Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

Для того чтобы удовлетворить растущий глобальный спрос производителей полиэтилена на 1-гексен сомономеры, компания Chevron Phillips Chemical (Техас, США) рассматривает возможность строительства соответствующего производства, сообщает Plastinfo.ru. Согласно планам компании, новый завод мощностью 200 тыс.т. будет построен на территории комплекса Cedar Bayou Chemical Complex в Техасе. Chevron Phillips рассчитывает ввести производство в эксплуатацию в I кв. 2014г.

Новый завод будет работать по селективной 1-гексен технологии, которая позволяет получить сомономеры класса 1-гексен или альфаолефины из этилена. После запуска площадка станет третьим производством в мире, где используют эту технологию. Данная технология успешно применяется на производстве компании Qatar Chemical Company (Q-Chem) в Месаиде, Катар, а также будет использоваться на заводе Saudi Polymers Company в Эль-Джубайле, Саудовская Аравия, который планируется к запуску в следующем году.

1-гексен является одним из важнейших компонентов, используемых в производстве полиэтилена, из которого обычно получают пленку, пластиковые трубы, молочники, бутылки для моющих средств, упаковку для продуктов питания и напитков, – передает www.rcc.ru.

Воспитание аристократов Восточной Сибири. Белый, трудно подобрать слово, нетронуто белый снег, нетронуто синее небо — Эвенкия. Прицепленное к снегоходу железное корыто, брызжа снежной пылью, летит по реке мимо гольцовых скал. Мы лежим в корыте, заменяющем нарты; вместо собак — “Буран”. Джеклондонская эпопея на современный лад. Впрочем, в нашем кочевье будут и собаки, и нарты, и олени, как же без оленей — место называется Оленек, в переводе с эвенкийского — большая вода, или брод. Это одна из версий, а истина уходит в такие дебри… Зачем мы сюда забрались, двое якутов и москвич? Чтобы логически завершить путешествие, начатое в Татте и продолженное в Верхоянске1 , в жанре педагогики кочевья, поскольку в Оленек мы отправились в кочевую школу. И, значит, будем кочевать с детьми и оленями и в реальном пространстве, и в искусственном, что свойственно обучению. Но вначале — о реальном.

Северо-запад Якутии, за полярным кругом. Оленекский эвенкийский национальный район — самый большой в республике (десять процентов территории Якутии) и малолюдный (0,01 чел. на 1 кв. км). Север “алмазной провинции”, пока нетронутый. Производств нет — лишь оленеводческие хозяйства. Население 4100 человек, четыре населенных пункта, от райцентра Оленька до Жилинды — триста двадцать километров, до Эйика — пятьсот пятьдесят. Проводить школьную реструктуризацию тут — все равно что на Марсе.

Что не мешает Оленьку быть одним из самых продвинутых в педагогическом отношении районов, здешняя школа первой вышла в Интернет, и “нагрузка на сайт”, как выразилась начальник управления образованием Елена Христофоровна Голомарева, тут самая большая. При мне проходил телемост с Анкориджским университетом на Аляске. “Мы не забытые, — сказала Елена Христофоровна сразу, как только мы познакомились, — хоть и отдаленные”.

Добирался сюда на перекладных. Вначале до Мирного, потом пересел на самолетик поменьше и долетел до Удачного, аэропорт “Полярный”. Наконец, взяли курс на Эвенкию — пейзаж под крылом поразительно изменился, возникли удивительные ландшафты: черточки лесотундры, напоминающие следы птичьих лап или загадочную письменность.

В сине-белом, в полосочку, деревянном аэропорту Оленька меня ждала женская делегация в шубах с национальном орнаментом, возглавляемая Еленой Христофоровной, душой местного образования и общественного самоуправления. Мои друзья из Якутска и Татты — Николай Бугаев и Геннадий Решетников были уже тут — кочевая компания готова.

Часть первая

Культбаза

Попытки создать кочевую школу были и раньше — пять или шесть попыток до Оленька. Почему вышло именно тут? Бугаев считает, что дело в конкретных людях и в конкретном этносе.

У эвенков в силу сложившихся обстоятельств (удаленность, нетронутость природы промышленностью) сохранен язык предметной деятельности, еще точнее — этнокультурный, самый глубокий, пласт предметной деятельности. Когда якут надевает национальную одежду, говорит Бугаев, первое, что приходит в голову, — художественная самодеятельность. А у эвенков национальная одежда естественна, она — часть быта, хозяйствования. И если не упустить момент — нынче у эвенков период взлета, явление “резонанса”, только что получили статус национального района, — то у них, считает Бугаев, получится. Надо только успеть года в три уложиться.

Народ возрождается с памперса.

Мы поселились в детском садике на крутом скалистом берегу реки, откуда открывались фантастические северные просторы. В саду детей не было (второй месяц не работал, авария, сломался насос), нам согревали комнату для сна, кормили-поили, рассказывали и показывали милые женщины, заведующая садом Надежда Владимировна Климовская и ее коллеги. Они мне запомнились еще с конкурса экспериментальных площадок в Якутске. Оленекские были самые стеснительные, стояли как-то бочком и молчали. А я взглянул — что это у них такое разложено на столике? — и ахнул. Поделки из оленьих косточек, из камешков, из рыбьих костей — мелкая моторика, эвенкийский аналог системы Монтессори, инновационная дошкольная педагогика, соединенная с традицией. Не удержался, попросил самодельную игрушку — показать в Москве специалистам дошкольного воспитания. У тех — та же реакция.

Настоящее видно сразу.

Во дворе садика “Туллукчаан” — фигуры изо льда, а в саду вас встречает олененок, для развития речи — с дырками в голове, ребенок подходит, там, где глаза, рот, свои подставляет и может что-то говорить, импровизировать, подражать филину, мышке, медвежонку…

Малыши играют в пальчиковые куклы, разговаривают, и у них развивается речь. Дети лепят из соленого теста, раскрашивают оленьи косточки, получаются живописные фигурки, рассказывают заведующая садом Надежда Владимировна и методист Дарья. А внизу, в комнате, на полу — шерстяной коврик из “чашечек” передних ног оленя.

Считают дети так: по-русски — раз, два, три, а по-эвенкийски — омукан, двуур, илан. До пяти пока могут сосчитать оленей. Но можно научить и иначе. Еще до того, как были изобретены числа, люди умели считать образно: вон тот, говорили, черный, пришел, и этот, с белым пятнышком. “Сейчас так умеют оленеводы?” — спрашиваю. “Ага, даже дети различают”.

“Омолки” — мальчик, “хунан” — девочка. “Таткачирук” — образование. Его можно получить разными способами, не только из книжки — от родничка или от лекарственной травы, знаменитого “золотого корня”. Дети — в семье в среднем по три ребенка, но бывает и шесть — пьют чай со зверобоем, шиповником, из шишек лиственницы воспитательницы делают варенье (попробовал — вкусное). Местные камни лечат разные болезни. А тот, кто найдет вот такой камень, с дырками, объясняют нам, будет счастливым. На Оленьке таких дырявых камней много.

Так дети по внешнему виду и запаху учатся с раннего возраста определять растения, выращивают лук, экспериментируя — в земле, в воде, в темноте и на свету. Играют в шашки, сделанные из оленьих косточек (когда готовят студень, самые мелкие косточки остаются). И свой флаг у них есть, и герб, сине-белый с оленьими рогами.

Мы ходим по саду, в котором временно нет воспитанников (тихо, как будто они спят) и смотрим. Вот младшая группа, вот средняя. Игра с кубиком и фишками, переделанная на местный лад: идет по таежной тропке человечек, если какая-то опасность (медведь, волк), в обход идет. А если встречает вертолет — сразу перелетает. На лыжах идет (в соседний район, объясняют воспитательницы) от Оленька, от домика со спутниковой антенной, через тайгу, или верхом на олене, в “мексе” (кухлянке) идет по реке, поднимается на “кыхыл хая” — красную гору. И так он идет, идет, до Жилинды дойдет, где на “Буране”, где на лыжах — как в жизни.

Всему надо научиться. Освоить снегоход — пока из деревяшки. Познать этнопедагогику колыбельного возраста: приходит дедушка с охоты, желудок куропатки надувает, высушивает, кидает туда мелкие косточки — превосходная погремушка получается.

Самая замечательная вещь — народный “памперс” (придуман задолго до американского), из деревянной трухи, ее измельчают и бросают в люльку.

Программа детского сада называется “Творчество наших предков”.

Несколько лет назад ничего этого не было — ни игрушек предков, ни творчества. Был типовой детский сад. Когда район получил официальный национальный статус, люди воодушевились, но мало кто понимал, что из этого следует. Стали думать, что сделать, чтобы возродить народное (язык забыт, культура рассеяна, потеряна, как здешняя речка Мыта — есть такая “заблудшая, потерявшаяся речка”). Начали собирать то, что осталось от традиции. Что нашли, взяли за основу и принялись развивать.

“А игрушки старинные откуда брали?” — спрашиваю заведующую. “В стадах, у бабушек, — отвечает. — Хотя игрушек часто уже и не было, но бабушки вспоминали, описывали — а мы восстанавливали. Хорошо, что вовремя спохватились, — последнее поколение”.

Так они возвращались к бабушкам, снегам, оленям. Вешали рога в детском садике — чтобы дети умели аркан кидать. Изучали эвенкийские игры со старыми пыжами, узоры для унтов. Дети их разглядывали, а потом сами придумывали новые. Мамы и папы тоже заинтересовались. Детский сад стал для Оленька центром инноваций и культуры.

Это теперь легко сказать — нашли, возродили. На самом деле то, что сделал детский сад, его помощники и друзья (в первую очередь Елена Христофоровна Голомарева, собравшая вокруг “Туллукчаана” педагогов, родителей, местное сообщество), — революция в образовании. Через сад пошло возрождение национальной культуры. Ситуация уникальная даже для мировой практики.

Тут я отвлекусь, исторический пример напрашивается.

В это трудно поверить, но Оленек повторяет в миниатюре то, что происходило при возникновении государства Израиль в 1948 году, когда на землю обетованную начали собираться люди со всего света. Была полная мешанина. Повторялось “вавилонское столпотворение” народов, которые говорят и думают по-разному. Нужно было как-то интегрировать людей в единое общество. Вот тогда-то одним из первых законов молодого государства стал акт не из области экономики или политики, а Закон об обязательном детском саде! В Иерусалиме именно с него началась интеграция многоликого общества. А в Оленьке — возвращение к корням, традиции.

Поражаюсь: всего полтора года — и такой подъем. “Национальный характер, — объясняет Бугаев причину здешних стремительных перемен. — Якут в тайге только раскочегаривается, а у эвенка уже чай кипит. Народ горячий”, — говорит срединный, медлительный якут про северного соседа.

Тут к месту справка из энциклопедии.

Эвенки (тунгусы, самоназвание “эвэнкил”). Относятся к тунгусо-маньчжурской группе народов (маньчжуры, нанайцы, орочи, ульчи, эвены, сибо). Глазковская культура. Религия: шаманизм. Общая численность — 76 тысяч. Места обитания Китай, Россия, Монголия. В РФ по переписи 2002 года проживает 35 527 эвенков, из них 52, 1% — в Республике Саха (Якутия).

Еще несколько штрихов из жизни замечательного детсада на крутом берегу. В Оленьке дети двух лет на компьютере играют. “А компьютер давно появился?” — “Давно. Как у вас в Москве, так и у нас. Из ЮНЕСКО дама приехала, думала, тут одно кочевье, а увидела в стаде спутниковый телефон — обалдела”.

Есть дети — с четырех лет читают. Считают на русском, якутском, английском, французском. А в семьях взрослые только-только начинают разговаривать на родном эвенкийском языке — через своих детей.

В саду сто детей, в поселке Оленек две с половиной тысячи народу, можно жить и работать. Везде висят разноцветные национальные флаги (это председатель улусного собрания “Сугулан” Елена Христофоровна Голомарева в Канаде увидела, вернулась домой и развесила — смеется: “для патриотизма”).

В саду сшили кукол, олицетворяющих национальный состав населения. Пятнадцать национальностей. “У нас даже эвенк-негр есть”, — сообщила заведующая (мама училась в Ленинграде, родился Стивен, теперь живет в Оленьке, учится в восьмом классе).

Вечером коллектив сада устроил “огонек” в нашу честь. Эвенкийские дамы были в чернобурках, белых и голубых песцах, “небрежно”, как с улыбкой заметила Елена Христофоровна, наброшенных на плечи. Танцевали, пели, играли, шутили, дарили смешные подарки — воспитательницы оказались отменными выдумщицами. Было очень весело. Но как вдруг потрясающе серьезно и трогательно запели эти двенадцать воспитательниц песню собственного сочинения о детях: “Вы — наше счастье, мы вас ждем, мы вас встречаем…” — переводила Елена Христофоровна.

В саду же — спасибо повару Валентине Михайловне — мы в теории и на практике познакомились с национальными блюдами. Вот некоторые из них: “нимин” (густой белый суп — вареная оленина, взбитая кровь, голубика, молоко); утиные яйца, пекутся в теплой золе на углях от затухшего костра; “тала” из свежей нельмы; вяленый гусь, жаркое из медвежатины. Не подумайте, что мы все это съели, но узнали об этом тут. А вот сушеное мясо — главная еда кочевника — мне в мешочке даже в дорогу дали.

Табу, обереги, сказки — это я тоже все в детском саду увидел.

Нет, все-таки рассказывать о саде без детей странно. Поэтому забегу вперед и опишу занятие с детьми, которое мы увидели по возвращении из кочевья. Его вели воспитательница Валентина Прокопьевна и глава родовой общины Святослав Дмитриевич, он — действующий оленевод, кочует, а когда бывает в Оленьке, участвует в занятиях в детском саду.

Дети и взрослые в национальной одежде подошли к столу, на котором “паслось” игрушечное стадо, и стали обсуждать, на чем лучше до него доехать. На оленях? На “Буране”? Мальчики выбрали “Буран” — быстрее ездит. Девочки с воспитательницей пошли в чум (маленький чум стоял в уголке комнаты) и начали кипятить чай, готовить, разделывать шкуры, ждать оленеводов. Мальчики в это время надели лыжи на роликах и поехали к оленеводам. Дедушка-оленевод в меховой одежде, в какой ходят в кочевье, объяснял назначение разных вещей: палки, которую вешают оленю на шею, как работает капкан, зачем широкие лыжи “хасар”, как их ремонтировать, если сломаются. В конце мальчики на лыжах вернулись в чум к девочкам и все вместе начали обсуждать то, что рассказал дедушка, пересчитали стадо, девочки угостили мальчиков (по-настоящему) разной вкуснятиной из оленины.

В эту ночь члену нашей экспедиции, начальнику управления образованием Таттинского улуса Геннадию Петровичу Решетникову приснился сон: два дерева за окном, на них много сов. “Сова — знания. Получается, — разъясняет Бугаев сон Геннадия, — за знанием приехал, познать cвои корни”. Оказывается, у Геннадия Петровича — эвенкийские корни (мама родом из соседнего района), так что Решетников отправился с нами в экспедицию не только из-за кочевой школы, потянуло на историческую родину. Здесь, говорят, особая энергетика, травы лекарственные растут, которых в Якутии больше нигде нет. Шаманы обязательно приезжают. Обычно в современной одежде, а так одеяние тунгусского шамана с многочисленными железками на спине напоминает костюм триггера — подземного скалолаза. Оленекские шаманы считались самыми сильными. Был такой шаман Никон, лежит в леднике, к нему люди и сейчас приходят, говорят, помогает.

Звезда Оленька

В преддверии праздника оленевода в Доме культуры прошло совещание, на котором обсуждали, как привлекать молодежь “алмазной провинции” на предприятия. Давно уже местных в алмазодобывающую промышленность не привлекали. Видимо, и так народу хватало. Обучить, создать рабочее место, обеспечить по-человечески — хлопотней и дороже, чем привести гастарбайтеров. Но повеяло переменами (правда, пока неизвестно какими). В Оленек приехали представители всемогущей компании “АЛРОСА”, “Лензолота”, службы занятости, начальники геологических партий, которые пока ходят по краю района, присматриваются. Я говорил с летописцем “АЛРОСА” Павлом Петровичем Вечериным, хорошо знающим положение дел в алмазной промышленности. Он сказал, что в Оленьке много рассыпных месторождений. Но мы, добавил он, занимаемся трубками, вроде Мирного, и пока жареный петух не клюнул, на рассыпные внимания не обращаем.

Пока Оленек для них не представляет практического интереса. Хотя известно, что здешняя территория богата золотом, газом и даже уникальным ниобием — материалом технологий будущего. Что будет с Оленьком, если у промышленников проклюнется интерес? Не превратится ли он в верхоянский Батагай, бывшую промзону, опустошенную, обезображенную? Время, чтобы избежать подобной судьбы, у Оленька есть — пока добытчики ходят по краю и идет культурный подъем национального района. Но положение хрупко, и нужны какие-то более основательные решения — юридические, природоохранные, социально-экономические. Какие именно? “Пятьдесят лет назад, — говорили на совещании в Оленьке, — оленьи тропы вели геологов к поиску алмазов. А сегодня алмазы должны вывести оленеводческие хозяйства и весь район к современной цивилизации”. Хотелось бы верить, только ведь говорили это местные руководители, а не промышленники.

Представителей малочисленных народов на производстве желают видеть не многие. Впрочем, промышленники на праздник приехали не с пустыми руками — “привезли” восемнадцать рабочих мест. Судя по тому, как радовалась Елена Христофоровна, для Оленька это немалое подспорье. Восемнадцать выпускников школы получат специальность, работу, стабильную зарплату. Это для них все равно что найти “дырявый камень”. Рабочих мест в Оленьке практически нет, треть молодежи — безработные. Безбрачие, пьянство — характерные черты Севера.

С другой стороны, парадокс, но треть здешней молодежи — студенты.

Оленек — один из самых продвинутых по уровню образования районов Арктики. Огромный потенциал, если его использовать! И примерно половина молодых людей до тридцати лет работает в оленеводческих хозяйствах. Двенадцать процентов выпускников (по опросам) хотели бы возвратиться в район и заниматься оленеводством, у двадцати шести процентов техническая направленность — все вместе это придает немалый потенциал преобразованию отрасли. Но реализуется ли он? Пока чисто экономически оленеводство нерентабельно. Стада сократились в десять раз. Технология кочевья — каменный век. “Чипами”, прикрепленными к ушам оленя и посылающими сигналы в компьютер о местонахождении и здоровье, как на Аляске, и не пахнет. Оленье мясо? Мех? Панты? Переработка? Все в зачаточном состоянии. Кто будет вкладывать средства в оленеводство? И зачем? Если можно черпать и черпать из недр. Но что будет с местным населением, даже если кого-то и возьмут на предприятия? Привыкнув к вахте (приехал — уехал), люди не переходят на постоянную работу. Так и остаются на всю жизнь временщиками. И еще возникает вопрос: есть ли вообще перспектива у такого производства?

После совещания в честь приезда гостей-промышленников был устроен концерт. Пели и танцевали замечательно — дети, бабушки, оленеводы. Запомнилась песня про оленевода, который спешит на слет, на коленях ползет по сопкам. “Ползет?” — “Ага”, — смеется переводчик. В семидесятые годы, говорит, эта песня была очень популярна. Благодаря песням, слетам и кажущимся сегодня наивными призывам в оленеводство когда-то пришли молодые люди, сегодня и составляющие костяк местных кадров. Николай Егоров, назвали мне одного из исполнителей, сам сочиняет; охотник, ходит на дикого оленя, большая семья, пять детей. В отдаленной деревне Жилинда многие сочиняют, сказал Геннадий Решетников, сам, между прочим, поэт и сын известного сказителя якутского героического эпоса “Олонхо”. У них в улусе, “культурно-историческом”, как мы его между собой называем, триста сказителей, каждый пересказывает по-своему уникальный эпос, получивший статус памятника мировой культуры ЮНЕСКО. Но вот недавно какие-то ретивые чиновники на правительственном уровне дали указание: составить письменный свод якутских олонхо. “Как только свод составят, — замечает Бугаев, — с олонхо будет покончено”.

Это касается и культуры эвенкийского национального района. Но пока до нее не добрались, и за рекой, в соседнем селе, строят самый северный в мире цирк, на сцене Дома культуры сияют звезды. Самая яркая, пожалуй, — заведующий клубом и руководитель ансамбля из Жилинды Василий Яковлевич Анисимов. Он считается местным Борисом Моисеевым. Когда в белом, красном, черном (постоянно переодевается) костюмах с платочком в нагрудном кармане появляется на сцене, публика ревет от восторга. Суперхит — это когда Вася исполняет песню про девушек, с которыми встречался в жизни… лежа на сцене. Это нуждается в пояснении: у жителей Оленька очень популярна присказка “лежать”, перешедшая из кочевого образа жизни. Лежит человек на нартах и чем-то попутно занимается, путь-то долгий. Вот слово и перекочевало в речь. Когда человека спрашивают: “Что делаешь?”, он отвечает, добавляя всякий раз “лежу” (как в России у нас, положим, “бляха-муха”): “стираю-лежу”, “танцую-лежу”, “думаю-лежу”… Отсюда, возможно, причина бешеной популярности песни, которую звезда Оленька Василий Анисимов исполняет лежа на сцене.

Вообще, эвенки любят прихорашиваться, наряжаться, одежда очень красивая, галантные, обходительные, гостеприимные, вежливые — не случайно их прозвали аристократами или французами Сибири. “А якутов, знаете, как называют? — искоса поглядывая на меня, добавляет Бугаев. — Евреями восточной Сибири”.

Дикие и домашние

Перед тем как отправиться в кочевье, мы съездили за реку, в село Харыялах — познакомиться с учителями и учениками школы, из которой и выросла кочевая. Половину учебного года дети учатся в селе, половину — кочуют с родителями. Глава администрации поставил в стадах спутниковые телефоны, благодаря этому проект стал реальностью. Хотя вообще-то кочевая школа существует уже пятнадцать лет.

Зачем она понадобилась? Одна из причин — дети хотят быть с родителями, а родители — с детьми. Простое желание долгое время было неосуществимым — разлучал интернат. К каким диким последствиям привели массовые интернаты, повторять нет необходимости. Но вот они закрылись, а что делать с детьми? Если не делать ничего, останутся в стаде без школы и жизненных перспектив. Лучше всего, говорили мне, “разбираться” там, где они живут, в тайге, на природе, с каждым в отдельности.

В класс, где мы сидели, зашла бывший директор этой школы, а теперь учительница кочевой (я не сразу понял, что она и есть ее основатель), маленькая скромная женщина Клара Васильевна Кириллова. Рассказала немножко про организацию учебного процесса. Младших детей в кочевье сама учит. Для семиклассников-восьмиклассников — тьюторская технология: раз в месяц дети приезжают в село к учителям-предметникам, сдают выполненные задания и получают новые. А заведующая кочевой школой называется “навигатор”.

“А младшие в тайге не отстают от класса?”. — “Нет, даже опережают”. — “А потом, в предметах?”. — “По-разному бывает. От способностей зависит”.

По поводу связи: спутниковый телефон ей не нравится, сигнал быстро теряет. “Тарелку” надо. В стаде у нее есть ноутбук, но в Интернет выйти пока не могут по техническим причинам. И электронные учебники нужны.

Вначале, рассказывает Клара Васильевна, у нее были только начальные классы, потом ученики стали подрастать — и школа вместе с ними. Первые десять лет она работала в стаде №1, потом перешла в другое. Стадо — это 2—3 семьи, каждый год дети в них не появляются, поэтому школа кочует не только со своим стадом, но и от семьи к семье. И получается такой необычный педагог: семейный учитель, учитель-гувернер, учитель начальных классов и навигатор для остальных — все в одном лице.

Кочевая школа стала развиваться по-настоящему. Вошла в проект ЮНЕСКО. Открыли еще несколько школ, но они просуществовали недолго. А эта выдержала испытание временем. Нужда заставила. Многие дети кочуют, в разной степени. Есть такие, которые учатся только в стаде, есть такие, кто учатся в селе, но летом тоже живут в стаде, у родственников. Даже когда был интернат, летом кочевали.

Многое, конечно, забыто, утеряно. Эвенки не говорят на эвенкийском языке. Слова есть, а языка нет. Может ли возродиться или нереально? — спрашиваю. Пока нереально — среды нет. Учим как иностранный, быстро забываем, говорит Клара Васильевна. Олекминские собрали бабушек, дедушек, те стали учить в школе. В Ингре, на Средней Колыме, на Нижней есть места, где еще говорят по-эвенкийски.

Познакомила с учениками, с которыми поедем в стадо. Спросил ребят, где лучше учиться. В стаде лучше. Почему? “Там я сам”. Ему это нравится, что сам. “А что целый день делаете?” Молчат. Клара Васильевна сердится: “Как будто вы там ничего не делаете”.

Встают, завтракают, рубят дрова, колют лед, загоняют оленей. Когда оленеводы уходят в стадо, с часу дня до пяти — учатся, потом идут смотреть силки и капканы на куропатку, зайца. Вечером оленеводы возвращаются, дети с ними ужинают, “дивиди” смотрят, на компьютере играют.

Режим дня в кочевой школе особенный. В этом году в феврале в поселке не учились — мороз ниже -50о, а в кочевой учились. Железная печка. Холодно? Нет, отвечает третьеклассница Аня, топим все время.

Утром тяжело вставать. Взрослые встают пораньше. Кирилл Кологезников из седьмого класса говорит: я встаю в десять, когда тепло уже, печь натоплена. Ритм другой. Звонка нет, кто раньше сделал задание, выходит из класса, потом опять заходит. “Автономные переменки”.

Мне вспомнилась “ребятосообразная” школа Михаила Щетинина, у нее и кочевой много общего — разновозрастность, взаимное обучение детьми друг друга, свободные переходы, труд, отсутствие классно-урочной системы, вместо уроков — “встречи”: на горе, у горящей печки. Вроде бы примитивная школа кочевья и вершина педагогики, а сходятся.

Поинтересовался качеством обучения.

А в чем качество? В результатах ЕГЭ? Или в том, что не замерзли, не погибли в таежно-тундровой зоне, людьми выросли?

В семье Степановых шестеро детей учились в кочевой школе. Сеня стал оленеводом, Христина — студентка-заочница педагогического колледжа, Валя — медицинского, Христофор служит в Чечне, шофер, сварщик, Кеша — на ветеринарном отделении сельскохозяйственной академии, а шестой, Вася, призер конкурса “Кочевая семья”, вот он, показывают, перед вами.

Семья не распалась, дети не стали беспризорниками, родные места знают.

Учителя стационарной харыялахской школы обсуждают: трудно тут, зима длинная, детям в поселке делать нечего. “У тарелок сидят”, — вставляет Бугаев. “Не то что летом, — замечают учителя, — тогда уходят в тайгу, рыбачат, ночуют у костра…”. В Харыялахской школе к тяготению детей к странствиям, природе относятся с пониманием и каждый год отправляются в экологический лагерь; вещи плывут на моторке, а дети с проводником-охотоведом идут пешком, двести с лишним километров до горы Божества.

Еще несколько добрых слов о школе, в которую дети время от времени возвращаются из кочевья. Она точно названа — базовая (на Севере это слово много значит). Полгода дети оленеводов учатся здесь, получая качественное образование. В Харыялахской для этого есть все необходимое и даже лишнее, без чего, как известно, человек жить не может. Для кого-то это компьютерная верстка, для кого-то школьная телестудия, кружок “Северное сияние”, где ребята выделывают оленьи шкуры и вышивают на одежде тонкие эвенкийские узоры.

В базовой школе нас угостили тем, что дети обычно едят в кочевье, включая сырую мороженую оленину, костный мозг (“чонку”), сырую печень (“бэр”). В сыром мороженом мясе — все необходимые витамины, да и вкусно.

Про малышей, которые приезжают из тайги, воспитатели детсада при школе заметили: очень общительные. По-взрослому рассуждают. Со взрослыми как бы на равных.

Что касается единого госэкзамена, следует заметить, что у кочевых детей результаты в среднем ниже, чем у стационарных, но это, считают учителя, зависит от характера вопросов. Если бы задачи по математике были с оленями, “стадные”, может быть, обогнали бы и московских.

В конце марта — начале апреля, после наступления эвенкийского Нового года, в Оленьке празднуют День оленевода. Внизу, на реке, за несколько часов вырастает городок. Праздничные чумы, трибуна, единственная, наверное, в мире трибуна из снега. Много народу в красивых нарядах, шубах, украшенных эвенкийскими узорами. Собираются от мала до велика. В чумах разных сел устраивается угощение. Обязательный элемент праздника — гонки на оленях. Люди съезжаются со всего района за сотни километров.

Праздник, на который мы попали, официально был посвящен 375-летию вхождения Якутии в состав Российского государства и 50-летию объединения “Якуталмаз”. По этому случаю из Якутска (две тысячи с лишним километров) прибежал марафонец. Прилетели промышленники. На реке после обряда очищения — разжигание огня, кормление духов — здешние края были объявлены “страной счастья и изобилия”. Но это смотря для кого… Двадцать лет назад девочка нашла на берегу Оленька крупный алмаз, возникло промышленное месторождение. Теперь, на празднике, представители компании подарили этой давно выросшей девочке телевизор. Вот так-то… А могли вообще не вспомнить.

“Все мы, люди, птицы, олени, — сообщали с трибуны, — равноправные дети Севера”. Между собой же народ с беспокойством говорил: не будет ли у нас, как в Мирном, где якутские районы затоплены, а эвенки живут на отшибе? Но сегодня был праздник, и люди радовались. Встали в круг и пошли в эвенкийском хороводе. Последний, по словам специалиста по поэтической ритмике Бугаева, значительно более ритмичный, чем якутский.

Прогремел праздничный салют. “Алмазы разлетаются”, — заметил Бугаев.

Сообщают, что первыми будут гонки на оленьих упряжках, главный приз — снегоход “Буран”. Еще будут конкурсы ледовых фигур, снежных фигур, на лучшее жилище, национальную одежду, сумочку…

Елена Христофоровна пришла с дочкой-школьницей, водит нас, объясняет: “Видите, все есть — и флаг, и политика. Но главное, — показывает на оленей, людей, своих родственников, — вот это не растерять”. Наверное, хотела сказать — любовь к своему краю.

Ходим, знакомимся с людьми.

Иван Васильевич Данилов, открыл здешние алмазы вместе с геологами в начале 60-х, работал охотником, оленеводом. Почетный гражданин поселка Айхала — Иван Васильевич показывает старенькое официальное удостоверение. “Что еще дали?” — спрашивает его Голомарева. Он отвечает ей по-якутски. “Больше ничего не дали, — переводит она мне, — но он, видите, как гордится книжечкой, держит у сердца”.

Начались гонки, два круга по 10 км. Лихо идут. Жаль только, что на горке нарты застряли, забарахтались в снегу несколько оленей и наездников. Один вернулся.

После мужских — женские гонки. Шестой номер — нянечка из детского сада. Она, говорят мне, вышла замуж за оленевода, научилась ездить. Но в этот раз не повезло, вышла из игры. “Олени борзые попались”, — смеются воспитательницы. Впрочем, другая нянечка, Рита, пришла третьей. У мужа не училась. Откуда же? “А у нее все предки оленеводы”.

А вот и дети поехали… Объявляют победителей. Я стою в толпе людей и оленей, взял одного за рога — сфотографироваться. Олень мотнул головой. “Они не любят, когда рога трогают”, — объяснил мне внук Клары Васильевны Эдмонд, симпатичный паренек с обмороженными щеками — ходил в самые морозы капканы проверять.

Познакомился я и с марафонцем Василием Ивановичем Горбуновым. Он рассказал, что бегать начал лет семь назад. Сердце пошаливало, хотели на инвалидность. А у меня, говорит, шесть мальчиков и девочка — куда мне? Начал потихоньку двигаться. По телевизору увидел — бежит дед один, ну, и тоже побежал. На пятьдесят километров, на сто… Бегает каждый день, утром и вечером. Ему пятьдесят восемь лет. По профессии водитель. На пенсии. В Иркутск бегал, по Байкалу, 3-е место среди марафонцев в России занял. “В общем, надо двигаться, — говорит. — Движение — жизнь”.

Ученик 4-го класса кочевой школы Василий Степанов из Харыялаха выиграл в гонке среди детей. Получил телевизор. Он же пришел первым в гонке на верховых оленях. Спутниковую антенну выиграл, как раз к своему телевизору. Очень доволен. Отец — потомственный оленевод, бригадир, заслуженный работник сельского хозяйства. Спрашиваю оленевода, на чем труднее ехать — на нартах или верхом? Показывает на нарты.

Между прочим, во время оленьих бегов действует тотализатор, рассказывает Бугаев. На Васю, например, ставят деньги, и ему немного дают. “Так что он человек серьезный. В семье не Васей, а Василием зовут”.

Гонки продолжаются. Теперь соревнуются многоборцы. Мчатся на лыжах, держась за веревку, привязанную к бегущему оленю (“северные водные лыжи” называется), потом кидают аркан.

Вечером Николай Иннокентьевич сидел за ноутбуком и делал фотомонтаж праздника. Убрал неудавшиеся, случайные снимки и оставил главное. Люди, дети, олени… Соединил с музыкой, незамысловатым оленекским гимном; взрослые голоса и детские поют: “Я люблю тебя, Оленек”, и почему-то, хотя ты не отсюда, испытываешь патриотические чувства. В ином месте ничего не испытываешь, кроме раздражения, а здесь… Почему? Тут есть народ, вот в чем дело. Бывает, население многомиллионное, а народ редко проявится, словно и нет его. А тут людей немного, а ощущаешь. Здесь народ — не только 4200 жителей Оленекского национального района, но и те, кто жил тут до них, и кто будет жить после…

Оленеводы поедут учить Америку

Нам повезло: мы стали участниками первой в истории Оленька конференции “Открытое образование школ Арктики”, проводившейся по телемосту с Аляской. Совсем недавно такое и представить себе было невозможно, но вот, кажется, и до нашего Крайнего Севера добрались информационные технологии. Раньше, чем в центральную Россию, кстати. Там что уж говорить о деревне — в Москве, в президиуме Российской академии образования, сказать стыдно, не то что проектора — куска мела иной раз нет. А тут, рядом с оленьими стадами, — кабинет информатики, Интернет, медиатека… В поселковой школе — видеомагнитофон, проектор с экраном, сканер, цветные лазерные принтеры, музыкальный центр — могут делать собственные мультфильмы, буклеты, пригласительные билеты. Все презентации в школе — мультимедийные.

“Без информационной модели деятельности нельзя идти вперед, — говорит замглавы администрации Оленекского района Александрова. — Здесь роль школы неоценима, Интернет меняет облик наших выпускников. Вот пример. Выпускник нашей базовой Оленекской школы стал крупным специалистом. Он разработал государственную целевую программу по внедрению телемедицины, привлек 600 млн рублей в республику из федеральной программы, и теперь сельские медики могут устанавливать связь с врачами-специалистами по телевизору”.

Дети и учителя собрались в спортзале средней школы (здесь установлено оборудование для телекоммуникаций). Елена Христофоровна объявляет начало конференции, все встают, звучит гимн России, потом — Оленька. На экране возникает Якутск. Там конференция проходит в конференц-зале одного из лучших отелей, “Полярная звезда”. Мы подключаемся, когда уже выступила министр Ф.В.Габышева и содокладчики раскрывают “роль информационно-коммуникативных технологий в развитии образования”. Но тут связь прерывается. Пытаемся восстановить. Не выходит. Зато подключилась Жилиндинская школа. Связь восстанавливается. Доклады, кофе-паузы, презентации, открытые уроки, видеоконференция через программу Skype — вполне на современном уровне. Но снова обрывается связь, и в Оленьке, чтобы заполнить паузу, молодые специалисты начинают петь в микрофон песню на эвенкийском. А может, не только для того, чтобы заполнить паузу? Когда прерывается связь — в прямом и более общем, культурном смысле, подключается традиция. Как иначе соединить человека с человеком, время со временем?

Я рассказал эвенкийским учителям о русских крестьянах прошлых времен: каким образом эти, казалось бы, безграмотные люди создали крестьянскую школу грамотности, которая существовала века. А “образцовые министерские училища” девятнадцатого столетия, у которых было все необходимое (за ними стояло мощное ведомство Министерства народного просвещения), не просуществовали и двух десятилетий. Почему? Что не учитывали одни и понимали другие? В чем загадка жизнеспособности школы?

Устал от телекоммуникаций, вышел на воздух. Школа стоит на самой горке, село как на ладони. Народу на улицах не видно. Незлобиво погавкивают лайки, изредка тарахтит “Буран”. Разве не интересно, о чем люди в таких местах думают? И в деревне Жилинда (куда от Оленька шесть часов по зимнику, а без него вообще не доберешься) нас через телемост слышат и сами говорить пробуют. И в Эйике, за шесть сотен километров отсюда, есть что сказать. Очень красивая там школа, хотя и маленькая — 85 детей. “Мы туда приехали, — рассказывала Елена Христофоровна, — говорим на собрании: семьи заводите, рожайте… А люди в ответ: а жить как? Производства-то у них нет. Ну, с целью укрепить дух и чтобы на них обратили внимание, создали агрошколу. Считается теперь одной из лучших в России. 52 коровы, 20 лошадей, сенокосы, угодья…”

Слушаю Елену Христофоровну и думаю, что такие школы, как в далеком

Эйике, — еще и жизненная необходимость. Продукты здесь стоят дорого, а зарплата учителя на Крайнем Севере — 13—15 тысяч. “Грязными”. У воспитателя детского сада — 7—8 тысяч. “А в Анкоридже, — говорит Голомарева, — только частные детские сады, государственных нет”.

Ждем Аляску, связь что-то не устанавливается, а так бы поговорили о сходных проблемах. На Аляске, там, где когда-то закрыли школы (сморозили и американцы такую глупость), погибли целые поселения. Поэтому теперь там закреплено законом: если есть десять детей, ставится вопрос об открытии школы.

Тут не Аляска. Но все же есть филиал саха-канадской школы. И французские преподаватели приезжают... Рассказывают, что, когда восемь лет назад сюда завезли первые компьютеры, дети не знали, с какого бока к ним подойти. А теперь вот обычный урок в компьютерном классе. На экране центрального компьютера — изображение учительницы, она консультирует, исправляет ошибки в случае необходимости. Девятиклассники за дисплеями осваивают информацию о профессиях (занятие называется “Перспективы твоего профессионального роста”). Личные качества, образование, карьера, зарплата… “А зачем вам это?” — спрашиваю ребят. Один показывает на листок, приклеенный на стену: “Я интересуюсь своим будущим, потому что собираюсь провести в нем всю оставшуюся жизнь” (У.Кеттерлинг).

Дискуссия продолжается…

“Нужно, — обращается Бугаев к собравшимся в спортзале выпускникам, учителям и родителям, — найти точку, в которой соединяются традиции и современные ресурсы”. “А нужно ли это традиционное — России, Якутии?..” — задаю вопрос я. “Если нужен камус, — отвечает Бугаев, — если нужны унты, если нужны панты — нужно вкладывать в отрасль”.

Голомарева: “Да, убыточная отрасль. Средств в районе нет. И региональной программы подъема оленеводства нет. Считается почему-то, что оленеводство — это прошлое. В Америке есть федеральная программа оленеводства, программы штатов, муниципальные. Есть комиссия, которая распределяет средства, проект развития отдаленных районов — тепло, свет, традиционные промыслы. Оказывается, что рыболовство — очень выгодное занятие, и оленеводство тоже. Но что интересно. Коренной народ на Аляске давно перестал заниматься этим делом, и сейчас ставится вопрос о том, чтобы пришел туда с Чукотки, из Якутии оленевод и чтобы наши люди учили американцев. На Аляске выгодно заниматься оленеводством, а у нас невыгодно. Не знаю, почему. Может, не умеем управлять?”

“Так что, выходит, экономическая ситуация висит?” — спрашиваю. “Висит, — отвечает Елена Христофоровна. — Культурно-национальный подъем идет, а экономическая ситуация висит. — Она опять вспоминает, как возникла агрошкола в поселке Эйик: — Раз, — говорит, — приезжаем туда осенью. Снег падает, дверь наперекосяк. Окошко целлофановое трясется. Заходим, смотрю, у одной коровы слеза из глаза течет. Мне так жалко стало… Ну, я и попросила директора школы Дмитриеву Октябрину Анатольевну, чтобы они взяли этих коров несчастных под опеку. Я ее знаю, она якутка из срединной Якутии, женщина крутая, на “уазике” сама в тайгу ездит, если поломка, сама ремонтирует”.

Где бы найти таких Октябрин?..

Понятно, что условия разные. На Аляске олени на острове, как индейцы в резервации, а у нас — “эх, по тундре, по бескрайней по тундре…”. В Верхоянске роль изгороди играют хребты, а в Оленьке местность — как лист бумаги, и оленеводам приходится не спать, пасти. А гнус какой! Иду сквозь рой, рассказывает Елена Христофоровна, проламываю его — и на какое-то мгновение фигура пустая в воздухе образуется.

Часть вторая

Рассказчики местности

Путешествовавший когда-то в этих краях политссыльный, член русского географического общества А.Л.Чекановский называл своих проводников “рассказчиками местности”. Воспользуемся этой замечательной подсказкой. Все дальнейшее следует рассматривать как рассказы людей, проводников по эвенкийской культуре, с которыми довелось встретиться в экспедиции или услышать о них позже…

История на кончике языка

Прокопий Ефимович Савинов — настоящий подвижник. И очень скромный человек. О себе ни слова, все о предшественниках. О старом школьном учителе, основателе музея, которым Савинов теперь заведует, о ленинградских этнографах и археологах, что несколько десятилетий раскапывали культовые памятники в верховьях Лены. Они и выяснили, что к приходу русских казаков здесь проживало тунгусское население: ванядыры, синигиры, шелогоны, эдигены…

Казалось бы, к сегодняшним временам не имеет никакого отношения. А оказывается, имеет. Мама Геннадия Решетникова из эдигенов. Эдиген превратился в Жиган, Жиганский район. Нюрмаганы — в город Нюрбу. От этих племен в языке много “ш” и “ф”. Так что история — у нас на кончике языка.

В XVII веке появились русские первопроходцы, Семен Дежнев был назначен приказчиком на реку Оленек, собирал ясак шкурками соболя и лисы. К тому времени здесь были уже якуты. А до них — эвенки. В десятом веке эвенки хлынули из Забайкалья, из южной Сибири, Маньчжурии и оттеснили юкагиров, которые пришли сюда с Урала в каменном веке и тоже кого-то оттеснили (так что вопрос об изначальном населении Оленька, как и других мест Земли, — спорен и смутен).

Осталась старинная гравюра — эвенки на охоте. Они первыми одомашнили оленя, изобрели новый вид транспорта и стали осваивать Сибирь. Есть люди, рассказавшие об этом.

Ученый Ричард Карлович Маак (1825—1886). Сосланный за участие в польском восстании 60-х гг. Александр Лаврентьевич Чекановский. В двадцатом веке — этнограф и историк Гавриил Васильевич Ксенофонтов (расстрелянный в 1938-м). Лауреат государственной премии, член-корреспондент Академии наук Илья Самуилович Гурвич, живший здесь во время войны и работавший директором школы. Эти люди открыли мир Оленька большой науке. До экспедиции Чекановского о районе практически ничего не было известно. Когда вышли на берег большой реки, ни у кого не было сомнений — добрались до Оленька. За полтора месяца построили добротный баркас, начали плавание, но потом оказалось, что плывут не по Оленьку, а по другой реке. Перебирались на вьючных оленях, рыли канавы, сооружали плоты и упорно продвигались вперед. “Наконец, 25 июля 1874 года, миновав устье реки Н.Майгды, — пишет в дневнике Чекановский, — встретили первых людей. Это довольно многочисленное семейство тунгусов...”.

О них тогда мало было известно — что за люди? Как относятся к пришлым?

“Не раз, видя бескорыстную доброжелательность наших товарищей-проводников, мы задавали себе вопрос: откуда у них эта любовь к ближнему, этот альтруизм, такой искренний и широкий, не стесненный ни религиозным, ни национальным, ни социальным фанатизмом. Они любят всех людей, всегда спешат помочь и рады каждого видеть счастливым” — так напишет ученый о коренных жителях Оленька.

Благодаря рассказам названных ученых станет известно эвенкийское название Оленька — Олон (“брод”). Просвещенная публика узнает, что тунгусы — замечательные путешественники и “нередко в своих странствиях достигают Ледовитого моря”. Чекановский трагически погибнет, но его дневники издаст помогавший в ссылке однокурсник по университету в Дерпте академик Ф.Б.Шмидт и другой бывший ссыльный — геолог И.Д.Черский. После Чекановского останется первый в истории словарь эвенкийского языка. Подробные карты, астрономические и магнитные наблюдения, обнаруженные аномалии и новые виды растений и животных, еще не известные в то время науке (за три года экспедиция пройдет более 25 тысяч верст, соберет 4000 образцов ископаемой флоры и фауны, 18 000 экземпляров насекомых и позвоночных, 9000 современных растений). Сам Александр Лаврентьевич награды не дождется. Но членам экспедиции, двум тунгусам, будут всемилостивейше пожалованы парадные кафтаны. Их стоимость канцелярия государя взыщет из сумм Географического общества…

Безлюдные просторы, по которым двигалась экспедиция, кажутся и сегодня белым безмолвием. Изображения на скале, петроглифы тысячелетней давности. Скрученные от северных ветров лиственницы. Воздушные и наземные захоронения, шаманские гробы-долбленки на столбах над землей. Интересно, что золото, которое можно намыть здесь в любом ручье, в захоронениях не встречается. Может быть, наши предки считали, что в жизни есть вещи более интересные, замечает заведующий оленекским музеем Прокопий Ефимович.

Среди примечательных экспонатов — солнцезащитные “снеговые очки” XVIII века: круглые бронзовые пластинки с прорезью для глаз. Ослепительно-белый снег, солнце, ярче сварочного огня, — не заметишь, как наступит “снежная слепота”. Тогда не сможешь пасти стадо, охотиться. Поэтому эвенки так берегли глаза.

Вот еще вещи из ряда изобретенных эвенками: легкие лодки-долбленки и вильчатые стрелы сюлюкэччээн — самые совершенные стрелы Якутии.

Народу здесь всегда было немного. В XVII веке на северо-западе якутского края насчитывалось 1200 человек, в XVIII — две тысячи, в XIX — три. Сейчас, как помним, в Оленьке — четыре. Двести лет назад по бескрайним просторам тайги и лесотундры кочевали зажиточные большие семьи — кланы оленеводов и охотников за дикими оленями, называвшие себя тунгусами. Жили они, в сущности, по тому же календарю, что и сегодня. Хозяйственный цикл состоял из определенных занятий. В январе-феврале — зимнее пастбище, в марте-апреле — перекочевка на места отела.

В июне — “охота во время комара” (олень прячет голову от гнуса в воду, ничего не видит и становится беспомощным). В сентябре — “поколка диких оленей на речной переправе” (тысячные стада переплывали реку — и их кололи с лодки пиками, заготавливая мясо на зиму).

Сначала эвенки ездили верхом, потом — на нартах. Караван вьючных оленей обычно вела женщина-мать, второй олень вез люльку с малышом, уравновешенную вьючным ящиком с посудой и утварью; третьим шел олень с годовалым ребенком, потом — с одеждой, постельными принадлежностями. Каждый олень имел свою функцию, последний тащил шест от чума. Все олени связаны. Суть оленеводства не меняется: нужно кочевать, менять пастбища, иначе земля станет бесплодной.

Традиция обеспечивала сохранность жизни. Каждый предмет имел свой смысл и назначение — этому учили детей. “Ноори” — железный крюк на посохе. “Дьукаайа” — палки вокруг дымокура, чтобы олени не наступали на огонь. “Хорей” — шест для управления оленями, длинная кожаная веревка для связывания в один вьюк мешков, мягкая подушка на седле, налобник, затылочный ремешок — десятки слов, вся вьючная упряжь оленя сохранила эвенкийские названия.

Олень использовался во всех случаях жизни. Мясо съедали кочующие семьи и родственники. Из крови, ливера, желудка и кишечника приготавливали традиционные блюда. Панты и костный мозг считались настоящим деликатесом. Оленье молоко помогало при расстройстве желудка. Из оленьих внутренностей получалась вкуснейшая похлебка. Из костей варился холодец. Шкуры с ног до головы шли на постели, дохи, одеяла, штаны, унты, вьючные сумки, из оленьих ушек и лобиков шили коврики. Подшейный волос шел на вышивку, шерсть — для набивки седел, рога — на ручки ножей. Голову добытого лося или дикого оленя обязательно привозили домой и клали на почетное место, обратив мордой к огню. Охотник ставил на печь или костер сковороду, раскаливал, бросал в огонь жир, дымом окуривая голову оленя, говорил: “Пошли еще такого”.

По лопаточной кости гадали о промысле и грядущей судьбе. Ни одно таинство не обходилось без оленя. “Мать-зверь” якутского шамана — голубопестрый бык, а тунгусского — дикий пятнистый олень. Его рисовали кровью на поверхности бубна и называли “юерюн кыыла” — зверь шаманского духа, который приходил к шаману перед его смертью.

А белый олень являлся перед рождением ребенка. Все дети рождались в кочевье и проходили кочевую люльку, посасывая вместо соски олений желвак на палочке. Шили специальную детскую одежду: шапку и штаны с бахромой — от комаров. Одежду с колокольчиками — чтобы ребенок не потерялся, и с клапаном для справления нужды — чтобы не снимать каждый раз штаны, не обморозиться.

Специфика Севера. В кочевье все это было отработано. “Я, конечно, — смеется заведующий музеем, — не большой специалист в этом деле, самые большие специалисты — бабушки, которые все проверили на опыте”.

В 1934 году возникла Оленекская культбаза — опорный пункт социалистического переустройства жизни. У истоков стоял член Комитета Севера при ВЦИК РСФСР, зимовщик, исследователь И.М.Суслов. Весь долгий путь от Вилюйска (почти месяц) чертил маршрутную карту с детальной барометрической нивелировкой, превратив свою оленью нарту в походный чертежный стол. Ночевали в тогдашнем Оленьке — трех избушках с окнами из льдин и без крыши. Бревна для строительства культбазы перевозили на плотах во время весеннего паводка — трудное и опасное занятие — реки порожисты, течения стремительны и сильны, русла извилисты. Только опытный флотоводец добирался без потерь. Смельчака подхватывали работники культбазы и с криками “ура” подбрасывали в воздух.

За рекордно короткий срок построили Дом туземца, электростанцию, больницу, пекарню, баню, школу, метеостанцию… Жить бы да жить, но обострилась классовая борьба в колхозах имени Кирова, Чкалова и Папанина. В 1939 году добрались до таежно-тундровой зоны. В далекой Жилинде обнаружили… шпионскую организацию. Оленеводы и охотники-стахановцы сгинули в лагерях ГУЛАГа. В вечной мерзлоте сохранилась телеграмма в обком партии: “Да здравствует любимый вождь, друг и учитель всех народов!”.

Еще рассказчики местности вспоминают, что когда-то, до самолетов, существовала оленья почта. Специальное постановление Совмина: 42 кг на нарту! Строго: без остановки! Десять раз в месяц. На стоянках, наподобие ямских, меняли упряжки. Для почты использовали 10 тысяч оленей. Это была целая оленья эпопея.

А затем началась алмазная, для нее тоже понадобились каюры-проводники.

Попыхивая трубкой…

В городе Мирном, столице алмазного края, якутских лиц мало.

Дыра дырой. Вечная наша бестолковщина. Рядом с аэропортом — бараки, облупленные дома… Встретили кое-как, полуустроили, бросили — все закрыто, поесть негде. Образ родной страны: парни с пивными бутылками, окурки и прочее.

С другой стороны — зеркальный, сияющий мир алмазодобытчиков: школа с углубленным изучением английского, похожая на театр (для детей промышленников), новая церковь с богатыми фресками, блестит, сияет золотыми куполами, отмаливая грехи. Через дорогу — социально-реабилитационный центр для бедных детей, облупленный, но внутри тепло — что-то и этим деткам перепадает. В центре

Мирного — тротуары, балюстрады, скамейки. Магазины: “Бриллиант”, “Алмазы Севера”. Внешний вид магазина, аптеки кажется богатым, но внутри скудно. Хороши только банки, инвестиционные компании, куда ведут лестницы, покрытые ковровыми дорожками. На центральной площади — здание администрации (но не она тут главная), телебашня, сине-голубая гостиница “Зарница”. Надпись на транспаранте: “Мы чтим историю и традиции первых поколений алмазодобытчиков”.

Но это все обертки, фантики. А вот сердцевина, тайная тайных: компания “АЛРОСА”. Четырехпалубный океанский корабль, внутри — мрамор, стекло, кожа, зелень, фонтаны. Ультрасовременно. Первого вице-президента “АЛРОСА” не было, секретарь снисходительно передала по трубке охране: “Пропустите этого академика…”, и мне, уже в приемной: “Подождите, не знаю, примет ли”.

Пока ждал, внизу, в холле, подсела старая якутка: “Вы Дойникова ждете? Я тоже”. Слово за слово, начала высказываться старшая сепаратистка, пятьдесят лет проработавшая на производстве и ничего-ничего не получившая: “Обдирают, за людей не считают. Себе только, жены обвешались бриллиантами. А Дойников ничего мужик, умный очень. Он из Нюренги, отец был геолог, а он сызмальства — с алмазами. Крутой мужик. Но один, что он может, его оберегать надо”.

Первого вице-президента “АЛРОСА”, депутата Законодательного собрания республики, зампредседателя Комитета по делам малочисленных народов Юрия Андреевича Дойникова в Оленьке хвалили. Говорили, много делает для людей. К сожалению, не застал на месте, переговорили только по телефону. А с другими — в зеркальном, сияющем “АЛРОСА” вроде и разговаривать было не о чем.

Вернулся назад, в золотом храме раздавался красивый колокольный звон, и внутри хор пел сладко, ангельскими голосами.

Зашел в историко-производственный музей акционерной компании. Старые фотографии, вещи. Палаточный быт… История открытия “огнистых камней”, как называли алмазы в преданиях и легендах, начинается в СССР в тридцатые годы. В 1937 году геолог А.Буров находит алмаз на Енисейском кряже. Среди открывателей месторождений — вилюйский учитель, ленинградский геолог. Обычные люди, красивые, молодые (на одной из фотографий — задорное лицо женщины в шляпе, с папиросой). 13 июля 1955 года они открыли трубку “Мир” в районе р. Ирелях и отправили телеграмму: “Закурили трубку мира зпт табак хороший тчк Авдеенко Елагина Хабардин”. Осталось в истории: палаточный городок, разведочная канава, первая обогатительная фабрика. В газете “Советские алмазы” полувековой давности печатали призывы: “Увеличим добычу в двадцать раз!”.

На призывы откликалась местная молодежь (когда нужно было, ее звали строить алмазную промышленность). И строили, да не только промышленность, свою жизнь: на фотографиях — первая свадьба Мирного, первая рабочая столовая, первая улица, плакат: “Мирный — это навсегда”. Открытые разработки: три километра в длину, полкилометра в глубину. Трубка “Мир” — какая-то страшная, закручивающаяся, дьявольская, будто не людьми вырытая в вечной мерзлоте.

Сколько сил, человеческих и нечеловеческих, затрачивается на эти прекрасные камешки.

Были еще разговоры. Один — с директором ведомственного музея Надеждой Алексеевой. Современная такая, бойкая якутка, все понимает. Да, говорит, опасность, что промышленность погубит малочисленные народы, есть, но что сделаешь, мы ведь живем за счет добычи, шестьдесят процентов поступлений из региона в бюджет РФ и восемьдесят в местный — от “АЛРОСА”. Вы не думайте, они признают вину перед экологией, населением. Поэтому помогают строить школы, больницы, завезли в скотоводческие фермы с Аляски овцебыков, в районе Мирного заповедник есть, туда будут свозиться образцы всех животных северной фауны (это что же, оставшихся в живых после промышленного освоения? — думаю я). А в Анабарском районе, продолжает Надежда Алексеева, поддерживают даже далекие от прииска села, инфраструктуру помогают создавать в Сыскылах и Кюринг-Хая.

А есть ли у пришедших понимание перспективы оленеводства, культуры этноса? “Нет, — признается моя собеседница, — этого нет. Но человечество еще не придумало, как развивать цивилизацию, сохраняя местные малые этносы”. Интересный, если подумать, разговор. Получается, что этнос в лице образованного своего представителя говорит: да, нас уничтожают, но по-другому ведь невозможно.

Другой разговор был в Москве, тоже не с акционером, не с промышленником (им эта тема, похоже, неинтересна), а с главным летописцем алмазной промышленности Павлом Петровичем Вечериным. Говорил он как бы от имени компании, выражая, судя по всему, распространенную точку зрения производственников. Сейчас компания, сказал он, полностью обновилась, пришли новые люди, финансисты. Они быстро разберутся, конечно, вздохнул он (сам он был из другой генерации). А что вы хотите? У них свои задачи, но они помогают и таким районам, как Оленек, где производства нет. Там ни приисков, ни ГОКов. “Что это?” — “Горно-обогатительные комбинаты, основа компании. В Оленьке ГОКа нет. Есть много рассыпных месторождений, но они все бедные. Перспективы? Не знаю, — откровенно признался Павел Петрович. — Мы даже не ведем исследования. То, что было сверху, нашли, а лезть внутрь нет желания”.

Может, это ценности у нас такие: брать то, что на поверхности, что поблескивает?

Пришел дровосек

В старину у эвенков многодетность была престижной — новый член семьи укреплял корень рода, говорит еще одна рассказчица местности, жительница Оленька Мария Онисимова. Беременную женщину было принято оберегать. В семье никогда прямо не упоминалось о ее состоянии, говорили: “К нам скоро пожалует Айыысыт” (имя богини чадородия). Беременную нельзя было пугать внезапным шумом, огорчать, ругать за какую-нибудь оплошность. Женщина должна была тепло одеваться, в особенности беречь от холода голову.

В старину эвенкийские женщины рожали более двадцати раз, с 15 до 52—54 лет. Женщина рожала, повиснув подмышками на перекладине. В жилище соблюдалась полная тишина. Эвенкийские женщины рожали молча, кричать и стонать считалось грехом, это могло оскорбить богиню чадородия. Когда рождался младенец, не говорили, что родился мальчик или девочка, а возвещали — “пришел дровосек”, “пришла кипятильщица чая”.

Кочевые эвенкийки обычно рожали легко, не более полутора-двух часов, новорожденный весил около двух с половиной килограммов. Новорожденного именовали “кысыл ого” — “красный ребенок”, или ревушка. Имя больного человека или злого не присваивали. В семью, где дети вымирали, приглашали шамана — чтобы он построил гнездо и спрятал в нем душу ребенка.

Новорожденному дарили оленя, которого называли по имени младенца. Грудным молоком кормили до двух-трех лет, а с шести-семи дети были, можно сказать, уже взрослыми. Каждый имел собственного верхового оленя. С этого возраста девочку учили расщеплять сухожилия на тонкие пряди, сучить нитки, шить. Девочка должна была уметь очищать оленью шкуру от волос, скоблить, мять, научиться, как хозяйка, разделывать дичь и готовить. Мальчики этого возраста вместе со взрослыми пасли стадо, ходили на лыжах, учились премудростям добычи зверя. К десяти годам мальчишка должен был стать самостоятельным охотником.

Одинокие герои Срединной земли

У славян есть знаменитая “Повесть временных лет”, у народа саха — героический эпос “Олонхо”. А у эвенков — свой эпос, “Оленекская Хосунная эпопея”, как назвал их древние сказания историк Г.В.Ксенофонтов. Он записал их в 20-е годы прошлого века в устье Оленька, низовьях Лены и верховьях Нижней Тунгуски со слов местных жителей. А те слышали их от отцов и дедов. По словам Ксенофонтова, повествование напоминает гомеровскую “Илиаду”. У эвенкийской эпопеи и греческой и впрямь немало общего. Сходный сюжет: подобно Ахиллесу и Гектору, борются между собой два героя. Слабый бежит, сильный гонится и, догнав противника, повергает его. Знаменитая ахиллесова “пята” в Оленекской эпопее — признак поверженного воина, получившего рану в заднюю часть ноги, у щиколотки. Стремительное бегство побеждаемого там и тут объясняется его безоружностью в критический момент. Там и тут в лагере побежденного обнаруживается предатель. Там и тут отчетливо выступает мотив кровожадности, мести, похищения женщины (в хосунском эпосе есть своя “прекрасная Елена”)…

Эвенкийский эпос суров, но осмыслен. В нем нет измывательства над природой. Люди берут ровно столько, сколько им нужно, не больше. А если ведут себя с природой не по-божески, заканчивается это плохо. В одном из сказаний предводитель перекочевавшего на Оленек племени “маят” (самоедов) для развлечения ловил диких оленей, сдирал с живых кожу и смотрел, как они бегут. Дух тайги и охоты отвернулся от этих людей, дикие олени пропали. Маяты отправились к своим амбарам с мясом, но с амбарами произошло что-то невероятное: они стали убегать от людей. Это было наказание, посланное рассердившимся божеством за жестокое обращение с оленем. Маяты, бывшие многочисленными, исчезли, остались только стоянки да двузубые стрелы в стволах деревьев.

Сказки, как известно, произрастают из действительности. Наша экспедиция проходила как раз в тех местах в окрестностях урочища Туманнаах-тюбэтэ около села Оленек, где, согласно преданиям, жил главный герой хосунской эпопеи, прародитель Юрэн Хосун. Если вам когда-нибудь посчастливится попасть в эти края, поднимитесь на гору, что носит его имя. Поблизости от нее протекает речушка, на склоне — разрушенный арангас, захоронение на столбах, которому людская молва отводит роль последнего земного пристанища героя-богатыря (картинка похожа на хрустальный ларец из русской сказки про спящую царевну).

В этой долине берут начало легенды о богатырях. А если, двигаясь по реке, обогнуть мыс, откроется чудо природы — каменные скалы в форме причудливых фигур, изваянных ветром, солнцем и водой. Неповторимая, сказочная красота…

ГЭС имени затопленного народа

Зачем я записываю легенды? А затем, что история может закончиться в один момент. Есть тревожные основания.

Алексей Тарасов, журналист из Красноярска, рассказал об “Угрюм-проекте”, напрямую касающемся эвенков. В советское время проект назывался Туруханская ГЭС, возводить ее собирались в низовьях Нижней Тунгуски, на 120-м километре от устья. Последствия могли быть столь катастрофичными, что власти Красноярского края и существовавшего в то время Эвенкийского национального автономного округа (граничащего с Оленекским районом) сумели добиться его отмены. Теперь проект строительства Эвенкийской гидроэлектростанции обсуждается снова. Она задумана как самая мощная в стране. Водохранилище протяженностью 1200 км, площадь затопления превысит 8,5 тыс. кв. км, потребуется выселить 8 тысяч человек, включая население Туры — центра бывшего Эвенкийского автономного округа. Фактически это идея затопления Эвенкии. Если знаменитую Угрюм-реку перегородят, эвенки и другие народы Севера, неотделимые от его хрупкой природы, погибнут вместе с ней. В окрестностях нет спроса на энергию предполагаемой ГЭС. Говорят, будто она позволит ликвидировать дефицит электроэнергии в Европейской части России. Но со стоимостью строительства ЛЭП, с потерями при переброске энергии проект будет выглядеть так, будто Угрюм-реку перегораживают не бетоном, а чистым золотом. Переброска такого количества энергии в Европу, либо в Китай (рассматриваются и такие варианты) выглядит очередной утопией.

Действительность же такова. По данным Управления по защите природных ресурсов Минприроды РФ, новое мертвое море в Эвенкии окажет губительное воздействие на мерзлотные ландшафты не только зоны затопления, но обширной смежной территории (на которой находится и Оленек). Под ложем реки — громадные объемы крепких подземных рассолов, сдерживаемых мерзлотными породами. Они будут разрушены. Мерзлота растает, подземные рассолы поднимутся, все живое в Нижней Тунгуске и Енисее, в который она впадает, погибнет. Не исключено, что произойдет и разгерметизация трех камер ядерных подземных взрывов, произведенных в пойме Нижней Тунгуски. Радиоактивные продукты тоже выйдут наружу.

Это не говоря о гниющем под водой лесе, неизбежном изменении климата, массовом затоплении пастбищ, гибели оленей. Суммы ущерба от затопляемых месторождений полезных ископаемых сравнимы с затратами на возведение ГЭС. Что же касается издавна населяющих этот край людей, то их вытеснение из экологической ниши, изменение в рационе питания, характере и режиме труда будут означать, по сути, программу угасания народа, от которого останется только имя в названии погубившей его ГЭС.

Одна надежда на людей, готовых противостоять дикому проекту.

Часть третья

Школа кочевья

Над печными трубами стоят дымы — будто снежные деревья растут. Мы прошли очищение перед дорогой у местного божка — Чачышкана. Он представляет собой трехметровую человеческую фигуру с широко расставленными ногами. Отправляясь в дорогу, человек должен три раза пройти между ног Чачышкана по ходу солнца, потом проход закрывается — чтобы нечистая сила не потащилась за тобой.

Мы закрыли дорогу злым духам, а потом зажгли огонь и угостили добрых — лепешкой, кусочком оленьего мяса, чаем. Церемония, правда, происходила в школьном музее в Харыялахе, но само действие было всерьез. И дорога наша — всерьез.

Доехали до дома нашей знакомой, заведующей кочевой школой Клары Васильевны Кирилловой, ее муж, бригадир оленеводов, вместе с мужчинами уже налаживали транспорт, укладывали снаряжение. Дорога не близкая, и надо продумать все до мелочей. Отправлялись мы, человек пятнадцать, с детьми, в кочевье на нескольких “Буранах”, к которым прицеплены подобия железных корыт — транспорт, прямо скажем, непривычный. После нескольких часов езды нас должны были ждать оленьи нарты, потом предполагалось ехать верхом — путешествие обещало быть впечатляющим.

Забрали детей и собак-лаек, которых кличут тут не Дружок и Шарик, а Наперсток, Рукавицы — названиями вещей, словом. Здешняя лайка — длинношерстая, короткие ноги, коротенький носик, пуговицы-глаза — очень умная. Несколько дней может сторожить стадо без пастуха. Мясо не тронет.

Укладывают вещи, накрывают брезентом, затягивают веревками, оставляя место для сидения. Мы экипируемся по-эвенкийски. Облачаемся в комбинезон, стягивая штаны ремнями и веревками, сверху натягиваем “мексе” — меховую доху, составляющую одно целое с варежками, надеваем “кенча” — вставки в меховую обувь, торбаса, солнцезащитные очки — снаряжение как будто для космонавта или водолаза.

Все это — шкуры, нарты, собаки — напоминает мне рассказы Джека Лондона. Собаки воют, волнуются. В дорогу!

Как меня ехали

Мы скатываемся с горки, проносимся по замерзшей реке и вгрызаемся в пространство лесотундровой зоны, прокладывая след среди сопок и лиственниц, подпрыгивая по сучкам и кочкам, вот теперь, после нескольких часов езды, я, кажется, начинаю понимать, что означает здешняя присказка “лежу”. Корыто, в которое меня уложили, трясло страшно, всю душу вытряхивало. Было не до красот природы. Я ворочался в нем на звериной шкуре, притулившись к вещевому мешку и пытаясь приспособиться к своему новому положению. Сидеть, с риском сдвинуть шейные позвонки, было невмоготу, а лежать, вытянувшись в полный рост, не хватало места. Поэтому я выбрал среднее положение — лег на спину, поджав ноги и ухватившись руками за железные прутья, что, как потом выяснилось, было неправильно — на полном ходу ненароком сучок может зашибить руку.

Но в целом я как-то приспособился к нашему каравану, продвигавшемуся с ревом среди заповедной тишины, меж стволов, которые не попадали в поле зрения — только верхушки лиственниц со множеством желтых, похожих на ягоды шишек, брызги белого снега и синева неба — вот все, что я мог видеть из моего положения. Меня ехали, везли, перемещали в неторопливом пространстве и времени, а я лежал-забывался, лежал-думал-рефлексировал.

А варежку-то разевать не стоило. Мое железное корыто отцепилось от снегохода и осталось лежать на снегу, а лихой водитель на эвенкийском транспорте стремительно удалялся от меня в неизвестном направлении. “Эй! — заорал я. — Эгей!”. Но его и след простыл. Наше корыто — замыкающее. Если мой буранный водитель не обернется (а чего ему оборачиваться?), только к вечеру, значит, когда прибудут на место, заметят пропажу академика…

К счастью, спустя некоторое время из белой чащи послышалось тарахтенье — молодой директор Харыялахской школы возвращался за пропажей.

Теперь нас поставили впереди всего каравана — чтобы не выпадали из поля зрения. Второй “Буран” вел семиклассник. За ним — четвероклассница…

Мой дом, моя школа

База (отсюда только начинается настоящее кочевье) — это несколько низеньких деревянных домиков с железными печками и шкурами, брошенными на крыши. Лучше всего обустроен домик типа якутского балагана в форме усеченной пирамиды. Вошли. “Вот, — сказала Клара Васильевна, — мой дом, моя школа”.

Посередине — черная железная печка, лавки, стол, доска с мелом. На стене — географический атлас, таблица умножения, алфавит… Школа как школа, учиться можно. Висит крупная фотография Доры — самой сильной в Якутии шаманки-удаганки.

Печь натоплена, тепло. Приехавшие с нами ученики кочевой школы в оленеводстве не новички. Внук Клары Васильевны, четвероклассник Эдмунд, как мы помним, участвовал в скачках на верховых оленях и занял среди подростков первое место, а Кирилл, на нартах, второе. Так что здесь люди серьезные, говорит Бугаев.

Поели с дороги, выпили чаю (я три кружки). Чай и тепло клонили в сон. Но никто не спал. Через проем двери было видно, как шестилетний Егор натягивал тетиву лука, метился в цель. Ребята в доме, воткнув в уши наушники плееров, слушали музыку. Девочка помогала Кларе Васильевне по хозяйству. Взрослые кололи лед, рубили дрова, и дети с ними.

Уточнение модели

Создатель кочевой эвенкийской школы Клара Васильевна — якутка, приехала, рассказывает, сюда из Нюрбы, пошла в школу работать. Работала пионервожатой, воспитателем, организатором, директором — “всеми перебывала, кроме уборщицы”. Ну, тут приходится и уборщицей.

С чего началась кочевая школа? Сначала прочитала где-то об этом и подумала… А раз подумала, надо делать. Проект написала, методику. В 90-м году в Вилюйске проводили семинар для директоров школ по демократизации управления, она была тогда школьным директором. Рассказала о своем проекте. “Народ хорошо воспринял?” — “Не очень. Из северного улуса были только мы, а все остальные — из центральных районов, там гимназии, лицеи…”.

Да, им кочевая школа была ни к чему. Казалось, кроме нее, никому не надо было.

“Мы вернулись и сами начали работать. Никаких указаний от министерства, районо не было. Тихо так работали десять лет. Нигде не отчитывались, про нас не знали”.

Кочующий вместе с нами зампредседателя главы сельской администрации из Харыялаха Вячеслав Васильевич Николаев напоминает: в советские времена интернат был, потом развалили. Куда детей девать? Вот, это просто выход из положения — кочевая школа.

Может, и так, соглашается Клара Васильевна, но видно, что об этой школе у нее есть и другие соображения. “Главное, — говорит она, — родители не хотели оставлять детей в деревне”.

Странно, в нашей русской деревне наоборот. Да и в якутской нередко тоже семьи всеми силами стараются, чтобы дети вырвались из деревни, потому что перспективы там нет. “А чего хотели родители?” — спрашиваю у Клары Васильевны. Некоторые, отвечает, хотели, чтобы дети после школы остались в стаде. Другие — чтобы в деревне.

“Вот у нас двое, — подхватывает замглавы местной администрации, — поступили по результатам ЕГЭ в институт, потом бросили и вернулись в стадо. В городе оказались не в своей тарелке. Другой случай: семья всю жизнь кочует, у нее дома нет в деревне. Даже если бы хотели там жить, — нет работы, жилья. Правда, ссуду правительство дает. Но как подумаешь, сколько справок собрать придется, да и при такой низкой зарплате, как потом расплачиваться?”. Вот дочке Клары Васильевны как молодому специалисту-ветеринару предлагали ссуду на покупку квартиры, но сто пятьдесят тысяч рублей она должна была сама внести. А откуда она возьмет?

У Клары Васильевны все дети кочуют: сын с восьми лет, дочь, внуки…

“Так вот, в кочевье, десять лет тихо и работали, — продолжает Клара Васильевна. — И в процессе кочевки создавали школу, которой не то что в номенклатуре учебных заведений — даже в мыслях ни у кого не было. Первую-вторую четверть учились в деревенской школе, с третьей — начинали перемещаться”. — “Почему так?” — “Оленеводы в это время из тундры шли. И мы с ними. Тут, где мы с вами сейчас, — зимняя база. Тут живем с декабря по март. Вообще-то, мы должны были бы уже кочевать, вас ждали. Там, в тундре, уже не в домах живем и учимся — в палатках”.

Я подвигаюсь ближе к печке. Тут, в ветхом деревянном жилище, она — главный источник жизни и учения. Маленькое солнце, вокруг которого все вертится — дети, родители, учителя, пастухи. Собаки даже заглядывают в проем двери, тянутся ближе к печке. Уходя в кочевье дальше, вместе с вещами и палаткой берут с собой это маленькое солнце, и дрова, чтобы зажечь его. Трудно даже представить себе эту жизнь…

“В общем, вы — вроде учителя малокомплектной школы?” — уточняю я положение в этом мироздании, занимаемое Кларой Васильевной. “Да, дети разного возраста, во время урока одни ждут, пока я объясняю другим. Поэтому у нас нет перемен”. — “Но режим дня есть?” — “Ага, есть. Зимой темно, холодно. Днем света нет. Движок только вечером работает. Поэтому дети в девять-десять часов встают, помогают по дому, потом оленеводы в стадо идут, в это время мы учимся. В пять-шесть возвращаются, и мы заканчиваем”. — “Когда родители приходят из стада, дети тоже им помогают?” — “Конечно. Но обычно домашнюю работу заканчивают до обеда”, — говорит она, возвращая словам “домашняя работа” не учебный, а житейский смысл: таскать дрова, колоть лед, убирать, готовить — вот их домашняя работа.

Спрашиваю детей, что они думают про кочевую школу. Семиклассница Милена говорит, что тут лучше учиться, чем в поселке. А Жене из десятого больше в деревне нравится, “там развлечений много”. “А по подружкам в поселке не скучаешь?” — спрашиваю Милену. Та пожимает плечами. “Ничего, — говорит Клара Васильевна, — вернется после второй четверти, пообщается с подружками. Да у нее и тут есть одна”. — “Получается, вы как родственники?” — “А оно так и есть, среди нас много родственников”.

О двух видах образования — школьном и том, что называется, “из жизни”, Клара Васильевна говорит так: “Параллельно идет. Там — уроки, а тут каждый день наблюдают за погодой. Знают, где север, где юг — практическая география”.

Школьный учитель, становясь кочевым, тоже меняет угол зрения. То, что раньше у него, согласно теориям и инструкциям, в педагогику не входило, начинает втекать. Открываются новые каналы информации, не востребованные в обычной школе. Появляются новые области знания, новые учителя. Учатся у деда, отца, у пастуха: по каким приметам он узнает любую местность, с помощью чего ориентируется; как река течет, какой рельеф, где южная сторона, где северная. Какое время суток. Когда оттепель начнется. Учатся точному жизненному знанию.

И практические результаты налицо. Эти ребята из кочевой школы — успешные ученики. Их достижения не ниже, чем у победителей олимпиад.

Ребята, приехавшие с нами на базу, лежат, кашляют. “Болеют?” — “Не-ет. Они в деревне болеют. А здесь всю зиму никто не болеет”, — говорит учительница, и за время, которое мы находимся в кочевье, я убеждаюсь в справедливости ее слов. Ребята, приехавшие из поселка, за день-два на природе выздоровели — удивительно. “А если серьезное что-то?” — все же спрашиваю я. “Разное случалось. Сейчас, правда, в “Сахателекоме” реконструкция идет — а так, и рация работает, и спутниковый телефон”.

“В советское время, — пояснил Николаев, — была централизованная связь, у каждого оленевода — радиостанция “Карат”, своя частота, позывные. А сейчас за все платить надо, а мы не можем. Вот, — показывает мне, — спутниковый телефон, но он отключен за неуплату”.

Вот так: с одной стороны — космическая связь, Интернет, Аляска, с другой — рация не работает, телефон отключен за неуплату. А если что случится с людьми?

“Просто люди привыкли к этим условиям, — отвечают мне, — и лишних движений не делают — только те, что необходимы. Это мы на готовую базу приехали. А представьте, пастух кочует: пришел вечером — палатку надо поставить, воды натаскать, дров наколоть… Мало остается людей, кто хочет так жить”. — “Да чтобы и жена хотела”, — замечает кто-то.

Ребенок в обнимку с оленем

Пастух подогнал часть стада к базе. Отсюда начнется кочевье в тундру. Важенки отдельно — скоро отел, молодняк отдельно. Я выхожу из дома-школы и смотрю, как ребята забрасывают на сук аркан, тренируются между делом. Паренек трех-четырех лет по имени Зиновий, очень серьезный, наматывает на руку веревку и тоже кидает. Скоро попадать будет. Другие, постарше, уже попадают. И ведь этот Зиновий даже не подозревает, что учится. Играет вроде. Никто не заставляет его кидать аркан — сам хочет. Северные люди вообще не ждут, когда их научат. Они, в основном, смотрят и учатся сами.

Зиновий еще раз кинул аркан и зацепил пенек. Заметим, что даже трехлетних, пятилетних зовут здесь по-взрослому — Егор, Зиновий…

Лыжи воткнуты в снег. Если человек с детства привык к этому образу жизни и другого не знает, то и будет так жить. К тому же дети играют не в куклы, а в то самое, чем живут — аркан, лук… Мальчик натянул тетиву и выпустил стрелу, высоко-высоко в небо. Я попробовал несколько раз и в конце концов тоже выстрелил высоко. Учиться никогда не поздно. Но лучше пораньше. Тогда легко приучаешься. Смотришь, как делают взрослые, и делаешь так же. И никто ни на кого не кричит в этом жизненном процессе обучения, ни взрослые, ни дети. Все ровно, спокойно, по-деловому живут.

Мы сидели за столом и рассказывали байки. Я вспомнил своего знакомого, ученого-генерала, занимающегося психологией авиационных и космических катастроф. У него оригинальная точка зрения на данный вопрос. Человеку вообще-то не дано летать в небе, говорит он, поэтому, если тебе все-таки выпало такое, ты должен быть достоин доверия не командира, а Того, кто тебя в небо допустил, — не только профессионально, но духовно, нравственно. Потому что, когда анализируешь катастрофы, выясняется, что у человека было что-то не так именно в этой сфере.

Это и у нас так, подтвердил один из собеседников. Платят мало. Поэтому, чтобы заработать, летчики экономят бензин, набивают в самолет больше народу, чем положено — только бы взлететь. А как взлетят, вздохнут, расслабятся, колбаску нарежут, выпьют — они же военные летчики, что им этот Ан-2. И вертолет через Лену — то же самое: можно набить грузом, сколько хочешь — плати только. Нагрузили под завязку, взлетели, дрожит вертолет, но летит…

Клара Васильевна принесла посмотреть какие-то бумаги. Я махнул рукой — потом. Оказалось, потом не получится, света не будет. Так что приходится знакомиться с документацией, пока светло или пока движок работает.

История открытия кочевой школы-сада “Колокольчик” (по имени здешней речки). Динамика роста: в начале 90-х было два воспитанника, потом стало пять, потом десять. Вот их фотографии, работы, благодарственные письма школе. “За внедрение инноваций”, “За пропаганду этнокультуры своего народа”.

По сути, это одно и то же.

Флаг школы — белый олень прыгает на красное солнце. Эмблема — ребенок в обнимку с оленем.

Среди педагогических задач есть и такая: “приобщить детей к искусству жить в экстремальных условиях”. Ни одна школа страны такую задачу сознательно не ставит, а напрасно. Суровые условия, отдаленность от населенных пунктов — собственно, в таких условиях работает большинство сельских школ России. И не только сельских: опыт кочевой школы используется в Москве при обучении детей-инвалидов. Экстрима в жизни хватает.

Портфолио ученицы 6-го класса кочевой школы Федоровой Милены: “Увлечения: компьютер, спорт, оленеводство. Любимые предметы: геометрия, французский. Образование родителей: среднее”.

Характеристика ученицы: “Программный материал усваивает. Обладает хорошим лексическим запасом, навыками чтения, познавательным интересом. Умеет работать самостоятельно. Немножечко затрудняется по математике, — по-домашнему формулирует учительница. — Говорит разборчиво, может участвовать в дискуссии. Уверена в себе и своих силах. Занимается рукоделием. В прошлом году с семьей участвовала в конгрессе оленеводов мира. Воспитывается в полной многодетной кочевой семье” (это уже я выделил — может быть, самый важный результат работы этой школы).

Попадаются такие документы, каких в других местах не встретишь. Например, “Журнал технической безопасности кочевой школы”:

“Будь очень внимательным при загоне оленей.

Не оставляй в палатках зажженные лампы, свечи.

Во время взлета и посадки вертолета находись от него на расстоянии не менее 50 метров”.

Дети читают журнал и подписываются.

Это одна реальность, другая — в поселке, и они как-то между собой связаны. Две школы, базовая и кочевая, взаимодействуют и сопровождают, как сказано в проекте, “индивидуальную образовательную траекторию учащихся”. У каждого она своя. Я беру лист бумаги, на котором вычерчена Пашина траектория, и двигаюсь ближе к печке. Меня интересует: что же здесь будет делать Паша, выбравшая профиль — дизайн? Может быть, говорит мне Клара Васильевна, останется в стаде, может, в деревне. Будет шить унты, торбаса, варежки, может быть, на продажу. А возможно, по-другому жизнь сложится.

Зачем дизайнеру Паше кочевая школа? Чтобы оставаться с семьей. Чтобы узнать ценности своего народа не понаслышке. И где бы потом Паша ни жила, это с ней останется.

Ульяна Винокурова — ученый, профессор, депутат Госсобрания Республики Саха (Якутия) пишет об Оленьке, о Севере: “Исконная земля становится чужой, платной на каждом шагу. Надо платить за кадастровый учет оленьих пастбищ, за родовые охотоугодья, покупать лицензии на отстрел диких оленей, промысловых зверей. Вертолет давно стал неподъемен для бюджета бригады оленеводов. Традиционные виды хозяйственной деятельности становятся роскошью, недоступной коренным жителям…

Оленекская земля богата алмазами, другими полезными ископаемыми. Но отчисления от разработок в местный бюджет не поступают, нет закона о компенсации. Восемьдесят процентов жилья на этой алмазной земле — ветхие лачужки, отапливаемые низкорослой арктической древесиной. Семьи оленеводов кочуют, имея лишь палатки из брезента — единственный вид их жилья…”.

Кажется, это из другого времени, не о нас. Но это — мы.

И еще ученая-северянка пишет: “Кочевая школа выжила благодаря любви родителей к детям и преданности педагогов высшей цели преемственности”.

Продать бы самолет…

Дети выпускают школьную газету “Бэюкэи”, что означает “олененок дикого оленя”. Детям почему-то больше нравятся дикие, а не домашние. Возможно, потому что они свободны, живут в природе, резвятся и играют, как дети. В этом смысле ученики кочевой школы проживают период своего детства наиболее полно. И хотя живут среди взрослых, заняты взрослым трудом, все равно находят место играм. Скатываются по жердям, приставленным к стене домика, как по детской горке. Заходят в балаган, закрываются и играют там в свои детские игры (оттуда доносится безудержный смех). А потом ребенок выходит из этого детского балагана и идет к взрослым…

Вот эту естественность нельзя терять, перестраивая быт детей и оленеводов, приближая его к “цивилизации”. Кстати, возможно ли это сделать? На этот счет нет никаких сомнений, ходить за примерами далеко не приходится. При первом президенте республики Николаеве неподалеку от Якутска, в пойме Лены, среди самых обыкновенных деревень появился “Ленский край” — суперсовременный, на уровне мировых образцов учебно-тренировочный комплекс. Предназначен он для участников олимпиад, одаренных физиков и математиков, для подготовки интеллектуальной элиты республики. Нельзя ли по аналогии в “алмазной провинции”, как гордо именуют Север, построить что-нибудь такое и для детей оленеводов?

Такие меценаты-подвижники, как Сергей Гутцайт, построивший в Павловске под Петербургом для детей из провинции современную версию Царскосельского лицея, а на голом месте, на реке Свирь, чудо-деревню, заселенную детьми и мастерами, — разумеется, редкость. В основном богатые люди тешатся другими играми, далекими от образования. “Но на следующий год обещают дать кочевой школе “тарелку” для связи, — сказал директор базовой школы из Харыялаха Николай Христофоров. — И на том спасибо. А насчет базы… — Он подумал. — Стационарную не поставишь — место надо менять при кочевье, нужна сборно-разборная”.

Как на Аляске или в Гренландии…

Российские фантазии, думал я, глядя сквозь маленькое, едва не слюдяное оконце кочевого дома с черным, неструганным полом. Спим на полатях. Топим железную печку лиственницей. И вода у нас изо льда. Этот балаган — “для одиноких мужчин”, шутя сказали нам, располагая на ночлег, но вообще-то одиноких людей кочует действительно много.

Сплю на оленьей шкуре в верблюжьем спальнике: сочетание кажется странным, но я вспомнил, что в якутском языке есть слова “тигр” и “верблюд” — отзвуки древней исторической родины якутов.

В “общежитии для одиноких” — обычный мужской треп.

“Я тут самолет думал продать, У-2, остался от геологов, что золото мыли, — рассказывает замглавы сельской администрации. — У них авария случилась в конце 40-х — начале 50-х, вот я и нашел самолет. В Якутске есть клуб, старые самолеты собирает, я предложил ребятам, но сделка не состоялась: от самолета одна рама осталась, а двигатель кто-то утащил. Все знали, что он тут лежал. — В оконце вижу: бегают наперегонки по снегу дети, большие и маленькие. — Этот У-2, оказывается, вообще фанерный самолет, там металла мало, тряпки разные. Еще один У-2, отец говорит, лежит в верховьях, тот-то уж точно целый, я знаю”.

От пропавших самолетов разговор перетекает к наскальным рисункам, которые встречаются на Оленьке, оттуда — к проблемам филологии. Тянется, тянется разговор, а куда спешить — кочевье.

Глаза твои черные, шуба твоя теплая

Первую ночь я перенес с трудом: в верблюжьем спальнике душно, а вылезешь — дует изо всех щелей (к тому же ушанку на голову надеть не догадался — ночью продуло). В полночь залаяла собака, заревел “Буран” — приехал пастух с маленькой дочкой. Зовут девочку Сайдыына, что означает “развитие”. Ох, уж эти северные психолого-педагогические имена, предугадывающие судьбу. Позднее я узнал, что шестилетняя Сайдыына-развитие заняла четвертое место в гонках на ездовых оленях, опередив десятилетних и двенадцатилетних наездников. Зимой занималась в кочевой школе в подготовительной группе — буквы, числа учила. Так вот, раскрылась дверь, вошли с мороза пастух с дочкой. Девочка молча сама разделась. Отец налил в кружку чая, добавил сухого молока. Девочка взяла, так же молча, столовую ложку и стала пить. Потом отец сделал ей бутерброд с маслом. Собрался было присыпать сверху оставшимся сухим молоком, но тут кто-то не выдержал (за этой ночной картинкой с нар наблюдали “одинокие мужчины”) и произнес вслух: “Повидло возьми”. Отец намазал на хлеб повидло, девочка стала есть. Молча, серьезно. Вела себя совершенно по-взрослому. Только когда отец вышел и его долго не было, начала громко звать: “Егорша, Егорша!”. Отец вернулся — опять замолчала. Потом разделась и легла спать. А я все крутился в полудреме.

Спустя какое-то время, уже глубокой ночью, снова залаяли собаки, загудел мотор, и в балаган вошли несколько мужчин — охотников, как потом выяснилось. Охотники выпили, закурили и стали переругиваться, один в темноте едва не наступил мне на голову — так они долго выпивали, негромко матерились. Потом уехали.

Я подумал: мне это уже в печенках. Табор какой-то. Романтика кочевой жизни сразу выветрилась. Захотелось домой. Потом, немного успокоившись, выбрался из балагана наружу — крупные звезды висели над головой, как диковинные зрелые плоды.

Утро в кочевье. Собаки, свернувшись в клубок, лежат на нартах. В доме-школе уже затоплена печь. Муж Клары Васильевны Николай Спиридонович колет дрова, а ребятишки таскают в дом. Девочка постарше моет посуду. Пока готовится завтрак, можно еще раз приглядеться к кочевой школе, благо все в одном месте.

На полке — стопка учебников. Словарь с картинками (сами издали). Оружие, снаряжение, одежда… Эвенкийская одежда — целый мир, сохранившийся до сих пор. В классическом виде верхний костюм эвенков состоял из кафтана, под ним — не сходящегося на груди и подвешенного на шею нагрудника, натазника, ноговиц и унтов, весь этот костюм со вкусом украшался. К кафтану наглухо пришивались рукавицы с разрезом, из оленьего камуса. Одежда мехом наружу называлась “мукмкэ”. Дети до 4—5 лет носили глухие меховые комбинезоны. Специальный пояс с подвесными мешочками, у женщин — для иголок, наперстка, у мужчин — для пуль, пороха, табака и кремня. Нарядная одежда и обувь женщин имела яркие цвета и была расшита бисером, у мужчин — сшита из темных тонких оленьих шкур, или из белых.

Дом, даже вот этот, наш, временный, именуется “дю”, вход — “уркэ”, дыра наверху, дымоход — “сона”, очаг — “оллон”… Вот хорошее слово: “буга” — мир, вселенная. “Поэтому, — говорит мой друг Бугаев, — эвенки считают меня своим”.

Пришли ученики заниматься: Аннушка из третьего класса, Эдмонд из четвертого, Кирилл и Милена из седьмого. “А Сеня и Женя, наверное, за оленями поехали”.

В доме-школе тепло, светло, убрано стараниями детей и учительницы-хозяйки Клары Васильевны. Теперь можно и урок начать (хотя, если подумать, он давно начался, идет, как жизнь, не переставая). Учеников, когда те сидят за партами (их тут совсем немного), Клара Васильевна называет строго, по фамилиям (чтобы отделить учебу от быта, все же школа): Кириллов, Колодезников… “Сначала вспомним слова, которые учили в прошлом году”, — говорит она, имея в виду слова на родном языке. Дети вспоминают: “Мы живем в тайге…”, “Олень-олень, глаза твои черные, шуба твоя теплая…”.

На первом фольклорном фестивале по эвенкийскому языку эти ребята заняли второе место. “У них, — поясняет Бугаев, — сложность в том, что учительница — не эвенкийка, сама изучает язык и их учит. В Оленьке всего одна учительница — носительница родного языка, ее специально выписали из другого района”.

Сам я общаюсь с ребятами через Бугаева (говорить по-русски они стесняются). Поинтересовался у одной девочки: когда возвращаешься в поселок, не отстаешь от ребят в классе? Нет, говорит. Спросил у мальчика: а есть что-нибудь такое, чему ты можешь научить ребят из поселка? Есть, говорит, силки ставить, например. Учительница добавила: “Кирилл хорошо играет в шашки, чемпион школы, может других учить”. — “А тут играет?” — “Да, вон, видите?” — показывает учительница на шашечный стол, который во время урока превращается в парту.

Тут я задал детям коронный вопрос, тот, который задаю и в сельских школах, и в городских: ребята, а какую бы школу вы хотели? Они начинают мечтать: о школе без отметок, без домашних заданий, у кого нет компьютеров — о компьютерах, о бассейне, тренажерном зале… Так вот, эти кочующие дети, у которых ничего такого не было, знаете что ответили? Девочка сказала за всех: “В школе, где есть олени”.

Нет, конечно, им хочется видео, DVD, всего такого. Но прежде всего — чтобы олени были.

Уроки предков

Милена из Оленька однажды сама добралась до лагеря под Якутском. Туда должна была приехать японская киноартистка, и Милена специально поехала — автограф взять. Из предметов ей нравятся — французский, химия, биология. Эдмунду — математика, Паше Лгановой — география. “Она, — рассказывает Клара Васильевна, — даже самостоятельно кроссворд составила, географический: разложила на полу географические карты и составила”.

Эдмунд в школьной олимпиаде по якутскому языку был третьим, по математике — вторым, по русскому — первым. Милена заняла призовые места по всем предметам. А на районной? — спросил я учительницу. “А когда районная проходила, — ответила она, — мы уже здесь жили”.

Здесь решаются главные задачки, повышенной сложности, “со звездочкой”. Как маленькому человечку не согнуться, не замерзнуть, вырасти человеком? А кем уж он станет, другой вопрос. Ничто не предопределено. Если способности есть и учитель рядом — все получится.

Милена вот печатается в газетах. О чем пишет? Сейчас написала, рассказывает учительница, как ухаживать за оленятами. Ее заметки со второго класса печатают, вместе с фотографиями — готовый корреспондент. Бывают, правда, недоразумения. Однажды в редакции подготовили материал к печати, но тайгу не знали, так Милену отредактировали — чепуха получилась.

А сестра Марианна занимается топонимикой.

Паша Лганова с мамой провели исследование и выяснили, сколько названий у оленей по-эвенкийски: вьючные, ездовые, передовые, вспомогательные, обученные, малообученные… Есть, например, олень, которого третьим запрягают, олень, у которого от рождения рога не растут, верховой олень, на нем едет человек, и олень, на которого грузится стол, олень, везущий жилище или печь, — у всех свои названия. Мир олений…

Дети и взрослые, когда кочуют, ведут “бортовой журнал” — с описанием мест, что увидели.

“А сейчас “урок предков” начинается”, — предупредила меня учительница: дети будут заниматься с ездовыми оленями. Их заарканят, поймают и поедут на них в основное стадо.

Мы вышли из балагана и стали смотреть, как идет “урок предков”. Вел его Николай Спиридонович. Очень спокойный, надежный, положительный мужчина, один из опытнейших оленеводов. Человек известный, в свое время избирался в депутаты Верховного Совета, кавалер орденов. Впрочем, тут это не так важно, в тайге с человека все внешнее сходит и остается главное. Вот, например, эта школа кочевая бригадиру оленеводов Кириллову только в нагрузку, а он зачем-то ее тянет.

Непростое дело — заарканить оленя, некоторые сильно упираются. У одного из питомцев на шее висит дубина, это чтобы не ушел далеко — шустрый. Как у людей, у разных оленей разный характер. Одного даже опытному Николаю Спиридоновичу надо изловчиться, чтобы поймать арканом. А другие сами подошли.

Вот рог отвалился. Начинает расти новый. Действительно — урок. Практическое занятие, незаметно переходящее в работу. Дети в ней непосредственно участвуют, а когда работа заканчивается, продолжают совершенствоваться. Вон Эдмунд вернулся от оленей и снова набрасывает на пень аркан. Подготовка, жизнь, дело, снова учеба-подготовка — принцип непрерывного, последовательного сочетания учения и жизни.

Едем в основное стадо, откочевавшее к тундре. На этот раз едем не в железном корыте, а на нартах, в упряжках. В каждой — шесть оленей. Впереди бегут двое, тянут нарты, в которых сидит оленевод, управляя длинным шестом; сзади к нартам привязана пара, которая тянет груз (в данном случае нас с Геннадием Петровичем Решетниковым), а нам в затылок дышат еще двое, замыкающие. Несколько таких упряжек бегут друг за другом.

Вначале ехали по лесу, медленно пробираясь среди деревьев. Николай Спиридонович делал знак посохом, предупреждал в трудных местах, чтобы не задело сучком. Потом вышли на реку, и олени побежали живей. Только поскрипывают нарты да позванивают колокольчики — птица-тройка в северном варианте. Удовольствие продолжается недолго. Снова входим в чащу и медленно переползаем через сваленные деревья. Порой вынуждены остановиться, наш каюр убирает завалы, очищая дорогу, иногда сучок попадает в полозья или боковину нарт, вытаскиваем и едем дальше, в белизну и синеву.

Так, неторопливо, добрались до места, где, по словам оленеводов, вчера находилось стадо. Сегодня его уже нет — разбежалось за ночь. Пока пастухи собирали оленей, мы с моими спутниками делились впечатлениями: на лесных колдобинах нарты не лучше железного корыта. Еще больше трясет! По гладкой реке — прекрасно, но где ее взять на всем пути продвижения? Женя, ученик кочевой школы, оказался разговорчивым, что-то рассказывал по дороге, предупреждал: сейчас будет вверх, сейчас вниз. Когда, говорит, я был маленьким, все время полозья нарт ломал, быстро ездил, лихачом, “оленьим рокером” был. Интересный парень.

Пастухи ушли собирать стадо. Тихо, голосов не слышно. Люди будто растворились в белом безмолвии. “До ночи могут искать”, — объясняет замглавы сельской администрации Вячеслав Васильевич. “Смотрите!” — вдруг кто-то показывает на гору. Оттуда течет стадо — оленья река. Эти дети умеют в ней плавать, ловко пользуясь посохом, как веслом. Опираясь на посох, парнишка может запрыгнуть оленю на спину, спрыгнуть, управлять животным (если ребенок умеет это делать — что ему уроки физкультуры?).

На ветку дерева ребята повесили мешочек с солью, и олени потянулись за лакомством. Снег, солнце, тайга… Пастухи собрали стадо, и мы поехали дальше.

На обратном пути остановились и попили из горного ручья. Заехали в охотничий домик отца Николаева на берегу реки. Из сугроба торчит голова дикого оленя с огромными ветвистыми рогами. На дереве — объеденные вороном соболиные тушки. Прекрасное место, замечает замглавы, — охота, рыбалка… Хариус, линек, сиг, а если подняться повыше — таймень.

Поблизости тайга резко заканчивается, за перевалом — тундра.

Летишь на вертушке — сопки, сопки, и вдруг — тундра. Охотники-полуночники (те, что мне в темноте чуть на голову не наступили) приехали из тундры, охотились на дикаря. В зимнее время он в лес заходит — зимой в тундре холодно, и олень не может пробить ледяную корку, добыть ягель. А летом в тундре ему раздолье...

Испокон веков существует дорога эта, по которой едем. На том берегу реки — могилы предков. “Удивляюсь, — говорит Николаев, — как старики по местности ориентируются? Они же не изучали географию”. — “Изучали, только не по книжке”, — отвечает Бугаев.

Дети участвуют и в разделке оленьих туш. Процедура не из приятных, но что поделаешь? В кочевье это тоже вид образования, часть повседневности. Образование всю жизнь, от рождения до смерти — в кочевой школе эта формула наполнена абсолютно конкретным смыслом. И это действительно урок, который преподается взрослыми, безукоризненно знающими анатомию и физиологию. Изучать эти предметы теоретически ученикам кочевой школы нет нужды. Перенос знаний происходит с анатомии животных и на человека.

И не только в области анатомии…

Интерпретация прошлого

Однажды утром, когда Клара Васильевна собирала вещи, наводила порядок в доме (нам скоро возвращаться в Оленек, а им — дальше, в тундру), мы стали обсуждать: как все-таки относиться к этой кочевой жизни, школе, где в начале двадцать первого столетия попахивает каменным веком? Нужны ли людям олени? А детям — кочевье? Цивилизация ведет к усложнению нашего дома. Таков закон развития человечества. Тогда зачем мы возвращаемся в кочевье?

Мне кажется, дело не в пропаганде кочевого образа жизни или кочевой школы, а в выводах — философских, психологических, общечеловеческих. А кочевая или не кочевая — это выбор каждого. Каждый человек должен иметь право выбора. Многообразие нужно во всем, и кочевье должно получить общественный статус, равноценный оседлому образу жизни, пишет якутский профессор Ульяна Винокурова. И если, думаю я вслед за ней, какая-то часть сообщества хочет вести именно такой образ жизни, заниматься оленями — это их право.

От движка включается свет — и все заряжается: цифровые фотоаппараты, компьютер…

Один паренек заболел, жар, лежит на лавке. Клара Васильевна сидит с ним, положила мокрую тряпку на лоб. Посидела с мальчиком, отошла, помешала суп. И учитель, и врач, и бабушка…

Дети играют — кто в шашки, кто в компьютерные игры (в стаде пока единственный ноутбук Клары Васильевны, дети вокруг него собираются). Маленькие разложили на столике домино, оказывается, считают, складывают и вычитают костяшки (“самоурок” математики). В проеме двери молча ходят собаки, заглядывают в открытую дверь, но не заходят. Я тоже сыграл в шашки и убедился, что тут сильные спортсмены (один из учеников кочевой школы — чемпион района по шашкам, а директор базовой школы — призер республики).

Постоянное соприкосновение детей и взрослых. “В деревне, в поселке, — сравнивает Георгий Петрович, — родители и дети практически не общаются, утром ухожу на работу, прихожу вечером — и спать. А тут они постоянно вместе”. Это очевидно: дети и взрослые находятся в процессе совместной деятельности. В сущности, то, что мы видим, уникально. Но что мы видим, если подумать? Глубокое прошлое, или будущее?

“Будущее, — считает Бугаев, — это всегда прошлое. Будущее есть интерпретация прошлого — та или иная. Вопрос в том, как его интерпретировать? С каким знаком?”. Необходимо вычленять не форму, а суть, а она в том, что каждый участник процесса является и учителем, и учеником. Главное из прошлого, главный способ образования — наблюдение и воспроизведение. Проживание. “Выживание”. — не отрываясь от дел, с усмешкой подает реплику Клара Васильевна.

Можно было бы сделать больше, но оленеводческому совхозу эта школа не нужна. Все держится на энтузиазме Клары Васильевны. Как всюду в России — все держится на ниточке человеческой. А ведь кочевая школа — спасение детей и этноса. Целый народ, маленький народ, как на ниточке, висит, уцепившись за кочевую школу, за вырастающих в семье детей, за веру и любовь. За Надежду Климовскую, Елену Голомареву, Клару Васильевну… Ну, еще есть несколько человек, кто спасает. С одной мамой, кочующей, играл в шашки. Зовут Сардана, чум-работница, муж — оленевод, четверо детей, все здесь. “В нашем стаде, — рассказывает, — две чум-работницы, одна молодая, другая — бабушка. У нас вообще особые условия: только это стадо базу имеет, другое — лишь матерчатую палатку”.

“Два года я жила в палатке, — рассказывает Клара Васильевна, — трудно было очень. В других стадах построили бы такие дома, как здесь, тогда бы я отправила и туда учителей. Ведь в каждом стаде есть дети”.

И всего-то, что им надо для революции в образовании. Что там Аляска, хотя бы домики эти, балаганы с железными печками, где из всех щелей дует…

Впрочем, у Клары Васильевны есть преемники. Чум-работница Христина Степанова, выпускница кочевой школы, поступила в педагогический колледж на заочное отделение. Елена Федорова, мама одной из учениц, — тоже. Можно и университет в Якутске окончить, но колледж, считает Клара Васильевна, быстрее и там получают те знания, которые нужны в первую очередь: становятся учителями начальной школы для малочисленных народов Севера, медицинскими сестрами, санитарками — все это пригодится в кочевье. Заодно изучают родной язык. В этих мамах, ученицах и чум-работницах — продолжение дела Клары Васильевны.

Министр из “мэнээса”

Какое у Оленька будущее? Что дал людям статус национального района?

Бесплатное лекарство, правом на которое Клара Васильевна пользоваться не может, потому что она не эвенка, а якутка. “Больше ничего?” — “Больше ничего”.

Нет, еще есть право на отстрел одного дикого оленя в год. Как насмешка. Хочется крикнуть, переиначив писателя: не стреляйте в белых оленей! А на что жить?

Прежних льгот (раньше эвенков не брали в армию, давали целевые места в институтах) теперь нет. Можно получить звание почетного гражданина района — тогда освобождаешься от оплаты коммунальных услуг. Но звание дают после семидесяти лет, и мало кто успевает им воспользоваться. Вертикаль забирает себе все доходы, все лакомые места — “федеральная собственность”.

Еще о правах, вернее, бесправии…

Экологическое законодательство может остановить расхищение недр, умерить аппетиты промышленников и центральной власти. Но экологическая политика — звено федеральной политики. В Государственной думе РФ — один депутат от Якутии. Малочисленные северные народы имеют одного на три района представителя в республиканском законодательном собрании.

То есть статус формально есть, а практически ничего не дает. Необходима экономическая поддержка.

Замглавы из Харыялаха Николаев интересуется: почему нельзя людям, живущим на земле, иметь процент от добычи ископаемых — как в Саудовской Аравии? Хотя бы по тысяче рублей давали от золота и алмазов, которые добывают в Якутии. Нас же совсем мало — пятьсот тысяч якутов и эвенков вместе взятых.

Если освободить гражданина от налога на землю, давать ее в бессрочное пользование — это было бы большой поддержкой, считает Голомарева. Этот вопрос подготовили и отправили на съезд малых народов. Еще просят квоту на депутата Государственного собрания республики. По закону депутат полагается только на 18 тыс. человек — откуда у них? Пока в Якутии на семьдесят пять депутатов Госсобрания всего один — от малочисленных народов Севера (сокращенно их здесь называют “мэнээс”, звучит как младший научный сотрудник). И в республиканском правительстве ни одного представителя от “мэнээс”.

Я слушал ее и думал: вот такого бы человека во власть. Меня как будто услышали: вскоре Елена Христофоровна Голомарева была избрана депутатом Законодательного собрания республики. Так что и министр из “мэнээсов” — может быть, не такая уж фантастика.

О компании “АЛРОСА” говорит: спасибо за праздники, за призы, за “Бураны”, за выделенные вертолето-часы. В этом году должны выкупить племенных оленей. Отправить детей на отдых. Построить, вслед за первой в районе каменной баней, Центр эвенкийской культуры… Не слишком щедро для такой компании, но и на том спасибо.

Взлетная полоса

Она на самом переднем крае жизни — педагогика кочевья. Педагогика движения, трудного, преодолевающего пространство и время — пусть свойственным ей оригинальным способом, лежа, ну, что ж тут сделаешь, такие у них пространства и средства передвижения, но это не застой. Это своеобразное движение, из которого, если не мешать, может вырасти что-то, выводящее из одиночества в глобальный мир. Не обязательно всем строиться по единому Плану, который, как кому-то кажется, ведет к победе.

Учителя говорят мне о важности нашей экспедиции: ваш приезд будет долгоиграющим, историческим! Я улыбнулся. А потом подумал — ну да, никто ведь не ездил к ним целый век, а тут академик, известный ученый, да еще в кочевье побывал. А уж когда министр образования и науки России прилетит на вертолете в Оленек (и такое случится позже) — это вообще!..

Впрочем, вопрос не в том, кто прилетит, а в том, кто что сделает.

Елена Христофоровна — вся в школьном строительстве. Может быть, где-то это не так важно, а тут, в снежных просторах, появление новой школы — действительно историческое событие. Школа тут — как северное сияние. Одну, самую большую, одноэтажную, но трехуровневую (местность неровная, Оленек стоит на гольцах, террасами спускаясь к реке), уже начали строить. Бурят вечную мерзлоту, материалы возят по зимнику. Скоро будет готова. Приедет сто человек строителей, и местные тоже будут строить, приезжайте, приглашает меня Голомарева, на открытие.

Программа республики — открывать пятнадцать школ в год. Добротные здания, современные проекты, удобная мебель… Строительные материалы возят из Ленска, здешнее дерево непригодно для строительства. В Оленьке уже построили учебные мастерские — помогают строительству.

После эпохи перестройки дома для людей на севере строить перестали. Но в Оленьке договорились с Министерством образования республики и нашли решение жилищной проблемы в Эйике и Жилинде. Раньше специалисты из отдаленных улусов туда не приезжали, а теперь едут.

В Харыялахе новая школа не предусмотрена, но обшили старую, чтобы была как новая. Пойдет так дальше, смеется Голомарева, я свой план выполню — чтобы все школы были новые.

Тут, в бескрайнем районе с маленьким населением, может быть, незаметно для постороннего глаза, но живо-живо для своего, происходит настоящая революция-эволюция в образовании. Забегая вперед, скажу: не успел вернуться домой, а они уже по электронной почте шлют новые предложения, проекты. А через полгода — отчеты. Читаю и удивляюсь: каждая школа в районе, каждый поселок из четырех имеет теперь свой проект развития образования. Про Оленек и говорить нечего — тут мозговой центр, детсад, возродивший этнос, средняя школа, связывающая народ с Аляской, коммуникации… Но не только через Оленек идут они.

В Харыялахе вырисовалась модель взаимодействия базовой и кочевой школ. Если опрокинуть модель на жизнь, получается, что с помощью умного образования можно не только спасти этнос, но проложить дорогу из тайги и тундры в современный мир (не случайно проект вошел в программу ЮНЕСКО и получил статус национального проекта России).

В Жиринде (320 км от Оленька) нашли свое решение жизненных проблем. Неподалеку от села Нижне-Ленская экспедиция занимается добычей полезных ископаемых. Жириндинцы связались с ней и договорились о рабочих местах. Но выступили в роли не просителей, а партнеров — поставщиков квалифицированных работников. И для этого начали создавать на базе средней школы “модель предпрофессионального и профессионального образования”, по образцу, действующему в Германии: сочетая обучение и практику с гарантированным в будущем рабочим местом. А в Эйике, где по нормативам “реструктуризации-модернизации” школу закрывать надо, она, как мы помним, не только сама выжила, но стала помогать другим: взяла брошенное совхозное хозяйство (помните, где у коровы на ветру слеза текла?). И что самое интересное, в этой эвенкийской школе, сохранившей животноводство и коневодство, разрабатывается проект профессионального обучения и воспитания якутских детей близлежащих улусов, где люди утратили навыки традиционных дел, которыми занимались испокон веков. Школка эта маленькая помогает опять ими овладеть.

Разве это мало?

Иногда, когда успокаиваешься и перестаешь раздражаться на окружающее, начинаешь почти физически чувствовать, что все мы, многочисленные и малочисленные обитатели страны, находимся в историческом процессе. Главный его вектор — распад громадной империи — продолжает действовать. Но одновременно с распадом происходит процесс прямо противоположный — возрождения, подъема. Только не в национальном масштабе, а локально, где-то там, где-то тут… Отдельному человеку находиться в этом процессе не сладко, но у него есть глоток свежего воздуха, белого снега. Может, со временем здесь возникнет нечто другое…

Олень сопровождает человека всю жизнь. Когда человек рождается, приносят в жертву оленя, когда встречают гостей, когда женятся и когда уходят из жизни… Поэтому какая без оленя может быть национальная идея? Надо плясать от жизни к объединяющему движению.

Мы возвращаемся из кочевья домой, трясясь в железном корыте, одолевая перевалы, когда от тряски, кажется, мутнеет в голове, и вдруг с сопки видишь захватывающий пейзаж — извилистую реку, заснеженные горы и узор тайги в форме несущегося напролом дикого оленя. Божественный вид. Ровно на мгновенье. И снова вниз, и снежная пыль в лицо, и капли стекают на солнцезащитные очки, и белое-белое солнце в глаза. Потом опять взбираемся вверх — и вот мы снова на сопке, и узор эвенкийский, снежно-таежный, с извилистой рекой — под тобой.

Каждый год осенью, в конце сентября, в одном и том же месте реки Оленек стадо диких оленей совершает переправу. С одного берега, где зимняя тундра, обледенение, голод, — на другой, где тайга и можно прокормиться до весны, раскапывая мох и ягель. Стадо диких оленей заходит в воду Оленька, плывет — и тут их ждут охотники на легких лодках, спрятавшиеся в кустах, и когда олени доплывают до середины реки, охотники выходят из укрытия, и начинается поколка… В эти дни воды Оленька становятся красными, и много оленей не доплывает до берега. Но они все равно, год от года, век от века, как рыба на нерест, идут к речной переправе. У них нет другого выхода: позади — гибель, впереди — надежда.

Так и люди Оленька, думаю я. Живущие на краю земли, не тронутые цивилизацией-модернизацией. Что им делать? Остаться на этом берегу? Невозможно. Да и не хотят они оставаться. Тогда переправляться на тот. Другого выхода нет — переправляться на тот берег, всем этносом, всем народом. Но что ожидает их на переправе? Что ждет их впереди, если не оглядываться назад, а смотреть на мир глазами ребенка? Райские кущи или…

Что ждет всех нас?

1 См. Анатолий Цирульников. Облавная охота на зайцев у северных якутов. Педагогическая экспедиция на полюс холода. “ДН”, 2008, № 10—11. Анатолий Цирульников

Спутниковый телеканал «Аль-Джазира» в сотрудничестве с российским информационным каналом «Русия Аль-Яум», вещающим на арабском языке, покажет серию специальных репортажей из России – «Взгляд на Россию», говорится в совместном пресс-релизе каналов.

Проект «Взгляд на Россию» будет состоять из сорока специальных репортажей и документальных фильмов, посвященных различным регионам и темам, включая социальные вопросы, политику, экономику и культуру. В рамках проекта более 40 гостей дадут интервью телеканалу, чтобы показать наиболее полную картину российской действительности.

Для организации прямых включений в Москве при содействии телеканала «Русия Аль-Яум» будет построена специальная студия. Репортажи «Взгляд на Россию» будут транслироваться каждый день в течение недели, начиная с 16 окт.

Как заявил глава Al Jazeera Network Ваддах Ханфар, «миссия «Аль-Джазиры» – строить мосты между различными культурами.

«Поэтому наши репортажи не будут ограничиваться традиционными для нас темами политики и социальной жизни. Они позволят арабскому зрителю взглянуть на российское общество и культуру изнутри, получить более глубокое представление о российской экономической и политической жизни. Мы очень рады тому, что канал «Русия Аль-Яум» присоединился к нам в этом проекте», – отметил Ханфар.

Проект «Взгляд на Россию» продолжит серию репортажей «Аль-Джазиры», посвященных различным странам и народам. В рамках этой серии уже были показаны программы о Китае, Турции, Иране, Иерусалиме и Судане. Репортажи нацелены на развитие межкультурных связей путем освещения социальных, культурных, экономических и политических сторон жизни различных стран.

«Аль-Джазира» была создана более 13 лет назад как первый независимый телеканал в арабском мире, освещающий события международной жизни на арабском языке и предлагающий зрителю дискуссии в прямом эфире. В марте 2006г. телеканал получил официальное название Al Jazeera Network, став международной медийной корпорацией.

Первый информационный российский телеканал на арабском языке «Русия Аль-Яум», входящий в группу каналов Russia Today (RT), начал вещание в мае 2007г. Спутниковый сигнал телеканала доступен для приема в открытом виде млн. зрителей в странах Ближнего Востока, Северной Африки и Европы.

По данным исследования Nielsen Company, в таких странах как Сирия, Ливан, Кувейт, ОАЭ, Иордания, Египет и Саудовская Аравия аудитория «Русия Аль-Яум» составляет более 5 млн.чел.

Эфир телеканала также можно смотреть онлайн на сайте arabic.rt.com. Лучшие репортажи и программы доступны для просмотра на странице «Русия Аль-Яум» в YouTube. Помимо «Русия Аль-Яум», в состав RT входят информационные каналы на английском и испанском языках.

Китай стал крупнейшим потребителем энергоресурсов в мире, обойдя по данному показателю США, передает Reuters со ссылкой на директора Международного энергетического агентства (IEA) Нобуо Танаку.

Выступая на отраслевой конференции Танака сказал, что спрос на энергоресурсы в Китае растет и на данный момент примерно половина всей добываемой нефти в мире поступает на китайский рынок. Когда этот рынок насытится, никто предсказать не берется, сказал директор IEA.

Как пишет Bloomberg со ссылкой на IEA, мировой спрос на нефть начал расти во II кв. 2009г. из-за роста потребления энергии в Китае и Бразилии.

Созданное во время нефтяного кризиса 1973-74гг. Международное энергетическое агентство (International Energy Agency) является межправительственной организацией, являющейся консультантом в рамках энергетической политики 28 стран. Как сказано на сайте организации, современными задачами IEA является мониторинг всех государственных решений в области энергетики в т.ч. в странах БРИК и членов ОПЕК. Ближайший саммит членов IEA на уровне министров состоится в Париже 14-15 окт. этого года.

Монокультурный агросектор Казахстана периодически испытывает стресс от перепроизводства пшеницы. Чиновники предлагают не заморачиваться и перегонять излишки зерна на биоэтанол. Но нет ли решения получше?

В советские времена уборочную страду неизменно именовали битвой за урожай. Что делать с захваченными в ходе этой битвы трофеями (читай: сельхозпродук цией), победителей (читай: колхозников) не волновало – за вопрос, как распоряжаться съедобным и несъедобным, отвечала плано вая социалистическая экономика. Теперь в Казахстане царствует его величество рынок. А это значит, что ведение аграрного бизнеса превратилось в полноценную войну, триумф в которой определяется не только выигрышем локальной битвы – за урожай, но и успехами в последующих сражениях – за рынки сбыта.

Классовое неравенство

Решить проблемы аграриев со сбытом, по мне нию минсельхоза, позволит законопроект «О госрегулировании производства и оборота биотоплива». Его концептуальная идея – ис пользование зерна 3 класса в производс тве биоэтанола. Доля такого зерна в струк туре урожая не только явно преобладает, но и стабильно растет: в 2009г., по данным минсельхоза, она составила 84% против 78% в 2008. Проблемы со сбытом зерна 3 клас са начались в пред.г., и до сих пор не которые элеваторы остаются заполненными на 40-60%. Сейчас, когда цены на зерно зна чительно упали, некоторые трейдеры пред почитают придержать его до лучших времен. Зерновики еще помнят уроки 2007-го, когда стоимость т. пшеницы зашкаливала за 200 долл. В тот момент образовался де фицит, т.к. многие успели продать зерно по более низкой цене. Сегодня на зерновом рынке штиль. По словам аграриев, количес тво сделок минимально, за 1 т. зерна част ные мукомольные предприятия предлагают 11-12 тыс. тенге. Трейдеров такая цена не устраивает. «Раньше мы продавали по 13-14 тыс. тенге за 1 т. Поэтому сейчас все будут держать зерно до нового урожая. Вдруг год будет засушливым, тогда цена поднимется», – говорит «РБК ЦА» директор ТОО «Булайский элеватор» Павел Гамзин.

Несмотря на трудности, большая часть прошлогоднего урожая (12,5 млн.т. экспорт ного зерна) все-таки реализована. При этом государство закупило 5,6 млн.т. У хозяйств, оплачивающих НДС, зерно приобреталось по цене 18 500 тенге за 1 т., у освобожден ных от данного налога – по 16 518 тенге. Это зерно уже поступило на рынки 10 стран мира. Определенную часть зерна, но по более низкой цене, разобрали посредники, чтобы перепродать в приграничные районы. А остальное перейдет в качестве остатков на текущий маркетинговый год. Переходящей может стать и проблема со сбытом – теорети чески ситуация с избыточным зерном может повторяться несколько лет подряд.

Происки Запада?

По мнению экономиста Каната Берентаева, начало массового производства биоэтанола в мире – это попытка ненефтяных держав надавить на ОПЕК. «Судите сами, почему страны ЕС, импортирующие нефть, вдруг решили выпускать биоэтанол? На самом деле это было своего рода предупреждение картелю, когда цены на нефть начали расти: дескать, ребята, у нас на вас тоже найдется управа», – считает эксперт. Он отмечает, что с началом широкомасштабного производства биотоплива добывающие страны стали сдерживать стоимость нефти. После пика 2008-го, когда бар. стоил свыше 140 долл., цены откатились до нынешних 70-80 долл. Казахстан в тек.г. планирует добыть 80 млн.т. нефти (на 4,6% больше, чем в 2009-м). Нефтяные запасы нашей страны составляют 3,2% от общемировых. Владея такими ресурсами, нецелесообразно переводить пшеницу на биотопливо, говорит г-н Берентаев. « 20% населения планеты находятся на грани голода, 50% – недоедают. В глазах мирового сообщества делать биотопливо из зерна просто неэтично, безнравственно и абсурдно», – заявляет экономист.

Рука не дрогнет

По мнению вице-министра сельского хозяйст ва Армана Евниева, направление излишков зерна на производство биотоплива (что пре дусмотрено в соответствующем законопро екте) обеспечит аграриев стабильным рынком сбыта, позволит им получить оборотные средства, закупить новую технику и обновить производство. «Если же мы запретим делать биотопливо из зерна 3 класса, аграриям будет невыгодно его производить из-за от сутствия сбыта. Им станет выгоднее произ водить пшеницу 4 класса, и они могут на меренно ухудшать качество зерна, а мы этого не хотим», – пояснил «РБК ЦА» вице-министр. При этом он заверил, что продовольственной безопасности страны законопроект никоим образом не угрожает. «Если возникнет напря женный баланс зерна в государстве, закон пре дусматривает квоты, и правительство сможет регулировать количество пшеницы, направля емой на биотопливо. Когда все это будет под контролем, остального зерна должно хватать на продовольственные цели», – считает г-н Евниев. Зерновые трейдеры не скрывают, что готовы продавать зерно на биотопливо, если хорошо заплатят. «Устроить могла бы цена в 15 тыс. тенге за 1 т. Предложат ее – отдадим без проблем», – говорит Павел Гамзин.

Однако не все депутаты встретили идею чи новников на ура, а отдельные парламентарии даже обвинили авторов законопроекта в лоббировании интересов зерновых трейдеров. «Ко щунственно и недопустимо в нефтяной стране переводить добро на то, что, по сути, можно получить из нефти и отходов», – возмущается в беседе с «РБК ЦА» мажилисмен Владимир Не хорошей. По его словам, проблема со сбытом пшеницы – временная и возникла по вине ответственных ведомств. «Зато, что зерно сейчас гниет, должен быть жесткий спрос. У Минсель хоза есть все рычаги для того, чтобы организо вать вместе с минтранскомом перевозку зерна, спрогнозировать урожай и заранее продумать его сбыт. Мы же знали, что будет большой уро жай, – подчеркивает депутат. – Сегодня мы столкнулись с тем, что для людей, у которых огромные посевные площади, самый простой выход – продать всю пшеницу на биотопливо, нежели искать новые рынки сбыта. Хотя во всем мире зерно на вес золота!» Вместо того чтобы лоббировать интересы зерновых трей деров, г-н Нехорошев предлагает чиновникам рационально использовать пашню. «Вовсе не обязательно все засеять пшеницей, а потом переводить ее на биотопливо. Мы почти все сырье для производства растительных масел завозим извне, почему бы не организовать вы ращивание тех же масличных культур?» – задается вопросом мажилисмен.

Вице-президент Союза зернопереработчиков и хлебопеков РК Виталий Лагода убежден, что излишки пшеницы должны трансформи роваться не в биотопливо, а в мясо. Он пред лагает менять отечественное зерно на россий ское фуражное и использовать его в составе комбикормов для домашнего скота. «Это, ко нечно, долговременная программа, но она поз волит нам развить животноводство и преодо леть мясную импортозависимость», – сказал «РБК ЦА» г-н Лагода. С ним солидарен эконо мист Канат Берентаев, по подсчетам которо го казахстанцы ежегодно недоедают 30-40 кг. мяса из-за его высокой цены. «Крес тьяне перестали выращивать скот, потому что комбикорма дорогие. Зачем зерно переводить на биотопливо, когда из него можно делать комбикорм, откармливать скот и наращивать производство мяса?!» – недоумевает эксперт.

Жажда на заправках

Рост производства биотоплива в США может привести к сокращению ресурсов пресной воды во многих регионах этой страны, предупреждают ученые Университета Миннесоты {исследование опубликовано в журнале Environmental Science & Technology). Ранее было принято считать, что производство 1 л. биоэтанола требует от 263 до 784 л. воды. Однако ученые из Миннесоты утверждают, что эти цифры не учитывают существенных различий между с/х регионами, которые сказываются на объемах потребления воды. Оказалось, что региональные различия столь сильны, что производство 1 л. биотоплива в разных регионах может требовать от 5 до 2183 л. воды. При этом с расширением угодий, выделяемых под выращивание сырья для биотоплива (преимущественно – кукурузы), потребление воды в Штатах за период с 2006 по 2008г. выросло на 246%-с 1,9 до 6,1 трлн. л. в год, в то время как рост производства биоэтанола составил всего 133% – с 15 до 34 млрд.л. Закон об энергетической независимости и безопасности, принятый в США в 2007г., предписывает увеличить производство биоэтанола в стране до 57 млрд.л. в год к 2015г. По мнению ученых, чтобы избежать экологических проблем, связанных с отбором большого объема воды, требуемого для производства такого количества топлива, необходимо принятие новых законодательных мер, учитывающих специфику регионов.

Парниковый парадокс

Использование «зеленого» топлива, произведенного из биомассы, наносит окружающей среде больший вред, чем традиционное горючее из нефтепродуктов, сообщила британская газета «Тайме» со ссылкой на данные ученых. По мнению британских исследователей, причиной данного парадокса является то, что для увеличения доли биотоплива в общей массе энергоресурсов необходимо вырубать миллионы га лесных угодий, чтобы освободить землю под плантации сельхозкультур, из которых и производится это топливо. Таким образом, подсчитали ученые, при использовании топлива, к примеру, из пальмового масла количество выбросов парниковых газов на каждый л. горючего увеличивается на 31%, в то время как, согласно стандартам ЕС, выбросы должны, наоборот, сокращаться на 35%. Аналогичные проблемы наблюдаются и при использовании в качестве растительного сырья для биотоплива сои и рапса. Как написала «Тайме», ЕС провел собственные исследования данной проблемы, однако отказывается публиковать их результаты.

Внеплановый тайм-аут

Доводы минсельхоза хорошо выглядят в те ории, на практике же наверняка все будет по-другому, рассуждает глава Казахстанской биотопливной ассоциации Бейсен Донянов. «Завтра, когда завод заработает, смотреть на классность пшеницы никто не будет: туда пой дет и самое хорошее, и самое плохое зерно», – делится он сомнениями с «РБК ЦА». По его мнению, нужно запретить производство био топлива из любого пищевого сырья. «Как мож но заливать в автомобиль продукт, который мы едим?» – недоумевает собеседник. В идеа ле, продолжает он, переработка зерна должна выглядеть следующим образом; из пшеницы получают муку хорошего качества, затем из ос татков выделяют клейковину, далее крахмал и, наконец, топливный биоэтанол. «Примерно по такой схеме получают биоэтанол в Китае. Но у нас так никто не хочет делать, хотя это дешевле», – сожалеет г-н Донянов. На произ водство биотоплива, по его словам, можно на править, к примеру, угольную пыль, которая в больших количествах скапливается на заво дах Караганды. А в развитых странах, по его информации, в последнее время начали про изводить биоэтанол из специальных микрово дорослей с высокой урожайностью. Их состав позволяет получать по отдельности космети ческие вещества, медицинские, а затем био этанол. Из них производят даже авиакеросин. Единственный в стране завод по выпуску биотоплива – АО «Биохим» в Северо-Казахстанской области – построен в 2006г. и во шел в число прорывных проектов. Зерноперерабатывающий комплекс завода – это целый производственный городок, включающий в себя элеватор, две мельницы, несколько цехов, лаборатории, ремонтные мастерские и энергетическое хозяйство. Стоимость завода на момент его открытия составляла 94 млн.долл. Окупить проект рассчитывали за пять лет. Планировалось, что на начальном этапе мощность завода составит 5-10 тыс.т. биоэтанола в месяц с постепенным увеличе нием до 40 тыс.т. Причем в качестве сырья предлагалось использовать продукты глубо кой переработки зерна. Сбывать биобензин (с 5%-ным содержанием биоэтанола) наме ревались в таких городах, как Астана, Алматы, Караганда, Петропавловск, Кокшетау, Усть-Каменогорск и Семипалатинск. Но пла ны, если верить участникам рынка, остались планами. «Завод сейчас стоит, – констатирет Бейсен Донянов. – Он изначально строил ся неграмотно, руководство купило не то обо рудование. Наломали дров, а потом поняли и теперь хотят переделать его под производство обычного пищевого спирта. Сами виноваты, приняли технически неправильное решение». По оценке эксперта, переоборудование завода потребует инвестиций в 50-60% от его первоначальной стоимости.

Гендиректор АО «Биохим» Евге ний Сутягинский в беседе с «РБК ЦА» опроверг утверждения руководителя биотопливной ассо циации. По его словам, производство биобензи на – это конечная стадия в производственной линейке завода. «В первую очередь мы вытяги ваем из зерна клейковину, затем пищевой крах мал марки А (высший сорт), а остатки крахмала В и С отправляем на производство биоэтанола, при этом получая отруби, углекислый газ и цен нейшую сухую кормовую барду с содержанием белка 32%. Барда используется как высокобел ковый компонент для приготовления комбикор мов», – пояснил г-н Сутягинский. Он признал, что весной тек.г. завод действительно был остановлен, но произошло это, по его вер сии, из-за нехватки оборотных средств. В неда леком будущем, добавил он, после согласования деталей и получения кредита в Банке развития Казахстана производство биоэтанола будет во зобновлено. «Этот бизнес вполне рентабелен. Экологическое топливо пользуется стабильным спросом среди казахстанских автолюбителей ввиду его эксплуатационных преимуществ. По мере освоения рынка у нас появились постоян ные потребители и оптовые покупатели. Это дало нам возможность продавать биобензин по цене даже чуть выше, чем традиционный», – со общил глава «Биохима».

Заседание продолжается

В рамках весенней парламентской сессии (за кончилась 30 июня) законопроект о биотопли ве так и не был принят. Пройдя три чтения в мажилисе, документ не получил одобрения в сенате и был с поправками возвращен в ниж нюю палату. Мажилисменов эти поправки не устроили, и 16 июня они приняли решение создать согласительную комиссию по преодо лению разногласий с сенатом. Таким образом, принятие законопроекта переносится на сле дующую сессию.

Меж тем чиновники не исключают возмож ности распашки новых земель под выращивание черна для биотоплива. 29 апреля, представляя законопроект сенаторам, глава минсельхоза Акылбек Куришбаев проинформировал, что в 2009г. в стране произведено 35 тыс.т. био этанола. «В перспективе, – цитирует министра ИА «Новости-Казахстан», – если мы введем в сельхозоборот дополнительные залежные зем ли, если отправим на биоэтанол пшеницу, пропадающую на элеваторах, то увеличим его про изводство до 2 млрд.л.». Благо биотопливо в отличие от зерна не гниет.

Объем поставок нефти из России в Японию увеличился в авг. на 93,3% в годовом исчислении, свидетельствуют данные министерства экономики, торговли и промышленности Японии. Как передает «Прайм-ТАСС» со ссылкой на Итар-ТАСС, Россия поднялась на четвертое место в рейтинге японских поставщиков, уступая лишь Саудовской Аравии, ОАЭ и Катару.

Увеличение экспорта из России, идущего через терминал Козьмино, позволяет Японии сократить зависимость от углеводородов с Ближнего Востока, пишет Reuters.

Иран, занимавший в июле третью строчку рейтинга, в авг. сократил поставки нефти в Японию на 31% и упал на шестую позицию. Падение обусловлено давлением Вашингтона на Тегеран.

Эксперты прогнозируют, что крупнейшая нефтедобывающая компания Японии Inpex прекратит разработки на иранском месторождении «Азадеган».

Москва занимает первое место среди городов Европы, Ближнего Востока и Африки (регион EMEA) по объемам строительства офисных площадей в ближайшие два года, говорится в исследовании международной консалтинговой компании Colliers International.

«На текущий момент общая площадь строящихся бизнес-центров в российской столице составляет 2,8 млн.кв.м.», – уточняют эксперты компании.

По их данным, на втором месте по этому показателю находится Дубай – 2,6 млн.кв.м. Третье и четвертое места занимают столицы ОАЭ и Саудовской Аравии – Абу-Даби и Эр-Рияд – 1,2 млн. и 1 млн.кв.м. соответственно.

«Таким образом, самый большой объем запланированного нового строительства зафиксирован в Ближневосточном регионе», – резюмируется в материалах Colliers International.

В них отмечается, что Санкт-Петербург в рейтинге компании находится на седьмом месте – в наст.вр. в «северной» столице возводится 636,9 тыс.кв.м. офисных площадей.

Из отчета следует, что сравнимыми с Санкт-Петербургом городами по объемам строительства офисных площадей являются Париж (700 тысяч кв.м.), София в Болгарии – 668 тысяч кв.м. и Брюссель (Бельгия) – 600 тысяч кв.м., которые занимают пятое, шестое и восьмое места соответственно.

На девятом месте в рейтинге расположился Милан (460 тысяч кв.м. офисных площадей), а на десятом – Гамбург (350 тысяч кв.м.).

«Самые низкие объемы строительства в Европе отмечаются в Глазго (Великобритания) – 2,8 тыс.кв.м. Следует отметить, что за исключением Лондона объемы строительства офисных зданий в крупных г.г. Великобритании достаточно малы. Так, в Белфасте и Бристоле они находятся на уровне 20-24 тыс.кв.м. А в Эдинбурге, Манчестере и Бирмингеме в наст.вр. вообще не ведется строительство офисных зданий», – подчеркивают эксперты компании.

Шведский концерн Saab получил заказ на изготовление системы противовоздушной обороны, оснащенной новейшей радарной системой, установленной на самолете-разведчике, а так же наземными службами и технической поддержкой. Стоимость контракта 4,5 млрд. крон.

Ранее Saab отказывался сообщить сведения о заказчике, покольку это условие было оговорено в контракте.

По сообщению еженедельника Jane's Defence Weekly, заказчиком шведского концерна выступила Саудовская Аравия.

Согласно данным государственной Инспекции по контролю за стратегической продукцией, за последний год Саудовская Аравия не раз получала крупные поставки шведской военной техники.

В Иране обнаружено новое газовое месторождение, запасы которого оцениваются специалистами в 70 млрд.куб.м. Новое месторождение Sefid было открыто в провинции Хормозган в 140 км. к северо-западу от порта Бендер-Ленге, расположенного на берегу Персидского залива на юге страны. Об этом сообщил сегодня министр нефти Ирана Масуд Мирказеми, передает иранское нефтегазовое агентство Shana, пишет РБК.

Согласно последней оценке специалистов, озвученной М.Мирказеми, общий объем запасов газа в стране достиг 33,1 трлн. куб.м., при этом запасы нефти оцениваются в 150,3 млрд. бар. Кроме того, министр отметил, что представленная по запасам нефти цифра увеличится к концу 2010г. Он также сообщил, что переоценка нефтегазовых запасов в стране проводится ежемесячно.

Иран – четвертый экспортер нефти в мире и второй в Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК) – является «далеко не бедной страной в отношении запасов нефти и газа», – сказал министр. По его словам, многие европейские и американские энергетические компании уже высказывали свое желание поучаствовать в нефтегазовых проектах в Иране, а нефтяная отрасль Тегерана в свою очередь «не забудет о возможности получать финансовые ресурсы из-за границы».

Напомним, что в отношении Ирана действуют санкции Совета безопасности (СБ) ООН, а также односторонние ограничительные меры со стороны США. Кроме того, в июле 2010г. Министры иностранных дел Европейского Союза одобрили новые санкции против Тегерана. Европейские министры высказались в пользу «пакета ограничительных мер» в сферах торговли, финансовых услуг, энергетики и транспорта.

Ранее, 9 июня, СБ ООН ввел новые санкции в отношении Ирана. В соответствии с четвертой резолюцией, ужесточается эмбарго против Тегерана на торговлю оружием и расширяется список иранских организаций, таргетируемых санкциями. Ирану запрещается закупать тяжелые вооружения, такие, как ударные вертолеты или ракеты. Резолюция призывает принимать меры против иранских банков за границей, которые подозреваются в причастности к ядерной или ракетной программам Тегерана. Кроме того, в «черный список» заносятся три предприятия, подконтрольные Национальным судоходным линиям Исламской Республики (Islamic Republic of Iran Shipping Lines), плюс еще 15 компаний, принадлежащих Корпусу стражей Исламской Революции. РБК-Украина

Иранские специалисты по геологоразведке обнаружили в южной провинции Хормозган на Персидском заливе новое газовое месторождение, чьи запасы оцениваются в 70 млрд.куб.м. газа, сообщает в понедельник иранское информационное агентство ИЛНА со ссылкой на министра нефти Ирана Масуда Мирказеми.

«Это новое газовое месторождение расположено на востоке от порта Бендер-Ленге и в 140 км. от порта Бандер-Аббас на Персидком заливе. Его запасы оцениваются в 70 млрд.куб.м. газа. Мы можем извлечь до 72% запасов этого газового месторождения», – приводит агентство слова Мирказеми.

По словам министра, в наст.вр. общий объем запасов газа в Иране «достиг цифры в 33,1 триллиона куб.м., а запасы нефти – 150,3 млрд. бар.».

Иран является четвертым экспортером нефти в мире и вторым в Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК), добывая свыше четырех млн. бар. нефти в день. Нефтяная и газовая отрасли Ирана находятся под полным контролем государства. Иран является инвестиционно привлекательной страной для иностранных инвесторов. Однако, действующие в отношении Ирана санкции Совета Безопаности ООН (СБ ООН) и односторонние ограничительные меры США заставили крупные международные энергетические компании отказаться от инвестиций в энергетический сектор Исламской Республикой.

Совет безопасности ООН 9 июня принял резолюцию, которая предусматривает ужесточение санкций в отношении Ирана. Это четвертая резолюция, принятая Совбезом из-за нежелания Тегерана выполнять международные требования и прояснить ряд вопросов по иранской ядерной программе, в т.ч. по ее военной составляющей.

США и ЕС в одностороннем порядке ввели в отношении Исламской Республики дополнительные ограничительные меры. Американские санкции в основном затрагивают нефтегазовый сектор Ирана, а также иранские компании, подозреваемые американскими властями в причастности к разработке ракетных программ. РФ и КНР осудили эти действия своих западных партнеров по переговорам.

В начале сент. к односторонним ограничительным мерам США и ЕС присоединились Япония и Южная Корея, санкции которых также предполагают замораживание активов физических и юридических лиц. Сеул и Токио также ограничили проведения валютных операций организациями и физическими лицами, имеющими отношение к ядерной программе Ирана.

Согласно последним данным SimFRUIT, в сезон 2009/10 экспорт фруктов из Чили вырос на 2,9% и достиг 2,5 млн.т. По мнению Рональда Боуна (Ronald Bown), президента Чилийской ассоциации экспортеров (Chilean Exporters Association/Asoex), причиной столь небольшого роста экспорта стало не столько февральское землетрясение, сколько заморозки в прошлом сезоне, которые главным образом оказали пагубное влияние на урожай косточковых и столового винограда.

Основу экспорта в сезон 2009/10 составил столовый виноград (33%), за ним – яблоки (32%) и киви. Экспорт винограда и киви при этом упал на 5,9% и 0,5% соответственно, поставки яблок выросли на 14,3%.

Наибольший рост экспорта был зафиксирован в таких категориях фруктов, как лимоны (63,4%), гранаты (55%), авокадо (33%), мандарины (30,1%) и черника (20,2%).

Поставки в Европу упали на 4,4%. Значительно вырос экспорт в такие страны, как Аргентина (76,1%), Саудовская Аравия (55,8%), Канада (31,2%), Россия (27,3%) и Япония (22,5%).

В Саудовской Аравии построят крупнейший в мире биосферный комплекс. Проект предполагает сооружение гигантского купола из полупрозрачного материала, под которым расположится экосистема джунглей.

Помимо растений и некоторых мелких обитателей животного мира, в сооружении под названием Saudi Biome разместятся гостиница, жилые объекты и ресторан со смотровой площадкой в верхней части купола. Автором проекта является американский дизайнер Фил Паули.

Здание пока существует в виде концепта, однако уже известно, что его диаметр составит 150 м., а высота – 115 м. Saudi Biome втрое превысит по размеру аналогичный комплекс Eden Project, который расположен в британском графстве Корнуолл и является крупнейшим подобным объектом в мире.

Saudi Biome будет обладать собственными системами водоснабжения и терморегуляции, сообщает Inhabitat. Отметим, что первый биосферный комплекс был построен в 1991г. в США. Проект задумывался как экспериментальный, и из-за ряда технических просчетов он в конечном итоге потерпел неудачу. Подробнее об объектах недвижимости, которые, помимо прочего, выполняют функцию ботанического сада и даже фермы по выращиванию сельхозпродукции, читайте в статье «А будет ли здесь город-сад?».

Минюст и комиссия по ценным бумагам и биржам США ведут расследование взяточничества крупнейших фармацевтических компаний в России. Как стало известно The Wall Street Journal, ведомства запросили у гигантов отрасли информацию о деятельности в России, Бразилии, Китае, Германии, Италии, Польше и Саудовской Аравии.

Пока известно, что в деле фигурируют Merck & Co., AstraZeneca PLC, Bristol-Myers Squibb Co., GlaxoSmithKline, SciClone Pharmaceuticals Inc., Eli Lilly & Co. и Baxter International Расследование ведется уже несколько месяцев, ни минюст, ни комиссия по ценным бумагам и биржам его не комментируют. В минюсте лишь ранее заявили, что речь идет о возможном нарушении акта от 1977г., который запрещает торгующим на биржах США компаниям давать взятки чиновникам за рубежом. Речь идет о взятках и других выплатах врачам, консультантам и регулирующим органам, а также о проведении клинических исследований. В 2009г. ФАС России объявляла, что проверит несколько крупных международных фармацевтических компаний на предмет подкупа российских врачей. Как сообщил представитель ФАС Тимофей Нижегородцев, крупные компании имеют специальные бюджеты, выделенные на завязывание отношений с медиками, которые, в свою очередь, «продвигают» лекарства.

Китайская кухня. Аппетит среднего класса Поднебесной толкает вверх мировые цены на еду

Недавно в Риме эксперты Продовольственной и с/х Организации Объединенных Наций думали, что делать с ценами на зерно, стремительно растущими с июля. Вывод специалистов: продовольственного кризиса в мире пока нет, но дефицит предложения налицо, а значит, еда будет дорожать и дальше. Уже сегодня цены на продукты растут стремительнее, чем на энергоносители. При этом засухи и неурожаи, а также спекулятивная игра на бирже – отнюдь не главные причины продовольственного дефицита. Эксперты, опрошенные «Итогами», назвали два фактора, дестабилизирующих мировой рынок еды. Это набирающее обороты производство «пищевого» бензина – этанола – и стремительный рост потребления продовольствия в развивающихся странах. Речь прежде всего идет о Китае, в чьей национальной кухне в последнее десятилетие случилась революция. И именно она в ближайшем будущем будет диктовать мировые цены на съестное.

Людей много, рыбы мало. Однажды, оказавшись на рынке в Южном Китае и удивившись скудости рыбного прилавка, корреспондент «Итогов» поинтересовался у местных рыбаков причинами дефицита. В ответ получил философское: «Жэнь хэнь до, юй хэнь шао» («Людей много, рыбы мало»). Рыбак попал в самое сердце китайской, да и всей мировой продовольственной проблемы. Еще совсем недавно рацион большинства китайцев не отличался разнообразием – им было вполне достаточно пиалы риса с овощами. Могли все это еще «усугубить» рисовой пампушкой. Ныне же обеспеченные китайцы стали потреблять мясо, рыбу, яйца и даже молочные продукты, которые в традиционной китайской кухне в принципе отсутствуют. Например, сегодня китайские горожане в три раза больше потребляют мяса, чем крестьяне. Соответственно растет и его производство. В 2008г. оно превысило 70 млн.т., увеличившись с 1978г., т.е. с момента начала реформ, почти десятикратно.

Недельный рацион обеспеченной пекинской семьи стоит чуть более 1000 юаней (155 долл.). Что для немалого числа горожан является серьезной, но не такой уж неподъемной суммой. Численность среднего класса в Китае стремительно растет, и его рацион становится все более западным. Когда около двух десятилетий назад в ряде крупных городов Китая появились первые рестораны быстрого питания, мало кто верил в их успех: мол, легко усвояемый китайский «цай» (пища) и калорийный американский фастфуд – вещи несовместимые. Но прогнозы не сбылись. Сегодня уже 65% населения Поднебесной являются потребителями фастфуда (в России, для сравнения, – только 33%). Или еще один факт. Как писала недавно The Wall Street Journal, именно спрос в Китае обеспечил рекордный рост цен на вина Chateau Lafite Rothschild – летом цена на это бордо подскочила почти до 23 тысяч долл. за ящик, 1900 долл. за бутылку.

Самое удивительное: в связи с недавними молочными скандалами в Китае выяснилось, что сегодня почти 300 млн. китайцев (т.е. каждый четвертый) стали потребителями молока и молочных продуктов. Объяснение этому феномену берет начало в 1999г. Именно тогда был дан официальный старт государственной кампании, задачей которой было приучить детей в КНР пить молоко. Цель – догнать и перегнать по росту и весу сверстников из других стран, особенно из Японии, с которой Китай ведет негласное соревнование по типу советского: «Догоним и перегоним Америку». Спецслужбами КНР была подготовлена справка, в которой указывалось, что японские дети стали обгонять своих китайских сверстников по габаритам. Сей безрадостный факт настолько огорчил высшее китайское начальство, что тут же было принято решение развернуть кампанию под лозунгом: «Стакан молока в день – два сантиметра в год».

В итоге потребление молочных продуктов в КНР возросло колоссально. Если до начала кампании оно составляло не более пяти л. на человека в год, то к 2008г. увеличилось в шесть раз. Разумеется, рост потребления молочных продуктов напрямую связан с их производством. И вот Поднебесная, еще недавно практически не знавшая вкуса молока, вошла в тройку лидеров по надоям – после США и Индии, оттеснив на четвертую позицию Россию. Темпы впечатляют: если в 2003г. в Китае произвели 16 млн.т. молока, то через четыре года – уже более 36 млн.т. Однако своего продукта КНР не хватает. Тем более что его производители зачастую не озабочены качеством. В итоге это привело к скандалу с меламином. Поэтому Китай активно закупает сухое молоко у его немногочисленных экспортеров – Новой Зеландии, Австралии, Аргентины и Белоруссии. Все остальные страны мира производят молоко лишь для собственного потребления, а экспортируют только готовую продукцию – в основном сыры и сливочное масло, которые в Китае так и не прижились. Забота китайского руководства о подрастающем поколении сильно подняла цены на молоко как в мире, так и в самом Китае. К примеру, цена литрового пакета в Пекине выросла до 18 юаней (чуть более 80 руб.). Это в два-три раза дороже, чем в России. Понятно, что китайский спрос оказывает мощное давление на мировые цены на сухое молоко.

И так по всей продуктовой цепочке. Чтобы удовлетворить спрос населения на мясо и молоко, нужно выращивать скот, а значит, необходимо больше корма. Ныне 70% кукурузы, сои и половина урожая батата в Китае идут на корм скоту. В среднем для получения килограмма свинины – основного мясного продукта в КНР – требуется 5-7 кг. зерна.

С тем, что растущий спрос толкает вверх цены, власти КНР борются всеми возможными, в т.ч. и абсолютно не рыночными, способами. К примеру, в 2008г. Госсовет (правительство) принял циркуляр, согласно которому производители зерна, масла, мяса, молока и куриных яиц обязаны «направлять в правительство на утверждение план-заявку за десять дней до планируемого повышения цен». В свою очередь, Госсовет может план одобрить либо отклонить, основываясь на «разумности уровня повышения цены». Неудивительно, что в Китае в последние годы наблюдается низкий уровень инфляции. Однако сдерживать ее становится все труднее. Известно ведь, что в КНР проживает 22% населения Земли, в то время как на Поднебесную приходится лишь 7% сельхозземель нашей планеты. Нежирно для столь густонаселенной страны, и потому, чтобы в условиях бурного экономического развития не допустить сокращения угодий, власти КНР даже установили «красную линию» – это 120 млн.га обрабатываемой земли. «Иначе, – считает главный научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Яков Бергер, – страна станет действительно зависеть от ввоза зарубежного продовольствия. Хотя по некоторым видам продовольствия Китай уже сейчас весьма сильно зависит от импорта. Это, например, касается сои». Нехватку собственных сельхозугодий Китай пытается разрешить, приобретая пахотные земли за границей, особенно активно в Африке.

Кушать продано. Китай пока что обеспечивает себя продовольствием более чем на 90%. Однако цифра эта, считают эксперты, будет стремительно уменьшаться. По словам Якова Бергера, «в 2003г. в среднем за год у городского жителя уходило на питание 2417 юаней, или 11 тысяч руб. В 2009г. эта сумма увеличилась до 4475 юаней, 20,5 тыс. руб.». Если учесть, что и сегодня городской житель в США тратит на еду в 13 раз больше, чем китайский горожанин, то становится понятно, насколько велик резерв для роста потребления в КНР. И какие бы меры ни предпринимали власти, остановить процесс они не могут. По мнению заведующего отделом экономических исследований Института востоковедения РАН Александра Акимова, «ситуация будет развиваться по японскому сценарию». Еще недавно Япония имела мощное сельское хозяйство. Но сегодня Страна восходящего солнца вынуждена в больших объемах импортировать даже те продукты, которые составляют основу ее национальной кухни, – рис, рыбу и морепродукты.

Дело в том, что американцы и их коллеги по мировому «продовольственному пулу» поставили японцам условие: мол, мы покупаем вашу промышленную продукцию, а вы – наши сельхозпродукты. США на сегодня – крупнейший экспортер продовольствия. Вывоз еды – второй после экспорта капитала способ поддержания американского платежного баланса. Отсюда и накал страстей по поводу экспорта «ножек Буша», например, в Россию.

Той же стратегии придерживаются и власти Евросоюза. Огромное количество товаров, произведенных в КНР, поступает в Европу. Чем она может ответить на эту экспансию? «Прежде всего, – указывает Александр Акимов, – экспортом своей «продовольственной группы» в Китай. Если США и ЕС начнут переориентировать экспорт продовольствия в сторону Китая, то это будет иметь весьма существенные последствия». Китайские крестьяне не выдержат конкуренции с дотируемой государством едой с Запада. В КНР окончательно восторжествует промышленная революция, а огромному населению китайских городов будет требоваться все больше импортного продовольствия.

Как полагают эксперты Financial Times, структурные сдвиги в потреблении могут вызвать в этом десятилетии рост цен на сельхозпродукцию примерно на 20-50% от среднегодового уровня десятилетия нулевых. Еще в 2007-08гг. страны с недостаточным объемом собственного сельхозпроизводства потратили более 28 млрд.долл. на импорт одного только зерна, что вдвое больше, чем в 2002г. Однако считать, что мир объедает средний класс Китая или, допустим, Индии, где ситуация развивается аналогично, было бы, как говорит Александр Акимов, «не совсем корректно». По его словам, не менее завидный аппетит демонстрирует индустрия биологического горючего, или этанола, которая на сегодня потребляет 30% американского урожая кукурузы. Еще одним крупным производителем этанола является Бразилия, где этим альтернативным топливом обеспечивается почти половина всех потребностей страны в бензине. Во многом благодаря этим двум странам производство биотоплива в мире удваивается каждые несколько лет. Коль скоро Америка является крупнейшим поставщиком зерна на мировой рынок, то весьма значительный кусок производимой в мире еды попросту сгорает в автомобильных моторах.

Отношения на мировом продовольственном рынке очень напоминают ситуацию, которая сложилась на рынке энергоресурсов. И там и там имеются эффективные поставщики, которые доминируют, создавая официальные или неформальные картели. В «продовольственный пул» входят США, Канада, страны ЕС, юг Латинской Америки, Австралия и Новая Зеландия. Большинство остальных стран мира зависят от импорта еды. Некоторые из них пытаются защищать так называемую продовольственную безопасность, но получается не у всех. Россия, например, обладая огромной площадью пригодной для сельского хозяйства земли, может войти в гипотетически возможную мировую «зерновую ОПЕК». А вот на рисовом фронте, где сильно противостояние стран-производителей, шансов договориться с конкурентами у той же Поднебесной практически нет. Китаю и Индии слишком выгодно играть роль мирового сборочного цеха. Аналитики рынка предсказывают, что оба государства будут в ближайшей перспективе наращивать импорт зерна, растительного масла, а затем и всех прочих продуктов питания.

В результате, чтобы покрыть мировые потребности, производство зерновых культур, по оценке экспертов, должно увеличиться к 2030г. почти на 50%, а мяса – примерно на 85%. Хватит ли на это природных ресурсов – большой вопрос. А вот цены на еду точно будут расти. Александр Чудодеев

Регион Персидского залива продолжает оставаться одним из приоритетных направлений иранской внешней политики. Это объясняется как его стратегической важностью для обеспечения безопасности Исламской Республики Иран (ИРИ), так и его ролью во внешнеэкономических связях этой страны.

Значимое для Тегерана место в числе государств-членов Совета сотрудничества арабских государств персидского залива (ССАГПЗ, в него входят Саудовская Аравия, Оман, Бахрейн, Катар, Кувейт и ОАЭ) занимают Объединенные Арабские Эмираты, которые в отличие от многих своих соседей по Аравийскому полуострову стремятся проводить на иранском треке сбалансированную политику, учитывающую как интересы ИРИ, так и имеющих значимое присутствие в регионе США. В свою очередь Иран пытается использовать такой настрой эмиратцев для сохранения, прежде всего, активного экономического взаимодействия с ОАЭ, являющейся, по сути, одним из немногих в регионе «каналов» подпитки иранской экономики в условиях действующего санкционного режима ООН.

Примечательно, что такое стремление к диалогу развивается на фоне застарелого территориального спора между двумя странами. Речь идет о трех островах в Персидском заливе (Абу-Муса, Большой и Малый Томб), занятых иранскими войсками в 1971г. Такой, казалось бы, очевидный парадокс обусловлен, как представляется, тем фактом, что в силу исторической давности зарождения указанного конфликта, а также отсутствия у ИРИ и ОАЭ четкой концепции его разрешения, данный спор негласно отодвинут на второй план их двусторонней повестки дня. Более того, ОАЭ не могут рассматривать военное решение вопроса как реальный способ вернуть права на оккупированные острова и явно не способны осуществлять необходимое дипломатическое давление на Тегеран, чтобы тот пересмотрел свою нынешнюю политику. Сложившаяся ситуация отражает, очевидно, приоритетность экономического взаимовыгодного двустороннего сотрудничества над бесперспективной в нынешних условиях политической конфронтацией.

В свою очередь ИРИ также старается лишний раз не раздражать ОАЭ, т.к. прекрасно понимает, что поддержание хороших экономических и деловых отношений с этой страной является одним из ключевых элементов стимулирования «проиранской» направленности внешней политики Абу-Даби. Иранская позиция вполне очевидна – продолжение контроля над оккупированными островами и в то же время уклонение от прямого переговорного процесса в ходе политических контактов с эмиратской стороной, всячески затягивая их возобновление.

Разумеется, в силу внутриполитических причин, а также в целях поддержания национального престижа и Иран, и ОАЭ будут и далее продолжать подспудное продвижение собственных подходов по упомянутой проблеме. Можно предположить, что в ближайшее время ОАЭ не станут провоцировать Тегеран на резкие шаги в этом вопросе, и сами будут стараться, как всегда, усидеть «на двух стульях», не снимая «островной» вопрос с повестки дня общеарабских саммитов и других международных форумов. В Абу-Даби убеждены в том, что единственный путь к решению этой проблемы пролегает через диалог и дипломатию, причем при этом необходимо держать открытыми все каналы общения.

Вместе с тем, такое стремление обеих сторон поддержать «статус-кво» может сослужить им плохую службу в случае обострения двусторонних отношений по другим проблемным моментам, когда «островная» тематика вполне способна стать катализатором роста напряженности не только в контексте их взаимодействия, но и в региональном масштабе. В пользу последнего говорит, в первую очередь, позиция гораздо менее расположенных к ИРИ партнеров ОАЭ по ССАГПЗ, стремящихся активно будировать «островную» тематику в целях недопущения отрыва от себя Абу-Даби.

Хотя арабские монархии уже стараются публично не называть ИРИ «фактором региональной нестабильности» (как это было ранее), реальное сотрудничество между Ираном и странами ССАГПЗ пока не налаживается.

Энергетика по-прежнему остается камнем преткновения в отношениях Ирана и ССАГПЗ. Периодически звучат взаимные обвинения в попытках кражи сырья из общих шельфовых пластов. Диаметрально противоположными являются подходы Саудовской Аравии, Кувейта и Ирана в отношении ценовой политики в рамках ОПЕК. Эр-Рияд традиционно получает выгоду от увеличения объемов экспорта, Тегеран же заинтересован в их снижении. Некоторые эксперты считают, что таким образом экспортеры нефти из числа стран-членов ССАГПЗ пытаются своей несговорчивостью «наказать Иран» за его чересчур активную политику на Ближнем Востоке.

Весьма чувствительной темой во взаимоотношениях между Ираном и ССАГПЗ является проблема иранской ядерной программы. Для Совета, созданного как военно-политический блок, появление у одной из стран региона ядерного оружия является абсолютно неприемлемым.

В сложившейся ситуации можно ожидать попыток ИРИ добиться большего сближения с ОАЭ, используя, прежде всего, экономические рычаги воздействия. Здесь следует отметить, что внутри эмиратской федерации существует разный подход в отношении Ирана. Дубай, по сравнению с Абу-Даби, настроен более «проирански» и более прагматичен в этом вопросе, т.к. именно этот эмират поддерживает давние многоплановые связи с ИРИ. Иран активно использует «преференции» в Дубае для решения своих внутренних проблем. Власти этого эмирата не могут не принимать во внимание, что достаточно большой процент дубайской недвижимости находится в руках многих влиятельных иранцев. По данным Iranian Business Council (IBC) в Дубае, в этом эмирате действует 1,2 тыс. иранских фирм и компаний и проживает более 400 тыс. граждан ИРИ, что составляет вторую по численности колонию иранцев за рубежом после Лос-Анджелеса. Кроме того, поставки нефтепродуктов в Иран через Дубай ежегодно достигают 8,2 млрд. бар., что составляет 75% от его общего импорта. Дубай, на протяжении многих лет являясь одним из главных торговых партнеров Ирана и главным экспортером основных товаров широкого потребления, фактически играл роль «свободной экономической зоны». Данный эмират как «иранский офшорный бизнес-центр» вносит огромный вклад в иранскую экономику, что позволяет Тегерану многие годы успешно игнорировать режим международных санкций.

Т.о. учитывая позицию Тегерана, ССАГПЗ, США и самих ОАЭ, территориальный вопрос будет по-прежнему оставаться одним из ключевых раздражителей в ирано-эмиратских отношениях. При экономическая взаимосвязь двух стран обусловит, несомненно, многовекторность и разноплановость их сотрудничества.

Нельзя, разумеется сбрасывать со счетов присоединение ОАЭ к санкциям ООН и односторонним мерам санкционного характера, введенным против Ирана. Такой шаг Абу-Даби, сделанный вопреки собственным экономическим интересам, очевидно, под политическим давлением США и их западных союзников, уже вызвал довольно жесткую реакцию официального Тегерана, заявившего о снижения доверия к своему эмиратскому партнеру. При этом наиболее болезненным, учитывая структуру торгово-экономических отношений между ИРИ и ОАЭ, стали ограничения финансового характера, связанные с ограничениями на банковские переводы между двумя странами. Тем не менее, учитывая отсутствие для Ирана в регионе реальной альтернативы партнерским отношениям с Абу-Даби, можно ожидать, что практика поддержания двустороннего политического диалога вряд ли уйдет в небытие. В.Осипов (Институт Ближнего Востока, Россия)/ Armenia Today

Директор департамента торговли с арабскими и африканскими странами Организации развития торговли Сейед Хосейн Хосейни заявил, что за пять месяцев тек.г. (21.03-22.08.10) иранский ненефтяной экспорт в африканские страны вырос на 52,9% по сравнению с аналогичным периодом пред.г. и составил 187 млн.долл., сообщает агентство ИРНА.

В течение пяти месяцев пред.г. в африканские страны было экспортировано различной иранской продукции на общую сумму в 122 млн.долл.

По словам С.Х.Хосейни, в африканских странах сложились благоприятные условия для экспорта иранской продукции, и политика иранского правительства направлена на укрепление политических и экономических связей с африканским континентом.

К числу основных торговых партнеров Ирана в Африке относятся Мозамбик, Южная Африка, Судан, Танзания, Ливия, Джибути, Египет, Кот-д’Ивуар, Кения и Алжир.

Иран, в основном, экспортирует в африканские страны топочный мазут, мочевину, метанол, вазелин, бескосточковый виноград, транспортные средства, аммиак, парафин, фисташки, серу и другую продукцию.

Причинами увеличения иранского экспорта на африканский континент служат рост производства нефтепродуктов и нефтехимической продукции в Иране, связанный с вводом в эксплуатацию новых нефтехимических предприятий, рост спроса на иранскую продукцию, вызванный некоторыми ограничениями на внешних рынках (например, запретом на экспорт битума из Саудовской Аравии), высокая конкурентоспособность иранской нефтяной и нефтехимической продукции на африканских рынках. Iran News

Первая партия иранского бензина отправлена на экспорт. С таким заявлением выступил сегодня глава национальной иранской нефтяной компании NIOC (National Iranian Oil Company) Али-Асгар Арши, передает иранское агентство нефтегазовой информации Shana (аффилировано с министерством нефти страны). «Первая партия иранского бензина была экспортирована», – заявил глава NIOC. Объем отправленного на внешние рынки топлива, а также покупатель не сообщаются.

Несколькими днями ранее Тегеран заявлял, что Исламская Республика полностью отказалась от импорта бензина, поскольку Иран достиг уровня самодостаточности и в состоянии удовлетворять внутренний спрос на горючее. В министерстве нефти страны сообщали, что уровень производства бензина составляет более 66 млн.л. в сутки при величине спроса на уровне 64 млн.л.

Обострение вопроса о снабжении Ирана бензином произошло после того, как 9 июля 2010г. Совет безопасности ООН принял очередной пакет санкций против Ирана, а США и Евросоюз позднее ввели дополнительные ограничительные меры против иранских банков и топливно-энергетического сектора страны. Иран занимает второе место среди стран ОПЕК по добыче нефти и является одним из ведущих экспортеров «черного золота», однако сама страна, как считалось ранее, почти не производила нефтепродуктов и вынуждена была импортировать их в большом количестве, – передает РБК. oilru.com.

Оман обещает выдавать визы россиянам за 24 часа. И собирается привлечь в страну 5 тыс. российских туристов.

В пред.г. Султанат Оман посетило 2,7 тыс. гостей из России. Популярности направления препятствует отсутствие информации о стране, считает Георгий Леонтьев, глава российского представительства министерства туризма Оман, началу работы которого была посвящена встреча с журналистами в Lotte Hotel.

Появление оманского турофиса в России призвано заполнить этот информационный вакуум и популяризировать направление среди туроператоров и туристов. Приоритетными задачами Г. Леонтьев называет издание информационных материалов об Омане, продвижение его туристических возможностей посредством СМИ и взаимодействие с операторами. Также планируется открытие сайта министерства туризма с исчерпывающей информацией о стране.

Посол Султаната Омана в РФ Мохамед Аль-Хасан со своей стороны заверил, что всем туристам, отправляющимся в страну через турфирмы, визы будут выдаваться в течение 24 часов.

По словам Г. Леонтьева, Оман – единственная мусульманская страна, обладающая базой отдыха на всем побережье, – готов к увеличению числа иностранных туристов: каждый год в стране появляется по 2-3 новых отеля, всего в стадии строительства находится до 30 отелей, открытие многих из них запланировано на 2012-13гг.г. К этому же времени может быть сдан Blue Sity – масштабный курортный проект недалеко от Маската, включающий в себя множество отелей, в т.ч. известных мировых цепочек. Всего к концу 2010г. планируется удвоить количество гостиничных номеров до 16 тыс.

«Оман – уникальная страна, предлагающая прекрасные возможности для отдыха: дайвинга, спа, активного туризма», – отметил Г. Леонтьев.

Оман – государство на юго-востоке Аравийского полуострова. Граничит с Саудовской Аравией, ОАЭ и Йеменом, омывается водами Аравийского моря и Оманского залива. Чартер на Маскат несколько лет подряд организует компания Space Travel.

Российская компания «Зарубежводстрой» примет участие в крупномасштабном проекте строительства плотины Кандаджи (Kandadji) на реке Нигер, сообщает в среду нигерская газета Sahel. Соответствующее соглашение подписали гендиректор «Зарубежводстроя» Евгений Гудзенчук и министр экономики и финансов Нигера Маман Малам Анну (Mamane Malam Annou). Стоимость контракта составляет 170 млн.долл.

Министр экономики и финансов Нигера заявил, что «день подписания контракта, несомненно, останется в памяти нигерцев, т.к. он стал итогом многолетних усилий, направленных на осуществление грандиозной мечты».

Начало строительства плотины стало возможным после одобрения в 1997г. властями Нигера программы «Кандаджи», которая направлена на борьбу с обмелением рек и беспрецедентной деградацией экосистем, что грозит стране серьезным продовольственным кризисом. Результатом строительства плотины должны стать рост производительности в сфере сельского хозяйства и животноводства, а также в энергетической сфере.

Финансирование программы будет осуществляться Африканским банком развития, Банком исламского развития, Западно-Африканским банком развития, Саудовским фондом развития, Кувейтским фондом помощи арабского экономического развития, Фондом ОПЕК, Арабским банком экономического развития Африки, Банком инвестиций и развития Экономического сообщества западноафриканских государств (ЭКОВАС) и правительством Нигера.

Компания «Зарубежводстрой» является преемником одноименного советского государственного предприятия, созданного в 1963г. при министерстве водного хозяйства РСФСР для строительства за рубежом объектов водохозяйственного назначения.

В Баку пройдет азербайджано-российский международный симпозиум «Нефтехимия и катализ в решении проблем нефтепереработки». 28-30 сент. 2010г. в Президиуме НАНА при совместной организации НАНА, Сибирского отделения Российской академии наук (РАН), Института нефтехимических процессов им. Ю.Мамедалиева НАНА, Института катализа СО РАН и отделения химических наук НАНА состоится азербайджано-российский международный симпозиум «Нефтехимия и катализ в решении проблем нефтепереработки».

Как сообщает 1news.az со ссылкой на пресс-службу НАНА, наряду с азербайджанскими и российскими учеными с докладами на этом симпозиуме выступят видные ученые из Германии, Великобритании, Саудовской Аравии, Ирана и других стран. oilru.com.

Директор государственной саудовской нефтедобывающей компании Aramco Халид эль-Фалих, выступуая на 21 Мировом энергетическом конгрессе в Монреале, заявил, что, несмотря на обеспокоенность мировой общественности проблемами глобального потепления и выброса вредных газов в атмосферу, потребление нефти в качестве основного энергоносителя будет только расти – для удовлетворения растущих нужд и запросов жителей развивающихся стран.

Фалих заявил: «В следующие 20 лет 3 млрд.чел. начнут получать годовой доход в рамках 10-30 тысяч долл. в год. Это создаст огромный, невиданный ранее спрос на энергию». По мнению главы Aramco, при нынешних темпах и условиях освоения саудовских нефтяных ресурсов хватит еще минимум на 80 лет.

В конце авг. эксперты Международного энергетического агентства заявили, что развивающиеся экономики перевернули долгосрочную модель глобального потребления нефти. В этом году спрос на нефть во II кв. впервые оказался выше, чем в традиционный пиковый зимний сезон в Северном полушарии. Соответствующие показатели по кварталам составили 86,6 млн. б/д и ровно 86 млн. б/д. Классический характер сезонности обычно означал рост цен на нефть во время зимы в северном полушарии, затем на фоне потепления объем спроса снижался.

Но на фоне роста спроса на нефть со стороны таких стран, как Китай, Индия, Саудовская Аравия, Бразилия и Индонезия характер сезонности меняется, и тенденция эта, по мнению экспертов МЭА, будет усиливаться. Поэтому могут возникнуть новые проблемы с перерабатывающими мощностями и логистикой, передает «Делфи». oilru.com.

Гендиректор иорданской фармацевтической компании Hikma Pharmaceuticals Саид Дарваза (Said Darwazah) прокомментировал полученные в 1 половине тек.г. результаты деятельности компании, основные финансовые показатели по трем основных ее секторам деятельности, а также рассказал о стратегии и перспективах развития Hikma во II пол. и в среднесрочной перспективе. Портал МЕДФАРМКОННЕКТ предлагает перевод текста видеоинтервью.

Корреспондент: Ваша компания объявила о завершении I пол. тек.г. с впечатляющими результатами. Чем объясняется такой успех?

Саид Дарваза: В компании очень довольны полученными результатами. Прибыль Хикмы возросла на 11,3%, операционные доходы – на 20%, валовая прибыль – почти на 50%. К тому же, наблюдается существенное увеличение денежных потоков – на 74%, а отношение чистой задолженности к сумме собственного капитала составило 18%. Это очень хорошие показатели. Я всегда подчеркивал, что бизнес нашей компании достаточно диверсифицирован. Существуют три основных его сектора, которые и определяют развитие Хикмы. В I пол. тек.г. наблюдалось значительное увеличение продаж генериковых препаратов нашего производства в США, чему мы необычайно рады. В сфере производства и продажи инъекционных препаратов также были отмечены хорошие показатели. Что же касается производства брендированных лекарственных препаратов, как мы уже заявляли ранее, экономические показатели по этому сектору бизнеса в первом и II пол. ожидались, примерно, одинаковыми. В прошедшем пол. эти показатели практически не изменились по сравнению с предыдущим периодом, но мы ожидаем существенного их роста до конца года. Таким образом, во всех трех секторах нашего бизнеса были зафиксированы положительные показатели, чему, не в последнюю очередь, способствовала диверсификация бизнеса.

К.: Вы сказали о том, что в продажах генериков были достигнуты очень позитивные результаты. Чем это обусловлено?

С.Д.: Я бы хотел еще раз подчеркнуть, что Хикма работает на рынке генериков США уже почти 20 лет, и в этой сфере наша компания всегда была успешной. В истории нашего присутствия на этом рынке был всего один год, который нельзя назвать удачным для нас. Так что можно сказать, что Хикма имеет 19-летнюю историю успеха на рынке генериковых препаратов США. В этом году мы как никогда ощутили, что залогом успеха любой фармацевтической компании является поддержка высоких стандартов качества. Уровень обслуживания Хикмы является образцовым в нашей отрасли. Оптовые торговцы и торговые сети с радостью с нами сотрудничают, поскольку не сомневаются в качестве нашей продукции и обслуживания. В то же время, в нашу пользу сыграло то, что некоторые компании-конкуренты столкнулись с определенными проблемами, связанными с качеством их продукции. Нам также удалось заполучить определенную долю рынка благодаря маркетингу некоторых наших продуктов. Таким образом, если учитывать все эти факторы, с полной уверенностью можно сказать, что в секторе производства генериков в США мы получили очень хорошие экономические показатели в прошедшем пол.

К.: В секторе инъекционных препаратов было отмечено увеличение первичной прибыли на 10%, а также улучшение других показателей. Что способствовало этому росту?

С.Д.: Что касается сектора препаратов, предназначенных для инъекций, мы ожидаем прирост прибыли в размере 15% и в данный момент работаем над достижением таких результатов. Опять-таки, мы получили очень хорошие результаты в США, чему способствовал вывод на рынок ряда новых препаратов и одобрение американским регуляторным органом нескольких новых препаратов по сокращенной процедуре регистрации. Хорошие показатели в этом секторе были также отмечены в Европе. Мы также добились успехов в области контрактного производства. Хикма запустила новое контрактное производственное подразделение в конце пред.г., в деятельности которого был отмечен явный рост, преимущественно в Европе. Что касается стран Ближнего Востока и Северной Африки, как мы и предполагали, в I пол. экономические показатели в секторе инъекционных препаратов здесь практически не изменились, однако мы ожидаем роста в этом секторе во II пол. Это связано с тем, что большинство контрактов по результатам тендеров заключается в основном в средине года, а поставки товаров осуществляются во II пол. Так что мы уверены в том, что именно во II пол. будет отмечен значительный рост в секторе инъекционных препаратов в регионе Ближнего Востока и Северной Африки. И я также надеюсь на то, что процент прибыли Хикмы в этом секторе возрастет с почти 10% в пред.г. до 15% до конца тек.г.

К.: Вы сказали о том, что в секторе брендированных препаратов ожидаются разные показатели в 1 и 2 пол. Прокомментируйте, пожалуйста, ситуацию в этом секторе.

С.Д.: Да, в начале года мы говорили о нескольких вещах. Прежде всего, в начале года мы ожидали, что у нас возникнут некоторые проблемы в Алжире, которые могли затормозить развитие нашего бизнеса в этом регионе. Наши опасения подтвердились. Однако на сегодняшний момент мы наблюдаем стремительное улучшение экономических показателей в Алжире. Нами были предприняты соответствующие меры по урегулированию ситуации в этой стране. Так что теперь продажи растут, а вместе с ними и прибыль. Согласно нашим предыдущим прогнозам, показатели роста продаж должны были быть одинаковыми в обоих пол. Но основываясь на данных, которыми мы владеем сегодня, мы предполагаем, что во II пол. рост продаж будет выше, чем в первом.

К.: Что способствовало увеличению денежных потоков в I пол.?

На вопросы корреспондента относительно увеличения денежных потоков и балансового отчета Хикмы ответил Бассам Каанан, главный финансовый директор Хикмы. Бассам Каанан: Как Вы уже отметили, компания добилась значительного увеличения денежных потоков. В пред.г. мы задались целью улучшить наши показатели в этой сфере. Ввиду этого мы предприняли ряд мер, нацеленных главным образом на инкассирование денежных средств, сокращение сети поставщиков и продление сроков платежей для наших поставщиков. И за этот период нам удалось достичь хороших результатов. В I пол. тек.г. нам удалось сократить цикл оборота капитала на 24 дня по сравнению с I пол. 2009г. В результате этого поток денежных средств от проводимых операций увеличился с 36 млн.долл. в пред.г. до 63 млн.долл. в этом году. И мы гордимся такими результатами. Разумеется, мы будем продолжать работать над тем, чтобы не только поддерживать достигнутый уровень денежных потоков, но и увеличивать его в дальнейшем.

К.: Что касается балансового отчета Хикмы, как Вы расцениваете полученные финансовые показатели?

Б.К.: На наш взгляд, финансовые показатели за I пол. очень хорошие. В частности, отношение чистой задолженности к EBITDA и к сумме собственного капитала составили довольно низкий процент. Коэффициент соотношения между суммой чистой задолженности и EBITDA составил менее 1, и мы намерены предпринять все возможное, чтобы этот показатель не увеличился более чем втрое. Что касается отношения чистой задолженности к сумме собственного капитала, этот показатель находится на уровне 20%. Таким образом, Хикма на данный момент владеет достаточными финансовыми средствами и долговым потенциалом для обеспечения органичного роста компании и активного внедрения нашей стратегии развития путем осуществления поглощений.

К.: Ранее Вы заявляли о том, что Хикма ищет объекты для поглощений. Вы и сейчас планируете осуществлять стратегию слияний и поглощений? Если так, то в каких масштабах и за какой период времени?

На вопросы корреспондента продолжил отвечать Саид Дарваза. С.Д.: Если вспомнить историю Хикмы, станет очевидным, что сделки поглощений всегда были ключевым составляющим развития компании. И мы не планируем отходить от этой стратегии. Основное наше внимание, конечно, сосредоточено на регионе Ближнего Востока и Северной Африки. Я уже ранее говорил о том, что для поиска компаний для поглощения в этом регионе очень важно иметь терпение. Я знаю, что некоторых удивляет и возмущает, почему Хикма до сих пор не заключила никаких сделок поглощения с компаниями на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Дело в том, что в этом регионе в данный момент нет компаний, готовых продать свой бизнес. Поэтому нам придется отправлять своих представителей в эти страны, изучать информацию о местных компаниях и вести с ними переговоры, уговаривая продать нам свой бизнес. На все это требуется время и терпение. Однако приобретение компаний в этом регионе, безусловно, остается одним из ключевых пунктов нашей стратегии развития. На данном этапе мы рассматриваем компании в Марокко, Сирии, Египте как потенциальных партнеров для заключения подобных сделок. Следует отметить, что уже в этом году мы заключили две сделки поглощений. Мы выкупили контрольный пакет акций одной тунисской компании и уже на протяжении 1-2 месяцев ведем дела этой компании. Мы также приобрели 50% акций компании Аль Дар Аль Арабия (Al Dar Al Arabia), в результате чего под нашим контролем полностью оказался ее бизнес в Алжире. Это позволит нам, вероятно, к концу следующего года, начать производство на базе заводов этой компании, благодаря чему мы сможем увеличить объемы производства в Алжире вдвое. Таким образом, это позволит нам занять довольно крепкие позиции в Алжире в среднесрочной перспективе. Продолжая тему поглощений, следует добавить, что, кроме расширения своего присутствия в регионе Ближнего Востока и Северной Африки, Хикма заинтересована в расширении своего бизнеса по производству и продаже инъекционных и противораковых препаратов. Мы всегда были заинтересованы в приобретении компаний этого профиля, и эта стратегия остается неизменной. Сейчас мы планирует развивать наш сектор инъекционных и онкологических препаратов путем увеличения закупок сырья, технологических мощностей и занятия соответствующей доли рынка. Таким образом, это наши ключевые задачи в области поглощений.

К.: Каких результатов Вы ожидаете во II пол. и в среднесрочной перспективе?

С.Д.: Мы изначально поставили себе задачу вдвое увеличивать прибыль каждые четыре года, и я полагаю, это вполне реально. Это и по сей день остается нашим обязательством перед акционерами и всеми сотрудниками Хикмы. Этот бизнес должен развиваться именно такими темпами. Так что, согласно нашим годовым прогнозам, во II пол. мы ожидаем рост прибыли в 10-15%. В начале года мы предполагали, что валовая прибыль останется на уровне минувшего года, однако сейчас уже можно с уверенностью говорить о том, что этот показатель увеличится по сравнению с пред.г. Таким образом, я подтверждаю прогноз развития компании, заявленный еще в начале года, за исключением того, что теперь мы ожидаем некоторого увеличения валовой прибыли. По материалам: www.cantos.com.

Эксперты ЦВТ «ХимРар»: История компании Hikma Pharmaceuticals (Хикма в переводе с арабского языка – «мудрость») начинается в 1978г. с открытия фармацевтического завода в Аммане (Иордания), на котором было налажено производство антибиотиков, сердечно-сосудистых, НПВС, антидиабетических препаратов, анальгетиков, транквилизаторов, средств, применяющихся при простуде и кашле. В соответствии со стандартами GMP в 1988г. построен отдельный завод по производству пенициллина и цефалоспоринов. Хикма первой из арабских производителей лечебных средств получает одобрение FDA, что разрешает компании поставлять препараты в США. В 1989г. Хикма открывает производство в Португалии, которое специализируется на выпуске парентеральних препаратов. Предприятие разделено на два отдельных завода: один – для производства порошковидных цефалоспоринов с мощностью выпуска 20 млн. флаконов на год, второй – для изготовления жидких форм с мощностью 30 млн. флаконов и ампул в год.

В 1991г. Хикма присоединяет к себе американскую фармацевтическую корпорацию West-Ward, которая занимается разработкой, производством и продажей широкого ряда рецептурных и безрецептурных препаратов в форме таблеток и капсул. В 1992г. в Тунисе компания начинает производство пероральных форм пеницилиновых и цефалоспориновых антибиотиков. Мощность завода составляет 37 млн. капсул и 4 миллионна флаконов суспензии в год. В 1999г. в г.Рияд (Саудовская Аравия) новый завод Хикмы начинает выпуск разнообразных лекарственных форм: капсулы, таблетки, мази, суппозитории, суспензии. За годы своей работы компания Хикма стала одним из лидеров фармацевтической промышленности не только в своей стране, но и далеко за ее пределами. Все препараты компании сертифицированы в соответствии со стандартам GMP и FDA. Продукция компании зарегистрирована более чем в 35 странах мира, расположенных на 4континентах.

Российская компания «Зарубежводстрой» примет участие в крупномасштабном проекте строительства плотины Кандаджи (Kandadji) на реке Нигер, сообщает в среду нигерская газета Sahel.

Соответствующее соглашение подписали гендиректор «Зарубежводстроя» Евгений Гудзенчук и министр экономики и финансов Нигера Маман Малам Анну (Mamane Malam Annou). Стоимость контракта составляет 170 млн.долл.

Министр экономики и финансов Нигера заявил, что «день подписания контракта, несомненно, останется в памяти нигерцев, т.к. он стал итогом многолетних усилий, направленных на осуществление грандиозной мечты».

Начало строительства плотины стало возможным после одобрения в 1997г. властями Нигера программы «Кандаджи», которая направлена на борьбу с обмелением рек и беспрецедентной деградацией экосистем, что грозит стране серьезным продовольственным кризисом. Результатом строительства плотины должны стать рост производительности в сфере сельского хозяйства и животноводства, а также в энергетической сфере.

Финансирование программы будет осуществляться Африканским банком развития, Банком исламского развития, Западно-Африканским банком развития, Саудовским фондом развития, Кувейтским фондом помощи арабского экономического развития, Фондом ОПЕК, Арабским банком экономического развития Африки, Банком инвестиций и развития Экономического сообщества западноафриканских государств (ЭКОВАС) и правительством Нигера.

Компания «Зарубежводстрой» является преемником одноименного советского государственного предприятия, созданного в 1963г. при министерстве водного хозяйства РСФСР для строительства за рубежом объектов водохозяйственного назначения.

Авиакомпания «Саудовские арабские авиалинии» разрешила пассажирам использовать мобильную телефонную связь и интернет во время авиаперелета, сообщает в воскресенье саудовская газета «аль-Иктисадыя» со ссылкой на члена руководства авиакомпании Абдалла аль-Аджхара.

Предоставление новой услуги для пассажиров связано с введением компанией в эксплуатацию 4 новых самолетов типа AIRBUS-330, сказал он. Применение новейших технологий сервиса на самолетах этого типа позволило значительно расширить сферу услуг, предоставляемых пассажирам во время полета, в т.ч. – мобильной телефонной связи и интернета.

«Использование мобильных телефонов и персональных компьютеров с выходом в интернет на борту авиалайнера осуществляется в соответствии с определенными правилами, установленными для того, чтобы не причинять неудобств другим пассажирам и исключить негативное воздействие на деятельность радиоэлектронных систем самолета. Международный роуминг действует в течение всего времени авиарейса, автоматически выключаясь при взлете и посадке самолета»,- отметил Абдалла аль-Аджхар.

На новых самолетах, закупаемых саудовской авиакомпанией, отведены специальные помещения для совершения молитв, а также установлены две медицинские койки вместе с сопутствующим медицинским оборудованием. В соответствии с планами обновления авиапарка компания «Саудовские арабские авиалинии» приобретают 70 новых самолетов типа AIRBUS-330, 321, 320 и Boeing-777. Юрий Данилычев

Председатель правительства Российской Федерации В.В.Путин принял участие в работе IX Международного инвестиционного форума «Сочи-2010». Выступление В.В.Путина:

Добрый день, уважаемые участники форума, дамы и господа, коллеги! Только что мы ознакомились с очень интересной выставкой - презентациями наших регионов, прежде всего, конечно, Южного федерального округа. Всё это говорит о том, что постепенно идёт восстановление экономики России и регионов Российской Федерации.

Мы по традиции каждый сентябрь встречаемся в Сочи. И также по традиции одними из главных тем форума являются обсуждение экономической повестки на будущий год, анализ текущей ситуации и в нашей стране, и в мире. Позвольте мне поделиться с вами планами, которые сейчас разрабатывает Правительство Российской Федерации. Важнейший урок кризиса, который мы все пережили в 2008-2009 годах, заключается в том, что преодоление трудностей невозможно, если граждане не доверяют своим собственным властям, своему Правительству.

Наша экономика сравнительно быстро и без серьёзных, капитальных потерь смогла преодолеть спад именно потому, что люди в целом доверяли тем мерам, которые мы предпринимаем, и чувствовали, что Правительство защищает именно их интересы. Мы предложили и реализовали масштабную программу антикризисных мер, старались работать быстро, но без суеты.

Мы без колебаний распечатали резервный фонд. Собственно говоря, резервы страны и копятся, в том числе и не в последнюю очередь для того, чтобы их тратить в нужный момент. Мы пошли на дефицит бюджета, но поддержали доходы граждан, обеспечили рост пенсий, пособий, индексацию заработных плат в бюджетном секторе, создали дополнительные программы, такие как программы общественных работ для людей, которые были уволены или собирались уволиться с работы, для тех, кого перевели на неполный рабочий день, и для этих людей мы предусмотрели ряд мер поддержки.

Мы потратили значительную часть золотовалютных резервов, но сохранили стабильность национальной валюты. Поддержали банки, выдав им кредитов на общую сумму 2 с лишним трлн рублей. По сути, это были инвестиции в надёжность банковской системы России. При этом, обращаясь к иностранным участникам нашего сегодняшнего форума, могу сказать, что при поддержке банковской системы страны мы не делали разницу между банками чисто российского происхождения и банками с иностранным капиталом. Всем помощь оказывали в одинаковом режиме и в одинаковом объёме.

Граждане страны убедились, что их вклады защищены, а банки устойчивы. Значит, был сделан ещё один необходимый шаг к появлению на кредитном рынке так называемых «длинных денег». К тому, чтобы накопления граждан не лежали под матрацем, а приносили стабильный доход и одновременно работали в интересах развития экономики.

Для справки скажу: объём вкладов в банках в текущем году увеличился на 30%, я уже говорил об этом, хочу повторить ещё раз. Был момент, когда люди занервничали, заволновались. Был момент, когда началось изъятие вкладов из банковской системы страны. Мы приняли решение - выдавать денег столько, сколько люди потребуют, без всяких ограничений ни по времени, ни по суммам. И мы оказались правы: в конце концов, вкладчики увидели, что банки работают надёжно, стабильно. Отток денег из банковской системы прекратился и более того - через месяц с небольшим, а то и в более короткие сроки, начался возврат денег в банковскую систему страны.

Объём депозитов в банках на 1 июля 2010 г. составляет 8,4 трлн рублей, а на 1 июля 2009 г. был 6,5 трлн рублей. В целом кризис не смог сломать и позитивную повестку дня развития страны, перечеркнуть жизненные планы людей. Например, в 2010 году число новых ипотечных кредитов выросло более чем в 2 раза по сравнению с кризисным минимумом.

Текущий рост ВВП в России составляет порядка 4%, чуть больше. Промышленное производство с начала года выросло на 9,6%, реальные доходы населения - на 5% с лишним. Ощутимо сократилась и безработица. Сейчас она составляет 7% экономически активного населения страны. В течение года создано более миллиона новых рабочих мест - восстановлено и создано заново. Во многих секторах экономики вновь, как и до кризиса, ощущается нехватка рабочих рук.

Кстати отмечу, что мы отменили основные ограничения на привлечение в Россию иностранных специалистов высшей квалификации. Ещё в прошлом году на этом форуме тоже об этом говорили. Разрешение на работу в России выдаётся сразу на три года и без всяких квот, а платить подоходный налог по российским, весьма умеренным ставкам (как известно, это 13%) иностранные специалисты теперь могут с первого дня после трудоустройства в России. Раньше был другой порядок.

Следующий шаг в этом направлении - это отказ от визового режима поездок между Россией и странами Евросоюза, который является основным сдерживающим фактором в человеческих и деловых контактах. Свою часть пути для отмены виз Россия готова пройти максимально быстро, дело - за политической волей наших европейских партнеров.

Уважаемые коллеги! Мы хорошо понимаем, что только масштабные частные инвестиции позволят решить стратегические задачи модернизации страны, причём я имею в виду не только сектора, где бизнес уже активно работает и давно работает, но и те площадки, где до последнего времени доминировало государство, - социальная сфера, инфраструктура, стратегические производства.

Никакие действия государства, разумеется, никакие бюджетные ресурсы или административные решения не заменят каждодневной кропотливой работы частного бизнеса. Именно его действия шаг за шагом меняют характер экономики, формируют её новое, инновационное лицо.

Число реализованных проектов уже измеряется сотнями и даже тысячами в год. Счёт вложений идёт на десятки миллиардов долларов. Тем не менее, российская экономика по-прежнему не избалована, надо прямо это сказать, чрезмерным вниманием со стороны инвесторов - как зарубежных, так и собственных.

К бизнес-климату в России предъявляют много претензий - иногда обоснованных, иногда, откровенно говоря, на мой взгляд, не очень. Мы сами хорошо знаем наши проблемы и будем их последовательно решать. Ключевым фактором сохранения доверия к своим действиям Правительство России считает взвешенную и по-хорошему консервативную макроэкономическую политику. В 2009 году бюджетный дефицит составил, как вы знаете, почти 6% ВВП - 5,9%. В текущем году ожидаем его уменьшения до 5,3%, а может быть, даже и ниже. Хотя совсем недавно и наши эксперты, и наши коллеги за рубежом таких оценок не давали. У них были гораздо более скромные, мягко говоря, представления о темпах восстановления российской экономики.

Совсем недавно были одобрены основные характеристики бюджета на 2011 год: дефицит запланирован на уровне 3,6%. Добавлю, что для финансирования дефицита планируется выпускать и рублевые облигации - не только внутри страны, но и на внешних рынках можно будет попользоваться российским долгом за рубли.

И конечно, в обозримой перспективе мы намерены вернуться к сбалансированному бюджету, выйти на нулевой дефицит. Другим фактором макроэкономической стабильности должна стать низкая инфляция, причём не как разовое явление, а как устойчивая и долгосрочная тенденция.

Правительством была утверждена специальная программа развития конкуренции. Аналогичные программы принимаются и на региональном уровне. Цель этих программ - в том, чтобы последовательно устранять все факторы, провоцирующие неоправданный рост цен, в том числе расширять пространство для свободной конкуренции, причём как в масштабах всей страны, так и на локальных рынках, разумеется. И конечно, не допускать появления новых монополий, которые развращают экономику и консервируют её отсталость.

Уважаемые дамы и господа! Мы намерены серьёзно повысить требования к качеству регулирования бизнеса, работе контрольных и надзорных служб. Будем действовать сразу по нескольким направлениям. Принято решение о подготовке пакета мер, которые будут облегчать получение разрешений на строительство производственных объектов.

Вот только что мы обсуждали проект строительства верфи на Дальнем Востоке. И наш южнокорейский партнёр сразу обратил внимание на что? Стандарты не подходят - несовременные, и это ведёт к удорожанию и отсутствие дополнительных стимулов, которые могло бы дать государство в рамках специальных режимов. Все это, он прямо сказал, может удорожать проект на 30-50%. Мы это понимаем, видим, и, разумеется, будем работать над устранением этих барьеров.

Речь идёт о сокращении сроков и стоимости различных экспертиз, введении максимально простых процедур при использовании типовых проектов. Кроме того, завершается разработка типовых договоров подключения к электрическим сетям, а также существующих условий присоединения к объектам коммунальной инфраструктуры. Эти документы будут утверждены решением Правительства, что существенно сократит возможности манипулировать инвесторами и навязывать им невыгодные условия со стороны поставщиков ресурсов.

Буквально на днях мы приняли ещё одно принципиальное решение, которое должно облегчить выход на рынок новой промышленной продукции. Разрозненные и затратные для производителей системы сертификации будут ликвидированы. Вместо них должна появиться единая национальная система аккредитации. Заключения о безопасности товаров будут выдаваться независимыми лабораториями и экспертами.

Добавлю, что мы активно принимаем новые технические регламенты, гармонизированные со стандартами развитых экономик. Более того, теперь наши законы разрешают признавать в России технические нормы и правила Европейского союза, Белоруссии и Казахстана в связи с заключением нами договора о Таможенном союзе.

С 2011 года в России возрождается система дорожных фондов, источниками для пополнения которых станут акцизы на нефтепродукты. Мы увеличили их, как вы знаете, на один рубль. Это принесёт значительные ресурсы на цели дорожного строительства. Благодаря дорожным фондам мы рассчитываем мобилизовать дополнительные средства на ремонт и строительство дорог, а главное - перейти от реализации отдельных проектов к системному обновлению всей дорожной сети страны, начиная с федеральных трасс и заканчивая дорогами в сельской местности.

Уверен, что хорошие дороги станут важнейшей инвестицией государства в повышение конкурентоспособности страны в целом на долгосрочную перспективу, а в ближайшие годы создадут дополнительный спрос в экономике, причём для современных дорог требуется, конечно, практически всё - от песка и щебня до сложнейших компьютерных систем. Мы это прекрасно понимаем, рассчитываем на этот синергетический эффект. Рассчитываем на приход в дорожное хозяйство и частных инвестиций, в том числе через механизмы концессий.

Это замечание относится, конечно, и к сфере жилищно-коммунального хозяйства. Недавно принятые законодательные поправки открывают эту сферу для реализации проектов на основе частно-государственного партнёрства.

Теперь позвольте несколько слов о налогах. Конечно, сейчас не лучшие времена для их снижения. Необходимость сокращать дефицит бюджета стоит не только перед Россией, но и перед большинством стран мира. Более того, у многих государств эта проблема значительно острее, чем в Российской Федерации.

Наш подход заключается в том, чтобы избегать фронтального роста налогов. В России по-прежнему сохраняется низкая ставка налога на прибыль для организаций - 20%. С другой стороны, в 2011 году произойдёт повышение страховых взносов на социальное обеспечение - это вынужденное, неизбежное решение: мы должны платить достойные пенсии нашим пожилым гражданам и иметь средства на модернизацию здравоохранения.

Но даже в этих условиях была найдена возможность сохранить более низкие ставки взносов для компаний из сектора информационных технологий, резидентов техническо-внедренческих зон, малых инновационных предприятий при вузах и средств массовой информации.

Кроме того, мы продолжим выстраивание системы налоговых стимулов для инвестиций в создание высокотехнологичных производств. В частности, уже в осеннюю сессию Правительство внесёт в Государственную Думу законопроект об уточнении порядка учёта расходов на НИОКР.

Мы также приняли решение отменить налог на прибыль от продажи ценных бумаг при условии, что срок владения ими превышает пять лет и они не оборачиваются на биржевом рынке. Эта льгота имеет существенное значение для развития венчурного бизнеса в Российской Федерации.

Чтобы стимулировать предприятия покупать новое энергоэффективное оборудование, предлагается освободить его от налога на имущество сроком на три года со дня постановки на баланс. И наконец, деятельность компаний в области здравоохранения и образования будет освобождена от налога на прибыль, причём это касается как некоммерческих организаций, так и коммерческих структур. Это делается в России впервые. Для них такие налоговые каникулы продлятся как минимум до 2020 года.

Могу также сказать: налоговые органы получили чёткое указание помогать добросовестным налогоплательщикам грамотно использовать предоставленные им льготы, и, конечно, не придираться по пустякам и мелочам. Глубокая модернизация ожидает и российскую таможню. Перед ней поставлена задача сделать процедуры экспорта и импорта промышленной продукции максимально простыми и необременительными.

И в рамках создания Таможенного союза с нашими партнёрами из Белоруссии и Казахстана многие решения уже приняты: в частности, в 2 раза сокращены перечни представляемых на таможню документов, установлен срок выпуска товаров при экспорте - 4 часа.

Сейчас в Государственной Думе прошёл первое чтение новый закон «О таможенном регулировании», который призван снять проблемы, остающиеся в этой сфере. Например, в нём вводится такая норма, как предварительное обсуждение с бизнесом любых изменений в таможенных правилах.

Серьёзно упрощаются и процедуры оформления технологического оборудования, а также образцов, ввозимых для научной работы, испытаний, выставок и так далее и в некоторых других подобных случаях.

Надеюсь, что в ближайшее время работа над законопроектом «О таможенном регулировании» будет завершена. Кроме того, Россия присоединяется к международной конвенции об упрощении и гармонизации таможенных процедур. Предложения о ратификации конвенции уже направлены в Государственную Думу России.

И ещё один факт, который, мне кажется, прошёл незамеченным. Создание Таможенного союза России, Белоруссии и Казахстана уже привело к уменьшению размера импортных пошлин. В 2008 году средняя ставка импортной пошлины составляла 11,5%, а в 2010 году снизилась до 10,15%. То есть, не будучи пока членом Всемирной торговой организации, Россия всё больше интегрируется в мировую торговлю.

И здесь я хотел бы обратиться к нашим потенциальным инвесторам. Нужно использовать это время, работать на внутреннем рынке, но рассчитывать уже не только на внутренний российский рынок, но и нужно, конечно, производить продукцию, которая была бы конкурентоспособна на любых мировых рынках.

Наша страна находится в центре интеграционных процессов на пространстве СНГ. У нас есть конкретные планы и «дорожные карты» по углублению взаимодействия с нашими партнёрами и на постсоветском пространстве, и с другими странами. И потому стоит задуматься над тем, чтобы, как я уже сказал, думая о будущем, если и разворачивать производство в России, то только конкурентоспособное на мировых рынках, а не рассчитанное исключительно на внутреннее потребление в России.

Уважаемые коллеги! Завершая своё выступление, я хотел бы пожелать участникам форума плодотворной работы, приятного пребывания в Сочи. Познакомьтесь с тем, как идёт работа по подготовке к Олимпийским играм в 2014 году. Уверен, вам будет это интересно - интересно посмотреть, какие масштабные работы здесь осуществляет Россия: наши строители, специалисты в самом теснейшем контакте с партнёрами и с Американского континента, и из европейских стран. Город буквально меняется на глазах к лучшему. Я хочу пожелать вам успехов и поблагодарить за внимание. Спасибо большое!

Прежде всего, хочу сказать, что в целом наши прогнозы на 2010 год оправдались. Я сейчас не буду вдаваться в нюансы. Сначала эти прогнозы были достаточно пессимистичными, потом чрезмерно оптимистичными, но в среднем произошло то, чего мы и ожидали. В целом, как я уже говорил в своём вступительном слове, восстановление российской экономики идёт очень быстрыми темпами.

У нас сокращение в прошлом, в 2009 году, как вы помните, было почти 8% (7,9%, по-моему), а в этом году - рост. Сначала говорили: хорошо бы в ноль выйти, а в этом году - рост и рост устойчивый. Уже сейчас более 4%. Думаю, где-то так до конца года и сохранится - 4-4,4% будет.

У нас в 2008 году инфляция была свыше 13%, в 2009 году мы её сократили до 9%, а в этом году она у нас будет уже 7% с небольшим. Рассчитываю, что с небольшим.

Дефицит у нас был меньше, чем, скажем, в некоторых европейских странах, и в 2009 году, но всё-таки довольно большой. А параметры дефицита этого года я вам уже назвал, и он значительно снижается. В следующем году уже на 3,5-3,6 мы рассчитываем, а, может быть, даже ниже будет.

Откровенно говоря, ни наши эксперты, ни наши коллеги в Европе, в Штатах даже не верили, что мы можем так быстро сокращать дефицит бюджета. Но мы это делаем. Делаем за счёт сокращения, к сожалению, определённых программ, но не чувствительных для экономики. А чувствительными мы считаем программы, связанные с развитием инноваций, с переходом экономики на инновационный путь развития и не за счёт социальных программ.

В этих условиях, в условиях достаточно жёстких бюджетных ограничений, в том числе связанных с дефицитом, с инфляцией, мы всё-таки пошли на существенное, я хочу это подчеркнуть, поддержание уровня жизни граждан. У нас даже в 2009 году выросли реальные доходы населения на 2,3%, по-моему. Это реальные, за минусом инфляции. А в этом году они будут ещё больше - рост 4,4%.

У нас пенсии в этом году - многие знают об этом - в этом году средний размер трудовой пенсии по старости вырастет на 45%. Мы не сократили никаких пособий, а многие даже увеличили.

Одним из существенных показателей устойчивого роста экономики является постоянное снижение уровня безработных. Мы количество безработных сократили на миллион и на целый пункт ушли вниз - целый процентный пункт. Это очень хорошие периферийные признаки, как вы понимаете, восстановления и оздоровления экономики.

Конечно, нам бы многие вещи хотелось видеть ещё более стабильными и быстро меняющимися в положительную сторону. Вот последний вопрос был по поводу цен на энергоносители. Конечно, до сих пор доходы бюджета от продажи нефти и газа являются очень существенными и позволяют нам решать и социальные проблемы, и проблемы развития. Но мы в ближайшей перспективе планируем сокращение нефтегазовых доходов и, наоборот, увеличение доходов бюджета от не нефтегазового сектора, несмотря на то, что сегодня, как здесь один из наших коллег сказал, мы уже вышли на 1-е место по добыче нефти в мире, обогнав Саудовскую Аравию.

Тем не менее, мы планируем доходы бюджета этого сектора сокращать и, наоборот, увеличивать от не нефтегазового сектора. Мы планируем доходы следующего года очень консервативно, исходя из тех оценок, которые я сейчас услышал: 80 долларов за баррель, 100 долларов. Мы планируем доходы бюджета, исходя из 75 долларов, а расходную часть считаем из 70 долларов.

Я считаю, что это оправданно, потому что риски мировой экономики сохраняются, мы их видим и намерены действовать очень аккуратно. Такая политика, консервативная политика, дала положительные результаты в период кризиса, когда мы имели возможность оперативно реагировать на возникшие проблемы, поддержать, как я уже говорил, финансовый сектор страны, поддержать граждан, осуществить масштабные социальные проекты и проекты по поддержке реальных секторов экономики.

Кстати говоря, по поводу реального сектора экономики, здесь представители тоже есть, уже говорили об этом. У нас ведь падение промышленного производства было еще больше, чем сокращение экономики в целом. Оно составило почти 10%: 9% с лишним - 9,9%. А сейчас рост: мы не в ноль вышли, а обеспечили рост свыше семи - 7,7%, по-моему, рост промышленного производства.

А перерабатывающая промышленность, которая «легла» в прошлом году, еще круче (15% с лишним - 15,3%), сейчас поднимается тоже более устойчивыми и быстрыми темпами. Уже примерно в 10% рост вышел - 9,9%.

Всё это позитивные, конечно, сигналы. Мы будем делать всё для того, чтобы эти сигналы стали устойчивой тенденцией - делаю упор, прежде всего, на соблюдение макроэкономических параметров. Но что касается расчёта цен на энергоносители, как я уже сказал, будем исходить из консервативной оценки.

Комментарии В.В.Путина к выступлениям участников форума

Р.Р.Симонян: Владимир Владимирович, главная проблема - демографическая. Надо повышать рождаемость, чтобы было больше населения, особенно молодого.

В.В.Путин: Согласен. Уже без всяких шуток и без иронии говорю, что это одна из проблем. Ещё совсем недавно казалось, что в России это неподъёмная задача абсолютно. Вспомните, лет пять назад считалось, что из этого демографического тупика, этого демографического пике вниз, не выбраться никогда. Ситуация кардинальным образом поменялась - у нас устойчивый тренд на повышение рождаемости, на снижение смертности. Причём по основным показателям смертности (и от сердечно-сосудистых заболеваний, и по онкологии, и по инфекционным заболеваниям, и по детской смертности, по материнской смертности) - устойчивый позитивный тренд. Впервые в прошлом и этом году мы выходим на стабилизацию населения Российской Федерации. Это не в последнюю очередь результат целенаправленных действий наших программ, которые мы запустили, - с 2006 года начали действовать эти программы. Это, по сути, всё, там почти всё - демография, так или иначе связано с демографией. Но года четыре назад мы запустили специальные демографические программы, и они, надо сказать, сработали даже более эффективно, я считаю, чем во многих странах наших партнёров, в том числе и в странах Евросоюза.

Но, если позволите, по поводу основного вопроса, который Вы сформулировали: чем отличается российская экономика от экономики наших потенциальных конкурентов, наших партнёров и конкурентов? Конечно, отличия есть. И в выступлениях участников нашей дискуссии это прозвучало, причём в разных выступлениях. Кто-то говорит, что в некоторых странах есть высокий образовательный уровень населения, и это - конкурентоспособное преимущество. Наука хорошая - и это конкурентное преимущество. У некоторых есть большое количество минеральных ресурсов, и там это - конкурентное преимущество. А у нас есть и то и другое. Вот есть и то и другое! И это такая синергия, которая не может не дать позитивного эффекта, и, безусловно, этот эффект есть, даётся.

Наш коллега, который имеет прямое отношение к нефтянке, сам сказал о том, что Россия вышла на 1-е место в мире, сейчас, в данный момент, обогнав Саудовскую Аравию по производству нефти в сутки. Ну, знаете, у меня очень добрые отношения с нашими партнёрами во многих странах мира, и мы часто общаемся просто как друзья, как товарищи. И мне один из моих друзей (он один из руководителей страны арабского мира, а страна - член ОПЕК) как-то так с досадой в своё время сказал: «Вам много не надо нефти качать. Вам иногда нужно проявить смекалку, для того чтобы немножко притормозить». Я понимаю, что мы иногда раздражение вызываем у стран ОПЕК, поскольку, не будучи страной, входящей в эту организацию, производим побольше нефти, и это влияет на мировые цены на рынках и так далее. Я что этим сейчас хочу сказать? Мы всё-таки будем координировать нашу работу с ОПЕК. Также будем координировать нашу работу в рамках созданной недавно организации производителей и экспортёров газа, где одним из наших ключевых партнёров является Катар. Но не только в энергетике (а если энергетика - это не только углеводороды, это и атомная энергетика, это и возобновляемые виды источников энергии) - мы по всем этим направлениям работаем.

Я уже говорил, и это много раз было сказано: нашей основной задачей является модернизации экономики, перевод её на современные рельсы развития. Наш коллега из «Боинга» упоминал о сотрудничестве, которое развивается много лет: начали с 12 наших специалистов, а сейчас тысяча человек! Не 500, а уже тысяча у них работает, и филиалы есть в регионах Российской Федерации.

Мы сейчас выходим действительно на более глубокое сотрудничество с «Боингом». Имеется в виду создание совместных производств по тому же титану. Наш коллега сказал, что они очень аккуратно и даже с определённой тревогой смотрели на развитие этого сотрудничества, потому что - я обратил на это внимание, и я его понимаю - он говорит: «Возникает зависимость». Но не все знают, какая зависимость. Если я не ошибусь, процентов 25 титана сегодня «Боинг» получает из России, так же как «Эйрбас», кстати говоря. А это не просто металл - это металл высокого передела. Мы до сих пор некоторые вещи, некоторые детали не могли производить в Российской Федерации в связи с отсутствием современного оборудования. Вот сейчас «Боинг» развивает отношения с нашим предприятием «Ависма» (ВСМПО-Ависма». - Прим. ред.), делают совместное предприятие, переходят на следующие степени передела этого металла. Это уже высокие технологии, и это совместная работа, которая и создаёт базис сотрудничества и экономического, кстати говоря, и политического будущего. Это как раз то, что вызывает взаимозависимость.

Так же как в энергетике, допустим, у нас с Европой: мы газ туда продаём, а они его потребляют. Сколько шума было: мы зависим, зависим от России! А мы от вас зависим, потому что это основной потребитель. Это на самом деле хорошая зависимость. То же самое в сфере промышленного производства - с «Боингом», с «Эйрбас» у нас такие контакты.

Если говорить про финансовую сферу, в отношении которой я позволил себе здесь пошутить, то на самом деле мы и в финансовой сфере всё ближе и ближе с нашими партнёрами. Мы, кстати говоря, очень благодарны нашим партнёрам из финансовых учреждений Соединенных Штатов и Европы. Они очень аккуратно работают. Они, когда пришли на наш финансовый рынок, привнесли сюда значительную позитивную долю производственной культуры этого сектора, надёжность добавили в финансовый сектор России и стали неотъемлемой частью финансового сектора Российской Федерации.

Я в своём вступительном слове говорил, когда мы антикризисные меры предлагали и здесь, в России, их осуществляли, мы не делили банки на своих и чужих. Банки со 100-процентным иностранным участием получали такую же помощь, как и наши банковские учреждения - чисто российские. Но, кстати говоря, наши филиалы или дочерние банки российских учреждений в Западной Европе такой поддержки не получали. Я считаю, что их дискриминировали. Но, надеюсь, это всё со временем встанет на свои места.

Мы готовы дальше развивать эти отношения, углублять их. Мы ничего не имеем против, если солидные финансовые учреждения Соединенных Штатов, наших европейских партнёров будут входить в капиталы наших ведущих банковских учреждений. Мы такую возможность рассматриваем. Ничего здесь такого необычного нет. Мы готовы работать с нашими партнёрами по этому направлению.

То же самое касается инфраструктуры. Я надеюсь, что мы с нашими французскими партнёрами проекты будем осуществлять - и этот, и другой. Я очень вам благодарен за такую взвешенную позицию по проблеме, связанной с дополнительной экспертизой экологической составляющей проекта строительства трассы Москва-Петербург. Благодарен вам за то, что вы с пониманием к этому относитесь. Сейчас у нас в Общественной палате идут дискуссии, мы их продолжим. Вместе с общественностью определим окончательно вариант развития этого проекта.

Но это, правда, первый концессионный проект в сфере инфраструктуры. Первый. И нам, конечно, хотелось бы, чтобы он был успешным. Но я уверен, что это непоследний. Кстати, что касается портовой инфраструктуры, то в отличие от других стран, скажем Соединенных Штатов, мы не вводим никаких ограничений на привлечение иностранного капитала в эту портовую инфраструктуру. И уж точно не ведём себя избирательно. Мы не говорим, что арабский капитал мы туда допускать не будем. Пожалуйста! Кстати говоря, портовая инфраструктура у нас развивается весьма успешно, быстрыми темпами, практически по всему периметру Российской Федерации. По всему. И на Дальнем Востоке заложены новые порты.

А некоторые проекты уже реализованы. Скажем, по системе ВСТО - это трубопроводная система, которая идёт к берегу Тихого океана из Западной и Восточной Сибири. Там уже порт построен, работает, функционирует и будет развиваться. Ещё у нас там есть проекты, уже работы идут на Дальнем Востоке по этим направлениям.

Развивается здесь порт на Черном море, в Новороссийске. На северо-западе большое, мощное развитие. У нас несколько лет назад под Петербургом вообще не было площадки, несколько лет только шли разговоры о том, чтобы там создать порт. Теперь он там переваливает, по-моему, до 70 млн тонн, стал крупнейшим в стране. За несколько лет построили и развиваем его постоянно. Сейчас на южном берегу Финского залива ещё один порт заканчиваем - в Усть-Луге. По-настоящему крупное портовое сооружение. Там вложения оцениваются в миллиарды долларов. В миллиарды! И мы с удовольствием будем привлекать наших партнёров к этой совместной работе.

Повторяю: у нас максимально разбюрокраченная работа ведётся в сфере инфраструктуры, абсолютно деполитизированная.

Теперь по поводу различного уровня переделов, высоких технологий и финансовых центров. Роман (обращаясь к Р.В.Троценко - президенту Объединенной судостроительной корпорации), вы думаете, для вас это говорил? Он для меня это всё говорил. Вот он говорит: «Не нужно вкладывать деньги в наноиндустрию, микроэлектронику, там далеко вперёд все ушли, сложно догнать. Лучше в авиацию и судостроение». То есть что он мне говорит: «Деньги давай сюда. Не туда, а сюда давай деньги, в судостроение». Но я хочу сказать, что, во-первых, специалисты могут посмотреть и знают, какими этапами развивается российская микроэлектроника. Я вас уверяю, в конце этого года она будет соответствовать европейскому стандарту и уровню, по всем уровням переделаем, во всяком случае вплотную к этому приблизится и будет развиваться дальше и мы будем вкладывать туда ресурсы и деньги. Потому что - и многие это прекрасно понимают - без микроэлектроники, без наноиндустрии и технологий не будет современного ни авиа-, ни судостроения, тем более ракетостроения. А вот все эти составляющие нам крайне нужны и с точки зрения развития экономики, и с точки зрения обеспечения безопасности государства.

Что касается финансового центра в России, в Москве. Это не эфемерная задача, но мы прекрасно понимаем и отдаём себе отчёт в том, что она сложна. Об этом, знаете, ещё Анатолий Александрович Собчак говорил, о финансовом центре в Петербурге. Я это очень хорошо знаю, до деталей. Но мы с вами понимаем, что создать финансовый центр можно несколькими способами. Первый, самый простой, - офшор. Но мы в России не пойдём по пути создания офшоров в Москве. Но вот создать такой реальный, мощный финансовый центр - это за 5 минут не делается.

Что такое привлечь сюда крупные финансовые учреждения? Конечно, нужно и соответствующие налоговые изменения сделать - не офшорного характера, но очень либеральные с точки зрения функционирования, существования и развития финансового банковского сектора. Конечно, эти изменения будут нужны. Нужно инфраструктурно развивать ту территорию, куда мы привлекаем банки. Нужно просто... Вы знаете, там есть вещи, которые на первый взгляд с банками совсем не связаны...Культурная среда должна быть соответствующей... Там очень много составляющих, и это - задача, которая не решается за один день. Но она решаема. Во всяком случае всё, что касается наших ближайших соседей, - это абсолютно реально, что касается стран СНГ: они, совершенно очевидно, стремятся к сотрудничеству, развитию наших отношений в финансовом секторе. Но, допустим, наши финансовые взаимоотношения с Белоруссией на 90 с лишним процентов уже в безвалютном варианте осуществляются в рублях, это само по себе происходит. С Украиной у нас растёт объём расчётов в рублях, с другими странами СНГ. Я думаю, что это наверняка будет продолжать расти с Казахстаном. Так что, вы знаете, это - не болтовня, это абсолютно реализуемая задача.

Конечно, нужно ещё многое сделать дополнительно, для того чтобы привлекать сюда и крупные финансовые западные институты, но они уже работают у нас, и работают, повторяю, неплохо.

Что касается инвестиций. Про значение инвестиций и про то, как мы к этому относимся, я уже сказал. Но меня, вы знаете, что радует? Меня радует то, что в последнее время инвестиции - это у нас уже дорога с двусторонним движением. По данным Центрального банка Российской Федерации, за первое полугодие текущего года прямые инвестиции в Российскую Федерацию составили примерно 22,5 млрд долларов. А наши компании проинвестировали в различные проекты за границей примерно 20 с небольшим млрд долларов. Это уже сопоставимые величины. И в целом это тоже очень хороший позитивный процесс. Спасибо.

Председатель Совета Союза нефтегазопромышленников России, председатель правления «Союзнефтегаза» Юрий Шафраник дал интервью «Красной звезде».

• Юрий Константинович, из истории известно, что многие войны начинались из-за передела ресурсной базы. Вот и сейчас постоянно говорят о пиратстве, но давайте вспомним, что у сомалийско-эфиопского конфликта все та же энергетическая подоплека – борьба за ресурсы провинции Огаден.

Запасы нефти не подтвердились, а последствия войны, обескровившей и расчленившей страну, остались. Да и вторжение Германии в СССР в 1941г. связано с видами третьего рейха на наши природные богатства. Ныне ситуация выглядит иной, но можем ли мы исключить военный фактор при решении споров в сфере энергетики?

• Нет, не можем. Я, правда, не считаю, что только из-за нефти и газа может разразиться война. Хотя, конечно, и нефтяной фактор играет свою роль. В пустыню никто бы просто так не пошел. Но нефтяной фактор – далеко не главный. Тем не менее в 1980гг. Ирак и Иран воевали из-за неопределенности границ месторождений. Вот и получается: чтобы обеспечить себе мир, нужно быть сильным экономически, политически, финансово и в военном отношении.

• Одним из важнейших направлений деятельности правительства России и нашего государства в последнее время стала диверсификация путей поставки энергоносителей. И Дмитрий Медведев, и Владимир Путин заботятся о прокладке новых трубопроводов на восток, о возможности поставок нашего сырья в Японию, Китай, США. Речь, в частности, шла о дорогостоящем проекте трубопровода «Восточная Сибирь – Тихий океан». Какова сейчас ситуация со строительством этих трубопроводов? И не ставим ли мы себя этим проектом в заранее уязвимую позицию?

• Для того чтобы добывать, нужны инфраструктура, трубы, заводы, переработка. Нет их – нет добычи. С другой стороны, как только инфраструктура создана, она привязывает к конкретному месту. Поэтому важно точно просчитывать все действия минимум на 50 лет вперед.

Я полагаю, что трубопроводные системы на востоке мы развиваем правильно. Но есть и ряд проблем. Важнейшая из них заключена в особенности углеводородных активов. От Красноярска до пределов Дальнего Востока все основные месторождения – не газовые или нефтяные, как на Ямале и в Югре, а газонефтяные. Поэтому нельзя строить нефтепровод, не реализуя параллельно программу использования газа. Разумеется, это несколько сдержит добычу нефти, однако сегодня просто недопустимо сжигать ценнейший попутный газ. Кроме того, это не позволяют подписанные нами международные обязательства экологического характера.

Не менее важно – и для данного региона, и для всей страны – создавать здесь объекты глубокой химической переработки углеводородов с целью получения высококачественного конечного продукта. Это крайне необходимо для реального экономического развития региона и России в целом. Значит, необходима комплексная программа освоения недр Восточной Сибири и Дальнего Востока. Нужно срочно принять генеральную схему размещения объектов нефтяной и газовой промышленности, тесно увязанную с размещением предприятий других отраслей.

Понятно, что для реализации столь масштабной и сложной программы только российских денег будет недостаточно. С другой стороны, опоздание с реализацией, можно сказать, крайне опасно для отечественной экономики, для самой идеи выхода России на качественно новый уровень развития. Следовательно необходимо создавать условия для привлечения зарубежных инвестиций.

• Сейчас весьма интересными представляются взаимоотношения поставщиков и потребителей энергоресурсов. Чем больше труб проложит производитель, тем больше будет зависеть от покупателя. И наоборот, если трубопроводы строит покупатель, то он крепко привязывает себя к производителю. Этой зависимости опасаются и те и другие (взять хотя бы небезызвестный проект «Набукко»). Другая часть вопроса: доходы, получаемые от продажи энергоносителей, часто уходят на приобретение нового оборудования для их добычи. Переработку стараются держать в своих руках потребители и не подпускать к ней производителей. Как на данном этапе складываются отношения между двумя группами субъектов этих взаимоотношений?

• Равноправному партнерству производителей и потребителей углеводородного сырья до сих пор очень мешает особое восприятие некоторыми европейцами окружающего мира. Да, из-за особенностей исторического развития Римской империи, Испании, Англии, Голландии, Франции и других стран большая часть Европы столетиями жила за счет активного освоения обширных (часто находящихся вне Европы, но богатых различными ресурсами) территорий. И хотя мир сильно изменился за последние десятилетия, фантом прежнего отношения Запада к производителям ресурсов дает о себе знать.

Когда вам предоставляют товары и оборудование (причем по ценам, кратно превышающим себестоимость) только для того, чтобы вы отдали за это свои ресурсы, о каком взаимовыгодном сотрудничестве может идти речь? Добывающая сторона фактически не получает настоящей прибыли. И только благодаря росту цен на сырье ей удается что-то компенсировать. Этого явно недостаточно для нормального функционирования. А если рост цен прекратится, производитель очень скоро останется ни с чем, а то еще и в долгах перед потребителями углеводородного сырья.

В том, что продуктивный диалог производителей с потребителями пока не получается, видятся проявления усиливающегося ресурсного национализма. Дает он о себе знать по-разному: ограничение доступа иностранных компаний к месторождениям углеводородов, национализация добывающих предприятий, более жесткое налогообложение «варягов», ограничение их прав, мешающее эффективной деятельности, и т. д.

• Помнится, лет двадцать тому назад говорили об утрате значения углеводородного сырья. И сейчас в мире активно разрабатываются альтернативные источники энергии, способные в перспективе если не вытеснить, то по крайней мере серьезно потеснить углеводороды. А при этом цены на нефть и газ только растут. Каковы, на ваш взгляд, перспективы использования углеводородов в будущем?

• В текущем столетии углеводородный цикл не только не исчезнет, но и укрепит позиции в рыночном сегменте за счет научно-технического прогресса, более эффективного использования каждой т. нефти и каждого куб.м. газа, за счет расширения ассортимента производимой из них продукции и создания экологически чистых перерабатывающих производств.

Что касается альтернативных источников энергии, то для любого вида на Земле имеется своя ниша, свой сегмент. Есть ли соперничество между низкоуглеводородным и высокоуглеводородным сырьем? Его нет. Так и во всем другом. Нет смысла прокладывать газопровод за тыс.км. в тундру, чтобы обогревать яранги, а вот за экономичный энергоблок оленевод будет тебе благодарен. Вряд ли стоит тянуть ЛЭП в Гималаи, но там, наверное, есть смысл шире использовать солнечные батареи или – в будущем – водородные мини-реакторы.

• Нас во всей этой ситуации больше всего интересуют перспективы собственной страны. Как бы вы охарактеризовали нынешнее состояние энергетической отрасли России? Сейчас, особенно в связи с трагическими событиями на угольных шахтах, многие поговаривают о закате угольной отрасли, но не логичнее было бы говорить о повышении ее безопасности и эффективности?

• Из всех отраслей российской экономики наиболее рационально реформирована именно энергетика, точнее, ее углеводородный комплекс. В нефтегазовой отрасли уже в начале 1990была проведена емкая структурная реформа. Сейчас наш нефтегазовый комплекс в целом соответствует мировым стандартам и обеспечивает стабильность энергоснабжения. Этому способствовали три фактора: созданный до 1990г. потенциал, правильно проведенные реформы по структурному оформлению отраслей энергетики, включая угольную, развитие многих компаний в соответствии с мировыми стандартами.

С другой стороны, до сих пор не созданы предпосылки для интенсивного развития среднего и малого нефтегазового бизнеса. Значит, кроме экономических потерь, налицо и политические – замедляется формирование в обществе среднего класса. И тем не менее сделано уже немало. Законом о недрах и рядом указов создана система, позволяющая комплексу выживать и развиваться. Хотя и не столь интенсивно, как требует время. Возьмите горняков. Благодаря реформе они смогли продержаться даже тогда, когда цены на уголь в 2008-09гг. катастрофически обрушились.

О закате угольной отрасли рассуждать, мягко говоря, преждевременно. А вот о ее проблемах – необходимо. И одно из главных препятствий для развития угольной промышленности – тотальная газификация страны. Искусственно поддерживаемые низкие цены на газ привели к тому, что использование угля с 2002г. снизилось с 30 до 27% с одновременным увеличением доли газа до 68% Хотя согласно Энергетической стратегии до 2030г. доля угля в структуре топлива тепловых электростанций должна вырасти с нынешних 26 до 34-36% в 2030г. за счет снижения доли газа с 70 до 60-62%

В США, согласно данным их министерства энергетики, доля угля в электрогенерации составила в 2009г. 46% Китай обеспечивает национальную энергетическую безопасность, ориентируясь в т.ч. на уголь. А у нас даже в угледобывающие регионы тянут газопроводы. В Сибири, самой богатой угольными ресурсами провинции мира, угольные энергоблоки либо останавливают, либо переводят на газ. Причем с 2003г., когда была утверждена Энергетическая стратегия до 2020г., ни один угольный генерирующий блок даже не начали строить.

• Почему такое происходит?

• Ситуация обязывает признать, что у России нет концепта, т.е. общего и хорошо усвоенного в политических и экономических кругах представления о движении вперед, о направлении движения. Берем энергетику. Какой мы хотим ее видеть через 10-30 лет? Не в плане объемов добычи энергоресурсов или объемов потребления электроэнергии. На это дает ответ «Энергетическая стратегия РФ до 2030г.». Важно ее появление: сама работа над ней позволила лучше осмыслить, что и сколько нам понадобится завтра. Но где, кем и как это будет получено – вопрос, на который пока нет четкого и официального ответа. Никто сегодня не обрисует, например, структурный образ нефтегазового комплекса в отдаленном будущем.

• У нас на востоке соседом новая сверхдержава – Китай. Темпы его экономического роста и следовательно объемов потребляемой энергии впечатляют. Каковы, на ваш взгляд, виды КНР на сотрудничество с Россией в сфере энергетики и что вообще Китай хотел бы от нас получать?

• Если кто-то не успевает заполнить пустоту, ее заполнят другие. Не успеваешь, допустим, производить свое сервисное оборудование, будешь покупать китайское.

У нас с Китаем огромная общая граница, мы – дружественные страны. Но время изменчиво, будущее не всегда и не во всем предсказуемо. Поэтому проектам на Дальнем Востоке я стремился содействовать не одно десятилетие. При этом всегда утверждал, что они не должны быть разрозненными, пусть это даже великая труба или БАМ с его многострадальной судьбой. Для освоения региона необходима концепция, обеспечивающая взаимосвязь технологических, машиностроительных, химических и многих других проектов. Кроме того, для создания и реализации каждого проекта надо тщательно – как с экономической, так и с политической точки зрения – подбирать партнеров. Повторюсь: рассчитывать, что мы все освоим своими силами и за счет собственных средств, наивно.

• Этот вопрос я задаю вам, как человек, отдавший 40 лет изучению Ближнего Востока. В арабских странах, особенно в странах Персидского залива, много и серьезно думают о том, что будет с ними «после нефти». Но они не только думают над этим, но и готовятся к переменам. Например, Саудовская Аравия, расположенная в пустыне, стала крупнейшим производителем пшеницы в регионе. Страны залива приобретают и осваивают новейшие технологии, а одна из них покупает завод «Опель». России, наверное, тоже пора думать об этом?

• Любая добывающая страна извлекает из недр невосполнимые ресурсы. Даже если у нее осталось запасов на 100 лет, этого для ее исторического выживания и тем более грядущего процветания мало. Она за отпущенный ей природными богатствами срок обязана сделать очень многое, чтобы сохраниться и развиваться. Эта аксиома действительно не первый год отражается в экономической политике стран Персидского залива.

Мне не хочется судить обо всех аспектах экономического развития России. Но абсолютно убежден, например, что одним из самых надежных рычагов инновационного и модернизационного прорыва отечественной экономики является повышение эффективности нефтегазового комплекса. И не за счет бюджета, а благодаря механизму, который давно предлагает наше профессиональное сообщество, – выделение и специализация нефтегазового сервиса. Этот механизм, повторю, обеспечит кратное повышение эффективности добывающих нефтегазовых компаний. А профессиональные сервисные предприятия будут успешно развиваться сами, содействуя развитию отечественного машиностроения. В результате за 2-3г. произойдет оздоровление большинства отраслей российской экономики.

• И какова тут роль нефтегазового сервиса?

• Определяющая. Эффективность как освоения недр, так и функционирования добывающих компаний напрямую зависит от темпов структурных преобразований и, безусловно, технического и технологического обновления отрасли. А производственным синонимом этого обновления как раз и является сервисное обслуживание, поскольку оно включает и бурение, и ремонт скважин, и поддержание в рабочем состоянии оборудования в скважине и на поверхности. Причем в рамках сервисного рынка быстрее растут и потребности в высокотехнологичных услугах (геофизика, горизонтальное бурение, гидроразрыв нефтяных пластов, использование безмуфтовых гибких труб и т. д.) Кроме того, через сервис станут возможными инвестиции углеводородных доходов в другие отрасли экономики. Россия сможет зарабатывать не только и не столько на нефтегазодобыче, но и на технологиях и оборудовании.

Aluminium Bahrain BSC (Alba) получила по итогам I пол. чистую прибыль в 200 млн.долл., что превысило собственные прогнозы компании. Об этом сообщило агентство Bloomberg. Как сообщила компания, по этой причине в 2010г. прибыль Alba может превысить запланированный уровень.

Alba принадлежит правительствам Бахрейна и Саудовской Аравии и управляет алюминиевым заводом мощностью 850 тыс.т. в год. Компания намерена стать публичной для увеличения финансовой гибкости, а также вывода продукции на зарубежные рынки.

Aluminium Bahrain по итогам 2009г. входила в десятку крупнейших мировых производителей алюминия, согласно данным британской исследовательской компании CRU.

Источник – Advis

Нидерланды усложнили работу аккредитованных операторов, а Саудовская Аравия отменила туристические визы, которые и так получить было невозможно.

С 1 сент. московское консульство Нидерландов изменило правила работы для аккредитованных туроператоров. Если раньше аккредитованным российским турфирмам (их всего четыре) выделялись определенные квоты, которые давали право ежедневно без предварительной записи заносить документы туристов, то теперь необходима предварительная запись на сайте визового центра, причем в порядке общей очереди. «Это можно назвать аннуляцией аккредитации, ведь все фирмы, независимо от объемов и длительности работы на этом рынке, с начала осени работают на одних и тех же условиях», – пояснил начальник визового отдела «бывшего» аккредитованного оператора «Амстел Трэвел» (российский представитель европейского туроператора Adex International) Михаил Колосков.

И, хотя технически срок оформления остался прежним – 4 рабочих дня, из-за очередей в консульстве процесс оформления занимает больше времени. «И ведь сейчас низкий сезон: вполне вероятно, что ближе к концу осени – началу зимы срок оформления растянется до 2-3 рабочих недель», – сказал М.Колосков.

«Все это будет не только увеличивать объем работы туроператорам, но и снижать турпоток», – считает менеджер по Бенилюксу компании DSBW Татьяна Трапезникова. – Мы в посольстве не аккредитованы, но даже при работе с индивидуальными заявками постоянно сталкиваемся с тем, что к формальным 4 дням изготовления визы прибавляется еще 1-2, с учетом записи на собеседование.

В то же время эксперты не исключают, что все может вернуться на круги своя – когда в консульстве поймут (как это было в тот момент, когда вводились квоты для туроператоров), что отсутствие привилегий для групповых туристов усложняет работу не только туркомпаниям, но и тем, кто оформляет визу самостоятельно.

В целом, работу консульства Нидерландов туроператоры затрудняются назвать лояльной, отмечая, что она отличается от общей практики взаимодействия с турфирмами в консульствах других стран Шенгена. Кто-то называет действия голландского консульства «самоуправством», другие осторожно напоминают, что проблемы возникали и до этого, причем систематически.

Другая новость менее значительна. Как сообщил сайт АТОР, Саудовская Аравия прекратила выдачу туристических виз иностранным гражданам. Отмечается, что представители туристического сектора Саудовской Аравии возмущены этим решением в связи с растущим турпотоком в страну. Приводятся статистические факты: в 2009г. количество выданных туристических виз возросло с 6 тыс. (2008) до 20 тыс.

В то же время большая часть посещений Саудовской Аравии – это паломнические поездки на Хадж и Умру. «По туристической визе в Саудовскую Аравию не ездили никогда, – рассказали в компании «Сафа-тур». – Это закрытая страна, куда ездят с целью паломничества, а не туризма». При этом получить паломническую визу непросто. Например, помимо стандартных документов, паломники должны предоставлять международное свидетельство о вакцинации против менингита. Также существуют строгие ограничения для женщин.

Президент Ирана Махмуд Ахмадинежад охарактеризовал существующие отношения между Исламской республикой и Катаром как прочные. Об этом глава Ирана сказал в Дохе на совместной пресс-конференции по итогам переговоров с эмиром Катара шейхом Хамадом бин Халифой аль-Тани в воскресенье, 5 сент.

Президент Ахмадинежад, указав на глубокие и братские отношения между Ираном и Катаром, отметил: «Тегеран и Доха придерживаются одинаковых позиций и воззрений относительно различных региональных и мировых вопросов, в т.ч. вопросов Афганистана, Ирака и Палестины», сообщает Радио Ирана.

Лидеры двух стран провели переговоры в столице Катара, обсуждая вопросы двусторонних отношений и перспективы их развития, также были рассмотрены региональные и международные вопросы, представляющие взаимный интерес. Стороны обсудили ситуацию в Ираке и Палестине, где власти автономии 2 сент. возобновили прямые переговоры с Израилем, сообщает Агентство катарских новостей.

Эмир Катара шейх Ахмед бен Халифе Але Сани указал на темы вопросов, по которым стороны достигли договоренности, и сказал: «Мы надеемся, что на основании достигнутых договоренностей будут урегулированы вопросы региона и страны региона будут жить в безопасности и дружбе».

Шейх Хамад, отвечая на вопрос о возможности выполнения Катаром функции посредника в улучшении отношений между Эр-Риядом и Тегераном, сказал, что «во время наших визитов в Саудовскую Аравию или любую другую арабскую страну мы всегда обсуждаем различные политические вопросы, в т.ч. и имеющиеся проблемы и разногласия в международных отношениях», сообщает РИА «Новости».

Иранский президент также отметил, что любое нападение на его страну приведет к уничтожению Израиля. «Соединенные Штаты и сионисты прекрасно знают, что что малейшая акция против Ирана будет означать исчезновение сионистского режима с лица земли», – сказал Ахмадинежад.

В свою очередь, эмир Катара назвал осаду сектора Газа главным вопросом региона и исламского мира и отметил, что Иран и Турция играют главную роль в деле оказания помощи народу Палестины, в т.ч. жителям сектора Газа.

Катарский правитель также отметил, что его иранский коллега стремится к тому, чтобы район Персидского залива стал безопасным и свободным от проблем, осложняющих ситуацию в этом районе мира, сообщает «Аль-Джазира».

Как известно, Израиль является единственной страной на Ближнем Востоке, обладающей ядерным оружием, однако скрывает это. По оценкам экспертов, ядерный потенциал Тель-Авива насчитывает 200-400 боеголовок. IslamNews

Бразильский союз птицеводов (Ubabef) в ближайшие дни направит в министерство иностранных дел Бразилии просьбу о подаче апелляции во Всемирную торговую организацию (ВТО) по поводу нового закона Европейского Союза, определяющего понятие и характеристики свежей мясной продукции. В частности, новое законодательство ЕС изменяет определение свежего мяса и запрещает его обработку солью. Президент Ubabef Франсиско Турра считает, что таким образом Европа фактически сократила на 200 тыс.т. в год объем импорта бразильского мяса птицы, что эквивалентно по стоимости 450 млн.долл.

Другим барьером, ограничивающим доступ бразильского куриного мяса в ЕС, по мнению Турра, является повышение ЕС ставок импортной пошлины на мясо птицы. Бразильцы отмечают, что в период распространения в мире птичьего гриппа Бразилия превратилась в безопасный источник поставок данной продукции на европейский континент. Значительные инвестиции были направлены страной на обеспечение условий удовлетворения санитарных требований стран-импортеров. Бразильская сторона считает, что указанные факты должны быть приняты во внимание европейскими партнерами.

Президент Ubabef напомнил, что Бразилия выиграла аналогичный процесс у ЕС в 2006г. Вместо введенных ЕС квот на покупку бразильского куриного мяса и повышенных ставок импортной пошлины на продукцию сверх квоты Бразилия предлагает назначить ставку импортной пошлины в размере среднего значения между минимальной ставкой пошлины на импорт продукции в пределах квоты и максимальной ставкой на импорт сверх квоты.

Бразилия является крупнейшим мировым экспортером мяса птицы, поставляя его на рынки 153 стран. В период до 2008г. главным импортером бразильского мяса птицы с годовым объемом закупок продукции в 525 тыс.т. являлся Европейский Союз. В 2009г. было зафиксировано 9% снижение экспорта куриного мяса в страны ЕС, и основным импортером бразильского мяса стала Саудовская Аравия (497 тыс. т.). На долю ЕС в наст.вр. приходится 13,6% бразильского экспорта куриного мяса, в основном, в замороженном виде.

При этом Бразилия является крупнейшим поставщиком мяса птицы в Европу: ее доля в импорте странами ЕС данной продукции составляет 75%. 4% потребляемого станами ЕС мяса птицы поставляется из Бразилии. Ubabef отмечает, что предпринятые в последние годы ЕС протекционистские меры по ограничению ввоза куриного мяса, в частности, установление в 2006г. квот на импорт обработанных солью частей куриных тушек, привели к сокращению бразильского экспорта данной продукции в страны Союза в 2008г. на 6,3%, по сравнению с 2007г. В 2009г. объем импорта Евросоюзом мяса бразильской птицы сократился еще на 6%. В I пол. 2010г. объем закупок данной продукции ЕС в Бразилии упал на 17%, по сравнению с аналогичным периодом пред.г.

Emirates, крупнейший эксплуатант Airbus A380, объявила о начале полетов двухпалубных авиалайнеров в Гонконг с 1 окт. 2010г. На борту Airbus A380 путешествующих первым классом ждут роскошные персональные каюты и две просторные душевые комнаты. Во время полета пассажиры первого и бизнес класса могут также отдохнуть в эксклюзивном лаунже, расположенном на верхней палубе самолета, где для гостей сервируются напитки и легкие закуски.

Повышенный уровень комфорта ждет и пассажиров экономического класса A380 Emirates. В просторном салоне увеличено расстояние между креслами, а непревзойденная кухня и мультимедийная система ice, предоставляющая выбор из более 1 200 информационных и развлекательных каналов, не оставят равнодушными даже искушенных путешественников.

Начиная с 31 окт., Airbus A380 будут ежедневно выполнять рейс EK384 по маршруту Дубай-Бангкок-Гонконг, а также обратный рейс EK385. Рейсы по новому направлению A380 удобно стыкуются в Дубае с московскими рейсами Emirates:

Направление Номер рейса Вылет Прилет Частотность

Москва – Дубай – Гонконг EK134 17:55 22:55 ежедневно

EK384 03:15 17:40 ежедневно

Гонконг – Дубай – Москва EK385 22:55 04:30 ежедневно

EK133 09:35 14:45 ежедневно

Стоимость полета из Москвы в Гонконг с Emirates – от 22 000 руб. в салоне экономического класса, 64 000 руб. – в салоне бизнес класса и от 179 000 руб. – в салоне первого класса авиакомпании*.

Сегодня авиапарк Emirates насчитывает 12 A380, и авиакомпания ожидает поставки еще 78 самолетов данного типа. Помимо Гонконга, ставшего 11 направлением A380, двухпалубные авиалайнеры также выполняют рейсы в Бангкок, Пекин, Сеул, Сидней, Окленд, Джидду, Торонто, Лондон и Париж. 1 сент. A380 авиакомпании начнут полеты в Манчестер, а 31 окт. возобновят полеты в Нью-Йорк.

*Стоимость рассчитана в руб. и может меняться в зависимости от курсов валют. Тарифы округлены до тысяч и включают все таксы и сборы аэропортов.

Власти Саудовской Аравии вложат 27 млрд.долл. в трансформацию Мекки. Эти деньги будут потрачены на строительство кольцевой дороги, новых государственных зданий и пешеходных мостов.

Мекка станет первым городом королевства, в котором появится метрополитен. Работы над этим проектом уже ведутся. Ввод метро в эксплуатацию намечен на первый квартал 2011г., пишет издание Arabian Business.

В наст.вр. план развития Мекки готовится специально созданной для этих целей комиссией. Свои выводы она представит в начале следующего года.

Справка Prian.ru: Мекка является мировым центром паломничества мусульман. Ежегодно туда направляются миллионы паломников из различных стран, в т.ч. – из России. Немусульманам вход в Мекку запрещен.

Главный добытчик нефти в мире, Саудовская Аравия, в наст.вр. задумывается об использовании солнечной энергии. Первая электростанция, часть большого проекта стоимостью 150 млн.долл., появится в восточной провинции, Мекке.

Хотя Саудовская Аравия выручает колоссальный доход от продажи нефти, вариант работы с возобновляемыми источниками энергии является более дешевым и экологически чистым. В стремлении снизить зависимость от ископаемых видов топлива и найти дешевую и экологически чистую альтернативу в апр. этого года правительство создало город King Abdullah City, где будут заниматься как атомной, так и возобновляемой энергетикой. Этот город возобновляемых источников энергии «предназначен для удовлетворения растущих энергетических потребностей страны экологически безопасным способом». Cyberstyle.ru.

Россия заняла седьмое место в мире по объему военных расходов в 2009г. с показателем 37,875 млрд.долл., сообщил РИА Новости в понедельник директор Центра анализа мировой торговли оружием (ЦАМТО) Игорь Коротченко.

Абсолютным лидером являются США, потратившие в минувшем году на оборону 574 млрд.долл. Далее следуют: Китай (второе место, 70 млрд.долл.), Великобритания (третье место, 59,131 млрд.долл.), Франция (четвертое место, 54,446 млрд.долл.), Япония (пятое место, 49,74 млрд.долл.), Германия (шестое место, 47,466 млрд.долл.), Россия (седьмое место, 37,875 млрд.долл.), Саудовская Аравия (восьмое место, 32,654 млрд.долл.), Италия (девятое место, 30,489 млрд.долл.) и Индия (десятое место, 29,184 млрд.долл.).

По данным ЦАМТО, в 2009г. совокупные мировые расходы на оборону составили 1,335 триллиона долл. «Несмотря на увеличение военных расходов в руб.ом исчислении, в долларовом эквиваленте, при пересчете на среднегодовой курс руб. к долл. США, Россия снизила объем военных расходов в 2009г. по сравнению с 2008г. (40,426 млрд.долл.)», – сказал Коротченко.

По его словам, тенденция снижения военных расходов в 2009г. характерна для большинства государств, что объясняется мировым экономическим кризисом. Из первой десятки стран, которые тратят на оборону больше всего, в 2009г. по сравнению с 2008г. потратили меньше в долларовом эквиваленте шесть государств. Кроме России, это США, Великобритания, Франция, Германия и Италия.

Япония, которая уменьшила в 2009г. военные расходы в национальной валюте, тем не менее, имеет положительный рост в долларовом эквиваленте за счет устойчивого роста курса иены к долл. США в пред.г.

Реальный рост военных расходов в 2009г. по сравнению с 2008г. имеют три государства – Китай, Саудовская Аравия и Индия. Как подчеркивают эксперты ЦАМТО, военное строительство в большинстве стран мира остается приоритетным направлением, поэтому некоторое снижение трат на эту сферу в 2009г., в целом, следует рассматривать исключительно как временное явление.

Одиночество в Сити. Имеет ли культурная столица право быть деловой

Вопрос об обустройстве в России мирового финансового центра поставлен руководством страны предельно жестко, почти по-гамлетовски – быть или не быть. Сегодня на роль деловой Мекки справедливо претендует Москва. И не только потому, что в городе сосредоточена большая часть административных и финансовых рычагов. В Москве практически возведен современный Сити, который обживают офисы транснациональных корпораций и банков. А вот город на Неве, уже в четырнадцатый раз принимавший мировую бизнес-элиту на Петербургском международном экономическом форуме, об этом пока только мечтает – вокруг концепции питерского делового центра уже который год с треском ломаются копья. Хотя у Санкт-Петербурга есть все шансы для того, чтобы стать одной из главных бизнес-гаваней Европы: удобное расположение, транспортная доступность, инвестиционный потенциал, грамотные кадры. А современной деловой инфраструктуры, такой как в Вене, Берлине, Мадриде, Париже или Лондоне, нет. Попробуем разобраться, почему все эти жемчужины старой Европы, являющиеся неотъемлемой частью мирового культурного наследия, сумели переступить через свои исторические фобии и без особых потерь вписаться в современный деловой ландшафт, а Санкт-Петербург – нет…

Евростандарт. Компактный, удобный деловой центр необходим любому современному мегаполису с развитой исторической средой. Если такая бизнес-резервация отсутствует, то офисная функция начинает внедряться в историческую застройку, сметая на своем пути все и вся. Это, кстати, произошло и с Москвой, центр которой пережил административное цунами под названием «приспособление исторической застройки под современные функции». В результате Первопрестольная недосчиталась многих своих заповедных уголков. Но современный Сити появился и в Москве. Теперь уже никто не вспоминает о тех яростных спорах, что велись по поводу этой стройки века.

Самый эффективный метод модернизации (пусть далеко не простой и дешевый) – это возведение современных деловых кварталов, деликатно, метр за метром, вписанных в ткань исторической застройки. Этот тернистый путь прошли все великие города-музеи Старого Света. Присматриваются к этому опыту и в России. Амбициозные проекты с приставкой CITY для российских регионов уже не экзотика: в подобном формате заявлены к реализации «Екатеринбург-Сити», «Сити-Стрелка» в Нижнем Новгороде, «Ярославль-Сити», «Сити-Парк» в Калуге. Не отстает и СНГ: «Киев-Сити», «Минск-Сити», G4City в Казахстане – реальные проекты.

Идея питерского Сити обсуждается уже более десяти лет. В городе на Неве существует несколько амбициозных девелоперских проектов, которые могли бы стать ядром делового центра. Это «Морской фасад Санкт-Петербурга», «Охта-центр», «Невская ратуша» и «Экспофорум» (Пулково). Каждый из проектов раскритикован общественностью в той или иной степени жесткости. С одной стороны, это понятно: Питер – единственный исторический мегаполис, чей градостроительный ансамбль целиком и полностью охраняется ЮНЕСКО.

С другой – эта уважаемая международная организация трепетно охраняет едва ли не пол-Европы со всеми ее ультрасовременными Дефансами и Доклендами и прочими Сити.

В мире практикуется два подхода к строительству деловых кварталов: американский и европейский. В Штатах распространена практика концентрированного размещения небоскребов в самом центре больших городов – в так называемых даун-таунах. Их функция исключительно офисная. Эта метода принесла американцам страшную головную боль: в ночное время офисные кварталы пусты и напоминают город, в панике брошенный жителями. Жилые же районы и тяготеющая к ним торгово-развлекательная инфраструктура перекочевали на окраины, что неестественно для мегаполиса. Когда просчет стал очевиден, в офисную среду попытались вплетать социальные функции. Однако американские даун-тауны так и не ожили.

В Европе начали возводить высотные здания значительно позже, чем в Америке, – в конце 1950- начале 1960гг. К тому времени сложилась совсем другая градостроительная концепция – интегрированный урбанизм. Под этим термином понимается многофункциональная городская среда повышенной плотности. Так решалось сразу несколько проблем: обеспечивались рабочие места «рядом с домом», сохранялось круглосуточное функционирование всех районов – без мертвых зон. Отдельный пункт – развитие транспортной инфраструктуры, разделение пешеходных и транспортных потоков, освоение подземного пространства. Правда, первые высотки Старого Света понаставили как попало: их строили в разных районах по точечному принципу. В результате гармония исторической застройки в ряде случаев была принесена в жертву. Пример – построенная в центре Милана «Башня Веласка», 116-метровый административный небоскреб «Милбенк-тауэр» в Лондоне, 57-этажная «Мен-Монпарнас» в центре Парижа. Тут же выяснилось, что отдельно стоящие высотки имеют крайне низкий КПД и решают лишь ограниченный круг задач.

Тогда на вооружение был взят опыт Женевы, где на рубеже 1920-30гг. вне исторического центра был построен Дворец наций, а рядом с ним – комплекс офисов, где заседала международная бюрократия, ведавшая здравоохранением, образованием, делами беженцев. Это были высотки разных архитектурных стилей, но удачно вписанные в существующий градостроительный ландшафт. По такому же принципу, кстати, был построен комплекс учреждений Евросоюза на берегу Рейнского канала в Страсбурге (Европарламент, Европейский суд по правам человека и др.).

К началу 70гг. деловые кварталы по всей Европе стали строить исходя из принципов комплексности и многофункциональности. Единственным примером однофункциональной высотной офисной застройки стал Франкфурт-на-Майне – так уж сложилось, что город играет роль общеевропейского финансового центра. Сегодня там сосредоточены офисы 400 крупнейших банков мира.

Еще одна особенность «евростандарта» – отвод земель под высотки вне исторической застройки: их размещают в некотором отдалении от центра, на территориях устаревших промышленных районов. Именно по этим принципам строились Дефанс в Париже, Докленд в Лондоне, Потсдамерплац в Берлине, Дунай-Сити в Вене и даже Сити в Москве.

В Париж. По делу. Проект Дефанса как «второго сердца Парижа» был задуман в конце 1950-х, но реализован только в 70-80гг. На западной окраине столицы Франции, всего в четырех км. от Лувра, прозябало несколько депрессивных районов (Нантерр, Пюто, Курбевуа). Их-то и решили «окультурить». Территорию в 130 га разбили на две зоны: «А» – расположенную ближе к Сене и «B» – размещенную в центре Нантерра. Затем последовала всемирная мозговая атака – международные архитектурные конкурсы на общую концепцию района и отдельные объекты. Только на первом этапе проектирования на конкурс было представлено 400 проектов (в том числе около полусотни из СССР).

Первоначально в Дефансе было возведено 2,5 млн. квадратов офисов, рассчитанных на 110 тысяч рабочих мест, и свыше 30 тысяч квартир. Открыты сотни кафе и ресторанов. В новый комплекс вписали ранее построенное уникальное здание Национального центра науки и техники, перекрытое сомкнутым железобетонным сводом с пролетом 206 м. Постепенно застройка квартала дополнялась новыми объектами. В конце 90появился комплекс из двух башен высотой по 190 м. – «Сердце Дефанса» и башня «Пасификтауэр». Зона «B» включила в себя разноэтажные жилые дома, детские учреждения, парк, два высших учебных заведения. Концентрация высотной офисной застройки на окраине города избавила исторический центр Парижа от неизбежной «деловой реновации», принеся экономическое оживление во французскую столицу: в Дефансе ежегодно заключается до 80% от всех сделок во Франции. Кстати, сегодня туда водят туристические экскурсии.

Вслед за Парижем по пути интегрированного урбанизма двинулся и Лондон. Появление британского Сити связано с реконструкцией Докленда – старой портово-доковой зоны Лондона, протянувшейся по обоим берегам Темзы на десять с лишним км. к востоку от Тауэра. Радикальная перестройка началась в 1981г. с легкой руки Маргарет Тэтчер. Доки включили в ряд наиболее значимых зон городского развития. В Докленд направили госинвестиции, потянувшие за собой деньги частных инвесторов. Последним были даны существенные налоговые льготы и субсидии на 10-летний срок. Концепция реконструкции предусматривала создание многофункциональной городской среды с офисным ядром, производственными предприятиями, культурным центром, жилой застройкой и социальной инфрастуктурой, а также благоустроенными пешеходными набережными, водоемами и парками. Но сначала был создан не имеющий аналогов транспортный узел, состоящий из легкой железной дороги, автодорог, паромных переправ, международного аэропорта Лондон-Сити в восточной зоне Докленда и линии метрополитена с 12 станциями. На территории, носящей историческое название Собачий остров, предусматривалось концентрированное размещение высотных офисов.

В 1991г. в этом месте был возведен самый высокий на то время в Европе деловой центр «Канари-Верф» (высота 245 м.). Сейчас освоение Собачьего острова завершено: там красуется 11 башен различной этажности. Общий объем офисных площадей комплекса «Канари-Верф» составляет 500 тысяч квадратов. Развитие Докленда продолжается: построены экспоцентр «Эксел» (65 тысяч квадратов) и многофункциональный зал «Миллениум» диаметром 400 м. На северном берегу появился самый крупный в Лондоне концертный зал «Арена Лондона», а на южном – Танцевальный центр. В 2005г. Докленд был увенчан новым зданием мэрии Большого Лондона. Теперь деловая компонента Лондона двинется на восток вдоль Темзы. До 2016г. здесь предполагается возвести не менее 104 тысяч кв.м. нового жилья и открыть до 249 тысяч новых рабочих мест. Центральный Лондон в это время, конечно, тоже развивался, став международным финансовым центром: здесь совершается 32% мирового объема финансовых операций и сосредоточено более 20% мирового заемного капитала. Более того, в Лондоне сосредоточено три четверти представительств и штаб-квартир из TOP-500 крупнейших транснациональных компаний, офисы более 250 иностранных банков и около тыс. компаний, чьи акции торгуются на Лондонской фондовой бирже. При этом Лондон был и остается туристической жемчужиной Старого Света.

Можно еще вспомнить Милан и его Порта-Нуову, Вену с Дунай-Сити. Везде применение принципа интегрированного урбанизма давало ощутимый экономический эффект с сохранением аутентичной исторической среды. Подробнее хотелось бы остановиться на развитии Берлина. Здесь историческая ткань города, так же как в Санкт-Петербурге и Москве, была перекроена войной и эпохой социалистического индустриализма. Но если у нас это вылилось в строительство промзон, прилегающих к центру, то в Берлине существовала зона отчуждения – заброшенные участки вдоль знаменитой Стены. После объединения Германии, возвращения Берлину столичных функций началась реконструкции района Потсдамерплац с примыкающими к нему участками парка Тиргартен, Культурным форумом и Рейхстагом. Здесь были применены все те же принципы интегрированного урбанизма: интенсивное транспортное развитие, строительство высотных офисов, жилых зданий и отелей повышенной этажности. Плюс музыкальный театр, трехуровневый стеклянный супермаркет, кафе, рестораны, скверы. В Потсдамерплац 50% построенного – это офисы, 20% – жилье, 30% – гостиничные и многофункциональные объекты. Суммарная площадь зданий новой застройки района – 550 тысяч кв.м.! Сегодня это, пожалуй, самое оживленное место в Берлине. И этот «сосед» никак не мешает ни Бранденбургским воротам, ни Рейхстагу, ни прочим историческим «кунштюкам». Как, впрочем, и они ему.

На острие дискуссии. Можно ли применить европейский опыт к Санкт-Петербургу? Несомненно. Ведь Питер – абсолютно европейский город. В таком виде он замышлялся еще Петром I. Вопрос лишь в том, в какой именно пропорции приложить принцип европейского урбанизма к уникальной Северной Пальмире.

О практической реализации этой идеи в городе сегодня спорят особенно яростно. И жарче всего – по поводу «Охта-центра». Этот комплекс планируется возвести в Красногвардейском районе на берегу реки Охта, там, где когда-то стояли здания Петрозавода. Теперь тут прозябает депрессивный район со скверным жильем и отсталой транспортной инфраструктурой. Никто из питерцев не спорит, что с умирающей Охтой нужно что-то делать. Единственным камнем преткновения стала 400-метровая высотная отметка спроектированной башни.

Беда в том, что дискуссия ведется в изначально деструктивном ключе: что в бутерброде вкуснее – хлеб или масло? Музейно-культурная функция или офисно-деловая? Хотя ответ известен и понятен – это вкусно лишь тогда, когда одно гармонично сочетается с другим. Но понять и принять этот факт можно лишь посредством культуры консенсуса, которая в нашем менталитете, увы, отсутствует.

Кого больше у идеи «Охта-центра» – сторонников или противников? Скажем так: голоса оппонентов сегодня слышнее. Так уж сложилось, что против строек века у нас, как правило, выступает творческая интеллигенция – в силу своего менталитета, образования и гражданского небезразличия. Ее голос чаще достигает газетных полос и ушей сильных мира сего. Скажем, Олег Басилашвили без обиняков обратился напрямую к Владимиру Путину: «Общее мнение большинства людей, которые имеют какое-то отношение к Петербургу, любят его и знают его историю: в этом месте ставить дом нельзя. Тем более высотой 300-400 м.». Что ж, история помнит случаи, когда отчаянные демарши интеллигенции спасали великие памятники от уничтожения. И та же история знает: даже мудрейшие не могли предвидеть, что будущие поколения совсем иначе оценят объект критики. Только государево «Быть по сему!» дало путевку в жизнь Исаакиевскому собору, ныне ставшему визитной карточкой Питера. А ведь самые прогрессивные люди того времени называли этот проект не иначе как чернильницей. В этой связи вполне понятна и та реплика, которой ответил великому артисту премьер Владимир Путин: «Я даже не говорю, хорошо это или плохо. Я просто говорю, что это в мире везде есть».

Питерцы очень по-разному относятся ко всему новому, в т.ч. и к высотному строительству в их родном городе. Но было бы ошибкой считать, что сторонники урбанизации в меньшинстве. Согласно недавнему опросу РОМИР, большинство опрошенных горожан заявили, что Санкт-Петербург должен развиваться не только как музейный и туристический центр, но и как современный мегаполис. К примеру, 66% респондентов уверены, что в городе возможно сочетание классики и архитектурных новаций. А 37% горожан положительно относятся к появлению в Питере высотных зданий. Еще 23% не имеют негативного отношения к такого рода проектам – вопрос в месте их воплощения.

Что из этого следует? Лишь то, что у оппонентов все еще есть возможность прийти к компромиссу. Скажем, власти Питера, кроме проекта самой охтинской башни, могли бы более широко и убедительно презентовать подробный комплексный план модернизации и развития всей Охты, разработанный по самым современным стандартам и лекалам. Впрочем, не грех было бы смягчить свои позиции и противникам стройки века: положа руку на сердце, район Охты вполне удачное место для Сити.

Столь крупный мегаполис, как Санкт-Петербург, не может и не должен в XXI веке оставаться экономическими задворками Старого Света. Не секрет, что между великими историческими г.г. Европы идет сейчас жесткая конкуренция – за передовые проекты, технологии, инвестиции. За туриста в конце концов. И если в Питер не придут крупный бизнес и серьезные деньги, рано или поздно город рискует оказаться не только экономическим, но и культурным гетто Европы. Заштатным, разрушающимся, не слишком уютным, сонно грезящим о своем блистательном прошлом.

Семен Макаев. Мнения

Владимир Григорьев, архитектор, директор ПБ «Григорьев и партнеры»:

• Декларация о том, что Санкт-Петербург – это город-памятник, очень провокационна. Она может быть сделана людьми, которые не понимают, что такое город: им кажется, что город – некая театральная декорация. А исторический Петербург очень разный. Например, есть историческая застройка самого центра, есть Коломна, а есть «золотой треугольник». Следовало бы очертить границы исторического центра, но разумные: допустим, от Невы до Фонтанки плюс Петропавловская крепость и стрелка Васильевского острова. Все остальное – просто город, который должен жить в XXI веке. Там надо делать санацию застройки, проводить в жизнь принципы современного градостроительства.

Владимир Катенев, президент Торгово-промышленной палаты Санкт-Петербурга:

• Мы стоим сейчас, как на водоразделе: каким оставаться Петербургу – консервативным городом или принимающим новые технологии. Конечно, по большим знаковым проектам вроде «Охты» должны быть публичные дискуссии, нужно снять социальную напряженность. Разумеется, новое строительство – это всегда риск. Пока проект не выполнен до конца, сложно осознавать, как изменится лицо города. Вот раньше, например, нельзя было строить выше шпиля Петропавловской крепости. Но телевышка построена выше – ее видно за десятки км. от Петербурга. И она является украшением, доминантой. И так дело обстоит не только в Петербурге, во многих странах мира подобные сооружения становятся гордостью, туристическими объектами.

Александр Кононов, зампредседателя Петербургского отделения ВООПИК:

• В конце пред.г. законодательным собранием был принят важный городской закон о границах и режимах зон охраны. Он должен регламентировать, где на территории исторического центра и в каких пределах возможны новое строительство, реконструкция или какие-то другие радикальные преобразования. Закон получился компромиссный: было довольно сильное давление строительного сообщества, но Общество охраны памятников на всех этапах участвовало в корректировке законопроекта. Мы добились ликвидации лакун в охранной зоне, теперь они – сплошные. Установлен большой перечень ценных градоформирующих объектов, в него включены списочно ценные панорамы и виды, которые охраняются законом. Мы, к сожалению, не смогли повлиять на новые границы охранной зоны, которые скорректированы в сторону уменьшения примерно в три раза по сравнению с 1988г. В результате возникло серьезное противоречие: новая граница охранной зоны не соответствует границам объекта всемирного культурного наследия, который охраняется ЮНЕСКО. У чиновников есть соблазн попытаться новую охранную зону признать новыми границами объекта всемирного наследия.

Альберт Чаркин, ректор Санкт-Петербургского государственного академического института живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина:

• Конечно, высотка «Охты», которую сегодня так горячо обсуждают, не объект жизненной необходимости. На мой взгляд, надо рассматривать это сооружение как памятник нефтедобытчикам, всей нефтегазовой отрасли – потому что она спасала страну в трудные времена. Другой вопрос – где его поставить, чтобы он достойно смотрелся на фоне Петербурга. Думаю, что выбранное место вызывает столько споров скорее по моральным соображениям. Исторически у нас к Смольному особые чувства – там наши предки кровь проливали. Но красота Смольного бессмертна, ее нельзя перекрыть высоким сооружением. А башне вообще трудно найти место, обязательно возникнут вопросы: почему именно здесь? Я принимал участие в возведении обелиска на площади Восстания. Тогда тоже шли споры. Я разговаривал со многими на тему «Охта-центра» – такого уж жесткого противостояния в широких массах нет. Если этот проект обоснован с экономической точки зрения, подходит для строительства земля, то рисковать надо. Иначе мы никогда ничего не построим.

Александр Колякин, директор государственного музея истории Санкт-Петербурга:

• Я уже не раз высказывал свою точку зрения, которая заключается в следующем: мне непонятно, на чем основано утверждение, будто «Охта-центр» меняет облик города. Он будет удален от исторического центра, который мы, слава богу, сохранили. И если появился оригинальный проект, создатели которого убедительно обосновывают не только его эстетическую, системообразующую, но и техническую состоятельность, надо экспериментировать. За такими проектами будущее.

Высокопоставленный представитель нефтяного сектора Ирана заявил в понедельник 16 авг., что Тегеран не имеет проблем с закупками нефтепродуктов, несмотря на экономические санкции ООН, США и ЕС. Сообщения из Ирана и внешних источников, однако, показывают, что иранское правительство испытывает дефицит нефтепродуктов.

Иранские власти продолжают отрицать дефицит топлива в стране, несмотря на разрозненные сообщения о длинных очередях на заправочных станциях и выросших ценах.

Мохаммад Али Хатиби, представитель Ирана в ОПЕК, в понедельник настаивал, что новые экономические санкции ООН, США и ЕС «не создали никаких препятствий для закупок бензина Ираном».

Мохаммад Рояньян, глава иранского национального комитета по транспорту и топливу, в минувшие выходные также отрицал факт роста цен на топливо.

Он сказал, что официальные субсидированные цены на топливо, также как и квоты, не изменились, и что они не изменятся, пока правительство не начнет реализацию программы целевого субсидирования. Он добавил, что ведущиеся разговоры о различных ценах являются лишь слухами.

Хотя Иран является второй по объему экспорта нефти страной в ОПЕК, его нефтеперерабатывающие мощности долгое время находятся на низком уровне из-за приходящей в упадок инфраструктуры и недостатка инвестиций. По этой причине импорт нефтепродуктов составляет около трети от потребностей Тегерана.

Как показывают последние данные, санкции ООН, введенные в июне, вместе с односторонними санкциями США заставили многих традиционных поставщиков нефтепродуктов в Иран сократить продажи Тегерану.

Французская компания Total и российский «Лукойл», наряду с поставщиками из Малайзии, Индии и Китая, за последние несколько недель прекратили или сократили продажи топлива.

Мейр Явендафар из Ближневосточного центра экономического и политического анализа MEEPAS в Тель-Авиве говорит, что даже Турция, которая поддерживает дружественные связи с Ираном, повысила цены на экспорт бензина своему соседу.

«Согласно последним сообщениям агентства Reuters, Иран сейчас платит на 25% больше уровня рыночных цен за покупку бензина у Турции, – говорит Явендафар. – Поэтому, мало того, что у Ирана сейчас меньше бензина, так ему еще и приходится платить больше существующим поставщикам из других стран».

Хаучанг Хассан Яри, преподаватель политологии в канадском Королевском военном колледже, говорит, что видел многочисленные видеосъемки длинных очередей на заправочных станциях в Иране, вдобавок к аналогичным историям, которые он слышал от друзей внутри страны.

«Похоже, что люди находятся в панике, и, несмотря на то, что правительство пытается успокоить их, в реальности бензин сталь не столь доступен, как раньше», – сказал он.

Хассан Яри добавляет, что он видел неподтвержденные сообщения, что свободные рыночные цены на бензин в Иране почти удвоились с 40 центов за л. до 80 центов. Это, по его мнению, окажет влияние на все сферы иранской экономики.

«Когда цены на бензин подскакивают, это оказывает немедленное влияние на транспорт в Иране, – говорит он. – Например, это влияет на доставку товаров из одной точки в другую, влияет на работу фермеров, на цены в магазинах. Это влияет на передвижение людей в Иране, и, в конце концов, это приведет к давлению на правительство».

Президент Махмуд Ахмадинеджад несколько недель назад настаивал, что международные санкции не влияют на поставки нефтепродуктов и пообещал, что поставки, на самом деле, возрастут. Замминистра нефти Алиреза Зейгхами также сказал в июле, что Тегеран потратит 26 млрд.долл. на строительство новых нефтеперерабатывающих заводов. Голос Америки

Начало священного для мусульман месяца Рамадан ознаменовал запуск самых больших в мире часов, украшающих небоскреб Abraj Al Bait. Теперь Мекка может по праву считаться официальным хранителем времени всех мусульман.

Диаметр новых часов составил 43 метра. Всего на высоте 400 м над городом было установлено четыре циферблата, по сторонам света. В общей сложности поверхность хронометра украшают 2 млн. светодиодов и более 90 млн. кусочков цветной мозаики. На каждом циферблате на арабском выложена надпись «Во имя Аллаха».

Часы-рекордсмены видны со всех частей города. По некоторым данным, время на них можно разглядеть даже с расстояния 30 км. Точная стоимость проекта не известна, но СМИ Саудовской Аравии говорят о 800 млн.долл.

Кстати, здание, на котором расположились самые большие часы планеты, тоже не рядовое. Небоскреб высотой 601 метр будет закончен осенью будущего года, после чего станет вторым по высоте жилым зданием после всемирно известного Burj Khalifa. Mecca Royal Clock Hotel Tower (второе название) станет самым крупным в мире отелем.

Нынешняя «акция» лишь одна из мер по модернизации Мекки. Власти пытаются сделать город более гостеприимным для млн. мусульман-паломников, ежегодно посещающих священный город.

Абонент доступен. Усидеть на двух стульях у Blackberry не получается: сотрудничая со спецслужбами в одних странах, компания теряет клиентов в других

Владельцы смартфонов Blackberry часто называют их «crackberry», подчеркивая таким образом, что те для них подобны наркотику. В сети есть целые сообщества фанатов этого гаджета, и они изобретают все новые способы выразить свою любовь к нему. Одни посвящают любимому телефону стихи и песни, другие фотографируются с ним в руках на фоне достопримечательностей в разных странах, третьи называют в честь него домашних животных. И все они любят поспорить о том, сколько лет понадобится хакерам или вражеским спецслужбам, чтобы взломать легендарную криптографическую защиту почтового трафика Blackberry. Ставки доходят до триллиона лет.

Новости минувшей недели повергли в шок поклонников Blackberry по всему миру. Сразу несколько стран предъявили канадской компании Research in Motion (RIM), производителю Blackberry, жесткие ультиматумы-либо она предоставляет им доступ к своему зашифрованному почтовому сервису, либо они его блокируют. А ведь защитный механизм Blackberry и есть его главное конкурентное преимущество. До недавних пор считалось, что это чуть ли не самый безопасный способ переписки.

Разумеется, у спецслужб ряда стран Ближнего Востока и Южной Азии возникли вопросы. Правоохранительные органы сразу нескольких государств утверждают, что Blackberry угрожает их национальной безопасности, и требуют, чтобы компания RIM обеспечила им доступ к ее серверам и ключам для расшифровки сообщений. RIM cначала отказывалась, но потом все-таки согласилась удовлетворить часть требований, тем самым сильно испортив себе репутацию на Западе-там Blackberry более не считается безопасным.

Первыми о намерении заблокировать с окт. этого года некоторые сервисы Blackberry объявили в начале авг. Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ). Там Blackberry пользуются более 500 000 чел. Власти заявили, что предоставляемые RIM услуги не соответствуют местным законам в области телекоммуникации и создают «юридические, социальные и национальные угрозы». Их не устраивал тот факт, что у них нет возможности мониторить неголосовой трафик, циркулирующий в сетях Blackberry, т.к. в отличие от конкурентов RIM-Nokia и Apple-он обрабатывается и расшифровывается в специальных собственных центрах передачи данных, расположенных в Канаде, Великобритании и США. А по законам Эмиратов спецслужбы должны иметь доступ ко всей интересующей их информации.

Переговоры между Управлением по коммуникациям ОАЭ и RIM тянутся уже более двух лет. В начале авг. они окончательно зашли в тупик, и тогда с обеих сторон на поле боя выкатила тяжелая артиллерия. Власти ОАЭ пригрозили отрубить почтовый сервис и мессенджер Blackberry, канадцы подключили свой МИД и даже американский госдеп. За Blackberry вступилась Хиллари Клинтон, заявившая, что она-де разделяет опасения властей ОАЭ, но «нельзя ведь забывать о свободе коммуникаций и праве на доступ к технологиям».

В американской прессе потом писали, ссылаясь на источники в госдепе, что госсекретарь вступилась за Blackberry, потому что американские дипломаты волнуются: как они будут работать, если спецслужбы станут вскрывать или блокировать их почту. Американцы вообще наиболее активные покупатели и пользователи Blackberry, а среди них самый известный-Барак Обама. Он наотрез отказался расстаться с ним, даже когда стал президентом и того потребовали соображения безопасности.

Пока канадцы разбирались с Эмиратами, с требованием открыть доступ к зашифрованным сообщениям выступила еще одна страна-Саудовская Аравия, где Blackberry пользуются уже 700 000 чел. Саудовцы не стали откладывать дело в долгий ящик и пообещали отключить сервисы RIM 9 авг. Акции компании упали сразу на 8%. Однако девятое число наступило, а владельцы Blackberry в Саудовской Аравии продолжали получать почту и пользоваться мессенджером, как и прежде. Как это стало возможно, местная пресса рассказала на следующий день: канадцы обеспечат властям доступ к данным, передаваемым по защищенным каналам.

Начался скандал. Поклонники бренда оскорбились. Наиболее часто на форумах употреблялись слова «прогнулись» и «разочарован», в социальных сетях появились группы протеста. «Просто RIM чуть ли не всю свою рекламную кампанию строила на тайне переписки,-говорит Санджай Гоэл, эксперт по информационным технологиям из Университета Олбани, штат Нью-Йорк.-И тут она идет на поводу у властей страны, где не хочет терять рынок,-конечно, это портит ее имидж». Однако его коллега Джеффри Карр из специализирующейся на информационной безопасности компании Greylogic удивлен, что новости из Саудовской Аравии вызвали столь бурную реакцию. Он напоминает: когда в конце 2007г. RIM выходила на российский рынок, ей тоже пришлось договариваться со спецслужбами, иначе бы ей просто не дали лицензию.

RIM предоставила ФСБ возможность контролировать трафик, а та позволила ей начать работу в сетях МТС и «Вымпелком». На сайте «Blackberry-МТС» клиентам предлагается «надежная защита данных с помощью уникальной системы шифрования». О том, что эти данные защищены не от всех-ни слова. Как и о том, что по требованию спецслужб операторы отключили функцию мгновенных сообщений внутри сети.

Впрочем, руководитель блока «Информационные технологии» Альфа-банка Сергей Меднов в своем блоге на специализированном ресурсе CNews пишет, что отечественные бизнесмены быстро нашли выход из ситуации. Испугавшись всевидящего ока спецслужб, но страстно желая обезопасить себя от потенциальных краж информации через электронную почту (к примеру, со стороны пронырливых конкурентов), они покупают Blackberry за рубежом, оформляя у какого-нибудь Vodafone или T-Mobile необходимые документы и используя его в России в роуминге. Благо безлимитный доступ в интернет в России у западных операторов обходится в очень скромную сумму (порядка $100), что вполне сопоставимо со взимаемой местными операторами платой за эту услугу. Меднов рассказал Newsweek, что и Альфа-банк пользуется Blackberry, «но в очень ограниченном объеме, в основном по линии инвестбанка». По его словам, для инвестбанкиров по всему миру Blackberry в руках-это корпоративный стандарт.

Российским госструктурам запрещено покупать корпоративные услуги Blackberry у МТС и «Вымпелкома». В том, что спецслужбы США, Канады и Британии имеют доступ к расположенным на их территории центрам передачи данных RIM, опрошенные Newsweek эксперты не сомневаются. «Blackberry для спецслужб идеален-он ведь особо популярен у дипломатов, чиновников и бизнесменов, т.е. людей, которые принимают решения»,-поясняет Эльдар Муртазин, ведущий аналитик Mobile Research Group. Не желая делиться секретами, в том же 2007г. своим депутатам и чиновникам пользоваться Blackberry запретила Франция.

И вот теперь-на волне сообщений о переговорах RIM с Саудовской Аравией и ОАЭ-от услуг компании отказалась Еврокомиссия. А это без малого 32 000 аппаратов. Одновременно стало известно, что от смартфона отказываются ведомство федерального канцлера и еще несколько ключевых министерств Германии. Теперь все гадают, кто следующий. «RIM сама во всем виновата,-уверен Джеффри Карр из Greylogic.-Она ведет непрозрачную политику и, заигрывая с одними странами, теряет в других».

Дашь палец-откусят по локоть. Как только стало известно, что канадцы пошли на уступки Саудовской Аравии, сразу несколько стран-среди них Индия, Индонезия, Алжир, Ливан и Кувейт-заявили о своих претензиях к сервисам RIM. И все они требуют одного-доступа к зашифрованным данным. Правоохранительные органы Кувейта объясняют, что у них борьба с порнографией. Властям Индии код нужен для слежки за террористами. Они якобы установили, что люди, совершившие осенью 2008г. нападения на отели в Мумбаи, общались между собой именно через Blackberry.

Андрей Солдатов, глава аналитического центра «Агентура.ру», говорит, что в требованиях индусов есть логика: «В Индии и соседнем Пакистане плохо развита обычная связь, зато широко распространена и доступна мобильная. Это действительно главный канал пропаганды и обмена информацией между боевиками». Индия дала RIM время на раздумья до 31 авг.

Комментарий редактора сайта www.blackberrys.ru Павла Краснова: Смартфоны Blackberry – это не просто какие-то обособленные устройства, а специальные терминалы, разработанные для подключения к определенным сервисам. Таких сервиса два – это BIS и BES. Без подключения этих сервисов, Blackberry, как смартфон, ничего выдающегося из себя не представляет. BIS (Blackberry Internet Service) – это решение для физических лиц, BES (Blackberry Enterprise Server) – для корпоративщиков. Во всем мире эти сервисы предоставляют операторы связи.

Что касается России, дела тут обстоят особенно. В России эти сервисы предоставляют два оператора: «МТС» и «Билайн». Сервис BIS вообще не подразумевает шифрование почтового трафика, но в этом сервисе есть фирменная технология Pin-to-Pin, которая, действительно, поддерживает криптографию. Т.к. RIM отказалась выдавать ключи шифрования, то ФСБ поступила кардинально: она просто заблокировали эту возможность на «белых» (официальных) смартфонах Blackberry. Вот так варварски, взяли и заблокировали, да и плюс к тому заблокировали на «белых» аппаратах модуль передачи данных Wi-Fi, что бы весь почтовый трафик шел исключительно через точки доступа российских операторов. Таким образом, на «белых» аппаратах действительно может производиться тотальный контроль трафика, проходимого через смартфон.

С решением BES дела обстоят иначе. Технология подразумевает установку внутри компании специального сервера, через который осуществляется обмен информацией. В этом случае для мониторинга трафика ФСБ поступила так: корпоративным клиентам вместе с покупкой специального программного обеспечения навязывают покупку системы СОРМ. Это такая небольшая коробочка, которая ставится рядом с почтовым сервером компании. Таким образом, ФСБ легко получает нужную ей информацию.

Такой расклад дел смущает в основном корпоративный сегмент. Филиалы и представительства западных компаний действительно негодуют в данной ситуации, политика безопасности просто не позволяет им открывать доступ к информации, несущей коммерческую тайну посторонним структурам. Кто сможет дать гарантии об отсутствии утечки информации? И в тоже время во многих компаниях система Blackberry является частью корпоративной культуры, и отказаться от нее не все в состоянии. Именно поэтому многие компании предпочитают заплатить дополнительные деньги за сохранность информации, а суммы получаются не малые. Они используют решение BES с сервером, находящимся за рубежом, в головных офисах компаний, и, соответственно, сотрудники используют сим-карты зарубежных операторов. Доля компаний, использующих такую схему на российском рынке, значительна.

Пользователи же BIS, чтобы уйти от ограничений, установленных в «белых» аппаратах, просто приобретают «серые» трубки. В них нет блокировки Wi-Fi и не закрыта технология Pin-to-Pin, соответственно о тотальном контроле трафика стороны спецслужб говорить не приходится. А купить такую трубку очень легко, благо рынок переполнен предложениями.

Как я провел лето. Некоторые уезжают, так и не отдохнув: корреспондент Newsweek отправился в отпуск в Сомали и попал там в тюрьму

Посол Сомали в России Мохаммед Хандуле выдал мне вместо визы письмо, где уведомлял собственное правительство о том, что российский журналист Орхан Джемаль желает посетить Сомали с частным визитом. Цель была указана расплывчато: «Для ознакомления с жизнью рядовых сомалийцев». Перед этим он долго звонил куда-то, с кем-то говорил, периодически переспрашивая, знаю ли я, какая сложная ситуация в его стране, потом передавал мне свой мобильный телефон, и кто-то на другом конце, видимо в Сомали, говорил мне на ломаном русском, что настоятельно рекомендует отложить поездку хотя бы на две недели. Господин Хандуле пояснял: «Это хороший совет, но только совет, если вы все же хотите…»

Я хотел. В графе «сроки пребывания» посол проставил «15 дней» и, добродушно хихикнув, сказал: «Больше писать не буду, а то вас еще убьют там». Тут же в приемной сидел чернокожий парень-он пришел в посольство за какой-то справкой. Пока я ждал своих бумаг, он рассказал мне, что сам сомалиец, но живет здесь, а на родине никогда не был. Один его брат живет в Катаре, второй в Лондоне, а дядя-в Голландии. Еще он поведал, что в Могадишо, столице Сомали, у его родителей есть недвижимость, ее надо бы продать, только вот никто цены хорошей за их два дома не дает, и что его самого на родину калачом не заманишь. Так на этой бодрой ноте в спальном районе Москвы, в типовой трешке, в которой, собственно, и расположилось сомалийское посольство, начался мой отпуск.

Попасть в Сомали можно тремя способами. Во-первых, надо добраться до Йемена, из столицы Саны автобусом перебраться в местечко Эль-Мукалла, откуда самолетом компании «Африкан Экспресс» долететь до относительно мирного Босасо-крупного порта в Аденском заливе и экономического центра Сомали. Кроме самолета из Эль-Мукаллы в Босасо ходит паром, но нерегулярно. Говорят, что паром этот-обычная скотовозка.

У этого маршрута главный недостаток-визовый режим Йемена. До дек. пред.г. туристическую визу можно было купить прямо на границе, однако, в связи с усложнившейся внутренней ситуацией, эту практику отменили. Теперь йеменское посольство требует приглашение для меня как для журналиста от министерства информации. На получение приглашения у меня просто не было времени.

Во-вторых, в тот же Босасо можно прилететь через небольшую африканскую страну Джибути, а дальше-авиакомпанией «Даалло Эйрлайнс». Этот маршрут наиболее безопасный, и, как правило, все добираются в Сомали именно так; но он самый дорогой. Из-за многочисленных стыковок цена перелета хорошо зашкаливает за $2000.

Наконец, можно из Москвы прилететь в Кению (виза прямо на границе) и в аэропорту в Найроби купить билет в Могадишо. Это не намного дороже йеменского маршрута, но, в отличие от северного Босасо, Могадишо самый что ни на есть центр боевых действий.

Я полетел через Найроби, рассчитывая задержаться в Могадишо не более чем на пару дней, а потом отправиться на более спокойный север. Отпуск я хотел провести на берегу Индийского океана, в поселке Гаракад, считающемся одним из трех главных пиратских центров Сомали. Своего рода Тортуга наших дней. В небольшом гаркаадском порту всегда стоят несколько недавно захваченных судов. «Смогу разговорить пиратов-хорошо, нет-просто буду купаться»,-строил я летние планы.

Борта до Могадишо в Найроби пришлось ждать три дня. Кенийская столица как-то слегка разочаровала, уж очень все ожидаемо: кипучий африканский город, жизнь не затихает даже на ночь. Вечный май. Любой таксист может предложить косяк из местной конопли всего за 50 шиллингов (20 руб.), из черной ночи выныривают такие же черные проститутки, уличные зазывалы тащат тебя в бесчисленные туристические офисы, торгующие экскурсиями в национальный парк Масаи-Мара.

Все вокруг говорят про «акуна матата». Акуна матата-это такой беззаботный и быстро приедающийся стиль местной жизни: нет проблем, не из-за чего беспокоиться, срочных дел тоже нет, а про несрочные можно вовсе забыть.

Самолеты в Сомали летают по воскресеньям. Полтора часа в воздухе, бетонная полоса вдоль океанского берега, в салоне старенького «Дугласа» из белых, кроме меня, лишь два французских журналиста.

Сомалийские пограничники с изумлением крутили в руках посольское письмо: «Ну хорошо, посольство за вас просит, а кто вас встречает, кто будет охранять? Вы, наверное, слышали, что у нас сложная ситуация?.» Эта беседа продолжалась около часа, потом меня передали в миграционную службу, офис которой был расположен здесь же в аэропорту. Письмо, на которое я так надеялся, явно ничего, кроме недоумения, не вызывало. Атмосферы кенийской «акуны мататы» не было и в помине, мои собеседники хоть и повторяли без устали «don’t worry», но смотрели на меня строго и недоверчиво. Еще через час меня загрузили в японский грузовичок с правым рулем, в кузов прыгнули несколько солдат с китайскими Калашниковыми, и меня повезли разбираться к начальству.

Мы промчались по грязным, разбитым улочкам, перегороженным в шахматном порядке бетонными блоками, и въехали во двор Национальной службы безопасности. Я тогда еще не понимал, где оказался, и все еще надеялся, что письмо, выданное мне Мохаммедом Хандуле, поможет. Однако события развивались вовсе не так, как мне хотелось. Сначала у меня забрали и куда-то унесли все вещи, деньги и документы, потом отобрали мобильный телефон. Наконец, когда меня попросили снять ремень и сандалии, я понял, что по крайней мере сейчас визы мне не дадут.

Меня уже спрашивали не про то, кто меня будет охранять, а знаком ли я с членами исламистского движения «Аль-Шабааб» и проходил ли я когда-либо военные тренинги. В мои объяснения, что я лишь хотел только посмотреть страну, никто не верил, все изумленно переспрашивали меня: «Only look?» «Оnly look»,-обреченно повторял я.

Вскоре все, кто хоть немного понимал по-английски, разошлись, а остальные знаками показали, чтобы я шел за ними. Меня повели в подвал. По пути несколько раз отворялись и закрывались железные двери. В самом низу были камеры и сортир типа «очко». На полу у стальных дверей сидели молодые африканцы, как оказалось впоследствии, это и были те самые исламские террористы из движения «Аль-Шабааб» и многочисленных дочерних структур.

В очередной раз лязгнул замок. Я в просторной одиночке. Каменный пол, под самым потолком несколько зарешеченных окошек размером с детский кулачок. Через них пробивались солнечные лучики, и маленькие яркие пятна медленно ползли по стене-другого света не было. По углам какой-то мусор. Над дверью было еще одно окно, оно выходило в коридор. Через полчаса одноногий тюремщик принес мне циновку из ткани, из которой обычно шьют дешевые китайские сумки,-оказалось, это моя постель и одновременно коврик для молитвы. Одноногий показал мне направление на Мекку и ушел. Здесь я и провел следующие два дня.

Надо отдать должное: исламисты оказались вполне приличной компанией. Как только хромой тюремщик удалился, в окошке над дверью появилась черная бородатая физиономия. Гость поинтересовался по-английски, за что я здесь, нужны ли мне сигареты, вода, понимаю я еще какие-нибудь языки вроде суахили, арабского или сомалийского, есть ли у меня прививка от малярии, а узнав, что нет, просунул мне отрез марли, чтобы хоть как-то ночью защищаться от москитов.

Парня звали Халил. Правительственные солдаты захватили его несколько недель назад на улицах Могадишо, при нем были автомат и нож, которым он слегка ранил одного из нападавших. Впрочем, кто на кого в Сомали нападает, понять сложно. Халил объяснил, что раньше они сами были властью и назывались Исламскими судами, но потом американцы с помощью эфиопской армии свергли суды, а их старый лидер договорился с американцами и теперь снова у власти. Половина из его прежних сторонников сочли это предательством и начали войну уже против него.

На прощание Халил сказал, что судьба моя в руках Аллаха и чтобы я звал их, если мне что-то нужно. Я свернулся калачиком на тонкой циновке и попробовал уснуть. Было жарко и душно. Время можно было примерно определить только по высоте ползущих по стене солнечных пятнышек.

У меня было полпачки сигарет, сломанная зажигалка и $600 в часовом кармашке джинсов, которые не нашли при обыске. По ночам тюрьма пела, я не понимал, про что поют мои сокамерники, но пели они красиво. Я тоже пробовал петь что-то из русского тюремного. Когда я начинал, в соседних камерах вежливо замолкали.

Время от времени появлялся одноногий тюремщик и приносил еду-рис или фасоль. Иногда приходил его мрачный начальник. Он постоянно раскатисто повторял: «Орхан Джемаль»-ему просто нравилось выговаривать незнакомые слова. Он уводил меня на очередной допрос, где меня опять спрашивали про знакомства с «Аль-Шабааб» и тренинги. Все вели себя подчеркнуто вежливо: предлагали на выбор чай или кофе, постоянно повторяли, что я не являюсь заключенным, но в итоге твердо, хоть и с многочисленными извинениями говорили: «Теперь вы должны вернуться в камеру». Марля Халила не спасала: я был весь искусан москитами и, прислушиваясь к себе, пытался вспомнить симптомы малярии.

Через два дня мое дело перешло в более высокую инстанцию-мною занялся начальник службы безопасности Могадишо полковник Калиф. В его кабинет меня привели поздно вечером. Калиф задал мне привычные вопросы, а потом вдруг спросил, где я купил сандалии, и, услышав, что в Москве, очень удивился. Оказалось, что именно такие обычно носят боевики. Я уж было подумал, что сандалии из «Спортмастера» меня погубят, но тут Калиф неожиданно сказал, что держать меня в камере больше не будут, но и отпустить меня нельзя: «Ты хотел остановиться в «Сахафи-отеле», недавно там похитили двух французских журналистов, и тебя похитят, возьмут за тебя выкуп, у них будут деньги, у нас нет».

Калиф сказал, что мой вопрос будет решать сам директор Национальной безопасности генерал Мохаммед Шах, а пока я буду находиться под его покровительством и поживу у него. Жил полковник прямо в офисе. В его комнатушке для меня бросили на пол матрас и подушку и повесили настоящую тропическую москитную сетку. Мне разрешили днем свободно передвигаться по офису, а вечером выходить во двор и смотреть вместе с солдатами телевизор. По ночам полковник храпел, как трактор, а с утра рассказывал, как трудно спать рядом со мной, потому что храплю-я.

Вообще-то у полковника был и настоящий дом под Могадишо, в селении, которое называлось Абд аль-Азиз, но в конце мая деревню захватил тот самый «Аль-Шабааб», и он со своей семьей едва успел спастись.

Вещи мне не вернули, но выдали из моего рюкзака свежую рубашку и джинсы. Женщина из секретариата каждые полчаса спрашивала, не приготовить ли мне кофе. Утром следы от комариных укусов осматривал доктор Абдурашид-мой ровесник, одетый в камуфляж и разгрузку, в карманах которой он хранил таблетки. Абдурашид смеялся над моими злоключениями и рассказывал, что ему бы тоже хорошо съездить куда-нибудь, полечить гастрит, но визу государства, где есть нормальная медицина, сомалийцу получить очень сложно.

Днем приходил командир солдат Ильяс и приносил миску с рисом и бананами. Поскольку я уже был кем-то вроде почетного пленника, считалось, что я должен есть вместе с офицерами. Мы садились с Ильясом на пол и ели рис руками. Ильяс тоже относился к моей ситуации с юмором: «Вчера ты был в тюрьме, сегодня разгуливаешь здесь, как большой начальник, завтра я, наверное, увижу тебя рядом с президентом, step by step».

Вечерами мы гуляли по двору с Калифом. После обязательных расспросов про то, у кого сколько жен и детей, Калиф начинал говорить что-нибудь интересное:

-Могадишо делится на 16 районов. 14 контролируем мы, два-исламисты. В семи км. на север отсюда один их блокпост, на восток в шести с половиной км.-второй. Здесь очень опасно: враг рядом. Им присылают деньги талибы из Афганистана, а у нас солдатам задолжали за семь месяцев, я должен каждому из моих людей уже по $100, в такой ситуации никто из них в бой не пойдет.

К разговору подключались новые участники:

-Если бы мы тебя не захватили, то в тот же день тебя бы взял «Аль-Шабааб».

-А ты знаешь, что когда тебя привели в тюрьму и тебя увидели исламисты-заключенные, то хотели убить.

Я мог бы во все это поверить, если бы не общался с этими заключенными лично.

Я спрашиваю Калифа:

-Где талибы берут деньги для сомалийцев?

-Делают наркотики.

-Калиф, я был в Афганистане, там наркотики делают все, и талибы меньше прочих.

-Ну не знаю, «Аль-Каида» дает.

После прогулки мы садились смотреть вынесенный во двор телевизор. «Аль-Джазира» рассказывала, что в России пожары, а Доку Умаров сложил с себя полномочия.

Так прошли еще два дня, пока наконец однажды утром меня не вызвали ко всемогущему Мохаммед Шаху. Важность встречи подчеркивало присутствие русскоговорящего переводчика. Генерал не стал пытать меня про знакомства и тренинги, а с ходу задал вопрос, что я хочу. Услышав, что я хотел бы продолжить свое путешествие по Сомали, он пожал плечами: «Я не могу сейчас обеспечить вашу охрану, но я могу перевести вас в Peace Hotel, где вы можете нанять частную охрану. $100 в сутки за отель, $200-за безопасность. Возможно, если бы вы заехали через Босасо, все бы сложилось иначе, там ситуация все же проще».

Он обещал дать ответ вечером, можно ли мне переехать из Могадишо в более безопасные пиратские города. Ответа, правда, мне пришлось ждать еще два дня, и он был отрицательный. Утром ко мне подошла Амина, помощница Мохаммед Шаха, и объяснила, что мне лучше покинуть страну и что самолет улетает в Найроби как раз через два часа: «Попробуйте приехать сюда в другой раз, может, месяца через три получится!»

Мне принесли мой рюкзак, вернули все деньги, причем даже те, что я прятал в рюкзаке и не показал при аресте. За это время их уже успели украсть, но Амина распорядилась все мне вернуть, поверив просто честному слову, что там было семь сотен баксов. Меня отвезли в аэропорт и уже перед трапом отдали фотокамеру и паспорт. К вечеру я был в Найроби, а на следующий день укатил на автобусе в Момбасу-надо же было хоть раз искупаться в Индийском океане. Я шел по пляжу, смотрел на звезды, которые раньше видел лишь на картах, и думал про то, что неделю своего отпуска я все-таки провел в Сомали, хоть и не совсем так, как хотел. Орхан Джемаль

Россия сдает свои позиции на мировом рынке метанола

19 июня в отеле «Балчуг Кемпински Москва» состоялась IV Международная конференция «Метанол и производные 2009», организованная независимой российской компанией «Креон» при спонсорском участии ЗАО «Метапроцесс».

Аналитики и эксперты, которые ежегодно собираются на конференции «Метанол и производные», давно предрекали российскому рынку метанола большие проблемы в силу его экспортной направленности. Участникам нынешнего форума не без сожаления пришлось констатировать, что эти прогнозы не только сбылись, но и приняли более острый характер из-за мирового экономического спада. «Ситуация на рынке метанола в нашей стране кризисная, причем кризис в отрасли только усугублен мировым финансовым кризисом. На самом деле речь идет о кризисе системном, который все равно наступил бы, независимо от последних экономических событий во всем мире», – начал свою вступительную речь гендиректор ЗАО «Креон» Санджар Тургунов.

Причины этого явления, по его словам, специалистам хорошо известны: изношенное оборудование, удаленность наших производителей от портов и наконец, то, что они достаточно долгое время делали основной упор на экспорт метанола. «Давайте вместе попытаемся найти пути выхода из этой непростой ситуации, обозначим перспективы и поговорим о том, какую роль должны играть производители и государство в процессе вывода отрасли из кризиса», – призвал участников конференции С. Тургунов.

Первый доклад конференции традиционно был посвящен обзору российского рынка метанола. О том, как складывалась ситуация в ушедшем 2008г. и как отрасль пережила первые «кризисные» месяцы 2009г., рассказала Тамара Хазова, директор департамента аналитики ЗАО «Креон».

2008г. для российского рынка метанола сложился вполне благополучно, если оценивать общие результаты за год: производство и внутреннее потребление практически остались на прежнем уровне. За счет показателей нояб. и дек. несколько снизился экспорт, но резкого падения не произошло, констатировала Т.Хазова. Средний уровень загрузки мощностей, по ее словам, был достаточно высоким – 86,7%.

Однако уже в I кв. тек.г. рынок в полной мере почувствовал на себе последствия финансового кризиса. Согласно статистическим данным, производство метанола за первые три месяца 2009г. сократилось более чем на 50%, а экспорт, который на протяжении последних нескольких лет динамично наращивался, упал на 30%. Анализируя текущую ситуацию в отрасли, г-жа Хазова с некоторым оптимизмом отметила, что первый квартал не является показательным и во II пол. положение может измениться.

По словам эксперта, кризис нанес серьезный удар по нашим крупнейшим экспортерам метанола. Как только цены на европейском рынке упали, им стало невыгодно поставлять туда свою продукцию. Теперь велика вероятность того, что наше место на этом рынке займет Саудовская Аравия, имеющая более дешевые сырьевые ресурсы для производства метанола.

Глобальный экономический спад дал ясно понять отечественным экспортоориентированным предприятиям, что нельзя выстраивать свою сбытовую политику преимущественно на экспорте продукции. По данным статистики, поставки метанола на внутренний рынок в I кв. 2009г. увеличились до 43,7%. Нам следовало бы и дальше идти по пути развития внутреннего потребления, но производители сами этому препятствуют, устанавливая для внутреннего рынка более высокие цены, чем для внешнего, посетовала Тамара Хазова.

Учитывая падение объемов экспорта и нежелание продуцентов метанола идти навстречу потребителям, встает вопрос о целесообразности расширения мощностей по выпуску метанола в нашей стране. Согласно последним данным, к 2011-15гг. планируют ввести новые мощности ОАО «Уралметанолгрупп» и ОАО «Аммоний» (г. Менделеевск), а «Щекиноазот» собирается увеличить производительность существующего производства. Но будет ли востребован этот дополнительный объем метанола? Вот о чем, по мнению Т. Хазовой, стоит задуматься российским производителям.

Глава департамента аналитики компании «Креон» считает, что сейчас самое время последовать примеру старейших предприятий отрасли, таких как «Акрон» и «Невинномысский Азот», и начать активно перерабатывать метанол на местах. Впрочем, подвижки в этом направлении есть: все основные производители постепенно увеличивают объем переработки метанола. Но еще дальше пошел «Метафракс», который заявил о намерении развивать углубленную переработку продукта.

Другой путь спасения отрасли – развитие традиционных и освоение инновационных областей применения метанола. В России, по словам Т. Хазовой, есть производства достаточно востребованных во всем мире продуктов – метиламина, метилметакрилата и сополимеров, метилхлорида. Их выпуск можно было бы расширить и поставлять как на внутренний рынок, так и за рубеж. Новыми областями использования метанола в нашей стране, по мнению Тамары Хазовой, могли бы стать продукты переработки формальдегида – полиолы, МДИ и полиацетали, большую часть которых мы на данный момент экспортируем.

В рамках форума также прозвучали доклады Виталия Стрелкова, заместителя гендиректора ЗАО «Научно-исследовательский институт ВНИИДРЕВ»; Евгения Солдатова, начальника управления по работе с нефтяными компаниями ОАО «Первая грузовая компания»; гендиректора ЗАО «Метапроцесс» Кирилла Лятса; заместителя гендиректора ОАО «ВНИИ НП»Александра Данилова; независимого эксперта Валерия Шарыкина и президента ООО «ФАСТ-Инжиниринг» Дмитрия Астановского.

Выступавшие на конференции «Метанол и производные 2009» специалисты и эксперты рынка придерживались мнения о том, что российская индустрия метанола должна делать ставку не на расширение своей доли на мировом рынке, а на активное развитие внутренней переработки этого продукта. С этой точкой зрения соглашались и остальные участники мероприятия. По некоторым прогнозам, Россия в последующие годы будет постепенно терять позиции одного из крупнейших поставщиков метанола в Европу под давлением ближневосточных конкурентов. Вместе с тем внутренний рынок при грамотной ценовой политике дает возможность динамично развиваться и производителям метанола, и производителям широкого спектра продукции на его основе.

Египет подготовил специальные туристические программы к священному для мусульман месяцу Рамадан, чтобы привлечь как можно больше гостей из арабских стран. «В ближайшие четыре года месяц Рамадан будет приходиться на лето, и мы решили использовать это для привлечения большего числа туристов из арабских стран, учитывая, что священный месяц в Египте имеет свои давние традиции», – сообщил в среду журналистам вице-президент Организации по продвижению туризма Сами Махмуд.

По его словам, большинство мусульман в Рамадан предпочитают оставаться дома, а если и путешествуют, то по мусульманским странам, где они могут чувствовать себя более комфортно.

В этот месяц в течение дня мусульманам запрещается есть и пить, курить, предаваться развлечениям. В Рамадан верующие просят у Всевышнего отпущения грехов и возносят молитвы, а также проводят много времени за чтением Корана. После захода солнца и до самого утра жизнь в Египте не затихает – люди ходят друг к другу в гости, посещают кафе и рестораны, а также многочисленные театральные представления, выступления фольклорных коллективов, которые в эти дни проходят бесплатно.

Чтобы познакомить потенциальных туристов с атмосферой Рамадана в Египте, местные туристические власти намерены установить в пяти арабских странах традиционные шатры, где можно будет попробовать блюда египетской кухни, посмотреть танцы крутящихся дервишей и послушать музыку в исполнении национальных коллективов, в т.ч. суфиев.

Выходцев из Саудовской Аравии, ОАЭ, Кувейта, Иордании и Ливии ждут и специальные скидки на билеты египетской авиакомпании Egyptair. В аэропорту Каира туристов из арабских стран будут встречать в традиционных шатрах, где сотрудники туристического бюро расскажут им обо всех крупных мероприятиях, запланированных на Рамадан.

Туризм является одной из главных отраслей экономики Египта. В 2008г. доходы в казну Египта от туризма составили 11 млрд.долл., а в 2009 из-за мирового кризиса этот показатель упал до 10,76 млрд. Минтуризма прогнозирует, что в нынешнем году Страну пирамид посетят 15 млн. туристов. Надим Зуауи

Саудовская международная нефтехимическая компания (Sipchem) и Rhodia (Франция) подписали соглашения о строительстве нового завода этилацетата в Джубайле, сообщает Plastinfo.ru. В Sipchem сообщают, что строительство и эксплуатация завода ежегодной мощностью 100 тыс.т. будет проводиться в рамках проекта третьего этапа расширения саудовской компании. Соглашения, подписанные с Rhodia, включают лицензию на технологию, маркетинг и предварительное соглашение на закупку этанола у Rhodia.

Новый завод, как ожидается, будет введен в эксплуатацию в 2013г. На площадке также можно будет производить бутилацетат. Уксусная кислота в качестве исходного сырья в объеме 460 тыс.т. в год будет поставляться с недавно открывшегося объекта Acetyl Co в Джубайле.

Молоко и мясо

Национальный прагматизм и имперский романтизм во внешней политике Турции

А.А. Игнатенко – д. ф. н., президент Института религии и политики, член Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при президенте РФ, член Совета по внешней и оборонной политике.

Резюме Внешнеполитические действия Анкары иногда напоминают поведение не очень дальновидного человека, который хочет получить от коровы и молоко, и мясо одновременно. Имперский романтизм приходит в противоречие с национальным прагматизмом, который всегда был присущ кемалистской Турции.

Палестинская проблема – удобная «отмычка» для вторжения в арабский регион внерегиональных игроков. В ответ на попытки ее использовать арабские государства реагируют региональной консолидацией. Свидетельство тому – история с «Флотилией свободы» (июнь 2010 г.), снаряженной Турцией при поддержке Ирана для прорыва израильской блокады Газы, и в целом негативная реакция арабских государств на этот шаг, угрожающий сломать тщательно выстраиваемые ими балансы сил в регионе.

Турция в поисках курса

Все комментаторы говорят о прагматизме внешней политики Турции, которая ставит во главу угла реализацию национальных интересов. Об этом свидетельствует и стремление стать членом Европейского союза, и попытки нормализовать отношения с Арменией, и даже систематическое нанесение ударов по базам Курдской рабочей партии на территории Северного Ирака. Однако было бы своего рода экспертной слепотой не замечать того факта, что за два десятилетия после формального окончания холодной войны поведение Анкары менялось.

Турецкая элита пыталась реализовать и неоимперские проекты, направленные на консолидацию вокруг Турции тех зон, которые раньше находились под властью Османской империи. «Существует наследие, оставленное Османской империей, – заявляет глава турецкого внешнеполитического ведомства Ахмет Давутоглу. – Нас называют “неоосманами”. Да, мы “новые османы”. Мы вынуждены заниматься соседними странами. И даже идем в Африку. Великие державы наблюдают за этим с растерянностью».

Турция претендует на роль глобального игрока. «Сегодня Турция, – пишет глава турецкого МИДа в журнале “Россия в глобальной политике”, – проводит поистине многомерную и всеохватную внешнюю политику, участвуя в решении насущных вопросов в разных частях земного шара – от Африки до Южной Америки, от Восточной и Южной Азии до стран Карибского бассейна».

Внешнеполитические действия Анкары иногда напоминают поведение не очень дальновидного человека, который хочет получить от коровы и молоко, и мясо одновременно. Имперский романтизм приходит в противоречие с национальным прагматизмом, который всегда был присущ кемалистской Турции. Почему я говорю о романтизме? Потому что данное направление турецкой внешней политики не обеспечено достаточными ресурсами. Это хорошо видно в таких масштабных начинаниях, как стремление стать главным «углеводородным коннектором» между Азией и Европой при отсутствии собственных углеводородов и зависимости в этом вопросе от Ирана, Азербайджана и России. Или в безрезультатной турецко-бразильско-иранской «ядерной сделке» под патронатом Анкары – Турция не располагает ядерным потенциалом, и если бы Тегеран был серьезно настроен на обогащение урана за границей, ему все равно пришлось бы иметь дело с Россией, Францией либо, на худой конец, с Аргентиной.

Политика «неоосманизма» тоже не обеспечена ресурсами. Таковым могла бы быть «ностальгия» по Османской империи в элитах тех государств, которые ранее в нее входили, или хотя бы подобное настроение «улицы», как это имеет место в отношении раннего ислама, возвращение к которому является вожделенной мечтой «фундаменталистов». Однако у арабов полностью отсутствует стремление вновь оказаться под «отеческой дланью» «новых османов». Вряд ли можно всерьез воспринимать и рассуждения об «исторической ответственности» Турции перед территориями, которые ранее входили в Османскую империю. Это не особенно отличается от того, как если бы греческие политики говорили об «исторической ответственности» Греции за дела в Индии на том основании, что Александр Македонский некогда дошел до Индостана.

От неопантюркизма к неоосманизму

Отсчет «неоосманизма» нужно вести от 1991 г. – окончания холодной войны и развала Советского Союза. До этого Турция была юго-восточным флангом НАТО, обращенным к Восточному блоку, за счет чего, к слову сказать, нарастила большой военный потенциал. Но практически сразу после распада СССР Турция задумала собственный геополитический проект, тогда – неопантюркистский. В состав гипотетического политико-экономического союза предполагалось включить не только «тюркские» страны (Азербайджан, Узбекистан, Киргизия, Туркмения), но и «тюркоязычные» территории в составе новых независимых государств (Татарстан, Башкортостан, северо-кавказские субъекты Российской Федерации, Крым и даже Алтай).

На межгосударственном уровне проводились саммиты тюркских государств – первый прошел в 1992 г. по инициативе президента Тургута Озала. Одновременно Анкара обращалась «через голову» государств и правительств к тюркоязычным общностям внутри различных государств – проводились международные тюркские курултаи (первый – в 1993 г.).

В целом затея закончилась неудачей. Турция переоценила свои материальные возможности. Будучи динамично развивающимся государством, она тем не менее совершенно не обладала ресурсами, необходимыми для масштабной экспансии. Но главная причина, пожалуй, заключалась в том, что неопантюркизм рассматривался и продолжает рассматриваться государствами, затронутыми благом турецкой «исторической ответственности», как вмешательство в их внутренние дела. И если Россия и Украина переживали период ослабления и вынужденно смотрели сквозь пальцы на турецкую активность в Татарстане, Башкортостане, Крыму, то Китай после 1991 г. постоянно усиливался, и ему был совсем не по душе турецкий интерес к тюркам-уйгурам и, соответственно, Синьцзян-Уйгурскому автономному району. Шанхайская организация сотрудничества в некотором отношении может рассматриваться и как антитурецкий союз, заблокировавший Анкаре доступ в Центральную Азию.

Есть еще одно важное обстоятельство, серьезнейшим образом воздействующее на результаты реализации турецких неоимперских планов и проектов. У неопантюркизма в тех географических зонах, в которых он стремился воплотить свои проекты, был и есть конкурент, обладающий значительно бЧльшими ресурсами (нефтедоллары и ислам салафитского толка – ваххабизм, или «аравийский» ислам) – Саудовская Аравия и другие монархии Персидского залива. Турция пытается играть на том факте, что она является современным исламским государством, но не в силах всерьез противопоставить что-то «аравийскому» исламу, в результате только подстегивает формирование арабского исламского антитурецкого фронта.

Два последних десятилетия американцы, пытаясь решить «квадратуру круга» в своих сложных отношениях с мусульманским миром, предлагают исламским странам с авторитарными и тоталитарными режимами формулу «исламской демократии» – турецкий опыт. Это вызывает отторжение в арабских государствах типа Египта. Они никак не хотят под видом «демократизации» отдавать власть исламистам – тем же «Братьям-мусульманам», поскольку имеют перед глазами опыт движения ХАМАС в секторе Газа, который установил диктатуру с использованием избирательных процедур. К тому же в самой Турции в последние полтора десятилетия наметилось противоречие между тенденцией к демократизации, которую олицетворяют партии исламского толка, и кемалистской традицией светского государства, гарантом которой всегда выступала армия.

В середине 1990-х гг. предшественник нынешних турецких исламистов глава Партии благоденствия (Рефах) и кабинета министров Неджметтин Эрбакан пытался выстроить «Исламскую восьмерку» в пику «семерке» индустриально развитых стран Запада. Весьма интересен состав этой «восьмерки». В ней семь неарабских государств – Турция, Бангладеш, Индонезия, Иран, Малайзия, Нигерия и Пакистан, и только одна арабская страна – Египет. В 1997 г. состоялся первый саммит этой организации, но Эрбакан быстро сошел с политической арены по требованию турецких военных, будучи кроме всего прочего заподозрен в финансовой нечистоплотности. После авантюры с «Флотилией свободы» Анкара и Тегеран реанимировали «Исламскую восьмерку», и в июле 2010 г. в Абудже (Нигерия) состоялась встреча лидеров входящих в нее государств. Комментаторы сходятся на том, что прибывший туда президент Ирана Ахмадинеджад стремился мобилизовать общественное мнение в свою поддержку. Тот факт, что иранский президент ищет ее прежде всего в неарабском мире, не может не насторожить арабов. Косвенным образом иранские представители дают понять, что силовое решение иранской проблемы, если до этого дойдет, «напрямую ударит по Саудовской Аравии, Объединенным Арабским Эмиратам, Кувейту, Ираку».

На «постосманском» пространстве конкурируют два исламских «проекта».

Один можно условно назвать «арабским», точнее, «аравийским». Его олицетворяет суннизм-салафизм ваххабитского толка, сформировавшийся на Аравийском полуострове в XVIII веке в борьбе, между прочим, против Османской империи.

Другой – «неарабский» и даже «антиарабский» блок турецкого суфизма (представлен по преимуществу деятельностью секты «Нурджулар») и иранского шиизма, которые характеризуются резким антиваххабизмом. И когда министр иностранных дел Ахмат Давутоглу в приватной беседе на экономическом форуме в Стамбуле в июне 2010 г. сказал: «Скоро Иерусалим станет столицей Палестины, и мы, с помощью Аллаха, сможем молиться в мечети Аль-Акса», не исключено, что кто-то из его собеседников воспринял это как угрозу. В мечети Аль-Акса арабам не хватало только турецких суфиев и иранских шиитов… Противостояние этих двух исламских «проектов» выливается в столкновения на Кавказе, и не только там.

В качестве претензии выступать от имени ислама как такового можно рассматривать испано-турецкую инициативу «Альянс цивилизаций» (2005 г.). Цивилизации трактуются прежде всего в религиозном смысле, и Турция как соинициатор проекта брала на себя право представлять весь исламский мир. Примечательно, что особо не скрывалась генетическая связь «Альянса цивилизаций» с «Диалогом цивилизаций», который с конца 90-х гг. прошлого века продвигал тогдашний президент Ирана аятолла Сейед Мохаммад Хатами, позиционировавший свою страну в роли полномочного представителя ислама.

По-видимому, передача эстафеты с диалогом-альянсом цивилизаций была вызвана как раз тем, что шиитский Иран представляет миноритарное направление в исламе, а в Турции распространен суннитский ислам. («Альянс цивилизаций» готовит «отмычку» к арабскому региону: в докладе Группы высокого уровня израильско-палестинский конфликт представлен как ключевой вопрос современности.)

К тому моменту, когда «Флотилия свободы» двинулась в сторону Газы, сформировалась доктрина «неоосманизма», точнее, его апология для внешнего пользования. Вот как ее излагает советник турецкого кабинета министров Орхан Газигиль. Турция окружена странами Среднего Востока, Кавказа и Балкан. Во всех этих регионах, особенно после окончания холодной войны, наблюдается нестабильность. Она вызвана развалом Османской империи. Когда народы потребовали права самостоятельно определять свою судьбу, тогда и возникли проблемы, начались и продолжаются до сих пор межрелигиозные и межэтнические конфликты. На «постосманском» пространстве по-прежнему не разрешены территориальные споры. Всего этого не было во времена Османской империи, когда царила стабильность. Ни один народ, мусульманский или христианский, не потерял свою этническую или религиозную идентичность. Более того, Османская империя, хоть и была похожа на теократическое государство, но если проанализировать отношения государства и религии в ней, то она более соответствовала современной светской модели. Суть «неоосманизма» (в изложении Орхана Газигиля) заключается в «усилении внешнеполитической роли Турции в регионе во имя стабильности».

Если перевести все это на язык политического действия, то Ближнему и Среднему Востоку, Балканам, Кавказу, а также Аравии и Северной Африке ради достижения стабильности надо вернуться под власть «новых османов». Не думаю, что в арабском мире найдется хоть один политик, который примет эту программу всерьез. А поскольку и в военном отношении современная Турция не так сильна, как была в свое время Османская империя, в попытках расширить свою сферу влияния ей приходится вступать в фактический союз с Ираном.

Готовясь к 2011 году

«Отвратительной» назвал затею с «Флотилией свободы» Фетхуллах Гюлен, влиятельнейший турецкий религиозно-политический деятель, который продвигает «Нурджулар» на всем «постосманском» пространстве. Он утверждает, что прежде чем направлять «Флотилию свободы» в сектор Газа, следовало бы получить согласие израильских властей. Гюлена невозможно заподозрить в антитурецких и произраильских настроениях. Вероятно, он просто расценивает акцию как шаг в неправильном направлении, не приблизивший, а удаливший Турцию от реализации ее ближних и дальних интересов и целей в арабском регионе. Ни молока, ни мяса…

«Флотилия свободы» оказалась большой внешнеполитической ошибкой Анкары. На имперском романтизме Турции сыграл Иран, который преследует собственные и весьма далеко идущие внешнеполитические цели. Тегеран хотел бы разбить складывающийся неформальный антииранский арабо-израильский консенсус, стравив арабский мир с Израилем, что надолго отвлекло бы и евреев, и арабов от подготовки к возможному удару по Ирану. Программой-максимум, на реализацию которой, впрочем, трудно рассчитывать, было бы втянуть Турцию в военное противостояние с Израилем. Тегеран заинтересован в создании в юго-восточной части Средиземного моря очага военной напряженности, который бы отвлекал внимание мировой общественности от Персидского залива, что позволило бы выиграть время для выстраивания обороны против вероятного военного удара по иранским ядерным объектам.

Для Ирана и с логистической, и с военно-политической точки зрения важно закрепиться в Газе. Израильский премьер Биньямин Нетаньяху, возможно, был недалек от истины, когда сказал, что Тегеран стремится превратить Газу в иранский порт в Средиземноморье. Как бы там ни было, Ирану удалось (правда, ненадолго) переключить внимание арабских стран со своей ядерной программы, а также с освоения Ираном частей арабского мира – на Турцию.

Национальный прагматизм Турции тоже не забыт Ираном. Тегеран поддерживает Анкару (не забывая при этом о собственных интересах) в борьбе против Курдской рабочей партии, которая имеет базы и тренировочные лагеря на севере Ирака. По некоторым сведениям, Иран и Турция создали в Иракском Курдистане секретные «наступательные оперативные базы» для осуществления совместных военных действий против курдских боевиков. Кроме того, Иран обещает снабдить Турцию углеводородами для того, чтобы она могла сыграть роль межрегионального «углеводородного коннектора».

Но события в регионе заставляют думать, что есть более широкая платформа турецко-иранского сотрудничества, назовем ее «антиарабской» или, более узко, «антииракской». И Турция, и Иран готовятся к 2011 г., когда начнется твердо обещанный президентом США Бараком Обамой вывод американских войск из Ирака. При этом высока вероятность дестабилизации и дезинтеграции страны. Иран в этой ситуации наверняка будет претендовать на контроль над югом Ирака, которого он не смог добиться во время кровопролитной войны 1980–1988 гг. (Тегеран осуществил «пробную» оккупацию иракской территории в декабре 2009 – январе 2010 гг., когда демонстративно захватил нефтяное месторождение Эль-Факка.)

Анкара будет стремиться к контролю над Северным Ираком. В последнее время в Турции развернулась дискуссия об этой части соседней страны. По мнению многих ее участников, этот район является «естественным географическим продолжением Турции». Причем вопрос не в создании на иракской территории какого-то «санитарного кордона» против курдских боевиков, он и так уже есть шириной от 3 до 10 километров. Речь идет о Киркуке, нефте- и газоносном районе и предмете споров между курдами и арабами, а также проживающими там тюрками (туркоманами). После ухода американских войск почти неизбежна «битва за Киркук», если к тому времени его не передадут Иракскому Курдистану, как это обещали в свое время представители республиканской администрации Соединенных Штатов.

Но даже в этом случае велика вероятность того, что в Киркуке начнутся масштабные этнические «чистки», жертвами которых туркоманы станут при любом раскладе. Турция введет в Киркук войска для «защиты туркоманов от геноцида». И, вполне возможно, останется там столь же долго, как на Северном Кипре. Реализация этой задачи предполагает готовность сопротивляться дипломатическому (и, вполне возможно, иному) давлению США, которые станут препятствовать подобному развитию событий.

Турция уже удачно использовала антиамериканскую фронду, предложив России участвовать в «Кавказской платформе стабильности», которая декларативно исключала Соединенные Штаты из кавказской политики, вверяя ее Турции, России и государствам Южного Кавказа. Одним из результатов стало то, что Турция активно занялась «освоением» Абхазии, в достижении независимости которой большую роль сыграла Россия.

Арабские государства не поддержали, как это сделала Москва, антиамериканскую фронду Турции. Они тоже готовятся к 2011 г., имея в виду те опасности, которые грозят им со стороны нежелательных внерегиональных игроков – Турции и Ирана. По всему Аравийскому полуострову разбросаны американские, британские и французские военные базы, которые явно не предназначены для обороны от США или Израиля. Более того, поговаривают о том, чтобы расположить американскую базу на территории Израиля. После событий с «Флотилией свободы» главы пяти арабских государств (Египта, Ирака, Йемена, Катара и Ливии), а также генеральный секретарь Лиги арабских государств провели в Ливии саммит, на котором рассматривался проект нового межгосударственного объединения – Союза арабских государств. Союз предполагает более тесное, чем сейчас, военно-политическое сотрудничество и отражение агрессии против любого из членов альянса. Надо полагать, арабские государства больше не оставят Ирак без защиты.

Кстати, примечательно, что движение «Хезболла», несмотря на тесные связи с Тегераном, отказалось участвовать в дальнейших этапах акции под названием «Флотилия свободы». Логика понятна – эта группа не хочет выглядеть антиарабски, она стремится позиционировать себя не как иранский инструмент, а как организацию национального (арабского) сопротивления. Ливийцы же, также отправившие корабль «Надежда» с гуманитарным грузом для Газы, спокойно доставили его в египетский порт Эль-Ариш, преподав практический урок Турции и Ирану.

Соединенные Штаты не могли не отреагировать на турецко-иранское сближение. Госсекретарь Хиллари Клинтон призвала главу МИДа Турции Ахмета Давутоглу не вмешиваться в отношения между мировым сообществом и Ираном, на что, как сообщают СМИ, министр ответил согласием. Турция возвращается к своей роли юго-восточного фланга НАТО. В середине июля пришло сообщение о том, что Анкара временно откроет границу с Арменией для транспортировки техники, задействованной в проведении запланированных в сентябре в Армении учений натовского Евро-Атлантического координационного центра реагирования на стихийные бедствия и катастрофы.

Очень символично заявление Ахмета Давутоглу в начале июля 2010 г., которое дезавуировало его прошлое высказывание в ирано-хамасовских терминах: «Иерусалим является святым городом для каждого мусульманина, и я был бы счастлив совершить там намаз. Учитывая дипломатический этикет, я посчитал, что было бы некорректно публично говорить об этом. Но сейчас настало время говорить. Время придет, Восточный Иерусалим станет частью Палестины, и мы все совершим здесь намаз. Это не фантазии, а реальное положение вещей. Восточный Иерусалим принадлежит Палестине. Согласно резолюциям ООН это территория Палестины, и передача данной территории Палестине изначально являлась условием переговорного процесса». Это точно соответствует «Арабской мирной инициативе» по решению палестинской проблемы (создание палестинского государства в границах 1967 г.), которую поддерживает американская администрация.

Турция пока отступила. Однако перемены в турецком обществе и общие сдвиги в расстановке сил на Ближнем Востоке заставляют предположить, что это лишь передышка перед началом следующего этапа изменения политического позиционирования Анкары.

Турция > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 7 августа 2010 > № 2911815 Александр Игнатенко

Замминистра нефти, гендиректор Иранской национальной компании нефтехимической промышленности Абдолхосейн Байат в интервью агентству ШАНА сообщил, что в Иране при содействии со стороны администрации Духовного лидера Исламской Республики изучается вопрос о создании Форума стран-экспортеров нефтехимической продукции.

По словам А.Байата, членами названного форума, в первую очередь, могли бы стать такие страны, как Россия, Турция, Саудовская Аравия, Катар и Объединенные Эмираты.

А.Байат сообщил, что в Иранской национальной компании нефтехимической промышленности подготовлена программа создания Форума стран-экспортеров нефтехимической продукции. На данный момент названная программа в качестве предложения передана на рассмотрение в администрацию Духовного лидера.

По поводу членства иностранных государств в названном форуме А.Байат сказал, что предпочтение отдается мусульманским странам региона с развитой нефтехимической промышленностью, к числу которых относятся Саудовская Аравия, Катар, Объединенные Эмираты, Турция, а также Россия.

Как отметил А.Байат, перед Форумом стран-экспортеров нефтехимической продукции могут быть поставлены самые широкие цели, к числу которых относятся сотрудничество в области разработки нормативных документов, касающихся производства в регионе нефтехимической продукции, сотрудничество в области валютно-финансовых взаимоотношений, развития технологий, ценообразования, формирование политики в области производства нефтехимической продукции, расширения ассортимента производимой продукции и присутствия на экспортных рынках. Iran News

Саудовская Аравия не стала вводить в пятницу запрет на использование сервиса BlackBerry Messenger. Пользователей никто не ограничивает, все работает. Официальных объяснений этому факту нет, сообщает Reuters. В начале недели комиссия по коммуникациями и информационным технологиям Саудовской Аравии объявила, что доступ к BlackBerry Messenger будет закрыт с 6 авг.

В то же время источник агентства сообщил, что Эр-Рияд и производитель смартфонов Research In Motion (RIM) ведут переговоры относительно передачи данных уже три месяца. Некоторый прогресс достигнут, сказал источник.

Саудовская Аравия – крупнейший рынок для RIM на Ближнем Востоке. Там живут 700 тысяч пользователей BlackBerry.

Ранее Саудовская Аравия и ОАЭ объявили о намерении заблокировать некоторые сервисы BlackBerry в связи с угрозой национальной безопасности. В этих арабских странах говорят, что спецслужбы не могут контролировать передачу данных, т.к. она шифруется. Такие же опасения высказывала Индия, однако позднее производитель BlackBerry согласился предоставить коды властям.

Сегодня о необходимости получения кодов RIM объявил Ливан. Вопрос о доступе к сервисам BlackBerry рассматривает и Алжир. Еврокомиссия посоветовала своим сотрудникам прекратить использовать эти смартфоны.

Правительство Алжира вынесло на повестку вопрос по коммуникаторам BlackBerry – в случае, если выяснится, что их использование угрожает национальной безопасности, власти введут на них запрет, сообщает в пятницу агентство Рейтер со ссылкой на местные СМИ, которые цитируют заявление министра по телекоммуникациям Алжира.

Таким образом, Алжир присоединился к постоянно растущему списку государств, обеспокоенных устройствами канадской компании Research in Motion Ltd., отмечает агентство.

«Мы рассматриваем этот вопрос. Если мы выясним, что существует угроза нашей экономике или безопасности, мы остановим это», – цитирует алжирская газета El Khabar заявление министра по телекоммуникациям Муссы Бенхамади (Moussa Benhamadi).

Доля BlackBerry на рынке сотовых телефонов 35-миллионного Алжира не столь велика, и поэтому, по данным источника агентства в министерстве по телекоммуникациям, «скорее всего, власти наложат запрет на аппараты BlackBerry».

Алжирские власти, ведущие борьбу с исламистскими боевиками, связанными с «Аль-Каидой», чрезвычайно обеспокоены ситуацией с безопасностью в стране.

Два сотовых оператора в Алжире поддерживают услуги, обеспечиваемые коммуникаторами BlackBerry – госкомпания Mobilis и местное подразделение египетской Orascom.

Канадская компания Research in Motion (RIM), производитель коммуникаторов Blackberry, рискует потерять рынки ОАЭ, Саудовской Аравии, Индии и Индонезии после того как заявила, что не предоставит правительствам этих стран возможности просматривать переписку своих клиентов.

«RIM не может удовлетворить запрос о предоставлении ключей к коду клиентов кому бы то ни было, поскольку ни сама компания RIM, ни операторы сотовых сетей, ни какая-либо третья сторона не располагает этими кодами», – говорилось в заявлении компании, поступившем в РИА Новости.

В этом и заключается единая корпоративная политика Blackberry и утверждения о том, что RIM обеспечила «кое-что уникальное для правительства какой-либо страны», являются безосновательными, отмечалось в сообщении.

Власти Саудовской Аравии, являющейся крупнейшей экономикой на Ближнем Востоке, сообщили в среду, что всем сотовым операторам страны предписано приостановить оказание телекоммуникационных услуг абонентам, использующим коммуникаторы BlackBerry, с 6 авг. 2010г. При этом не уточняется, о каких именно услугах идет речь. По данным телеканала «Аль-Арабия», ограничения коснутся обмена мгновенными сообщениями. В Саудовской Аравии 350 тысяч человек используют коммуникаторы BlackBerry. По данным аналитиков, в ближайшие годы этот рынок мог расшириться до 750 тысяч пользователей.

Представитель властей Индонезии также в среду сообщил, что ряд сервисов BlackBerry может быть заблокирован, если RIM не согласится установить сервер на территории страны, предварительно открыв свое представительство. По данным индонезийской прессы, к концу года число пользователей BlackBerry в стране может достигнуть млн.

В воскресенье власти ОАЭ заявили о приостановлении предоставления на территории страны услуг обмена мгновенными сообщениями, электронной почты и доступа в интернет пользователям коммуникаторов BlackBerry, являющимся абонентами двух контролируемых государством сотовых операторов Etisalat и Du, начиная с 11 окт. 2010г. В ОАЭ коммуникаторами BlackBerry пользуются 500 тысяч абонентов местных сотовых сетей Du и Etisalat, т.е. 11% всех владельцев сотовых телефонов.

Власти Эмиратов объяснили данное решение тем, что некоторые приложения для этой системы передачи информации позволяют использовать сервис во вред, «вызывая серьезные социальные, юридические последствия и создавая угрозу национальной безопасности».

На прошлой неделе вторая в мире по численности населения страна – Индия также пригрозила, что если сервер RIM для обработки сообщений не будет установлен на ее территории, то блокировке подвергнется услуга электронной почты. Индийское руководство обеспокоено тем, что устройства BlackBerry могут использоваться при планировании и осуществлении терактов.

По данным исследовательской компании IDC, всего в мире за прошлый год было продано 37 млн. устройств BlackBerry. 20% пользователей мобильной связи в мире используют сервис BlackBerry.

Россия в июле 2010г. экспортировала 1,965 млн.т. зерна, и еще 1 млн.т. может успеть вывезти до 15 авг., когда вступает в силу эмбарго на экспорт, сообщил журналистам в пятницу источник в правительстве.

В частности, пшеницы было вывезено на внешние рынки (без учета Белоруссии) в объеме 1,75 млн.т., ячменя – 166,73 тыс.т., кукурузы – 44, 278 тыс.т. В июле РФ, в частности, экспортировала пшеницу в Египет, Иорданию, Турцию, Йемен; ячмень – в Саудовскую Аравию. «До 15 авг. мы можем вывести еще 1 млн. тонн», – добавил источник.

В минувшем сельхозгоду РФ экспортировала 21,4 млн.т. зерна. В четверг правительство России, одного из крупнейших игроков на мировом рынке зерна, запретило экспорт зерна с территории страны с 15 авг. по 31 дек. 2010г. Премьер-министр России Владимир Путин также поручил минэкономразвития внести на рассмотрение комиссии Таможенного союза предложение о принятии аналогичных мер в других участниках союза – Казахстане и Белоруссии.

Президент Сирии Башар Асад в конце июля Минский автомобильный завод, передает Белта. Глава сирийского государства осмотрел выставку автомобильной техники ОАО «МАЗ», в т.ч. грузовые автомобили, автобусы, автокраны, спецтехнику. Он также посетил главный конвейер предприятия, оставил запись в Книге почетных гостей МАЗа.

Президенту Сирии продемонстрировали грузовой автомобиль МАЗ-5316 грузоподъемностью 10 т., полноприводной с колесной формулой 4х4. Такая модель грузовика участвовала в трак-триалах, он эксплуатируется в пустынях. Как сообщил главный конструктор ОАО «МАЗ» Александр Захарик, с 1997г. Минский автозавод поставил в Сирию более 5 тыс. грузовых автомобилей. Сирия покупает практически всю гамму машин, выпускаемых МАЗом, в т.ч. полноприводные и среднетоннажные грузовики. Сейчас МАЗ намерен предложить сирийским партнерам пассажирские автобусы. В Дамаске начинает развиваться сеть общественного транспорта и это требует наполнения ее пассажирским составом. МАЗ готов предложить широкую гамму автобусной техники для перевозки пассажиров в городе.

Реализацией продукции Минского автозавода в Сирии занимаются в наст.вр. две компании – «Саккал и сыновья» (Sakkal & Sons) и «Альфарадж». Как отметил на МАЗе министр промышленности Беларуси Александр Радевич, «мы стоим на стадии создания СП по сборке грузовых автомобилей МАЗ в Сирии».

В наст.вр. на МАЗе действует 10 основных производств, которые обеспечивают полный технологический цикл производства грузовых автомобилей и автобусов. Ежегодно МАЗ инвестирует в развитие производства 150 млн.долл. Сейчас на предприятии производится более 400 моделей и модификаций грузовых автомобилей.

Александр Радиловец, начальник отдела продаж пассажирского транспорта РУП «Минский автомобильный завод»: Сирийские рабочие будут обучаться на нашем предприятии, на нашем сборочном конвейере. Очевидно, что они получат здесь все необходимые знания по сборке. Сборочное производство – ради обоюдной выгоды. Для сирийцев это качественный товар за приемлемую цену и новые рабочие места для специалистов. Интерес Беларуси – экспорт и новые рынки.

Александр Жернель, начальник управления экспорта РУП «Минский автомобильный завод»: Сирийские бизнесмены работают в Иордании, Саудовской Аравии, Арабских Эмиратах, Ливане и других странах. Поэтому наши проекты, которые мы планируем по созданию собственных производств, рассчитаны не только на рынок Сирии, но и на рынки близлежащих арабских стран.

Впервые о поставках техники с МАЗа договорились во время переговоров на высшем уровне в Дамаске в 2003г. Для белорусского лидера это был второй визит Сирии – первый раз Александр Лукашенко был там еще в 1998г. Итогом двухдневных переговоров с Башаром Асадом стал почти десяток соглашений о сотрудничестве в различных сферах. В итоге заметно вырос товарооборот: по сравнению с концом 90- почти в 30 раз. Но белорусский лидер неоднократно подчеркивал: даже такого роста недостаточно. Ведь Сирия могла и должна стать главным партнером для Беларуси на Ближнем Востоке.

Фарук Таха, Посол Сирийской Арабской Республики в Беларуси: Я думаю, это создает широкую базу для дальнейшего сотрудничества с Беларусью. Конечно, уже есть конкретные плоды.

Мы можем поставлять на сирийский рынок всю продукцию отечественной промышленности – от самосвалов до сухого молока. Экономики двух государств, по сути, взаимодополняемы. Да и Дамаск неоднократно заявлял, что не прочь создать в своей стране белорусскую сборку тракторов, грузовиков и колесных тягачей.

Серьезной экономической подпиткой для всех проектов станет зона свободной торговли, о создании которой наши страны упорно говорят последние 2г. Поговаривают и об открытии прямого авиарейса между Минском и Дамаском.

Небывало жаркая погода в Европе привела к резкому увеличению импорта этилена, используемого для охлаждения, и нехватке доступных мощностей для транспортировки этилена в Европу. Поставки осуществляются, в основном, с Ближнего Востока, особенно из Ирана и Саудовской Аравии. «В наст.вр. доступных судов нет, и все сходят с ума», говорит брокер из Норвегии, «Европа требует этилена с Ближнего Востоке залива. Они наращивают производство. Но вы не можете найти судна до конца авг.».

Высокий спрос принес дополнительный стимул для рынка, что дало возможность перевозчикам поднять ставки до самого высокого уровня в этом году. Ставки фрахта судов вместимостью от 8-17 тыс.м.куб взлетели в конце июля на $100 000 в месяц – до $600 000 в месяц, или почти $ 20 тысяч в сутки.

Это спровоцировало рост ставок также на перевозках газа по другим направлениям. «Перспективы фрахтового рынка выглядят сильными на ближайшие пару месяцев», отмечают брокеры из Lorentzen & Stemoco.

Канадская компания Research in Motion (RIM), производитель коммуникаторов Blackberry, рискует потерять рынки ОАЭ, Саудовской Аравии, Индии и Индонезии, заявив, что не предоставит правительствам этих стран возможности просматривать переписку своих клиентов.

«RIM не может удовлетворить запрос о предоставлении ключей к коду клиентов кому бы то ни было, поскольку ни сама компания RIM, ни операторы сотовых сетей, ни какая-либо третья сторона не располагает этими кодами», – говорится в заявлении компании, поступившем в РИА Новости.

Такова единая корпоративная политика Blackberry и утверждения о том, что RIM обеспечила «кое-что уникальное для правительства какой-либо страны», являются безосновательными, отмечается в сообщении.

Власти Саудовской Аравии, являющейся крупнейшей экономикой на Ближнем Востоке, сообщили в среду, что всем сотовым операторам страны предписано приостановить оказание телекоммуникационных услуг абонентам, использующим коммуникаторы BlackBerry, с 6 авг. 2010г. При этом не уточняется, о каких именно услугах идет речь. По данным телеканала «Аль-Арабия», ограничения коснутся обмена мгновенными сообщениями. В Саудовской Аравии 350 тысяч человек используют коммуникаторы BlackBerry. По данным аналитиков, в ближайшие годы этот рынок мог расшириться до 750 тысяч пользователей.

Представитель властей Индонезии также в среду сообщил, что ряд сервисов BlackBerry может быть заблокирован, если RIM не согласится установить сервер на территории страны, предварительно открыв свое представительство. По данным индонезийской прессы, к концу года число пользователей BlackBerry в стране может достигнуть млн.

В воскресенье власти ОАЭ заявили о приостановлении предоставления на территории страны услуг обмена мгновенными сообщениями, электронной почты и доступа в интернет пользователям коммуникаторов BlackBerry, являющимся абонентами двух контролируемых государством сотовых операторов Etisalat и Du, начиная с 11 окт. 2010г. В ОАЭ коммуникаторами BlackBerry пользуются 500 тысяч абонентов местных сотовых сетей Du и Etisalat, т.е. 11% всех владельцев сотовых телефонов.

Власти Эмиратов объяснили данное решение тем, что некоторые приложения для этой системы передачи информации позволяют использовать сервис во вред, «вызывая серьезные социальные, юридические последствия и создавая угрозу национальной безопасности».

Оказание таких услуг будет приостановлено до «того момента, когда будет найдено любое решение в рамках действующего в стране законодательства, регулирующего оказание услуг связи в ОАЭ». СМИ сообщали также, что решение последовало после ряда попыток местных властей договориться с RIM об установке сервера на территории страны.

На прошлой неделе вторая в мире по численности населения страна – Индия также пригрозила, что если сервер RIM для обработки сообщений не будет установлен на ее территории, то блокировке подвергнется услуга электронной почты. Индийское руководство обеспокоено тем, что устройства BlackBerry могут использоваться при планировании и осуществлении терактов.

На фоне волны сообщений из этих стран о ситуации с Blackberry в прессе и в социальных сетях в интернете появились спекуляции, что руководству некоторых стран якобы удалось договориться о предоставлении ключей к шифрам переписки.

Так, накануне новость о том, что достигнут компромисс с индийскими властями, по сообщению Рейтера, привела к снижению курса акций компании на 2,7%. Поздно вечером эту информацию опровергли в RIM, представитель компании сообщил, что переговоры с Индией будут продолжены.

По данным исследовательской компании IDC, всего в мире за прошлый год было продано 37 млн. устройств BlackBerry. 20% пользователей мобильной связи в мире используют сервис BlackBerry. Денис Малков