Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Все паломники, которые приедут в Мекку на хадж, получат электронные браслеты, в которых будут содержаться персональные данные паломника (хаджия). Об этом сообщила пресс-служба Духовного управления мусульман Кыргызстана (ДУМК) со ссылкой на издание «islam-today».

Как сообщается, в браслете будет указана страна, из которой паломник прибыл, номер визы, паспортные данные и адрес проживания.

Кроме того, на устройстве будет информация о туроператоре, с помощью которого паломник отправился на хадж, адрес размещения паломника в Мекке, Медине и других священных местах, и контакты руководителей группы.

Получить информацию из браслета можно будет с помощью смартфона, которыми будут снабжены сотрудники органов безопасности.

«Электронный браслет – это еще один шаг в повышении качества услуг паломникам. Теперь паломникам, не владеющим иностранным языком, не придется беспокоиться о том, что он может потеряться», - сказал замминистра хаджа и Умры Саудовской Аравии Эйса Мухаммед Равас.

Отметим, по данным ДУМК, в прошлом году хадж совершили 4 тыс. 185 кыргызстанцев, в этом году паломничество в Мекку планируют совершить 3 тыс. 685 человек.

Ирано-саудовская конфронтация и безопасность России

Редакционная статья Iran.ru

С кем дружить России в интересах своей безопасности, с Ираном или Саудовской Аравией? С приходом к власти 23 января 2015 года после смерти своего единокровного брата Абдаллы нового короля Саудовской Аравии Салман бин Абдулазиза Эр-Рияд быстро изменил курс от стратегии взаимодействия на основе духовного влияния на своих местных, региональных и международных союзников к новой стратегии конфронтации на основе применения силы. За этот короткий период Ближний Восток стал свидетелем кардинального изменения внешней политики королевства, ставящего в дополнение к поставкам энергии, необходимой в индустриальном мире, задачу стратегического переформатирования региона в интересах обеспечения своего безусловного дипломатического и военного доминирования. Экономика при этом отошла на второй план, королевство стремительно беднеет. Так, 2015 год КСА завершает с рекордным дефицитом бюджета в почти 100 млрд. долларов, что составляет 15% от ВВП. Ну а в 2016 году дефицит бюджета Саудовской Аравии достигнет, как ожидается, 60% (!)от ВВП. Такова цена военных амбиций нового саудовского руководства.

Саудовская Аравия – инициатор гонки вооружений в регионе

К экономическим проблемам Саудовской Аравии в последний год добавился еще целый ряд геополитических проблем. Так, в Йемене восстали шииты-хуситы, с которыми Эр-Рияд сегодня ведет полномасштабную войну. В Сирии и Ираке поддерживаемые саудитами исламистские группировки терпят поражение, притом, что в этих странах возрастает влияние главного врага саудовского радикального исламизма - Ирана, уверенно выходящего из международной изоляции и приступившего к восстановлению своей экономики после отмены санкций. В такой ситуации саудовское руководство видит из этого замкнутого круга, похоже, только один выход — так накалить отношения с Тегераном и обстановку в регионе, чтобы вызвать соответствующую реакцию США. При президенте Обаме провокационные обращения о защите королевства от растущего влияния Ирана остались без ответа, однако в американском руководстве есть много желающих вернуть дружбу с Эр-Риядом и не ослаблять военное и политическое давление на Тегеран.

В 2015 году отмечен самый большой ежегодный рост на глобальном рынке вооружений за последние десять лет. Он произошел после резкого увеличения закупок со стороны Саудовской Аравии. Объем импорта оружия в Эр-Рияд в 2015 году подскочил на 50%, до 9,3 млрд. долл., королевство заняло первое место в мире по объему импорта вооружений. К увеличению импорта вооружений в Саудовскую Аравию привели операция возглавляемой ею коалиции в Йемене и противостояние королевства его региональному сопернику Ирану. За 2015 год США продали вооружения на 23 млрд. долларов, из них 8,8 млрд. — странам Ближнего Востока.

Только на Саудовскую Аравию и ОАЭ приходится более половины закупок оружия на Ближнем Востоке и около 17,5% мирового оборонного экспорта (на общую сумму 11,4 млрд. долларов). По сравнению с 2014 годом этот показатель вырос почти на 3 млрд. долларов. Саудовская Аравия, в прошлом году ставшая крупнейшим импортером оружия в мире, осуществила закупку истребителей F-15, вертолетов Apache, а также высокоточного оружия, беспилотных летательных аппаратов и оборудования для наблюдения. Американские власти безоговорочно поддерживают усилия саудовских военных по приобретению систем самого передового вооружения.

То, что навязываемая Эр-Риядом странам региона гонка вооружений ведет к дальнейшей дестабилизации Ближнего Востока, Вашингтон не беспокоит. Не обращают внимания в американской администрации и на то, что вооруженные конфликты здесь множатся ежегодно. Сегодня в этом регионе, пожалуй, нет такой страны, которая бы не находилась в состоянии горячей или холодной войны с кем-либо. Это устраивает не только США, но и европейских союзников американцев по НАТО. К примеру, экспорт оружия из Франции в 2015 году вырос более чем в два раза: с 8 до 18 млрд. долларов, что в значительной степени объясняется повышением спроса в ближневосточных странах. Если подобные темпы роста сохранятся, то Франция к 2018 году вполне может заменить Россию на позиции второго в мире экспортера оружия. По крайней мере, США и НАТО стремятся повсеместно вытеснять российских производителей вооружений и боевой техники, освобождая доступ на эти рынки своих компаний.

Постоянная возня американцев вокруг российско-иранского проекта о поставках в Иран комплекса ПВО С-300 имеет и коммерческие корни, хотя военная составляющая здесь доминирует. Любое укрепление обороноспособности Исламской Республики не устраивает Америку и Саудовскую Аравию, которая усиленно вооружается против Ирана. На этом фоне нелепо принимать во внимание позиции Израиля, стран Персидского залива и тех же американцев, которые рассматривают поставки Россией современных систем ПВО в Иран как «дестабилизирующий фактор». Не стоит забывать, что США уже вооружили аравийские монархии системами ПРО типа THAAD (Terminal High-Altitude Area Defence) производства компании Lockheed Martin с высотой перехвата около 150 километров. Вместе с тем, конгресс США призывает президента Обаму признать незаконной недавнюю продажу Россией Ирану системы С-300, которая, как считают американские законодатели, будет способствовать росту военного потенциала ИРИ.

То, что продажа Россией Ирану зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) С-300 не является нарушением ядерной сделки с Тегераном или санкций, признают в госдепартаменте США, однако вопрос о запрете поставок американцы продолжают обсуждать. То, что США будут негативно реагировать на поставки Россией современных систем ПВО в Иран, было понятно. Важнее то, что это не стало для Кремля преградой и контракт Россией наконец-то выполняется.

Иран заинтересован в полноценном военном сотрудничестве с Россией

Россия имеет полное право поставить зенитно-ракетные системы Тегерану, которые не представляют угрозы для кого-либо. В поставках средств ПВО нет никакой «дестабилизации», наоборот – это будет сдерживать иранских противников от иллюзий военного решения соперничества с Ираном в свою пользу. Системы ПВО предназначены только для обороны, и в перечень запрещенных к поставкам систем вооружений не входят.

В отношении Ирана России необходимо вернуть статус надежного партнера по ВТС. В Тегеране заинтересованы в возвращении доверия в сотрудничестве с Москвой. Глава министерства обороны Исламской республики Иран Хосейн Дехкан говорит о начале новой эры военного сотрудничества между Ираном и Россией. По словам Дехкана, военное сотрудничество между странами крепнет и улучшается. Подобную оценку мы не слышали из Тегерана уже много лет. Сотрудничество между военными ведомствами наших стран было практически прекращено с 2010 года, когда против Ирана в Совете Безопасности ООН были введены международные санкции, к которым Россия присоединилась, а затем необоснованно отказалась от исполнения контракта по С-300. Не случайно, иранцы стали рассматривать сквозь призму невыполненного контракта по С-300 отношения с Россией в целом. Это мешало развитию двусторонних связей, сейчас в интересах обеих стран ситуация начала исправляться, Россия и Иран впервые в истории своих многовековых отношений подписали межправительственное соглашение о военном сотрудничестве.

Закрепленные в этом документе договоренности переводят наше сотрудничество в области безопасности на принципиально новый уровень. Военное партнерство между Россией и Ираном отвечает интересам региональной и международной безопасности, и является сегодня на фоне тех угроз и вызовов, которые создаются сегодня США и НАТО для Москвы, и для Тегерана, более актуальным. Правда, для Кремля в военно-техническом сотрудничестве с южным соседом пришло время действовать жестче, проводить политику в области ВТС в соответствии со своими национальными интересами, не питая иллюзий на счет «миролюбивости» иранского противника – Саудовской Аравии. В настоящее время Тегеран передал Москве список военной техники и вооружений, которые иранские военные хотели бы приобрести. Речь идет о пакете контрактов на сумму не менее 8 млрд. долларов. При этом Иран достаточно недвусмысленно дал понять, что предлагает России новый уровень военно-технического сотрудничества - совместные научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, которые до этого Россия вела только с Китаем. Да, иранцы не заинтересованы лишь в закупках оружия, они хотели бы участвовать в его производстве, совершенствуя свой оборонно-промышленный комплекс. Более того, иранцы ведут речь о современных образцах техники и вооружения. Недавно иранские власти запретили сухопутным силам страны приобретать военную технику без передачи Тегерану технологии ее производства. Обязательным условием сделки должна быть передача технологий производства. Готова ли к такому формату сотрудничества российская сторона?

Иранская сторона заинтересована в приобретении российских истребителей типа Су-30СМ (с последующей их локализацией), учебно-боевых самолетов Як-130, вертолетов семейства Ми-8 и Ми-17, российских береговых мобильных ракетных комплексов «Бастион», оснащенных сверхзвуковой противокорабельной ракетой «Яхонт», надводных кораблей класса фрегат, дизель-электрических подводных лодок и ряда других образцов боевой техники. Этот список изучается в Минобороны РФ, правительстве и Кремле. Главная сложность состоит в том, что реализации масштабных планов двух стран по расширению сотрудничества в сфере ВТС мешает нерешенность финансового обеспечения сделок: Тегеран рассчитывает приобрести российское оружие в кредит, но в Москве к этому сегодня не готовы из-за экономического кризиса.

В таких условиях, как представляется, важно избегать поспешных или непродуманных решений, которые могут навредить перспективе ВТС. Современный Иран – самое крупное государство Ближнего и Среднего Востока, территория в два с лишним раза больше турецкой. Уместно упомянуть и о сходстве российской концепции многополярного мира с иранской доктриной диалога цивилизаций. Сближает нас и общая позиция по отношению к США. Такими союзниками России пренебрегать недопустимо, а если потребуется делать выбор между Эр-Риядом и Тегераном, то Москве не стоит опасаться отдать свое предпочтение Исламской Республике. Надежды на положительные для нас изменения во внешнеполитическом курсе Саудовской Аравии не имеют под собой реальных оснований. Военно-политическому руководству России нужно укреплять взаимоотношения с важным союзником последовательно, без какого-либо давления на Тегеран, а тем более, добиваясь односторонних выгод. Такой курс отвечает интересам российской безопасности и будет оказывать положительное влияние на укрепление региональной стабильности у южных границ РФ в целом.

Для безопасности России выбор в пользу Ирана очевиден

В прогнозах о будущем влиянии противостояния Ирана и Саудовской Аравии на безопасность Ближнего Востока справедливо исходить из оценки роли США в Персидском заливе. Здесь Соединенным Штатам на протяжении длительного времени удается поддерживать стабильные отношения с монархиями Аравийского полуострова. Для данной группы государств США выработали большое количество совместных региональных инициатив, основная часть которых касается сотрудничества в области безопасности, а также контртеррористической деятельности. Наиболее приоритетным направлением при этом остается сдерживание Ирана и поддержка Саудовской Аравии, а также Катара, наиболее влиятельных арабских монархий. Саудовская Аравия вовлечена в решение большого количества региональных проблем, имеющих первостепенное для США значение. С Москвой у Эр-Рияда практически нет консенсуса ни в Сирии, ни в Ливане, ни в Йемене, ни в Ираке, на который в контексте будущего региональной безопасности уместно обратить особое внимание.

Почему арабский Ирак, судьбу которого решила американская военная интервенция, остается вне системы коллективной безопасности арабских государств Персидского залива? Каковы причины того, что Эр-Рияд сохраняет с Багдадом конфронтационные отношения? Ответ очевиден: шиитский Ирак с огромным влиянием неподконтрольных саудовской династии курдов остается намного ближе к Ирану, чем к Саудовской Аравии. Перспективы преодоления подобной враждебности к северному соседу у королевства нет, американцы вынуждены с этим смириться вопреки логике построения системы коллективной безопасности в регионе. У американцев нет пространства для внешнеполитического маневра. Вашингтон, несмотря на победную войну в Ираке, не смог удержать эту страну в сфере своего монопольного влияния. Самые сильные позиции в Ираке оказались у Тегерана, который сумел воспользовался свержением Саддама, наладив выгодные для себя отношения не только с иракскими шиитами, но и иракскими курдами. Влияния ИРИ в Ираке растет с каждым годом. Несомненно, что подобный сценарий, имеющий необратимые перспективы дальнейшего развития в пользу иранского закрепления в Ираке, не устраивает ни США, ни Саудовскую Аравию. Если американцам еще как-то можно договариваться с Ираном, то для саудовской монархии это исключено.

Схожая ситуация и с участием ИРИ в сирийском конфликте. Америка вынуждена была дать согласие на полноценное участие иранской дипломатии в урегулировании сирийского кризиса. Саудовцы были против этого. Тем не менее, Тегеран во взаимодействии с Москвой укрепил свою роль ключевого игрока в определении дальнейшей судьбы президента Асада и его правительства. В Сирии воздушная операция России, поддержанная Ираном на земле, по сути, спасла Дамаск о поражения. Ещё в сентябре прошлого года падение правительства Асада казалось неминуемым, но Дамаск стабилизировал свое положение и укрепил контроль над значительной частью территории страны. Начат процесс поисков политического решения, полноценным участником которого является Иран. То, что США уже не играют в урегулировании сирийского кризиса доминирующей роли, а Россия возвращается на Ближний Восток, вполне устраивает Иран, а со стороны саудовцев вызывает открытое противодействие, которое Москва предпочитает замалчивать.

В Сирии у России и Ирана есть общие интересы не только на ближайшее время, но и на перспективу. Обе страны имеют цель убрать с ближневосточной сцены «Исламское государство» (ИГ). Военное сотрудничество Москвы и Тегерана в интересах достижения этой цели стало новым важным фактором международных отношений. Ещё несколько лет назад трудно было представить, что иранские истребители будут эскортировать в своём небе российские стратегические бомбардировщики, направляющиеся через Иран для нанесения ракетных ударов по объектам ИГ на сирийской территории. Напомним, что ракетные удары по инфраструктуре террористов, нанесенные Россией с Каспия, осуществлялись через иранское воздушное пространство.

Напрасно США и их союзники надеются, что им удастся расколоть российско-иранский альянс. Вряд ли и Тегеран даже в долгосрочной перспективе может выбрать курс на политическое сближение с Западом в ущерб своим отношениям с Москвой. Глава ИРИ аятолла Хаменеи в последнее время неоднократно отмечал, что США имеют планы изменения государственного устройства Ирана, однако организовать переворот им не удастся. Нам, считает верховный лидер Ирана, нельзя забывать, «что Запад сделал с нами», и всегда помнить, «с кем мы имеем дело». Мировое сообщество – это не только Запад, такова внешнеполитическая доктрина Ирана.

Несмотря на закрытие в июле 2015 года ядерного досье Ирана, заложить основы для нормализации отношений с Вашингтоном Тегерану не удалось. США продолжают экономическое давление на Исламскую Республику. Власти США отменили санкции лишь частично, с многочисленными оговорками. Очевидно, что в этих условиях нормализация отношений с Вашингтоном в сферу иранских государственных интересов не входит, а угроза Ирану со стороны США сохраняется. Прогнозируемого многими экспертами американо-иранского сближения не произошло, иранское высшее религиозно-политическое руководство держит курс на выстраивание стратегического партнерства с Россией.

*******

Саудовская Аравия, используя свой авторитет в исламском мире, обеспечивает Соединенным Штатам поддержку их ближневосточной политики и поощряет антироссийские настроения в регионе. Основной статьей экспорта США в Саудовскую Аравию является вооружение, американское военное присутствие в этом государстве сохраняется. Соединенные Штаты и Саудовская Аравия и сегодня имеют общие интересы в вопросах обеспечения региональной безопасности в Персидском заливе. Иран остается для этих государств основным противником, во многом и потому, что Тегеран желает стать ведущим региональным партнером России. Москве при реализации своей внешнеполитической стратегии в регионе не оправдано ограничиваться выстраиванием двусторонних отношений только с Исламской Республикой, однако не стоит питать иллюзий в отношении вероятности налаживания конструктивного диалога с Саудовской Аравией. Наш выбор очевиден: сотрудничество с Ираном, а не опасное заигрывание с монархией саудовцев.

Турция ждет результатов президентских выборов в США

В 2016 году Иран стал поставщиком нефти для Турции, что позволило Анкаре значительно сократить объем закупок энергоресурса из России. Иран получил возможность играть эту жизненно важную роль для Турции в связи со значительным скачком добычи нефти с момента начала осуществления в январе Совместного Всеобъемлющего плана действий (СВПД) и соглашения между Ираном и странами, отменившими международные санкции против нефтяной промышленности Ирана. Тем не менее для того, чтобы Ирану продолжить играть эту стратегически важную роль в освобождении Турции от экспорта российской нефти, Тегерану необходимо будет дополнительно увеличить объемы добычи нефти. Сможет ли Иран сделать это, и в какие сроки, зависит в значительной степени от результатов президентских выборов в США.

Хотя Ирак был крупнейшим поставщиком сырой нефти в Турции в 2015 году, составляя 46 % турецкого импорта, Иран и Россия были следующими крупнейшими экспортерами сырой нефти, в совокупности составляя 39% турецкого импорта нефти. Согласно данным Регулятора энергетического рынка Турции (EMRA), иранская нефть составляла 20 % в 2015 году, в то время как на долю России приходилось 19 %. Тем не менее, в первом квартале 2016 года импорт нефти из России упал до 10,5 %, а импорт из Ирана увеличился до 23,5 %.

Хотя Турция также увеличила импорт нефти из Саудовской Аравии, поставки нефти из Тегерана более чем в два раза превышают поставки из Эр-Рияда. Тегеран получил возможность увеличить экспорт в Турцию из-за резкого роста добычи нефти после отмены санкций. До введения санкций в отношении Тегерана в 2012 году государство производило около 4,4 млн баррелей в день. В январе производство составило около 2,8 миллионов баррелей в сутки, или 64 % от досанкционного уровня. С момента снятия санкций в январе по условиям СВПД, Иран увеличил добычу нефти до 3,8 млн баррелей, около 53 % из которых идет на экспорт, таким образом, страна стремится достичь уровня добычи 4 млн баррелей в день к концу 2016 года.

В 1-м квартале 2016 года, Турция также начала импортировать сырую нефть из Кувейта, который стал пятым по величине поставщиком Турции и на данный момент составляет 8,3 % импорта нефти. Тем не менее, новый импорт из Кувейта в значительной степени компенсирует снижение импорта от более традиционных поставщиков, таких как Ирак, Египет, Казахстан и Италия.

Тем не менее, вклад иранский экспорт нефти для Турции все еще больше, чем у Саудовской Аравии и Кувейта вместе взятых. Но для того, чтобы Ирану оставаться экспортером Турции, необходимы иностранные инвестиции - как для восстановление стареющих нефтяных месторождений, так и для разработки новых месторождений, и все эти процессы зависят от текущих президентских выборов в США ,

В то время как Ирану необходимо улучшить условия своей новой контрактной модели для продажи нефти, чтобы привлечь инвесторов, европейские международные нефтяные компании, в частности, некоторые из тех, которые присутствовали в энергетическом секторе Ирана, BP, Eni, Repsol, Shell, Statoil и Total, готовы инвестировать в Иран. Но все они ждут, какой будет уровень преемственности между политикой следующего президента США и нынешнего президента США, Барака Обамы. В виду того, что один из основных кандидатов на пост президента, заявил о том, что он «пересмотрит» сделку с Ираном, слишком много неопределенности остается для иностранных компаний, мешающих им принять инвестиционные решения.

Срок полномочий следующего президента начинается 20 января 2017 года, и его / ее политика в отношении Ирана, скорее всего, станет очевидной в течение первых трех месяцев пребывания в должности. Если политика США по отношению к Ирану продолжит движение по текущей общей траектории, инвестиционные решения в энергетическом секторе страны могут быть приняты к концу 2017 года или в 2018 году.

Турция стремится поддерживать минимальный уровень импорта нефти из России, но то, к кому будет склоняться Турция, к Ирану или арабским государствам Персидского залива, в значительной степени зависит от результатов президентских выборов.

Hurriyet Daliy News

Саудовская Аравия вновь выбрала США

Петр Львов

Пока в России тщетно пытаются получить миллиарды долларов от Саудовской Аравии в качестве инвестиций в свою экономику, на реализацию российских проектов в КСА, включая высокотехнологичные сферы космоса и ядерной энергетики, а также на закупку вооружений российского производства, гостеприимно принимая многочисленных визитеров из королевства, США меньше говорят, но много делают в реальном плане. При этом воздействуя на Эр-Рияд так, что королю и правящей семье Аль Сауд ничего не остается, как самим бежать на поклон в Вашингтон.

Так, США грамотно разыграли сначала карту о причастности КСА к терактам 11 сентября 2011 года, пригрозив включить страну в список террористических государств, а затем с помощью ООН раскрутили тему бомбардировки йеменских городов авиацией КСА и их союзников по ССАГПЗ кассетными бомбами. И Эр-Рияду ничего не осталось делать, хотя сначала оттуда пригрозили вывести все саудовские деньги и вложения в американскую экономику, как в очередной раз прийти на поклон к Белому дому.

А как кричали в КСА о переориентации на Москву в ответ на заключение сделки США по ИЯП! Чем только они не грозили Вашингтону, причем при тесной координации с Израилем своей антиамерикано-иранской кампании.

В итоге, как говорится, «за что боролись, на то и напоролись». И в те дни, когда руководитель РФПИ вещал с трибуны ПМЭФ о готовности КСА и других аравийских монархий инвестировать в Россию (прим. – при этом он скромно умолчал о том, что речь идет о коммерческой недвижимости в Москве в престижном месте вблизи МГУ, а вовсе не в производство или научно-технологический сектор; да и привезенные им саудовцы были в основном из Лондона, а не КСА), «настоящие» Аль Сауды в это время говорили о конкретных делах в Вашингтоне, причем за несколько дней смогли выйти на целый ряд важных договоренностей и соглашений политического, военного и экономического характера.

13 июня 2016 г. саудовский заместитель наследного принца, министр обороны и глава Совета по делам экономики и развития, сын короля Сальмана и главное – де-факто «человек номер два» в Саудовской Аравии Мухаммед бин Сальман вместо Санкт–Петербурга находился с официальным визитом в США в ответ на приглашение от их правительства. И хотя до этого он дважды посещал Вашингтон – в составе делегации короля, а до этого в качестве члена наследного принца КСА, нынешний визит туда занимает особое место в его внешнеполитической активности. Если ранее его «представляли» американскому политическому истеблишменту, то на этот раз принц Мухаммед выступал в самостоятельном качестве и провел прямые переговоры с ведущими представителями американской элиты, включая президента Б.Обаму. Принимая принца Мухаммеда бен Сальмана, он подчеркнул, что «Соединенные Штаты считают необходимым продолжать сотрудничество с Саудовской Аравией на благо обеих стран», действуя вместе с Эр-Риядом «в интересах поддержки безопасности и стабильности Ближнего Востока и противодействия региональным вызовам».

Как подчеркивала в этой связи «Аш-Шарк Аль-Аусат», на встрече были «всесторонне обсуждены проверенные историей особые отношения» между обеими странами. Вместе с тем президент Б. Обама особо остановился на «планах социально-экономического развития страны-партнера», подчеркнув, что Соединенные Штаты «приветствуют программу “Видение Королевства Саудовская Аравия: 2030”» и «будут укреплять связи» с саудовской стороной «в интересах реализации выдвинутых ею планов развития».

Список американских официальных лиц, с которыми он встречался, тоже весьма показателен: это и госсекретарь Джон Керри, и министр обороны Эштон Картер, и директор ЦРУ Джон Бреннан, и министр торговли Пенни Прицкер, и лидеры республиканского большинства и демократического меньшинства в Конгрессе Пол Райан и Нэнси Пелузи, и члены комитета Сената по вооруженным силам и члены комитета Сената по иностранным делам. В завершение всех этих переговоров и официальной части визита принца принял в Овальном кабинете Белого дома президент Б.Обама. Кроме того, в ходе своей поездки Мухаммед бин Сальман посетил Нью-Йорк, где в штаб-квартире ООН он встретился с ее генеральным секретарем Пан Ги Муном (тематика применения кассетных бомб в Йемене).

В отличие от поездок в Россию, которые длились не более одного-двух дней, саудовского принца на протяжении 4 дней визита в США сопровождали не только министр иностранных дел Адиль аль-Джубейр, но и министр информации Адиль ат-Турейфи, а также два ведущих министра экономического профиля саудовского правительства — министр нефти и природных ресурсов Халед аль-Фалех и министр торговли и инвестиций Маджид бен Абдалла аль-Касаби. Вместе с ними в делегации был и глава Управления общей разведки Халед аль-Хумейдан.

По полученной информации, Мухаммед бин Сальман обсудил три основных блока вопросов: во-первых, «политическое досье», включающее ныне существующие проблемы и разногласия между Эр-Риядом и Вашингтоном, в том числе возникшие из-за соглашения по иранской ядерной программе и в связи с возможностью обнародования «закрытой части» опубликованного в 2003 г. сенатского доклада о терактах 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке и Вашингтоне. Во-вторых, «досье безопасности», включая двустороннее сотрудничество в сфере обмена разведывательной информацией и военное взаимодействие. И третье «досье» — с вопросами двусторонних экономических отношений.

Мухаммед бин Сальман провел переговоры не только с представителями американского бизнеса на Уолл-стрит в Вашингтоне, изложив им основные положения программы «Видение: 2030» и ее начального этапа «Национальный поворот: 2020», но и совершил поездку в калифорнийскую Силиконовую долину, где встретился с главами крупнейших американских компаний — Google, Apple и Facebook, обеспечивая научно-технологическую поддержку начинаниям, которые предполагается осуществить в рамках «Видения: 2030». Уже 16 июня 2016 г. крупнейшая американская химическая компания Dow Chemical Company объявила о получении торговой регистрации и начале деятельности в Саудовской Аравии, где, в свою очередь, было подчеркнуто, что решение компании связано с реализацией программы «Видение: 2030».

Примечательны и протокольные формальности, окружавшие этот визит. Так, госсекретарь Дж.Керри ожидал прибытия принца на пороге собственного дома, а затем он спустился с тем, чтобы приветствовать его и сопроводить вместе с сопровождающими в дом. Там в традициях месяца-поста Рамадан был устроен праздничный ужин — «ифтар». А обсуждавшийся в ходе встречи круг вопросов был весьма широк: терроризм, безопасность, положение в Сирии, Йемене и Ираке, противостояние «иранской активности» в регионе Персидского залива и Ближнего Востока. Встрече обоих политиков предшествовала публикация в конце мая 2016 г. ежегодного отчета Государственного департамента, в котором, в частности, отмечалась «активная роль» Саудовской Аравии в «рядах международной коалиции противостояния ДАИШ в Сирии и Ираке», как и важность саудовской инициативы создания «исламской коалиции» противодействия международному терроризму.

16 июня, то есть в день выступления главы РФПИ на ПМЭФ, Мухаммеда бин Сальмана принял (прим. – встреча длилась более 2-х часов) глава Пентагона Э.Картер. Обе стороны обсудили все «региональные вызовы» и, в первую очередь, сотрудничество в вопросе «разгрома» ДАИШ, положение в Йемене, противостояние иранскому влиянию и договорились о расширении координации действий, в том числе и в плане взаимодействия сил специального назначения. Оценивая переговоры двух министров обороны, официальный представитель Пентагона сказал, что они «увенчались очень плодотворными результатами». Он подчеркивал также, что Э. Картер «был счастлив провести эти плодотворные переговоры» и «надеется на расширение сотрудничества с Саудовской Аравией в деле противостояния терроризму, ДАИШ и действиям Ирана, подрывающим региональную стабильность».

Дискуссии, проходившие в комитетах по вооруженным силам и по иностранным делам, а также встречи с некоторыми законодателями из обеих партий, были сосредоточены на вопросах, связанных с решением ближневосточных конфликтов. Сирия и Йемен назывались в первую очередь. А также на «противостоянии подрывной деятельности Ирана в регионе». Немалое место в ходе этих встреч заняло обсуждение возможностей, открывающихся перед американским бизнесом в связи с началом реализации программы «Видение Королевства Саудовская Аравия: 2030». При этом Саудовская Аравия квалифицировалась как «важный союзник» Соединенных Штатов в регионе Ближнего Востока. И главное – вопрос об обнародовании закрытой части сенатского отчета о событиях 11 сентября 2001 г. окончательно ушел из повестки дня саудовско-американских отношений.

Совершенно очевидно, что визит в Вашингтон Мухаммеда бин Сальмана был проведен Вашингтоном именно в дни, когда в Санкт – Петербурге проходил ПМЭФ. Это было демонстрацией того, кого в реалии предпочитает Эр-Рияд, пусть даже под влиянием объективных факторов. Тем самым «подведена черта» под российскими усилиями договориться с КСА о более высоких ценах на нефть. Да и все обговоренные еще в 2015 году проекты под вопросом. Тем более что в 2006 и 2010 годах Саудовская Аравия дважды не сдерживала своих обещаний. Она получила от Москвы согласие проголосовать за введение западных санкций против Ирана, а затем отказалась от уже запарафированных контрактов по ВТС на 2 млрд долл.

Сейчас ясно: Эр-Рияд сделал свой выбор в пользу Вашингтона. Тем более что в КСА ждут прихода в Белый Дом Х.Клинтон. Она всегда по-особому относилась к Аль Саудам, делая на королевство ставку в своей политике на Ближнем Востоке, еще будучи госсекретарем. Не случайно накануне поездки в Вашингтон Мухаммед бин Сальман внес в ее предвыборный фонд взнос в размере 20% его общего объема. Да и в США сделали свой выбор в пользу заместителя «наследника», а не наследного принца Наифа, на которого ставили раньше. Так что российская карта разыграна в очередной раз без всякой пользы для Москвы. Видимо, надо лучше помнить недавнее прошлое, в котором саудовцы не раз обманывали Москву щедрыми обещаниями. Кто-то на это каждый раз попадается. Осталось дождаться, выполнит ли хоть что-то Эр-Рияд из того, что «обговорил» с Россией за последние полтора года, когда короля Абдаллу сменил Сальман и выставил на «российский фронт» в качестве флагмана своего сына Мухаммеда.

Есть ли будущее у взаимодействия РФ и США по Сирии?

Погос Анастасов

В последние дни из американских источников и подконтрольных США ведущих СМИ, в том числе арабоязычных, появился целый фейерверк заявлений, ставящих под сомнение перспективу российско-американского взаимодействия по Сирии. Особое внимание привлекло обращение 51 сотрудника Госдепартамента к Б.Обаме, о котором стало известно 18 июня, с призывом пересмотреть политику на сирийском направлении, вернуться к политике смены режима в Дамаске, что, по их мнению, является лучшим средством борьбы с ДАИШ. Понятно, что эти заявления сделаны с прицелом на ожидаемый многими приход в Белый дом Х.Клинтон, от которой уставшие от внешнеполитических поражений Б.Обамы представители политического истеблишмента США ждут решительных действий по восстановлению пошатнувшегося престижа США, прежде всего на Ближнем Востоке.

В арабоязычных СМИ, прежде всего в газете «Аль-Хайят» 18 июня появились «разъяснения» такой позиции Госдепартамента США. Смысл аргументов американских дипломатов, доводимых до широкой общественности, состоит в том, что, дескать, все проблемы заключаются в подходах России, в которых произошел «откат». Российские дипломаты якобы довели до американцев, что они отказываются от ранее будто бы принимавшихся ими американо-европейских предложений, касающихся новой конституции, которая должна была закрепить парламентскую форму правления, «размыв» полномочия Б.Асада, и вновь предлагают вернуться к варианту президентского правления. Русские будто бы утверждают, что позиции Б.Асада трогать нельзя, иначе «обрушится все, что осталось от режима».

Насколько верна эта интерпретация? Ведь российский президент, выступая на Санкт-Петербургском экономическом форуме 17 июня ясно сказал: «Мы очень рассчитываем, что наши партнеры, прежде всего американские, соответствующим образом поработают со своими союзниками, которые поддерживают оппозицию, с тем, чтобы побудить эту оппозицию к конструктивной и совместной работе с сирийскими властями».

И еще В. Путин особо отметил: «Я согласен с предложениями наших партнёров, прежде всего американских партнёров, которые говорят о том, что (не знаю, может быть, сейчас лишнего скажу, с другой стороны, это известно уже: и в регионе известно, и переговорщикам известно с обеих сторон, и со стороны правительства, и со стороны оппозиции это американское предложение, считаю, что оно приемлемое, абсолютно приемлемое) надо подумать о возможности инкорпорирования представителей оппозиции в действующие структуры власти. Например, в правительство. Нужно подумать о том, какие полномочия будут у этого правительства. Но здесь тоже нельзя перегибать палку. Здесь нужно исходить из реалий сегодняшнего дня и не нужно стремиться к заявлению неисполнимых, недостижимых целей. Если многие наши партнёры говорят, что Асад должен уйти, а сегодня говорят, что нет, давайте мы проведём такую реструктуризацию власти, что на деле будет означать тоже его уход. Но, наверное, это тоже нереалистично. Поэтому нужно действовать аккуратно, «степ бай степ», постепенно добиваясь доверия всех конфликтующих сторон».

Из этих слов, которые, заметим, никто не поставил под сомнение, следует, что никакого отката в российской позиции не произошло. Россия ни от чего не отказывается, более того, она поддерживает предложения американских партнеров. Так зачем же эти вбросы?

Думается, они вызваны тем, что не срабатывает тактика США и их партнеров. Не сумев добиться свержения Б.Асада военным путем, силами подконтрольной Турции, Катару и КСА оппозиции, в том числе благодаря операции ВКС России в Сирии, теперь Вашингтон пытается пересмотреть итоги военных сражений на переговорном поле. А когда предложенные приемы выдавливания Б.Асада из власти не срабатывают, то в ход идут попытки шантажа и угроз, каким и выглядят «вываленное» в прессу письмо 51 дипломата Госдепартамента, недавний «инцидент» с американским самолетом, пытавшимся помешать российским ВКС бомбить якобы умеренную оппозицию, а также соответствующие вбросы в арабоязычные СМИ.

Не устраивает госдеповцев и их подпевал в арабском мире, что Россия по-прежнему не видит разницы между ДАИШ, «Джабхат ан-Нусрой» и такими группировками как «Джейш аль-Ислам» и «Ахрар аш-Шам», или «Джейш аль-Фатх». А как же ее увидеть, если они вместе и порознь неоднократно нарушали прекращение огня и устраивали обстрелы жилых кварталов и террористические атаки на мирное население?

Но этого некоторые силы в Вашингтоне упорно не хотят видеть, усматривая весь корень зла в Башаре Асаде и не желая налаживать глубокое взаимодействие с Москвой на антитеррористическом треке, отказываясь приложить необходимые усилия для того, чтобы заставить подконтрольные США и их региональным союзникам подразделения сирийской оппозиции отмежеваться от террористов, прежде всего Джабхат ан-Нусры, и убедить своего союзника Т.Эрдогана перекрыть границу, через которую поступают оружие и подкрепления террористам.

Однако язык угроз и шантажа (Дж.Керри, правда, потом оговорился, что это не так, мол, таким образом выражается озабоченность состоянием дел) вряд ли уместен. Да, сейчас наиболее вероятен анализ, который приводят те же арабские СМИ, что «хромая утка» в лице Б.Обамы не будет предпринимать никаких активных действий на сирийском треке, не будет стремиться возобновить межсирийские переговоры, а будет ограничивать вместе со своими союзниками успехи российских ВКС и сирийской армии через помощь своим подопечным в Сирии как косвенно, так и напрямую действиями своего (а также английского и французского) спецназа, не давая режиму расширить сферу своего влияния. Цель его политики – дождаться прихода «решительной» Х.Клинтон, которая, как многие в Вашингтоне надеются, вернется к старой и проверенной тактике смены режима, разгромит режим Б.Асада и заставит Россию уйти с Ближнего Востока.

Конечно, такие риски реальны. Неоконы уже не раз доказывали свое безумие и готовность ставить на кон мир во всем мире ради сохранения глобального доминирования США и наказания непокорных. Однако трезвый анализ говорит о том, что пугаться угроз госдеповцев, тоскующих по сильной руке, рано. Даже если Х.Клинтон и доберется до Белого дома (это совсем не факт), то войти в ту же реку ей будет очень трудно.

Во-первых, политика военного вмешательства США в дела ближневосточных государств глубоко дискредитирована и ее повторение лишь еще больше оттолкнет страны региона от Вашингтона.

Во-вторых, никто стратегическую ставку США на Тегеран не отменял и Х.Клинтон придется сто раз подумать, прежде чем поменять правила игры и вернуться к альянсу с домом Саудов (в Эр-Рияде этого настойчиво добиваются), который пока с точки зрения самих американцев еще не доказал, что может стать жандармом Ближнего Востока в условиях, когда США намерены стратегически дистанцироваться от региона в пользу противостояния с Китаем и Россией. Иными словами: свергнуть Б.Асада – значит для США надолго подорвать перспективу союзнических отношений с Тегераном, который крайне необходим для решения задачи удушения России в рамках плана «Анаконда» и удовлетворить саудов, которые затем, как считают сами США, не справятся с последствиями этой победы.

В-третьих, европейские союзники Вашингтона сейчас гораздо меньше, чем когда-либо ранее, склонны поддерживать военные авантюры США, понимая, что неизбежный развал Сирии в случае свержения режима Б.Асада, расправа над христианами и алавитами, другими несуннитскими меньшинствами приведет к выплеску новых миллионов беженцев в Европу. Ведь сегодняшнее стремление европейцев наладить диалог с Москвой вызвано во многом именно их опасениями хаоса в Сирии.

В-четвертых, свержение Б.Асада, случись оно, о чем с таким вожделением говорят в Госдепартаменте, приведет к немедленному прямому столкновению в Сирии стратегических интересов союзников Вашингтона – Анкары и Эр-Рияда, которые преследуют там антагонистические цели и дружат только до момента свержения нынешней власти. Белый дом, конечно, устроит разделение Сирии на зоны влияния этих государств, но они неизбежно будут долгое время конфронтовать из-за роли курдского фактора и доступа к прибрежной зоне. А решать эти проблемы с ними и с Тегераном придется в этом случае Вашингтону. В конечном счете «победа» в Сирии может обернуться развалом Ирака, Турции и Саудовской Аравии, оставив Вашингтон без союзников (или с сильно ослабленными союзниками), а Тегеран – в крупном стратегическом выигрыше, потому что все дивиденды, как сейчас, в случае с освобождением от ДАИШ Фаллуджи иракскими регулярными войсками (а не курдскими отрядами), будет получать он. Иначе говоря, сценарий свержения Б.Асада может стать пирровой победой для партии войны в американской столице.

Какова же может быть в этой ситуации политика Москвы и Дамаска?

Во-первых, продолжать твердо отстаивать российские позиции, которые пользуются все большей поддержкой в регионе. Проявленная Россией твердость, последовательное продвижение линии на недопустимость смены режимов силой, выведение партнеров на сотрудничество в продвижении переговорного процесса, поддержание прекращения огня и обеспечение антитеррористического взаимодействия могут помочь удержать Вашингтон от опрометчивых шагов, по крайней мере до выборов и в период до вступления нового президента в должность в январе.

Во-вторых, с учетом рисков появления ястреба в Белом доме, очевидно, что взятие до января 2017 года сирийскими войсками Ракки и деблокирование Дейр эз-Зора станут хорошей профилактикой для горячих голов в Госдепартаменте…

Школьный вальс в стиле брейк-данс

Яковлева Анна

Причуды финского образования

После разрушения СССР в России наступило время обезьян. Обезьянничали, пытаясь копировать западные модели, во всём: в экономике, в политике, на эстраде, в театре… И в школьном образовании. Получаются, как правило, карикатуры, которые их авторы гордо именуют реформами, новациями и прочими приятными прогрессивными словами. Меж тем школа должна, во-первых, соответствовать национальному менталитету, а во-вторых, работать на ясно сформулированный результат: кого и для какого общества она готовит. К сожалению, чиновники от педагогики («Прощай, школьный звонок?», «ЛГ» № 18–19, 2016) чаще всего не понимают ни первого, ни второго.

Так случилось, что мне довелось близко познакомиться с моделью средней школы Финляндии, читая там лекции на курсах повышения квалификации. В 90-е годы в стране появилось много детей переселенцев из России, они пошли в финскую школу, известную своими высокими международными показателями, и… учиться зачастую переставали вовсе, а учителя не понимали, что с этим делать. Поэтому меня пригласили объяснить педагогам, что такое русская школа в сравнении с финской и подумать вместе, что можно предпринять, чтобы интегрировать в последнюю маленьких россиян. Советская школа на Западе считается авторитарной, «неправильной». А я после лекций вдруг услышала: хорошо бы нам, финнам, перенять кое-что из советской школы. Сказано это было в те времена, когда от советской школы почти ничего не осталось – в конце 1990-х. И в России во всю прыть пытались копировать «западную школу» (хотя такой общей модели просто не существует).

Финнов с раннего детства приучают к самостоятельности: они сами решают, что им делать, а что – нет, и несут за это ответственность. Если русские дети привыкли к опеке, к контролю, к требованию «ты должен», то финнам предлагается: «ты можешь». И если ребёнок не хочет воспользоваться имеющимися возможностями, ну и не надо: принуждать учиться запрещено. С ним может побеседовать «учитель будущего» – специалист по профориентации – и вынести свой вердикт: ученику рекомендована в будущем работа, не требующая того, чему он не желает сейчас учиться.

Чувство достоинства ученика остаётся в целости и сохранности, зато таким образом финны теряют многих потенциальных специалистов. Известно немало примеров, когда троечник к концу школы вдруг увлекался, положим, биологией, а потом становился блестящим учёным.

Учитель в Финляндии – не вершина иерархии, а фасилитатор – человек, облегчающий групповую коммуникацию, «помогающий ученикам самим познавать мир и учиться друг у друга». Ученик русской школы, приученный к достаточно большой дистанции между ним и учителем, попадая в такую ситуацию, легко воспринимает её как разрешение вести себя развязно и фамильярно. У финнов, воспитанных в условиях регламентации поведения, подобного не происходит: свобода свободой, но в известных границах; финны вообще люди инструкции.

Учитель не рассказывает материал – всё есть в учебнике. Однако любовь к предмету очень часто начинается с любви к учителю-предметнику, посему тут также видятся упущенные возможности и нереализованные жизненные сценарии. Преподаватель не вызывает к доске, а ходит по классу (в классе работает ещё и помощник учителя, это отдельная должность), оказывая поддержку при выполнении заданий, которые могут быть разными: у того, кто послабее, задание полегче, но, успешно выполнив его, он получит поощрение; у того, кто посильнее, оно труднее, и если он плохо с таким заданием справляется, то и отмечен будет низким баллом. Своеобразная реализация принципа «от каждого по способностям, каждому – по труду».

Русская школа была ориентирована на сильного ученика, финская – на слабого. За счёт этого первая давала в будущем большое количество интеллектуалов, интеллигенции, при этом отстающие действительно испытывали чувство унижения и потому нередко школу ненавидели. У финнов учёных и вообще интеллектуалов немного, зато дети спокойны, в школу ходят с удовольствием и им не снятся кошмары о том, как они заваливают экзамен.

В финской школе нет «сильных» и «слабых» классов; инвалиды, которым позволяет здоровье, учатся также вместе со всеми. Всё, что нужно для обучения, выдаётся бесплатно, все школы финансируются одинаково и одинаково оборудованы техническими средствами. Система оценок десятибалльная, но балльные оценки ставят, начиная с седьмого класса (основная обязательная школа состоит из девяти классов; для исправления своих результатов желающим предоставляется возможность ходить ещё в 10-й класс). Для учеников 1–6-х классов по итогам года ставятся словесные оценки. Так, в 1–2-х классах приняты отметки «вам нужно больше практики», «знания умеренные», «знания очень хорошие» и «знания отличные».

Педагоги говорят: «Мы учим для жизни, а не для экзаменов». Поэтому акцент делается на эмпирических сведениях, которые будут полезны каждому в повседневной жизни. В целом финская программа обучения в сравнении с российской существенно облегчена, и прежде всего за счёт изучения многих предметов «по вершкам». В результате дети оказываются прекрасно подготовленными к финской жизни, но у них, как правило, отсутствует панорамное мышление. Даже в университете на переводческом факультете мне пришлось долго доказывать, что национальный менталитет народов, с языков/на языки которых делается перевод, переводчики должны знать.

Существует школьная программа, но она имеет рекомендательный характер. Многое зависит от выбора учителя. Многое также зависит и от выбора учеников. Например, в финской школе нет предмета «Литература», есть «Чтение и письмо», в старших классах – «Родной язык и литература». Из 6–7 позиций 2–3 – обязательные к прочтению источники, остальные выбираются классом путём голосования; и дети часто выбирают, к примеру, дайджесты фильмов-боевиков, которые в текущий момент идут на экранах страны. Возможно, именно поэтому финское сознание, по свидетельству одного из тамошних профессоров, практически лишилось прежней богатой образности.

С первого по девятый классы обязательным предметом является «Религия» (если в классе не менее трёх учеников принадлежат к лютеранству, православию или исламу, в отдельных группах изучаются эти вероисповедания, причём не как Закон Божий, а в религиоведческом аспекте) или «Мировоззрение» (для атеистов). Сейчас обсуждается вопрос замены этих предметов общим для всех предметом о религиях, мировоззрении и морали.

Родительские собрания бывают редко, и там обсуждаются общие текущие проблемы. Об отдельных учениках на таких собраниях не говорят никогда. Чаще родители и учителя общаются виртуально – через компьютерную сеть. Там можно ознакомиться с расписанием уроков, сроками контрольных, отметками ученика в баллах (для старших классов) и пр. При этом ученика никогда не ругают: считается, что все дети замечательные, просто каждый – со своими особенностями.

Строго говоря, при всей детально разработанной системе «ухода за учеником» (так и называется та помощь в обучении, в которой участвуют несколько специалистов разного профиля), финскую школу можно закончить и не учась. В результате неучи выбрасываются в ряды потенциальных безработных, и это очень дорого обходится государству, не говоря уж о размывании традиционной финской добродетели высшего порядка – трудолюбия.

Советская школа готовила к карьере передовых учёных, финская стремится воспитывать счастливых людей. Сегодня нам есть что позаимствовать у финской модели либеральной школы – с учётом нашей ментальности, потребностей российского общества и избегая радикальных недостатков этой модели. Именно так, а не совмещая школьный вальс с брейк-дансом, отчего исчезает как вальс, так и брейк-данс. И не по Гоголю: «Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазара Балтазарыча…»

По итогам мая 2016 г., Китай закупил у России более 5,24 млн т нефти. Это на 33,7% больше, чем в мае 2015 г., сообщило Главное таможенное управление КНР.

По сравнению с аналогичными показателями апреля текущего года объем закупок российской нефти увеличился на 9,1% – до 4,806 млн т.

Россия стала крупнейшим поставщиком этого сырья в КНР. На втором месте – Саудовская Аравия, которая поставила в Поднебесную 4,081 млн т с приростом на 33,6% в годовом сопоставлении.

Из Ирака в Китай за май текущего года поступило 3,402 млн т нефти. Это на 56,6% больше, чем годом ранее. Ирак вышел на третье место среди поставщиков нефти в КНР.

Ранее сообщалось, что за январь-май 2016 г. китайские закупки нефти за рубежом достигли 155,91 млн т. Это на 16,5% больше, чем годом ранее.

Напомним, что к концу апреля 2016 г. складские запасы сырой нефти в Китае, за исключением стратегических резервов, сократились на 3,68% по сравнению с уровнем марта текущего года. За четвертый месяц 2016 г. Китай импортировал 32,32 млн т сырой нефти.

Объем добычи нефти в Поднебесной за апрель сократился на 4,51% – до 16,59 млн т. При этом складские запасы бензина, дизельного топлива и керосина упали на 2,45% относительно аналогичного показателя марта 2016 г.

Генеральный секретарь ООН ожидает, что Саудовская Аравия примет меры по защите мирных жителей и детей в Йемене, где арабская коалиция продолжает операцию против шиитских повстанцев хуситов. Ситуацию в Йемене в свете последнего доклада ООН по положению детей в вооруженных конфликтах Пан Ги Мун обсудил в среду на встрече со вторым наследным принцем Саудовской Аравии Мохаммадом бен Салманом, сообщила пресс-служба ООН.

Второй наследный принц Саудовской Аравии находится с визитом в США. Ранее он запросил встречу с главой всемирной организации в Нью-Йорке. В среду стороны обсудили "создание конкретных мер для улучшения ситуации на месте".

"Генеральный секретарь выразил надежду, что к моменту представления доклада о детях в вооруженных конфликтах СБ ООН в августе, он сможет указать на прогресс по защите мирных жителей в Йемене", — говорится в заявлении.

Полемика между ООН и Эр-Риядом обострилась после публикации доклада ООН, в котором возглавляемая Саудовской Аравией коалиция в Йемене была признана ответственной за гибель 510 и ранение 667 детей в Йемене в 2015 году. Однако вскоре после публикации отчета ООН временно исключила саудовскую коалицию из "черного списка" для проведения совместного с представителями коалиции пересмотра указанных в докладе данных. При этом Пан Ги Мун дал понять, что это решение было связано с угрозами о сокращении финансирования ряда программ ООН. Постпред Саудовской Аравии при ООН ранее опроверг информацию о давлении его страны на всемирную организацию.

В заявлении ООН по итогам встречи также отмечается, что генсек "поблагодарил Саудовскую Аравию за сильную политическую и финансовую поддержку различной деятельности ООН, включая борьбу с терроризмом и гуманитарную сферу".

Самого Мохаммада Бен Салмана, прибывшего в среду на встречу с генсеком, журналисты спросили, разгневан ли он на ООН за включение коалиции в "черный список".

"Я не разгневан", — ответил второй наследный принц.

В ходе встречи в штаб-квартире ООН стороны также обсудили палестино-израильское урегулирование, положение в Ливане и Сирии. В этой связи генсек заявил, что рассчитывает на "воодушевление Саудовской Аравией сторон конфликта о поддержании режима прекращения огня и позитивной работе со спецпосланником Стаффаном де Мистурой".

Ольга Денисова.

Где спрятаться от мужа?

Все больше россиянок убегают за океан от мужей-тиранов - в основном это жительницы Северного Кавказа, а также славянки, которые «по ошибке» вышли замуж за горцев.

Председатель Ассоциации адвокатов России за права человека Мария Баст недавно побывала в США с рабочей поездкой - в Америке правозащитницу знакомили с практикой спасения женщин от домашнего насилия.

Каково же было удивление Марии Баст, когда она обнаружила в кризисных центрах США немало наших соотечественниц!

«Убегать от мужей за рубеж россиянки начали еще в 90-е, сразу после открытия границ, - рассказывает Мария Баст. - Вначале они осваивали Польшу, Финляндию. Но вскоре выяснилось, что бежать туда небезопасно: мужья без особого труда вычисляли беглянок и возвращали их обратно или устраивали разборки прямо на месте. То же самое наблюдалось и в других странах ЕС. Только Штаты оказались готовы прятать наших женщин от домашних тиранов».

Довольно быстро США стали пристанищем для чеченок, русских жен кавказцев и всех остальных «пострадавших».

«Самым сложным в стратегии бегства оказалось вывезти детей из родной страны без согласия отца, - продолжает Мария Баст. - Дальше в Штатах все было уже просто - женщине достаточно было обратиться в полицию и рассказать, что ее и детей разыскивает муж, отпетый негодяй. Так женщины попадали под программу защиты. Им меняли документы, и все! Человека уже не найти».

В итоге многие россиянки получили вид на жительство и остались в США. Те, у кого не было достаточных средств, могли годами жить в кризисных центрах на халяву.

...29-летняя Настя из Питера сейчас все еще в России, но уже копит деньги на побег. Ее задача - выкрасть 8-месячную дочь у мужа и суметь выехать с ней за границу.

Ее история началась два года назад, когда Настя работала переводчиком в иностранной компании, неплохо зарабатывая. И вдруг... «Я полюбила бандита», - вспоминает Настя.

В день знакомства с Настей Карен как раз вышел из-под домашнего ареста: «Сказал, что встал на путь исправления, хочет семью - жену, детей, и я, наивная дурочка, влюбилась и поверила, что он будет хороший, все допускают в молодости какие-то ошибки...»

Они стали жить вместе. Вскоре Настя поняла, что беременна. Тогда же она узнала, чем зарабатывает ее любимый.

Карен занимался «решением вопросов» - если кто-то кому-то задолжал миллион, шли к Карену: за свои услуги он брал 50% от возвращенной суммы.

Жених тратил на нее приличные суммы денег, покупал дорогие украшения и водил по ресторанам. Вскоре они поженились.

«Человек тут же стал меняться. Стал ревновать, заставлял носить одежду до пола. Я доказывала, что мне надо носить юбки до колена, у нас на работе дресс-код, но он ничего не слушал, запретил краситься», - рассказывает Настя.

Из однокомнатной квартиры переехали в «трешку» - к молодоженам переселились мама и сестра мужа.

Затем новая родня заставила Настю уволиться с работы. Карен быстро охладел к беременной жене - он выселил ее из своей спальни в комнату к маме. По ночам он где-то шлялся - то ли выбивал долги, то ли просто развлекался. Утром приходил домой и ложился спать до вечера.

Карен запретил Насте общаться с подругами, велел удалить все аккаунты из соцсетей. Один аккаунт она все-таки оставила - вскоре злополучную страничку нашла сестра мужа. «Там были выложены мои старые фото из Египта, где я в купальнике, - рассказывает Настя. - Сестра все сфотографировала на телефон и стала кричать: «Ты русская проститутка! Ты позор нашей семьи!»

Настя не просто удалила страничку, она еще и попросила прощения у Карена, его мамы и сестры - мол, не знала, что вашу семью может так опозорить фото в купальнике.

«Мать для него была богиней, а я просто стала жить у них как домашнее животное, как нянька. Причем как только ребенок заплачет, его вырывали у меня из рук и начинали меня ругать... Все мои надежды рухнули. Началась депрессия».

Сейчас Настя вспоминает, как просто было тогда взять ребенка и убежать! Но она все еще на что-то надеялась.

Чтобы Настя не подала на развод, Карен отобрал у нее паспорт и запретил выходить из дома.

«Я все время плакала. Не могла ничего есть. При росте 165 см стала весить 47 кг», - говорит Настя. Тогда семья Карена предложила новый способ решения проблемы: «Они сказали - мы заплатим и положим тебя в психушку, ты никогда не выйдешь».

Сестра вызвала скорую. Врачам семья объяснила, что Настя сошла с ума и пыталась выброситься в окно с ребенком. Настю увезли в психиатрическую больницу, но на следующий день, осмотрев, отпустили.

И она снова поехала домой, к мужу и ребенку! Однако в квартиру ее больше не пустили - Карен объяснил, что собрал все ее вещи и выкинул в Неву. Настя отправилась к своей маме.

Дальше рассказывает уже мама: «Мы обратились в полицию с заявлением, попросили помочь нам забрать ребенка. Полиция помогать отказалась, органы опеки - тоже. Мы подали в суд, наняли адвоката. Вскоре от нас убежала даже адвокат - сказала, что с уголовником работать не будет, потому что боится».

Настя с братом и мамой хотели забрать ребенка, когда сестра Карена выйдет с ним гулять, но не тут-то было! На охрану ребенка к Карену уже приехала куча родственников. «Никогда в жизни он не гулял с ребенком, теперь ходит с коляской под конвоем», - говорит Настя.

Скоро состоится суд, который определит, с кем будет проживать ребенок - с отцом или с матерью.

«Решение суда в России часто зависит от финансовых возможностей сторон - у кого больше денег, тот и прав, - комментирует Мария Баст. - У Карена денег больше, так что, скорее всего, ребенка суд присудит ему».

Вот и бегут российские барышни за защитой в Америку. Куда им еще бежать?

Анна Александрова

Драконий аппетит

Китай резко нарастил закупки российской нефти

Сергей Путилов

Китай в мае нарастил импорт нефти из России на 34% в годовом выражении, до 5,24 млн. тонн. Об этом сообщило агентство Bloomberg со ссылкой на данные Главного таможенного бюро КНР. В апреле объем импорта Китаем нефти из РФ оставил 4,81 млн. тонн. Россия, Саудовская Аравия и Ирак в мае вошли в тройку главных поставщиков нефти в Китай, сообщило агентство. Опрошенные «НИ» эксперты полагают, что такой взрывной рост спроса едва ли окажется продолжительным. Тем более пока преждевременно говорить о повороте российских «нефтяных рек» с Запада на Восток.

При этом импорт нефти из Саудовской Аравии в Китай вырос в мае в годовом выражении также на 34%, до 4,08 млн. тонн. В апреле объем импорта черного золота из этой арабской страны составил 4,12 млн. тонн. Импорт из Ирака увеличился в мае на 57% в годовом выражении, до 3,4 млн. тонн. Показатель оказался выше апрельских 3,14 млн. тонн. Импорт из Ирана в мае вырос на 19,5% по сравнению с показателем мая прошлого года, до 2,63 млн. тонн. Импорт нефти Китаем из Анголы в мае, напротив, снизился на 4,9% в годовом выражении, до 3,1 млн. тонн. В апреле объем импорта составлял 3,98 млн. тонн.

«Я связываю этот взрывной рост с выросшим спросом на нефть со стороны частных китайских нефтеперерабатывающих заводов. Не так давно в КНР были либерализованы условия работы независимых (негосударственных) НПЗ, после чего те значительно увеличили объемы нефтепереработки и, соответственно, закупки нефти, – сообщил «НИ» аналитик MFX Broker Антон Краско.

«Впрочем, – оговаривается наш собеседник, – есть большие сомнения, что такой высокий спрос будет сохраняться долго. Высказываются опасения, что в Китае практически исчерпаны свободные резервуары для хранения нефти, так что за всплеском спроса вполне может последовать спад».

Вполне возможно, что китайские импортеры, видя ускоренный рост нефтяных котировок в апреле (свыше 7 долларов за баррель) и опасаясь продолжения этой тенденции, поспешили закупить сырье в мае, пока «бочка» не поднялась в цене выше 50 долларов. Если КНР будет продолжать закупки нефти в том же объеме, что и в мае, то на Китай будет приходиться порядка 25% российского нефтяного экспорта.

«Это много, но все-таки пока рано говорить о том, что восточное направление вот-вот станет главным в российских поставках нефти на экспорт. Если это и произойдет, то в отдаленной перспективе», – отметил г-н Краско.

«Судя по росту импорта Китая из других стран, Россия не одинока: растут поставки нефти в Китай в принципе. Это связано как с общим оживлением экономики Поднебесной, так и со снижением коммерческих запасов нефти в КНР, – высказал «НИ» свое мнение управляющий партнер инвестиционной компании «Неокон» Денис Ракша. – Также это связано и с ценами на сырье: дело в том, что та нефть, которая физически поставляется в мае, реально покупается гораздо раньше – месяца за три, как минимум. Это значит, что покупалась она, когда цены были ниже 30 долларов. И это значит, что мы можем увидеть падение объема импорта уже в августе-сентябре».

Аналатик в то же время полагает, что говорить о замещении европейского нефтяного рынка китайским рано. «Думаю, пока Европа останется нашим основным покупателем. А кроме того, за европейский рынок сейчас начнется серьезная драка, так что по своей воле с него никто уходить не будет», – предсказывает г-н Ракша.

Действительно, Китай активно наращивает импорт нефти. По предварительным прогнозам, рост объемов импорта КНР в этом году может составить от 7,5% до 12%. И на сегодняшний день Китай является крупнейшим потребителем российской нефти. КНР выкупает 60% всей нефти в порту «Козьмино», закупает нефть по трубопроводу ВСТО, а также вернулся к импорту российской нефти по железной дороге.

«Однако Европейский регион остается ключевым направлением российского экспорта – на Старый Свет приходится более 63% поставок. Конечно, китайский рынок растет, однако пока альтернативой европейским площадкам рынки Азиатско-Тихоокеанского региона не стали. Впрочем, такой цели и нет – есть лишь необходимость диверсификации поставок без ущемления интересов кого-либо из партнеров РФ», – сказал «НИ» председатель совета директоров инжиниринговой компании «2К» Иван Андриевский.

После бойни в гей-клубе Орландо, учиненной американским мусульманином Омаром Матином, тема исламского радикализма в США стала доминирующей в президентской кампании. Если раньше трагедии подобного рода сплачивали нацию, то теперь стрельба в Орландо расколола Америку — прежде всего в вопросе отношения к исламу.

Республиканский кандидат в президенты США Дональд Трамп потребовал ввести запрет на въезд мусульман в страну. По его мнению, родителей стрелка — Омара Матина — с самого начала нельзя было впускать в Америку из Афганистана. Трамп уже добивался запрета на въезд мусульман полгода назад, после массового убийства в Сан-Бернардино. На тот момент все осудили заявление Трампа, в том числе в руководстве Республиканской партии, однако это лишь усилило его популярность среди рядовых белых избирателей.

Трамп заявил, что событие в Орландо — это только начало процесса (распространения исламского терроризма в Америке), власти должны проявить жесткость, так как принципы радикального ислама несовместимы с западными ценностями. Он предложил установить наблюдение за мечетями, а также проводить profiling — выборочный контроль подозрительных лиц, прежде всего на основе их "небелой" внешности.

Трамп также призвал президента Обаму четко обозначить свою позицию по отношению к радикальному исламу или с позором уйти в отставку. Но до сих пор, несмотря на все теракты, совершенные исламистами или их последователями на территории США, Обама отказывался осудить исламский радикализм.

Это усилило подозрения американских правых, что он является "криптомусульманином". Так считают, по различным опросам, 17% американцев и треть консервативных республиканцев. Основанием для этой теории заговора служит тот факт, что родной отец и отчим Обамы были мусульманами и что сам он до четвертого класса жил в мусульманской Индонезии. Ультраправые считают, что его свидетельство о рождении на Гавайских островах подделано, а на самом деле он родился в Кении. Противники Обамы находят подтверждение этой теории и в том, что он снял санкции с Ирана, несмотря на яростное сопротивление еврейского лобби и Израиля.

Однако и на этот раз Обама категорически отверг требование Трампа, так как оно "не соответствует американским ценностям — терпимости по отношению ко всем религиям". По словам американского президента, такие предложения лишь играют на руку ИГ ("группировка "Исламское государство", запрещена в РФ — Ред), поскольку подтверждают тезис, что "Запад ненавидит мусульман".

Тем не менее, "исламский радикализм" стал важной темой нынешней президентской кампании в США. Кандидат в президенты от демократической партии Хиллари Клинтон подвергла критике ряд арабских стран, в том числе Саудовскую Аравию, Катар и Кувейт, за поддержку исламской радикальной идеологии и финансирование экстремистских организаций и мечетей за рубежом. Аналитики считают такие заявления частью предвыборной кампании, поскольку на практике они вряд ли повлияют на позицию государств Персидского залива, поддерживающих воинствующий исламизм.

Все больше политологов на Западе считает, что Америка должна осознать угрозу исламского радикализма у себя дома. По мнению немецкого издания Der Spiegel, США сейчас "слепнут на оба глаза": правым они плохо видят опасность свободной продажи оружия, а левым — угрозу внутреннего, прежде всего исламского, терроризма.

Стрелок из Орландо Омар Матин был прекрасно известен американским спецслужбам. ФБР допрашивало его дважды: в 2013 году, в связи с симпатиями к радикальным группировкам, и в 2014 году, в связи с контактами с американским джихадистом, взорвавшим себя в Сирии. Это напоминает историю с братьями Царнаевыми, организаторами теракта на Бостонском марафоне в 2013 году. Тех также допрашивало ФБР, но не нашло повода к задержанию. Тем более удивительно, что Омар Матин был принят в частную охранную фирму и получил законное разрешение на хранение огнестрельного оружия. По данным ФБР, Омар Матин в момент стрельбы связался с полицией и заявил о своей верности ИГ.

По мнению многих аналитиков, Америка уже вступила в конфронтацию с радикальным исламом у себя дома. Вспомним последние наиболее громкие теракты с исламистской мотивацией.

В 2009 году американский военный психиатр палестинского происхождения Нидаль Хасан убил 13 сослуживцев и ранил 32 на базе Форт-Худ в Техасе. Позднее выяснилось, что он находился в контакте с радикальным исламским проповедником Анваром аль-Авлаки — идеологом "Аль-Каиды" на Аравийском полуострове, позднее уничтоженным в Йемене.

В 2013 году братья Царнаевы (этнические чеченцы, сторонники радикального ислама) осуществили взрывы во время Бостонского марафона, в результате которых 3 человека были убиты и 264 ранены.

2 декабря 2015 года в Сан-Бернардино, Калифорния, супруги Сайед Фарук и Ташфин Малик устроили бойню, в результате которой 16 человек были убиты и 24 ранены. На тот момент это был самый кровавый теракт, осуществленный исламистами, начиная с 11 сентября 2001 года. 28-летний этнический пакистанец Сайед Фарук (как и этнический афганец Омар Матин) родился в США, его жена приехала к нему из Пакистана. Оба они присягнули на верность ИГ.

Кроме того, за последние полтора десятилетия в США были совершены десятки убийств сторонниками радикального ислама. Конечно, колоссальное количество преступлений с применением огнестрельного оружия совершается в США немусульманами, однако акции исламистов отличаются от действий других "американских стрелков" своим идейным и целенаправленным характером. Эксперты опасаются, что они могут стать прологом к более масштабным терактам — вплоть до применения оружия массового уничтожения.

По версии тех, кто считает Барака Обаму "криптомусульманином", он совершенно сознательно отказывается признать опасность радикального ислама для Соединенных Штатов и не принимает решительных мер по борьбе с этой угрозой. Сторонники этой версии напоминают, что Обама ни разу не обратился с открытым призывом к имамам в США с требованием дистанцироваться от террористов, он ни разу не призвал мусульман к сотрудничеству с властями на федеральном и местном уровне. Президент США придерживается правил "политкорректности", вместо того чтобы приступить к решению этой острой проблемы.

Справедливости ради стоит сказать, что не только Барак Обама, но и весь политический истеблишмент США продолжает упорно отрицать, что в стране, несмотря на все усилия по интеграции мусульман, обостряется проблема радикального исламизма. Чем можно объяснить такое нежелание видеть факты? Может быть, страхом вызвать межконфессиональную рознь, нарушить некие принципы этнорелигиозного баланса внутри страны. А может быть, нежеланием портить отношения с монархиями Персидского залива. Хотя официально число мусульман в США относительно невелико — около 3,3 млн человек, или 0,9% населения. Имеются также альтернативные данные, согласно которым подлинная численность мусульман в Америке может достигать от 5 до 10 миллионов человек.

В случае дальнейшей радикализации плохо интегрированные и идеологически враждебные американскому обществу мусульмане могут стать детонатором протестов, к которым готова примкнуть значительная часть чернокожего населения страны.

Современные средства связи и интернет позволяют исламским активистам проводить мгновенные флешмобы и вести круглосуточную пропаганду. Так, стрелок из Орландо Омар Матин приобщился к радикальному исламу через интернет.

Одна из ошибок властей, считает ряд американских экспертов, заключается в недооценке радикального ислама и его передовых отрядов — ИГ и "Аль-Каиды". Это не просто террористические группировки, это военные организации, которые действуют по своим законам. ИГ ведет беспощадную идейную борьбу с "неверными" — западной культурой и обществом. Игиловцы — это воины, цель которых — побороть христианство и иудаизм. Лица, совершающие теракты, считаются у них солдатами или шахидами, вся разница в том, что они не носят военных знаков различия. Однако своих бойцов ИГ разместила по всему западному миру, а многих рекрутировала уже на Западе при поддержке целой армии местных сторонников.

В этой войне Западу трудно победить, поскольку идейно он разоружился, отказавшись от христианских ценностей. Западный человек беззащитен, так для него главное — сохранить уровень жизни, личную безопасность, доступ к развлечениям и кредиту. В этом умонастроении его поддерживают элиты, проповедующие политкорректность.

Дмитрий Добров, обозреватель Inosmi.ru

Энергетическое измерение ПМЭФ-2016 (I)

Петр ИСКЕНДЕРОВ

Положение на мировом рынке нефти и перспективы реализации российских проектов в газовой области оказались в центре обсуждения на XX Петербургском международном экономическом форуме (ПМЭФ-2016). Содержание состоявшихся дискуссий ещё раз показало, что Россия и далее будет оставаться ключевым игроком в мировых нефтяных делах и в сфере обеспечения энергобезопасности Европы.

Важнейшие энергетические вопросы на форуме были вынесены на специальную сессию «Мировой рынок нефти на развилке: инвестиции в неопределённость или управление рисками», организованную компанией «Роснефть». В работе сессии приняли участие руководители крупнейших мировых нефтегазовых компаний - Роберт Дадли (BP), Патрик Пуянне (Total), Лоренцо Симонелли (GE Oil&Gas), Эулохио Антонио Дель Пино Диаз (министр нефти Венесуэлы и глава PDVSA), Рекс Тиллерсон (Exxon).

«Добыча нефти в России останется стабильной до 2035 года» - такой прогноз сделал председатель НК «Роснефть» Игорь Сечин. По его словам, в результате ценового кризиса на мировом нефтяном рынке на передний план выдвинулись три крупнейшие страны-производители нефти, обладающие ресурсным и геологическим потенциалом - Саудовская Аравия, США и Россия. Но, даже если текущие цены на нефть и приведут к восстановлению сланцевой добычи в США, её взрывного роста уже не будет. При этом развитие американской энергетики окажется на перепутье, тогда как российская отрасль обладает большим потенциалом и при низких ценах, подчеркнул И.Сечин.

На мировом нефтяном рынке за последние годы последовательно сменились две концепции, в одной из которых делался упор на решающую регуляторную роль ОПЕК, в другой - на перспективы кардинального переформатирования нефтяного рынка в результате «сланцевой революции» в США. Обе эти концепции в современных условиях не состоятельны, ввиду того что нефтяной рынок стал более многополярным. Кроме того, по оценке главы «Роснефти», в настоящее время можно говорить и о деформации рыночных механизмов нефтяной отрасли.

Характерно, что, если в прошлом году одной из самых представительных и активных на ПМЭФ была делегация Саудовской Аравии, сейчас внимание руководства этой страны переключено на внутренние проблемы. «Сегодня на фоне обвала цен на нефть (причём ответственность за это по большей части несет сам Эр-Рияд, стремившийся тем самым задавить своих противников, прежде всего Тегеран и Москву) испытывающая финансовые трудности Саудовская Аравия (чёрное золото является источником 90% её доходов) больше не может играть в социальное государство и щедро делиться нефтяной рентой», - указывает один из ведущих аналитиков компании JFC-Conseil Ролан Ломбарди. «При нынешней цене в 50 долларов за баррель королевство переживает трудные времена. За прошлый год потерянная прибыль составила 49 миллиардов долларов! В 2015 году дефицит бюджета достиг рекордной отметки в 99 миллиардов долларов, то есть 13% ВВП. По разным оценкам, в 2016 году он составит 15%. Эр-Рияд уже вернул 70 миллиардов инвестиций за границей. Для существования в условиях подешевевшей на 60% с 2014 года нефти и финансирования вмешательства в Йемене и в рамках коалиции в Ираке властям приходится ежемесячно тратить порядка 30 миллиардов из резервов (750 миллиардов), которые изначально предназначались для обеспечения будущего страны в постнефтяную эпоху. По данным МВФ, саудовские резервы тают, и королевство не продержится в таком темпе и пяти лет», - пишет Ролан Ломбарди и делает серьёзный вывод: «Лично мне кажется, что Турция и Саудовская Аравия сейчас - два «больных» государства Ближнего Востока».

Видимо, в ближайшее время можно ожидать новых шагов Саудовской Аравии в направлении достижения договорённостей с Россией относительно совместного ограничения добычи нефти, а в качестве аргумента в пользу укрепления взаимодействия с Москвой Эр-Рияд использует начавшиеся поставки в Европу иранской нефти, представляя их как угрозу и саудовским, и российским интересам. В свою очередь министр нефти Венесуэлы высказал предположение, что если страны ОПЕК не предпримут срочных мер, то мировые цены на нефть к зиме 2017 года могут обвалиться до 20 долларов за баррель.

Важным показателем новых тенденций в энергетической сфере стало появление конкретных проектов, активно обсуждаемых в настоящее время. В частности, по данным компании «Новатэк», участием в проекте «Арктик СПГ-2» заинтересовались китайская CNPC и французская Total. По словам председателя правления «Новатэка» Леонида Михельсона, компания намерена завершить разработку технологической концепции «Арктик СПГ-2» в текущем году. Рассматриваются линии мощностью по 6 млн тонн в год. Ранее сообщалось, что мощность проекта может быть аналогична строящемуся «Ямал СПГ» (три линии по 5,5 млн тонн в год). Ресурсная база нового завода – месторождения соседнего с Ямалом Гыданского полуострова, Салмановское и Геофизическое с общими запасами 385 млрд кубометров газа. Перспективным рынком сбыта продукции нового завода выступают Индия, Пакистан и страны Юго-Восточной Азии, потребляющие в настоящее время более 75% СПГ в мире и сохраняющие лидерство по темпам роста спроса. Согласно существующим оценкам, потребности этого региона в СПГ вырастут к 2025 году дополнительно на 120 млн тонн в год.

Наконец, вне зависимости от решений, принимаемых или не принимаемых в рамках саммитов ОПЕК (последний прошел в начале июня в Вене и не привёл к конкретным договоренностям), всё больше влияние на ситуацию на мировом рынке нефти оказывают страны, не входящие в картель. Снижение нефтедобычи в этих странах при сохранении устойчивого спроса на нефть способно стать ключевым фактором в стабилизации мирового рынка.

По данным последнего отчёта Международного энергетического агентства (МЭА), общий объём мировой добычи нефти сократился в мае 2016 года на 800 тыс. баррелей в сутки. К концу мая в мире ежедневно добывалось 95,4 млн баррелей нефти, что на 590 тысяч баррелей меньше, чем было в конце мая 2015 года. Это стало первым значительным сокращением объёмов нефтедобычи с начала 2013 года, причём важную роль здесь сыграло сокращение добычи нефти в США и Канаде – странах, не входящих в ОПЕК.

Характерно при этом, что сами по себе итоги последнего саммита ОПЕК, на котором шла речь как о росте нефтедобычи в Иране, так и о нестабильности поставок из Ливии и Нигерии, не оказали реального влияния на ценовую динамику. И до, и после форума картеля июльские фьючерсы на нефть марки Brent продолжали торговаться по цене около 50 долларов за баррель, то есть на максимальном уровне с ноября 2015 года.

«Неожиданное сокращение поставок и отключения в Северной Америке, Африке и Южной Америке снизили глобальные прогнозы по производству нефти», – подчёркивают эксперты МЭА, имея в виду, в частности, производственные проблемы у американских и канадских нефтяников.

А учитывая тесную взаимосвязь производственно-ценовых показателей по нефти и газу, новые тенденции на мировом рынке нефти неизбежно окажут скорое и значительное влияние на перспективы реализации газовых проектов, в том числе относящихся к энергобезопасности Европы.

(Окончание следует)

Совет Безопасности ООН призвал стороны конфликта в Йемене соблюдать режим прекращения огня, не допускать провокаций и не нарушать нормы международного гуманитарного права.

"Члены Совета Безопасности призвали все стороны уважать и полностью придерживаться режима прекращения огня, воздерживаться от провокаций и призвали все стороны уважать международное гуманитарное право", — заявил постпред Франции при ООН (председатель СБ ООН в июне) Франсуа Делаттр.

С 11 апреля в Йемене был установлен режим прекращения огня. Однако столкновения продолжались в отдельных районах страны. Как сообщил Делаттр, в ходе консультаций Совета была выражена озабоченность участившимися террористическими атаками. "Члены СБ призвали йеменские стороны избежать любого вакуума с точки зрения безопасности, что может быть использовано террористами", — сказал он.

На заседании во вторник специальный посланник ООН по Йемену Исмаил Ульд Шейх Ахмед рассказал о ходе переговоров сторон. Межйеменские переговоры проходили в Кувейте при посредничестве ООН и были ранее приостановлены для консультаций участвующих сторон с лидерами.

Выступая на заседании Совета Безопасности ООН Ульд Ахмед заявил, что противоборствующие стороны — шиитские повстанцы хуситы и верные им группы, а также представители президента страны, позитивно отреагировали на ранее предложенную "дорожную карту" по окончанию конфликта. Однако, по его словам, стороны еще не пришли к согласию по срокам начала работы по ней. "В ближайшие несколько дней я представлю сторонам письменные предложения перед тем, как консультации возобновятся", — сказал он.

В Йемене уже больше года продолжаются военные действия между захватившими власть повстанцами из движения "Ансар Алла" (хуситами) и сторонниками экс-президента Али Абдаллы Салеха, с одной стороны, и частью армии на стороне президента Абд Раббу Мансура Хади, которую поддерживает арабская коалиция во главе с Саудовской Аравией. Именно после вступления в войну коалиции в марте прошлого года в Йемене началась активная фаза военного противостояния.

Ольга Денисова.

В Саудовской Аравии было зафиксировано 22 новых случая заражения ближневосточным респираторным синдромом (коронавирусом) MERS в период с 16 по 18 июня, сообщила Всемирная организация здравоохранения.

В настоящий момент вспышка корононавируса наблюдается в больнице в Эр-Рияде. В больницу 10 июня была доставлена 49-летняя женщина с симптомами, не касающимися MERS. Ее поместили в отделение сосудистой хирургии, где она находилась в общей палате с другими больными. За это время около 50 медицинских работников и пациентов были подвержены риску заражения.

После того, как у нее подтвердилось наличие MERS, в больницу была направлена команда быстрого реагирования и специалисты начали отслеживать возможные пути передачи болезни. В итоге было выявлено 20 двадцать заразившихся, из них 17 заразились в стенах больницы, трое — за ее пределами при бытовом контакте. У 18 из всех заразившихся пока не наблюдается никаких симптомов.

Поскольку наиболее вероятным разносчиком коронавируса считаются проживающие на Аравийском полуострове верблюды, заболевание также известно как "верблюжий грипп". Наибольшему риску заболевания подвержены люди с ослабленным иммунитетом, хронической болезнью легких, диабетом и почечной недостаточностью.

По данным Всемирной организации здравоохранения, без учета этих последних случаев в мире было зафиксировано 1628 случаев заражения вирусом БВРС-КоВ/MERS, скончались 587 человек. Случаи заболевания были обнаружены в 26 странах, однако подавляющая их часть приходится на Саудовскую Аравию.

Саудовская Аравия > Медицина > ria.ru, 21 июня 2016 > № 1798053

Россия в апреле 2016 года лидировала по объёму суточной добычи нефти с показателем в 10.127 млн баррелей. Об этом сообщает Росстат со ссылкой на данные ОПЕК.

Страны ОПЕК в апреле добывали 32.44 млн баррелей в сутки, в том числе 10.125 млн баррелей - Саудовская Аравия.

Удельный вес экспорта нефти в общем объеме российского экспорта в январе-апреле 2016 года составил 23.7%, в экспорте топливно-энергетических товаров - 40.9% (в январе-апреле 2015 года, соответственно, 25.4% и 39%).

В апреле 2016 года средняя фактическая экспортная цена на нефть составила $258.8 за тонну (107.2% к марту 2016 года). Цена мирового рынка на нефть Urals составляла $289.3 за тонну (108.5% к марту 2016 года).

Обама хочет «слить» Украину до ноября

Дмитрий МИНИН

В последнее время появились сообщения, в том числе исходящие из верхних эшелонов Белого дома, о том, что американская администрация твёрдо намерена «избавиться» от украинской проблемы до начала президентских выборов в ноябре. Видимо, президент Обама не склонен оставлять преемнику начатые при нём, а зачастую Вашингтоном и инспирированные конфликты. Кроме того, он хочет облегчить президентскую кампанию демократическому кандидату Хиллари Клинтон. Поэтому США фактически перестают поощрять саботаж Киевом минских соглашений и всё более настойчиво требуют выполнения договорённостей, так как иного пути закрыть украинский вопрос не существует.

Обращает на себя внимание, что во время закончившегося 17 июня трехдневного визита в США Владимира Гройсмана Барак Обама не нашёл даже двух минут для короткого рукопожатия с Гройсманом в коридорах Белого дома. Хотя, например, в эти же дни он провёл полновесную встречу в Овальном кабинете с министром обороны Саудовской Аравии принцем Мохаммедом бин Салманом. Всё естественно: таковы внешнеполитические приоритеты Вашингтона. Украина на шкале этих приоритетов отстоит от Саудовской Аравии далеко.

Основная встреча состоялась у Гройсмана с куратором Украины вице-президентом Джо Байденом. Если верить украинским официальным сообщениям, то её содержание, как и всех других контактов украинского премьера в Америке, сводилось к двум вопросам – обсуждению борьбы с «российской агрессией», в том числе «в контексте осуществления Минских соглашений», и поддержке «успешно проводимых на Украине реформ». В разговорах с представителем США в ООН Самантой Пауэр - едва ли не главным проводником жёсткой линии в отношении Москвы среди высокопоставленных американских дипломатов - Гройсман и вовсе дал себе волю. Смешав всё в кучу, он объявил главными врагами Украины «Россию, коррупцию и популизм». Населению вновь предложена сказочка о том, что Вашингтон полностью поддерживает все подходы Киева и вот-вот одарит Украину многомиллиардной спасительной помощью.

Однако американская интерпретация переговоров Гройсмана, которая в плане понимания позиции Вашингтона имеет больший вес, чем украинская, заметно отличается от победных реляций Киева. Согласно сообщениям Белого дома, Байден действительно обещал Украине помощь на проведение реформ в размере «целых» 220 млн долларов. Только вот разговор об этой скромной сумме идёт с начала года уже не в первый раз. Странно даже, что она до сих пор не поступила. Разве что обещания за это время подросли с 200 млн ещё на 20 млн долл. Однако, видимо, эти обещания, как и другие виды финансовой подпитки Киева вроде кредитных гарантий, займов МВФ и т.п., привязаны к политическим обязательствам украинского руководства по урегулированию ситуации на востоке страны. Байден прямо заявил об обеспокоенности Вашингтона «ухудшением ситуации в Восточной Украине» и подчеркнул «важность скорейшего осуществления Минских соглашений». При этом ни «сепаратистов», ни Россию Байден не упомянул, из чего следует, что от Киева просто ожидают выполнения его части обязательств.

О том, что настроения в Вашингтоне постепенно меняются не в лучшем для украинского руководства направлении, можно было догадаться ещё по сделанному накануне визита Гройсмана заявлению помощника президента по национальной безопасности США Сьюзан Райс. В беседе с ведущим колумнистом Washington Post Дэйвидом Игнатиусом она сообщила, что в Белом доме считают возможным урегулировать украинский конфликт до конца года и прилагают все усилия к тому, чтобы соответствующее мирное соглашение было выполнено к моменту ухода Барака Обамы с президентского поста. Райс также отметила, что в деле реализации минских соглашений власти США активизируют сотрудничество с французскими и немецкими коллегами, но диалог с Россией по данному вопросу остаётся приоритетным. «Мы надеемся, что, если Россия хочет разрешить эту проблему, – а у нас есть основания полагать, что хочет, – у нас есть время, ресурсы и инструменты, чтобы добиться этого», – сказала Райс. Она, правда, отказалась делать прогнозы и подчеркнула невозможность гарантировать ратификацию украинским парламентом предусмотренных соглашением избирательных реформ.

Видя неуступчивость украинских властей, бывший посол США на Украине Стивен Пайфер привёл дополнительный довод в пользу того, что Киеву следует быть приверженным минским соглашениям. Само наличие этих соглашений, отметил Пайфер, позволяет канцлеру Меркель доказывать Евросоюзу, что санкции против России нужно сохранить. Крайне сомнительный аргумент, но американцы толкают Киев к признанию безальтернативности минских соглашений уже и таким способом.

В новом проекте основателя и директора частного информационно-разведывательного агентства Stratfor Джорджа Фридмана Geopolitical Futures та торопливость, с какой администрация Обамы хочет «избавиться» от Украины, объясняется тремя причинами. Первая из них – это раскол Европы по вопросу сохранения санкций против России. Чтобы добиться уступок от Москвы, западные страны должны были бы действовать единым фронтом, а этого нет. Причём Кремль постоянно привлекает на свою сторону отдельные европейские правительства и партии, ослабляя единую переговорную позицию Запада. Поэтому через какое-то время условия украинского урегулирования могут стать для США ещё менее благоприятными, чем сейчас. Вторая причина спешки Вашингтона в украинском вопросе – обеспокоенность ещё одной внешнеполитической проблемой, «Исламским государством» (ИГ). Чтобы потеснить ИГ в Сирии, США нуждаются в российской помощи как на поле боя, так и на переговорах. Третья причина - опасения администрации Обамы насчёт того, что следующий президент США может занять иную позицию по отношению к сторонам украинского конфликта. Тут имеется в виду, конечно, Дональд Трамп, победы которого демократы всеми силами стараются не допустить, но исключать до конца не могут.

Не исключено, впрочем, предполагает Geopolitical Futures, что усилия нынешней администрации пропадут втуне из-за того, что зарубежные лидеры, включая украинских и российских, займут выжидательную позицию ввиду неопределённости исхода президентских выборов в США. Белый дом, согласно данным выкладкам, вовлечён в гонку против времени, и перспективы заключения с Москвой отвечающей американским интересам сделки по Украине будут постепенно исчезать. В то же время, полагают авторы этого аналитического материала, успешное сотрудничество с Россией по Украине могло бы способствовать продвижению целей США в Сирии.

Россия не собирается сотрудничать с Саудовской Аравией в энергетической сфере

В планах России пока нет никаких совместных действия с Саудовской Аравией по оказанию давления на рынок, даже с учетом того, что добыча сланцевой нефти в США может восстановиться в полном объеме в следующем году, заявил министр энергетики России.

При нынешних ценах на нефть в этом нет необходимости, если, конечно, не возникнет непредвиденных ситуаций, заявил Александр Новак в интервью Bloomberg TV в кулуарах Петербургского международного экономического форума. "Дверь всегда открыта", но необходимы "желание и потребность" в сотрудничестве, которых сейчас нет, сказал он.

Падение цен на нефть марки Brent до 12-летнего минимума в январе вытесняет производителей дорогой нефти, что способствует снижению избыточного предложения и в конечном итоге повышает цены. Предварительное соглашение между Россией, Саудовской Аравией и другими крупными производителями о заморозке производства для того, чтобы остановить перенасыщение, было всеми забыто в апреле отчасти потому, что политика добычи нефти без ограничений со стороны стран ОПЕК под руководством Саудовской Аравии, казалось, окупается.

«Сейчас мы переживаем глобальный период низких цен на нефть, и такие периоды могут длиться от 10 до 15 лет", - сказал Новак. Тем не менее, сегодняшняя цена составляет около $ 50 за баррель, этого достаточно, чтобы продолжать инвестирование, которое устраивает как производителей, так и потребителей, сказал министр.

При текущих ценах добыча сланцевой нефти в США, вероятно, начнет восстанавливаться в начале следующего года, предположил Новак. «Добыча сланцевой нефти может быть быстро восстановлена», - сказал он. - «Цикл восстановления может занять от шести до девяти месяцев при повышении цен». Существуют также риски, что цены будут падать, если объем добычи нефти в Канаде, Ливии или Нигерии вырастет после перебоев с поставками в этих странах. «Мы просто должны сейчас внимательно следить за рынком», - сказал Новак.

Новак встретился с министром нефтяной промышленности Венесуэлы Эулохио Дель Пино и обсудил с ним вопросы сотрудничества между членами Организации стран-экспортеров нефти и странами, не входящими в ОПЕК. На встрече также обсуждалось предложение Венесуэлы о создании так называемого «диапазона» добычи нефти, сообщает Министерство нефтяной промышленности Венесуэлы.

Ожидается, что Новак проведет встречу с министром энергетики и промышленности Саудовской Аравии Халидом аль-Фалихом в Пекине в этом месяце на саммите G20 по энергетике. Хотя возможно эта встреча состоится, она еще не была подтверждена официально, заметил Новак.

В то время, как российское правительство готовит проект бюджета страны на 2017 год, исходя из средней цены на нефть в 40 долларов за баррель, Новак говорит о том, что она может достигнуть и 50 долларов. Цена нефти марки Brent в этом году составляет в среднем около 40 долларов за баррель.

Позднее, в очередном интервью Новак еще раз рассказал о планах по увеличению добычи нефти до 540 миллионов тонн в этом году и достижении в следующем году цели "где-то в диапазоне" от 525 до 545 миллионов тонн. Экспорт нефти может вырасти примерно на 3% в этом году и достичь показателя 252 миллионов тонн, и эта тенденция, вероятно, продолжится и в следующем году, сказал он.

World Oil

Переговоры по внутрийеменскому урегулированию на грани провала

Петр Львов

Направив в Йемен свои войска, арабская, а точнее аравийская коалиция во главе с Саудовской Аравией, которая хочет подавить силой шиитских повстанцев-хуситов, поддерживаемых Ираном, и союзные им вооруженные формирования бывшего президента А.Салеха, никак не предполагала, что надолго увязнет в йеменской трясине. Более того, все более понятным становится и то, что фактически эту войну не выиграть ни с помощью массированных бомбардировок йеменских городов, ни путем проведения сухопутных операций, где костяк антихуситских сил составляют механизированные части ОАЭ, КСА и подразделения из ВС Египта и Судана, а также остатки йеменской армии, лояльные по отношению к прозападному и просаудовскому «президенту» ЙР А.Хади. Коалиция уже потеряла несколько сот убитыми и свыше тысячи военнослужащих ранеными, что вызывает недовольство прежде всего в общественном мнении Эмиратов и саудовского королевства. Кроме того, все убедились в том, что, несмотря на сказочные доходы от нефтяного экспорта, армия КСА не способна решать задачи даже ограниченного регионального характера. А это ослабляет авторитет Эр-Рияда в арабском мире, который и так сильно упал после поражений просаудовских отрядов вооруженной оппозиции в Сирии.

Тем не менее аравийские монархии уже не могут просто так уйти из Йемена, бросив все на произвол судьбы и понимая, что это станет позорным концом их военной авантюры. Более того, еще месяц назад, несмотря на готовность сторон внутрийеменского конфликта продлить условия перемирия даже в случае приостановки переговоров в Кувейте, Эр-Рияд дал добро на наступление сил коалиции на Таиз, которое должно было начаться в начале июня с.г. Это уже третья попытка со времени интервенции в ЙР прорваться к йеменской столице Сане. И еще приходится вести бои на Юге против местных кланов и племен, которые формально примкнули к «Аль-Каиде Аравийского полуострова», а также против различных суннитских «партизанских» отрядов на востоке и на западе Южного Йемена, не желающих быть под властью ни хуситов, ни коалиции вместе с А.Хади. Саудовцы явно принудили «президента» страны А.Хади согласиться с решением начать новый поход на Таиз, хотя еще с марта с.г. он категорически выступал против этого варианта, который активно проталкивал бывший премьер-министр Южного Йемена Х.Аттас. По мнению А.Хади и многих других деятелей из его окружения, «освобождение» Таиза от хуситов означало бы распад ЙР на Юг и Север.

За это время, то есть за прошедшие 2 месяца после очередной попытки взять Таиз, ничего особо нового не случилось, разве что забуксовали переговоры по внутрийеменскому урегулированию в Кувейте. Хотя это было ясно с самого начала, поскольку хуситы не собирались складывать оружие и уходить со своих позиций в Сане, и тем более инкорпорироваться в новую политическую структуру страны на условиях А.Хади и руководства аравийской коалиции. И в КСА сочли необходимым оказать силовое воздействие. Кроме того, между Эр-Риядом и Абу-Даби возникли разногласия по поводу дальнейшей тактики действий на йеменском направлении. В ОАЭ устали от непопулярной войны и явно сочли приемлемым фактический распад страны на Север и Юг, пусть и на условиях фактической федерализации. В КСА упорно придерживаются концепции сохранения унитарного государства. В этом состоит основное разногласие внутри коалиции, и только линия на максимальное ослабление влияния в ЙР местных «Братьев-мусульман» в лице партии «Ислах» пока остается общей позицией в коалиции. Хотя недавнее назначение Али Мохсена аль-Ахмара, сводного брата бывшего президента страны А.Салеха, заместителем министра обороны явно выпадает из логики этого подхода. Но оно могло повлиять на решение по новому походу на Таиз.

Совершенно очевидно, что через этот третий по величине город ЙР, который по своему расположению является своего рода воротами между Северным и Южным Йеменом, было бы наиболее оптимальным с военной точки зрения наступать на Сану, что в свое время и сделал бывший президент А.Салех, когда его силы за несколько дней быстро овладели Аденом, а А.Хади еле успел сбежать оттуда на моторной лодке. Аравийская коалиция после возвращения Адена попыталась пойти на Таиз, но ее наступление не удалось вследствие действий хуситов на восточных и западных подходах к городу, а также контрнаступления вдоль побережья Красного моря от Ходейды на юг. В результате коалиция смогла удержать лишь архипелаг и несколько островов вблизи Баб-эль-Мандебского пролива. Вторично КСА на этот вариант не пошло из-за крайне негативного отношения южнойеменцев и таизцев к штурму города. Вместо этого саудовцы попытались начать наступление на столицу Йемена через Маариб и тем самым подтолкнуть на наступление племенной союз Хашед. Но этого не получилось, и тогда саудовцы вновь вернулись к таизскому варианту, пусть даже с риском вызвать серьезное недовольство южнойеменцев.

Между тем ситуация в самом городе весьма непростая. Ополченцы, среди которых имеются сторонники партии «Ислах», салафиты и местные отряды территориальной обороны контролируют сам город. При этом основные дороги снабжения и значительная часть периметра города контролируют сторонники А.Салеха. Поэтому возобновилась выброска с самолетов грузов с оружием и боеприпасами вглубь позиций ополченцев, только на этот раз военными ОАЭ, а не КСА, как на первом этапе обороны города. Эмираты активно закупают для этих целей оружие именно «советского происхождения», привычного для йеменцев. Не случайно недавно Минск посетила военная делегация ОАЭ во главе с А.Х.аль-Кубейси, которая вела переговоры о закупке в Белоруссии крупных партий стрелкового оружия, боеприпасов, систем противотанковой борьбы и даже танков. Львиная доля этого предназначается для сил ливийского генерала Х.Хафтара, а часть — лояльным ОАЭ ополченцам в Йемене. И прежде всего на юге страны и в Таизе.

Планированию наступления на Таиз предшествовал тайный приезд в Эр-Рияд руководителя местного ополчения Хамуда аль-Махляфи, который при президенте А.Салехе был начальником таизского аппарата безопасности. На тот период времени он являлся членом правящей партии Всеобщий народный конгресс, но после начала «революции» перешел в «Ислах». В период правления А.Салеха являлся его доверенным лицом в провинции, и в частности курировал контрабандную торговлю алкоголем, которую организовал бывший президент, в том числе с использованием автотранспорта полиции и службы безопасности. Именно благодаря прежнему посту и большим деньгам от алкогольных доходов он и смог стать лидером «народного восстания» в Таизе. После месячного пребывания в КСА Х.аль-Махляфи вместе с семьей выехал в Турцию, где купил весьма дорогой особняк. Видимо, состоялась сделка между Эр-Риядом и Х.аль-Махляфи с целью обезглавить движение ополченцев с последующим переходом его в руки местных салафитов. Так что, если наступление аравийской коалиции на Таиз увенчается успехом, то эта ключевая провинция может попасть под контроль салафитского крыла с целью минимизации влияния «Братьев-мусульман» из «Ислах». Но никто не может гарантировать, что это наступление увенчается успехом. Позиции А.Салеха среди местных племен прочны, а местные ислаховцы не готовы так просто отдавать зону своего влияния.

Кроме того, несмотря на все усилия в рамках переговорного процесса по внутрийеменскому урегулированию в Кувейте, достигнуть каких-либо позитивных результатов не удалось. Более того, стороны даже не смогли хотя бы зафиксировать позитивную динамику. Этот результат был вполне предсказуем, поскольку на переговорах присутствуют две стороны — собственно «представители» президента Йемена А.Хади и повстанцы-хуситы. А этот формат изначально ущербный, поскольку он исключает еще две очень влиятельные силы — южнойеменцев и сторонников бывшего президента страны А.Салеха. При этом с участием «южан» совсем не так просто, учитывая наличие на Юге нескольких так называемых «движений», которые замыкаются на разных бывших руководителей НДРЙ, в том числе и на самого А.Хади, который в свое время был заместителем генерального секретаря Йеменской социалистической партии у Али Насера Мухаммеда и участвовал вместе с ним в попытке государственного переворота. Что же касается А.Салеха, то его части бывшей Республиканской гвардии являются одной из наиболее весомых сил противостояния аравийской коалиции и без его участия вряд ли обойтись. В ходе нынешней гражданской войны он продемонстрировал чудеса изворотливости и политического умения, да еще при наличии значительных финансовых средств, которые бывший президент Йемена сумел вовремя перевести со счетов банков в ОАЭ и выручить от продажи активов в США. Тем самым он практически полностью нивелировал возможные негативные последствия для себя в случае применения к нему режима санкций со стороны Вашингтона. Примечательно, что когда аравийская коалиция безуспешно пыталась ликвидировать его, нанося авиаудары по его многочисленным дворцам и резиденциям и снеся фактически до основания его родную деревню, сам А.Салех в это время находился в подвале посольства США в Сане, персонал которого к тому времени был уже эвакуирован. Он верно просчитал саудовскую логику: ВВС КСА не станут бомбить американскую дипмиссию, пусть даже покинутую дипломатами. Решение Аль Саудов оставить его за бортом переговоров стало роковой ошибкой. При этом Эр-Рияд, да и Вашингтон почему-то посчитали заслуживающей доверия информацию о том, что А.А.Салех и хуситы поссорились, и последние теперь полагают правильным действовать без оглядки на мнение своего главного союзника.

Весь ход боевых действий в Йемене в процессе проведения мирных переговоров не принес позитивной динамики. Боевая активность в районах к востоку и юго-востоку от Саны даже усилилась за последние несколько недель, как и в приграничных с КСА областях. Периодически возникают локальные боестолкновения в Наджране. И это при том, что гарантии безопасности именно для своих приграничных к Йемену территорий Эр-Рияд ставил в качестве основной задачи на нынешнем раунде мирных переговоров. Заметно снизилась боевая активность авиации аравийской коалиции после обвинений в применении ей кассетных бомб. На этом фоне хуситы пытаются максимально расширить контроль над различными областями страны, сумев значительно продвинуться на северо-западе провинции Шабва и частично выбить силы аравийской коалиции из района Усайлана. Тормозится широко объявленное наступление сил коалиции на Таиз. К этому можно добавить и обострение ситуации на Юге страны. Там часть отрядов «движений» атаковала силы аравийской коалиции в Адене, которые охраняли здание управления безопасности, что вызвано недовольством значительной части южнойеменских деятелей политикой назначения в силовой блок лиц по прямой указке ОАЭ. Отсюда же и постоянные теракты и покушения на вновь назначенных силовиков в Южном Йемене. Аналогичное происходит в недавно «освобожденной» от сторонников местной «Аль-Каиды» Мукалле. Там начались атаки против военных ОАЭ и лояльных А.Хади отрядов.

В случае дальнейшего отсутствия прогресса на переговорах, хуситы могут пойти и на односторонние шаги по формированию переходного правительства. Шаг к этому уже сделан, когда 14 июня с.г. на переговорах с представителями правительства Йемена, проходящих в Кувейте, глава делегации хуситов Мухаммед Абдель Салям сделал заявление, сказав, что будут отвергнуты любые предложения ООН по выходу из кризиса, если не будут учтены их требования. «Мы слышали от представителей ООН, что они готовят документ. Наша позиция заключается в том, что мы отвергнем любое предложение, если оно не будет учитывать наши требования. Их суть заключается в создании совместного органа власти, состоящего из института главы государства, правительства национального согласия и военного комитета, руководить которыми будут совместно назначенные люди», — сказал он. Так что ситуация в ЙР вновь обостряется без перспективы выхода на урегулирование. На горизонте тупик.

Россия и Иран: победить вместе или проиграть поодиночке?

Владимир Алексеев, Специально для Iran.ru

По мере приближения даты президентских выборов в США и сохранения плохой конъюнктуры на мировом нефтяном рынке Москве и Тегерану как никогда ранее необходимо задуматься о новом уровне партнерства, причем выводить его на стратегический уровень, а не ограничиваться просто расширением сотрудничества по отдельным вопросам общей повестки дня. С большой вероятностью хозяйкой Белого Дома уже через 7 месяцев станет Хилари Клинтон, открыто угрожавшая в своей предвыборной программе России и Ирану. У кандидата от республиканцев Дональда Трампа, на победу которого ошибочно рассчитывают в Москве и Тегеране, шансов стать новым президентом США намного меньше. Даже с учетом того, что и он не испытывает особых симпатий к России и Ирану, Хилари Клинтон во главе американской администрации представляется для наших стран худшим вариантом.

Как известно, бывший госсекретарь США Хилари Клинтон не ищет компромиссов, уповает не на дипломатию, а на жесткие действия, даже если от этого могут пострадать интересы самих американцев. Ее позиция и практические дела 5-летней давности по Ливии – яркий тому пример. А то, что она на Ближнем Востоке ориентирована на Саудовскую Аравию и Катар, откуда в бытность главой внешнеполитического ведомства США получала щедрые подарки, ни для кого не является секретом. С приходом Хилари Клинтон на президентский пост России и Ирану, скорее всего, придется столкнуться с новой стратегией Вашингтона в регионе, не исключающей кардинального пересмотра курса нынешнего руководства Америки. Готова ли американская дипломатия отказаться от курса Барака Обамы? В каком направлении Клинтон может развернуть ближневосточную политику США? Вернется ли Вашингтон к безоговорочной поддержке Эр-Рияда? Как новая стратегия США может затрагивать интересы Москвы и Тегерана?

В Вашингтоне готовятся к приходу Хилари Клинтон

В госдепе США к приходу в Белый Дом Хилари Клинтон, отличающуюся жесткими ориентирами во внешней политике, прежде всего, в отношении России и Ирана, готовы. Борьба против Москвы и сохранение контроля над главными источниками энергоресурсов всегда лежали в основе стратегии всех американских президентов. Тегеран, несмотря на решение администрации Барака Обамы все же пойти на компромиссы в закрытии иранского ядерного досье, остается в ряду противников Америки. Сделка с Исламской Республикой не стала поворотной точкой в отношениях с одной из самых мощных региональных держав. При Обаме чиновники внешнеполитического ведомства США явно соскучились по твердым и бескомпромиссным действиям Вашингтона. За восемь лет правления нынешнего главы Белого Дома сделано немало для смягчения негативного образа США как агрессивного игрока на мировой арене. Обама на Ближнем Востоке запомнится выводом войск из Ирака и Афганистана, отказом от бомбардировок Сирии в сентябре 2014 года, нежеланием участвовать в сухопутной операции НАТО-ССАГПЗ в Ливии, уклонением от прямого военного вмешательства в йеменский конфликт, заключением сделки с Ираном по ИЯП вопреки активному противодействию Саудовской Аравии и Израиля.

Однако дипломатия Обамы не нашла всеобщей поддержки не только в американском Конгрессе, но и в его правительстве. В Вашингтоне готовы резко сменить галсы и вернуться к прежней практике военных интервенций и вмешательства во внутренние дела суверенных государств. К примеру, 16 июня десятки сотрудников Госдепартамента США подписали конфиденциальный документ, призывающий президента Обаму начать военные действия против официального Дамаска. По их мнению, смена «сирийского режима» является единственным способом борьбы с «Исламским государством». По сообщению The Wall Street Journal под этим документом подписался 51 сотрудник внешнеполитического ведомства США среднего и высшего ранга, отвечающих за Сирию. В своем обращении они выразили протест против политики главы Белого дома в САР и призвали незамедлительно нанести «целенаправленные военные удары» по вооруженным силам законного президента страны Башара Асада. Свою рекомендацию они обосновывают тем, что сирийские власти якобы нарушают режим прекращения огня. По мнению авторов письма, неспособность Вашингтона остановить «вопиющие преступления» Асада укрепит идеологическую привлекательность экстремистской группировки «Исламское государство», даже несмотря на военные неудачи боевиков.

Отправка подобных посланий президенту США является обычной практикой, однако столь много дипломатов под ними, как правило, не подписываются. Как указывает The New York Times, «пятьдесят одна подпись - это очень много, если не беспрецедентно». В Госдепартаменте признали наличие этого документа, однако отказались комментировать его содержание.

Нужно напомнить, что их на несколько дней опередил госсекретарь США Джон Керри, заявивший об угрозе срыва режима перемирия в Сирии. Керри предупредил, что у Вашингтона уже заканчивается терпение. «Россия должна понять, что наше терпение не безгранично, особенно, что касается того, будет ли Асад привлечен к ответственности», – заявил он. Однако позднее, после резкого демарша главы МИД РФ Сергея Лаврова в Госдепартаменте пояснили, что дипломат не угрожал Москве и лишь выразил «свое расстройство» по поводу сложившейся ситуации.

Высказывания Керри об иссякающем у Вашингтона терпении применительно к Сирии не следует расценивать как угрозу, - с таким пояснением выступил официальный представитель Государственного департамента США Джон Кирби. Впрочем, официальные лица американской администрации никогда не утруждались доказывать свои обвинения в адрес России или Ирана. Не случайно, Кирби, не вдаваясь в детали, также утверждал, что американские власти «активно изучают доступные варианты действий» в Сирии. О каких «вариантах» может идти речь теперь понятно. Во главе с Хилари Клинтон США с большой вероятностью могут пойти на военную интервенцию в Сирии и Ливане (для уничтожения «Хизбаллы»), а затем и Ирак с Йеменом окажутся на очереди.

Иран сумел воспользоваться президентством Обамы

В своих предвыборных выступлениях Х.Клинтон обозначила своих главных «врагов». Это – Россия, Иран и Китай, которые не позволяют реализовать американские интересы в наиболее важных для Вашингтона регионах.

В отличие от Тегерана, который сумел воспользовался стремлением Барака Обамы к переменам в американской внешней политике, Москва воспринимала позитивные жесты уходящего президента как признак слабости, что и привело к ряду серьезных ошибок – от Украины до Ближнего Востока, от обострения отношений с НАТО до доведения отношений с ЕС и его ведущими странами до наихудшего уровня за последние 30 лет со времен перестройки Горбачева. Кремль потерял 8 лет пребывания Б.Обамы в Белом Доме, которые, по мнению многих экспертов, можно было использовать для реальной перезагрузки российско-американского взаимодействия. Вместо этого Москва получила: экономические санкции Запада, существенную изоляцию в мире, потерю многих партнеров, рост напряженности по многим направлениям – от военной области до сферы спорта.

Тегеран в отличие от Москвы прагматично истолковал сигналы, исходящие от американского президента, и смог достаточно быстро выйти на сделку по ИЯП, тем самым решив свою основную внешнеполитическую проблему, прорвав режим санкций и укрепив свои позиции в регионе, причем за счет ослабления влияния Саудовской Аравии и Израиля. ИРИ смогла существенно сблизиться и с Евросоюзом, особенно в торгово-экономической сфере, при этом, не уступив позиций в ущерб своим национальным интересам и не меняя основ своего политического строя. Иранской дипломатии, скорее всего, можно ставить «твердую пятерку».

Сейчас не время выяснять, кто конкретно готовил для Кремля решения по тем или иным вопросам, которые только ухудшили позиции Москвы на мировой арене, и что наиболее опасно – не только существенно ухудшили экономическую ситуацию в России, но и увеличили угрозы безопасности страны, включая ее военную составляющую. Сейчас важнее понять, что с приходом Хилари Клинтон скорость реализации задачи по подрыву правящих элит в наших странах с конечной целью их замены на прозападные режимы будет лишь ускорена, а выделяемые на это средства увеличены. Новый президент США, и в это не надо сомневаться, будет бить через самое больное место у РФ и ИРИ – углеводородную ориентацию их экономик.

Отметим, что Иран за время западных санкций успел многое сделать в плане самообеспечения и импортозамещения. Россия же явно топчется на месте в тщетной надежде на раскол внутри Запада, и прежде всего в ЕС, и на то, что каким-то чудом цены на нефть, а значит и газ, опять быстро взлетят наверх. А этого не произойдет: здесь нужно просто трезво оценить ситуацию, поняв, что другого повода для введения санкций уже не будет. И поэтому Вашингтону надо до конца использовать нынешний момент в своей конфронтации с Москвой. К этому Хилари Клинтон и призывает.

Инструменты американского давления на Россию и Иран

Ясно и то, через кого будет действовать Х.Клинтон для экономического удушения Москвы и Тегерана. Это, прежде всего, Саудовская Аравия, Катар и другие богатые нефтью и газом арабские монархии Персидского залива. Их действия на понижение нефтяных цен, равно как и демпинг Катара по СПГ бьет одновременно по России и Ирану как крупнейшим производителям нефти и газа.

Естественно и то, что США продолжат развитие своего сланцевого сектора, равно как и задействуют канадские нефтяные битумные пески для увеличения выброса углеводородов на мировой рынок с целью дальнейшего снижения их цены. Но опаснее всего именно Саудовская Аравия и Катар. Не случайно все попытки Кремля договориться с КСА по нефти, будь то в рамках ОПЕК или на двусторонней основе, никаких результатов не дали и не дадут. Саудовцы умело отвлекают внимание российского руководства мощными «десантами» своих политических руководителей и бизнес-кругов. Из Эр-Рияда исходят многомиллиардные обещания, декларируется готовность к инвестициям в российскую экономику, делаются заманчивые предложения по закупкам российского вооружения. Несмотря на то, что реальных результатов в российско-саудовском сотрудничестве практически не видно, подобная позиция Москвы серьезно мешает развитию партнерства между РФ и ИРИ в экономической, энергетической и военно-технической сфере.

Нужно признать, что и Иран ведет себя зачастую странно, предпочитая переговоры по закупке вооружений и промышленной продукции не у России, а на Западе. Это означает одно – пока что Запад и их аравийские союзники успешно раскалывают Москву и Тегеран, затягивая время до смены президента США. Каждый месяц промедления между РФ и ИРИ играет на руку их противникам. Заглатывая щедрые посулы аравийских шейхов, Москва сеет сомнения в Тегеране, а последний своими контактами по ВТС и энергетическому сотрудничеству с ЕС вызывает недоверие у российского руководства. А тут еще явно не продуманный жест с торжественной передачей подбитого в Ливане в 1982 году израильского танка, полученного у сирийцев, премьер-министру Нетаньяху. Ничего кроме недоумения в арабо-исламском мире, в том числе у Ирана, это не вызвало. Невольно возникает вопрос: может, кто-то специально подсказал российскому лидеру это сделать? Если «да», то какими целями руководствовался? В общем, вопросов по поводу этого ляпа слишком много.

Де-факто, Саудовская Аравия и Катар уже ведут углеводородную войну против РФ и ИРИ. КСА стала срочно поставлять нефть в Европу, включая Польшу, при этом на днях снизив цену для европейских потребителей, что бьет по РФ как главному нефтяному экспортеру в ЕС. Одновременно саудовцы ведут тонкую игру на азиатских рынках, куда в основном поставляет нефть Иран, пытаясь удержать за собой самым крупных и перспективных потребителей нефти – Китай и Индию. Катар своими спотовыми поставками СПГ по явному демпингу в Европу, в том числе на традиционные рынки сбыта российского трубного газа, сбивает цену «Газпрому» и в целом снижает объемы закупок газа у РФ. А развитие мощностей по производству СПГ в эмирате будет тормозить процесс развития поставок иранского газа в Азию, чтобы тем самым толкать Иран в Европу и Турцию и тем самым сталкивать лбами Москву и Тегеран.

овные направления ударов

Понятно, что Х.Клинтон не собирается ждать, пока начнет трещать по швам экономика России и Ирана. Это слишком долго. Да и Вашингтону надо спешить, пока в Москве и Тегеране не раскусили все американские планы по ликвидации нынешних режимов в обеих странах, которые давно уже не устраивают Белый Дом. Только после этого США смогут взяться за Китай, который сейчас ведет себя недальновидно, надеясь, как всегда, что «китайский тигр» сможет опять отсидеться на горе, наблюдая за схваткой соперников внизу. Не сможет. В Вашингтоне Пекин уже четко определен наряду с Россией и Ираном в качестве главной силы «зла». КНР мешает США развернуться в Азии и обеспечить безопасность главных союзников – Японии и Южной Кореи. Об экономической конкуренции говорить нет смысла – здесь уже давно все понятно.

Только в Китае не понимают главного: в ближайшие 20 лет Америка останется несмотря ни на что более сильной в военном, политическом и экономическом отношении, чем КНР, где уже нарастают проблемы, как с темпами роста, так и внутренними проблемами, в том числе конфликтами на этно-религиозной почве. И Пекин не имеет никаких шансов стать единственным мировым лидером. Он чужд по идеологии и культурно-религиозной сути Западу, а азиатские соседи просто боятся китайской экспансии и ищут союзников для противовеса Китаю, как в лице США, так и Индии, которая не намерена быть второстепенной державой в Азии. Так что Пекину, если он не хочет быть раздавленным Западом, нужно прекратить свой «нейтралитет» и создать альянс вместе с Россией и Ираном, к которому примкнут центральноазиатские страны, часть исламских государств и оставшиеся малочисленные союзники РФ в Европе для противодействия гегемонии Вашингтона, НАТО и их партнеров на Ближнем Востоке и Азии.

Но сейчас у Москвы и Тегерана есть более краткосрочная общая цель: как беречь от предстоящего наступления Хилари Клинтон Сирию, Ирак, Ливан и Йемен. То есть страны шиитской дуги. Вашингтон, Эр-Рияд, Доха и Анкара никогда не смирятся с тем, что в Сирии при опоре на ВКС РФ, иранский КСИР и ливанскую «Хизбаллу» уцелеет законное правительство Башара Асада. Без сирийской территории как страны транзита Саудовская Аравия никогда не проложит нефтепровод в Европу, а Катар – магистральный газопровод в ЕС и Турцию. А без «Хизбаллы» Ливан перейдет под контроль Запада, и через него легче будет разгромить Дамаск.

Надо срочно что-то делать и с Багдадом, где правительство Абади явно пытается дистанцироваться от Тегерана, попадая в зависимость от США и протурецких курдов М.Барзани, тогда как иранские интересы в Ираке могут гарантировать только силы, группирующиеся вокруг М.Садра. Более того, нынешняя военная операция иракских войск по взятию Фаллуджи показала, что Вашингтон готов опять опереться в Ираке на суннитов, включая тех, кто когда – то был на стороне Саддама Хусейна. Ведь арабы – сунниты всегда были основой западного влияния в Ираке, тогда как СССР и Ирану в основном симпатизировало шиитское население страны.

******

И, конечно же, Москве и Тегерану нужно срочно решать «саудовский вопрос», без чего нельзя резко поднять цены на нефть и прекратить игры Эр-Рияда в зоне Персидского залива, на Ближнем Востоке, да и в целом в арабском и исламском мире. Сейчас королевство завязло в йеменской войне; его бюджет истощается низкими ценами на нефть; программа реформирования, принятая недавно заместителем наследного принца, министром обороны и сыном короля Мухаммедом обречена на провал; племенные объединения недовольны правящей семьей Аль Сауд из-за сокращения финансовых дотаций; внутри королевского клана ширятся противоречия между проамериканским наследным принцем Наифом и его своенравным заместителем Мухаммедом, а король Сальман слабеет. При этом КСА продолжает дорогостоящие авантюры в Ливии, тратит огромные деньги на поддержание военного режима в Египте и продолжает финансировать радикальную оппозицию в Сирии, срывая внутрисирийский диалог.

Видимо, настало время покончить с этой вредной политикой ваххабитского консервативного режима, а заодно и прекратить наглые вмешательства другой ваххабитской монархии – катарской. От этого выиграют не только Россия и Иран, но и все арабы. Спонсоры «цветных» революций и «арабской весны» явно должны сами пройти через это свое детище и превратиться в нормальные цивилизованные страны из ныне существующих рудиментов 17-го века.

***********

В любом случае, стрелки часов неумолимо движутся вперед, все быстрее приближая момент прихода Х.Клинтон в Белый Дом. Не случайно на днях сын саудовского короля и министр обороны, заместитель наследного принца КСА Мухаммед бин Сальман отправляется с визитом в Вашингтон, при этом выделив в фонд избирательной кампании Хилари 20% от общей суммы ее «бюджета». В обмен на то, что она снимет обвинения о причастности КСА к терроризму, озвученные Обамой. А в это время на ПМЭФ в Санкт-Петербурге руководитель РФПИ превозносит инвесторов из Аравии. И Россия готова отдать 25% акций и без того прибыльной компании «Вертолеты России». Хотя РПФИ на сегодня не освоил ничего, что в него якобы вложили страны ССАГПЗ, включая Саудовскую Аравию.

Как говорится, «промедление «смерти подобно». Пора уже научиться действовать на упреждение угроз, а не ликвидацию их последствий. Иначе можно когда-нибудь проиграть. Хочется верить, что в Москве и Тегеране придут к осознанию общих целей и смогут выработать конкретные шаги по предотвращению надвигающейся угрозы. Пока еще не поздно.

15-я сессия международной выставки недвижимости Cityscape Global, которая будет организована в сентябре в Дубае, как ожидается, привлечет новую волну региональных инвесторов.

Очередная сессия выставки в сфере недвижимости Cityscape Global пройдет во Всемирном торговом центре Дубая с 6 по 8 сентября 2016 года. На участие в ней заявку подали уже свыше 46 тысяч участников. Ожидается, что мероприятие привлечет новую волну инвесторов из Турции, Египта, Абу-Даби и Катара.

Выставка Cityscape Global уже получила обратную связь от застройщиков, брокеров, архитекторов, правительственных чиновников и инвесторов, что подтверждает высокую заинтересованность индустрии в предстоящем событии.

Организация Cityscape India в 2017 году в Выставочном центре Бомбея в Мумбаи с 2-5 марта знаменует международную экспансию бренда, который в настоящее время проводит мероприятия в Абу-Даби, Каире, Дохе, Дубае, Стамбуле, Джидде, Эль-Кувейте и Сеуле.

Возвращаясь к Cityscape Global во Всемирном торговом центре Дубая, следует заметить, что общая выставочная площадь составит 41 тыс. м², на которой будут представлены сотни проектов, в том числе от новых участников.

Том Родс, директор выставки, сказал: “Бренд Cityscape распространяется по всему миру. Это означает, что мы достигаем внимания большего числа инвесторов со всего региона и за его пределами и связываем большее число покупателей недвижимости с застройщиками и брокерами. Cityscape Global, тем временем, продолжает оставаться показателем состояния рынка недвижимости вместе с тем, что многие ведущие девелоперы используют выставку в качестве платформы для запуска новых проектов на рынок.”

“Прошлый год ознаменовался оглушительным успехом — крупнейшее мероприятие за пять лет собрало более чем 43 тысячи гостей из 102 стран мира, а для размещения местных, региональных и международных участников потребовалось два дополнительных зала. Мы прогнозируем в этом году схожую ситуацию с точки зрения участия экспонентов и количества посетителей”, — добавил он.

На 15-й сессии флагманского мероприятия бренда Cityscape Global можно будет встретить целый ряд национальных павильонов, в том числе отведенных под экспонентов из Великобритании, Пакистана и Индии, зал семинаров для участников и крупнейших спикеров на Cityscape Conference.

За день до запуска выставки, 5 сентября, на Cityscape Global Conference, как ожидается, более чем 1200 делегатов и спикеров примут участие в трех специализированных программах конференции, посвященных обзору рынка, архитектуре и брокерской деятельности в сфере недвижимости. Впервые за время проведения Конференции обзор рынка представит один из самых знаменитых ораторов Рохит Тальвар, всемирно известный футурист и стратег, который поднимет тему управления рисками, прорывных разработок в законодательстве и инвестиционной политики применительно к международному и местному рынку недвижимости на ближайшее будущее.

После своего успеха в 2015 году Cityscape Talks возвратятся на выставочную площадку в специальном зале семинаров, предлагая экспонентам возможность взаимодействовать с посетителями и продемонстрировать опыт своих организаций и последние проекты в сфере недвижимости.

В день открытия выставки состоится вручение наград в 13 номинациях Cityscape Awards для развивающихся рынков. В программе поучаствуют сотни девелоперов и архитекторов. Имена победителей будут объявлены на VIP-мероприятии с последующей коктейльной вечеринкой в Conrad Hotel Dubai.

Cityscape Global 2016 организуется при поддержке Земельного Департамента Дубая и ряда партнеров выставки: Emaar Properties, Dubai Properties и Nakheel; платиновых спонсоров: Al Marjan Island и Union Properties; Верифицированного партнера Tamleek; и партнера по исследованиям YouGov.

Вооруженные силы Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) продолжат участие в военной операции в Йемене в составе так называемой аравийской коалиции. Об этом газете "Аш-Шарк аль-Аусат" сообщил госминистр иностранных дел страны Анвар Гаргаш, опровергнув тем самым собственное заявление о том, что войска ОАЭ больше не будут задействованы на юге Аравийского полуострова.

"Мы находимся в состоянии войны, мне очень жаль, что некоторые мои высказывания были урезаны и неверно истолкованы", - процитировало его в четверг общеарабское издание. В отдельно распространенном заявлении Гаргаш также отметил, что "вооруженные силы страны смело и профессионально выполняют свой долг и будут делать это вместе с Саудовской Аравией до тех пор, пока коалиция не объявит об окончании войны".

В среду госминистр заявил, что военнослужащие из эмиратов больше не будут участвовать в боевых действиях в Йемене. "Наша позиция сегодня ясна: война закончена для наших солдат. Сейчас мы следим за событиями на политической арене и оказываем поддержку йеменцам на освобожденных территориях", - сказал он.

Кризис в Йемене не прекращается с августа 2014 года, однако в наиболее активную фазу он перешел с началом вторжения в марте 2015 года аравийской коалиции, которую возглавил Эр-Рияд, поддержавшей правительство страны и президента Абд Раббо Мансура Хади в конфликте с шиитскими мятежниками (хуситами). В военной операции приняли участие ВС ОАЭ, Бахрейна, Катара и Кувейта, помощь им также оказывали Египет, Иордания, Марокко и Судан.

Несмотря на то, что в Йемене с 11 апреля действует режим прекращения огня, между сторонами конфликта периодически происходят столкновения. При этом ВВС стран коалиции продолжают наносить авиаудары.

По данным СМИ, с начала операции в Йемене погибли порядка 80 военнослужащих ОАЭ. В общей сложности жертвами конфликта стали более семи тысяч человек.

В Госдепартаменте США готовы к приходу Х. Клинтон

Александр Орлов

Совершенно очевидно, что в Госдепартаменте США сотрудники высшего и среднего уровня уже готовы к приходу в Белый Дом Х.Клинтон с ее жесткими взглядами на внешнюю политику, прежде всего по отношению к России и Ближнему Востоку. Борьба против Москвы и за сохранение контроля над главными источниками энергоресурсов всегда лежали в основе стратегии всех американских президентов вплоть до уходящего вскоре Б.Обамы. И чиновники внешнеполитического ведомства США явно соскучились по твердым и бескомпромиссным действиям Вашингтона за 8 лет правления нынешнего главы Белого Дома, который сделал многое для смягчения негативного образа своей страны как агрессивного игрока на мировой арене: вывод войск из Ирака и Афганистана, отказ от бомбардировок Сирии в 2014 году, нежелание участвовать в сухопутной операции НАТО-ССАГПЗ в Ливии, отказ от прямого военного вмешательства в йеменский конфликт, заключение сделки по ИЯП, провозглашение курса на перезагрузку отношений с Москвой, нормализация отношений с Кубой и Вьетнамом и т.д.

И вот яркое доказательство того, что в Вашингтоне уже готовы резко сменить галсы и вернуться к практике военных интервенций, вмешательства во внутренние дела суверенных государств, совершать агрессии за рубежом и разжигать войны и конфликты ради т.н. «национальных интересов США и защиты демократических ценностей». Вчера десятки сотрудников Госдепартамента США подписали конфиденциальный документ, призывающий президента Б.Обаму начать военные действия против официального Дамаска. По их мнению, смена «сирийского режима» является единственным способом борьбы с ДАИШ. По сообщению The Wall Street Journal, под этим документом подписался 51 сотрудник внешнеполитического ведомства США среднего и высшего ранга, отвечающих за Сирию. В своем обращении они выразили протест против политики Б.Обамы в САР и призвали незамедлительно нанести «целенаправленные военные удары» по вооруженным силам законного президента страны Б.Асада. Свою рекомендацию они обосновывают тем, что сирийские власти якобы нарушают режим прекращения огня. По мнению авторов письма, неспособность Вашингтона остановить «вопиющие преступления» Асада укрепит идеологическую привлекательность запрещенной в РФ экстремистской группировки ДАИШ, даже несмотря на военные неудачи боевиков.

Отправка подобных посланий президенту США является обычной практикой, однако столь много дипломатов под ними, как правило, не подписываются. Как указывает The New York Times, «51 подпись – это очень много, если не беспрецедентно». В Госдепартаменте признали наличие этого документа, однако отказались комментировать его содержание.

Нужно напомнить, что их на несколько дней опередил госсекретарь США Дж.Керри, заявивший об угрозе срыва режима перемирия в Сирии, отметив, что у Вашингтона уже заканчивается терпение. «Россия должна понять, что наше терпение не безгранично, особенно, что касается того, будет ли Асад привлечен к ответственности», – сказал Керри. Однако позднее, после резкого демарша главы МИД РФ С.В.Лаврова в Госдепартаменте пояснили, что дипломат не угрожал Москве и лишь выразил «свое расстройство» по поводу сложившейся ситуации. Высказывания госсекретаря США Джона Керри об иссякающем у Вашингтона терпении применительно к Сирии не следует расценивать как угрозу, – с таким пояснением выступил на регулярном брифинге для журналистов начальник пресс-службы Госдепартамента Дж. Кирби. «Мы не выступаем с пустыми угрозами. Это не была пустая угроза. Это даже не была угроза», – подчеркнул официальный представитель внешнеполитического ведомства США. По его словам, шеф американской дипломатии «просто выражал свое разочарование по поводу того факта, что россияне не используют свое влияние тем образом, которым, как мы знаем, они могут и использовали в прошлом, чтобы добиться искомого результата». При этом он, правда, отметил, что «для региона, России, Сирии существуют «неизбежные последствия» недостаточной активности». Кирби также утверждал, не вдаваясь в детали, что американские власти «активно изучают доступные варианты действий» в Сирии. Теперь понятно, о каких «вариантах» может идти речь.

Тем более что еще раньше, в конце марта с.г. госсекретарь США Джон Керри в интервью телеканалу CBS назвал «нелепым» предположение о том, что Россия при помощи операции в Сирии укрепила свои позиции на Ближнем Востоке. При этом, отвечая на вопрос о том, является ли Россия союзником США в Сирии, Керри сказал «нет». В то же время госсекретарь отметил, что некоторые действия Москвы отвечают «стратегическим интересам» Вашингтона. «Россия помогла в достижении ядерной сделки с Ираном. Россия помогла вывезти химическое оружие из Сирии. Теперь Россия помогает с прекращением военных действий. И если Россия на самом деле может помочь нам повлиять на процесс политического урегулирования в Сирии, это отвечает стратегическим интересам США», — заявил госсекретарь США. Причем накануне Дж.Керри посетил Москву. После переговоров с президентом В.Путиным и главой МИД России С.Лавровым он сообщил, что темой их разговора стала ситуация в Сирии, на Украине и судьба украинской летчицы Надежды Савченко. Госсекретарь назвал переговоры с российской стороной «конструктивными». В частности, он отметил общую позицию России и США по противостоянию террористам в Сирии.

Тем не менее после визита Керри в Кремле заявили, что никто не испытывает иллюзий по поводу возможности создания антитеррористического альянса России с США и странами Запада. «Таких иллюзий не испытывает никто. Нельзя сказать, что мы приблизились к сотрудничеству в сфере борьбы с терроризмом. Нельзя сказать, что мы приблизились к созданию альянса для борьбы с теми вызовами, которые перед нами стоят», — заявил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков в ответ на вопрос о том, есть ли возможность создания антитеррористического альянса со странами Запада по итогам визита госсекретаря США в Москву.

К приходу Х.Клинтон готовы и в Пентагоне. Не случайно на последнем заседании Совета НАТО принято решение направить в Польшу и три страны Балтии четыре сводных батальона в составе американских, британских и немецких военнослужащих и разместить их недалеко от российской границы. Одновременно усиленными темпами идет развертывание элементов ПРО в Восточной Европе. Быстро растет военно-морское присутствие США и НАТО на Балтике и в Черном море.

Со стороны Центральной Азии готовится политическое выступление против Москвы путем организации там «цветных» революций под антироссийскими лозунгами. Недавние события в Казахстане ярко это продемонстрировали. «Украинский вариант» отрабатывается и для Узбекистана, Киргизии и Таджикистана, причем с задействованием не только прозападно-либеральных, но и радикально-исламистских элементов, прошедших через «школы» ДАИШ и Талибов на войнах в Сирии, Ираке и Афганистане.

Некоторые натовские деятели не скрывают, что идет подготовка к возможному военному конфликту с Россией.

Х.Клинтон параллельно военному давлению будет продолжать курс на экономическое удушение России, действуя прежде всего через Саудовскую Аравию, Катар и другие богатые нефтью и газом арабские монархии Персидского залива. Их действия на понижение нефтяных цен, равно как и демпинг Катара по СПГ уже сильно бьет по России. Естественно, США продолжат развитие и своего сланцевого сектора, равно как и задействуют канадские нефтяные битумные пески для увеличения выброса углеводородов на мировой рынок с целью дальнейшего снижения их цены. Но опаснее всего именно Саудовская Аравия и Катар, возможности которых можно дополнительно задействовать хоть сегодня. Не случайно все попытки Кремля договориться с КСА по нефти, будь то в рамках ОПЕК или на двусторонней основе, никаких результатов не дали и не дадут. Зато саудовцы и катарцы умело отвлекают внимание российского руководства мощными «десантами» в Москве, Санкт-Петербурге и Сочи своих политических руководителей и бизнес-кругов, в том числе для раздачи многомиллиардных обещаний в сфере инвестиций и ВТС.

Де-факто Саудовская Аравия и Катар уже ведут углеводородную войну против РФ. КСА стала срочно поставлять нефть в Европу, включая Польшу, при этом на днях снизив цену для европейских потребителей, что бьет по РФ как главному нефтяному экспортеру в ЕС. Катар же своими спотовыми поставками СПГ по явному демпингу в Европу, в том числе на традиционные рынки сбыта российского трубного газа, сбивает цену «Газпрому» и в целом снижает объемы закупок газа у РФ.

Не случайно на днях cын саудовского короля Мухаммед бин Сальман отправляется с визитом в Вашингтон, при этом выделив в фонд избирательной кампании Хиллари 20% от общей суммы ее «бюджета». В обмен на то, что она снимет обвинения о причастности КСА к терроризму, озвученные Обамой.

В Эр-Рияде и Дохе уже сделали ставку на Х.Клинтон, и для их лидеров настало время понять, что они получат взамен от нее по Сирии, Ираку, Йемену и Ливии. А что они получат, еще раз подтвердили американские дипломаты в своем обращении к Обаме. Так что России, пока еще есть несколько месяцев до въезда Х.Клинтон в Белый Дом, надо срочно готовиться к «новой» политике «старых демократов» США.

Мурси сядет после казни

Суд в Египте приговорил экс-президента страны Мухаммеда Мурси к пожизненному заключению

Бывший президент Египта, пришедший к власти на волне «арабской весны» в 2012 году, уже отбывает тюремный срок. Ранее он и несколько его соратников по партии «Братья-мусульмане» уже были приговорены к смертной казни за поджог и побег из тюрьмы во время «арабской весны» и еще по нескольким статьям.

Сейчас новые власти Египта подозревают Мурси в передаче Катару секретных документов, содержащих информацию о расположении египетских вооруженных сил и политическом режиме страны.

По данным следствия, он передавал документы через представительство телеканала Al-Jazeera, который финансируется катарской королевской семьей Аль Тани. Передача якобы осуществлялась через редактора Al-Jazeera в Египте, который также был членом исламистского движения «Братья-мусульмане» (деятельность организации запрещена в РФ).

Одна из главных улик против экс-президента — запись телефонного разговор дочери секретаря Мурси и сотрудника телеканала Al-Jazeera. В нем она говорит о том, что передаст журналисту телекомпании какие-то важные документы. Al-Jazeera, в свою очередь, отрицает причастность к этому делу. Несмотря на то что из пленки мало что можно понять по существу, близкие отношения между Мурси к катарскими правящими кругами не были ни для кого секретом.

Катар и Турция оказывали финансовую поддержку «Братьям-мусульманам» во время антиправительственных восстаний 2011 года на волне «арабской весны», которые завершились свержением режима Хосни Мубарака. Уже после революции, легализации «Братьев-мусульман» и победы их кандидата Мухаммеда Мурси на президентских выборах, по информации The New York Times, его правительство получило $8 млрд в поддержку от семьи эмира, а Турция предоставила около $2 млрд в долг.

Для Катара «Братья-мусульмане» — главная исламистская оппозиционная сила Египта — на протяжении многих лет рассматривалась как партнер в борьбе за влияние в арабском мире.

Однако в 2013 году, когда власть перешла к военным, а место Мурси, одержав победу на выборах, занял Абдул-Фаттах Ас-Сиси, отношения Египта и Катара заметно охладели. Место Катара и другого партнера Египта — Турции — заняли ОАЭ и Саудовская Аравия. 7 апреля этого года король Саудовской Аравии прибыл с первым за время своего правления официальным визитом в Египет.

Несмотря на то что политически государства часто расходились, экономически они нашли точки соприкосновения. Египет передал Саудовской Аравии два острова в Красном море, а саудиты, со своей стороны, пошли на заключение контрактов на сумму более $21 млрд. Также Ас-Сиси объявил о планах построить мост через Суэцкий канал, который назовут в честь саудовского короля.

Не справился с генералами

Осунувшийся, с мешками под глазами, бывший президент Мурси совсем не похож на упитанного улыбающегося политика, каким он был в период своего президентства. Инженер-ракетостроитель по образованию, многие годы проживший в США, Мурси виделся многим как альтернатива авторитарному лидеру Хосни Мубараку.

После революции 2011 года он сначала был назначен председателем Партии свободы и справедливости, а после победил во втором туре президентских выборов, став первым гражданским президентом Египта.

За год своего правления он не так много успел: посетил Саудовскую Аравию, посодействовал достижению перемирия с Израилем, амнистировал всех участников беспорядков 2011 года (кроме тех, кто обвинялся в убийствах). Одним из направлений его политического курса было уменьшение влияния США на политику Египта.

Несмотря на запрет «Братьев-мусульман» в России, Мурси успел встретиться с президентом России Владимиром Путиным на полях одного из международных саммитов. В то время он говорил, что видит встречу как «прелюдию» к визиту в Россию.

Однако визиту не суждено было сбыться — как и некогда ненавидимый им президент Мубарек, Мурси также пал жертвой народного негодования.

Возмущение оппозиции вызвали законопроекты, которые расширяли его полномочия как президента, наделяя его правом издавать «любые декреты, направленные на защиту революции», а также лишали суды права распускать обе палаты парламента. Через несколько дней Мурси заявил о том, что его указы — лишь временная мера, и направлены они на стабилизацию ситуации в стране. Тем не менее в нескольких городах начались демонстрации и акции протеста.

Его политикой не был доволен и Верховный военный совет. Мурси отменил поправки в конституцию, которые наделяли военный совет некоторыми полномочиями президента и парламента. Также Мурси пренебрегал его рекомендациями и всеми силами защищал избранный парламент, большую часть которого занимали его однопартийцы. Позднее он согласился с решением Конституционного совета о роспуске парламента, но это не помогло вернуть расположение.

В день первой годовщины его правления на демонстрации по всей стране вышло более 17 млн человек.

3 июня тогда еще министр обороны Абдель Фаттах Ас-Сиси объявил о свержении Мурси и временной передаче его полномочий главе Конституционного суда. На следующий день Мурси арестовали, а на улицы вышли сторонники его политики. В июле и августе продолжалось противостояние между военными, сторонниками и противниками Мурси, что привело к большому количеству жертв среди гражданского населения.

Теперь, когда Ас-Сиси прочно управляет страной в качестве президента, политическая система в Египте вернулась к состоянию до событий «арабской весны». Высший генералитет и светская власть представляют собой прочную смычку, а глава государства — самая авторитетная фигура из военных.

Казнить президента

В июле 2013 года генпрокуратура официально выписала ордер на арест бывшего президента и обвинила по нескольким статьям: измена родине, шпионаж в пользу Катара, побег из тюрьмы, сотрудничество с ХАМАСом и «Хезболлой», подстрекательство к убийству демонстрантов и после — за оскорбление судебных властей. Вместе с ним под стражей оказались около 20 видных деятелей движения «Братья-мусульмане».

16 мая ему вынесли смертный приговор по делу о побеге из тюрьмы в 2011 году. Обвиняющая сторона поясняет, что приговор вынесен не за побег, а из-за «серии последующих нападений на полицейские участки, преднамеренные убийства сотрудников силовых структур и другие действия, направленные на подрыв стабильности и территориальной целостности государства».

Эксперты все же сомневаются, что приговор приведут в исполнение. «Это лишь приведет к обострению ситуации, в которое власти Египта не хотят быть втянутыми», — рассказала «Би-би-си» сотрудник центра ближневосточной политики Брукингского института Хишам Хэллер.

Подобного же мнения придерживается и ведущий аналитик вашингтонской экспертной группы Gulf State Analytics Теодор Карасик. По его мнению, это может спровоцировать выступления сторонников бывшего президента. «Суд над Мурси будет бередить старые раны в связи с тем, что Египет по-прежнему бьется в конвульсиях», — говорит Карасик, который тоже считает, что вряд ли смертный приговор будет вынесен.

«Реализовать смертный приговор Мурси означало бы нарушить процессы сближения, которые сейчас продвигаются и стали в приоритете, — рассказал «Газете.Ru» российский дипломат, работавший в Египте, который пожелал сохранить анонимность. — Это было бы не выгодно ни Саудовской Аравии, ни самому Египту. Казнь Мурси лишила бы нынешнее египетское руководство возможности найти компромисс с «Братьями-мусульманами» внутри страны.

Тем более что число их сторонников остается достаточным, чтобы при любом удобном случае дестабилизировать ситуацию.

К тому же «Братья-мусульмане» уже не несут непосредственной угрозы захвата власти и в монархиях Персидского залива».

Софья Бахметьева 

Согласно последним прогнозам, количество сверх-обеспеченных жителей Объединенных Арабских Эмиратов увеличится на 50% в течение ближайших 9 лет.

New World Wealth опубликовало свой прогноз относительно возможных изменений в численности сверх-богатых жителей Ближнего Востока. В числе прочего для ОАЭ был предсказан 50-процентный скачок числа миллионеров, проживающих в стране, к 2025 году.

Значительный рост также прогнозируется для Катара (45% от 28 тыс. миллионеров в 2015 году) и для Саудовской Аравии (40% от 54 тыс. человек). Тем не менее, самые серьезные изменения ждут Иорданию и Иран (75-процентный и 70-процентный рост, соответственно).

В докладе говорится, что рост дальнейшего роста числа состоятельных бизнесменов в нескольких странах, особенно в Турции, Саудовской Аравии и Ливане, ограничен актуальной политической и религиозной напряженностью в регионе, а также снижением цен на нефть.

Исследование сообщает, что в течение 2015 году ОАЭ приняли в общей сложности 72 тыс. состоятельных лиц, обладающих активами на сумму более $1 млн. Катар лидировал на Ближнем Востоке с ростом числа миллионеров в период с 2007 по 2015 годы на 80% в сравнении с 60% в Эмиратах и 25% в Саудовской Аравии.

Those Political Truths We Fear to Face – Yemen and the Neo-imperialists

Catherine Shakdam

It is not often that world events offer us a true window into the covert world of global politics – by global I mean this secret inner political sanctum, us, common mortals, are never ever allowed to look upon, never mind discuss … And though many have felt the weight of this unseen, and unheard back dealings, acutely aware that it always behind tightly closed doors that deals are really brokered, once in a while we are treated to a glimmer of truth.

Interestingly enough such “glimmer” came by way of utmost arrogance on the part of Saudi Arabia – this new political terror which has stretched and clawed its way out of the box Western powers contained it into. As we look upon the kingdom, we might do well to remember Ancient Greece wisdom. It was Zeus I recall who gave the beautiful and alluring Pandora a box; a box he warned should never be opened … Eaten away by curiosity and yearning for power maybe, Pandora could not resist. And so evil was released onto the world. At the end, lying deep at the bottom of the box, was hope.

If you were to translate Pandora’s tale to our modern day political conundrum, I would personally argue that Zeus (the Western world) made the mistake of entrusting Saudi Arabia (Pandora) with too much power (the box). As Pandora opened her box, all manners of evil were released: al-Qaeda, Daesh, Boko Haram etc …

Still, amid such darkness hope, aka the Resistance endures.

How this story ends will very much depend on us opening our eyes to those realities our ruling elite would like still to shield us from.

But back to Saudi Arabia.

By now you ought to now that Saudi Arabia has been waging a brutal and implacable war against its Southern Arabian neighbour: Yemen. Keen to castigate Yemen for its political impudence, Riyadh unleashed its fire and its lead on a very unsuspecting Yemen on March 25, 2015 – a conflict we were all told would allow for democracy to prevail over tyranny, tribalism, and nepotism.

What the headlines should have read of course is that Saudi Arabia was not about to tolerate one of its client-state to go rogue. What the world should have realised is that Riyadh was never going to allow for a truly democratic republic to rise south of its borders, and challenge its position with both the Islamic world, and the Middle East.

Yemen I need to remind you is absolutely key geo-strategically speaking – it sits at a crossroad in between continents, overlooks the word oil route through Bab al-Mandab, and guarantees much need access to clean water and arable lands. And then of course there is this little thing called natural resources: oil, natural gas, gold … Yemen might be poor, and underdeveloped but it does not mean it lacks potential.

In other words, Saudi Arabia very much need Yemen should it ever hope to assert itself a mighty empire over the MENA (Middle East and North Africa).

But today is not the day I will argue my way through Saudi Arabia’s plan for Yemen, or even the covert agenda which motivates it still as it lays waste an entire people. As you look upon Yemen, and the devastation the kingdom has rained on the impoverished nation, recognize not the imperial hand of a tyrant, but see also the genocidal thirst of a zealot.

A dangerous power, Saudi Arabia is together an imperial force and a religious extremist.

But how exactly did Saudi Arabia betray its hand? … Through the UN dear readers … through the United Nations: the one international body which very purpose is to sit above all political arenas to safeguard those principles, nations have pledged themselves to: human rights, justice, and peace.

Breaking the code of silence

In June 2016 the United Nations broke away from its usual silence vis a vis Saudi Arabia to condemn the kingdom’s atrocious human rights track record. Beside the persecution, and oppression of its own people, Riyadh has been actively engaged in butchering Yemeni civilians, arguing of course that all victims were inherently at fault.

Their crimes: standing upright while Yemeni.

For Saudi Arabia any Yemeni: man, woman, or child, rooting in favour of the Resistance movement aka the Houthis, is guilty of lese majeste, a crime Riyadh deems worthy of death.

Since March 25, 2015 the kingdom has rained death on Yemen, hoping that the rivers of blood it would open would force the mourning nation to capitulate before its wannabe monarch, and thus abandon its dreams of freedom.

But Yemen has resisted a great resistance. Rooted in the belief that Freedom is not an ideal to be lightly abandoned, Yemen has looked onto its Resistance fighters with renewed conviction.

This fight for freedom, and political self-determination has come at a great price. Thousands have died … thousands stand still to die should the kingdom has its way.

So far the United Nations has put the death toll shy of 4000 souls. This number has been challenge by both the Mona Relief Organization, and Sheba Rights, both independent non-profit based in Yemen.

The Mona Relief has estimated that in between March 25, 2015 and early June 2016 about 12 000 people have died as a result of under Saudi bombing and Saudi Arabia’s humanitarian blockade. Sheba Rights has put the number at 9136, and casualties at 16 690.

As Dr Riaz Karim, the director of the Mona Relief Organization noted in an interview we conducted in early June: “Yemen’s death toll and casualties have been shamelessly under-estimated, and under-reported so that Saudi Arabia would not be made to answer uncomfortable questions. Riyadh has broken more international laws and human rights conventions than the international community cares to admit. I found troubling the fact that Western capitals have systematically work to rationalize, and legitimize the horrors Saudi Arabia has perpetrated against the Yemeni nation, while still claiming to hold to principles of justice and decency.”

Saudi Arabia’s imperial outing began with the much unexpected publication of a damning UN report (June 2016), which detailed, listed, and accounted for Saudi Arabia grave human rights violations against children.

The 40-page report, which was mainly penned by Leila Zerrougui, the UN chief’s special representative for children and armed conflict — asserted the Saudi-led coalition was responsible for about 60 percent of 1,953 child deaths and injuries in Yemen since last year. It is important to remember that however horrific this number may stand; it falls short of describing the sheer extent of Riyadh’s crimes in Yemen. This window, the UN was compelled to open on Yemen, is but a glimpse of a reality far harsher and far more sickening.

Yemen has been earmarked for absolute obliteration. Children’s death is but the result of Saudi Arabia’s genocidal campaign in Yemen – a testament to Riyadh’s true agenda, not the side effect of an elegant pro-democracy conflict.

While Zerrougui’s findings clearly ruffled Saudi Arabia’s feathers – firmly sitting the kingdom as a serial human rights offender, her findings were not exactly news breaking. Saudi Arabia’s track record has long left something to be desired; might it be in Yemen, or even within its borders. In early 2016, King Salman welcomed the new year with the execution of some 46 political prisoners, among whom Sheikh Nimr al-Nimr. Regardless of the depth of its pockets, the kingdom has not yet been able to wash off the blood from its hands.

Such criticism against Riyadh was not going to be tolerated of course … Saudi Arabia long broke away from its political silence, to instead position itself a leader of nations. In this case Western nations.

Do not fool yourself into believing that Riyadh sit still under US patronage. Now that Riyadh quite literally owns Washington … and a few other western capitals by the proverbial economical bakhlavas (excise my French) Riyadh is not prepared to play kneel any longer. Under Salam’s kingship it is the world which will learn to curtsey its true king.

Actually it would more accurate to say Prince Muhammad bin Salman … An ailing monarch Salman only serves a decorative role. It is his son, Muhammad, who really wields power in the kingdom.

Angered by the UN defiance Saudi Arabia called for its name to be immediately removed from the infamous blacklist. It is this one move, this one yearning for political reparation which essentially revealed the kingdom for the neo-imperial powerhouse it really is.

How else would you qualify Riyadh’s semi-declaration of war against the United Nations?

If you missed the Shakespearian play Riyadh warned it would:

break ties with the UN and call on all its Arab partners to follow suit – emphasis on ALL. Do remember that Saudi Arabia partners, aka client-states do command many barrels of oils, and many lucrative contracts.

withdraw all funding from all UN agencies. This is what most certainly broke the camel’s back. The United Nations cannot afford to lose Riyadh’s chequebook … not without jeopardizing the very fabric of its institutions.

Ironically, it is capitalism, and western powers’ eternal race for wealth which proved to be the greatest challenge to their projection of power. Now that Saudi Arabia more or less hold the economic future of the Western world, political dynamics are set for a major axis shift.

The sun now rises and sets in Riyadh.

It was Foreign Policy which wrote: “The threats were issued in a series of exchanges between top Saudi officials in Riyadh, including Saudi Foreign Minister Adel al-Jubeir, according to U.N.-based officials.”

Beyond the obvious political scandal, lies a new reality: a very belligerent Saudi Arabia is flexing its muscles, and there is very little the West can do about it.

If Western capitals assumed they would forever tower over their former colonies, on account of their ability to project political and military power, they might be in for a rude awakening.

So rude in fact that UN Secretary General Bank Ki Moon has felt compelled to blow the whistle. It can only mean once thing … Mr Moon is about to step down; or rather, be made to step down.

Ban Ki-moon, the UN secretary-general, confirmed on June 9, 2016 he was essentially blackmailed into removing the Saudi-led military coalition in Yemen from a UN blacklist of countries, rebel movements, and terrorist groups that have killed, maimed, or otherwise abused children in conflict.”

Political dissent?

Ban Ki Moon could not help but lash out at the kingdom, although vaguely, telling reporters he continues to stand by the report’s finding that the Saudi-led coalition is responsible for the deaths of hundreds of Yemeni children.

While Moon refrained from singling out Riyadh, he did confirm that “unnamed countries” threatened to cut off financial support for vital UN programs if Saudi Arabia and its allies were not removed from the list.

Foreign Policy wrote: “Privately, UN-based officials said senior Saudi representatives, including Foreign Minister Adel al-Jubeir, threatened to cut funding to such vital programs as those for displaced Palestinians and destitute Yemenis. They also said Riyadh raised the spectre that other Arab nations, principally the oil-rich Persian Gulf states, would also follow suit, risking billions of dollars in humanitarian aid commitments.”

In candid comments to the press Moon did say that “Delisting the Saudi-led coalition was one of the most painful and difficult decisions I have had to make … I … had to consider the very real prospect that millions of other children would suffer grievously if, as was suggested to me, countries would defund many U.N. programs. Children already at risk in Palestine, South Sudan, Syria, Yemen, and so many other places would fall further into despair.”

“It is unacceptable for UN members to exert undue pressure,” Ban added.

True to form Saudi Arabia denied any wrongdoings …

“We cannot break relations with the United Nations. We are a founding member; this is our organization,” Saudi Arabia’s UN ambassador, Abdallah al-Mouallimi, told reporters shortly after Ban spoke. “We did say that such listing and such unfair treatment of Saudi Arabia and the coalition forces would obviously have an impact on relations with the United Nations. But we did not use threats or intimidation, and we did not talk about funding or anything else.”

“I agree with the secretary-general that undue pressure on the United Nations is unacceptable, and undue pressure was not exercised,” Mouallimi added. “We made our point clear; we made it firmly. We said this cannot be accepted.”

Indeed, Saudi Arabia most vehemently made its case … that only its will would prevail.

How is that for a wake-up call!

Now can once again look at Yemen, and finally see things from Yemen’s perspective? From the perspective of a nation under threat by a neo-imperial power with genocidal ambitions.

«Роснефть» стала самой ценной компанией России

Мария Золотова

Капитализация компании стремительно растет, несмотря на кризис мирового энергетического рынка

В Санкт-Петербурге 15 июня состоялось годовое собрание акционеров НК «Роснефть». Выступая перед акционерами, глава компании Игорь Сечин отметил, что в 2006 году произошло первое публичное размещение акций «Роснефти» на лондонской и московской фондовых биржах. IPO стало крупнейшим среди российских компаний. С этого момента добыча нефти увеличилась в 2,5 раза, газа — более чем в 4,5 раза, объем переработки — более чем в 4 раза. «Мы уверенно опережаем другие компании страны по показателю рыночной капитализации, а разрыв в стоимости со второй крупнейшей компанией России — «Газпромом» — превысил 5 млрд долларов», — отметил Сечин.

Место в первой десятке

Результаты «Роснефти» признают инвестиционные аналитики, ведущие рейтинговые агентства. Международное энергетическое агентство Platts, например, поставило компанию на 10-е место в рейтинге 250 глобальных энергетических компаний. Это самая высокая оценка, полученная представителем российского нефтегазового бизнеса.

В 2015 году замещение промышленных категорий запасов углеводородов ABC1 составило 429 млн т. н. э., или 168% от объемов добычи на территории России. При этом обеспеченность «Роснефти» запасами при текущей добыче составляет 46 лет. По словам Игоря Сечина, это лучший результат в мировой отрасли (объем запасов международной компании, занимающей вторую позицию, в полтора раза ниже).

Благодаря наращиванию проходки в эксплуатационном бурении на 36% — до 7 млн метров — и вводу в эксплуатацию более 1800 новых скважин по итогам года «Роснефть» установила очередной рекорд в добыче углеводородов: 254 млн т. н. э. Эффективность поисково-разведочного бурения выросла до рекордных 84% (также лучший показатель в нефтяной отрасли).

Накануне собрания Игорь Сечин дал интервью итальянскому изданию Il Sole 24 Ore. Глава компании отметил, что через три-пять лет, возможно, мировому рынку потребуются договоренности не о заморозке, а о наращивании добычи и поставок нефти из стратегических запасов для устранения дефицита, вызванного периодом низких инвестиций. Именно предвидя дефицит нефти, «Роснефть» активизирует буровые работы. Растет количество скважин с горизонтальным окончанием — теперь это каждая третья вновь пробуренная скважина компании.

Свой бур ближе к делу

При этом «Роснефть» не стала выводить сервисные компании за периметр группы, как это сделали многие российские и зарубежные нефтяники. В «Роснефти» буровые «дочки» остаются в группе, но на общих правах участвуют в тендерах материнской компании. Плюс от такой схемы очевиден: «Роснефти» видна вся структура себестоимости бурильных работ, а прибыль остается в компании. Наличие конкуренции сдерживает рост стоимости услуг подрядчиков. «Уровень удельных показателей стоимости внутренних сервисных услуг снизился по сравнению с 2013 годом, в то время как индекс цен производителей за этот же период вырос на 22%», — подчеркнул Сечин в своем выступлении перед акционерами.

«РН-Бурение» активно развивается и перенимает технологии. Сейчас его флот насчитывает 220 буровых установок и осуществляет больше половины буровых работ компании. К тому же, нельзя не отметить, что буровой сервис «Роснефти» — самый современный среди российских компаний. Более 60% бурового парка — установки со сроком службы менее 10 лет, что значительно лучше средних показателей российского нефтесервисного сектора. «Роснефть» самостоятельно выполняет 20% объемов работ по гидроразрыву пласта.

Для компании экономия на бурении — это контроль за капитальными затратами (Сapex). Крайне низки у «Роснефти» и операционные затраты (Оpex). В итоге это делает «Роснефть» мировым лидером (из публичных компаний) по себестоимости добычи нефти. По этому показателю она вдвое эффективнее других российских нефтяников, и в четыре-пять раз — мировых мейджоров. «Удельные эксплуатационные затраты на добычу углеводородов по итогам 2015 года составили 2,6 доллара на баррель нефтяного эквивалента, — заявил Игорь Сечин в своем докладе. — Благодаря строгому контролю над затратами нам удалось далее улучшить этот показатель. По итогам первого квартала удельные операционные издержки в области разведки и добычи снизились на 19% и составили 2,1 доллара на баррель нефтяного эквивалента».

Активно развивается газовый бизнес компании. По итогам 2015 года объем добытого «Роснефтью» газа увеличился на 10% и составил 62,5 млрд куб. м. Доля компании на внутреннем рынке газа достигла 16%, а основной рост добычи обеспечили такие предприятия, как «Ванкорнефть», «Сибнефтегаз», «Пурнефтегаз» и «Роспан». Для повышения эффективности коммерциализации газа и создания механизма референтных цен компания участвует в развитии биржевой торговли газом. Каждый третий кубометр на бирже — газ «Роснефти».

Шельф: один пишем, семь в уме

Несмотря на нынешнюю ценовую конъюнктуру стратегически важной задачей для «Роснефти» остается развитие шельфовых проектов. По словам Сечина, «мультипликативный эффект одного доллара инвестиций в разведку и добычу углеводородов на шельфе дает до семи долларов роста ВВП».

В 2016 году исполнилось 20 лет с момента запуска первого масштабного международного проекта по добыче нефти на российском шельфе — проекта Сахалин-1, который «Роснефть» реализует в составе международного консорциума. За 10 лет с начала промышленной эксплуатации совокупный объем добычи на месторождениях Сахалина-1 составил около 77 млн тонн нефти и около 18 млрд кубометров газа. «При инвестициях более 22 млрд долларов прирост объемов производства товаров и услуг в российской экономике за счет мультипликативных эффектов от реализации проекта оценивается в 57 млрд долларов, — отметил Сечин, — а прирост ВВП Российской Федерации от реализации проекта составил около 39 млрд долларов».

Разработка Сахалина-1 позволила заложить основу для полномасштабного освоения других шельфовых месторождений «Роснефти» с применением самых современных технологий. В минувшем году в полную силу заработало месторождение Аркутун-Даги. С уникальной морской платформы «Беркут» начала поступать первая промышленная нефть марки «Сокол». Это легкий, низкосернистый продукт высокого качества, который в прошлом году торговался с премией к эталонному сорту «Брент» в размере 2,2 доллара за баррель. На другом месторождении проекта Сахалин-1 — Чайво — «Роснефть» в составе международного консорциума установила новый мировой рекорд: завершено бурение самой протяженной скважины в мире по стволу — 13500 метров.

В 2015 году компания продолжила увеличивать свой портфель шельфовых участков: получена лицензия в Хатангском заливе моря Лаптевых с ресурсным потенциалом 284 млн тонн условного топлива. Компания приступила к подготовке бурения, которое начнется в следующем году. В рамках действующих лицензий компания продолжает выполнять беспрецедентные объемы геологоразведочных работ на шельфе с превышением принятых на себя лицензионных обязательств. Совместно с норвежской «Статойл» «Роснефть» начала бурение двух поисковых скважин на участках Магадан-1 и Лисянский в акватории Охотского моря. Для этих целей привлечена современная буровая техника. «Бурение поисковой скважины на Лисянском лицензионном участке начато в этом месяце, — заявил глава «Роснефти», — пройдены первые 757 метров, и мы надеемся найти месторождение с ресурсом более 100 млн т. н. э.».

Синергия большой нефтехимии

По итогам 2015 года «Роснефть» в очередной раз подтвердила статус лидера российской нефтепереработки с долей рынка 32%. Объем переработки на российских и зарубежных НПЗ составил почти 97 млн тонн. При этом глубина переработки выросла до 66,5% благодаря масштабной программе модернизации нефтеперерабатывающей инфраструктуры. В рамках этой программы все НПЗ «Роснефти» в минувшем году с опережением установленного срока полностью перешли на выпуск для российского рынка автобензинов и дизельного топлива высшего экологического класса Евро-5 с целью безусловного выполнения требований технического регламента. Объем инвестиций в нефтепереработку и нефтехимию в 2015 году составил около 108 млрд рублей.

«Роснефть» располагает крупнейшей розничной сетью в Российской Федерации. Компания бесперебойно и в полном объеме реализует высококачественное топливо российским потребителям, с долей розничного рынка более 20%. Важную роль для развития нефтехимического бизнеса «Роснефти» в 2015 году сыграла интеграция с одним из новейших нефтехимических предприятий Самарской области — нефтехимическим комплексом «Санорс». «С приобретением «Санорс» «Роснефть» стала третьим крупнейшим производителем сжиженного углеводородного газа (СУГ) в России, получила базу для дальнейшего развития нефтехимии и производства более маржинальных продуктов, — отметил Сечин. — В результате в Самарской области создан уникальный производственный актив, обеспечивающий глубокую интеграцию нефтегазодобывающих и перерабатывающих мощностей с нефтехимическим производством. Объем переработки — до 1,7 млн тонн углеводородного сырья в год. Ежегодный синергетический эффект от данной сделки превысит 20-30% от стоимости приобретения».

Платить налоги и давать работу

В целом, по словам Сечина, деятельность «Роснефти» обладает значительным мультипликативным эффектом для экономики страны, и объем заказов оборудования и подрядных услуг превышает 1,4 трлн рублей. Компания обеспечивает почти четверть доходов государственного бюджета. Несмотря на мировой финансовый кризис и ухудшение ситуации на рынке, в минувшем году «Роснефть» перечислила в бюджет 2,3 трлн рублей.

Важно отметить также, что «Роснефть» остается крупнейшим работодателем России. Непосредственно в ее структурах, в подрядных и субподрядных организациях трудится свыше 360 тысяч человек. Компания создает сотни тысяч рабочих мест, закупая продукцию и услуги у российских производителей. Таким образом, «Роснефть» напрямую обеспечивает благосостояние около миллиона работающих и членов их семей, а число российских граждан, так или иначе связанных в своей деятельности с компанией, достигает 10 млн человек.

К тому же компания уверенно лидирует по эффективности и динамике финансовых показателей. За прошедший год капитализация «Роснефти» увеличилась почти на 30%, а акции компании показали совокупную акционерную доходность более 35%, серьезно опередив как западных, так и российских конкурентов. При этом следует отметить, что международные компании демонстрировали отрицательную динамику.

Как отметил Сечин, «Роснефть» продолжает генерировать положительный свободный денежный поток 16 кварталов подряд, несмотря на сложные рыночные условия. Это уникальный результат в глобальной нефтегазовой индустрии, где большинство конкурентов компании ушли в отрицательную зону«. По итогам 2015 года свободный денежный поток «Роснефти» — деньги, в отличие от чистой прибыли реально находящиеся в распоряжении компании, — увеличился на 10% и достиг 657 млрд рублей. Чистая прибыль «Роснефти» увеличилась на 2% и составила 355 млрд рублей, что также является одним из лучших показателей в отрасли.

Накануне собрания акционеров в ведущем экономическом издании — журнале «Эксперт» вышла статья «Рынок разглядел «Роснефть», в которой объясняется, чем вызван стремительный рост капитализации компании и перевес над «Газпромом». «Не стоит забывать, — пишет обозреватель журнала, — что «Газпром» — наследие советского прошлого, со сформированной в то время ресурсной и инфраструктурной базой, несколько трансформировавшейся с переходом на рыночные рельсы. «Роснефть» же собрана государством за последнее десятилетие практически с нуля». «Капитализация компании, — продолжает он, — не отражает всех очевидных преимуществ: антикризисная устойчивость, высокая эффективность, снижающийся долг, работа на перспективных рынках и прозрачность. Если сравнивать «Роснефть» с мировыми аналогами, то за государственный пакет можно выручить и 1,5 трлн рублей, даже при текущий крайне скверной сырьевой конъюнктуре. А при восстановлении рынка нефти пакет может стоить и все 2 трлн рублей».

Плюс дивиденды, минус долги

По мнению большинства аналитиков, рост котировок акций «Роснефти» обоснован фундаментально. Компания достойно выдержала кризис на рынке нефти и демонстрирует рекордные финансовые результаты. Более того, менеджмент не дрогнул, и в тот момент, когда все конкуренты сокращали инвестиции, «Роснефть» наращивала бурение. Эта стратегия еще принесет свои плоды. До 2020 года компания намерена нарастить добычу с текущих 5,1 млн баррелей в день до 6 млн баррелей, то есть на 20%.

Цены на нефть рано или поздно восстановятся, а «Роснефть» сможет беспрепятственно наращивать свою долю рынка, уменьшая дефицит предложения нефти, который закладывается сейчас, в период низких цен и замороженных инвестпроектов.

Как отмечает «Эксперт», с фундаментальной точки зрения главный драйвер, который сейчас способствует росту капитализации «Роснефти», — делеверидж, то есть попросту снижение долга. За 2015 год чистый долг компании сократился почти вдвое, с 43,8 до 23,2 млрд долларов, при годовой EBITDA 20,8 млрд долларов — и это при том, что дивиденды за 2015 год выросли почти в полтора раза. Напомним, целому ряду западных корпораций, таких как ВP, Exxon, Chevron, Shell, ради поддержания приемлемого уровня дивидендов приходится, наоборот, наращивать долги на 22,5% (ВР), на 38% (Exxon) или даже в 1,6 и 2,9 раза (Chevron и Shell соответственно). Текущее соотношение долг/EBITDA чуть выше 1 — более чем комфортное. Более того, за ближайшие полтора-два года компания без проблем еще сократит свой чистый долг, и это будет способствовать дальнейшему росту капитализации.

Растут и выплаты акционерам. По итогам 2015 года Совет директоров рекомендовал направить на дивиденды 35% чистой прибыли по МСФО, подняв общую выплату на 43% к предыдущему году. Таким образом, в текущем году объем выплаченных дивидендов с момента первичного размещения акций превысил 600 млрд рублей.

На начало июня 2016 года «Роснефть» оценена рынком в 51 млрд долларов при годовой выручке 86 млрд долларов. Соотношение выручки к капитализации — всего 0,6. Для сравнения: капитализация Exxon Mobil Corp — 370 млрд долларов при выручке 219 млрд долларов. «Так или иначе, несмотря на лидерские позиции по добыче нефти в мире (среди публичных компаний), «Роснефть» остается одним из самых недооцененных мировых нефтяных мейджоров, — резюмирует автор «Эксперта». — Однако ряд неординарных шагов, предпринятых менеджментом «Роснефти», позволил компании разгрузить баланс и выйти на хорошую траекторию роста. Все эти шаги укладывались в общую схему: диверсификация направлений поставок, инвестиции в расширение добычи, разделение рисков с партнерами и финансирование развития не только за счет заемных средств, но и за счет авансовых платежей».

На увеличение стоимости акций компании во многом оказывает влияние ее активность на международных рынках, прорывные сделки с партнерами из Азии, Латинской Америки, а также с европейскими компаниями.

Разделять риски — и властвовать

Еще до санкций и падения цен на нефть «Роснефть» заключила два контракта с китайской CNPC и China Petrochemical Corporation (Sinopec) на поставку нефти на условную сумму 300 млрд долларов. Получив часть средств авансом, «Роснефть» подверглась серьезной критике в России. Дело в том, что, когда контракты с китайскими компаниями были подписаны, на рынке царили продавцы, а сырье было в дефиците. Казалось, что российская нефтяная компания влезает в кабалу, беря на себя столь серьезные долгосрочные обязательства на поставку нефти в Китай на четверть века вперед. «Однако конъюнктура неожиданно и быстро поменялась. Рынок продавца сменился рынком покупателя, а китайская кабала внезапно стала выгодным для «Роснефти» парт-нерством, — пишет обозреватель «Эксперта». — Компания защищает свою долю на растущем рынке Китая, и российская нефть теснит на этом важном направления нефть других стран. Именно за рынок Китая, да и в целом за азиатское направление, сейчас разворачивается нешуточная борьба среди основных добытчиков нефти. Этот рынок сопоставим по объемам с рынками Европы и США, но в отличие от последних потребление в Азии растет высокими темпами. «Роснефть» же подготовила поле заранее и получила деньги вперед».

Важную роль для компании играет также совместная разработка уже эксплуатируемых и новых месторождений. Это позволяет «Роснефти» разделять риски инвестиций с другими игроками. Привлекая инвестиции азиатских партнеров, компания предлагает им сложные, труднодоступные (а значит, высокорискованные) проекты. Они требуют огромных длительных вложений, и брать на себя риск их освоения неблагоразумно. Привлечение же партнеров облегчит баланс «Роснефти» и позволит выстроить инфраструктуру без существенного разрастания долгов и рисков надорваться при развитии. Вступая в международные совместные предприятия, компании разделяют риски как эксплуатации месторождения, так и сбыта продукции.

В 2015 году «Роснефть» закрыла сделку по продаже ВР 20% доли участия в «Таас-Юрях Нефтегазодобыче». Привлечение партнера позволит ускорить разработку Среднеботуобинского нефтегазоконденсатного месторождения — одного из крупнейших месторождений Восточной Сибири. Кроме того, на Восточном экономическом форуме «Роснефть» заключила с индийской ONGC договор купли-продажи 15% доли в предприятии «Ванкорнефть» — две недели назад компании уже закрыли сделку. В марте стороны договорились о возможном увеличении доли индийской компании до 26%, а также изучении потенциала развития совместной деятельности в области трейдинга углеводородов. Также заключено соглашение об основных условиях приобретения доли до 23,9% в Ванкорском проекте тем же индийским консорциумом, что планирует войти в проект Таас-Юрях.

Индийский рынок не менее перспективен, чем китайский, и, вступая в партнерство с компаниями этой страны, «Роснефть» пытается застолбить место и здесь. В целом индийцы анонсировали готовность вложить в российские активы до 5 млрд долларов. «С целью подтверждения фундаментальной стоимости компании мы привлекли партнеров в Ванкор и Таас-Юрях, что позволило провести фундаментальную переоценку компании, — отметил Сечин в выступлении перед акционерами. — С учетом базовой цены сделки по Ванкору расчетная стоимость запасов углеводородов «Роснефти» более чем в два раза превышает текущую рыночную стоимость компании, что подтверждает масштабный потенциал роста акционерной стоимости».

Растут и поставки азиатским партнерам. В 2015 году объем реализации нефти на восточном направлении увеличился на 18,5% почти до 40 млн тонн. Однако отвечая на вопрос итальянского издания Il Sole 24 Ore о том, может ли китайский рынок стать для России более важным, чем европейский, Сечин объяснил, что «темпы роста европейского рынка замедляются в отличие от азиатского, на котором, наоборот, наблюдается интенсивный рост потребления. При этом новые ресурсы нефти и газа разрабатываются преимущественно на востоке России. В этих условиях вполне логично, что данные ресурсы направляются на наиболее близкий и быстрорастущий рынок Азии».

Партнерам не о чем беспокоиться

При этом глава «Роснефти» заверил, что европейцам не стоит испытывать тревогу по этому вопросу: в структуре экспорта «Роснефти» поставки в КНР занимают 13%, и это обычная диверсификация рынков сбыта«. Кроме того, «европейский энергетический рынок в силу объективных причин в течение десятилетий является основным рынком сбыта российских углеводородов. За это время была построена огромная инфраструктура, как портовая, так и трубопроводная. Достаточно сказать, что компания занимает лидирующее положение на рынке нефти и нефтепродуктов Германии», — отметил Игорь Сечин.

В 2015 году «Роснефть» увеличила объемы поставок на традиционные европейские рынки, в Чехию и Польшу, в адрес компаний PKN Orlen и Grupa LOTOS. Причем произошло это в условиях жесткой конкуренции (напомним, что в прошлом году в Польшу также начала поставки Саудовская Аравия). В рамках реализации стратегии по расширению присутствия на ключевом рынке Европы «Роснефть» завершила сделку по приобретению 16,67% доли в нефтеперерабатывающем заводе в немецком городе Шведт у французской Total. Также компания подписала с BP юридически обязывающее соглашение о реструктуризации совместного предприятия Ruhr Oel GmbH (ROG) в Германии. После завершения процесса реструктуризации, которое ожидается в конце 2016 года, «Роснефть» напрямую станет акционером трех неф-теперерабатывающих заводов и увеличит свои доли участия, в частности, в НПЗ «Шведт» — до более 54%.

«Владение контрольным пакетом в НПЗ «Шведт», по словам Сечина, «предоставит «Роснефти» возможность определить направления развития завода, реализовать более амбициозные проекты и тем самым закрепить свои позиции на рынке региона Берлин — Бранденбург — важном направлении экспорта нефти». В настоящее время «Роснефть» уже является крупнейшим поставщиком нефти в Германию, занимая около четверти в объеме импорта. После реструктуризации СП компания будет самостоятельно осуществлять сбыт нефтепродуктов на рынке Германии и соседних стран.

«Роснефть» продолжает последовательно расширять сотрудничество в области разведки и добычи со странами Латинской Америки. В Венесуэле компания в составе совместного предприятия «Петромиранда» пробурила на проекте Хунин-6 рекордную горизонтальную скважину с длиной 1847 метров и малой глубиной залегания продуктивного пласта — 347 метров. Бурение таких скважин открывает новые перспективы освоения запасов углеводородов пояса реки Ориноко в Венесуэле. В начале текущего года «Роснефть» увеличила свою долю в СП «Петромонагас» до 40%, что обеспечит дополнительную добычу на уровне 2 млн тонн в год. В Бразилии компания получила контрольный пакет в проекте Солимойнс и стала оператором проекта. В Мозамбике в октябре 2015 года по итогам совместной работы консорциум «Роснефть» — «ЭксонМобил» объявлен победителем высококонкурентного тендера по трем шельфовым блокам.

Одна команда есть, а другая была

Укрепление позиций на международной арене во многом объясняется тем, что компания демонстрирует устойчивую бизнес-модель. Это признают аналитики инвестиционных банков Bank of America, Merrill Lynch, Citi, Morgan Stanley, Goldman Sachs, а Игорь Сечин отметил даже, что «Роснефть» вывела эффективную формулу, обеспечивающую значительные успехи в период низкой ценовой конъюнктуры. В отличие от международных конкурентов, подчеркивают эксперты, «Роснефть» сможет увеличить объемы капвложений, уровень дивидендов и ускорить реализацию проектов даже в условиях сложного рынка. Сейчас у «Роснефти» есть планы освоения более десятка новых нефтегазовых месторождений, которые смогут дать до 35 млн тонн нефти в год в ближайшие пять лет.

«Традиционно компании придерживаются одной из двух стратегий: либо рост добычи (часто очень дорогой ценой), либо максимизация денежного потока — в этом случае рост приносится в жертву эффективности, — пишет «Эксперт». — В «Роснефти» же удается сочетать эффективность с ростом. Отчасти это можно объяснить уникальностью месторождений компании и развитой инфраструктурой Западной Сибири. Но, например, тот же «Газпром», работая в более льготных условиях по налогам, не может похвастать схожей динамикой финансовых и производственных показателей. Нет ничего похожего и у ведущих западных компаний».

Известный экономист Никита Кричевский, ссылаясь на известную работу Джона Кеннета Гебрейта «Новое индустриальное общество», выделяет важную причину успехов «Роснефти» — это «техноструктуры» — группы единомышленников, состоящие из руководителей, ученых, технологов, финансистов и специалистов в области коммуникации, которые и определяют успех компании. «Сегодня, пожалуй, для всех очевидно, что в «Роснефти» такая команда единомышленников есть, а в «Газпроме», как бы это сказать помягче, — была. За весьма непродолжительный срок в «Роснефти» был создан мощный управленческий и «техноструктурный» коллектив, демонстрирующий успешные для нынешних жестких геополитических и макроэкономических условий результаты», — заключает Кричевский.

Российский ответ на нефтяные потрясения

Игорь Сечин рассказал о непредсказуемости мирового нефтяного рынка и преимуществах России

Глава «Роснефти» Игорь Сечин в ходе ПМЭФ обратил внимание на непредсказуемость поведения ключевых игроков мирового рынка нефти. Сечин предупреждает, что равновесие, к которому рынок только начал приходить, в любой момент вновь может быть нарушено. При этом именно Россия в текущей ситуации является одним из наиболее стабильных игроков. Та же «Роснефть» за первый день ПМЭФ успела заключить ряд соглашений, одно из которых — на поставку почти 100 млн т нефти.

В первый день Петербургского международного экономического форума состоялись сразу две панельные сессии, напрямую затрагивающие вопрос энергоносителей. И если в ходе обсуждения, посвященного новым реалиям рынка углеводородов, нефть рассматривалась наряду с углем и газом, то саммит энергетических компаний был полностью сосредоточен на вопросах мирового рынка нефти. Впрочем, в ходе первой сессии венесуэльский министр нефтяной и горнорудной промышленности Эулохио дель Пино сделал важное предупреждение касательно мировых цен. Он отметил, что в последнее время нефтяные котировки стабилизировались, однако произошло это в основном благодаря тому, что из-за ситуации в Канаде и Нигерии с мирового рынка ушло около 2–3 млн баррелей нефти в день (в Канаде были крупные пожары в районе нефтяных песков, а поставки из Нигерии нарушались из-за постоянных атак радикальных группировок. — «Газета.Ru»).

Однако даже учитывая эти факторы, средняя цена барреля в мае 2016 года, по словам дель Пино, примерно на $12 ниже, чем в мае 2015-го. И зимой-2016/17 мы вновь можем увидеть провал цен.

О беспрецедентной волатильности нефтяных цен говорил и глава крупнейшей в России нефтяной компании «Роснефть» Игорь Сечин. В ходе саммита «Мировой рынок нефти на развилке: инвестиции в неопределенность или управление рисками?» он напомнил, что еще в январе котировки опускались до $27 (сейчас баррель Brent стоит $47 — опустился с недавних $50), а ряд крупных инвестиционных банков тестировали уровни в $20 и ниже, предсказывая резкий рост кризисных явлений в мировой экономике, вплоть до «жесткой посадки» экономики Китая, а также остановки роста экономики в США.

Фактически, по словам Сечина, нынешний рынок оказался куда более сложным и мозаичным, чем во времена баланса спроса и предложения.

«Можно утверждать, что произошла деформация рыночных механизмов функционирования отрасли», — подчеркнул глава «Роснефти».

Причин тому много: это и санкции, и ставка на краткосрочные финансовые инструменты, и манипулирование рыночными институтами в ущерб отношениям производителей и потребителей. По словам Сечина, различные игроки тестируют отрасль и рыночные механизмы на возможность осуществления своих интересов, что зачастую происходит в ущерб развитию сектора.

«Проблема адекватной информации и взвешенного, обоснованного анализа рынков превратилась в одну из острейших, — подчеркнул Сечин на ПМЭФ. — Снижение цен на нефть и волатильность уже привели к потере примерно $350 млрд инвестиций, что, несомненно, окажет воздействие в среднесрочной перспективе».

Кстати, буквально за день до питерского форума Сечин предупреждал о дефиците нефти, который может возникнуть через три-пять лет именно из-за нынешнего провала инвестиций.

Если сейчас нефтяной рынок, по словам главы «Роснефти», начал движение к достижению среднесрочного баланса (по прогнозам компании, он будет достигнут в следующем году), то равновесие может быть в любой момент потеряно из-за непредсказуемого поведения производителей, фактически играющих сейчас роль регуляторов на мировом рынке.

Рынок сейчас действительно стал непредсказуемым и хаотичным. Объясняется это наличием нескольких групп игроков, каждая — со своими интересами. Например, Венесуэла (как и ряд стран с высокой себестоимостью добычи) крайне заинтересована в росте цен. Саудовская Аравия и примкнувшие к ней производители Персидского залива борются за рыночные доли всеми возможными способами, включая демпинг (и здесь ей не уступает Иран), что оказывает давление на цены. Россия продолжает наращивать добычу (министр энергетики России Александр Новак на сессии «Новые реалии мирового рынка углеводородов» говорил, что в текущем году производство будет увеличено на 180–200 тыс. баррелей в сутки), что также не может не отразиться на ценах. США продолжают развивать сланцевую добычу, причем именно $50 за баррель является для американских производителей критической отметкой: когда котировки на этом уровне или выше, объемы добычи в Штатах начинают постепенно расти, когда нефть падает — сокращаться. При этом рост добычи в Америке, соответственно, давит на цены, а сокращение — толкает их вверх.

ОПЕК же, которая была создана как регулятор нефтяного рынка, сейчас не решает вообще ничего. «Организация стран – экспортеров нефти еще с конца прошлого года показала, что не способна ни о чем договориться», — напоминает Разуваев.

В декабре 2015 года было принято решение оставить квоты ОПЕК, которые и без того не соблюдались, без изменения. Причем решение это было пролоббировано Саудовской Аравией едва ли не в одиночку. В апреле страны ОПЕК не смогли договориться о заморозке уровней добычи нефти, что должно было привести к росту цен. Договоренность сорвали опять-таки саудиты, правда, на этот раз из-за Ирана, который сразу отказался фиксировать производство. В начале июня сессия ОПЕК вновь закончилась ничем — картель в очередной раз не стал трогать квоты, которые превышаются более чем на 2 млн баррелей в сутки.

Именно Россию, США и Саудовскую Аравию Игорь Сечин назвал, говоря об игроках, реально влияющих на мировой рынок.

По мнению главы аналитического департамента ГК «Альпари» Александра Разуваева, американские «сланцы» сейчас являются одним из наиболее весомых факторов влияния на котировки. Кроме того, многое зависит от ставки Федеральной резервной системы США. «Дорогой доллар почти всегда означает дешевую нефть», — напоминает аналитик. Могут преподнести сюрприз и саудиты.

«По рыночным слухам, Саудовская Аравия может нарастить добычу сразу на 40% (сейчас — около 10,2 млн баррелей в день. — «Газета.Ru»), — рассказывает Разуваев. — Однако судить о такой возможности сложно, так как запасы СА никогда не проходили международный аудит».

Россия, в свою очередь, обладает преимуществом в виде развитой экспортной инфраструктуры (в том числе трубопроводной), относительно низкой долговой нагрузки, отработанной системы сбыта, дополняющейся новыми долгосрочными контрактами как по Восточному, так и по Западному направлению. Кстати, та же «Роснефть» в четверг продлила действующий контракт с польской PKN Orlen по поставкам нефти в направлении Чехии ( по новым условиям — до 15,8 млн т в год) и договорилась с вьетнамской PetroVietnam о поставках 96 млн т нефти до 2040 года.

Сечин обратил внимание на то, что стрессы последних двух лет хоть и отразились на российской нефтяной отрасли, но не повлияли на нее столь пагубно, как того ожидали многие. Глава «Роснефти» подчеркнул, что Россия обладает огромным ресурсным потенциалом, а российские нефтяные проекты рентабельны даже при низких ценах на нефть.

По словам Сечина, в России один из самых низких в мире уровень удельных расходов на разработку нефтяных запасов — $2,1 на баррель.

Однако чтобы был воплощен в жизнь базовый сценарий генсхемы развития нефтяной отрасли России до 2035 года, который предполагает в первую очередь стабильность уровня добычи нефти, по словам Сечина, необходима стимулирующая налоговая система. Кстати, о необходимости налоговой реформы также говорили на более ранней панельной сессии глава «ЛУКойла» Вагит Алекперов и глава «Газпром нефти» Александр Дюков.

Игорь Сечин подчеркнул, что при средней цене барреля в 2015 году $51 (независимая оценка Ernst & Young) «Роснефть» внесла с каждого барреля почти $25 налогов.

Что значительно превышает (в некоторых случаях в четыре-пять раз) налоговые выплаты зарубежных компаний. «Ключевой параметр, определяющий добычу нефти в России, не цены на нефть, а фискальные условия», — отметил глава госкомпании. По его мнению, целевая налоговая система должна обеспечить стимул к инвестициям в добыче до тех пор, пока стоимость добычи дополнительного барреля ниже цены барреля на рынке.

Филипп Разумовский

Пленарное заседание Петербургского международного экономического форума.

Владимир Путин выступил на пленарном заседании Петербургского международного экономического форума.

В сессии также приняли участие Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев и Председатель Совета министров Италии Маттео Ренци.

* * *

Ф.Закария (как переведено): Дамы и господа!

Благодарю вас за ваше терпение. Хотел бы поприветствовать вас на этой важной сессии Санкт-Петербургского международного экономического форума.

Как вам известно, у нас необычное пленарное заседание и необычный президиум. Я не буду тратить время понапрасну и приглашу участников: Президент Российской Федерации Владимир Путин, Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев и Премьер-министр Италии Маттео Ренци.

В.Путин: Добрый день, уважаемые дамы и господа! Дорогие друзья!

Очень рад приветствовать всех вас на двадцатом экономическом форуме в Петербурге.

И в начале, глядя в этот зал, не могу не вспомнить, как начинались форумы подобного рода. Не могу не вспомнить, что его инициатором был первый мэр этого города Анатолий Александрович Собчак. И с тех пор прошло уже 20 лет, больше 20 лет. Начинался он как региональный форум, хотя мы тогда организовывали его силами городской администрации, но сегодня он превратился в важную площадку, где можно встретиться, поговорить о проблемах, обменяться мнениями.

Прежде всего хотел бы поблагодарить руководителей международных организаций, лидеров государств, авторитетных политических деятелей, представителей бизнеса, которые откликнулись на наше приглашение.

Петербургский форум традиционно служит площадкой для обсуждения стратегических вопросов и проблем. Такой разговор тем более важен сегодня, когда мир переживает серьёзную трансформацию, когда глубокие изменения затрагивают практически все сферы жизни.

Хочу воспользоваться этой трибуной, чтобы поделиться и своими оценками и соображениями, рассказать о том, какой мы видим Россию в меняющемся мире. И начать хотел бы с тех системных проблем, с которыми сталкивается глобальная экономика и практически все страны.

Да, после кризиса 2008–2009 годов удалось отчасти свести финансовые балансы, ограничить, хотя и не преодолеть проблему роста долга, сделать более прозрачными и управляемыми денежные потоки.

Однако структурные проблемы, накопленные в глобальной экономике, сохраняются. Перезапустить рост пока не удаётся.

Кстати, с экономической неопределённостью, исчерпанием прежних источников роста в известной степени связана и нынешняя геополитическая напряжённость. Есть риск, что она может усилиться, даже искусственно провоцироваться. В наших общих интересах найти созидательный, конструктивный выход из этой ситуации.

Ведущие страны мира ищут источники роста, и ищут в использовании, в капитализации колоссального технологического потенциала, который уже имеется и продолжает формироваться прежде всего в цифровых и промышленных технологиях, робототехнике, энергетике, биотехнологиях и медицине, в других сферах. Открытия в этих областях способны привести к настоящей технологической революции, к взрывному росту производительности труда. Это уже происходит и неизбежно произойдёт: неизбежно произойдёт реструктуризация целых отраслей, обесценятся многие производства и активы, изменится спрос на профессии и компетенции, обострится и конкуренция как на традиционных, так и на формирующихся рынках.

Собственно, уже сегодня мы видим попытки закрепить за собой или даже монополизировать выгоду от технологий нового поколения. Отсюда, как мне думается, и создание замкнутых регуляторных пространств с барьерами для перетока прорывных технологий в другие регионы мира с достаточно жёстким контролем над кооперационными цепочками для максимального извлечения технологической ренты. Мы дискутировали с коллегами, некоторые говорят, что это возможно. Я думаю, что нет. На какое–то время можно сдержать распространение тех или иных технологий, но в современном мире удержать это в замкнутом пространстве, даже достаточно большом географически, невозможно. Это может привести к тому, эти попытки, что и сфера фундаментальной науки, открытая сегодня для обмена знаниями и информацией для совместных проектов, также может закрыться, и здесь тоже вырастут разделительные барьеры.

Вместе с тем масштаб технологических, экономических задач и объективно складывающаяся ситуация сегодня – всё это имеет такой масштаб и такой характер, что развиваться эффективно можно только вместе, выстраивая кооперационные связи. Мы считаем, что такая кооперация может эффективно строиться в рамках гибких и открытых интеграционных структур, которые поощряют конкуренцию в научном поиске, многообразие технических решений, позволяют странам-участникам в полной мере реализовать свои компетенции и свой потенциал. В 2011 году вместе с Белоруссией, Казахстаном, опираясь на плотную сеть кооперационных связей, доставшихся нам ещё от Советского Союза, мы сформировали общее таможенное пространство, затем создали Евразийский экономический союз. Инициатор этого проекта находится в этом зале, на трибуне. Это Президент Казахстана Нурсултан Абишевич Назарбаев.

Мы последовательно углубляем нашу интеграцию, убираем барьеры на пути развития торговли, движения инвестиций, технологий, рабочей силы. Уже сейчас реализуется программа технологической, промышленной кооперации, поэтапно формируем единый рынок услуг. К 2025 году будет создан единый рынок энергетики и углеводородов, финансовый рынок.

Видим большие перспективы во взаимодействии Евразийского экономического союза с другими странами и интеграционными объединениями. Кстати, желание создать зону свободной торговли с Евразийским экономическим союзом выразили уже более 40 государств и международных организаций. Мы с нашими партнёрами считаем, что Евразийский экономический союз может стать одним из центров формирования более широкого интеграционного контура. В рамках такого контура мы в том числе сможем решать крупные технологические задачи, мотивировать и вовлекать в процесс технологического развития новых участников. Мы совсем недавно в Астане обсуждали это и предлагаем подумать о создании большого Евразийского партнёрства с участием Евразийского экономического союза, а также стран, с которыми у нас уже сложились тесные отношения: Китай, Индия, Пакистан, Иран. И конечно, имею в виду наших партнёров по СНГ, других заинтересованных государств и объединений.

Начать можно было бы с упрощения и унификации регулирования в области отраслевого сотрудничества и инвестиций, а также нетарифных мер технического, фитосанитарного регулирования, таможенного администрирования, защиты прав интеллектуальной собственности, в дальнейшем постепенно двигаться к снижению, а затем и отмене тарифных ограничений.

Мы могли бы опереться на целую сеть двусторонних и многосторонних торговых соглашений с разной глубиной, скоростью и уровнем взаимодействия, открытостью рынка, в зависимости от готовности той или иной национальной экономики к такой совместной работе, на договорённостях о совместных проектах в области науки, образования, высоких технологий. Все эти соглашения должны быть нацелены в будущее, создавать основу для совместного гармоничного развития на базе эффективной и равноправной кооперации.

Уже в июне с нашими китайскими коллегами мы планируем дать официальный старт переговорам о создании всеобъемлющего торгово-экономического партнёрства в Евразии с участием государств Европейского экономического союза и Китая. Рассчитываю, что это станет одним из первых шагов к формированию большого евразийского партнёрства. Обязательно вернёмся к обсуждению этого масштабного проекта на Восточном экономическом форуме, который состоится в начале сентября во Владивостоке, и, пользуясь случаем, уважаемые коллеги, я всех вас приглашаю принять в нём участие.

Дорогие друзья, проект, о котором я только что сказал, проект «большой Евразии», открыт, безусловно, и для Европы, и уверен, такое взаимодействие может быть взаимовыгодным. Европейский союз, несмотря на все проблемы в наших отношениях, известные проблемы, остаётся ключевым торгово-экономическим партнёром России. Это наш ближайший сосед, и нам, конечно же, не безразлично, что происходит и у наших соседей, в европейских странах и в европейской экономике.

Для ЕС вызов технологической революции и структурных изменений стоит не менее остро, чем для России. Также хорошо понимаю наших европейских партнёров, которые говорят о непростых решениях для Европы в ходе переговоров по созданию трансатлантического партнёрства. Очевидно, что Европа обладает громадным потенциалом, и ставка лишь на одно региональное объединение явно сужает её возможности. В такой ситуации трудно удержать баланс и сохранить пространство для выгодного для Европы манёвра.

Как показали в том числе недавние встречи с представителями немецких и французских деловых кругов, европейский бизнес хочет и готов сотрудничать с нашей страной. Политикам нужно пойти навстречу бизнесу, проявить мудрость, дальновидность и гибкость. Нам нужно вернуть доверие в российско-европейские отношения и восстановить уровень взаимодействия.

Мы помним, с чего всё началось. Россия не была инициатором сегодняшнего развала, разлада и проблем, введения санкций. Все наши действия были и остаются исключительно ответными. Но мы, что называется, как у нас в народе говорят, зла не держим и готовы идти навстречу нашим европейским партнёрам. Но это, безусловно, не может быть игрой в одни ворота.

Повторю, мы заинтересованы в том, чтобы европейцы подключились к проекту большого евразийского партнёрства. В этой связи приветствуем инициативу Президента Казахстана о проведении консультаций между Евразийским экономическим союзом и ЕС. Вчера мы обсуждали этот вопрос на встрече и с председателем Еврокомиссии.

Кроме того, в качестве первого встречного шага можно было бы возобновить диалог на техническом уровне между экспертами по широкому кругу вопросов. Это торговля, инвестиции, техрегулирование, таможенное администрирование. Таким образом, мы сможем наработать базу для дальнейшего сотрудничества и взаимодействия.

И конечно, считаем важным продолжить сотрудничество в рамках крупных научных проектов, таких как термоядерный реактор ITER, рентгеновский лазер на свободных электронах и целый ряд других. Совместные усилия позволят нам серьёзно повысить технологическую конкурентоспособность как Европы, так и России. Достаточно сказать, что в 2015 году Россия вложила в совместные с Европой высокотехнологичные проекты 1 миллиард 200 миллионов евро.

Уважаемые коллеги! Формируя Стратегию экономического развития России, мы, конечно же, учитываем тенденции, которые происходят в мире, и намерены использовать глобальные технологические сдвиги, формирование новых рынков, возможности интеграции и кооперации в интересах собственного развития.

Россия смогла решить наиболее острые текущие проблемы в экономике. Уже в ближайшей перспективе рассчитываем на возобновление роста. Мы сохранили резервы, существенно сократился отток капитала: по сравнению с первым кварталом 2015 года в пять раз. Снижается и инфляция. Если взять месяц к месяцу, за предыдущий период между, скажем, 2015-м и 2014 годами, то, скажем, если взять 2016-й и 2015-й – в два раза практически инфляция сократилась. Считаю, что уровень инфляции в 4–5 процентов достижим уже в среднесрочной перспективе.

Кроме того, необходимо постепенно снижать бюджетный дефицит, зависимость бюджета от поступлений углеводородного сырья и другого сырья, в том числе в ближайшие 5–7 лет надо как минимум вдвое сократить ненефтегазовый дефицит.

Уверен, что Правительство и Центральный банк России продолжат взвешенную и ответственную работу по обеспечению макроэкономической стабильности. Мы ставим перед собой задачу выйти на темпы роста экономики не менее чем 4 процента в год. Да, конечно, я помню, о чём мы говорили предыдущие годы. Сегодня мы говорим о более скромных цифрах. Это не столь высокие ориентиры, которые мы обозначили ещё несколько лет назад, но, повторю, ситуация изменилась не только для России – для всей глобальной экономики. Текущее замедление роста – это общемировая тенденция.

Важнейший фактор, который предопределяет общую конкурентоспособность экономики, динамику рынков, ускорение роста ВВП, повышение заработной платы, – это производительность труда. Нам необходим рост производительности труда на крупных и средних предприятиях: в промышленности, в строительстве, на транспорте и в сельском хозяйстве – не менее чем 5 процентов в год. Кажется, что это очень трудная или даже невыполнимая задача, если посмотреть, что у нас происходит с этим сегодня. Вместе с тем примеры многих предприятий, да и целых отраслей производства, таких как авиапром, химпром, фарминдустрия, сельское хозяйство, показывают, что эта задача абсолютно реализуемая, реальная. Будем так настраивать законодательство, налоговые регуляторы, технические стандарты, чтобы компании были заинтересованы повышать производительность труда, внедрять трудо- и энергосберегающие технологии. При этом предприятия, которые готовы и хотят решать такие задачи, должны получить широкий доступ к финансовым ресурсам, в том числе через механизмы институтов развития, таких как Внешэкономбанк и Фонд развития промышленности.

С ростом производительности неэффективная занятость будет неизбежно сокращаться, а это значит, нам нужно существенно повысить гибкость рынка труда, предложить людям новые возможности. Мы сможем решить эту задачу, в первую очередь создавая новые рабочие места в малом и среднем бизнесе. Численность работников (это очень важно, что я сейчас скажу), занятых в малом и среднем бизнесе, с сегодняшних 18 миллионов человек должна возрасти как минимум на 1,4 миллиона человек к 2020 году и более чем на 3 миллиона – к 2025-му. Будет непросто наращивать поддержку малого и среднего бизнеса, а последовательно формировать целые ниши для его работы, наверное, будет ещё труднее. Но это нужно, придётся сделать.

В этом направлении сделан уже важный шаг, есть первые результаты. Так, резко возрос объём заказов для малого и среднего бизнеса со стороны крупных компаний с госучастием. По итогам года – и это, считаю, безусловно, успех Правительства ­– крупные компании разместят заказов для малого и среднего бизнеса на 1 триллион рублей. По сравнению с прошлым годом рост почти в девять раз.

Ещё одна ниша для малого и среднего бизнеса – это высокотехнологичная сфера, создание условий для тех небольших компаний, которые реализуют стартапы, выходят на рынок с прорывной продукцией. И, наконец, ёмкая ниша – это сервис, развитие сферы бытовых услуг, а по сути создание комфортной, благоприятной среды для жизни людей в городах и посёлках России.

Уже в июле корпорация по развитию малого и среднего бизнеса запускает бесплатный электронный сервис – бизнес-навигатор, в котором будет содержаться информация о том, где, в каком регионе есть перспективные площадки для открытия своего дела, какая продукция и услуги востребованы, какую финансовую, имущественную поддержку может получить предприниматель. Правительство уже начало целенаправленную работу по содействию экспорту, создан Российский экспортный центр. Необходимо двигаться дальше, отталкиваясь от достигнутых результатов, формировать систему поддержки экспортно ориентированных компаний. Она должна охватывать весь цикл: от проведения НИОКР, экспортного финансирования до помощи в сертификации, маркетинге, организации сервисного обслуживания и закрепления компаний на внешних рынках.

Добавлю, что наша программа импортозамещения также нацелена на создание продукции, конкурентной на мировом рынке, и в этом смысле, хотел бы тоже это подчеркнуть, импортозамещение – это важный этап для наращивания несырьевого экспорта, для встраивания наших компаний в глобальные производственные и технологические альянсы. И не на вторых ролях, а в качестве сильных, эффективных партнёров.

Уважаемые друзья, мы продолжим дальнейшую либерализацию и улучшение делового климата. Знаю, что на площадках форума об этом много говорилось вчера и сегодня. Будем решать системные проблемы, которых ещё достаточно. Речь идёт о том, чтобы повысить прозрачность, выравнивать отношения государственных структур и бизнеса. Эти отношения должны строиться на понимании и взаимной ответственности, строгом выполнении и следовании законам, на уважении к интересам государства и общества, безусловной ценности института частной собственности.

Нужно кардинально снизить возможности для незаконного уголовного преследования. Более того, представители силовых структур должны нести персональную ответственность за неоправданные действия, которые привели к разрушению бизнеса. Считаю, что эта ответственность может быть и уголовной.

Понимаю, что это очень тонкая вещь, мы не можем и не должны связывать по рукам и ногам работу правоохранительных органов. Однако здесь, безусловно, нужен баланс, жёсткий барьер для любого злоупотребления полномочиями и властью. Руководству Прокуратуры, Следственного комитета, Министерства внутренних дел, Федеральной службы безопасности нужно постоянно отслеживать ситуацию на местах, при необходимости принимать меры по совершенствованию законодательства.

Я прошу рабочую группу по вопросам правоприменения в сфере предпринимательства, которую возглавляет глава Администрации Президента Сергей Борисович Иванов, также сосредоточиться на этих вопросах. Добавлю, что уже внёс в парламент пакет законопроектов, подготовленных рабочей группой, они направлены на гуманизацию так называемых экономических статей. Одновременно важно гарантировать право бизнеса и всех граждан на справедливую и беспристрастную судебную защиту.

Отечественное судебное сообщество за последнее время уже многое сделало для улучшения качества правосудия. Позитивную роль в обеспечении единства правоприменения сыграло и объединение Верховного и Высшего Арбитражного судов. Считаю, что нужно и дальше двигаться в сторону повышения ответственности судей, большей прозрачности судопроизводства. Важнейшая роль в создании благоприятных условий для ведения бизнеса, принадлежит, безусловно, регионам Российской Федерации.

Сегодня утром уже, я знаю, это обсуждалось на площадках форума, были объявлены результаты ежегодного национального рейтинга инвестиционного климата. Я хочу присоединиться к поздравлениям победителей и напомню: это Татарстан, Белгородская, Калужская области. Отмечу также значительный прогресс Тульской области, Владимирской, Тюменской, Кировской, Липецкой, Орловской областей и города Москвы.

Но на что бы в этой связи хотел обратить внимание? Судя по результатам, у нас уже сформировалось ядро лидеров, которые традиционно занимают верхние строчки рейтинга. Естественно, возникает вопрос: а где остальные? Я прошу Правительство совместно с деловыми сообществами подумать о дополнительных механизмах поощрения лучших региональных управленческих команд. И напротив, будем принимать серьёзные меры, вплоть до кадровых решений, в отношении тех руководителей регионов, которые не понимают, что поддержка бизнеса – это важнейший ресурс развития региона и всей страны. Хочу, чтобы меня услышали мои коллеги в регионах, прежде всего руководители. Мы обязательно проведём серьёзный анализ того, что в этой сфере происходит в каждом из регионов Российской Федерации, и проведём осенью этого года серьёзный разговор на эту тему.

Уважаемые дамы и господа! Уже говорил об участии России в международной научной кооперации, в частности с европейскими странами. К этому нужно добавить наш серьёзный фундаментальный задел в физике, математике, химии. Недавно, вы знаете, мы чествовали учёных – лауреатов Государственной премии, которые совершили настоящие прорывы в области биологии, генетики, медицины. Добавлю, что именно российские микробиологи, например, разработали наиболее эффективную вакцину против лихорадки Эбола. Отечественные компании готовят к выходу на рынок целую линейку беспилотных транспортных средств, работают над системами распределения и накопления энергии, цифровой морской навигации. Мы практически сформировали систему управления технологическим развитием. О чём идёт речь и что бы я в этой связи хотел сказать?

Первое. Недавно созданное Агентство по технологическому развитию будет содействовать внедрению уже существующих передовых разработок в реальное производство, оказывать содействие в организации совместных предприятий с зарубежными партнёрами.

Второе. С 2019 года заработает ещё один механизм. Для крупных предприятий обязательным на уровне закона станет требование использования наилучших доступных технологий, отвечающих самым строгим экологическим стандартам. Это, надеюсь, будет серьёзным стимулом для модернизации промышленности. Во многих странах-соседях такие нормы давно введены. Мы переносили сроки, имея в виду непростую ситуацию в реальном секторе экономики, но переносить бесконечно невозможно. Коллеги наши из бизнеса, из промышленности знают об этом и должны быть к этому готовы.

И, наконец, третье. В рамках Национальной технологический инициативы уже идёт работа по проектам завтрашнего дня, по тем технологиям, которые создадут принципиально новые рынки через 10–20 лет. Я прошу Правительство ускорить снятие административных, законодательных и иных барьеров, которые препятствуют формированию рынков будущего. Очень важно подкрепить процесс технологического развития финансовыми ресурсами, поэтому ключевой задачей обновлённого Внешэкономбанка, безусловно, станет поддержка долгосрочных проектов, привлекательных проектов именно в этой, высокотехнологичной, сфере.

Мы прекрасно понимаем, что технологии создаёт и использует человек. Именно талант исследователя, квалификация инженеров и рабочих являются важнейшим условием конкурентоспособности экономики и страны в целом. Поэтому считаю образование самым главным, на что мы должны обратить внимание в ближайшие годы.

Сейчас мы наблюдаем настоящее возрождение интереса нашей молодёжи к инженерным специальностям, естественнонаучным дисциплинам. Кстати, Россия уже вышла на ведущие позиции в мире по числу студентов, которые обучаются инженерным профессиям. Важно, что одновременно повышается и качество подготовки кадров, укрепляются связи университетов и колледжей с реальной экономикой, как с государственным, так и частным сектором, а значит, растёт и востребованность будущих специалистов.

Продолжим обновление материальной базы образовательных учреждений, реализацию программ повышения квалификации преподавателей и, конечно, совместно с работодателями будем совершенствовать само содержание высшего и среднего профессионального образования, прежде всего основываясь на современных обновлённых профессиональных стандартах, активно будем использовать опыт, полученный и в совместной работе с международным движением WorldSkills.

Начиная со школьного и дополнительного образования, мы создаём условия, чтобы дети во всех регионах страны могли реализовывать технические и научные проекты, с детства приучались к командной творческой работе. Эти навыки необходимы современному специалисту практически в любой сфере.

Уважаемые коллеги, очевидно, что задачи, которые стоят перед нами, требуют и новых подходов к управлению развитием, и здесь мы намерены активно использовать проектный принцип. Уже в ближайшее время будет создан совет при Президенте по стратегическому развитию и приоритетным проектам. Ваш покорный слуга возглавит его, а президиумом Совета будет руководить Председатель Правительства Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев.

Совет займётся ключевыми проектами, которые направлены на структурные изменения в экономике и социальной сфере, на повышение темпов роста, в том числе это те проекты, о которых сегодня уже говорил: повышение производительности труда, деловой климат, содействие малому и среднему бизнесу, поддержка экспорта и ряд других.

Эти проекты являются сквозными, затрагивают различные отрасли экономики и социальной сферы, выходят далеко за пределы компетенции одного ведомства и требуют активного участия регионов и муниципалитетов. Одновременно в государственных программах социальной направленности, таких как здравоохранение, образование, жильё, будет выделена проектная часть с чётким указанием, на какие результаты мы планируем выйти к 2020-му и к 2025 году и за счёт каких конкретно мер эти результаты должны быть достигнуты.

К середине следующего десятилетия, уважаемые друзья, мир, совершенно очевидно, будет совершенно другим. Не замечать, игнорировать происходящие процессы – значит оказаться на обочине развития. А чтобы быть лидерами, нужно самим формировать эти изменения.

Санкт-Петербург уже в двадцатый раз встречает гостей экономического форума. Россия за эти годы прошла огромный путь, продемонстрировала свою способность отвечать на вызовы времени, а в чём–то и опережать его, сохраняя нашу самобытность и духовные корни, что, я считаю, чрезвычайно важно. Мы с уверенностью смотрим вперёд и связываем своё будущее, свой успех с открытостью для мира, с широким сотрудничеством в интересах развития.

Я убеждён, уважаемые коллеги, друзья, дамы и господа, вы такой подход разделяете, и мы, безусловно, этим очень дорожим и приглашаем вас к совместной работе.

Спасибо за внимание.

Ф.Закария: Большое спасибо, господин Президент.

Хотел бы передать слово Президенту Казахстана Нурсултану Назарбаеву.

Н.Назарбаев: Уважаемый господин Президент России, Председатель Ренци, участники форума, дамы и господа!

Прежде всего хотел бы искренне поблагодарить Президента России Владимира Владимировича Путина за приглашение участвовать в Петербургском экономическом форуме. Я в третий раз участвую в этом форуме. Он стал одной из ведущих глобальных диалоговых площадок политиков и бизнеса.

Уважаемые друзья! Восемь лет мир живёт в условиях неутихающих волн глобального кризиса. Даже самые сдержанные прогнозы по росту мировой экономики чаще всего не оправдываются. Экспертные оценки на ближайшие годы относительно роста глобальной экономики постоянно снижаются. На 2016 год прогнозируется рекордная сумма оттока капитала с развивающихся рынков – до 450 миллиардов долларов. В то же время приток капитала в развитые экономики также не гарантирует их дополнительного роста. Падение цен на сырьё заметно снизило доходы всех стран-экспортёров, но при этом усилилось дефляционное давление в странах-импортёрах. Доходность абсолютно всех добывающих компаний быстро сокращается. В проигрыше в результате оказались все. У правительств и в центральных банках становится меньше возможностей для оживления экономической активности, складывается риск повсеместного снижения качества жизни, в том числе среднего класса в развитых странах мира. Эта тенденция становится причиной роста социальной конфликтности в мире. Мы наблюдаем это сегодня по всему миру: на западе и на востоке, на севере и на юге.

В условиях ухудшения экономической и политической ситуации мир столкнулся с неконтролируемой внешней миграцией. По оценкам различных международных структур, совокупная численность мигрантов, спасающихся от нищеты и конфликтов, колеблется от 40 до 60 миллионов человек. Корень нынешних проблем в глобальной экономике я вижу прежде всего в ряде факторов. Один из них связан с тем, что мир, прежде всего международные финансовые институты, не извлекли своевременных уроков из начальных этапов глобального кризиса. Разговоры о реформе международной финансовой системы так и остаются лишь разговорами. Соблазн получать прибыль от бесконечного надувания новых финансовых пузырей взамен лопнувших остаётся в силе.

Сейчас наметилась тенденция винить во всех бедах интеграцию и глобализацию. Призывы строить высокие стены на границах слышны повсюду. Но если разобраться объективно, то глобальная экономика страдает не от избытка интеграции, а наоборот, её недостатка.

Во–первых, многие интеграционные межгосударственные надстройки забюрократизировались настолько, что стали барьером для национальных экономик. Именно этот бюрократизм усиливает антиинтеграционизм в Европе, Америке и в Азии. Нашему Евразийскому экономическому союзу как самому молодому межгосударственному объединению надо учитывать этот риск. Дезинтеграция и экономический изоляционизм не решат ни одной внутренней проблемы. Это будет лишь самообман. Евразийский экономический союз заинтересован в эффективном, стабильном Европейском союзе, с которым желает тесно сотрудничать. Точно так же объединённой Европе выгодно конструктивное сотрудничество с нашим интеграционным объединением.

Во–вторых, фактом остаётся деиндустриализация части национальных экономик стран – участниц таких объединений и не всегда справедливое распределение труда между странами. В том, что касается взаимовыгодного экономического взаимодействия отдельных государств с соседями, не входящими в то или иное интеграционное объединение, были возведены новые, непроходимые барьеры. К числу их относятся усиливающиеся запреты на обмен технологиями, действуют различные придуманные в кабинетах односторонние стандарты, они ограничивают прямые инвестиции, не санкционированные бюрократической настройкой. Это ещё один урок, который нам жизненно важно учесть в развитии Евразийского экономического союза.

В–третьих, высокая динамика мировой экономики, вплотную подошедшей к четвёртой индустриальной революции, поставила вопрос об интеграции интеграций; сопряжение экономических пространств Европейского союза, Европейского экономического союза имеет большой потенциал для рывка в развитии всей «большой Евразии» и мира в целом.

Я был и остаюсь твёрдым сторонником такого процесса, постоянно поднимая этот вопрос на всех встречах с нашими европейскими партнёрами. Выражаю надежду, что участие в этом форуме многих крупнейших руководителей компаний Европы и участие вчера господина Жан-Клода Юнкера приблизит начало прямого диалога между ЕС, Европейским экономическим союзом. Будучи в Брюсселе в этом году, я говорил о том, чтобы провести совместный форум, Евразийский экономический союз и Европейский союз, чтобы, собрав экспертов, учёных и бизнесменов, разъяснить суть, наконец, что мы за объединения создали.

Владимир Владимирович в своём выступлении уже с себя ответственность снял, сказав, что Назарбаев – инициатор, чтобы не говорили, что Россия собирает какой–то союз. Так что, можно говорить о том, что Казахстан, наверное, собирает такой союз? Это смешно.

Огромные перспективы имеет формирование общих точек экономического роста между Евразийским экономическим союзом и «Экономическим поясом Великого Шёлкового пути».

Другой важный проект – тесное взаимодействие ЕС с АСЕАН. В этом плане мы приветствуем и поддерживаем инициативы России.

Мы все знаем сегодня о создании Тихоокеанского трансатлантического экономического пространства. Речь идёт о трансатлантическом союзе. У нас есть Евразийский экономический союз, Шанхайская организация сотрудничества. В июне в Ташкенте мы соберёмся на очередное заседание Форума ШОС, где примем в организации Индию и Пакистан, на очереди – Иран.

Таким образом, эта организация с количеством жителей 3 миллиарда человек становится огромной силой. Разве не выгодно сотрудничать с такой организацией всем? Я убеждён, что интеграция интеграцией, и, таким образом, что получается? Тихоокеанский блок, Атлантический блок, здесь блок, а где же ВТО? А где глобализация? То есть всё это противоречит глобальному развитию.

Интеграция интеграций избавит мир от повторения таких аналогов, когда отдельные страны оказались перед искусственным выбором: с кем и как им ассоциироваться и сотрудничать? Считаю важным в первую очередь выработать взаимоприемлемые принципы, на основе которых будет строиться взаимодействие наших интеграций. Центральным, на мой взгляд, должен быть абсолютный приоритет экономического прагматизма над любыми проявлениями политической конъюнктуры.

Ситуация, когда экономику хотят сделать падчерицей политики, региональных и глобальных амбиций, на мой взгляд, противоестественна в XXI веке. На примере взаимных санкций мы в этом наглядно убеждаемся: они существенно осложняют развитие глобальной экономики, негативно влияют на развивающиеся рынки, формально остающиеся вне их юрисдикций. В интеграции интеграций я вижу реальную альтернативу попыткам растаскивания мира по отдельным узким зонам торговых преференций. В этом плане также важно не снижать, а повышать роль и значение Всемирной торговой организации. Всё это будет способствовать росту глобальной торговли, научно-технологическому обмену.

Уважаемые дамы и господа! В нынешних сложных условиях многократно увеличивается значимость не только глобальных или региональных, но и национальных ответов на текущие вызовы. Сейчас Казахстан реализует модель развития экономики и общества в условиях новой глобальной реальности. Думаю, что она идёт успешно. Второй год мы ведём работу по выполнению предложенного мною «Плана нации» – 100 конкретных шагов по пяти институциональным реформам, которые выведут Казахстан на совершенно новый уровень управления. На его основе формируется современный профессиональный государственный аппарат – это первое.

Второе – обеспечение верховенства законов.

Третье – политика индустриализации экономического роста, объединение казахстанской нации и открытое, подотчётное перед обществом правительство.

В начале года было объявлено, что за прошлый год принято 60 законов и 400 подзаконных актов. Программа с 1 января действует.

Расширяется транспарентность, подотчётность государства гражданам. Принятые законы мы начали осуществлять. Она внедрила в экономику и государственное управление, правосудие ряд высоких стандартов стран ОЭСР. Мы определили своей важнейшей задачей формирование новых драйверов роста национальной экономики. По всей стране осуществляются проекты второй пятилетки индустриализации. За шесть лет форсированного индустриального развития в стране построены тысячи новых предприятий, создано 1,5 миллиона новых рабочих мест и создано 450 [видов] совершенно новой продукции, которой у нас не было. Реализуется государственная инфраструктурная программа «Нурлы жол» в сопряжении с проектом строительства пояса Великого Шёлкового пути, который мы поддерживаем, и наша программа является продолжением.

И хочу объяснить. Поддерживать малый и средний бизнес. Мы планируем, с учётом опыта стран ОЭСР, сократить долю государства в экономике до 15 процентов, провести широкую приватизацию в стране. Важные экономические задачи связаны с укреплением рыночных институтов, ростом производительности труда, благоприятными условиями для внешних инвестиций. Мы также активно инвестируем в развитие человеческого капитала. В предстоящем десятилетии будет сформирована принципиально новая модель развития Казахстана. Она обеспечит достижение нашей стратегической цели к середине XXI века – войти в 30 развитых стран мира.

В этом году, как и другие страны СНГ, Казахстан будет отмечать 25-летие своей независимости. Четверть столетия стала для нас целой исторической эпохой. Начав с развалившейся, бесперспективной экономики, с ВВП на душу населения 400 долларов, экономику мы смогли вырастить в 22 раза, закончили 2014 год с ВВП на душу населения 13,5 тысячи долларов, вошли в среду среднеразвитых государств. Из «терра инкогнита» мы стали страной с высокой динамикой развития, вошедшей в число 50 наиболее конкурентоспособных стран мира. Бедность с 46 процентов снизилась до менее 3 процентов. Два с половиной десятилетия назад у государства не было средств, чтобы выплачивать людям зарплату и пенсии. Сегодня объём международных резервов Казахстана достиг более 50 процентов и составляет около 100 миллиардов американских долларов. Сопоставимо с российской экономикой, которая в 10 раз больше нас, – сами можете посчитать, для нас это немало.

За все годы независимости страна привлекла 255 миллиардов прямых иностранных инвестиций. Несмотря на влияние кризиса 2008–2009 годов и сейчас, мы не допустили рецессии в экономике. Ближайшие пять лет в рамках программы сотрудничества с международными финансовыми организациями (Всемирный банк, МБРР, АБР и Исламский банк) реализуется привлечь 9 миллиардов долларов. Это важный показатель экономической привлекательности международного авторитета Казахстана. Символично, что нашей новой столице Астане, построенной буквально с чистого листа, первой из городов всего СНГ было доверено право принимать в 2017 году Всемирную выставку «ЭКСПО-2017» на тему «Энергия будущего».

Пользуясь случаем, я приглашаю всех участников форума посетить Астану в будущем году в дни проведения экспозиции. Убеждён, что многих бизнесменов заинтересует и новый масштабный проект создания на базе инфраструктуры ЭКСПО международного финансового центра «Астана». Мы видим его как «финансовые ворота» Евразии, центр притяжения инвесторского капитала, инноваций в области финансовых инструментов.

Это имеет большое значение для всего Евразийского экономического союза. Международным участникам центра будут созданы беспрецедентные условия, которые не имеют аналогов на всём постсоветском пространстве. Все участники и их сотрудники будут работать в упрощённом визовом режиме, их освободят от уплаты всех налогов. Астана как деловой, культурный, научный центр Евразии будет располагать современной международной транспортно-логистической системой, включая новый терминал аэропорта. В центре будет действовать особый правовой режим, основанный на принципах английского права. Независимый суд центра, состоящий из международных судей, будет гарантировать прозрачность, справедливость, защиту прав инвесторов.

Для улучшения бизнес-климата создаётся независимый финансовый регулятор. На базе центра планируется создание площадки для недропользователей. Она будет работать по принципу биржи в Торонто, и любая компания сможет привлечь капитал для развития своего проекта. Высокотехнологическая инфраструктура на «ЭКСПО-2017» позволит реализовать в рамках центра проекты, направленные на развитие «зелёной экономики». В частности, это выпуск «зелёных облигаций», внедрение института «зелёного страхования», создание «зелёного банка» и так далее.

К настоящему времени уже проведены переговоры с крупными предпринимателями Нью-Йорка, Лондона, Парижа, Пекина, Катара, они поддержали создание центра. Уже достигнут ряд договорённостей по инвестициям в Казахстан. В совет по управлению центром вошли руководители крупнейших компаний, финансовых организаций мира. Приглашаю к участию в создании деятельности Международного финансового центра «Астана» инвесторов и бизнес из России и других стран. Убеждён, что это создаст благоприятные условия для устойчивого социально-экономического развития Казахстана, всего региона.

Благодаря Вашей поддержке, Владимир Владимирович, я вчера провёл очень хорошую встречу с капитанами бизнеса России. Мы подробно говорили о нашем сотрудничестве в рамках Евразийского экономического союза. Сегодня в портфеле проекты, контракты на 25 миллиардов американских долларов, 7 из них – не энергетические. Осуществление их будет очень большим подспорьем для совместного сотрудничества.

7000 российских компаний уже работают в Казахстане. Для них создаются исключительные налоговые условия, бесплатное предоставление земель, освобождение от подоходного кооперативного налога, возмещение 30 процентов инвестиций, которые будут вложены. Думаю, это привлечёт. И мы договорились провести большой экономический совместный форум 4 октября этого года.

Уважаемые дамы и господа!

Суть происходящих сегодня глобальных событий заключается прежде всего в смене вех. Один этап развития мира завершается, начинается другой – более сложный и абсолютно неизбежный, более ответственный и судьбоносный для будущего всей нашей планеты.

Я призываю участников форума обсуждать текущие проблемы Евразийского региона и мира именно под таким углом зрения.

Желаю всем спикерам, гостям конструктивной, открытой дискуссии, успехов и крепкого здоровья.

Благодарю вас за внимание!

Ф.Закария: Премьер-министр Ренци, могу ли я Вас попросить сказать несколько слов?

М.Ренци (как переведено): Господин Президент Путин, господин Президент Назарбаев, господин Закария!

Дискуссия, которая касается всех гостей и предпринимателей, дискуссия, которую вы сейчас представили, вдохновила меня отложить тот написанный текст, который у меня был, и развить те мысли, которые предложил господин Путин.

Вот уже 20 лет как проводится экономический форум в Санкт-Петербурге, и если каждый из нас подумает о своей жизни, какой она была 20 лет назад, о жизни своего города, о жизни своего предприятия, о жизни своей страны, он сможет понять, как много переменилось. Сам я 20 лет назад только-только окончил лицей, пошёл в университет. У Европы не было единой валюты – евро. Президент Назарбаев напомнил о тех шагах вперёд, которые его страна сделала, в частности в борьбе с бедностью, а господин Президент Путин подчеркнул масштабные перемены, которые произошли в России. То же самое, Фарид, мы можем сказать и о Соединённых Штатах Америки: 20 лет назад ещё не было крупных революций в новой экономике, хотя уже были видны первые сигналы. Итак, 20 лет назад мир был полностью иным.

Мне нравится думать, что Петербургский экономический форум – это возможность для того, чтобы показать, подчеркнуть те шаги вперёд, которые были сделаны, но и для того, чтобы представить себе, какими могут быть следующие 20 лет. Как будто бы это компас, который мы ставим в определённой точке истории, и как будто он мог бы повернуть от тех 20 лет, которые прошли, к 20 годам, которые нас ожидают.

Господин Путин сказал, что нас ждут глубокие перемены, новации. Я полностью согласен. Искусственный интеллект, робототехника, геномы, изыскания в области фармацевтики, борьба с болезнями, которая делает очень серьёзный прогресс не каждые 20 лет, а каждый год, каждые два года.

Я очень горжусь той характеристикой, которая есть у моей страны, Италии. Мы вторая страна в мире по сроку жизни людей. Но если я смотрю на данные, то вижу, что есть пространство для того, чтобы представить себе, что в ближайшее время, совсем в скором времени мы будем жить не менее чем 100 лет, и тогда мы должны поставить перед собой вопрос: как мы можем улучшить качество нашей жизни?

Когда мы понимаем и обнаруживаем новые формы борьбы с болезнями, имею в виду рак, прогресс, который был сделан в области изучения работы мозга, – мы можем фантазировать и о том, каким будет общество в ближайшие 20 лет. Это будет очень глубоко связанное между собой общество. Эксперты называют его «обществом гигабайтов». Это общество, в котором связи будут не только через физические инфраструктуры осуществляться, но и через нематериальные, через сеть, широкополосный доступ, ультраширокополосный доступ и инновации, которые достигают всех секторов. Мы находимся в числе стран – лидеров по производству энергетики, энергии. Что касается технологических инноваций, мы в Италии очень много работаем над повышением энергоэффективности. Это совершенно другой мир, тот, который ждёт нас в ближайшие годы. Тот, кому удастся опередить будущее и пойти ему навстречу, а не просто стоять и ждать его, окажется на стороне победителей в ближайшие годы.

Мне кажется, что Петербургский международный форум – это отличная возможность поразмышлять об этом, о том, как мы хотим построить, куда мы хотим направиться, как наши города будут превращаться в смарт-сити в ближайшие годы, в умные города. Ну и прежде всего о том, какие ценности.

Господин Путин упомянул духовные ценности и корни. Нужно поразмышлять о том, насколько они будут в основе нашего движения в ближайшие годы. Потому что стоит сказать очень открыто: основная проблема нынешней фазы, и я говорю это залу, который в большой части представляют представители экономики, заключается не столько в экономических сложностях, в технических проблемах, в отсутствии нескольких международных соглашений, в проблематике, связанной с санкциями. Не только в этом проблема. Это действительно проблемы, которые существуют, но ими всё не ограничивается. Мне кажется, что истинная проблема, которая делит надвое международную политическую систему, заключается в том, что, с одной стороны, многие делают выбор в сторону страха, ненависти, экстремизма, фанатизма, нетолерантности. Другие люди стремятся к миру, который был бы способен строить будущее, сохраняя сильные духовные ценности и корни, о которых говорилось в выступлениях до меня.

Сегодня я хочу сказать, когда Европа оплакивает смерть депутата английского парламента Джо Кокс, убитой фанатиком, исполненным ненависти, я говорю это сегодня, когда вся Европа, от Парижа до Брюсселя, отчасти и Соединённые Штаты, я вспоминаю ужасную трагедию в Орландо и оплакиваю погибших, и я выражаю соболезнования их родственникам. В эти дни, когда Европа и Соединённые Штаты Америки сталкиваются, в том числе на своей территории, с явлениями экстремизма, радикализма и ненависти, я верю, что международное сообщество должно суметь выдержать эту битву прежде всего до экономических проблем, потому что экономика сможет работать, если будет утверждаться логика открытости, а не закрытости. Жан-Клод Юнкер сказал вчера, что это логика мостов, а не стен. (Аплодисменты.)

Я очень благодарен за аплодисменты Жан-Клоду Юнкеру и его фразе о мостах в том числе, и поэтому я сегодня утром увидел стройплощадку, где строится мост. Господин Путин знает: это итальянская компания строит мост. Поэтому мы, итальянцы, во всех смыслах хотим строить мосты.

Но если отставить в сторону шутки, я хотел бы сказать, что умение открывать каналы диалога и мосты, на мой взгляд, это фундаментальная способность. И прежде чем более подробно рассказать о вопросах, которые касаются повестки между Европой и Россией и Италией и Россией, позвольте мне ещё на несколько мгновений остановиться на этом пункте.

Перед теми переменами, которые могут нас ждать в ближайшие годы, перед невероятными возможностями, которые мир инноваций открывает нам и к которым я отношусь с энтузиазмом, потому что я верю, что фаза, которая начинается сейчас, чрезвычайно увлекательна. Да, в ней много проблем, но в ней много и возможностей. Нам нужно помнить о том, что тот вызов, с которым сталкиваются все страны, заключается в том, чтобы сохранить духовные ценности и корни и суметь сочетать их с проблемами безопасности. Поэтому мы в Италии приняли решение принять закон после парижского и брюссельского терактов. И это очень важный закон, потому что он говорит, что на каждый евро, который мы вкладываем в безопасность – полицию, камеры слежения, во внимание к нашей территории, – столько же денег, евро мы должны потратить на культуру, на образование, на человеческий капитал, на внимание к ценностям, которые делают великими наше сообщество. Один евро – на безопасность, один евро – на культуру. Для нас это ключевой элемент.

Я приближаюсь к заключению. Ещё две вещи хочу сказать.

Первое. Очевидно, что существует проблема в отношениях между Европой и Россией. И очевидно, что каждый из нас совершенно с полным на то основанием может по–своему думать о прошлом, о том, почему эта проблема возникла. Я нахожу фундаментально важным, чтобы в той фазе, на том этапе, на котором мы живём сейчас, в связи со сложностью вызовов, которые стоят перед нами, и в связи со значением проблем, которые существуют, чтобы мы предприняли все вместе усилия и попытались решить эту проблему, глядя в будущее и в то, что нас объединяет. Я говорю это латинским выражением: pacta sunt servanda – договоры следует соблюдать всеми сторонами, не только одной. Мы предприняли усилия для того, чтобы заключить минские соглашения, для того, чтобы они были заключены, и говорить эту латинскую фразу означает, что все стороны задействованы, должны предпринимать усилия для того, чтобы эти соглашения были соблюдены. Все стороны должны это делать, не только кто–то один.

И я верю, что в этом положении очень важно присутствие президента Юнкера. Я хотел бы напомнить, что и ещё один коллега из 28 стран, представляющих Евросоюз, тоже с нами – премьер-министр Мальты Джозеф Мускат, которого я приветствую. Он думает, что можно вернуть фундаментальный принцип, что Европа и Россия имеют общие ценности. И это ценности, которые я, Владимир Владимирович, видел сегодня, прикасался к ним рукой не только в многочисленных компаниях итальянских, которые здесь присутствуют, но прежде всего я видел это, когда сегодня утром мне выпала честь и удовольствие зайти в зал Эрмитажа и познакомиться с местами, которые являются символическими для мировой культуры. И я почувствовал себя погружённым в красоту, которая является частью идентичности не только российской, но и европейской, и западной. Это универсальные ценности, это ценности, которые сделали великим достоинство человека, и я хотел бы публично сказать об этом здесь, было очень здорово услышать эти же ценности в пальмирском концерте, когда после освобождения от боевиков ИГИЛ этого города известный и талантливый российский дирижёр Валерий Гергиев провёл концерт, который позволил нам понять, что цивилизация, культура снова сияют даже на этой тяжёлой и измученной земле.

Да, есть элементы, которые нас разделяют. Мы должны работать над тем, чтобы превалировал здравый смысл, потому что уважение договоров – это то условие, которое необходимо для возвращения к нормальности отношений. В этом положении дел роль Италии – это, безусловно, роль, связанная с экономическими аспектами. Я не хотел бы, чтобы мои друзья – итальянские предприниматели сейчас засомневались в этом. Мы, безусловно, в первых рядах, для того чтобы подтвердить наше присутствие не только в России, но и в Казахстане. И всё то, что можно делать вместе, мы с удовольствием будем делать. Мы очень уважаем наш бренд Made in Italy, так нам нравится и идея бренда Made with Italy – «Сделано с Италией» – в том, что касается сельскохозяйственной продукции, технологий, новаций.

Но позвольте сказать, не это центральная точка, не это центральный пункт. В эти месяцы итальянское правительство работает чрезвычайно насыщенно и целеустремлённо над процессом реформ, потому что слишком много лет наша страна занималась только своим прошлым. Мы переменили рынок труда, мы реформировали систему институтов, гражданское правосудие, мы меняем конституцию, чтобы придать стабильности нашей стране. За 70 лет у нас сменилось 63 правительства. Есть итальянское выражение: «Наши правительства живут меньше, чем коты на автострадах». Это не очень приятный образ, но он хорошо отражает смысл. Нам необходимо восстановить элементы стабильности.

Но, дорогой Президент Владимир Владимирович, то, что нас объединяет, это не столько даже бизнес, это чувство изумления, которое мы испытываем перед красотой. Великий русский писатель Достоевский написал одни из наиболее прекрасных страниц «Идиота» в моём городе, во Флоренции, на пьяцца Питти. Он решил именно там заключить один из своих главных шедевров, по крайней мере, мне так кажется. И в этом тексте он говорит фразу, которая мне кажется чудесной. Один из его персонажей задаёт вопрос: «Какая красота спасёт мир?» Я полагаю, что именно красота спасёт мир. Не красота как просто эстетический феномен, но как целая, образованная ценностями.

Мир сегодня находится перед вызовами, которые находятся в области технологий. Если завтрашний мир этот, то мы сможем преодолеть вызовы только тогда, когда соберём наши ценности, если мы сможем эти ценности донести в мир, который нас ждёт и который мы хотим построить – более красивый и более справедливый.

Большое спасибо!

Ф.Закария: Спасибо всем выступающим.

В согласованном формате я хотел бы предложить следующее. Давайте проведём обсуждение. Прежде всего я хотел бы задать вопросы и обратиться к Президенту Путину, после этого я хотел бы расширить наш разговор и привлечь к нему Президента Назарбаева и премьер-министра Ренци.

Мы начали с запозданием и немножко затянем мероприятие.

Президент Путин, очень простой вопрос. С 2014 года введены санкции со стороны Евросоюза и Соединённых Штатов [в отношении России]. НАТО на этой неделе объявила о том, что будет наращивать присутствие в тех странах, которые граничат с Россией. Россия сделала объявление о наращивании своих сил. Приходим ли мы к некой «холодной войне» более низкого уровня между Западом и Россией?

В.Путин: Мне не хотелось бы так думать, что мы переходим к какой–то «холодной войне», и уверен, что этого никто хочет. Мы точно этого не хотим. В этом нет никакой необходимости. Главная логика развития международных отношений, какой бы она внешне ни смотрелась драматичной, она всё–таки не является логикой глобальной конфронтации. В чём проблема изначально?

Я вам скажу. Вынужден буду вернуться в прошлое, но тем не менее. После крушения Советского Союза мы думали и ожидали, что сейчас наступит всеобщее благоденствие и атмосфера всеобщего доверия. К сожалению, Россия столкнулась тогда с очень многими, как сейчас модно говорить, вызовами: экономическими, социальными и внутриполитическими. Мы столкнулись и с сепаратизмом, и с радикализмом, столкнулись с агрессией международного терроризма, потому что, безусловно, на Кавказе у нас воевали представители «Аль-Каиды», это очевидный факт, с этим даже никто не спорит. Но вместо ожидаемой с нашей стороны поддержки нашими партнёрами наших усилий по борьбе с этими проблемами, мы, к сожалению, увидели другое – поддержку этого самого сепаратизма. Нам говорили: «Мы же не принимаем ваших сепаратистов на высшем политическом уровне, мы только на технологическом».

Очень хорошо, спасибо хоть и за это. Но и информационная поддержка, и финансовая поддержка, административное сопровождение – мы это всё видели.

Потом, когда нам всё–таки удалось справиться с этими проблемами, пройти через тяжёлые испытания, мы столкнулись с другим. Советского Союза нет, Варшавский договор прекратил существование. Но зачем–то нужно постоянно расширять инфраструктуру НАТО, двигаться к российским границам. Это что, вчера, что ли, возникло? Вот принимают Черногорию [в НАТО]. Кто угрожает Черногории? То есть, понимаете, абсолютно наплевательское отношение к нашей позиции во всём.

Другая, не менее важная, а может быть, самая главная, проблема – односторонний выход [США] из Договора о противоракетной обороне. Ведь не случайно Советский Союз и Соединённые Штаты заключили когда–то Договор о противоракетной обороне, два района были взяты под защиту: у нас – Москва, в Соединённых Штатах – район базирования межконтинентальных ракет.

Это было связано с необходимостью обеспечить стратегический баланс в мире. Нет, в одностороннем порядке вышли, нам сказали по дружбе: «Это не против вас. Вы хотите развивать наступательное вооружение, мы исходим, что это не против нас».

Знаете, почему так сказали? Ответ простой: никто не думал, что в тех условиях, в начале 2000-х годов, Россия, которая борется с внутренними проблемами, – её раздирают внутренние противоречия, политические, экономические, терроризм терзает, – сможет восстановить свой оборонно-промышленный комплекс. Видимо, исходили из того, что не то что новых вооружений стратегических не появится, но даже то, что у нас есть, будет постепенно деградировать. А здесь в одностороннем порядке будут наращиваться силы противоракетной обороны, а наши будут сокращаться.

И делалось всё под предлогом борьбы с иранской ядерной угрозой. Где теперь иранская ядерная угроза? Её нет, а проект продолжается и продолжается. Вот так, одно за одним, один шаг за другим и так далее.

Потом уже совсем – начали поддерживать всякие «цветные» революции, в том числе и так называемую «арабскую весну». Взахлёб ведь поддерживали. Сколько мы видели положительных оценок того, что там происходит. К чему пришло? К хаосу.

Я сейчас никого не хочу обвинять. Просто хочу сказать, что если будет продолжаться такая политика односторонних действий, не будут согласовываться очень чувствительные для международного сообщества шаги на международной арене, то такие последствия неизбежны. И наоборот, если мы будем прислушиваться друг к другу, искать баланс интересов, то этого не будет. Да, это сложный процесс – процесс договорённостей, но только он может привести к поиску приемлемых решений.

Думаю, что если мы выйдем всё–таки на такое сотрудничество, то ни о какой «холодной войне» и говорить никто не будет. Ведь после «арабской весны» подобрались уже и к нашим границам. Зачем надо было поддерживать госпереворот на Украине? Я много раз об этом говорил: там сложная внутриполитическая ситуация и, скорее всего, оппозиция, которая сегодня находится у власти, демократическим путём с помощью выборов пришла бы к власти. И всё. Мы работали бы с ними так же, как работали с властью, которая была до Президента Януковича.

Нет, надо было довести обязательно до госпереворота, с жертвами, вызвать кровавые события, гражданскую войну, напугать русскоязычное население на юго-востоке Украины и в Крыму. Ради чего всё это? А после этого, после того как мы вынуждены были, просто вынуждены предпринять меры по защите определённых групп населения, стали дальше раскручивать эту спираль, нагнетать. На мой взгляд, в том числе это делается для того, чтобы обосновать само существование Североатлантического блока. Нужен внешний противник, внешний враг, иначе зачем эта организация нужна? Варшавского договора, Советского Союза нет, против кого она?

Если будем в такой логике дальше действовать, нагнетать и наращивать усилия, чтобы пугать друг друга, то тогда когда–нибудь и придём к «холодной войне». У нас совершенно другая логика, она направлена на сотрудничество и на поиск компромиссов.

(Аплодисменты.)

Ф.Закария: Господин Президент, какой же выход?

Я слушал Ваше интервью немецкой газете. Там Вы сказали, что ключевая проблема в том, что минские соглашения не выполняются правительством Украины, не выполняются Киевом, [нет] конституционной реформы. С другой стороны, они говорят, что насилие в восточной Украине продолжается, и группы сепаратистов действуют без ограничений. Может быть, необходимо отойти от них? Ведь санкции создают ситуацию, когда такая «холодная война» более низкого уровня продолжается.

В.Путин: А дело в людях, как бы их ни называли. Дело в людях, которые стремятся к обеспечению своих законных прав и интересов и боятся репрессий, если эти интересы не будут обеспечены на политическом уровне.

Если вы посмотрите текст минских соглашений, там же всего несколько пунктов, мы ведь всю ночь спорили по этим пунктам. Вокруг чего шёл спор? Что первично. И мы всё–таки пришли к выводу, что первичным являются решения политических вопросов, которые решают прежде всего вопросы безопасности людей, которые проживают на соответствующих территориях Донбасса.

Какие это политические решения? Там всё прописано. Изменения в конституцию, которые должны были бы быть приняты до конца 2015 года. Но где же изменения? Их нет. Должен был быть введён в действие закон об особом статусе этих территорий, которые мы называем «непризнанными республиками». Этот закон принят парламентом страны, но до сих пор не действует. Нужно обязательно было принять закон об амнистии. Он принят парламентом Украины, но не подписан Президентом, не действует.

Но как можно проводить какие–то выборы? Как вообще можно говорить о проведении выборного процесса в условиях осуществления антитеррористической операции? Где–то в мире это проводится вообще? Мы даже об этом не говорим вслух, но где–то в мире проводятся выборные кампании в условиях проведения антитеррористической операции на территории?

Надо, в конце концов, это отменить и заняться восстановлением экономики, гуманитарной сферы. Ничего же не делается, просто ничего. А откладывать решение этих вопросов, ссылаясь на акты насилия в зоне разграничения конфликтующих сторон, – это просто отговорка, предлог, чтобы ничего не делать. Ведь что происходит на самом деле? Обе стороны друг друга обвиняют, что то с одной стороны постреляют, то с другой. А кто вам сказал, что стреляют те люди, которых вы называете сепаратистами? Они говорят: стреляют представители украинских властей, украинской армии.

Одни постреляли, другие ответили – вот тебе и перестрелка. Под этим предлогом что, не нужно проводить политических преобразований? Наоборот, нужно как можно быстрее провести политические преобразования, которые лягут в основу окончательного урегулирования в сфере безопасности.

Некоторые вещи нужно делать параллельно, я тоже уже об этом говорил. Согласен с Петром Алексеевичем Порошенко по поводу того, что нужно усилить миссию ОБСЕ, вплоть до того, что позволить наблюдателям миссии ОБСЕ иметь при себе стрелковое оружие. Можно сделать какие–то другие вещи, направленные на обеспечение, на повышение уровня безопасности. Но нельзя, ссылаясь на то, что не всё урегулировано в этой сфере, бесконечно откладывать решение ключевых вопросов политического характера. Вот и всё.

Ф.Закария: Есть большое количество вопросов, которые хотелось бы осветить. Давайте поговорим про Ближний Восток, где Россия поддержала режим Асада, и Асад теперь говорит о том, что он хочет вернуть каждый квадратный сантиметр своей территории. Считаете ли Вы, что решение сирийской проблемы лежит в той плоскости, когда Асад вернёт всю территорию своей страны и будет управлять каждым дюймом своей территории?

В.Путин: Я считаю, что проблемы Сирии – это, конечно, сегодня прежде всего борьба с терроризмом, но не только. В основе сирийского конфликта, безусловно, лежат и противоречия внутри самого сирийского общества, и Президент Асад это прекрасно понимает. Вопрос не в том, чтобы расширить контроль над теми или другими территориями, хотя это очень важно. Вопрос в том, чтобы обеспечить доверие всего общества, различных частей этого общества друг другу и на этой базе сформировать современное, эффективное руководство, которому будет доверять всё население страны. И здесь тоже нет другого пути, кроме как политических переговоров. Мы неоднократно к этому призывали, Президент Асад тоже об этом говорил, он согласен с этим процессом.

Что нужно сделать сегодня? Нужно сейчас активнее включаться в процесс формирования новой конституции и на этой базе проводить выборы будущие: и будущие президентские, и парламентские выборы. Когда президент Асад был в Москве, мы с ним об этом говорили, он с этим полностью согласился. Более того, что чрезвычайно важно, под строгим международным контролем, с участием Организации Объединённых Наций. Мы вчера с господином де Мистурой и с Генеральным Секретарём Организации Объединённых Наций тоже подробно очень эту тему обсуждали. Все с этим согласны, но нужно делать, и мы очень рассчитываем, что наши партнёры, прежде всего американские партнёры, соответствующим образом поработают со своими союзниками, которые поддерживают оппозицию, с тем чтобы побудить эту оппозицию к конструктивной и совместной работе с сирийскими властями.

Послушайте, мы говорим о чём? И вообще, когда я спрашиваю наших коллег: «Вы зачем там всё это делаете?» Они говорят: «С целью утверждения принципов демократии. Режим Президента Асада – не демократический, а нужно, чтобы там восторжествовала демократия». Прекрасно. «Там что, везде демократия?» – «Нет, там пока не везде, но в Сирии должна быть демократия». – «Хорошо. А как можно добиться демократического устройства общества? Разве можно добиться исключительно силой оружия и вообще силой?» – «Нет, это можно сделать только с помощью демократических институтов и процедур». А что это такое? Нет более демократического способа формирования власти, как выборы на основе основного закона, который называется конституцией, сформулированного понятным образом, прозрачного и принятого подавляющим большинством общества. Примите конституцию и на основе этой конституции проведите выборы. Что здесь плохого, да ещё и под международным контролем?

Мы слышим иногда, что некоторые страны региона не очень понимают, что такое демократия. Мы что хотим, один режим недемократический заменить на другой недемократический? А если мы хотим всё–таки продвинуть принцип демократии, давайте с помощью демократических инструментов это будем делать. Но сегодня, если говорить о том, что это сложный процесс и результаты его не будут достигнуты завтра или послезавтра, это потребует времени, а сегодня надо что–то делать, я согласен с предложениями наших партнёров, прежде всего американских партнёров, которые говорят о том, что (не знаю, может быть, сейчас лишнего скажу, с другой стороны, это известно уже: и в регионе известно, и переговорщикам известно с обеих сторон, и со стороны правительства, и со стороны оппозиции это американское предложение, считаю, что оно приемлемое, абсолютно приемлемое) надо подумать о возможности инкорпорирования представителей оппозиции в действующие структуры власти. Например, в правительство. Нужно подумать о том, какие полномочия будут у этого правительства.

Но здесь тоже нельзя перегибать палку. Здесь нужно исходить из реалий сегодняшнего дня и не нужно стремиться к заявлению неисполнимых, недостижимых целей. Если многие наши партнёры говорят, что Асад должен уйти, а сегодня говорят, что нет, давайте мы проведём такую реструктуризацию власти, что на деле будет означать тоже его уход. Но, наверное, это тоже нереалистично. Поэтому нужно действовать аккуратно, «степ бай степ», постепенно добиваясь доверия всех конфликтующих сторон.

Если это произойдёт, а я думаю, когда–то это всё равно произойдёт, чем раньше, тем лучше, то тогда можно идти дальше, можно говорить о последующих выборах и о полном урегулировании. Главное – не допустить развала страны. А если так будет продолжаться, как сегодня, развал неизбежен. И это самый плохой вариант развития событий, потому что это совсем не значит, что после развала страны какие–то квазигосударственные образования будут жить друг с другом в мире и согласии. Нет. Это будет дестабилизирующим фактором и для региона, и для всего мира.

Ф.Закария: Господин Президент, хочу спросить Вас ещё об одном демократическом государстве, где совершенно другая картина. Вы говорили о Дональде Трампе, кандидате от Республиканской партии. Вы сказали, что это выдающийся человек, талантливый человек, чрезвычайно умный человек. И об этом говорили во всём мире.

Я хотел бы узнать вот что. Что именно в этом человеке привело Вас к такому его восприятию? И уверены ли Вы в этом?

В.Путин: Вы известный человек в нашей стране, Вы лично. И не только как ведущий одной из крупнейших телевизионных корпораций, но и как интеллектуал. Зачем Вы всё передёргиваете? Над Вами берёт верх журналист, а не аналитик. Ну посмотрите, что я сказал? Я на ходу сказал, что Трамп – яркий человек. А что, не яркий? Яркий. Никаких других характеристик я ему не давал. Но на что я точно обращаю внимание и что я точно приветствую и не вижу здесь ничего плохого, а наоборот, – господин Трамп заявил, что он готов к полноформатному восстановлению российско-американских отношений. Чего здесь плохого? Мы все это приветствуем! А Вы – нет?

Мы никогда не вмешиваемся во внутриполитические процессы других стран, тем более Соединённых Штатов. Но мы будем работать с любым президентом, за которого проголосует американский народ. Хотя я не думаю, кстати говоря, что… Вот они всех учат, как надо жить, и демократии учат. А что, Вы считаете, что там демократические выборы президента, что ли? Это правда. Посмотрите: дважды в истории США избирали президентом человека большинством голосов выборщиков, а за этими выборщиками стояло меньшее количество избирателей. Это что, демократия, что ли? А когда (мы дискутируем иногда с коллегами, мы никого ни в чём не обвиняем, мы просто дискутируем) нам говорят: «Не лезьте, это не ваше дело, мы так привыкли», – так и хочется сказать: «Ну тогда не лезьте к нам. Что вы лезете–то? Разберитесь у себя сначала».

Но, повторяю, действительно, это не наше дело, хотя, по–моему, там даже прокуроры отгоняют от участков международных наблюдателей в ходе избирательных кампаний, американские прокуроры пугают их, что в тюрьму посадят. Но это их проблемы, они так привыкли, им нравится. Америка – великая держава, сегодня, наверное, единственная супердержава. Мы это принимаем, мы хотим и готовы работать с Соединёнными Штатами. Как бы там ни происходили эти выборы, в конце концов, они состоятся. Будет глава государства, у него большие очень полномочия. Там идут сложные внутриполитические и экономические процессы, в Соединённых Штатах. Миру нужна такая мощная страна, как Соединённые Штаты, и нам нужна. Но нам не нужно, чтобы они постоянно вмешивались в наши дела, указывали, как нам жить, мешали Европе строить с нами отношения.

Как санкции, про которые Вы сказали, касаются Соединённых Штатов? Да никак не касаются. Вообще наплевать им на эти санкции, потому что последствия наших ответных действий на них никак не отражаются. На Европе отражаются, а на США никак не отражаются. Нулевой эффект. Но американцы говорят своим партнёрам: «Надо потерпеть». Зачем им терпеть? Я не понимаю. Хотят – пусть терпят.

Маттео, зачем им терпеть? Сейчас Маттео объяснит, зачем им терпеть. Он яркий оратор, мы это видим. Так здорово выступал! Я искренне говорю, честное слово. Италия может гордиться таким премьером, правда. Конечно, красиво!

Мы никого не нахваливаем, это не наше дело. Как немцы говорят, «не наше пиво». Поэтому, когда выберут, мы будем работать с любым президентом, которому оказал доверие американский народ, в надежде на то, что это будет такой человек, который будет стремиться к развитию отношений с нашей страной и будет способствовать строительству более безопасного мира.

Ф.Закария: Для пояснения хочу сказать, что слово, которое я употребил в характеристике господина Трампа, было упомянуто «Интерфаксом». Я использовал официальный перевод от «Интерфакса».

Хочу спросить Вас ещё об одном человеке, с которым Вы работали. С господином Трампом Вы не встречались, а госпожа Хиллари Клинтон была Госсекретарём. И в ответах на вопросы от граждан России Вы говорили о том, что есть у вас такая поговорка: «Муж и жена – одна сатана». По–английски это означает, что, по большому счёту, речь идёт о двух сторонах одной медали. Что Вы имели в виду? Вы работали с ней, когда она была Госсекретарём. Что Вы можете о ней сказать?

В.Путин: Я с ней не работал, с ней Лавров работал. Вот у него и спросите, он здесь сидит.

Я же не был Министром иностранных дел, вот Сергей Викторович Лавров был. Он скоро, как Громыко. (Обращаясь к С.Лаврову.) Сколько Вы уже работаете?

Я работал с Биллом Клинтоном, правда, очень небольшой промежуток времени, и у нас были очень добрые отношения. Я даже могу сказать, что я благодарен ему за некоторые моменты того, как происходило моё вхождение в большую политику. Несколько раз он проявлял знаки внимания, уважения ко мне лично и к России. Я это помню и благодарен ему за это.

О госпоже Клинтон. У неё, может быть, свой взгляд на развитие российско-американских отношений. Вы знаете, есть ещё одна вещь, на которую я хотел бы обратить внимание, которая не имеет отношение ни к российско-американским отношениям, ни вообще к какой–то большой политике. Это имеет отношение скорее к кадровой политике.

Я на своём опыте много раз смотрел на ситуацию, которая происходит с людьми до того, как они начали исполнять какую–то функцию, и после этого. Часто иногда людей не узнаёшь, потому что, когда появляется другой уровень ответственности, начинают и говорить по–другому, и мыслить, и даже внешне выглядят по–другому. Мы исходим из того, что чувство ответственности главы американского государства, главы страны, от которой очень многое в мире сегодня зависит, что это чувство ответственности будет побуждать вновь избранного президента сотрудничать с Россией и, ещё раз хочу подчеркнуть, создавать более безопасный мир.

Ф.Закария: Господин Президент, ещё один вопрос в заключение о новостных сообщениях относительно российских спортсменов. Сейчас идут два расследования, которые показали, что российские спортсмены были вовлечены в активное использование допинга. Кроме того, имеется программа по изменению тех образцов, которые были взяты для проверки в лабораториях. Что Вы думаете по этому поводу?

В.Путин: Я не очень понял, что за программа по изменению образцов, которые были взяты для проб? Если пробы берутся, они сразу же переезжают на хранение в международные организации, и мы к ним не имеем никакого отношения. Пробы взяты, их увезли куда–то в Лозанну или где они там находятся, я не знаю, но на территории Российской Федерации их нет. Их можно вскрыть, перепроверить, это сейчас и делают специалисты.

Проблема допинга – не только российская проблема, это проблема всего спортивного мира. И если кто–то пытается политизировать что–то в этой сфере, я считаю, что это большая ошибка, потому что так же, как сферу культуры, например, сферу спорта нельзя политизировать, это мосты, которые сближают людей, целые народы и государства. К этому нужно именно так относиться, а не пытаться на этой почве выстраивать какую–то антироссийскую либо ещё антикакую–то политику.

Что касается официальных российских властей, могу вам с полной ответственностью заявить: мы категорически против любого допинга по нескольким соображениям. Во–первых, я как бывший спортсмен-любитель могу вам сказать, и думаю, что подавляющее большинство людей с этим согласится: если мы знаем, что употребляется допинг, – неинтересно смотреть, сразу интерес к спорту понижается для миллионов болельщиков.

Второе, не менее важное, а может быть, первое, – это здоровье самих спортсменов. Ничто не может оправдать ничего, что вредит здоровью человека. Поэтому на государственном уровне мы боролись и будем бороться с допингом в спорте.

Более того, насколько мне известно, некоторое время уже Генеральная прокуратура Российской Федерации и Следственный комитет проводят собственную глубокую проверку всех фактов, на которые указали в том числе и средства массовой информации. Не нужно просто делать из этого какой–то кампании, тем более кампании, очерняющей спорт, в том числе и российский спорт.

Следующее, третье, на что хотел бы обратить внимание. Это постулат такой есть в праве: ответственность может быть только индивидуальная. Не может быть возложена коллективная ответственность на всех спортсменов либо спортсменов какой–то федерации, если в употреблении допинга уличены конкретные физические лица. Не может вся команда нести ответственность за тех, кто совершил это нарушение. Думаю, что это абсолютно естественный, правильный подход.

Но сейчас не только допинг. В спорте много проблем. Сейчас идёт чемпионат Европы по футболу. По–моему, меньше внимания уже на футбол обращают, чем на драки болельщиков. Очень печально, и я сожалею об этом, но и здесь мы тоже должны всегда исходить из каких–то общих критериев. Ответственность, повторяю, за содеянное должна быть максимально персонифицированная, и отношение к нарушителям должно быть одинаковое.

Известный случай, с чего начался чемпионат Европы по футболу: драка российских болельщиков с английскими. Безобразие полное. Я, правда, не знаю, как 200 наших болельщиков «отметелили» несколько тысяч англичан, не понимаю. Но, во всяком случае, подход правоохранительных органов должен быть одинаков ко всем нарушителям.

Мы именно так выстраивали и будем выстраивать эту работу и в борьбе с допингом, и в борьбе за дисциплину среди болельщиков. Будем работать с этими объединениями болельщиков. Я очень рассчитываю на то, а среди болельщиков очень много умных, здравых людей, которые действительно любят спорт и которые понимают, что любые правонарушения – это не поддержка любимой ими команды, а наоборот, ущерб команде, спорту. Но здесь ещё предстоит очень много сделать и совместно с коллегами поработать.

Но что совершенно точно, я хочу это подчеркнуть, что никакой поддержки нарушениям в спорте, тем более нарушениям в сфере допинга, на государственном уровне не было и быть не может в России. Мы сотрудничали и будем сотрудничать со всеми международными организациями, которые работают в этой сфере.

Ф.Закария: Уважаемый Президент Назарбаев, позвольте мне задать Вам вопрос.

Соединённые Штаты Америки готовятся к тому, чтобы спросить себя: готова ли Америка к тому, чтобы в Америке был президент-женщина? Я обратил внимание на то, что Вы назначили заместителем премьер-министра женщину. Думаете ли Вы, что когда–либо Казахстан будет готов к тому, чтобы у него была женщина-президент?

Н.Назарбаев: Я думал, что Президент Путин уже на все вопросы ответил.

(Смех, аплодисменты.)

А почему Вы считаете, что в Казахстане не может быть женщина президентом? Вполне может быть. В Казахстане тоже 51 процент населения представляют женщины, гендерная политика развивается нормально. 30 процентов депутатов парламента – женщины, в составе Правительства министры – несколько женщин, так что это вполне возможно, тем более есть такие подготовленные женщины.

(Аплодисменты.)

В.Путин: Я тоже знаком с некоторыми из них.

Н.Назарбаев: Учитывая, что у меня трое дочерей, у меня к женщинам особое отношение.

(Аплодисменты.)

Ф.Закария: Премьер-министр Ренци, мне не нужно задавать Вам этот вопрос, потому что Президент Путин уже Вам его задавал: почему вы желаете потерпеть, пока американцы навязали вам санкции?

Поэтому позвольте мне переформулировать вопрос несколько по–иному. Вы – здесь, как и бывший французский президент Саркози, французский парламент принял резолюцию, которая требует ослабления санкций. Санкции ЕС против России, действительно ли они заканчиваются?

М.Ренци: Прежде всего, мне обидно, что меня не спросили про спорт, потому что это может привести к тяжелейшему дипломатическому кризису с Президентом Путиным, потому что сборная Италии уже семь минут играет против сборной Швеции на чемпионате Европы. И я надеюсь, что результат будет положительным.

Но шутки в сторону. Есть несколько вещей, которые я полностью разделяю, и некоторые вещи, с которыми я радикально не согласен. Я хочу о них сказать, а потом отвечу на Ваш вопрос.

Я полностью согласен с мудрым подходом к сирийскому вопросу. Добавлю, что, на мой взгляд, основополагающе важно, чтобы Россия была участницей таких важнейших досье Средиземноморья, по которым Министр Лавров, которого я теперь могу называть Громыко, я думаю. «Громыко» – Лавров очень хорошо работал, плодотворно, в эти недели и месяцы по этим досье, и мы очень заинтересованы, чтобы Россия выступала стратегическим партнёром в решении ряда важнейших конфликтов, которые касаются будущего нашей планеты.

Что касается вопроса санкций, я хотел бы, чтобы занесли в протокол сильное разногласие, несогласие моё по отношению к американской демократии. Я не знаю, какое точное прилагательное использовал господин Путин, чтобы охарактеризовать господина Трампа.

Я также скажу, что мы будем работать с кем угодно, кто будет избран следующим президентом. Лично я надеюсь, с тем, кто будет избран следующей госпожой президентом, это моё личное мнение, оно, может быть, отличается от того, которое имеют многие из вас. Но в любом случае мы будем уважать решение великой демократии. И хотя инструменты, которыми она располагает, приводят к тому, что иногда народное голосование не всегда совпадает с голосованием делегатов и суперделегатов, я верю, что Соединённые Штаты Америки создали великую модель демократии, у которой многим из нас есть чему поучиться.

Итак, что касается санкций, они делятся на два аспекта: первый касается реконструкции прошлого, и господин Путин, разумеется, со своей точки зрения очень ясно его воспроизвёл, и будущего.

Я в своём выступлении пообещал не говорить о прошлом, поэтому было бы противоречием самому себе, если бы я это сделал. Но всего лишь такое СМС-сообщение, короткий твитт: я ещё не был премьер-министром, и Владимир Владимирович прекрасно знает, что я стал премьер-министром как раз в те дни, когда в разгаре был февральский кризис 2014 года. Тем не менее я полагаю, что если мы дошли до того процесса, который привёл к наложению санкций, и позиция Соединённых Штатов в этом вопросе мне кажется объективно ясной, имело место сильное действие, импульс со стороны ряда европейских лидеров. Безусловно, есть проблема подхода и уважения суверенитета и поведения России.

С другой стороны, есть то, что сказал Президент Путин, это очень важно, что касается уважения соглашений. Конституционная реформа и избирательное законодательство, то, о чём было упомянуто. Но есть один вопрос: не Соединённые Штаты Америки приняли решение за других.

Господин Путин прекрасно знает, что некоторые европейские лидеры приняли такое решение – ускорить ряд процедур, о которых я пообещал не говорить, не высказываться, потому что это касается прошлого. Но это всё–таки инициатива, которая исходит от Европы. Господин Путин спрашивает: «Сколько ещё вы будете терпеть?» Ответ очень простой, ответ – это минские соглашения, и в этом я с начала и до конца согласен с теми рассуждениями, которые были здесь изложены.

Я могу добавить, что на встрече в Милане, в которой принимали участие господин Путин и господин Порошенко, а также госпожа Меркель, господин Олланд и Премьер-министр Кэмерон, я предложил, чтобы пример итальянского региона Альто-Адиже, или Зюдтироль (в зависимости от того, как вы предпочитаете его называть), где часть итальянского населения региона, которая говорит по–немецки, получила международное соглашение и получила по нему право, для того чтобы это была модель для восточной Украины.

Мне кажется, что тогда многие с интересом отнеслись к этому предложению. Поэтому я считаю, что необходимо имплементировать полностью минские соглашения, в полном объёме. Верю, что на том этапе, на котором мы живём сегодня, вопрос, связанный с отношениями между Европой и Россией, когда на него смотрят только так, как смотрели до сегодняшнего дня, это близорукое видение, бесперспективное. Нам необходимо иметь в виду, что словосочетание «холодная война» не может входить в лексику третьего тысячелетия. Поэтому если словосочетание «холодная война» используется сегодня, оно вне истории, оно вне реальности, и оно не только несправедливо, оно бесполезно.

Нам необходимо, чтобы Европа и Россия снова стали прекрасными соседями. Мы знаем, что между соседями часто возникают споры, проблемы, но то, что в украинском вопросе является сильной точкой, то, что соглашения сейчас есть, потому что минские соглашения подписаны, и мы просим, чтобы они были тотально имплементированы. Признаю, что об этой имплементации должны просить не только те, кого называют сепаратистами, об этом должны просить все заинтересованные стороны, потому что если это делает только кто–то один, то принцип «договор нужно соблюдать» не работает.

Я здесь не для того, чтобы произносить речи, которые, как бы можно было по–итальянски сказать, «ласкают шерсть», хочет слышать зал. Я представляю здесь великую страну Италию, которая связана с Россией старинными, древними отношениями. Убеждён, что эти отношения могут улучшаться в будущем, потому что нас объединяют те духовные ценности, о которых я говорю.

Поэтому я не буду говорить сладких слов, которые легко смогли бы заработать мне одобрение. Италия – это уже не та страна, которая нуждается в легитимации посредством поиска одобрения кого–либо. Италия нуждается в том, чтобы доносить свой голос сегодня, в момент, когда есть страны, которые думают, что будущее наших отношений – это будущее стран и железных занавесов. Сегодня основополагающе важно вернуть центральный характер глубинным ценностям, которые нас объединяют и роднят.

Поэтому если мы хотим окончательно преодолеть санкционную фазу, как мне бы этого хотелось, необходимо решить минский вопрос и имплементировать в полном объёме минские соглашения, сделать так, чтобы Россия была главным действующим лицом. Потому что невозможно бороться с экстремизмом и фанатизмом без России в этом огромном международном союзе. С экстремизмом необходимо бороться, и все вместе мы должны нанести ему поражение.

Ф.Закария: Господин Назарбаев, Вы говорили про «энергетический рынок». Мне было бы интересно, как Вам кажется, Саудовская Аравия наращивает добычу нефти для того, чтобы американские производители не могли производить, чтобы у Ирана не было доступа к великим ресурсам? Сработало ли это? Как Вам кажется, что произойдёт с ценами нефти в будущем?

Н.Назарбаев: Здесь присутствует господин Тиллерсон, крупнейшая компания «Эксон Мобил», надо спросить у него. Мы сегодня встречались, об этом говорили. Я могу поддержать его мнение, что сегодняшнее состояние с нефтью в районе 50 долларов за баррель – наверное, это объективная реальность. Будет волатильность туда-сюда, вокруг этого будет идти примерно.

А что Саудовская Аравия угнетает американских нефтяников – это вопросы экспертов. Сегодня говорят одно, сейчас уже читать не хочется экспертные данные, потому что завтра говорят совсем другое. Вообще все учёные, экономисты, финансисты, на которых мы опирались, по–моему, запутались. По этому кризису, который сейчас идёт, никто не может дать никаких конкретных рекомендаций. Факты являются фактами.

Я сегодня в своём выступлении говорил о падении этих цен. Проиграли все, импортёры тоже проиграли, экспортёры, действительно, проиграли. Конечно, проиграли и развивающиеся страны. В целом проигрываем все. Поэтому тема сегодняшнего Санкт-Петербургского форума – что надо становиться на реальные ноги, на реальность. Реальность – это те цены, которые есть.

Плохо? Да, плохо, но в любом плохом есть хорошая сторона. Все наши страны наконец–то взялись за переработку, за обрабатывающую промышленность, индустриализацию, развивают другую отрасль, которая постепенно будет прикрывать.

Кстати, Саудовская Аравия. Сейчас Наследный принц представил программу, как вы знаете, на ближайшие 20 лет. После того, как осуществит индустриализацию, Саудовская Аравия собирается отказаться вообще от поступления денег от нефти. Это очень показательно, когда крупнейшее государство, добывающее нефть, тоже решает, что это надо.

Я лично считаю, что в ближайшее десятилетие, по крайней мере до середины этого века, потребность в нефти и газе снижаться не будет, сколько бы ни говорили об альтернативной энергетике: солнце, ветер и так далее. Так что мы, нефтедобывающие и производящие страны, всё равно будем работать, не сбавляя своих темпов.

Ф.Закария: Премьер-министр Ренци, есть такая точка зрения, что если Великобритания вдруг выйдет из Европейского союза, то тогда будет возможно переобсудить и, возможно, по–другому заключить договор об условиях вхождения. Или каким–то иным способом Британия сможет войти в Европейский союз на иных условиях. Как Вы полагаете, это возможно? Или Вы думаете, что если произойдёт этот брексит, то Британия навсегда выбудет из состава Европы?

М.Ренци: Если говорить очень кратко, если Великобритания выйдет из Европы – это навсегда. Это не так, что сначала матч дома, а потом на выезде. Если это произойдёт в краткосрочном периоде, это будет проблема для всех в Европе. Но в среднесрочном периоде это будет прежде всего большая проблема для англичан, не для европейцев. Больше всего рискуют именно английские граждане, английские потребители, английские пенсионеры, не граждане единой Европы, хотя особенно на первом этапе, я думаю, что будет очень серьёзная финансовая напряжённость.

Второй момент. Я всё–таки думаю, что победу одержит тот, кто хочет остаться в Европе. Именно поэтому я верю, что англичане гораздо мудрее, чем то, что нам представляется по опросам.

Третий момент. Как бы ни сложился референдум, 25 марта 2017 года Европе исполнится 70 лет, это ещё молодая девушка в 70 лет, в 60 лет, но ей необходимо полностью изменить подход к себе самой. Как бы там ни было, даже если на английском референдуме одержат победу сторонники Европы, всё нормально. И не то чтобы, если вдруг победу одержат евроскептики, единой Европе конец. 25 марта 2017 года, когда будет отмечаться 60-летие трактатам об учреждении европейского сообщества, оно будет проходить в Риме, там, где были подписаны первые документы. Я думаю, что нам необходимо представить себе другую Европу. Европа, которая основана на аустерити, больше не работает. Европа, которая должна поставить в центр своего внимания человеческий капитал, ценности и технологические новации, – это единственно возможная Европа, иначе она будет приговорена к концу. Я, европеец с итальянским паспортом, думаю, что фундаментально важно, чтобы Европа нашла в себе порыв энергии, а не только гналась за текущими событиями. Поэтому, как бы там ни было, в 2017 году Европа должна начать заново, иначе ей конец.

Ф.Закария: У нас прошло обсуждение по широкому кругу вопросов. Я хотел бы ещё попросить Вас, господин Путин, поделиться своими заключительными соображениями, и после этого мы завершим наше заседание.

В.Путин: Я, во–первых, хотел бы всех поблагодарить ещё раз, всех, кто приехал в Петербург.

Хотел бы поблагодарить нашего ведущего. Мне кажется, у нас состоялась очень активная дискуссия. В чём–то мы сходимся, в чём–то – нет, но больше всё–таки того, что нас объединяет, это совершенно очевидная вещь.

Наш итальянский друг немножко напугал меня в конце, сказал, что если каких–то изменений в Европе не будет, то ей конец. Это страшновато звучит, я, честно говоря, так не думаю, Европа всё равно есть Европа. Фундаментальные основы экономики Европы дают нам основание полагать, что Европа на этом в любом случае, как бы там внутренние процессы ни развивались, не закончится. Это наш ведущий торгово-экономический партнёр. Ясно, что европейские лидеры хотят большей динамики, так же как и мы в России, безусловно, хотим этой большей динамики. В своём выступлении сегодня я говорил о том, за счёт чего мы собираемся это сделать.

Вы знаете, так симптоматично, что сегодня у нас и лидер одной из европейских стран (причём достаточно динамично развивающейся страны), Италии, и лидер Казахстана – нашего ближайшего партнёра и союзника, с которым мы строим интеграционное объединение. Сегодня вместе мы собрались. Это симптоматично, потому что на объединении усилий в развитии, если мы хотим его обеспечить, мы и должны сосредоточить своё внимание.

Россия со своей стороны будет делать всё для того, чтобы двигаться именно по этому пути, развиваясь изнутри, развиваясь активно и открываясь для сотрудничества со всеми нашими партнёрами.

Большое вам всем спасибо. Хочу пожелать всем удачи.

Россия. Весь мир. СЗФО > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 17 июня 2016 > № 1795506 Владимир Путин, Нурсултан Назарбаев, Маттео Ренци

Саудовская Аравия и йеменская трагедия

Погос Анастасов

Вокруг Саудовской Аравии и созданной ей в 2015 году коалиции для борьбы с хуситскими повстанцами разгорается всемирный скандал. Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун 3 июня занес коалицию в «черный список» стран и группировок, которые нарушают права детей, в связи с убийствами несовершеннолетних в ходе боевых действий в Йемене. По оценке ООН, коалиция ответственна за смерти 510 детей — 60% от общего числа детей, погибших в ходе конфликта. От действий коалиции пострадали еще 667 детей.

Саудовцы тут же отреагировали и развернули бурную кампанию за исключение их из этого позорного списка, обвинив ООН в том, что опубликованные международной организацией данные не соответствуют действительности. Генеральный секретарь ООН капитулировал и через неделю изъял упоминание КСА из документа. Правда, при этом он заявил, что решение об исключении Саудовской Аравии из «черного списка» стран, виновных в нарушении прав детей, а также их гибели в результате авианалетов антихуситской коалиции на Йемен, было принято под жестким давлением со стороны сторонников Эр-Рияда. Пан Ги Мун уточнил, что Саудовская Аравия и ее сторонники шантажировали ООН тем, что в противном случае они прекратят финансирование ряда программ всемирной организации.

Эти заявления генсека ООН только подлили масла в огонь и вызвали пропагандистское наступление со стороны саудовского представителя Абдаллы Муаллими в ООН, который выступил с опровержениями относительно оказания его страной какого-то давления на международную организацию, а авторов доклада назвал «любителями ловить рыбку в мутной воде». Его возмутило, что авторы доклада связали всех жертв конфликта с Саудовской Аравией…

Надо признать, что история с применением коалицией оружия против гражданского населения в Йемене, в том числе детей, обрастала всякого рода обвинениями в адрес коалиции, возглавляемой саудовцами, уже давно. Однако массовый характер она приобрела именно в 2016 году, причем со стороны самых ближайших союзников Эр-Рияда на Западе, чего явно не ожидали в саудовской королевской семье.

Правда, первыми тревогу забили все же в ООН. Еще 5 января этого года управление Верховного комиссара ООН по правам человека (УВКПЧ) выразило обеспокоенность поступившими из Йемена сообщениями о применении вооруженными силами коалиции, возглавляемой Саудовской Аравией, кассетных бомб. «В ходе посещения деревни Эль-Одейр в округе Харад группа (сотрудников) УВКПЧ обнаружила остатки 29 кассетных боеприпасов рядом с банановыми плантациями, — сказал представитель УВКПЧ Р.Колвилл. Причем уже тогда было известно, что самолеты коалиции помогают наводить на цели британские советники, а бомбы саудам продают США.

Однако, несмотря на критику ооновских чиновников, налеты авиации коалиции в январе-феврале на йеменскую территорию активно продолжались, затрагивая и жилые кварталы столицы страны Саны.

Большое количество жертв среди мирного населения вынудило 25 февраля Европарламент принять резолюцию, в которой содержался призыв ввести эмбарго на поставки оружия Саудовской Аравии. В то же время в Канаде выступили против поставок вооружения саудовскому режиму и обвинили премьер-министра Д.Трюдо в том, что он идёт против мнения большинства канадцев. Также парламент Канады призвал правительство раскрыть информацию о сделке. Речь шла о поставке Эр-Рияду 1000 боевых машин с пулемётами и противотанковыми пушками.

Волну критики уже было не остановить. Представители крупнейшей правозащитной организации Amnesty International призвали правительства ЕС и США прекратить поставки оружия саудовскому режиму, «совершающему военные преступления в Йемене». А 11 марта стало известно, что британский парламент начал расследование поставок оружия в КСА, после чего уже, парламент Нидерландов одобрил законопроект, призывающий правительство прекратить экспорт оружия в Саудовскую Аравию в связи с постоянным нарушением ею гуманитарного права в Йемене.

Судя по всему, эта нарастающая критика наряду с неудачами самой военной кампании, вынудила КСА пойти на переговоры, и 7 марта на территории Саудовской Аравии состоялась секретная встреча представителей руководства КСА и хуситов, которая позволила месяцем позже запустить переговорный процесс в Кувейте. Правда, сама коалиция и ее саудовские лидеры, проигрышем эту кампанию не считают. По их мнению, они смогли освободить значительную часть территории Йемена от повстанцев-хуситов, включая южную столицу страны Аден, изгнать Аль-Каиду и ДАИШ из провинции Мукалла, а главное – вынудить хуситов отказаться от особых связей с Тегераном, что и было главным поводом для конфликта. Ирану, полагают в Эр-Рияде, был направлен мощный сигнал не лезть во внутренние дела стран Аравийского полуострова.

По поступающей информации, сейчас саудовцы в ходе очередных контактов с йеменским правительством и хуситами в Кувейте предложили свой план укрепления перемирия (создание административного органа, регулирующего работу комитетов по наблюдению за урегулированием, формирование полевых комитетов в каждой провинции, создание безопасных зон вокруг каждого конфликтного района и т.п.), который должен вывести стороны на политическое урегулирование.

Однако, если заглянуть за кулисы этого кровавого конфликта, то невольно закрадывается мыль о том, что сам он был на каком-то этапе нужен западным державам. Ведь не случайно же США, Франция, Великобритания, Германия и Канада активно поставляли во время конфликта саудам и их союзникам вооружения, в том числе те же кассетные бомбы? Нельзя исключать, что они через целенаправленное предоставление разведывательной информации разжигали в Эр-Рияде опасения в отношении иранского влияния в Йемене (оно действительно было, но в таких ли масштабах, чтобы начинать войну?). Причем КСА и его союзников толкнули на эту кровавую бойню в тот момент (начало 2015 года), когда сами западные страны вышли на соглашение с Ираном в отношении его ядерной программы и начали нормализовывать с ним отношения.

Однако конфликт, цель которого была столкнуть лбами Саудовскую Аравию и Иран, к концу 2016 года вышел из-под контроля и стал нести угрозу уже самому саудовскому режиму – основному союзнику США на Ближнем Востоке. А это в планы Вашингтона не входило. Он (как и другие англосаксы) использовал эту региональную войну лишь для реализации классической схемы – «разделяй и властвуй» и продажи новых многомиллиардных партий оружия своим сателлитам, а отнюдь не для подрыва позиций союзной им правящей саудовской фамилии. А такая угроза возникла. Пришлось включить всю мощь правозащитных организаций и даже подтянуть ООН, чтобы развернуть саудов к более конструктивной линии в йеменских делах…

Второй наследный принц Саудовской Аравии Мохаммад бен Салман запросил встречу с генеральным секретарем ООН Пан Ги Муном, сообщили в пресс-службе всемирной организации.

"Официальный запрос на встречу с заместителем наследного принца поступил в офис генерального секретаря", — сообщил представитель генсека Стефан Дюжаррик, не сообщив деталей относительно ответа секретариата. Заместитель наследного принца Саудовской Аравии в данный момент находится с визитом в США.

Целью встречи, как ожидается, станет обсуждение ситуации с включением возглавляемой Саудовской Аравией коалиции в Йемене в список сторон, причастных к убийствам детей в стране. В последнем докладе ООН коалиция была признана ответственной за гибель 510 и ранение 667 детей в Йемене в 2015 году. Вскоре после публикации отчета ООН временно исключила саудовскую коалицию из "черного списка" для проведения совместного с представителями коалиции пересмотра указанных в докладе данных.

При этом Пан Ги Мун дал понять, что это решение было связано с угрозами Эр-Рияда о сокращении финансирования ряда программ ООН. Постпред Саудовской Аравии при ООН опроверг информацию о давлении его страны на ООН.

Ольга Денисова.

США нанесли серию бомбардировок по позициям "Аль-Каиды на Аравийском полуострове" в Йемене, уничтожив шестерых боевиков, сообщило в пятницу центральное командование ВС США, в ведении которого находится данный регион.

"Американские военные в период с 8 по 12 июня провели три бомбардировки в центральной части Йемена, в результате которых были уничтожены шесть боевиков, один был ранен", — говорится в сообщении.

Отмечается, что "Аль-Каида на Аравийском полуострове" остается серьезной угрозой региону и США". "Присутствие "Аль-Каиды" оказывает дестабилизирующее влияние в Йемене, эта группировка пользуется нестабильностью в стране для планирования новых атак против союзников США, самих США и их интересов", — утверждают американские военные.

В Йемене продолжается вооруженный конфликт, где с одной стороны выступают повстанцы-хуситы из шиитского движения "Ансар Алла" и лояльная экс-президенту Али Абдалле Салеху часть армии, а с другой — войска президента Абд Раббу Мансура Хади. Их на земле и с воздуха поддерживает арабская коалиция во главе с Саудовской Аравией.

В условиях конфликта активность на юге страны проявляют боевики террористических группировок "Аль-Каида на Аравийском полуострове" и "Исламское государство" (запрещены в РФ). Удары по ним периодически наносят самолеты участников коалиции и США.

Дмитрий Злодорев.

Сирия: разные цели двух антитеррористических коалиций

Александр КУЗНЕЦОВ

Ход последних событий демонстрирует постепенное ослабление террористических организаций в Сирии и в Ираке и потерю ими всё новых территорий. Вооружённые формирования Сирийских демократических сил (СДС), на 70% состоящие из курдских отрядов Партии демократического союза (ПДС), усиленные американскими спецназовцами, продвигаются по направлению к сирийской столице запрещённой в России террористической группировки «Исламское государство» (ИГ), городу Ракке. Одновременно курдские ополченцы обложили стратегически важный город Манбидж, через который проходят пути снабжения боевиков ИГ из Турции. Между тем Дамаск, опасаясь, что освобождение Ракки курдами с помощью американцев может привести к распаду страны, впервые с 2014 года ведёт наступление силами правительственных войск на бывшую базу ВВС Табка, где в августе 2014 года боевики ИГ устроили резню сирийских солдат и офицеров.

Решение сирийского командования развернуть боевые действия сразу на двух фронтах – в Алеппо и в Ракке становится понятным, если учесть присутствие в рядах курдского ополчения 250 американских военных «инструкторов». Американцы сейчас ударными темпами создают военную базу в курдских кантонах Сирии. Поступили также сведения о том, что в северных районах страны появились французские военные, которые тоже не прочь оказать помощь СДС в борьбе против ДАИШ (ИГ).

Напомним, что именно правительство Франции несёт значительную долю ответственности за разжигание сирийского пожара. Действия Парижа по дестабилизации Сирии начались еще в 2005 году. В октябре 2004 года была принята резолюция Совета Безопасности ООН 1559, призывавшая к выводу из Ливана сирийского военного контингента. Американо-французские отношения на Ближнем Востоке в тот период носили сложный характер. Напомним, что Париж вместе с Берлином и Москвой возражал против американской интервенции в Ирак в 2003 году. Администрация Жака Ширака рассчитывала, что американцы столкнутся с сопротивлением иракской армии и надолго завязнут в этой стране, но Ирак был оккупирован в течение нескольких недель. Желая закрепить своё присутствие на Ближнем Востоке, Париж начал оказывать содействие Вашингтону в ливанском вопросе. Целью было оторвать президента Башара Асада от стратегического альянса с Ираном и взамен получить от США санкцию на восстановление французского влияния в Сирии и Ливане. Однако этого не произошло.

В октябре 2011 года не без помощи французских спецслужб в Искендеруне (Турция) была создана военная база, на которой инструкторы из стран-членов НАТО стали обучать «умеренных» боевиков Сирийской свободной армии (ССА). Результат известен: одни «борцы за свободу» перешли потом на сторону «Джабхат ан-Нусры» и «Исламского государства», другие начали продавать террористам полученное от Запада оружие.

Одновременно с боевыми действиями против отрядов ИГ в районе Алеппо продолжались ожесточённые бои сирийской армии и курдского ополчения против вооружённых формирований «Джабхат ан-Нусры» и союзной с ней группировки «Ахрар аш-Шам» («Свободные люди Сирии»), позиционирующей себя в качестве «умеренной силы» и допущенной к переговорам. Первым лидером этой группировки стал Хасан Аббуд (Абу Абдалла аль-Хамауи), уроженец провинции Хама. Костяк группировки составили сунниты провинций Хама и Идлиб, особенно их пограничного района (равнины аль-Гхаб). 9 сентября 2014 года 20 полевых командиров «Ахрар аш-Шам» (большая часть военного руководства группы) погибли в результате взрыва во время заседания военного совета в местечке Рас Хамдан провинции Идлиб, после чего начался отток боевиков из «Ахрар аш-Шам» в «Джабхат ан-Нусру». Так или иначе, эти две группировки с самого начала представляли собой сообщающиеся сосуды.

Некоторое время спустя новому поколению полевых командиров «Ахрар аш-Шам» удалось вновь собрать силы. Тому способствовали два обстоятельства. Во-первых, в «Ахрар аш-Шам» нет иностранцев, она не подчиняется «Аль-Каиде» и поэтому пользуется популярностью среди части местных крестьян. Во-вторых, лидеры группировки сумели аккумулировать значительные финансовые средства. Тремя важными источниками доходов «Ахрар аш-Шам» являются помощь Турции и Катара (именно катарские спецслужбы подозреваются в создании этой организации), грабёж банков и контроль за турецко-сирийской границей. В результате экспроприаций нескольких отделений сирийского Центробанка боевикам удалось захватить от 4 до 6 миллиардов сирийских лир, а контроль за границей с Турцией – это возможность брать поборы с торговцев и водителей-дальнобойщиков, регулировать потоки контрабанды. Определённую поддержку организации оказывают и ряд салафитских фондов из стран Персидского залива, в частности фонд шейха Хаджаджа Аджами.

Интересно, что в настоящее время «Ахрар аш-Шам» позиционирует себя как военное крыло движения «Братья-мусульмане» (ранее её лидеры в связях с «Братьями» замечены не были). «Братья-мусульмане» на Ближнем Востоке - это сила, традиционно союзная Турции и Катару, но враждебная Саудовской Аравии. Тем не менее на этот раз Анкара и Эр-Рияд объединились в поддержке «Ахрар аш-Шам».

Теряя территории, ДАИШ всё больше переходит к таким методам борьбы, как взрывы и другие теракты в городах с целью устрашения местного населения и властей. 12 мая с. г. произошёл крупный взрыв в Багдаде, в результате которого погибло 100 и было ранено 200 человек. 25 мая были совершены крупные теракты в сирийских городах Джебле и Тартусе, в результате которых погибли 150 и ранены 225 человек. Подчеркнём: теракты произошли в городах с преобладанием алавитского населения, а Тартус к тому же до последнего времени был единственным сирийским городом, практически незатронутым войной (в соседней провинции Латакия периодически происходили боевые действия). 12 июня в результате взрыва в пригороде Дамаска Сайида Зейнаб погибли 12 человек и были ранены 55. В этом городке находится шиитская святыня – гробница дочери зятя пророка Мухаммеда имама Али. Именно под предлогом её защиты в 2013 году в Сирию были введены вооружённые формирования иракских шиитов – «Бригады Абу Фадля Аббаса».

Бороться с террористическим злом так, как это делают США, ослабляя одни группировки и усиливая другие, невозможно. Создание полунезависимой курдской федерации на севере Сирии не приведёт к миру, а прибавит к старым смутам новые. Сирийскую политическую систему можно и нужно реформировать, но только после того, как законное правительство Башара Асада подавит очаги терроризма и положит конец «войне всех против всех» в северных районах. Об этом было заявлено 13 июня на конференции министров обороны России, Ирана и Сирии в Тегеране. Именно эти три страны, не объявляя официально о создании каких-либо коалиций, по-настоящему серьёзно борются с терроризмом. Другая коалиция, состоящая из стран НАТО, похоже, готовит Сирии новую ловушку, пытаясь под предлогом борьбы с террористической угрозой максимально интернационализировать сирийский конфликт, ввести в страну «миротворческие» силы и поставить её перед фактом раздела.

Александр Новак рассказал о перспективах сотрудничества России и Ирана.

 Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак выступил на круглом столе «Жизнь после санкций. Возвращение Ирана на глобальные рынки», который состоялся в рамках Петербургского международного экономического форума.

В своем выступлении Александр Новак, являющийся сопредседателем Постоянной Российско-Иранской комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству, рассказал о развитии двусторонних отношений в области промышленности, транспорта, сельского хозяйства, энергетики, а также в области финансово-банковского сотрудничества.

«Одна из основных задач по расширению сотрудничества между нашими странами в постсанкционный период – выработка нормативных документов и снятие админбарьеров. Уже вступили в силу Соглашение об упрощении условий взаимных поездок отдельных категорий граждан и Соглашение о поощрении и взаимной защите капиталовложений. Теперь на повестке дня стоит создание упрощенного таможенного коридора», – отметил Министр.

«В рамках сотрудничества в области сельского хозяйства активно обсуждается создание логистической инфраструктуры. Прорабатывается вопрос по определению крупных иранских операторов для поставок сельскохозяйственных продуктов в Российскую Федерацию», – рассказал Александр Новак.

«Важным этапом для двух стран может стать заключение соглашения о зоне свободной торговли между ЕАЭС и Ираном. Если анализ покажет целесообразность и возможность такого соглашения, это даст новый импульс развитию сотрудничества», – подчеркнул глава Минэнерго России.

Отдельное внимание Министр уделил реализации стратегических проектов в области энергетики, транспорта, промышленности, связи и сельского хозяйства. «По минимальным оценкам общий объем инвестиций в эти проекты составляет порядка 40 млрд долларов. Уже подготовлены 2 контракта на 2,5 млрд долларов. Они включают строительство двух ТЭЦ (4 блока по 350 МВт),а также реконструкцию железнодорожной линии.

Перспективными направлениями в сотрудничестве России и Ирана Александр Новак также назвал совместную сборку автомобилей, поставки российских вагонов и самолетов в Иран и халяльной продукции на российский рынок.

В ходе первого дня Петербургского международного форума Александр Новак принял участие в Саммите глав энергетических компаний. «Несмотря на то, что в Дохе не было принято решений, необходимо развивать диалог с ОПЕК. Россия как крупнейшая страна-экспортер должна обсуждать текущие проблемы, которые стоят на отраслевой повестке дня. Поэтому потребность в общении с коллегами из ОПЕК и мониторинге текущей ситуации у нас, безусловно, есть», - подчеркнул глава Минэнерго России, выступая на саммите.

Александр Новак и Министр промышленности, шахт и торговли Ирана Мохаммад Реза Нематзаде обсудили вопросы двустороннего сотрудничества.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак и Министр промышленности, шахт и торговли Исламской Республики Иран Мохаммад Реза Нематзаде обсудили вопросы двустороннего сотрудничества.

Речь шла о создании условий для расширения сотрудничества, а также текущем взаимодействии в различных отраслях, в том числе, в энергетике.

Было отмечено, что у стран имеется значительный объем общих интересов: рост технологической эффективности экономики, выход на новые рынки, взаимодействие с ФСЭГ и ОПЕК.

Александр Новак дал интервью телеканалу РБК.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью телеканалу РБК рассказал о ситуации на нефтяном рынке, перспективах внедрения налога на финансовый результат в нефтяной отрасли России, перспективах решения проблемы долга РАО ЭС Востока и ситуации с поставками газа на территорию Украины.

Говоря о глобальном нефтяном рынке, Министр энергетики отметил, что сейчас наблюдается его краткосрочная стабилизация.

"Мы находимся в конце цикла снижения цен из-за перепроизводства на рынке. Избыток в 1,5 млн баррелей в сутки остается на рынке, но мы видим, что из-за чрезвычайных происшествий - пожары в Канаде, нестабильность в Ливии и Нигерии - поставки на рынок сократились на 2,8 млн б/с. Баланс спроса и предложения в краткосрочном периоде пришел к равновесию. Остаются неопределенности на второе полугодие на фоне восстановления добычи", - отметил Александр Новак.

По мнению Министра энергетики, средняя цена не нефть в 2016 г. будет в диапазоне $40-50 за баррель Brent, в 2017 г. - около $50, однако остаются факторы неопределенности, в частности политика ФРС США в отношении ключевой ставки.

Отвечая на вопрос о влиянии ОПЕК на рынок, Александр Новак отметил, что организация продолжает оставаться важнейшим игроком на рынке, даже несмотря на отсутствие практических решений по его регулированию.

Добыча нефти в России в нынешнем году увеличится по сравнению с прошлым.

"Сейчас мы наблюдаем рост на 2,3% по отношению к аналогичному периоду 2015 г. Это результат вложений в проекты в период высоких цен, несколько крупных месторождений будут введены и в нынешнем году, - заявил Александр Новак.

По словам Министра энергетики, девальвация рубля позволила нефтяным компаниям сохранить высокий уровень инвестиций в 2015 г.: совокупно они составили 1,1 трлн руб. В 2016 г. объем инвестиций ожидается примерно на том же уровне.

Для повышения коэффициента извлечения нефти на действующих месторождениях необходимо внедрение налога на финансовый результат.

"Стоимость бурения на различных месторождениях может отличаться в несколько раз. В результате внедрения НФР в рентабельную разработку будут вовлечены дополнительно 10 млрд. баррелей только в Западной Сибири. Сегодня в этом регионе рассматривается 10-15 потенциальных пилотных проектов НФР", - заявил Александр Новак.

Говоря о ситуации с РАО ЭС Востока, Министр энергетики отметил, что существующая долговая нагрузка на компанию, доставшаяся ей еще в момент разделения РАО ЕЭС России, мешает компании нормально развиваться.

"Рассматриваются различные варианты решения проблемы", - отметил Министр энергетики.

В разговоре о поставках газа на территорию Украины, Александр Новак подчеркнул, что действующий контракт не будет пересматриваться.

"Нынешний уровень контрактных цен абсолютно конкурентоспособен и комфортен для Украины", - заявил Александр Новак.

«Санкции скоро отменят, и с Россией надо работать очень активно»

Интервью с гендиректором РФПИ Кириллом Дмитриевым

В первый день работы ПМЭФ-2016 Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ) совместно с арабскими фондами подписали соглашение о покупке доли в «Вертолетах России» у «Ростеха». Об итогах пяти лет работы фонда и предстоящей встрече инвесторов с президентом Владимиром Путиным в интервью «Газете.Ru» рассказал гендиректор РФПИ Кирилл Дмитриев.

— С кем уже подписали соглашение сегодня утром? Что нас ожидает дальше?

— Во-первых, с арабскими партнерами мы достигли окончательных договоренностей об инвестициях в холдинг «Вертолеты России», который объединил все вертолетные компетенции страны и показывает хорошую динамику. Мы считаем, что сделка поможет этой компании более активно продвигать продукцию на зарубежные рынки, в том числе Ближнего Востока.

Во-вторых, мы объявляем о другой важной сделке — это инвестиции в компанию «Националь» (лидер по производству риса в России). Как видите, мы продолжаем инвестировать в агросектор. Ранее совместно с тайской CP Group мы инвестировали в птицефабрику в Ленинградской области, объявили о строительстве самого крупного молочного завода (стоимость $1 млрд).

Также мы будем инвестировать вместе с китайскими инвесторами в очень важный проект по продвижению созданного в России медицинского робота на территорию Китая и другие рынки. Фактически этот рынок монополизирован роботом Da Vinci. Это хороший робот, но мы считаем, что наш российский лучше. Мы также объявим о ряде сделок с французскими, итальянскими партнерами.

На Питерском форуме мы подпишем сделки на сумму около $1,5–2 млрд. В целом можно сказать, что инвесторы очень заинтересованы в России, чей публичный рынок вырос на 40% за последние пять месяцев. Многие западные партнеры считают, что санкции контрпродуктивны, их надо снимать.

— На сегодня у вас запланирована встреча с президентом России Владимиром Путиным совместно с зарубежными инвесторами. Что планируете обсудить?

— Здесь мы отмечаем 5-летие РФПИ, при этом уже в статусе суверенного фонда России (соответствующий закон был подписан президентом в июне). С Владимиром Путиным это будет уже шестая по счету встреча. Обсудим, как повышать рост, эффективность и технологии в России за счет инвестиций. На встрече будут присутствовать инвесторы, под чьим управлением находится капитал в более $10 трлн. В два раза больше, чем в прошлом году. Для инвесторов важно услышать мнение президента о мерах, которые предпринимаются, чтобы страна восстановила траекторию экономического роста.

— Какую доходность на текущий момент фонд может предложить инвесторам?

— У нас очень хорошая доходность в рублях. Например, из Московской биржи мы вышли с доходностью 23%, из «Ростелекома» — 33%, из АЛРОСА — 37% годовых в рублях. Мы также показываем положительную долларовую доходность, что довольно удивительно для большинства наших партнеров с учетом девальвации рубля. Мы недавно смотрели цифры по одному из наших партнеров, который инвестировал с нами в 17 проектов, у него очень позитивная долларовая доходность, намного выше той, что за последние три года он получал на других рынках.

— Как девальвация рубля в целом повлияла на настроения инвесторов?

— Девальвация изначально воспринималась очень тяжело, ведь стабильность валюты является важным критерием. Многие наши партнеры сделали серьезную инвестиционную паузу. Но потом рубль стабилизировался и сейчас показывает хорошую динамику. Инвесторы видят, что произошедшая девальвация сделала некоторые сектора в России более конкурентоспособными. Например, в агросекторе наша продукция стала одной из самых дешевых в мире. Наш шинный завод производит одни из самых дешевых шин.

— В стране был объявлен разворот на Восток, однако складывается ощущение, что с Ближнем Востоком наладить отношения оказалось намного быстрее, чем с инвесторами из КНР и Японии. Ожидаются ли прорывные решения на азиатском направлении?

— Изначально мы сфокусировались на арабских партнерах, потому что они фактически никогда не инвестировали в Россию. Мы сумели мобилизовать этот капитал, убедить, что Россия является интересным рынком. И сейчас партнеры из ОАЭ и Саудовской Аравии делают с нами по 15–17 сделок.

Мы считаем, что Япония может быть важным и хорошим инвестором, в том числе на Дальнем Востоке. Совместно с КНР мы создали Российско-китайский инвестиционный фонд (РКИФ), который сделал уже более десяти сделок. Например, мы инвестируем в мост между Россией и Китаем. Но мы считаем, что это взаимодействие надо усиливать. И здесь очень важным будет визит президента 25 июня в Китай. Там будет подписано много новых инвестиционных соглашений.

Позитивный политический настрой должен преобразовываться в сделки между госкомпаниями и инвесторами.

Надо ускорять темпы взаимодействия с Китаем, объяснять китайским коллегам, что интерпретация санкций у них иногда бывает даже строже, чем у многих европейских партнеров. Санкции скоро будут отменены, а с Россией надо взаимодействовать очень активно.

Юлия Калачихина, Александр Орлов 

Россия > Авиапром, автопром > gazeta.ru, 16 июня 2016 > № 1803790 Кирилл Дмитриев

Эджеи: виновные в нападении на саудовское посольство предстанут перед судом

Пресс-секретарь Верховного суда Исламской Республики Иран Голам Хоссейн Мохсени Эджеи объявил, что обвиняемые в участии в январском нападении на саудовское посольство в Тегеране предстанут перед судом в середине июля.

По словам Эджеи, суд над ответчиками будет проведен 18 июля в Тегеране. Обвинение было предъявлено 48 демонстрантам.

Ранее заместитель министра внутренних дел Хоссейн Зольфакари сообщил, что 21 января главный организатор нападения на саудовское посольство был пойман за пределами Ирана и был допрошен после выдачи стране.

Как сообщал Iran.ru, 3 января демонстранты напали на посольство Саудовской Аравии в Тегеране в знак протеста против исполнения Эр-Риядом смертного приговора знаменитому шиитскому священнослужителю Шейху Нимру аль-Нимра. Полиция арестовала участников нападения, и президент Хасан Роухани впоследствии осудил поведение демонстрантов.

Министерство иностранных дел ОАЭ объявило о прекращении участия войск страны в операциях коалиции в Йемене.

Вооруженные силы Объединенных Арабских Эмиратов больше не будут принимать участие в операциях аравийской коалиции в Йемене в поддержку правительственных сил. С соответствующим заявлением выступил в среду госминистр иностранных дел страны Анвар Гаргаш.

«Наша позиция сегодня ясна: война закончена для наших солдат. Сейчас мы следим за событиями на политической арене и оказываем поддержку йеменцам на освобожденных территориях», - сказал он. По его мнению, участникам коалиции удалось выполнить свою задачу - «освободить большое число провинций, в частности Аден и Мариб, а также избавить Эль-Мукаллу (административный центр провинции Хадрамаут) от террористов «Аль-Каиды» (запрещена в РФ - прим. ТАСС)". Гаргаш при этом подчеркнул, что ОАЭ сыграла в достижении этих результатов очень важную роль.

Кризис в Йемене не прекращается с августа 2014 года, однако в наиболее активную фазу он перешел с началом вторжения в марте 2015 года аравийской коалиции, которую возглавил Эр-Рияд, поддержавшей правительство страны и президента Абд Раббо Мансура Хади в конфликте с шиитскими мятежниками (хуситами). В военной операции приняли участие ВС ОАЭ, Бахрейна, Катара и Кувейта, помощь им также оказывали Египет, Иордания, Марокко и Судан.

Несмотря на то, что в Йемене с 11 апреля действует режим прекращения огня, между сторонами конфликта периодически происходят столкновения. При этом ВВС стран коалиции продолжают наносить авиаудары.

По данным СМИ, с начала операции в Йемене погибли порядка 80 военнослужащих ОАЭ. В общей сложности жертвами конфликта стали более семи тысяч человек.

Встреча с членами международного экспертного совета РФПИ и представителями международного инвестиционного сообщества.

Владимир Путин встретился с членами международного экспертного совета Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) и представителями международного инвестиционного сообщества.

Глава государства, в частности, отметил, что за время своего существования РФПИ сумел добиться значимых результатов, в том числе привлёк в российскую экономику свыше 760 миллиардов рублей.

По словам Президента, государство планирует обеспечить докапитализацию РФПИ за счёт дополнительных средств, полученных от продажи пакетов акций государственных компаний.

* * *

В.Путин: Добрый день, уважаемые друзья! Дамы и господа!

Позвольте мне всех вас приветствовать ещё раз в Петербурге.

Здесь собрались руководителей ведущих мировых инвестиционных и суверенных фондов из Европы, Соединённых Штатов Америки, Азии, Ближнего Востока.

Наши встречи на полях Петербургского экономического форума уже стали доброй традицией. Хотел бы обменяться с вами мнениями по самому широкому кругу вопросов, обсудить те возможности, которые открываются в России для выгодных инвестиций и привлечения капиталов. Безусловно, для тех, кто планирует инвестировать в Россию, кто уже это делает, будут небезынтересны наши собственные оценки положения в нашей экономике. В этой связи буквально два слова хотел бы сказать об этом.

Мы практически преодолели спад. Созданы базовые условия для выхода на траекторию роста. Удалось обеспечить макроэкономическую стабильность. Существенно снизилась инфляция.

Мы практически преодолели спад. Созданы базовые условия для выхода на траекторию роста. Удалось обеспечить макроэкономическую стабильность. Существенно снизилась инфляция. Действия Банка России позволили сохранить и высокий уровень золотовалютных резервов. У нас, как известно, один из самых низких показателей по долгу по отношению к ВВП страны.

Экономика адаптировалась к новым условиям. Более того, она получила конкурентные преимущества в результате введения гибкого курса национальной валюты. Несмотря на объективные сложности, а они, безусловно, тоже есть, мы не стали вводить ограничения на движение капиталов. И хочу подчеркнуть это, уважаемые друзья, мы и не собираемся этого делать. Российский финансовый рынок остаётся самым открытым из развивающихся рынков.

И, кстати, наш рынок акций – один из немногих в мире – заметно вырос и в прошлом году, и в первые пять месяцев текущего года. Объёмы торгов на фондовом рынке по отдельным классам активов существенно увеличились. При этом в них всё шире участвуют иностранные инвесторы.

Хорошие возможности для инвестиций сейчас открываются в самых разных отраслях нашей экономики: промышленности, сельском хозяйстве, инфраструктуре. При этом значительный потенциал к росту имеют прежде всего производства с высокой добавленной стоимостью.

Так, темпы роста капитализации некоторых российских компаний в химической отрасли, приборостроении за последние три года составили 30–40 процентов и выше.

В рамках программ импортозамещения мы создаём в России сильные предприятия, способные успешно конкурировать на внешних рынках. Чтобы повысить их эффективность, намерены провести серьёзное технологическое обновление. И поэтому заинтересованы в том, чтобы вместе с капиталами к нам, конечно, приходили и современные технологии. Понятно, что этот процесс должен быть взаимовыгодным, поэтому мы предлагаем удобные инструменты.

Одним из них является специальный инвестиционный контракт, в рамках которого за инвесторами закрепляется обязательство повышать технологический уровень, локализацию производства в России, увеличивать долю экспорта производимой продукции. А взамен предоставляются долгосрочные гарантии, льготы и другие преференции.

Видим хорошие возможности для инвестиций и на так называемых новых рынках, формирование которых определяет мощное развитие передовых технологий. У нас здесь есть серьёзные заделы, и мы могли бы совместно реализовать интересные для всех проекты.

О создании РФПИ мы объявили пять лет назад именно здесь, в Петербурге. Фонд сумел добиться значимых результатов, в том числе привлёк в российскую экономику свыше 760 миллиардов рублей.

В прошлом году почти 40 процентов прямых иностранных инвестиций в российскую экономику пришлось на проекты Российского фонда прямых инвестиций. Напомню, что о создании РФПИ мы объявили пять лет назад именно здесь, в Петербурге. За это время Фонд сумел добиться значимых результатов, в том числе привлёк в российскую экономику свыше 760 миллиардов рублей, сформировал долгосрочные партнёрства с инвесторами, многие из которых ранее никогда не вкладывались в Россию. При этом инвестиции РФПИ неизменно демонстрируют высокий уровень доходности – в среднем 30 процентов. А проекты, в которые вложены средства Фонда, показывают хорошую динамику.

Знаю, что многие из присутствующих в этом зале успешно уже реализуют свои проекты и сотрудничают с РФПИ. Так, совместно с Суверенным фондом Объединённых Арабских Эмиратов проведено 17 сделок. Коллеги из Саудовской Аравии выделили сумму в 10 миллиардов долларов для реализации проектов в России. Суверенный фонд Кувейта, автоматически участвующий в каждой сделке РФПИ, вдвое увеличил объём средств в рамках этого сотрудничества. Это безусловное проявление высокого доверия к Фонду, и к России в целом.

Совместно с партнёрами РФПИ удалось запустить реализацию целого ряда знаковых проектов. Так, инвестиции РФПИ совместно с коллегами с Ближнего Востока в холдинг «Вертолёты России» будут способствовать расширению присутствия наших компаний на международных рынках. Отмечу участие Фонда в программах импортозамещения. Вместе с партнёрами, например, из Таиланда Фонд вложил средства в комплекс птицефабрик в той области, где мы сейчас находимся, – в Ленинградской области. В планах строительство в другой российской области крупнейшего в России молочного комбината, вкладывается миллиард долларов. Кстати, эти агропромышленные проекты служат хорошим примером того, как вместе с капиталами в Россию приходят и передовые компетенции.

Сообщу, что недавно принят закон, который придаст Российскому фонду прямых инвестиций статус суверенного фонда России. Это позволит вывести его работу на качественно новый уровень, решит вопрос с расширением набора инструментов работы фонда, придаст ему более независимый, а значит, более устойчивый характер. И уверен, это повысит интерес к сотрудничеству с Россией, к вложениям в российские активы. Отмечу также и то, что за счёт дополнительных средств, полученных от продажи пакетов акций государственных компаний, мы планируем обеспечить докапитализацию РФПИ.

Сегодня мы разговаривали с членами Правительства Российской Федерации, с Министром экономического развития. Правительство эту идею поддерживает, и мы посмотрим, какие конкретно активы, от реализации которых мы получим дополнительные средства, – прошу Министерство финансов не напрягаться, – понятно, что основные средства должны пойти в доходную часть бюджета, как и предусмотрено законом о бюджете, но если мы получим дополнительные средства, повторяю, они пойдут на докапитализацию фонда.

Надеюсь, что нам с вами удастся сегодня, как в прежние годы, откровенно поговорить по всем вопросам, которые вас интересуют, и это, безусловно, пойдёт на пользу нашему сотрудничеству, увеличит ваш интерес к нашей совместной работе.

К.Дмитриев: Уважаемый Владимир Владимирович! Коллеги, партнёры!

Сегодня действительно происходит самая крупная встреча в мире глав ведущих суверенных фондов и долгосрочных инвесторов. В этом зале присутствуют инвесторы, управляющие капиталом более чем 10 триллионов долларов, это в два раза больше, чем в прошлом году. Они из 18 стран, и сегодня присутствуют 20 новых участников.

Это встреча показывает, что интерес к инвестициям в Россию значителен. И мы всё чаще слышим голоса, в том числе европейского бизнеса, о том, что санкции контрпродуктивны. И продолжаем работать не только с нашими азиатскими и ближневосточными партнёрами, но и с нашими европейскими партнёрами.

Завтра мы объявим о нашей первой российско-французской сделке – это инвестиции в компанию Arc c целью строительства завода в Калининграде. Мы также завтра подпишем соглашение о нашей очередной инвестиции с итальянскими партнёрами – это строительство корпуса больницы № 40 в Санкт-Петербурге. Мы активно работаем с партнёрами в Германии, здесь присутствует господин Бюхеле, который представляет Восточный комитет германской экономики.

Для нас действительно очень важно, что принятый закон помогает РФПИ делать ещё больше. И мы хотели коротко подвести пятилетние итоги, потому что за пять лет с сегодняшними сделками мы уже проинвестировали 850 миллиардов рублей с коэффициентом 1 к 10, на каждый наш рубль мы привлекли десять от наших иностранных партнёров и банков. Только за прошлый год мы одобрили инвестиций на 540 миллиардов рублей – это в три раза больше, чем за предыдущие три года. И мы привлекли 27 миллиардов долларов в совместные фонды.

Сегодня мы объявили о шести новых сделках на Петербургском экономическом форуме. Это сделка инвестиций в «Вертолёты России», о которых уже упоминал Владимир Владимирович; инвестицию в компанию «Националь» – это ведущий производитель риса в России, мы верим в агросектор; инвестицию вместе с китайскими партнёрами в компанию, которая будет производить медицинских роботов для хирургических операций. Первый проект в рамках программы «Инвестлифт» для среднего бизнеса – это компания «Герофарм», которая производит инсулин, а также те сделки с итальянскими и французскими партнёрами, «Клиника 40» и Arc, о которых я упоминал.

Мы начали инвестировать за пределами России. В частности, проинвестировали в китайскую компанию DiDi Taxi. Буквально недавно Apple проинвестировала в эту компанию миллиард долларов по оценке в три раза выше, чем наша. Наш портфель, как Владимир Владимирович уже упоминал, показывает позитивную доходность не только в рублях, но и в долларах. В частности, у нас были все позитивные выходы из трёх инвестиций – выше 20 процентов годовых. «Детский мир» вырос в четыре раза в первом квартале по сравнению с прошлым годом, что показывает значимый рост российских компаний.

И, завершая, мы действительно призываем инвесторов активно инвестировать в Россию. Многие из вас стали активно входить в рынок пять месяцев назад и увидели, что он вырос на 40 процентов в долларовом эквиваленте буквально за последние четыре месяца. Мы действительно создали уникальную сеть с партнёрами, которые присутствуют здесь, и сегодня хотели бы обсудить три основные темы.

Первая тема – это рост, как использовать инвестиции, чтобы стимулировать рост. Вторая тема – это эффективность, как использовать инвестиции, чтобы повышать эффективность. И третья тема – это технологии, о которых Владимир Владимирович говорил, как использовать инвестиции для того, чтобы привлекать технологии.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 16 июня 2016 > № 1795511

Кризис беженцев не закончится, пока идут гражданские войны

Brookings. Кеннет Поллак, эксперт по Ближнему Востоку и военно-политическим вопросам Ирака, Ирана, Саудовской Аравии и других стран Персидского залива, старший научный сотрудник Центра по ближневосточной политике в Институте Брукингса

Нет никаких сомнений в том, что Соединенные Штаты и многие другие страны Европы, Азии и Ближнего Востока могут сделать гораздо больше для того, чтобы справиться с миграционным кризисом, причиной которого стали гражданские войны: строить больше комфортных лагерей; предоставлять более качественные продукты питания, медикаменты и другую гуманитарную помощь; установить более высокий уровень безопасности для лагерей и других поселений беженцев; и просто принять больше беженцев на территории как приграничных государств, так удаленных от границ. Эти и другие шаги могли бы облегчить участь огромного количества людей, спасающихся от ужасов гражданской войны в Сирии. Это те действия, которые мы можем и должны предпринять.

Однако есть несколько важных «но», над которыми следует хорошо подумать. Во-первых, безусловно, Сирия находится в крайне сложной ситуации, но она является лишь частью регионального кризиса беженцев. Почти 12 миллионов сирийцев стали внутренне перемещенными лицами или покинули территорию страны, тем не менее, гражданские войны вынудили стать беженцами 4,2 миллиона иракцев, 2,2 миллиона йеменцев, и, по меньшей мере, 1 миллион ливийцев. А вдобавок ко всему, еще и 5 миллионов палестинцев и 4 миллиона суданцев, бежавших от войн в их странах еще раньше.

Во-вторых, даже если бы международное сообщество делало в 10 раз больше, чтобы помочь сирийским беженцам (и беженцам из других стран Ближнего Востока), чем делает сейчас, это было бы лишь каплей в море. Даже если США примут 8 000 или 80 000 беженцев, они едва ли смогут разместить миллионы. Более того, до тех пор, пока все эти гражданские войны будут продолжаться, беженцев будет становиться все больше и больше. Даже если бы удалось разместить 4 миллиона сирийцев, которые бежали из своей страны до настоящего момента, куда девать миллионы сирийцев, которые, скорее всего, покинут Сирию в ближайшие 5 лет?

И это не говоря о тех 400 000, которые погибли в Сирии с 2011 года, и еще сотнях тысяч, которые могут погибнуть в ближайшие пять лет, если война будет продолжаться.

Если мы действительно хотим решить гуманитарный кризис, возникший в результате сирийской гражданской войны, и остановить разрушительные последствия для Турции, Иордании, Ирака, Ливана и Европы, единственный способ сделать это должным образом - положить конец гражданской войне.

Проблема заключается в том, что существует миф о невозможности одной стране положить конец гражданской войне в другой стране. Мы делали это раньше, в Боснии, в Косово, и (к сожалению, только временно) в Ираке. Другие страны делали это в Восточном Тиморе, Камбодже, Ливане и в других местах. Как я и выдающийся специалистом по гражданским войнам Барбара Уолтер писали ранее, вполне возможно придумать стратегию, которая позволила бы Соединенным Штатам и их союзникам согласованно положить конец гражданской войне в Сирии (Ираке, Ливии, и, возможно, в Йемене).

Конечно, сделать будет это не так быстро и просто, но процесс не должен стать столь же губительно дорогим, как наше фиаско в Ираке или же бесконечная неудачная афганская кампания. Действительно, оба эти конфликта проходили таким образом, потому что Соединенные Штаты упорно отказывались применить опыт предыдущих гражданских войн в этих конфликтах. К сожалению, мы решительно повторяем ту же самую ошибку в Сирии, отказавшись принять один подход, который, как показывает история, может быть эффективным.

С 2011 года я неоднократно говорил о том, что реалистическая американская стратегия по отношению к сирийской гражданской войне должна базироваться на основе исторических материалах о 150 гражданских войнах, происходивших в XX-XXI вв. Мне очень помогли работы, посвященные гражданским войнам, за авторством разных ученых, которые еще задолго до событий 11 сентября начали собирать материалы по этой теме.

Гражданские войны не терпят полумер

Одним из наиболее важных уроков этой науки является то, что гражданские войны не терпят полумер. Существует один подход, который третьи стороны использовали для окончания гражданской войны путем мирных переговоров. Он работал не столько на то, чтобы завершить конфликты, сколько на то, чтобы создать условия, при которых вероятность новой вспышки в течение нескольких лет была бы сведена к нулю. В случае Сирии, если Запад не хочет вмешиваться и оккупировать страну, как мы это делали в Ираке и Боснии, то единственной реальной альтернативой является построение разумной, способной, условно вооруженной и организованной новой сирийской армии оппозиции. Поддержка США с воздуха, советников, разведки и материально-технического обеспечения – такая сила может победить ДАИШ, Джабхат ан-Нусру и все другие враждебные силы, в том числе режим Асада, а политический процесс в стране будет проводиться снизу вверх.

Все это выглядит довольно затруднительным, и это в самом деле будет нелегко, но это далеко не невозможно. История гражданских войн свидетельствует о том, что это единственная стратегия, которая может реально сработать. Я боюсь, что если мы не будем сейчас делать то, что трудно, но может сработать, то через пять лет мы будем проводить еще одну конференцию на тему сирийского миграционного кризиса, потому что ситуация настолько ухудшится, что построить политический процесс снизу вверх для контроля ситуации станет невозможно.

Saudi Arabia is Knee-Deep in Yemeni Blood

Martin Berger

The White House’s campaign to establish unconditional control over both national and international media sources manifests itself in a number of ways. These sources only publish article on topics that suit Washington’s agenda, while outright ignoring all others.

If you take a look at the coverage of events in Syria, you will inevitably run across heavy criticism of the steps that Russia and the Syrian government are taking, while leaving Turkey’s continuous support of ISIS unreported entirely. If you take a look at Western media articles that are covering the situation in Iraq, you will be plunged into a world of bravado-heroism of US actions in this countries, while finding no mention of Washington’s role in the creation of the never-ending bloodshed unfolding in Iraq in the first place.

As for the steps that Washington’s puppets take, they are rarely mentioned and certainly never criticized, in a bid to avoid Washington’s discontent and the subsequent withdrawal of “additional funding” these sources get.

That’s the reason you will rarely see any mention of the conflict initiated by the Nobel Peace Laureate US President Barack Obama in Yemen. It’s as if over the past 15 months Saudi Arabia hasn’t subjected millions of Yemenis to bitter, unbearable suffering through the barbaric bombing of urban areas and civilian infrastructure, using a diverse arsenal of weapons that Washington sold to Riyadh to its full potential. According to a Foreign Policy article, since November 2013, the US Defense Department has authorized more than 35.7 billion dollars in major arms deals to Saudi Arabia.

The Saudi military intervention in Yemen has resulted in the death of at least 8,000, while some 30,000 have been left badly injured. The systematic attacks on hospitals and medical centers in Yemen are obviously a blatant example of Saudi war crimes that should not simply be stopped, but those responsible also brought to face justice.

Western media sources keep silent even when the spokesman of the Yemeni Ministry of Defence announced that Saudi aircraft subjected the Lahij governorate to a massive bombardment which resulted in civilian casualties, including two women and a child. On the same day, yet another series of strikes destroyed a mineral water factory in the same governorate. A number of other governorates has been subjected to the same treatment which has resulted in a large number of civilians killed on just one day. Saudi tanks and artillery were shelling a local school in the Taiz governorate for hours, along with the buildings housing the mission to monitor the compliance with the cease-fire, which resulted in its inability to deliver humanitarian aid to the local population. In the Shabwah governorate, Saudi coalition forces destroyed a power generator and a number of houses with mortar fire, exacerbating the misery and suffering of local inhabitants. Mind you, that this is a summary of a single day of Saudi military operations in Yemen.

Regardless of this fact, Saudi Arabia remains the closest ally to both the the United Kingdom and the United States, even though it has deliberately violated a number of humanitarian conventions over the last year. Thousands of civilians have been killed or injured while attempting to seek refugee in civilian areas, protected by the norms of the Geneva Convention. The deliberate shelling of hospitals, schools and mosques constitutes a war crime, no matter how certain interests would like to turn a blind eye to this fact.

Human Rights Watch has repeatedly noted that Saudi forces have been using cluster munitions for the bombardment of the Yemeni capital – Sana’a, even though the use of such weapons is strictly prohibited in urban areas by international law. The UN High Commissioner for Human Rights Prince Zeid bin Ra’ad and the UN Security Council human rights experts have already presented a long list of evidence that suggests that Saudi Arabia has been committing war crimes in Yemen deliberately, while fearing no retribution.

According to Prince Zeid bin Ra’ad, the Saudi-led coalition is responsible for twice the number of civilian casualties than all other parties of the conflict combined. On June 3, the UN Secretary General Ban Ki-moon has put Saudi Arabia on a “black list” of countries and groups in connection with the murder of 510 children in Yemen.

Any country that commits such atrocities must be held responsible for its actions in international court. But while Saudi Arabia enjoys the protection of Washington, while trying to bribe and deflect any investigation into its criminal actions with its vast reserve of petrodollars, it remains confident that it can safely carry on with its barbaric actions in Yemen. It’s curious that nobody has mentioned the fact that since the United States sold cluster bombs to Saudi Arabia, it has the right to make the decision on whether those should be used against civilian targets in Yemen. Therefore, Washington feels entitled to decide the fate of this sovereign state and its citizens, as if the international community and its laws never existed. While the killing of thousands of civilians in Yemen goes unpunished, it’s high time to demand the international community and a number of international institutions to wake up and put an end to this barbarism.

Катар: ветер перемен или косметические правки?

Владимир Симонов

После кадровых изменений в начале с.г., когда многие видные представители второго по значению после семьи эмира Аль Тани катарского клана Аль-Аттыйя, были заменены на членов правящей династии, некоторые эксперты на Западе и в России поспешили сделать вывод, что это может означать изменение внешней политики газового эмирата. Ведь не было тайной, что сирийских боевиков «крышевали» конкретные люди из руководства Катара и прежде всего глава МИДа Халед аль-Аттыйя. Именно под его контролем находились боевики из ДАИШ и «Джабхат ан-Нусра». Заодно на Синае на катарские деньги организована террористическая война против египетской армии и руководства АРЕ.

Клан аль-Атыйя не просто влиятельный, но и весьма богатый, учитывая, что его глава – Абдалла аль-Аттыйя, является «отцом» катарского СПГ, долгое время был вице-премьером и министром энергетики страны, а затем руководителем канцелярии эмира и главным «борцом» с коррупцией. На него опиралась жена бывшего и мать нынешнего эмира шейха Муза, а также американский гигант «ЭкссонМобил» – главный игрок в энергетической экономике эмирата. И лишь с прибытием российских ВКС в октябре 2015 года в Сирию началось падение влияния этого клана, поскольку провалились ожидания от многомиллиардных вложений в свержение Б.Асада, выделенных во многом по совету клана Аль-Аттыйя. Сошли на «нет» надежды на то, что катарцы протянут газовую трубу через САР в Турцию, и Доха с Анкарой смогут непосредственно влиять на энергетическую безопасность ЕС (тоже планы Абдаллы Аль-Аттыйи).

Катар сейчас вынужден возить и оплачивать боевиков ДАИШ либо на гражданскую войну в Ливию против проегипетских группировок, либо в Йемен, где он вместе с Саудовской Аравией воюет против хуситов. А ведь в августе–сентябре прошлого года казалось: вот-вот Доха разделит вместе с другими поджигателями «арабской весны» сферы влияния, в арабском мире, но многолетний проект «цветных революций», запущенный в начале 2011 года оказался на грани тотального крушения из-за ВКС России. А молодой эмир Тамим слишком юн по всем арабским понятиям, да к тому же болен сахарным диабетом. Вот ему и пришлось ради косметических правок менять кадровую ситуацию.

Причем он это сделал сразу после своего официального визита в Москву и переговоров с В.Путиным 17 -19 января с.г. Глава МИД Халед аль-Аттыйя стал госминистром обороны Катара. А этот пост – почетная отставка. В Катаре министерство обороны не столь весомо, как МИД. Тем более что министром является сам эмир. А главное военное лицо – начальник генштаба. Причем Халеда заменили на члена правящей династии Аль-Тани. А до него должность госминистра обороны занимал другой Аль-Аттыйя – Хамад, который был и начальником генштаба. После своего увольнения с этого поста Хамад бен Али аль-Атыйя сосредоточился на теме развития своих «семейных» фирм в рамках их сотрудничества с западными партнерами. Причем это увольнение было санкционировано лично эмиром, который решил сосредоточить в своих руках еще и все оборонные вопросы, что породило на Западе устойчивые слухи о том, что правитель Катара меняет систему посредников в рамках заключения контрактов с западными фирмами.

Опасения этого подкреплялись и недавней аналогичной саудовской историей с рокировкой фактически всей системы посреднических фирм КСА, которую король Сальман провел незамедлительно после своего прихода на престол. Это касалось, прежде всего, так называемых местных «бизнес-якорей». То есть бизнесменов, которые, как правило, не являются подданными КСА, но близки к королю, и через которых в основном и идет заключение тех или иных контрактов с западными компаниями. Они должны вначале обсудить с западными бизнесменами все щекотливые юридические аспекты с не очень чистоплотными финансовыми схемами той или иной сделки, и уже потом выдать «куратору» из правящей семьи готовый сценарий контракта.

Эта система, типичная для всех аравийских монархий, позволяет сконцентрировать в одних руках весь пакет контрактов и одновременно дистанцирует ту или иную монаршую особу от возможных неприятных ситуаций.

В КСА роль «бизнес-якоря» предыдущего короля Абдаллы играли ливанские бизнесмены братья Фусток. С приходом Сальмана вся их система посредничества была разрушена, что особенно было заметно на примере контрактов с французскими бизнесменами.

Вот и эмир Катара сейчас сконцентрировал в своих руках основной портфель контрактов в сфере ВТС. Это связано с планируемой модернизацией катарских вооруженных сил, а также усилением сотрудничества в области военно-технического сотрудничества с Анкарой. В частности, именно фонды и компании эмира Катара будут курировать вопросы строительства в Катаре военной базы Турции. То же самое касается и рассуждений о смене внешнеполитического курса Катара в связи с этими перестановками. Этот курс может тактически корректироваться в зависимости от складывающейся ситуации, но никогда не будет меняться кардинально.

Но последние нынешние рокировки никоим образом не затронули основную систему кланового равновесия в Катаре. Семья Атыйя как была, так и остается главным союзником правящей семьи Аль Тани. Хотя она несколько потеряла свое влияние. Хамада бен Али аль-Атыйя назначили советником эмира по военным вопросам, что должно помочь сохранить его статус в среде иностранных бизнесменов.

Именно клан Аль-Аттыйя на Западе рассматривают, как своего основного лоббиста в Дохе. Более того, основанная им в 1992 году собственная компания «Аль-Атыйя трейд компании» продолжает наращивать усилия не только в сырьевых секторах экономики. Именно через эту компанию в настоящее время проходят процедуры по заключению контрактов европейскими и канадскими компаниями через дочерние фирмы «Европейская торговая компания» (ЕОКП) и Prodev (Канада). У фирмы Х.аль-Атыйи совместное предприятие с британской частной охранной фирмой G4s. Среди партнеров Хамада аль-Атыйи такие компании, как Vodafone и InterContinental. Кроме того, «дочка» «Аль-Атыйя трейд компании» «Дакс экспресс» уже предоставляет услуги по перевозке грузов в США с базы ВВС «Аль-Удейд», которая является самым крупным военным центром Пентагона в регионе Ближнего Востока.

При этом его предыдущая деятельность была связана с ВТС в основном с тем, что он передал «по наследству» своему родственнику, как и все свои наработанные связи в этой области. А их у Хамада аль-Атыйи много. Он был вовлечен в переговоры с французской Dassault в мае 2015 года по закупке 24 истребителей «Рафаль». Он также заключил сделку в июле 2014 года с тогдашним министром обороны США Ч.Хейгелом по закупкам комплексов ПРО «Пэтриот», противотанковых ракет и вертолетов «Апач».

Смещение Х. аль-Атыйи связано скорее просто с желанием эмира убрать из власти близких компаньонов его отца и замены их на молодые кадры, не нарушая при этом основной расстановки сил катарских кланов. Клан Атыйя таким образом сохраняет свои позиции в нефтегазовом секторе и в сфере ВТС. Так что о какой-то кардинальной смене векторов в нынешнем катарском руководстве говорить пока преждевременно.

И что важнее всего: по главному вопросу, имеющему как стратегическое внешнеполитическое, так и важнейшее экономическое значение для эмирата – а именно прокладке газопровода из Катара через Сирию и Турцию в ЕС — Доха пока остается ни с чем. Ведь именно из-за этого ситуация в Сирии давно стала не только региональной, но и глобальной проблемой, в том числе нефте- и газотранспортной. Катар более всех заинтересован в том, чтобы через сирийскую территорию была проложена магистраль, которая бы позволила осуществлять экспорт катарского сырья на европейский рынок. Она позволила бы катарцам понизить конкурентоспособность российского «голубого топлива». И не секрет, что Москва и Доха занимают совершенно противоположные позиции по сирийскому вопросу. Катар пытается свергнуть режим Б.Асада, а Россия, напротив, по официальной просьбе законного президента Сирии уничтожает террористов, вызывая этим крайне негативную реакцию катарской стороны.

Так что, несмотря на интенсивные попытки Дохи установить диалог с Москвой, они будут натыкаться неизменно на главное препятствие – эмират остается «врагом» России. Тем более, что его ближайшим союзником в борьбе против правящего режима в Сирии является Турция, а перемещение джихадистов на сирийскую территорию организуется катарцами при содействии Анкары и через турецкую территорию.

На этом фоне энергетический вызов для России со стороны Катара носит куда более угрожающий характер. В сфере газа Катар уже является довольно сильным конкурентом России и, очевидно, будет оставаться таковым в обозримой перспективе. Отсюда понятно, почему Россия занимает пока более чем скромное место среди деловых партнеров Катара, несмотря на щедрые обещания последнего как в сфере инвестиций, так и ВТС. В этой связи любые попытки катарцев наладить конструктивный диалог между Москвой и Дохой просто не имеют смысла, разве что ради искусства самой дипломатии и демонстрации добрых намерений без шанса выйти на какие-либо практические договоренности, пока Катар не откажется от агрессивного курса в регионе, наносящего ущерб интересам России на Ближнем Востоке.

Неудобная подоплёка казахстанских терактов

Автор: Сергей КОЖЕМЯКИН. (Соб. корр. «Правды»). г. Бишкек.

В Казахстане не утихают отзвуки террористических нападений в Актобе. После 5 июня в регионе продолжилась охота на экстремистов, по всей стране введена повышенная степень террористической опасности. Эти события имеют и общеполитические последствия: власти объявили об ужесточении законодательства и развернули аресты «заговорщиков».

Куда ведут нити террора?

Попав в главные новости республики и всего мира 5 июня, город Актобе (бывший Актюбинск) и в последующие дни оставался в центре внимания. Напомним, что в четырёхсоттысячном областном центре была совершена серия вооружённых нападений. Объектами атак стали оружейные магазины, а также войсковая часть национальной гвардии Казахстана. В ходе нападений и перестрелок погибли семь человек, включая трёх военнослужащих. Тринадцать боевиков были уничтожены, девять задержаны.

В рамках объявленной в городе антитеррористической операции удалось ликвидировать ещё нескольких скрывшихся преступников. В ночь с 9 на 10 июня группу экстремистов из четырёх человек блокировали в одной из квартир. В ходе штурма все они были уничтожены. Тогда же ещё один член преступной группы обстрелял патрульную полицейскую машину, но был убит ответным огнём.

Согласно официальной версии, нападавшие являлись членами радикальной салафитской группировки. Об этом сообщил президент Казахстана, выступивший 8 июня с официальным заявлением по поводу событий в Актобе. Как подчеркнул Нурсултан Назарбаев, инструкции террористы «получили из-за рубежа», но откуда именно, уточнять он не стал.

То, что глава государства, а вместе с ним и другие ответственные лица ограничиваются столь скупой информацией, вряд ли можно считать случайностью. Салафизм (или иначе ваххабизм) является официальной религиозной доктриной Саудовской Аравии и Катара. В последние годы это радикальное течение, провозглашающее возврат к «чистому», первоначальному исламу, активно распространялось в Казахстане. По данным председателя комитета по делам религий Галыма Шойкина, в республике насчитывается не менее 15 тысяч приверженцев салафизма. Однако эта цифра весьма приблизительна. Тот же Шойкин оговорился, что «полную информацию о количестве последователей салафизма в Казахстане вам никто не предоставит».

Таким образом, государство не только не контролирует должным образом религиозную сферу, но и закрывает глаза на расширение влияния радикальных течений. В республике на легальной основе действуют филиалы нескольких организаций, базирующихся в арабских монархиях. Среди них «Аль-Вакф Аль-Ислами», Всемирная ассамблея исламской молодёжи, «Рифах» и пр. Получая щедрую финансовую помощь из Саудовской Аравии и ряда других стран, они оказывают серьёзное влияние на деятельность мусульманской общины и сферу образования Казахстана. Например, факультет востоковедения Казахского национального университета сотрудничает с саудовскими фондами в организации стажировки студентов и преподавателей. Немало учащихся из Казахстана проходят обучение в исламских учебных заведениях арабских государств. На средства Катара в столице возведён грандиозный исламский культурный центр «Нур Астана».

«Шейх Халил» и его подполье

Нужно обратить внимание ещё на одно событие, к сожалению, упускаемое из виду при анализе событий в Актобе. В декабре прошлого года в Саудовской Аравии вместе с несколькими сторонниками был задержан Абдухалил Абдужаббаров, больше известный как «шейх Халил». Окончив Международный исламский университет в Исламабаде (Пакистан), этот гражданин Казахстана в начале 2000-х годов занимался пропагандой салафизма на западе республики. В городах Атырау (бывший Гурьев) и Уральск Абдужаббаров читал проповеди в мечетях, организовал курсы религиозного обучения и арабского языка. В 2006-м он перебрался в Саудовскую Аравию, но не порвал связи с единомышленниками в Казахстане. В республике распространялись аудиозаписи его обращений, Абдухалил Абдужаббаров регулярно встречался с казахстанскими студентами, обучавшимися на Ближнем Востоке.

В республиканских СМИ после этого стала появляться информация о деструктивной деятельности «шейха Халила», поставившего своей целью формирование салафитского подполья на западе Казахстана при активной поддержке влиятельных лиц Саудовской Аравии. Причины ареста Абдужаббарова и пятерых казахстанских студентов, обучавшихся в Исламском университете Медины, до сих пор покрыты туманом. По данным сторонников проповедника, саудовские власти сделали это с подачи Астаны, однако в Казахстане данную информацию опровергают. В статье, опубликованной пару месяцев назад в одной из городских газет Уральска, утверждалось, что Абдужаббаров со товарищи имел тесные связи с сирийскими боевиками и являлся посредником между воюющими на Ближнем Востоке террористами-ваххабитами и западно-казахстанским подпольем.

Наконец, в последних числах мая, за считанные дни до терактов в Актобе, ряд изданий республики сообщили о возможной экстрадиции «шейха Халила» на родину. И хотя генпрокуратура Казахстана опровергла эти сообщения, не исключено, что сторонники проповедника решили выступить в поддержку «учителя» и дать сигнал властям о нежелательности преследований салафитской общины.

Конечно, достаточных доказательств причастности Абдухалила Абдужаббарова и его соратников к июньским нападениям пока нет. Но реальностью являются как сильные позиции салафитов на западе Казахстана, где, кстати, расположен Актобе, так и их тесная связь с зарубежными странами. В том числе с Саудовской Аравией.

Но расследованию «арабского следа» вряд ли будет дан ход: слишком большое значение придают власти республики укреплению отношений с ближневосточными монархиями. В конце прошлого года Нурсултан Назарбаев посетил Катар. Результатом визита стало соглашение о многомиллионных инвестициях в казахстанскую экономику. Торгово-экономическое сотрудничество обсуждалось и в ходе встречи главы Казахстана с саудовским королём Салманом в апреле нынешнего года.

Неудивительно, что уже упоминавшийся Галым Шойкин довольно скептически отнёсся к идее запретить в республике салафизм. «Если принимать какие-то радикальные меры, то мы должны принимать решения по фетвам (решениям богословов. — С.К.), по литературе, аудио-, видеоматериалам, по богословам этой организации, — заявил он. — То есть это очень широкая, комплексная работа, которую одним решением невозможно охватить».

Был ли заговор?

Не желая искать корни проблемы, чтобы тем самым предотвратить возможные повторения событий в Актобе, руководство Казахстана решило пойти по иному пути. Теракты могут быть использованы как повод для ужесточения внутренней политики и расправы над неугодными. Об этом говорит попытка властей связать недавние теракты с митингами против введения частной собственности на землю (см. «Правду» от 13—16 мая с.г.). «Мы все знаем, что так называемые цветные революции имеют различные методы и начинаются с надуманных митингов, убийств, стремления захватить власть. Эти признаки проявились и у нас», — заявил 8 июня Назарбаев. По его словам, «государство примет дополнительные меры по борьбе с теми, кто пытается расшатать общество и страну».

Эти «дополнительные меры», впрочем, уже принимаются. 6 июня, на следующий день после терактов в Актобе, спецслужбы заявили о готовившемся в стране государственном перевороте. Его частью якобы были митинги, прокатившиеся по Казахстану в конце апреля — начале мая. Их организатором в Комитете национальной безопасности (КНБ) назвали Тохтара Тулешова — бывшего владельца пивзавода в Чимкенте. Тот факт, что Тулешов почти полгода находится за решёткой по обвинению в торговле наркотиками и финансировании организованной преступной группировки, представителей КНБ не смутил. По их словам, бизнесмен готовил переворот через своих сторонников. Некоторые уже арестованы. Среди них оказались экс-заместитель генерального прокурора, экс-начальник департамента внутренних дел Южно-Казахстанской области, два командира войсковых частей и т.д. Все они якобы хотели создать некое «альтернативное правительство», а затем захватить власть.

Ряд казахстанских экспертов, однако, сильно сомневаются в способности арестованных лиц устроить беспорядки в масштабах целой страны. Да и фигура самого Тулешова также мало тянет на лидера «цветной» революции. Активно занимаясь общественной деятельностью, бизнесмен постоянно выступал за укрепление связей с Россией, защиту русского языка и евразийскую интеграцию. За несколько месяцев до ареста Тулешов зарегистрировал собственное общественное движение и, по некоторым данным, планировал принять участие в парламентских выборах 2016 года. Вероятно, политические амбиции и стали причиной преследования бизнесмена. Теперь же на него решили дополнительно «повесить» обвинения в планировании «переворота».

Тот факт, что об этом заговорили именно сейчас, когда общество взбудоражено кровавыми нападениями, а в стране объявлен повышенный уровень террористической угрозы, не случаен. Видимо, в Астане решили воспользоваться случаем для «закручивания гаек» и подавления любых намёков на социальный протест. Мифический заговор — неплохой для этого повод. Вот только, решив извлечь для себя выгоду, власть рискует упустить из виду реальные опасности.

Министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской в интервью ТАСС рассказал о перспективах геологоразведочных работ на шельфе, инвестиционных ожиданиях и прогнозах по развитию Арктики

Арктическая тема вновь станет одной из ключевых на грядущем Петербургском международном экономическом форуме, в частности на площадке ПМЭФ пройдет конференция по экономическому развитию Арктики. В преддверии форума министр природных ресурсов и экологии России Сергей Донской в интервью ТАСС рассказал о перспективах геологоразведочных работ на шельфе, инвестиционных ожиданиях и прогнозах по развитию территории, а вместе с тем обсудил, как отечественные нефтяники справляются с текущим курсом рубля и процессом импортозамещения.

Сергей Ефимович, расскажите подробнее, какие вопросы планируется обсудить на ПМЭФ? Каких решений ожидать по окончании конференции по экономическому развитию Арктики?

В этом году мы впервые так глубоко погружаемся в арктическую тематику. Целый день 18 июня будет посвящен эффективности управления арктическими территориями и инвестиционной привлекательности Арктики, на этот день запланировано четыре сессии, в которых будет участвовать Министерство. В частности, одна из них будет посвящена инвестиционному потенциалу арктических регионов. Отдельная сессия - Северному морскому пути (СМП), где мы намерены вести диалог, прежде всего, с позиций разбора ошибок по этому проекту.

На каких еще площадках будет представлено Министерство?

Помимо Арктики, в эти три дня мы планируем участвовать в сессиях, посвященных вопросам климата, недропользования, природоохранной повестке. Пройдет также обсуждение подготовки к Госсовету, посвященному экологии, запланированному на конец года. Здесь же, на этой площадке, планируем презентовать проекты Года экологии - 2017. В частности, у нас запланировано подписание нескольких соглашений с компаниями, которые в следующем году собираются инвестировать во внедрение современных природоохранных технологий – "Норникель", "ЕвразХолдинг", Новолипецкий металлургический комбинат, завод им. Свердлова в Нижегородской области, "РУСАЛ Братск".

К вопросу о природоохранных технологиях. Можно ли ожидать, что в краткосрочной перспективе количество заводов по переработке твердых бытовых отходов увеличится? Что будет с полигонами? Какова общая картина в регионах?

В рамках Года экологии мы запланировали увеличение мощностей – это переработка более 40% образующихся отходов I-IV класса опасности в регионах, которые участвуют в выполнении плана. В результате мы сможем рекультивировать 16 объектов накопленного загрязнения, в том числе в Арктике, утилизировать более 7 тыс. тонн высокоопасных отходов.

Что касается общей картины, здесь пока нет единой программы, нет и данных о том, сколько производств будет создано. Единая картина сложится после того, как регионы составят свои программы и территориальные схемы. Часть полигонов будут рекультивировать, а часть будет необходимо реконструировать, переоборудовать, создавая новые мощности и более современные способы захоронения.

Два года назад, в 2014 году, на Россию были наложены экономические санкции. Что изменилось за эти два года? Как проходит процесс импортозамещения? Нашли ли отечественные нефтяники и недропользователи достойную альтернативу импортной продукции?

Учитывая, что отрасль не рухнула, как хотелось нашим "партнерам", и продолжает увеличивать объемы добычи, компании адаптировались к сложившейся ситуации на рынке. С другой стороны, и до введения санкций чувствовался определенный избыток импортного оборудования. Если коснуться шельфа, то мы изначально планировали, что именно он может стать очень мощным драйвером развития отраслей нашей экономики – от машиностроения, транспорта до приборостроения. В сегодняшней ситуации для компаний созданы достаточно хорошие условия работы на шельфе. Конъюнктура, конечно, сегодня для привлечения инвестиций не самая лучшая, но с точки зрения перспективы и того, что спрос на ресурсы будет увеличиваться, уверен, эти проекты будут успешными.

Плюс ко всему обязательства компаний на сегодняшний день предусматривают подход к этим проектам с учетом привлечения российских подрядчиков при строительстве буровых платформ, судов и всего, что требуется для изучения и освоения шельфовых месторождений. На мой взгляд, основные векторы сейчас заданы верно, и нужно просто реализовать тот потенциал в части спроса на отечественное оборудование, который мы имеем.

И мы снова невольно вернулись к теме Арктики.Ранее вы говорили, что в долгосрочной перспективе возможен доступ частных компаний на шельф. Можно ли говорить, что это решенный вопрос?

Это вопрос не решенный, пока еще идет оценка. На сегодняшний день нет такого ажиотажа вокруг этих проектов, как в период высоких цен на нефть. Сегодня компании рассматривают все проекты с точки зрения долгосрочных перспектив. Понятно, что проекты на шельфе наиболее капиталоемкие и рискованные, и первые реализованные проекты сразу же снизят риск для реализации последующих. Государство, вполне возможно, будет привлекать частные компании, и они будут рассматривать эти проекты с меньшей опаской.

То есть частные инвестиции можно ожидать только в дальней перспективе?

Почему? Частные инвестиции уже идут, частные компании продолжают работать на шельфе. Да, сейчас мы предоставляем лицензии только двум госкомпаниям, но до 2008 года ряд частных предприятий уже их получили и сейчас работают – тот же "Лукойл", "Газпром нефть" и ряд других. С другой стороны, именно крупные государственные компании сейчас могут разворачивать работы в большем объеме.

На днях стало известно, что "Газпром" и "Роснефть" переносят сроки геологоразведки и начало добычи на 31 месторождении нефти и газа на шельфе на срок от двух до 12 лет. Как Минприроды относится к этому факту? Согласны ли вы с тем, что перенос сроков ГРР необходим?

Работа по актуализации продолжается постоянно. У нас действительно актуализировано свыше 30 лицензий с 2013 года и сроки по бурению сдвинуты на два-три года – это 11 лицензий у “Газпрома” и около 20 лицензий у “Роснефти”. Имеется в виду не только бурение, в ряде лицензий откорректированы объемы геофизики, сроки начала добычи.

На трех месторождениях скорректирован ввод в разработку месторождений – это Долгинское и Чугорьяхинское месторождения, Штокман. В принципе, это рабочая ситуация, которая позволяет адаптировать разработку к сегодняшним условиям, и в том числе по максимуму привлечь производителей отечественного оборудования. Чтобы компании могли бурить нашим оборудованием, необходимо его здесь произвести. Для этого нужен разбег.

Будет ли Минприроды России настаиватьна выполнении текущих обязательств компаний без переносов сроков выполнения работ по другим заявкам?

Прежде, чем принять решение о переносе сроков, оцениваются причины. В ряде случаев компании в качестве причины называют отсутствие необходимого бурового оборудования. С учетом актуализации у компаний появляется несколько лет для того, чтобы и здесь, в стране, начать его производство на наших верфях, где в свое время строились буровые установки. Сейчас они активно используются, например на Южно-Киринском месторождении.

При этом по поручению Президента мы проводим разовую, то есть однократную, актуализацию до конца 2016 года. Лицензионные требования к компаниям будут приведены к единому формату. В дальнейшем они будут работать в конкурентной среде, без изменений лицензий.

Но, так или иначе, вопрос по заявке будет решен в этом году, верно?

- По заявке “Газпрома” в рамках актуализации, которую мы закончим до конца года, вопрос будет решен. Но не стал бы спешить. Для начала хотел бы послушать, что они хотят предложить и какие вопросы у них возникают.

В продолжение беседы о "Газпроме". Недавно вы сообщали, что "Газпром нефть" обратилась за увеличением периода льгот на шельф после 2032 года. Есть ли решение по данному вопросу? Если нет, то когда его ожидать?

Мы не рассматриваем льготы ради льгот, мы рассматриваем их как поддержку - могут ли они обеспечить стабильную работу компании в долгосрочной перспективе или нет? Совсем недавно мы обсуждали меры стимулирования геологоразведки на шельфе на совещании у двух вице-премьеров - Александра Хлопонина и Аркадия Дворковича. Обсуждали вопросы стимулирования геологоразведки через вычеты из налога на прибыль по проектам на шельфе и на суше. Пока к общему знаменателю пришли в отношении вычетов для проектов на суше - согласовали повышающий коэффициент 1,5 к тем затратам, которые будут вычитаться из налога на прибыль.

Это уже согласованный коэффициент?

Я надеюсь, в протоколе это появится. В конце заседания все участники высказались в поддержку этой позиции, в том числе Министерство финансов. Таким образом, решение о вычетах на суше окончательное, а по шельфу будем еще обосновывать. Там коэффициент повыше, так как и объем инвестиций, и риски выше. "Газпром нефть" предлагает использовать повышающий коэффициент 3,5, увеличивающий затраты, которые можно вычесть. Считаем это предложение обоснованным.

В июне вы сообщили, что работы по проведению аукциона на право разработки крупнейшего в стране золоторудного месторождения Сухой Лог в Иркутской области могут быть ускорены. Каковы ваши прогнозы, можно ли рассчитывать, что аукцион пройдет в 2016 году?

Аукцион, вероятнее всего, будет объявлен до конца лета.

Появились ли новые претенденты, в частности "Алроса"?

Я когда-то говорил, что на это месторождение заявились все компании. И "Алроса" интерес свой проявляла, и другие недропользователи. Понятно, это крупный объект, один из крупнейших в мире. Его можно назвать жемчужиной для любого недропользователя. Но отмечу, что реальные претенденты, как правило, появляются после того, как аукцион объявлен. Пока это по большей части разговоры.

Есть ли у вас информация, что "Ростех" и "Полюс" готовятся создать консорциум для освоения крупнейшего золоторудного месторождения РФ?

Кто с кем будет объединяться и на каких условиях, покажет время. Но в целом о таких намерениях мне известно.

Буквально на минувшей неделе в Министерство поступило письмо главы Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) Кирилла Дмитриева с просьбой обязать победителя аукциона по освоению Эргинского месторождения нефти привлечь в проект арабский фонд Mubadala. Изменится ли в этой связи форма проведения торгов?

Действительно, у нас есть поручение по дополнительным условиям на аукцион от правительства РФ. И в этой связи многие интересуются - конкурс будет или аукцион. По закону на месторождения федерального значения проводится только аукцион. Поэтому у нас будет аукцион с обязательствами по срокам ввода месторождения, по добыче, по привлечению инвесторов. Это нормальный режим работы для правительства - выбор наиболее эффективного способа привлечения недропользователя. Сейчас Роснедра дорабатывают условия аукциона.

Когда ожидать итогов рассмотрения этого обращения? И нет ли изменений в составе участников аукциона?

В течение месяца – но не календарного, мы должны его рассмотреть и подготовить необходимые документы. Что касается участников - заинтересованность в получении права пользования Эргинским участком на объявленных условиях уже высказали "Роснефть", "Газпром", "Газпром нефть", "Лукойл", "Сургутнефтегаз", "Новатэк" и "Независимая нефтегазовая компания".

Пожалуй, крайний вопрос об аукционах. 17 июня пройдут торги на право пользования недрами Бинштоковского участка в ХМАО. Кто его проведет и не изменился ли состав участников?

Заявки на право участия в аукционе подали "Газпромнефть-Хантос", "РН-Уватнефтегаз", "КанБайкал" и "Юганский 3", ни один из них на текущий момент не отозвал свою заявку, новых участников тоже нет. Запасы нефти по категории С1 на этом участке составляют почти 2 млн тонн и 11 млн тонн по С2, ресурсы – свыше 20 млн тонн. Что касается самой процедуры – 17 июня аукцион проведут "Уралнедра". Стартовый размер разового платежа составит почти 340 млн рублей.

Сергей Ефимович, давайте к более общим темам. По результатам саммита ОПЕК члены картеля пришли к выводу, что в целом рынок нефти справляется с ситуацией без их активных действий, и сохранили квоту на добычу, действующую с 2011 года. В этой связи каковы ваши прогнозы по росту либо снижению цены на нефть на текущий год и дальнюю перспективу? Как она отразится на объемах инвестиций компаний в геологоразведку?

Что касается сложившейся ситуации на рынке, то здесь бы я в первую очередь подчеркнул, что экономика уже адаптировалась к уровням цен, сложившимся сегодня на рынке, и это немаловажно. Именно стабильные условия позволяют устойчиво реализовывать крупные проекты. И именно нестабильность на рынке не позволяет привлекать инвестиции и делать долгосрочные вложения. Поэтому сложившаяся сегодня рыночная конъюнктура всех устраивает. Это первое. Что касается прогноза – в течение 12 следующих месяцев, на мой взгляд, может быть значительное повышение цены – к 70 долларам за баррель.

Что касается инвестиций в геологоразведку, то, на мой взгляд, сегодняшние цены, безотносительно к моему прогнозу, в принципе позволяют компаниям активнее заниматься ГРР по сравнению с предыдущим годом. Думаю, в этом году ситуация в геологоразведке будет лучше, хотя провала не произошло и в прошлом году – у нас всего на 3% снизились инвестиции компаний.

Каковы ваши прогнозы по темпам развития альтернативной энергетики в России? Как вы оцениваете потенциал этого вида энергетики? Каковы необходимые объемы инвестиций в это направление для его развития?

В России достаточно большой потенциал альтернативной энергетики - ветровой, солнечной, геотермальной. Но ее развитие сейчас в первую очередь закрывает потребности конкретных регионов – там, где не развита инфраструктура традиционной электроэнергетики и где есть экономический потенциал развивать это направление. Здесь можно говорить о геотермальных станциях на Камчатке, солнечной энергетике в Крыму, ветровой - в Калмыкии и так далее. В настоящее время разведано 67 месторождений теплоэнергетических вод с запасами более 470 тыс. кубометров в сутки, на 42 месторождениях ведется промышленная эксплуатация. Недавно построена геотермальная станция мощностью 9 МВт на Ханкальском месторождении в Чеченской Республике - первая станция, которая обеспечивает подъем теплой энергии и ее возврат обратно. Проектов достаточно много, я не буду все их перечислять, но особенность их в том, что они локальные и ориентируются на спрос в конкретных территориях. По данным Минэнерго России, в 2013-2015 годах в развитие альтернативной генерации было привлечено 187 млрд рублей инвестиций, из них 155 млрд – в солнечные станции. При этом запасы геотермальной энергии в России в 10-15 раз превышают запасы традиционного сырья – практически по всей стране есть подобные объекты, пусть и с разными объемами запасов. И именно здесь я вижу очень большой потенциал для развития.

Что касается инвестиций в развитие этого направления – по большей части их объемы зависят от спроса, ведь для того, чтобы не просто построить, но и реализовать выработанную электроэнергию, необходим рынок.

В мае на заседании Федерального экологического совета по проблемам нефтеразливов в Ханты-Мансийске вы заявили, что Минприроды и Ростехнадзор намерены провести проверку технического состояния всех нефтепроводов в РФ. На минувшей неделе руководитель Федеральной службы по надзору в сфере природопользования Артем Сидоров сообщил, что план проверки объектов транспортировки и перекачки нефти уже разрабатывается. Когда ориентировочно начнутся проверки и какие регионы будут проверены в первую очередь?

Основная причина нефтеразливов – это износ трубопроводов, именно поэтому необходима комплексная проверка их состояния. Сейчас речь идет о комплексной проверке в первую очередь в Уральском и Сибирском федеральных округах. В конце июня у нас запланировано совещание с участием Росприроднадзора и Ростехнадзора для определения плана дальнейшего взаимодействия. У нас уже есть документы и административные регламенты по совместной работе – доработаем их, и коллеги выйдут на масштабную проверку уже осенью этого года.

И мы плавно вернулись к теме экологической безопасности. Одним из острых вопросов текущей повестки остается проект строительства трех ГЭС на реке Селенге и ее притоках. В частности, вы заявляли, что ГЭС не будет построена из-за протеста России против ее строительства.

Мы выступали и выступаем против строительства ГЭС. По этому поводу свою позицию высказывали, и не раз. Совсем недавно представители министерства и Росприроднадзора были в Монголии и обсуждали эту тему с уполномоченными лицами монгольского правительства. Договорились о том, что проекты нужно оценивать совместно.

И по итогам достигнута договоренность, что они представят обоснования того, что их действия не повредят экосистеме озера?

Маловероятно, что они представят необходимые доказательства, и это лежит на поверхности: наличие крупного гидротехнического объекта на притоках Байкала не может не сказаться на центральной экологической зоне озера. Но в любом случае мы продолжим с коллегами диалог.

Но как вы намерены контролировать выполнение обещаний, данных монгольской стороной? Можно ли ожидать, что Минприроды России разорвет отношения с Монголией по этому вопросу в случае нарушения обязательств с их стороны?

До этого доводить, конечно, не будем. В октябре-ноябре в Монголии пройдет межправительственная комиссия, я являюсь ее сопредседателем, и мы, конечно, эту тему будем обсуждать. Мы слушаем аргументацию монгольской стороны. Но, поскольку это трехсторонняя история и финансирование предполагается из средств Всемирного банка, мы договорились, что этот финансовый институт никаких принципиальных решений без нашего участия не примет.

А какова в целом ваша оценка экологической ситуации в стране? Можете выделить наиболее проблемные с точки зрения экологии регионы?

В последние годы ситуация имеет положительную динамику, хоть и незначительную. Прежде всего, отмечается снижение выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух. В список городов с наибольшим уровнем загрязнения воздуха в 2015 году включено 11 городов – на 8 городов меньше, чем в 2014 году.

Тем не менее в 147 городах, или 60% крупных городов, средние за год концентрации какого-либо вещества превышают 1 ПДК. В этих городах проживает 50 млн чел. Еще в 44 городах (20%) уровень загрязнения воздуха характеризуется как высокий и очень высокий. В среднем по стране 17% городского населения испытывают воздействие высокого и очень высокого уровня загрязнения воздуха. Города, где загрязнение воздуха характеризуется как высокое и очень высокое, – Норильск, Иркутск, Чита, Дзержинск, Красноярск, Екатеринбург, Челябинск, Магнитогорск. Сюда же я бы включил и Москву. В 54 регионах высокий и очень высокий уровень загрязнения воздуха городов не отмечен.

Уровень загрязнения поверхностных вод за десяток лет существенно не изменился. Улучшилось состояние экосистем ряда водных объектов. Это Казань, Благовещенск, речь идет об Амуре и его притоках, в том числе реке Зее, Зейском водохранилище. Ухудшение поверхностных вод мы регистрируем в Чите, Красноярске, в нижней Волге и отдельных реках Кольского полуострова.

И конечно, у нас в стране сохраняется высокий объем образования отходов – более 5 млрд тонн. При этом за последние пять лет накопленные объемы размещения отходов у нас увеличились где-то в 3 раза.

Что, по вашему мнению, является главной экологической угрозой для России в настоящее время? А какая, наоборот, раздута?

Самая большая угроза – потребительское отношение к природе, прежде всего со стороны компаний, но и граждан тоже.

Если вернуться к статистике, то ключевая проблема – загрязнение атмосферного воздуха, отходы. Если брать все факторы, влияющие на состояние здоровья человека, то четверть из них – экологические, а загрязнение воздуха сказывается на здоровье сильнее всего. Ежегодно на восстановление ухудшившегося из-за загрязнения воздуха здоровья населения тратится от 3% до 6% ВВП.

Наиболее яркий пример преувеличения экологических проблем – намерения перевести заповедник «Столбы» в Красноярском крае в статус национального парка. Это место, где десятилетиями тренируются скалолазы, там отдыхают жители города. И созданная там инфраструктура отлично вписывается в природу, не нарушая ее. Но когда соответствующий законопроект рассматривался, экологические активисты создали ажиотаж, в итоге многие люди, не понимая сути изменений, поддержали эти организации. И теперь мы имеем то, что имеем: ряд заповедников остаются в этом статусе и постоянно обращаются к нам, чтобы решить постоянно возникающие проблемы и находить компромисс.

Беседовали Ирина Мандрыкина, Алиса Веселкова

Россия. Арктика > Экология > mnr.gov.ru, 15 июня 2016 > № 1921787 Сергей Донской

Право и национальные интересы или Европа – не самоцель

Алексей Клишин – доктор юридических наук, профессор, руководитель Центра социологии законодательства ИСПИ РАН, заведующий кафедрой адвокатуры Университета МГИМО МИД России.

Резюме: У нас популярен миф о неподкупности и недостижимой эффективности иностранных судов, о преимуществах иностранного права. Все это – выдумки, но умелые и подтверждаемые изъянами российской судебной практики.

«Полагать, что может существовать право,
в равной мере воспаряющее над всеми вещами
и совершенно независимое от политико-экономических
интересов – величайшее заблуждение».
Освальд Шпенглер, «Закат Западного мира»

То, что происходит в Европе, вызывает тревогу у обывателей и азарт у политологов. Мы привыкли к тому, что Старый Свет – край благополучия и порядка, уважения к закону и спокойствия. Всякое, конечно, там случалось, но нынешняя обстановка – от разгула антироссийской риторики и санкций до беспомощности перед наплывом не всегда званных, не желающих жить по европейским правилам гостей – вызывает недоумение.

Среди множества экономических, политических, культурных, юридических проблем, стоящих перед европейцами, нас интересуют последние, поскольку любые события подлежат правовому регулированию и должны соответствовать определенным нормам, практике либо общим правовым представлениям – такова привычная формула «цивилизованного» существования. Не следует думать, что Россия – лишь наблюдатель, следящий за происходящим с безопасного расстояния. Мы встроены в европейскую жизнь гораздо основательнее, чем может показаться, поэтому взаимодействие во всех областях требует очень внимательного, правильного, бережного друг к другу отношения.

От равновесия к диктату?

Понятно, что современное правовое развитие европейских стран, поодиночке и в совокупности, подчинялось экономическим и политическим императивам послевоенного периода и тому, что принято называть «волей правящей верхушки». Таковой является группа наиболее развитых держав Запада во главе с США. Законодательство не могло не считаться с интеграционными процессами, происходящими под американской опекой, и в Европе сложилось своеобразное взаимодействие норм международных договоров и собственно национального права каждой страны, участвующей в сотрудничестве. Основной особенностью этого взаимодействия явилось стремительное повышение роли международных норм и неуклонная, по словам Найэля Фергюсона, деградация национальных законодательств. При современном соотношении национальных и коллективных интересов это неизбежно.

До конца 1980-х гг. интеграции западных стран противостоял параллельный процесс под эгидой Советского Союза, участники которого не отказывались от взаимодействия с остальным миром в рамках глобальных процессов сотрудничества (ООН, региональные, отраслевые организации), сохраняя самобытность своих законодательных систем. Правила игры внутри указанных объединений были в чем-то схожи, но имелись и существенные различия. А сама конкуренция союзов обязывала внимательнее относиться к тому, чтобы потребности международной кооперации мирно уживались с национальными особенностями.

Иначе обстоит дело в последнюю четверть века. Унификаторские устремления наиболее сильных игроков практически не ограничены никакими рамками, что делает правила «внутреннего распорядка» нынешних союзов куда более жесткими. В этой непростой обстановке Российской Федерации остается выбирать. Следовать новому кодексу поведения, по существу уже адаптированному, хотя и не без оговорок, всеми западными странами, таким образом жертвуя частью своего суверенитета, либо попытаться организовать взаимодействие с партнерами на основе уважения национальных законов. По существу, в последних выступлениях президента Владимира Путина, недавних законодательных актах, решениях Конституционного суда РФ и работах ведущих российских правоведов ответ дан – мы предлагаем строить отношения на базе взаимоуважения, не отказывая никому в своеобразии и принимая решения на основе консенсуса. Такая позиция, естественно, не устраивает наших партнеров, особенно тех, кто считает свое мнение свободным от обсуждений.

Самостоятельность требует переосмысления приоритетов, в том числе и в сфере правового развития, которые не подвергались сомнению и превалировали два с половиной десятилетия. Понятно, что делать это нужно с осторожностью, не обязательно следуя моде и не стремясь обосновать любую экстравагантность тем, что «сейчас так все делают».

Вообще очень удобно оправдывать любые чудачества государственных лидеров, партий и парламентариев добросовестным стремлением следовать тем или иным потребностям сегодняшнего мира. Например, идея глобализации и ее практическое воплощение потребовали изменить ряд привычных, проверенных практикой принципов национального суверенитета, подчинить национальное право наднациональным правовым механизмам и нормам, за соблюдением которых следят специально созданные международные институты.

Конфликт национального и наднационального правовых режимов носит вовсе не академический характер. Зачастую «непослушание» отдельных государств, стремление соблюсти национальные интересы в отношениях с международными институтами оборачивается резкой реакцией последних, угрозой применения санкций и других мер силового воздействия, характер которых не имеет отношения к праву, хотя и оформляется нередко международно-правовыми актами.

Развитие договорной активности на мировой арене, оформлявшее обязательства двух или нескольких государств по отношению друг к другу и к третьим государствам, началось не после Второй мировой войны, как иногда принято думать. Мода на «пакты», «оси» и «союзы» особенно характерна для конца XIX – начала XX столетия, когда было принято «дружить против кого-либо». Не нова и практика индивидуальных и коллективных эмбарго, блокад и т.д., словом, «санкций» с тем или иным набором пакостей, которые применяют в отношении противников. Заводилами являются те, кто претендует на доминирование в экономической и политической сфере в данный момент и в определенном регионе.

В процессе формирования однополюсного мироустройства право, вольно или нет, играет ничуть не меньшую роль, чем экономика, политика, идеология. Постепенно благодаря усилиям предприимчивого и агрессивного лидера (США) складывается система норм, практических правил и приоритетов, которые и правом-то назвать сложно. Валерий Зорькин так характеризует специфику взаимоотношения современного российского и международного права: «Россия приняла нормы Конвенции (речь идет о Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, устанавливающей компетенции Европейского суда по правам человека) в качестве правовых стандартов, в формировании которых она сама не принимала участия».

Подмеченная особенность международных договоров – эти нормативные акты устанавливают общие правила для всех присоединившихся стран, присваивая, таким образом, в ходе своей последующей имплементации часть суверенных прав государств-участников – справедлива. Но ведь никто вроде не неволит присоединяться к подобным договорам, предварительно проводится тщательная и подчас дорогостоящая процедура экспертизы, апробаций, ратификации и т.п. И акт ратификации является ничем иным, как законом, принятие которого обязывает государство следовать одобренным нормам. Вместе с тем нельзя забывать, что следование им не должно нарушать внутренние законы и тем более Конституцию государства-члена. При этом существует целый механизм адаптации внутреннего права к международному договору, есть, наконец, старый добрый принцип pacta sunt servanda, который означает, что коль скоро присоединился к договору, то изволь соблюдать договорные обязательства. Поэтому так важно реально взвешивать все положительные и отрицательные стороны присоединения к тому или иному международному соглашению, не позволяя доминировать чисто политическим мотивам.

Разделяя позицию председателя Конституционного суда в отношении иерархии международных и национальных норм, а также справедливость принятых по этому поводу решений (см., например, постановление Конституционного суда РФ от 14.07. 2015 № 21-П), хотим обратить внимание на необходимость обезопасить свои государственные интересы на более ранней стадии – до присоединения к соглашению или вступления в какую-либо организацию. Речь идет об обязательности более взвешенного, прагматичного подхода к тому, насколько необходимо следовать нормам, принятым в западной правовой практике, какой бы «продвинутой» она ни казалась. Не следует также второпях присоединяться к разного рода «клубам», где существуют свои, довольно жесткие правила членства и где Россию зачастую рассматривают как донора, а не полноправного участника, к голосу которого нужно прислушаться.

На теме присоединения к тем или иным международным клубам «по интересам» остановимся особо. В недавней статье «Санкции и мироустройство» (А. Иванов, К. Молодыко, «Россия в глобальной политике», 2015 г., т. 13, № 5) справедливо оценивается практика участия в коллективных действиях на международной арене как своего рода «клубный» ангажемент. Это верно даже с правовой точки зрения: хочешь быть членом клуба – будь любезен исполнять его устав и не смей иметь собственное мнение, иначе могут и наказать. Важно подчеркнуть, что внутри клуба устанавливаются особые, льготные правила поведения, обычно называемые «справедливыми», щадящие своеобразное чувство морали, специфические, сложившиеся внутри клуба правила, стандарты и нормы. Взаимоотношения с аутсайдерами, внешними игроками могут строиться по каким угодно принципам, которые кому-то могут показаться несправедливыми, аморальными. Это то качество международного права (не станем утверждать, что только нового), которое профессор Светлана Поленина охарактеризовала как «размягчение». Почему бы и нет, хотя данная характеристика звучит применительно к праву как-то удручающе.

В клубном режиме взаимодействия между сильными и слабыми на международной арене становятся возможными и даже обычными санкции и другие способы коллективного давления и сдерживания (недопущение к участию в G-8, «разборки» в международных спортивных организациях, скоординированная пропагандистская политика и т.д.). Отдельным полем битвы становится судебная практика таких международных судебных институтов, как ЕСПЧ, Международный уголовный трибунал в Гааге, «частные» международные арбитражные суды (Женева, Лондон, Стокгольм, Париж), благополучие которых напрямую зависит от благосклонности ведущих держав – «клубных лидеров». Под них пишутся правила и регламенты, в их интересах принимаются решения.

Не следует недооценивать силу и сплоченность международных лидеров, эффективность, цинизм и готовность к самым диковинным и загадочным действиям, противоречащим основным принципам современных международных отношений. Возможно, правда, существует какое-то новое понимание международных отношений, международного права, которое не похоже на привычное сложившееся после Потсдама. И в нем мирно уживаются принципы равноправия государств, взаимных договорных обязательств и, например, односторонние санкции, экстерриториальное действие судебных решений, аресты государственного имущества, похищения граждан по ордерам национальных следственных органов. Понять, насколько такие правила теперь признаются нормальными, очень важно, потому что в нашем сознании все еще живы укоренившиеся в течение долгих лет представления о «цивилизованности», «справедливости», «современности» западных правовых формул, законодательных решений и традиций.

Юристы, правда, предостерегают от чрезмерной идеализации западных правовых стандартов. Вот, например, что пишет по этому поводу известный компаративист, профессор Вениамин Чиркин: «Капиталистическая либерально-социальная система – это не полностью развитая социальная правовая система (…). В целом это лишь частично либерально-полусоциальная правовая система, частично демократическая и частично социальная».

Отказ от суверенных прав

Несовершенство западных правовых стандартов и механизмов разрешения социальных и политических коллизий наглядно демонстрирует разгорающийся в Европе кризис мигрантов. Евросоюз, равно как и отдельные европейские страны, чрезмерно увлеченные либеральной риторикой, оказываются неспособны справиться с неконтролируемым потоком беженцев. Эти процессы не удается отрегулировать в рамках сложившихся механизмов национальных правовых систем и новых юридических инструментов европейского содружества, чтобы были учтены права собственных граждан, уважались общегуманитарные принципы толерантности, всеобщей свободы и доминирования индивидуальных прав над интересами общества.

Показательно, что, несмотря на все усилия Евросоюза и отдельных государств, не удается достичь консенсуса относительно того, как регулировать это новое и чрезвычайно сложное явление международной жизни, как справляться с этим бременем или, вообще говоря, при каких условиях воздержаться от гостеприимства, уберечь национальные хозяйства от дополнительной нагрузки. Одни государства, такие как Германия или Франция, видят выгоду в том, что на их территории оказывается масса молодых, часто вполне подготовленных рабочих людей, другие, напротив, всячески сопротивляются этому, строят заборы и громят лагеря беженцев. Но и в тех государствах, которые готовы принять значительное число беженцев, процесс не может пройти безболезненно.

Очевидно, что при принятии политических решений, касающихся переселенцев, мало кто задумывался над тем, что соблюсти гражданские права всех в таких условиях невозможно. Под ударом основные конституционные права коренного европейского населения – право на труд, неприкосновенность жилища, социальную обеспеченность. В итоге часто на ходу принимаются решения защитить переселенцев в ущерб собственным гражданам, не применять в полном объеме нормы национального уголовного, административного, фискального права и т.п.

Результаты такого бездумного соблюдения глобальных гражданских прав наглядно продемонстрировали события в Кёльне и других немецких городах в канун нового 2016 года, когда немецкая полиция, следуя указаниям властей обеспечивать соблюдение прав мигрантов, проигнорировала вопиющие нарушения прав своих собственных граждан, во многих случаях преступные действия агрессивно настроенных «гостей». Следует, на наш взгляд, согласиться с мнением профессора Бориса Эбзеева, утверждающего, что «права человека, особенно в их интерпретации наднациональными судами, в действительности играют роль троянского коня. Для конструируемого на их основе правопорядка неизбежны девальвация национальной государственности и глобальное или региональное господство и подчинение».

Схожая ситуация с экономикой. Спору нет, многие меры унификационного характера необходимы. Едва ли тезис о тотальной глобализации все еще актуален, однако невозможно отрицать, что унификация стандартов, технических регламентов и требований безопасности – дело полезное и даже обязательное. Следует заметить, однако, что страны не торопятся унифицировать правила дорожного движения, например, или переделывать сборочные линии на автомобильных заводах Великобритании, Японии, Индии. Совершенно разные стандарты электрооборудования – от бытовых розеток до мощных трансформаторов – в Европе, США, Канаде. Но жить это не мешает, путешественники приспосабливаются, никто не протестует.

В то же время правила банковских операций, по мнению международных финансовых институтов и основных стран-доноров, требуют унификации, особенно в условиях частых финансовых кризисов. На практике унификация выливается в то, что банковская деятельность в Европе становится объектом самого жесткого контроля со стороны Европейского центробанка, а национальное банковское законодательство оказывается подчиненным международно-правовому, конвенционному регулированию. Так возникают «Базели» (1, 2, 3), устанавливающие стандарты достаточности банковского капитала по максимальным значениям, невыносимым для банков Испании, Португалии, Греции. По некоторым сведениям, для докапитализации только трех основных немецких банков требуется несколько сот миллиардов евро. Что уж говорить о банках балканских стран, государств Прибалтики, Румынии или, скажем, Словакии! В этой связи упомянем как крайне спорные новые нормативы достаточности собственного капитала, установленные Центральным банком РФ для российских банков в условиях жесточайшего финансового кризиса, санкций и борьбы за экономическое выживание.

Взаимодействие международного и национального права в условиях обострившейся борьбы за мировое лидерство и экономическое доминирование складывается далеко не всегда так мирно, как это представляют некоторые правоведы. Вот, например, как эту ситуацию видит профессор Георгий Вельяминов: «Практически международное публичное право, его нормы находят свое реальное применение и выражение в конечном итоге посредством трансформирования в национальное право отдельных стран». И еще: «Международный договор… может трактоваться как своего рода особый инструмент осуществления государством своей принципиально суверенной правотворческой… деятельности в своем юрисдикционном поле». Хорошо если бы так, но как раз на практике, по крайней мере в последние два десятилетия, картина складывается обратная. Зачастую для достижения поставленных государствами-лидерами целей международные договоры, а также созданные на их основе международные институты утверждают правила, противоречащие не только интересам государств – участников таких соглашений, но и прямо нарушающие их внутреннее законодательство. «Подмена права политической целесообразностью недопустима, – пишет профессор Николай Добрынин. – Это верно в идеале, на практике верховенство национальных интересов и приоритет защищающего эти интересы национального права очень часто приносятся в жертву именно политическим мотивам, определяющим расстановку сил в данный конкретный момент».

Складывается парадоксальная или, во всяком случае, неизвестная предыдущей практике международных отношений ситуация. Национальные правовые системы входят в конфликт не с бесправием, опирающимся на хищные устремления отдельных государств, а с коллективными, дружными и решительными действиями международных гигантов, подчиняющихся своим уставам, регламентам, нормам и следующих своеобразным представлениям о пользе, законе и беззаконии. Правила современных международных образований таковы, что, раз вступив в одно из них и делегировав часть своих суверенных прав и компетенций, государства не могут безнаказанно противиться коллективным решениям на том основании, что они есть воля большинства. Классическое правило идеологии демократии: воля большинства – закон. Однако в действительности внутри современных международных образований доминируют те, у кого больше финансовых средств, силы, возможностей. И никого не должны удивлять странные решения органов Евросоюза, Европарламента, международных судебных инстанций, поскольку они принимаются так, что группа наиболее влиятельных и крупных плательщиков вкупе с крошечными, но жаждущими непременно примкнуть к «стае» карликами обеспечивают прохождение требуемых актов, ущемляющих права тех, кто остался в меньшинстве.

А как быть, если такое решение неприемлемо для миноритария, кстати, тоже исправного и регулярного плательщика организационных взносов (напомним, что годовой взнос на содержание евроинститутов, который Россия аккуратно вносит в «кассу», равен примерно 30 млн евро)? Что если международный орган (ЕСПЧ, например) примет решение, обязывающее Россию узаконить однополые браки? Ведь такое решение, будь оно исполнено, не только разрушит основы Конституции, гражданского законодательства, но окажется неприменимым с точки зрения общественной морали, религиозных догм, культурных традиций и т.д. Теперь, правда, неисполнение такого решения возможно с точки зрения Закона № 7-ФКЗ от 14.12. 2015 г. (Федеральный конституционный закон «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон “О Конституционном суде Российской Федерации”»), хотя его конструкция, можно это предвидеть, и вызовет очередную волну нападок на Россию как нарушительницу основополагающих принципов конституционализма.

А как же такие страны, как США, Китай, Индия, Канада, там что, указанные проблемы не возникают? Перечисленных стран коллизия международных норм и национальных законов касается существенно меньше, поскольку они не стали играть в европейские игры по созданию институтов с правилами штрафных изоляторов, как те, что наглядно продемонстрировали недавно «зашалившимся» Греции и Кипру. Россия же, по совершенно непонятной логике, участвует в большинстве подобных конвенций, договоров и соглашений, а за привилегию стать членом некоторых из них (ВТО, например) билась многие годы. Почему эта логика названа непонятной? Вот что пишут на этот счет Алексей Иванов, Кирилл Молодыко в упоминавшейся статье: «Она (ВТО. – А.К.) обеспечивает соблюдение правил и договоренностей только между дружественными странами внутри организации, оставляя остальных с разбитыми надеждами перед лицом недобросовестной конкуренции со стороны клуба стран “общего интереса”».

Не следует забывать, что по сравнению с тем временем, когда Россия стремилась в некоторые международные объединения, приспосабливала свою экономику под требования международных контролеров, а законодательство старалась совместить с соответствующими международно-правовыми нормами, условия существенно изменились. В принципе иначе и быть не может, нормы международного права никогда не остаются застывшими на долгие годы, всегда требуется «подстройка», которой занимается аппарат соответствующей организации, действующей на основе международного соглашения. Например, Европейский суд по правам человека в последние годы активно занимается правотворчеством – функция, возможно, и не предполагавшаяся при его создании. Активные мероприятия по совершенствованию нормативной базы в сфере международной торговли, стандартизации, антимонопольного регулирования проводятся и в рамках ВТО. Отдельной сферой работы является совершенствование механизмов разрешения споров в сфере регулирования ВТО. Полезность такой деятельности, как и синергетические возможности международной кооперации, не вызывают сомнения. Дело, однако, в другом.

О важности традиций

Вступая в те или иные ассоциации, международные объединения и коллективные соглашения, страны преследуют понятные прагматические цели. В одном случае это обеспечение доступа к финансовым ресурсам, в другом – необходимость обмена информацией, в третьем – объединение усилий в борьбе с преступностью или терроризмом. Такими же соображениями, без сомнения, руководствовались и мы, стремясь в ВТО или ратифицируя Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод. Однако сегодня, когда западные страны, вместе и поодиночке, применили к России незаконные, немотивированные санкции, а международные суды, включая ЕСПЧ, принимают решения, продиктованные политическими мотивами, членство в перечисленных институтах, участие в соответствующих соглашениях следует подвергнуть серьезному анализу с точки зрения тех экономических и политических потерь, которые это членство приносит вместо ожидавшихся выгод.

Сделать это тем более необходимо, что никакого членства в благородном клубе «цивилизованных» государств никто России не предлагает. Поэтому тезис «С Европой нужно дружить», прозвучавший, например, на последнем Гайдаровском форуме, не вызывает ничего кроме недоумения. Да кто же предлагает нам дружбу? Служить – да, это, пожалуй, предлагали, причем на тех условиях, которые даже обсуждать особенно не готовы. Хотите приобщиться к «европейским ценностям»? Тогда – будьте добры соответствовать, а уже потом можно поговорить о ваших национальных интересах.

Речь идет не об обструкционистской политике – с гордо поднятой головой покинуть помещение, пренебрегая возможными бонусами и выгодами. Мы говорим о необходимости здраво оценить потребности участия России в старых, в основном европейских формах интеграции, а одновременно обратить внимание на перспективы новых форм, направлений, гораздо более соответствующих современным потребностям и современным представлениям о принципах и правилах международного сотрудничества. Приведем конкретный пример такой работы, на которой предлагается сосредоточиться более активно и профессионально. Речь идет о сотрудничестве юристов стран БРИКС. Не будем отдельно останавливаться на изъянах самой этой ассоциации и сомнениях в ее перспективности и пользе. Сомнения эти известны, во многом обоснованны, и их не нужно игнорировать. Дело, однако, не в них, а в тех новых, конструктивных элементах сотрудничества, призванных преодолеть отжившие и мешающие равноправному, эффективному взаимодействию стандарты, которые сложились в международной практике последнего столетия.

Три года назад юристы из государств этого объединения создали на уровне национальных профессиональных организаций постоянно действующий Юридический форум БРИКС. Целью объявлено развитие сотрудничества в правовой сфере, сближение законодательства, призванного обеспечить разностороннее взаимодействие стран этого интеграционного образования. Проведены два годовых заседания Форума – в Бразилии (2014) и в Китае (2015), третье пройдет в Индии в текущем году. Приняты соответствующие декларации, которые наметили мероприятия по институциональному оснащению сотрудничества и обеспечению его необходимыми рабочими инструментами.

В ходе дискуссий и обсуждений вопросов повестки дня заседаний Форума становится понятным, что представление об изъянах и дефектах, присущих интеграционным механизмам прежнего времени, волнует не только представителей России. В разное время и по разным поводам притеснениям, диктату и санкциям подвергались многие страны, в том числе Китай, а в текущем режиме согласованная политика давления в рамках различных объединений, обычная для западных стран, вызывает возмущение и протест всех государств, чьи успехи в экономической и социальной сферах являются предметом недобросовестных действий по так называемому «сдерживанию». Именно поэтому в БРИКС принята иная модель взаимодействия – не ущемление суверенитета, а его уважение, внимательное отношение к национальным особенностям; создание механизма принятия решений на основе консенсуса, а не мнения большинства; взаимодополнение правовых систем, а не игнорирование специфики национального законодательства и правовой практики под предлогом их «отсталости», «неразвитости» и т.п.

Особое внимание в ходе обсуждения проблем интеграции в БРИКС занимают способы и формы разрешения экономических споров. Предложено создать арбитражный суд БРИКС в Шанхае; специальный научный центр сравнительного правоведения для изучения опыта решения вопросов соотношения федерального законодательства и регулирования штатов в Индии, финансового законодательства Бразилии. Большой интерес вызывает опыт современных форм юридического образования в ЮАР, российские юристы предлагают проанализировать особенности имеющейся в России практики юридического оформления инфраструктурных сделок и организации крупных проектов по освоению природных ресурсов.

Взаимодействие профессиональных юристов в рамках Форума находится в самом начале, более или менее ясны расхождения в понятиях, правовых институтах, законотворческой и правоприменительной практике, даже в терминологии. Вместе с тем уже имеющийся опыт совместной работы показал, насколько следование принципам взаимоуважения, сохранения специфики при объединении усилий, бережного отношения к национальным интересам плодотворнее политики давления и игнорирования чужого мнения.

Еще об одном направлении действий в условиях растущего давления и усложнившихся международных отношений. Основными критериями, определяющими вес и влияние государства в его отношениях с партнерами на международной арене, продолжает оставаться экономическая и военная мощь, потенциальная способность решать возникающие коллизии силовыми способами. В этой связи национальное право должно быть эффективным и надежным инструментом проведения тех экономических и политических мероприятий, которых требуют особенности современной ситуации и перспективы стратегического развития страны. Напомним, что судебная, а вместе с ней и правовая реформы Александра II заняли несколько лет, причем, как пишет Зорькин: «Нельзя не признать, что мы, сегодняшние, до сих пор в существенной мере пользуемся плодами этих реформ во всех сферах нашей жизни». Следует добавить, что российская юридическая мысль, российский (советский) опыт нормотворчества и практика правоприменения являются национальным достоянием в не меньшей степени, чем всемирно известные памятники русской культуры.

В этой связи непонятны трудности проведения нынешней судебной реформы, которые иногда объясняют чуть ли не причинами хозяйственного характера. Так или нет, но затянувшаяся почти на двадцать лет реформа, сопровождаемая принятием процессуальных кодексов, изменением структуры судебных органов, развитием системы судебного департамента и судебных приставов должна быть, на наш взгляд, завершена как можно оперативнее. Работа судов в «транзитном состоянии» не бывает качественной, а статус судей, их отношение к делу едва ли будет соответствовать современным потребностям. В таких условиях нечего удивляться тому, что в нашей хозяйственной практике пользуется успехом миф о неподкупности и недостижимой эффективности иностранных, прежде всего английских судов, о преимуществах иностранного, в частности английского, права. Все это – выдумки, но выдумки умелые и подтверждаемые к тому же изъянами российской судебной практики.

Кстати, о заимствовании иностранных юридических конструкций, образцов и положений. Существует расхожее представление о том, что российская юридическая традиция, неся бремя советского, социалистического права, якобы не дает достаточного правового материала для формирования самостоятельных, отвечающих национальной специфике отраслей законодательства, которые соответствовали бы новым социально-экономическим условиям. Такое утверждение является пропагандистским ухищрением, или, попросту говоря, не соответствует действительности. Не станем останавливаться на этом подробно, приведем лишь мнение авторитетного французского правоведа Раймона Леже. Вот что он пишет в своей книге «Великие правовые системы современности»: «Многие из тех, кто изучали историю права древней Руси, а затем пытались понять и объяснить правовую систему Советского Союза, подчеркивали в первую очередь “слабость правовой традиции” в России. Может быть, эта слабость является преувеличенной», и далее: «Ее (России. – А.К.) право… заслуживает места среди “великих систем современного права”, даже если оно находится на реконструкции и подвержено динамике, усложняющей его понимание».

Хотя «период реконструкции» российского права, на наш взгляд, уже миновал, представители либерального направления юридической мысли стараются навязать картину косности представлений и подходов, присущих отечественному праву в силу его отсталости, несовременности, чуть ли не природной неспособности населения воспринять правовые конструкции, основанные на принципах толерантности, демократии, свободы и т.д. Отсюда – навязывание западноевропейских и американских образцов правового регулирования общественных отношений как единственно правильных, неоспоримых, необходимых к применению в современных условиях. Скажем однозначно, что такой подход далек от действительного положения вещей, но кроме того и вреден, поскольку старается обосновать обязательность заимствования чужих юридических лекал при построении собственной правовой системы.

* * *

В новых условиях существования России и сосуществования ее с другими государствами необходимо переосмысление ценностных ориентиров нашего правового мировоззрения. Это касается и внутренних, и внешних факторов, влияющих на жизнь нашей страны. Допустимо, а подчас и необходимо пересмотреть принципы взаимодействия России с другими субъектами международных отношений в сторону большего прагматизма и защиты национальных интересов. Кроме того, необходим более энергичный подход к построению новых, благоприятных и справедливых международных связей, отвечающих экономическим и политическим реалиям. Добиться первого и второго можно за счет мобилизации внутренних ресурсов всех общественных сил и процессов, в том числе развивая и совершенствуя национальную правовую систему.

Россия. Евросоюз. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 15 июня 2016 > № 1850859 Алексей Клишин

Рано успокоились

Почему возможна война между великими державами

Майкл Кофман – научный сотрудник Кеннановского института при Центре им. Вудро Вильсона, научный сотрудник Центра военно-морской аналитики. В прошлом – руководитель программы Национального оборонного университета.

Андрей Сушенцов – кандидат политических наук, руководитель аналитического агентства «Внешняя политика», директор программ «Валдайского клуба», доцент МГИМО (У) МИД России.

Резюме: Для достижения победы даже в региональном конфликте великим державам придется разрушить важные составляющие современного мира, от которых зависят все государства. Поэтому у любого конфликта будут неизмеримые общемировые последствия.

Данная статья представляет собой сокращенный вариант материала, написанного для серии «Валдайские записки». С полным текстом и научным аппаратом можно ознакомиться http://ru.valdaiclub.com

До недавнего времени в отношениях между крупнейшими странами царило относительное спокойствие. Опосредованные войны эпохи холодной войны по большей части затихли. Число региональных вооруженных столкновений сократилось, а великие державы вовсе перестали воевать друг с другом. После окончания холодной войны межгосударственное насилие резко пошло на убыль, уступив место внутригосударственным конфликтам.

Для Соединенных Штатов последние 15 лет ознаменовались войной против международного терроризма и двумя достаточно разорительными кампаниями в Ираке и Афганистане. В обеих странах операции против повстанцев оказались затяжными и проводились в условиях чрезвычайно дорогостоящих попыток государственного строительства. Опыт интервенций, как и вторжение в Ливию в 2011 г., оставили у американцев привкус разочарования тем, что военная сила не гарантирует достижения внешнеполитических целей. Это были тучные годы, когда США, обладая полным превосходством во всех областях военного дела, почти не испытывали конкуренции со стороны других крупных держав.

Но за последние два года в миропорядке проявились новые признаки конфликтности. Непрерывное совершенствование военных технологий оказалось фактором, под влиянием которого самые разные игроки, в том числе и крупнейшие державы, снова стали привыкать к возможности использования силы в отношении друг друга. Техническое совершенство армий растет, тогда как пороговые уровни их применения снижаются. Более того, многие соперничающие державы и организации рассматривают силовые методы как способ разрешения имеющихся проблем. Россия и НАТО, Китай и Япония, Иран и Саудовская Аравия, а теперь уже Россия и Турция демонстрируют военную мощь. Вновь возникла опасность крупных межгосударственных конфликтов с применением новых вооружений, разработанных в основном в мирное время.

Удержатся ли великие державы от соблазна использовать силу?

Даже не успев остыть от так называемого десятилетия войн, американские стратеги приступают к планированию высокотехнологичных операций против противника, приближающегося к американскому уровню развития техники. Еще не завершена борьба с международным терроризмом, а на повестке дня замаячила перспектива эскалации противостояния между государствами, оснащенными обычным и ядерным оружием. Роберт Гейтс, долгое время занимавший пост шефа Пентагона, как-то съязвил: «Что касается прогнозов о том, как и где мы в очередной раз втянемся в войну, то тут у нас с вьетнамских времен полный порядок. Мы не угадали ни разу: инцидент с “Маягуэс”, Гренада, Панама, Сомали, Балканы, Гаити, Кувейт, Ирак и далее по списку – за год до любой из этих операций мы и понятия не имели, что там придется воевать».

Мы, правда, не можем предсказать, где вспыхнет война. Однако государства подают сигналы о готовности применить силу, в их поведении различимы воинственные тенденции, которые нельзя игнорировать. Кто несколько лет назад мог вообразить, что это случится?

Ситуация в Сирии, в которую вовлечены многие крупные военные державы, уже создала почву для конфликта. Когда Турция сбила в ноябре 2015 г. российский бомбардировщик Су-24, Москва проявила сдержанность, но было ясно: удар, нанесенный региональной державой, не останется без ответа. Ради достижения политической цели Турция, член НАТО, пошла на риск эскалации конфликта с крупнейшей ядерной страной. Трудно сказать, была ли Анкара уверена в безнаказанности или просто безрассудна, однако подобные действия заметно увеличивают опасность войны между мировыми или региональными акторами.

Из-за Украины отношения между Россией и Западом достигли низшей точки. Выступая на Мюнхенской конференции по безопасности в 2016 г., Дмитрий Медведев заявил: «Мы скатились к новой холодной войне». Напряженность в зоне конфликта на Украине постепенно нарастает. В то же время в Сирии коалиция под руководством России продемонстрировала способность наносить удары воздушными и сухопутными силами.

Растущая напряженность между Китаем и многими из его соседей по Азиатско-Тихоокеанскому региону мало освещается в средствах массовой информации, но несет не меньшую угрозу. Как на море, так и на суше США играют здесь важную роль в качестве уравновешивающей силы. Рост влияния Пекина продолжает беспокоить Вашингтон. Растущая мощь КНР проявляет себя в военной конфронтации с соседними государствами по вопросу о принадлежности затерянной в море гряды островков. На первый взгляд, борьба ведется из-за груды песка, но она чревата серьезными политическими, военными и экономическими последствиями. Пока Соединенные Штаты ожидали наибольших проблем в Азиатско-Тихоокеанском регионе, мировой порядок начал рушиться в Европе и на Ближнем Востоке.

Между Россией и НАТО на Западе, Саудовской Аравией и Ираном на Ближнем Востоке, США и Китаем в Азии разворачиваются игры, грозящие эскалацией напряженности. Здесь и крупные военные учения, и внезапные проверки боеготовности, и операции по обеспечению свободы судоходства, и пролеты бомбардировщиков, и приближение на опасное расстояние в воздухе, и менее заметные «встречи» под водой…

Краткий обзор международных затрат на оборону и модернизацию военной техники свидетельствует о наращивании военных потенциалов и о постоянно меняющемся соотношении военной мощи. В России реформа и модернизация вооруженных сил началась в 2008 г. и продолжается до сих пор. В ответ на конфликт Москвы и Киева НАТО также осуществляет передислокацию, увеличивает расходы на оборону, проводит военные учения, прилагает усилия по повышению боевых возможностей на европейском театре.

В противоположной части мира, в Китае, также в разгаре масштабные – и весьма дорогостоящие – военные реформы, проводится модернизация ВС, и все это намного превосходит российские усилия. Немалые средства вкладывает в укрепление обороны Япония, в то время как политическое руководство ищет способы ослабить конституционные ограничения, из-за которых военная организация страны по-прежнему имеет статус «сил самообороны». Нигде тенденция на перевооружение не проявляется так явно, как на Ближнем Востоке, где, например, Саудовская Аравия располагает одним из самых больших оборонных бюджетов в мире. Миллиарды долларов тратят на закупку военной техники США, Франция, Египет, Россия, Ирак, ОАЕ, Саудовская Аравия и Алжир.

По мере того как крупнейшие державы модернизируют вооружения, оснащают новой техникой организационные структуры своих ВС и ведут политику балансирования на грани войны, обстановка заставляет вспомнить чеховское «ружье, висящее на стене». С каждым годом все больше вероятность того, что конкуренция между державами, уловки и просчеты военного руководства приведут к межгосударственному конфликту с катастрофическими последствиями. Одним из сценариев могло стать разрастание российско-турецкого кризиса, предпосылки для этого имелись. Отсутствуют признаки трезвого расчета и в отношениях между государствами в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Опосредованная борьба и снижение порога применения силы

Все аналогии хромают, но в некоторых аспектах сегодняшний мир напоминает тот, что предшествовал Первой мировой войне. Возможно, ему и не присуща полноценная многополярность, но он опутан густой сетью региональных альянсов, двухсторонних договоров и соглашений. Ведущие державы расходуют значительные средства на оборону, вкладывают деньги в разработку новых технологий и военных доктрин. Как и более ста лет назад, новая война будет происходить с использованием технологий, для которых еще предстоит разработать принципиальные обоснования, в средах, где никогда прежде не велись боевые действия, и при полном отсутствии правил. Над миром нависла тень ядерных вооружений.

Как новые технологии повлияют на способность руководства крупных держав сдерживать эскалацию конфликтов?

Во время Первой мировой боевые действия распространились на воздушное и подводное пространство. Сейчас «гранды» будут сражаться прежде всего в киберпространстве, на полях информационного противостояния и в космосе. В ходе Первой мировой изменился сам характер боевых действий: они стали неограниченными, целями для удара оказались объекты инфраструктуры, гражданские и торговые транспортные средства, а четкие правила ведения войны перестали существовать. За последние сто лет правила внедрялись с переменным успехом. Периодически стороны выражали готовность следовать утвержденным нормам. Произошло фактическое разделение понятий конфликта и нормативного мира. Накануне Первой мировой войны экономическая интеграция и растущая взаимозависимость держав создавали впечатление, что столкновение невозможно из-за немыслимого урона, который оно способно причинить. Однако тот факт, что она оказалась почти одинаково разорительной для всех европейских государств, не помешал ее развязыванию.

Сегодня мы наблюдаем тенденции отхода от строгих правил ведения войны и размывания четкой грани между войной и миром. США, Россию и Китай сближает установка на косвенное участие в боевых действиях и конфронтации, на использование политических, экономических и информационных рычагов. Эта линия прослеживается в трудах российских и китайских стратегов и в действиях обеих стран на мировой арене. В качестве примера эволюции военной мысли можно привести идеи теоретиков Китая о неограниченной войне, изложенные в известной книге 1999 г., и предложения по ведению нелинейной войны, высказанные нынешним начальником Генерального штаба ВС России Валерием Герасимовым в статье 2013 года.

Не будучи военными доктринами, эти идеи тем не менее являют собой важное свидетельство отсутствия четкой границы между войной и миром, подготовки поля боя к столкновению невоенными средствами и значения невоенных рычагов национальной мощи.

Многие из приводимых соображений не новы, они своего рода повторение пройденного на новом витке истории и восходят к знаменитому меморандуму Джорджа Кеннана от 1948 года. На заре холодной войны тот возвестил о начале проведения организованных политических акций.

Важный вывод, который можно сделать из этих сочинений, состоит в том, что крупнейшие мировые державы уже находятся в состоянии конфронтации. В наиболее острой форме она протекает между Россией и НАТО, не менее проблематично дела обстоят и в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Тем временем порог применения силы продолжает снижаться, и Сирия, где пересекаются противоречивые интересы самых разных акторов, рискует стать местом преодоления этого порога.

Будущая война между великими державами

Вторая мировая война, самая разрушительная в истории человечества, представляла собой доктринальное и техническое оформление возможностей, рожденных Первой мировой. Она началась наступлением танковых армий при поддержке авиации. Эти технологии были отточены в ходе многочисленных военных конфликтов, произошедших в межвоенный период, особенно во время междоусобицы в Испании (1936–1939).

Следующая большая война, по-видимому, перенесет нас назад во времени: передовые технологии будут впервые использованы в условиях крупномасштабного конфликта. Целью нападения станут линии коммуникаций, разведывательные подразделения и ряд вспомогательных средств наземного, космического и подводного базирования. Именно сеть датчиков и коммуникационных приборов обеспечивает ведение современной войны. Мы являемся свидетелями редкого исторического момента, когда из слияния новых боевых свойств оружия с силами и средствами ведения вооруженных действий рождается конфликт нового поколения.

В прежних войнах между великими державами часто имели место масштабные операции с использованием обычных вооружений, но не обязательно, что такое повторится в XXI столетии. Цель теперь – не столько в разгроме армии, сколько в уничтожении экономики и политической системы противника. Будущее столкновение едва ли начнется с движения войск, сосредоточенных по обе стороны фронта. Оно развернется в космосе, киберпространстве и электромагнитном спектре. Первый залп совершат почти исключительно электронами для разрушения системы управления войсками и важными объектами национальной инфраструктуры, а также поражения или выведения из строя ключевых вспомогательных средств, обеспечивающих ведение боевых действий.

Удары будут направлены на хозяйственную и энергетическую систему, выведут из строя коммуникационные и электрораспределительные узлы, нарушат функционирование гражданских систем жизнеобеспечения. Цель – не дать противнику эффективно сопротивляться, дезорганизовав все управление. Эффектами второго и третьего порядка может стать остановка реакторов ядерных электростанций и работы центров спутниковой навигации, к которым подключены многие гражданские и военные системы, что будет иметь катастрофические последствия.

В современных войнах между крупнейшими державами едва ли предусмотрены масштабные наземные операции. Более того, стороны любой ценой будут избегать оккупации территории противника. Да и в самом деле, кому нужно захватывать Китай, Россию или всю Европу? У Соединенных Штатов, безусловно, нет желания вторгаться в Иран, а это далеко не самый грозный из потенциальных противников.

Вслед за США и другие государства начали инвестировать не в живую силу, а в огневую мощь, факторы повышения боевой эффективности и технологии. Возможно, как в случае с Украиной, страны будут стремиться оказывать влияние на часть территории противника для достижения стратегической цели. Поэтому силовая фаза будущих конфликтов будет краткой и интенсивной, а ее исход зависит от технологического превосходства и запаса прочности того или иного государства. В некоторых случаях победа может быть достигнута за счет нанесения весомого ущерба стратегической инфраструктуре противника с ограниченным применением силы и без значительного прямого соприкосновения с ним.

Война будущего может возникнуть из-за конфронтации на местном уровне – например, в связи с нарушением воздушного пространства, вторжением сухопутных войск или инцидентом во время военных учений. Многие страны стремятся разрабатывать стратегии, основанные на возможностях ограничения маневра потенциального противника (anti-access/area denial – A2/AD) и на эффективном использовании высокоточного оружия дальнего радиуса действия, которое позволяет закрыть доступ к целым регионам. Само военное столкновение, таким образом, все более удаляется от национальной территории. Поэтому вооруженный конфликт, скорее всего, начнется на большом расстоянии от обеих сторон и только потом перекинется на них. Однако для победы в такой географически локализованной схватке потребуется горизонтальная и вертикальная эскалация. То есть прежде чем вступить в войну с применением обычных вооружений, противникам придется снизить эффективность основных и вспомогательных средств собственных комплексов вооружений, преграждающих доступ к отдельным районам (A2/AD), или даже их ликвидировать. Это станет побудительным стимулом к вступлению в кибервойну, участники которой ослепляют или уничтожают спутники, выводят из строя датчики и развертывают мощные средства радиоэлектронной борьбы.

Но оставим на время наступательную проблематику и рассмотрим подход таких стран, как Россия, к созданию неядерных сил сдерживания. Неядерное сдерживание основано на принципе воспрепятствования и/или наказания. Россия, например, стремится к созданию плотной A2/AD среды на Балтийском и Черном морях, что обеспечивает воспрепятствование, но в карательных целях она разработала высокоточные крылатые ракеты дальнего радиуса действия. Они были продемонстрированы в рамках российской операции в Сирии. Стрельба производилась с надводных кораблей, подводных лодок и стратегических бомбардировщиков.

Хотя потенциалы России и ее западных оппонентов здесь примерно равны, число российских платформ и боеприпасов ограничено. Проще говоря, Россия теоретически не может позволить себе обмен ударами с США или НАТО в ограниченном конфликте с применением обычных вооружений. Ее задачей – опять же теоретически – было бы нанесение ударов по особо важным в экономическом и политическом плане объектам в Европе для нанесения неприемлемого ущерба и последующей деэскалации конфликта. В основе такой стратегии – установление местоположения важных узловых точек в Европе и наращивание потенциала для удара по значимым американским целям. Все державы будут стремиться показать, что и впрямь способны причинить значительный урон стратегическим интересам друг друга, не используя ядерное оружие.

Ядерный арсенал навсегда останется стратегическим фактором первой величины, но и он становится уязвимым для ударов высокоточным неядерным оружием. Необходимо также учитывать достижения в разработке средств противоракетной обороны. На ряде направлений Соединенные Штаты достигли превосходства в обычных вооружениях и, что вполне естественно, хотели бы внушить другим мысль о том, что ядерное оружие утратило значение, хотя оно, как и прежде, остается единственной реальной угрозой самому существованию американской нации.

Возможен ли конфликт с использованием обычных вооружений между ядерными государствами? Если коротко, то да, потенциально возможен. С учетом же того, что подготовка к подобному повороту событий происходит во всех государствах, даже и вероятен. В условиях непрерывного расползания технологий ПРО, происходящего в первую очередь с благословения США, значение ядерного оружия как общепризнанного надежного средства предотвращения войны будет неуклонно снижаться. Государства станут делать упор на обычные средства сдерживания в ущерб ядерным арсеналам.

Сопутствующий ущерб и непреднамеренные последствия войны

Современные развитые страны особенно уязвимы в обстановке войны с применением обычных вооружений и могут существовать только в условиях мира. Ни силы сдерживания, ни оборонительные мероприятия не способны предотвратить нанесение сокрушительных ударов по инфраструктурным и хозяйственным объектам и населению. Подготовка к новому столкновению предполагает изыскание способов защиты важных хозяйственных активов и повышения жизнестойкости народа. Кроме того, предполагается разработка планов мобилизации, направленных на приспособление политической сферы, народного хозяйства и общества к требованиям военного времени.

Нынешняя боевая обстановка неизмеримо сложнее той, что существовала во время прежних войн. Многие платформы не только имеют двойное назначение, то есть являются одновременно объектами гражданской и военной инфраструктуры, но и активно используются военными и гражданскими ведомствами. Первые же материальные потери, понесенные сторонами в ходе современного конфликта (от коммерческих навигационных спутников типа GPS и ГЛОНАСС до подводных кабелей, по которым проходит коммуникационный трафик целых регионов), непосредственно скажутся не только на противоборствующих державах и их населении, но и на многих других (а то и на всех) странах. С коммерческой точки зрения конфликт между региональными державами, безусловно, предпочтительнее схватки крупнейших мировых государств, но даже он будет иметь катастрофические последствия. Значительные объемы межгосударственной торговли по-прежнему идут по морю, а граждане пользуются воздушным транспортом. Крушение рейса MH17 – трагическая иллюстрация того, чем чреват для международных воздушных перевозок даже ограниченный конфликт.

Гораздо более важную роль в войне будущего будут играть информационная сфера и электромагнитный спектр. Последствия пока неясны. Во время Первой мировой все стороны отдавали предпочтение наступлению, обещавшему быструю победу. Однако применявшиеся ими технологии далеко обогнали теоретические знания и опыт их наилучшего использования. Марк Твен говорил, что история не повторяется, но часто рифмуется. С точки зрения затрат и в космосе, и в киберпространстве, и в информационной сфере нападать гораздо проще, чем защищаться. Исходя из этого, потенциальные противники будут развертывать наступательные вооружения, которые прежде испытывались только в домашних условиях либо в отдельных случаях за пределами своих стран.

Ядерное оружие уже одним фактом своего существования выводит ситуацию на более высокий уровень сложности. Держатели стратегических ядерных потенциалов раскинули сети радаров раннего оповещения, спутников обнаружения пуска ракет, коммуникационных центров и центров управления двойного назначения, которые лучше обходить стороной во избежание ненужного обострения. Многие страны осведомлены о местоположении центров управления ядерными силами друг друга. Однако есть ли у них уверенность, что, уничтожая вражескую инфраструктуру, они не поразили элемент жизнеобеспечения системы раннего оповещения или центра управления ядерными силами противника? Могут ли США, Россия и Китай знать наверняка назначение спутников, которые они ослепляют или выводят из строя? В связи с этим будущий конфликт чреват многими опасными неизвестными. Применение новых вооружений потребует высокой устойчивости к рискам.

Как государства готовятся к войне нового поколения

Происходящее по всему миру наращивание военной мощи меняет карту политических союзов. Страны возвращаются к рассмотрению проблем суверенитета и самообороны. Некоторым государствам, имеющим общую границу с Россией и Китаем, США дали неофициальные гарантии безопасности, что привело «полусоюзников» в состояние невротической неопределенности. Эти недооформленные альянсы взывают к испытанию на прочность, как это и произошло в ходе грузино-югоосетинского конфликта августа 2008 года. Официальные союзы вроде НАТО могут столкнуться с вызовом в форме открытого конфликта между Россией и Турцией в Сирии. То же самое относится и к противостоянию Армении и Азербайджана, в контексте которого некоторые союзники Еревана по ОДКБ на деле симпатизируют Баку.

Турция и Армения вынуждены оценивать, как им воевать независимо от союзников и какие именно высокотехнологичные средства – GPS/ГЛОНАСС, инфраструктуру противовоздушной обороны, оборудование спутниковой связи и т.д. – они могли бы использовать без разрешения союзного командования. Многие приходят к выводу, что национальный суверенитет должен распространяться на как можно большее число современных средств вооруженной борьбы либо как минимум стремятся диверсифицировать свою зависимость от союзников. Так, Турция намекала, что может приобрести у Китая систему противовоздушной обороны, альтернативную американской. Возможно, турки пытались шантажировать западных производителей, чтобы подтолкнуть их к передаче технологий, но потерпели неудачу. Ряд стран (Египет, Ирак) после «арабской весны» пожелали диверсифицировать зависимость от Запада и обратились к России.

Наряду с количественной асимметрией военных возможностей региональных держав существует и качественное превосходство последних в военных технологиях. В ходе конфликтов в Югославии, Ираке и Ливии силы НАТО достигли полного превосходства над противником благодаря наличию у них более передовых вооружений и систем управления войсками. Западные военнослужащие обладают хорошей профессиональной и специальной подготовкой, имеют опыт боевых действий и получают большое денежное довольствие, что обеспечивает их качественное превосходство над военными потенциального противника. Это подтолкнуло развивающиеся экономики к реформированию собственных вооруженных сил, чтобы иметь возможность противостоять вызовам современной войны.

Наряду с военным потенциалом эволюционирует и ключевой принцип достаточности в обороне, по которому ни одно нападение не должно оставаться безнаказанным. В области обычных вооружений достаточность подразумевает наличие сил и средств, оптимальных по количеству и качеству для обеспечения безопасности. В настоящее время пределы достаточности устанавливаются в зависимости от того, каким должен быть ответ на действия ведущих военных держав – США, России и Китая. Развивающиеся государства не могут обеспечить себе большую безопасность, чем великие державы, но мириться с недостаточной защищенностью им тоже не хочется. Это означает, что они будут препятствовать любым действиям, значительно изменяющим баланс сил в регионе, будь то наращивание военной мощи, закупка высокотехнологичного вооружения или капиталовложения в технологии, способные повлиять на стратегический баланс (например, технологии ПРО или мгновенного глобального удара с использованием обычных вооружений).

Руководство стран все лучше понимает значение (если не сказать преимущество) невоенных методов достижения политических и стратегических целей. Действительно, в мирное время государства вовлечены в многочисленные политические и экономические баталии. Результат современных конфликтов все чаще определяется дипломатическими, экономическими и информационными средствами. В высказываниях Герасимова о применении Западом приемов нелинейной войны, сетованиях натовцев насчет того, что Россия ведет «гибридную войну», комментариях представителей КНР по поводу неограниченной войны мы видим возрождение концепций, которые во второй половине ХХ века служили теоретическим обоснованием классического политического противостояния и связанных с ним приемов политической пропаганды.

В условиях, когда ведется подрывная деятельность, для выполнения конкретных миссий нанимаются «доверенные», но напрямую не аффилированные исполнители, используются неофициальные вооруженные формирования и группы ополченцев, периодически проводятся секретные операции, решительно невозможно однозначно идентифицировать противника и даже просто четко описать характер боевых действий. Составной частью противостояния великих держав является информационная война, представляющая собой элемент конфронтации мирного времени и фактически перечеркивающая концепцию нормативного мира между противоборствующими государствами.

Заключение

Риск войны между великими державами возрастает. Особую обеспокоенность вызывает то, что начаться она может неожиданно. В НАТО полагали, что конфликтом с Россией чреват «прибалтийский фактор», но мало кто мог вообразить российско-турецкий кризис в конце 2015 года. Кроме того, на Ближнем Востоке продолжается несколько опосредованных войн между Саудовской Аравией и Ираном, в ходе которых разрушаются Сирия и Йемен. В Ираке царит нестабильность, Ливия раскололась, будущее Афганистана под вопросом. Разрастаются конфликты между Китаем и его соседями, многие из которых связаны союзными или партнерскими отношениями с США. Милитаризация спора вокруг островов в Южно-Китайском море, одним из этапов которой стало недавнее размещение Китаем на одном из островов ЗРК дальнего радиуса действия HQ-9, не может остаться без последствий.

В нынешнем военном балансе полно асимметрий и неясностей, которые, по мере того как региональные и мировые державы продолжают модернизацию вооруженных сил, будут нарастать. Содержание и последствия современного конфликта неясны: это скорее тема кабинетных игр, нежели конкретный опыт. По всей видимости, конфликт не удастся локализовать, так как он с самого начала потребует горизонтальной и вертикальной эскалации как условия достижения успеха. Непонятно, как ядерные державы рассчитывают справляться с динамикой такой эскалации. И тем не менее, на фоне нынешней конфронтации между Россией и НАТО, военных учений, полетов бомбардировщиков с большим радиусом действия и тому подобного, стороны демонстрируют ничем не оправданную высокую терпимость к риску.

Как и в других войнах, ход возможного конфликта будет определяться технологиями и доктринами, причем для получения перевеса все стороны будут искать «обходные пути». Вера в технологический детерминизм вступает в противоречие с использованием методов традиционной политической войны, эффективность которых повышается благодаря современным СМИ. Встреча старого и нового способствует модернизации средств, с помощью которых велась холодная война. Одновременно государства разрабатывают и заимствуют у других совершенно новые технологии, прежде не применявшиеся на войне. Ясно только одно: для достижения победы даже в региональном конфликте великим державам придется разрушить важные составляющие современного мира, от которых зависят все государства. Поэтому у любого конфликта будут неизмеримые общемировые последствия.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 15 июня 2016 > № 1850848 Майкл Кофман, Андрей Сушенцов

Состоялась встреча Александра Новака с Министром народной власти по энергетике и нефти Венесуэлы Эулохио Дель Пино.

Накануне открытия Петербургского международного экономического форума - 2016 состоялась встреча Министра энергетики Российской Федерации Александра Новака с Министром народной власти по энергетике и нефти Боливарианской Республики Венесуэла Эулохио Дель Пино.

Стороны обсудили двусторонние проекты в энергетике, ситуацию на рынке углеводородов, итоги июньского заседания ОПЕК в Вене и перспективы продолжения сотрудничества со странами-членами организации.

По окончании встречи Александр Новак поблагодарил венесуэльского коллегу за согласие принять участие в панельной сессии «Новые реалии мирового рынка углеводородов» в рамках ПМЭФ 16 июня.

Георгий Каламанов возглавил российскую делегацию на заседании сессии Генеральной ассамблеи Международного бюро выставок.

Сегодня, 15 июня 2016 года, в Париже состоялось заседание 159-й сессии Генеральной ассамблеи Международного бюро выставок. Официальную делегацию России на мероприятии возглавил заместитель министра промышленности и торговли РФ Георгий Каламанов.

В ходе заседания был заслушан доклад по итогам проведения Всемирной универсальной выставки «Экспо-2015». Георгий Каламанов сообщил, что в ней приняли участие 145 стран. Павильон России на «Экспо-2015» стал одним из самых посещаемых, всего в нем побывали более 4,2 млн человек. В целом же, по данным организаторов, «Экспо-2015» посетили 21,5 млн человек, 62 главы государств, более 250 правительственных делегаций разных стран. Павильон России привлек внимание большого количества официальных лиц и делегаций: так, почетными гостями павильона стали президент Российской Федерации Владимир Путин и премьер-министр Итальянской Республики Маттео Ренци.

Также участники заседания ассамблеи обсудили ход подготовки Международной специализированной выставки «Экспо-2017» в Астане и Всемирной универсальной выставки «Экспо-2020» в Дубае.

Российская Федерация подтвердила свое участие в «Экспо-2017», идет активная подготовка российской секции на выставке. Предполагается, что посетителями «Экспо-2017» станут более 2 млн человек, в том числе главы государств, руководители крупнейших мировых компаний и международных организаций. Планируется, что в выставке примут участие предприятия и организации из более чем 100 стран мира, таких как Китай, Индия, Южная Корея, Германия, Франция, Великобритания, Япония, Саудовская Аравия и другие. В 2017 году впервые за историю «Экспо» Россия выступит международным партнером по подготовке деловой программы и соорганизатором более 100 мероприятий международной программы «Экспо-2017». Вопрос об участии России в «Экспо-2020» в Дубае также прорабатывается.

Кроме того, на заседании был рассмотрен вопрос о присоединении Косова к Конвенции о международных выставках, подписанной в Париже в 1928 году. Российская сторона придерживается позиции непризнания факта присоединения, так как таким правом обладают только государства, получившие международное признание. Данная позиция была поддержана большинством стран-участниц Международного бюро выставок.

Самыми доступными внутренними туристическими направлениями наступившего лета стали Нижний Новгород (5 250 рублей туда-обратно), Санкт-Петербург (5 328 р.), Чебоксары (6 306 р.), Саранск (6 314 р.) и Вологда (6 462 р.). В десятку также вошли Астрахань, Екатеринбург, Самара, Казань и Волгоград. В рейтинг самых доступных внешних направлений вошли Вильнюс (9 313 р.), Минск (10 352 р.), Хельсинки (10 410 р.), Кишинев (11 476 р.) и Ереван (11 779 р.); в десятку также вошли Кельн, Стокгольм, Краков, Рига и Клайпеда.

Некоторые направления подешевели почти вдвое, позволяя туристам посетить ранее не доступные направления. Рейтинг самых подешевевших внутренних направлений возглавили Киров, Ижевск и Астрахань.

Рейтинг самых подешевевших внешних направлений с вылетом из Москвы возглавили Ванкувер, Худжанд и Эр-Рияд.

Средний чек на авиабилеты с учетом раннего бронирования вырос с 13 342 до 15 293 рублей, что на 14% больше, чем в прошлом году. При этом по внутренним направлениям рост составил 6%, с 9 966 до 10 650 рублей, по внешним – с 17 142 до 19 757 рублей (+15%).

Доля внутренних направлений составила 63%, что на 2 п.п. меньше по сравнению с летом прошлого года. Доля продаж авиабилетов по международным направлениям выросла с 35% до 37%.

Для увеличения добычи на сланцевых блоках в США нужна цена на нефть $60 за баррель - Сечин.

Производителям сланцевых углеводородов в США для массового увеличения добычи "черного золота" необходима цена на нефть в районе 60 долларов за баррель, сказал глава крупнейшей российской нефтекомпании - "Роснефти" Игорь Сечин на годовом общем собрании акционеров.

"Специфика сланцевых технологий состоит в том, что они способны быстро реагировать на изменения рыночных обстоятельств... Разветвленная сеть магистральных нефтепроводов (в США - ред.), доступ воды, строительных материалов, совершенно другое законодательство на недра... а ресурсная база очень тяжелая. И необходимая цена для массового увеличения добычи в США находится где-то в пределах 60 долларов за баррель", - сказал Сечин.

"Поэтому, мы в принципе справляемся с этими вызовами (сланцевой добычи в США - ред.), и наша ресурсная база позволяет нам эффективно работать больше 20 лет, даже не проводя каких-то больших капитальных вложений в развитие новых месторождений, проведение геологоразведки", - добавил глава "Роснефти".

По его словам, сланцевые технологии, наряду с другими инструментами, прежде всего финансовыми, биржевыми, стали одной из основ для того, чтобы рынок стал "одним из законодателей мод". "Я бы отметил, что кроме США, есть еще и другие центры воздействия на мировой рынок (нефти - ред.). К ним можно также отнести Саудовскую Аравию и Россию, которая сохраняет свои позиции на традиционных рынках и выходит на новые ", - добавил Сечин.

Он также отметил, что ресурсная база "Роснефти" и в целом страны является "лучшей в мире", о чем говорит низкая себестоимость добычи.