Новости. Обзор СМИ Рубрикатор поиска + личные списки
Главные отличия.
Платный доступ на polpred с деловой информацией высшего качества. Скажите об этом директору библиотеки.
Еще 10 лет назад в Белоруссии прохладительные напитки выпускали исключительно крупные госпредприятия – «Крынiца», Минский завод безалкогольных напитков (МЗБН) и др. Доля этих производителей на внутреннем рынке достигала 90%. Оставшуюся часть занимала импортная продукция. Однако уже в середине 1990 на рынок начали выходить частные предприятия. В Беларуси безалкогольные напитки производят 60 организаций различных форм собственности, 26 из них – в системе «Белгоспищепрома». На долю концерна сегодня приходится 24% от общего производства напитков и 34% – минеральной воды.Наиболее известные отечественные безалкогольные торговые марки – «Трайпл», «Дарида», «Вейнянский родник», «Джей-Пи» и «Каскад». Кстати, еще 5-7 лет назад частных предприятий было значительно больше. Но выжили не все. Кажущаяся простота этого бизнеса оказалась обманчивой. А главная проблема производителей напитков – жесточайшая конкуренция. Даже сегодня, несмотря на то, что число участников рынка заметно сократилось, производителям безалкогольных напитков приходится постоянно искать пути снижения цен на свою продукцию и повышать ее качество. Всем без исключения частным предприятиям пришлось приобретать опыт работы буквально на ходу и в отличие от именитых гигантов думать о том, как оптимизировать затраты. В кризисные периоды рентабельность их производства порой снижалась с 25-30% до 10%. Чтобы уменьшить затраты и сохранить свою долю на внутреннем рынке, некоторые компании были вынуждены увеличить производство минеральной и столовой воды – в этом случае отпадала необходимость закупать сахар и концентраты, что позволило существенно снизить себестоимость. Скорее всего, именно это обстоятельство и привело к тому, что всего за несколько лет производство минералки в стране выросло почти в 10 раз. Впрочем, выросло оно небезосновательно – потребление минеральной и питьевой воды в Беларуси за последние 5 лет также увеличилось в 7-8 раз. Лидером по выпуску минеральной воды в системе концерна «Белгоспищепром» и на рынке считается МЗБН – на его долю в концерне приходится до 80% всей разливаемой минералки, а одна только торговая марка «Минская» удерживает около четверти этого сегмента белорусского рынка. А вот производством цветных напитков занимаются практически все пивзаводы – «Крынiца» (6,5 млн. дал ежегодно), «Брестское пиво» (1 млн. дал). Но основными производителями на этом рынке являются предприятия «Кока-Кола Бевриджиз Белоруссия», «Аква-Трайпл», «Дарида», «Вейнянский родник», которые занимают до 80% рынка. Импорту осталось совсем незначительная доля – 3-5%. В пред.г. в Беларуси было разлито 18 млн. дал безалкогольных напитков, что на 12% больше по сравнению с 2004г. Производство безалкогольных напитков наверняка увеличится и в 2006г.: за четыре месяца их выпущено на 32% больше по сравнению с аналогичным периодом пред.г.
Сегмент питьевых и минеральных вод в Беларуси считается одним из самых быстрорастущих – сегодня производством минералки занимаются 35 предприятий, из которых 24 – в составе концерна «Белгоспищепром». Эксперты связывают это не только с относительной дешевизной подобного производства, но и с модой на здоровый образ жизни. Все меньшему количеству белорусов кажется абсурдом покупать для приготовления пищи и чая воду в магазине.
«Рынок минеральной воды более динамичен и обладает большим потенциалом, чем рынок лимонадов, – отмечает директор предприятия «Дарида» Анна Делендик. – Это во многом связано с тем, что белорусы начинают больше внимания уделять своему здоровью – пить водопроводную воду нередко просто опасно. Особенно ярко эта тенденция проявляется в больших городах и регионах с неблагоприятной экологической обстановкой. При этом если лимонады в основном потребляют дети и подростки, то минеральную воду пьют люди старше 25 лет». Считается, что в Беларуси рост популярности питьевых вод напрямую связан с невысоким качеством водопроводной воды, из-за чего население переориентируется на воду бутилированную: с одной стороны, она лучше очищена, с другой – обогащена полезными микроэлементами – йодом, фтором, селеном.
40% розничных продаж минеральной и питьевой воды приходится на Минск и Минскую обл., хотя темпы роста рынка в столице считаются не самыми высокими. Это связано, скорее всего, с определенным насыщением минского рынка.
Интерес производителей к производству воды «без сиропа» сложно назвать надуманным. Дело в том, что Беларусь в некотором смысле обладает уникальными возможностями для розлива минеральных вод. В отличие от многих других стран ее у нас можно добывать практически на всей территории – достаточно пробурить скважину и организовать линию. Больше всего таких производств в пригородах Минска. Есть и резервы для роста, т.к. потребление минеральной воды в Беларуси пока еще остается на достаточно низком уровне (17 л. на человека в год против 40 л. в Западной Европе). При этом в Беларуси практически не разливается вода без углекислоты, в то время как в странах Евросоюза негазированная минеральная вода занимает от 15% до 80% рынка.
Несмотря на определенное снижение доли сладких газированных напитков в пользу минеральных и питьевых вод и соков, их продажи на белорусском рынке в количественном отношении продолжает расти, хотя в последнее время и замедлились. По данным консалтинговой компании ACNielsen, розничные продажи по итогам 2005г. выросли на 8,6%. Лидирует вкус лимона: в 2005г. на такие напитки приходилось 32,8%, на напитки со вкусом колы – 26,5%, апельсина – 10%, на остальные фруктовые вкусы – 16,3%. Достаточно активно, опережая общий рост рынка, увеличились продажи кваса (на 25%). По-прежнему популярными среди белорусов продолжают оставаться и советские «брэнды», такие как «Колокольчик», «Дюшес», «Буратино», «Байкал».
«На рынке лимонадов наибольший прирост наблюдается в верхнем и нижнем ценовых сегментах: потребители активно приобретали дорогие напитки мировых гигантов, либо продукцию местных производителей, основой привлекательности которых являлась низкая цена, – отмечает Татьяна Нуфферова, руководитель отдела потребительских исследований ACNielsen. – Сейчас на фоне замедления рынка в целом более или менее активно начинает формироваться среднеценовой сегмент – качественные лимонады отечественных производителей».
Игроки рынка проявляют высокую активность, выпуская новые марки, применяя новые маркетинговые ходы. Потребители безалкогольных напитков не так консервативны, как, например, любители пива. Пиво с фруктовыми вкусами на рынке не прижилось, а вот в сегменте безалкогольных напитков потребители, наоборот, очень позитивно воспринимают новинки, они готовы пробовать и покупать что-то необычное, чего раньше не было. Благодаря этому рынок газированных напитков очень динамичен, здесь возникают все новые сегменты: энергетические напитки, питьевая вода с полезными добавками и др.
По данным компании «Иткор», больше всего безалкогольных напитков и минеральной воды белорусы покупают в ларьках, палатках и киосках. На уличную торговлю приходится 43% продаж. Поскольку прохладительные напитки употребляют больше летом, чем зимой, самыми «ходовыми» местами продаж являются уличная торговля, а также небольшие продовольственные магазины. На рынки, где удобнее закупать мелкооптовые партии тем, кто постоянно использует такую воду для питья и приготовления пищи, приходится 11% продаж. А самый маленький процент продаж напитков выявлен в супер- и гипермаркетах – 7%. Как считает Татьяна Нуфферова, это объясняется в первую очередь тем, что газированные напитки – товар «импульсного» спроса.
Маркетинговые исследования показали, что почти три четверти потребителей покупают прохладительные напитки в пластиковых бутылках. Доля продаж напитков в стекле и жести значительно ниже – в 5-7 раз. Основная масса потребителей (51%) придерживаются среднего уровня цен (0,5-0,7 долл.), что говорит об относительной сбалансированности рынка. Однако производители пока не очень оптимистично смотрят на вопросы культуры потребления напитков. Исполнительный директор ИП «Кока-Кола Бевриджиз Белоруссия» Александр Денисов, например, подчеркивает, что в нашей стране расходы на безалкогольные напитки в потребительском бюджете занимают всего 1-2%: «Это очень мало. Средний белорус в год выпивает 18-20 л. безалкогольных напитков. Россиянин – 25 л. В Греции, Ирландии люди в год пьют 200 и более литров безалкогольных напитков. А в Исландии – 300 л.».
Одна из основных проблем безалкогольных напитков – сезонность. Обычно летом объемы продаж увеличиваются, а зимой падают и иногда значительно. Это прежде всего касается газированных вод и напитков, которые приобретается исключительно для утоления жажды. Сбыт питьевой воды в больших емкостях для домашней кухни подвержен сезонности в меньшей степени. Воду в 5-литровых бутылях покупают всегда, а на воду в маленьких емкостях летний рост продаж составляет 15-20%. Есть спады, объяснимые другими причинами: в авг. и сент., когда в Минске в связи с отпусками мало людей. Так что сезонность производителей беспокоит все меньше, и связано это с изменением культуры потребления.
В ближайшее время специалисты предрекают большие изменения в структуре рынка прохладительных напитков Беларуси. Причиной тому становится динамично развивающиеся новые сегменты, например, энергетические напитки. Особо следует отметить бурный рост продаж напитков на основе холодного чая. Судя по опыту Европы и России, они способны потеснить натуральные соки и составить конкуренцию газированным прохладительным напиткам. Дело.
По данным статистического бюро Eurostat, в 2005г. цены на товары и услуги в Дании превысили средний показатель по ЕС на 36%. В целом же по Европе самые высокие цены – в тех странах, которые не являются членами Евросоюза, – Исландии (на 51% выше среднего по ЕС), Норвегии (на 44% выше) и Швейцарии (на 36% выше).
Международные наблюдатели в Осло не смогли продвинуться в разрешении ланкийского кризиса – в результате пятичасовых переговоров так и не было принято никаких решений, передает норвежское информагентство NTB. Как сообщила пресс-служба норвежского МИД, кризисное совещание в Осло было созвано по инициативе норвежского правительства. Кроме представителей Норвегии в нем приняли участие наблюдатели из Финляндии, Швеции, Дании и Исландии. Совещание было созвано в связи с требованием представителей тамильской сепаратистской организации «Тигры освобождения «Тамил Илама» (ТОТИ) о выводе наблюдателей из стран ЕС из состава миссии мониторинга на Шри-Ланке. Требование тамильских сепаратистов стало ответом на включение ТОТИ в список террористических организаций Европейским Союзом в конце мая.В начале июня представители ТОТИ в последний момент отказались сесть за стол переговоров с представителями правительства Шри-Ланки в Осло, согласившись только на встречу с норвежскими посредниками. Предполагалось, что в ходе переговоров стороны должны были обсудить обстановку на Шри-Ланке, роль и обеспечение безопасности международных наблюдателей. После срыва переговоров норвежское правительство направило письма президенту Шри-Ланки и лидеру ТОТИ, в которых сторонам предлагалось ответить на вопросы о том, собираются ли они придерживаться условий соглашения о перемирии от 22 фев. 2002г., готовы ли сотрудничать с международной миссией мониторинга и обеспечить безопасность наблюдателей. Как сообщает пресс-служба норвежского МИД, в своих ответах стороны заверили о желании придерживаться условий перемирия, однако руководство ТОТИ повторило свое требование о выводе наблюдателей из стран ЕС из состава миссии мониторинга на Шри-Ланке. Представители ТОТИ отвергли предложенный норвежской стороной переходный срок в шесть месяцев для возможного изменения состава международной миротворческой миссии. ТОТИ настаивает на более быстром выводе наблюдателей из стран ЕС из состава миссии.
На Шри-Ланке находятся 57 международных наблюдателей из Норвегии, Швеции, Дании, Финляндии и Исландии. В случае вывода наблюдателей стран ЕС в составе миссии мониторинга останутся всего 20 наблюдателей из Норвегии и Исландии. Несмотря на все сложности, министр развития Норвегии Эрик Солхейм (Erik Solheim) заявил, что Норвегия не собирает отказываться от роли посредника в переговорах. Гражданская война на Шри-Ланке была развязана в 1983г. сепаратистской организацией «Тигры освобождения «Тамил Илама». Эта организация ведет вооруженную борьбу против правительства «за независимость северных и восточных районов», населенных этническими тамилами. Жертвами гражданской войны уже стали более 65 тыс.чел. Благодаря усилиям международных посредников, в фев. 2002г. стороны подписали соглашение о прекращении огня, однако сейчас оно находится под угрозой отмены из-за участившихся военных столкновений между сепаратистами и правительственными войсками.
После недавних встреч премьер-министра Латвии А.Калвитиса с высшим руководством России в Исландии и Санкт-Петербурге, а также переговоров с министром экономического развития и торговли Г. Грефом, в латвийской экономической прессе отмечается решение правительства «вести прагматичный диалог и всячески сотрудничать с Россией». Косвенным подтверждением серьезности намерений называется назначение новым советником по иностранным делам президента Латвии г-на Яниса Мажейкса, который ранее занимал должность директора департамента по сотрудничеству с международными организациями и гуманитарным вопросам МИДа, а с 2005г. руководил подразделением МИДа по отношениям с Россией. Сообщается о начале работы по подготовке первых двусторонних соглашений. В частности, о создании межправительственной комиссии, об урегулировании железнодорожных тарифов, об отмене двойного налогообложения.
Россия не будет вводить специальные ограничения на поставки рыбы из Исландии, сообщил премьер-министр РФ Михаил Фрадков по итогам встречи с премьер-министром Исландии Халльдором Аусгримссеном. Роспотребнадзор России рассматривает возможность введения запрета на поставки рыбы из Исландии в Россию в связи с тем, что под видом исландской продукции завозится запрещенная норвежская рыба. «Сейчас этим вопросом занимаются. Мы должны снять все возможные озабоченности по поводу фитосанитарных требований и происхождения товара. Это вопрос технический», – сказал Фрадков.
В рамках Болонского процесса Евросоюз намерен создать к 2010г. «европейское пространство высшего образования», сообщил еврокомиссар по образованию Ян Фигель. «Целью Болонского процесса является создание к 2010г. европейского пространства высшего образования, которое будет предусматривать возможность свободного перемещения в образовательных целях преподавателей, студентов и школьников, а также более эффективное содействие признанию их квалификации», – сказал еврокомиссар по образованию в Брюсселе.1-2 июня Фигель будет находиться с визитом в Москве, где примет участие во встрече министров образования стран «большой восьмерки». «Европейское пространство высшего образования будет представлять собой реальное геополитическое гуманитарное пространство от Рейкьявика до Владивостока», – пояснил еврокомиссар. Он сообщил, что Россия участвует в Болонском процессе, который охватывает 45 стран, с 2003г.
В июне 1999г. в городе Болонья министры 29 европейских государств подписали Декларацию о Европейском пространстве для высшего образования, которая положила начало так называемому Болонскому процессу.
Цель – построение единой стандартизированной системы обучения, позволяющей повысить занятость и мобильность граждан стран-участниц и сделать более привлекательной для студентов и преподавателей из других стран систему общеевропейского высшего образования.
Среди целей Болонского процесса – повышение качества и конкурентоспособности европейского образования на мировом рынке образовательных услуг, создание такой системы, которая обеспечивает сопоставимость национальных образовательных программ.
Важнейшая роль в Болонском процессе отведена Европейской ассоциации университетов. В Праге в 2001г. к Болонскому процессу подключились четыре новых участника. 18 сент. 2003г. в Берлине на третьей конференции министров образования Европы к Болонскому процессу присоединилась Россия и еще шесть стран. На май 2005г. участниками процесса являются 45 государств. Единое европейское пространство в сфере высшего образования планируется создать к 2010г.
Aon Risk Services International объявила сегодня об открытии своего нового офиса в Рейкьявике, Исландия. Aon Iceland сосредоточит свою деятельность на крупных компаниях, работающих в таких отраслях как пищевая промышленность, энергетика, тяжелая промышленность, авиация, финансы, розничная торговля, фармацевтическая промышленность, высокие технологии и телекоммуникации. Открывшийся офис станет новым координационным пунктом для реализации глобального розничного бизнеса в стране.Карл Эггертсон назначен его главным исполнительным директором. До этого Карл занимался координацией развития бизнеса в Исландии из Дании. Он обладает большим опытом в страховом бизнесе, а ранее работал в компаниях Texas Instruments и Oracle. По словам нового исполнительного директора, задача состоит в «увеличения объема операций Aon путем привлечения наемных экспертов и использования имеющихся ресурсов сети Аon. В этом случае мы сможем улучшить качество услуг, оказываемых нашим клиентам».
Исландский рынок имущественного страхования хорошо развит и предлагает обширный набор различных видов страхования, используя для этого местных и иностранных страховщиков. В стране работает 4 страховые компании, занимающиеся страхованием имущества, которые удовлетворяют потребности в страховании большей части внутреннего рынка. В течение ряда лет Aon Re тесно сотрудничал, по меньшей мере, с двумя из этих страховых компаний, оказывая им услуги по перестрахованию, и продолжает развивать свои связи с остальными: «В результате мы сможем выпускать местные страховые полисы», – сказал г-н Эггертсон.
39 встреча Исполнительного Комитета парижского меморандума о взаимопонимании по контролю над судами (Paris MoU), состоявшаяся на прошлой неделе в Нанте, стала важной для кипрского судоходства.Согласно официальному заявлению, Комитет признал значительные улучшения, которые были достигнуты страной в отношении уровня безопасности кипрского флота, а также ощутимое снижение числа задержаний кипрских судов. В связи с этим, основываясь на существующих критериях, Кипр переведен из «серого» в «белый» список меморандума.
Всего лишь год назад Кипру удалось выйти из «черного» списка, в котором страна находилась в течение двадцати лет. В официальном заявлении Комитета говорится: «Подобный прорыв является результатом ряда мер, принятых правительством Кипра. Это укрепляет доверие международного судоходства к кипрскому флагу и способствует дальнейшему развитию кипрского судоходства, качественный уровень которого теперь уже официально признается во всем мире».
Согласно представленным статистическим данным за последние три года количество проверок в иностранных портах судов под кипрским флагом составило 3 166, но только в 175 случаях были отмечены факты задержания.
Вторым крупным успехом для Кипра стало решение Исполнительного Комитета о внесении страны в список постоянных членов парижского меморандума. На сегодняшний день среди его постоянных членов значатся Россия, Бельгия, Канада, Франция, Германия, Греция, Исландия, Польша, Португалия и другие страны.
Исландия с населением всего 300 тыс.чел. имеет самую быстро развивающуюся и богатую экономику в Европе. Темпы роста доходов и корпоративных налогов в стране были сокращены до 36% и 18% (соответственно), безработица – на нулевой отметке. Исландии предлагает не только рыбу, она имеет развитую банковскую и телекоммуникационную отрасли. Инвесторы вкладывают немалые средства в страну. По словам премьер -министра, сейчас в других странах работает 100 тыс. исландцев и 70% из них – в Великобритании.Но в последние два года на Исландию обрушились финансовые неурядицы. По оценке рейтингового агентства, дефицит текущего счета составил 15% ВВП, что привело и резкому снижению стоимости исландской кроны, процентные ставки выросли почти в два раза, более чем на 10%.
По прогнозам премьер-министра страны, Исландия должна стать членом ЕС в 2015г. Он указал, что Исландия является членом почти каждого европейского международного клуба, включая Европейскую экономическую зону, из чего следует, что она уже выполнила большинство европейских директив Брюсселя. Он добавляет, что развитие торговых отношений с Великобританией, Швецией и Данией для нее существенные факторы. Кроме того, она присоединится к евро зоне, 70% импорта и экспорта Исландии будет в евро.
Однако движение членству в ЕС для Исландии идет весьма сложно, хотя бизнес Исландии сейчас развивается успешно. Министр иностранных дел Г. Хаарде, который возглавляет «Independence Party», выступает против присоединения к ЕС. Его популярность намного выше, чем у премьер- министра страны, при этом надо учитывать, что в следующем году будут происходить выборы. Рыбное хозяйство всегда создавало проблемы для страны, но политические деятели уверяют, что Исландия сумеет управлять своими акциями, гораздо лучше, чем ЕС и она не собирается отказываться от контроля. ЕС весьма трудно смириться с такой постановкой вопроса.
Мнение общественности также не в пользу присоединения. И, судя по последним результатам опроса, общественное мнение в стране также против присоединения к ЕС. По словам премьер- министра, Исландия не будет повторять ошибок Норвегии, которая провела два референдума по вопросу о присоединении. Исландия считает, что только при сильной поддержке общественности и договоренностей между различными партиями можно придти к членству в ЕС.
Cамым сильным аргументом в пользу присоединения, выдвинутым премьер- министром страны и многими другими бизнесменами Исландии, является не любовь к Брюсселю, а необходимость наладить стабильность валюты. Если Исландия сможет присоединиться к еврозоне, но не к ЕС, довольны останутся все стороны, и это создаст еще один путь многосторонних связей внутри ЕС. Economist.
Европейский союз (ЕС) является основным торгово-экономическим партнером России. На него приходится свыше половины внешнеторгового оборота Российской Федерации, представляющего собой обобщающий показатель развития всех форм внешнеэкономической деятельности российских организаций, предприятий и фирм на мировом рынке. Страны ЕС входят также в число основных инвесторов в российскую экономику.По данным российской таможенной статистики, общий внешнеторговый оборот России в 2005г. увеличился на 32,1% и составил 339,9 млрд.долл., в т.ч. российский экспорт 241,4 млрд.долл. (рост на 32,9%) и импорт 98,5 млрд.долл. (30,4%). При этом товарооборот России со странами ЕС возрос на 41,1% до 177,1 млрд.долл., в т.ч. российский экспорт 133,5 млрд.долл. (рост на 46%) и импорт 43,6 млрд.долл. (27,9%).
В целом 2005г. можно считать успешным для торгово-экономических отношений между Россией и ЕС. В результате опережающей динамики развития взаимной торговли возросла доля ЕС в общем товарообороте России – до 52,1%. Особенно большое значение имеет европейский рынок для российского экспорта, где доля ЕС составила 55,3%. Это существенно превышает соответствующий показатель по импорту – 44,2%. В отношениях с ЕС формируется основной актив торгового баланса России – 90 млрд.долл. по итогам 2005г. Более динамичное развитие российского экспорта по сравнению с импортом закрепляло эту тенденцию.
На 2005г. пришелся весьма трудный период развития Европейского Союза. В качестве кризисных явлений можно отметить отклонение Конституционного договора Европейского Союза (Евроконституции) на референдумах во Франции и Нидерландах, трудности при согласовании бюджета ЕС на 2007-13гг., явное превалирование национальных интересов над общеевропейскими во многих государствах-членах ЕС, отсутствие консенсуса по вопросу о дальнейшем расширении ЕС.
Европейский Союз в целом далек от достижения амбициозных целей, которые ставились пять лет назад – создать в Европе к 2010г. «самую динамичную, конкурентную и высокотехнологичную экономику в мире» и при этом «достичь высокого уровня развития социальных программ и защиты окружающей среды» («Лиссабонская стратегия» ЕС 2000г.). В мае 2004г. в ЕС вошло десять новых государств из Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ), заметно отстающих по уровню развития от 15 «старых» стран ЕС.
Cлабыми сторонами ЕС в международной конкуренции являются высокий уровень налогообложения (средний уровень налогообложения в 2005г. –40%), негибкость рынка труда в условиях действия ограничений на приток рабочей силы из новых членов ЕС и высокий уровень безработицы (8% в 2005г.).
Странам ЕС стало все труднее удерживать хрупкий баланс свободного рынка и социальной поддержки населения. Перед большинством «старых» стран ЕС стоит одна из самых острых для европейцев проблем – до какой степени можно отойти от модели социально направленной рыночной экономики, которая уже привела к экономической стагнации во Франции, Германии и Италии, в пользу более классической модели рыночной экономики, практикуемой в США и лоббируемой в Европе Великобританией.
Объективный анализ позволяет также говорить о сильных сторонах развития этих стран, к которым относятся политическая стабильность, открытость бизнеса, высокоразвитая инфраструктура, доступность и надежность связи и телекоммуникаций, свобода банковской конкуренции, легкость освоения новых технологий, высокий образовательный уровень рабочей силы и управленческого аппарата, легкость организации предпринимательской деятельности и широта сотрудничества между предприятиями и университетами.
Экономическое развитие новых членов ЕС из региона Центральной и Восточной Европы (Венгрии, Литвы, Польши, Чехии, и др.) в 2005г. было более динамичным: сохранялись темпы экономического роста, опережающими темпами рос экспорт, рост инфляции был медленным, процентная ставка по кредитам снизилась. Потребительские цены все еще оставались ниже, чем в среднем по ЕС, хотя постепенно приближались к среднеевропейскому уровню.
В то же время экономика стран ЦВЕ стала более уязвимой к конъюнктурным колебаниям на мировых рынках, чем это было до вступления в ЕС. В первую очередь, это связано с динамикой торгового баланса стран ЦВЕ: цены на экспортную продукцию этих стран, в частности, готовые изделия, электронику, товары широкого потребления и продовольственные товары в течение последних нескольких лет снижались, а цены на импортные товары, прежде всего, на нефть и другие энергоносители, заметно возросли. Промышленности стран ЦВЕ пока не удалось компенсировать новыми продуктами утраченные позиции на внешнем и внутреннем рынке. Сохраняется высокий дефицит внешнеторгового баланса этих стран, что создает определенные проблемы в валютной области, в т.ч. в вопросах перехода на евро, который у большинства новых членов ЕС откладывается на конец текущего десятилетия.
Странам ЦВЕ пока также не удается решить вопрос трудовой занятости населения в условиях действия в рамках ЕС ограничений на перемещение рабочей силы из этих стран. Уровень безработицы не понизился и в большинстве стран ЦВЕ превышает средний в ЕС уровень.
Таким образом большое значение для ЕС имеет дальнейшее развитие отношений с Россией, особенно на фоне динамичного развития российской экономики в последние годы. Резервом такого развития может стать активизация сотрудничества в рамках региональных программ, чему может способствовать председательство в ЕС Во II пол. 2006г. Финляндии – инициатора такой программы ЕС как «Северное измерение». Среди приоритетных вопросов повестки дня председательства Финляндии в ЕС, касающихся отношений Россия – ЕС, может стать обсуждение перспектив политики «Северного измерения» ЕС и будущего договорно-правовой базы партнерства Россия – ЕС после истечения в дек. 2007г. первоначального десятилетнего периода действия Соглашения о партнерстве и сотрудничестве между Россией и ЕС (СПС).
«Северное измерение» – это программа Европейского союза, которая нацелена на развитие сотрудничества между странами Северной Европы, представленными Комиссией ЕС, Российской Федерацией, Норвегией и Исландией, и призвана оказывать помощь в решении конкретных задач, стоящих перед участвующими сторонами в области экономики, образования, здравоохранения, защиты окружающей среды и использования природных ресурсов.
Программа «Северное измерение» направлена на углубление приграничного сотрудничества путем создания условий безопасности и стабильности, а также чистой и доступной окружающей среды для всех людей на севере Европы. В задачи «Северного измерения» также входит решение проблем, связанных с неравномерным региональным развитием, включая усилия, направленные против возникновения новых разделительных линий после присоединения к ЕС новых стран.
«Северное измерение» охватывает регион Балтийского моря, Арктический регион и Северо-Запад России и реализуется через финансовые механизмы ЕС, предназначенные для данного региона: в основном это были программы Тасис и Интеррег. В настоящий момент в ЕС проходит масштабная реформа инструментов технического содействия ЕС. Введение новых инструментов Европейской политики Соседства и Партнерства (ЕИСП) планируется с 2007г. В финансировании программы участвуют также такие международные финансовые институты, как Европейский банк реконструкции и развития, Европейский инвестиционный банк, Скандинавский инвестиционный банк, Скандинавская экологическая финансовая корпорация, Скандинавский проектный фонд.
План действий «Северного измерения» на 2004-06гг., принятый Европейским Советом в Брюсселе в окт. 2003г., носит комплексный и многосекторный характер. В нем определены пять приоритетных секторов «Северного измерения»: экономика, развитие людских ресурсов, охрана окружающей среды, трансграничное сотрудничество, правосудие и внутренние дела. Определены также основные направления по отдельным секторам. Основную ответственность за приведение плана в исполнение несет Комиссия Европейского союза, а роль руководителя его исполнения принадлежит стране, председательствующей в ЕС. Это не исключает активное участие стран-членов и стран-партнеров или региональных организаций в работе по определению и реализации проектов.
Во II пол. 2006г. намечено принятие ЕС, Российской Федерацией, Норвегией и Исландией новой политической декларации и рабочих документов, определяющих деятельность в рамках «Северного измерения» после истечения 31 дек. 2006г. срока действия текущего Плана действий по «Северному измерению». Ожидается обсуждение и подготовка III плана действий по «Северному измерению» на 2007-09гг., в котором Россия будет рассматриваться ЕС как равноправный участник «Северного измерения» и стратегический партнер ЕС. Возможными темами сотрудничества в рамках «Северного измерения» могут выступать экономика, торговля и инвестиции, взаимодействие деловых кругов, энергетика, транспорт, связь, наука, образование, борьба со стихийными бедствиями и техногенными катастрофами, облегчение контактов между людьми.
Координация усилий и большая часть работы по программе «Северное измерение» осуществляется региональными организациями: Советом государств Балтийского моря (СГБМ), Советом Баренцева/Евро-Арктического региона (СБЕР), Советом министров Северных стран и Арктическим советом.
Будущая политика «Северного измерения» должна стать региональным выражением на севере Европы четырех общих пространств и соответствующих «дорожных карт», которые были согласованы в мае 2005г. на Московском саммите Россия-ЕС.
Новые условия сотрудничества, связанные с необходимостью более масштабного разделения труда между Россией и ЕС в контексте расширения ЕС и специфики торгово-экономических отношений России с его новыми членами, требуют актуализации СПС. Предстоящее присоединение России к Всемирной торговой организации позволит нарастить потенциал нового Соглашения о партнерстве и сотрудничестве между Россией и ЕС путем конкретизации общих положений соглашений системы ВТО, носящих глобальный характер, за счет проектов экономической интеграции, промышленного, инвестиционного и торгового взаимодействия на европейском рынке. И.А. Сафонов, к.э.н.
В 2005г. Германия сдала позиции в области информационных и коммуникационных технологий (IT) по сравнению с ведущими странами мира. Согласно опубликованному 28 марта докладу под названием Global Information Technology Report 2005-06 (исследования, проводимые Мировым экономическим форумом совместно с Insead Business School), Германия в Индексе Networked Readiness опустилась с 14 (2004г.) на 17 место. Индекс Networked Readiness показывает, насколько хорошо в стране идет развитие ITK, и какую пользу страна получает от такого развития. К индикаторам рейтинга относятся следующие позиции: количество квалифицированных специалистов в области IT; количество патентов; возможности финансирования; количество компьютеров, мобильных телефонов и телефонных линий. Кроме этих факторов, на рейтинг страны влияет также наличие хороших правовых рамочных условий относительно авторских прав, а также независимость судебных органов. В то время как Германия ухудшила свои позиции, США, наоборот, улучшили показатели и занимают 1 место в рейтинге. Хороший рост в улучшении индикаторов показали также Канада, Тайвань и Корея. Из европейских государств передовые позиции в Индексе по-прежнему занимают скандинавские страны: Дания, Исландия и Финляндия сохранили свои позиции на 3, 4 и 5 местах в рейтинге, а Швеция заняла 8 место (в течение последних 5 лет эти скандинавские страны входят в первую десятку рейтингового списка).
21 апр. 2006г. фонд Бертельсманна опубликовал результаты рейтингового исследования ведущих индустриальных стран мира относительно условий развития рынка труда и экономического роста (т.н. «Индекс успеха»). Согласно оценке экспертов фонда, за последние 6 месяцев в Германии не наблюдалось ощутимых положительных сдвигов, и Германия опять осталась на последнем месте в рейтинговом списке. Общая оценка даже немного ухудшилась. Однако эксперты не исключают, что положение должно некоторым образом улучшиться в ближайшее время. Лидирующие позиции в рейтинге занимают Ирландия, США и Норвегия.
Глава Alcoa Inc., ведущего мирового производителя алюминия, Ален Белда назвал Россию, Бразилию и Ближний Восток теми регионами, в которых Alcoa, возможно, развернет дополнительные плавильные мощности, пишет газета Wall Street Journal. Как заявил А.Белда в телефонном интервью газете, на фоне сильного глобального спроса, особенно со стороны развивающихся стран, таких как Китай и Индия, Alcoa будет искать возможности построить производственные мощности в тех регионах, где есть достаточные энергоресурсы по приемлемой цене. По мнению главы Alcoa в ближайшие годы мир столкнется с нехваткой алюминия. «Если взглянуть на цифры, характеризующие спрос на алюминий со стороны Китая и Индии, и даже если уменьшить их наполовину к 2020г., все равно необходимость удвоить мировые мощности по производству глинозема и алюминия не исчезнет», – заявил А.Белда. По его оценке, для обеспечения глобального спроса необходимы дополнительные мощности, способные ежегодно производить 2 млн.т. алюминия. Alcoa строит алюминиевый завод в Исландии, одновременно рассматривая возможности строительства там же второго завода. Также компания работает над планами развертывания алюминиевого производства в Тринидаде.
Cтраны Южной Азии предпринимают активные действия по проведению экономических реформ особенно для малых и средних предприятий, но бюрократическая система и несовершенные юридические правила ложатся тяжелым бременем на большинство стран региона, говорится в докладе отделения Всемирного банка.В ежегодном исследовании Doing Business in 2006, который охватил 155 стран относительно основных бизнес- правил ведения бизнеса, отмечается, что страны Южной Азии заняли последние места в рейтинге за государствами Восточной Европы и Организации экономического сотрудничества и развития. В докладе рассматривались такие индикаторы бизнеса, как сложности, связанные с открытием бизнеса, торговля, уплата налогов, требования правительства к бизнесу, но не учитывались такие факторы, как макроэкономическая политика, качество инфраструктуры, уровень преступности и настроения инвесторов.
Индия в этом рейтинге оказалась на 116 месте, на 25 пунктов ниже, чем Китай (91 место). Однако, Индия имеет все предпосылки для осуществления реформ, облегчая ведение бизнеса и получая доверие инвесторов. Например, Мальдивы заняли 31 место, Пакистан – 55, Бангладеш – 65, Шри Ланка – 75, Бутан – 104 и Афганистан -122.
Пакистан оказался самым крупным реформатором в регионе. В стране намного легче, чем в других странах открыть бизнес, при низкой стоимости регистрации недвижимости и простых государственных законах. Для сравнения в Индии нужно пройти 11 процедур, которые займут 71 день, при средних расходах в 61,7% от доходов на капитал. В Пакистане, чтобы открыть бизнес необходимо пройти 11 ступеней, на что уйдет 24 дня, при расходах в 18,6% доходов от капитала.
Однако в последние годы произошли заметные изменения в странах Южной Азии:
• Афганистан сократил количество правил, необходимых для открытия бизнеса с 28 до 1, и, соответственно, процедура регистрации сократилась с 90 дней до 7. Улучшилась инфраструктура транспорта и сократились налоги для корпораций с 25% до 20%;
• Индия сократила количество необходимых процедур с привлечением судебных инстанций. Открылись новые агентства по предоставлению кредитов, пошлины для регистрации недвижимости сократились с 10% до 5%;
• В Непале крупное государственное агентство по предоставлению кредитов превратилось в компанию, где 90% собственности принадлежит частным финансовым институтам;
• В Шри- Ланке при предоставлении кредитов стали использоваться новые источники информации, что сократило риск кредиторов.
В южно-азиатских странах рейтинг, однако, обнажил другие сложности – административные барьеры при импорте и экспорте товаров, высокая стоимость при регистрации недвижимости. В Индии, например, предприниматели должны предоставить 15 документов и получить 27 подписей для импорта товаров. В Бангладеше регистрация недвижимости займет 363 дня, при расходах в 11% от стоимости недвижимости.
Впервые в исследование Doing Business был включен Афганистан. Многие реформы в стране находятся еще в стадии реализации, но на сегодня в стране надо затратить 97 дней и получить 57 подписей для ввоза товаров в Кабул, а регистрация недвижимости займет 252 дней при расходах в 10% от стоимости недвижимости. Другой, не менее важной проблемой стран этого региона является сокращение объема теневой экономики, поскольку это приводит к многомиллиардным налоговым потерям правительств, отмечают авторы доклада.
В исследовании отмечается, что проведение реформ в первую очередь создаст дополнительные рабочие места. «Рабочие места являются приоритетной проблемой в каждой стране, но особенно они актуальны в бедных странах. Улучшение юридических законов и помощь предпринимателям, все это является основой для создания и роста дополнительных рабочих мест. Женщины, которые составляют 3/4 рабочей силы в некоторых развивающихся странах, получат больше преимуществ, не говоря уже о молодых людях, находящихся в поисках своего первого заработка».
В целом, самой активной в осуществлении реформ стала Европа. Лучшие показатели продемонстрировали 12 стран: Сербия, Грузия, Вьетнам, Словакия, Германия, Египет, Финляндия, Румыния, Латвия, Пакистан, Руанда и Нидерланды.
Аналитики при исследовании основывались на таких важных бизнес-индикаторах, как открытие бизнеса, найм и увольнение рабочих, заключение контрактов, регистрация недвижимости, получение кредитов, защита инвесторов, закрытие бизнеса. В этом году в исследовании было добавлены три новых индикатора: бизнес- лицензия, торговля между приграничными странами и уплата налогов.
В исследовании говорится, что бедные страны берут самые высокие налоги в мире, что приводит к снижению активности в бизнесе, созданию теневой экономики и снижению доходов. Аналитики также подчеркивают, что административные расходы, таможенная бюрократия и другая волокита затрудняют экспорт и импорт товаров. Кроме того, менее чем четверть всех задержек вызваны проблемой неразвитости инфраструктуры. Авторы доклада отмечают также, что в развивающихся странах административная волокита в торговле приводит к большим расходам, чем тарифы и налоги.
При составлении Doing Business было задействовано 3500 экспертов, бизнес-консультантов, юристов, бухгалтеров, правительственных чиновников и ведущих ученых по всему миру, которые обеспечивали методологическую помощь обзору. Подобные ежегодные исследования дают политическим деятелям возможность изменять и сверять свои данные с показателями других стран, делать соответствующие выводы. Исследование Doing Business поддержало реформы в более чем 20 странах. «Начиная с 2005г., девять правительств заявили о своем желании быть включенными в этот аналитический доклад», – говорит К. МакЛиш, один из авторов исследования.
Самые лучшие показатели в отношении ведения бизнеса продемонстрировали следующие 30 стран: Новая Зеландия, Сингапур, США, Канада, Норвегия, Австралия, Гонконг, Дания, Великобритания, Япония, Ирландия, Исландия, Финляндия, Швеция, Литва, Эстония, Швейцария, Бельгия, Германия, Таиланд, Малайзия, Пуэрто -Рико, Мавритания, Нидерланды, Чили, Латвия, Республики Корея, Южная Африка, Израиль и Испания.
Но есть и ряд замечаний. Все эти страны регулируют бизнес, но при этом все же создают некоторые барьеры для ведения бизнеса. Скандинавские страны, которые включены в список 30 лучших, например, чересчур много уделяют внимания регулированию. Вместо этого, они могли бы дать большую свободу предпринимательству, что только повысило бы его эффективность и сосредоточило внимание на более существенных вопросах, как защита прав собственности и обеспечение социальных услуг.
В докладе говорится, что в целом азиатские страны имеют меньшее количество препятствий по сравнению со странами ОЭСР. Но реформы в них происходят гораздо медленнее по сравнению со странами Восточной Европы, Латинской Америки и OЭСР. Самой заметной реформой в странах Южной Азии стала защита инвесторов. Например, Республика Корея сумела по ряду показателей приблизиться по рейтингу к Чили, Латвии, Южной Африке и Израилю. В целом по ряду индикаторов она заняла достаточно высокое место: по легкости закрытия бизнеса – 13 и по открытию бизнеса – 97, 16 по торговле с приграничными странами, и 19 место по заключению контрактов. Asia Times.
Перспективы развития двусторонних торгово-экономических отношений обсудит в Москве глава МИД Исландии Гейр Хорде, прибывающий в четверг во II пол. дня с рабочим визитом в российскую столицу. На пятницу намечены его переговоры с министром иностранных дел РФ Сергеем Лавровым. «Программой пребывания предусматриваются переговоры в МИД России. Рассматриваем визит Гейра Хорде в качестве важного этапа подготовки к намеченной на 7-8 июня встрече глав правительств государств Балтийского моря в Рейкьявике», – сказал в интервью РИА Новости официальный представитель МИД РФ Михаил Камынин.По словам Камынина, главы МИД РФ и Исландии также обсудят «перспективы расширения имеющейся договорно-правовой базы двусторонних отношений, возможности заставить заработать уже подписанные соглашения». «Одна из центральных тем предстоящих переговоров торгово- экономическое досье российско-исландских отношений. Перспективными областями сотрудничества являются энергетика, рыбное хозяйство, транспорт, инвестиции, инновации и новые технологии», – сказал официальный представитель МИД РФ.
![Главное](/images/star.png)
"Проблема-2007": что дальше?
© "Россия в глобальной политике". № 1, Январь - Февраль 2006
Н.К. Арбатова – д. полит. н., директор научных программ комитета «Россия в объединенной Европе». Статья написана на основе концепции о модернизации СПС, подготовленной коллективом под руководством автора в составе д. э. н. Ю.А. Борко (Ассоциация европейских исследований), д. ю. н. С.Ю. Кашкина, к. ю. н. П.А. Калиниченко (Международный центр партнерства и развития Россия – ЕС), д. ю. н. М.Л. Энтина (Фонд европейского права).
Резюме Окончание срока действия Соглашения о партнерстве и сотрудничестве (СПС) между Россией и Европейским союзом следует использовать для того, чтобы вывести отношения на качественно новый уровень. Целью модернизированного СПС может и должна стать ассоциация России и ЕС.
30 ноября 2007 года истекает срок действия Соглашения о партнерстве и сотрудничестве (СПС) – документа, лежащего в основе взаимоотношений России и Европейского союза. СПС, подписанное Российской Федерацией и Европейскими сообществами на греческом острове Корфу, а также их государствами-членами 24 июня 1994-го, вступило в силу 1 декабря 1997 года. Заключенное на 10 лет, Соглашение предполагало последующую автоматическую ежегодную пролонгацию в случае, если ни одна из сторон не будет заявлять о его денонсации.
СПС сыграло важнейшую роль в установлении, расширении и развитии качественно новых отношений между Россией и ЕС. Об эффективности документа красноречиво говорит достигнутый на сегодняшний день объем реального сотрудничества во всех сферах деятельности. Однако в последнее время становится все более очевидным, что по сравнению с началом 1990-х, периодом подготовки СПС, ситуация изменилась коренным образом. Преобразились и Россия, и Евросоюз, и характер взаимоотношений между ними, да и весь мир. Отношения партнерства и сотрудничества стали повседневной практикой, а политическое взаимодействие давно перешагнуло рамки Соглашения. Совместная инициатива по созданию в будущем четырех общих пространств, одобренная на саммите Россия – Евросоюз в мае 2005 года, выводит отношения на качественно новый – стратегический – уровень взаимодействия.
Тесное «продвинутое партнерство» (cohesion/advanced partnership) требует адекватного оформления не в виде политических договоренностей, каковыми при всей их авторитетности являются совместные заявления саммитов Россия – ЕС, а в полноценном, юридически обязательном договоре. Возможность разработки подобного документа впервые обсуждалась на высшем уровне в апреле 2005-го президентом России Владимиром Путиным и председателем Европейской комиссии Жозе Мануэлом Дурао Баррозу. К обновлению правовой базы российский президент призывал и на саммите Россия – ЕС в Лондоне (октябрь 2005).
КОНСЕРВАТОРЫ И ПРОГРЕССИСТЫ
Различные политические силы и в Евросоюзе, и в России по-разному видят решение «проблемы-2007».
Европейские консерваторы не считают нужным что-либо менять в СПС. Их традиционная позиция – держать Россию на расстоянии вытянутой руки и не обременять европейскую внутреннюю повестку дня дополнительными проблемами. Число сторонников подобного подхода выросло после вступления в Европейский союз новых стран-членов, прежде всего государств Балтии и нескольких стран Центральной и Восточной Европы, обремененных «комплексом жертвы» по отношению к СССР и ставящих Советский Союз и Российскую Федерацию на одну доску.
В нашей стране оживились приверженцы ориентации на Азию (в первую очередь на Китай) и откровенные националисты, прикрывающие комплекс неполноценности в связи с утратой Россией статуса сверхдержавы идеями о том, что она, дескать, самодостаточна и должна оставаться самостоятельным «центром силы» в международных отношениях.
Разумеется, наша страна заинтересована в развитии добрососедских отношений, торговли и взаимовыгодного сотрудничества со всеми соседями. Не очень, правда, понятно, как углубление связей с ЕС помешает ей торговать, скажем, с азиатскими партнерами. Речь, однако, не только о торговле и сотрудничестве, а о выборе модели будущего политического и социально-экономического развития страны.
Как показал российский опыт, китайская модель – авторитаризм плюс НЭП – не дает желаемого результата на нашей национальной почве. Кроме того, несбалансированное сближение с КНР чревато тем, что в результате демографической экспансии Россия может фактически потерять Дальний Восток и Сибирь, а также превратиться в сырьевой придаток Китая и в свалку для отходов его растущей экономики. Что же касается идеи «народа-богоносца», то всерьез об этом невозможно говорить в ситуации, когда 70 % населения России живет беднее, чем 10 % наименее обеспеченных граждан США. А самоутешительное утверждение «мы бедные, зато самые духовные» не выдерживает критики в условиях чудовищной чиновничьей коррупции и организованной преступности, разъедающих все российское общество.
Вместе с тем и в Москве, и в западноевропейских столицах есть силы, убежденные в том, что откладывать поиски решения «проблемы-2007» нельзя.
В России существуют две группы, стремящиеся к повышению уровня отношений. Это прежде всего демократические круги политической элиты и экспертное сообщество, которые считают, что европейская модель, предполагающая страновые различия, но базирующаяся на общих фундаментальных принципах, лучше всего отвечает потребностям России, все еще находящейся в процессе системной трансформации. Вторая группа – часть высшего российского руководства. По их мнению, повышение планки в отношениях с ЕС символизирует важность роли России в современном мире, ее принадлежность к ядру государств, ответственных за международную безопасность и стабильность.
Что касается Европейского союза, то после провальных референдумов по Конституционному договору для Европы во Франции и в Нидерландах многим европейским политикам стало очевидно: прежняя стратегия Брюсселя, направленная на одновременное расширение и углубление процесса европейской интеграции, потерпела поражение. Выработка новой стратегии невозможна без стабильности по периметру границ Евросоюза, и прежде всего на его восточных рубежах. Повышение уровня отношений России и ЕС, сближение партнеров на основе не только общих интересов, но и ценностей устранят или значительно снизят возможность столкновения интересов на территории таких стран СНГ, как Украина, Грузия, Молдавия и Белоруссия. Иными словами, от решения «проблемы-2007» будут зависеть стабильность и развитие «расширенной» Европы, а также степень эффективности многостороннего сотрудничества по отражению новых угроз международной безопасности.
ПАРТНЕРСТВО ИЛИ АССОЦИАЦИЯ?
Возможны три варианта договорного оформления отношений между ЕС и Россией после 2007 года.
Первый. Продление действия СПС (в соответствии с его статьей 106) до тех пор, пока стороны не сочтут целесообразным заменить его новым документом.
Второй. Внесение изменений и дополнений в существующий текст (с учетом современного уровня «продвинутого партнерства» и реальных перспектив развития отношений на 10–15 лет) вплоть до включения в него положения о создании ассоциации.
Третий. Подготовка и подписание нового соглашения, которое, будучи ратифицировано Россией, Европейским союзом и его государствами-членами, полностью заменит СПС.
Третий вариант нереалистичен, поскольку требует ратификации принципиально нового документа. Это практически невозможно в условиях, когда и без того весомый груз взаимных претензий, проблем и недоверия еще более утяжелился после расширения Евросоюза за счет стран Центральной и Восточной Европы.
Кроме того, отказ от пролонгации СПС, во-первых, чреват возникновением вреЂменного правового вакуума, который неизбежно затронет интересы и отдельных российских граждан, и РФ в целом. Во-вторых, может серьезно пострадать цепочка торговых соглашений, связанных с СПС (соглашения по текстилю и стали). В-третьих, будет подорвана только что сложившаяся практика применения Соглашения.
Имеется в виду право российских граждан, работающих в странах – членах ЕС, напрямую ссылаться на статью 23 СПС в национальных судах государств-членов в целях защиты своих трудовых прав от дискриминации по признаку гражданства. (Прецедентом в данном случае явилось решение Европейского суда по делу российского футболиста Игоря Симутенкова. 12 апреля 2005-го суд постановил, что футболисты, участвующие в национальных чемпионатах стран, входящих в Европейский союз, не должны считаться легионерами, и указал на недопустимость нарушения спортивными организациями Европы положений специального двустороннего Соглашения о партнерстве и сотрудничестве между Россией и Евросоюзом, согласно которому российские работники в странах – членах ЕС имеют равное право на труд с местными гражданами. – Ред.) Европейский суд предписал всем национальным судам стран-членов применять СПС как имеющее преимущественную силу в том случае, если их национальные законы не обеспечивают россиянам таких же условий труда, как и соотечественникам. В случае утраты подобных правил или их повторного согласования граждане России и Европейского союза, деловые круги обеих сторон рискуют многое потерять.
Конечно, аналогичные положения можно предусмотреть и в новом соглашении, которое заменит СПС, но тогда Европейскому суду придется снова подтвердить их прямое действие. А до тех пор российские граждане будут пребывать бесправными.
Таким образом, остается два реальных варианта: автоматическое продление СПС и его модификация. Если, согласно первому сценарию, Соглашение сохранится в неизменном виде, а реальные отношения будут во все большей степени строиться на параллельно существующих новых актах, то через какое-то время положения СПС просто фактически утратят силу, продолжая, тем не менее, отягощать двусторонние отношения, вызывать разногласия и раздражение, тянуть в прошлое.
Сохранение в 2007 году действующего СПС, по сути, станет признанием неготовности партнеров к более тесному сближению. Этот факт, конечно, можно будет «подсластить» принятием ни к чему не обязывающей политической декларации о «стратегическом партнерстве» и ряда секторальных соглашений, которые и так время от времени заключаются для решения тех или иных конкретных задач. Именно к такому «малозатратному» варианту, который не потребует новой ратификации Соглашения, склоняются большинство заинтересованных лиц и в России, и в ЕС.
Однако с учетом курса на развитие стратегического «продвинутого партнерства» и исходя из того, что бОльшая часть СПС нуждается в коренной переработке, наиболее целесообразным и перспективным представляется второй вариант. Модернизировать Соглашение возможно посредством внесения поправок, коренным образом меняющих его содержание и даже название, но сохраняющих правовую преемственность. Целью модернизированного СПС может и должна стать ассоциация России и Европейского союза.
Известны три типа соглашений об ассоциации: Европейские соглашения (для стран Центральной и Восточной Европы), Соглашение об ассоциации и стабилизации (для Западных Балкан), Европейско-Средиземноморское соглашение (для государств Южного Средиземноморья). С юридической точки зрения ассоциацией – самой зрелой ее формой – являются и отношения между ЕС и Европейской ассоциацией свободной торговли (ЕАСТ), в которую входят Исландия, Лихтенштейн, Норвегия и Швейцария. Любопытно, что сторонники «российской самодостаточности», предостерегающие от излишней зависимости России от Евросоюза, зачастую предлагают швейцарскую или норвежскую модель отношений как возможный пример для подражания. Они, видимо, не отдают себе отчета в том, что тем самым призывают к наиболее высокому и обязывающему уровню ассоциационного объединения.
Бытует ошибочное мнение, будто ассоциация, в отличие от СПС, предусматривает в качестве конечной цели обязательное членство в ЕС, что сегодня не актуально ни для Брюсселя, ни для Москвы. Действительно, и в преамбулах, и в первых статьях Европейских соглашений упоминается о перспективе членства в Европейском союзе. А вот в первых статьях соглашений об ассоциации и стабилизации с Македонией и Хорватией ничего не сказано об их возможном вступлении в Евросоюз, хотя в преамбулах они всё же названы потенциальными кандидатами. Что касается соглашений об ассоциации со средиземноморскими странами, то перспектива их членства не рассматривается вообще.
На самом деле главным отличием СПС от соглашений об ассоциации является отсутствие в нем положений о либерализации движения товаров, лиц, услуг и капиталов. Нынешний российско-европейский документ в большинстве случаев предлагает вместо этого режим наиболее благоприятствуемой нации. Положения о практических шагах в нем отсутствуют, хотя в качестве конечной цели партнерства упоминается создание зоны свободной торговли. Ассоциация же изначально зиждется на зоне свободной торговли.
Соглашения об ассоциации, как правило, предусматривают план-график постепенного (в течение 10–12 лет) снижения таможенных пошлин и эквивалентных сборов вплоть до их полного устранения, отмену как количественных ограничений на импорт и экспорт, так и других равнозначных мер, а также запрет дискриминационного налогообложения в зависимости от места происхождения товаров. Отсутствие в СПС подобного рода положений создает значительные трудности для полной реализации его целей. По мнению чиновников из Минэкономразвития РФ, Россия готова приступить к переговорам о создании зоны свободной торговли с ЕС сразу после ее вступления в ВТО. При этом хорошо продуманный поступательный процесс по созданию такой зоны будет не противоречить, а соответствовать экономическим и торговым интересам России.
Мы не знаем, что ждет нас в будущем. У противников возможного членства России в Европейском союзе, составляющих большинство и в России, и в Евросоюзе, есть масса аргументов, сводящихся к слову «никогда». Никогда, мол, Россия с ее колоссальными географическими размерами не вступит в ЕС (хотя фактор численности населения играет более важную роль, чем география). Никогда Россия не поступится даже частью своего суверенитета (но даже СССР шел на подобный шаг, заключая с США широкомасштабные соглашения об ограничении и сокращении стратегических вооружений). Никогда Европейский союз не захочет выйти на границы с Китаем (и это при том, что через членство Турции Евросоюз готов выйти на границы самой нестабильной зоны в сегодняшнем мире – «расширенного» Ближнего Востока)…
Однако стремительная радикализация исламского мира в условиях распространения оружия массового уничтожения и расползания терроризма может привести к новому раскладу сил по линии Север – Юг, к новым союзам и коалициям. Опасность, которую несет в себе радикальный политический ислам, диктует необходимость стратегического союза между всеми членами евро-атлантического сообщества и их потенциальными единомышленниками за пределами региона. Поэтому не столь важно, станет ли Россия формальным членом ЕС, или будет заключен реальный, а не символический стратегический союз, основанный на защите общих ценностей и интересов. Наиболее крепкими и эффективными оказываются именно те союзы, которые объединяют равных во всех смыслах партнеров. Формирование четырех по-настоящему общих пространств между Россией и Европейским союзом в рамках модернизированного СПС может стать стратегической целью.
КАК ИЗМЕНИТЬ СПС?
Обновленное соглашение Россия – Евросоюз следует заключить на неограниченный срок. Одна из первых статей будущего документа должна содержать положение об изменении его названия с «Соглашения о партнерстве и сотрудничестве» на, скажем, «Соглашение о продвинутом партнерстве, учреждающее ассоциацию».
Необходимо существенно переработать преамбулу и четко заявить в ней о том, что Россия – это развитая страна с основами рыночной экономики и политической демократии. В тексте преамбулы следует отразить такие факторы и процессы, как высокий уровень современного партнерства, формирование четырех пространств, вступление России в ВТО, а также упомянуть о новых угрозах, прежде всего о международном терроризме и распространении оружия массового уничтожения, и борьбе с ними.
Раздел I «Общие принципы» можно преобразовать в раздел «Общие принципы и цели», включив в него нынешнюю статью 1 и дополнив рядом положений с учетом накопленного опыта и новых задач «продвинутого партнерства».
Раздел II «Политический диалог» следует преобразовать в раздел о политическом диалоге и сотрудничестве. В него необходимо включить статью, которая, по сути, юридически зафиксирует и закрепит современный уровень политического взаимодействия, а также дополнит его «развитием новых форм сотрудничества в целях решения общих задач и противостояния новым угрозам, в частности проблем обеспечения мира и безопасности, борьбы с международным терроризмом и организованной преступностью, а также поддержкой демократии и прав человека».
Затем должны следовать четыре раздела по вопросам формирования того или иного общего пространства. Как вариант надо внести изменения в раздел VII «Экономическое сотрудничество» и разбить его на четыре главы, по одной на каждое пространство. Надлежит сформулировать положения, отражающие содержание принятых в мае 2005 года «дорожных карт». В разделе об общем экономическом пространстве нужно предусмотреть пункт о составлении плана-графика полной либерализации торговли товарами в течение 10–12 лет.
В документе следует четко определить суть каждого из четырех пространств, например, таким образом.
Общее европейское экономическое пространство предполагает:
– свободное движение товаров, услуг, людей и капиталов;
– наличие единых правил и норм, обеспечивающих реализацию четырех свобод и равенство условий конкуренции;
– гармонизацию законодательства и тесную кооперацию в других областях экономической и социальной политики в той мере, в какой это необходимо для функционирования общего экономического пространства.
Общее пространство свободы, безопасности и правосудия предполагает:
– свободу передвижения, проживания и занятий, в том числе профессиональной деятельности, для граждан России и государств-членов; причем и тем и другим предоставляются такие же права (включая трудовые и социальные), какими пользуются граждане стран, на территории которых те находятся;
– одинаковые гарантии обеспечения личной безопасности граждан России и государств-членов, где бы они ни проживали в пределах данного пространства;
– сближение законодательства и практик осуществления правосудия в России и ЕС, а также тесное и постоянное сотрудничество органов правосудия, в том числе в борьбе с трансграничной организованной преступностью.
Общее пространство внешней безопасности подразумевает:
– регулярный диалог по всем вопросам международных отношений, внешней политики и безопасности (в первую очередь в Европе и прилегающих к ней регионах), осуществляемый в рамках постоянно действующих механизмов;
– совместные позиции и акции в области внешней политики и безопасности, если и когда Россия и Европейский союз сочтут это целесообразным или необходимым;
– теснейшее сотрудничество в деле предупреждения и противодействия международному терроризму;
– сотрудничество в военной области, в том числе с целью проведения совместных миротворческих, спасательных или гуманитарных операций.
Общее пространство научных исследований, образования и культуры подразумевает:
– тесное и систематическое сотрудничество в отраслях фундаментальной и прикладной науки на основе совместных многолетних рамочных программ и финансирования, а также гармонизированного законодательства, гарантирующего, в частности, право интеллектуальной собственности;
– формирование общеевропейского образовательного пространства на основе Болонского процесса, включая сближение систем образования, широкий обмен преподавателями, студентами и аспирантами, взаимное признание дипломов о высшем образовании;
– создание максимально благоприятных условий для развития культурных обменов, взаимного ознакомления с культурой европейских народов, формирования в широких слоях населения сознания общности европейской культуры при всем ее национальном многообразии.
Конкретизировать положения, посвященные четырем пространствам, можно в специальных протоколах, прилагаемых к Соглашению, или в отдельных соглашениях по этим пространствам, или в каких-то иных документах, например в годовых программах первоочередных действий, утверждаемых и контролируемых Постоянным советом сотрудничества. Важно подумать и о таких институциональных изменениях, которые отвечали бы цели создания четырех общих пространств. Сегодня внешнеполитическое взаимодействие России и Евросоюза в основном направлено на решение проблем в двусторонних отношениях, а не на выработку совместных инициатив по актуальным вопросам международной безопасности.
Отдельный протокол или декларацию в виде приложения к обновленному Соглашению можно посвятить комплексу проблем, возникших вокруг Калининграда. Статья 55 («Сотрудничество в области законодательства») изменяется и дополняется положениями о постепенном (в два этапа) сближении российского законодательства с законодательством ЕС на основе специальной индикативной программы, разрабатываемой совместно. Механизм гармонизации целесообразно закрепить в специальном соглашении о применении статьи 55, заключение которого в будущем должно быть предусмотрено Соглашением о партнерстве и сотрудничестве.
Существенная модернизация СПС потребует ратификации измененного Соглашения. Однако, поскольку его основу будут составлять совместно принятые инициативы, вероятность ратификации высока.
1 мая 2006г. рынки труда для поляков откроет Финляндия, а также, скорее всего Испания и Греция. По заявлению министра труда РП К.Михалкевича, решение об открытии рынков труда 15 странами – старыми членами ЕС будут приняты в течение четырех месяцев. Многие их них ожидают рапорт Европейской комиссии, который подведет итоги ситуации на рынках труда. Во Франции все ограничения по трудоустройству для поляков будут ликвидированы 1 мая 2009г.По мнению бельгийского посла, есть шанс, что с 1 мая поляки не должны будут получать разрешение на работу в Бельгии, в частности в области строительства, металлургической промышленности и научных исследованиях. Голландия с 1 дек. уже ввела абсолютную свободу в трудоустройстве поляков в фирмах, оказывающих различные услуги. Для граждан из новых стран членов ЕС в Норвегии на рынке труда создан благоприятный климат. И хотя она не является членом ЕС, в этой стране действуют экономические предписания сообщества в рамках Европейской экономической зоны. Пока Норвегия затягивает с полным открытием своего рынка труда, на все больше поляков находят там для себя работу. В богатой и имеющей минимальную безработицу Норвегии, поляки с успехом оказывают услуги в области строительства. Все более популярными становятся там польские врачи. Также дело обстоит в Исландии. За последние 2г. в этой стране число работающих там поляков увеличилось в семь раз. Польское правительство не опасается, что открытие очередных рынков труда или облегчения трудоустройства поляков приведут к массовому выезду ценных польских специалистов. «Они уже сейчас могут эмигрировать за границу на основании индивидуальных разрешений и с этим ничего не поделаешь» – констатирует в газете «Жечпосполита» министр труда К.Михалкевич.
Более дешевое, а иногда даже бесплатное, медицинское обслуживание теперь могут получить граждане Кипра, путешествующие по ЕС или странам Европейской экономической зоны (ЕЕА). Такое право им дает Европейская карта страхования здоровья (EHIC). До настоящего времени путешествующим по Европе требовалась специальная форма Е, например, Е111 или Е128. Новая карта заменяет все бумажные формы. Она действительна в течение двух лет. Стоит, однако, отметить, что карточка не дает права на бесплатное лечение тем, кто собирается за границу с целью поправить здоровье. Речь идет только о несчастных случаях. Бесплатное будет лечение или по сниженной цене – зависит от страны ЕС.
В Великобритании лечение будет бесплатным, а во Франции пострадавшему придется оплатить часть его стоимости. Также карточная система страхования дает право на бесплатное лечение во всех государственных больницах и иностранцам, пострадавшим на Кипре в случае аварии. Следует подчеркнуть, что страхование не касается частных госпиталей. В ЕЕА входят все страны ЕС плюс Исландия, Лихтенштейн и Норвегия. В Швейцарии ни киприоты, ни граждане остальных стран-новичков блока не могут использовать свои медицинские карточки. Для получения более подробной информации о приобретении новой европейской карты страхования здоровья звоните по телефону: 22 400 207.
РК 15 дек. 2005г. в Гонконге подписала соглашение о свободной торговле с Европейской ассоциацией свободной торговли (Efta), в состав которой входят Швейцария, Норвегия, Исландия и Лихтенштейн. В соответствии с соглашением, после его ратификации и вступления в силу Корея либерализует свои импортные тарифы на 99,1% в течение 10 последующих лет, а страны-члены Efta – с момента вступления соглашения в силу.
Согласно «Отчету о глобальной конкуренции» Всемирного экономического форума (World Economic Forum, WEF), самой конкурентоспособной страной в мире уже третий год подряд остается экономика Финляндии. Бельгия, как и страны т.н. «старой Европы», теряет позиции. На 2 месте рейтинга – США, на 3 – Швеция, на 4 – Дания, Исландия находится на 7 месте, Норвегия – на 9.По словам ведущего экономиста Форума, директора Программы изучения глобальной конкурентоспособности 2005/2006 Аугусто Лопес-Кларос (Augusto Lopez-Claros), Северная Европа продолжает держать пальму первенства рейтинга 117 стран рядом с США и двумя азиатскими странами – Тайвань (5 место) и Сингапур (6 место). Великобритания и Германия потеряли по 2 позиции в рейтинге и оказались на 13 и 15 местах соответственно. Испания и Бельгия потеряли по 6 пунктов и заняли 29 и 31 места. Франция оказалась на 30 месте.
Руководитель Федерального департамента экономики (министр) Йозеф Дайс (Joseph Deiss) нанес официальный рабочий визит в Хорватию. В Загребе он встретился с хорватским министром экономики Бранко Вукеличем (Branko Vukelic) и был принят премьер-министром страны Иво Санадером (Ivo Sanader)., обсуждались перспективы реализации соглашения о свободной торговле между странами ЕАСТ (Швейцария, Норвегия, Исландия, Лихтенштейн) и Хорватией, которое действует с 2002г. В заключение визита министр Дайс встретился с членами недавно созданной Швейцарскоорватской ассоциацией бизнесменов. Объем двустороннего торгового оборота в 2004г. составил 300 млн. шв. франков. Объем прямых швейцарских инвестиций (накопленных) в Хорватии достигает 250 млн. шв. франков. Со своей стороны Хорватия инвестировала в Швейцарию 180 млн. дол. США. в Швейцарии проживает более 42 тыс. граждан Хорватии, а включая тех, кто имеет двойное гражданство, хорватская диаспора насчитывает до 100 тыс.чел.
Латвия отстает в развитии от Литвы и Эстонии. По индексу благополучия ООН в 2005г. Латвия занимает 48 место в мире, тогда как Эстония и Литва - 38 и 39 соответственно. "Разрыв в десять строк огромен, если учесть, что 15 лет назад все три республики начинали строить новую жизнь практически в одинаковых условиях", - отмечает издание. Для наглядности газета приводит весь список в целом: "Индекс народного развития ООН состоит из трех слагаемых - экономического развития территории, продолжительности жизни населения и уровня здравоохранения и образования. В 2005г. в международный рейтинг вошло всего 175 государств. Первая десятка по сравнению с пред.г. почти не изменилась: Норвегия, Исландия, Австралия, Люксембург, Канада, Швеция, Швейцария, Ирландия, Бельгия и США. В двадцатку лидеров попали также Япония, Голландия, Финляндия, Дания, Великобритания, Франция, Австрия, Италия, Новая Зеландия и Германия. Россию, Белоруссию и Украину специалисты ООН поместили в группу со "средним уровнем развития" - на 62, 67 и 78 места соответственно. К той же категории отнесены и другие участники СНГ - Азербайджан, Узбекистан и т.д. Ну а хуже всего, по данным ООН, сегодня живется в Африке. Последние места в опубликованном Организацией Объединенных Наций рейтинге заняли Нигерия и Сьерра-Леоне". В свою очередь три Балтийские республики, как пишет газета, специалисты ООН включили в группу, которую характеризует "высокий уровень народного развития".
Программа развития ООН (ПРООН) в пятый раз подряд признала Норвегию лучшей в мире страной для проживания. В обнародованном докладе ООН, размещенном на официальном сайте организации, в списке стран с самым высоким уровнем жизни Норвегия занимает лидирующее место. Позиции лидера «страна фьордов» сохраняет уже пятый год. За Норвегией следуют Исландия, Австралия, Люксембург, Канада, Швеция, Швейцария, Ирландия, Бельгия, США. Далее расположились Япония, Нидерланды, Финляндия, Дания, Великобритания, Франция, Австрия, Италия, Новая Зеландия и Германия, завершающая двадцатку стран с самым высоким уровнем жизни. В прошлом году в четверке лидеров кроме Норвегии были Швеция, Австралия и Канада.Хуже всего, согласно докладу ООН, обстоят дела в Африке: последними в списке стоят 20 африканских стран. Замыкает список Нигер на 177 месте. Россия занимает 62 строчку рейтинга. Среди стран Балтии Эстония находится на 38 месте, Литва на 39, Латвия - на 48. Белоруссия занимает 67 позицию, а Украина 78. Грузия и Азербайджан расположились на 100 и 101 позициях. Киргизия и Узбекистан на 109 и 111. Чуть лучше, согласно докладу, обстоят дела в Казахстане (80), Армении (83), Туркменистане (97). Уровень жизни в странах оценивался по трем парам.: средняя продолжительность жизни, уровень образования и доходы на душу населения.
Премьер-министр Пол Мартин выразил решимость вернуться к переговорам по заключению соглашения о свободной торговле со странами Европейской ассоциации свободной торговли (Efta), членами которой являются Исландия, Лихтенштейн, Норвегия и Швейцария. Переговорный процесс был остановлен 5 лет назад, когда Оттава решила исключить из договора судостроение на фоне опасений представителей этого сектора канадской промышленности, что беспошлинный доступ норвежских судов может существенно подорвать конкурентоспособность канадского рынка. Тема возобновления переговоров была ключевой на встрече Пола Мартина со своим коллегой из Исландии Холлдором Асгримссоном в Виннипеге 29 июля.
В Санкт-Петербурге состоялась встреча генеральных прокуроров России, стран Балтии, Финляндии, Исландии, Польши, Швеции, Дании и Норвегии, на которой обсуждались проблемы борьбы с загрязнениями окружающей среды и экологическими преступлениями в регионе Балтийского моря и в Финском заливе.
Как сообщил министр иностранных дел и торговли РК, Корея и Европейская ассоциация свободной торговли (Efta) договорились о заключении соглашения по свободной торговле, что сделает Efta третьим партнером по свободной торговле РК после Чили и Сингапура. Efta включает Швейцарию, Норвегию, Исландию и Лихтенштейн. После вступления в силу соглашения Efta снимет все тарифы на корейские импортные товары, а РК снизит пошлины на 99,1% товаров, произведенных в этом экономическом блоке, в течение следующих 7 лет. Соглашение вступит в силу во II пол. 2006г. после ратификации Национальным Собранием и президентом Но My Хеном. Объем торговли между РК и Efta в 2004г. составил 2,7 млрд.долл.
В составленном швейцарским институтом IMD очередном рейтинге конкурентоспособности Эстония занимает 26-е место, что на два места выше, чем в пред.г. Возглавляют список по-прежнему США, но с шестого на второе место поднялся Гонконг, обойдя Сингапур. На четвертом месте Исландия и на пятое опустилась Канада. Финляндия занимает шестое место, Дания – седьмое. Швеция только четырнадцатая. Места распределялись с учетом 314 индикаторов в четырех основных областях: экономическое развитие, экономическая политика, конкурентная ситуация и инфраструктура. К преимуществам Финляндии отнесены общественные институты, компетентность руководителей фирм и система образования. К минусам – большой общественный сектор, низкий уровень прямых инвестиций, большие трудовые затраты и жесткость рынка труда. Например, почасовая зарплата вместе с дополнительными затратами составляет в Финляндии 360 крон, в Эстонии – 38,4 кроны и в Китае – 9 крон. Институт подчеркивает в своем отчете, что низкие налоги не всегда обеспечивают высокую конкурентоспособность. Например, Финляндия и скандинавские страны, где налоговое бремя превышает 40% от ВВП, сумели, несмотря на это, обеспечить высокую конкурентоспособность и экономический рост, в то время как Япония и Швейцария, где налоговое бремя примерно 30% от ВВП, многие годы отличаются низким ростом. На конкурентоспособность больше влияет налоговое бремя предприятий, а размер подоходного налога частного лица и социального налога имеют второстепенное значение. Подлинным же мотором конкурентоспособности служат наука, технология, предприимчивость, финансы, логистика и образование.
Российский бизнесмен Владислав Мартынов (36 лет) назначен гендиректором Columbus IT Partner в Дании, являющейся дочерней фирмой компании «Майкрософт». В 1997-2001гг. В. Мартынов возглавлял бизнес Columbus IT Partner в России. Его деловые качества были замечены, и он был приглашен лично Биллом Гейтсом на работу в штаб-квартиру концерна в США, где возглавил отдел стратегического планирования. В 2003г. он был признан лучшим руководителем «Майкрософт» и получил Eagle Award for Outstanding Leadership. Согласно последнему докладу Всемирного экономического форума, по уровню развития и использования IT-технологий Дания находится на 4 месте в мире после Сингапура, Исландии и Финляндии.
![Главное](/images/star.png)
Европейский союз: модель для сборки
© "Россия в глобальной политике". № 6, Ноябрь - Декабрь 2004
О.В. Буторина – д. э. н., заведующая кафедрой европейской интеграции МГИМО (У) МИД РФ, член научно-консультативного совета журнала «Россия в глобальной политике».
Резюме Хотя европейская интеграция достигла продвинутой стадии, ключевые вопросы – о европейской идентичности
и характере демократии в Евросоюзе – не решены даже частично.
Степень полезности Европейского союза для участвующих в нем 25, а в будущем и 30 стран напрямую зависит от того, как он будет устроен. Речь идет не только о его руководящих органах и их компетенции, но прежде всего и об архитектуре интеграции в целом и ее внутренней логике. С момента основания и до середины 1980-х ЕС эволюционировал линейно и вполне предсказуемо. В основном интеграционный процесс развивался в экономической сфере – вокруг общей таможенной (на базе таможенного союза) и сельскохозяйственной политики. До 1992 года объединение именовалось Европейским экономическим сообществом (ЕЭС), что практически ставило знак равенства между экономической интеграцией и интеграцией вообще, понимаемой как процесс сращивания национальных хозяйств.
Помимо этого отраслевого аспекта у ЕЭС имелся еще один – институциональный. Он тоже с годами укреплялся, о чем, правда, было мало известно за пределами брюссельских коридоров. В 1967-м руководящие органы ЕЭС, Европейского сообщества по атомной энергии (Евратом) и Европейского объединения угля и стали (ЕОУС) были слиты в единые Комиссию и Совет (министров). К этому времени Суд ЕЭС утвердил примат права Сообществ над национальным. С 1974 года начал работать Европейский совет, в 1975-м была учреждена Палата аудиторов, а в 1979 году прошли первые выборы в Европейский парламент.
Со второй половины 1980-х поле интеграционной деятельности стало заметно расширяться. Во-первых, Сообщество включилось в работу над несколькими новыми неэкономическими проектами. Была сформулирована Общая внешняя политика и политика безопасности, значительно окрепла политика в научно-технической области, сформировалась культурная, образовательная и экологическая политика, появилось Шенгенское пространство. Если, согласно Договору об учреждении ЕЭС, главной целью интеграции являлось развитие экономики (вкупе со сбалансированным экономическим ростом и повышением уровня жизни), то в недавно одобренной Конституции ЕС поставлены такие задачи, как укрепление мира, создание пространства свободы, безопасности и правопорядка, технологический прогресс, сохранение и развитие европейского культурного наследия, утверждение интересов Евросоюза в мире и распространение его ценностей (права человека, демократия, верховенство закона).
Во-вторых, выработана стратегия деятельности не только в условиях общего рынка, но и валютного союза, то есть принят план перехода от негативной интеграции к позитивной. Напомним, что еще с 50–60-х годов прошлого века в европейском строительстве различаются два процесса. Негативной интеграцией называют все мероприятия, цель которых – дать бизнесу свободно работать невзирая на государственные границы. Идеологи такого подхода (например, Вильгельм Репке, Андреас Предоль, Жак Денио, Морис Аллэ) полагали, что достаточно снять торговые и валютные ограничения – и здоровые рыночные силы сами создадут единое экономическое пространство, подобное национальному. Им противостояли защитники позитивной интеграции (Бела Балаша, Джон Пиндер, Ян Тинберген и др.), считавшие, что устранение барьеров – это лишь полумера. Смысл настоящей интеграции они видели в создании нового качества экономической среды, которая позволила бы тесно переплетенным национальным хозяйствам функционировать в оптимальном режиме.
В-третьих, все сильнее давала о себе знать малозаметная поначалу проблема единства группы, сохранения общего для всех участников темпа интеграции. Причиной этого явились как присоединение новых стран (особенно уступающих по уровню развития Греции, Испании, Португалии), так и усложнение самого процесса интеграции, то есть углубление прежних и появление ее новых направлений. В настоящее время данная проблема разрастается уже до невиданных масштабов. Ясно, что возможный прием Турции ставит точку в разговорах о том, способен ли Европейский союз двигаться по пути интеграции единым отрядом. Перемены, произошедшие в конце XX века, сделали также необходимой капитальную реформу институтов ЕС, которые в силу своей конструкции – простой и незначительно изменившейся с 1967-го – перестали справляться с возросшей нагрузкой.
И наконец, на первый план неожиданно вышли отношения между Евросоюзом и населением отдельных стран Европы, всегда являвшиеся побочной сюжетной линией интеграционной саги. «Второстепенные герои» заявили о своем праве влиять на развитие сценария. В 1992 году, при ратификации Маастрихтского договора, брюссельские чиновники впервые столкнулись с тем, что граждане, по сути исключенные из процесса управления Сообществом, могут в одночасье заблокировать самые благотворные решения. Расширение сферы компетенций Европейского союза и повышение его статуса в мире требовали новой концепции взаимоотношений между мегагосударством и его жителями. В 1990-е появился институт европейского гражданства, была принята Хартия основополагающих прав граждан, расширены функции Европарламента. Однако главные вопросы – о европейской идентичности и характере демократии в ЕС – сегодня не решены даже частично. Не произойдет это и в ближайшие годы, так как пока Евросоюз едва приступает к их решению.
Центральная интрига европейского строительства в предстоящие 10–20 лет будет разворачиваться вокруг следующих проблем: формирование отраслевой структуры интеграции; выбор ее скоростного режима, как общего, так и для разных категорий участников; определение путей федерализации и демократизации расширяющегося Европейского союза.
КОТТЕДЖИ ВОКРУГ МНОГОЭТАЖКИ
Как уже говорилось, первые три десятилетия европейская интеграция была в основном экономической. Сообщество развивалось, проходя известные стадии (схема Балаши): зону свободной торговли, таможенный союз, общий рынок, экономический и валютный союзы. Такая последовательность обусловила два других важнейших качества интеграции. Первое: на всех, за исключением последнего, этапах она была в основном негативной и, только добравшись до вершины – Экономического и валютного союза (ЭВС), сделала крутой поворот в сторону позитивной. Второе: интеграция по большей части осуществлялась на централизованном, или коммунитарном, уровне (решения принимались органами ЕС и были обязательны для всех стран-членов), а не в формате межгосударственного сотрудничества, при котором заглавная роль принадлежит национальным правительствам. Отмеченные качества были определяющими, но не абсолютными, поскольку они в разной степени сочетались со своими противоположностями. Например, задолго до создания ЭВС возникли такие формы позитивной экономической интеграции, как «валютная змея» (система согласованных валютных курсов между европейскими государствами; введена в 1972 г. – Ред.) и Европейская валютная система (1979). С середины 1970-х страны-члены начали координировать свою экономическую политику. Единый внутренний рынок также содержал элементы позитивной интеграции. Вместе с тем Европейский совет, который начал регулярно собираться с декабря 1974 года, олицетворял собой межгосударственный, а не федеративный подход.
Исправно работавшая модель исчерпала себя к середине 80-х – началу 90-х годов минувшего столетия: Евросоюз подошел к высшей институциональной стадии экономической интеграции, свое дело сделала Всемирная торговая организация. Если в 1950-е годы средний уровень таможенного обложения импортных товаров в ведущих странах Западной Европы составлял 17–25 %, то сегодня он равен 3,5 %. Либерализация движения товаров, услуг и капиталов в масштабах всего мира резко снизила протекционистский эффект от действий ЕС. Через 10–20 лет разница между условиями торговли внутри ЕС и за его пределами может быть почти размыта. Не исключено, что Европейский союз встанет перед необходимостью снести значительную часть той крепостной стены, которая отделяет его от внешнего мира. Тогда европейским фермерам, например, придется вступить в открытую конкурентную борьбу с производителями из других регионов мира, где рабочая сила дешевле, а земельные и водные ресурсы обильнее. Это означает, что европейская интеграция либо «упрется головой в потолок», либо будет искать сферу приложения вне экономики, что уже происходит.
В практике ЕС все неэкономические направления деятельности, кроме Шенгенского соглашения, представляют собой позитивную интеграцию. Причем в этом случае для начала позитивной стадии не требуется длительного устранения барьеров, поскольку культурное, научно-техническое или политическое сотрудничество никогда не было объектом протекционизма. В региональной, социальной, транспортной, энергетической и рыболовной политике ЕС, то есть в сферах, относящихся к экономике, но не входящих в компетенцию таможенного союза, наблюдается сочетание негативной и позитивной интеграции. Отсюда следует вывод, что завершение в ЕС периода борьбы с государственным протекционизмом (после того как начал действовать единый внутренний рынок) и формирование ЭВС создают почву для перехода интеграции во внеэкономические сферы. А это, в свою очередь, сопровождается и будет в дальнейшем сопровождаться усилением созидательной функции Евросоюза.
Однако новые области, осваиваемые интеграцией, имеют меньшую наднациональную составляющую, чем ее прежние основные направления (таможенный союз, единый внутренний рынок и валютный союз). В подавляющем большинстве этих областей решения вырабатываются на принципах межгосударственного сотрудничества, а не федерализма, то есть в первую очередь отвечают интересам стран-членов, а не Союза в целом.
Эту тенденцию легко проследить в тексте Конституции ЕС, где выделяются три типа компетенций Союза. В сферах, где ЕС обладает исключительными правами, все решения принимаются только его органами, а национальные правительства их просто выполняют. Смешанная компетенция подразумевает, что Евросоюз и государства-члены делят между собой зоны ответственности, при этом доля ЕС может быть как значительной, так и совсем скромной. При дополняющих функциях ЕС всю нагрузку несут страны-члены, а Союз лишь оказывает им поддержку. Все действующие ныне направления интеграции (кроме денежно-кредитной политики зоны евро, правил единого внутреннего рынка, таможенного союза и отдельных частей рыболовной политики) попадают в сферы смешанной компетенции или дополняющих действий ЕС.
Таким образом, в ближайшее время, несмотря на принятие Конституции и расширение числа вопросов, по которым решения принимаются большинством голосов (а не единогласно), фактическая степень федерализации Союза может остаться на прежнем уровне и даже снизиться. Это связано также с окончанием периода негативной интеграции, поскольку борьба с таможенными и другими барьерами требовала, чтобы наднациональные органы устанавливали единые для всех правила и добивались их безусловного выполнения. Теперь это становится не так важно.
Образно говоря, на рубеже столетий Европейский союз завершает возведение многоэтажного общежития (таможенный союз – общий рынок – ЭВС) и переходит к строительству поселка из частных коттеджей по индивидуальным проектам (транспортная, экологическая, оборонная политика и т. п.).
С одной стороны, это делает интеграционные проекты более доступными для стран-новичков. Ведь им не приходится догонять ушедших далеко вперед ветеранов, так как они присоединяются к программе, у которой не было предшествующих стадий. С другой стороны, при межгосударственной форме сотрудничества выработка единой политики сильно затруднена. Вместе с тем решение стоящих сейчас перед Евросоюзом стратегических задач, таких, как усиление его роли в международных делах, рост конкурентоспособности, противодействие национализму, невозможно без совершенствования его внешнеполитических функций, повышения научно-технического потенциала, улучшения качества образования, развития культуры и укрепления европейской идентичности. А здесь у ЕС нет ни достаточных полномочий, ни сколько-нибудь значимых финансовых ресурсов. Например, расходы из бюджета ЕС на проекты, проводимые в рамках его научно-технических программ, составляют только 4 % от затрат на науку и технику всех государств-членов. В целом бюджет ЕС очень мало отвечает приоритетным задачам Союза в XXI веке. В 2004-м из всех расходов в размере 115 млрд евро 43 % пошло на сельскохозяйственную и 36 % на региональную политику. Все остальные направления внутренней политики ЕС получили только 9 млрд евро.
ИНТЕГРАЦИЯ С МЕНЯЮЩЕЙСЯ ГЕОМЕТРИЕЙ
До 90-х годов прошлого века все страны-члены ЕС продвигались вперед в едином темпе; для новичков предусматривались адаптационные периоды, по истечении которых на них полностью распространялись все правила и нормы Сообщества. Маастрихтский договор впервые допустил возможность интеграции на разных скоростях, разрешив Великобритании и Дании не вступать в валютный союз. Сейчас за пределами ЭВС находятся 13 из 25 стран Евросоюза. Разделительные линии возникают и по другим направлениям. Великобритания и Ирландия не присоединились к Шенгенской зоне, зато ее участниками стали Норвегия и Исландия, не входящие в ЕС. С 2004 года, наряду с тройкой относительно бедных южан – Испанией, Грецией и Португалией, в Евросоюзе возникла еще менее обеспеченная восточная окраина, которая впредь будет только разрастаться. В десяти новых странах ЕС средний ВВП на душу населения (рассчитанный по паритету покупательной способности) составляет около 50 % от среднего для ЕС-15, а в ожидающих вступления Болгарии, Румынии и Турции – 25%.
В таких условиях превратить экономическое пространство ЕС в подлинно единый внутренний рынок вряд ли возможно даже при полном отсутствии барьеров на пути свободного движения товаров, услуг, лиц и капиталов. В отличие от ситуации в послевоенной Западной Европе, теперь главным препятствием окажутся не таможенные правила и несогласованность экономической политики соседних стран, а различия в структуре и организации национальных хозяйственных комплексов, товарных и финансовых рынков. Таким образом, расширение ЕС на Восток не оставляет Союзу иного выбора, кроме интеграции на разных скоростях. Возрастающая неоднородность объединения теперь рассматривается ее лидерами уже не как исключение, а как данность.
Главный вопрос заключается в том, как этот фактор повлияет на организацию ЕС: приведет ли он к формированию устойчивых подгрупп или породит совершенно новую, нигде в мире не опробованную модель интеграции, состоящую из нескольких слоев с меняющимися контурами? Думается, что второй вариант более реалистичен и одновременно менее опасен для ЕС. Жесткое территориальное разделение было бы возможно, если бы интеграция развивалась преимущественно в одном направлении. Тогда центр, середина и периферия имели бы четкие географические границы, что создавало бы постоянную угрозу распада Союза. Теперь, когда «интеграционных дисциплин» насчитывается больше десяти, «рейтинги успеваемости» по каждой из них совпадать не будут и, следовательно, страна, не участвующая в одном или нескольких проектах, потенциально сможет компенсировать это высокой активностью в других.
Тем не менее у относительно бедных государств возможностей для участия в интеграционных программах (и получения соответствующих выгод) всегда меньше, чем у богатых. Все упирается в недостаток квалифицированных кадров, узость научно-технической базы, неразвитость инфраструктуры и, конечно же, нехватку средств. Подавляющее большинство проектов ЕС осуществляется на принципах совместного финансирования, так что субсидии и кредиты ЕС могут составлять не больше половины сметной стоимости, остальное же должны вкладывать государства-реципиенты и их бизнес.
Небольшие и относительно слабые страны – особенно те из них, которые на протяжении последних 50–100 лет являлись объектами действий великих держав и буферной зоной между противоборствующими системами, – не готовы нести ответственность за судьбу Большой Европы и принимать активное участие в разработке ее долгосрочной стратегии. Их внешнеполитическое кредо определяется исключительно национальными задачами, важнейшая из которых – добиться международного признания, что особенно характерно для бывших социалистических стран. Такая модель поведения, подростковая по своей сути, становится с продвижением Евросоюза на Восток все более распространенной. Нынешние его новые члены (кроме Словении), так же как потенциальные – Румыния, Болгария, Турция и республики бывшей Югославии, рискуют стать в ЕС вечными тинейджерами, недовольными как давлением, так и недостаточной помощью со стороны старших братьев.
На этом фоне выделение в Союзе нового ядра становится неизбежным и даже обязательным, иначе группировка потеряет управление. В последние два-три года идет энергичный поиск форм «европейского авангарда». Значительное укрепление оси Берлин – Париж уже никого не удивляет, особенно после иракского кризиса. Однако вдвоем Германии и Франции не справиться: им нужны союзники и внутри ЕС, и за его пределами. В вопросах безопасности к ним присоединяется Великобритания: в ноябре 2003 года эти три страны достигли неформальной договоренности о европейской оборонной политике. По отдельным позициям место Лондона в ядре занимают Рим, Варшава и Мадрид. Что касается международных дел, то здесь крупнейшие европейские столицы обречены на тесное взаимодействие с Вашингтоном, а по многим сюжетам – и с Москвой. Так что в ближайшем будущем европейское лидерство может приобрести вид треугольника с одной переменной вершиной и несколькими лучами, выходящими во внешний мир.
Хотя раскола Евросоюза в ближайшие 10–15 лет не произойдет, неизбежное усиление роли крупнейших государств и рост числа относительно слабых участников приведут, скорее всего, к расслоению объединения. В итоге могут возникнуть три неформальных кольца интеграции. Ядро составят Германия, Франция и отчасти Великобритания, середину – высокоразвитые западноевропейские страны и некоторые наиболее успешные новички. Остальные государства могут попасть в категорию младших братьев, к которым будут предъявляться весьма либеральные требования относительно скорости и масштабов их участия в интеграции.
ЛАБИРИНТЫ ДЕМОКРАТИИ
Споры о том, какую форму политического устройства будет иметь объединение европейских государств, начались с тех пор, как Жан Монне и Робер Шуман огласили в мае 1950 года свой план построения единой Европы. Правда, с образованием ЕЭС эти дискуссии постепенно ушли из сферы публичной политики, став в основном уделом брюссельских чиновников и университетской профессуры. С конца 1980-х и особенно после объединения Германии вопрос о принципах и логике политического строительства ЕС снова перешел в практическую плоскость.
Интеграция быстро распространялась на новые сферы, в том числе на такие чувствительные для национального суверенитета, как валюта, безопасность, визовый режим. Но официальные представители ЕС с монашеским упорством воздерживались от публичных разговоров о возможном превращении Союза в федерацию. О конфедерации упоминали вскользь и тоже неохотно. Неудивительно, что сегодня настоящей общественной дискуссии на эту тему не ведется. Ругать европейскую бюрократию стало общепринятым, а говорить по существу о будущем политическом устройстве Союза, объединяющего 25 государств с населением 460 млн человек, почему-то считается неуместным.
При ближайшем рассмотрении выясняется (и специалисты об этом давно знают), что ЕС не движется ни в сторону федерации, ни в сторону конфедерации. Обе системы строятся на принципах избирательной демократии: власть возникает в результате выборов и сознательной передачи полномочий. Например, органы конфедерации не издают законов, обязательных для жителей, поскольку те их не выбирали. Объем и форму их трансляции гражданам определяют субъекты конфедерации.
И все-таки в нынешнем Европейском союзе явно присутствуют черты федерации, так как его органы власти непосредственно взаимодействуют с населением (см. схему). Граждане избирают членов Европейского парламента, а принимаемые Советом законодательные акты (например, регламенты) имеют прямое действие. Так что с конфедерацией Евросоюз имеет столько же общего, сколько и обычная федерация. Вместе с тем в его политической структуре легко заметить черты, присущие только конфедерации и создающие почти непреодолимые препятствия для развития подлинного федерализма.
Европейский парламент, в отличие от национального, не является законодательным органом. Эту функцию выполняет Совет ЕС, состоящий из министров стран-членов. То есть граждане ЕС выбирают один орган, а подчиняются другому. Все усилия последних лет в области демократизации европейских институтов направлены на расширение полномочий Европарламента и усиление его взаимодействия с Советом. Согласно букве новой Конституции ЕС, роли обоих органов в законотворческом процессе равны. Однако в реальности тексты проектов законов готовит именно Совет, евродепутаты вносят в них поправки и имеют право заблокировать решение, что на практике случается редко. Ни сейчас, ни на последующий период в ЕС не ставится задача превратить Европейский парламент в подлинный законодательный орган – в противном случае пришлось бы упразднить Совет, уже полвека добросовестно выполняющий эту миссию. Отсюда и низкая популярность единственного избираемого населением органа Союза. На последних выборах в Европарламент, прошедших в июне 2004 года, явка была самой низкой за всю его историю – 45 %.
Другое особое формирование в системе управления ЕС – Комиссия. Ее члены назначаются национальными правительствами, но в своей работе они руководствуются интересами Сообщества в целом, а не отдельных стран. Комиссия является главным исполнительным органом и одновременно главным инициатором законодательных актов ЕС. И хотя она отчитывается о своей деятельности перед Европейским парламентом, ее связь с простыми людьми, являющимися в конечном счете объектами проводимой ею политики, весьма призрачна.
Еще один орган, не имеющий аналогов в национальных политических системах, – Европейский совет. Он формируется из глав государств и правительств, хотя на практике ведущая роль принадлежит последним, поскольку большинство нынешних стран-членов ЕС – парламентские республики. Европейский совет определяет стратегию развития Союза и принимает важнейшие политические решения. Его резолюции хотя и не имеют юридической силы, но предопределяют инициативы Комиссии, которые затем превращаются Советом в законодательные акты. Первые лица стран-членов ЕС, конечно, отвечают перед своими народами, но именно в таком качестве. Что касается их действий в рамках Европейского совета, то она практически скрыта от глаз избирателей.
Справедливости ради надо сказать, что до последнего времени институты ЕС в целом справлялись со своей главной задачей: они принимали и доводили до исполнения решения, отвечавшие коллективным интересам объединения. И все же вопрос о демократической чистоте применяемых процедур нельзя отрывать от вопроса о результатах деятельности ЕС и сохранения его дееспособности в будущем. Кроме того, процесс европейской интеграции настолько усложнился, что большинство граждан просто не в состоянии критически оценивать происходящее. Следовательно, апелляция к их мнению, по существу, мало что меняет. Чтобы убеждать население в правильности своего курса, органы ЕС давно вынуждены прибегать к уловкам. Например, при переходе к Экономическому и валютному союзу во главу угла пропагандистской кампании ставились экономия на конверсионных операциях, удобство заграничных поездок и вероятное оживление экономики (последнее так и не произошло). Реальные же цели задуманной программы – модернизация экономической системы, особенно благодаря улучшению конкурентной среды, а также укрепление позиций ЕС в мире – сознательно оставлялись в тени. Таким образом, очевидно, что брюссельским чиновникам удалось получить согласие общества на реализацию этого грандиозного проекта, только поменяв местами цели и следствие.
И еще один штрих к складывающейся картине. Пока Европейский союз не станет государством, не будет и подлинного европейского гражданства. Официально оно было введено Маастрихтским договором 1992 года, согласно которому все граждане стран-членов ЕС получили статус граждан Евросоюза. У них появились некоторые общие права, например право свободно передвигаться по территории Союза и работать в любом его государстве, избирать и быть избранным в Европейский парламент и местные органы власти (но не в национальные парламенты) независимо от места проживания. В ходе подготовки Конституции ЕС в ее текст была инкорпорирована Хартия основных прав граждан Союза, гарантирующая первоочередные экономические свободы.
Тем не менее опросы общественного мнения, регулярно проводимые службой «Евробарометр», показывают, что подавляющее большинство жителей ЕС в первую очередь определяют себя как граждан своих государств. 53 % опрошенных считают членство в Евросоюзе «хорошим делом», а 11 % – «плохим». (Самый высокий уровень поддержки интеграции – 70–80 % положительных ответов – отмечается в Люксембурге, Нидерландах и Ирландии; самый низкий – 20–40 % – в Великобритании, Швеции, Финляндии и Австрии.) Почти половина граждан Союза считают, что им мало известно о его политике и институтах. (Key facts and figures about the European Union, European Commission. Luxembourg, 2003. P. 66; McCormic J. Understanding the European Union. N.Y., 2002. P. 145.)
Стремясь исправить положение, органы ЕС проводят многочисленные пиар-мероприятия и делают более прозрачными механизмы управления. Однако ни то ни другое не решает проблемы в корне. Как пишет известный английский политолог Ларри Зидентоп, «суверенитет государства над индивидуумом констатирует то, что можно назвать первичной ролью, единой для всех, тогда как другие роли – отца, государственного служащего или парикмахера – являются вторичными по отношению к ней». И продолжает: «В обществе, где нет государства, все обстоит иначе. Там не существует первичной, или метароли, которой суверен наделяет индивидуума, и поэтому отдельные роли не объединены общим для них статусом». Зидентоп видит дух и уникальное историческое достижение европейского государства в том, что государство делает личности равными между собой и потому равными перед законом (Зидентоп Л. Демократия в Европе. М., 2001. С. 105–106).
В современном Европейском союзе человек может стать его гражданином, только став гражданином одного из государств-членов. В то же время, например, согласно законам Латвии (в законодательстве других стран Евросоюза таких положений нет), бывшие военнослужащие СССР, поселившиеся в Латвии после выхода в отставку, в принципе не имеют права стать гражданами этой страны (даже при отличном знании языка). Таким образом, проживающий в Латвии советский военный пенсионер не может обойти государственный закон и получить гражданство ЕС напрямую. То есть это гражданство является производным от национального, оно не создает первичной самоидентификации личности, не наделяет ее общей с другими личностями социальной ролью. Поэтому, несмотря на существование у Европейского союза флага, гимна и даже единой валюты, говорить о формировании европейской идентичности еще рано.
Болгарский банк будет предоставлять долгосрочные инвестиционные кредиты малым и средним предприятиям на 20 млн. евро. Приоритет предоставления кредита будет отдаваться компаниям, которые будут закупать технологическое оборудование, машины, сооружения и услуги из Финляндии, Швеции, Норвегии, Исландии и Дании.
Латвия заняла высокое 10 место в опубликованном в среду организацией «Репортеры Без Границ» Индексе стран по уровню свободы слова, получив в нем индекс «1», который обозначает «полную свободу слова». Согласно Индексу, самыми свободными в данном отношении странами признаны Дания, Финляндия, Ирландия, Исландия, Нидерланды и Норвегия, получившие индекс «О,5», т.е. еще больше, чем «полная свобода». Латвия получила самый высокий показатель уровня свободы слова среди всех стран бывшего СССР и второй после Словении в Восточной Европе. Россия делит с Украиной 140 место. Последнее место в списке из 167 стран занимает Северная Корея. Недалеко вперед ушли Саудовская Аравия, Сирия, Куба и Туркменистан.Самыми опасными для журналистов странами признаны Ирак, Китай и Куба. В Ираке за год войны погибло 44 журналиста. В китайских тюрьмах, по данным «Репортеров без границ», содержиться 29 журналистов, а на Кубе – 27. Список, составленный «Репортерами без границ», является результатом работы журналистов, юристов и ученых, каждый из которых ответил на 50 вопросов анкеты, затрагивающих аспекты нарушений свободы слова от убийства журналистов, ареста, цензуры, до набора средств оказания давления на средства массовой информации с целью принудить их не публиковать те или иные факты, неугодные властям или иным структурам.
Организация Transparency International опубликовала доклад об уровне коррупции в мире. Почетное первое место пятый год подряд занимает Финляндия, антикоррупционный индекс которой составляет 9,7 (из 10 возможных очков) – то есть коррупции в этой стране практически нет. Далее следуют Новая Зеландия, Дания, Исландия, Сингапур, Швеция, Швейцария, Норвегия, Австралия и Нидерланды. Британия (11 позиция) не вошла в этом году в почетную десятку, а США занимает 17 место вместе с Бельгией и Ирландией. Россия вновь попала в нижнюю часть списка в одной строке с Непалом, Танзанией, Индией и Гамбией. Замыкают список Гаити и Бангладеш. В самом его конце можно также увидеть и целую группу бывших советских республик – Грузия, Азербайджан, Таджикистан и Туркменистан. Transparency International отметила улучшение положения в Австрии, Швейцарии, Чехии, Франции и Германии. В Люксембурге, Польше, Ямайке и Саудовской Аравии положение, напротив, ухудшилось. По словам руководителя Transparency International, неиссякающим источником взяток является нефтяная отрасль, доходы от продажи которой частенько оседают в карманах местных чиновников в соответствующих странах и руководителей западных нефтяных компаний, а также посредников.
Каждый десятый проситель политического убежища в ЕС подает ходатайства сразу в нескольких странах. Картотека с отпечатками пальцев не оставляет однако шансов на обман. Политики требуют открыть базу для полиции в целом. Борьба со злоупотреблениями в иммиграционной сфере давно стоит на повестке дня Европейского союза. Новый эффективный инструмент властей – общая база данных Eurodac. С ее помощью можно сравнивать отпечатки пальцев тех, кто просит убежища в ЕС. Ведомства по признанию статуса беженцев все чаще сталкиваются со случаями, когда иностранные граждане подают ходатайства сразу в нескольких странах, что, конечно, повышает шансы на успех получить желаемый статус в одном из европейских государств, но является нарушением существующих правовых норм. Eurodac помогает в борьбе с проблемой.
Ввод в эксплуатацию состоялся в начале 2003г. В проекте участвуют все «старые» страны Евросоюза за исключением Дании, Норвегии и Исландии.
Анализируя первые статданные о работе системы, Еврокомиссия пришла к выводу о ее полном успехе. Только за первый год было выявлено 17 тыс. попыток подать прошения в сразу несколько раз. Однако правозащитники и эксперты в области охраны личных данных граждан видят новую попытку создать в Европе новую систему слежки и контроля.
Вычислительный центр Eurodac находится в Люксембурге. Здесь в электронном виде хранятся отпечатки пальцев всех просителей убежища в возрасте старше 13 лет. На данный момент картотека включает 250 тыс. записей. Как отметил руководитель отдела Еврокомиссии, курирующий проект, Франк Пауль, в самом начале 1г. назад база данных была абсолютно пустой. К удивлению создателей, первые «попадания» появились очень скоро, что свидетельствовало о том, с какой скоростью просители убежища могут передвигаться из страны в страну: за несколько дней Италия, Австрия, Германия. Есть случаи, когда было выявлено сразу пять ходатайств, поданных одним просителем. Прогноз: количество попыток обмануть власти пойдет на убыль.
Имеются все основания предполагать, что сейчас каждый десятый проситель подает несколько заявлений. По мнению экспертов, в ближайшее время этот показатель достигнет своего пика, а потом пойдет на убыль, так как большинству соискателей станет известна бесперспективность попыток обмануть Eurodac. При этом нарушители не подвергаются каким-либо наказаниям или штрафам. Их просто высылают в ту страну, в которой они подали первое ходатайство. Eurodac реально помогает Евросоюзу экономить деньги. И касается это не только бюрократических расходов на проведение процедуры признания статуса беженца. Более важно, что с помощью системы удается избегать параллельной выплаты соцпособий лицам, ожидающим решения властей. Согласно европейским нормам, каждый кандидат в беженцы имеет право в течение 12 мес. получать средства на проживание и питание.
Важен и политический аспект совместной базы данных. Эксперты считают ее важной вехой в деле совместной политики ЕС в деле предоставления политического убежища. В перспективе европейские страны стремятся к разработке одинаковых правил как в этой конкретной области, так и в иммиграционных вопросах в целом. Но на это, по мнению Франка Пауля, уйдут годы. Систему Eurodac могут ожидать изменения. Политики во многих странах, в т.ч. в Германии, требуют открыть доступ к ней для полицейских органов в целом, чтобы использовать ее в борьбе с преступностью. Пока же в вычислительный центр продолжают поступать лишь отпечатки пальцев просителей политического убежища.
![Главное](/images/star.png)
Время перемен. Записки посла в США.
Дубинин Ю.В. Время перемен. Записки посла в США. – М.: АВИАРУС-XXI. – 464 с., с ил. ISBN 5-901453-07-7.
Резюме Мировое сообщество возмущено односторонними действиями США, которые в обход ООН наносят удары на Ближнем Востоке. Пока лидеры великих держав обсуждают, как восстановить ведущую роль Объединенных Наций, американская администрация наращивает силу, принимая рекордные военные бюджеты.
Мировое сообщество возмущено односторонними действиями США, которые в обход ООН наносят удары на Ближнем Востоке. Пока лидеры великих держав обсуждают, как восстановить ведущую роль Объединенных Наций, американская администрация наращивает силу, принимая рекордные военные бюджеты. Правда, в самой администрации явно наметились разногласия. «Ястребы» из Пентагона под руководством решительного и воинственного министра обороны считают, что Вашингтону нет нужды заботиться о мнении других стран. А «голуби» из Госдепартамента во главе с осторожным и умеренным госсекретарем не сомневаются: во всех своих начинаниях Белому дому следовало бы заручиться поддержкой союзников и по возможности согласовать позиции с оппонентами.
Не правда ли, знакомая картина? Если добавить модные слова «унилатерализм» и «мультилатерализм», а еще дописать пару фраз о перспективах много- или однополярного мира, то можно публиковать в рубрике актуальных комментариев. Между тем все эти коллизии почерпнуты не из свежих газет, а из книги мемуаров одного из самых известных и уважаемых российских дипломатов Юрия Дубинина. И относятся они не к лету–осени 2003 года, а к концу 1980-х, когда автор находился в Соединенных Штатах: сначала в должности постоянного представителя СССР при ООН, а затем – советского посла в Вашингтоне. (Стоит пояснить, что «удары на Ближнем Востоке» – это бомбардировка Ливии по приказу Рональда Рейгана в 1986-м, главный «ястреб» – министр обороны США Каспар Уайнбергер, «голубь» – госсекретарь Джордж Шульц.)
Юрий Дубинин работал в США с 1986 по 1990 год, в период, пожалуй, самых радикальных за весь XX век изменений в отношениях между двумя сверхдержавами. Глава советской дипломатической миссии сыграл тогда ключевую роль, налаживая личные контакты с руководителями американского государства, прежде всего с президентами Рейганом и Бушем. Дубинин готовил важнейшие советско-американские саммиты, положившие конец гонке вооружений и определившие развитие всей мировой политики: встречи Михаила Горбачева и Рональда Рейгана в Рейкьявике и Москве, Горбачева и Джорджа Буша в Вашингтоне и на Мальте.
Труд Юрия Дубинина – чтение весьма поучительное. Прежде всего потому что заставляет по-новому взглянуть не на прошлое (хотя многое из описанного очень интересно именно с исторической точки зрения), а на настоящее. Вообще, воспринимать эту книгу как мемуары довольно сложно, ведь большинство действующих лиц до сих пор определяют линию поведения самой сильной державы мира. Дик Чейни, Колин Пауэлл, Кондолиза Райс, Ричард Перл входят в правящую элиту США, а такие люди, как экс-президент Буш-старший, его госсекретарь Джеймс Бейкер или тот же госсекретарь Рейгана Шульц, влияют на решения нынешней команды. Да и Джордж Буш-младший не раз говорил, что продолжает традиции предшественников-республиканцев – своего отца и Рейгана. Так что многие из описываемых в книге особенностей и секретов американской политики конца 1980-х помогут лучше понять и сегодняшнюю ситуацию.
Автор дает исчерпывающие характеристики государственным деятелям США, с которыми ему доводилось общаться. Рональд Рейган – человек «яркой индивидуальности», «огромных амбиций, неожиданных масштабных и твердых решений. Он не изменял их за счет полумер, не поддавался на уловки изощренной дипломатии» (с. 32).
Джорджа Шульца «отличала исключительно высокая точность в формулировании позиций… Он умел, когда того требовала его позиция или тактика… жестко насесть, крепко надавить не только существом своей мотивации, но и сухостью формулировок, но умел и уговаривать, разъяснять или вести беседу в располагающем дружественном ключе» (сс. 288–289).
Колин Пауэлл (в ту пору – помощник президента по национальной безопасности) «демонстрировал качества трезвомыслящего государственного деятеля высокой профессиональной подготовки, выходящей за рамки чисто военного опыта» (с. 216).
Ричард Перл (заместитель министра обороны) «при всей жесткости своих позиций был, в отличие от своего шефа (Уайнбергера. – Ред.), человеком творческого склада, готовым к поискам решений» (с. 171).
Автор значительно более скуп на характеристики, когда речь заходит о советских лидерах. Излагая беседы с министром иностранных дел Эдуардом Шеварднадзе, генеральным секретарем ЦК КПСС Михаилом Горбачевым и другими руководителями, опытный дипломат Дубинин воздерживается от личных оценок. Лишь иногда он позволяет себе язвительные уколы в адрес иных «изощренных умов» в Министерстве иностранных дел или в партийном руководстве, изобретавших «нетрадиционные» подходы к дипломатической практике.
Пребывание Юрия Дубинина в США совпало с нарастанием внутреннего кризиса в Советском Союзе, с началом процессов, которые вскоре привели к распаду страны. Автор упоминает знаменитый визит в США в 1989 году опального Бориса Ельцина (с. 322), а также встречу Джорджа Буша с премьером мятежной Литвы Казимерой Прунскене (с. 378). Дубинин и здесь избегает прямых оценок. Однако за сухими фразами о ситуации на родине проступает жестокая обида профессионала, который, потратив массу сил и энергии на укрепление позиций своего государства, понимает, что все идет прахом по причинам, над которыми он невластен. (Со сложностями работы в условиях политической нестабильности Юрий Дубинин столкнулся и в 1990-е годы, будучи главой российской делегации по переговорам с Украиной, а затем послом в Киеве. Тогда усилия дипломатов по отстаиванию национальных интересов зачастую перечеркивались в результате «неформальных» встреч на высшем уровне.)
«Середина мая 1990 года была, пожалуй, удачным моментом для того, чтобы покинуть Вашингтон (Юрий Дубинин был назначен послом СССР в Париже. – Ред.). Это было время, когда страна наша находилась в зените своей популярности в Соединенных Штатах, наши отношения с ними были на подъеме, к нам относились, как к достойному, авторитетному и уважаемому партнеру. Оставались считанные дни до того, когда внутренние наши беды вырвутся наружу, разрушая и внешнюю политику нашей страны, и саму страну», – с горечью пишет автор (с. 397). Он явно не желает вступать в полемику относительно роли тех или иных политиков эпохи поздней перестройки, приводя вместо этого красноречивые факты и предоставляя слово другим очевидцам.
Так, рассказывая о вашингтонском саммите Горбачева и Буша в конце мая 1990 года (Дубинин участвовал в его подготовке, но уже не в переговорах), автор приводит обширную цитату из воспоминаний Джорджа Буша. Экс-президент США не скрывает изумления тем, как легко Михаил Горбачев согласился на членство объединенной Германии в НАТО, – это стало сюрпризом не только для американской стороны, которая была готова к долгим дискуссиям на натовскую тему, но и для всей советской делегации. «Все это было поразительно», – заключает Буш (с. 399).
Настоящие успехи на международной арене невозможны без крепких «тылов» внутри страны и логичной, внутренне непротиворечивой позиции – убедительным подтверждением этой неновой, но, увы, не теряющей актуальности мысли является книга Юрия Дубинина.
«Время перемен» – хорошее успокоительное средство для тех, кто склонен драматизировать происходящее и предрекать катастрофическое крушение мирового порядка. На самом деле многое из того, что сегодня кажется нам революционным и беспрецедентным, в том или ином виде уже было. А выход можно найти практически из любой ситуации – если, конечно, действовать профессионально. В пользу этого свидетельствует непростой путь, пройденный СССР и США навстречу друг другу во второй половине 1980-х годов.
Федор Лукьянов
Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter