Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
На форуме и выставке в Питере ждут иностранных гостей
Международный рыбопромышленный форум и Выставку рыбной индустрии, морепродуктов и технологий в Санкт-Петербурге посетят зарубежные партнеры России. Согласовано участие делегаций Фарер, Исландии, Болгарии, Ирана, Турции, Чили и африканских стран: Гвинеи, Гвинеи-Бисау, Сьерра-Леоне и Нигерии.
IV Международный рыбопромышленный форум и Выставка рыбной индустрии, морепродуктов и технологий — Global Fishery Forum & Seafood Expo Russia — состоятся в Северной столице с 8 по 10 сентября. Место проведения — КВЦ «Экспофорум». В мероприятиях примут участие иностранные делегации и экспоненты.
Как рассказали Fishnews в пресс-службе компании — оператора мероприятий Expo Solutions Group, главой делегации Фарерских островов будет министр рыболовства Якоб Вестергаард, в состав войдут директора департаментов ведомства. Исландию представят министр рыболовства и аквакультуры Кристиан Тор Джулисон и его советник Гуннар Алти Гуннарссон.
Также профильные министры возглавят официальные делегации Ирана и Нигерии, Гвинеи и Гвинеи-Бисау. Болгарию представит заместитель министра земледелия, продовольствия, сельского и лесного хозяйства Атанас Добрев. Определены главы делегаций Чили, Турции и Сьерра-Леоне, их персональный состав уточняется.
Участие в экспозиции выставки примут компании из Великобритании, Дании, Израиля, Исландии, Испании, КНР, Латвии, Литвы, Мальты, Монако, Нидерландов, Норвегии, Польши, Сенегала, Финляндии, Франции, Хорватии, Саудовской Аравии.
Кроме того, в мероприятиях деловой программы поучаствуют представители национальных и международных рыбохозяйственных организаций. Они в формате круглых столов обсудят российско-исландское сотрудничество и современные норвежские технологии рыболовства и аквакультуры. Также запланирован ряд секций Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО).
«Форум и выставка — события международного значения. Жизнь диктует свои условия, и подготовка в этом году стала сложнее и тщательнее. При этом мы делаем все, чтобы с одной стороны обезопасить наших участников, а с другой — организовать действительно полезное и эффективное для всех игроков отрасли мероприятие, чтобы бизнес продолжал развиваться даже в самых суровых обстоятельствах. Присутствие иностранных гостей очень значимо для полноты экспозиции и высокого уровня запланированных мероприятий деловой программы», — отметил генеральный директор Expo Solutions Group Иван Фетисов.
Организатор Global Fishery Forum & Seafood Expo Russia — Федеральное агентство по рыболовству при поддержке Министерства сельского хозяйства. Партнеры форума и выставки — АО «Россельхозбанк» (генеральный партнер), ПАО «Сбербанк» (банк-партнер), «Норебо холдинг» (бизнес-партнер), ООО «Сигма Марин Технолоджи» (официальный партнер), ООО «Антей» (партнер зоны регистрации), ГК «ФЭСТ» (стратегический партнер), ПАО «Океанрыбфлот» (партнер деловой программы), АО «Объединенная судостроительная корпорация» и ГК «Доброфлот».
Медиахолдинг Fishnews — генеральный отраслевой информационный партнер Global Fishery Forum & Seafood Expo Russia.
Fishnews
СберБанк обменяет валюту с помощью виртуальных ассистентов "Салют"
Пользователи мобильного приложения СберБанк Онлайн смогут совершать валютно-обменные операции голосом — с помощью виртуальных ассистентов семейства "Салют". Об этом говорится в сообщении банка.
Клиент может не только узнавать действующий курс валют, но и проводить валютные операции с помощью Сбера, Джой или Афины.
Для работы доступны все валюты, которые уже есть в СберБанк Онлайн — на данный момент их 11.
В дальнейшем Сбер добавит возможность отслеживать динамику курса, узнавать валютные новости, а также настраивать автопокупку валюты на счёт.
Сбербанк России (ИНН 7707083893) - крупнейший банк в России, Центральной и Восточной Европе. Банк является основным кредитором российской экономики и занимает крупнейшую долю на рынке вкладов. Услугами Сбербанка пользуются клиенты в 18 странах мира. Банк располагает филиальной сетью в России: около 14 тыс. точек обслуживания. Зарубежная сеть банка состоит из дочерних банков, филиалов и представительств в Великобритании, США, СНГ, Центральной и Восточной Европе, Индии, Китае и других странах.
Уставный капитал Сбербанка равен 67.76 млрд руб. и состоит из 21586948 тыс. обыкновенных акций и один млрд привилегированных акций номиналом 3 руб. Основным акционером Сбербанка является РФ в лице Министерства финансов РФ, владеющая 50% уставного капитала ПАО "Сбербанк" плюс 1 голосующая акция. Оставшимися 50% минус 1 голосующая акция от уставного капитала банка владеют российские и международные инвесторы.
Parker Hannifin приобретает Meggitt
Parker Hannifin Corp. 2 августа 2021 года подписала соглашение о приобретении выпущенных и подлежащих выпуску обыкновенных акций Meggitt. Сделка подлежит одобрению регулирующими органами. Об этом говорится в сообщении Parker.
Meggitt разрабатывает и производит комплексные решения для мониторинга состояния и контроля движения в аэрокосмической и оборонной промышленности. Компания котируется на Лондонской фондовой бирже. Штаб-квартира находится в Ковентри (Великобритания).
Parker Hannifin - мировой лидер в области технологий управления и контроля состояния.
BP запускает программу обратного выкупа акций
BP plc объявила о начале программы обратного выкупа акций. Целью программы является уменьшение выпущенного акционерного капитала компании для распределения 60% избыточного денежного потока, генерируемого в 2021 году после достижения целевого показателя чистого долга в размере $35 млрд, объявленного компанией 27 и 3 апреля 2021 года. Об этом говорится в сообщении компании.
С учётом избыточного денежного потока, образовавшегося в первой половине года после достижения целевого показателя чистого долга в $35 млрд, максимальная сумма, выделенная на программу, составляет около $1.4 млрд на период до 1 ноября 2021 года включительно.
Программа будет осуществляться на Лондонской фондовой бирже и / или Cboe (Великобритания) и будет осуществляться в рамках определённых заранее установленных параметров.
BP - транснациональная нефтегазовая компания со штаб-квартирой в Лондоне. Около трети выручки компании даёт деятельность в США. С 2013 года ВР принадлежит 20-процентная доля в компании "Роснефть".
Российский дипломат подвергает сомнению обвинения США и Великобритании в адрес Ирана
Посланник России в международных организациях, базирующихся в Вене, поставил под сомнение обвинения в причастности Ирана к нападению на корабль в Оманском заливе в пятницу, сделанные высокопоставленными дипломатами Великобритании и США.
«Вы обратили внимание на несоответствие в заявлениях Госдепартамента и Министерства иностранных дел США от 1 августа относительно нападения на MV Mercer Street? США: « Мы уверены, что это нападение совершил Иран». Великобритания была более осторожна: «Это весьма вероятно», - написал постоянный представитель России при международных организациях в Вене Михаил Ульянов в своем твиттере в понедельник после того, как госсекретарь США и Великобритания скоординированно обвинили Иран в причастности к нападению на корабль у берегов Омана в пятницу.
Примечательно, что в понедельник официальный представитель министерства иностранных дел Ирана категорически отверг обвинения, выдвинутые министром иностранных дел Великобритании Домиником Раабом в адрес Тегерана, как парадоксальные, провокационные и безосновательные.
Кроме того, в понедельник днем Иран вызвал британского поверенного в делах в министерство иностранных дел, чтобы выразить официальный протест против ложных обвинений министра иностранных дел Доминика Рааба после того, как Великобритания вызвала посланника Ирана в Лондон.
![Главное](/images/star.png)
МИГРАЦИОННАЯ ДРАМА ЛИТВЫ И ЭТИКА УБЕЖДЕНИЯ
ТИМОФЕЙ БОРДАЧЁВ
Кандидат политических наук, научный руководитель Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ «Высшая школа экономики», программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай».
Сейчас, когда весь мир борется с очередной волной пандемии коронавируса и болеет за своих спортсменов на Олимпийских играх в Токио, в тени общественного внимания остаётся трагедия маленькой страны на северо-востоке Европы. Литва, вышедшая тридцать лет назад из состава СССР, переживает невиданный в её истории наплыв мигрантов из стран Ближнего Востока и Африки. Эти люди пересекают литовско-белорусскую границу, пользуясь бездействием официального правительства в Минске.
По прогнозам, при сохранении существующей динамики общее количество беженцев может скоро превысить численность вооружённых сил Литвы и тогда ситуация рискует выйти из-под контроля. Стране грозит либо гуманитарный кризис, либо прямые столкновения с массами мигрантов, которых в Литве и Европе никто не ждёт.
Поток беженцев стал опосредованным результатом враждебной политики, проводившейся литовским правительством в отношении ближайшего соседа на востоке – Белоруссии. После того, как в прошлом году Минск и другие белорусские города потрясали массовые демонстрации против правительства Александра Лукашенко, официальный Вильнюс решил не признавать результаты президентских выборов в Белоруссии и стал знаменосцем давления Запада, целью которого является смещение Лукашенко с должности. Сейчас Литва, как и все страны Запада, не считает его законным президентом этой страны и не ведёт с ним официальные переговоры.
В мае 2021 г., после инцидента с остановкой в Минске лайнера ирландской частной компании и задержания белорусского оппозиционера, который был на борту, атака на Белоруссию усилилась. Вильнюс первый запретил садиться на своей территории гражданским самолётам, которые до этого находились в белорусском воздушном пространстве. Это решение способствовало дальнейшему сближению Минска и России, с которым ведут борьбу Европейский союз и НАТО. Несколько дней назад Лукашенко даже впервые заявил о возможности размещения на своей территории российской армии.
Несмотря на последствия, которые было легко предугадать, Европейский союз и НАТО в случае с самолётом действовали по праву сильного и стремились сохранить существующий в Европе и мировом сообществе порядок. Суть его – сильные игроки имеют больше прав и возможностей, чем слабые режимы.
Литва считает себя частью сильного игрока – сообщества рыночных демократий Запада – и поэтому никогда не сомневалась в поддержке своих действий со стороны союзников.
Однако сейчас государства Западной Европы и США не готовы к решительным действиям. Максимум, что можно ожидать в ближайшие дни – новый набор санкций в отношении Белоруссии, что в очередной раз толкнёт её в объятия России.
Несколько недель назад министр иностранных дел Литвы Габриелюс Ландсбергис, внук отца современной литовской государственности, совершил визит в Ирак, где пытался убедить местные власти не пускать их граждан в Белоруссию. Мотивы понятны – Литва не хочет разговаривать с соседом и пытается решить проблему без его участия. Но итогом визита стал фактический отказ Багдада помочь – там заявили, что не могут запретить иракцам свободно перемещаться по миру. Так что судьба вопроса с беженцами находится в руках Лукашенко, которого Литва и Запад не признают и с которым не желают решать даже самые насущные для них вопросы. Отказ Лукашенко в легитимности стал актом, отражающим убеждение Литвы и её союзников в своей правоте.
Друзья и соседи Литвы, конечно, ей помогают. Эстония и Украина заявили, что передадут литовскому правительству несколько сотен километров колючей проволоки – укрепить границу. Брюссель направил несколько десятков полицейских. Но это в три раза меньше, чем число беженцев, которые только в минувшую пятницу пересекли границу со стороны Белоруссии. Ситуация становится безвыходной, и в Литве этого не ожидали – там всегда верили, что, вступив в ЕС и НАТО, республика оказалась полностью неуязвимой для последствий своих внешнеполитических заявлений и действий. Вильнюс все последние годы исходил из того, что он говорит не от себя, а представляет более широкое и могущественное сообщество. Оказывается, что это не так, и наступательная политика в отношении другого государства может создать реальные проблемы. Это, видимо, стало для литовских властей главным открытием этого года, если не всей независимой истории.
Несколько лет назад один из политиков Словакии сказал автору: «Мы не боимся России или Китая, потому что сможем отсидеться в своих горах. Главное для нас – это мнение Брюсселя и Вашингтона». Но современная международная политика не всегда оставляет возможности для того, чтобы такая стратегия была успешной. Сильные государства, которые составляют основу НАТО и ЕС, способны позаботиться о своих интересах, но это не значит, что они должны рисковать интересами собственных граждан ради более слабых членов сообщества. Литва остаётся суверенной страной.
Линия Вильнюса на полную поддержку Соединённых Штатов не всегда встречает понимание в Париже или Берлине, стремящихся вести с Россией диалог и сохранять определённую экономическую взаимозависимость. Литва вместе с Польшей и странами Балтии с самого начала имеет в Европейском союзе репутацию «троянского коня» США. После выхода из ЕС наиболее могущественного друга Америки и стран Балтии – Великобритании – ведущие европейские державы более склонны к тому, чтобы показать младшим партнёрам возможные последствия полной уверенности в Вашингтоне.
Поэтому сейчас страны ЕС не планируют решительных действий. Тем более что они не имеют такой возможности. Конфликт, начавшийся год назад историей с российским оппозиционным блогером, привёл к тому, что Москва теперь вообще не намерена обсуждать с Европой ничего, кроме насущных экономических вопросов. К тому же в случае с Белоруссией страны Западной Европы и так не проявляли особенной активности. В Париже и Берлине понимали, что эта страна очень важна для России и оставили попытки вмешательства во внутреннюю ситуацию там на усмотрение своих небольших партнёров в Восточной Европе и Прибалтике.
У балтийских стран был исторический опыт государственности – совсем короткий в ХХ веке у всех трёх, более фундаментальный несколько столетий назад – как раз у Литвы.
Но его явно недостаточно, чтобы у этих народов выработалось то, что можно назвать самостоятельной стратегической культурой. А она предусматривает адекватное понимание своих возможностей и последствий определённых действий.
Нахождение в составе крупных образований имперского типа, каким был и Советский Союз, формированию таких качеств тоже не способствовало, даже несмотря на наличие в советской Прибалтике латентных сепаратистских устремлений. После крушения СССР и завершения холодной войны три страны вошли в состав НАТО и Европейского союза, будучи уверены, что забота о стратегических вопросах теперь переходит этим структурам. Оба института являются достижениями сотрудничества как способа взаимодействия государств, заменяющего анархию и конкуренцию. Но одновременно они воспитывают у своих участников новую этику, которую можно сравнить с веберовской «этикой убеждения». Смысл системы – вера в самостоятельную ценность убеждений, которым руководствуется индивид в своих действиях, вне зависимости от того, какая реальность его окружает. То, насколько эти убеждения соотносятся с настоящим контекстом, не имеет большого значения.
Конечно, следование такой этической системе не всегда приносит исключительно хорошие плоды. Однако оно является неизбежным в условиях, когда государство не сталкивается с риском того, что его поведение принесёт реальные неприятности. Убрать этот риск призваны, в числе прочих задач, коллективные институты. И чем более они успешны, тем меньше у входящих в них стран вероятность столкнуться с реальной международной политикой.
Этика ответственности, напротив, предполагает способность предвидеть и учитывать результат своих действий. Однако для того, чтобы усвоить этот навык, требуется большой опыт социального взаимодействия. Малые, но развитые страны Западной Европы прошли этот опыт до появления европейской интеграции и НАТО, хотя и они не всегда готовы осознавать последствия собственных решений. Литва была лишена такой возможности на протяжении нескольких сот лет, и сейчас мы видим последствия. Но не только Литва. Сама современная Европа – это продукт уникального стечения обстоятельств второй половины XX века, когда после двух мировых войн европейские державы потеряли возможность полноценного участия в мировых делах – они передали свой суверенитет в военно-политической области США и НАТО.
Создание Европейского союза стало большим достижением, но сильно повлияло на стратегическую культуру национальных государств – они потеряли возможность осознавать последствия своих решений, поскольку ответственность за вероятные проблемы всё равно в итоге ложилась на США. Но крупные державы, Германия или Франция, обладают богатым опытом государственности, под которой находится солидный экономический фундамент.
Для многих новых участников западного сообщества их возможности останутся недостижимыми даже в самой отдалённой перспективе. Поэтому сейчас нельзя с уверенностью говорить о том, что Литва, как и другие малые и средние страны Европы, сможет пройти путь становления в качестве ответственного участника международной жизни, сравнимый с другими государствами мира. И едва ли миграционный кризис 2021 г. станет для них достаточным уроком. В любом случае – их дальнейшая судьба не обещает быть лёгкой, но это не является предметом заботы России.
«Абрамсы» оказались ближе…
Решением о закупке американских боевых машин польское правительство поставило крест на национальном танкостроении.
В штабе 1-й Варшавской танковой бригады 18-й механизированной дивизии в Весоле (район Варшавы) в минувшем июле заместитель председатель совета министров – председатель комитета по обороне и национальной безопасности совета министров Польши Ярослав Качиньский и министр национальной обороны Польши Мариуш Блащак объявили о предстоящей покупке 250 американских танков M1A2 SEPv3 Abrams.
«Наша армия в короткие сроки – первые поставки, если всё пойдёт хорошо, состоятся в следующем году – будет пополнена большим количеством самых современных в мире на данный момент танков Abrams, потому что это последняя версия, которая используется армией США. <…> Это новое качество в вооружении сухопутных войск. Этих танков хватит на создание как минимум четырёх танковых батальонов, а это больше, чем нужно для создания танковой бригады», – заявил на церемонии Ярослав Качиньский.
В свою очередь, министр национальной обороны Польши Мариуш Блащак заявил: «Эти танки будут дислоцированы в восточной части нашей страны – в 18-й механизированной дивизии, самой молодой, созданной в 2018 году и сертифицированной в этом году как полностью боеспособная. Танки будут в составе 1-й Варшавской танковой бригады и формируемой 19-й механизированной бригады, базирующейся в Люблине…»
Пока соответствующее межправительственное соглашение между США и Польшей ещё не заключено. Оно в форме обмена письмами (Letters of Offer and Acceptance) по линии американской программы межправительственных иностранных военных продаж (Foreign Military Sales) может быть заключено в начале осени. В этом случае поставки первых танков Польше следует ожидать уже в конце 2022 года.
Общая стоимость соглашения на закупку 250 танков с учётом создания инфраструктуры составит 23,3 млрд злотых (6,04 млрд долларов). Эти деньги должны быть выделены специальным решением правительства Польши сверх оборонного бюджета страны. Утверждённые ранее военные расходы на 2021 год составляют 51,8 млрд злотых (2,2 процента ВВП).
Помимо около 250 танков с комплексом активной защиты Rafael Trophy для оснащения четырёх танковых батальонов закупаются различные виды сопутствующей техники, в том числе бронированные ремонтно-эвакуационные машины, инженерные машины и танковые мостоукладчики. Известно, что танки M1A2 SEP v3 Abrams (M1A2C) не изготавливаются заново, а переделываются из танков серии М1А1 с баз хранения сухопутных войск США.
Американскими танками будут оснащены два танковых батальона 1-й Варшавской бронетанковой бригады имени Тадеуша Костюшко и два танковых батальона 19-й Люблинской механизированной бригады. В штате каждого батальона, как и предусмотрено натовскими стандартами, будет 58 боевых машин. Сейчас 19-я бригада располагает всего одним танковым батальоном с модернизированными танками Т-72М1R. В 2022 году в её состав планируется передать ещё один танковый батальон (танки Т-72М1) из состава 21-й бригады подгальских стрелков той же 18-й механизированной дивизии.
Решение о закупке американских танков фактически ставит крест на программе Wilk («Волк»), в рамках которой министерство национальной обороны собиралось выбрать модель перспективного танка и организовать его производство в рамках международной кооперации, но при широком участии польской оборонной промышленности. Речь шла о производстве порядка пятисот танков для замены состоящих на вооружении танков T-72M1 и PT-91 Twardy. Немецкие танки Leopard 2 намечалось сохранить на вооружении, осуществив их модернизацию.
Как отмечают эксперты, для эксплуатации танков Abrams в польской армии придётся создавать дополнительную систему материально-технического обеспечения и снабжения, включая постройку новых хранилищ топлива. Трудности создаст и использование в конструкции танка Abrams «имперской» (британской) системы мер вместо метрической и применение газотурбинного двигателя с повышенным расходом топлива.
![Главное](/images/star.png)
Сергей Собянин — РБК: зачистить вирус, как в Китае, у нас невозможно
Цена пандемии для Москвы превысила 600 миллиардов рублей. В интервью РБК Сергей Собянин рассказал о том, как экономика города справляется с третьей волной коронавируса.
— У вас есть предварительные подсчеты цены пандемии для Москвы?
— Мы недополучили 200–250 миллиардов рублей доходов за прошлый год. И за 1,5 года израсходовали еще где-то 350 миллиардов на борьбу с ковидом: лечение, социальную поддержку и помощь бизнесу.
— То есть больше 600 миллиардов?
— Да. И мне кажется, что ковид в меньшей степени влияет на экономику, по крайней мере у нас. Для всех нас это главная тема — политическая, социальная, экономическая, какая хотите. Другой режим работы, другая психологическая обстановка, другое отношение ко многим привычным вещам. Вообще мир изменился.
Гораздо в большей степени он влияет на внутреннее самоощущение и самочувствие. Когда человек постоянно находится в зоне риска, то ощущает сильный дискомфорт. И как реакция — у многих людей поднимается градус негатива.
— Вы на себе этот негатив ощущаете — виноваты власти?
— И я понимаю, почему так происходит. Психологически люди делятся на две группы. Одна половина считает, что мы делаем мало, вводим недостаточно ограничений. Вторая половина считает, что действуем слишком жестко.
И что бы ты ни сделал, ты всегда будешь не прав. А твоя задача — найти компромисс между этими крайностями. Даже не компромисс, потому что компромисс — это всегда какие-то уступки. Мы должны найти оптимальное решение, чтобы, с одной стороны, защитить здоровье и жизни людей. А с другой стороны, спасти экономику и психологическое самочувствие тех же самых граждан. Вот между двумя этими задачами мы и балансируем. На мой взгляд, в Москве удалось выбрать оптимальную модель.
— Довольны тем, как ваша команда сработала во время пандемии? Замен в правительстве города не планируете?
— Я доволен тем, как мы проходим нынешнее испытание. Все комплексы проходят достойно. Лучше, чем во многих других городах. Приезжают из других городов, из ВОЗ, спрашивают: «Как вам удалось, как вы можете так быстро разворачивать систему здравоохранения?»
Но это заслуга не только здравоохранения. Это работа всех городских служб. Если бы у нас не было мощных систем капитального ремонта, мы бы за месяц не перепрофилировали больницы и не открыли новые госпитали. Если бы не было строительного комплекса, мы никакого «Вороновского» бы не построили, «Коммунарку» бы не построили. Если бы не было экономического комплекса, мы бы не обеспечили огромные объемы закупок санитарных масок, халатов и прочего. И так далее.
— Как в борьбе с эпидемией выстраивалось взаимодействие с частным бизнесом?
— Без единой проблемы. Я не помню, чтобы кто-то отказал. По нашей просьбе отправляли самолеты, сами привозили все, что нужно, со всего света.
— Рост заболеваемости в июне стал для вас неожиданностью?
— Мы знали, что существует новый штамм — «дельта». Но весной мало где в мире массово болели «дельтой», и посмотреть, как эта болезнь протекает в масштабе стран, было негде.
Тем не менее у меня была внутренняя тревога. Вроде в мае должно было все закончиться. Сравнительно большая доля иммунизации населения: огромное количество переболевших, немало привитых и так далее.
И вдруг мы видим, что в мае ничего не заканчивается. Объявили нерабочие дни на майские праздники. Снова ничего не заканчивается, наоборот — заболеваемость потихоньку растет и в начале июня резко устремляется вверх.
Тогда было сделано масштабное исследование штаммов. Результат был ошеломляющий: за месяц доля случаев штамма «дельта» подскочила с двух-трех процентов до 80 процентов.
— Специалисты объяснили, почему такой взрывной рост «дельты» произошел?
— «Дельта» в разы более вирулентна, чем уханьский штамм. И кроме того, на этот раз ситуация радикально поменялась. Раньше новая волна заболеваемости сначала приходила в Европу и только спустя месяц-полтора к нам. А весной в Европе «дельты» почти не было.
Великобритания и другие страны сидели в жестком локдауне, поэтому новый штамм там появился, но не распространился. В результате мы впервые оказались впереди Европы. И это была тяжелая история. Но, как видите, справились и с ней. А сегодня «дельта» масштабно зашла и в Европу.
— Три недели с QR-кодами улучшили ситуацию?
— Конечно. Во-первых, на порядок больше стали вакцинироваться, а во-вторых, меньше контактировать. За это время заболеваемость ковидом упала в городе в два раза.
— Планируете ли проведение тотальной проверки выполнения требований о вакцинации 60 процентов работников?
— Нет, мы и без тотальных проверок достигли поставленных целей. Подавляющее большинство предприятий выполнили все требования. В целом отрасли, обозначенные в приказе Роспотребнадзора, по вакцинации превысили 60 процентов. Некоторые предприятия превысили 70–80 процентов. А с теми предприятиями, которые не отчитались, Роспотребнадзор будет работать в индивидуальном порядке.
— Какие показатели заболеваемости являются для вас сигналом, что нужно вводить ограничения?
— Для лечения заболевших мы мобилизовали примерно 23 тысячи коек. Если они заполняются на 2/3, это сигнал, что нужно принимать ограничительные меры. И в мае — июне мы такие меры приняли. Это был не общий локдаун, скорее, локальные меры.
И как только мы увидели, что идет спад заболеваемости, начали эти койки выводить из оборота, возвращать плановую медицинскую помощь и отменять ограничительные меры. Мы так делаем каждый раз.
В этом и состоит смысл управленческой работы — вовремя вводить ограничения и вовремя их отменять. Пытаться раз и навсегда зачистить коронавирус, как это делают в Китае, в нашей стране невозможно. Если бы мы ставили себе такую задачу, то пришлось бы вводить железный занавес по периметру, делить страну на отдельные сектора, окружать их военными патрулями и так далее. А потом мы бы открылись, и все началось бы заново.
— Ближайшее крупное мероприятие — 1 сентября. Будет удаленка или дети пойдут в школу?
— Мы никакой удаленки не планируем.
— Празднование Дня города будет сокращено?
— Никаких фестивалей проводить не будем. Ярмарки будут работать, но без культурной программы. Сезонную торговлю надо активизировать, чтобы увеличить конкуренцию и притормозить рост цен.
— Планирует ли Москва новые меры поддержки бизнеса?
— На поддержку граждан и бизнеса мы уже потратили около 100 миллиардов рублей. Это и прямые выплаты, и отсрочка арендных платежей, и налоговые преференции…
Если ситуация требует, мы эти меры поддержки продлеваем. И даже кое-что новое вводим, например, для общепита: гранты на санитарные меры и оплату коммунальных услуг. Плюс продлили льготную программу кредитования.
— Вы считаете, что этих мер достаточно?
— Самое главное в поддержке бизнеса — не раздать деньги, а дать возможность работать. Поэтому, как только ситуация позволила, мы отменили QR-коды. И сейчас бизнес наверстывает упущенное. Не полностью, но в значительной степени. Я думаю, если не вводить больше никаких ограничений, по итогам года общепит выйдет на уровень 2019 года.
— Насколько критичным для Москвы оказался возникший во время пандемии дефицит трудовых ресурсов?
— К сожалению, прошлым летом пришлось практически на два месяца закрыть стройки, прекратить работу по благоустройству, ремонтам и так далее. В результате строительные организации уволили многих людей. И они уехали. Действительно возник дефицит рабочей силы. И достаточно большой. Я думаю, тысяч 200, наверное. Частью в ЖКХ, частью в сфере услуг и торговле, частью на стройке и так далее.
Это потянуло за собой увеличение стоимости рабочей силы и все остальное тоже начало расти. Потому что, когда заработная плата растет без увеличения производительности труда и выпуска конечного продукта, любой экономист скажет, к чему это приводит. Поэтому мы и видим усиление инфляции. Дальше ЦБ начинает ее притормаживать ростом ставок. В итоге всем становится хуже.
— То есть мигранты стали причиной инфляции?
— Отчасти да. Не мигранты, а их отсутствие. Тем не менее бизнес адаптируется. Объемы работ не только не уменьшились, но и выросли.
— Москва пересматривает стоимость подрядов на строительство с учетом этой ситуации?
— Если контракты заключены по твердой цене и на короткий срок, мы их не пересматриваем. А если это новые проекты, конечно, будем корректировать с учетом экспертизы.
— Придется откладывать крупные проекты?
— Нет, мы не откладываем практически ничего, наоборот, ускоряем. В начале года приняли решение об ускорении строительства метро, в первую очередь Большой кольцевой линии. Мы должны были ее закончить в 2023–2024 годах. Теперь сконцентрировали ресурсы и закончим в основном в 2022 году. Уже 11 станций введено, еще девять до конца года введем. Это будет 20 станций. Остальные 11 останутся на следующий год и начало 2023 года. В итоге в 2023 году мы полностью запустим самую большую кольцевую линию метро в мире.
Другие важнейшие инфраструктурные проекты — здравоохранение и образование — мы тоже не останавливаем. Недостающие ресурсы занимаем на рынке.
— Над какими стратегическими проектами работаете?
— Мы изначально определили для себя ключевые проекты развития города и, несмотря ни на какие кризисы, от них не отступаемся. Это развитие транспортной системы, здравоохранения, образования, спорта, культуры, общественных пространств, комплексное обустройство московских улиц и районов, поддержка экономики и создание качественных рабочих мест, социальная поддержка людей старшего поколения и других групп москвичей, которым требуется помощь.
Я без всякой иронии считаю, что Москва может и должна быть лучшим городом во всех отношениях. И от этого не отступлюсь.
— Кто в нынешних условиях приносит Москве основные доходы?
— У нас ярко выраженных нет лидеров. В Москве диверсифицированная экономика. Все понемножку. И нефтяники частично. Их поступления сегодня составляют четыре-пять процентов. Когда-то было 16 процентов. Промышленность тоже дает немного — порядка семи процентов. А в основном московские доходы — это финансы, услуги, торговля, инновационный бизнес, экспорт. У нас очень устойчивая экономика, связанная с услугами.
— Минфин дает Москве 81 миллиард рублей как инфраструктурный кредит. Куда пойдут деньги?
— Пока не знаю, не дали еще. На самом деле мы выполняем очень много федеральных функций. И главная из них — это реконструкция пригородного сообщения, создание МЦД. Железные дороги — это на 100 процентов федеральная инфраструктура. Но мы в нее вкладываем сотни миллиардов рублей. Наверное, туда можно направить и инфраструктурный кредит. Плюс мы строим целый ряд федеральных проектов, объектов: МГТУ имени Баумана, инновационный кластер МГУ, Центр управления полетами Роскосмоса и так далее.
— Как идет разработка нового генплана Москвы? Когда он будет готов?
— Я как-то спросил у английских коллег: «Как у вас с генпланом в Лондоне?» — «Нет у нас». «А мастер-план у вас есть?» — «Пока нет». — «А как вы живете вообще? Лондон же большой город» — «Проблем нет. Мы разрабатываем стратегию, общее видение».
В действительности генплан — это советская кондовая история. Почти нигде в мире никто ничего подобного не делает.
Мало того, мы гипертрофировали планирование до такого состояния, что оно стало просто неподъемным: генплан, проекты планировок территорий, ПЗЗ, ГПЗУ. Весь город должен быть на квадраты нарезан и распланирован на 20 лет вперед. Но это же невозможно. У нас по старому генплану огромное количество отклонений. Они естественны, от них никуда не денешься. Мы каждые 10 лет прибавляем миллион населения. Структура экономики меняется кардинально.
В реальной жизни все очень динамично. Например, у нас 17 тысяч гектаров промзон. По генплану это промзоны. Но половина из них точно никакие не промзоны. Там помойки, из которых надо что-то полезное делать. И заводские территории стране не нужны в таком объеме.
Лучше видеть стратегию, разработать мастер-план. Он действительно необходим. И нужно над ним работать. Но опять же это не документ, а процесс. Процесс обсуждения, осмысления, куда мы двигаемся.
Поэтому, честно говоря, мне не хочется никакой новый генплан разрабатывать. По плану эти работы ведутся, но не более того.
— Можете отказаться от генплана?
— Скорее всего, мы попробуем перевести генплан в режим постоянного обновляющегося мастер-плана. Потому что любой жесткий документ, который мы примем, не будет иметь никакого отношения к реальной жизни.
Архитектурный контроль, разумеется, очень нужен, но это не про генплан. За эти годы мы ушли от дешевых безликих панелей, ушли от застройки в стиле спальных районов, перешли к современной квартальной планировке. Много что еще изменили в подходах к планированию и проектированию. Любой проект рассматриваем не как отдельный дом, а в режиме комплексной застройки: жилье, инфраструктура, рабочие места и так далее. Механизмы планирования сложные, очень инерционные, но они начинают потихоньку меняться. Съездите в Новую Москву, посмотрите новые районы. Они же другие, просто другие.
— Насколько изношена коммунальная инфраструктура города?
— В Москве нет отрицательного тренда по росту износа коммунальной инфраструктуры. Наоборот, мы потихоньку обновляем ее. Сделать все сразу невозможно. Иначе придется весь город перекопать. Каждый год в сети вкладываются приличные деньги. Но это не бюджетные, а инвестиционные проекты энергетиков коммунальщиков, газовиков.
— Вы говорили, что платного въезда в центр города не будет, но население растет, машин больше. При каких-то условиях такой вариант рассматривается?
— Пока нет. Сейчас нет критичности с дорожной ситуацией.
— Изменения принципов оплаты общественного транспорта рассматриваются? Не планируете переход на покилометровую оплату?
— Зачем? Мы, наоборот, стараемся снизить плату за поездки по МЦД. Сделали бесплатную пересадку с пригорода на метро, чтобы стимулировать людей пересесть с личных авто.
А если сейчас увеличить тариф, четверть тех, кто на метро ездит, вернутся на дороги. И мы получим коллапс.
Для нас важнее обеспечить нормальный трафик на дорогах и комфорт поездок в общественном транспорте. Даже если это дополнительные расходы бюджета. Хотя, конечно, надо стремиться к тому, чтобы общественный транспорт себя окупал, хотя бы по текущим расходам.
— Как будет реализован проект развития Москвы-реки? Планируете развивать водный транспорт?
— Больших объемов перевозок мы не планируем. Но обязательно пустим речные трамвайчики. Это будет хорошая история для Москвы.
Мы каждый год по несколько набережных делаем — сегодня одна набережная, завтра другая. Мы уже реконструировали, по-моему, штук 20 набережных и новые строим. Нагатинский затон, Южный речной порт и до Кремля — будет набережная единая. И она сегодня уже частями вырисовывается.
— И когда появится единая набережная?
— Зависит от того, как скоро инвесторы реализуют проекты реорганизации промзон в районе Симоновской набережной. И Южный речной порт — перспективный проект, который будет реализовываться лет 10, наверное.
Есть проекты по Строгинской пойме, часть уже реализована. Будем обустраивать огромную пойму в Мневниках. Там будет создана большая 200-метровая профессиональная волна для серфинга и первая в мире крытая.
Химкинское водохранилище — много территорий для обустройства. За «Сити» сейчас стройка Шелепихинской набережной идет. Практически все крупные набережные у нас в работе.
От Северного речного вокзала до грузового порта тоже будем продлевать набережную. Мы порт перенесем, скорее всего, подальше — на «полуостров» возле МКАД.
— Дорогой проект?
— Это не бюджетный проект. Инвесторы будут делать. Пока готовых решений нет, но мы смотрим, как можно порт перенести. Это очень сложно.
— Как вы относитесь к спорам вокруг использования в городе электросамокатов? С одной стороны, экологичный и удобный транспорт, с другой — много пострадавших со сломанными руками и ногами.
— И от велосипедов у нас тоже много сломанных рук и ног. И ДТП на дорогах происходят еще слишком много. В общем травматизме самокаты занимают самую маленькую нишу. Просто они стали заметными, и пошла волна, что это страшная опасность.
Конечно, электросамокаты, которые порой управляются безбашенной молодежью, вызывают дискомфорт. Но такой же дискомфорт для автомобилистов вызывают мотоциклисты и велосипедисты. Так происходит во всем мире. Это всегда конфликт. И его надо регулировать. Но как регулировать? Давайте вместе анализировать, искать оптимальное решение. Но держать и не пущать — это бессмысленно.
MOS.RU
![Главное](/images/star.png)
Опыт архитекторов: мастер-план в Великобритании и Генплан в России
Работу архитектора регламентирует множество кодексов и сводов правил, но для каждого крупного города власть совместно с экспертным сообществом стремится разработать единый документ – Генеральный план развития, или в ряде стран – мастер-план. Глава Стройкомплекса Москвы Андрей Бочкарев сообщил, что работа над проектом нового Генплана российской столицы уже началась. При этом для его создания будут использоваться инструменты мастер-планирования.
Вместе с основателем «Архитектурного бюро АИ» Антоном Хмельницким, реализовавшим ряд проектов в Москве и в Европе, разбираемся в ключевых особенностях работы архитектора в рамках городского планирования и в особенностях процедур, утверждающих архитектурный проект, на примере Москвы и Лондона.
- В Лондоне – мастер-план, в Москве – Генплан. Имея опыт работы в России и Великобритании, отмечаете ли Вы отличия в принципе организации этих документов?
- Основное отличие мастер-плана от Генплана города, на мой взгляд, –в целях применения документов. План Лондона – это стратегический документ, разработанный скорее для муниципалитетов, которые в свою очередь становятся финальным «окном» для архитекторов в вопросах согласований и рекомендаций. В Лондоне у каждого муниципалитета есть свой план развития, составленный на микроуровне и учитывающий рекомендации и стратегическое видение мастер-плана всего города. Именно на этот локальный документ ориентируются муниципальные власти, когда к ним на рассмотрение попадает проект нового строительства в границах их зоны ответственности.
Генплан Москвы на сегодня считается устаревшим – он создавался в 2010 году и дополнялся после присоединения к столице новых территорий, но не учитывает многие потребности современного мегаполиса и требует обновления. Там сделано множество акцентов на концепции «цифрового города», но не детализированы требования к современным многофункциональным деловым центрам для работы.
Новый Генплан Москвы, вероятно, будет учитывать международный опыт и сконцентрируется уже на развитии районов города – это позволит столице развиваться полицентрично. Особое внимания в документе уделят местам приложения труда, а не только жилищной политике – это современный и европейский подход, при котором город будет развиваться комплексно, без «перегибов» в сторону определенных векторов.
- Как проходит согласование проектов на городском уровне и нужен ли для этого Генплан или мастер-план?
- В Лондоне, в отличие от Москвы, все решения принимаются на уровне муниципалитетов: на уровень города или мэра проект может выйти только при его больших масштабах или расположении на территории нескольких муниципалитетов. Девелопмент-планы районов, муниципалитетов разработаны на основе мастер-плана города и не должны ему противоречить в своих пунктах, но детализируют картину и требования к застройке: в них четко прописываются размеры жилья, необходимого району, предельная высота объектов, качество проектирования, требования к сохранению зеленых зон – такая своеобразная «инструкция по применению» архитектурных проектов в локации.
Наше архитектурно-градостроительное решение (АГР) и британский планнинг схожи с точки зрения архитектора, но последний включает дополнительные аспекты – комплекс природоохранных мероприятий, обеспечение акустически грамотных решений и так далее. Однако в целом документы отличаются незначительно.
В Москве же все согласования проходят на городском уровне – кроме некапитальных строений по типу торговых павильонов. Архитектор знакомится с Генпланом только для понимания общего вектора развития города, но не применяет его в отдельных проектах, больше уделяя внимание особенностям конкретной площадки.
Интересно, что в Лондоне этот на первый взгляд удобный принцип «одного окна» во многом зависит от состава депутатов муниципалитетов и их принадлежности к партийной структуре. Так, в муниципалитете Кемптон, где традиционно в управлении большинство составляют лейбористы, больше внимания уделяется социальному жилью, небольшим по габаритам квартирам в составе проектов и запрещено объединение квартир. В то время как в Вестминстере, более консервативном муниципалитете, сложнее обосновать идею объекта с современной архитектурой.
- Что будет с проектом, если в процессе работы над ним требования мастер-плана изменятся?
- Такого, как правило, не происходит – ни в Москве, ни в других европейских столицах. Документы – как мастер-план, так и девелопмент-планы районов – разрабатываются долго и тщательно, с участием жителей и местных властей. Если какие-то изменения в них и вносятся, то этот процесс очень длителен. В моей практике не было случаев, чтобы из-за изменения мастер-планаили Генплана какой-то проект был заморожен. Другой вопрос, что муниципалитет в Лондоне, например, может отклонить проект по формальной причине несоответствия девелопмент-плану. В этом случае он будет вынесен на обсуждение городских властей, и эксперты оценят его в контексте плана развития уже целого города.
- Какие ограничения могут накладывать мастер-план или Генеральный план на идеи архитекторов?
- Генеральный план в Москве не ограничивает идеи или концепции архитекторов, он лишь задает определенные векторы – на цифровизацию, создание комфортных пространств, формирование доступного города, где все сервисы и услуги должны располагаться в удобном доступе для москвичей независимо от их района проживания.
В Лондоне есть ряд законодательных правил, обязательных для всех муниципалитетов. Одно из них касается «зеленого пояса» города: это природные территории, в которых нельзя вести строительство объектов ни при каких обстоятельствах и без исключений. В последнее время, кстати, в столице Великобритании ведутся дебаты по этому вопросу, поскольку ей не хватает муниципального жилья, а «зеленый пояс» жестко ограничивает возможности для нового девелопмента. Другие ограничения касаются визуальной канвы застройки – в городе выделены основные достопримечательности и исторические здания, вид на которые не должен изменяться. Этим правилам также подчиняются все муниципалитеты города.
В Москве за эти нормы отвечает визуально-ландшафтный анализ площадки, который проводят архитекторы для подачи проекта на согласование. Но непосредственно за процедуры согласования и соответствия проекта плану района в Великобритании, к примеру, уже отвечает не сам архитектор – а консультант по планнингу.
- В чем заключается работа таких специалистов, и могут ли они быть востребованы у нас?
- В Великобритании сформирована индустрия профессиональных консультантов, которые работают с архитектурными проектами на уровне документов. В их задачи входит составление и подача документов проекта на согласование в муниципалитеты. Как правило, в таких компаниях работают специалисты, которые знают не только законодательство, но и конкретные механизмы работы муниципалитетов, поскольку имеют опыт работы в структуре и даже участие в составлении девелопмент-планов. Их задача – адаптировать документацию по проекту таким образом, чтобы он соответствовал всем нормам и требованиям. Это и упрощает работу архитекторов, и делает процесс согласования проекта линейным и протокольным. При появлении такого рода специалистов в России, уверен, их услуги будут также востребованы.
- Регламентирована ли на местном уровне работа с памятниками архитектуры и историческими зданиями или такие проекты обсуждаются на городском уровне?
- Механизм работы с памятниками архитектуры в Москве более централизован: есть Департамент культурного наследия, выполняющий оценку и экспертизу сохранившихся памятников, и это его зона ответственности. Есть списки памятников федерального и регионального значений, что позволяет понимать границы зон охраны и возможности, которые имеет площадка с историческими зданиями.
В Лондоне работа с памятниками архитектуры также ведется на местном уровне. Есть три утвержденных степени «ценности» исторических объектов, и каждое здание в историческом центре относится к тому или иному типу. Для объектов первой степени возможна только научная реставрация, вторая степень предполагает чуть больше вариантов и так далее. Также существуют охранные зоны, как и в Москве – в их пределах строительство вести нельзя. Но, в отличие от российской столицы, под охрану может попасть целая улица. И даже здания, не имеющие статус памятников, останутся в первоначальном виде.
Эта система очень негибкая – так, в центре Лондона вряд ли мог бы появиться проект ORDYNKA – квартал клубных особняков, где мы сочетали исторические фасады разных эпох и современную прогрессивную архитектуру. При этом все то, что может показаться слишком авангардным для района Малой Ордынки, мы расположили на внутренней территории комплекса: это фасады с необычной геометрией и квартиры с панорамным остеклением.
Снаружи фронт исторической застройки, напротив, восстанавливается – «воротами» комплекса стало лобби, расположенное за отреставрированным фасадом бывшей фабрики имени Марата в индустриальном стиле. В итоге мы получили проект с современной архитектурой, который при этом вписан в контекст района.
- Когда, на Ваш взгляд, архитектору легче и интереснее работать: в условиях жестких ограничений и прописанных деталей или там, где есть гибкость, адаптивность проектов и документов?
- Чем подробнее прописаны правила, на которые ориентирован архитектор, тем проще работать – ты четко понимаешь свои рамки и направление идеи. Это лучше и для заказчика, и для города: в конечном итоге все получают понятный результат.
Основной плюс подробных планов развития районов – это возможность предотвратить появление неуместных и конфликтных проектов. Иными словами, если мы хотим возвести небоскреб – мы будем возводить его в том муниципалитете, где этот формат приветствуется, где уже посчитаны нормы высокой плотности и застройки, и в то же время предложим более классический проект для исторического центра.
Будет интересно взглянуть, как реализуется новый Генплан Москвы с этой точки зрения – если строгий и масштабный документ будет дополнен элементами мастер-планирования, то город сможет развиваться в более комфортном темпе и оперативно адаптироваться к потребностям современности.
Ольга Зеневич
Цветные металлы удерживают высокий уровень цен
В понедельник, 2 августа, стоимость свинца с поставкой через 3 месяца вышла на LME на новое рекордное значение - $2412,50 за т, тогда как трехмесячные контракты на никель и медь подешевели. В целом цена свинца находится на самых высоких уровнях за последние 37 месяцев (со 2 июля 2018 г.). Значение закрытия для свинца составило $2402 за т (+0,8%). За прошедший месяц стоимость этого металла выросла на 5,5%.
«По итогам июля заметно расхождение между слабым китайским рынком свинца и сильными рынками свинца в ЕС и США», - говорится в обзоре по июлю ED&F Man.
Запасы свинца на Шанхайской бирже выросли в июле на 33% (39,465 тыс. т), тогда как на LME запасы металла сократились по итогам прошедшего месяца на 18,475 тыс. т (23%). На SHFE запасы свинца обновили максимум марта 2018 г., тогда как на складах LME запасы металла находятся на самом низком уровне с июля 2019 г.
Стоимость контракта на цинк с поставкой через 3 месяца выросла на $13,50, до $3050 за т. Котировки цены цинка выросли до 3-летних максимумов, получив поддержку от сокращений подачи электроэнергии в китайской провинции Юньнань, вследствие чего в регионе снизилась выработка цинка.
Никель и медь, однако, подешевели в понедельник, хотя и относительно незначительно – на $36,00 и $27,50 соответственно.
Значение закрытия «красного металла» составило $9700,50 за т, несмотря на новости о том, что в Чили возможны нарушения производства меди из-за возможных забастовок на трех рудниках.
Котировки цены никеля снизились до $19516 за т на момент окончания торгов, при росте на 10,3% в минувшем месяце. «Этим летом возможности, возникающие в результате проседаний и слабости рынка, не были использованы, и это заставляет думать, что настроения на рынке не являются «медвежьими», а начинают выглядеть все более «бычьими»», - отметил аналитик Уильям Адамс.
Стоимость алюминия выросла на торгах в Лондоне на 1%, до $2615 за т.
Фьючерсы на медь с поставкой через 3 месяца выросли на 0,5%, до $34830 за т.
MEPS о дефиците на рынке нержавеющей стали США
Как сообщает британское аналитическое агентство MEPS International Ltd., уровень запасов в секторе нержавеющей стали США чрезвычайно низок. В то время как потребление стали быстро восстановилось после спада, вызванного пандемией, производство стали возобновилось гораздо более постепенными темпами. Это привело к возникновению существенного дисбаланса между спросом и предложением на рынке.
Производители в США, Outokumpu и North American Stainless, изо всех сил пытались обеспечить соответствие производства спросу. Менеджеры по закупкам сейчас размещают заказы на поставки в последние несколько месяцев этого года. Забастовки на предприятиях ATI усилили давление на и без того растянутые цепочки поставок. Поставки от отечественных поставщиков задерживаются как минимум на несколько недель.
Участники рынка сообщают, что беспрецедентные условия вынудили одну американскую фабрику отказаться от контрактов с некоторыми покупателями на заказы со сроком действия с июля по сентябрь. Заявление NAS о форс-мажоре вызвало дополнительную панику, правда, всего на несколько дней, так как было быстро отозвано.
Сообщается, что многие сервисные центры и дистрибьюторы остаются без материалов до конца года. Поскольку на внутреннем рынке доступны исключительно ограниченные возможности, несколько покупателей начали закупать объемы у зарубежных поставщиков. Однако импорту препятствуют плохая доступность контейнеров и высокие транспортные расходы.
Острая нехватка материала на рынке продолжает стимулировать рост цен. С начала 2021 года производители нержавеющей стали в США сделали ряд скидок на свои прейскурантные цены на холоднокатаный материал. Следовательно, базовая стоимость холоднокатаного проката 304 и 316 в США увеличилась более чем на 20% с января этого года. Кроме того, была произведена корректировка в сторону увеличения дополнительных цен комбинатов.
Ожидается, что во второй половине 2021 года спрос останется высоким, а закупки материалов на внутреннем рынке по-прежнему будут затруднены. Следующие несколько месяцев, вероятно, будут чрезвычайно сложными для многих покупателей из США. Дальнейшее увеличение базисных значений прогнозируется в третьем квартале. По прогнозам, цены на нержавеющую сталь останутся высокими до конца 2021 года.
$7,8 млрд составила чистая прибыль BP в первом полугодии 2021
Чистая прибыль британского нефтегазового гиганта BP Plc., приходящаяся на акционеров, в первом полугодии 2021 года составила $7,783 млрд против убытка в $21,213 млрд год назад, следует из отчетности компании. В пересчете на акцию разводненная прибыль за первые шесть месяцев 2021 года составила $0,38 против убытка в $1,05 в 2020 году. Общая выручка ВР с учетом доходов от совместных предприятий составила $74,09 млрд, увеличившись на 43%. Объем добычи углеводородов BP составил в минувшем полугодии 3,242 млн баррелей нефтяного эквивалента в день — на 11,3% меньше показателя аналогичного периода 2020 года. Без учета «Роснефти» данный показатель уменьшился на 15% и составил 2,169 млн баррелей нефтяного эквивалента в день.
Чистая прибыль BP во втором квартале составила $3,116 млрд против убытка в $16,848 млрд годом ранее. В пересчете на акцию разводненная прибыль достигла $0,15 против убытка в $0,83 во втором квартале 2020 года. Общая выручка составила $37,598 млрд, увеличившись в 1,8 раза. Объем чистой задолженности BP по состоянию на 30 июня 2021 года составил $32,706 млрд — на 20% ниже, чем год назад.
От участия в «Роснефти» BP получила чистую прибыль за первое полугодие 2021 года в $1,052 млрд до вычета налогов и процентов. За аналогичный период 2020 года BP получила убыток в $78 млн. По итогам второго квартала прибыль от доли в «Роснефти» составила $689 млн против убытка в $61 млн за три отчетных месяца 2020 года.
BP ожидает, что в третьем квартале 2021 года объем добычи углеводородов будет выше, чем во втором квартале, что связано с завершением сезонных ремонтных работ и активизацией крупных проектов. «В целом за 2021 год мы ожидаем, что добыча будет ниже, чем в 2020 году, из-за воздействия продолжающейся программы продажи активов», — отмечает BP. В текущем году компания ожидает, что спрос на нефть восстановится на фоне улучшения экономических перспектив, увеличения масштабов вакцинации и постепенного снятия ограничений COVID-19 во всем мире. BP также по-прежнему ожидает, что капитальные затраты в 2021 году составят около $13 млрд.
BP, уточняет ПРАЙМ, — британская компания, входящая в шестерку крупнейших нефтегазовых корпораций мира. Основана в 1909 году.
News Corp Мердока купила сервис Oil Price Information Service за $1,15 млрд
Информационно-аналитическую компанию Oil Price Information Service (OPIS), специализирующейся на информации по рынку нефти, купила News Corp миллиардера Руперта Мердока. Сумма сделки — $1,15 млрд. Ранее OPIS принадлежала аналитической компании IHS Markit. Помимо OPIS, News Corp приобрела сервисы, специализирующиеся на информации по рынкам угля, металлов, нефтехимических продуктов и пластиков, а также горнодобывающей промышленности в целом.
Для IHS Markit, отмечает «Коммерсант», эта сделка — часть подготовки к слиянию на $44 млрд с S&P Global. В мае компании сообщили, что рассматривают возможность продажи части активов после того, как их слияние изучили регуляторы. В свою очередь, приобретение OPIS Мердоком может свидетельствовать о стремлении компании расширить портфель сервисов, нацеленных на инвесторов: приобретенные сегодня активы станут частью принадлежащего ей провайдера Dow Jones. В марте News Corp приобрела за $275 млн издание о финансах и фондовом рынке Investor's Business Daily.
Компании, выставляющие себя «чистыми», пытаются блокировать раскрытие данных по климату
Американский институт нефти — самый влиятельный вашингтонский лоббист в отрасли — пытается добиться ослабления предлагаемых Комиссией по ценным бумагам и биржам (SEC) изменений в законодательстве, требующих раскрытия финансовой информации, связанной с изменением климата, сообщает Financial Times.
Глава SEC Гэри Генслер хочет, чтобы комиссия представила к концу года свои предложения по обязательной климатической отчетности, призванной обеспечить инвесторов последовательной и сопоставимой информацией для оценки климатических рисков компаний.
Американский институт нефти, со своей стороны, хочет, чтобы SEC избавила компании от необходимости сообщать о раскрытии климатической информации в ежегодных 10-тысячных отчетах, где юридическая ответственность для них выше. Он также обеспокоен практическими аспектами отчетности о косвенных выбросах — выбросах от сжигания топлива потребителями. По словам Генслера, SEC взвешивает, требовать ли раскрытия информации об этих так называемых выбросах категории 3.
BP в письме регулирующему органу сообщила, что новые правила должны позволить компаниям определять наиболее подходящую методологию для расчета выбросов от их собственных операций. Компания поддерживает принятие SEC новых требований к раскрытию информации об изменении климата.
Лоббирование нефтегазового сектора с целью ослабить правила SEC происходит в то время, когда эти компании изо всех сил пытаются изобразить себя экологически чистыми на фоне бума экологических, социальных и управленческих инвестиций.
«Было бы обидно узнать, что компании, заявившие, что они являются лидерами в борьбе с изменением климата, пытаются заблокировать здравые правила раскрытия информации по этому же вопросу», — сказал Эндрю Логан, старший директор по нефти и газу компании Ceres.
Зачем Россия возвращает Ливию Каддафи
Петр Акопов
Талибы возвращаются к власти в Афганистане, а Каддафи — в Ливии: "Я не был с ливийским народом десять лет. Возвращаться нужно медленно, как в стриптизе. Нужно немного поиграть с ними".
Нет, это не история идет в обратном направлении, а разбитые Западом страны пытаются восстановить свое единство, причем дорогой ценой. В Афганистане оккупационные войска уже почти покинули страну, и сейчас там разворачивается гражданская война между силами проамериканского кабульского правительства и талибами, которые не признают его власть. В Ливии гражданская война шла несколько лет: после того как Запад сверг полковника Каддафи, страна распалась на несколько частей, которые при внешней поддержке сцепились в схватке за власть. Примирить их не удается — слишком велики внутренние противоречия между многоплеменным ливийским обществом и слишком сильны интересы внешних игроков, в том числе тех, кто не заинтересован в восстановлении единой и сильной Ливии. И тут появляется Каддафи-младший.
На днях вышло интервью Саифа аль-Ислама в The New York Times, в котором политик заявил, что его цель — вернуть Ливии утраченное единство. Он не дал прямого ответа на вопрос, намерен ли участвовать в намеченных на конец декабря президентских выборах, — ограничившись рискованным сравнением со стриптизом. Что, впрочем, неудивительно в свете прошлой жизни второго сына Каддафи — той, которую он вел до событий 2011 года, лишивших его отца с тремя братьями власти в стране, которой они правили с 1969-го.
Саиф учился в Швейцарии и Англии, спускал деньги в Европе, по которой возил в качестве своих домашних животных белых тигров, но после начала "ливийской революции" сражался вместе с отцом. Был арестован одним из племен в городе Зинтан, приговорен к смертной казни в Триполи. Но племя отказалось его выдать, и через пять лет заключения он вышел на свободу. Оставшись в том же Зинтане (ведь, как он говорит, его бывшие тюремщики стали ему друзьями), Саиф сильно изменился, и не потому, что потерял пальцы на правой руке, — последствия взрыва бомбы. У него теперь седая борода, благообразный вид и уверенность в своей миссии. После десяти лет хаоса многие ливийцы действительно готовы поддержать Каддафи, потому что происходящее в стране невозможно считать нормальной жизнью:
"Вы можете называть произошедшее гражданской войной или смутными временами, но это была не революция... Они изнасиловали страну — она на коленях. Нет денег, нет безопасности, нет жизни. Пойдите на автозаправочную станцию — вы не найдете дизеля. Мы экспортируем нефть и газ в Италию — освещаем половину страны, а у нас на родине часто нет света. Это не просто поражение, это фиаско. Пришло время вернуться к прошлому".
К прошлому — не означает к тому устройству, что было при Каддафи-старшем с его своеобразной версией социализма, да это уже и невозможно. В прошлое — значит к единству. Саиф совершенно правильно говорит, что целью повстанцев в 2011 году было уничтожение централизованного правительства, без которого Ливия с ее племенным устройством просто перестала существовать.
Воссоединить страну военным путем невозможно — все попытки маршала Халифы Хафтара, правящего восточной частью страны, Киренаикой, взять Триполи и поставить под контроль западную часть государства, ни к чему не привели. И дело тут не только во внешней поддержке, которую оказывают различные страны противоборствующим ливийским сторонам, — но и строптивости самих ливийских племен. Единство страны может обеспечить только какая-то популярная фигура — и в этом смысле у Каддафи-младшего действительно нет конкурентов.
Семидесятисемилетний Хафтар не подходит на эту роль, так же как и вожди племен или технократы-чиновники. Единая Ливия это, по сути, и есть Каддафи-старший — ведь он руководил ей 40 с лишним лет из ее 70-летней истории (это если считать и последнее десятилетие хаоса). Какова его поддержка в народе? Даже если цифра в 57 процентов, которую приводят его сторонники, преувеличена (а никаких точных опросов в современной Ливии, естественно, быть не может), ясно, что в случае выдвижения Каддафи-младший стал бы безусловным фаворитом, а дальше речь шла бы уже о его договоренностях с регионами и племенами.
Но на пути к власти у Каддафи есть два препятствия. Первое не самое тяжелое — смертный приговор ливийского суда, да еще и ордер на арест, выданный Международным уголовным судом. При желании оба решения можно отменить.
А вот второе препятствие более серьезное — необходимо, чтобы состоялось само волеизъявление народа. В данный момент и президентские, и парламентские выборы назначены на 24 декабря. Но они уже не раз переносились, и нет никаких гарантий, что состоятся в этот раз. Как сказал Каддафи-младший, в Ливии нет государства уже десять лет, а те, кто претендует на власть, — это просто вооруженные формирования:
"Сильное правительство не в их интересах. <...> Вот почему они боятся выборов. Они против идеи президента. Они против идеи государства, правительства, которое является законным для народа".
Возможно, именно поэтому Каддафи не спешит заявлять о своем участии — сначала надо добиться снятия судимости и быть уверенным в проведении выборов.
Но когда официальное выдвижение Каддафи произойдет, нет никакого сомнения в том, что мы услышим о его русских связях, если не вообще о "русском кандидате". Да, ведь уже сейчас The New York Times пишет, что победу Саифа аль-Ислама "поприветствовали бы и в Кремле, который участвует в ближневосточной политике, финансируя стороны конфликта и отправляя в регион наемников".
Очень интересно: развалил страну Запад (якобы не специально), именно он поддерживает разные стороны конфликта — а за спиной Саифа аль-Ислама стоит Москва. То есть, получается, Россия заинтересована в ливийском единстве — ну так это же только плюс для нашей репутации не только в Ливии, но и в арабском мире в целом. Однако в самом ли деле Москва стоит за Каддафи-младшим?Конечно, нет — Каддафи сам по себе игрок. У него действительно есть контакты с Россией — в конце 2018-го его представители передали через МИД письмо в адрес Владимира Путина, в котором Саиф аль-Ислам сообщал о своем намерении избираться президентом и просил политической поддержки. Чуть позже стало известно, что Россия пыталась добиться освобождения его младшего брата Ганнибала, захваченного несколько лет назад в Сирии и удерживаемого в ливанской тюрьме. Семья Каддафи не чужая для нашей страны — Ливия была близким партнером СССР, да и с Россией полковник сохранял хорошие отношения. Более того, множество совместных проектов с Россией оказались подвешены после крушения ливийской государственности.
Сейчас Москва поддерживает отношения со всеми сторонами конфликта — и с маршалом Хафтаром, и с правительством Триполи. И с семьей Каддафи — тем более если подтвердится, что Саиф аль-Ислам выдвигается в президенты. Для России это будет вполне приемлемый вариант — потому что мы, в отличие от многих внешних игроков, заинтересованы в восстановлении единства Ливии.
А вот для США возвращение Каддафи станет, как правильно пишет The New York Times, "ударом по репутации" — впрочем, репутации уже и так не существующей, и не только в арабском мире. Недовольна будет и Франция, ведь в 2011-м, после начала западного вмешательства, именно Саиф первым обнародовал информацию о многомиллионной взятке бывшему французскому президенту, потребовав от Саркози "вернуть деньги".
Так что в случае возвращения семьи Каддафи к власти Россия окажется в выигрыше не потому, что провернула "хитрую комбинацию", а потому, что Запад в очередной раз в очередной стране наворотил такое, что неизбежно вызвало ответную реакцию. Наш интерес в том, чтобы не было больше "новых Ливий", а исправление ситуации в нынешней закончилось восстановлением там максимально возможного нашего влияния. Что в интересах и спокойного суверенного будущего этого государства.
Американцев исключили из честной игры на Олимпиаде
Виктория Никифорова
Российские олимпийцы проявили в Токио поистине византийское коварство. Приехали с урезанной по самое не могу командой: десять легкоатлетов вместо обычных ста — это вообще как? Выдержали девятый вал пропагандистского хейта. Выступают в нейтральной форме без флага и гимна. Сдают анализы на допинг практически в круглосуточном режиме — посмотрите хотя бы на издевательства над Софьей Великой. И умудряются при этом побеждать.
Первый концерт Чайковского довольно прочно уже вдолбился в подкорку зрителям. "Трам-там-там-там!" — вздрагивают по ночам американские пловцы и французские саблистки.
Подождите. Мы же так не договаривались. По плану российские спортсмены должны были приехать и все проиграть. Они же, по версии западных партнеров, все на допинге. Как же так? Но успех российской сборной стал живым и наглядным доказательством, что вся эта история с "допингом", подменами тестов и усами Родченкова была очередным бредовым фейком — типа бесконечных историй про "Новичок".
А на игле сегодня сидят, причем массово и совершенно официально, сотни и тысячи западных — прежде всего американских — спортсменов. Отмазка у них совершенно простая, она называется "терапевтическое исключение". Злые языки называют ее "лицензией на допинг".
Достать ее совсем не сложно. Спортсмен предоставляет в свой национальный антидопинговый комитет справку от врача и без особых проблем получает право на использование запрещенных веществ.
Ассортимент химии чрезвычайно широк. Тут и лекарства от астмы, которые в промышленных масштабах потребляют норвежские лыжники. И анаболики, в использовании которых постоянно подозревают теннисисток, сестер Вильямс. И разнообразные психотропы, с которыми, по всей вероятности, связаны проблемы американской гимнастки Симоны Байлз на Олимпиаде в Токио.Занятно то, что выдача подобных разрешений и их содержание сугубо секретны. Это типа медицинские данные спортсменов, вещь личная, интимная. Отчетность национальных антидопинговых комитетов составляется так, чтобы никто ничего не понял.
Австралийские активисты, пытающиеся реально бороться с допингом, выяснили, например, что в 2012 году в стране выдавали терапевтические исключения на 37 сильнодействующих лекарственных средств — от инсулина до риталина. Однако сколько конкретно разрешений на каждый препарат было выдано и кому, никто просто не знает.
Только несколько хакерских взломов баз данных WADA (Всемирного антидопингового агентства) позволили удостовериться в очевидном: ведущие западные спортсмены регулярно травились разнообразной химией в попытке обойти конкурентов.
Адский коктейль из морфина, викодина, триамцинолона находили в анализах легендарного британского бегуна Мо Фара. Никто, однако, не поставил под сомнение его олимпийское золото. О дисквалификации и речи не было. Королева Великобритании посвятила его в рыцари, и Мо продолжил свою спортивную карьеру. Он поехал бы и в Токио — если бы сумел пройти отбор в сборную.
Запрещенные вещества на протяжении нескольких лет находили в допинг-пробах сестер Уильямс и Симоны Байлз. Но все три спортсменки были допущены до соревнований и выиграли все, что могли.
Размах проблемы напугал даже ко многому привычных американцев. Несколько лет назад популярный журнал USA Today попытался провести расследование, написал письмо в WADA. Типа, а правда ли все так плохо с анализами сестер Вильямс? А не стоит ли взять и опубликовать данные по терапевтическим исключениям? Пусть общественность узнает, чем ширяются легендарные спортсмены.
Всемирная антидопинговая организация не ответила на запрос. Никакой информации рассекречено так и не было. Журналистам пришлось удовольствоваться официальным заявлением Американского антидопингового агентства о том, что сестры Вильямс и примкнувшая к ним Байлз ни в чем не виноваты.Байлз тогда пояснила, что с детства страдает гиперактивностью и дефицитом внимания и поэтому WADA разрешает ей принимать риталин. К чему это привело, весь мир увидел в Токио.
Риталин является мощным психостимулятором, в просторечии его называют "кокаином для бедных". Правила его провоза через границу очень сложны, во время пандемии они были ужесточены еще больше. По словам людей, знакомых с ситуацией, тренер Симоны Байлз не смог привезти в Японию запас риталина, требовавшийся его подопечной.
Оставшись без привычного лекарства, знаменитая гимнастка снялась с соревнований, бросив на произвол судьбы свою команду. Американские СМИ провозгласили ее героиней, разразились сентиментальными текстами. Назовем, однако, вещи своими именами. На глазах у всего мира ведущая американская спортсменка переживала банальную наркотическую ломку.
Чтобы отвлечь внимание публики от этого позора, глава Американского антидопингового агентства Трэвис Тайгарт обрушился на русских спортсменов: "Россия заслуживает сурового наказания и продолжает мошенничать".
Послушайте, но это же тот же самый Тайгарт, который недавно покарал американскую бегунью Ша'Карри Ричардсон одним чисто символическим месяцем дисквалификации. Ричардсон накурилась марихуаны прямо перед стартом. Обычно за такое WADA дисквалифицирует на четыре года.
А сейчас Тайгарт обвиняет Россию в "государственной поддержке допинга" и предлагает опубликовать все допинг-пробы олимпийцев. Что ж, в добрый путь. Российским спортсменам бояться нечего, МОК только что подтвердил, что никаких положительных проб у них нет. А вот на анализы американских спортсменов посмотреть будет занятно. Там, похоже, уже вся таблица Менделеева.
Русские привыкли к прессингу на международных соревнованиях. Но политизированность токийской Олимпиады просто зашкаливает. Не в силах победить в честном бою, западные партнеры изощряются в провокациях, вранье, откровенных наездах. "О спорт, ты — война!" — американцам стоило бы переделать олимпийский слоган, нынче это модно.
Все это вызывает только жалость, конечно. Ту ненависть, которая сегодня изнутри раздирает американское общество, эти несчастные спортсмены проецируют вовне. Они неистово пытаются превратить мирные Олимпийские игры в поле боя. Высоколобые аналитики называют это "экспортом хаоса", видят тут стратегические цели. Но все чаще кажется, что это просто инстинкт. Иначе партнеры уже просто не могут.
Безнаказанное употребление наркотиков и запрещенных веществ американскими спортсменами, возможно, даст им какие-то победы. Но на длинной дистанции это по-настоящему страшная вещь. Уже несколько поколений американских детей приучены к мысли, что стать звездой спорта можно, только если с малых лет накачивать себя разнообразной дрянью. Это беззаконие будут покрывать тренеры, врачи, Трэвис Тайгарт, все вплоть до президента. Что это, если не "государственная поддержка допинга"? WADA стоило бы заняться американцами — во имя будущего большого спорта.
Искусственный интеллект позволит учиться и работать без знания языка
Текст: Алексей Стригин (СЗФО)
Каждый день на новостных лентах появляются сообщения об использовании искусственного интеллекта (ИИ) теми или иными компаниями. Так, ВТБ объявил о том, что намерен внедрять ИИ для развития сети банкоматов. Совсем недавно "Яндекс" внедрил ИИ в закадровый перевод видео, ранее вышла книга, которую ИИ перевел за 40 секунд. Пионером же внедрения ИИ в переводы стал Google, который смог научить машину переводить речь с сохранением голоса и интонации. Эти события пришли в нашу жизнь почти незаметно, но в ближайшей перспективе в корне изменят ее и экономические отношения, полагают эксперты.
Конечно, современные IT-решения для перевода еще далеки от совершенства. Технология "Яндекса" пока умеет работать только с некоторыми типами видео, а гугловская LaMDA - только с текстами, сетует Светлана Анисимова, гендиректор UiPath в РФ. При этом со времен появления автоматического перевода субтитров корпорация Google не предложила нового мультиязыкового опыта на том же YouTube, уточняет Дмитрий Паршин, директор центра разработки Artezio.
Однако прогресс в сфере машинного обучения идет очень быстро. Полноценный доступ нейросетей ко всем текстам, созданным и производимым человечеством, ускорит развитие ИИ, его дальнейшее внедрение во всех сферах, от политической аналитики до домашнего хозяйства, прогнозирует Александр Скобелкин, руководитель отдела локализации компании "Алгоритмика".
Важно, что развитие этой технологии началось в нашей стране, ведь знание иностранных языков - пока не самое сильное место россиян: по данным ВЦИОМ, 63 процента респондентов уверены, что изучать языки надо, но все бросить и начать его изучать планируют лишь 26 процентов, несмотря на то что свободно говорящих не на русском всего пять процентов опрошенных.
При этом мир давно мечтает об "эсперанто" без англо-саксонского контекста, и он становится возможен благодаря ИИ. Понимать и быть понятым, но продолжать говорить на родном языке - бесценно, полагает Валерий Сидоренко, руководитель digital-агентства "Интериум".
Тренд на изучение английского языка (его изучение считают важным 93 процента респондентов ВЦИОМ) не обсуждаем, но есть крупные неанглоязычные экономики, опыт которых во многих сферах было бы интересно перенять. Самый яркий пример - Китай. Если английский - это своего рода обязательная программа, то китайский - уже дополнительная, достаточно трудоемкая и затратная по времени. У современного бизнесмена, ученого или студента может просто не быть достаточно времени, чтобы с нуля выучить китайский язык до уровня понимания разговорной профессиональной речи, уточняет Денис Бурлаков, фаундер IT-компании Osnova.
В краткосрочной перспективе компаниям больше не понадобится тратиться на много-
язычные версии сайтов, лендингов, рекламных материалов. Положительный эффект обнаружат и разработчики программных продуктов в части локализации, уверен Сергей Левашов, руководитель центра бизнес-аналитики RAMAX Group.
В целом возможности доступного перевода видео позволят демократизировать процесс обучения в вузах и сделать еще более доступным и качественным онлайн-образование. Многие американские, британские, немецкие вузы открывают доступ к своим учебным курсам, и, имея доступ к переведенным лекциям и урокам, можно будет получать разностороннее образование, находясь в любой точке мира. Университеты смогут зарабатывать на своих программах, а студенты - получать качественное образование, уверен Андрей Тарасов, специалист машинного обучения ИТ-компании "Инфосистемы Джет".
Конечно, вопрос значительно шире - как только появится качественный синхронный перевод (то есть перевод в реальном времени с использованием ИИ и с учетом интонаций и тона голоса), мы увидим новый виток развития социальных отношений в мире. В частности, появятся связи (деловые, культурные, любовные) между людьми совершенно разных групп. Появятся первые семейные пары, говорящие на разных языках, прогнозирует Павел Черкашин, управляющий партнер Mindrock Capital. Как следствие - увеличатся миграция и туристические потоки. Также это даст огромный стимул для развития технологий дополненной реальности и имплантов в мозг: для постоянного синхронного общения на нескольких языках потребуется канал передачи информации через устройство с ИИ.?Скорее всего, такие технологии также приведут к вымиранию большинства языков и появлению единого синтетического языка общения ИИ и человека, но это уже перспектива 50-100 лет.
При всех плюсах новой технологии это не значит, что людям не нужно будет учить языки. Это все равно что перестать развивать свой мозг и за 22 лезть в калькулятор. Однако интеграция ИИ в перевод потенциально может привести к реально глобальному рынку, но не в ближайшие пару лет, уверена Елена Волкова, сооснователь цифровой платформы для бизнеса Dipa.
Информация и интеллект - это новая нефть и энергия XXI века. Чем доступнее знания, тем быстрее коммуникация, тем эффективнее таланты из разных уголков мира смогут взаимодействовать между собой для решения глобальных задач, восхищается возможностями Павел Подкорытов, CEO Napoleon IT.
P.S.
Сейчас это может звучать тревожно, но на минуту представим, что за языки мира отвечает ИИ, который по своей природе всегда ищет наиболее оптимальные способы решения задачи. Алгоритм будет постепенно смешивать языки, чтобы упростить свою работу и повысить скорость, пока не сформирует шаг за шагом единый язык, предполагает Денис Кулешов, директор лаборатории "Сенсор-Тех".
Количество банкротов на юге России резко увеличилось
Текст: Марина Бровкина
С января по июнь 2021 года на юге России суды признали банкротами 10 530 человек - граждан и индивидуальных предпринимателей. Лидирует по количеству финансово несостоятельных жителей Краснодарский край, где в первом полугодии не справились с долговыми обязательствами 4310 человек. Регион, кстати, занимает по этому показателю третье место в России. Больше только в Москве и Московской области (4858 и 4701 соответственно). Об этом сообщает Федресурс (Единый федеральный реестр сведений о банкротстве). На втором месте в ЮФО - Ростовская область.
За полгода в регионе оказались на мели 2655 человек. Это девятое место в России. Регион вошел в топ-10 по количеству личных банкротств в РФ.
По сравнению с аналогичным периодом прошлого года в Ростовской области разорившихся стало больше почти в два раза (в январе-июне 2020-го на Дону было зафиксировано 1293 личных банкротств). Похожая ситуация, кстати, сложилась и на Кубани: 1820 жителей Краснодарского края обанкротились в первом полугодии 2020-го и 4310 - за тот же период 2021-го, то есть рост более чем вдвое.
- Одна из причин - снижение доходов населения из-за пандемии. У многих не хватает средств на повседневные нужды: купить продукты, заплатить за жилье и так далее. Вторая - о юридической практике банкротств узнает все больше людей, - поясняет Дмитрий Дмитриев, генеральный директор юридической компании UDM Group. - Отмечу, что банки и микрофинансовые организации, с одной стороны, агрессивно предлагают населению свои услуги: займы, кредитные карты, "деньги до зарплаты". А с другой, не менее агрессивно требуют деньги вернуть. Конечно, с немаленькими процентами. Звонят на работу, родственникам, продают долги коллекторам... Доходит до угроз. Люди ищут выход из подобных ситуаций и находят его в возможности объявить себя банкротами.
Интересно, что в бизнес-сегменте количество обанкротившихся в 2021 году увеличилось не так сильно, несмотря на негативные прогнозы аналитиков. Например, в Краснодарском крае за полгода финансово несостоятельными признаны 167 компаний, а за аналогичный период 2020-го - 123. В Ростовской области разорилось 151 предприятие (в 2020 году - 91). В Волгоградской области зафиксировано 67 таких случаев (48 - в 2020 году).
- Этому способствует реструктуризация кредитов, мораторий на банкротство, различные налоговые льготы от государства. Многие компании смогли выжить в пандемию, потому что им пошли навстречу контрагенты: арендодатели снижали цену, поставщики соглашались на рассрочку платежей и так далее. То есть, образно говоря, взаимовыручка помогла не пойти ко дну, - считает Елена Козина, управляющий партнер адвокатского бюро "ЭЛКО профи". - Но, судя по всему, во второй половине 2021 года мы увидим больше корпоративных банкротов, так как сейчас многие кредиторы намерены обратиться в суд. .
Комментарий
Юрий Пономарев, кандидат наук ЮФУ:
- Когда разрабатывался закон, регламентирующий возможность признания гражданина банкротом в случае его финансовой несостоятельности, было немало голосов против, особенно в банковской среде. Этот документ называли даже бесперспективным и нерабочим. Но время показало, насколько он был необходим. Если для нас это относительно новая законодательная практика, то в других странах банкротство применяется давно. В США, например, с 19 века. Модели разные, самой мягкой по отношению к должнику считается британская. В большинстве стран мира эта процедура весьма распространена и воспринимается не как крах, а как возможность выскочить из сложной финансовой ситуации и начать все сначала. То есть человек рискнул, проиграл, но готов снова попробовать занять свое место среди успешных бизнесменов. Предприниматель изначально склонен к риску, но если у него нет права на ошибку, то как будет развиваться коммерция?
В Британии недовольны свободой слова в соцсетях
Текст: Юрий Когалов
Британские правозащитники выступили против свободы слова. Центр по противодействию цифровой ненависти раскритиковал соцсети, позволяющие слишком много пользователям. Как утверждают в неправительственной организации, Facebook, Twitter, Instagram, YouTube и TikTok допускают большое количество публикаций, содержащих, например, антисемитские высказывания.
При этом из подаваемых руководству соцсетей жалоб на контент 84 процента остались без реакции со стороны модераторов и руководства компаний. Как заявили правозащитники, соцсети "не в состоянии обеспечить соблюдение собственных общинных принципов в отношении антисемитского содержания". В итоге они превратились "в свободную зону для распространения расизма и антиеврейской пропаганды".
Для того чтобы предотвращать в будущем появление таких публикаций, центр предлагает регуляторам ввести штрафы за бездействие со стороны соцсетей. "Социальные платформы зарабатывают на распространении ненависти и дезинформации. Финансовые обязательства позволят добиться от платформ больших вложений в модерацию контента", - отмечается в отчете организации. Самим соцсетям рекомендовано удалять не только расистские посты, но и блокировать аккаунты и группы пользователей, позволяющих такого рода высказывания. Расистские высказывания в интернете могут также стать причиной запрета на посещение футбольных матчей.
Такую инициативу продвигают власти Британии после того, как игроки сборной, проигравшей в финале европейского первенства, подверглись ожесточенной травле в соцсетях. Предложенный правительством законопроект обяжет IT-компании удалять экстремистский контент с площадок под угрозой штрафов, объем которых может достигать 10 процентов от их годового оборота. Twitter и Facebook на фоне звучащей критики уже удалили тысячи сообщений и комментариев.
Британские ученые хотят уравнять права черных и белых шахмат
Текст: Ариадна Рокоссовская
Борьба за равные права черных и белых дошла и до шахмат. Ученые Королевского колледжа Лондона и Нью-Йоркского университета задумались над тем, как лишить белые фигуры преимущества над черными.
Каждый любитель шахмат знает, что игрок с белыми фигурами имеет небольшое, но потенциально решающее преимущество, поскольку именно он делает первый ход. По статистике, которая ведется с 1851 года, белые побеждают в 52 - 56 процентах случаев, если у доски не новички.
Правило, согласно которому белые ходят первыми, восходит к середине XIX века, и, согласно новому академическому исследованию, попавшему в распоряжение британской газеты The Times, пришло время для его пересмотра. В готовящейся к выходу статье под названием "Более справедливые шахматы" предлагается изменить правила игры, "чтобы устранить несправедливое преимущество, которым пользуются игроки c белыми фигурами". Авторы хотят предоставить черным фигурам два хода подряд после начала партии, после чего еще два хода сделают белые, а затем игра пойдет своим чередом. Но эксперты предупреждают, что это будут не шахматы, а совершенно другая игра.
Например, британский гроссмейстер Люк Макшейн, один из сильнейших игроков-любителей в мире, признал в разговоре с журналистами, что ему было бы "любопытно" узнать подробности о результатах исследования. Но изменение правил, по его мнению, разрушит столетние усилия по совершенствованию одной из наиболее обсуждаемых областей игры - дебютных стратегий.
Инициатива, которую планируется представить на ближайшей международной игровой конференции в Копенгагене 17 августа, наверняка внесет раскол в шахматное сообщество, ведь в реальности преимущество белых вовсе не очевидно. Например, венгерский гроссмейстер Андраш Адорьян всю жизнь борется с этим мнением, утверждая, что перевес в сторону белых существует только в наших убеждениях, но не в реальности. Он даже написал книгу Black is OK! - "Черный в порядке!".
Шотландский гроссмейстер Джонатан Роусон считает утверждение Адорьяна "одной из самых важных шахматных идей последних двух десятилетий ... потому что она поколебала наше предположение о том, что белые начинают игру с некоторым преимуществом, и выявила его идеологический характер". Более того, по его мнению, первый ход белых дает преимущество черным: он заставляет игрока с белыми фигурами играть на победу, а черные могут использовать это в своих интересах. Кроме того, первый ход противника дает им исходную информацию о том, как пойдет игра. Этот спор может длиться вечно, как и уравнивание прав черных и белых фигур.
Сбер подписал меморандум о взаимодействии с Росстатом
Сбербанк заключил дополнительное соглашение о сотрудничестве с Федеральной службой государственной статистики при проведении сельскохозяйственной микропереписи 2021 года. Об этом говорится в сообщении банка.
Мероприятие проводится в промежутке между всероссийскими сельскохозяйственными переписями и призвано зафиксировать структурные изменения в аграрном секторе, происшедшие с 2016 года.
В апреле 2020 года Росстат и Сбербанк подписали соглашение о взаимодействии, направленное на установление партнерских отношений и развитие долгосрочного, эффективного и взаимовыгодного сотрудничества, в том числе при проведении всероссийской переписи населения.
Сбербанк России (ИНН 7707083893) - крупнейший банк в России, Центральной и Восточной Европе. Банк является основным кредитором российской экономики и занимает крупнейшую долю на рынке вкладов. Услугами Сбербанка пользуются клиенты в 18 странах мира. Банк располагает филиальной сетью в России: около 14 тыс. точек обслуживания. Зарубежная сеть банка состоит из дочерних банков, филиалов и представительств в Великобритании, США, СНГ, Центральной и Восточной Европе, Индии, Китае и других странах.
Уставный капитал Сбербанка равен 67.76 млрд руб. и состоит из 21586948 тыс. обыкновенных акций и один млрд привилегированных акций номиналом 3 руб. Основным акционером Сбербанка является РФ в лице Министерства финансов РФ, владеющая 50% уставного капитала ПАО "Сбербанк" плюс 1 голосующая акция. Оставшимися 50% минус 1 голосующая акция от уставного капитала банка владеют российские и международные инвесторы.
Кредитование сезонных полевых работ увеличилось до 462.7 млрд руб.
Кредитование сезонных полевых работ на 27 июля увеличилось на 32.6% до 462.7 млрд руб. Об этом сообщил Минсельхоз.
В частности, Россельхозбанк выдал 346.2 млрд руб., Сбербанк – 116.5 млрд руб. За аналогичный период 2020 года кредитование предприятий и организаций АПК на проведение сезонных полевых работ составило 349.1 млрд руб., в том числе со стороны Россельхозбанка - на сумму 245.2 млрд руб., Сбербанка – 103.9 млрд руб.
АО "Россельхозбанк" (РСХБ, ИНН 7725114488) образовано в марте 2000 года для обслуживания предприятий АПК. В настоящее время банк входит в число десяти крупнейших банков страны. Россельхозбанк занимает второе место в России по размеру филиальной сети. Свыше 1.5 тыс. отделений работают во всех регионах страны, в том числе более половины в малых городах и сельских населённых пунктах. Представительства банка открыты в Беларуси, Казахстане, Таджикистане, Азербайджане и Армении. Единственный акционер Россельхозбанка - РФ в лице Федерального агентства по управлению федеральным имуществом.
Сбербанк России (ИНН 7707083893) - крупнейший банк в России, Центральной и Восточной Европе. Банк является основным кредитором российской экономики и занимает крупнейшую долю на рынке вкладов. Услугами Сбербанка пользуются клиенты в 18 странах мира. Банк располагает филиальной сетью в России: около 14 тыс. точек обслуживания. Зарубежная сеть банка состоит из дочерних банков, филиалов и представительств в Великобритании, США, СНГ, Центральной и Восточной Европе, Индии, Китае и других странах.
Уставный капитал Сбербанка равен 67.76 млрд руб. и состоит из 21586948 тыс. обыкновенных акций и один млрд привилегированных акций номиналом 3 руб. Основным акционером Сбербанка является РФ в лице Министерства финансов РФ, владеющая 50% уставного капитала ПАО "Сбербанк" плюс 1 голосующая акция. Оставшимися 50% минус 1 голосующая акция от уставного капитала банка владеют российские и международные инвесторы.
![Главное](/images/star.png)
Лучшая мафия XXI века
«либеральное ЦРУ»
Дмитрий Зеленцов
Либеральное ЦРУ – лучшая мафия, с которой вы можете иметь дело.
Тимоти Лири
Агрессивное продвижение в западном обществе (в первую очередь в США) «революции меньшинств» и насаждение новой идеологической повестки, связанной фактически с демонтажом традиционного государства, общества, семьи, пола, а в конечном итоге и самого человека, которое осуществляется при помощи выхода в политику и культуру новых форм экологизма, феминизма, «борьбы за расовое, гендерное и социальное равноправие» (а по сути представляющее собой наступление на права естественного большинства) и прочих «мутантных» идеологических конструктов, лишь недалёкому наблюдателю может показаться стихийным явлением, «веянием времени» или очередным этапом «прогрессивного» развития общества. За всеми этими движениями стоит широкая и часто взаимопереплетающаяся (что, однако же, становится понятно лишь при очень внимательном рассмотрении) сеть медиаресурсов, аналитических центров (think Tanks), негосударственных организаций и фондов, которые тем не менее выполняют лишь организационно-технические функции. Подлинным заказчиком данного проекта выступает конгломерат крупного капитала и аппарата национальной безопасности, к которому в последние десятилетия в качестве основополагающего элемента примкнули и флагманы big tech.
История данного проекта уходит своими корнями в эпоху холодной войны, когда стал складываться союз американской финансовой аристократии (прежде всего, так называемого Восточного истеблишмента) и зарождающегося аппарата национальной безопасности (в первую очередь Центрального разведывательного управления). Капитаны крупного капитала не только финансировали ЦРУ, но напрямую и персонально были вовлечены в его работу, ЦРУ же, в свою очередь, фактически стояло на страже интересов финансовой аристократии, превратившись, по сути, в её частную разведывательно-диверсионную структуру. Причём не только за рубежом, но и внутри самих США, что напрямую нарушало существующее законодательство, в результате чего и были выработаны механизмы «глубинного государства» (deep state), которые к настоящему времени всё больше подменяют собой государство зримое…
Одной из основополагающих задач времён холодной войны, в исполнении которой сошлись интересы крупного капитала и аппарата нацбезопасности, стало обуздание левого движения внутри США и в Западной Европе, обретение контроля над ним и придание ему приемлемых форм как своего рода альтернативы левого проекта СССР. Активность левого движения была перенаправлена на защиту новых, зачастую искусственно сконструированных меньшинств, а его энергия — канализирована от уличных протестов в интеллектуальную сферу (так, леваки уже к 70–м гг. захватили американские университеты) или сферу культуры (к чему подключился Голливуд). Уже тогда крупный бизнес через многочисленные фонды вкладывает миллиарды долларов в левые медиа, think tankas и, некоммерческие/неправительственные организации и группы активистов, а разведсообщество обеспечивает оперативный контроль над ними…
В 90–е гг. с падением СССР выведенные во времена холодной войны идеологические мутанты ставятся на службу продвижению идей глобализма, ослабления или ликвидации суверенных государства. К настоящему же времени, обретя новые формы, они, по сути, становятся ударными отрядами для ликвидации самих США, по крайне мере, в том виде, к которому мы привыкли за последние 70 лет. Разномастные леваки из университетов и медиа вновь вышли на улицы, однако теперь их деятельность не только не запрещена, но, наоборот, поощряется… А конгломерат крупного капитала, нацбезопасности и big tech'а, который стоит за этим (и зачастую использует проверенные временем «глубинные» средства), не только не распался, но стал ещё более сплочённым, получив даже у американских авторов имя «настоящего ЦРУ» или «либерального ЦРУ», не говоря уже о «мафии ЦРУ»…
С самых первых лет своего существования ЦРУ имело тесные связи с Уолл-стрит и Восточным истеблишментом (активной и влиятельной деловой и культурной элитой восточных штатов, особенно Массачусетса и Нью-Йорка, придерживающихся либеральных взглядов). Уже при генерале Уолтере Беделле Смите (руководил ЦРУ в 1950–1953 гг.) и пришедшем ему на смену Аллене Даллесе ЦРУ приобрело то магистральное направление своей деятельности, за которое его стали неформально именовать «Компанией» (The Company). Одна из причин этого (если не самая главная) заключалась в том, что оно стало защищать не только политические, но и корпоративные интересы США по всему миру (впрочем, они переплетались между собой настолько тесно, что очень сложно было отличить одно от другого). Давайте рассмотрим некоторые из наиболее известных примеров.
В 1953 году ЦРУ совместно с МИ-6 при поддержке президента Д. Эйзенхауэра, премьер-министра Великобритании У. Черчилля и министра иностранных дел сэра Э. Идена свергли демократически избранного премьер-министра Ирана Мохаммеда Мосаддыка, после того как он объявил о национализации Англо-Иранской нефтяной компании (AIOC), ныне известной как BP…
А годом позже ЦРУ организовало переворот в Гватемале, главным выгодоприобретателем которого — помимо американского государства, избавившегося от президента с просоветскими симпатиями, — стала компания United Fruit, в руководство которой к тому времени вошёл тот самый генерал Уолтер Беделл Смит, который был предшественником А. Даллеса на посту директора центральной разведки США. Что же касается самого Даллеса и его брата Джона Фостера, то их юридическая фирма — Sullivan & Cromwell — оказывала United Fruit соответствующие услуги…
В 1964 году ЦРУ, которое к тому времени возглавлял Джон МакКоун, осуществило свержение Жуана Гуларта в Бразилии, которое было спланировано совместно с ITT Corporation. Вскоре после этого Маккоун, оставивший госслужбу, пошёл работать в ITT, во главе которой находился его друг Гарольд Джинин.
В апреле 1965 года директором центральной разведки стал Ричард Хелмс, дед которого занимал высокий пост в банковской империи Рокфеллеров. Позже в том же году ЦРУ, крупнейшая строительная компания США «Бектэл» (с которой, кстати говоря, был связан и Маккоун), Рокфеллеры, металлургическая корпорация «Фрипорт Минералз» (ныне известная как Freeport-McMoRan, один из крупнейших производителей меди и золота в мире) при участии голландцев и индонезийских элементов организовали заговор, который в итоге отстранил от власти президента Индонезии Сукарно и заменил его генералом Сухарто. Придя к власти, тот немедленно начал репрессии против предполагаемых коммунистов и других левых. А «Бектэл» и «Фрипорт» получили рудник Грасберг, содержащий огромное количество меди, железа, серебра и золота… Для полноты картины стоит отметить, что «Фрипорт» принадлежал и управлялся Л. Уильямсом и Джоном Хэем Уитни, которые были известны своими связями с ЦРУ. Кроме того, Уильямс был членом элитного президентского консультативного совета по разведке, а Уитни в начале 1950–х годов входил в совет по психологической стратегии (PSB). Обе группы играли важную роль в надзоре за секретными операциями ЦРУ.
Позднее, в 1973 году, уже упоминавшийся бывший глава ЦРУ, а на тот момент член совета директоров ITT Джон Маккоун помог президенту компании Гарольду Джинину и директору ЦРУ Ричарду Хелмсу спровоцировать переворот в Чили, устроенный генералом Пиночетом…
Таким образом, в самый разгар холодной войны, в 1950–1970 гг. ЦРУ, по сути, работало рука об руку с ведущими корпоративными игроками Америки. И речь идёт не только об идеологическом союзе для противостояния коммунизму, но о глубоких (если не сказать «глубинных») личных отношениях, прежде всего, с членами Восточного истеблишмента, которые, по сути, формировали и даже непосредственно управляли ЦРУ… Как в 1973 году справедливо отметил президент Ричард Никсон, «ЦРУ, как и Госдепартамент, — это, по сути, бюрократия либерального истеблишмента. … Там есть несколько хороших парней, но подавляющее большинство — из старой Джорджтаунской тусовки» (Джорджтаун — район Вашингтона, округ Колумбия, местожительство многих политиков и лоббистов. — Д. З.) [1].
Первым ярким примером такого влияния был основатель Управления стратегических служб (УСС, американской разведки времён Второй мировой войны) юрист с Уолл-стрит Уильям Донован по прозвищу «Дикий Билл», чьим воспитанником был знаменитый Аллен Даллес…
Однако ещё в 1930–х годах в НьюЙорке существовал элитный клуб под названием «Комната» (The Room), чьи участники «считали, что англоамериканское понимание имеет фундаментальное значение для сдерживания и, возможно, ликвидации большевизма». Инициатором основания этой группы был Винсент Астор, наследник знаменитой династии миллионеров и друг президента Франклина Делано Рузвельта[2], для которого он исполнял частные разведывательные миссии. В число его участников помимо прочего входили Нельсон Рокфеллер, американский банкир и политик Уинтроп Олдрич, будущий глава лондонского подразделения УСС Дэвид Брюс, Кермит Рузвельт (сын президента Т. Рузвельта), который сыграет ключевую роль в нефтяном перевороте ЦРУ в Иране, сам основатель УСС Уильям Донован и ряд других представителей истеблишмента. Сэр Уильям Уайзман, бывший глава представительства британской МИ-6 в Нью-Йорке, который присоединился к банковскому дому Kuhn & Loeb в качестве партнёра, был основным связующим звеном этой группы с британской разведкой в период до и во время Второй мировой войны. «Комната», которая позднее превратилась в не менее закрытый «Клуб моржей» (Walrus Club), «по сути, действовала как частная разведывательная служба, работавшая в сотрудничестве с британской секретной службой»[3]. Таким образом, представляется вполне очевидным, что такие личности, как Астор и Рокфеллер, принимали непосредственное участие в англо-американских разведывательных операциях на самом высоком уровне ещё до того, как были основаны УСС и ЦРУ.
Интересно, что в самом начале холодной войны капитаны американского бизнеса пыталась сформировать исключительно частное разведывательное агентство, которое могло бы служить преемником УСС, расформированного после Второй мировой войны. Однако президент Трумэн не согласился и дал добро на создание государственного ведомства, коим и стало в 1947 году ЦРУ. Как отмечается в исследовании по истории УСС, «поначалу пустоту (возникшую вследствие расформирования УСС. — Д. З.) планировалось заполнить частным предприятием. Один бывший заместитель директора УСС обратился к Томасу Уотсону из IBM с деловым предложением. Почему бы не создать частную разведывательную организацию и не предложить свои услуги по контракту правительству? Эти двое собрали начальный капитал для предприятия, но их усилия были напрасны. Белый дом вскоре одобрил создание Центрального разведывательного управления»[4].
Тем не менее проникновение истеблишмента в это вроде бы государственное учреждение имело место на самом высоком уровне. Как вспоминал бывший высокопоставленный чиновник ЦРУ и друга Р. Хелмса Томас Брейден, Дэвид Рокфеллер «был другом и доверенным лицом Аллена Даллеса и в некоторых случаях предоставлял прикрытие для полевых [групп ЦРУ]… Я помню, как подробно рассказывал ему о работе подразделения, которое я возглавлял. Аллен попросил меня проинформировать его, и я представил ему полную информацию, чтобы он знал всё, что я делаю. Думаю, что то же самое происходило с другими начальниками подразделений. Он был близок к разведывательной работе — намного, намного ближе, чем Нельсон»[5].
Обратим внимание на слова Брейдена об обеспечении «прикрытия для полевых групп ЦРУ»… Тем самым американское бизнес-сообщество, напрямую либо же опосредованно, с помощью многочисленных фондов и неправительственных организаций, предоставило ЦРУ верное средство, с помощью которого разведка могла действовать, оставаясь в тени, и надежно обеспечивая возможность «правдоподобного отрицания» (plausible deniability) причастности США к подрывной деятельности: принцип, прописанный в директиве о создании ЦРУ и, по сути своей, легший в основание т.н. «глубинного государства» (deep state).
И что уж тут говорить о таком «обычном» деле, как финансирование многочисленными структурами американского истеблишмента различных проектов разведки? Например, сразу после Второй мировой войны Фонд Форда помог спонсировать поддерживаемые ЦРУ журналы, такие как Perspectives USA и Der Monat, которым предстояло сыграть важную роль в завязывающейся холодной войне в области культуры.
Об успешной бизнес-карьере некоторых бывших руководителей ЦРУ мы уже сказали. А вот что касается собственно Аллена Даллеса. В январе 1953 года, после избрания президентом Д. Эйзенхауэра, А. Даллес не был уверен, назначит ли он его директором ЦРУ. Это побудило Даллеса встретиться со своим другом Дэвидом Рокфеллером, который пообещал ему должность руководителя Фонда Форда на случай, если Эйзенхауэр выберет на вакантную должность директора центральной разведки кого–то другого. Два дня спустя Эйзенхауэр передал Даллесу пост директора ЦРУ… В то же время Ричард Биссел, который в конечном итоге стал у Даллеса заместителем директора по планированию, только-только ушёл с руководящей должности в Фонде Форда.
Также возьмём, к примеру, Джона Дж. МакКлоя, ключевого сотрудника семьи Рокфеллеров, который в разное время возглавлял Chase Manhattan Bank и Фонд Рокфеллера. С 1953 по 1958 год МакКлой также был попечителем Фонда Форда, после чего был избран его председателем и занимал эту должность до 1965 года. В годы после Второй мировой войны, будучи верховным комиссаром американской зоны оккупации Германии, Макклой прикрывал агентов ЦРУ. За время работы в Фонде Форда он также установил тесные рабочие отношения с управлением[6]…
Зная всё это, уместно задаться вопросом, не являются ли такие структуры, как Фонд Рокфеллера или Фонд Форда, единым целым с ЦРУ?..
Уже тогда те же самые люди имели определяющее влияние на культурную политику холодной войны. Так, к примеру, основатель телекомпании CBS Уильям Пейли, сыгравший важную роль в операции ЦРУ «Пересмешник» (Mockingbird) по проникновению в ключевые СМИ США и Европы, входил в состав совета по международным программам Музея современного искусства (MoMa), основанного и возглавляемого из поколения в поколение семьей Рокфеллеров[7]. Исполнительным секретарём MoMa в 1949 году был уже упоминавшийся Том Брейден, который как раз и отвечал за реализацию в ЦРУ программы Mockingbird и который давал брифинг о своей деятельности Дэвиду Рокфеллеру… Музей современного искусства Рокфеллера (MoMA), в руководстве которого десятилетие за десятилетием пребывали представители восточного истеблишмента, продвигал абстрактный экспрессионизм, которое Н. Рокфеллер считал «живописью свободного предпринимательства», в противовес советскому реализму, который воспринимался как «прославляющее изображение коммунистических ценностей, таких как эмансипация пролетариата, с помощью реалистичных образов». А кроме того, MoMA сам по себе служил прикрытием для разведопераций, например, активно сотрудничал с поддерживаемым ЦРУ Конгрессом за свободу культуры, которому принадлежала ключевая роль в культурной холодной войне…
Другой интересной фигурой был уже упоминавшийся Джон Хэй Уитни, ветеран УСС и друг Дэвида Рокфеллера, который в первые дни холодной войны занимал пост председателя MoMa[8]. Уитни входил в состав Совета по психологической стратегии (PSB), который в годы президентства Г. Трумэна играл ключевую роль в психологической войне и, в частности, в надзоре за операциями ЦРУ. Подобно семье Рокфеллеров, Уитни руководил своим собственным музеем — Музеем Уитни, который, как и он сам, был в равной степени связан с ЦРУ[9]. Уитни также управлял корпорацией «Фрипорт Минералс», которая лоббировала свержение чрезмерно социалистического президента Сухарто в Индонезии, чтобы получить доступ к её минеральным богатствам[10]…
Точно так же, рука об руку ЦРУ и структуры крупного капитала, такие как Фонд Рокфеллера и Фонд Форда, действовали в деле создания альтернативной левой повестки как в самих США, так и в Европе. Идея заключалась в том, чтобы сделать это тонко, взяв в оборот некоммунистических левых интеллектуалов и деятелей искусства либо же бывших коммунистов, по тем или иным причинам отвернувшихся от СССР. В итоге «в послевоенной Европе осталось совсем немного писателей, поэтов, художников, историков, учёных и критиков, чьи имена не были бы связаны с этим тайным предприятием»[11].
Кроме того, разведсообщество и флагманы американского бизнеса распахнули свои объятия для левых и по другим не менее прагматичным причинам. «Цель этого покровительства была двоякой: во–первых, сближение с прогрессивными группами для наблюдения за их деятельностью; во–вторых, ослабление влияния этих групп, достигаемое путём воздействия на них изнутри или вовлечения их членов в параллельную — и неуловимым образом менее радикальную — дискуссию»[12]. Иными словами, увести левых с улиц и привести в университеты…
В итоге начали активно создаваться многочисленные и влиятельные левые структуры. Так, к примеру, в 1963 году Маркус Раскин, госчиновник в сфере нацбезопасности, вместе с Джоном МакКлоем, который возглавлял Фонд Рокфеллера и Фонд Форда и занимался внешней политикой, «выразили несогласие» с точкой зрения правительства и основали Институт политических исследований (IPS), ставший точкой пересечения активности против войны во Вьетнаме и политики «новых левых», который вскоре стал финансироваться миллионами фондов Форда, Рокфеллера, Карнеги, Макартура, Тернера и Сороса. Что касается нашего времени, то в начале 2000–х в IPS высокие позиции занимали такие левые деятели, как Ноам Хомский, Гор Видал и Ричард Фальк.
Чтобы не быть голословными, дадим слово самим американским сенаторам, которые в своё время были обеспокоены методами работы ЦРУ и их масштабами. В докладе знаменитой комиссии Чёрча (Church Committee, 1976 год), которая должна была расследовать незаконную деятельность и злоупотребления ЦРУ, читаем:
«В течение 1950–1960 годов ЦРУ… субсидировало, консультировало и даже помогало создавать «частные» организации, которые будут соревноваться с коммунистами по всему миру… Благотворительные фонды [ЦРУ], использовавшиеся до 1967 года, финансировали, казалось бы, безграничный спектр тайных программ действий, затрагивающих молодёжные группы, профсоюзы, университеты, издательства и другие частные учреждения в Соединённых Штатах и за рубежом…. Поддержка [была предоставлена, например] международной организации ветеранов и международному фонду для развивающихся стран, организации журналистов и международной женской ассоциации… Средства агентства использовались для приёма иностранных гостей [и] предоставления стипендий международного центра совместной подготовки при университете Соединённых Штатов… ЦРУ помогло в создании исследовательского института в крупном американском университете в 1951 году и финансировало его более десяти лет…. Например, к 1967 финансовому году на молодёжные и студенческие программы было выделено более 3 миллионов долларов (эквивалентно 22,5 миллиона долларов в 2018 году) и 6 миллионов долларов (45 миллионов долларов в 2018 году) на оплату труда. Большая часть средств была переведена через добропорядочные или «искусственные» фонды, то есть фиктивные организации, созданные ЦРУ».
«Использование благотворительных организаций было удобным способом передачи средств, поскольку большие суммы можно было переводить быстро и так, чтобы не вызывать подозрений у должностных лиц организаций-получателей об их источнике… Схема финансирования включала сочетание добропорядочных благотворительных фондов, специально созданных фондов и фондов, «подставных лиц» [ЦРУ], составленных из списка наиболее известных граждан Америки, и юристов, представляющих интересы нераскрытых клиентов».
«Вторжение ЦРУ в сферу деятельности фондов в 1960–х годах можно охарактеризовать исключительно как массовое. Исключая гранты «большой тройки» — Фондов Форда, Рокфеллера и Карнеги (увы, точный размер их участия в этом деле так и остался не назван. — Д. З.) — из 700 грантов на сумму свыше 10 000 долларов, предоставленных 164 другими фондами в период 1963–1966 годов, по крайней мере, 108 были связаны с частичным или полным финансированием ЦРУ. Что ещё более важно, финансирование ЦРУ было почти в половине грантов, которые не относящиеся к «большой тройке» фонды выделили в этот период в области международной деятельности. Гранты, присуждаемые не входящими в «большую тройку» фондами в области физических, биологических и социальных наук, также включали средства ЦРУ».
«Добропорядочные фонды, а не те, которые контролируются ЦРУ, считались лучшим и наиболее вероятным каналом финансирования для определённых видов операций. Исследование ЦРУ 1966 года показало, что использование таких фондов было наиболее эффективным способом скрыть руку ЦРУ»[13].
Если подводить краткий итог нашего исторического экскурса, можно предположить, что вся сеть так называемого «либерального ЦРУ» изначально сформировалась как органичная комбинация подлинных либеральных идей (не обязательно социалистических) внутри Восточного истеблишмента и потребности сформировать и поддержать антикоммунистических левых на Западе. Ядро этой сети на раннем этапе было сформировано благодаря тесным отношениям между Дэвидом Рокфеллером и директором ЦРУ Алленом Даллесом, его протеже Джоном МакКоуном, а затем и Ричардом Хелмсом. Похоже, что с каждым шагом эта элитная сеть становилась всё более сложной и изощрённой в управлении инакомыслием в западном обществе. Возможно, контроль над левым мышлением всегда считался самым важным, поскольку являлся наиболее сложным, а «открытые границы» и свободная иммиграция из стран третьего мира в принципе являлись главной навязчивой идеей либерального суперкласса. Таким образом, потребность в тщательном контроле за левыми и продвижении глобализма привела к созданию условий для тесного союза крупного капитала и ЦРУ, плодом и одновременно орудием которого стали многочисленные НПО/НКО. Таким образом и были созданы основы «либерального ЦРУ».
Современная сеть «либерального ЦРУ», похоже, представляет собой «улучшенную» версию той, которая оказалась в центре внимания Комиссии Чёрча в 1976 году. Фонды, дополненные во многих странах корпоративными финансами, в наши дни настолько велики — причём значительное количество из них сосредоточено на недвусмысленном «спонсировании демократии» (то есть, по сути, подготовке государственных переворотов), — что ЦРУ больше не нужно переводить через них средства «чёрных бюджетов».
Ещё в 1989 году, характеризуя ситуацию, Линдон Ларуш писал: «Англо-американский финансовый истеблишмент действует в основном через структуру, подобную осьминогу, состоящую из аналитических центров, освобождённых от налогов фондов и юридических фирм, которые, в свою очередь, порождают гражданские движения, протестные группы, комитеты политических действий и даже псевдорелигии в соответствии со своими целями… [Это] «настоящее ЦРУ» [является] огромным осьминогом, простирающимся далеко за пределы комплекса в Лэнгли, штат Вирджиния, и проникающим во многие правительственные учреждения, а также в большинство аналитических центров от имени частных финансовых интересов, а не какого–либо избранного правительственного учреждения…. «Настоящее ЦРУ» [проводит] масштабную операцию социальной инженерии против американского общества»[14]…
Именно те самые фонды, включая, конечно же, и «большую тройку», которые во времена холодной войны служили прикрытием для работы ЦРУ и каналами финансирования их проектов, в том числе и создание новой «левой повестки», осуществляют сегодня упомянутую Ларушем «социальную инженерию против американского (как, впрочем, и европейского. — Д. З.) общества». Более того, та повестка, которую они продвигают сегодня, по сути, есть мутантная форма тех идей, которые изначально пестовались, чтобы отвратить умы интеллектуалов от советского проекта. Так, Фонд Сороса "Открытое общество" и Фонд Форда в значительной степени сосредоточены на поддержке иммиграции из стран третьего мира и ЛГБТ-активизме, а также на усилиях против «популистских» кандидатов. В этих усилиях их иногда поддерживает меньшая Корпорация Карнеги и ещё меньший Фонд братьев Рокфеллеров. Добавляются на этом поле и новые игроки. Например, фонд NoVo семьи Уоррена Баффета также уделяет большое внимание ЛГБТ-аспекту. Фонд Билла и Мелинды Гейтс сосредоточен на вопросах здравоохранения в Африке, при этом более тонко лоббируя открытие границ для иммигрантов. Фонд Рокфеллера также уделяет большое внимание Африке, в том числе проблеме СПИДа. Относительно новая сеть Omidyar Network работает не только в Африке, но и в секторе высоких технологий. Все вышеперечисленные фонды тесно связаны с Глобальной инициативой Клинтона, что ясно показывает, что фаворитом глобалистов сегодня, выражением их политических устремлений является, прежде всего, Демократическая партия США.
Что касается Сороса, то он также тратит до миллиарда долларов в год на подрыв нежелательных «популистских» лидеров по всему Западу, включая Д. Трампа в Соединённых Штатах, в Восточной Европе, работая рука об руку с Агентством США по международному развитию (USAID), Национальным демократическим институтом Мадлен Олбрайт, Национальным фондом демократии и другими НПО. Фонд Форда, по крайней мере в Соединённых Штатах, очень активен в том же политическом направлении — «антирасизм» и права ЛГБТ — и, по некоторым данным, как и на протяжении многих десятилетий на данный момент по–прежнему является «активом» ЦРУ. Совместный размер только этих двух фондов — 32 миллиарда долларов.
Общая стоимость масштабной сети, основу которой составляют Фонд Рокфеллера, Фонд братьев Рокфеллеров, Фонд семьи Рокфеллеров, Фонд Форда, «Открытое общество» Сороса, Фонд Макартура, Фонд Билла Гейтса, сеть IT-бизнесмена Пьера Омидьяра, Packard Foundation, Hewlett Foundation и ещё несколько десятков других структур, составляет примерно 150 миллиардов долларов, по данным на 2017 год. Они финансируют тысячи некоммерческих групп, включая известные альтернативные СМИ, в центре повестки которых — лоббирование ЛГБТ-сообщества, поддержка мигрантов и вопросы экологии. При этом многие из них активно участвуют в организации протестов против консервативных президентов и премьер-министров на Западе.
Позволим себе ещё один исторический экскурс. В 1975 году уже упоминавшаяся сенатская Комиссия Чёрча, созданная для расследования злоупотреблений ЦРУ, опубликовала отчёт, озаглавленный «Тайные действия в Чили: 1963–1973 годы». Знакомясь благодаря ему с тем, как ЦРУ проникало в чилийское общество на всех уровнях и начинало его «поляризировать» и «дестабилизировать» в рамках подготовки к перевороту Пиночета, нельзя не заметить невероятных параллелей с тем, что мы видим сегодня на Западе в рамках той самой социальной инженерии. Фактически всё то, что сегодня делают НПО/НКО, группы уличного протеста и СМИ, финансируемые фондами «либерального ЦРУ», ЦРУ делал в Чили в начале 1970–х. Процитируем ряд отрывков:
…«Кампания запугивания» способствовала политической поляризации [в обществе] того периода. Темы, разработанные во время кампании, [позже] использовались ещё более интенсивно… Пропагандистские проекты, вероятно, имели существенный совокупный эффект за эти годы, содействуя поляризации общественного мнения относительно природы угрозы, исходящей от… левых…» (поставим сегодня вместо «левых» «традиционное белое большинство». — Д. З.).
«ЦРУ поддерживало антикоммунистическую женскую группу, активную в чилийской политической и интеллектуальной жизни (вспомним нынешний феминистский активизм! — Д. З.). [Оно] раскалывало немарксистскую радикальную партию [и] поддерживало выбранных ЦРУ [политических] кандидатов…»
«Проекты [ЦРУ] проводились с 1950–х годов среди крестьян, обитателей трущоб, профсоюзов, студентов и средств массовой информации… Другие активисты, финансируемые в рамках этого проекта, почти ежедневно размещали вдохновлённые ЦРУ редакционные статьи в El Mercurio, главной газете Чили, а после 1968 г. Управление осуществляло существенный контроль над содержанием раздела международных новостей этой газеты»[15].
Те же самые методы, лишь усовершенствованные временем, применяются и сегодня, причём не только за рубежом, но и в самих США, свидетелями чего все стали в годы правления президента Дональда Трампа.
Большинство ключевых «либеральных фондов ЦРУ», таких как Фонд Рокфеллера, «Открытое общество» (Сорос), Фонды Форда, Карнеги, Паккарда, Макартура и Гейтса, не только вкладывают огромные средства в «новые левые» средства массовой информации, «группы устойчивого развития» и антикорпоративных активистов, но также помогают держать на плаву в США деятельность сторонников иммиграции из третьего мира и сеть чёрных активистов. В результате, в координации с элитами Демократической партии, в частности, они смогли активизировать этих иммигрантов из третьего мира и чёрнокожее население против Дональда Трампа и его сторонников.
В результате происходит настраивание чёрных и других меньшинства против белого большинства, финансируется экстремистский феминизм и создаются отчуждение и враждебность между мужчинами и женщинами, финансируются экстремистские ЛГБТ-активисты, которые винят во всём, прежде всего, белых мужчин. Всё это также нацеливается на школьную систему, а белые массы запугиваются, не дай бог, им посметь выступить против безжалостной иммиграции из стран третьего мира через средства массовой информации и политику.
Так, ещё в 2014–2015 годах знаменитое сегодня движением Black Lives Matter было довольно маргинальной группой. В 2017 году, несмотря на крайнюю степень благоприятствования СМИ в его пользу, поддержка Black Lives Matter составила 35% среди белых, в основном среди женщин и молодёжи. Долгое время казалось, что группа просто выдохнется. Затем, в мае 2020 года, произошла гибель Джорджа Флойда, в которой обвинили офицера полиции Миннеаполиса Дерека Шовена…
Интересно отметить, что у «дела Флойда» была своего рода репетиция. Первый инцидент с броским лозунгом «Я не могу дышать» произошёл ещё в 2014 году с Эриком Гарнером, чернокожим преступником, на счету которого был 31 арест за 34 года за целый спектр преступлений, от нападения до кражи в особо крупных размерах. Гарнер умер после того, как сопротивлялся аресту и полицейский применил в его отношении удушающий приём. При этом сам Гарнер весил около 160 кг и страдал от сердечного заболевания, тяжёлой астмы, диабета, ожирения и апноэ во сне. В итоге семья Гарнера получила компенсацию в 5,9 миллиона долларов, а упомянутый полицейский в конце концов в августе 2019 года уволен…
С самого начала движение Black Lives Matter находилось под сильным влиянием Джорджа Сороса, крупнейшего и давнего лоббиста открытия границ с третьим миром (уже в конце 1990–х он входил в правление Refugees International). Его фонд «Открытое общество» пользуется огромным влиянием в Европейской комиссии и Европейском парламенте, где не менее 30% депутатов считаются его «надёжными друзьями».
Сорос вложил 33 миллиона долларов в широкий спектр негосударственных активистов, которые устроили жестокие расовые беспорядки в Фергюсоне (2014 г.) и Балтиморе (2015 г.) под эгидой Black Lives Matter. Кроме того, ДеРэй Маккессон, чернокожий гей, который с самого начала был ударной силой BLM, жил в доме, принадлежащем директору балтиморского отделения фонда «Открытое общество» Сороса. Центр американского прогресса, основанный в 2016 году менеджером кампании Хиллари Клинтон Джоном Подестой и финансируемый Соросом, Фондом Форда и Биллом Гейтсом, был ещё одним из ранних доноров BLM наряду с такими артистами, как Бейонсе и Джей-Зи. Пожертвования двух последних прошли через Фонд Нового Света, имеющий исторические связи с Рокфеллерами и Хиллари Клинтон.
Между тем в 2016 году Фонд Форда учредил всеобъемлющий фонд Black-Led Movement Fund с намерением в течение следующих нескольких лет вложить в него 100 миллионов долларов через различные союзные фонды «либерального ЦРУ». Среди этих дополнительных спонсоров были фонд Сороса «Открытое общество» и фонды «Келлог», «Тайдс» и «Натан Каммингс». В последующие годы не менее активны были корпорации Кремниевой долины и представители индустрии развлечений, жертвуя от нескольких сотен тысяч до нескольких миллионов долларов одновременно различным группам чернокожих активистов. Голливуд также недвусмысленно поддерживал восстание чернокожих на Западе в таких фильмах, как «Джанго освобождённый» (2012) и «Чёрная пантера» (2018).
Как и ожидалось, с такими суммами денег и поддержкой движение Black Lives Matter никуда не исчезло. Оно организовывало всевозможные протесты во время кампании Трампа, но только после убийства Джорджа Флойда группа внезапно обрела мейнстримное признание. В последующие дни почти все известные персонажи социальных сетей, голливудские актёры или другие звёзды индустрии развлечений, имеющие профили в соцсетях, делали сообщения с тэгом #BlackLivesMatter.
Вскоре снова появился Джордж Сорос, как раз тогда, когда массовые протесты начали немного утихать. 13 июля 2020 года его фонд «Открытое общество» объявил об очередных инвестициях в «новые [чёрные] организации и лидеров» на общую сумму 220 миллионов долларов. Имеются данные о подтверждённых 353 миллионах долларов только от фондов Сороса и Форда за период 2014–2020 годов, не говоря уже о бесчисленных дополнительных пожертвованиях чёрным группам…
Не отставали от фондов «либерального ЦРУ» и корпорации. В начале июля 2020 года гигант из Кремниевой долины PayPal пообещал 530 миллионов долларов на поддержку принадлежащих чёрным предприятий, пострадавших в результате коронакризиса. Bank of America сделал то же самое месяцем ранее, пообещав выделить не менее 1 миллиарда долларов всего за четыре года на поддержку чёрных и других меньшинств. Несколько дней спустя Nike, чей фонд Nike ежегодно получает миллионы от семьи Уоррена Баффета, пообещал выделить на сходные цели 100 миллионов долларов в течение 10 лет.
В итоге набирается хороший «сундук с сокровищами» в 2 миллиарда долларов, и, вероятно, еще миллиарды будут вложены в активную деятельность чернокожих и массовые беспорядки в течение следующего десятилетия. В связи с этим невозможно поверить, что кто–то не стремится дестабилизировать и «переформатировать» Запад рекордными темпами…
В контексте данной темы уместно вспомнить ещё одну историческую параллель. Среди активистов и симпатизантов Black Lives Matter в широком ходу цитаты Мартина Лютера Кинга-младшего («Наступает время, когда молчание — это предательство»), епископа Десмонда Туту («Если вы нейтральны в ситуациях несправедливости, вы выбрали сторону угнетателя») и Нельсона Манделы. По иронии судьбы всех троих в своё время твёрдо поддерживала семья Рокфеллеров, представляющая те же интересы элиты, что и Джордж Сорос, поддерживающий BLM.
В любом случае на данный момент Black Lives Matter — это международное явление, глобально представленное в социальных сетях. И всё это благодаря средствам фондов «либерального ЦРУ», Голливуда, Кремниевой долины, СМИ и радикализации множества чернокожих, педерастов, лесбиянок, трансгендеров и молодёжи, но в особенности женщин…
Скажем в данном контексте несколько слов и о Европе. Так, ещё в 1997 году была основана Европейская сеть против расизма (ENAR).
В неё входит примерно 120 «массовых» групп антифа-типа, которые «борются с расизмом». Примерно 80% средств оплачивает Европейский союз, 17% — Джордж Сорос. Не в меньше степени, чем BLM, ENAR натравливает мигрантов из стран третьего мира на правоохранительные органы, постоянно педалируя проблему «жестокости полиции», даже несмотря на то, что во многих странах Западной Европы полицейские службы невероятно мягкосердечны…
Другой пример — UNITED for Intercultural Action. Организация хвастается, что её «поддерживают более 550 организаций из всех европейских стран» и что во время ежегодной «Недели европейских действий против расизма» она борется с «национализмом, расизмом, фашизмом и поддерживает мигрантов и беженцев». Список членских организаций вполне ожидаемо состоит из бесчисленных антифа-групп, таких как «Antifaschistisches Info Blatt, Германия» и «Antifa Netwerk, Бельгия», в сочетании со своеобразными иммиграционными группами с именами «Асс. Иранские студенты» и Национальная афро-шведская ассоциация. Эти группы развёртываются по всей Европе каждый год 21 марта, имитируя массовые протесты наряду с другими поддерживаемыми элитой антифа, левыми и анархистскими группами, такими как те, что входят в Европейскую сеть против расизма (ENAR). В UNITED часть финансирования также поступает из фонда «Открытое общество»* Джорджа Сороса, хотя большая часть, похоже, поступает от различных органов Европейского союза и национальных правительств в Европе.
Другой интересной группой является Группа по миграционной политике (MPG), которая утверждает, что «сыграла ключевую роль в формировании европейской политики и законодательства в области миграции, интеграции и борьбы с дискриминацией, благодаря многим оригинальным инициативам MPG, [которые] стали неотъемлемыми чертами правового и политического ландшафта». Финансирование Группы по миграционной политике поступает от Atlantic Philanthropies и фонда Сороса «Открытое общество».
Как и в старые добрые времена холодной войны, осуществляется борьба за новую повестку и на культурном фронте. И здесь, конечно же, в авангарде выступает Голливуд, прославленная «фабрика грёз». Не секрет, что сами голливудские фильмы — колоссальный инструмент для продвижения новой левой повестки и «разнообразия». Но посмотрим более внимательно на тех, кто в них снимается, и тех, кто их снимает.
Так, ещё в середине 1980–х годов связанные с «либеральным ЦРУ» голливудские актеры, в первую очередь Марлон Брандо, сыграли ключевую роль в том, чтобы заставить кинокомпании начать активно привлекать больше представителей меньшинств в качестве актёров. (В сфере музыки аналогичную роль играли такие персонажи, как Дэвид Боуи.) Сегодня более 90% самых выдающихся голливудских актеров лихорадочно выступают за демократов и являлись противниками Д. Трампа в годы его президентства. Многие, если не подавляющее большинство, также решительно выступают за полностью открытые границы с третьим миром, политическую позицию, которую, по опросам, поддерживают только от 2 до 15% белых европейцев и американцев. Само собой, где–то рядом ходят «защита окружающей среды», феминизм и права ЛГБТ. А потому нет ничего удивительного в связях ведущих актёров с такими структурами, как Фонд Клинтона и его Глобальная инициатива, фонд «Открытое общество» Джорджа Сороса, Фонд медиамагната Теда Тёрнера, старый добрый Фонд Форда и разные фонды Рокфеллеров, гораздо более поздний Фонд Билла и Мелинды Гейтс, ещё более новая сеть Omidyar Network миллиардера Пьера Омидьяра, а также несколько фондов, недавно основанных членами семьи Уоррена Баффета, например, фонд NoVo. Все эти элементы были представлены на ежегодных конференциях Глобальной инициативы Клинтона, которые начались в 2005 году, что фактически, как мы уже отмечали, сделало Демократическую партию ядром глобалистского движения в наши дни.
По аналогии с мужчинами можно составить длинный список самых важных актрис, которые имеют антитрамповские и промигрантские взгляды и при этом крепкие связи с «либеральным ЦРУ». Возьмём, к примеру, оскароносную актрису Энн Хэтэуэй, которая стала чрезвычайно заметной в связи с выходом феминистского фильма «8 друзей Оушена». Краткая биография Хэтэуэй показывает, что она работала в Nike Foundation. Уоррен Баффет, друг Рокфеллеров и Ротшильдов, ежегодно финансирует фонд Nike на миллионы долларов через феминистски ориентированный фонд своей семьи NoVo. В июне 2016 года Хэтэуэй стала послом доброй воли в структуре «ООН-женщины» (UN Women), группы, официально являющейся партнёром фондов Гейтса, Сороса, Рокфеллера, а также корпорации Coca-Cola.
Голливудские звёзды, в основном женщины, одержимы определённой разновидностью глобалистского феминизма, объединяясь под эгидой НПО, финансируемых теми же фондами «либерального ЦРУ», которые мы уже связывали с их коллегами-мужчинами: фонды Форда, Сороса, фонды Рокфеллеров и Баффета, Фонд Билла и Мелинды Гейтс. Глобалистский феминизм в Голливуде настолько распространён, что даже бесчисленное количество актёров и режиссёровмужчин считают себя феминист(к) ами. Такие мужественные и даже брутальные актёры, как Колин Фаррелл, Томми Ли Джонс и Райан Рейнольдс, являются откровенными феминист(к) ами. Так, последний, сыгравший супергероя Дэдпула, считает, что «группы меньшинств, женщины, сообщества ЛГБТ… по праву очень боятся [Трампа, который поддерживает] страх, провоцируемый огромной частью [белого] населения…» В качестве награды «Дэдпулу» было разрешено деловое партнёрство с миллиардером-глобалистом Ричардом Брэнсоном в 2018 году…
Но в самых глубинах голливудского феминистского и ЛГБТ-безумия стоит мода на детей-трансгендеров. Законодателями этой моды стали Анджелина Джоли и Брэд Питт, чей старший биологический ребенок Шайло Джоли-Питт к 3 годам якобы «потребовала», чтобы её родители называли её «Питер» или «Джон», ей сделали мужскую стрижку и снабдили мужской одеждой. К 12 годам, в конце 2017 года, Шайло начала курс лечения мужскими гормонами, чтобы предотвратить развитие своих женских черт — груди, ягодиц, голоса и т.д. Но Джоли и Питт недолго оставались одни. Приёмный (чёрный) мальчик Шарлиз Терон, Джексон, якобы сказал ей в 3 года: «Я не мальчик!» С этого момента Терон выводила сына на улицу в платьях. В 2019 году, когда Джексону было 7 лет, Терон официально подтвердила СМИ, что её сын хочет быть девочкой. А вот актриса Меган Фокс даже не стала дожидаться «требований» своих детей. С самого рождения трое её мальчиков гуляли с ней по улицам с длинных волосами, в женском макияже, голубых и розовых платьях… В сентябре 2017 года муж Фокс Брайан Остин Грин прокомментировал критику по поводу того, что его старший сын гулял по улице в платьях: «Мне всё равно. Ему 4 года, и если он хочет носить это, он носит это, [будь то] платья, очки или тапочки… Это его жизнь».
Всё больше и больше актеров вовлекаются в это «бесполое» движение. Некоторые, такие как Зои Салдана («Стражи Галактики», «Мстители») и уже упоминавшийся Райан Рейнольдс (Дэдпул), пока только заявили, что хотят воспитывать своих детей в «равном», «не сексистском» смысле. Но всё больше и больше актеров, похоже, стремятся стать родителями «полноценных» трансгендерных или «небинарных» (ни мужских, ни женских) детей — что на самом деле является крайним продолжением и без того экстремальной концепции. Так, в январе 2019 года Кейт Хадсон, известная актриса, объявила, что будет воспитывать свою трёхмесячную дочь Рани «бесполой». Стоит ли удивляться, обнаружив Хадсон наряду с Брэдом Питтом, Анджелиной Джоли, Леонардо Ди Каприо и Шарлиз Терон, среди участников элитной Глобальной инициативы Клинтона?
К слову скажем, что проведённое Институтом Уильямса исследование с большой выборкой, обнародованное в июне 2016 года и опубликованное в New York Times, показывает, что лишь около 0,6% (1 из 166) людей в США считают себя трансгендерами…
Естественно, не отстают от своих подопечных и капитаны кинобизнеса. «Большая шестёрка» студий, на которую приходится 80–85% кассовых сборов всех фильмов, а именно 21st Century Fox, Warner Bros., Paramount Pictures, Columbia Pictures, Universal Pictures и Walt Disney Pictures, поддерживают демократов. Так, в июле 2007 года, за год до очередных президентских выборов США, ведущие игроки Голливуда пожертвовали политикам около 4,5 миллиона, из которых примерно 80% достались демократам и лишь 17% — республиканцам[16].
Однако пожертвования Голливуда на выборы 2016 года являются лишь одним из многих индикаторов того, насколько сплочены ряды на самом высоком уровне: Трампа не поддерживали ни при каких обстоятельствах. В статье в журнале Variety от 7 октября 2016 года — за месяц до выборов — был представлен список спонсоров индустрии развлечений: 76 руководителей и супружеских пар из индустрии развлечений сделали пожертвования Клинтон и только двое — Трампу (включая финансы самого Трампа)[17]. Таким образом, 97,5% крупнейших доноров Голливуда делают пожертвования Клинтон. Конечно, это дело отнюдь не ограничивается небольшими индивидуальными пожертвованиями. Голливудские магнаты также периодически организуют, например, сбор средств для кандидатов-демократов, используя голливудских звёзд в качестве «мёда», чтобы привлечь сотни людей на обед по 25 000 долларов за блюдо, и имеют тесные связи с действующими президентами-демократами. Ключевым примером здесь были бы Харви Вайнштейн и трио кинопродюсеров Джеффри Катценберг — Дэвид Геффен — Стивен Спилберг…
Подводя итог всему вышесказанному, можно с уверенностью говорить, что современную политическую повестку, которая служит для «социальной инженерии» — а по сути, ликвидации — современного западного (в первую очередь, конечно же, американского) общества, осуществляют те же самые силы, которые во времена холодной войны выращивали «культурный марксизм» и «новые левые движения» в противостоянии Советскому Союзу. Конгломерат крупного капитала, разведсообщества и примкнувших к ним сегодня флагманов Кремниевой долины, получивший у исследователей название «супер-ЦРУ», «либерального ЦРУ» или «мафии ЦРУ», использует проверенные временем средства «глубинной политики», в том числе многочисленные фонды и неправительственные/некоммерческие организации. А конгломерат идей, который задействуется в качестве тарана для демонтажа западного общества, по сути, представляет собой «мутировавшее со временем потомство» его «питомцев» времён холодной войны.
Примечания:
1 - December 27, 1972, history.state.gov, ‘Transcript of a Memorandum to the President’s Assistant (Haldeman) Dictated by President Nixon’.
2 - 1992, Allan R. Millett, Williamson Murray, Calculations’, p. 232.
3 - См. 1987, Anthony Cave Brown, «C»: the secret life of Sir Stewart Graham Menzies, spymaster to Winston Churchill’, pp. 123–124, 264.
4 - 1972, Richard Harris Smith, ‘OSS: The Secret History of America’s First Centeral Intelligence Agency’, p. 335.
5 - 1996, Cary Reich, ‘The Life of Nelson A. Rockefeller: Worlds to Conquer, 1908–1958’, p. 559.
6 См. 1999, Frances Stonor Saunders, ‘Who Paid the Piper? The CIA and the Cultural Cold War’, p. 141–142.
7 - October 22, 1995, The Independent, ‘Modern art was CIA ‘weapon’’.
8 - March 28, 1998, New York Times, ‘Paid Notice: Deaths: Whitney, Betsey Cushing’.
9 - 1999, Frances Stonor Saunders, ‘Who Paid the Piper?: The CIA and the Cultural Cold War’, p. 261
10 - May-June 1996, Lisa Pease for Probe Magazine, ‘Indonesia, President Kennedy & Freeport Sulphur’.
11 - Фрэнсис Стонор Сондерс, ЦРУ и мир искусств. Культурный фронт холодной войны. М., 2014. С. 6.
12 - Там же. С. 54
13 - April 1976, report of the Senate Select Committee to Study Governmental Operations with Respect to Intelligence Activities (Church Committee), pp. 182–183.
14 - October 20, 1989, Executive Intelligence Review, ‘Why Tavistock brainwashers hate Lyndon LaRouche’; November 3, 1989, Executive Intelligence Review, ‘The Tavistockians today: Who funds the mind benders?’.
15 - 1975, Church Committee, ‘Covert Action in Chile: 1963–1973’, pp. 14–15, 18–19, 22.
16 - July 18, 2007, Variety, ‘Clinton Beats Obama in Hollywood Fund-raising’.
17 - October 7, 2016, Variety, ‘Clinton vs. Trump in Hollywood: Who’s Giving’.
*организация, деятельность которой признана нежелательной на территории Российской Федерации
![Главное](/images/star.png)
ПОНЯТЬ ПЕРЕСТРОЙКУ, ОТСТОЯТЬ НОВОЕ МЫШЛЕНИЕ
МИХАИЛ ГОРБАЧЁВ
Первый президент СССР.
Прошло больше трёх с половиной десятилетий с момента начала перемен в Советском Союзе, получивших название перестройки. Но не затихают споры о том, что она значила, что принесла нашей стране и миру. Я и сам постоянно об этом думаю, ищу ответы на вопросы, которые мне задают учёные, журналисты, авторы писем из России и других стран. Люди хотят понять перестройку, а это значит, что она не стала далёким прошлым. Опыт и уроки перестройки актуальны сегодня, и не только для России.
Перестройка прошла через разные этапы, через поиски, заблуждения, ошибки, достижения. Если бы начинать сначала, то многое я сделал бы иначе. Но я убеждён в исторической правоте перестройки. А это значит, во-первых, что перестройка была необходима, и, во-вторых, что мы шли в правильном направлении.
Инициаторам перестройки предъявляют много обвинений и упреков: в «отсутствии чёткого плана», в «наивности», в «предательстве социализма». А некоторые вообще утверждают, что перестройка была не нужна. Про таких людей я могу сказать одно: у них очень короткая память. Они то ли забыли, то ли не хотят вспоминать, какова была моральная и психологическая ситуация в советском обществе к 1985 году.
Люди требовали перемен. Все – и руководители, и рядовые граждане – кожей чувствовали, что со страной творится что-то неладное. Страна всё глубже погружалась в застой. Фактически прекратился экономический рост. Идеологические догмы держали в тисках интеллектуальную, культурную жизнь. Бюрократическая машина претендовала на тотальный контроль жизни общества, но не могла обеспечить удовлетворение элементарных потребностей людей. Достаточно вспомнить, что творилось тогда в магазинах. Быстро обострялась социальная ситуация, недовольство было всеобщим. Абсолютное большинство считало, что «так дальше жить нельзя». Эти слова родились не в моей голове – они были на устах у всех.
Нам досталось тяжёлое наследство. Мы знали, что требуются масштабные, кардинальные изменения, знали, что такие изменения всегда связаны с риском, но надо было решаться. В руководстве страны, в политбюро на этот счёт царило полное единодушие.
Было бы странно, если бы с самого начала мы имели программу предстоящих реформ, тот самый «чёткий план», отсутствие которого нам ставят в вину критики перестройки. Откуда он взялся бы после двух десятилетий застоя? Нам было ясно, что предстоит трудный поиск пути, и мы не претендовали на то, что у нас есть «расписание поездов», «график реформ». Но это не означает отсутствия ясной цели преобразований, их основного направления.
С самого начала у перестройки был один лейтмотив, красная нить, которая проходила сквозь все её этапы и определяла наши поиски. Перестройка была обращена к людям. Её целью было раскрепостить человека, сделать его хозяином своей судьбы, своей страны.
В основе унаследованной нами системы был тотальный контроль партии. После смерти Сталина созданный им режим отказался от массовых репрессий, но это не меняло его сути. Система не доверяла людям, не верила в способность народа к самостоятельному историческому творчеству. А мы, инициаторы перестройки, знали, что люди, получив свободу, проявят инициативу и энергию созидания.
Были ли мы наивны в своей вере в человека, в творческий потенциал народа? Могу засвидетельствовать: в руководстве страны, в политбюро наивных людей не было. За плечами каждого из нас был большой опыт. У нас были споры, а потом и принципиальные расхождения, но первоначальный замысел – перестройка для человека – поддержали все.
Перестройка была, таким образом, масштабным гуманистическим проектом. Это был разрыв с прошлым, когда на протяжении столетий человек был подчинён самодержавному, а затем тоталитарному государству, и это был прорыв в будущее. В этом актуальность перестройки сегодня, ибо иной стратегический выбор может лишь завести страну в тупик.
Новое мышление
Наряду с внутренними причинами перестройка была обусловлена и внешнеполитическими факторами. Положение дел в мире беспокоило меня и моих соратников не меньше, чем кризисные явления в стране. К середине 1980-х гг. мир стоял перед лицом быстро нараставшей угрозы ядерной войны. Международное сообщество оказалось в тупике, выхода из которого никто не видел. Казалось, конфронтация между Востоком и Западом будет бесконечной. С обеих сторон «железного занавеса» готовились именно к этому.
Никто, конечно, не хотел ядерной войны, но никто и не мог гарантировать, что она не начнётся – пусть даже в результате технического сбоя, ложной тревоги или иной случайности.
Отношения нашей страны со многими странами мира были напряжёнными. Затянувшийся конфликт с Китаем, конфронтация «по всем азимутам» с Соединёнными Штатами, ухудшающиеся в результате развёртывания ракет средней дальности отношения со странами Западной Европы, региональные конфликты на разных континентах, присутствие десятков тысяч наших военнослужащих в Афганистане – всё это создавало крайне неблагоприятную для наших реформ внешнюю среду, а гонка вооружений буквально высасывала соки из нашей экономики.
Милитаризация экономики была обременительной для всех стран, в том числе для США и их союзников. Но для нашей страны она обернулась особенно большими потерями и жертвами. В какие-то годы общие военные расходы достигали 25–30 процентов валового национального продукта, то есть – в сравнении с расходами США и других стран НАТО – в пять-шесть раз больше.
Военно-промышленный комплекс поглощал колоссальные ресурсы, энергию и творческий потенциал самых квалифицированных кадров, на оборону работало до 90 процентов науки. Но сверхвооружённость не делала безопасность страны более надёжной. И люди чувствовали это, в их сознании жила постоянная тревога. Повсюду, где я бывал, они говорили мне: «Михаил Сергеевич, сделайте всё, чтобы только не было войны». Мне стало ясно: продолжение гонки вооружений – не тот путь, который приведёт нас к прочному миру.
И на внешней арене также понимали: так дальше продолжаться не может. Необходимо было – и нам, и нашим партнёрам в международном сообществе – пересмотреть подходы к внешней политике и позиции по конкретным вопросам. И мы пошли на такой пересмотр. Советский Союз сделал первые шаги к изменению основ мировой политики, мы предложили миру новое мышление, и наши шаги, пусть не сразу, нашли отклик в мире.
Новое мышление сложилось не сразу, но оно выросло не на пустом месте. Его источники – в мыслях Альберта Эйнштейна и Бертрана Рассела, в антивоенном движении 1950-х – 1960-х гг., в «политическом покаянии» Джона Кеннеди и Никиты Хрущева, нашедших в себе мужество отступить от края пропасти во время Карибского кризиса, в концепции «общей безопасности», разработанной комиссией Улофа Пальме. Мы впервые выдвинули принципы нового мышления на государственном уровне. Считаю это заслугой перестроечного советского руководства.
Сердцевиной нового мышления стал тезис о приоритете общечеловеческих интересов и ценностей во всё более целостном, взаимозависимом мир. Новое мышление не отрицает национальных, классовых, корпоративных и иных интересов. Но оно выдвигает на первый план интересы сохранения человечества, спасения его от угрозы ядерной войны и экологической катастрофы.
Мы отказались рассматривать мировое развитие с точки зрения борьбы двух противоположных социальных систем. Мы пересмотрели нашу концепцию безопасности и поставили задачу демилитаризации мировой политики. Из этого вытекает принцип разумной оборонной достаточности при более низких уровнях вооружений.
Обобщенно говоря, новое мышление во внешней политике, как и во внутренней политике, означало попытку думать и действовать в соответствии с нормальным человеческим здравым смыслом.
Формула власти
Я напомнил об историческом контексте перестройки и нового мышления, чтобы ещё раз раскрыть и подчеркнуть необходимость и неизбежность перемен во внутренней и внешней политике. С этого исходного пункта начиналась наша конкретная деятельность, путь от первоначальных замыслов к глубоким, в конечном счёте необратимым переменам.
Что важно иметь в виду, когда мы говорим о первом этапе перестройки?
Во-первых, в СССР радикальные преобразования могли быть начаты только сверху, руководством партии. Общество после нескольких десятилетий тотального контроля и подавления любой инициативы не было готово к самоорганизации и не могло выдвинуть лидеров, способных взять на себя ответственность за реформы.
И, во-вторых, на первых порах преобразования могли быть направлены только на совершенствование существующей системы и проводиться в её рамках. Резкий разрыв с существующей «формулой власти», политическим языком и традициями был невозможен. К этому было не готово подавляющее большинство общества, к этому были не готовы и сторонники перемен, в том числе те, кто впоследствии перешел на самые радикальные позиции.
Задача политической реформы сначала не ставилась. Я никогда не скрывал и сейчас не отрицаю, что рассчитывал тогда на партию – КПСС, видел в ней механизм реализации перестройки. Именно она была многие годы у рычагов управления, именно её представители имели большой административный и политический опыт и занимали ключевые позиции во всех структурах власти и общества. И поэтому роль партии, особенно на начальном этапе перестройки, была незаменимой. Один за другим проходили пленумы ЦК, все мои доклады утверждались на политбюро, причём нередко – после бурных дискуссий, которые становились всё более острыми, обнажали накопившиеся противоречия и разногласия.
В этом заключался драматизм перестройки. Миллионы членов партии, многие партийные руководители в центре и на местах были за новую политику. Но в своих поездках по стране в разговорах с людьми я убеждался, что энергия перемен разбивается о стену сопротивления партийной и управленческой номенклатуры. Люди спрашивали: «Где перестройка? Почему не решаются самые элементарные вопросы? Почему не меняется отношение руководителей к человеку, его потребностям и заботам?»
Осенью 1986 г. мы пришли к выводу о необходимости проведения пленума ЦК по вопросу о кадровой политике. Пленум состоялся в январе 1987 года. Резонанс от него был оглушительный – и в партии, и в стране, и в мире. На нём впервые говорили об ответственности КПСС и её Центрального Комитета, политбюро за стратегические просчёты, приведшие страну к социальному и политическому застою. И значительная часть номенклатуры увидела в идеях и решениях пленума угрозу для себя и встала на путь саботажа перестройки.
С 1987 г. начинается тяжёлая борьба в КПСС между реформаторским и антиреформаторским крылом. Это противоборство пронизывало буквально всё. И оно ослабляло партию и как механизм управления, и как легитимный общественно-государственный механизм. Мне и моим единомышленникам стало ясно, что если по-настоящему не вовлечь в процессы обновления самих граждан и если не провести разделения партии и власти, то политика перестройки зайдёт в тупик. Пришло осознание необходимости политической реформы.
Оттенки гласности
Важнейшим рычагом перемен и вовлечения в них народа стала гласность. Не случайно это слово так часто упоминают рядом со словом «перестройка». Я видел в гласности моего главного помощника. И это моё мнение не изменилось, хотя критиков гласности – более чем достаточно. Среди них и неожиданные фигуры, например, Александр Солженицын. Всё погубила горбачёвская гласность, сказал однажды великий писатель. И это тот же человек, который писал: «Честная и полная гласность – вот первое условие здоровья всякого общества». Я спросил его: а где был бы сам Солженицын, если бы не гласность? Без гласности ничего бы не состоялось – никаких перемен, никакой перестройки. Всё застряло бы болоте отжившей идеологии и ведомственной бюрократии.
Старинное русское слово «гласность» вобрало в себя много смыслов. Это и открытость общества, и свобода слова, и подотчётность власти людям. И не случайно его оказалось невозможно перевести на другие языки.
Гласность начиналась, как и всё остальное в перестройке, сверху. И многие поначалу видели в ней лишь очередную форму пропаганды, разъяснения людям политического курса партии. Но я видел задачу совсем в другом. Для советского руководства эпохи перестройки гласность означала – начать говорить правду своему народу о состоянии страны и об окружающем мире. Гласность – это обратная связь с народом, который получил возможность говорить, что думает, в том числе, всё чаще, неприятные начальству вещи.
Гласность – это право людей знать, сведение к разумному минимуму «закрытой информации» и тайны. Ведь как было прежде? Вся статистика находилась под колпаком цензуры. Данные по экономике, социальным вопросам, демографии публиковались исключительно по специальному постановлению ЦК, с большими изъятиями и подчистками. Сведения о преступности, экологические и медицинские показатели хранились за семью печатями. Военный бюджет в его реальных измерениях был тайной. Не только граждане, но и руководство не имело реальной картины многих сторон жизни. С этим было покончено.
Довольно быстро гласность переросла в реальную свободу слова, свободу печати. Люди получили возможность прочитать десятки произведений русских и советских писателей, прежде не публиковавшихся или исковерканных цензурой. Среди них – «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына, открывший миллионам граждан правду о преступлениях сталинизма.
Гласность позволила обсуждать любые темы. Без неё люди не заговорили бы во весь голос о правах человека, реальной свободе совести, экономической свободе, рынке. Но верно и то, что у гласности была также оборотная сторона. Свобода – это всегда риск, и свобода слова – не исключение.
Никто не получил от гласности больше, чем наша интеллигенция. Она в полной мере воспользовалась возможностями свободно говорить и писать. Интеллигенция буквально ринулась осваивать новые идеи, развивать их, обосновывать необходимость глубоких перемен. Но правда и то, что в условиях свободы быстро проявилась неготовность многих представителей интеллигенции, особенно «статусных», к разумным и постепенным изменениям, непонимание ими того простого факта, что свобода неотделима от ответственности.
Интеллигенция не смогла заменить партийную номенклатуру в управленческой сфере, ей не хватило для этого знаний и опыта. Её представители сосредоточились на критике и разоблачении нашего прошлого, но не смогли выдвинуть конструктивных идей о том, как идти к будущему.
А по мере нарастания трудностей поведение многих из них становилось всё более разрушительным и безответственным.
Но всё это не отменяет исторического значения гласности, её актуальности сегодня. Перестройка подтвердила, что нормальное развитие общества исключает всеобщую секретность, тайну как метод государственного управления. Оно предполагает открытость, свободу информации, свободу выражения гражданами своих политических, религиозных и иных взглядов и убеждений, свободу критики в полном её объеме.
Не трогать цены!
Критики перестройки делают особый упор на наши неудачи в сфере реформирования экономики и именно в этом видят едва ли не главную причину того, что нам не удалось реализовать свои замыслы. Нельзя сказать, что для таких упреков нет оснований. Но я отвечаю им: как же легко критиковать и как же трудно действовать в боевых условиях жёсткой, буквально железобетонной системы, складывавшейся десятилетиями.
Мы прекрасно понимали, что экономика «реального социализма», как было принято называть нашу систему при Брежневе, деградирует, страна неотвратимо втягивается в кризис. К началу 1980-х гг. экономический рост прекратился, а с ним замер и так довольно низкий жизненный уровень. По показателям реальных доходов населения СССР оказался далеко позади развитых стран Запада. В расстройство приходили финансы. Экономика становилась всё более разбалансированной и дефицитной. Не хватало не только продовольственных и промышленных товаров, но и металла, топлива, всего, что мы производили в огромных количествах.
Мы стремились выяснить причины нарастания кризисных явлений в народном хозяйстве, определить пути оздоровления ситуации. Учёные считали основной причиной отставания то, что мы проглядели новый этап научно-технической революции, в то время как Запад провёл структурную перестройку экономики на новой технологической основе. Но и экономисты, и хозяйственные руководители, признавая необходимость перемен, не выходили за рамки «более полного использования возможностей социализма».
Надо учитывать и то, что люди хотели, чтобы поскорее улучшилась ситуация с жильём, продовольствием, товарами широкого потребления. Нам казалось: вот подправим дела, вытянем на прежних подходах, а там возьмёмся за глубокие реформы. И действительно, в 1985–1986 гг. экономическая ситуация в стране несколько улучшилась. Промышленное производство приросло на 4,4 процента, сельское хозяйство – на 3. За два года в сферы образования и здравоохранения, в повышение зарплат и пенсий было вложено на 40 миллиардов рублей больше, чем было намечено по пятилетнему плану. Но, добавив людям денег, мы одновременно усилили давление на рынок, возник разрыв между товарами и денежной массой. И как раз в этот момент цены на нефть упали до 12 долларов за баррель. Мы потеряли две трети прежней выручки от её экспорта.
Теперь очевидно, что именно тогда необходимо было пойти на решительные меры по урезанию военных и других государственных расходов, снять напряжение на рынке за счёт импорта товаров и тем самым подготовить условия для перехода к радикальной экономической реформе. Как первый шаг к ней – провести реформу цен, которые по многим товарам давно уже не отражали издержек производства.
Меры болезненные, но необходимые. Но против них выступило руководство правительства. Его председатель Николай Рыжков стоял на том, что «нельзя ничего разрушать». Есть план, есть бюджет, и их нельзя трогать. И эта точка зрения нашла поддержку в политбюро.
Вспоминаю острые дискуссии по проблеме ценообразования. Пленум ЦК КПСС в июне 1987 г. поручил правительству разработать предложения по этому вопросу, но там не спешили, да, видимо, и боялись всерьёз взяться за крайне острую проблему. А тем временем слухи о «покушении на стабильные цены» просачивались в общество, порождали растущую тревогу. В конце концов тема эта была осёдлана популистами, стала полем политической борьбы.
«Не трогать цены!» – под таким девизом зарождалась оппозиция. Эту сторону заняли и почти все ведущие учёные-экономисты, в том числе те, кто принимал участие в разработке концепции реформ. Критиков не смущало то обстоятельство, что этим перекрывалась дорога экономическим реформам и что им самим не уйти от такой меры, приди они к власти. Думаю, им втайне сочувствовала и экономическая бюрократия, тормозившая реформы.
Думаю, если бы я тогда занял твёрдую позицию, дело могло повернуться иначе. Надо было обратиться к народу, сказать правду. И люди поняли бы нас. А позволив неоправданно растянуть сроки структурных преобразований, мы упустили самый благоприятный для них в экономическом и политическом отношении момент – 1987–1988 годы. Это был стратегический просчёт. Тогда мы не знали и не могли знать, что история отвела нам мало времени. Радикальные экономические реформы, переход к рыночной экономике требовали целого переворота в сознании и руководителей, и рядовых граждан. Те, кто пришёл после нас, думали, что у них всё получится за два, максимум три года. Отсюда их вера в «шоковую терапию» и отсюда же – её разрушительные последствия. И это тоже надо иметь в виду, оценивая просчёты в экономической политике периода перестройки.
Мир миров
Тяжёлое наследие досталось перестройке и в сфере национальной политики и федеральных отношений. И я не могу сказать, что я и мои коллеги, начинавшие перестройку, видели всю проблему в её полном объеме.
Сейчас, конечно, совершенно очевидно, что сохранение и обновление страны, которая представляла собой «мир миров», конгломерат народов, в которой волей исторических судеб оказались вместе такие разные республики, как, скажем, Эстония и Туркменистан, объективно представляло собой задачу колоссальной сложности. В годы перестройки вырвалось наружу всё то, что копилось в этой сфере на протяжении веков и десятилетий. Не думаю, что кто-либо был к этому готов.
Исторически Советский Союз наследовал Российской Империи. Была ли она «тюрьмой народов»? Если согласиться с этим, то первым среди узников следует назвать русский народ. И в годы сталинского режима он вынес не меньшие лишения и страдания, чем другие народы Советского Союза.
Всё это было. Но было и другое: опыт совместного существования и созидания и возможность сохранить в новых формах лучшее из этого опыта.
Почему такая возможность не реализовалась?
Президент Российской Федерации Владимир Путин в своих высказываниях не раз возлагал главную ответственность за распад Советского Союза на ленинскую концепцию федерации и содержавшийся в ней принцип суверенитета советских республик и возможность самоопределения вплоть до отделения. Но возникает вопрос: в этом ли причина? Мы знаем, что распались многие империи и государства, конституции которых не предусматривали такой возможности.
Думаю, причины надо искать в другом.
При Сталине многонациональное государство стало закручиваться в жёсткую сверхцентрализованную унитарную систему. Центр всё решал и всё контролировал. К тому же Сталин и его соратники произвольно кроили границы, как будто с расчётом на то, чтобы никто не мог и помыслить себя вне Союза. Национальные проблемы загонялись вглубь, но они никуда не делись. За фасадом «расцвета и сближения советских народов» скрывались острые проблемы, решения которых никто не искал. Сталин рассматривал любые национальные претензии и межнациональные споры как антисоветские по своей природе и подавлял их, не тратя времени на увещевания.
Было неизбежно, что в условиях демократизации и большей свободы всё это вырвется на поверхность. Надо признать, что мы поначалу недооценили масштабы и остроту проблемы. Но когда она возникла, мы не могли действовать прежними методами подавления и запретов. Мы считали, что надо идти по другому пути, искать продуманные и взвешенные подходы, действовать методами убеждения.
Из этого мы исходили, когда в начале 1988 г. обострилась проблема Нагорного Карабаха. Корни конфликта – давние, простого решения он не имел тогда и не имеет сейчас, хотя меня пытались убедить, что оно может быть достигнуто путём перекройки границ. В руководстве страны было единое мнение: это недопустимо. Я считал, что достижение договорённости о статусе Нагорного Карабаха – дело армян и азербайджанцев, а роль союзного центра – помочь им в нормализации обстановки, в частности в решении экономических проблем. Уверен, что это была правильная линия.
Но ни партийные структуры, ни интеллигенция двух республик не сумели найти путь к согласию или хотя бы к диалогу. И их оттеснили на задний план экстремисты. События нарастали как снежный ком. В конце февраля 1988 г. в городе Сумгаит пролилась кровь. Чтобы остановить резню, пришлось задействовать войска.
В этот период, в 1987–1988 гг., я стремился выработать единый демократический подход к межнациональным спорам. Суть его заключалась в том, что национальные проблемы могут быть по-настоящему решены только в общем контексте политической и экономической реформы. И надо сказать, что первоначально национальные движения в балтийских республиках, Молдавии, Грузии, Украине выступали под лозунгами поддержки перестройки. Вопрос о выходе из Союза в 1987 г. не ставил почти никто.
Но очень быстро в национальных движениях стали брать верх сепаратистские тенденции. А партийные лидеры в республиках не умели работать в условиях демократии. Они растерялись. Это проявилось в Грузии, когда в апреле 1989 г. люди вышли на улицы и площади Тбилиси. Членам ЦК грузинской компартии надо было также выйти к народу, а они предпочли сидеть в бункере. И дошло до беды: была применена сила для «очистки» площади от демонстрантов, погиб 21 человек, десятки получили ранения.
Об этом тяжело вспоминать. Но я могу с чистой совестью сказать: решение о разгоне митинга в Тбилиси было принято за моей спиной, вопреки моей воле. Тогда и впоследствии я твёрдо придерживался своего кредо: самые сложные проблемы надо решать политическими средствами, без применения силы, без крови.
Женева, Рейкьявик и ядерный мир
К концу 1988 г. нам удалось решить большую часть проблем, связанных с прекращением холодной войны и гонки ядерных вооружений, выйти на новый уровень отношений со странами Западной Европы, подготовить почву для нормализации отношений с Китайской Народной Республикой. Далось это нелегко, потребовались огромные усилия руководства страны, дипломатов, военных, экспертов.
Хочу подчеркнуть: я не принимал единоличных решений. Директивы для переговоров с нашими партнёрами вырабатывались в сложном взаимодействии, в котором участвовали представители всех заинтересованных ведомств. Это был непростой процесс, возникали споры, разногласия. Спорные проблемы и альтернативные варианты их решения обсуждались на политбюро, и мы приходили к единой позиции, которую я отстаивал на переговорах.
Начинать надо было с отношений с Соединёнными Штатами. Потому что поворот в международной ситуации был невозможен без улучшения отношений между двумя ядерными сверхдержавами. Наша первая встреча с президентом США Рональдом Рейганом в Женеве в ноябре 1985 г. сломала лед, нараставший годами. И это несмотря на то, что после первой нашей беседы наедине в разговоре с членами советской делегации я назвал Рейгана не просто консерватором, а «настоящим динозавром». А Рейган, как мы узнали позже, сказал, что «Горбачёв – твердолобый большевик». Но сработали два фактора: ответственность и интуиция. Чутьё подсказало нам, что нужно не идти на разрыв, а продолжать диалог.
Главные результаты женевского саммита хорошо известны. Но о них стоит напомнить. Мы подписали заявление, в котором говорилось: «Руководители СССР и США констатируют, что ядерная война никогда не должна быть развязана, в ней не может быть победителей». И далее: «Стороны не будут стремиться к военному превосходству». Мы также договорились о расширении обменов между нашими странами, контактов между людьми, молодёжью, возобновлении воздушного сообщения.
В наших речах на церемонии завершения саммита прозвучала новая тональность, которой давно уже не было в лексиконе государственных деятелей СССР и США. Это был первый шаг на пути к доверию – трудном, но необходимом пути.
Но в 1986 г. стало ясно: инерция холодной войны и рутина традиционной дипломатии грозят сорвать движение к договорённостям. Попытки военных кораблей США войти в наши территориальные воды, шпионские скандалы, бесконечное «повторение пройденного» на переговорах по разоружению – всё это убедило меня в том, что вновь своё веское слово должны сказать лидеры. Я предложил президенту Рейгану встретиться «на полпути» и обсудить шаги, способные сдвинуть дело с мёртвой точки. Так родилась идея Рейкьявика.
Президент ответил позитивно. Правда, он не привез в Рейкьявик новых идей. Тем не менее по проблемам ракет средней дальности и стратегических наступательных вооружений в Рейкьявике был достигнут существенный прогресс – прежде всего благодаря предложениям советской стороны. Разрабатывая их, мы были готовы пойти навстречу нашим партнёрам по вопросам, вызывавшим у них озабоченность – например, по тяжёлым ракетам и контролю, чтобы стимулировать конструктивный отклик с их стороны. Но мы исходили из простой посылки: прекращая гонку вооружений на Земле, недопустимо переносить её в космос.
И здесь, как говорится, нашла коса на камень: президент Рейган хотел не просто активизировать программу Стратегической оборонной инициативы, но и получить от нас добро на испытания систем ПРО в космосе. На это я пойти не мог.
Тем не менее прогресс, достигнутый по ряду важных вопросов, и согласие лидеров СССР и США о том, что окончательной целью переговоров является избавление мира от ядерного оружия, позволили мне сразу после окончания саммита заявить: Рейкьявик – это не провал, а прорыв, новое слово в переговорах o ядерном оружии.
На многих у нас в стране, в Соединённых Штатах, в Европе это произвело шоковое впечатление. Маргарет Тэтчер, связывавшая безопасность Великобритании и Европы с ядерным оружием, обмолвилась: «Второго Рейкьявика мы не выдержим». На протяжении 1987 г. было множество попыток торпедировать переговоры о ракетах средней дальности, судьба первого договора о ликвидации двух классов ядерного оружия не раз висела на волоске, но импульс Рейкьявика оказался мощным: в декабре 1987 г. договор был подписан.
У этого договора было немало критиков, в том числе в нашей стране. Меня ругали за то, что в итоге СССР сократил больше ракет и боезарядов, чем США. Но дело в том, что само появление наших ракет СС-20 в Европе было результатом стратегического просчёта прежнего руководства, их присутствие отравляло наши отношения со странами Европы, а количество их было ничем не обосновано. А развёрнутые в ответ на это американские ракеты были для нас как пистолет у виска: их дальность позволяла им поражать важнейшие цели и центры принятия решений на территории СССР. Так что с качественной точки зрения взаимный отказ от ракет средней дальности был нам выгоден.
Отмечу ещё один важнейший для оценки этого договора момент. Он положил начало процессу резкого сокращения практически всех категорий ядерного оружия, особенно в Европе. С 1987-го по 1991 г. количество американских ядерных боезарядов в Европе уменьшилось в несколько раз. Соединённые Штаты вывели из Европы всю ядерную артиллерию, ракеты «земля – воздух», отказались от размещения новых ракет «Лэнс-2». Вот что происходит, когда лидеры находят в себе смелость проявить реализм и пересмотреть устаревшие концепции безопасности.
Мы по достоинству оценили и то, что президент Рональд Рейган не пошёл на поводу у тех, кто убеждал его под тем или иным предлогом отказаться от его собственного предложения о «нулевом варианте» по ракетам средней дальности и сорвать заключение договора. Позиция президента США позволяла говорить о возникновении взаимного доверия. В этих условиях мы принимали решения, позволившие снять напряжение во многих регионах мира, выйти на урегулирование конфликтов, которые на протяжении многих лет казались неразрешимыми.
Тогда же мы исправили ещё одну ошибку, дорого обошедшуюся нашей стране и нашему народу – вывели советские войска из Афганистана. Вывод наших войск не был бегством, он позволил создать условия для начала процесса внутреннего урегулирования в этой стране. Мы предлагали, чтобы великие державы и соседи содействовали национальному примирению в Афганистане. Не наша вина, что этого не произошло. Результатом стало продолжение гражданского конфликта, превращение Афганистана в очаг терроризма, страшное эхо, прогремевшее 11 сентября 2001 года. Наследие холодной войны до сих пор даёт себя знать не только в этом регионе.
Тем не менее первые итоги реализации политики нового мышления позволили нам сделать важные выводы, с которыми я вышел на трибуну Генеральной Ассамблеи ООН в декабре 1988 года.
Мир, в котором мы живём сегодня, сказал я, коренным образом отличается от того, каким он был в начале или даже в середине ХХ века: «Новые реальности меняют всю мировую ситуацию. Ослабляются или смещаются унаследованные от прошлого различия и противоположности. Но появляются новые. Утрачивают значение некоторые прежние разногласия и споры. Их место занимают конфликты нового рода. Жизнь заставляет отбрасывать привычные стереотипы, устаревшие взгляды, освобождаться от иллюзий. Меняется само представление о характере и критериях прогресса».
В ООН я говорил о необходимости демилитаризации и демократизации международных отношений. Это положение органически вытекало из того, что мы делали тогда в Советском Союзе. Я подробно рассказал о задачах и планах перестройки. Встав на путь демократии, утверждения правового государства и прав человека, сокращения вооружений, мы имели полное право предложить всемирной организации критерии и подходы, основанные на общечеловеческих ценностях.
Мы вступили в эпоху, сказал я, когда в основе прогресса будет лежать общечеловеческий интерес. И далее: «Наш идеал – мировое сообщество правовых государств, которые и свою внешнеполитическую деятельность подчиняют праву».
Ещё раз скажу: мы не были наивны. Мы прекрасно понимали тогда, что путь к осуществлению этого идеала будет долгим и непростым. Но у себя дома и на международной арене мы сделали твёрдый выбор, решительно двинулись вперёд в этом направлении.
В тот же день, когда я выступил в ООН, я встречался в Нью-Йорке с президентом США Рональдом Рейганом и избранным президентом Джорджем Бушем. Мы смогли констатировать впечатляющие результаты, достигнутые в отношениях двух ядерных держав менее чем за три года наших совместных усилий. Я горжусь тем, что мы смогли сделать вместе, сказал Рональд Рейган. В свою очередь Джордж Буш заявил, что рассчитывает на продолжение совместной работы. В ответ я сказал, что это полностью отвечает нашим намерениям.
Я откровенно рассказал своим собеседниками о процессах, происходящих в нашей стране, о достижениях, проблемах и планах. Мы вступаем сейчас в, может быть, самый сложный этап перестройки, предстоят фундаментальные, трудные изменения. Приходится менять психологию каждого человека – от члена политбюро до рабочего у своего станка. В таком трудном деле могут случаться и временные откаты назад – ведь это многогранный процесс, сопряженный с борьбой, но процесс необратимый. Но могу сказать с уверенностью: Советский Союз бесповоротно встал на путь глубоких перемен.
Хочу, чтобы вы знали, ответил президент Рейган: мы действительно вас поддерживаем в этом трудном начинании.
Начинался 1989 год. Он принёс много неожиданностей, трудностей, сложнейших дилемм. Но при всём этом он стал годом, когда стала реальностью необратимость перемен, начавшихся в стране и в мире благодаря импульсам перестройки и нового мышления.
Разбудить общество
Смысл политической реформы, принципиальное решение о которой приняла XIX партийная конференция в июне 1988 г., заключался в том, чтобы передать власть от монопольно владевшей ею партии в руки органов, избранных народом. Я и мои единомышленники понимали, что бюрократия встретит такую реформу в штыки. У неё было достаточно рычагов, чтобы замедлить и выхолостить политические преобразования.
Две трети делегатов на Съезд народных депутатов, собравшийся в мае 1989 г., избирались путём прямых альтернативных выборов. Во многих округах было 10–12 и более кандидатов. Одна треть – в качестве разовой, первоначальной меры – избиралась общественными организациями. Нас критиковали за такой формат, но я до сих пор считаю, что критиковали несправедливо. Именно он позволил избежать открытого «бунта на корабле», ослабить сопротивление верхушечного слоя и одновременно вовлечь в преобразования новых людей, которые в ином случае имели бы мало шансов попасть на съезд.
Ход избирательной компании показал, что мы оказались в совершенно новой, беспрецедентной обстановке. Дискуссии, в том числе в средствах массовой информации, были небывалыми по своей откровенности и остроте. Наружу выплыло много и горького, и ранее неизвестного. У некоторых членов руководства всё это вызвало раздражение и тревогу.
Парадокс заключался в том, что среди депутатов оказалось 85 процентов членов КПСС (в старом Верховном Совете, депутаты которого фактически не избирались, а отбирались, их была примерно половина), но руководящий слой воспринял итоги выборов как поражение партии. На заседании политбюро, собравшемся после выборов, царило подавленное настроение. Я, в отличие от многих коллег, оценил выборы как важнейший шаг в осуществлении политической реформы.
Мы смогли разбудить общество, сделать то, чего добивались все предшествующие годы перестройки – включить народ в политику. Свободные выборы открыли много новых, интересных людей, прояснили позиции социальных слоев, о которых, как обнаружилось, у нас было весьма приблизительное, а порой и искажённое представление, сложившееся под давлением политической догматики.
Мы не имеем права, сказал я на заседании политбюро, отвергать критику, которая в ходе избирательной кампании раздавалась по адресу партии, в том числе руководства. 35 крупных партийных функционеров провалились на выборах. Если КПСС хочет быть в авангарде перестройки, сказал я, она должна меняться.
Последующие события показали, что партия оказалась неспособна выполнить эту роль, она не выдержала испытания демократией, свободой, гласностью. Должен признаться, что я тяжело переживал то, что партия всё более превращается в тормоз, в препятствие на пути перестройки. Но как генеральный секретарь партии считал невозможным и опасным бросить её, что превратило бы руководство и значительную часть партийной массы в открытых противников перестройки. В этом заключалась сложность моего положения на этапе начала политических преобразований.
Съезд народных депутатов избрал новый, вполне дееспособный Верховный Совет СССР, заложил основу новой, демократической политической системы. Казалось бы, тогда сложились предпосылки для того, чтобы по-настоящему крупно двинуть вперёд перестройку, переломить негативные тенденции в экономике и национальных отношениях. Почему же этого не получилось? Думаю, причина в том, что дезинтеграционные процессы опережали формирование новых институтов власти и управления. Одновременно набирала силы радикальная оппозиция. Само по себе появление оппозиции было закономерно и необходимо. Но своими популистскими лозунгами, борьбой против союзного центра и политического центризма, поддержкой сепаратизма радикалы подрывали фундамент власти и практически смыкались по деструктивности с реакционной, консервативной оппозицией.
Эти две крайности привели к тому, что переход к демократии в нашей стране оказался драматичным и болезненным. И это предопределило многие трудности и проблемы, с которыми мы сталкиваемся до сих пор.
Тем не менее опыт функционирования демократически избранных органов власти имеет и сегодня огромное, я бы сказал – неоценимое значение. Верховный Совет принял законы, устанавливающие отношения между гражданином и государством, реально обеспечивающие политические свободы и гражданские права. Это, в частности, законы о печати и других средствах массовой информации, об общественных объединениях граждан, о правах профсоюзов, о свободе совести и религиозных организациях, о местном самоуправлении, о въезде и выезде из страны. Это было законотворчество, сравнимое по своему значению с такой вехой в истории России, как реформы Александра II во второй половине XIX века. У наших реформ, как и у тех, оказалась трудная судьба, но я и сегодня убежден в их непреходящем значении и исторической роли.
Объединённая Германия и великодушие русского народа
События 1989–1990 гг. были беспрецедентными по напряжению борьбы, по одновременности изменений внутри страны и на внешней арене, необходимости принимать трудные решения в условиях жесточайшего цейтнота. В истории трудно найти аналоги такого резкого, драматического ускорения её хода. В этих условиях возникала опасность поражения перестройки, прихода к власти сил, намеренных и способных ликвидировать её демократические завоевания. Недопущение такого отката назад стало для меня важнейшей задачей, потребовало тактического маневрирования, шагов по удержанию баланса, которые не всегда встречали понимание, в том числе у моих сторонников.
В партии и особенно в её руководстве обозначилась консервативная группа, неформальным лидером которой стал Егор Лигачёв. Это незаурядный человек, честный и искренне переживавший за страну. Он был сторонником перемен, активно поддержал меня на первом их этапе. Но чем дальше, тем больше сказывалась его приверженность «фундаментальным основам» того социализма, которые мы унаследовали и который был несовместим с демократией. Это проявилось в его фактической поддержке статьи Нины Андреевой, опубликованной 13 марта 1988 г. в газете «Советская Россия». Поддержка рядом членов политбюро этого по своей сути сталинистского, антиперестроечного манифеста обнажила дифференциацию в партийном руководстве.
Я считал, что нельзя допустить, чтобы эта дифференциация переросла в раскол. Тогда это удалось. И что особенно важно: удалось сохранить единство в отношении нашей внешней политики в момент, когда происходил крутой перелом в мировой политике, когда одновременно с окончанием холодной войны заявили о своих устремлениях народы стран Центральной и Восточной Европы и произошло объединение Германии.
Безусловно, импульс этим процессам дали перемены в нашей стране. Дав народу нашей страны демократические права и свободы, мы не могли препятствовать устремлениям народов соседних стран, наших союзников. С самого начала руководителям этих стран было сказано: мы не будем вмешиваться в ваши дела, вы отвечаете перед своими народами. И когда ветер перемен охватил эти страны, мы доказали: наши слова о свободе выбора – а это был один из главных тезисов моей речи в ООН – не были пустой риторикой. Мы подтвердили их делами, своей политической позицией. И одним из важнейших результатов этого стало воссоединение Германии.
Очень важно, что к моменту, когда процесс объединения пошёл нарастающими темпами, фактически прекратилась холодная война. В декабре 1989 г. на Мальте мы с президентом США Джорджем Бушем заявили, что наши страны больше не считают друг друга врагами. Тогда же президент Соединённых Штатов заявил, что будет реагировать на события в Центральной Европе осмотрительно и ответственно, что он не будет «прыгать на [берлинскую] стену».
Тем не менее путь к германскому единству не был простым. Он и не мог быть гладким. Обстановка была напряжённой, любой неосторожный шаг мог привести к взрыву. В Европе, и в том числе в нашей стране, были сомнения, тревога. Её выражали крупные политики, лидеры государств. Выражали публично и ещё больше – в доверительных беседах. В этих условиях принципиальное значение имело то, какую позицию займёт Советский Союз.
Скажу откровенно: для сомнений и тревоги были основания. Память об опустошительной войне, развязанной гитлеровским режимом, не стёрлась в сознании людей. Наша страна, советский народ, русский народ понесли в той войне небывалые потери. Война опалила миллионы семей.
Когда история ускорила свой ход, когда немцы на востоке и на западе заявили – мы один народ, от политических лидеров потребовалась мудрость, выдержка, глубина мышления и видение перспективы. Это был экзамен. И вместе мы выдержали его. Несмотря на трудности, препятствия и риски, которые ждали нас буквально на каждом шагу, мы смогли сделать важнейшее историческое дело. Были подписаны документы, заложившие основы безопасности в Европе в новых условиях.
Принимая трудные решения в водовороте тех событий, я опирался на определённые принципы. Я исходил из того, что попытки воспрепятствовать объединению Германии силой означали бы крах всех усилий по прекращению холодной войны, нанесли бы непоправимый удар по всей политике перестройки, надолго отравили бы отношения между нашими народами.
Но прежде всего я опирался на волю и великодушие нашего народа. Русские проявили понимание чаяний немцев, пошли им навстречу. В этом я убедился по реакции граждан нашей страны на моё выступление в Кремле в мае 1990 г., в котором я разъяснял нашу политику в отношении Германии.
Сегодня мы можем констатировать, что принятые тогда решения оказались правильными. Германия, немцы выполнили обязательства, которые они дали в процессе объединения. Это, в частности, касается масштабного сокращения вооружённых сил объединённой Германии и выполнения Большого договора между СССР и ФРГ, подписанного 9 ноября 1990 года. Несмотря на осложнение отношений между Россией и ФРГ в последние годы, я уверен, что их основы прочны, а их потенциал огромен.
Ирак – Кувейт и советско-американские отношения
В конце лета 1990 г. на Ближнем Востоке разразился кризис, подвергший ещё одному испытанию новое политическое мышление и новые отношения между государствами после окончания холодной войны.
В период холодной войны кризис, возникший в результате нападения Ирака на Кувейт, мог бы привести к опаснейшему противостоянию между соперничающими блоками, между СССР и США. Авантюра иракского лидера Саддама Хусейна ставила нас перед серьёзными проблемами, прежде всего в силу сложившихся за многие годы отношений между СССР и Ираком. Советский Союз был связан с Ираком Договором о дружбе и сотрудничестве. В Ираке в различной роли – военных советников, технических специалистов и так далее – находились тысячи наших людей. Наконец, с Ираком были связаны крупные, можно сказать, миллиардные экономические интересы, что было особенно чувствительно, учитывая наше трудное экономическое положение.
Тем не менее с самого начала, без промедлений и колебаний, я осудил агрессию, выступил за совместные действия с целью её прекращения и восстановления суверенитета Кувейта. При этом мы заняли твёрдую позицию: необходимо добиться этой цели, используя не военные, а политические средства. В целом эту линию удалось выдержать. И хотя президент США не удержался от применения силы, чтобы вытеснить иракские войска из Кувейта, в итоге мы могли констатировать ряд позитивных моментов.
Суверенитет и само существование Кувейта были восстановлены. Саддаму Хусейну не удалось расколоть мировое сообщество, заставить его смириться с агрессией. Резолюции Совета Безопасности ООН были выполнены. При этом войска США не перешли границу Ирака, не произошло оккупации страны и «смены режима».
Наша страна сыграла ключевую роль в формировании единой реакции мирового сообщества на агрессию и в её пресечении, способствовала консолидации роли Организации Объединённых Наций. Мы сумели пронести новые советско-американские отношения через перипетии острейшего конфликта – ещё одного испытания по окончании холодной войны. Была достигнута договорённость о проведении в Мадриде международной конференции по ближневосточному урегулированию.
Борьба за Союз
Меня нередко критикуют за то, что, уделяя первостепенное внимание международным проблемам, их решению на основе нового мышления, я якобы недооценил остроту внутренних проблем Советского Союза, упустил возможности для их решения. В ответ могу сказать одно: львиную долю времени, внимания, сил в эти годы – особенно в 1991 г. – я отдавал внутренним делам и прежде всего усилиям по сохранению и спасению единого союзного государства. Что подвело нас к кризису 1991 года? Почему события приобрели такую остроту? Причины этого – как объективные, накопившиеся за годы и десятилетия существования советского государства, так и субъективные, связанные с ошибками и упущениями перестроечных лет.
Проблемы межнациональных и федеральных отношений и экономические проблемы сплелись в тугой узел, развязать которые можно было лишь на пути решительной модернизации этих отношений и радикальной экономической реформы. Мы это осознали с опозданием, но мы не бездействовали.
Обращаясь к гражданам страны накануне 1991 г., я сказал: «Будущий год особый. На него падает решение вопроса о судьбе нашего многонационального государства. Народы страны жили вместе столетиями. Мы сейчас, может быть, как никогда остро чувствуем, что нельзя нам жить, отгородясь друг от друга. Да и выйти из кризиса, подняться на ноги, твёрдо пойти по дороге обновления мы сможем только сообща».
Я был убеждён, что проблему сохранения и реформирования Союза можно решить политическим путём, без применения силы, без кровопролития. Но уже в первой половине января разразилась гроза. Кровь пролилась в Литве. Пришедшее к власти в результате выборов руководство Литвы во главе с Витаутасом Ландсбергисом пошло по пути обострения отношений с Союзным центром, решило добиваться независимости любой ценой. Я, тем не менее, предлагал компромисс, был готов к переговорам. 12 января 1991 г. я сделал заявление, что кризис будет разрешён конституционными средствами. Но в ночь с 12 на 13 января в Вильнюсе был осуществлён захват телевизионной башни и радиостанции с участием советских войск, приведший к гибели людей.
Разумеется, президент СССР не отдавал и не мог отдать приказ о подобных действиях. Произошедшее было провокацией против меня как президента – со временем, особенно после августовского путча, это стало совершенно ясно. Есть и документы, подтверждающие это.
После кровопролития 13 января все усилия предотвратить выход Литвы, да и других прибалтийских республик из состава Союза оказались тщетными. Но борьба за Союз продолжалась. Я был уверен, что вопросы, касающиеся судьбы союзного государства, судьбы нашего народа, невозможно решать без его участия. И я был убеждён, что люди в массе своей выскажутся на референдуме за сохранение Союза и его преобразование в полнокровную федерацию.
17 марта предложенный мной референдум состоялся. 76 процентов населения страны, 71,34 процента населения России сказали «да» Союзу. Столь же впечатляющи были результаты референдума на Украине и в Белоруссии. Президент России Борис Ельцин, ставший к тому времени лидером радикальной оппозиции, и его окружение вынуждены были считаться с его итогами. Думаю, без этого голосования не могло бы быть встреч президента СССР и руководителей девяти республик, в том числе России, Украины, Белоруссии и Казахстана, в Ново-Огарёве. В рамках этих встреч удалось разрядить обстановку в стране и форсировать подготовку проекта Союзного договора.
Мне и моим единомышленникам в руководстве страны пришлось одновременно бороться и с попытками сепаратистов и «радикал-демократов» расчленить Союз, и с действиями тех, кто хотел свернуть демократический процесс и отбросить страну в прошлое.
На апрельском Пленуме дело дошло до требований смены руководства. Партийная верхушка свой бунт стремилась подкрепить снизу. Стали формироваться группировки, объявлявшие своей целью «борьбу с ревизионизмом», «восстановление диктатуры пролетариата». Ко мне на стол ложились десятки и сотни депеш от парткомов разного уровня, в ультимативной форме ставивших вопрос о необходимости принятия неотложных мер для спасения социалистического строя, вплоть до введения чрезвычайного положения в стране. 22 апреля при обсуждении доклада Кабинета министров о выходе из кризиса экономики некоторые депутаты, с подачи тогдашнего премьер-министра Валентина Павлова и при сочувствии председателя Верховного Совета Анатолия Лукьянова, начали муссировать тему введения чрезвычайного положения в стране или в решающих секторах экономики. Мне пришлось вмешиваться и возвращать парламент в русло нормальной работы, давая отпор ярым консерваторам.
В руководстве страны, в том числе в моём ближайшем окружении, были как мои единомышленники, так и люди двуличные, рассуждавшие о своей приверженности демократии, а на деле готовые к предательству – и демократии, и меня лично. Не отрицаю право любого члена руководства иметь своё мнение и отстаивать его. Но у них были для этого все возможности, они могли делать это в открытой полемике, в открытом политическом бою. Вместо этого они избрали путь закулисного сговора и в конечном счёте – государственного переворота. Выдвижение некоторых из них – в частности, Геннадия Янаева на пост вице-президента – было с моей стороны грубым просчётом. Но тогда далеко не всё было очевидно.
Мой выбор оставался твёрдым: не сворачивать с демократического пути, отвергать «чрезвычайщину», добиваться объединения всех здоровых сил общества в интересах реформ. И когда на апрельском пленуме ЦК представители партноменклатуры поставили вопрос ребром – пусть Горбачёв либо вводит чрезвычайное положение, либо уходит с поста генерального секретаря ЦК, я сказал:
– Хватит демагогии, ухожу в отставку.
Меня стали уговаривать взять своё заявление обратно. Я отказался и ушёл в свой кабинет.
Спустя полтора часа по предложению политбюро подавляющим большинством голосов (только 13 человек проголосовало против при 14 воздержавшихся) пленум решил снять с рассмотрения выдвинутое мной предложение об отставке с поста генерального секретаря ЦК КПСС. После этого обстановка несколько разрядилась.
Но сейчас я думаю, что моё согласие остаться на посту генсека было ошибкой. Партия, как показали дальнейшие события, оставалась консервативной силой, неспособной реформировать себя и участвовать в реформировании страны.
Не выдержали испытания демократией и некоторые члены руководства. На заседании Верховного Совета в июле 1991 г. премьер-министр Павлов при поддержке руководителей силовых ведомств потребовал предоставления кабинету министров чрезвычайных полномочий. (Я не присутствовал на этом заседании – был в Ново-Огарёво, где участвовал в обсуждении заключительных положений проекта Союзного договора). Пришлось вновь давать отпор «чрезвычайщине», а кроме того, стало ясно, что в новом руководстве, которое будет сформировано после подписания договора, Павлову, председателю КГБ Владимиру Крючкову, министру обороны Дмитрию Язову, председателю Верховного Совета Лукьянову будет уже не место.
Вот в такой острейшей обстановке шла подготовка проекта Союзного договора, борьба вокруг его принципиальных положений. В итоге сложных политических манёвров, дискуссий и столкновений противоборствующих сил удалось к исходу июля вплотную приблизиться к рациональному решению коренных проблем, осложнявших ход перестройки. Подготовить тем самым необходимые предпосылки для преодоления возникшего кризиса.
Решающее значение имело, бесспорно, завершение 23 июля согласования текста Союзного договора. Были решены вопросы, связанные с правами и полномочиями республик и Союзного центра, единой денежно-кредитной политикой, налогами. В июле же началась реализация антикризисной экономической программы. Тяжело она нам далась, но в конце концов удалось прийти к варианту, который поддержали республики, готовность выполнять её положения выразили даже прибалты. Всё, что «сошлось» в июле 1991-го, явилось итогом длительных поисков и усилий на пути, начатом в апреле 1985-го. Складывались реальные предпосылки для того, чтобы вытащить страну из кризиса и масштабно продвинуть начатые демократические преобразования.
«Несоответствие требованиям момента»
То, что мы делали в эти месяцы на внешней арене, было подчинено главной цели – закрепить переход в отношениях с ведущими мировыми державами от конфронтации к сотрудничеству и в перспективе к партнёрству, начать реальную интеграцию нашей страны в мировую экономику. Это был лейтмотив, объединявший центральные события внешнеполитической повестки дня 1991 г. – моё участие в совещании «семёрки» ведущих промышленно развитых стран в Лондоне и визит в СССР президента США Джорджа Буша.
К моменту, когда я встретился с лидерами «семёрки», мы были готовы к серьёзному разговору. Перестройка освободила нас от догм, мешавших признать: без частной собственности, экономической свободы, рыночных отношений не может быть современной, эффективной экономики. Пока у нас не утвердилась гласность, пока не исчез страх, наши политики и экономисты не решались даже произнести эти слова. Но уже в 1990 г. можно было сказать: в обществе и среди экспертов сформировался консенсус о необходимости идти к рыночной экономике.
При встречах с представителями Запада осенью 1990 г. я постоянно подчёркивал: преодоление нашего экономического кризиса, реформа экономики – это наша задача, и никто не решит её за нас. Мы это понимаем. Но в успехе её должен быть заинтересован и Запад. Ведь создание в нашей огромной стране здоровой экономики отвечает его интересам. А значит, на самом остром, переломном этапе реформ мы вправе рассчитывать на встречные шаги со стороны наших партнёров. В ответ на это в высказываниях наших западных собеседников прямо или косвенно звучал мотив: реформа в СССР идёт недостаточно быстро, наша экономика всё ещё недостаточно «рыночна», а это сужает возможности встречного движения со стороны Запада.
Мы серьёзно готовились к встрече с «семёркой» в Лондоне. Весь июнь, действительно не покладая рук, работала группа по подготовке материалов и предложений для нашего участия в лондонской встрече. 8 июля результаты её работы были представлены в Ново-Огарёво руководителям республик. Обсуждение показало: между ними и президентом СССР достигнут уровень взаимопонимания, позволяющий ехать в Лондон с согласованной позицией. Все руководители республик, начиная с Ельцина, поддержали подготовленные в Ново-Огарёво документы и тезисы моего выступления в Лондоне.
Вот главная мысль этого выступления: «Наша концепция включения страны в мировую экономику исходит из необходимости радикальных перемен в СССР, но также и встречных шагов со стороны Запада (снятие законодательных и других ограничений на экономические и технические связи с СССР, участие СССР в международных экономических организациях и так далее)».
Разговор с лидерами стран Запада получился откровенный и серьёзный. Но большинство из них не проявили понимания значимости и масштабов проблемы включения нашей страны в мировую экономику и необходимого для этого содействия. Достигнутые договорённости не отвечают требованиям момента, сказала мне на встрече в советском посольстве Маргарет Тэтчер, незадолго до этого ушедшая с поста премьер-министра Великобритании.
Впоследствии некоторые комментаторы высказывали такую мысль: если бы договорённости об экономической поддержке перестройки были более конкретными и обязывающими, путчисты, возможно, не решились бы на попытку переворота в августе. Однако в целом моя оценка того, что произошло на встрече с «семёркой», остаётся положительной. В Лондоне обозначился поворот огромного значения. Вслед за политической и военной сферой начался демонтаж барьеров на пути нашей интеграции в мировую экономику.
А в конце июля состоялся визит в СССР президента США Джорджа Буша. Оглядываясь назад, я думаю, что, если бы президент быстрее и решительнее пошёл по пути взаимодействия с нами, результаты, которыми был отмечен этот визит, могли бы быть достигнуты и раньше. Но всё же это не умаляет их значения. Был подписан договор о 50-процентном сокращении стратегических наступательных вооружений. Никогда – ни до, ни после этого, ни в абсолютных цифрах, ни в относительных значениях – не было столь масштабных сокращений ядерных арсеналов. Уже это делает советско-американский саммит 1991 г. историческим событием.
Совершенно по-новому прошли и наши беседы в узком составе о ключевых проблемах мировой политики и перспективах советско-американских отношений. Главной темой для меня в этих беседах была перспектива формирования новой системы всеобщей безопасности в русле совместно (впервые за всю историю) проводимой мировой политики в соответствии с новыми критериями, которые уже прошли некоторое испытание на прочность.
Сегодня я вспоминаю об этом визите президента США, последнем в Советский Союз, с некоторой горечью. Тогда мы не знали, что произойдёт всего через три недели.
Это был бы не Горбачёв
Два удара оказались фатальными для перестройки – организованная реакционными силами, в том числе из моего окружения, попытка государственного переворота в августе 1991 г. и декабрьский сговор руководителей России, Украины и Белоруссии, оборвавший многовековую историю нашего государства.
Путчисты проиграли в открытой политической борьбе, они знали, что в обновлённом Союзе места им не найдётся. Их утверждения, что ими двигали патриотические чувства, забота о сохранении союза – демагогия. Не скажу, что им была безразлична судьба государства. Но они отождествляли его с прежней системой и пошли на предательство в попытке сохранить её и своё положение в ней. Последствия их авантюры оказались катастрофическими для страны.
Здесь нет необходимости подробно рассказывать о событиях августа 1991 года. Я свою позицию никогда не менял, отвечаю за каждое слово, сказанное мною публично, в свидетельских показаниях по делу ГКЧП, в интервью и книгах. Это путчисты и те, кто их выгораживает, постоянно меняют свои «версии». И каждая их новая версия оказывается всё более лживой.
Три августовских дня были пережиты мною и моей семьёй на пределе человеческих возможностей. Но я сохранял присутствие духа и действовал. Я отверг ультиматум заговорщиков, требовавших объявить чрезвычайное положение, и записал на видеоплёнку заявление о незаконности действий путчистов. Это и твёрдая позиция, занятая президентом России Борисом Ельциным, заявившем об антиконституционном характере ГКЧП, предопределило поражение путча.
Но попытка государственного переворота ослабила позиции президента СССР, сорвала процесс формирования новых союзных отношений между суверенными государствами, подстегнула дезинтеграцию. Республики одна за другой приняли декларации независимости. Тем не менее я считал, что и в этих условиях нельзя сдаваться, продолжал борьбу за заключение союзного договора, понимая, насколько сложнее стала теперь эта задача. Вместе с руководителями республик нам удалось выработать заявление, с которым мы вышли на Съезд народных депутатов. В нём предлагалось всем желающим республикам подготовить и подписать договор о союзе суверенных государств, в котором каждое из них могло бы самостоятельно определять форму своего участия.
Шанс предотвратить дезинтеграцию был. После трудных, порой мучительных обсуждений мы пришли к формуле нового Союза: это будет конфедеративное союзное государство. В середине октября восемь республик подписали Договор об экономическом сообществе, начал действовать межреспубликанский экономический комитет. 14 ноября проект нового Союзного договора был вынесен на обсуждение Госсовета. После многочасового заседания мы вышли к прессе. Тогда Борис Ельцин сказал:
– Трудно сказать, какое число республик войдёт в Союз, но у меня твёрдое убеждение, что Союз будет.
Трудной проблемой было участие Украины. После путча в украинском обществе возобладало стремление к независимости. Но я был убеждён, что постепенно, путём переговоров можно будет найти форму участия и этого государства в новом Союзе. Как минимум – договориться о единых вооружённых силах и координации внешней политики. Уверен, в таком случае можно было бы избежать многого, что произошло потом и принесло людям много горя.
Ельцин не сдержал слова. Он и его окружение принесли Союз в жертву неудержимому стремлению воцариться в Кремле. Лидеры России, Украины и Белоруссии решили судьбу Союза неправовым путём, вопреки воле народа, выраженной на референдуме 17 марта, за спиной президента СССР, руководствуясь прежде всего стремлением «убрать Горбачёва». Это объединило радикалов, сепаратистов и коммунистов – депутатов Верховного Совета России, дружно проголосовавших за одобрение сговора, состоявшегося в Беловежской пуще 8 декабря 1991 года. О последствиях не задумывались. Даже судьба вооружённых сил и ядерного оружия осталась подвешенной в воздухе: объединённые вооружённые силы СНГ быстро распались, а заявление о намерении «сохранять и поддерживать под объединённым командованием общее военно-стратегическое пространство, включая единый контроль над ядерным оружием» оказалось пустым звуком. Скоропалительность и безответственность беловежских договорённостей удивила даже американцев.
А меня больше всего удивило, более того – потрясло – безразличие общественного мнения, не осудившего развал Союза. Люди не понимали, что теряют страну…
Мне до сих пор задают вопрос: вы уверены, что после Беловежского сговора сделали всё возможное, использовали все полномочия президента для сохранения Союза?
Мой ответ: да, я использовал все политические полномочия, все средства, кроме силовых. Пойти на применение силы, чтобы удержать власть – это уже был бы не Горбачёв.
И чем это могло бы кончиться? Расколом всего – армии, милиции, гражданским конфликтом, а возможно и гражданской войной. Этот путь был для меня закрыт.
Ценности перестройки
Распад Союза прервал перестройку, но он ни в коем случае не был, как до сих пор утверждают мои противники и люди, не разобравшиеся в сути той эпохи, её «конечным результатом». И вообще перестройку надо оценивать не по тому, что она смогла или не успела дать, а по масштабам того поворота, которым она стала в многовековой истории России, по её позитивным последствиям для всего мира.
Меня часто спрашивают о том, как я оцениваю отдельные решения тех лет, что было верно, а что ошибочно.
Конечно, у нас были ошибки. О некоторых из них сказано выше. Надо было раньше приступить к реформированию партии, к децентрализации Союза, смелее реформировать экономику.
Но вот реальные результаты перестройки: прекращение холодной войны, беспрецедентные соглашения о ядерном разоружении, обретение людьми прав и свобод – свободы слова, собраний, вероисповедания, свободы выезда из страны, альтернативные выборы, многопартийность. И главное – мы довели процесс перемен до того рубежа, когда обратить его вспять стало невозможно.
Но путь России и других республик после срыва перестройки оказался трудным и неровным. Разрыв связей, необдуманные экономические решения, незрелость и отсутствие подлинного демократизма у пришедших к власти правителей привели к драматическим, а порой и трагическим последствиям. Критиковать перестройку, уличать её инициаторов во всех грехах, разрушать оказалось легко, создавать новое на самими же устроенных руинах – гораздо труднее.
Я предупреждал, к каким последствиям может привести радикализм и безответственность, царившие в России в 1990-е годы. И эти предостережения подтвердились. Ущерб был нанесён не только экономике, но и демократическим институтам.
Мы всё ещё далеки от целей, которые были поставлены в самом начале наших преобразований, – периодической сменяемости власти, создания надёжных механизмов, позволяющих людям реально влиять на принимаемые решения. Но всё-таки прошедшие десятилетия не были ни откатом назад, ни топтанием на месте. И все эти годы, оценивая происходящее порой критически, а нередко – позитивно, я призывал к сохранению идеалов и ценностей перестройки. Это те ориентиры, без которых можно сбиться в пути.
Испытание историей
Понять перестройку, отстоять новое мышление – это взаимосвязанные задачи. Этому я подчинил свою деятельность после ухода с поста президента СССР.
Как сохранить то, что было достигнуто совместными усилиями? Мы покончили с холодной войной. Как сделать этот результат необратимым, не допустить возвращения к конфронтации? Как закрепить новый характер международных отношений, выйти на новую мировую политику? На эти вопросы нет простых ответов. «Конца истории», о котором поспешно объявили в начале 1990-х гг., не наступило. История, которая творится у нас на глазах, оказалась сложной, противоречивой, неожиданной и – надо признать – гораздо более тревожной, чем многие из нас ожидали. Причины этого сложны и неоднозначны, но не могу не сказать об ответственности тех, кто объявил себя победителями в холодной войне, присвоил себе «особые права» в мировой политике.
Я вспоминаю свой визит в США в 1992 году. Меня пригласили выступить в Конгрессе. С приветственными речами обратились ведущие американские политики, лидеры обеих палат конгресса. И содержание, и тональность их выступлений были конструктивными. Не было речи о «победе США в холодной войне». То же самое могу сказать о программных выступлениях президента Джорджа Буша и госсекретаря Бейкера в апреле 1992 г., о содержании разговора с ними в Белом доме.
Но на этой позиции американский политический истеблишмент не удержался. Не выдержали американские политики испытание историей, не оказались на высоте своей исторической ответственности. Вместо констатации общей победы над холодной войной решили объявить свою «победу в холодной войне». Несколько недель спустя триумфаторские лозунги стали звучать в предвыборной кампании. Их подхватила пресса и самое удивительное – подхватили многие у нас в стране, причём с одобрением!
Тогда и произошёл тот срыв, тот поворот, который многое предопределил в последующем ходе мировых событий. В этом корень ошибок и провалов, которые подорвали фундамент новой мировой политики.
Триумфаторство – плохой советчик в политике. Помимо всего прочего оно аморально. Стремление соединить политику и мораль – один из ключевых принципов нового мышления.
Я убеждён, что преодолеть паралич политической воли, о котором сегодня говорят политики и представители гражданского общества, можно только на основе этического подхода.
Отношения государств в глобальном мире должны регулироваться не только нормами международного права, но и определёнными правилами поведения, основанными на принципах общечеловеческой морали. Эти «правила поведения» должны предусматривать сдержанность, учёт интересов всех сторон, консультации и посредничество при обострении обстановки и угрозе кризиса. Уверен: можно было бы избежать многих кризисов, если бы их непосредственные участники и особенно внешние стороны руководствовались такими правилами поведения.
И, наконец, главное, о чём я не устану напоминать, отстаивая новое мышление. Это его антиядерная, антимилитаристская направленность.
Пока существует ядерное оружие, существует опасность ядерной войны. Это как ружьё на стене в первом действии пьесы, о котором писал Чехов: когда-нибудь оно выстрелит. Принцип недопустимости ядерной войны, провозглашённый в 1985 г. мной совместно с президентом Рональдом Рейганом, означает только одно: не может быть иной конечной цели, кроме ликвидации ядерного оружия. Но разговоры о мире без ядерного оружия – а все страны, в том числе США, продолжают на словах поддерживать эту цель – останутся пустым звуком, если не преодолеть нынешнюю милитаризацию мировой политики и политического мышления.
Напомню о ещё одном положении совместного советско-американского заявления, принятого на женевском саммите в 1985 г.: стороны не будут стремиться к военному превосходству. Сегодня оно особенно актуально. Представим себе, что через десять-пятнадцать лет мир избавится от ядерного оружия. Что останется? Горы обычных вооружений, среди них новейшие типы, нередко по мощности сопоставимые с оружием массового уничтожения. И львиная доля их – в руках одной страны, США, получающей таким образом подавляющий перевес на мировой арене. Такое положение перекроет путь к ядерному разоружению.
Связь времён
В наше время ни один вызов, ни одна угроза, с которыми столкнулось человечество в новом тысячелетии, не имеют военного решения. И ни одна крупная проблема не может быть решена усилиями одной страны или даже группы стран.
На выходе из холодной войны мировое сообщество сформулировало конкретные задачи, которые унаследовало следующее поколение мировых лидеров. Это ликвидация оружия массового уничтожения, преодоление массовой нищеты в странах «третьего мира», обеспечение всех людей равными возможностями в сфере образования и здравоохранения, преодоление деградации окружающей среды. На своих сессиях и конференциях Организация Объединённых Наций вынуждена была констатировать, что прогресс в решении этих задач – недостаточный.
Эта констатация – не вердикт нынешнему поколению лидеров. Но она должна заставить их серьёзно переоценить свои политические установки, осмыслить опыт предшественников, которым пришлось иметь дело с ещё более опасными вызовами. Этот опыт никому не перечеркнуть.
Надеюсь, что моё напоминание о целях и ценностях перестройки и нового мышления поможет читателям в осмыслении дня сегодняшнего. Я хочу, чтобы сохранялась связь времён, чтобы не прерывался диалог между прошлым и настоящим. Знать правду о прошлом и извлекать уроки на будущее – в меняющемся мире это необходимо всем нам.
![Главное](/images/star.png)
Простым и понятным языком о Covid-19
Материалов о коронавирусе в СМИ сегодня хоть отбавляй. Потоки информации, ежедневно обрушивающиеся на людей, у одних вызывают интерес, а других просто пугают, и далеко не всегда им стоит доверять. Достоверные сведения, конечно, тоже есть, но зачастую они слишком сложны для восприятия. С помощью серии лекций Covideo ученые новосибирского Академгородка решили исправить эту проблему и рассказать о Covid-19 в доступной форме. О подробностях, связанных с созданием и реализацией проекта, рассказала председатель профсоюзного комитета Института химической биологии и фундаментальной медицины СО РАН кандидат химических наук Елена Владимировна Дмитриенко.
— Елена Владимировна, с чего начинался проект Covideo и какие цели ставили перед собой его создатели?
— Начну с того, что к профсоюзу ИХБФМ СО РАН я присоединилась после работы в Совете научной молодежи СО РАН. Институт проводил деятельность, связанную с популяризацией науки, организовывал лекции, экскурсии и так далее. У нас с коллегами появилось несколько идей по созданию курсов лекций, например для школьников, правда в тот период речь шла в основном об офлайн-формате. Мы узнали о Фонде президентских грантов и возможности получить дополнительное финансирование, но тогда наши планы не осуществились. Потом наступил знаковый для всех 2020 год, и всё вдруг резко поменялось. На фоне пандемии в социальных сетях и на телевидении расцвело настоящее мракобесие. Очень много было неправдивых сообщений. Нам стало понятно, что нужно сделать курс достоверной и в то же время изложенной доступным языком информации. В ковидное время мы, конечно же, ориентировались только на онлайн-формат, а потому начали сотрудничество с Ириной Белкиной и ее компанией Belkin Video. Видеопродакшн — занятие не из дешевых, поэтому реализовать проект мы смогли только после получения средств от Фонда президентских грантов, при софинансировании ИХБФМ СО РАН. Дирекция института всячески нам помогала, содействовала в продвижении роликов на сайте института и в соцсетях, все реактивы и приборы, задействованные в видеолекциях, были приобретены при поддержке ИХБФМ СО РАН. Работа началась в сентябре 2020 года, а первая лекция вышла 5 декабря.
— А как появилось название проекта?
— Это просто игра слов, но, на мой взгляд, достаточно удачная. Сейчас вроде бы все лекции уже опубликованы, а хоть бери и продолжай снимать, потому что жалко такое хорошее название. Главное, что оно полностью отражает смысл того, над чем мы работали.
— Для кого в первую очередь предназначена серия лекций?
— Изначально мы с коллегами рассматривали в качестве целевой аудитории волонтеров, движение которых активно развивалось в начале прошлого года на фоне пандемии. Они разносили пенсионерам продукты, помогали людям, оказавшимся в тяжелом положении. Мы связались с этими волонтерами и предложили сделать для них курс лекций, чтобы донести информацию о том, как правильно использовать средства защиты, безопасно общаться с людьми и так далее, а они уже должны были поделиться этими знаниями с теми, с кем они встречаются каждый день. Хотя в действительности, судя по количеству просмотров на Youtube, видео оказались востребованы не только среди волонтеров.
— На просторах интернета опубликовано много информации о COVID-19, в том числе от ученых и специалистов, а в чем преимущества курса лекций, подготовленного ИХБФМ СО РАН?
— Самое важное преимущество Covideo заключается в простоте изложения информации. К моменту начала работы над проектом в интернете уже можно было найти различные видеоматериалы о коронавирусе, например лекции члена-корреспондента РАН Сергея Викторовича Нетёсова. Однако все они были достаточно объемными и сложными для восприятия. В разгар пандемии, когда появилось множество вопросов по поводу COVID-19, я скинула ссылку на видео профессора Школы системной биологии американского Университета Джорджа Мейсона доктора биологических наук Анчи Барановой в родительский школьный чат. Оно показалась мне весьма исчерпывающим. Там рассказывалось о том, где можно, а где нельзя заразиться, что делать, если вы заболели и так далее. Но, вероятно, из родителей полуторачасовую лекцию не посмотрел никто, не было ни одного отклика. При создании Covideo мы ориентировались на длительность ролика в 15—20 минут, поскольку это именно тот временной интервал, на протяжении которого человек способен не отвлекаясь воспринимать информацию.
— Кто принимал участие в составлении лекций?
— Каждый из участников проекта отвечал за тот текст, который он произносил в кадре. Первую и пятую лекции составил Сергей Викторович Нетёсов, он рассказал про ковид, а также про вакцинацию. Вторая и третья были созданы научным сотрудником лаборатории биотехнологии и вирусологии Новосибирского государственного университета кандидатом биологических наук Михаилом Юрьевичем Карташовым. Изначально мы приглашали его к участию в создании третьего видео, так как он является лауреатом ордена Пирогова за разработку системы диагностики коронавирусной инфекции, однако уже в процессе работы он проявил интерес к теме масок и иных средств защиты, поэтому взял и второй материал на себя. За четвертую лекцию у нас отвечал научный сотрудник лаборатории ферментов репарации ИХБФМ СО РАН кандидат биологических наук Сергей Евгеньевич Седых. Тексты, которые писали ученые, мы проверяли на людях, не разбирающихся в химии и молекулярной биологии. В результате оказалось, что они очень сложны для понимания. Мы с коллегами вычитывали каждую лекцию и отмечали непонятные моменты, разбирали все фразы и старались сделать их максимально короткими, но в то же время емкими, чтобы у зрителя не возникало вопросов в ходе просмотра роликов.
— А по какому принципу отбирались темы для лекций?
— Отбор тем происходил еще летом 2020 года, когда мы писали проект для Фонда президентских грантов. Выбирали то, что казалось наиболее интересным. Было очевидно, что нужно рассказать о происхождении вируса, чтобы развеять теории заговора о его искусственном создании. То же самое касалось вопросов о средствах защиты, диагностике ковида и вакцинации. Последняя тема вообще, на мой взгляд, неисчерпаема и актуальна сейчас как никогда. Антипрививочники даже до 2020 года были очень активны. Очевидно, что в обществе много предубеждений и стереотипов. Я считаю, что их стоит искоренять правильно составленными лекциями с авторитетными лекторами. Еще очень хотелось рассказать про антитела, ведь даже среди сотрудников ИХБФМ СО РАН распространены вопросы о них. С Сергеем Викторовичем Нетёсовым мы обсуждали возможность создания нового видео, в котором бы он рассказал про разновидности антител, про их уровни и так далее. Я лично была свидетелем ситуации, когда пожилая пара в частной клинико-диагностической лаборатории пыталась понять, на какие именно антитела им нужно сделать тест. Ответа на этот вопрос не знали ни они сами, ни девушка, которая их обслуживала. В итоге было решено делать на все сразу, а между тем анализ на каждый класс антител стоит недешево.
— Вы говорите, что в обществе полно стереотипов относительно вакцин, но ведь многие не выступают против прививок в целом, а опасаются осложнений именно после вакцин от COVID-19.
— В пятой лекции Covideo мы как раз и попытались развеять эти страхи. Вакцины от коронавируса, которые сейчас доступны, разработаны ведущими научными организациями, некоторые из них и ранее делали вакцины с использованием тех же технологий. У Национального исследовательского центра эпидемиологии и микробиологии им. почетного академика Н. Ф. Гамалеи, Pfizer/NBiotech и Moderna уже были наработки для других типов вирусов, поэтому факт быстрого создания вакцины от COVID-19 не говорит о том, что ее собрали на коленке. Просто под новый вирус специалисты адаптировали те технологии, которые в прошлом были хорошо отработаны. На сегодняшний день ситуация по разным вакцинам отличается, но эффективность «Спутника V» сомнений не вызывает. Данные об этой отечественной разработке были опубликованы в журнале Lancet, что для научного сообщества является важным показателем. Туда нельзя протолкнуть недостоверную информацию, каждое слово подтверждается результатами множества экспериментов. Особенно этот факт является показательным на фоне того, что изначально нашу вакцину за рубежом принимали с недоверием.
— Помимо теории от ученых, зрителям предоставляется возможность заглянуть в лаборатории и увидеть, что в них происходит. С какой целью это сделано?
— Чтобы снять завесу тайны. Обычно человек приходит, сдает мазок, а после ему говорят, болен он или нет. Мы хотели наглядно показать, что же происходит между этими двумя этапами, что делают с этим мазком, откуда берут цифры, как их интерпретируют, какие данные выдает прибор. Это поможет предотвратить очередной поток мистификаций.
— Уже второй год информация о пандемии и вирусе ежедневно обрушивается на людей, многих это пугает. Почему важно, чтобы ученые в деталях рассказывали публике о COVID-19?
— Вся работа была нацелена на то, чтобы максимально доступно и наглядно представить лекционный материал и таким образом расширить представление людей о тех процессах, с которыми в жизни они никогда не сталкивались. Отсюда необходимость в смене кадров, лабораторий. Одно дело, когда говорит лектор, и совсем другое, когда уже в процессе эксперимента специалист рассказывает обо всех тонкостях своей работы. К тому же у зрителей появилась возможность увидеть те места, куда в обычной жизни попасть практически невозможно, как минимум это очень интересно.
— Есть ли смысл в том, чтобы, напротив, скрыть некоторые подробности о принципах действия вакцин, проведения тестов и так далее?
— Мне кажется, что нет, так как, во-первых, рано или поздно всё тайное становится явным, а во-вторых, если что-то было скрыто, а потом вдруг проявилось, то это вызовет намного больший эффект, чем если бы всё было известно с самого начала. Полное название нашего проекта «Covideo: вся правда о COVID-19 от ученых новосибирского Академгородка» как раз об этом: нам хотелось, чтобы никаких недомолвок и тайн не было. Каждый человек имеет право знать правду и делать собственные выводы, поэтому нужно доносить до зрителя все аспекты, включая негативные, если таковые имеются.
— Пятая лекция Covideo была посвящена теме вакцин от коронавируса. Как вы думаете, какую роль играет деятельность ученых в популяризации вакцинации среди населения и есть ли смысл в появлении видео подобного рода не только в интернете, но и на телевидении?
— На мой взгляд, это очень важно и нужно. Даже спустя несколько месяцев после выхода последнего видео я иногда просматриваю комментарии. Один из пользователей писал о том, что голос ученого сегодня намного менее авторитетен, чем голос блогера, слова которого вне зависимости от его специальности активно тиражируются и не подвергаются сомнению. Сейчас у нас о коронавирусе высказываются деятели искусства, телеврачи и многие другие люди, которые не занимаются исследованиями, не работают в лабораториях и зачастую не обладают достаточным количеством информации. Поэтому видеороликов, где ученые делятся достоверными сведениями, должно быть больше, их нужно транслировать не только на телевидении, но и в соцсетях например. Нам приходило предложение даже создать нечто подобное в «ТикТок», но пока непонятно, как это можно сделать. Натура человека такова, что если его к чему-то склоняют, то он будет сопротивляться. Мне кажется, нужно идти другим путем: не агитировать, а разъяснять, почему вакцинация — это важный шаг для каждого человека, несущего ответственность за себя и своих близких.
— А помимо курса видеолекций, какие еще меры принимает или планирует принять ИХБФМ СО РАН для того, чтобы предоставить людям актуальную информацию о вирусе?
— Деятельность профсоюзного комитета ИХБФМ СО РАН в основном связана с работой со школьниками. Мы предоставляем очень широкий спектр информации, не только о коронавирусе, но и о вирусах в целом, а также о бактериях, генах и многом другом. У нас нет четкой направленности на ковид, основная задача, скорее, в просвещении и популяризации науки среди наших граждан. Для этого проводятся дни российской науки, День Академгородка и другие мероприятия, программу которых может открыть и посмотреть кто угодно. Экскурсии всегда сопровождаются лекциями. Зачастую приходят не только школьники, но и взрослые. А что касается видеопродуктов, то их создание требует средств, которые не предусмотрены в госзадании института, но в любом случае мы не собираемся останавливаться и будем развиваться дальше. Недавно написали очередной проект в администрацию Новосибирской области, где был объявлен конкурс при поддержке Фонда президентских грантов для социально направленных проектов. Там мы отошли от темы ковида и решили рассказать про вакцинацию, чтобы помочь людям избавиться от влияния антипрививочников.
— Сейчас в СМИ всё чаще говорят о начале очередной волны коронавируса, появляются новые штаммы и новые неразрешенные вопросы. Будет ли проект Covideo развиваться в дальнейшем и стоит ли ждать появления новых видеолекций?
— Развиваться будет однозначно, но вопрос о том, удастся ли обеспечить такую же красивую картинку, как раньше, пока остается открытым. Кто-то из пользователей соцсетей написал: «могли бы и сами всё снять», но, вы знаете, не получается. Мы пытались записывать что-то подобное на камеру телефона, это совсем не смотрится, человек видит некачественное изображение на экране и хочет выключить видео. Первые пять лекций Covideo мы сняли, используя несколько камер, нам помогали операторы, был хороший монтаж и качественный звук. К счастью, сейчас институт готов нам помочь сделать новые лекции с использованием хорошей аппаратуры. Мы хотим рассказать про вакцинацию, потому что картина по прививкам уже разъяснилась. Вторая тема связана с реабилитацией после болезни. В последнее время открылось много новой информации об отложенных осложнениях COVID-19, таких как поствирусные тромбозы, повышения свертываемости крови и так далее, поэтому важно рассказать о том, за какими показателями своего здоровья стоит следить. Обязательно будет информация о новых штаммах, потому что эта тема многих волнует. Далеко не все знают, что вирусы всегда имели свойство мутировать и снова становиться опасными для человека.
— Тема отложенных последствий COVID-19, действительно, очень актуальна, но многих по-прежнему волнуют побочные эффекты от вакцин.
— Мнительному человеку, который хочет привиться, но боится, стоит рассказать о том, за какими показателями ему стоит следить после вакцинации. Хотя, по большому счету, отложенных эффектов от вакцин быть не должно. Сегодня есть информация только о том, что S-белок может вызывать тромбозы, однако в журнале Lancet всё это описано, там опубликованы данные по всем побочным эффектам и частоте их проявления. Вообще, к каждой вакцине есть инструкция, и ее можно прочитать. Ознакомившись с ней, человек скорее напугается, чем начнет доверять, но если вы узнаете о возможных последствиях от принятия любой таблетки, то произойдет ровно то же самое. Другое дело, что вероятность побочных эффектов очень мала. По большей части все негативные последствия вакцины заканчиваются ознобом, повышением температуры и временной слабостью. В интернете даже появлялись сообщения о нарушении репродуктивной функции после вакцинации, но такие заявления не имеют под собой никаких оснований, так что это тоже очень важный аспект, который стоит осветить, чтобы люди понимали, что может случиться, а чего не произойдет ни при каких обстоятельствах.
Беседовал Дмитрий Медведев, студент отделения журналистики ГИ НГУ
Цветные металлы завершили месяц с новыми ценовыми рекордами
В пятницу, 30 июля, стоимость алюминия с поставкой через 3 месяца обновила ценовой рекорд текущего года, выйдя на уровень $2642 за т (+5,3%) – самое высокое значение с апреля 2018 г.
Тем временем введенная Россией экспортная пошлина на вывоз металлов вызвала рост премий к цене алюминия в США и Роттердаме. Также на цене «крылатого металла» отразились ограничения в подаче электроэнергии в провинции Юньнань и наводнения в Хэнани.
Отток алюминия со складов биржи происходил каждый день в течение июля; по варрантам объем запасов металла составил на конец июля 831,825 тыс. т – самое низкое значение с марта 2020 г. и на 11,7% меньше, чем по состоянию на 1 июля.
По данным источников, сокращения подачи электроэнергии в Юньнани вызвали рост стоимости цинка с поставкой через 3 месяца, который финишировал на отметке $3027 за т – на 3% выше показателя начала июля.
Цену свинца поддержали наводнения в Китае и Германии, из-за чего объявил форс-мажор один из крупных европейских заводов по выпуску свинца. Форвардная цена на свинец выросла на 5,5%, до $2382 за т, с $2258 за т по состоянию на 1 июля.
Котировки цены олова вышли в пятницу на новый исторический максимум $35075 за т, что на 12% выше показателя от 1 июля ($31300 за т) – на фоне продолжающегося простоя завода Malaysian Smelting Corporation и обеспокоенности поставками олова из Индонезии.
Стоимость никеля вышла 30 июля на 5-месячный максимум $19960 за т, по сравнению с $18090 за т по состоянию на начало месяца (+10,3%). «Ограничения поставок никеля на фоне сильного мирового спроса на него подстегнули движение котировок вверх. Уход с февральского максимума ($20100 за т) является в настоящее время ключевым моментом для выхода котировок на новые высокие цены, - рассуждает аналитик Энди Фарида. – Но, чем дольше никель затягивает ценовой прорыв вверх, тем выше вероятность формирования «медвежьей» биржевой фигуры «двойной вершины»». Так же, как и в случае с алюминием, запасы никеля на складах LME постоянно уменьшаются: в июле они сократились до 155,922 тыс. т – самого низкого значения с марта 2020 г.
Стоимость меди с поставкой через 3 месяца выросла в пятницу на 4,3% относительно цены металла по состоянию на начало июля, до $9728 за т.
На утренних торгах понедельника цена меди продолжила рост на фоне слабого доллара и надвигающейся забастовки работников чилийской Escondida. Трехмесячный контракт на медь подорожал в Лондоне по состоянию на 9:27 мск на 0,3%, до $9760,50 за т. В Шанхае цена металла, однако, снизилась на 0,3%, до 71470 юаней ($11057,65) за т.
Тем временем, по данным аналитика CRU Хэ Тяню, хотя спрос на медь в США активен, в Китае он остается слабым. Согласно статистическим данным, уровень промышленной активности в КНР в июле рос самыми низкими темпами за 17 месяцев из-за высоких производственных издержек, техобслуживания мощностей и чрезвычайных погодных аномалий. Вместе с тем в CRU ожидают возможного улучшения спроса на металлы со стороны китайского инфраструктурного сектора во втором полугодии, если цены упадут. Между тем в США сенаторы согласовали детали плана инвестирования $1 трлн в дороги, мосты, порты, высокоскоростной интернет и другие виды инфраструктуры. Наблюдатели ожидают, что Сенат примет соответствующий закон уже на текущей неделе.
Алюминий подорожал на LME на 0,8%, до $2,611.50 за т. Стоимость никеля выросла на 0,6%, до $19,670 за т. На ShFE никель подешевел на 0.5%, до 146,460 тыс. т, отразив снижение цен в стальном секторе.
В иностранных армиях
США
В иностранных армиях
Очередная неудача Lockheed Martin
Провалом закончилась в июле попытка второго испытательного пуска новой гиперзвуковой ракеты воздушного базирования AGM-183A ARRW над восточной частью Тихого океана. «Ракета нормально отделилась от самолёта <…> Но двигатель ракеты не включился», – говорится в сообщении ВВС США. Попытка первого лётного испытания прототипа ракеты, предпринятая 5 апреля, также была неудачной. Ракета из-за технических проблем не отделилась от борта стратегического бомбардировщика B-52H Stratofortress. Ракета AGM-183A создаётся по программе Air-Launched Rapid Response Weapon (ARRW). Она имеет скорость от 6,5 до 8 Маха, дальность – 1000 миль (1600 км). Ракетами этого типа планируется в первую очередь оснащать стратегические бомбардировщики B-52H, каждый из которых сможет нести по четыре AGM-183A. ВВС США рассчитывают, что уже в будущем финансовом году получат первые 12 ракет AGM-183A.
Великобритания
Игра War Thunder популярна среди танкистов
Геймер выложил в сеть служебный документ с характеристиками британского танка Challenger 2. По данным издания UK Defence Journal, пользователь увидел, что в компьютерной игре War Thunder модель боевой машины выглядит недостоверно, и решил помочь разработчикам. Он выложил на форуме выдержки из пособия по техническому обслуживанию военной техники (AESP). Игрок представился на форуме как командир танка Challenger 2 из Тидворта (Tidworth). Там базируются подразделения королевского бронетанкового полка (Royal Tank Regiment), на вооружении которого стоят танки этого типа. Относительно игры War Thunder известно, что ранее, в мае 2020 года, американские танкисты с военной базы Форт Худ (штат Техас), использовали её для отработки своих боевых навыков.
Германия
Получат новые подлодки
Германское судостроительное объединение Thyssenkrupp Marine Systems подписало с оборонными закупочными ведомствами Норвегии (Forsvarsmateriell, FMA) и Германии (Bundesamt für Ausrüstung, Informationstechnik und Nutzung der Bundeswehr, BAAINBw) контракт на постройку для ВМС этих стран шести подводных лодок проекта 212CD, из которых две получат немецкие подводники. Норвежский флот получит свои субмарины в период 2029– 2033 годов, а германский в 2032-2034 годы. Подлодка проекта 212CD является дальнейшим развитием проекта 212А, имея также воздухонезависимую энергетическую установку германского образца на водородных топливных элементах. Её надводное водоизмещение значительно возросло и составит 2500 тонн. Новые литий-ионные аккумуляторные батареи заменят прежние свинцово-кислотные. Изучается вопрос об оснащении лодок проекта 212CD запускаемыми из торпедных аппаратов зенитной управляемой ракетой IDAS и противокорабельной ракетой Kongsberg NSM.
Турция
Двигатели из Украины
Турецкая государственная авиастроительная компания Turkish Aerospace Industries (TAI) в конце июня сообщила о подписании контракта с украинской компанией «Мотор Сич» (Запорожье) контракта, в рамках которого до 2025 года будет поставлено 14 турбовальных двигателей для турецкого «боевого вертолёта тяжёлого класса» T929 ATAK-II (порядка 10 тонн). Эксперты полагают, что речь идёт об одной из последних модификаций производимого «Мотор Сич» двигателя ТВ3-117ВМА-СБМ1В. Первый полёт прототипа АТАК-II намечен на 2023 год. Новая машина должна дополнить, а в перспективе и заменить гораздо более лёгкий боевой вертолёт Т129 АТАК (порядка 5 тонн), представляющий собой модификацию итальянского вертолёта AW129. Выбор в качестве партнёра компании «Мотор Сич» объясняется стремлением избежать американских санкционных ограничений в отношении Турции, что сделало бы затруднительным экспорт T929 в третьи страны.
Украина
Назначен новый начальник генштаба
Президент Украины Владимир Зеленский снял с должности начальника генерального штаба вооружённых сил Украины генерал-лейтенанта Сергея Корнийчука, который занимал эту должность с марта 2020 года. Его сменил генерал-майор Сергей Шаптала (1973 года рождения), командующий войсками оперативного командования «Запад» (с апреля 2020 г.). В вооруженных силах – 1990 года, окончил Киевское высшее общевойсковое командное училище. Командовал 300-м отдельным механизированным полком (Черновцы), 128-й горно-пехотной бригадой (Мукачево), был начальником штаба оперативного командования «Юг».
По сообщениям информагентств
«Роснефть» планирует инфраструктуру проекта «Восток Ойл»
Запросы коммерческих предложений на выполнение сейсморазведочных, проектных и строительно-монтажных работ для арктического нефтегазового проекта «Восток Ойл» объявили структуры «Роснефти», сообщает «Интерфакс».
«РН-Ванкор» принимает предложения на выполнение полевых сейсморазведочных работ методом общей глубинной точки (МОГТ) 3D на территории Байкаловского месторождения, Западно-Иркинского, Песчаного, Иркинского, Муксунихского, Пайяхского и Северо-Пайяхского лицензионных участков. Заявки на участие принимаются до 5 августа 2021 года, итоги планируется подвести до 17 августа.
ПАО «НК «Роснефть» объявила тендер на строительство 88 км стального трубопровода для нефтепровода «Пайяха — НПС-1», кроме того, НК необходима реконструкция магистрального нефтепровода «Ванкорское месторождение — НПС «Пурпе». Требуемый срок завершения работ — июнь 2024 года. Заявки принимаются до 16 августа 2021 года, итоги планируется подвести до 4 октября.
ООО «Тюменский нефтяной научный центр» (ТННЦ) запросил у потенциальных подрядчиков сведения о стоимости разработки проекта геологического изучения и оценки пригодности Иркинского, Пайяхского и Песчаного участков недр для строительства и эксплуатации подземных хранилищ нефти. Работы должны быть выполнены до 10 февраля 2022 года. Итоги запроса цен ТННЦ подведет до 3 сентября.
«Восток Ойл» — нефтегазовый проект в Красноярском крае. В его рамках «Роснефть» планирует сформировать на полуострове Таймыр новую нефтегазовую провинцию с подтвержденной ресурсной базой жидких углеводородов в 6,2 млрд тонн, причем нефть проекта по характеристикам превосходит эталонные сорта (содержание серы — 0,01-0,04%). «Восток Ойл» объединит крупнейшие месторождения Ванкорского кластера (Ванкорское, Сузунское, Тагульское и Лодочное), Пайяхскую группу месторождений, а также Восточно-Таймырские активы СП «Роснефти» и британской BP «Ермак Нефтегаз». Потенциал добычи жидких углеводородов проекта «Восток Ойл» может составить 115 млн тонн в год.
В рамках проекта планируется построить три аэродрома, два морских терминала, 15 промысловых городков, железную дорогу, 3,6 тыс. мегаватт электрогенерации, а также около 50 судов различных классов.
В конце мая «Роснефть» приступила к строительству нефтеналивного терминала «Порт Бухта Север» на Таймыре в рамках проекта «Восток Ойл». По планам «Роснефти», в 2024 году с проекта будет отгружаться до 30 млн тонн нефти по Северному морскому пути. Ожидается, что проект в рамках первой очереди обеспечит добычу, перевалку и транспортировку 50 млн тонн нефти в год, в рамках второй — до 100 млн тонн. Поставка нефти через Северный морской путь будет осуществляться без потери качества нефти от смешения в трубопроводе.
Также в конце мая «Роснефть» провела роад-шоу с представителями компаний-поставщиков работ и услуг, материально-технических ресурсов, а также крупных подрядчиков из Италии, Германии, Китая, Кореи и Японии, сообщила НК. Ряд контрактов с российскими компаниями, в том числе на строительство гидротехнических сооружений для «Бухты «Север», уже подписан на ПМЭФ-2021.
Для энергоснабжения «Восток Ойл» предполагается использовать попутный нефтяной газ и ветрогенерацию. Интенсивность выбросов парниковых газов в рамках проекта составит около 12 кг СО2-эквивалента/б.н.э. Стоимость энергетической инфраструктуры, включая генерацию и сети, для проекта «Восток Ойл» холдинг «Интер РАО» оценил в 500-600 млрд рублей.
В Британии назвали сделку по "Северному потоку — 2" медвежьей услугой Киеву
Президент США Джо Байден и канцлер Германии Ангела Меркель заключили неубедительную сделку по "Северному потоку — 2", а гарантии Украине выглядят весьма сомнительными, пишет Financial Times.
По мнению автора статьи, газопровод всегда был геополитическим проектом, а его запуск грозит Киеву лишением весомой части дохода. При этом соглашение Берлина и Вашингтона по магистрали "ошибочно на всех уровнях": обязательства по "противодействию" России весьма туманны, Зеленый фонд по содействию перехода на экологичные источники энергии не сможет покрыть убытки Киева, а слова Меркель о помощи в продлении транзита газа через Украину не более чем просто "обещание попробовать", отмечает СМИ.
Причиной такой сделки журналист посчитал желание Байдена "оставить проблему России", так как главной угрозой видят Китай. Однако соглашение Берлина и Вашингтона служит вовсе не объединению демократий, а скорее расколу Евросоюза, так как страны Восточной Европы, в частности Польша, Латвия, Литва и Эстония, обеспокоены последствиями запуска "Северного потока — 2".
Подытоживая, автор статьи отметил, что решение проблем с Пекином напрямую связано с реакцией на "российскую угрозу", а не попыткой от нее отмахнуться.
В июле Берлин и Вашингтон опубликовали совместное заявление о "Северном потоке — 2". Согласно ему для строительства газопровода необходимо обеспечить продолжение поставок топлива из России через Украину после 2024 года. Также Германия обязалась добиваться от Брюсселя санкций против Москвы, если та будет использовать экспорт энергоресурсов как инструмент влияния.
В Кремле неоднократно призывали перестать политизировать ситуацию, напоминая, что проект выгоден не только России, но и Евросоюзу, а Москва никогда не использовала энергоресурсы как инструмент давления.
Слуцкий назвал заявления адмирала США попыткой эскалации в Черном море
Заявления адмирала США Роберта Берка по Черному морю опасны, за ними могут стоять намерения по эскалации ситуации в регионе, написал в Telegram-канале глава международного комитета ГД Леонид Слуцкий.
Ранее командующий ВМС США в Европе и Африке адмирал Роберт Берк заявил, что можно утверждать, что Россия "провоцирует" США на то, чтобы они нанесли удар в Черном море первыми, но отметил, что этого не случится, если не будет провокаций. Его слова приводило издание Business Insider.
"Что же касается заявлений адмирала Берка - возможно, мы видим попытку за счет русофобской истерии закамуфлировать истинные намерения стран НАТО по эскалации ситуации в Черноморском бассейне. Это не просто словесное бряцание оружием, это крайне деструктивные и опасные высказывания", - написал Слуцкий.
При этом он отметил, что слова адмирала США о том, что Россия якобы провоцирует Соединенные Штаты на удар в Черном море, - это привычная для Вашингтона риторика и попытка в очередной раз "свалить с больной головы на здоровую".
Слова Берка особенно диссонируют на фоне недавнего инцидента с вторжением британского эсминца в территориальные воды РФ, добавил политик.
"Тогда российские пограничники профессионально и выверенно пресекли именно то, что называется "провокацией". Мы и впредь будем охранять государственную границу и давать жесткий отпор всем, кто попытается ее нарушить", - отметил Слуцкий.
Ранее замглавы МИД РФ Александр Грушко сообщил РИА Новости, что восстановление профессиональных контактов по военной линии между Россией и странами НАТО могло бы снизить опасность военных инцидентов.
Приказано топить: у британской королевы найден зеленый скелет в шкафу
Сергей Савчук
В Великобритании набирает обороты скандал, связанный одновременно с королевской семьей и так называемым чудом зеленой энергетики. The Guardian сообщает, что представители королевы Елизаветы воспользовались секретной процедурой и внесли в закон Шотландии изменение, согласно которому Ее Величество получает исключительное право не продавать принадлежащие ей земли под строительство тепломагистралей, идущих от альтернативных источников и применяемых для отопления частных домовладений и общественных строений.
Суть ситуации в следующем.
В Шотландии, которая входит в состав Соединенного Королевства, существует "Закон о теплоцентралях" (Heat Networks Act). Законодательный акт, по сути, является сугубо дискриминационным по отношению к традиционной энергетике. Положения закона обязывают государственные и местные власти оказывать всемерную и приоритетную поддержку проектированию, строительству и использованию отопительных систем, использующих в качестве базы альтернативные источники энергии. Этот же документ подразумевает обязательную продажу собственниками земель, по которым будут проложены новые теплотрассы. То есть в случае утверждения проекта вне зависимости от того, хочет землевладелец расставаться с собственными угодьями или нет, государство выкупит их в принудительном порядке. Делается это все под предлогом достижения благородной и модной цели — снижение выбросов парниковых газов и борьба с глобальным потеплением.
Закон был принят зимой текущего года и еще на этапе слушаний достоянием широкой общественности стал целый ряд весьма интересных фактов.
Так, например, первый министр Шотландии Никола Стерджен (Nicola Sturgeon) отказалась отвечать на депутатский запрос, в котором значилось требование указать, использует ли королева тайное лобби для исключения ее земель из списка подлежащих обязательному выкупу. В январе помощники Стерджен направили в офис королевы официальное письмо с просьбой утвердить законопроект. Месяцем позже стало известно, что министр энергетики Шотландии Пол Уилхаус (Paul Wheelhouse) по требованию адвокатов королевской семьи самовольно внес в закон изменения, согласно которым все земли королевы Елизаветы — крупнейшего землевладельца Шотландии — исключаются из перечня подлежащих принудительному выкупу. Ровно через две недели после этого все тот же господин Уилхаус уведомил парламент, что Букингемский дворец одобрил закон в новой редакции, где ни официальные власти, ни частные компании не имеют права требовать продажи земельных наделов, относящихся к собственности короны.
Как стало известно позднее, Лондон воспользовался тайной процедурой, носящей название "Королевское одобрение" (Queen’s consent). Она подразумевает, что правительства обязаны уведомлять адвокатов королевской семьи о любых принимаемых законных и подзаконных актах, так или иначе затрагивающих интересы или собственность короны. Механизм этот своими корнями уходит в XVIII век, и сами британцы называют его архаичным, но тем не менее с точки зрения права он легитимен, чем и воспользовался официальный Лондон.
Масла в огонь подливает еще и тот факт, что члены королевской семьи, в частности принц Чарльз и его сын принц Уильям, проводят публичную кампанию по защите экологии и снижению выбросов в атмосферу. Не так давно герцог Кембриджский инвестировал пятьдесят миллионов фунтов стерлингов в программу защиты экологии.
Чтобы картина была полной, отложим в сторону эмоциональную часть происходящего и обратимся к сугубо технической.
Великобритания давно и активно позиционирует себя как наиболее прогрессивное в плане борьбы за экологию государство Европы. Еще Маргарет Тэтчер начала кампанию по планомерному изничтожению собственной добычи угля, что вылилось в постоянные жаркие стычки шахтеров с полицией. При этом следует признать, что Лондон добился на этом поприще определенных успехов. Начиная с 1990 года объем выбросов парниковых газов в стране снизился на 35 процентов, и сегодня Британия отправляет в атмосферу всего 350 миллионов тонн двуокиси углерода в год. Британцы очень любят козырять этим фактом, добавляя, что достичь этого удалось исключительно благодаря внедрению возобновляемых источников энергии, львиная доля которых по случайному стечению обстоятельств расположена во все той же Шотландии.
Еще Лондон всячески препятствовал строительству "Северного потока — 2", тщательно скрывая тот факт, что, например, весной 2018 года, в период аномальных холодов, именно поставки российского СПГ с Ямала спасли множество британцев от смерти в ледяных квартирах и домах. Не менее старательно обходится и тот факт, что Норвегия и Катар — основные поставщики природного газа на острова — не могут полностью покрыть внутренний спрос. В отдельные периоды, как, например, во все том же 2018-м, объем российского газа, закупленного странами Евросоюза, составил треть от всего импорта голубого топлива, превысив отметку в 16 миллиардов кубометров.
Но вернемся к Шотландии.
Здесь расположена подавляющая часть зеленой генерации Великобритании, а главным источником являются ветроэлектростанции, как береговые, так и морского базирования. Если в 2015 году в Шотландии на базе ВИЭ производилось 59 процентов электричества, то к 2020-му этот показатель вырос до 97 процентов, то есть сегодня Эдинбург полностью обеспечивает свои нужды, практически не сжигая нефть или газ. В этой части Соединенного Королевства расположены альтернативные электростанции суммарной установленной мощностью 11,8 гигаватта, что составляет более четверти аналогичных мощностей Британии в целом. Именно шотландский успех так тщательно выпячивают британские функционеры, требуя от других стран отказаться от использования углеводородов.
Руководство же Шотландии, имеющее в активе успешную государственную программу перевода энергетики на зеленые рельсы и весьма суровый климат, решило развивать успешный опыт и обеспечить бесперебойные поставки электроэнергии в дома своих сограждан. Отсюда и родился уже упомянутый закон, призванный обогреть дома шотландцев, пусть даже игнорируя желание местных лендлордов. Однако в процессе выяснилось, что главный землевладелец страны призывает всех беречь планету, но при этом очень не любит, когда кто-то посягает на его собственность.
Впрочем, тут нет ничего нового. Что положено Юпитеру, не положено шотландцу.
В Британии предложили бороться с расизмом в математике
Текст: Ариадна Рокоссовская
В Британии предложили "деколонизировать" образовательную программу, дополнив ее достижениями этнических меньшинств. И хотя правительство пока выступает против, оно вынуждено считаться с тем, что прирост населения в стране почти полностью происходит за счет мигрантов и их детей. По данным издания Daily Mail, за последние 20 лет они обеспечили рост населения приблизительно на семь миллионов человек. Пропорция британского населения с не белым цветом кожи выросла почти вдвое, этнические меньшинства теперь составляют около 21 процента от 67 миллионов жителей.
В начале июля британский Национальный союз образования, объединяющий 450 тысяч педагогов, выступил с отчетом, в котором говорится, что современные учебные программы, дизайн школьных классов и распорядок дня "имеют колониальные корни". Профсоюз потребовал "деколонизировать" каждый предмет и каждый этап школьной программы. В документе представлены рекомендации, как изменить подход школы и учителей к вопросу цвета кожи, как оформлять кабинеты и чему учить.
Также учителям предлагают консультироваться с активистами антирасистских движений о том, как критически смотреть на знания, которые получает молодежь. Генеральный секретарь союза учителей Мэри Бустед считает, что "учебная программа по истории Британии игнорирует вклад чернокожих людей и колоний и противоречит идее, что люди неевропейского происхождения могут быть европейцами". По ее мнению, система образования "замалчивает британский империализм и расизм", а культура Альбиона "пропитана стремлением вернуть империю без малейшего понимания того, чем была эта империя". Ей попытался возразить бывший министр образования сэр Джон Хейс. Он призвал игнорировать "проснувшихся" деятелей, которые "увековечивают эту ерунду". Но игнорировать эти веяния невозможно. Недавно еще один крупный профсоюз преподавателей Британии выступил с призывом "деколонизировать" все школьные предметы, включая математику и естествознание.
Один из авторов обращения педагог из Оксфорда Мишель Кодрингтон-Роджерс пояснила, что школы, которые поддержали эту идею, осознали, что многое из того, чему они долгие годы учили, относилось не ко всем их ученикам. "Все школьные предметы должны поменяться, чтобы чернокожие люди упоминались не только в истории рабства и колонизации", - уверена она. Но с такими предметами, как математика, дело обстоит не так просто, ведь большинство математических законов открыли белые мужчины и с этим не поспоришь. Однако, по мнению экспертов, и этот предмет можно "деколонизировать", вводя такие направления, как "этноматематика", которая находит математику в культурных объектах, артефактах и традициях, или "критическая математика", где наука используется для оценки различных аспектов жизни общества.
Тем не менее госминистр по школьным стандартам Ник Гибб не видит причин, по которым дети, относящиеся к этническим меньшинствам, не должны изучать наследие белых людей. Он предупредил профсоюзы: "Мы не сможем создать равноправное общество, если будем продвигать учебную программу, исходя из актуальности какой-то отдельной группы или необходимости получше ее представить. И мы не будем стыдиться того, кто мы, и откуда". Министр полагает, что, если учебную программу сформировать по принципу политкорректности, ученики "не смогут познакомиться с лучшими идеями мира".
Сможет ли Россия выращивать больше зерна из-за изменения климата
Текст: Татьяна Карабут
Изменение климата сдвигает границы для выращивания продовольствия. В Сицилии появились рощи авокадо, а в Канаде стали выращивать виноград. России такие изменения уже позволили занять лидирующие позиции по экспорту зерна, и страна только укрепит свои позиции, пишет Financial Times.
С 2015 года Россия стабильно производит более 60 млн тонн пшеницы. Благодаря более мягким зимам фермеры смогли посеять больше озимой пшеницы, урожайность которой выше, чем у яровой, рассказал изданию директор консалтинговой компании "СовЭкон" Андрей Сизов. Изменение климата привело к таянию вечной мерзлоты на севере России. Повышение температуры в стране опередило среднемировые показатели. Причем в Сибири в прошлом году наблюдался рекордный уровень, отмечает Financial Times. Соответственно, выращивание культур все больше смещается на север страны.
"Сельское хозяйство было ограничено климатом, но в следующем столетии мы увидим огромный рост", - уверена старший научный сотрудник экологической неправительственной организации Conservation International Ли Ханна. Прежде всего он произойдет в Канаде и России - на них приходится более половины новых глобальных сельскохозяйственных границ. Выращивание агрокультур в них увеличит мировое производство продовольствия. Это важно с учетом того, что к 2050 году миру продовольствия потребуется на 70% больше, чтобы прокормить население, которое по прогнозам увеличится на 2 млрд за 30 лет.
Для России нет выгоды в потеплении климата, западные эксперты руководствуются устаревшими прогнозами, уверен гендиректор Института конъюнктуры аграрного рынка Дмитрий Рылько. Притом что осенью 2020 года озимыми в России было засеяно почти на 1 млн га больше площадей, в центральной части наблюдается их рекордная за много лет гибель. А этим летом не хватило дождей для налива зерна, отмечает эксперт. На юге, в ключевом зернопроизводящем регионе России, последние годы мы недобираем урожай либо озимых, либо яровых (а бывает, что и тех, и других) - либо весной, либо летом, либо осенью наступает серьезная засуха. А в других регионах, которые вроде бы выигрывают от потепления, погода становится менее предсказуемой и резко возрастает амплитуда отклонений от традиционного климата.
"В западной Сибири вдруг начинают идти тропические ливни, которых там не было никогда. Дожди перемежаются с периодами повышенной температуры в Центрально-черноземном регионе. А в Поволжье стоит дикая жара при отсутствии дождей", - говорит Рылько. На мировой рынок в основном идут зерно и масличные. А их выращивать все сложнее, что угрожает стратегическим интересам России, считает эксперт.
Наиболее восприимчивым к перепадам температур является виноградарство, пишет Financial Times. Согласно исследованиям университета Британской Колумбии, глобальное потепление на 2 градуса в ближайшие годы сделает непригодными 56% винодельческих районов мира. Уже сейчас границы для винограда, выращиваемого для производства вина, сместились на север как в Европе, так и в Северной Америке. Некоторые шампанские дома в последние годы инвестировали значительные средства в виноградники южной Англии, утверждает издание.
В России самый северный виноград раньше выращивался в Ростовской области. Но сначала под виноградниками там было задействовано 27 тыс. га, а сейчас всего 4 тыс. га. В последнее время виноград стали выращивать в Волгоградской области. Но там его укрывают на зиму землей. А из-за изменения климата не так давно выпал град, которого не было никогда. Он стал губительным для виноградников, говорит президент Союза виноградарей и виноделов России Леонид Попович. Также сейчас появляются виноградники в Астрахани, но они были там еще 500 лет назад. "Мы перемещаемся с виноградом в пределах тех зон, которые в России были и раньше, глобальных изменений не произошло", - говорит Попович.
Проявление эффектов от изменения климата и само изменение климата ускоряются. По различным оценкам, к 2024 году среднегодовая температура может вырасти чуть ли не на 1 градус, а это серьезная трансформация и серьезный вызов для экономик всех стран, считает директор центра научно-технологического прогнозирования ИСИЭЗ НИУ ВШЭ Александр Чулок. Реагировать на них государствам придется по двум направлениям: принудительное снижение негативного воздействия на окружающую среду и развитие передовых технологий, которые помогут сделать сектора экономики климатонезависимыми.
С одной стороны, через налоги, нормы и ограничения страны продолжат идти к "озеленению" промышленности и сельского хозяйства - уже сейчас появляются "зеленые" удобрения, продукты химии или нефтепереработки. С другой, по мнению Александра Чулока, в ближайшие десятилетия мы станем свидетелями масштабной технологической революции в области климата, и в первую очередь она коснется АПК. Уже сейчас мы наблюдаем активную цифровизацию и роботизацию сельского хозяйства, развитие нанотехнологий, материалов с новыми свойствами, например, на базе графена, появление новых энергосберегающих технологий. Дальше это может вылиться в создание, например, пчел-роботов - на случай, если снижение популяции живых пчел станет критичным, а в отдаленном будущем - технологий терраформирования (изменения климата) и управления климатом. Изменение климата - это большие возможности для развития генетики, селекции, различных биотехнологий, использования интеллектуального анализа больших данных и т.д. А в этом плане у России есть "хорошие заделы", считает эксперт.
Группа ученых из Великобритании спрогнозировала появление сверхопасного штамма коронавируса
В представленном докладе описан пессимистичный прогноз мутации коронавируса в штамм с особо высокой смертностью. По мнению российского вирусолога, доклад нельзя назвать научной работой, поскольку в нем лишь обозначается потенциальный риск без оценки его вероятности
Ученые из Великобритании описали возможные сценарии мутации коронавируса с потенциальным появлением сверхопасного штамма. Уровень смертности у этого штамма может быть схож с показателями «других зоонозных коронавирусов, таких как SARS-CoV (со смертностью около 10%) или MERS-CoV (со смертностью около 35%)». Сценарий представлен в докладе правительственной группы советников по чрезвычайным ситуациям властей Великобритании.
SARS-CoV вызывает атипичную пневмонию, а MERS-CoV — это так называемый верблюжий, или ближневосточный, грипп.
Впрочем, это всего лишь гипотеза. Ученые приводят самый пессимистичный прогноз, при котором вирус не исчезнет и продолжит мутировать в новых вариантах. Таким образом, заключают британские исследователи, в будущем может появиться в разы более смертоносный вирус.
Комментирует вирусолог, руководитель лаборатории геномной инженерии МФТИ Павел Волчков:
«Это, в общем-то, не моделирование, это просто знаете как: а что если? Они даже не особо оценивают вероятность, они просто возможные негативные варианты развития прописывают. То есть это скорее даже больше не научная работа, это скорее обозначение потенциальных рисков. Потому что могут произойти какие-то такие мутации, они тут пользуются прецедентом, что есть же MERS, смертность от которого достигает 35%. Поэтому они в этом докладе обозначают потенциальный риск, что какое-то количество мутаций в текущем коронавирусе SARS-CoV может привести к увеличению летальности от этого коронавируса. Они не отсылают ни к каким данным, ни к каким расчетам, ни к каким поправкам, они просто прецедентно заявляют, что есть MERS с летальностью 35%, значит это в принципе потенциально возможно. А если меня спросить: «Потенциально это возможно?» Ну, все в нашем мире вероятно. То есть и вероятность падения метеорита на Москву. Вопрос, какая это вероятность. И ее оценить как раз-таки крайне сложно. Пока что у нас нет такого большого количества данных по коронавирусам, которые приводят именно к высокой патогенности. Базовое оружие — это карантинные меры, и они используются, когда нет второго оружия, — это вакцинации. Сейчас вакцинация. Причем вакцинация текущей вакциной, в России это «Спутник V», и, собственно говоря, производство более прогрессивных вакцин — поливалентных. Я надеюсь, что они скоро придут уже на смену моновалентным вакцинам. И вакцинация именно популяционная».
Еще одним возможным сценарием британские ученые назвали появление штаммов, которые будут устойчивы к препаратам и вакцинам против коронавируса.
В конце июля в Великобритании выявили новую мутацию коронавируса B.1.621. В стране уже подтвердились шестнадцать случаев заражения этим штаммом. Отмечается, что большинство заболевших выезжали за границу. Однако данных о том, что новый вариант вируса вызывает более тяжелую форму заболевания или снижает эффективность используемых вакцин, пока нет.
Израиль объявил о массовой ревакцинации с 1 августа
Ревакцинацию предложат людям старше 60 лет, вакцинировавшимся не менее пяти месяцев назад. Власти выказывают опасения по поводу роста числа заболевших, в том числе штаммом «дельта»
Израиль с воскресенья первым в мире в государственном масштабе начинает массовую ревакцинацию третьей дозой Pfizer/BioNTech.
Страна предложит бустерную прививку от коронавируса людям старше 60 лет, которые завершили курс вакцинации двумя дозами не менее пяти месяцев назад. Власти объясняют свой шаг распространением в стране штамма «дельта».
Официальный старт ревакцинации 1 августа, но 30 июля третью дозу Pfizer получили 60-летние президент страны Ицхак Герцог и его жена. Перед прививкой Герцог пошутил: «У нас молодой премьер-министр, которому эта прививка не положена, поэтому нашли пожилого президента и его жену». Также 30 июля третьей дозой вакцинировался 71-летний экс-премьер Биньямин Нетаньяху и его супруга.
Несмотря на то, что Израиль одним из первых в мире вакцинировал большую часть населения, сейчас там наблюдается рост числа заражений. Эксперты связывают новую вспышку с распространением «дельта»-варианта коронавируса, а также со снижением со временем эффективности прививки вакциной Pfizer/BioNTech. С этой среды в Израиле вновь требуют зеленые паспорта при посещении публичных мероприятий, ресторанов, кафе, спортзалов и синагог. Документ выдают тем, кто привился или переболел ковидом. Комментирует журналист, обозреватель израильского информационно-аналитический сайта «Детали» Марк Котлярский
«На сегодняшний день, по моим сведениям, записалось уже на третью прививку примерно десять с чем-то тысяч человек. Я думаю, что никакого отторжения не будет. Хотя есть движение антипрививочников. И если говорить о третьей прививке, то, конечно, это скорее всего результат сознательности людей. Это — добровольно. У нас нет обязаловки в этом вопросе. Просто серьезная разъяснительная работа ведется. Особенно когда началась вторая волна и люди поняли, что речь идет о серьезном заболевании. Растет количество заболевающих. Это все связано с тем, что открыли аэропорт. Потому что очень много народа стало летать, и поговаривают, что, возможно, на какое-то время даже введут тотальный карантин. На неделю — на две. Чтобы прервать эту эпидемиологическую цепочку заражений. Но это еще под вопросом. Список «красных» стран постоянно пополняется».
Как сообщает местный Минздрав, количество больных, приехавших из-за границы, уже достигло 800 человек. Ежедневно в страну приезжают от 100 до 250 инфицированных. С пятницы Израиль расширил список стран, куда местным жителям запрещено летать без особых причин. К Узбекистану, Аргентине, Белоруссии, Бразилии, ЮАР, Индии, Мексике, Испании, Киргизии и России прибавились Испания, Великобритания, Грузия, Кипр и Турция.
У жительницы Израиля Елены Модик маме 85 лет, пожилая женщина вакцинировалась в апреле. Время для новой прививки еще не пришло, но решение о третьей дозе уже принято, указывает Елена:
— Поняли люди, что антитела падают. И нужно что-то сделать, чтобы это сохранить. И они предполагают, что в течение четырех-пяти дней это уже должно начать работать.
— Нет какого-то ощущения, что слишком тучи сгущаются? Запрет стран, и третья доза для пожилых…
— Наоборот мое мнение, что слишком много дали позволительного всего. Что у нас было более закрыто, и заболевших у нас было до пяти в день. А сейчас, когда все открыли, больше 2000 заболевших».
От Всемирной организации здравоохранения по поводу ревакцинации третьей дозой пока официальных рекомендаций нет. ВОЗ ссылается на отсутствие достаточного количества исследований о ее эффективности и безопасности. Здесь считают, что вместо этого развитые страны могли поделиться излишками вакцин с более бедными — чтобы не допустить новых масштабных вспышек ковида и появления новых штаммов.
А израильская медицина прикладывает все силы, чтобы действовать на опережение. Как пишет The Times of Israel, в стране разработан тест нового поколения — MeMed COVID-19 Severity. Он предсказывает с точностью в 86%, как заболевание будет развиваться в течение следующих двух недель. Это поможет предвидеть плохое развитие событий и организовать плановую госпитализацию. Тест уже одобрен для использования в Европе и Великобритании. Ожидается, что через два-три месяца он получит зеленый свет для применения в Израиле.
Наталья Воробьева
Чистая прибыль группы ВТБ по МСФО в первом полугодии составила 170.6 млрд руб.
прибыль группы ВТБ по МСФО в первом полугодии 2021 года увеличилась на 307.2% год к году и составила 170.6 млрд руб., что соответствует возврату на капитал в размере 18.5% по сравнению с 4.9% за аналогичный период прошлого года. Об этом говорится в сообщении банка.
Чистые процентные доходы составили 306.0 млрд руб. за первое полугодие и 160.4 млрд руб. за II квартал, увеличившись на 21.4% и 21.2% год к году соответственно. Чистая процентная маржа составила 3.8% за первое полугодие 2021 года и 3.9% за II квартал 2021 года по сравнению с 3.7% и 3.9% за аналогичные периоды прошлого года.
Чистые комиссионные доходы составили 84.1 млрд руб. в первом полугодии 2021 года и 45.5 млрд руб. за II квартал 2021 года, увеличившись на 38.3% и 60.2% год к году соответственно.
Коэффициент общей достаточности капитала банка с начала года вырос на 60 б.п. до 12.4%.
По состоянию на 30 июня 2021 года объём совокупного кредитного портфеля до вычета резервов составил 13.8 трлн руб., увеличившись на 4.7% с начала года.
Кредиты физическим лицам увеличились с начала года на 10.8% до 4.3 трлн руб. По итогам первого полугодия 2021 года объём выдач ипотеки группой ВТБ составил 515.9 млрд руб., что на 27.6% превышает результат первого полугодия 2020 года. Объём кредитов юридическим лицам увеличился на 2.2% с начала года до 9.5 трлн руб.
С начала 2021 года средства клиентов группы выросли на 11.9% до 14.4 трлн руб. Рост средств клиентов — юридических лиц по итогам первого полугодия 2021 года составил 19.1%, при этом рост остатков на текущих счетах юридических лиц составил 23.0%. Объём средств клиентов — физических лиц увеличился на 3.1%, составив 5.9 трлн руб.
Группа ВТБ - российская финансовая группа, включающая более 20 кредитных и финансовых компаний, работающих всех основных сегментах финансового рынка. В странах СНГ группа представлена в Армении, на Украине, в Беларуси, Казахстане, Азербайджане. Банки ВТБ в Австрии, Германии и Франции работают в рамках Европейского субхолдинга во главе с ВТБ Банк (Австрия). Кроме того, группа имеет дочерние и ассоциированные банки в Великобритании, на Кипре, в Сербии, Грузии и Анголе, а также по одному филиалу банка ВТБ в Китае и Индии, два филиала ВТБ Капитал Plc в Сингапуре и Дубае.
Сбер снижает расходы клиентов перед ипотечной сделкой
Сбер включает дополнительные расходы в ипотеку при первоначальном взносе от 10%. Теперь ипотечные клиенты СберБанка с первоначальным взносом от 10% стоимости жилья могут включить дополнительные услуги в сумму ипотеки при покупке квартиры на вторичном рынке. Об этом говорится в сообщении банка.
Эта возможность позволит снизить единовременные расходы клиентов перед сделкой. Кредитными средствами можно оплатить сервисы "Электронная регистрация", "Безопасные расчёты", услугу "Юридическая проверка" и агентское вознаграждение риелтору.
В марте такая возможность появилась у клиентов с первоначальным взносом от 20%. Сейчас она стала доступна и для клиентов с первоначальным взносом от 10% стоимости жилья.
Сбербанк России (ИНН 7707083893) - крупнейший банк в России, Центральной и Восточной Европе. Банк является основным кредитором российской экономики и занимает крупнейшую долю на рынке вкладов. Услугами Сбербанка пользуются клиенты в 18 странах мира. Банк располагает филиальной сетью в России: около 14 тыс. точек обслуживания. Зарубежная сеть банка состоит из дочерних банков, филиалов и представительств в Великобритании, США, СНГ, Центральной и Восточной Европе, Индии, Китае и других странах.
Уставный капитал Сбербанка равен 67.76 млрд руб. и состоит из 21586948 тыс. обыкновенных акций и один млрд привилегированных акций номиналом 3 руб. Основным акционером Сбербанка является РФ в лице Министерства финансов РФ, владеющая 50% уставного капитала ПАО "Сбербанк" плюс 1 голосующая акция. Оставшимися 50% минус 1 голосующая акция от уставного капитала банка владеют российские и международные инвесторы.
ВТБ Лизинг в первом полугодии на треть увеличил объём нового бизнеса
ВТБ Лизинг в I полугодии 2021 года передал клиентам транспорт, технику и оборудование общей стоимостью более 67 млрд руб., что на 33% превышает показатели аналогичного периода прошлого года. В январе – июне компания заключила 17.4 тыс. новых договоров, это на 56% больше, чем годом ранее. Об этом говорится в сообщении банка.
Сегмент легкового и грузового автотранспорта – по сравнению с первым полугодием 2020 года вырос на 87% и составляет 54% от всего нового бизнеса компании (36.4 млрд руб.). Сегмент спецтехники вырос почти в 2.5 раза и составил 17.6 млрд руб. Продажи грузового автотранспорта увеличились в 2.4 раза, до 17.1 млрд руб. Объёмы сделок с легковыми автомобилями выросли на 57%, до 19.3 млрд руб. По состоянию на 1 июля 2021 года, парк транспортных средств и самоходной техники ВТБ Лизинг превысил 67.4 тыс. единиц, добавив 13% год к году.
В январе – июне компания на 39% нарастила объём нового бизнеса с оборудованием для нефте- и газодобычи и переработки, стоимость переданной клиентам техники составила 2.6 млрд руб. ВТБ Лизинг также заключал сделки с железнодорожной техникой, медицинским и телекоммуникационным оборудованием и прочим имуществом.
Основная часть нового бизнеса компании пришлась на Москву (27%), Центральный (17%) и Приволжский (14%) федеральные округа. Наиболее динамично бизнес рос в Сибирском (+225%), Северо-Кавказском (+174%) и Южном (+129%) федеральных округах.
Группа ВТБ - российская финансовая группа, включающая более 20 кредитных и финансовых компаний, работающих всех основных сегментах финансового рынка. В странах СНГ группа представлена в Армении, на Украине, в Беларуси, Казахстане, Азербайджане. Банки ВТБ в Австрии, Германии и Франции работают в рамках Европейского субхолдинга во главе с ВТБ Банк (Австрия). Кроме того, группа имеет дочерние и ассоциированные банки в Великобритании, на Кипре, в Сербии, Грузии и Анголе, а также по одному филиалу банка ВТБ в Китае и Индии, два филиала ВТБ Капитал Plc в Сингапуре и Дубае.
Cinven приобретает контрольный пакет акций RB Iberia
Cinven и Restaurant Brands Iberia 29 июля 2021 года подписали соглашение о приобретении контрольного пакета акций RB Iberia компанией Cinven. Об этом говорится в сообщении Cinven.
Основатели RB Iberia и Burger King Europe GmbH, дочерняя компания Restaurant Brands International Inc., останутся миноритарными акционерами компании. Стоимость сделки составляет более 1 млрд евро. Сделка подлежит одобрению обычными антимонопольными и регулирующими органами.
Ранее Cinven приобрела Arcaplanet (платформа по уходу за домашними животными в Италии) и Planasa (оператор в агропродовольственном секторе). Кроме того, компания объединилась с Maxi Zoo Italia и провела IPO потребительской технологической платформы Allegro.
RB Iberia - ведущая платформа ресторанов быстрого обслуживания в Иберии и главный бренд Burger King в Испании, Португалии, Гибралтаре и Андорре, а также брендов Popeyes и Tim Hortons в Испании. Портфель включает 500 собственных ресторанов и 500 франчайзинговых ресторанов трёх брендов.
Будьте бдительны!
Торговля людьми в XXI веке
Константин Батанов
Госдепартамент США 1 июля опубликовал Доклад о торговле людьми за 2021 год. В этом документе ожидаемо подверглись критике Россия, Китай и другие геополитические противники США.
В частности, про Россию сказано: «Правительство России не отвечает в полной мере минимальным требованиям по ликвидации торговли людьми и не предпринимает значительных усилий в этом направлении, даже с учётом возможного влияния пандемии коронавируса COVID-19 на деятельность по противодействию торговле людьми, в силу чего Россия остаётся на Уровне 3. Несмотря на отсутствие значительных усилий, правительство приняло определённые меры для решения проблемы торговли людьми, включая содействие возвращению российских детей из Ирака и Сирии, выявление ряда потерпевших и продление в связи с пандемией сроков действия выданных иностранным работникам разрешений на работу и временное проживание».
Уровень 3, о котором идет речь, — одна из ступеней рейтинга Доклада. Согласно ему, все страны мира делятся на четыре группы в соответствии со стандартами Акта о защите жертв торговли людьми (Trafficking Victims Protection Act (TVPA)) от 2000 года. Первая группа — те, кто полностью соблюдают минимальные стандарты TVPA. Вторая — страны, правительства которых не полностью соблюдают все минимальные стандарты TVPA, но прилагают значительные усилия, чтобы привести себя в соответствие с этими стандартами. Третья группа — государства, правительства которых не полностью соблюдают минимальные стандарты и не прилагают для этого значительных усилий.
При этом предполагается, что в странах НАТО ситуация с торговлей людьми не вызывает опасений, поэтому они почти в полном составе отнесены к группе 1. Единственной страной НАТО, попавшей в перечень «неблагополучных» стран, стала Турция. Это неудивительно, так как турецкий лидер Эрдоган периодически выходит из фарватера США, пытаясь проводить самостоятельную политику, и заигрывает то с Россией, то с Китаем. Поэтому в этом году в докладе отмечается, что Турция оказывает «ощутимую поддержку» подразделению Султана Мурада в Сирии, которое вербовало и использовало детей в качестве солдат.
Очевидная политизация темы торговли людьми отвлекает внимание от её серьёзности и переводит её в разряд тем для взаимных обвинений и споров.
После публикации американского доклада в интернете сразу стали появляться материалы о плачевной ситуации в этой области в самих Штатах.
Дело в том, что США и западноевропейские страны являются крупнейшими потребителями «живого товара».
В 2020 году в Соединённых Штатах было похищено, продано и незаконно удерживалось 1600 человек. Более 4500 человек стали «товаром» в прошлом году в демократичной Европе. Причём эксперты отмечают, что это всего лишь официальная статистика, а реальная ситуация намного хуже. Надо сказать, что эти люди являются гражданами стран, в которых их продавали, то есть американцами и европейцами. Сюда не входят жители стран Азии, Африки и Восточной Европы, которых ввезли на цивилизованный Запад обманом или против их воли.
Согласно официальным данным, ежегодно в Соединённых Штатах жертвами торговли людьми становятся около 15 тыс. человек из разных стран. По оценкам некоторых правозащитных организаций, реальное число жертв достигает 110 тыс. человек в год, то есть проблема намного серьёзнее. Почти половина пострадавших — несовершеннолетние в возрасте до 18 лет. 82% похищенных становятся так называемыми «секс-работниками».
Еще 10% жертв вынуждены заниматься тяжёлым трудом, таким как сельское хозяйство, рыболовство, швейная промышленность и т.д. Большинство людей этой категории не являются американцами, они прибыли в США нелегально, часто не говорят по-английски и работают на фермах в отдалённых местах. Как правило, их подвергают жестокому обращению, не платят зарплату или платят, но намного меньше уровня минимальной заработной платы.
Многие иностранцы попадают в сети торговцев людьми в США и другие западные станы легальным способом: въезжают по рабочим или студенческим визам, ведясь на уговоры преступников приехать для работы, образования или путешествий. Когда жертва прибывает в страну назначения, паспорт и деньги оказываются в руках злодеев, а саму жертву подвергают физической и психологической обработке, принуждая выполнять работу против её воли.
Касательно американских граждан, попадающих в рабство в своей стране, надо отметить, что треть жертв сексуального рабства и 65% пострадавших от торговцев детьми были обмануты преступниками посредством общения в социальных сетях, особенно в Facebook.
США являются единственной страной мира, которая не подписала Конвенцию Организации Объединённых Наций о правах ребёнка. Кроме того, Соединённые Штаты ратифицировали только две из восьми конвенций Международной организации труда. По этим причинам, а также ввиду вышеприведённых данных, любые заявления американцев с критикой других стран всегда вызывают однозначную реакцию — громче всех «Держи вора!» кричит сам вор.
У союзников США дела не лучше. Например, в Германии насчитывается 23 600 жертв торговли людьми, две трети из которых подвергались в той или иной степени жестокому обращению. Стоит отметить, что это опять только официальные данные, потому что на самом деле ситуация в Германии особо сложная. В Германии легализована проституция, поэтому утверждается, что оказание секс-услуг прозрачно и осуществляется в соответствии с законом. На самом деле из 400 тыс. германских проституток немки составляют лишь 20%, остальные 80% — иностранки, многие из которых стали жертвами торговцев людьми: они не имеют вида на жительство в Германии и не могут подписывать трудовые договора, соответственно, работают нелегально.
Конечно, торговля людьми и сопутствующие преступления не присущи только развитым странам.
Торговля людьми существует в 124 странах мира, к настоящему времени выявлено около 500 маршрутов переправки жертв из одних стран в другие. В разных местах планеты каждый год необъяснимо исчезают по меньшей мере 2,5 млн человек.
Способы покупки/продажи существуют самые разные. В некоторых странах Африки и Азии есть специальные рынки, где можно действовать практически открыто. В Европе и Соединённых Штатах используются специальные сайты в Даркнете.
По прибыльности глобальная торговля людьми лишь немного уступает торговле оружием и наркотиками и является самой быстрорастущей криминальной «индустрией». По разным оценкам, прибыль может составлять от 7 до 12 млрд долл. в год.
Самое ужасное здесь то, что торговля живым товаром не ограничивается сексуальным рабством или принудительным трудом.
Жертвы могут быть «превращены» в инвалидов-попрошаек. Их могут заставить вступить в брак против их воли, сниматься в порнографии, могут разобрать для трансплантации органов и даже предоставить извращенцам для убийств ради удовольствия.
Важным подвидом торговли людьми является похищение с целью трансплантации органов. В относительно стабильных странах свои органы часто вполне добровольно продают бедные люди, наркоманы, те, кто попал в безвыходную ситуацию или просто психически незрелые люди.
Например, в довольно благополучном Китае пару лет назад 19-летний молодой человек так желал купить новый модный айфон, что нашёл подпольный медицинский центр в провинции Хунань и продал свою почку за 20 тыс. долл. Он получил вожделенный гаджет, но потом у него начались проблемы со здоровьем, обо всём узнали родители, история стала достоянием гласности. Теперь, когда у Apple выходит очередная новая модель телефона, китайские пользователи сети пишут, что начинается сезон продажи почек. Кстати, многие продавшие свою почку китайцы потом становятся посредниками по продаже почек (ищут продавцов для покупателей и наоборот). Это объясняется тем, что обычно у этих людей низкий уровень образования и они занимаются физическим трудом. Однако после продажи почки их здоровье ухудшается, и они часто не могут выполнять тяжёлую работу, поэтому они вступают в команды агентов подпольных больниц или ищут другие нетрудовые заработки.
Если же говорить о нестабильных и бедных странах, то там действуют банды, которые изымают внутренние органы насильно. В Индии существуют преступные группы, которые ищут и удерживают малолетних сирот или потерявшихся детей, растят их до определённого возраста, а затем забирают их органы и выкачивают кровь для продажи.
Банды, похищающие людей на органы, действуют во многих странах Азии, Африки и Ближнего Востока, а иногда и в Европе. Они захватывают людей и потом ищут покупателей на их почки, печень, костный мозг, лёгкие, глазную роговицу, сердце и другие органы.
Жертвами такого «донорства» также становятся те, кто уже пострадал от торговцев людьми, например, лица, которых принуждают заниматься проституцией или нелегальным трудом — когда они перестают выполнять свои функции, их могут «разобрать» на органы.
Во время войны в Сирии игиловцы* издали указ, в котором говорилось, что «жизни и органы отступников не нуждаются в уважении и могут быть отняты безнаказанно». В число отступников попадали те, кто по разным причинам не мог оказать им сопротивления. В результате многие вчерашние боевики заработали большие деньги и под видом беженцев переместились в сытую и красивую Европу.
На сирийском чёрном рынке тело с неповреждёнными органами стоит всего 50 долларов. Сирия граничит с Турцией, в которой существует огромный подпольный чёрный рынок международной торговли органами. По данным зарубежных СМИ, страной происхождения 60% почек на мировом чёрном рынке является Сирия.
Стоимость сердца на мировом рынке может достигать 280 тыс. долл. Стоимость операции по пересадке — около полутора миллионов долларов. При этом пересаженное сердце обычно работает не больше 8 лет, а это значит, что если есть финансовые возможности, то реципиент сердец одной операцией не ограничится. Общеизвестно, что один из Рокфеллеров пережил семь операций по трансплантации сердец (мы не можем утверждать, что он пользовался услугами торговцев органами).
Спрос на органы всегда будет высок, так как богатые люди во многих странах, возможно, не смогут дождаться трансплантации органов в своих странах в соответствии с законом из-за того, что есть соответствующая очередь. Однако, когда очередь подходит, то это не означает, что орган легального донора обязательно подойдёт конкретному пациенту. Поэтому спрос на органы с чёрного рынка будет всегда.
Существует ряд стереотипов о торговле людьми. Например, считается, что жертвами сексуального рабства могут быть только женщины и дети. На самом деле мужчины тоже могут попадать в группу риска. Мужчины, ставшие жертвами сексуальной эксплуатации, обычно находятся в Западной и Южной Европе, а также в Северной и Южной Америке.
Также обычно торговец людьми предстаёт в глазах обывателей в образе мрачного злодея. На самом деле существенную часть торговцев составляют женщины. Им легче втереться в доверие потенциальным и самым частым жертвам — лицам женского пола и детям. Другая черта ошибочного образа — торговец имеет ярко выраженный криминальный имидж. Это уже в прошлом, в настоящее время банды имеют в своём составе самых разных людей, в зависимости от возложенных на них функций. Например, это могут быть обаятельные молодые люди или девушки, которые вступают в первичный контакт с потенциальной жертвой и заманивают её. Членами группировок могут быть и психиатры или психологи, то есть образованные и квалифицированные люди. В роли крыши и инвесторов могут выступать даже известные бизнесмены и политики, а также военные.
Например, в 2016–2017 годы в Мьянме подвергся преследованиям (вплоть до геноцида) народ рохинджа. В результате многие рохинджа бежали в Таиланд, рассчитывая, что там они будут в безопасности. Однако позже журналисты агентства "Рейтер" обнаружили, что многие из них были проданы организациям, занимающимся торговлей людьми. Продавцами выступили правительственные чиновники и высокопоставленные офицеры военно-морского флота Таиланда.
Третий стереотип — жертвами всегда являются люди, ведущие асоциальный образ жизни, живущие в нищете или находящиеся в районах боевых действий. Это верно, но лишь отчасти. На самом деле жертвой может стать любой. Бывает так, что жертв похищают, а потом ищут покупателей, бывает так, что покупатели «заказывают» конкретных людей.
Несколько лет назад в Великобритании прогремела история о том, как стюардесса одной авиакомпании вдруг случайно узнала, что её «вывесили» для публичной продажи на одном из сайтов Даркнета с пометкой «Сегодняшние товары». К счастью, она успела обратиться в полицию, иначе её могли бы «заказать» и похитить. Отмечается, что в подобных случаях преступники используют фотографии потенциальных жертв, которые те сами публикуют в социальных сетях.
Однажды в Париже арестовали банду торговцев людьми, которая имела своего «крота», работавшего на ресепшен в одном из отелей. Этот человек имел доступ к данным клиентов гостиницы, высматривал одиноких симпатичных туристок и передавал информацию своим подельникам, после чего девушки пропадали.
Торговля людьми существует даже в социалистических странах с сильной ролью государства. Бытует стереотип о том, что политические режимы в таких странах близки к диктатуре, а значит, всё население находится под контролем, и таких серьёзных преступлений быть не может.
На самом деле торговля людьми есть и в Китае. Общие тенденции и виды торговли (например, переправка нелегальных мигрантов за рубеж или торговля органами) совпадают с общемировыми, но есть своя специфика.
Из-за того, что в Китае мужчин намного больше, чем женщин, для мужской части населения остро стоит вопрос поиска второй половины. Горожане решают этот вопрос цивилизованно: ищут невест среди китаянок, те кому не достаются соплеменницы, пытаются наладить личную жизнь, очаровывая иностранок. Крестьянам некогда заниматься романтикой, поэтому сельские жители, живущие в горах или джунглях юго-западных провинций Китая, могут покупать или похищать женщин, чтобы использовать их в качестве жён. Это могут быть китаянки, а могут быть и жительницы Юго-Восточной Азии, например, Мьянмы, Камбоджи или Вьетнама. Несколько лет назад в подобную ситуацию попадали и жительницы Северной Кореи, которые нелегально пересекали корейско-китайскую границу и неожиданно для себя оказывались жёнами одиноких жителей отдалённых деревень северо-восточных провинций Китая.
Другое характерное явление: распространённым, по сравнению с другими странами, преступлением является покупка детей, особенно мальчиков. Некоторые пары не могут иметь детей по каким-то причинам или рожают только девочек, поэтому могут купить сыновей у бедняков или заказать «змееголовым» (так в Китае называют торговцев людьми) похищение чужого сына. Если это делать в Китае, то семья похищенного ребёнка будет его искать и, возможно, однажды найдёт (бывали случаи, когда правда вскрывалась даже через десятилетия). Поэтому китайские бандиты налаживают взаимодействие со своими коллегами из Вьетнама и других стран Юго-Восточной Азии и воруют детей оттуда.
Китайское руководство жёстко борется с подобными явлениями: недавно был принят План по противодействию торговле людьми на 2021–2030 годы. Однако факт подготовки такого документа означает, что ситуация точно непростая.
Четвёртый стереотип, связанный с торговлей людьми: многие думают, что жертвы сексуальной эксплуатации обязательно хотят сбежать от своих «хозяев». На самом деле в Европе их подвергают мощной психологической обработке. После «промывки мозгов» они начинают испытывать стокгольмский синдром, называют сутенёров «папами» или «мамами» и стремятся им угодить. В случае полицейских рейдов они могут искажать свой возраст, если они несовершеннолетние, и говорить, что добровольно выбрали профессию проститутки, потому что не могли найти работу в своём родном городе. Некоторые из них могут со временем даже становиться вербовщицами новых проституток.
Вышеперечисленное позволяет сделать несколько выводов.
Во-первых, торговля людьми является серьёзной проблемой, существующей почти во всех странах мира. Политизация этой проблемы снижает её остроту, переводя в предмет спора по типу «у вас ещё хуже, чем у нас», нанося таким образом вред объединению усилий всех стран в борьбе с этим ужасным явлением. Необходимо создать международный банк данных пропавших людей, задержанных нелегальных мигрантов и других лиц, которых могут использовать торговцы людьми.
Во-вторых, торговля людьми — это очень прибыльное занятие, поэтому некоторые страны склонны успокаивать себя и закрывать на неё глаза, легализуя проституцию, снижая возраст сексуального согласия, призывая быть толерантными к разного рода извращениям.
В-третьих, в борьбе с нелегальной торговлей органами существенная надежда возлагается на научный прогресс — в последнее время участились сообщения об относительно успешных экспериментах учёных по выращиванию искусственных органов из стволовых клеток. Можно надеяться, что в течение нескольких лет, благодаря внедрению новых технологий биоинженерии, нелегальная торговля органами станет нерентабельной и изживёт себя.
В-четвёртых, основными поставщиками живого товара становятся страны с низким уровнем жизни, политической и экономической нестабильностью, на чьей территории ведутся военные конфликты и т.д. Не секрет, что после распада Советского Союза бывшие советские республики были погружены в хаос, и в результате многие жительницы России, Украины и Белоруссии были проданы в сексуальное рабство в Европу и на Ближний Восток. Многие африканские страны находятся в состоянии полуанархии, беженцы из этих стран пытаются попасть в Европу, по пути через Африку их ловят и продают ливийским племенам (по некоторым оценкам, за последние пару лет было продано не менее 19 тыс. рабов). Тех, кто добирается до Европы часто ждёт незавидная участь — работа на подпольном или нелегальном производстве (например, наркотиков), проституция или донорство органов. Поэтому главный способ профилактики торговли людьми — обеспечение экономического развития и роста благосостояния населения, а также своевременное предотвращение социальной напряжённости и конфликтов.
* игиловцы — члены ИГИЛ, запрещённой в РФ террористической организации
Парадоксы безопасности
Александр Дугин о "пятой колонне" и Доктрине Путина
Владимир Винников Александр Дугин
В июле президент России подписал Указ № 400, которым была утверждена новая Стратегия национальной безопасности России и, соответственно, отменён аналогичный Указ № 683 от 31 декабря 2015 года. О значении новой доктрины, стратегическом потенциале нашей страны, а также о внутренних деструктивных факторах мы поговорили с философом, теоретиком геополитики Александром Дугиным.
«ЗАВТРА». Уважаемый Александр Гельевич, интересно ваше мнение о том, изменилось ли за прошедшие годы состояние национальной безопасности российского государства, и если да, то каким образом эти изменения отражены в новой редакции Стратегии национальной безопасности России?
Александр ДУГИН. Вы знаете, в Российской Федерации открытые государственные документы, посвящённые проблемам национальной безопасности, принимались пять раз: 17 декабря 1997 года и 10 января 2000 года это были Концепции, а с 12 мая 2009 года и далее — Стратегии. Их сравнительный анализ, на мой взгляд, был бы чрезвычайно интересен как с теоретической, так и с прикладной точек зрения.
«ЗАВТРА». Кстати, получается, что Путин пришёл к власти уже с готовой концепцией национальной безопасности в кармане — она появилась всего через несколько дней после отставки Ельцина. И получается, каждый из российских президентов в этом отношении отметился, включая Дмитрия Медведева.
Александр ДУГИН. Да, и путинских доктрин национальной безопасности, получается, уже три. Все они, на мой взгляд, с самого начала носили довольно внятный и патриотический характер. То есть в них высшей ценностью утверждался суверенитет государства, говорилось о необходимости защищать любой ценой свободу и независимость нашей страны, что, в принципе, контрастировало с глобалистской ориентацией ельцинской эпохи. Эта ориентация на суверенитет при нём прописана во всех официальных документах, и это, несомненно, хорошо. Защита государственного суверенитета, обеспечение и укрепление национальной безопасности — это, пожалуй, самое ударное и самое успешное направление российской политики. При этом в каждой новой редакции всё чётче и чётче проявляется образ врага. Он изначально уже подразумевался и в предыдущих версиях, где говорилось об ориентации на многополярный мир, о противостоянии гегемонии в международных делах. Во всех предыдущих документах это есть, но сейчас этот образ ещё более конкретно обрисован.
У нас теперь названы две недружественные России страны: США и Чехия. Такой список выглядит парадоксальным, поскольку на мировой арене это несопоставимые величины. Кажется, одной Америки было бы достаточно: мол, врагов у нас немного, всего одна страна. А присутствие здесь же крохотной Чехии придаёт всему немного абсурдистский характер.
«ЗАВТРА». Блок в 1921 году, уже после кровавой эпопеи Чехословацкого корпуса в нашей гражданской войне, написал стихотворение "Скифы" с такими строками: «Нам внятно всё: и острый галльский смысл / И сумрачный германский гений». Может быть, соседство США и Чехии — указание на то, что в России всё видят, как большое, так и малое, и ничего не забывают?
Александр ДУГИН. Чехи очень стремились продемонстрировать свою русофобию: снимали памятники, устраивали безумство с обвинениями России во взрыве складов, где какой-то болгарский проходимец, торговец смертью, хранил оружие и боеприпасы для продажи в «горячие точки», приплели к этому пресловутых Боширова и Петрова, якобы травивших в Англии Скрипаля с его дочкой. Мне кажется, они добились, чего хотели, а мы «купились» на это — и напрасно. Потому что, на самом деле, они очень хотели быть такими. Если Чехию такая великая страна, как Россия, признаёт своим врагом — значит, Чехия тоже великая, в одном ряду с нами и с Америкой…
«ЗАВТРА». Гомер, Мильтон и Паниковский…
Александр ДУГИН. Я меньше всего склонен критиковать Чехию как государство и чехов как народ. Но то, что последнее время вытворяют их политики под давлением глобалистов, это просто лай Моськи на Слона.
Но вернёмся к основной теме нашего разговора. Очень важно обозначение врагов, понимание того, что постоянный конфликт с ними охватывает не просто российскую территорию, а вообще все пространства нашего присутствия: и экономическое, и культурное, и виртуальное. Сушу, Мировой океан, атмосферу, космос, киберсреду, мир идей и ценностей. Всё это прописано в новой версии Стратегии нацбезопасности намного полнее, чем раньше. Что соответствует условиям нового типа межсистемных конфликтов, гибридной войны, которую ведут глобалисты США и их союзники против России. Это большая война, серьёзная война. И фиксацию этого факта лично я считаю важнейшей положительной стороной новой «Стратегии…»
«ЗАВТРА». Александр Гельевич, если речь зашла о положительной стороне, то подразумевается и наличие отрицательной?
Александр ДУГИН. Я не могу понять, почему Путин вот уже двадцать с лишним лет держит при себе либералов, которые пытаются в любой официальный документ: в Общественной палате, в Думе, в проекте Конституции, в законах — вообще, в любой документ, касается он их или не касается, внести какие-то свои моменты, в принципе, дезавуирующие интересы российского государства… Они не могут сопротивляться им напрямую: ни воссоединению Крыма, ни суверенитету, ни борьбе против «иноагентов». Но они занимаются тем, что я назвал бы идейным, интеллектуальным саботажем.
Я вижу, что и при подготовке новой Стратегии национальной безопасности туда были внесены правки, выражающие интересы тех сил, которые в этой же программе признаются нашим главным стратегическим противником, то есть сторонников либерального глобального мира. Иначе я не могу объяснить тот факт, что в тексте этого документа сплошь и рядом за тезисом о суверенитете следует тезис о гражданском обществе, а за положением о приоритете обеспечения национальной безопасности говорится, что это всё делается во имя отдельного человека, потом уже — общества, а в последнюю очередь — государства. Хотя иерархия должна быть строго обратной. То есть «пятая колонна» и её кураторы не могли предотвратить появления этого документа, обозначения там США как главного противника России.
Но они этого не могли сделать, потому что Путин есть. Вот он, в Кремле! И люди из Совбеза, Патрушев, Шойгу, руководители силовых блоков дописали свои части, всё разумно… Но по тексту явно прошлась рука иноагентуры — хорошо видно, где и как она прошлась. То есть, говорится всё точно и правильно, а потом — «устойчивое развитие» от Римского клуба добавляется. Идёт патриотический дискурс — и вдруг: всё это нужно для того, чтобы быстрее интегрироваться в глобальное общество. Полно вот такого рода вставок, вклеек… Это, как в генной инженерии вставляют в ДНК какие-то чужеродные фрагменты. И когда люди видят и чувствуют такое, это очень разлагает. Хороший геном, но в него вкраплены какие-то патологические элементы — и уже всё не то...
Даже в нашей внешней политике, где царит атмосфера самая «путинская», пожалуй, из всех направлений государственной политики, всё равно присутствуют вот эти либеральные саботажники, искажающие все её смыслы. А нужно ведь не только количество и качество ракет — важны те смыслы и ценности, которые они защищают. Сейчас, в наше время, нельзя пренебрегать семантическим оружием. Это очень большая и важная вещь. Поэтому здесь либо небрежность государственников, либо системная работа либералов, выходцев из глобалистских структур, воспитанных западными и прозападными центрами, фондами, экспертов на дотациях, «поднятых» и «подвинутых» на свои позиции с помощью глобалистских структур.
Так что я, конечно, не думаю, будто здесь какая-то случайность или просто недосмотр. Это всё тот же длящийся саботаж, саботаж со стороны либеральной части российской «властной вертикали», которая в любой документ, в любое направление, в любое решение, в любой текст, в любой проект, в любое мероприятие обязательно старается вкрапить, внедрить свои «вирусы». Это действительно такая ментальная зараза! Гражданское общество, свобода слова, права человека… Все понимают, что за этими словами в реальности ничего не стоит, ничего подобного в самих западных странах нет, но нельзя недооценивать слова. Слова могут поднять кого-то на подвиг, а кого-то, наоборот, «расхолодить»: «мол, если это чушь, то и всё остальное чушь…»
Если наш приоритет — соблюдение прав человека, то сохранение государственного суверенитета отодвигается на второй или даже третий план. Тогда возникает такой постмодернистский перфоманс или рок-концерт, где играют Шостаковича или Чайковского.
«ЗАВТРА». А, может быть, это своего рода маскировка, операция «под чужим флагом»? Но вы — известный теоретик и отчасти даже практик геополитики. Всё-таки как вы оцениваете изменения в ситуации с нашей национальной безопасностью за годы, прошедшие с момента принятия прошлой «Стратегии…»? У нас же появились новейшие сверхэффективные системы вооружений, не имеющие аналогов в мире, Крым отстояли и укрепляем, как можем, несмотря на все санкции со стороны коллективного Запада… Донбасс не сдали, что-то происходит в отношениях с Америкой, союз с Китаем развивается. Как всё это и многое другое отражено в утверждённом Путиным в июле документе?
Александр ДУГИН. Вряд ли есть необходимость какой-то маскировки. Все наши «партнёры» понимают, что и как происходит с Россией. А про значение новой Стратегии нацбезопасности я уже сказал. Но если необходимо что-то ещё добавить или повторить для лучшего понимания, то позитивных моментов в ней не просто очень много — это документ более высокого качественного уровня, чем предыдущая версия.
Когда я в начале 90-х годов писал свои "Основы геополитики" и говорил там, какой должна быть российская геополитика, какой должна быть система национальной безопасности, какие у нашей страны в этой сфере должны быть приоритеты и цели — это полностью противоречило тому, что происходило при Ельцине, это называли «красно-коричневым бредом», а меня — «сумасшедшим с фантомными болями тоталитаризма», там много всего говорили. То есть идеи, которые я защищал, и тогдашняя реальность — это были просто два разных мира.
«ЗАВТРА». Ваши концепции и государственная практика «новой России»…
Александр ДУГИН. Конечно! А если сейчас сравнить те идеи с тем, что произошло и происходит сегодня, можно увидеть, что многое из них осуществлено в реальности. Не потому, что Путин прочитал Дугина и всё понял, а потому что такова логика обстоятельств, которая всегда сильнее логики намерений. И если взять масштаб последних лет тридцати, то я могу сказать, что в целом всё идёт прекрасно, по законам геополитики. Наше государство по-настоящему укрепляет свой суверенитет, развивает те виды вооружения, которые позволяют сохранять стратегический паритет безопасности в новых условиях. Прекрасно сознаёт, откуда исходит главная угроза, старается подготовиться ко всем формам возможного противостояния на мировой арене…
Всё это очень хорошо. Вообще, я считаю, что надо такую формулу в России ввести: «Армия — друг человека». Всё, что сейчас хорошо у нас, — связано с армией, со спецслужбами. Это и есть жизнь. Не будет достойной армии, достойных спецслужб: целеустремлённых, укомплектованных по последнему слову техники и технологий, умных, действенных, эффективных, решительных, смелых, в духе священной дружины, — вообще ничего не будет. И надо всячески поддерживать и развивать силовые структуры.
«ЗАВТРА». Вы говорите об умных силовых структурах. А то есть ироничная поговорка: «Сила есть — ума не надо»…
Александр ДУГИН. Я не только об уме говорю. Вообще, надо помнить, что не в силе Бог, а в правде. Поэтому важно понимать, что главным врагом России сегодня являются не США, а глобализм. Та глобалистская верхушка, которая сейчас уже без всяких масок, с Байденом в качестве фигуры прикрытия, откровенно захватила власть в Соединённых Штатах.
«ЗАВТРА». Точно так же, как это было сделано раньше путём десятков «цветных революций» в разных странах мира, включая ту же Украину. В Америке пытались сделать это под флагом BLM, «чёрной» революции…
Александр ДУГИН. Да, глобализм — вот это и есть враг России. И он ведёт против нас войну. Её надо признать, к ней надо быть готовыми. И на практике, и в теории Россия это осознаёт. Но, может быть, у меня неправильные представления об историческом времени, — я считаю, что можно было бы и побыстрее многие вещи делать, всё хорошо, но чрезвычайно медленно, поэтому мы нередко запаздываем и отстаём. Мы до сих пор не перешли «точку невозврата». Потому что системных, институциональных гарантий продолжения нынешней политики российского государства нет, слишком многое завязано на фигуре президента Путина. Нет единой элиты, которая соответствовала бы тем целям и тем процессам, которые он проводит именно в аспекте национальной безопасности. То, что Путин делает и в дипломатии, и в военной стратегии, и в геополитике, — всё это, за редкими исключениями, на мой взгляд, всегда правильно, всегда доводится до конца и всегда приносит нужные результаты. Но! Нет никаких гарантий, что это всё не рассыплется, как карточный домик, если Путина не будет в Кремле. Сразу может оказаться, что самолёты не взлетают, торпеды не плывут, ракеты не стартуют, а страну разворовывают разные проходимцы, которыми полон правящий класс.
То есть 20 лет армия — друг человека. 20 лет Путин — друг человека, русского человека… Всё вроде бы хорошо, но одновременно многие процессы словно бы застыли в 90-х годах. Образование, здравоохранение, медиасреда, демография…
«ЗАВТРА». Хотелось бы сказать, что и Государство Российское — друг человека, но как-то не получается пока.
Александр ДУГИН. Хорошо уже, что не враг. Для того чтобы, как любят говорить на Западе, отвечать вызовам современности: военным вызовам, стратегическим вызовам, цивилизационным вызовам, технологическим вызовам, с которыми имеет дело наша страна, в том числе и в военной сфере, — нужен совершенно другой институциональный подход.
Поэтому я с тревогой смотрю на те прекрасные геополитические виражи, которые Путин делает. Он действительно на такой… просто колымаге обгоняет иностранные гоночные болиды… Это кажется просто чудом. Но может ли чудо быть вечным? Никакой системы прочности, никакой ориентации на будущее, никаких систем, которые будут что-то готовить… Никакой смены элит. Те же эксперты, те же самые невменяемые либеральные руководители госструктур, что и в 90-е…
Всё это создаёт парадоксальную ситуацию. С одной стороны, за путинскую эпоху стратегический потенциал России невероятно вырос, наши позиции в мире укрепились настолько, что даже мечтать об этом при Ельцине не приходилось. Наша страна действительно стала игроком мирового уровня, а союз с Китаем создал предпосылки для полноценной многополярности, три полюса уже налицо. Мы помогаем расти другим странам: участникам БРИКС, Турции, Ирану. Постоянно протягиваем руку Европе, которая тоже очень важна. Мы делаем всё очень грамотно, но твёрдой основы внутри России ещё нет, здесь очень всё хлипко, на мой взгляд, и угрозы полностью не устранены… В этом направлении ещё работать и работать. Хватило бы сил и времени.
![Главное](/images/star.png)
ВЕРШИНА ПЕРЕГОВОРНОГО ПРОЦЕССА: К ТРИДЦАТИЛЕТИЮ ПОДПИСАНИЯ ДСНВ
ЮРИЙ НАЗАРКИН
Чрезвычайный и полномочный посол в отставке, возглавлял делегацию СССР на Конференции по разоружению (1987–1989) и переговорах с США по ядерным и космическим вооружениям (1989–1991)
31 июля 1991 г. в Москве во Владимирском зале Большого Кремлёвского дворца президент СССР Михаил Горбачёв и президент США Джордж Буш подписали Договор СНВ-1. Эта церемония завершила переговоры, которые начались 12 марта 1985 года.
После Кубинского ракетного кризиса 1962 г. холодная война достигла нового пика в первый срок президентства Рейгана (1981–1985). Свёрнуты переговоры по сокращению вооружений, начинается жёсткое ракетно-ядерное противостояние в Европе, США размещают там новейшие ракеты «Першинг-2». Рейган объявляет Советский Союз «империей зла» и провозглашает программу «Звёздных войн».
Советское руководство не уступает. Оно вводит войска в Афганистан, разворачивает ракеты средней дальности СС-20, каждая из которых снабжена тремя ядерными боеголовками. Вся Европа и размещённые на её территории американские базы – под их прицелом. В 1983 г. над Сахалином советский истребитель сбивает отклонившийся от курса и попавший в советское воздушное пространство южнокорейский пассажирский лайнер. Что тут началось! Взаимные обвинения, ругань и ощущение нарастающей реальной угрозы.
11 августа 1984 г. президент Рейган перед традиционным радиообращением к народу, проверяя микрофон и думая, что он ещё не включён, пошутил: «Мои соотечественники американцы, я рад сообщить вам сегодня, что подписал указ об объявлении СССР вне закона на вечные времена. Бомбардировка начнётся через пять минут». Микрофон был уже подключён к эфиру, эту «шутку» услышал весь мир. Она очень хорошо отразила умонастроение и президента, и его окружения. Даже спорт стал жертвой конфронтации. Вашингтон бойкотировал Олимпийские игры в Москве в 1980 г., а Москва – в Лос-Анджелесе в 1984 году.
К началу 1985 г. обе стороны стали ощущать необходимость притормозить конфронтацию. Рейган, начиная свой второй президентский срок, видимо, хотел подправить свой «ястребиный» имидж. А в советском руководстве было понимание опасности дальнейшего обострения ситуации.
В январе 1985 г. в Женеве состоялась встреча министра Андрея Громыко и госсекретаря Джорджа Шульца. Они договорились о новом формате переговоров по ядерным вооружениям и космосу. Все переговоры по трём направлениям – стратегические вооружения, ракеты среднего радиуса действия и противоракетная оборона – должны были теперь вестись скординированно, на единых переговорах, но в трёх подгруппах. Эти переговоры и начались 12 марта 1985 года. Они стали называться переговорами по ядерным вооружениям и космосу.[1] В то время генеральным секретарём ЦК КПСС всё ещё был прикованный к постели, умирающий на глазах всего мира Константин Черненко. Ни о каких действиях с его стороны не могло быть и речи.
Но вот новым лидером страны в апреле 1985 г. становится Михаил Горбачёв. Относительно молодой, энергичный, стремящийся к переменам. Сколько же тогда надежд возлагали мы на Михаила Сергеевича! Он решил начать с внешней политики: и опасность ядерного столкновения надо было снижать, и приостановить гонку вооружений, истощавшую советскую экономику. Выглядело это логичным.
Много критических стрел было впоследствии выпущено в адрес Горбачёва! Я не берусь сейчас судить о его внутренней политике. Моя профессия – внешняя политика. И я могу сказать со всей ответственностью: здесь он начал неплохо[2]. Именно Горбачёв положил конец холодной войне. Но для этого нужна была встреча на высшем уровне. Вице-президент Джордж Буш, прибывший в марте 1985 года на похороны Константина Черненко, привёз Горбачеву письмо Рейгана, содержавшее приглашение посетить Вашингтон. С советской стороны было предложено встретиться на нейтральной территории. В конечном счёте договорились о встрече в Женеве.
Я не участвовал в этой встрече. Мой рассказ о ней основывается на опубликованных мемуарах нескольких участников – Георгия Корниенко (он был тогда первым заместителем министра иностранных дел), Анатолия Добрынина (посол в Вашингтоне) и Джорджа Шульца (госсекретарь США), на воспоминаниях других американских деятелей, не участвовавших во встрече, но внимательно за ней следивших (Джека Мэтлока и других), а также на моих личных беседах с некоторыми советскими участниками переговоров.
Переговоры начались утром 19 ноября 1985 г. на вилле, где остановился Рейган (Château Fleur d’Eau), и продолжились на следующий день в советском представительстве. После краткой встречи двух делегаций, Михаил Горбачёв и Рональд Рейган удалились для беседы один на один. Вообще, всё событие состояло из нескольких таких приватных встреч, нескольких пленарных заседаний делегаций в общем составе, кулуарных бесед и работы группы, готовившей согласованное заявление по итогам встречи.
Своё впечатление о первой беседе с американским президентом Горбачёв в кругу своей делегации выразил так: «Пещерный политик, каменный век». О впечатлении Рейгана Шульц пишет: «Президент сказал мне после (первой встречи – ЮН), что он и Горбачёв хорошо поладили». Своё собственное впечатление Шульц передаёт так: «Горбачёв располагал к себе. Рейган был более сух и прямолинеен, говоря о наращивании вооружений Советским Союзом после окончания Второй мировой войны и его ответственности за холодную войну.
Советская сторона в ходе всей встречи ставила цель достичь взаимопонимания о недопустимости ядерной войны, договориться о запрете космического ударного оружия в сочетании с пятидесятипроцентным сокращением ядерных средств СССР и США, достигающих территорий друг друга, причём число ядерных зарядов на них было бы ограничено 6 тысячами единиц (запомним эту цифру, она нам скоро понадобится), а также о заключении договора по ракетам средней и меньшей дальности.
Американская сторона тоже привезла в Женеву предложения о сокращении вооружений. Они были озвучены на пленарных заседаниях. Но, как пишет Добрынин, он советовал Горбачёву в беседах с Рейганом с глазу на глаз не грузить своего собеседника конкретными вопросами, в чём тот не был силён. Горбачёв последовал этому совету и постарался использовать встречу для «наведения мостов» в чисто личном плане.
Со своей стороны, в ходе и приватных бесед, и пленарных заседаний, Рейган много говорил о провозглашённой им двумя годами ранее Стратегической оборонной инициативе (так называемой программе «Звёздные войны»). Перелистывая свои бумажные заготовки, он обвинял Советский Союз в нарушении прав человека, в развязывании холодной войны, в военном вмешательстве в некоторых странах. Как пишет Шульц, «президент Рейган совсем не ухватил прозрачный намёк Горбачева о выходе из Афганистана. В ответ он сослался на Афганистан, Камбоджу и Никарагуа как на примеры того, как советское вмешательство и подрывная деятельность ставят мир под угрозу».
А по поводу развязывания Советским Союзом холодной войны и создания обстановки недоверия тот же Шульц вспоминает: «Президент, чтобы подчеркнуть трудную проблему доверия в наших отношениях, вспомнил, как Советский Союз во время Второй мировой войны отказался разрешить американским бомбардировщикам приземляться для дозаправки на советской территории после их полётов над вражескими целями в Германии». Во время перерыва Корниенко сказал Шульцу: «Ваш президент совершенно не прав. Я знаю это, поскольку служил на советской базе, где ваши бомбардировщики дозаправлялись». Шульц: «Позднее я проверил эту историю и обнаружил, что Корниенко был прав».
В ходе всей встречи Рейган неоднократно повторял эту байку (по словам помощника президента по национальной безопасности Роберта Макфарлейна, он когда-то услышал её от своего старого друга из ВВС США). Шульц: «Много раз я пытался безуспешно поправить президента… Когда какие-то интерпретации фактов западали в его голову, мне почти не удавалось что-либо сделать».
Так же крепко засела в голове Рейгана и идея «Звёздных войн». Разговор на эту тему в Женеве (как и впоследствии) оказался самым тяжёлым. Видимо, кто-то в своё время внушил Рейгану, что можно создать такой противоракетный космический щит, что ни одна ракета на американскую землю не упадёт. Эта идея ему очень понравилась.
Немало своего красноречия потратил Горбачёв, чтобы объяснить американскому президенту, что оборонительный космический щит может потребоваться только той стороне, которая замышляла бы нанести первый, обезоруживающий удар по другой. Тот, кто не замышляет такого удара, будет наращивать стратегические наступательные вооружения, способные пробить этот щит. Этот вариант намного дешевле космического щита. Но в любом случае будет сохраняться порочный круг гонки вооружений с выводом её на всё более опасные витки.
Как пишет Корниенко, позже Рейган признался, что на него произвела впечатление убеждённость Горбачёва в том, что американская программа Стратегической оборонной инициативы (СОИ) рассчитана на получение стратегического преимущества и даже на обеспечение способности нанесения первого удара. Однако необходимость практических выводов из этих признаний американская сторона не сделала – ни в Женеве, ни после неё.
Джордж Буш, сменивший в 1989 г. Рейгана, трансформировал СОИ в более умеренную программу противоракетной обороны (ПРО), не претендовавшую на роль абсолютного щита. Но концепция ПРО сохранилась в американской стратегии, хотя практические её параметры менялись с учётом развития технологических возможностей.
Да, в то время наш новый генсек был в форме. Умел убеждать (хотя, как отмечает Шульц, был многословен), а главное – умел слушать собеседника и не опускался до перебранки.
Конкретных договорённостей тогда достигнуто не было. Однако было согласовано (хотя и с большими трудностями) совместное заявление общего характера. В нём говорилось, что ядерная война никогда не должна быть развязана, в ней не может быть победителей. Стороны согласились продолжить переговоры по космическим и ядерным вооружениям, исходя из задач: «предотвратить гонку вооружений в космосе и прекратить её на Земле, ограничить и сократить ядерные вооружения и укрепить стратегическую стабильность».
Была фраза и о том, что оба руководителя достигли лучшего понимания позиций друг друга. Несмотря на дежурный её характер, в ней, как я думаю, содержался вполне реальный смысл.
Выступая на пресс-конференции в Женеве после окончания переговоров, Горбачев заявил: «Хотелось бы рассматривать встречу как начало диалога с целью добиться перемен к лучшему и в советско-американских отношениях, да и в мире вообще. … Хотя оружия осталось столько же, сколько было до встречи, мир стал более безопасным».
Рейган, выступая в Конгрессе сразу по возвращении, дал похожую оценку встречи: «Теперь мы понимаем друг друга лучше, и это ключ к миру… У нас остаются разногласия по ряду вопросов, как это и ожидалось… Мы готовы и стремимся с постепенному прогрессу».
Конечно, заявления заявлениями, но если вспомнить о последующих реальных событиях, то убеждаешься, что, действительно, женевская встреча положила начало окончанию холодной войны.
Как свидетельствует Добрынин, в самолёте по пути в Москву Горбачёв охарактеризовал Рейгана как «упрямого и очень консервативного» человека, но «не вполне безнадёжного».
Уже на следующей встрече в Рейкьявике в октябре 1986 г. разговор между Горбачёвым и Рейганом стал более конкретным. Очевидно, этому помогли «пристрелочные» личные контакты двух лидеров в Женеве в 1985 году.
По сути дела, в Рейкьявике были подготовлены основные контуры будущих договоров по стратегическим наступательным вооружениям (СНВ-1) и ракетам средней дальности (РСМД). Эта работа была проделана в экспертной группе (начальник Генерального штаба СССР Сергей Ахромеев – специальный советник президента США Пол Нитце). Правда, закрепить эти результаты в итоговом документе не удалось, так как стороны резко разошлись в отношении всё той же СОИ. Советская сторона увязывала заключение договора по СНВ с обязательством США соблюдать Договор по ПРО, а американская сторона, видевшая в этом договоре препятствие для продвижения СОИ, категорически возражала.
В 1987 г. был подписан Договор об уничтожении ракет средней и меньшей дальности (500 – 5500 км). Это был первый шаг к прекращению холодной войны. Но и тут не обошлось без критики в адрес Горбачёва, которого обвиняли в больших уступках американцам.
Да, по этому договору Советский Союз уничтожил в три раза больше ядерного оружия, чем США. Но тем самым была исправлена ошибка предыдущего руководства. Модернизируя устаревшие жидкотопливные ракеты, оснащённые одной ядерной боеголовкой (CC-4 и CC-5), оно заменяло их на твёрдотопливные мобильные с тремя боеголовками. В результате в Европе образовалось трёхкратное ядерное превосходство Советского Союза над Западом.
Правда, в связи с этим договором был и ещё не очень ясный момент. По настоянию американцев Горбачёв включил в него ракеты «Ока» (СС-23). Вроде бы их дальность была меньше того, что требовалось для включения в договор. Не знаю. Но волевое решение Михаила Сергеевича по «Оке» сильно осложнило его отношения с военным истеблишментом.
Тем не менее заключение в 1987 г. Договора РСМД смогло переломить инерцию гонки вооружений.
Следующим шагом, завершившим холодную войну, стал Договор о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1). Его основу составили те отправные параметры, которые обсуждались сначала в Женеве в 1985 г. (вспомним 6 тысяч боезарядов, предложенных советской стороной), а потом уровень 1600 носителей и ряд других существенных положений, обсуждавшихся в 1986-м в Рейкьявике. Этот Договор, как и РСМД, разрабатывался в Женеве.
В апреле 1989 г. я был назначен главой делегации на переговорах по ядерным вооружениям и космосу (они начались 12 марта 1985 г.). С первыми трудностями я столкнулся уже при формировании делегации. Весь процесс разоружения курировал заместитель министра иностранных дел Виктор Карпов. Это был высококвалифицированный специалист. Он участвовал в переговорах с США с 1969 г., то есть с самого начала диалога, и прекрасно знал и понимал все детали и нюансы. Он же был главой советской делегации с начала переговорного процесса в новом формате с 12 марта 1985 года. Эдуард Шеварднадзе, став министром и не имея опыта во внешней политике, захотел иметь его при себе в качестве одного из заместителей.
Оставаясь при министре, Карпов тем не менее был намерен полностью контролировать переговоры. Я же считал, что такая монополизация может стать контрпродуктивной. Поэтому я решил включить в делегацию несколько лиц, против которых Карпов возражал.
Во-первых, я предложил привлечь к участию в делегации в качестве советников сотрудников отдела США и Канады, который Карпов не контролировал (его контроль распространялся только на управление по разоружению). А конкретно назвал имя Сергея Крючкова – сына Владимира Александровича Крючкова, который тогда возглавлял КГБ. Сергей, имея за плечами техническое образование, по специальности физик, был весьма компетентен в вопросах ядерного разоружения. А главное – он, увлёкшись переговорами, доносил напрямую до отца много полезного, что способствовало благоприятному отношению могущественной организации к переговорному процессу.
Во-вторых, я предложил включить в качестве члена делегации от КГБ человека, которого я хорошо знал. Конечно, с новым человеком работать было бы сложнее. Тут я должен пояснить, что ещё когда советско-американский диалог по ядерным вооружениям только начинался (в ноябре 1969 г.) между тогдашними главами делегаций Владимиром Семёновым и Джерардом Смитом было достигуто «джентльменское» соглашение о том, что включённые в них сотрудники разведок не будут вести своей разведывательной деятельности. Судя по тому, что никаких проблем в ходе переговоров не возникало, эта договорённость соблюдалась. Наш член делегации (официально он фигурировал как представитель какой-то научной организации, хотя ни для кого, в том числе и для американцев не было секретом, кого он представлял). Специалистом по вопросам разоружения этот «учёный» не был и не мог принимать участия в переговорном процессе. Видимо, его задачей было лишь «отслеживание» хода переговоров с целью информирования своего руководства. Поэтому он вёл весьма расслабленный образ жизни и не мешал переговорам.
В-третьих, я предложил включить в делегацию в качестве советника Алексея Арбатова. Он руководил отделом разоружения в Институте мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО). Я его знал как прекрасного специалиста, умеющего судить о проблемах объективно. К тому же он, свободный от ведомственных шор, мог высказывать своё мнение как бы со стороны.
Карпов возражал против всех трёх кандидатур, понимая, что их участие позволяло мне выходить из-под его контроля. Для решения этих вопросов мы встретились у министра. Шеварднадзе сказал: «Назаркину работать с делегацией, и его слово должно быть решающим». Так и было. Поскольку РСМД уже был заключён, для меня осталось два направления – СНВ и ПРО (оборона и космос).
Теперь несколько пояснений о моём статусе. Я как глава делегации, оставаясь сотрудником МИДа, представлял на переговорах руководство страны, то есть политбюро, а впоследствии президента. МИД был представлен двумя послами – Лэмом Мастерковым, возглавлявшим группу по СНВ, и Юрием Кузнецовым – в группе по обороне и космосу. Были представители Минобороны, КГБ и военно-промышленной комиссии, то есть основных ведомств, которые формировали позиции страны на переговорах по ограничению и сокращению вооружений. Телеграммы, которые уходили в Москву от имени делегации, подписывались не только мной, но и всеми этими представителями.
Представителя оборонного отдела ЦК в делегации не было, но он время от времени посещал переговоры. Это было важно, так как в Москве утверждение директив осуществлялось с участием этого отдела.
От каждого ведомства были советники и эксперты. Всего делегация насчитывала примерно сто человек. Это не значит, что все они одновременно находились в Женеве. Соответствующие эксперты вызывались по мере необходимости.
Собственно переговоры велись только по стратегическим вооружениям (СНВ). Помимо посла Мастеркова активную роль здесь играл главный представитель Минобороны, зам. начальника договорно-правового управления Генштаба полковник (впоследствии генерал-майор) Виктор Колтунов. Как это происходило, подробнее расскажу ниже.
Деятельность группы по обороне и космосу переговорами назвать было нельзя, поскольку принципиальные подходы сторон были взаимоисключающими и договариваться было не о чем. Это были обсуждения, в процессе которых американцы пытались навязать нам «расширенное» толкование Договора по ПРО, которое нами отвергалось. Мы стремились не дать американской стороне политических очков для продолжения работ по ПРО и отстаивали Договор по ПРО в его первозданном виде. Посол Юрий Кузнецов, специалист по Азии, играл чисто символическую роль. Главным был генерал-лейтенант Николай Детинов (ВПК), уникальный специалист как по вооружениям, так и по их ограничениям и сокращению, участвовавший во многих переговорах, в том числе по подготовке Договора по ПРО. Ему помогал сотрудник ИМЭМО Александр Савельев.
Главной проблемой на переговорах была увязка стратегических наступательных вооружений с обороной против них, то есть с ПРО.
До 1989 г. несколько лет бились из-за того, чтобы стороны приняли взаимное обязательство соблюдать Договор по ПРО в течение определённого периода времени: советская сторона настаивала на сроке не менее десяти лет, а американская соглашалась на семь лет, не более. Видимо, по мнению наших военных, семи лет было недостаточно для того, чтобы найти средства преодоления американской ПРО. Как бы то ни было, это расхождение тормозило разработку договора СНВ. Работа велась в основном по фиксации расхождений, а пути их преодоления не искались.
В сентябре 1989 г. Советский Союз предложил принципиально иной подход: американской стороне сообщили, что мы заключим Договор по СНВ, но, если США нарушат Договор по ПРО или выйдут из него, мы можем выйти из Договора по СНВ. Иными словами, юридическая увязка заменялась на политическую. Американская сторона не отрицала право советской на выход из Договора по СНВ при определённых условиях, то есть «проглотила» нашу идею политической увязки.
В результате переговоры по СНВ можно было продолжать, так как появилась реальная перспектива заключения Договора по СНВ. Но, разумеется, и на самих этих переговорах было большое количество проблем, которые предстояло решать. Корень их заключался в том, что в силу географических и геостратегических причин структуры наших и американских стратегических систем сильно отличались друг от друга.
Основой наших стратегических сил были наземные средства – как шахтные, так и мобильные. Это естественно, ведь наша страна расположена на самой большой в мире сухопутной территории. А относительно свободных выходов в открытый океан у нас всего два – северный и дальневосточный.
США, окружённые двумя океанами и обладавшие сетью военных баз вблизи от наших границ, больше полагались на воздушные и морские компоненты.
Вот краткий перечень основных, связанных с этой асимметрией проблем:
Ограничение крылатых ракет морского базирования (КРМБ), по которым у США было преимущество.
Правила засчёта ядерных вооружений за тяжёлыми бомбардировщиками (ТБ) в рамках общего уровня 6 тысяч единиц. На 1 сентября 1990 г. у нас было 162 ТБ против 574 ТБ у США. К тому же у них были возможности их дозаправки на их базах, а у нас – нет. Американцы были заинтересованы в минимальном засчёте, а мы – наоборот, по максимуму.
Определение (по дальности действия) крылатых ракет воздушного базирования большой дальности (КРВБ БД). По нашей позиции – не более 600 км, а по изначальной позиции США – 1500 км.
Ограничения на тяжёлые ракеты наземного базирования – ТР НБ (у нас такие ракеты были, а у американцев нет). Американцы их особенно болезненно воспринимали, так как в то время они обладали наилучшими возможностями для преодоления их ПРО и были оснащены 3 тысячами мощных ядерных боеголовок. А из-за уязвимости в шахтах ТР НБ были тесно связаны с концепцией ответно-встречного удара, увеличивавшего опасность «войны по ошибке».
Ограничения на мобильные ракеты. Опять-таки: они составляли у нас важную часть наземного компонента, так как могли скрытно перемещаться, а США, полагаясь на свои морские возможности, отказались от наземных мобильных ракет. Для скрытного перемещения у них были стратегические подлодки. У нас они тоже, разумеется, были, но существовала проблема их скрытного выхода в открытый океан: и на севере, и на востоке эти выходы контролировались американцами с их военных баз.
Разумеется, было много и других проблем, но эти являлись основными в 1989 г., когда я был переведён на переговоры по стратегическим вооружениям. В конечном счёте все они были решены, хотя к решению каждой вёл длительный, чрезвычайно тернистый путь[3].
В ходе переговоров использовались те наработки, которые были сделаны в Рейкьявике в 1986 году. К сожалению, там они не были зафиксированы в виде согласованных между сторонами предварительных договорённостей. Поэтому впоследствии каждая сторона пользовалась на переговорах своими протокольными записями, а они не всегда совпадали.
Берусь утверждать, что наши записи были более точными хотя бы потому, что они делались как расшифровки стенограмм: «Ахромеев. Мы считаем…» и так далее, «Нитце. Я полагаю, что…». А американские записи, опубликованные впоследствии, были пересказом: «Нитце высказался в том смысле, что…», «Ахромеев, не согласившись с этим, сказал, что…». Порой американская сторона, ссылаясь на рейкьявикские наработки, толковала их так, как им было выгодно в данный момент, что служило причиной дополнительных сложностей.
Вспоминается весьма драматичная ситуация, которая сложилась с определением правил засчёта боезарядов за ТБ и КРВБ большой дальности. Эти проблемы были взаимосвязаны. В их решении основную, хотя и противоречивую роль, сыграл маршал Ахромеев, начальник Генштаба, а потом военный советник президента. Не буду повторять изложенные мной в книге детали согласования засчёта. Было ясно, что здесь мы делали существенную уступку американцам. Но она могла быть отчасти сбалансирована при установлении рубежа дальности для КРВБ не более 600 км. Для нас рубеж 600 км определялся возможностями нашей ПВО (600–660 км для самолётов-перехватчиков и 400 км для ракетно-зенитных комплексов).
Критический момент наступил во время московских встреч Шеварднадзе с госсекретарём США Джеймсом Бейкер 7–8 февраля и 17–19 мая 1990 г. Отстаивая рубеж в 600 км, Ахромеев ссылался на Рейкьявикскую договорённость. Бейкер обратился к тем членам своей делегации, которые были в Рейкьявике. Те клятвенно заявили, что такой договорённости там достигнуто не было.
Бейкер ссылался на то, что американская позиция уже сдвинулась с 1500 до 1000 км, а советская позиция застыла на 600 км. Наконец, Бейкер пошёл с последнего козыря, заявив, что «был бы готов попробовать договориться о дальности в 800 км».
Было известно, что в США готовилась крылатая ракета воздушного базирования (КРВБ) «Тэсит Рэйнбоу» с дальностью в 800 км. Она не предназначалась для оснащения ядерными боеголовками. Но у наших экспертов не было уверенности в том, что в будущем «Тэсит Рейнбоу» не будет переоборудована на ядерное оснащение. Таким образом, от американцев требовалось признать 600 км в качестве рубежа дальности для КРВБ большой дальности и дать заверения в том, что «Тэсит Рейнбоу» не будет нести ядерных зарядов.
19 мая в 8 утра наша делегация вновь собралась в мидовском особняке на улице Алексея Толстого. До отлёта Бейкера оставалось несколько часов. Выйдя из зала, где томилась в ожидании делегация, я увидел сотрудника американского посольства, пытавшегося объясниться со швейцаром. Взяв из рук американца пакет и быстро пробежав содержимое, я понял, что всё в порядке. Бейкер заверял, что «Тэсит Рейнбоу» не будет ядерной. Это давало США возможность согласиться, наконец, с рубежом дальности для КРВБ в 600 км.
Наша насточивость и упорство в определении крылатой ракеты воздушного базирования большой дальности не только помогли сократить число КРВБ на тяжёлых бомбардировщиках, но и показали, что американцев можно заставить идти на встречные уступки.
Однако КРВБ были только частью проблемы засчёта боезарядов за ТБ. Сама же эта проблема в целом должна была рассматриваться на вашингтонской встрече министров 4–6 апреля 1990 года. Подготовке директив к этой встрече было посвящено заседание «комиссии Зайкова»[4]. Оно состоялось 30 марта 1990 года. Для участия в комиссии я был срочно вызван из Женевы.
В этом памятном для меня заседании приняли участие председатель КГБ Владимир Крючков, секретарь ЦК по оборонной промышленности Олег Бакланов, начальник Генштаба Михаил Моисеев, военный советник Горбачёва Сергей Ахромеев, зав. международным отделом ЦК КПСС Валентин Фалин, секретарь ЦК КПСС по идеологии Александр Яковлев, зампред Совмина и председатель ВПК Игорь Белоусов, Эдуард Шеварднадзе (МИД), эксперты от министерств и ведомств.
По сути, обсуждение одного конкретного, хотя и важного вопроса о ТБ вылилось в дискуссию гораздо более широкого характера: нужен нам Договор СНВ или нет? За теми различными взглядами, которые высказывались, просматривались разногласия в высшем руководстве страны из-за общей направленности внешней политики и оборонного строительства, да и всего политического курса Горбачёва.
Очень резко, с прямым вызовом в адрес Горбачёва высказался будущий участник ГКЧП и узник «Матросской тишины» Бакланов. По сути, он обвинил его в пренебрежении оборонными интересами страны и потребовал прекращения наших переговоров. При этом он сослался на выкладки, ранее приведённые Моисеевым по правилам засчёта боезарядов за ТБ. С прямо противоположных и неожиданных для меня позиций выступил председатель ВПК Белоусов. Представители этой организации в прошлом, по крайней мере на моей памяти, обычно были весьма далеки от стремления притормозить гонку вооружений. Ведь от неё зависело процветание военно-промышленного комплекса. Однако Белоусов в очень сильных и определённых выражениях заявил, что Договор по СНВ «нужен нам как хлеб, как воздух». Экономика наша напряжена до предела, говорил он, и мы просто не в состоянии вернуться к гонке вооружений. «Возвращение к гонке вооружений возможна лишь через возврат к тоталитаризму, через крах перестройки, а это опять – экономический тупик», – так я записал его ключевые слова. Обороноспособность же наша обеспечивается благодаря сдерживающему характеру ядерного оружия не только при соотношении 1:2, но и при более выигрышном для Запада соотношении.
Выступление Белоусова меня очень сильно подбодрило. Очень авторитетное и компетентное, оно составило прочную основу для моих собственных мыслей, из которых я исходил на переговорах. Раз уж руководитель ВПК за Договор, значит, он нам и в самом деле позарез нужен. Видимо, экономику, действительно, сильно припекла гонка вооружений. В поддержку продолжения переговоров и прекращения гонки вооружений выступили Крючков и Шеварднадзе. Представители ЦК КПСС высказались как-то уклончиво-витиевато. «С одной стороны, с другой стороны…».
После этой общей дискуссии занялись директивами по засчёту ядерных боезарядов за ТБ. Позиции участников оставались диаметрально противоположными. Моисеев выступил против предварительно согласованного ещё в Рейкьявике (1986 г.) правила о том, что каждый ТБ с ядерными вооружениями, помимо КРВБ БД, засчитывался как единица в оба «потолка» – 1600 носителей и 6 тысяч боезарядов.
Ахромеев, который на Рейкьявике лично согласовывал с Нитце это правило, подчеркнул недопустимость отхода от уже достигнутых договорённостей. При этом он со знанием дела показал ошибочность расчётов, содержавшихся в выступлении Моисеева. Зайков старался примирить позиции участников совещания. «Нужно двигаться вперёд, но с оглядкой», – сделал он заключительный вывод. Понятно, что принятые на такой основе директивы не давали никакого выхода на решение проблемы. Оно было найдено позднее, после согласия американцев на рубеж 600 км для КРВБ БД и в результате целой серии переговоров по ТБ.
Чтобы не повторять то, что уже было мной написано в упомянутой книге, расскажу кратко об этом решении. Оно было сложное и трудное для восприятия нормальному человеку, но ничего не поделаешь, читайте: (1) за каждым ТБ, не оснащённым для ядерных КРВБ БД, засчитывается один боезаряд независимо от реального оснащения; (2) для СССР за каждым ТБ с КРВБ БД в пределах общего количества в 180 ТБ засчитывалось по 8 боезарядов; (3) для США за каждым ТБ с КРВБ БД в пределах общего количества в 150 ТБ засчитывается по 10 боезарядов; (4) для ТБ с КРВБ БД сверх указанных количеств засчитывалось количество КРВБ, для которых они реально были оснащены.
Весьма драматично сложилось решение проблемы КРМБ. Наши позиции с американской стороной были весьма далеки друг от друга. Главные разногласия заключались в том, чтобы (1) установить предел на их количество и (2) договориться о том, где эти пределы должны быть зафиксированы – в тексте договора или вне его (например, с помощью соответствующих взаимных обязательств в связи с Договором). В конечном счёте проблема была решена договорённостью о принятии при подписании Договора политических обязательств в течение всего срока действия документа обмениваться информацией о планах развёртывания ядерных КРМБ дальностью свыше 600 км, число которых никогда не должно превышать 880 единиц.
По тяжёлым ракетам наземного базирования США сняли своё предложение об их полном уничтожении, а мы согласились на их сокращение наполовину и на запрет создавать новые шахтные пусковые установки (ШПУ), кроме как вместо ликвидированных. На наземные мобильные ракеты был установлен подуровень в 1100 боеголовок в рамках общего уровня 6 тысяч боеголовок (он нас не ущемлял). Кроме того, мы согласились на некоторые ограничения при передвижении мобильных ракет.
Оставались и ещё некоторые проблемы. Но есть в переговорной практике такой приём: отложить на будущие переговоры то, что нельзя решить сейчас. Это что-то вроде заметания пыли под ковёр. Это хотя и временный, но выход. Как я уже упоминал, в делегацию по моему настоянию был включён в качестве советника Алексей Арбатов. С его участием возникли сложности. Хотя Арбатов и был оформлен с допуском к совсекретным документам, военная часть нашей делегации категорически отказалась обсуждать при нём секретные вопросы. Мне было сказано: «Юрий Константинович, мы ему не доверяем и не будем при нём обсуждать наши дела». Пришлось организовать работу так: с военными я разговаривал отдельно, а потом встречался с Алексеем и выслушивал его суждения, которые были для меня, безусловно, полезны, особенно по общим вопросам стратегической стабильности.
Эти беседы навели меня на мысль о том, что стоило бы подготовить заявление на высшем уровне по стратегической стабильности, в котором наметить контуры будущего продолжения диалога и списать туда некоторые нерешённые вопросы текущих переговоров. К тому же было важно обеспечить непрерывность процесса сокращения стратегических вооружений.
Я высказал свою идею Ричарду Бёрту, он её подхватил с энтузиазмом, и мы начали неофициальные консультации по подготовке проекта такого заявления. Неофициальные потому, что ни он, ни я не имели разрешения на этот счёт. Мне в Москве было сказано: «Если получится проект такого заявления, присылайте, мы рассмотрим».
Подготовка документа оказалась делом непростым. Сложность состояла в том, что позиции сторон расходились по трём основным проблемам: (1) по взаимосвязи между СНВ и оборонительными вооружениями (США настаивали на продолжении переговоров по ПРО и космосу с целью пересмотра Договора по ПРО); (2) уменьшению концентрации боезарядов на МБР с разделяющимися головными частями индивидуального наведения (РГЧ ИН) и дальнейшему сокращению тяжёлых МБР; (3) вовлечению в переговоры других ядерных держав (США из-за своих союзнических обязательств оглядывались на Англию и Францию, которые не хотели сокращать свои ядерные вооружения).
Всё-таки удалось сплести некое кружево компромиссных формулировок, которое было утверждено и Москвой, и Вашингтоном. Это заявление было сделано Горбачёвым и Бушем в 1990 г. в Вашингтоне. В нём закладывались основы для будущих переговоров по СНВ-2. Правда, последовавшие вскоре бурные политические события в нашей стране практически скомкали все эти основы. В результате переговоры по СНВ-2 начались на совершенно иной – козыревско-ельцинской, то есть бейкеровско-бушевской основе. А тем временем переговоры по СНВ-1 продвигались вполне успешно, пока не упёрлись в вопросы, решение которых зависело на сто процентов от военного руководства. Назову два из них, наиболее крупных.
«Возвратный потенциал». По Договору стороны имели право на понижение засчитываемого числа боезарядов на своих МБР и БРПЛ, но не могли договориться об условиях такого понижения. А от них зависела возможность получения преимущества при восстановлении числа боезарядов в случае разрыва Договора. Решение этой проблемы зависело от Генштабов обеих стран.
Другой нерешённой проблемой оставалось определение «нового типа баллистической ракеты». Все существующие на момент подписания типы баллистических ракет с указанием их технических характеристик были перечислены в приложенном к Договору Меморандуме. За новыми типами нельзя было зачислять количество боезарядов, превышающих наименьшее количество боезарядов, которое числится за любой баллистической ракетой существующего типа. Но где грань между модернизацией существующего типа и новым типом? Каждая сторона имела свои планы создания новых типов баллистических ракет. Знать эти планы могли лишь военные.
Оставались и ещё некоторые «хвосты» чисто военного характера, в частности, связанные с ТБ и КРВБ, телеметрической информацией, сбрасываемой с ракет во время их испытательных пусков, и некоторые другие.
Советская сторона предложила провести в Женеве встречу министров иностранных дел с участием начальников Генштабов. Но начальник американского Генштаба Колин Пауэлл, сославшись на занятость в связи с операцией «Буря в пустыне», направил на встречу своего заместителя. В виду этого наш начальник Генштаба Моисеев тоже на встречу не поехал, а направил своего зама (Бронислава Омеличева). Встреча окончилась практически безрезультатно: полномочия замов оказались недостаточными.
Ещё раз внимательно просмотрев остающиеся нерешёнными вопросы и окончательно убедившись, что решить их можно только на уровне начальников Генштабов, я запланировал завтра же, 4 июля 1991 г., переговорить с Бруксом (он к тому времени сменил Бёрта в качестве главы делегации).
В этот день американцы давали приём по случаю своего национального дня. Дело было днём. В тенистом саду, где находилась резиденция американского посла – представителя при Европейском отделении ООН, играл оркестр морской пехоты, маршировали задорные голоногие мажоретки, выделывая различные кунштюки с жезлами. Рекой лилась кока-кола, которой многочисленные гости запивали попкорн, были хот-доги и другие незатейливые американские яства.
Увидев Брукса, я предложил ему отойти в сторону, сказав, что у меня есть серьёзный разговор. Изложил я ему примерно следующее: «Для того, чтобы завершить согласование Договора, нужно решить несколько чисто военных вопросов, что могут сделать только начальники Генштабов. Если этого не сделать в ближайшее время, делегации могут разъезжаться, так как делать им в Женеве больше нечего. Я понимаю занятость Пауэлла, но без него и Моисеева, без их непосредственного контакта оставшиеся вопросы решить невозможно. Последняя встреча министров показала это. Я готов направить в Москву предложение о новой встрече министров иностранных дел, если с американской стороны будет гарантия, что на этот раз Пауэлл примет участие во встрече».
Брукс очень внимательно меня выслушал и сказал, что постарается дать мне ответ завтра. Действительно, на следующий день он сообщил мне, что Пауэлл примет участие во встрече, если Моисеев сможет приехать в Вашингтон, так как Пауэлл должен всё время держать руку на пульсе в своём Генштабе из-за войны с Ираком. Я тут же отправил в Москву сообщение о беседе с Бруксом с предложением о новой встрече министров с участием на этот раз начальников Генштабов. Такая встреча состоялась в Вашингтоне 11–15 июля. Брукс, естественно, уехал на встречу, а я указания о поездке не получил. Вернувшийся из Вашингтона Брукс сообщил мне радостное известие: все вопросы решены, их остаётся срочно переложить на договорный язык, подписание Договора состоится в Москве 31 июля.
Москва, однако, хранила молчание. На мой срочный запрос я получил подтверждение сказанного Бруксом и обещание переслать мне тексты вашингтонских договорённостей. Однако они не поступали. Рассудив, что всё равно договорные тексты мы будем сначала согласовывать на английском языке, а потом я их буду докладывать в Москву в переведённом виде, я решил не терять время на ожидание и дал согласие Бруксу на встречу всех наших групп и подгрупп для завершения Договора и всех связанных с ним текстов.
Работа закипела. Шла она в буквальном смысле круглосуточно. Каждый день в Москву отправлялись новые тексты на апробацию. Одновременно шла выверка ранее согласованных текстов на предмет аутентичности русского и английского вариантов, а также вылавливания разного рода «блох».
29 июля 1991 г. в 11.00 в советской миссии началась процедура парафирования Договора, то есть проставления своих инициалов Бруксом и мной на каждой странице договорного текста. Поскольку надо было парафировать четыре экземпляра (два русских и два английских), процесс занял несколько часов.
На следующий день вся делегация на специально присланном самолёте отправилась в Москву. Настроение у всех было праздничное: поставленная задача выполнена, мы победили. 31 июля утром, незадолго до церемонии подписания я зашёл к Карпову. Нужно было условиться о некоторых формальностях, связанных с предстоящей церемонией. Вопреки своей обычно сдержанной манере Виктор бурно приветствовал меня и сказал: «Я до самого последнего времени не думал, что договор получится. Много, очень много было подводных камней. Поздравляю тебя». Это было особо приятное и лестное для меня поздравление – именно от Карпова, профессионала высшей категории.
СНВ-1 стал единственным из всех договоров, который не подвергался сомнению за все пятнадцать лет своего существования, остановил гонку вооружений, предотвратив расход средств на дальнейшие вооружения, а по истечении своего срока действия был заменён новым СНВ-3, основанном на том самом «моём» Договоре.
Посол Анатолий Антонов, который вёл переговоры по СНВ-3 с нашей стороны, писал: «Договор СНВ-1 стал своего рода вершиной переговорного процесса советского периода в области СНВ. Ни одно другое соглашение не отличалось такой глубокой и детальной проработкой многочисленных вопросов, относящихся к ограничению СНВ. С одной стороны, это отражало значительную степень недоверия между СССР и США в конце 1980-х годов, с другой же – явилось свидетельством качественной, длительной и скрупулёзной работы по подготовке Договора».[5]
Так получилось, что мне довелось завершить процесс, начатый моими предшественниками, и совсем не стремясь отнести на свой счёт их заслуги, могу тем не менее сказать, что заключение Договора СНВ-1 считаю главным достижением своей профессиональной жизни. Осознание этого – моя награда за все те бессонные ночи в душных помещениях совсекретных казематов, где ковался будущий Договор.
Говорят, что полезно оглянуться на прошлое, чтобы понять будущее. Вспоминая сейчас, как много лет назад в Женеве начинался процесс окончания холодной войны, хочется, конечно, представить себе новую чудодейственную встречу, которая приведёт к рассасыванию нынешней конфронтации. Но, увы, преодолеть политическую инерцию значительно сложнее, чем совладать с инерцией физической. Очевидно, что без укрепления военной мускулатуры, атрофировавшейся в 1990-е гг., России не обойтись. Но мускулы бывают разные. Некоторые любители быстрого накачивания мышц тягают тяжёлые железки, пьют специальные препараты, ускоряющие наращивание бицепсов и трицепсов, но наносящие ущерб здоровью. Эти накачанные бугры эффектны, но не очень эффективны. Чисто военные мускулы без прочной экономической основы – это то же самое. Очень хотелось бы, чтобы Россия не превратилась в искусственного «качка».
А вот когда другая сторона убедится в том, что благодаря крепкой экономике нас нельзя измотать гонкой вооружений, у неё может возникнуть желание не только помериться с нами силой, но и мирно поговорить.
Благодарим «Горбачёв-фонд» за содействие в получении этого материала.
--
СНОСКИ
[1] Американская программа ПРО именно космосу отводила основную роль. Официально эта программа называлась Стратегической оборонной инициативой, а в средствах массовой информации она фигурировала как программа «Звёздные войны».
[2] Именно начал. А потом начались сбои, причём крупные. Я, например, не могу понять, как юридически образованный человек мог в 1990 г., отдавая ГДР Колю, не зафиксировать его обещания не расширять НАТО на восток в юридическом документе.
[3] Подробный рассказ об этом содержится в моей книге «О дипломатических буднях и другие истории».
[4] Секретарь ЦК Лев Зайков возглавлял Комиссию Политбюро (впоследствии Комиссию при президенте), ведавшую переговорами по разоружению, прежде всего Переговорами по ядерным вооружениям и космосу. В неё входили руководители Минобороны, МИДа, КГБ и Военно-промышленной комиссии (ВПК).
[5] Анатолий Антонов. КОНТРОЛЬ НАД ВООРУЖЕНИЯМИ: ИСТОРИЯ, СОСТОЯНИЕ , ПЕРСПЕКТИВЫ. Стр. 33. ПИР – Центр, 2012.
Может ли заинтересовать другие страны разработка полезных ископаемых в Афганистане?
По косвенным данным, в Афганистане могут находиться крупнейшие в мире запасы лития, который необходим в производстве батарей. Смогут ли талибы наладить добычу лития? Станет ли Афганистан мировой ресурсной базой безуглеродной энергетики?
Запрещенное в России движение «Талибан» получило контроль не только над маковыми полями, но и, вероятно, над крупнейшими в мире запасами лития. А это главный компонент современных аккумуляторов, применяемых в том числе в электромобилях.
Гор в Афганистане хватает. А где есть горы, как правило, есть и какие-то полезные ископаемые. Но сами афганцы их поиском не занимались. За них это сделали те, кто в свое время пытался получить контроль над страной. Продолжает кандидат технических наук, член научно-редакционного совета Роснедр Владимир Решетов:
«И Англия искала и находила месторождения твердых полезных ископаемых, газа, нефти и воды, и Советский Союз занимался этим. С одной стороны, это структура, благоприятная для залегания нефти и газа, а с другой стороны, это горные складчатые области, где также выявлено много полезных ископаемых — и полиметаллических, и медных, и золоторудных, и в том числе литиевых. Да, конечно, Афганистан представляет собой интерес с точки зрения минерально-сырьевой базы. По достоверным запасам это, конечно же, небольшие ресурсы, потому что не было масштабных работ в связи с политической нестабильностью за последние полвека».
Все публикации в западных СМИ относительно полезных ископаемых в Афганистане ссылаются на статью The New York Times 11-летней давности. В ней говорится, что специалисты Пентагона, основываясь на данных советской геологоразведки, провели в 2009-м собственное исследование. И обнаружили, вероятно, крупнейшие в мире запасы лития в содовых солончаках афганской провинции Газни. Кроме того, в стране нашли железо, кобальт, золото и медь. Стоимость этих ресурсов тогда оценивалась почти в триллион долларов.
Но талибы, получившие контроль над страной, не смогут самостоятельно наладить добычу того же лития, уверен старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, профессор Владимир Сажин:
«Талибы несколько лет рулили Афганистаном. Ну и что — практически все было завязано на производстве наркотиков. Поэтому я не уверен, что талибы смогут наладить, я уж не буду говорить прогрессивную, но, во всяком случае, дееспособную экономику без привлечения специалистов. Но мне кажется, сейчас вопрос об этом не стоит. Вот в более благоприятные в политическом отношении времена, и то вопрос о привлечении инвестиций для добычи полезных ископаемых тогда еще не стоял, потому что это очень сложный вопрос».
В Афганистане полностью отсутствует необходимая для добычи полезных ископаемых инфраструктура. Это большие и длинные инвестиции, а политические риски можно назвать запредельными. Через несколько лет в раздираемой войнами стране власть может смениться. И тогда миллиарды, вложенные в строительство дорог, заводов и электростанций, скорее всего, просто сгорят. Китайцы, похоже, единственные, кого это не сильно смущает. Продолжает директор Центра изучения современного Афганистана Омар Нессар:
«Больше всего проявляет к этим вещам интерес Китай. И они дают сигналы о том, что могут стать чуть ли не первым государством, которое признает новую администрацию. Внутренние происшествия особо китайцев не интересуют, они не вмешиваются, для них самое главное, чтобы было а) безопасно, б) стабильно и чтобы центральное правительство все четко контролировало».
Частные инвестиции для Афганистана тоже проблема, во всяком случае пока у власти талибы. Запрещенное в России движение не слишком заботится о правах человека, не говоря уже о правах меньшинств. И невозможно представить, чтобы та же Tesla, которой нужно много лития, согласилась на сотрудничество с режимом талибов. Слишком велики репутационные риски. Проще говоря, западный потребитель просто перестанет покупать электромобили компании, если поймет, что своими деньгами он, пусть и опосредованно, но поддерживает террористов.
Михаил Задорожный
«Артисты и публика изголодались по живой музыке…»
Разговор с новым руководителем Государственного академического симфонического оркестра Василием Петренко
Сергей Бирюков
За плечами у этого дирижера 16 лет руководства Ливерпульским королевским оркестром, 8 лет во главе Филармонического оркестра Осло, 6 лет лидерства в Молодежном оркестре Европейского Союза... Уроженец Санкт-Петербурга, воспитанник питерской консерватории, Петренко возглавлял и ряд коллективов родного города. С 2016-го он — главный приглашенный в Госоркестре имени Светланова. А 1 сентября 2021-го заступает на пост художественного руководителя «светлановского», где накануне закончил работу в этой должности Владимир Юровский. В каком направлении намерен Василий Эдуардович двигать дальше один из самых легендарных симфонических коллективов страны и мира? Каким западным опытом будет делиться с соотечественниками? Что русского понесет на Запад, учитывая, что абсолютно одновременно займет позицию главы Королевского Филармонического оркестра в Лондоне? И как не спросить мнение маэстро о роли культуры в эпоху пандемии?
— Прежде всего, Василий Эдуардович — поздравляю с отлично прошедшим Четвертым международным фестивалем под открытым небом «Лето. Музыка. Музей» в Новом Иерусалиме, который вы традиционно возглавляете.
— Спасибо. Хотя сложностей в этом году было даже больше, чем в прошлом. Правила меняются чуть ли не каждый день и здесь, и в мире. Слава богу, пандемическая ситуация несколько стабилизировалась, возрос темп вакцинации. Кстати, в Новом Иерусалиме тоже открыли прививочный пункт, прямо перед концертами люди имели возможность получить укол. Пользуясь случаем, благодарю правительство Московской области, федеральное министерство культуры, Московскую областную филармонию, музейный комплекс «Новый Иерусалим»... При их поддержке фестивальная команда, куда вошли звездные оркестры и солисты, полностью представила заявленные программы, в том числе отметила памятные даты Стравинского, Полины Виардо и других легендарных музыкантов...
— Теперь забота — плотное вхождение в жизнь ГАСО России имени Светланова?
— Не только — и Королевского филармонического. И вообще хотелось бы понять, в какую сторону движется мир, борясь с пандемией. Например, мне кажется, из-за затрудненности международных перемещений будет в большей степени делаться ставка на местные, прежде всего молодые артистические кадры.
— Но это же и хорошо для продвижения молодежи.
— Да, но никуда не денутся финансовые проблемы. В России с этим полегче, правительство поддерживает культурный сектор — за границей так далеко не всюду.
— Не расслабляет ли опыт работы в Европе, где все организовано немножко не так, как в России: административные вопросы оперативно решает дирекция, артисты не опаздывают на репетиции?
— Не забывайте, что я вырос в Ленинграде — Санкт-Петербурге, много играл с коллективами этого города, да и в Новосибирске, Красноярске, Челябинске, Екатеринбурге работал... Отечественный менталитет («ой, ко мне приехала теща», «ой, мне надо ребенка вести в детский сад») знаю хорошо, но ведь и он меняется. И у наших музыкантов, мне кажется, крепнет понимание, что стоит большая очередь из коллег, дышащих им в затылок. Есть несколько заповедей, следовать которым считается не только служебным, но и моральным долгом оркестранта: приходить на репетицию готовым и в срок, во время совместной работы выкладываться на сто процентов. Нарушать их — значит, проявлять неуважение к своим товарищам. Не раз говорил, что для меня самое неприемлемое в музыканте — равнодушие. Игра в оркестре — тяжелый труд, не приносящий материального изобилия. Проще и денежней работать, например, в банке. Мы приходим в оркестр прежде всего ради музыки.
— Но вы как-то с иронией сказали и про западные оркестры с их обычаем оканчивать репетицию ровно по секундомеру, даже если осталось доиграть какие-нибудь десять тактов.
— Моя ирония во многом относилась к дирижерам, которые не сумели организовать работу так, чтобы она уложилась в отведенное время. Задерживать оркестрантов сверх положенного — тоже неуважение.
— Что кажется вам самым важным в работе с ГАСО? Может быть, вспомнить наконец об общепринятой классике? Мы в последнее время привыкли, что коллектив удивляет репертуарными редкостями, а вот с тем, чтобы качественно сыграть на конкурсе Чайковского Первый концерт Петра Ильича — проблема.
— Насчет конкурса не согласен. На последнем из них дирижировал я сам и к оркестру претензий быть не должно. Ну а от того, что солист из-за волнения и неопытности может на выступлении начать делать вещи, противоположные тому, что мы репетировали, застраховаться невозможно. Реальная же проблема, и о ней уже состоялся разговор в министерстве культуры — у оркестра нет своей базы. При Евгении Федоровиче Светланове 90 процентов репетиций проходили в Большом зале консерватории. Но сейчас туда можно попасть, только заплатив за аренду. Оркестру приходится странствовать: Дом звукозаписи на Малой Никитской, Оркестрион (база Российского национального оркестра), Зал Чайковского... И для людей хлопотно, и инструменты от перемещений лучше не становятся. Что касается репертуара, то фестивали, в которых принимал участие Владимир Михайлович, — «Истории с оркестром», «Другое пространство» — останутся, и он сам, надеюсь, будет в них выступать. В абонементной работе я бы добивался большей целостности идей. К примеру, в следующем году 150-летие Скрябина, и одним из лейтмотивов сезона, считаю, должна стать светомузыка, пионером которой был Александр Николаевич. А вокруг его творчества мне кажется естественным сгруппировать партитуры Римского-Корсакова, Мессиана, Вагнера... Или — было бы очень полезно в компактное время, за один-два месяца, исполнить цикл симфоний Бетховена: венская классика — основа основ для оркестра и здорово консолидирует коллектив, концентрирует внимание публики.
— Какова миссия русского дирижера на Западе?
— Безусловно, одной из главных своих задач вижу продвижение русской музыки. Например, два недавних диска оркестра Осло посвящены Прокофьеву и Мясковскому. Причем если прокофьевские 5-я и 6-я симфонии играются достаточно часто, то симфонии Николая Яковлевича (нами записаны 21-я и 27-я) тамошней публике незнакомы. Да что Мясковский, я как-то спросил молодых европейских оркестрантов, знают ли они композитора Бородина. В ответ молчание, задаю наводящий вопрос: «Половецкие пляски» слыхали? Они: о-о, «Князь Игорь»! Но то, что у автора знаменитой оперы есть еще и великолепные симфонии, и масса другой прекрасной музыки, было для этих ребят открытием. Тут, впрочем, ничего удивительного, нам тоже мало знакомы симфонии англичанина Уолтона, партитуры датчанина Нильсена, норвежцев Халворсена и Свендсена... А часто ли исполняется у нас австрийский композитор Александр фон Цемлинский, чью симфоническую поэму «Русалочка» по Андерсену мы только что сыграли в Новом Иерусалиме? Или другой отличный автор Франц Шрекер — обоих, кстати, я недавно записал. У нас же хочу в следующем сезоне исполнить с ГАСО замечательную сюиту Густава Холста «Планеты», которую, как выяснил, здесь тоже почти не знают. Ну, и ту музыку, которая пишется в России прямо сегодня, тоже надо играть!
— Известна ваша обеспокоенность судьбами детского музыкального образования.
— Правительство Великобритании лет 15 назад, к сожалению, убрало обязательные уроки музыки из программы общеобразовательной школы. Из-за сокращения финансирования огромное количество детей лишились возможности приобщения к классической музыке. Мы в Ливерпуле организовали проект In Harmony, адаптирующий опыт Венесуэлы (в этой стране с 1970-х годов действует система массовой социализации детей через вовлечение в симфоническое музицирование — «Труд»). Если сравнивать с футболом, это примерно как юношеские центры при знаменитых клубах: множество детей приобщаются там к спорту, а один-два самых талантливых ученика потом попадают в сам клуб... Кроме того, 10 лет назад региональные оркестры Соединенного Королевства подписали программу, согласно которой каждый школьник имеет возможность минимум раз в год сходить на симфонический концерт бесплатно. Только за первые четыре года ею воспользовались 14 миллионов ребят. Думаю, этот опыт мог бы быть использован и в нашей стране.
— Есть в Британии что-то похожее на нашу систему детского музыкального образования?
— Образование, не только музыкальное, там базируется на заинтересованности самого ученика. До 9-10 лет жизнь британского ребенка намного беззаботней, чем российского, все обучение в этот период строится на игре, оценки не выставляются. К 12-13 годам детям предоставляют выбор дисциплин, которые бы они хотели изучать досконально. И к 16-17 годам выбираются 3-4 предмета, по которым сдается ЕГЭ. Но вот что для меня, российского музыканта, удивительно: там и музыкальным инструментом в большинстве случаев начинают серьезно заниматься не в 5-6 лет, как у нас, а только в 14-15. И к 25 годам, то есть к выпуску из музыкальных вузов, это уже вполне квалифицированные оркестранты. На мой взгляд, так происходит потому, что выбор этими ребятами был совершен в сознательном возрасте, на основе приобретенного в той самой «свободной игре» опыта, а не потому что «мама сказала».
— Наверное, пандемический год перечеркнул многие проекты?
— Я удачливее многих, поскольку с прошлой осени, хоть с большими перерывами на карантины там и тут, все же работал. Но все равно потери огромны. Например — мы открыли в Ливерпуле цикл симфоний Малера, сыграли 1-ю и 2-ю, начали репетировать 3-ю — и все закрылось. Когда продолжится — неясно, потому что работать такими многочисленными составами, как того требуют партитуры большинства композиторов XIX-XX веков, невозможно. Зато, если бы не пандемия, я бы, вероятно, никогда не добрался до таких великолепных, притом компактных партитур, как «День рождения инфанты» того же Шрекера, «Электра» голландского композитора Дипенброка, Симфониетта Пуленка, три камерные симфонии Шостаковича... Но до чего же сложно дирижировать, когда от тебя до дальних струнных пультов больше 10 метров, а до литавриста 22 с половиной, как было с Королевским Филармоническим в лондонском Альберт-холле на записи 5-й симфонии Бетховена! Уже очень заметно запаздывание звука, вплоть до того, что мне приходилось, вопреки извечному ансамблевому закону «слушайте друг друга», призывать музыкантов: «Не слушайте друг друга!».
Плюс сложности социального характера. Зарплаты музыкантов в Британии невысокие, намного ниже, чем во многих других профессиях. Тем, кто в штате того же Ливерпульского оркестра, государство компенсировало 60-70 процентов их заработка — но только в периоды полного отсутствия концертов и записей. Кроме того, многие в оркестре, включая меня, находятся на положении самозанятых, а им уже — никаких компенсаций. Да и размер этих компенсаций правительство хочет к октябрю снизить до 30-40 процентов. Но если, допустим, рестораны сокращение господдержки переживут, активизируя бизнес, то у оркестров таких бизнес-ресурсов нет...
— В каком состоянии концертная и театральная жизнь Великобритании?
— С 1 июля разрешили 50-процентное заполнение залов, с 19-го июля Борис (премьер-министр Джонсон — «Труд») вроде бы открыл все, но оставил ограничения по массовым мероприятиям и социальной дистанции на усмотрение местных властей... Сейчас идет традиционный летний фестиваль променадных концертов «Би-би-си Промс», у меня 4 августа концерт в Альберт-холле: Мендельсон, Воан-Уильямс, Респиги... Но билетов в 5,5-тысячный зал разрешили продать только полторы тысячи.
— Притом что вы, как я читал, убеждены: в такой сложный период роль культуры должна возрастать.
— Это очевидно уже по тому, как изголодались люди по живой музыке, как ринулись они на те пока немногие и ограниченные по посещаемости концерты, которые стало можно проводить. Важна ведь не только сама музыка, но и возможность переживать ее совместно. Опять сравню с футболом: вы, наверное, заметили, что там, где открывали стадионы для публики, азарт матчей был совершенно иным. Россия по насыщенности культурной жизни на какой-то период вообще стала мировой столицей. И это с новой силой доказало важность культуры, сплачивающей людей, помогающей преодолевать трудности. К сожалению, так не везде, даже в Европе есть страны, где культура — на нижнем ярусе общественных приоритетов. Эти государства, считаю, ставят под удар свое собственное будущее.
— Может ли онлайн стать полноценной альтернативой живой музыкальной практике?
— Разве только в обучении, хотя и к онлайн-образованию я отношусь осторожно, видя, как спорны во многих случаях его результаты, но там по крайней мере у технологий есть шанс со временем частично заменить офлайн. Однако в том, что касается оркестровой игры, технические возможности настолько далеки от моделирования живого звука...
— Ну и, пока дирижеры не научились проводить репетиции онлайн — как вы намерены строить работу с вашими коллективами?
— Я перебираюсь в Лондон...
— Ох, только я собрался спросить про Ливерпуль! Это же совершенно отдельный город и в музыке (одно имя «Битлз» чего стоит), и в футболе...
— Охотно отвечу вам, тем более что все равно остаюсь в тамошнем филармоническом оркестре на позиции почетного дирижера (главным заступает Доминго Хиндоян — кстати, воспитанник венесуэльской музыкальной системы) и буду приезжать на две-три недели в год. На самом деле Ливерпуль — белая ворона среди английских городов, он больше смотрит не на саму Англию, а на Ирландию, Нью-Йорк, с которыми у него огромные связи. Когда-то он был вторым в стране после Лондона по богатству, но правление Тэтчер прошлось по нему жестким катком. Скаусерский (скаус — диалект Ливерпуля и всего графства Мерсисайд — «Труд») менталитет напоминает мне родной ленинградский: нашим городам пришлось многое пережить, у их жителей сильно чувство взаимопомощи, и Петербург тоже всегда ориентировался не на Первопрестольную, а на Запад... Футбол в Ливерпуле — настоящая религия. Тут одно из немногих мест в мире, где если супруги болеют за разные команды — допустим, муж за «Ливерпуль», а жена за «Эвертон» — это может быть основанием для развода. А что касается рок-музыки, тут не только «Битлз» — и «Роллинги», и «Вомбатс», и много других знаменитых групп. До пандемии каждую пятницу во всех кафе звучала живая музыка, причем играли команды с мировыми именами, для которых честь — выступить в маленьком пабе родного города. Для нашего оркестра сам сэр Пол Маккартни написал «Ливерпульскую ораторию», и мы не теряем надежды, что он закончит для нас же Концерт для электрогитары с оркестром.
— Ваши дети — русские, англичане?
— Оба ответа верны. Дети ходят в английскую школу, но дома дополнительно изучают русский язык и литературу. В семье мы принципиально разговариваем по-русски, если только не приходят гости.
— Слыхал, вы увлекаетесь рыбалкой.
— В этом году даже выкроил время во время четырехдневного приезда в Петербург, половил лещей. В Англии пресные водоемы чаще всего платные (хотя в прошлом году удалось кое-что поймать на реке Мерси и в доках). Остается морская рыбалка, но она требует сложной экипировки.
— Этим летом продолжите?
— Если будет время. После Нового Иерусалима у меня фестиваль в Аспене, штат Колорадо, потом «Би-би-си Промс», в августе большой проект с Молодежным оркестром ЕС, а там и новый сезон.
«Зеленая» повестка: мифы и реальность
Проблема глобального потепления стала предметом политического торга и манипулирования общественным сознанием
Антон Захаров
Тренд на декарбонизацию в последние годы все больше набирает популярность. Термин на вооружение уже взяли не только экологи, но и чиновники, которые пытаются не отставать от трендов современности. Особенно важной тема стала в западном сообществе, где отказ от сжигания ископаемого топлива и углеводородов ради сокращения выбросов углекислого газа в атмосферу обрел вид конкретных документов и является основой стратегии их развития.
Однако так ли благородны стремления западного сообщества? Под прикрытием заботы об экологии начинаются манипулирование сознанием общественности, лобби различных групп влияния и монетизация темы, уверен доктор экономических наук, директор Института проблем глобализации Михаил Делягин.
Недостижимые цели
По словам Делягина, проблема глобального потепления существует даже вне зависимости от признания или непризнания ее антропогенной природы. Но гораздо большая проб-лема, что во всех публичных проявлениях, ее касающихся, она крайне вульгаризирована, политизирована и монетизирована. Прежде всего это касается так называемого климатического перехода, провозглашенного ЕС и активно поддержанного новой администрацией США.
Еще в 2015 году большинство стран мира, включая Россию, подписали Парижское соглашение об изменении климата, регулирующее меры по снижению содержания углекислого газа в атмосфере с 2020 года. Целью соглашения является удержание роста глобальной средней температуры «намного ниже» 2°C и ограничение роста температуры выше 1,5°C до 2050 года. Предполагается, что подобного эффекта можно достичь, сократив выбросы парниковых газов и выделив средства развивающимся государствам на адаптацию к изменению климата.
При этом в середине июля Еврокомиссия утвердила пакет предложений для достижения новой цели — сокращения выбросов в странах Евросоюза на 55% к 2030 году от уровня 1990 года и достижения климатической нейтральности к середине века. Также к 2035 году ЕК предлагает фактически отказаться от автомобилей с бензиновыми и дизельными двигателями на территории Евросоюза и пускать на рынок исключительно новые транспортные средства с нулевым уровнем вредных выбросов. Параллельно Еврокомиссия предлагает развивать инфраструктуру для электромобилей, в частности сеть зарядных станций.
Заявленные «климатические цели» недостижимы, считает Михаил Делягин. «Ни по срокам (алармизм еврорегуляторов прямо напоминает советские обещания построить коммунизм к 1980 году), ни по технологическим ограничениям, которые на сегодняшний день являются непреодолимыми, ни по финансовым ограничениям», — добавил он.
Стоит напомнить, что, по оценкам американского банка Morgan Stanley, «миру необходимо потратить 50 трлн долларов на пять областей технологий к 2050 году, чтобы сократить выбросы и достичь цели Парижского соглашения». «Чтобы свести выбросы углекислого газа к нулю, миру придется сократить эквивалент 53,5 млрд тонн углекислого газа в год», — говорится в отчете Morgan Stanley.
Очевидно, что столь масштабные затраты сложно выдержать даже вполне крепким и благополучным экономикам — они становятся непосильным бременем для простых налогоплательщиков. «Понятно, что такое субсидирование может быть обеспечено только еще более масштабной эмиссией», — заявил Делягин.
В июне глава «Роснефти» Игорь Сечин обратил внимание на важность того, чтобы продолжающееся стимулирование «зеленой» энергетики не подменяло ее реальную экономическую эффективность. Так, субсидии ветровой и солнечной генерации в ЕС за 10 лет выросли в 5 раз, практически до 50 млрд евро в год, при этом сами объемы генерации за этот же период увеличились только в 3,6 раза. К тому же, несмотря на существенные инвестиции, возобновляемая энергетика так и не превратилась в значимый резерв мирового экономического развития.
Слишком быстрый энергетический переход, к которому призывают экологи и политики, во-первых, требует внедрения возобнов-ляемых источников энергии нереалистично высокими темпами, а во-вторых, сталкивается с проблемой обеспечения надежности и стабильности генерации, считает Игорь Сечин. Примером является Техас, который в феврале остался без энергии из-за вышедших из строя лопастей ветряков, занесенных снегом солнечных панелей. Глава «Роснефти» отметил, что, по некоторым оценкам, из-за государственной политики по продвижению возобновляемых источников энергии американские потребители уже переплатили за электричество 125 млрд долларов.
Электромобилизационная телега
Одна из ключевых лоббистских тем, которая уже сейчас активно продвигается под прикрытием декарбонизации, — электромобили. Однако при детальном изучении становится понятно, что массовый переход на этот вид транспорта не улучшит, а только ухудшит ключевые экологические показатели. «Наиболее контрастную картину абсурда демонстрирует электромобилизационная телега, которая очевидным образом пытается бежать впереди лошади «декарбонизации», — говорит Делягин.
Так, по данным Bloomberg, при объявленных параметрах спрос на никель, алюминий и железо увеличится в 2030 году в 13-14 раз, спрос на литий, графит и прочее сырье, связанное с аккумуляторами, — в 9-10 раз. Согласно МЭА, цифры еще больше — агентство в мае оценило рост мирового спроса на металлы, необходимые для растущего производства электромобилей и хранения электроэнергии: потребность в литии вырастет более чем в 40 раз, а спрос на кобальт и никель — приблизительно в 20 раз к 2040 году.
И из чего планируется «ковать железо»? Эксперты отмечают, что итогом тотальной электромобилизации должен стать рост добычи ископаемого сырья на порядки. А именно ее предполагалось истребить на корню, отмечает Делягин.
Другая проблема состоит в том, что значительный рост также вызывает сомнения в достаточности текущих запасов, а также инвестиций в разведку и добычу этих металлов. Добыча почти 80% руд, используемых для производства данных металлов, монополизирована или расположена в нестабильных регионах, а обрабатывающие мощности сконцентрированы в очень ограниченном числе стран.
Переход на эксплуатацию исключительно электромобилей в одной Великобритании потребует роста электрогенерации на 10%. И это только на текущее потребление. Стоит также учесть, что проблема утилизации аккумуляторов до сих пор остается нерешенной.
На сегодняшний момент вся «зеленая» энергетика субсидируется и требует, как показал уже имеющийся негативный опыт, дублирования. «И ту и другую функцию сегодня выполняет традиционная энергетика, — поясняет Михаил Делягин. — Что колоссальным образом увеличивает нагрузку на углеводородную генерацию и с точки зрения достижения целей декарбонизации является абсурдом».
Еще в 2015 году в интервью изданию Atlantic Билл Гейтс говорил, что утверждение о том, что стоимость солнечной энергии такая же, как углеводородов, является одним из самых бессмысленных и вводит людей в заблуждение. «В реальности имеется в виду, что в полдень в Аризоне стоимость киловатт-часа от солнечной батареи равна стоимости киловатт-часа от сжигания углеводородов. И что с того? Ведь ночью ситуация совершенно другая! Так же с электрокарами. Есть места, где, покупая машину на электрической тяге, ты только повышаешь уровень эмиссии CO2, потому что так выстроена энергетическая инфраструктура», — отмечал бизнесмен.
«Чистые» и «чумазые»
Изменить климат на планете, искусственно «озеленяя» только Европу и Северную Америку, невозможно. Как быть с Центральной и Южной Азией, Африкой? В нынешнем виде программы ускоренной декарбонизации выглядят, с одной стороны, расистскими, а с другой — совершенно бессмысленными с точки зрения заявленных целей, считает Делягин.
«Никакой связи с реальными климатическими и экологическими проблемами эти программы не имеют. Кстати, именно поэтому все «цели» номинированы в виде выбросов CO2, хотя с точки зрения влияния на потепление существует огромная разница между воздействием разных источников углерода на парниковый эффект. Например, влияние метана в 80 раз больше обычного CO2. Но кому это интересно?» — отмечает он.
Так почему идея стала столь популярна? Ответ прост: она превратилась в действенный политический и финансовый инструмент, который ловко используют как отдельные экологи-активисты, так и целые корпорации. То есть в инструмент принуждения остального мира к восстановлению этого доминирования. Делягин поясняет свою мысль: «В самой простой и очищенной от деталей логике это выглядит так: мир делится на «чистых» и «нечистых». Запад объявляет себя белым и пушистым (точнее, пушисто-зеленым). А остальное человечество в разной степени — «чумазым». И «чумазые» должны заплатить «чистым» за свою чумазость. Точнее даже, произвести для «чистых» необходимую им «грязную» энергию и ресурсы и заплатить за это огромные штрафы, предоставляющие возможность «чистым» быть «чистыми». «Чумазые», в случае их лояльности, смогут поторговаться о степени «чумазости» и сроках наступления неизбежной расплаты за нее. Досадно, но, похоже, мы, Россия, в своей «климатической» повестке вступили именно на этот путь».
Но если уйти в сторону от политики, лоббирования и манипулирования общественным мнением, что остается? Есть ли реальные технологии, которые позволят добиться поставленной цели и прогресса в экологических вопросах? Увы, но пока ни одно государство не заявило о существовании технологий, которые помогли бы достичь заявленных климатических целей. И речь не только об экономической эффективности, но и вообще о реально применимых механизмах.
Например, по мнению главы «Роснефти» Игоря Сечина, серьезной проблемой является отсутствие технологий, необходимых для реализации планов по энергетической трансформации и переходу к низкоуглеродной экономике. По оценкам МЭА, в 2050 году около половины из разрабатываемых сейчас технологий низкоуглеродной энергетики будут находиться на стадии прототипов и пилотных проектов. Даже к 2070 году 30% технологий все еще будут требовать доработки ввода в коммерческую эксплуатацию и, следовательно, все новых и новых инвестиций.
«На разработку экономически окупаемых технологий потребуются десятилетия. Одновременно это означает чрезвычайно высокую потребность в инвестициях: по оценкам МЭА, в 2030-2040-х годах это порядка 4 трлн долларов ежегодно, что эквивалентно 4% мирового ВВП», — считает руководитель «Роснефти».
И наконец, существует еще одно препятствие, делающее недостижимыми не только объявленные «гуманитарные» цели, но и, по всей видимости, задачу очередного сверхобдирания «чумазой» части человечества. Как уже говорилось, средства, необходимые для достижения параметров, предполагалось добыть ставшим в последнее время традиционным методом — масштабной эмиссией. Но неожиданно открывшееся обстоятельство — набирающая силу инфляция — ставит на этом пути непреодолимое препятствие, отмечает Михаил Делягин. «Сочетание беспрецедентного долгового кризиса и неконтролируемой инфляции не предполагает даже возможности выбора: обвал начнется как в случае отказа от «денежного смягчения», так и в случае продолжения — от самой инфляции. То есть строгать дальше деньги в долг больше не удастся. А нет денег — нет и вожделенных «зеленых» радостей», — заявил эксперт.
Однако даже в сложившейся ситуации можно увидеть свет в конце туннеля. Помочь в решении глобальных задач может Россия. «У России, так уж исторически сложилось, есть уникальные ресурсы и природные предпосылки стать спасителем человечества от климатической катастрофы. Мы и на сегодня являемся нетто-поглотителем углеродной эмиссии. Для этого необходимы действительно прорывные исследования факторов влияния на климат, эффективные и экономически не абсурдные вложения в сокращение и предотвращение наиболее опасных для климатического равновесия выбросов. И прекращение бессмысленной и беспрецедентной травли традиционной энергетики, единственной, способной дать человечеству необходимый ресурс управления климатом», — подчеркивает Делягин.
Ведь недаром в уже упомянутом интервью Билл Гейтс предупреждал об отказе от инвестиций в углеводороды: «Если вы полагаете, что деинвестирование само по себе — это и есть выход, вы расходуете свой идеализм и энергию на то, что точно не приведет к снижению выбросов».
«Если «Запад», то есть Евроатлантика, хочет выжить (а глобальное таяние ледников, например, приведет в первую очередь к затоплению большей части территории Северной Европы и Северной Америки), то он должен нам в этом помочь и за это заплатить. Бесплатно — это мы уже проходили: обращайтесь к М.С. Горбачеву...» — высказал свое мнение Делягин.
Интересы России или Запада?
Однако многие представители российской власти, кажется, яро поддерживают идею декарбонизации. И это не дает им реально взглянуть на ситуацию и встать на защиту интересов российской индустрии на международном уровне.
Например, ярый лоббист декарбонизации, глава Счетной палаты Алексей Кудрин считает, что перед Россией стоит двойной вызов: нужно не только освободиться от углеводородного следа, но и самим уменьшить вход экспорта в мировую экономику и сократить наши валютные доходы. «Это серьезный вызов нашему благосостоянию», — отмечает он.
Спецпредставитель президента по связям с международными организациями Анатолий Чубайс на одном из правительственных совещаний заявил, что «человечество приняло решение отказаться от углеводородов», и с восторгом отметил, что «это революция такого масштаба, которая сопоставима с Английской промышленной революцией».
«Вызывает некоторое недоумение, что люди, назначенные отвечать за защиту интересов России на этом важнейшем направлении, разделяют вышесказанное целеполагание. При всем уважении, Анатолий Борисович Чубайс по факту никак не является представителем России в международных организациях, включая климатические. Скорее его можно считать спецпредставителем некоторых «международных» организаций в России. Что также полезно при правильном понимании функционала. Главное — следить за руками. Как написал в конце своей климатической презентации Алексей Кудрин, «все будет очень быстро», — подытожил Делягин.
Цветные металлы воспользовались периодом слабого доллара, продолжив дорожать
В четверг, 29 июля, цены на цветные металлы на LME демонстрировали активную динамику, отразив, в частности, ослабление доллара США, который подешевел до самых низких значений с 29 июня в ответ на нежелание Федрезерва повышать процентную ставку, и работу фундаментальных факторов самого рынка металлов. «Мы думали, что ФРС будет более «агрессивна» и, по крайней мере, обрисует предварительные планы по учетной ставке, однако она явно отказалась это делать, на данный момент «махнув на все рукой», - комментирует ситуацию аналитик ED&F Man Эдвард Майер. – По крайней мере, все это означает, что доллар должен продолжать терять импульс роста, создавая сырьевым материалам естественную поддержку».
Трехмесячный контракт на алюминий продемонстрировал на бирже наилучшую динамику среди цветных металлов, подорожав на 2,1%, до $2591,50 за т, с $2537 за т в среду. Дневной максимум цены металла составил $2595 за т – самое высокое значение с 10 мая. «Мы наблюдаем множество моментов «бычьей» динамики фундаментальных параметров рынка, которые поддерживают высокую цену алюминия», - отмечает аналитик Энди Фарида, указав на продолжение оттока алюминия со складов биржи. В системе LME по варрантам осталось лишь 831,825 тыс. т металла – минимальный показатель с марта 2020 г. «Участники рынка имеют «бычий» прогноз по премиям на фоне активного рынка и ввиду приближающегося введения Россией экспортных пошлин на металл», - подчеркнул г-н Фарида. Премия к цене алюминия марки P1020F в Роттердаме выросла на $5 на стоимость тонны, до $285-295 – самого высокого значения с начала 2015 г. Объемы продаж алюминия составили на момент завершения торгов в Лондоне 15200 лотов при среднем значении на неделе 14677 лотов, тогда как продажи меди составили 11500 лотов, в то время как во вторник они выросли до 20 тыс. лотов, а в понедельник составили немного менее 25,5 тыс. лотов.
Стоимость меди с поставкой через 3 месяца выросла на 1,4%, до $9823,50 за т, несмотря на приток 5000 т металла на склады биржи.
Трехмесячный контракт на олово подорожал на 1,4%, до $34898 за т. С начала месяца форвардный контракт на олово вырос в цене на 11,5%. Как сообщается, запланированный на 2 августа перезапуск предприятия Malaysian Smelting Corp., по мнению ряда источников, не состоится.
Котировки цены никеля выросли на бирже на 1,5%, до $19835 за т.
Трехмесячные контракты на свинец и цинк выросли на 0,9% и 0,6% соответственно, до $2365,50 и $2998 за т соответственно.
На утренних торгах пятницы отмечен рост цены алюминия, ввиду того, что ограничения подачи электроэнергии в ряде ключевых китайских промышленных провинций вызвали озабоченность поставками металла с предприятий. Сентябрьский контракт на алюминий на ShFE подорожал по состоянию на 6:33 мск на 2,2%, до 19995 юаней ($3097,02) за т. На LME стоимость металла выросла на 0,1%, до $2595 за т.
Стоимость меди на LME снизилась на 0,3%, до $9796 за т. Цинк подорожал на 0,4%, до $3010,50 за т. В Шанхае медь подорожала на 0,3%, до 71,730 тыс. юаней за т. Цена никеля выросла на 1,1%, до 148,160 тыс. юаней за т.
MEPS: разница в ценах на сталь между Востоком и Западом стала рекордной
Как сообщает британское аналитическое агентство MEPS International Ltd., разрыв в ценах на сталь между восточными и западными странами достиг рекордно высокого уровня. Темпы роста стоимости транзакций в США, похоже, замедляются, отчасти из-за того, что спрос традиционно снижается в летний период. Однако снижение цен происходит и в Азии. Следовательно, ожидается, что в ближайшие месяцы разница между стоимостью транзакций в двух регионах увеличится.
Объемы импорта в США неуклонно росли в течение 2021 года. Тем не менее этого было недостаточно, чтобы успевать за быстрым ростом спроса со стороны многих секторов, потребляющих сталь. Следовательно, уровни запасов по всей цепочке поставок остаются истощенными. В результате сталелитейные заводы смогли значительно увеличить свою стоимость продаж.
Разница в ценах между ЕС и Северной Америкой также продолжает расти до рекордных уровней. В этом месяце рост стоимости транзакций в Европе остановился. Многие акционеры ушли с рынка, чтобы пересмотреть свои позиции после периода летних каникул. Замедление китайских цен также заставило покупателей более осторожно оценивать будущее направление ценообразования. Тем не менее, в сентябре ожидается дальнейший рост стоимости сделок со сталью в Европе.
Ожидается, что отсутствие вариантов импорта по конкурентоспособным ценам в западных странах - из-за высоких транспортных расходов, мер защиты торговли и низкой доступности стали - сохранит разницу в ценах между Востоком и Западом до конца 2021 года.
Тем не менее, MEPS сообщает, что объем импорта в ЕС и США, вероятно, увеличится в четвертом квартале. Это должно облегчить жизнь многих клиентов, которые столкнулись с трудностями при получении необходимого материала в первые семь месяцев этого года.
Такая значительная разница в ценах вряд ли будет устойчивой в долгосрочной перспективе. Однако, пока ожидается, что разница останется.
Рынок элитной жилой недвижимости Дубая показал невероятный рост во втором квартале
Эксперты уверены, что тенденция будет только развиваться.
Ситуация. Согласно отчёту Luxhabitat Sotheby’s International Realty со ссылкой на данные Земельного департамента Дубая, на рынке элитной жилой недвижимости эмирата во втором квартале 2021 года объём продаж вырос на 43,8% по сравнению с предыдущим кварталом. Были проданы 818 вилл и 4 681 квартира на сумму $4,54 млрд. Ажиотаж был заметен уже в первом квартале, и третий также начался удачно: одна неделя принесла рынку недвижимости эмирата рекордную сумму.
Вместе с тем, квартальные цены на недвижимость подскочили на 1,4% на фоне высокой покупательской активности. Особенно сильный подъём – в сегменте вилл.
Причины. Рынок недвижимости ОАЭ, который смягчился из-за трёхлетнего падения цен на нефть и опасений по поводу переизбытка предложения, сейчас стремительно восстанавливается. Люди переезжают в более крупные дома с собственным садом/двором, так как всё чаще учатся и работают из дома. Меры экономической поддержки и правительственные инициативы также помогли улучшить настроения покупателей.
Цитата. «Послековидная устойчивость экономики ОАЭ привлекает огромные инвестиции со всего мира, особенно из Европы, Англии и Америки. Этот экспоненциальный рост состоятельных покупателей никуда не денется, и он увеличит спрос на элитную недвижимость и в этом, и в следующем году», – уверен управляющий партнер Luxhabitat Sotheby’s International Realty Крис Уайтхед.
Подробности
-В тройку лидеров по объёму продаж вошли Palm Jumeirah ($1,14 млрд), MBR City ($662 млн) и Downtown Dubai ($656 млн).
-Рынок элитных вилл оставался стабильным: средняя цена во втором квартале составила $2,2 млн, что примерно на 1,65% ниже, чем в первом квартале, говорится в отчёте. Однако объём продаж элитных вилл увеличился более чем на 48% по сравнению с предыдущим кварталом, до $1,6 млрд.
-Продажи квартир выросли на 25%, до $2,2 млрд. Средняя стоимость первоклассной квартиры сейчас составляет около $571 700.
Автор: Виктория Закирова
Источник: The National
ПОЛУЧЕНЫ ПЕРВЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ КОМБИНАЦИИ ВАКЦИНЫ ASTRAZENECA И СПУТНИКА ЛАЙТ
Предварительные результаты первого в мире клинического исследования по комбинированному применению вакцины компании AstraZeneca (разработана совместно с Оксфордским Университетом) и Спутника Лайт в Азербайджане свидетельствуют о безопасности комбинации, рассказали в РФПИ. В августе 2021 года будут опубликованы первые данные по иммуногенности комбинации вакцин.
Исследования безопасности и иммуногенности комбинации вакцины AstraZeneca и первого компонента вакцины Спутник V в Азербайджане начались в феврале 2021 года, на сегодняшний день вакцинированы 50 добровольцев, набор в клиническое исследование продолжается. Промежуточный анализ данных демонстрирует безопасность комбинации: отсутствуют серьезные нежелательные явления, а также случаи заболевания коронавирусом.
Клиническое исследование комбинации вакцин проходит сразу в нескольких странах: в Объединенных Арабских Эмиратах, России и Белоруссии.
Подход гетерогенного бустирования («вакцинного коктейля» с применением аденовируса человека 26-го серотипа как первого компонента и 5-го серотипа в качестве второго компонента) лежит в основе вакцины против коронавируса Спутник V. «С учетом успеха подобного подхода для обеспечения стойкого и долгосрочного иммунитета против новой коронавирусной инфекции РФПИ первым в мире выступил с инициативой партнерства с другими производителями вакцин и проведению совместных исследований комбинации первого компонента Спутника V с зарубежными препаратами», - пояснили в РФПИ.
Международный обзор событий 26–30 июля
Глобальное потепление может сделать летние олимпиады осенними
Духота и зной, окутывающие Токио в дни проходящих в столице Японии Олимпийских игр, стали серьезным вызовом для спортсменов. Временами температура воздуха во время соревнований превышает 35 °С, и некоторые специалисты допускают, что климатический фактор может серьезно повлиять на будущее олимпийского движения.
«В преддверии игр многие спортсмены по всему миру тренировались в условиях влажности и жары, чтобы акклиматизировать свое тело к внешнему стрессу, который они испытают в Токио», — цитирует Reuters высказывание Юри Хосокава, эксперта из японского университета Васэда. По данным Британской ассоциации устойчивого спорта, средняя годовая температура в Токио с 1900 года повысилась на 2,86 градуса Цельсия — примерно в три раза больше, чем в среднем в мире (0,96 °С).
Спортсмены тоже не скрывают, что олимпийский климат не способствует их результатам. Российский теннисист Даниил Медведев признался, что может умереть от жары, навалившейся на Токио, а российская лучница Светлана Гомбоева упала в обморок во время отборочного раунда. По просьбе олимпийцев время начала некоторых соревнований уже было изменено. Организаторы Олимпиады для борьбы с жарой используют разные инструменты от установок распыления тумана до охлаждающих жилетов, а также раздают соляные таблетки и мороженое волонтерам.
Не исключено, что по итогам игр в Токио придется принимать беспрецедентные для олимпийского движения решения. Майк Типтон, профессор физиологии из британского университета Портсмута, считает, что организаторам Олимпиад придется задуматься о более подходящем времени года и менее жарких местах для проведения летних соревнований. А профессор экологического городского планирования Токийского университета Макото Йокохари говорит, что высокотехнологичные меры по борьбе с жарой, такие как теплоизоляция тротуаров, могут иметь лишь ограниченный эффект, и вообще он предупреждал, что из-за сочетания высоких температуры и влажности Токио — худшее место в истории Олимпийских игр.
Климатические проблемы обостряют предвыборную борьбу в Германии
Немецкие консерваторы из Христианско-демократической партии и социал-демократическая СДПГ единым фронтом выступают против инициатив Партии зеленых в преддверии сентябрьских выборов в Бундестаг.
Главным пунктом разногласий является динамика снижения выбросов углерода. ХДП и СДПГ считают, что к 2030 году энергетический сектор должен сократить выбросы как минимум на 65% по сравнению с 1990 годом, тогда как «зеленые» настаивают на сокращении выбросов на 70%.
Кроме того, «зеленые» более строго формулируют долгосрочные климатические цели, утверждая, что к 2045 году Германия должна стать «углеродно-нейтральной», и призывая к повышению показателей ввода дополнительных мощностей ветряной энергетики.
Разную позицию ХДП и «зеленые» занимают и по стратегии развития водородной энергетики. Консерваторы считают, что экологически чистый водород необходимо использовать в тех отраслях промышленности, которые трудно декарбонизировать, а также в энергетике и транспортном секторе. «Зеленые» же считают более эффективным масштабный переход на электродвигатели и выступают против производства «голубого» водорода, получаемого из природного газа с использованием технологий улавливания углерода.
Похолодание в Бразилии разгоняет цены на кофе
Отнюдь не весь мир в эти дни борется с аномальной жарой: в Южном полушарии, где сейчас разгар зимы, проблемы приносит низкая температура. В Бразилии сильное похолодание на минувшей неделе повредило значительную часть кофейных плантаций, а в конце этой недели в эти же районы может переместиться еще один, уже третий в нынешнем году холодный фронт, идущий с Южного полюса.
Риски аномальных холодов, с которыми столкнулся крупнейший в мире производитель кофе, незамедлительно сказались на ценах. На прошлой неделе цены на арабику подскочили почти на 20% до самого высокого уровня за семь лет, а в начале этой недели прибавили еще 10%. Сентябрьский фьючерсный контракт на межконтинентальной бирже ICE поднялся до $2,152 за фунт арабики — максимальный показатель с октября 2014 года.
Кофейные деревья чрезвычайно чувствительны к холодной погоде, а при их пересадке на восстановление производства уходит около трех лет. По предварительным оценкам бразильского правительственного агентства по снабжению продовольствием Conab, заморозки в середине июля затронули 150-200 тысяч гектаров — около 11% от общей площади посевов арабики в стране. Это первый случай такого похолодания с 1994 года, отмечает кофейный трейдер I& M Smith в своем недавнем обзоре рынка.
Народ Калифорнии против солнечной энергетики
Беспрецедентная история произошла на днях в Калифорнии, которая давно подкрепляет свой титул «солнечного штата» активной поддержкой нетрадиционной энергетики. Жители калифорнийского округа Аламеда, главным образом владельцы ранчо и фермеры, выступили против планов строительства очередного крупного объекта солнечной энергетики в районе залива Сан-Франциско и предъявили иск властям муниципалитета, одобрившим его появление.
Проект Aramis компании Intersect Power в долине Норт-Ливермор, намеченный к вводу в эксплуатацию в 2023 году, должен ежегодно обеспечивать солнечной энергией 25 тысяч домов и предприятия округа Аламеда. Однако многие местные жители уверены, что Норт-Ливермор — один из немногих нетронутых человеком живописных уголков Калифорнии, и если там появится очередной солнечный парк, будет создан прецедент для дальнейшего отчуждения земель, предназначенных для жилой застройки и сельского хозяйства.
Крис О’Брайен, возглавивший группу Save North Livermore Valley, утверждает, что не является противником солнечной энергетики, но хотел бы остановить проект Aramis, единогласно одобренный Наблюдательным советом округа Аламеда в начале этого года. Глава компании-инициатора проекта Шелдон Кимбер уверен, что предстоящая судебная тяжба с активистами не повлияет на сроки реализации, однако недовольство калифорнийцев расползанием солнечных ферм, скорее всего, будет нарастать.
Коммунальные и энергетические регуляторы штата не так давно заявили, что для декарбонизации энергосистемы Калифорнии к 2045 году потребуется увеличить текущие мощности электросети примерно втрое и поддерживать расширение мощностей по производству «чистой» электроэнергии. Для этого потребуется передавать под нужды солнечных электростанций все новые земли, что неизбежно спровоцирует конфликты со сторонниками весьма популярной в Штатах идеологии «только не на моем заднем дворе».
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter