По мере увеличения американского импорта из Канады на протяжении 1990-х самообеспеченность в национальном масштабе плавно переросла в самообеспеченность – и взаимозависимость – в масштабе всего континента. И в довершение всего теперь уже Мексика импортирует газ из США.
В США с большим энтузиазмом восприняли технологию производства энергии из природного газа. В целом использование газа в выработке электроэнергии выросло почти на 40 % по сравнению с 1990 годом – и ожидается еще более значительный рост. За последнее время построены или скоро вступят в строй новые электростанции общей мощностью свыше 200 тыс. мегаватт. Это огромная мощность, эквивалентная более чем четверти всех энергетических мощностей страны в 2000-м и превышающая мощность всей электроэнергетики Великобритании и Франции, вместе взятых. Значительно больше чем 90 % этой новой мощности будет производиться за счет природного газа.
Однако увеличивающийся спрос на газ столкнулся с проявляющейся сегодня нехваткой природного газа в США. Традиционные источники снабжения больше не способны удовлетворить растущее вследствие повышения спроса на электроэнергию потребление газа. Неутешительные результаты бума 2000–2001 годов, когда активно велись буровые работы, стали первым индикатором этого несоответствия. С 2001-го поставки снизились на четыре процента. В предстоящие годы будут пробурены новые скважины и осуществлены новые поставки. (Ввиду истощения действующих скважин через десять лет более половины собственного газа в США будет добываться из еще не пробуренных в настоящее время скважин.) В ближайшие несколько лет может произойти умеренный скачок поставок газа, что в совокупности с ослабленной экономикой и мягкой погодой способно на какое-то время создать иллюзию отсутствия дефицита. Реальность такова, отмечает Национальный нефтяной совет США в своем новом исследовании, что потенциал геологической базы США уже исчерпан. Нехватка поставок газа и, как следствие, скачок цен на выработку электроэнергии из природного газа стали одной из причин энергетического кризиса в Калифорнии в 2000–2001 годах.
Реагируя на несоответствие между предложением и спросом в США, внутренние цены на газ выросли в два раза, что негативно отразилось на экономике. Между тем сегодняшний разрыв весьма незначителен по сравнению с тем, что может произойти через несколько лет, когда начнется фактическое снижение добычи североамериканского газа. Рост цен ударит по домовладельцам и таким зависящим от газа отраслям, как производство удобрений и пластмасс, химическая промышленность. Компании, занятые в этих секторах, уже сокращают производство и закрывают предприятия. Но в полной мере эффект роста цен на газ еще не ощущается. Когда это произойдет, предприятия будут вытеснены за пределы страны, а рабочие места – сотни тысяч или даже миллионы – потеряны. Печальным образом этот крайне болезненный процесс одновременно приведет к снижению потребления в промышленном секторе экономики. Некоторые из этих явлений происходят уже сейчас.
Сбережение энергии будет играть важную роль в смягчении проблемы, связанной с дефицитом поставок газа, однако его возможности ограничены, особенно в свете постоянного роста спроса на электроэнергию (а значит, и на природный газ), опережающего рост эффективности ее использования. Открытие новых крупных месторождений и прорывы в технологии бурения могут увеличить внутренние поставки газа. В США достаточно крупных разведочных областей: восточная часть Мексиканского залива, Скалистые горы и шельфы восточного и западного побережий. Но в настоящее время их нельзя разрабатывать по экологическим соображениям, и любые попытки получить доступ к этим районам неизбежно приведут к политическому скандалу. Строительство нового газопровода с севера Аляски (не путать с Арктическим национальным заповедником дикой природы в Аляске, вокруг которого ведутся дискуссии) обеспечит новые значительные поставки газа, но на реализацию этого проекта уйдет десять лет или больше, и даже если он будет осуществлен, то нехватка покроется лишь частично.
Таким образом, СПГ необходим для возмещения большой части дефицита поставок. В 2002 году на СПГ приходился лишь один процент американских поставок природного газа. К 2020-му его доля может превысить 20 %. Но для реализации потенциала СПГ США необходимо достаточно быстро инвестировать в терминалы по регазификации СПГ. Эти терминалы являются воротами, соединяющими мировую газовую сеть с внутренними рынками США. Разногласия на экологической почве по вопросам лицензирования и выбора участка для строительства терминалов способны сорвать инвестирование, поэтому необходимо решать их разумно и четко применять существующие нормы. Выступая перед Конгрессом, Алан Гринспен сказал: «Мы не можем, с одной стороны, стимулировать использование в США природного газа, более предпочтительного с экологической точки зрения, пока, с другой стороны, не разрешим проблему импорта СПГ в большем объеме».
И рынок, кажется, реагирует на эти потребности: для реализации уже предложено более 30 проектов по регазификации СПГ. Одни регазификационные установки будут находиться на суше, другие же на плаву в море. А для удовлетворения потребностей тех штатов, которые больше всего нуждаются в таких терминалах, но имеют наиболее строгие экологические законы, установки по регазификации могут быть построены в соседних странах: в Мексике – для снабжения Калифорнии, на Багамах – чтобы обеспечить Флориду, а в Канаде – для удовлетворения нужд Новой Англии. Чтобы преодолеть газовый дефицит США, по меньшей мере треть из предложенных проектов необходимо реализовать в ближайшие десять лет. Каждому из проектов придется пройти через сложный лабиринт процедур получения разрешений и одобрений.
Еще более серьезный вопрос – будут ли разрабатываться месторождения газа и строиться заводы по его сжижению? Ведь именно они и обеспечат поставки на терминалы по регазификации. Многое еще предстоит сделать, чтобы мечта о поставках со всего мира, обеспечивающих Америку сжиженным природным газом, воплотилось в реальность из стали и железобетона. Единственное и самое большое препятствие на этом пути – исключительный масштаб необходимого финансирования: разработка запасов для обслуживания одного терминала в США стоит миллиарды долларов. Для компаний, которые обеспечивают финансирование, проекты, связанные с СПГ, представляются лишь одним из возможных направлений для инвестирования. Таким проектам мало быть просто привлекательными – они должны быть более привлекательны, чем другие проекты. Реалистичные и своевременные переговоры между компаниями и государствами являются одним из важнейших шагов для преодоления этих финансовых трудностей.
ВЗГЛЯД В БУДУЩЕЕ
Что может обратить вспять развитие СПГ-бизнеса? В случае высоких цен на нефть и газ перспективы нового рынка СПГ вот-вот будут давать основания для оптимизма. Однако производство не будет развиваться по прямой линии – придется преодолевать трудности и вносить исправления уже по ходу работы. Низкие цены на газ, даже если это только временное явление, способны насторожить инвесторов и замедлить рост. Для формирования мирового рынка требуется нечто большее, нежели рост спроса, многочисленные запасы и конкурентные цены. Частные компании должны предоставить необходимые финансовые и человеческие ресурсы. Государственные компании должны разрешить противоречия между коммерческой привлекательностью СПГ и другими, политическими и социальными, императивами. Банкам и прочим кредиторам необходима уверенность в финансовой состоятельности этих проектов. И все участники проектов должны быть способны выдержать взлеты и падения цен на товарных рынках.
Высокие цены на энергию могут также подорвать этот бизнес, возродив традиционный спор за раздел прибыли между правительствами и иностранными компаниями. Под воздействием спроса на рынке, финансовых трудностей или же националистических настроений правительства могут испытать соблазн пересмотреть существующие договоренности, чтобы добиться более высокой цены на свои ресурсы. В конечном счете крупные газовые проекты будут реализовываться только тогда, когда контракты станут заключаться на равных, справедливых и неизменных для всех сторон условиях. Вероятно, возникнут новые налоговые схемы, чтобы адекватно отразить уровень осознанного риска и ожидаемой доходности от инвестирования в развитие газового бизнеса, а также минимизировать разрыв между неустойчивым американским рынком газа и традиционно стабильной долгосрочной парадигмой СПГ.
Правительствам стран – потребителей газа также придется бороться с рядом искушений. В учебниках сказано: если дать рынку возможность работать, то рост цен на газ приведет к увеличению поставок, и тогда восстановится рыночный и ценовой баланс. В действительности, однако, высокие цены на газ могут также подтолкнуть правительства к принятию таких мер, которые хотя и будут политически популярными, но с экономической точки зрения окажутся контрпродуктивными. В США уже ходят разговоры об установлении контроля над ценами и ограничении потребления газа «актами о потреблении топлива». Серьезное рассмотрение этих мер увеличит риск и неопределенность новых проектов и таким образом приведет к отсрочке столь необходимых инвестиций. А уж применение подобного рода ограничений способно вообще остановить развитие.
Глобализация рынка газа поднимает также вопросы геополитического характера. Одни эксперты предсказывают, что новые интересы и взаимозависимости, появившиеся в результате торговли СПГ, упрочат отношения между странами-производителями и странами-потребителями. Другие опасаются, что это лишь создаст зависимость от импорта еще одного ключевого товара и в итоге приведет к уязвимости перед умышленными махинациями, политическими потрясениями и экономическими трудностями.
Это беспокойство нельзя сбрасывать со счётов. Мятеж исламских сепаратистов на острове Суматра в 2001 году привел к временной остановке предприятий, снабжающих Японию СПГ, хотя образовавшийся дефицит и был компенсирован за счет СПГ из других районов Индонезии. В прошлом году производство нефти было прервано в Венесуэле, где фактически разразилась гражданская война между президентом Уго Чавесом и его противниками, а также в Нигерии – в результате межэтнической напряженности и региональных конфликтов. Оба случая имели серьезные последствия для мирового нефтяного рынка. Можно легко представить себе сценарии, при которых большие объемы экспорта СПГ будут каким-либо образом заблокированы, пусть даже на короткое время. Самая правильная реакция на обеспокоенность по поводу безопасности поставок СПГ – это развивать мировой СПГ-бизнес и обеспечивать поступление больших объемов СПГ из многих стран. Гарантией того, что не возникнет излишняя зависимость от ограниченного числа поставщиков, является поддержка проектов, связанных с СПГ, во многих странах.
Что можно сказать насчет ОГЕК, то есть «газовой» версии ОПЕК? Могут ли несколько стран стать доминирующими на рынке поставок СПГ и перенять конфронтационный курс, которому следовала ОПЕК в 1970-х? Какого-либо рода объединение стран – экспортеров СПГ вполне вероятно. Многие из этих стран являются также экспортерами нефти, и не исключено, что они не удержатся от желания уподобить финансовые условия продажи газа условиям продажи нефти. Но все же эти страны будут ограничены в своих стремлениях. Во-первых, по всей вероятности, их окажется чересчур много и они будут слишком разными, чтобы сформировать единый блок. Видение мира Австралией, Йеменом и Анголой не совпадет. Более того, страны – экспортеры СПГ будут конкурировать не только между собой, но и с местным производством в странах-потребителях, и с поставками газа по трубопроводам, что также ослабит их давление. Наконец, самим странам-экспортерам необходимы также хорошие отношения с потребителями, дабы защитить свою долю рынка и продвигать дополнительные инвестиции. Следовательно, они, по всей видимости, станут с осторожностью подходить к таким действиям, которые способны прервать поток необходимых доходов, поступающих в их казну.
Эти геополитические вопросы должны служить напоминанием того, что торговля газом будет иметь и политические последствия, хотя и не обязательно в форме конфронтации. Газ – не просто еще один товар. В силу своего международного характера торговля газом является также хорошей возможностью для разных стран установить длительные отношения друг с другом, как это произошло в Азии и Европе в последние тридцать лет. Испытывающая недостаток в электроэнергии, Япония давно осознала необходимость укрепления политических связей с государствами, поставляющими ей газ. Так, инвестиции в размере 10 млрд долларов в связанный с СПГ проект «Сахалин», предусматривающий поставки российского газа в Японию, являются единственным примером столь крупного капиталовложения в Россию со стороны иностранного частного сектора. Это – грандиозное предприятие, которое существенно зависит от решимости правительств всех участвующих в проекте стран поддерживать частные инвестиции.
Газовый бизнес ожидают радикальные перемены. Он начинает приобретать глобальный масштаб и действовать по более гибкой рыночной модели. Газ действительно может стать топливом, способным обеспечить развитие во всем мире. Но чтобы эти преобразования в самом деле стали реальностью, Америке необходимо освоить рынок СПГ. К тому же присутствие США на рынке СПГ требуется для удовлетворения потребностей их собственной энергетики и экономики. Компании, разрабатывающие свою стратегию, и правительства, формирующие свою политику, должны идти одним курсом, добиваясь перемен в сфере газового бизнеса. Усиление взаимозависимости приведет к множеству рисков, но в условиях растущего многоотраслевого глобального рынка их можно нейтрализовать. И кроме того, они кажутся незначительными на фоне гораздо более серьезного риска – ведь не исключено, что США и Европа столкнутся с постоянным дефицитом природного газа. Инвестиции в СПГ крайне необходимы в ближайшее время, чтобы позже, в течение этого десятилетия, избежать более серьезных осложнений на газовых рынках и в экономике.
Россия. США. Весь мир > Нефть, газ, уголь > globalaffairs.ru, 28 ноября 2003 > № 2906320
Дэниел Ергин, Майкл Стоппард
Разговор о будущем
© "Россия в глобальной политике". № 2, Апрель - Июнь 2003
Материал подготовлен Л.М. Григорьевым и А.В. Чаплыгиной по итогам закрытой дискуссии, организованной журналом «Россия в глобальной политике». В ней принимали участие ведущие отечественные специалисты в энергетической области.
Резюме К началу XXI века Россия и Европа экономически больше привязаны друг к другу, чем когда-либо в истории. Энергетический экспорт впервые приобрел для континента столь серьезную роль, и в перспективе она будет возрастать. Россия при этом не меньше зависит от своего главного клиента, чем ЕС – от своего основного поставщика.
Рубеж тысячелетий ознаменовался ростом политических рисков в мировом энергоснабжении. Связаны они и с последствиями событий 11 сентября 2001 года, и с иракской кампанией. Эти факторы, наряду со структурными сдвигами в энергопотреблении (особенно от угля к газу), интеграционными процессами в Европе и на постсоветском пространстве, обусловили повышение интереса к России как крупнейшему в мире экспортеру углеводородов. Основные мировые потребители энергоресурсов (Европейский союз, США, Япония, Китай) потенциально могут даже оказаться конкурентами за право обеспечить будущие поставки газа и нефти из России, а также участвовать в развитии экспортной инфраструктуры страны.
Первым углубленный энергодиалог с Москвой начал Евросоюз. Диалог стартовал на фоне замедления экономического роста в развитых странах и обострения конкуренции на мировых рынках. Россия же после десятилетия упадка обрела к осени 2000-го политическую стабильность и продемонстрировала высокие темпы роста. Признание России страной с рыночной экономикой, хотя и затянувшееся до осени 2002 года, стало частью возврата нашей страны в мировое сообщество на новой пореформенной основе.
Конъюнктура на энергетическом рынке складывается в результате взаимодействия различных, часто противоречащих друг другу интересов стран, энергокомпаний и производителей энергоемкой продукции. Сложность ситуации требует от российских политиков поиска сбалансированного и ответственного решения в пользу долгосрочных национальных интересов. При этом в отношениях с ЕС Москва лишена возможности маневрировать между позициями различных стран: единственным партнером по переговорам выступает Еврокомиссия (исполнительный орган ЕС) выражающая консолидированную волю 15, а в скором будущем и 30 государств. Сама эта позиция – результат сложного согласования интересов правительств (бюджеты), различных директоратов Еврокомиссии (по энергетике и по конкуренции), потребителей, крупных компаний по торговле энергоносителями; и наконец, собственных производителей. Иллюзий быть не должно: партнер станет проявлять максимальное упорство и неуступчивость, отстаивая интересы европейцев в понимании Еврокомиссии. Вести успешный диалог с единой Европой Россия сможет только в том случае, если внутри страны, где тоже есть различные интересы (бюджет, экспортеры энергоносителей, экспортеры энергонасыщенных товаров, экономика в целом как область реинвестирования экспортных доходов), будет достигнут устойчивый консенсус относительно существа национальных интересов в области энергетики.
Европа и Россия – взаимозависимость
Диалог России и ЕС по энергетическим проблемам начался на саммите в Париже в октябре 2000-го, хотя сама идея интеграции нашей страны в европейское экономическое и социальное пространство была включена в Общую стратегию ЕС в отношении России от 4 июня 1999 года. Эти шаги последовали за Соглашением о партнерстве и сотрудничестве, которое вступило в силу в декабре 1997-го, однако не принесло значительных результатов. В мае 2001 и мае 2002 годов вице-премьером правительства России Виктором Христенко и главой генерального директората Еврокомиссии по энергетике и транспорту Франсуа Ламуре были подготовлены два «Обобщающих доклада». Основными целями ЕС в энергодиалоге являются устойчивость энергоснабжения в условиях жестких требований к экологии и повышение конкурентоспособности европейской промышленности.
В ближайшие годы в непосредственной близости от России образуется единый рынок, потенциально включающий в себя 30 стран. (Здесь и далее данные приведены в расчете на 30 стран будущего ЕС: нынешние 15 членов, 12 кандидатов от Центральной и Восточной Европы, Прибалтики и Средиземноморья, а также Турция, Норвегия, Швейцария, поскольку наша политика должна строиться с перспективой на поколения.) Этот массив с 450 миллионами жителей (около 8 % от мирового населения в 2001-м) и 22-процентной долей в мировом ВВП (по паритетам покупательной способности в 2001-м) ввозит преобладающую часть российского энергетического экспорта. Сложилась ситуация, когда столь важные поставки энергии идут из европейской страны, но не регулируются по европейским правилам. И если, например, нефть и газ из Африки, c Ближнего Востока Евросоюз может воспринимать как импорт из отдаленных источников, то близость России позволяет ЕС взглянуть на проблему под углом потенциальной интеграции.
В последние 12 лет реинтеграция России в глобальную экономику при распаде «социалистического лагеря» сопровождалась шоковой ликвидацией значительной части рынков для нашей обрабатывающей промышленности. На мировых рынках машиностроения страна сохранила конкурентные позиции лишь в сфере вооружений и в некоторых отдельных нишах.
Преодоление переходного кризиса, финансирование развития и достижение положительного торгового баланса обеспечиваются сегодня в России за счет небольшого набора энергоемких и энергетических товаров. Интеграция в Европейское экономическое пространство (ЕЭП) через энергетику важна для России как способ ускорения развития, модернизации и – в конечном итоге – относительного сокращения роли энергетического экспорта в национальной экономике.
В 1990-е годы сформировалась устойчивая модель торговых отношений России с Европой. В экспорте доминируют две группы товаров: энергоносители (преимущественно нефть и газ), а также такие энергоемкие товары, как металлы и химическая продукция.
Российский импорт из Европы включает товары потребления, машиностроительную продукцию, а также такую массовую и дорогостоящую услугу, как туризм. Миграция рабочей силы из России в Европу не столь существенна. Движение капиталов характеризуется вывозом его из России в различных формах и ввозом в форме кредитов и облигационных займов (частично собственно российских средств).
К началу XXI века Россия и Европа оказались более привязаны друг к другу экономически, чем когда-либо в истории. Энергетический экспорт впервые приобрел столь серьезную роль в экономике континента, и в перспективе она будет, скорее всего, возрастать. Одновременно ввиду чрезвычайно высокой доли энергоносителей в экспорте (65 %) возникает новый вид зависимости нашей страны. Посол ЕС в Москве Ричард Райт в целом прав, когда подчеркивает, что у России нет иного выбора, кроме постепенного сближения ее нормативной базы с ЕС. В то же время сближение с Европой не снимает вопроса о приспособлении российского бизнеса к реалиям рынков в Азии и других регионах мира, где роль экспорта продукции обрабатывающей промышленности России заметно выше, чем в Европе.
С российской стороны движение в сторону европейского законодательства во многом объективно задано как собственно рыночными реформами, так и ожидаемым вступлением во Всемирную торговую организацию. Правда, вряд ли стоит рассчитывать на возможность селективно брать от соседей те или иные положения вне системы. Но именно энергетические рынки в наименьшей степени подвержены регулированию в ВТО, что делает сферу энергодиалога более инновационной и двусторонней по своей природе. Ожидаемый рост спроса на энергоносители в Европе в последующие 20 лет предполагает капиталовложения со стороны компаний, которые (независимо от страны принадлежности) должны будут продавать энергоносители внутри ЕС, а добывать их вне его. Чем больше схожи условия инвестиционного климата, тем меньше издержки развития бизнеса, о чем заранее печется Еврокомиссия. Специфика многомиллиардных инвестиций в добычу и доставку больших масс энергоносителей на расстояния, исчисляемые в тысячах километров, требует учета политических факторов, коммерческих рисков, длительности строительства, конкуренции не только между компаниями, но и между странами, чье благосостояние зависит от экспорта энергоресурсов.
Существо диалога с Европой невозможно понять без учета объективных тенденций спроса на различные виды энергоносителей в «тридцатке» будущей большой Европы. Последние четверть века Европа быстро смещается от потребления традиционных видов топлива, прежде всего угля и нефти, к газу и отчасти атомной энергии. Если сравнить с 1973-м, последним годом дешевой нефти, то к 2000-му доля угля упала с 25 % до 14 %, нефти – с 60 % до 42 %, доля природного газа выросла с 10,5 % до 23 %; а атомной энергии – с полутора до 15 % с лишним. (Остальное приходится на гидроэлектроэнергию и прочее.) В 1990-х годах по экологическим причинам, а также в связи с требованиями эффективности резко усиливается тенденция к более интенсивному выводу угля и переходу на газ.
Внутри расширенной Европы только Великобритания, Голландия и Норвегия представляют собой величины сколько-нибудь значимые в энергетике. В Голландии пик добычи газа уже пройден. Великобритания, оставаясь экспортером нефти, станет к 2005 году или чуть позже нетто-потребителем газа. В Норвегии добыча нефти стабилизируется, хотя есть перспективы роста добычи газа.
Прогноз спроса на газ в Европе, млрд м3
| 2000 г. | 2010 г. | 2020 г. | |
| ЕС-15 | 400 | 470–550 | 540–660 |
| Новые страны-члены | 100 | 130–170 | 170–240 |
| ЕС-30 | 500 | 600–720 | 700–900 |
| Добыча в ЕС-30 | 310 | 300 | 250–310 |
| Импорт в ЕС-30 | 190 | 300–420 | 450–590 |
Экспертная оценка – международные источники дают разброс показателей в пределах 10–15 %. Под новыми странами-членами подразумеваются Болгария, Венгрия, Кипр, Латвия, Литва, Мальта, Норвегия, Польша, Румыния, Словакия, Словения, Турция, Чехия, Швейцария, Эстония.
Если в мире потребление газа за последнее десятилетие выросло на 20 %, то в Европе – почти на 40 %. Правда, европейские страны прилагают усилия по развитию собственных возобновляемых ресурсов (энергия ветра, биомасса, солнечная энергия). Однако в обозримой перспективе использование возобновляемых видов энергоносителей не решит энергетические проблемы. Появились теории роста при стабильных, не увеличивающихся объемах энергии. Франция и Германия добились в этом направлении успехов, но темпы их роста оставались низкими, к тому же одновременно приходилось увеличивать долю газа. Так что повышения спроса на российский газ можно ожидать и в условиях стабильного общего потребления энергии.
Решение основных проблем своего энергетического сектора – повышение конкурентоспособности продукции ЕС и минимизация негативного влияния на окружающую среду – Европа видит в увеличении доли газа в энергобалансе. Это подразумевает переход на импортный ресурс: к 2020 году от 60 % до 70 % газоснабжения Европы будет обеспечиваться за счет импорта. И один из его главных источников – импорт из России и СНГ.
Реформы энергетических рынков Eвропы
Европейские рынки электроэнергии и газа переживают реформы, которые сначала назывались дерегулированием, а теперь – либерализацией. До недавнего времени в таких странах, как Франция и Италия, доминировали национальные монополии, защищенные государством. В Германии, где действует строгое антимонопольное законодательство, ключевые позиции занимали несколько крупнейших компаний. Подобная структура газовой отрасли была связана с тем, что ее развитие на протяжении последних 30 лет (активное использование газа в Европе началось в 70-е) происходило при непосредственном участии государства. Газ поступал преимущественно из внешних источников на основании межправительственных соглашений. Мощная инфраструктура доставки и потребления газа создавалась с помощью всевозможных преференций, в результате в данной сфере действовали экономические механизмы, от которых давно отказались в других отраслях.
Дорогие энергоресурсы – один из серьезнейших минусов для конкурентоспособности Европы. Решение этой проблемы пытаются найти на путях сокращения доли посредников, либерализации рынка и пр. Успешная либерализация газового рынка была проведена в Великобритании, но там этот процесс облегчало наличие собственных месторождений и отсутствие столь сложной налоговой системы, как на континенте.
Другой пример – либерализация электроэнергетики ЕС. Ранее каждая страна полагалась на самодостаточность: для Германии основой ее был уголь, для Италии – мазут и так далее. Это противоречило основополагающим принципам Европейского союза (единство рынков, конкуренция в масштабах ЕС и т.п.), и реформы в электроэнергетике в последние годы развивались стремительно. Там, где физически возможны перетоки, страны с избыточным внутренним производством электроэнергии стали экспортировать ее за границу, что привело к падению цен до 50 %. Избыток мощностей электроэнергетики существует сейчас во всей Центральной и Северной Европе. Сложившиеся в результате этого низкие цены (например, в Германии – 2,5 цента за кВт) отражают, видимо, только переменную часть затрат и не способствуют окупаемости новых мощностей. По оценкам, потребность в новых инвестициях в электроэнергетику ЕС может появиться не ранее 2010 года, тогда и цены могут вырасти. Именно поэтому в Европе пока не наблюдается серьезной активности в связи с вопросом о выходе на единый рынок РАО «ЕЭС России». Этот пункт энергодиалога пока в тени, но интерес к нему может повыситься, когда при нынешнем низком уровне инвестиций возникнет угроза нехватки мощностей. Важно, что либерализация электроэнергетического рынка ЕС произошла в условиях избытка мощностей и на базе собственного производства внутри ЕС – в этом существенное отличие от ситуации с газом.
Директивы ЕС, направленные одновременно на либерализацию и создание единого общеевропейского рынка (1996 год – электроэнергетика, 1998-й – газ), запустили процессы, которые на десятилетия вперед будут влиять на условия поставок энергоносителей. В 2002 году было принято решение, что процесс либерализации завершится в 2005-м (а не в 2008-м, как планировалось изначально). За разделением счетов по видам деятельности следует организационное разделение компаний, являющихся одновременно крупными газотранспортными и газосбытовыми, на два самостоятельных типа компаний.
Решение ЕС носило политический характер и предусматривало запуск процесса либерализации, не слишком вдаваясь в такие вопросы, как налоги, поведение поставщиков и др. Логика процесса предусматривала право потребителя на доступ к транспортным мощностям, на заключение и перезаключение любых контрактов. Но, как оказалось, газовый рынок нелегко вписать в подобные схемы. Он никогда не базировался на биржевой торговле, его основу составляют устойчивые долгосрочные связи. Торговля газом (кроме сжиженного природного газа) невозможна без системы крайне дорогостоящих трубопроводов, требует долгосрочных вложений как в трубы, так и в добычу. Переходя от рынка поставщиков к созданию рынка покупателей, Еврокомиссия рассчитывает одновременно решить две проблемы: добиться надежности долгосрочных поставок (с вероятным значительным ростом объемов импорта) и снижения цен на газ для крупных потребителей (химия и энергетика) и населения.
Либерализация газового рынка идет не слишком быстро и с трудом. Если в электроэнергетике производителями являются местные и довольно мощные компании, обладающие реальной конкурентоспособностью на общеевропейском рынке, то в газовой отрасли местные компании не склонны разрушать сложившиеся связи, а поставщики представляют собой внешний по отношению к ЕС фактор. Крупные покупатели и транспортировщики газа поняли, что им больше не гарантирована комфортная ситуация в рамках национальных границ, и стараются закрепиться на новом рынке. Но даже крупнейшие из этих компаний, такие, как Ruhrgas, недостаточно велики, чтобы легко стать общеевропейским игроком. Идет крупная реструктуризация, происходит покупка компаний, имеют место попытки создания альянсов. Рынок реагирует на либерализацию не лобовой конкуренцией и снижением цен, как это бывает в других случаях, а реорганизацией и укрупнением компаний. Для нас важно, что речь идет о начальной стадии длительного динамического процесса, а не о сложившейся системе, к которой можно было бы приспосабливаться. Внешним поставщикам трудно рассчитать саму эффективность крупных долгосрочных вложений в добычу и транспортировку газа, поскольку условия на европейском рынке постоянно меняются.
Готовится вторая газовая директива ЕС. Первая директива была нелегким компромиссом между отдельными странами, что нашло отражение в положении о взаимности (синхронизация степени открытости энергетических рынков страны А и страны Б друг другу). Сейчас это положение является частью внутреннего регулирования ЕС, затем может стать элементом единого экономического пространства (например, для Норвегии), а впоследствии важным элементом энергодиалога между ЕС и Россией.
Примером изменений в позиции ЕС в процессе внутренней трансформации может служить история с Транзитным протоколом к Энергетической хартии, подписанной Россией в 1994 году, но еще не ратифицированной. Комплекс вопросов регулирования транзита сам по себе сложен: положения о наличных мощностях, о тарифах за транзит, о «праве первого отказа» в отношении сторон действующего транзита и т. д. По существу, обсуждалась прозрачность для российского поставщика процедур доставки газа в страны ЕС в рамках долгосрочных контрактов, то есть де-факто «дедушкина оговорка».
Совсем иная ситуация сложилась в отношении вопроса о применимости Транзитного протокола к странам – членам ЕС. Вопрос этот возник достаточно неожиданно осенью 2001-го, когда делегация Евросоюза предложила внести в текст этого протокола конкретное указание о применении его к ЕС как единому образованию. Согласно этой поправке о «региональных экономических объединениях», под определение понятия транзита подпадают только такие случаи перемещения энергоносителей, когда они пересекают территорию ЕС как целое. Тем самым ЕС снимает с себя связанные с транзитом обязательства в отношении внешних поставщиков, поскольку движение газа должно будет регулироваться внутренними законами ЕС, а не международным договором. Такое понимание транзита означает, что в отношении экспорта газа из России оно будет применяться в считанном числе случаев – например, транзит через страны ЕС в Швейцарию. С учетом расширения ЕС в 2004 году в данном случае для экспортируемых российских энергоносителей сфера применимости положений Транзитного протокола практически сводится к транзиту через Белоруссию, Молдавию и Украину, а эти вопросы могут решаться и на двусторонней основе. В то же время вопросы транзита энергоносителей через Россию из третьих стран стали бы покрываться этим протоколом в полной мере, что сделало бы его международным договором о транзите через территорию России.
Попытки поставщиков сохранить долгосрочные газовые контракты и ясность своих перспектив вполне сродни желаниям западных инвесторов найти в России устойчивый инвестиционный климат, получить «дедушкину оговорку» по крупным контрактам или заключить контракт на условиях раздела продукции. Трудные переговоры о содержании будущего режима торговли газом в ЕС шли несколько лет. За это время со скрипом, но все-таки во «Втором обобщающем докладе» Христенко и Ламуре была подтверждена важность долгосрочности контрактов: «Комиссия ясно понимает незаменимость долгосрочных контрактов на условии “бери или плати”». (Неясно, является ли это окончательной позицией Еврокомиссии, – антимонопольный директорат имеет особое мнение.)
Важное отличие газового рынка от нефтяного – это очень высокая доля транспортных издержек. Прежний баланс интересов между поставщиками и потребителями базировался на том, что производитель газа имел гарантированный многолетний сбыт и мог рассчитывать на окупаемость инвестиций. Ценовой риск у поставщика оставался, поскольку газовые цены привязаны к нефтяной корзине, что не позволяет давать четких прогнозов. Но зато поставщику не приходилось думать о розничном сбыте. Теперь газотранспортные компании ожидает трудный период адаптации, сократится число посредников.
В будущем российские поставщики смогут вести конкурентную борьбу за конечного потребителя, но риск увеличивается. Это потребует высокой эффективности управления и проработки нового подхода, доступа к местной инфраструктуре. В принципе поставщики могут и остаться в выигрыше, но твердо предсказать это невозможно. Уход от долгосрочных контрактов, переход на биржевую торговлю, на краткосрочные сделки являются одной из основных целей либерализации. И хотя политически существование долгосрочных контрактов пока подтверждено в ходе энергодиалога, в будущем определение цены на основе краткосрочных сделок – как спотовый рынок на нефтяном рынке – может переложить риски на производителя. В этом случае газотранспортная компания берет свой тариф, а разница между спотовой ценой и тарифом окажется выручкой производителя газа. Последняя может колебаться столь же заметно, как и цена нефти. Если это цель либерализации ЕС, то для обеспечения такого рынка желателен избыток газа на основных региональных рынках. Цена поставки газа в Германию (115 дол.) при высокой цене на нефть (23 дол. за баррель) гарантирует достаточно высокую прибыль. Но в случае 16 дол. за баррель нефти цена газа опускается до 80 дол., что за вычетом стоимости доставки дает 10—15 долларов. На месторождении многие новые проекты этой цены уже не выдержат. Высокие риски поставщиков с учетом коммерческого риска неизбежно отражаются на желании инвестировать.
В настоящий момент определяется будущее инвестиций в снабжение развитых или быстро развивающихся стран с большой потребностью не столько в нефти, сколько именно в природном газе. Европейское пространство – попытка объединения ради повышения конкурентоспособности континента в соперничестве с Юго-Восточной Азией (включая Китай) и НАФТА. Либеральный рынок, конкуренция среди его участников – это принятые в Европе принципы. Однако высокая цена газа для конечных потребителей в Европе – результат не столько дорогого импорта, сколько внутриевропейской системы перераспределения и высокого налогообложения.
Газ, поставляемый в центр Европы примерно по 100 дол. за тысячу кубометров, доходит по цепочке до конечного потребителя по цене 120–150 для крупных и 300–350 дол. для отдаленных и мелких потребителей. Разница между ценой поставки энергетического сырья и конечными ценами для потребителей обусловлена налоговой и социальной политикой. За счет налогов на энергоносители частично решаются социальные задачи или поддерживаются капиталовложения в энергетику следующего поколения, хотя несбалансированность налоговых систем разных стран ЕС является очевидным препятствием для торговли энергоресурсами. В каком-то смысле за счет полученных прибылей и налогов осуществляется модернизация Европы. Этому надо учиться, и это надо использовать в целях собственного развития, сделать предметом энергодиалога.
Защита экономических интересов Европы должна превратиться во взвешенную и надежную защиту интересов всех участников единого экономического пространства, если уж Россия решает к нему присоединиться. Скорость внутренних изменений в ЕС растет, и требуется все более глубокий анализ ожидаемых последствий этих изменений для России и ее компаний, чтобы четко представлять себе состояние нашего основного рынка сбыта на следующее поколение.
Российские интересы и перспективы
Формулирование целей российской энергетической политики в Европе, масштабы нашего участия в снабжении ЕС, ограничения и риски в этом процессе, использование доходов от экспорта для развития страны – на все эти принципиальные вопросы четкие ответы еще не получены. Вряд ли кто-то в России сомневается в том, что цель торговли энергоресурсами – не максимизация объема экспорта того или иного отдельного энергоносителя, а получение и реинвестирование стабильных доходов в долгосрочном плане (на 20–30 лет). Изначально позиция России была проста: как часть Европы, Российская Федерация несет определенную долю ответственности за энергетическую безопасность континента. Поэтому она вступила в энергодиалог с ЕС и готова рассматривать возможности увеличения поставок энергии при определенных условиях:
* дополнительные поставки электроэнергии сопровождаются инвестициями и передачей России технологий;
* особое внимание уделяется технологиям сбережения энергии, которое рассматривается как самостоятельный источник расширения поставок;
* свобода транзита всех наших энергоносителей в ЕС-15 через Восточную Европу (которая сейчас растворяется в ЕС);
* расширение поставок энергии охватывает не только первичные энергоносители, но и электроэнергию (в том числе с АЭС), ядерное топливо, энергоемкие товары (удобрения, металлы), нефтепродукты и так далее.
В области нефти и угля значительное число частных российских компаний конкурируют на европейском рынке, стремясь закрепиться в Восточной Европе перед ее вхождением в ЕС. Доля бывшего СССР в европейском импорте нефти составляет примерно 37 %. С учетом проектов по выходу российской нефти на рынки США и Китая эта доля будет расти, скорее всего, за счет экспорта казахстанского сырья. Российские компании, видимо, будут увеличивать поставки нефтепродуктов, хотя не обязательно с российских НПЗ. В этом смысле врастание российского бизнеса в ЕЭП идет полным ходом.
В области электроэнергии Россия заинтересована в создании мостов в Европу для повышения устойчивости систем энергоснабжения, возможности маневрировать ресурсами в течение дня, обеспечивать выход вероятного (вследствие реформы электроэнергетики) избытка мощностей на рынки Европы. Программа строительства АЭС в России может иметь и экспортную составляющую. Ситуация по ядерному топливу – отдельная проблема, потому что в данном случае все соответствующие закупки лицензируются и тем самым искусственно сдерживается доля российского экспорта, хотя это и нарушает статью 22-ю СПС. Рано или поздно российская сторона должна будет сформулировать свои приоритеты в отношении всех видов и форм поставок на экспорт.
Внутренние интересы России по тарифам на электроэнергию и газ состоят в том, чтобы избежать серьезного конфликта между экспортерами металлов и удобрений, с одной стороны, экспортерами чистой энергии – с другой, и бюджетом – с третьей. Современная система ценообразования в газовой отрасли построена на том, что вся наша газовая инфраструктура была создана в 1970–80-е годы за счет государства и в ущерб другим социальным факторам. Чтобы создать экспортную отрасль, деньги «изымались» из других отраслей и из сферы потребления населения. Советский Союз ежегодно вкладывал в газовую промышленность порядка 10–12 млрд дол. Кажущаяся дешевизна тарифов сегодня – это игнорирование стоимости строительства тогдашней инфраструктуры. Условно можно сказать, что дешевый газ внутри страны есть не только результат наших естественных преимуществ (богатые ресурсы), но и «подарок» от жителей СССР: все построено на их скрытые сбережения.
Недавно Еврокомиссия выдвинула определенные требования именно в этой области по переговорам о вступлении в ВТО. Позиция ЕС выражена комиссаром по торговле Паскалем Лами: «Ключевым вопросом для ЕС является вопрос двойного ценообразования на энергопродукты. Стоимость энергии в России искусственно занижена. Стоимость природного газа составляет лишь одну шестую мировой цены. В результате низкие цены приводят к ежегодному субсидированию российской промышленности в размере около $5 млрд. Производители могут экспортировать свои товары по неоправданно низким ценам. Этот вопрос слишком важен для ЕС, чтобы игнорировать его» (цитируется по газете «Коммерсант»).
В Евросоюзе, судя по всему, хотят, чтобы российские энергонасыщенные товары стоили дороже. В печать просачивались неофициальные сведения, что целью переговоров со стороны ЕС является цена 45–60 дол. за тысячу кубометров для российской промышленности. В результате наши энергетики получили бы больше доходов для вложения в экспортные проекты, а конкуренция для европейской металлургической и химической промышленности снизилась бы.
Резкое повышение тарифов на газ стало бы в России, во-первых, разовым ценовым шоком внутри экономики, для которой крайне важно в ближайшие годы сократить уровень инфляции. Во-вторых, здесь не учитывается эффект кросс-субсидирования промышленностью российского частного потребителя в условиях колоссального социального неравенства. Заметим, что различие между уровнем ВВП на душу населения в ЕС и России (21 тысяча дол. к 2,5 тысячи по текущим курсам) слишком велико, чтобы его можно было бы игнорировать в контексте европейского экономического пространства. Наконец, для России важны процессы либерализации внутреннего рынка газа и электроэнергии, которые приведут к естественному росту тарифов, возможно, до уровня в 40 дол. против сегодняшней цифры в 21 дол., названной в неопубликованном докладе Всемирного банка по этому вопросу (приводится по The Financial Times).
Российская позиция состоит в том, что низкие внутренние цены на энергию – естественное преимущество богатой ресурсами страны. Иными словами, население, которое десятилетиями инвестировало (через плановую систему) в развитие энергетики, имеет право на более низкие энергетические цены. Россия сегодня в основном добывает еще «старый советский» газ, но замещает его частично «новым российским». Растет потребность в ремонте трубопроводов, а с 2010 года нужно будет осуществлять масштабные проекты – освоение новых регионов и строительство транспортных систем. Повторить вложения в советских масштабах при нынешних ценах (не только низких внутренних, но и экспортных, скажем, 100 дол.) сложно, поскольку значительная часть новых ресурсов газа пойдет на замещения выбытия, а не на прирост объемов.
Для долгосрочного планирования нужны ответы на целый ряд политических вопросов. Важно знать: как будет работать консорциум на Украине и сможет ли он обновить трубы в разумные сроки? Тянуть ли балтийскую трубу в обход всех стран, что приведет к росту начальной стоимости проекта, но позволит сократить территориальные тарифы? Получат ли в процессе реформы газовой отрасли нефтяные и другие компании приемлемые финансовые условия для добычи газа внутри России? Опыт США, например, подсказывает, что для рационального долгосрочного использования энергоресурсов целесообразно осваивать малые и средние месторождения. Новый газ нефтяных компаний или небольших месторождений, разрабатываемых независимыми компаниями, в будущем мог бы помочь упорядочить газовый баланс страны и разгрузить экспортные направления. Этой же цели объективно служит и программа строительства АЭС, которая снижает будущий спрос на газ в европейской части России.
Отдельной проблемой является вопрос о том, какую долю внутреннего потребления газа ЕС готов допустить из одного источника. Официально ограничений нет, но на уровне рекомендаций говорится о 30 %, особенно в связи с большой зависимостью от российского газа будущих членов ЕС. В Большую Европу Россия поставляет сейчас 36 % газа (31 % приходится на Великобританию, 16 % на Норвегию, далее по убывающей идут Алжир, Нидерланды, Нигерия), причем внутренняя добыча ЕС, скорее всего, не превысит в обозримом будущем 300 млрд кубометров. В целях сохранения своей доли (порядка 30 %) на расширяющемся европейском рынке требуется увеличение поставок с 130 млрд куб. м до 200–210 в 2010 году. Это означает необходимость строительства примерно трех ниток трубопроводов (по 30 млрд куб. м в год каждая) и расширение добычи до уровня обеспечения таких поставок плюс учет постепенного оживления спроса в России и СНГ. В этом случае остается неясной возможность одновременного выхода на другие экспортные рынки.
Трудным вопросом остается и соотношение между поставками собственных энергоресурсов и транзитом «чужих» в Европу. Россия, конечно, будет обеспечивать пропуск энергоресурсов через свою территорию. С точки зрения обслуживания старого «советского» капитала, вложенного в трубопроводный транспорт, при различных моделях ценообразования тарифы должны бы включать стоимость его обновления.
Учитывая будущую ситуацию в ЕС-30, Еврокомиссия пытается создать в перспективе «рынок покупателя» (то есть избыток предложения) газа в ЕС путем вывода на рынок максимальных объемов сырья из отдаленных регионов: Ирана, Катара, Нигерии, Центральной Азии. При этом создать избыток могут только сами страны или компании-поставщики, если они пойдут на «опережающие» долгосрочные инвестиции в расчете на быстро растущий европейский рынок. Альтернативой для поставщиков является переход на производство сжиженного газа, что позволит экспортировать его на весь мировой рынок, как это сложилось постепенно в нефтяной промышленности. Правда, стоимость доставки пока высока, а первоначальные вложения в строительство заводов и причалов сравнимы по стоимости с новыми газопроводами. Поскольку речь идет об огромных затратах, цена ошибки в прогнозе для инвесторов здесь поистине колоссальна.
Российский энергетический экспорт в Европу пока не имеет альтернативы для обеих сторон. Необходимо определиться с экспортными приоритетами, маршрутами, стоимостью и источниками финансирования проектов. До сих пор публично не проводилось сколько-нибудь детальной проработки схем и источников крупных европейских инвестиций в экономику России. При этом нужно четко понимать, что ответственные решения по стратегии сотрудничества придется принимать, не дожидаясь, пока российская правовая среда «дорастет» до европейских стандартов. Либо поставщики, желающие расширять экспорт, инвестируют сами и несут все риски, выбирая, на какой рынок им ориентироваться. Либо европейцы инвестируют свои средства, получив гарантии того, что добываемое сырье будет поступать именно в ЕС. Чем выше неопределенность с будущими условиями продаж в Европе, тем сложнее мобилизовать для таких проектов финансовые ресурсы.
Обязанности, которые накладывает на Россию участие в общем экономическом пространстве, должны дополняться правами. Например, инфраструктурные гранты ЕС на развитие бедных районов могли бы быть частью совместного финансирования в развитие России там, где вложения в добычу энергоресурсов затрагивают экологию и условия жизни местного населения.
Мы исходим из того, что в ближайшее десятилетие ЕС и Россия будут двигаться к формированию общего экономического пространства, предусматривающего более глубокую интеграцию. Но они сохранят различия, взаимно дополняя друг друга именно на энергетическом рынке. Россия имеет полное моральное право больше знать о будущем газового рынка в Европе, поскольку всегда, даже в условиях тяжелого кризиса 1990-х годов, оставалась абсолютно надежным партнером по устойчивому снабжению континента энергией.
Решение вопроса об инвестициях в добычу и экспорт энергоресурсов возвращает нас к целям Энергетической стратегии России в целом. В большинстве стран при выработке долгосрочной стратегии необходимо учитывать меньшее количество факторов. Это одна, максимум две энергетические отрасли, обрабатывающая промышленность (цена на энергоносители), интересы населения (тарифы) и государства (налоги). В России же полноценных энергетических отраслей сразу четыре (электричество, нефть, газ, уголь), их интересы где-то совпадают, а где-то конфликтуют, причем формы собственности на компании разных секторов различны.
Речь идет о существенных для населения вопросах, поэтому России жизненно необходима долгосрочная энергетическая политика, стратегия собственного развития, увязанная с ее внешнеэкономическими аспектами, а значит, и с энергодиалогом Россия – ЕС. В конечном итоге государство, озабоченное модернизацией экономики России в целом, будет интересовать не физический объем экспорта и даже не его стоимостной объем, а реинвестируемые в развитие российской экономики доходы от экспорта.
Россия. Евросоюз > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > globalaffairs.ru, 16 июня 2003 > № 2908009
Леонид Григорьев, Анна Чаплыгина
Нужна ли нам «ось нефти»?
© "Россия в глобальной политике". № 2, Апрель - Июнь 2003
Дэвид Г. Виктор – директор Программы по энергетике и устойчивому развитию при Станфордском университете, внештатный старший научный сотрудник Совета по международным отношениям.
Надежда М. Виктор – научный сотрудник факультета экономики Йельского университета, участвует в Программе по изучению окружающей среды при Рокфеллеровском университете. Материал составлен на основе доклада, представленного в рамках российско-американского форума при Аспеновском институте. Данная статья была опубликована в журнале Foreign Affairs № 2 (март/апрель) за 2003 год. © 2003 Council on Foreign Relations, Inc.
Резюме Россия и США рассматривают нефть как основу для новых партнерских отношений. Этот подход, однако, довольно опасен, так как игнорирует различие интересов обеих стран и их неспособность повлиять на глобальные нефтяные рынки. Война в Ираке способна положить конец такому «нефтяному» сотрудничеству. Гораздо более надежной основой для партнерства могла бы стать совместная деятельность по развитию и обеспечению безопасности ядерной энергетики. Именно в этой сфере лежат общие долговременные интересы двух стран.
Новые российско-американские отношения
С момента разрушения «железного занавеса» американские и российские дипломаты пытались нащупать такую особую модель отношений между Москвой и Вашингтоном, которая стала бы альтернативой вражде времен холодной войны. Но партнерство в сфере безопасности оказалось не слишком плодотворным. В том, что касалось вопросов расширения НАТО, стабилизации обстановки в Югославии и войны в Чечне, стороны ждали друг от друга не столько помощи, сколько терпимости. Широкомасштабному деловому сотрудничеству помешали административные и экономические проблемы в самой России. Новой важной темой в российско-американских отношениях постепенно становится энергетика.
В ходе кремлевского саммита в мае 2002 года Джордж Буш и Владимир Путин обещали сотрудничать в целях стабилизации положения на мировых энергетических рынках и стимулирования инвестиций в российскую нефтяную промышленность. Вскоре в Хьюстоне прошла первая в истории встреча глав энергетических отраслей США и России, в ходе которой, министр энергетики РФ Игорь Юсуфов еще раз обрисовал поставленные задачи. По итогам этой встречи была сформирована специальная рабочая группа по взаимодействию в области энергетики. В 2003-м в России пройдет следующий саммит, посвященный сотрудничеству в данной сфере. В России перспективы нового нефтяного альянса привлекли к себе исключительно пристальное внимание как журналистов, так и политиков.
Однако особых причин для энтузиазма нет. Падение цен на нефть, вызванное американским вторжением в Ирак, может в скором будущем выявить различия в интересах обеих держав. России нужны высокие цены на «черное золото», чтобы удерживать экономику на плаву, а на политике США снижение цен на энергоносители практически не скажется. Более того, те, кто рукоплескал по поводу нового нефтяного партнерства, не осознают, что правительства двух стран едва ли способны существенно повлиять на мировой энергетический рынок или даже на объем инвестиций в российский нефтяной сектор.
К тому же, сконцентрировавшись на нефтяном вопросе, Москва и Вашингтон упустили из виду атомную энергетику, а здесь у обоих государств могли бы оказаться более глубокие общие интересы. Совместные усилия по созданию новых технологий производства ядерной энергии и обращению с радиоактивными отходами может принести огромную прибыль и России, и США. От этих двух аспектов напрямую зависит жизнеспособность ядерной энергетики. Формально они включены в российско-американскую политическую повестку дня, но в действительности почти ничего не сделано для развития сотрудничества в указанной сфере. Учитывая большой научный интеллектуальный потенциал России и насущную необходимость активизации программ, направленных против распространения ядерного оружия, сравнительно небольшие дипломатические усилия и финансовые вложения могли бы обеспечить США внушительные долгосрочные преимущества.
Брак по расчету?
На первый взгляд сотрудничество в энергетической сфере – шаг мудрый. Америке нужно углеводородное топливо, а в России его много: нефть и газ составляют две пятых общего объема экспорта. В 2002 году – впервые с конца 1980-х – Россия вновь заняла лидирующую позицию в нефтедобыче. Ожидается, что в 2003-м объем добычи превысит восемь миллионов баррелей в день, и это не предел. В прошлом году российские компании осуществили первые поставки нефти на американский рынок. Символично, что часть ее была приобретена Вашингтоном с целью пополнения своего стратегического нефтяного резерва. К тому же четыре российские нефтяные компании оборудуют в Мурманске новый большой порт, планируя в ближайшие десять лет поставить в США более 10 % всей нефти, закупаемой Вашингтоном.
Америка по-прежнему остается крупнейшим мировым потребителем и импортером нефти. В текущем году около 60 % от всей нефти, используемой в Соединенных Штатах в качестве топлива, будет импортировано. Согласно данным Управления информации по энергетике США, в 2010 году этот показатель достигнет 70 % и в дальнейшем будет медленно расти, то есть зависимость от импортных энергоносителей увеличится. Хотя сегодня экономика США гораздо менее чувствительна к колебаниям цен на нефть, чем три десятилетия назад, проблемы диверсификации и стабилизации мировых нефтяных рынков по-прежнему заботят Вашингтон. Политические разногласия и опасения, связанные с войной, создают неблагоприятную обстановку в районе Персидского залива, где добывается четверть мировой нефти. Междоусобицы потрясают Нигерию, крупнейшего африканского поставщика. Венесуэла, главный производитель нефти в Латинской Америке, попытавшись увеличить свою долю в мировом экспорте нефти, способствовала глобальному обвалу цен в конце 1990-х и приходу к власти левого правительства Уго Чавеса. Позднее, в 2002 году, забастовки, направленные на свержение того же Чавеса, привели к прекращению отгрузки и повышению цен на нефть до 30 долларов с лишним за баррель. В сравнении с перечисленными странами Россия выглядит олицетворением стабильности.
И все же перспективы этого нового направления российско-американских отношений не так уж хороши. Процветанию взаимовыгодного партнерства в 2002-м способствовали высокие цены на нефть. Выдержит ли оно проверку трудными временами? Оба государства действительно основательно заинтересованы в увеличении объемов экспорта русской нефти. Америка таким образом расширяет круг поставщиков, а Россия получает и деньги, и новые рабочие места. Однако добрые отношения между двумя правительствами не могут существенно повлиять на деловую конъюнктуру, на самом деле определяющую объем частных инвестиций в российский нефтяной сектор. Более того, когда цены на нефть упадут, Москва и Вашингтон поймут, что их интересы весьма различны.
Что касается интересов России в Ираке, то здесь основное внимание приковано к иракскому долгу, оставшемуся еще с советских времен (по разным оценкам, он составляет от семи до двенадцати миллиардов долларов), и к стремлению российских компаний активно участвовать в иракских нефтяных проектах. Контракты на разработку месторождений были заключены с правительством Саддама Хусейна. Однако и то и другое можно вполне отнести к категории фикций. Любой, кому доводилось заключать арендные договора с правительством Саддама Хусейна, скажет вам, что они еще ничего не гарантируют. Руководители «ЛУКойла», крупнейшей российской нефтедобывающей компании, не строили иллюзий на этот счет и заблаговременно встретились с лидерами иракской оппозиции в надежде «застолбить позиции» на случай смены режима. Реакция Саддама, узнавшего об этих маневрах, подтвердила их худшие опасения: иракский президент разорвал контракт с «ЛУКойлом» по разработке большого месторождения Западная Курна. Россия пыталась уговорить Соединенные Штаты выступить в роли гаранта существующих соглашений, но Вашингтон почел за благо не вмешиваться. Начать раздачу лакомых кусков еще до прихода нового правительства значило бы подтвердить подозрения арабов, что смена режима – это действительно лишь прикрытие для нефтяного передела.
Россия сетует, что Ирак до сих пор не вернул ей долги, однако не будем забывать, что угроза войны привела к повышению цен на нефть на мировых рынках (с прошлого лета они возросли на пять долларов за баррель), а следовательно, Москва заработала неплохие деньги – примерно половину того, что ей должен Багдад. Согласитесь, имея дело с правителем-изгоем, которому не сегодня-завтра придется расстаться со своим креслом, не стоит особенно задумываться о том, кто именно платит вам по счетам. Главное, что они оплачены.
Первым испытанием для молодого российско-американского партнерства станут последствия войны в Ираке. Реальная проблема, с которой столкнется Россия по окончании войны, – это возможное, хотя и не обязательное падение цен на нефть, которое последует за прояснением ситуации с экспортом из района Персидского залива и возобновлением поставок из Ирака. Никто не может предсказать, насколько сильно война и диверсии ударят по нефтяным месторождениям в Ираке и соседних странах. Америка могла бы частично снять напряженность, используя нефть из своего стратегического резерва, как это было во время войны в Заливе 1991 года. Корректируя объемы выделения нефти из стратегического резерва в зависимости от состояния нефтяных промыслов послевоенного Ирака, США помогли бы рынку быстро приспособиться к колебаниям иракской нефтедобычи.
Однако использовать стратегические резервы в целях контроля цен – ход неверный и неэффективный. Следствием подобных действий может стать значительное снижение цен на нефть, а оно, в свою очередь, способно осложнить отношения между странами-потребителями и странами-поставщиками нефти, такими, как Россия. Снижение цены на один доллар означает для российского бюджета потерю миллиарда долларов. Падение цен ниже 18 дол. за баррель приведет к дефициту бюджета (в него заложена цена 21,5 доллара). А если это еще и породит сумятицу в ОПЕК, то затянувшийся период дешевой нефти больно ударит по бюджету стран-экспортеров.
На политику же Соединенных Штатов падение цен на мировом нефтяном рынке в прошлом не влияло. Американские энергетические компании, как правило, нелегко переживают такие времена, но зато это выгодно рядовому потребителю, получающему больше за те же деньги. К тому же низкие цены способствуют экономическому подъему.
Как война на самом деле повлияет на нефтяную конъюнктуру, прогнозировать, конечно, трудно. Длительный конфликт и трудный процесс восстановления страны могут лишить мировой рынок иракской сырой нефти (в 2002 году Багдад экспортировал около двух миллионов баррелей в день). Ущерб, причиненный близлежащим месторождениям в Кувейте и Саудовской Аравии, приведет к еще более острой нехватке нефти. Добавьте к этому недостаточные запасы «черного золота» и продолжающиеся беспорядки в Венесуэле – и вполне возможно, что цены взлетят до небес. Но все же самый вероятный сценарий развития событий не сулит России ничего хорошего: стремительная военная кампания в Ираке с последующим незамедлительным увеличением объемов багдадского нефтяного экспорта плюс четкая политика выделения нефти из стратегического нефтяного резерва для предотвращения спекуляций.
Нефтяной рынок как он есть
Как уже было сказано, американское и российское правительства не могут существенно влиять на цены на нефть. Причины этого коренятся в фундаментальных особенностях мирового рынка. Более половины всей нефти, добываемой на планете, открыто выставляется на едином, интегрированном мировом рынке. Внутренняя цена нефти, остающейся в странах-производителях, также образуется исходя из мировых тенденций.
Более половины всей мировой нефти расходуется в транспортном секторе, и ее доминирование на этом рынке в ближайшее время, скорее всего, сохранится. Будучи рентабельным и удобным для применения, жидкое горючее практически незаменимо для самолетов и автомобилей, то есть для таких транспортных средств, которые должны нести на себе компактный источник энергии. Почти все виды жидкого горючего производятся на основе сырой нефти. Компании и отдельные потребители могут приспособиться к колебаниям цен на бензин, изменив свой привычный способ передвижения, – например, меньше пользоваться автомобилем. Но основной фактор, определяющий объемы потребления топлива, связан отнюдь не с поведением, а с технологией. У большей части транспортной техники довольно продолжительный срок эксплуатации – 15 лет и выше, следовательно, изменение цен скажется на общем спросе на нефть еще не скоро. Так, например, в 1974 году, в самый разгар первого нефтяного кризиса, американцы стали покупать небольшие и более экономичные машины, однако общее потребление горючего начало уменьшаться только после 1978-го, когда доля малолитражек наконец возросла до значительного уровня. Сегодня средний показатель рентабельности автотранспорта в Америке опять пошел вниз из-за того, что первыми в списках продаж стоят спортивные машины, грузовики и минивэны.
Сдвиги в потреблении нефти происходят медленно, и цены на нефть на мировом рынке определяют в основном поставщики: в последние 30 лет эту роль практически полностью взяла на себя ОПЕК. Увеличение объемов экспорта российской нефти вновь заставило говорить о том, что плохие времена настанут скоро и для ОПЕК, и для ее лидера – Саудовской Аравии. Но делать прогнозы пока рано. Хотя показатель добычи нефти в странах – членах ОПЕК менялся, влияние этой организации на установленные цены значительно больше, чем ее присутствие на рынке. На формирование цены оказывает влияние не столько слаженность действий главных поставщиков, сколько их способность увеличить или сократить объем добычи нефти на пару миллионов баррелей в день (это лишь несколько процентов от общего объема мировой добычи нефти, составляющего 76 млн баррелей в день). И действительно, когда в 1973 году ОПЕК впервые успешно применила свое «нефтяное оружие», Соединенные Штаты сами были крупнейшим мировым экспортером нефти.
Стремление манипулировать рынком не единственное, что объединяет страны – члены ОПЕК. Их сплачивает и тот факт, что добыча нефти на их нефтеносных участках – дело, в общем-то, не такое уж дорогостоящее (если производитель сокращает объем поставок, то замораживаются незначительные финансовые средства) и правительства стран – членов ОПЕК, как правило, в состоянии жестко контролировать производственные решения. В России же все наоборот: структура национальной промышленности такова, что здесь поощряют не поставщиков, способных резко менять объемы добычи, а экспортеров, постоянно работающих на полную мощность. Разработка новых скважин в России обычно требует привлечения серьезных инвестиций с рынка капиталов, где на данный момент сложилась весьма непростая обстановка. Главная же проблема для российских экспортеров не бурение скважин, а создание инфраструктуры трубопроводов и портов, позволяющих организовать поставки нефти на мировой рынок. Ибо, в отличие от Саудовской Аравии, где до моря рукой подать, в России основной на сегодняшний день нефтяной регион – Сибирь – находится в самом сердце материка. На западноевропейский рынок российская нефть поступает по нефтепроводу длиной две тысячи миль с лишним. Западносибирская нефть доставляется и к Черному морю. Этот путь немного короче, но морские перевозки через узкий, забитый судами Босфор обходятся очень недешево. Новые маршруты, ведущие к Адриатическому и Балтийскому морям, требуют больших вложений. То же самое относится к строительству портов на Тихом океане, разработке новых месторождений и прокладке новых трубопроводов для экспорта западносибирской нефти в Китай. Если же деньги уже вложены в дело, то они превращаются в недвижимый капитал, что создает мощный стимул для производителя качать на полную катушку.
Приватизация нефтедобывающих предприятий и конкуренция в энергетической сфере создают условия, в которых ключевым фигурам нефтяной индустрии все труднее определить единый национальный интерес или, подобно странам – членам ОПЕК, действовать согласованно. Как и на любом конкурентном рынке, в российской нефтяной сфере есть и прибыльные ниши, и конфликтующие интересы. В связи с этим влияние нефтяного сектора на российскую политику слабее, чем влияние других отраслей энергетики, таких, как газовая или электроэнергетическая, где до сих пор доминируют единые компании. В последнем списке крупнейших нефтяных компаний мира, опубликованном в Petroleum Intelligence Weekly, десять из первых пятидесяти – российские предприятия, причем государство имеет контрольные пакеты только в двух из них, не самых больших (это «Роснефть», а также «Славнефть», акции которой выставлялись на аукцион). Напротив, каждая из одиннадцати стран – членов ОПЕК была представлена в этом списке всего одним предприятием – полностью государственным. Государству легче контролировать добычу нефти, если оно само является производителем. И наоборот, если право собственности сосредоточено в частном секторе и раздроблено, то велика вероятность того, что возобладают не картельные интересы, а факторы рынка.
Независимые инвесторы
Правительственные рабочие группы, сформированные Бушем и Путиным, мало влияют на решения, связанные с российским нефтяным бизнесом и ориентирующиеся прежде всего на состояние рынка. Практика показывает, что россияне не хотят вкладывать деньги у себя в стране. В одном только 2000-м утечка капитала из России составила около 20 млрд долларов – примерно столько же, сколько Россия заработала на экспорте нефти. В том же году, отмеченном небывалым объемом прямых зарубежных капиталовложений по всему миру, общий объем внешних инвестиций в экономику России равнялся, по данным Конференции ООН по торговле и развитию, всего 2,7 млрд долларов, что составляет лишь один процент от ее ВВП.
Инвестор, желающий вложить деньги в российский нефтяной бизнес, сталкивается с множеством препон. При этом неважно, занимается ли он разработкой новых месторождений и прокладкой трубопроводов (так называемое инвестирование в строящиеся объекты) или же хочет приобрести уже работающее предприятие («инвестирование в существующие объекты»). С приходом Путина ситуация как будто начала меняться. Повысилось доверие к российским учреждениям, официальная статистика (правда, как известно, весьма недостоверная в данной сфере) утверждает, что отток капиталов из страны замедлился. С другой стороны, инвесторы все еще опасаются инсайдерских махинаций и других осложнений. Так, например, когда в декабре 2002 года государство выставило на аукцион свой пакет акций «Славнефти», всем потенциальным иностранным инвесторам дали понять, что их участие нежелательно. Аукцион продолжался четыре минуты, три из четырех заявок были сделаны одной и той же группой лиц, и в итоге акции были проданы по цене, едва превышавшей стартовую. Низкая стоимость российских нефтяных компаний на открытом рынке указывает на то, какой невероятно трудный путь им придется пройти, прежде чем удастся сформировать соответствующие корпоративные учреждения и уверить инвесторов в том, что те ничем не рискуют. Согласно недавним исследованиям компании PriceWaterhouseCoopers, в то время как в конце 90-х западные нефтяные активы продавались по 5 дол. за баррель, цена на российские не доходила до 20 центов.
Что касается российской энергетической промышленности, то здесь от Москвы чаще всего требуют большей определенности в налоговой сфере и в сфере регулирующего законодательства. В интервью российскому журналу «Итоги» Михаил Ходорковский, президент «ЮКОСа», второй по величине нефтедобывающей компании в России, заявил: за последние несколько лет в налоговое законодательство, регулирующее энергетическую сферу, различные изменения вносились пятьдесят раз. На саммите в Хьюстоне потенциальные инвесторы вновь подняли эту тему, особо подчеркнув необходимость принятия более эффективных соглашений о разделе продукции (СРП). Подобные соглашения, часто применяющиеся в странах, где законодательная и рыночная ситуация непрозрачна и непредсказуема, призваны образовать «анклав стабильности» вокруг проекта. В типичном соглашении о разделе продукции фиксируются налоговые режимы, проясняется вопрос с собственностью на ресурсы и гарантируются платежи в форме взаимозаменяемых экспортируемых активов (например, нефти), которые не так чувствительны к колебаниям валютного курса.
Справедливости ради надо сказать, что Россия уже давно пытается обеспечить стабильность и система соглашений о разделе продукции существует здесь с 1996 года. Правда, с ее помощью так и не удалось устранить законодательные неясности, настораживающие иностранных инвесторов, а проекты постановлений, направленных на совершенствование этой системы, до сих пор не одобрены Государственной думой.
Недостаточной эффективностью нынешней системы СРП объясняются и низкие результаты российско-американского сотрудничества, направленного на привлечение иностранных инвестиций в российский нефтяной бизнес. В широком смысле слова, нефтяная индустрия в России разделяется ныне на два сектора. Первый представлен компаниями, работающими на устаревающих месторождениях Западной Сибири. Главную роль здесь играют крупнейшие российские производители нефти. Этот сектор ориентирован на инвестиции в уже существующие проекты. Нефтяные компании, на сегодняшний день в основном принадлежащие гражданам России, купившим акции по бросовым ценам, вполне могли бы использовать систему СРП. И все же они предпочитают не делать этого, так как в данном случае, благодаря прозрачности системы, откроются источники их доходов – такие, как инсайдерские сделки и трансфертные цены. Получается, что механизм, созданный для привлечения внешних инвестиций, не нужен российским предприятиям, так как им не требуются деньги со стороны.
Во втором секторе предприниматели осваивают суровые окраинные регионы: это новые месторождения в Арктике и на Дальнем Востоке, например в районе острова Сахалин. Здесь действуют как крупные российские энергетические компании, так и транснациональные гиганты. Для данного сектора жизнеспособная система СРП более важна; в этих новых областях, и географически и политически удаленных от Москвы, даже «своим людям» нелегко бывает предсказать, как повернется политическая ситуация. «Людям со стороны» выгоднее всего работать на новых участках, а также там, где применимы продвинутые технологии, позволяющие, в частности, осуществлять бурение на большой глубине и в условиях мерзлоты. Сегодня в качестве наглядных примеров деятельности по привлечению внешних инвестиций можно назвать крупные сахалинские проекты по экспорту нефти на мировой рынок и газа в соседнюю Японию и Южную Корею. Определенную роль сыграли и межправительственные контакты, особенно в тех случаях, когда инвесторам не удавалось с помощью существующей системы СРП добиться ясности в нормативных и налоговых вопросах. Действительно, при благоприятном сочетании ключевых экономических факторов правительства России и США могут способствовать заключению сделок. Подобное содействие является одной из важных задач совместной деятельности обеих стран независимо от того, происходит ли оно в рамках уже существующих институтов или структур, специально формируемых в каждом конкретном случае. Система СРП сама по себе не может создать настоящий «анклав стабильности». Инвесторы знают, что если некая сумма уже вложена в дело, то в условиях слабой законодательной базы они всегда могут стать жертвами «пересмотра соглашения».
Разнообразие, экономичность, надежность
Для формирования более долговременной политики США в энергетической области необходимо пересмотреть направления нынешней деятельности. Партнерство с Россией требует определенного баланса. Настоящей целью этого партнерства, по крайней мере, для Вашингтона, является уменьшение зависимости США от колебаний мировых цен, а для решения данной задачи не менее выгодными могут оказаться и отношения с другими потенциальными поставщиками. Вариантов много. Партнерами Америки могли бы стать и Ангола, и Бразилия, и Канада, и Мексика, и Нигерия, и, возможно, послевоенный Ирак. Каждая из этих стран способна по-своему препятствовать увеличению объемов добычи нефти, но так же, как и в случае с Россией, межправительственное сотрудничество может лишь частично повлиять на ситуацию. Более значительное воздействие оно способно оказать на объемы потребления нефти, поскольку основным препятствием росту эффективности производства зачастую является отсутствие соответствующих политических моделей и финансирования государственного сектора. Более чувствительные потребительские рынки в разных странах мира в состоянии ограничить колебания цен на нефть. По сути, новые стратегии повышения эффективности производства могут воздействовать на ситуацию на нефтяном рынке примерно так же, как и увеличение объема добычи, притом зачастую с меньшими затратами.
Для США повышение эффективности использования энергии является надежнейшим средством защиты от скачков цен на нефть. В период с 30-х до начала 70-х годов объем производства на баррель потребляемой нефти составлял 750 долларов (по нынешнему курсу). Сегодня этот показатель увеличился вдвое и равняется 1500 долларам. Такой рост частично объясняется более высокими ценами на нефть, способствующими ее бережливому расходованию, а частично – наличием законов и правил, поощряющих развитие и применение более эффективных технологий. В отчете Национального исследовательского совета США за 2002-й приводится ряд действенных способов, позволяющих еще больше повысить экономичность пассажирского автотранспорта, но, к сожалению, в последние годы американские политики никак не могут прийти к единому мнению по вопросу об экономии топлива.
Российские потребители также могли бы значительно сократить объем потребления нефти за счет более эффективного ее использования. Тем не менее в рамках нового энергетического партнерства данная тема практически не затронута. Примерно треть российской нефти используется на территории страны, но объем производства на баррель составляет всего 300 дол. (по этому показателю Россия стоит на одной ступени с Ираном и уступает Саудовской Аравии). Это объясняется наличием ценовых ограничений, перенасыщением местных рынков и долгими годами игнорирования проблем охраны природных ресурсов. Однако по мере развития российской экспортной инфраструктуры сэкономленную нефть можно будет продавать за границей по мировым ценам.
Итак, расширение круга поставщиков и всеобъемлющая деятельность по сокращению уровня потребления суть два основных условия обеспечения энергетической безопасности в Америке. Что же касается объемов импорта нефти и слаженности действий поставщиков, то эти факторы не делают Америку уязвимой перед колебанием цен. США – крупнейшая торговая держава мира, и нет оснований избегать торговли в случае с нефтью. Однако открытость нефтеимпорту должна сочетаться с диверсификацией источников и повышением эффективности потребления энергии.
Не нефтью единой
Если России и США нужна более жизнеспособная программа энергетического сотрудничества, то не стоит фокусировать внимание на сиюминутных общих интересах в нефтяной сфере. Очевидная альтернатива нефти – природный газ. Потенциал России в данной области не был по достоинству оценен министром торговли США Доналдом Эвансом на Хьюстонском саммите. Но российский газ все же мало интересует американских политиков и потребителей. Дело в том, что, в отличие от нефти, экспорт газа осуществляется, как правило, в региональном масштабе, поскольку большая часть газового топлива перекачивается по трубопроводам, а прокладывать длинные трубопроводы слишком дорого. Правда, существует другая, пока еще малораспространенная, но уже набирающая обороты практика: газ сжимают и охлаждают до жидкого состояния, после чего по ценам, установленным на мировом рынке, поставляют в отдаленные регионы, и в том числе в США. Но на данный момент лишь незначительная часть огромных газовых ресурсов России обладает характеристиками, необходимыми для того, чтобы применение данного метода было экономически выгодным. Поэтому в поисках сферы, в которой межправительственный диалог принесет действительно ощутимые плоды, России и Америке следовало бы обратиться к теме, активно разрабатывавшейся в 90-е годы, но впоследствии слишком быстро забытой обеими сторонами. Речь идет о ядерной энергетике.
По окончании холодной войны США и Россия разработали многомиллиардную программу, направленную на обеспечение безопасности огромного количества расщепляющихся материалов и ядерной технологии в России. Цель этого проекта состояла в том, чтобы предотвратить попадание этих «небрежно охраняемых ядерных материалов» в руки террористов или враждебных режимов. Программа совместного уменьшения угрозы (СУУ) предусматривала также существование фондов, из которых бы финансировалось трудоустройство российских ученых путем привлечения их к совместным исследовательским проектам и обмену специалистами. Как и следовало ожидать, ни одна из поставленных задач выполнена не была. Если в стране разрушена система централизованного контроля, а зарплаты в научном секторе снижены практически до нуля, то остановить тотальный исход специалистов-ядерщиков – задача весьма непростая. Неудивительно также, что и в Америке не смогли предоставить обещанные миллиарды для совместного проекта. Во-первых, постоянно возникали другие приоритеты, а во-вторых, периодическое несоблюдение российской стороной соглашений о контроле за вооружениями вызывало постоянные споры в Конгрессе по поводу каждого отчисления. Неоднократно предлагались интересные проекты по укреплению СУУ, однако ни один из них не получил ни должного внимания со стороны чиновников, ни финансирования. Ситуация не изменилась даже теперь, когда после трагических событий 11 сентября можно получить деньги практически под любой проект по борьбе с терроризмом.
В гражданском аспекте программа СУУ предназначена не просто для того, чтобы обеспечить российских ядерщиков работой. Россия открыла под Красноярском склады для хранения ядерных отходов и могильник для их захоронения. Теперь возможность создания «международного могильника» выглядит более реальной. Долгое время эта тема считалась запретной, но она заслуживает внимания, если мы хотим, чтобы мировая атомная индустрия отказалась от неэффективного управления хранением и переработкой ядерных отходов в малом масштабе. Также следует привлечь Россию к распространенной во всем мире деятельности по созданию новых моделей ядерных реакторов. Страны – разработчики ядерных технологий во главе с Соединенными Штатами составили всеобъемлющие и вполне осуществимые планы относительно следующего поколения ядерных реакторов деления. Российская программа в области ядерной энергетики занимает одно из первых мест в мире по эффективности подходов к материалам, необходимым для создания новых моделей реакторов. Несмотря на это, в настоящее время Россия не участвует в международном форуме «Новое поколение-4», действующем под эгидой правительства США и являющемся одним из основных механизмов международного сотрудничества по вопросам разработки реакторов и их топливных циклов. Вовлечение России в указанную деятельность, стимулирование ее сближения с другими странами, обладающими новаторскими технологиями в данной области (например, с Японией), и оказание ей помощи в обеспечении безопасного хранения ядерных веществ в соответствии с обязательствами, взятыми на себя Америкой в ходе встречи «большой восьмерки», – все это должно войти в число наиважнейших приоритетов Вашингтона.
Для противников использования ядерной энергии любой план окажется неприемлем. Но мир постепенно приходит к осознанию того, что потепление климата представляет серьезную угрозу и в связи с этим все страны должны всерьез взяться за разработку альтернативных, экологически безопасных энергетических технологий. Из основных вариантов, существующих на сегодняшний день, только атомная и гидроэнергетика позволяют получать электричество, не усугубляя при этом парникового эффекта. Но эпоха больших плотин, видимо, идет к закату, поскольку по мере распространения демократии жители многих стран высказываются против заводнения. При таком раскладе развитие ядерной энергетики выглядит, возможно, самым привлекательным вариантом.
Конечно, поддержание серьезного российско-американского сотрудничества в области ядерной энергии – задача не из легких. Но зато здесь, в отличие от нефтяного сектора, большинство рычагов влияния, необходимых для достижения эффективного взаимодействия, находятся в руках правительств. Верная дипломатическая линия может принести хорошие дивиденды, но для формирования действенного партнерства оба государства должны будут выполнить ряд условий. Российским политикам придется приложить больше усилий к преодолению проблемы, с которой постоянно сталкивались участники программы СУУ. России надо будет установить контроль над расходованием средств на местах и предотвратить исход специалистов и утечку материалов для ядерных реакторов во враждебные государства. Соединенные Штаты со своей стороны должны будут не только оказывать России стабильную финансовую поддержку, но и привлечь Москву к активному сотрудничеству в рамках существующих программ по развитию американских ядерных технологий. Сегодня все они нацелены в первую очередь не на создание технологий нового поколения, а на совершенствование и продление срока службы существующих американских реакторов.
Правительствам США и России не стоит заблуждаться относительно стабильности будущего сотрудничества. Россию не назовешь идеальным партнером: на данный момент там продолжается утечка ядерных ноу-хау, и есть подозрение, что этому способствуют сами руководители отрасли. Следовательно, планы, касающиеся, к примеру, захоронения ядерных отходов, должны обеспечивать максимальную защиту от хищения. При этом акцент нужно, наверное, сделать не только на создании постоянного могильника и всевозможных охранных систем, но и на технологиях, позволяющих физически нейтрализовать ядерные отходы. Америке не следует также забывать о том, что Россия неохотно идет на сотрудничество в вопросах, до нынешнего времени имевших отношение к военной тайне, – эта проблема затрудняла реализацию программы СУУ. Еще одна сложная тема, которую не удастся обойти, – это отношения России и Ирана. Российско-иранское сотрудничество в атомной сфере, этот вечный камень преткновения для Москвы и Вашингтона, осуществляется не только потому, что Тегеран хорошо платит, но и потому, что стороны связаны непростыми отношениями, касающимися добычи и маршрутов экспорта каспийской нефти. И здесь мы не можем положиться на судьбу в надежде, что проблема испарится сама собой: российско-иранские связи коренятся в самой географии России. И если Москва и Вашингтон заинтересованы в длительном сотрудничестве в сфере атомной энергетики, они должны разработать политическую стратегию, которая поможет им справиться с этой ситуацией.
Новый взгляд на российско-американское партнерство
Политики прилагают значительные усилия для поддержания конструктивного диалога между Москвой и Вашингтоном, однако, сфокусировав внимание на нефти, правительства обоих государств избрали сферу, в которой их сотрудничество мало что может изменить в мире. Несмотря на то что Америка – крупнейший в мире потребитель нефти, а Россия – крупнейший производитель, ни межправительственный диалог, ни солидно обставленные отраслевые конференции фактически не могут повлиять на действия частных инвесторов. Ирония судьбы заключается в том, что, хотя США сильно зависят от импортной нефти, именно Россия по причине чувствительности ее экономики к ценовым колебаниям больше всего пострадает от несостоятельной попытки двух государств регулировать цены на нефть. Если обе страны откажутся от сотрудничества в нефтяной сфере, российско-американская политическая повестка дня много потеряет, но Москва и Вашингтон упускают из виду ряд важных моментов, и прежде всего проблему ядерной энергетики.
На сегодняшний день всему миру, включая и Соединенные Штаты, нужна жизнеспособная ядерная энергетика, однако российские ядерные ресурсы не используются, а талантливые специалисты сидят без работы.
Россия. США > Нефть, газ, уголь. Электроэнергетика > globalaffairs.ru, 16 мая 2003 > № 2906358
Дэвид Виктор, Надежда Виктор
Путь к процветанию
© "Россия в глобальной политике". № 1, Ноябрь - Декабрь 2002
Дэвид Доллар и Арт Край — экономисты Всемирного банка, работают в Группе по исследованию в области развития. Данная статья опубликована в журнале Foreign Affairs № 1 (январь/февраль) за 2002 год. Она отражает личный взгляд авторов на проблему глобализации.
Резюме Глобализация не ведет к росту неравенства и не множит ряды бедных. Напротив, глобальная экономика уже привела к снижению уровня бедности в мире. Это утверждают авторы материала в Foreign Affairs, вызвавшего бурную полемику в американской прессе. Часть откликов, которые в основном носили критический характер, мы публикуем в этом номере вместе с самой статьей.
Выдвигая множество обвинений в адрес глобализма, его противники прежде всего отмечают рост неравенства между имущими и неимущими. Глобализм дает преимущество богатым, бедным же от него практически ничего ждать не приходится, кроме дополнительных тягот. Это расхожее представление, судя по имеющимся данным, абсолютно не соответствует действительности. Современная волна глобализации, начавшаяся примерно с 1980 года, уже способствовала выравниванию экономического положения и снижению уровня бедности.
Глобальная экономическая интеграция по-разному влияет на доходы, культуру, общество и окружающую среду. Но коль скоро речь заходит о преимуществах глобализации, особенно важно подчеркнуть ее влияние на проблему бедности в мире. Если окажется, что международная торговля и инвестиции выгодны прежде всего богатым, то для многих это будет стимулом к тому, чтобы ограничить международную торговлю, сохранив таким образом рабочие места, национальную культуру и окружающую среду. Зато те же самые люди отнесутся к ограничению международной торговли иначе, если это негативно скажется на жизненном уровне малоимущих в развивающихся странах.
При анализе этой проблемы следует учитывать три фактора. Во-первых, общемировая тенденция к усгублению неравенства господствовала по крайней мере 200 лет, достигнув пика к 1975-му. С тех пор, однако, ситуация стабилизировалась и, возможно, тенденция даже обратилась вспять, что объясняется главным образом ускорением экономического роста в двух самых крупных и традиционно бедных странах — Китае и Индии.
Во-вторых, усиление взаимозависимости повышало уровень участия в международной торговле и инвестициях, с одной стороны, и стимулировало экономический рост — с другой. Развивающиеся страны можно разделить на две категории. К первой относятся глобализирующиеся государства, где в течение двух последних десятилетий наблюдается быстрое увеличение объемов торговли и зарубежных капиталовложений, значительно опережающее темпы развития богатых стран. Напротив, за последние 20 лет доля в международной торговле неглобализирующихся государств, представляющих вторую категорию развивающихся стран, сократилась. За период с 60-х годов по 90-е доходы на душу населения в странах первой категории росли стабильно — с 1 до 5 %. К тому же за последнее десятилетие экономические показатели индустриальных стран составили 2 %, тогда как неглобализирующихся — 1 %. Экономисты не торопятся с выводами о какой-либо выявленной в этой связи закономерности, но большинство соглашается с тем, что опережающие темпы роста глобализирующихся стран — следствие их открытости для внешней торговли и инвестиций (в сочетании с проводимыми там реформами).
В-третьих, глобализация, вопреки сложившемуся мнению, не привела к росту неравенства. В некоторых странах (Китай) разрыв в уровне доходов населения увеличился, в других (Филиппины), напротив, сократился. Эти изменения, впрочем, не всегда связаны с факторами глобализации, включая торговые и инвестиционные потоки, тарифные ставки и прозрачность финансовой сферы. На самом деле причины неравенства коренятся прежде всего в неэффективности национальных систем образования, налоговой и социальной политики. По сути, более высокие темпы роста в глобализирующихся странах привели к повышению доходов экономически отсталых слоев населения. К примеру, после того как Китай стал открытым для международной торговли и капиталовложений, в стране зафиксировано, помимо роста неравенства, наиболее значительное за весь период мировой истории понижение уровня бедности.
Глобализация действительно может оказаться эффективным средством в борьбе с бедностью, но нельзя утверждать, что она безотказно действует во всех случаях. Если политические лидеры рассчитывают овладеть всем потенциалом экономической интеграции и извлечь из нее максимальную выгоду, то им предстоит решить три важнейшие задачи. Во-первых, это противоборство с протекционистскими устремлениями индустриальных стран, так как подобные настроения все активнее блокируют интеграцию с бедными странами. Вторая задача — создание особых институтов и проведение целенаправленных политических мероприятий, учитывающих специфику каждой страны в отдельности для получения наибольших выгод от глобализации. Третья задача — расширение масштабов миграции — как внутренней, так и внешней — для преодоления неблагоприятного воздействия географического фактора.
Большой передел
За последние 200 лет стремительное ускорение темпов роста мировой экономики сопровождалось усилением интеграции различных местных рынков. Установить причинно-следственную связь между этими двумя процессами нельзя, так как, имея в распоряжении только одну мировую экономику, мы не можем произвести сравнительный анализ. Однако есть все основания полагать, что эти процессы развиваются параллельно. Как доказывал Адам Смит, расширение рынка приводит к более глубокому разделению труда, что, в свою очередь, облегчает использование инноваций и обучение в процессе производства. Некоторые из этих инноваций, имеющих отношение к средствам транспорта и связи, сокращают затраты и способствуют интеграции. Таким образом, налицо плодотворное взаимодействие интеграционного и инновационного процессов.
Интеграция различных местных рынков явилась следствием растущего потока товаров, капиталов и знаний. С 1820 по 1914 год международная торговля развивалась быстрее, чем мировая экономика. Доля международной торговли за этот период возросла примерно с 2 до 18 %мирового ВВП. Политика протекционизма времен Великой депрессии и Второй мировой войны оказала сдерживающее воздействие на глобализацию в международной торговле, доля которой (в мировом ВВП) к 1950 году уменьшилась по сравнению с 1914-м. Но с 1960 по 1980 год благодаря многосторонним соглашениям о либерализации торговли, заключенным в рамках Генерального соглашения о тарифах и торговле (ГАТТ), торговые отношения между индустриальными странами качественно изменились. Большинство развивающихся стран оставались изолированными от этого процесса, так как проводили политику протекционизма. Были, однако, и исключения. Примеры Тайваня и Южной Кореи в конце концов побудили другие развивающиеся страны к более активному участию в международной торговле и инвестициях.
Международное движение капиталов, интенсивность которого измеряется соотношением доли иностранных капиталов к мировому ВВП, также возросло во время первой волны глобализации и снизилось в период Великой депрессии и Второй мировой войны; при этом уровень 1914 года был вновь достигнут лишь в 1980-м. Но с тех пор потоки капиталов значительно активизировались, изменился и их характер. Сто лет назад иностранные капиталы, как правило, участвовали в финансировании государственных инфраструктур (каналы, железные дороги) или непосредственно инвестировались в проекты, связанные с природными ресурсами. Сегодня же основной поток капиталов в развивающиеся страны — это прямые инвестиции в промышленность и услуги. Изменение характера перемещения капитала объясняется, очевидно, успехами экономической интеграции, к которым, безусловно, можно отнести более дешевую и ускоренную транспортировку и революционные изменения в сфере телекоммуникаций. По сравнению с 1920 годом плата за доставку груза морем сократилась на две трети, оплата воздушного перелета — на 84 %; стоимость трехминутного телефонного звонка из Нью-Йорка в Лондон снизилась на 99 %.
Миграционные потоки — это еще один аспект интеграции. Здесь мы наблюдаем обратную тенденцию: сегодня люди мигрируют не так активно, как в прошлом, хотя стали гораздо больше путешествовать. Если в период с 1870-го по 1910-й постоянно мигрировало порядка 10 %населения планеты, то за последние 25 лет число мигрантов сократилось до 1–2 %.
По мере углубления экономической интеграции годовой темп роста мировой экономики увеличился с 1 %в середине XX века до 3,5 %в 1960–2000 годах. В результате столь длительного подъема в разных странах установились совершенно разные уровни жизни. В наши дни мировая экономика за два-три года производит такой же объем товаров и услуг, какой она производила в течение всего XX века. Разумеется, с помощью простого сопоставления фактов трудно установить подлинную картину различий: ведь большей части того, что потребляется сегодня — авиалайнеров, автомобилей, телевизоров, синтетических тканей, продлевающих жизнь лекарств, — 200 лет назад просто не существовало. Поэтому темпы производства многих товаров и услуг практически не поддаются учету. Невообразимо выросла производительность труда.
Вместе с тем все эти несметные богатства очень неравномерно распределялись вплоть до 1975-го, когда ситуация изменилась к лучшему. Степень неравенства в мире определяется с помощью среднего логарифмического отклонения, фиксирующего разницу между доходами произвольно взятого индивидуума и среднестатистическими показателями. В основу положен тот факт, что доходы везде распределяются в пользу богатых. Получается, что доходы типичного представителя той или иной социальной группы уступают среднему показателю по этой группе. Доход на душу населения в мире сегодня составляет около 5 000 долларов, однако произвольно взятый индивидуум, скорее всего, довольствуется только одной тысячей, то есть его доход на 80 %меньше. Эта разница, выраженная в расчетных единицах среднего логарифмического отклонения, составляет 0,8.
Неравенство в доходах, 1820-1995 гг., в % Примечание: числа, расположенные по вертикали, обозначают разницу между доходами среднего жителя планеты и мировым доходом на душу населения. Источники: F. Burguignon and C. Morrisson, Inequality Among World Citizens, 1820-1992/ Working Paper 2001-25 (Paris: Department and Laboratory of Applied and Theoretical Economics, 2001)и David Dollar, Globalization, Inequality and Poverty Since 1980/ World Bank Bakground Paper
Таким образом, показатель мирового распределения доходов среди населения свидетельствует о растущем неравенстве в период с 1820 по 1975 год. За этот период разница между доходом типичного жителя планеты и среднемировым доходом на душу населения увеличилась примерно с 40 до 80 %. Как правило, в отдельно взятых странах показатели неравенства в доходах практически не менялись, поэтому общемировые показатели увеличивались в основном за счет неравномерности темпов роста в разных местах. Относительно богатые регионы по состоянию на 1820-й (Европа и Соединенные Штаты) развивались быстрее, чем бедные (особенно Китай и Индия). Глобальное неравенство имело самые высокие показатели в 1970-х годах, после чего ситуация стабилизировалась и даже наметился некоторый спад — главным образом в связи с ускорением темпов роста в Китае и Индии.
Другой подход к глобальному неравенству состоит в анализе происходящего в беднейших слоях населения, прожиточный минимум которых составляет менее доллара в день. Хотя с течением времени число людей, живущих в бедности, в процентном отношении уменьшилось, в абсолютных цифрах оно постоянно росло вплоть до 1980 года. В период Великой депрессии и Второй мировой войны масштабы бедности выросли особенно резко, но непосредственно после этого произошло их относительно быстрое сокращение. В период между 1960-м и 1980-м одновременно с мощным рывком в мировой экономике увеличивалось число бедных, поскольку рост экономики не затронул регионы с самым низким уровнем жизни. Однако начиная с 1980 года стремительно развивались именно эти страны, в результате бедных в мире стало на 200 млн меньше. Опять-таки данная тенденция объясняется прежде всего быстрым ростом доходов в Китае и Индии, где, по данным на 1980 год, проживало около одной трети населения планеты и более 60 %находящихся на грани крайней бедности.
Рывок вверх
Тенденции, характеризующие глобальное неравенство, начали меняться одновременно с изменениями в экономической стратегии ряда крупных развивающихся стран. После Второй мировой войны большинство развивающихся стран сосредоточились на внутренних проблемах, пренебрегая интеграцией в глобальную экономику. Результаты были достаточно плачевными, и в течение 1960–1970-х годов развивающиеся страны в целом росли медленнее, чем индустриальные. Нефтяные кризисы и инфляция в США в 70-е осложнили положение этих стран и на протяжении ряда лет способствовали отрицательному росту, высокой инфляции и кризису задолженности. Наученные горьким опытом, некоторые развивающиеся страны начиная с 1980 года приступили к пересмотру своих позиций.
Китай, к примеру, до середины 70-х проводил крайне закрытую политику в области экономики. Вначале экономическая реформа Пекина затронула сельское хозяйство, но после 1980 года усилия правительства были направлены на то, чтобы сделать страну открытой для внешней торговли и иностранных инвестиций. В частности, на две трети были уменьшены тарифные ставки, что сопровождалось еще более существенным снижением нетарифных барьеров. Реформы привели к беспрецедентному росту экономики прибрежных провинций и более умеренному — внутренних районов страны. С 1978 по 1994 год китайская экономика ежегодно росла на 9 %, в то время как экспорт увеличился на 14 %, а импорт — на 13. Разумеется, Китай и другие глобализирующиеся страны не ограничиваются либерализацией внешней торговли, а реформируют различные сферы хозяйствования. Проведя земельную реформу, Пекин укрепил права собственников и перешел от плановой экономики к рыночной; это благотворно сказалось на дальнейшей интеграции страны в мировую экономику и ее развитии.
Открытость других развивающихся государств также стала результатом готовности их лидеров неуклонно следовать курсом реформ. В 90-е Индия успешно провела либерализацию в области внешней торговли и инвестиций, рост ее годового дохода на душу населения сегодня достигает 4 процентов. Индия реализовала обширную программу реформ и отказалась от жестко регулируемой, плановой экономики.
То же относится к Уганде и Вьетнаму — странам с крайне низкими доходами, которые стали проводить более активную инвестиционную и внешнеторговую политику и также добились успеха. В западном полушарии необходимо упомянуть Мексику, которая в 1993 году заключила соглашение о свободной торговле с США и Канадой и с тех пор наращивает темпы своего развития, особенно в северных, граничащих с США, районах.
Индия, Вьетнам, Уганда и Мексика не единственные примеры стран, которые встали на путь быстрого развития, после того как начали проводить открытую политику. Проиллюстрировать эту тенденцию помогут примеры других развивающихся стран в порядке возрастания доли поступлений от торговли в их национальном доходе за 20 лет. Первую треть этого списка составляют страны глобализирующегося лагеря, а оставшиеся две трети — страны неглобализирующегося лагеря. Лидеры списка за последние два десятилетия увеличили объемы своей торговли в национальном доходе на 104 %(богатые страны соответственно на 71 %). Между тем сегодняшние объемы торговли неглобализирующихся стран уступают соответствующим цифрам 20-летней давности. Глобализирующиеся страны сократили свои импортные тарифы в среднем на 22 %, тогда как неглобализирующиеся — только на 11.
За счет чего растет экономика глобализирующихся стран? Их среднегодовой темп роста увеличился с 1 %в 60-х до 3 %в 70-х, с 4 %в 80-х до 5 %в 90-х. Годовые темпы роста в богатых странах, напротив, упали примерно до 2 %в 90-х, а неглобализирующиеся страны отмечали замедление роста с 3 %в 70-х до 1 %в 80-х и 90-х.
Та же тенденция наблюдается на уровне отдельных стран. В Китае и Индии районы, включившиеся в интеграционный процесс глобальной экономики, развиваются значительно быстрее, чем оказавшиеся в изоляции. Так, например, в изначально бедных индийских штатах, сумевших создать у себя привлекательный для инвестиций климат, в 90-х годах было зарегистрировано значительное сокращение бедности по сравнению с другими штатами. Подобное сравнение процессов, происходящих во внутренних районах, весьма показательно. Дело в том, что на фоне неизменной государственной политики в области торговли и макроэкономики эти процессы демонстрируют, насколько важно для достижения реальной интеграции дополнить либерализацию торговли институциональными реформами.
Факты, связанные с развитием таких глобализирующихся стран, как Индия, Китай и Вьетнам, подтверждают выводы о том, что открытость экономики сопровождается быстрым ростом. Многие исследования показывают, что чем больше объемы торговли и инвестиций, тем выше темпы развития. Экономисты Питер Линдерт и Джеффри Уильямсон отмечают, что «до сих пор не представлено убедительных научно обоснованных доказательств в пользу вывода о том, что открытость торговли однозначно ускорила экономическое развитие стран Третьего мира; и тем не менее свидетельства в пользу справедливости этого вывода преобладают». Далее они подчеркивают, что «антиглобализм не принес послевоенному Третьему миру ни одной победы».
На самом деле, вопреки утверждениям антиглобалистов, политика открытости по отношению к международной торговле и инвестициям способствовала сокращению разрыва между богатыми и бедными странами. В 90-е годы экономика глобализирующихся стран с общей численностью населения порядка 3 миллиардов человек росла в два с лишним раза быстрее, чем экономика индустриальных стран. Напротив, неглобализирующиеся государства развивались вдвое медленнее и в настоящее время оказываются все более отсталыми. Итогом большинства дискуссий, посвященных неравенству в мире, является тезис о растущей пропасти между развивающимися и индустриальными странами, но это просто не соответствует фактам. Важнейшими изменениями в характере глобального неравенства за последние десятилетия явились растущие различия внутри развивающегося мира, непосредственно связанные со способностью отдельных стран воспользоваться преимуществами, предоставляемыми глобализацией.
На пути выхода из бедности
Антиглобалисты настаивают на том, что экономическая интеграция усугубляет неравенство внутри стран и между ними. До середины 80-х данных по этому вопросу явно не хватало. В настоящее время все большее число развивающихся стран проводят качественные исследования доходности и потребления в отдельных домохозяйствах. Надежные данные уже существуют для 137 стран, и многие из них позволяют определить, как с течением времени менялся характер неравенства.
Одним из способов исследования проблемы неравенства внутри отдельных стран является анализ состояния 20 %самых бедных домохозяйств на фоне глобализации и экономического роста. Во всех странах рост доходов бедных примерно совпадает с темпами роста ВВП. Конечно, это соотношение подвержено значительным изменениям в зависимости от конкретной ситуации. В некоторых странах распределение дохода изменилось в выгодную для бедных сторону, в других наоборот. Но это изменение никак не связано с некой переменной величиной, характеризующей глобализацию. Некорректно утверждение о том, что неравенство обязательно возрастает с увеличением объемов торговли, иностранных капиталовложений и понижением тарифов. Для многих глобализирующихся государств распределение доходов осталось практически на прежнем уровне, а в некоторых (Филиппины и Малайзия) ситуация даже изменилась в пользу бедных. Изменения в характере неравенства отражают лишь особенности политики государства в сфере образования, налогов и социальной защиты.
Очень важно правильно понять это утверждение. Китай представляет собой пример страны, где уровень неравенства заметно повысился. За последнее десятилетие доход беднейших 20 %населения Китая увеличивался быстро, но значительно медленнее, чем доходы на душу населения. Эта тенденция, возможно, объясняется тем, что страна стала более открытой, но, скорее всего, главная причина — внутренняя либерализация. Китай, где в 70-е годы доходы распределялись чрезвычайно равномерно, начал с того, что направил часть реформ на совершенствование образования, причем все связанные с этим выгоды получали наиболее отличившиеся. Но китайский опыт нетипичен. В большинстве развивающихся стран, открытых для внешней торговли и инвестиций, неравенство не углубляется. Более того, хотя доходы в Китае стали распределяться более неравномерно, доходы бедных по-прежнему быстро увеличивались. Можно сказать, что успехи Китая в борьбе с бедностью беспрецедентны.
Поскольку увеличение объемов торговли обычно сопровождается ускоренным экономическим ростом и необязательно влечет за собой перераспределение доходов среди домохозяйств, в целом оно ассоциируется с повышением благосостояния бедных. Так, по мере того как Вьетнам стал следовать политике открытости, в стране отмечался рост доходов на душу населения, что особо не отразилось на отношениях неравенства. Доход бедных значительно вырос, а число вьетнамцев, живущих в крайней нищете, сократилось с 75 %в 1988 году до 37 в 1998-м. Спустя всего 6 лет подавляющее большинство самых бедных на 1992 год домохозяйств улучшили свое положение. Однако повышение благосостояния связано не только с доходом: стало меньше детей, занятых в производстве, увеличилась численность учащихся в школах. Нет причин удивляться тому, что подавляющее большинство вьетнамцев вскоре извлекли выгоду из либерализации торговли: открытая политика способствовала экспорту риса (производимого главным образом беднейшими фермерами) и трудоемкой продукции, в частности обуви. Однако опыт Китая и Вьетнама не уникален. Интегрирующиеся в мировую экономику Индия и Уганда также добились быстрого снижения уровня бедности.
Открытые общества
Данные утверждения касаются и развивающихся, и индустриальных стран (например Соединенных Штатов), и тех, кто озабочен проблемой нищеты в глобальном масштабе. Все стороны должны признать, что последняя волна глобализации сыграла огромную роль в обуздании процессов, связанных с неравенством и бедностью в мире. Для всех пришло время понять, что глобализация, несмотря на препятствия, продолжается.
Тем не менее было бы неправильным заявлять, что глобализация неизбежна. В 1910 году многие полагали, что процесс глобализации не остановить, но вскоре убедились, что жестоко ошибались. История не повторяется, однако следует отметить, что антиглобалистские настроения на подъеме. В то же время все больше политических лидеров развивающегося мира осознают, что открытая система торговли в значительной мере соответствует интересам их стран. Эти политики сочтут за благо прислушаться к недавнему заявлению президента Мексики Висенте Фокса:
»Мы убеждены, что глобализация — это благо, и она станет благом, когда вы подготовитесь к нейѕ и пусть ваши принципы не противоречат требованиям экономики, пусть им соответствуют установленные вами высокие образовательные стандарты и приверженность верховенству законаѕ Когда вы сделаете все, что от вас зависит, тогда, мы уверены, вы достигнете благополучия».
К сожалению, противники интеграции — особенно в индустриальных странах — отстаивают свои узкие интересы гораздо более энергично. Лидеры как развитых, так и развивающихся стран должны более непосредственно и эффективно поддерживать процесс глобализации, если не хотят, чтобы их оппоненты взяли верх.
Вместе с тем индустриальные государства по-прежнему принимают протекционистские меры в отношении сельскохозяйственной и трудоемкой продукции. Ликвидация этих барьеров окажет существенную поддержку развивающимся странам. Открыть свои рынки выгодно даже беднейшим странам мира — ведь 70 %тарифных барьеров, с которыми сталкиваются развивающиеся страны, возникают по инициативе их же самих.
Если глобализация продолжится, то возможность ее превращения в силу, устраняющую неравенство, будет зависеть от способности бедных стран интегрироваться в мировую экономическую систему. Для достижения подлинной интеграции требуется не только либерализация торговли, но и масштабная реформа государственных институтов. Многие из развивающихся стран, в частности Мьянма, Нигерия, Украина и Пакистан, создают у себя неблагоприятные условия для инвестиций. Даже если они решатся проводить открытую торговую политику, гарантией успеха она станет лишь в том случае, если эти государства проведут дополнительные реформы. Нелегко предугадать, какими путями будут там продвигаться реформы; многие из фаворитов последних лет — Китай, Индия, Уганда и Вьетнам — добились успехов совершенно неожиданно. Но пока государственные институты и политика остаются неэффективными, отсталость таких стран неизбежна.
Используя механизмы торговой политики, индустриальные государства могли бы помочь тем развивающимся странам, которые решили перейти к политике открытости и вступить в мировой торговый клуб. Но в последние годы индустриальные государства изменили тактику. Первоначально ГАТТ было создано на основе соглашений, связанных с практическими вопросами международной торговли. Теперь же перед вступающими в ВТО выдвигается требование институционально оформить отношения в рамках договора, например, о политике в сфере прав на интеллектуальную собственность. Однако если под угрозой санкций со стороны ВТО начнется какая-либо стандартизация условий труда или требований к состоянию окружающей среды, то подобная гармонизация будет иметь далеко идущие последствия. Такие меры по своему воздействию равнозначны новому протекционизму, поскольку препятствуют интеграции развивающихся стран в мировую экономику и тормозят торговлю между богатыми и бедными странами.
Конференция ВТО в Дохе явилась важным шагом на пути к международной торговой интеграции. Более решительно, чем в Сиэтле, лидеры индустриальных государств выразили готовность продолжить процесс интеграции и определиться с основными проблемами развивающихся стран. Среди этих проблем — доступ к патентам на фармацевтическую продукцию, использование антидемпинговых мер против развивающихся стран и сельскохозяйственные субсидии. Не исключено, что новый раунд переговоров, начавшийся в Дохе, сможет переломить современную тенденцию, затрудняющую путь бедных стран в мировую экономику.
Наконец, еще одно возможное препятствие на пути успешной и справедливой глобализации связано с географией. Ни прибрежный Китай, ни южная Индия не были приговорены природой к бедности, то же самое относится к северной Мексике и Вьетнаму. Все они расположены по соседству с крупными рынками или вблизи от торговых путей, но случилось так, что долгое время их развитие сдерживалось ошибочной политикой. Теперь, после соответствующих реформ, они начинают быстро развиваться и понемногу занимают принадлежащее им в силу естественных причин место в мире. Иное дело Мали, Чад и прочие страны и регионы, испытывающие на себе проклятье «плохой географии»: удаленность от рынков, большие расходы на транспортировку, наличие угроз для здоровья населения, проблемы с сельским хозяйством. Было бы наивным полагать, что одной только торговлей и инвестициями здесь можно облегчить бремя бедности. На самом деле для географически неблагоприятных стран и регионов важна прежде всего не либерализация торговли, а развитие подобающей системы здравоохранения или налаживание инфраструктур. Еще один выход — позволить людям сменить местожительство.
Не поддающийся учету фактор нынешней волны глобализации — миграция из бедных стран — мог бы стать весомым вкладом в борьбу с бедностью. Каждый год население планеты увеличивается на 83 млн, из них 82 приходятся на развивающиеся страны. В то же время в Европе и Японии отмечается процесс старения населения, ведущий к сокращению трудовых ресурсов. Миграция относительно неквалифицированных рабочих с юга на север, таким образом, будет экономически взаимовыгодна. При этом в результате в основном экономически мотивированной волны миграции поднимается жизненный уровень самого мигранта, а страна, которую тот покидает, получает тройную выгоду. Во-первых, миграция сокращает количество рабочих рук на юге, и поэтому заработная плата остающегося населения увеличивается. Во-вторых, мигранты посылают в страну денежные переводы в твердой валюте. Наконец, в-третьих, миграция способствует активизации транснациональной торговли и инвестиций. Так, например, 10 %граждан Мексики живет и работает в США, тем самым у них на родине снимается напряжение на рынке труда и повышаются зарплаты. В денежных переводах Индия получает от своих граждан, работающих за океаном, в 6 раз больше, чем от иностранной помощи.
В отличие от торговли миграция всячески сдерживается, вокруг нее ведутся оживленные споры. Отдельные критики подчеркивают ее деструктивное воздействие на общество и культуру, высказывают опасения, что она негативно отразится на уровне зарплаты и стимулирует безработицу в индустриальных странах. При этом антииммиграционное лобби игнорирует тот факт, что неравенство, связанное с условиями экономической географии, столь велико, что никакая ограничительная политика не помешает нелегальной иммиграции. По иронии судьбы, неприятие глобализации во многом обусловлено как раз тем, что ее влияние недостаточно распространяется на такие ключевые области экономики, как потоки рабочей силы. Перемещение людей стало высокоприбыльным, неконтролируемым бизнесом, в результате чего нелегальные иммигранты становятся объектом жестокой эксплуатации.
Пока ни одна из индустриальных стран не готова узаконить открытую иммиграцию. Но политику в отношении мигрантов нужно пересмотреть. В некоторых государствах миграционные правила отдают предпочтение высококвалифицированным работникам, что подстегивает процесс утечки мозгов из развивающихся стран. В результате такой политики поток неквалифицированной рабочей силы не останавливается; напротив, многие работники выталкиваются в категорию «нелегалов». Поэтому если индустриальные страны на законных основаниях будут принимать больше неквалифицированных работников, то это компенсирует нехватку собственной рабочей силы, улучшит жизненный уровень в развивающихся странах и уменьшит приток нелегальных иммигрантов.
Итак, за последние два десятилетия интеграция экономик развивающихся и индустриальных стран предоставила бедному населению немало возможностей для улучшения жизни. Извлекать пользу из глобализации уже научились мексиканские мигранты, китайские рабочие, вьетнамские крестьяне и угандийские фермеры. Глобализация выгодна и состоятельным слоям населения в развивающихся и индустриальных странах. После того как стихнет риторика вокруг глобализации, в мировой повестке дня со всей очевидностью обозначится вопрос, насколько индустриальные государства готовы ускорить процесс интеграции в мировую экономику. Стремящиеся к этому беднейшие страны в значительной степени заинтересованы в том, каким будет ответ богатых стран.
Китай. Индия. МВФ > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > globalaffairs.ru, 16 ноября 2002 > № 2899026
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter